Мудрик Анатолий Викторович

Общение школьников

НОВОЕ В ЖИЗНИ, НАУКЕ, ТЕХНИКЕ

Подписная научно-популярная серия «Педагогика и психология» № 11, 1987 г.

Издается ежемесячно с 1974 г.

А. В. Мудрик, доктор педагогических наук

ОБЩЕНИЕ ШКОЛЬНИКОВ

Издательство «Знание»

Москва

1987

ББК 74.20

М90

МУДРИК Анатолий Викторович — доктор педагогических наук.

Рецензент: Плоткин М. М. — кандидат педагогических наук.

Мудрик А. В.

М90 Общение школьников. — М.: Знание, 1987. — 80 с. — (Новое в жизни, науке, технике. Сер. «Педагогика и психология»; № 11).

15 к.

Автор рассказывает о том, какую роль играет общение в жизни школьников — подростков, юношей и девушек, в становлении их личности. Раскрывается значение общений для познания мира, самопознания, для реализации себя. Показано, как можно учить школьников общению, создавать для него благоприятные условия.

Для учителей, родителей, других воспитателей.

4306000000

ББК 74.20

© Издательство «Знание», 1987 г.

«Самое плодотворное и естественное упражнение нашего ума — по-моему, беседа», — писал в XVI веке французский мыслитель Мишель Монтень. Как будто зная это, «чрезмерно занятые», «излишне рационалистичные» и «сверх головы перегруженные учебой» современные школьники умудряются расходовать на беседы до пяти-шести часов в день. В школе — на уроках и переменах, на собраниях, сборах и иных мероприятиях. Вне школы — дома и во дворе, по телефон ну и на прогулках. Многие родители и, что особенно странно, некоторые учителя склонны называть это пустой тратой времени.

Однако не только мыслители прошлого, но и современные ученые, думающие педагоги и родители называют это иначе — общением. И относятся к такому времяпрепровождению гораздо более уважительно.

Значение общения в жизни современного человека огромно и продолжает расти. От него во все большей мере зависят успешность профессиональной деятельности, активность в общественной жизни, наконец, личное счастье каждого. Это связано с социальной тенденцией, которую называют возрастанием роли человеческого фактора в жизни общества. Перед воспитателями встала принципиально новая задача — целенаправленно готовить юных граждан не только к труду и познанию, но и к общению.

Эффективно ли решается в практике современной школы эта задача? Исследования, многочисленные факты школьной жизни показывают — нет. Именно в сфере общения учащихся со взрослыми, сверстниками, старшими и младшими ребятами происходит большое число конфликтов, у некоторых ребят складываются асоциальные привычки, формируется и проявляется противоправное поведение.

Можно ли изменить такое положение? Сколько-нибудь полно ответить на этот вопрос — значит написать несколько больших книг. Мы остановимся лишь на некоторых моментах, с нашей точки зрения, наиболее существенных для сегодняшней практики воспитания.

ПОЧЕМУ И КАК ОНИ ОБЩАЮТСЯ?

Есть только одна подлинная ценность — это связь человека с человеком.

А. де Сент-Экзюпери

Вопрос может показаться несколько странным. Неужели учителя не представляют себе, как общаются их ученики? Безусловно, представляют. Но, как показывают исследования, эти знания часто фрагментарны, нередко односторонни, порой искажены идеализированными воспоминаниями о собственном школьном детстве или бытующими стереотипами об «ужасах» молодежного общения.

Потребность в общении есть у каждого нормального человека. Она появляется уже у младенца и удовлетворяется тогда в первую очередь и главным образом в общении с матерью. С возрастом эта потребность дифференцируется. Для ее удовлетворения теперь уже нужны не только близкие взрослые, но и другие люди, в том числе сверстники. Пятилетний мальчик говорит своей матери, которая предлагает ему поиграть с ней вместо ребят со двора: «Мне надо ребенков, а ты не ребенок». Чем старше ребенок, тем в большей мере ему свойственна потребность в эмоциональном контакте с другими людьми. Польский психолог К. Обуховский определяет потребность в эмоциональном контакте как необходимость для человека в двусторонних и многосторонних отношениях с людьми. Человек должен чувствовать себя предметом заинтересованности и симпатии тех людей, к которым его тянет. И в то же время он должен ощущать свое созвучие с этими людьми, переживая их горести и радости[1]. То есть отношения друг к другу людей, вступающих в контакт, должны быть взаимны и эмоционально положительно окрашены.

Одновременно чем старше ребенок, тем больше у него проявляется потребность в уединении. Ему становится необходимым периодически уединяться от окружающих его людей. Для чего? Для того чтобы вести внутренний диалог с самим собой, с какими-нибудь реальными или вымышленными персонажами, с литературными героями или историческими личностями, даже с неодушевленными предметами, которые он наделяет духовными качествами.

У каждого ребенка потребность в общении проявляется в необходимости и в эмоциональных контактах, и в уединении. Однако мера этой потребности различна. Одним необходимо постоянно находиться в своей компании или с кем угодно; даже кратковременное одиночество для них невыносимо. Другим, наоборот, нужно довольно небольшое число контактов, но им очень важно как можно чаще оставаться наедине с собой. Одним общаться легко, как птице парить в небе. Для других каждый контакт, особенно с новым человеком, — решение трудной задачи.

Если у подростка совсем отсутствует нужда в уединении, то это тоже повод для беспокойства. Ведь в таком случае эмоциональные контакты могут быть лишь средством уйти от себя самого, от размышлений о себе, о людях, о жизни. А в результате и сами контакты могут быть весьма поверхностными.

Потребность в эмоциональных контактах и в уединении, общительность, как правило, во многом зависят от того опыта, который сложился у человека. Если в семье, во дворе, в классе отношения напряженные — ребенок может уйти в себя, замкнуться. А может искать компенсации. Но где? Если в другом коллективе, в компании друзей, увлеченных полезным делом, то хорошо. А если в асоциальных группах, в общении с сомнительными взрослыми?

Поэтому столь важно, чтобы ребята имели возможность приобретать позитивный опыт общения, в том числе в коллективах, в которые они входят.

От чего зависит, получит школьник такой опыт или нет? Но прежде чем пытаться ответить на этот вопрос, надо решить, что понимать под общением.

Общение становится тем, к чему все так стремятся, — общением, когда происходит обмен сведениями, данными, знаниями, эмоциями, опытом, умениями, отношениями к кому-либо или к чему-либо, которые партнеры, собеседники воспринимают как важные, значимые, ценные. Иначе говоря, как предложил считать советский педагог X. Й. Лийметс, между людьми происходит обмен духовными и эмоциональными ценностями[2].

Несколько «штриховых» примеров.

Есть духовные ценности общепризнанные, а есть такие, которые одни считают ценностями, а для других они таковыми не являются. Бывает, что то, что значимо для детей, подростков, юношей, оценивается взрослыми как «безделица» (например, увлечение музыкой, техникой или спортом). В результате общения детей и взрослых не происходит.

Другой пример. Интересы современных школьников, как известно, многообразны и дифференцированны. Нередко они тщательно оберегают их от внимания и влияния взрослых. Эти интересы для них — те ценности, которыми они обмениваются. И именно эти ценности становятся основой возникновения многочисленных групп со специфическими увлечениями — «металлистов», «скейтистов», «брейкистов», которые далеко не всегда имеют позитивную социальную направленность, а порой прямо асоциальны.

Наконец, многие ребята имеют интересы вполне позитивные, даже социально ценные. Но в классе, где они учатся, эти интересы не признаются ценностью: либо так считают их соученики, либо таково мнение педагогов. В результате класс для этих ребят — лишь место отбывания учебных занятий. А если, как порой бывает, класс не является значимой сферой общения для большинства или значительной части учеников, то его воспитательное влияние на своих членов практически может быть равно нулю. Такой класс нельзя считать коллективом.

Современные психологи и педагоги твердо знают, что группа детей становится воспитательным коллективом тогда, когда она объединена общей целью, когда в ней организована разнообразная жизнедеятельность, созданы четкая организационная структура, органы самоуправления, если ее члены связаны между собой разнообразным общением — и деловым, и свободным.

Коллектив становится эффективным инструментом воспитания личности, когда ребята общаются в нем не только интенсивно, но и содержательно, когда школьник не только чувствует себя здесь принятым на равных, но и имеет приятелей и друзей, когда его внеколлективные связи не воспринимаются товарищами, учителями и им самим как нечто чуждое коллективу, а, наоборот, служат обогащению его жизнедеятельности. Но это в идеале. А в жизни приходится встречаться с множеством различных вариантов — позитивных и не очень.

Так, в классе все настроены друг к другу доброжелательно и с удовольствием проводят вместе много времени. Но в одних случаях это времяпрепровождение насыщено полезными делами, разговорами о проблемах, волнующих страну, мир, молодежь, о литературе, искусстве, технике, в других — время убивается на совместное ничегонеделание, смакование анекдотов.

Бывает, что в классе явное расслоение. По разным основаниям. Иногда — по интересам. Если интересы содержательны, то общение в коллективе хотя и ограничено небольшими компаниями, все-таки дает пищу для ума. А если интересы примитивны? Встречаются классы, где группы складываются «по одежде». В прямом смысле слова. Те, кто одет «фирменно», презирают тех, кого они называют «серыми», «плебсом». Между этими группами нет никаких контактов. Общение «аристократов» чаще всего весьма убого, но и у остальных не лучше. Нередко его содержание определяется завистью, пересудами о «светской жизни» сверстников.

Может быть и так: общение в классе в целом позитивно, но не для всех. Коллектив может оказаться выше отдельных ребят по уровню развития, интересам, социальной активности. А бывает и так, что тот или иной школьник значительно опережает сверстников в развитии: интеллектуальном, психическом, социальном, физическом. И в том и в другом случае у ребят возникают трудности в общении: им неинтересно с одноклассниками, которым, в свою очередь, скучно с ними. Школьники не понимают друг друга; из-за разницы в развитии, интересах могут возникать конфликты.

Еще одна проблема — возрастные особенности общения школьников, знать которые необходимо учителю.

Младшие школьники общаются со сверстниками в основном в играх, а также в связи с той деятельностью, которой они заняты (учение, октябрятская работа, коллекционирование, другие увлечения). Уединяясь, они тоже занимаются чем-то конкретным: читают, выпиливают, рисуют. Даже мечты их сугубо конкретны — о собаке, велосипеде, кукле. Как правило, младшеклассники мало времени уделяют разговорам о чем-то не связанном с их сиюминутными занятиями (кроме, пожалуй, обсуждения телепередач). Младшие школьники общаются в группах, состав которых очень непостоянен — в зависимости от дела или игры, которыми они заняты, или от легко меняющихся настроений и привязанностей. На их симпатии большое влияние оказывают оценки и мнения учителя. Со взрослыми они общаются много, откровенно и ждут от них помощи, сотрудничества, понимания.

Младшие подростки (четвертый-пятый классы) значительно меньше общаются со взрослыми и очень много со сверстниками. Последнее для них самое важное — арена самоутверждения. У них очень явно выделяются более постоянные приятельские и дружеские группы. Общение идет по самому широкому кругу вопросов. Все они интересуют подростков с точки зрения событийной: «кто сделал», «что сделал». Но их, как правило, не интересует «почему сделал», «что при этом думал, чувствовал». Разговоры подростков полны споров и нередко заканчиваются конфликтами, даже потасовками. Для подростка главное — действие. Поэтому он стремится общаться со сверстниками на улице, на стадионе, в кружке, в секции — там, где можно что-то делать. И наедине с собой для них самое интересное — какое-то дело.

Старшие подростки (шестой-седьмой классы) — возраст на перепутье между детством и юностью. Они еще любят подвижные игры и уже с удовольствием просто гуляют на улице с приятелями или подругами. Их еще влекут большие компании и уже тянет в маленькую группу друзей. Им еще интересно говорить о чем-то конкретном, и уже их привлекают темы отвлеченные (о дружбе, о справедливости). Они еще «дергают за косички» девочек и дерзят взрослым и уже очень интересуются взаимоотношениями полов и стремятся к общению на равных с родителями и учителями. Уединяясь, старшие подростки еще любят заниматься каким-либо конкретным делом, но уже много времени посвящают размышлениям о себе, об окружающих людях.

У старшеклассников очень сильно развита потребность в общении — и со сверстниками своего и другого пола, и со взрослыми. Однако если со сверстниками своего пола общаются все, то с лицами другого пола — около половины. Доверительное же общение со взрослыми имеют лишь немногие. Для юношей и девушек в общении становится главным найти друзей, понимание, возможность познать себя. В их общении преобладают темы человеческих отношений, мировые проблемы, вопросы будущего, интимные вопросы (в общении с друзьями-сверстниками и со взрослыми). Эти же проблемы становятся, как правило, основным содержанием их размышлений и мечтаний наедине с собой.

Выше мы попытались кратко ответить на вопросы, почему и как общаются школьники. Знать это учителю необходимо. Но не менее важно знать, как влияет общение на растущего человека, на формирование его личности, на его жизнедеятельность. Об этом мы и поговорим в следующей главе.

ЧТО ДАЕТ ОБЩЕНИЕ ЛИЧНОСТИ

Ребенок в момент рождения лишь кандидат в человека, но он не может им стать в изоляции: ему нужно научиться стать человеком в общении с людьми.

А. Пьерон

Редьярд Киплинг рассказал увлекательную историю про мальчика Маугли, которого вскормила и воспитала волчица Ракша, а медведь Балу обучил языку разных птиц и зверей. Став старше и встретив свою мать, Маугли смог освоить и человеческую речь, жить в обществе людей. (Правда, в конце концов он возвратился в мир животных.)

Но это в сказке. В действительности такое невозможно. Почему? По вполне понятной и довольно простой причине. Ее сформулировали основоположники научного коммунизма: «...Развитие индивида обусловлено развитием всех других индивидов, с которыми он находится в прямом или косвенном общении...»[3]

Вот, пожалуй, очень краткий и вполне исчерпывающий ответ на вопрос, что дает общение личности. Человек становится личностью, общаясь с людьми. Это общение происходит с момента рождения. То, с кем человек общается, как он общается, что чувствует в общении сам, что узнает в общении, какие эмоциональные и интеллектуальные влияния оказывают на него люди, с которыми он общается, в существенной степени определяет то, каким он станет.

Эта история произошла в 30-е годы в одном из приютов, где воспитывались дети, отставшие в умственном развитии. У директора возникла необычная идея: поселить часть своих пяти-шестилетних воспитанников в находившийся неподалеку женский приют для умственно отсталых, обитательницам которого было от 14 до 70 лет.

Женщины, жившие по несколько человек в комнате, ничем не занятые, кроме дрязг, получили объект приложения своей энергии, времени, наконец, нерастраченного человеческого тепла. С момента пробуждения и до отхода ко сну дети были в центре их внимания: их обихаживали, им рассказывали сказки, с ними играли, разговаривали (так или иначе умственно отсталый взрослый обладает значительно большим запасом слов, знаний, чем умственно отсталый ребенок). Результаты были разительны. В течение двух лет все малыши настолько продвинулись в развитии, что смогли пойти учиться в обычные школы.

Эффект был столь ошеломляющим, что доклад директора детского приюта о проведенном им эксперименте имел самые неожиданные последствия. Заслушавший его ученый совет одного из высших учебных заведений счел все это шарлатанством и потребовал освободить экспериментатора от работы, что и было сделано. Однако на этом история не кончилась.

Спустя примерно три десятилетия два журналиста случайно узнали о рассказанных здесь событиях. Они занялись «расследованием». Им удалось выяснить судьбу почти всех детей — как оставшихся в детском приюте, так и поселенных в приют для умственно отсталых женщин.

Оказалось, что дети, чье воспитание продолжалось в детском приюте, так и остались умственно отсталыми. Они продолжали свое существование в соответствующих учреждениях, никто из них не получил нормального образования, большинство осталось без профессии, никто не создал семьи. Совсем по-иному сложились судьбы детей, отданных на воспитание в приют умственно отсталых женщин. Все они получили полное или незаконченное среднее образование, все приобрели профессию, большинство создало семью. Двое из них получили дипломы о высшем образовании — по грустной иронии судьбы, в том самом институте, ученый совет которого в свое время признал шарлатаном директора приюта.

Вот такая, почти «рождественская» история, которая имеет вполне научное объяснение.

Сегодня наукой установлено, что общение оказывает огромное воздействие не только на интеллектуальное, но и на эмоциональное, социальное и даже физическое развитие человека.

Имеющиеся исследования позволяют выявить те свойства, функции общения, благодаря которым оно наиболее существенно влияет на развитие личности. Накопленные факты дают возможность показать, на какие аспекты развития общение воздействует особенно сильно и как это происходит. Это не значит, однако, что можно дать однозначную характеристику такого процесса. Появляются все новые данные, уточняющие, дополняющие, а порой и опровергающие уже сложившиеся представления. Поэтому то, о чем пойдет речь дальше, не исчерпывает поставленной проблемы. Это во-первых. А во-вторых, в своей практической деятельности читатель-педагог сплошь и рядом может встречаться с ситуациями, которые не укладываются в предлагаемую схему, не могут быть объяснены с ее помощью.

Эмоциональная функция общения

Есть речи — значенье

Темно иль ничтожно,

Но им без волненья

Внимать невозможно.

М. Ю. Лермонтов

Жизнь порой проделывает довольно жестокие «естественные эксперименты». Мать отказывается забирать новорожденного, и он остается на попечении государства. Ему обеспечивают полноценные кормление и уход. Но, несмотря на это, младенец постоянно находится в заторможенном состоянии. Он вял, плохо ест, плохо прибавляет в весе, не реагирует на внешние раздражители.

Прошел месяц, мать одумалась или ее уговорили родственники, и она взяла ребенка домой. Картина резко меняется. Ребенок становится подвижным, реагирует на внимание матери, позднее — на игрушки. Но... спустя еще несколько месяцев матери надоедает возня с ребенком. Она не желает посвящать ему свое время, у нее есть более привлекательные занятия. И ребенок вновь попадает в детское учреждение. И вновь у него появляются те же явления заторможенности. Наш закон гуманен. И даже подобная мать может спустя какое-то время вновь взять ребенка к себе (и он опять «оживет») и опять вернуть его государству, а потом вновь забрать его на воспитание и опять... отдать в Дом младенца. Так вот, после третьего возвращения в детское учреждение или после сплошного трехмесячного «лишения любви» матери ребенок, впав в состояние эмоциональной пассивности, обычно из него уже не выходит. В его психике, в его эмоциональной сфере происходят изменения, которые уже нельзя полностью устранить.

Это явление эмоциональной заторможенности у детей, отлученных от матери и помещенных в детское учреждение, еще в 20-е годы нашего века советские психологи назвали «госпитализмом». Что становится причиной «госпитализма»? Резкий дефицит общения со взрослыми.

В семье 75% времени бодрствования младенец общается с людьми и активно играет; лишь 25% этого времени приходится на пассивное слежение за окружающими и на бездействие. В детских учреждениях это соотношение почти обратное[4].

Поразительные данные были получены в результате сравнительного исследования воспитания и развития младенцев в разных культурах. Так, в Уганде мать постоянно носит младенца на себе и дает ему грудь по первому его требованию. Здесь бросается в глаза невероятно быстрое развитие ребенка, намного более интенсивное, чем в Европе. Трехмесячным он уже может несколько минут сидеть без опоры, в шесть месяцев встает с опорой на что-либо или кого-либо, в девять начинает ходить и вскоре лепетать. Однако! Около восемнадцати месяцев от роду ребенка отнимают от матери, практически лишают эмоционального контакта с ней. И он теряет темп развития, перестает опережать европейских детей, а затем начинает отставать от них в развитии [5].

Почему же младенцу необходимы для нормального развития интенсивное общение со взрослыми, их ласки, слова, смысла которых он, казалось бы, не понимает? Очевидно, потому, что он не остается пассивным объектом ласкового внимания. Эмоциональность отношения взрослого пробуждает в младенце ответные реакции, которые мы сегодня еще довольно плохо себе представляем. Но можно с уверенностью говорить о том, что в ответ на эмоционально окрашенные обращения к ребенку у него развиваются соответствующие отклики, происходит первоначальное превращение природных задатков в человеческие способности — к эмоциональному контакту, к со-радованию и со-печалованию.

По мнению известного американского психофизиолога Нила Миллера, дефицит родительского тепла в раннем детстве ведет не только к снижению интеллекта и аномалиям социального поведения, но и к повышенной уязвимости, сильному нервному напряжению, агрессивности. Ретроспективное изучение 102 правонарушителей-рецидивистов в возрасте пятнадцати—восемнадцати лет, проведенное в одной из английских исправительных школ, показало, что тревога, возникшая в раннем детстве вследствие дефицита общения с родителями, предопределила склонность детей отвечать асоциальным образом на последующие события в их жизни [6].

Некоторые данные свидетельствуют о том, что дефицит общения с родителями может стать одной из причин происхождения шизофрении у юношей и взрослых.

Казалось бы, все ясно: чем больше ласки и любви, тем лучше! Однако целая серия исследований привела ученых к совершенно иному выводу[7]. Выяснилось: когда родительская любовь проявляется преувеличенным образом, когда с ребенка не спускают глаз, то результат бывает тоже плохой. В этом случае у ребенка тоже не формируются механизмы, позволяющие осуществлять эмоциональный контакт. Нередко случается, что у такого ребенка, когда он вырастает, не складываются отношения с людьми. Появляются такие черты личности, как холодность чувств и эгоцентризм.

Общение — важнейшая детерминанта эмоциональных состояний человека. Весь спектр человеческих эмоций возникает и развивается в условиях общения людей. Общение всегда определенным образом эмоционально окрашено — от нежности до ненависти. Благодаря этому в процессе общения люди передают друг другу не только какой-то текст, но и эмоциональный подтекст. Этот подтекст может усиливать смысл текста, ослаблять его, противоречить ему. В результате вокруг общающихся людей возникает своеобразное «эмоциональное облако» — аура (от греч. aura — дуновение ветерка), которое и делает общение лицом к лицу столь желанным и необходимым. Уже в разговоре по телефону насыщенность ауры значительно снижается. Не случайно даже самую длинную телефонную беседу мы обычно заканчиваем словами: «Надо бы увидеться!»

В подростковом и раннем юношеском возрастах особая роль эмоциональной функции общения проявляется в двух аспектах: в приобретении опыта эмоциональных отношений с людьми и в развитии эмоционального восприятия окружающей действительности.

В науке установлено, что те школьники, которые испытывали дефицит общения и в связи с этим не смогли успешно решить свои детские или подростковые конфликты (связанные, в частности, и с половым созреванием), когда вырастают и становятся родителями, часто оказываются неспособными установить тесную эмоциональную связь со своим ребенком.

Так называемые лонгитюдные (длительные) исследования жизненного пути одних и тех же людей с младенчества до зрелого возраста, проведенные за рубежом, показали, что эмоционально теплые, способные к интимной коммуникации мужчины в восьмилетием возрасте имели относительно устойчивую дружбу с другими мальчиками; среди их товарищей по играм были также девочки. Напротив, мужчины, которые держат людей на расстоянии и избегают тесных человеческих контактов, уже в младших классах не умели дружить с мальчиками и реже играли с девочками.

По нашим данным, те, кто в ранней юности имел друзей, впоследствии либо сохраняют с ними близкие отношения, либо ищут и находят новых друзей, а также сравнительно легко решают проблему создания семьи. Те же, кто в юности друзей не имел, как правило, не находят их и в дальнейшей жизни и испытывают трудности в общении.

Глубокий эмоциональный контакт, который является непременным атрибутом дружеского общения, формирует своеобразный эмоциональный механизм, позволяющий затем не только осуществлять аналогичные контакты, но и активно искать их. При отсутствии дружеского общения этот механизм, видимо, не возникает, ибо общая, присущая в принципе всем людям потребность в эмоциональном контакте не находит своей реализации. В результате, становясь взрослым, человек не ищет подобных контактов или не может их поддерживать.

Таким образом, отношение к друзьям, которое формируется у школьника, по своему значению выходит далеко за рамки частных отношений именно с тем или иным сверстником, с той или иной группой. Н. К. Крупская мудро обращала внимание на важность этих отношений, считая, что они вырабатывают у ребенка ту черту, которую она называла «общественным инстинктом». «Общественный инстинкт, — писала она, — это сочувствие другим людям и умение понимать их... При надлежащих условиях этот общественный инстинкт переносится потом с узкого круга товарищей на широкий круг людей вообще. Живое ощущение своей духовной солидарности с окружающими людьми есть великое благо и великая сила»[8].

Функция общения в развитии у ребенка эмоционального восприятия окружающей действительности проявляется двояко.

С одной стороны, содержание, эмоциональная глубина общения, тот «обмен» эмоциями, который при этом происходит, влияют на то, как воспринимает школьник все окружающее, на глубину и окрашенность его эмоций. Например, родительские ласки влияют на формирование у ребенка эмоционально положительного отношения к людям. Позднее ту же роль играет дружеское общение со сверстниками.

Помимо этого общение со сверстниками оказывается очень важным для психосексуального развития вообще, в частности — эмоционального восприятия сферы сексуальных отношений. Разговоры с приятелями, друзьями (часто довольно грубые) помогают ребенку, подростку, юноше адаптироваться к тем изменениям, которые происходят в его организме и физическом облике, освоить и изжить в определенной мере те волнующие переживания, которые связаны с пробуждающейся сексуальностью. Невозможность выразить свои эмоциональные переживания, связанные с психосексуальным развитием, нередко приводит к тяжелым душевным переживаниям и травмам, особенно в старшем подростковом и раннем юношеском возрастах.

С подобной ситуацией столкнулся герой американского писателя Торнтона Уайлдера Теофил Норт. Родители его подопечного шестнадцатилетнего Чарльза Фенвика были весьма травмированы холодностью, снобизмом, эгоцентризмом своего сына, не понимая их истоков и не зная, как себя вести с сыном. Норт довольно быстро обнаружил, что причина — в изоляции от сверстников. Это лишило Чарльза источника важнейших аспектов социального опыта, исказило его эмоциональное восприятие окружающей жизни вследствие фиксированности на неизжитых переживаниях, связанных с той сферой, которую другие мальчики познают и изживают, именно общаясь друг с другом. Проявлялось это даже в неадекватной для его возраста реакции на весьма безобидные слова, которые вызывали у него ассоциации сексуального характера. Так, когда Теофил Норт случайно употребил в беседе название музыкального инструмента — пикколо, Чарльз совершенно неожиданно отреагировал крайним смущением. Это и позволило Норту обнаружить причину трудностей и найти способ их преодоления: «...Для маленького мальчика слово «пикколо», благодаря простому созвучию, полно волнующе-жутких и восхитительных ассоциаций с «запретным» — с тем, о чем не говорят вслух; а всякое «запретное» слово стоит в ряду слов, гораздо более разрушительных, чем «пикколо». Чарльз Фенвик в шестнадцать лет переживал фазу, из которой он должен был вырасти к двенадцати. Ну, конечно! Всю жизнь он занимался с преподавателями; он не общался с мальчиками своего возраста, которые «вентилируют» эти запретные вопросы при помощи смешков, шепота, грубых шуток и выкриков. В данной области его развитие было замедленным»[9].

С другой стороны, роль общения в формировании эмоционального отношения ребенка к окружающей жизни проявляется опосредованно — в уединении. Уединение — это, как правило, эмоциональное переживание того, что происходит в реальном общении, в реальной жизни. Поэтому если подросток или старшеклассник избегает уединения или посвящает его только каким-то конкретным делам, это может означать, что у него слабо развито воображение, он недостаточно эмоционально развит, глух к эмоциональной стороне жизни. Как писал А. А. Блок, «человек, сознавший одиночество или хотя бы придумавший его себе, — более открыт душою и способен воспринять, может быть, чего другой не воспримет» [10].

Общение и познание мира

Я возникаю, спрашивая и отвечая, из вопроса и ответа.

Б. Брехт

Как известно, коренное изменение средств массовой коммуникации и информации привело к тому, что современные школьники познают мир совсем по-иному, чем поколения их отцов. Во-первых, их познание не ограничивается тем пространством, в котором они живут; во-вторых, они познают не только те реалии, с которыми их хотели бы познакомить взрослые. Сегодняшние дети живут в окружении техносферы, которая связывает их с миром и с помощью которой они познают мир. Но!

Исследования показали, что лишь 20% информации, которой владеет современный человек, усваивается им из средств массовой коммуникации. Откуда же черпает он остальные 80%? По каналам межличностного общения. Таким образом, и сегодня, в век НТР, общение по-прежнему остается основой человеческого познания. Причем межличностное общение — не только важнейший источник информации. Оно оказывает существенное влияние и на восприятие тех знаний, которые школьник получает по другим каналам — в частности в учебно-воспитательном процессе школы, в процессе практического освоения мира, из средств массовой коммуникации. И наконец, общение во многом определяет интерес к знаниям вообще, получаемым из любых источников.

Общение — один из важнейших факторов возникновения, формирования, развития и укрепления познавательных интересов у растущего человека. Особенно это относится к общению со сверстниками, на что обратил внимание популярный среди молодежи 60—70-х годов прошлого века русский писатель А. К. Шеллер (публиковавшийся под псевдонимом Михайлов): «...Любознательность, — писал он, — пробуждается в детях только детьми. Ребенок охотно разговаривает с ребенком; больших он только слушает и, встречая в детских играх и болтовне предметы, требующие объяснения, он обращается за этим объяснением к большим. Без товарищей ребенка ничто и никто не подталкивает на вопросы, он холодно смотрит на окружающее его и составляет обо всем свои собственные превратные понятия»[11].

В наше время исследования педагога Г. И. Щукиной показали, что на познавательные интересы школьников влияют все обстоятельства их жизни, но важнейшее значение все же имеет общение со сверстниками (для большей части ребят, хотя, конечно, есть и исключения) [12].

В общении со сверстниками школьник может проявлять свои интересы и, встречая понимание со стороны товарищей, укрепляться в своих склонностях. Обогащая друг друга различными сведениями, сверстники могут дать толчок для возникновения у одного из них интереса в той сфере, которая раньше не привлекала его внимания. Но в то же время общение со сверстниками (впрочем, как и с другими людьми) может разрушать, гасить, уродовать уже имеющиеся у ребят интересы, склонности. Это во-первых. А во-вторых, в общении могут формироваться и социально неприемлемые, даже социально опасные интересы. Наиболее часто это может происходить в седьмом и восьмом классах. Именно у семиклассников и восьмиклассников, по имеющимся данным, происходит особенно частая смена интересов. И именно среди них наиболее велико число ребят, у которых появляются интересы с отрицательной общественной направленностью.

Общение со сверстниками может придавать полезному познавательному интересу отрицательную направленность или уродливую форму: когда интерес к маркам трансформируется в стяжательство или увлечение техническим творчеством сопровождается противоправными действиями с целью добыть необходимые материалы и т. д.

Теперь остановимся на другом аспекте общения как познавательного процесса. Мы уже сказали, что оно оказывает большое влияние на восприятие и усвоение любой информации. Это связано с избирательностью восприятия и усвоения всех влияний, идущих извне. Избирательность определяется как установками самого школьника, так и его ближайшим кругом общения.

В массе своей люди вообще имеют тенденцию воспринимать те сообщения, которые согласуются с уже имеющимися у них интересами, знаниями и установками. Сознательно или неосознанно они избегают противоречащих этому фактов или истолковывают их так, чтобы они совпадали с их взглядами, или забывают их с большой легкостью.

Это свойство людей слушать и либо не слышать, либо понимать слушаемое сугубо индивидуально отметил Б. Л. Пастернак:

...В горящий мозг

Вошли слова: любовь, несчастье, счастье,

Судьба, событье, похожденье, рок,

Случайность, фарс и фальшь. — Вошли и вышли.

По выходе никто б их не узнал...

Однако, как мы уже сказали, избирательность человека в восприятии и усвоении различных сведений зависит не только от его индивидуальности. В немалой мере она определяется влиянием ближайшего круга общения.

В школьные годы так или иначе происходит интенсивное познание богатств, накопленных мировой культурой. Но подлинное усвоение ценностей культуры возможно только тогда, когда они стали личностно значимыми, личностно ценными. Приобретение теми или иными знаниями статуса личностно значимых в большой мере происходит в процессе общения, в первую очередь со сверстниками.

В общении с окружающими рождаются сомнения, в общении со сверстниками — потребность разделить мысль, убедить себя и другого в ее правоте. Как остроумно заметил психолог Ж. Пиаже, сами себе мы охотно верим на слово, и только в процессе общения возникает необходимость в проверке и подтверждении мысли.

Если друзья подвергают сомнению важность или достоверность каких-либо сведений, полученных школьником, то очень часто он может согласиться с их точкой зрения, несмотря на то что они менее компетентны в этом вопросе, чем тот источник, из которого была почерпнута информация. В результате даже сведения, источником которых являются учебно-воспитательный процесс и средства массовой информации, воспринимаются и усваиваются школьниками не в «чистом», а в той или иной степени трансформированном виде. Так, по зарубежным данным, независимо от социального происхождения, расы, религии, наличия или отсутствия в школе курса полового воспитания 90% школьников наиболее достоверной информацией о различиях полов и сексуальности считают ту, которая получена ими от друзей.

Общение является и самостоятельным источником информации. Взаимодействуя с окружающими в процессе различных видов деятельности, во время игр, спортивных занятий, входя в неформальные контакты со сверстниками, старшими и младшими ребятами, родственниками, знакомыми, учителями и другими людьми, школьник получает разнообразные знания как о предметном мире, так и о мире идей и отношений. Это очень эффективный путь познания. Обмен информацией в общении характеризуется высоким уровнем понимания, низкой избыточностью информации, экономией затрат времени. Образно говоря, общение можно назвать портативным средством трансляции информации.

Причем надо иметь в виду как общение в относительно стабильных приятельских и дружеских группах, так и мимолетное, «незапланированное», с незнакомыми людьми, что даже и не осознается как собственно общение. Особенно важным источником информации подобные контакты являются для городских ребят. Если в селе за день может быть несколько десятков встреч с различными, как правило, знакомыми людьми, то в крупном городе число мимолетных и более или менее длительных контактов может достигать десяти тысяч в день! Школьник силой своей фантазии невольно продолжает и завершает многие мимолетные встречи, фиксирует такое количество мелких, как будто незначительных проявлений, что в конце концов накапливается огромный материал, который позволяет лучше ориентироваться в окружающей действительности.

Всякое знание социально по своей природе, то есть оно создается в процессе деятельности людей, направленной на познание объективного мира и на поиск путей и способов преобразования окружающей действительности. Поэтому процесс познания социален по своей сути. Даже если человек познает что-либо в одиночку, он при этом вступает, образно говоря, во внутренний диалог со всем миром, с человечеством в целом как с носителем того знания, той культуры, которыми он стремится овладеть. Познавая что-либо в уединении, человек вступает в общение с теми, кто добыл это знание до него, и с самим собой, ибо мышление всегда диалогично. Наконец, целью познания в конечном счете является необходимость проявить знания в контактах, в сотрудничестве, в совместной деятельности с другими людьми.

Общение и нормы поведения

...Мы можем сколько угодно твердить свое, а обычай и общепринятые житейские правила тащат нас за собой.

М. Монтень

В пятом классе произошло стандартное ЧП — кто-то разбил окно. Учитель требует назвать виновного. Все молчат. Выдавать товарища у подростков не принято...

В десятом классе А свои неприятности. Из урока в урок юноши и девушки не выполняют домашних заданий, отвечают на вопросы учителей кое-как или вообще отказываются выходить к доске. А в соседнем десятом Б — все наоборот. Требуют назвать дополнительную литературу по изучаемому вопросу, в ответ на каждый вопрос поднимается лес рук. Почему? В 10 А считается, что учиться незачем, готовиться к урокам — пустая трата времени, хорошо отвечать — «высовываться». А в 10 Б думают по-другому: знать, стремиться узнать, продемонстрировать свои знания — здесь способ завоевать престиж среди товарищей.

Можно приводить бесчисленное множество ситуаций, в которых школьники ведут себя в соответствии с теми нормами, которые приняты в их среде. Откуда же берутся эти нормы, что они собой представляют?

В словарях понятие «норма» определяется как правило, образец, одна из форм нравственного требования. Норма действует в среде людей двояким образом. С одной стороны, она элемент человеческих отношений, а с другой — форма морального сознания. Норма воспринимается людьми как своеобразный нравственный закон, обязательный для каждого. Иными словами, мы ведем речь о нормах поведения, обычаях, которые постоянно воспроизводятся в однотипных поступках множества людей в более или менее сходных ситуациях.

Какое отношение имеют нормы к общению школьников? Двоякое. С одной стороны, нормы регулируют их общение, определяя, о чем, где, как и с кем можно, позволительно или нужно общаться. С другой — в процессе общения с окружающими людьми школьники узнают, интуитивно «схватывают» и усваивают самый широкий спектр норм, регулирующих жизнь человека в обществе.

Нормы, которые регулируют общение школьника и которые он познает в процессе общения, условно можно разделить на несколько слоев: общественные, региональные, возрастные и индивидуальные. Кратко рассмотрим каждый из них.

Общественные нормы — это те, которые культивируются и одобряются обществом в целом. Примером социалистических общественных норм могут быть трудолюбие, справедливость, гуманизм, уважение к человеку, доброта, заботливость и т. д. С помощью этих норм общество формирует, оценивает, поддерживает, защищает, воспроизводит тип личности, стиль общения и поведения, отвечающие его природе, реализующие его идеалы, обеспечивающие его существование, воспроизводство и развитие.

Каким же образом школьники узнают и усваивают общественные нормы? В процессе социализации, в различных институтах, образующих систему общественного воспитания. Очень большую роль играет и непосредственное окружение — как взрослые, так и сверстники. О роли взрослых поговорим несколько позднее, а сейчас остановимся на влиянии сверстников.

Почему сначала о сверстниках? Потому что в последнее время именно это влияние больше всего интересует и беспокоит педагогов и всех, кто имеет отношение к воспитанию подрастающих поколений. Это во-первых. А во-вторых, потому что за последние несколько десятилетий роль общества сверстников в жизни детей существенно выросла и продолжает увеличиваться.

Этому способствует ряд обстоятельств. Так, урбанизация ведет к тому, что все большее число молодых людей живет в городах, где имеет возможность общаться со многими сверстниками. Превращение большой семьи (в которой живут бабушки, дедушки, другие родственники, родители и много детей) в малую (состоящую из родителей и одного-двух детей), рост числа семей, где есть только мать и ребенок, — все это повысило необходимость для детей искать общение вне семьи, а следовательно, привело к снижению контроля за детьми. Всеобщее среднее образование, общедоступный источник знаний — развитые средства массовой информации привели к тому, что молодежь стала более однородной по среднему уровню информированности и вообще культурного развития. На консолидацию молодежи в своеобразное общество сверстников существенно влияет и мода, которая задает эталоны не только одежды и причесок, но и стиля жизни в целом. В результате влияния этих и некоторых других обстоятельств возросла автономия детей от родителей, а молодежи в целом по отношению к взрослым вообще. Подчеркнем, что, разумеется, речь идет только о психологической и поведенческой автономии.

Современная психология рассматривает рост автономии детей по мере их взросления совершенно конкретно[13]. Имеется в виду автономия в поведении, то есть потребность и право растущих детей все в большей степени самим решать вопросы, которые касаются лично их. Далее — автономия эмоциональная, понимаемая как потребность и право иметь собственные привязанности, выбираемые все более независимо от родителей. И наконец, моральная автономия — потребность и право иметь собственные взгляды и, главное, фактическое наличие таковых.

Автономия подростков и юношей наглядно проявляется в основном в так называемой возрастной субкультуре. Под возрастной субкультурой понимается тот комплекс морально-психологичесикх черт и поведенческих проявлений, которые являются типичными для ребят определенного возраста и пола.

Субкультура имеет главным образом внешне легко схватываемый характер[14].

Ее важнейшим элементом можно считать подростково-юношеский жаргон. Как бы заново открывая мир и себя в нем, подростки и юноши стремятся обозначить свои уникальные, с их точки зрения, открытия по-своему, не так, как это принято; этому служат жаргонные слова и выражения. В то же время жаргон — своеобразный пароль, пропуск в общество сверстников. Кроме того, с помощью жаргонных слов и выражений школьники пытаются компенсировать эмоциональную и «словарную» невозможность выразить свои переживания и чувства.

Другой яркий элемент субкультуры — следование моде в одежде, прическах, косметике, стремление с ее помощью ощутить свое единство со сверстниками и выделиться по отношению к взрослым.

Субкультура — это и определенные эстетические пристрастия, в первую очередь в сфере музыки и танцев, а также эстетики поведения.

Для современных подростков и юношей характерно то, что их субкультура, имея общие или сходные черты, в то же время очень явно дифференцируется в русле многочисленных течений (музыкальные «фанаты», «брейкеры» и др.), а также своеобразно преломляется даже в отдельных приятельских и дружеских группах.

Субкультура влияет на школьников постольку и в той мере, поскольку и в какой мере группы сверстников, которые являются ее носителями, референтны (значимы) для того или иного учащегося. Чем больше школьник соотносит свои нормы с нормами референтной группы, тем эффективнее влияет на него возрастная субкультура.

Надо иметь в виду, что нормы возрастной субкультуры значительно различаются в зависимости от того, в каком регионе страны живут школьники. Поэтому обратимся к характеристике региональных норм, влияющих на общение учащихся.

Региональными можно назвать нормы, специфические для жизни и общения людей, живущих на определенной территории, входящих в ту или иную национальную общность. Региональными можно считать и нормы, характерные для различных типов поселений. Эти нормы обычно регулируют ритуалы знакомства, приветствий при встречах, стиль взаимодействия в общественных местах и т. д. Естественно, что региональные нормы очень тесно связаны с нормами общества в целом. Однако могут быть и довольно существенные отличия.

Одно дело, когда школьник живет в деревне, типичной для российского севера, или на хуторе в Прибалтике, другое — когда в станице или большом селе Ставрополья, Кубани, Молдавии. Существенно отличается от сельской и поселковой городская социально-психологическая среда. Хотя и в этом случае все не однозначно. Одно дело, когда школьник живет в городе-гиганте (Москве, Ленинграде), другое — в среднем городе (Костроме, Томске) или в малом (Умань, Егорьевск). Существенны и такие особенности города: промышленный центр (Норильск, Череповец), индустриально-культурный (Новосибирск, Куйбышев), порт (Одесса, Рига), курорт (Сочи, Ялта, Пярну). Наконец, условия в городах одного типа и размера различаются в зависимости от того, в какой части страны они расположены (Гродно в западной части Белоруссии, Самарканд в Узбекистане или Новокузнецк в Кузбассе). Имеет значение и то, старый город или новый (Шуя в Ивановской области или Нижнекамск в Татарии).

Все эти различия изучены очень мало. Поэтому сегодня можно говорить о них лишь в самых общих чертах.

В сельских поселениях, существующих веками, довольно стабильный состав жителей, весьма ограничена социально-профессиональная и культурная дифференциация. Для них характерны тесные родственные связи. Большое значение имеет и то, что дети в деревне много заняты сельским трудом, особенно на собственном подворье. Причем они выполняют нередко ту же работу, что и взрослые, и трудятся в тесном контакте с ними. Современные деревни и села сохраняют многие традиционные черты. Улицы даже архисовременных аграрно-промышленных комплексов заканчиваются в полях и лугах, а окружающая природа — не только фон для многоэтажных зданий или коттеджей, но и по-прежнему близкая соседка и собеседница сельских жителей.

Общение школьников на селе, как уже говорилось, ограничивается сравнительно узким кругом людей. При этом чем меньше деревня или село, тем теснее и всеохватнее общение со взрослыми, со старшими и младшими ребятами. В результате на селе довольно незначительны различия в нормах поведения взрослых и детей (одобряемого и неодобряемого). Нормы общения самих школьников также имеют некоторые особенности. Свободное время принято проводить в сельском клубе или в другом месте, где собираются обычно все жители или только молодежь. В разговорах или играх могут участвовать также дети и молодежь независимо от пола и возраста. Дружба и приятельство дифференцируются довольно слабо.

Особо нужно отметить, что у школьников, живущих в маленьких деревнях, обычно возникает своеобразное чувство «местного патриотизма», обособленность по отношению к ребятам из других деревень. В школах, где учатся дети из разных деревень, как правило, очень слабы контакты между учениками в классах; гораздо важнее межвозрастные контакты живущих в одной деревне. Более того, нередко местные нормы предписывают конфронтацию школьников из разных деревень, которая периодически выливается в открытые столкновения, конфликты, драки, когда в полную меру действует принцип «наших бьют!».

Во многом сходна с сельской социально-психологическая обстановка, в которой растет школьник в старом небольшом городе. А соответственно и нормы общения в этом случае тоже имеют много общего с сельскими.

В качестве подтверждения приведем характеристику подобного городка, данную социологом А. И. Пригожиным: «Это был типичный малый город: около пяти тысяч жителей, один-единственный завод — цементный — на полторы тысячи работников. Горожане сохранили крепкие связи с деревней. Весь образ жизни полудеревенский: держатся прочными родственными и соседскими кланами, вечерами и по выходным дням копаются на приусадебных или садово-огородных участках, свадьбы справляют и в армию провожают по-деревенски. Редкие разводы, в семьях много детей, из города уезжают крайне редко.

Завод, построенный тридцать лет назад «на пустом месте», по тем временам был технически весьма совершенным. Его появление наложило отпечаток на всю жизнь города: помимо соседских и родственных возникли «производственные общности» — сотрудники отделов, участков, бригад дружат семьями.

Но гораздо сильнее оказалось влияние социокультурной атмосферы городка на жизнь завода. Формально-административные структуры тесно переплелись с неформальными, соседско-родственными, «общинными», Сын, как правило, приходит на работу в бригаду отца, часто под его начало. Информация распространяется мгновенно. Единство мнений почти всегда обеспечено. Обеспечены как поддержка и помощь друг другу, так и терпимость к ошибкам, просчетам. Конфликты крайне редки. Они «рассасываются» опять-таки действием неформальных механизмов. Но если уж конфликт возник, размежевание идет не столько по линии производственно-административной, сколько все по тем же родственным и соседским кланам.

И еще одна важная особенность: стабильность, устойчивость, неизменность здесь ценится много выше, чем успех, склонность к инерции сильнее, чем к развитию»[15].

И в сельских поселениях, и в старых небольших городах сегодня еще достаточно эффективен социальный контроль жизни и общения детей, подростков, юношей со стороны окружающих их людей. Современные деревни, села и малые города в жизненном укладе сохраняют еще многое от традиционной соседской общины, где все знают всех и про всех, где практически невозможно анонимное существование человека. Большинство эпизодов жизни каждого становится здесь объектом оценки общественного мнения. Для сел и малых городов характерны открытость общения, относительная близость, отсутствие большой социальной и возрастной дистанции между жителями, немногочисленность реальных и возможных контактов. Социально-культурная однородность делает общение школьников в селе и в небольшом старом городе очень тесным и охватывающим все стороны их жизни.

Существенно отличаются от описанных нормы общения, нормы жизни вообще в городе — даже в малом, если он новый, в среднем, а тем более в большом городе или в городе-гиганте. Пожалуй, главное отличие состоит в том, что в подобных городах нормы очень разнообразны, неоднозначны, а нередко и противоречивы.

В современном городе школьник (и чем старше он становится, тем в большей мере) одновременно является членом нескольких коллективов и групп. Причем территориально они могут быть и не связаны. В городе места жительства, учебы, проведения досуга, занятий любимым делом могут далеко отстоять друг от друга. Как правило, нет тесных функциональных связей между коллективами и группами, в которые входит ученик. Фактически школьник может одновременно жить как бы в нескольких «социальных мирах». Скажем, дома родители — служащие, товарищи в классе — в основном дети рабочих, в спортивной секции — дети военнослужащих, в научном кружке — контакты со студентами, в компании на улице — с работающей молодежью и учащимися ПТУ. И т. д. В каждом из этих «миров» складывается свой кодекс требований, свои стандарты жизни и общения, нормы поведения.

Какое-то время школьник, живущий в городе, проводит вне всяких коллективов и групп, среди людей, ему совершенно неизвестных (на улицах, в парках, кино, магазинах, транспорте). Все это создает возможность значительной личной автономии подростков и юношей. В условиях города ребята получают возможность в отдельные отрезки времени существовать анонимно, соприкасаясь с незнакомыми людьми, оставаясь неизвестными им.

Для норм общения в городах, при всех различиях, характерны и некоторые общие особенности. Так, здесь неодинаковы нормы одобряемого и неодобряемого поведения взрослых и молодежи, мальчиков и девочек, подростков и старшеклассников. Общение между взрослыми и школьниками по мере взросления ребят, как правило, становится менее интенсивным и открытым (хотя, конечно, есть и исключения). Общение со сверстниками имеет явно выраженные возрастные особенности. Оно идет обычно в группах, возникающих в классе, во дворе. Чем старше становится школьник, тем чаще он может искать и находить партнеров вне класса, школы и двора. Но так или иначе нормы таковы, что общаться школьники предпочитают в определенных компаниях (приятельских, дружеских), доступ в которые открыт не для каждого.

В последнее время много пишут о различных «командах», которые возникают именно в городах. Они имеют самую различную направленность по своим увлечениям, которые в течение нескольких лет, как правило, коренным образом меняются. Так, в конце 70-х годов прошла волна «команд» футбольных «фанатов»— болельщиков «Спартака», ЦСКА, «Динамо»; три-четыре года назад было повальное увлечение «скейтом»; затем началось увлечение «брейком» и соответственно появились группы «брейкеров»; параллельно возникли компании «металлистов» — поклонников так называемого «хэви металла» (определенный музыкальный стиль); на очереди увлечение танцами «степ», «флеш», на роликах. Одновременно существовали и существуют другие многочисленные групповые и массовые увлечения — игрой на гитаре, самодеятельной песней, «самостроем» — шитьем модной одежды. Печать сообщает и о социально опасных экспериментах молодежи с наркотиками, сексом, фарцовкой.

Не случайно все эти явления захватывают преимущественно городских ребят. В городе больше возможностей присоединиться к какой-нибудь «команде». Это с одной стороны. А с другой — нормы общения городских школьников таковы, что тот, кто не имеет приятелей, хотя бы иллюзии дружеской компании, ощущает свою жизнь неполной, себя — неудачником, свои возможности — нереализованными. Молодежные увлечения и возникающие на их основе «команды» формируют определенные нормы общения. И наоборот — сами нормы общения стимулируют поиск увлечений, которые помогли бы найти себе компанию.

Какую компанию найдет себе школьник или какая компания его «подхватит», а следовательно, какие нормы будут регулировать его поведение и общение, во многом зависит от того, в какой части города он живет. Особенно явно это в больших и средних городах.

Так, в Москве школьник, живущий в центре города, попадает в совершенно специфическую атмосферу, прекрасно переданную писателем Ю. М. Нагибиным: «Едва ли отыщешь настоящего коренного москвича, — пишет он, — который останется равнодушен при слове «Арбат». Что бы ни любил он в столице: Чистые пруды, Петровку, Замоскворечье, Разгуляй, улицу Горького или тихие Яузские берега, Арбат всегда отзовется в его душе...

И недаром самый проникновенный певец Москвы посвятил ему одну из своих лучших песен:

Ах, Арбат, мой Арбат,

Ты — мое отечество,

никогда до конца не пройти тебя!

...Для меня, прожившего двадцать молодых лет на Арбате, как и для всех бывших, нынешних и, надеюсь, будущих арбатских парней, тут содержится простой житейский смысл: Арбат... никогда не удавалось пройти из конца в конец, потому что арбатская братва где-нибудь обязательно перехватывала тебя и затаскивала либо в арбатский «Арс», либо в кафе «Мороженое» на углу Староконюшенного, либо в театр Вахтангова.., либо — и чаще всего — в один из кривых переулков, где во дворе, под сенью старых деревьев, играла радиола...» [16]

Именно в подобных районах формируются нормы собственно городского общения, так сказать, его образцы. Для общения школьников центральных районов, а также «престижных» районов вне центра города характерно наиболее ревностное следование моде в увлечениях, в жаргоне, в стиле взаимоотношений. Именно здесь, как правило, можно встретить наибольшее разнообразие компаний, их относительную независимость друг от друга и в то же время постоянное соотнесение друг с другом. Это, с одной стороны, способствует их обособлению, а с другой — заимствованию и подражанию.

Общение школьников центральных и «престижных» районов города обычно более насыщенно и разнообразно (хотя и это лишь тенденция, а не правило). Эмоциональная вовлеченность в общение со сверстниками своего и противоположного пола в «центровых» компаниях довольно велика. Здесь явно различают дружбу и приятельство и больше ориентированы на общение в домашних условиях. Общение, протекающее на улице, идет на так называемых «крестах», «стритах», «квадратах», «тусовках», но сочетается со стремлением к прогулкам по тихим улицам, скверам, где ничто не мешает разговорам. В то же время именно в центре города раньше появляются и такие явления, как стремление ребят проводить время в барах, кафе, экспериментировать с одеждой, алкоголем, наркотиками.

Совершенно специфические социально-культурные и социально-психологические условия жизни и общения школьников складываются в так называемых поселках. Это могут быть специфические микрорайоны в старых промышленных городах, или поселки, возникшие на месте крупных новостроек (например, Братск и ряд подобных городов зарождались как группа самостоятельных ведомственных поселков, которые до сих пор так и не сформировались в настоящий единый город), или переселенческие поселки, куда переехали жители деревень из зон затопления.

Приведем два ярких описания поселков различного типа, в которых очень точно схвачены особенности такого типа поселения. Первое — у В. Ф. Тендрякова — описание поселка в большом городе, второе — у В. Г. Распутина — описание переселенческого поселка.

В. Ф. Тендряков в повести «Ночь после выпуска» описывает так называемую Индию: «Это экзотическое название произошло от весьма обыденных слов — «индивидуальное строительство», сокращенно «Индстрой». Когда-то, еще при закладке комбината, из-за острой нехватки жилья было принято решение — поощрять частную застройку. Выделили место — в стороне от города, за безымянным оврагом. И пошли там лепиться дома — то тяп-ляп на скорую руку, сколоченные из горбыля, крытые толем, то хозяйски-добротные, под железом, с застекленными террасками, со службами. Давно вырос город, немало жителей Индии переселились в пятиэтажные, с газом, с канализацией дома, но Индия не пустела и не собиралась вымирать. В ней появились новые жители. Индия — пристанище перекати-поля. В Индии свои порядки и свои законы, приводящие порой в отчаяние милицию»[17].

А вот отрывок из повести «Пожар» В. Г. Распутина: «Неуютный и неопрятный, и не городского и не деревенского, а бивуачного типа был этот поселок, словно кочевали с места на место, остановились переждать непогоду и отдохнуть, да так и застряли. Но застряли в ожидании — когда же последует команда двигаться дальше, и потому — не пуская глубоко корни, не охорашиваясь и не обустраиваясь с прицелом на детей и внуков, а лишь бы лето перелетовать, а потом и зиму перезимовать. Дети между тем рождались, вырастали и сами к этой поре заводили детей, рядом с живым становищем разрослось и другое, в которое откочевали навеки, а это — все как остановка, все как временное пристанище, откуда не сегодня завтра сниматься...

И голо, вызывающе открыто, слепо и стыло стоял поселок: редко в каком палисаднике теплили душу и глаз березка или рябинка. Те же самые люди, которые в своих старых деревнях, откуда они сюда съехались, и жизни не могли представить себе без зелени под окнами, здесь и палисадники не выставляли...

И вот на схеме в поссовете клуб, а клуб этот уже двадцать лет размещается в общественной бане, вывезенной из одного из старых поселков... На схеме — детский сад, а он не действует...»[18]

Нормы жизни и общения в подобных поселках имеют свои неповторимые особенности. Здесь не меньшая, чем в деревне, открытость жизни каждого, каждой семьи и одновременно довольно жесткая обособленность каждого. Здесь ребята вместе со взрослыми, на равных, участвуют во всех событиях — и будничных, и торжественных, и печальных, и в то же время сбиваются в собственные «стаи», противостоящие и взрослым в своем поселке, и сверстникам округи. Здесь больше всего одобряется усредненность поведения и образа жизни («не высовывайся!» — девиз жизни поселков), и в то же время именно ребята из поселков утрированно следуют модным веяниям, сведения о которых почерпнуты ими либо из кино и телесмотрения, либо из поездок в соседние города. Здесь жизнь каждого настолько зависит от норм среды, что противопоставить им себя практически невозможно. Поэтому ребята мало рефлексивны, мало склонны к эмоционально глубоким дружеским отношениям. Главное для них — раствориться в «стае», найти в ней свою «заводь». Общий уровень культуры определяет и содержательный уровень общения ребят — как правило, прагматичный, сугубо событийный, бедный информацией общекультурного характера.

В подобных поселках ребята попадают как бы на перекресток между традиционным образом жизни, свойственным селу или малому городу, и влиянием собственно городского образа жизни. Они усваивают созданный в таких поселках некий сплав из традиционных и урбанистических норм, который не похож ни на те, ни на другие.

Мы говорили выше о том, что есть и другой вид региональных норм. Это нормы, которые связаны не с типом поселения, а с культурой, обычаями и традициями национальной общности. Эти нормы можно назвать этническими. Исследования показывают, какую роль играют национальные традиции воспитания детей в формировании у них норм, определяющих отношение к приятелям, друзьям и другим партнерам по общению[19]. По зарубежным данным, например, дети, воспитанные в национальных общностях, где преобладают малые семьи, — как это на первый взгляд ни странно выглядит — кажутся более дружественно-теплыми и менее авторитарными в отношениях с людьми, чем дети, выросшие в национальной среде, где малая семья не является идеалом.

Этнические нормы во многом определяют традиции общения взрослых с детьми, его стиль, возрастную дистанцию, специфику восприятия взрослыми и детьми друг друга как партнеров по общению. Прекрасной иллюстрацией тут может служить эпизод из грузинского фильма «Листопад». Дело происходит в Тбилиси. Два юноши-соперника встречаются у подъезда дома, в котором живет «предмет» их соперничества. Между ними происходит напряженный диалог, который уже вот-вот должен перейти в драку, но... Зрители видят, как «зверское» выражение лица одного из соперников неожиданно сменяется почтительной улыбкой. В чем дело? Камера смещается, и мы видим старушку—соседку этого юноши, которая обращается к нему с вопросами о здоровье папы, мамы, сестры. И молодой человек терпеливо и почтительно удовлетворяет ее любопытство, в то время как воспользовавшийся этим соперник попадает в заветный подъезд. Эта сцена типична именно для общения в тех регионах нашей страны, где соответствующее отношение к старшим — неуклонно соблюдаемая норма.

Этнические нормы определяют и многие предрассудки и стереотипы, которые бытуют в общении как в рамках одной национальной общности, так и в межнациональном общении. Их преодоление — процесс сложный и длительный. Ему способствуют развитие средств массовой информации, урбанизация, социальная и национальная мобильность и миграция населения из одних районов в другие, сближение и взаимообогащение национальных культур.

В результате влияния общественных, региональных и возрастных норм, в результате их взаимоналожения, благодаря и вопреки (как это ни странно звучит) их некоторой противоречивости и неоднозначности формируются нормы жизни и общения каждого конкретного школьника.

Каким образом школьники усваивают эти нормы? Большую роль тут играют средства массовой информации. Они предлагают определенные образцы, которые реализуются в поведении героев книг, кинофильмов, телепередач. Школьники в соответствии с возрастными, половыми и индивидуальными особенностями склонны идентифицировать себя с теми или иными героями, воспринимая при этом свойственные им образцы поведения, стиль жизни. Таким образом, к сожалению, усваиваются не только общественно одобряемые нормы. Ребята могут идентифицировать себя и с героями, которые реализуют нормы, совершенно неприемлемые для нашего общества. Эта возможность вполне реальна, ибо воздействие на школьников героев книг и особенно кино- и телефильмов может быть очень сильным — и на осознаваемом, и на неосознанном уровне.

Усвоение норм в семье и ближайшем социальном окружении (от родственников, соседей) идет, как правило, на неосознанном уровне с помощью импритинга (запечатления).

Дети многими нитями связаны с миром взрослых, испытывают на себе его различные воздействия, вырабатывают неоднозначное отношение к этому миру в целом и к отдельным его представителям. Надо помнить, что их общение с миром взрослых идет и тогда, когда они просто видят жизнь взрослых, слышат их разговоры между собой, наблюдают их взаимоотношения. И это оказывает, как правило, более сильное воздействие на детское восприятие мира, чем обращенные к ним слова взрослых. Это естественно, ибо восприятие мира всегда, а в детстве особенно, идет не только на рациональном уровне, но и на эмоциональном.

Важное значение для формирования индивидуальных норм школьника имеет то, как те или иные нормы (общественные, региональные, возрастные) оценивают наиболее значимые для него сверстники. В процессе общения с ними у школьника складываются взгляды, представления, нормы в одних случаях вследствие идентификации (отождествления) себя с конкретным значимым лицом и некритического восприятия его взглядов, отношений, норм. В других случаях этот процесс идет с помощью так называемого межличностного переноса, когда школьник переносит представления и нормы кого-либо из значимых лиц в свою жизненную практику.

Это тем более надо иметь в виду, что сверстники учат школьников многим нормам жизни и общения, которые скрывают от них взрослые, компенсируя тем самым «пробелы» в их познании жизни.

Важную роль в формировании системы индивидуальных норм растущего человека играет уединение.

Школьник — не пассивный объект воздействия норм. Размышляя наедине с собой, сопоставляя, анализируя, он отбирает для себя не только те нормы, которые одобряются и реализуются в его непосредственном окружении. Он может отобрать или выработать собственные нормы поведения, жизни, общения. Он может приспособить, трансформировать те или иные нормы к своему вѝдению мира, людей, отношений. Он может выработать определенную программу собственного поведения. В уединении он ищет и находит пути и способы интеграции противоречивых норм, отвергать которые целиком не позволяют обстоятельства его жизни. Он продумывает способы адаптации в окружающей действительности и регуляции своего поведения в соответствии с теми нормами, которым он считает необходимым следовать.

Общение и самопознание

...Самопознание есть первое условие мудрости.

К. Маркс

После окончания педагогического института я работал вожатым во Всероссийском пионерско-комсомольском лагере «Орленок». «Орленок» стал незабываемым не только для нас, вожатых, но и для наших ребят. Жизнь в лагере была яркой по содержанию, необычной по глубине, теплоте и гуманности отношений, которые складывались и между ребятами, и у ребят с вожатыми, и между самими вожатыми. Перед отъездом из лагеря десятиклассник Владик, как и все мы, очень расстроенный предстоящей разлукой, вдруг спросил-сказал: «Вот почему так? Пробыли вместе всего сорок дней, а узнали себя и друг друга лучше, чем в школе за десять лет?» Тогда я смог лишь поделиться с ним соответствующими эмоциями.

В последующие годы, исследуя проблему общения учащихся в школе, в семье, во дворе, во внешкольных учреждениях, в летних лагерях, я пытался выяснить, что оно дает ребятам. В частности, в самых разных летних лагерях я задавал ребятам разного возраста (от 13 до 17 лет) один и тот же вопрос: «Что дал тебе лагерь?» Ответы получал, естественно, самые различные. Но во всех лагерях примерно 40% ребят (чем старше они были, тем больший был процент этих ответов) писали о том, что здесь они узнали самих себя. Значительно реже об этом писали ребята, которых я опрашивал в школе, в других учебно-воспитательных учреждениях.

В этом нет ничего удивительного. В летнем лагере школьник попадает в совершенно особую ситуацию. Новое окружение, новые условия жизни требуют от него во многом заново строить общение с людьми, интенсивно проявлять себя, чтобы найти приятелей, друзей. В лагере жизнь не только ограничена во времени и пространстве, но и очень насыщена общением в процессе весьма разнообразного взаимодействия. Это концентрированное разнообразное общение заставляет проявлять в одном и том же окружении свои самые различные личностные свойства. Неудачи в общении в лагере компенсировать негде. Поэтому, попав сюда, школьник вынужден разбираться в самом себе — для того чтобы найти верные пути к контакту с окружающими. Не менее интенсивно идет здесь и узнавание других людей.

Лагерь я взял лишь как пример наиболее интенсивного влияния общения на самопознание школьников. На самом деле в процессе всей своей жизни, взаимодействуя и общаясь с людьми, мы вольно или невольно, более или менее осознанно, а то и интуитивно познаем себя и других.

В результате у человека складывается «образ Я». Насколько этот образ будет дифференцированным, многоплановым, соответствующим действительности, во многом зависит от общения, в котором мы участвуем.

О том влиянии, которое оказывает разнообразие общения человека на формирование его Я, пишет советский исследователь Ю. М. Лотман в блестящей, увлекательной биографии А. С. Пушкина.

Он рассказывает о жизни Пушкина в Одессе во время его ссылки на юг: «Месяцы пребывания в Одессе напоминали насыщенный авантюрный роман: общение с политическими заговорщиками и раскинутая вокруг него шпионская сеть, любовь и ревность, сиятельный преследователь и помощь влюбленных женщин, планы бегства за границу (В. Ф. Вяземская даже доставала для Пушкина деньги, чтобы реализовать этот проект), а на заднем плане — лица всех социальных состояний и национальностей, включая «корсара в отставке» мавра Али, в красных шароварах и с пистолетом за поясом, в обществе которого Пушкин любил бывать». «Личность поэта, конечно, едина и, бесспорно, связана с широким кругом впечатлений, поступающих из внешнего мира. Однако будучи включена в различные общественные связи, она говорит с миром на многих языках, и мир отвечает ей различными голосами». «Пушкин учится смотреть на мир глазами другого человека, менять точку зрения на окружающее и самому, меняясь, включаться в разнообразные жизненные ситуации». В результате, подчеркивает Ю. М. Лотман, «один и тот же человек, входя в разные коллективы, меняя целевые установки, может меняться — иногда в очень значительных пределах»[20].

Все эти интереснейшие размышления Ю. М. Лотмана имеют непосредственное отношение к обсуждаемой нами проблеме.

«Образ Я» — это не нечто объективно данное или раз и навсегда сложившееся, а отношение к себе самому, которое возникает в результате взаимосвязи нескольких компонентов и со временем меняется[21]. Один из этих компонентов — представление о своих качествах и свойствах, то есть определенный уровень знаний о себе; второй — оценка того, что мы о себе знаем, то есть система самооценок, которая окрашена такими чувствами, как самолюбие, честолюбие, престижность; наконец, третий компонент — проявление в поведении человека его знаний о себе и самооценок, что позволяет убедиться в их правильности. Общение с окружающими играет большую роль в формировании как каждого из этих компонентов, так и «образа Я» в целом.

Младший школьник, соотнося себя с одноклассниками, во многом ориентируется на те оценки, которые дает ему и его товарищам учитель. Подросток в первую очередь соотносит себя со сверстниками в процессе своего взаимодействия с ними, учитывая то, насколько одобряют или не одобряют они какие-либо его свойства, проявляющиеся в делах, поступках. Старшеклассники познают себя, главным образом исходя из отношения к себе близких людей, друзей, а также сравнивая себя с лидерами (даже и неприятными им) или с признанными «эталонами» в коллективе (эрудитами, спортсменами).

Исследованиями установлено, что у городских учащихся в среднем самопознание более дифференцированно и осознанно, чем у сельских ребят. Это естественно. Как условие социального общения, город схож с большим зеркалом: в нем горожанин каждодневно обнаруживает себя через взаимодействие с другими людьми. Наблюдая, сравнивая свои и чужие поступки, поведение, школьник осознает и оценивает себя и других, получает возможность ориентироваться в сложной городской жизни, находить в ней свое место.

Если у школьника общение с окружающими сложилось не совсем удачно (нет друзей, конфликтные отношения со сверстниками или со взрослыми, не удается занять удовлетворяющую позицию в классе), то это отражается и на познании им себя. Оно либо задерживается, либо результат его бывает не соответствующим действительности. И то и другое отрицательно сказывается на становлении личности.

Знание школьником самого себя, его самооценки существенно влияют на то, как он ведет себя в различных жизненных ситуациях. Но это влияние не прямое. Оно опосредуется самоуважением личности, которое можно считать фокусом «образа Я».

Все, что школьник узнает о себе в процессе общения и взаимодействия с различными людьми, иногда в большой мере, а иногда минимально опосредуется рефлексией, то есть внутренним диалогом, в котором он рассматривает, оценивает, принимает или отвергает те или иные ценности, свойственные различным группам, семье, обществу сверстников, значимым лицам.

Почти каждый школьник (один раньше, другой позже, один внезапно, другой исподволь) обнаруживает, что все чаще и чаще как бы отстраняется от всего и всех ради погружения в самого себя. Он замечает, что внешний мир, различные события собственной жизни интересуют его и вызывают у него размышления и переживания в большой степени в связи с тем, что дают повод для осмысления самого себя, для осознания своей непохожести на окружающих, даже своей уникальности.

В старшем подростковом возрасте и в юности человеку доставляет особое удовольствие погружаться в себя, исследовать свои мысли, чувства, поступки. Юный М. Ю. Лермонтов писал М. А. Лопухиной: «Назвать Вам всех, у кого я бываю? Я — та особа, у которой бываю с наибольшим удовольствием»[22]. А современнаядевятиклассница пишет: «Когда я остаюсь одна, то чаще всего занимаюсь оценкой своих поступков, отдельных действий, иногда даже сказанных фраз. Бывает, что вечером вспоминаю фразу, сказанную кем-то, и перед глазами — этот человек, слышу его голос, обдумываю свой ответ. Когда я нахожу сказанное мной правильным, у меня резко повышается настроение».

Это стремление юности осмыслить себя, свою жизнь наедине с собой не случайно. Чтобы найти путь к миру, надо найти путь к себе. Не может быть настоящим собеседником другим людям тот, кто избегает самого себя. Он в таком случае не умеет размышлять, не может оценивать жизненные ситуации. Самопознание, возникая в общении и взаимодействии с миром, делает уединение необходимым шагом на пути к общению и взаимодействию.

Порой можно слышать, что рефлексия делает юного человека пассивным, лишает его уверенности в себе. Л. Н. Толстой придерживался иного мнения. Он записывал: «Я смолоду стал преждевременно анализировать все и немилостиво разрушать. Я часто боялся, думал — у меня ничего не останется целого; но вот я стареюсь, а у меня целого и невредимого много, больше, чем у других людей... У моих сверстников, веривших во все, когда я все разрушал, нет и 1/100 того»[23].

Сегодня, когда для нас важно сформировать каждого как социально активную личность, развитие рефлексии у школьников становится необходимым условием решения этой задачи. Ибо только человек с развитой рефлексией в состоянии ставить перед собой общественно значимые цели и находить индивидуальные пути их достижения. Во многом именно мера развитости у человека способности осмысливать окружающий мир и себя в нем позволяет ему находить социально ценные, личностно значимые и реальные способы реализации себя в активной жизни на благо общества.

Реализация себя в общении

Вот я весь. Я вышел на подмостки,

Прислонясь к дверному косяку.

Я ловлю в далеком отголоске

То, что будет на моем веку.

Это шум вдали идущих действий,

Я играю в них во всех пяти...

Б. Л. Пастернак

...В классе я один, на тренировке — другой, дома — третий, а на улице — четвертый.

Из письма десятиклассника в «Алый парус»

«...Я играю в них во всех пяти», — говорит поэт. «Я всюду разный», — перекликается с ним современный десятиклассник. Это совпадение не случайно. «Пастернак — подросток, — пишет поэт А. Вознесенский. — Есть художники, отмеченные постоянными возрастными признаками. Так, в Бунине есть четкость ранней осени, он будто всегда сорокалетний. Пастернак же вечный подросток, неслух. «Я создан богом мучить себя, родных и тех, которых мучить грех». Лишь однажды в стихах в авторской речи он обозначил свой возраст: «Мне четырнадцать лет». Раз и навсегда»[24]. В этой возрастной константе поэта, наверное, и кроется некая смутная, но очень глубинная по сути параллель его с современными подростками.

Реализация себя школьниками осуществляется, образно говоря, тоже в процессе исполнения ими самых различных ролей на «подмостках жизни», как минимум в пяти актах, которые разыгрываются на «подмостках» пяти «театров». Это, конечно, довольно условное, как всякий образ, сравнение. Но все-таки попробуем убедиться в том, что оно имеет под собой основание.

«Акт первый, который играется на подмостках театра драмы».

Театр драмы, на подмостках которого общаются школьники, — это те коллективы и приятельские компании, в которые они входят. В литературоведческом значении драма подразумевает глубину переживаний героев и серьезность коллизий и конфликтов, в которых участвуют эти герои.

Реализация себя школьником в коллективе происходит тогда, когда жизнь коллектива настолько насыщенна и привлекательна для него, что создает возможности для удовлетворяющего общения с товарищами и вызывает стремление общаться с ними. К сожалению, эти условия далеко не всегда имеются на практике. Жизнь класса нередко неинтересна и формальна, а порой превращается в этакий цирковой парад-алле — вереницу шумных и трескучих мероприятий. В результате мы наблюдаем уменьшение роли классного коллектива в жизни многих ребят (особенно по мере их взросления), стремление удовлетворить свои интересы и потребности, в том числе и в общении, вне школы.

Однако в тех случаях, когда жизнедеятельность классного коллектива интересна и разнообразна, общение в нем, возможности сущностной и внешней реализации себя для школьников могут быть весьма широки.

Познавательная деятельность, общение со сверстниками и взрослыми в ее процессе позволяют школьникам реализовать свои познавательные интересы и склонности на уроках, на занятиях в кружках, научных обществах, факультативах и т. д. Включение школьников в разные виды трудовой деятельности — также обширная сфера для реализации себя. Поэтому не случайно такой популярностью пользуются лагеря труда и отдыха, строительные отряды и другие трудовые объединения учащихся. Здесь ребята получают возможность ощутить свою полезность людям, реализовать свои индивидуальные умения, нужду в социальных контактах.

Однако общение в процессе организованной жизнедеятельности и само ее содержание не исчерпывают потребности в социальном утверждении, в реализации себя. Почему? Да потому хотя бы, что здесь всегда имеется элемент регламентации. Кроме того, не всякая жизнедеятельность и не во всяком коллективе предоставляет возможность каждому школьнику утвердить свою индивидуальность.

И поэтому так необходимо ребятам реализовать себя в общении с приятелями — нерегламентированном, свободном, равноправном. С первого по десятый класс их настойчиво влекут к себе сверстники, с которыми не требуется соблюдать правила поведения, необходимые в отношениях со взрослыми, с которыми они чувствуют себя на равных, с которыми можно быть самим собой. Хотя на самом деле это и не совсем так, а порой и совсем не так! Ведь, как уже говорилось выше, в контактах со сверстниками тоже надо придерживаться определенных норм, которые нередко еще более жесткие, чем в среде взрослых. И все-таки чем старше становится школьник, тем настоятельнее для него потребность в этом общении, тем больше он к нему стремится.

Именно в обществе сверстников школьник получает действительную или иллюзорную (что им чаще всего не осознается) возможность реализовать себя и сущностно, и внешне.

Сущностно потому, что в компании сверстников он ощущает себя равным, принятым, а стало быть, ценным. Это крайне важное ощущение, без которого трудно расставаться с детством, с эмоциональной «пуповиной», привязывающей к родителям. Оно, это ощущение, позволяет считать себя на каждом возрастном этапе «уже выросшим». В то же время в обществе сверстников идет и внешняя реализация себя: быть таким, как все, соответствовать стандартам моды, поведения в подростковой и юношеской среде. Уже младшего подростка начинает одолевать смутное беспокойство: «Такой ли я, как все?» Чем старше он становится, тем неотвязнее это сомнение. Наличие компании помогает убедиться в том, что с этим все в порядке. Но уже в старшем подростковом возрасте возникает другое беспокойство: «Неужели я такой, как все?» Однако об этом дальше.

«Акт второй, который играется на подмостках камерного театра».

Здесь мы имеем дело с реализацией себя школьниками в общении в семье, с близкими друзьями, в романтическом общении со сверстниками противоположного пола.

В последние десятилетия роль семьи, ее субъективная значимость для ребят старшего школьного возраста неуклонно возрастала. Сегодня эта тенденция «спустилась вниз» и захватила детей более младших возрастов. Речь идет именно о субъективной значимости семьи, независимо от того, как действительно складываются отношения там. Даже в тех многочисленных еще случаях, когда семья явно неблагополучна, когда школьник негативно относится к родителям, даже в таких случаях ребята мечтают об идеальной семье. Пусть эта мечта проецируется на свою будущую семью или примысливается, компенсируется в фантазиях по отношению к родительской семье.

Чем старше становятся школьники, тем большее значение они придают общению с близкими друзьями, тем большее объективное влияние оказывает оно на их эмоциональное благополучие и социальное развитие. Подростки, как правило, смотрят на дружбу как на взаимопомощь. Так же относится к дружбе немалая часть старших подростков и даже старшеклассников. С возрастом, дополняя этот взгляд, а потом во многом и заменяя его, появляется новое отношение к дружбе — как к пониманию. У девочек оно возникает намного раньше, чем у мальчиков, выражено отчетливее и проявляется гораздо чаще.

Само наличие друга помогает ощутить свою нужность кому-то, уверенность в себе и своих силах. Друг — источник высокого самоуважения, ибо от него ждут (и часто получают) оценку своих качеств, поступков, личности в целом, что намного важнее оценок всех остальных людей.

Общение с друзьями рассматривается как архидоверительное. С ними обсуждаются наиболее волнующие и сокровенные темы. Это нередко разговор-исповедь. Именно потому, что дружба так важна и необходима, что она воспринимается как глубоко интимное отношение, у ребят возникает немало проблем и сложностей. Это естественно, ибо в реальной жизни достичь идеала дружбы непросто. И потому, что, ища у друга понимания, сочувствия, поддержки, школьник сам далеко не всегда готов ответить тем же. Эгоцентризм, застенчивость, эмоциональная неразвитость мешают видеть сложности и проблемы другого человека, адекватно проявлять свое даже весьма положительное отношение.

Эти и многие другие трудности могут приводить к тому, что часть ребят начинает отрицать возможность дружбы вообще. Одни считают, что в наше «рационалистическое» время дружбы нет, а есть отношения «ты — мне, я — тебе»; другие мучительно переживают свои неудачи в этой сфере; третьи ищут компенсации в суррогатах дружбы — компаниях, либо случайных, либо спаянных какими-то поверхностными увлечениями, а то и противоправными интересами.

Сущностная реализация себя в дружбе — не только необходимое условие благополучного самоощущения, особенно для старших школьников, но и важнейшая предпосылка успеха в другом виде общения.

В этот период идет интенсивный процесс становления мужественности и женственности как характеристик поведения школьника. И становление это во многом зависит от реального общения со сверстниками противоположного пола, от того опыта, который ребята из него выносят. Быть увлеченным, интересоваться лицами другого пола — в этом раскрывается предвкушение еще не наступившей взрослости, с одной стороны. А с другой — к этому побуждают товарищи, фильмы, книги. Нормы, господствующие в среде старших подростков и старшеклассников, предписывают общение с лицами другого пола, считают его высокопрестижным. Поэтому даже когда семиклассники или десятиклассники и не стремятся к такому общению субъективно, они вынуждены его искать, нередко просто выдумывать его, чтобы «соответствовать». Причем опять же эта тенденция захватывает в наши дни все более младшие группы школьников.

Дописывая незаконченное предложение «Когда я вижу мальчика и девочку моего возраста, гуляющих вместе...», около 7% четвероклассников ответили «завидую им», а 4% — «наводит на воспоминания». К девятому классу процент «завистников» возрастает до 25% у девушек и 33% — у юношей, а «обуреваемых воспоминаниями» до 20% среди юношей (десятиклассников).

Любовь, как и дружбу, школьники считают столь большой ценностью, что многие даже выражают сомнение в ее возможности в реальной жизни. Но мечтает о ней подавляющее большинство, включая и тех, кто ведет весьма вольный образ жизни или даже вступил на противоправный путь. Более того, две последние группы ребят нередко именно с возможной любовью связывают надежды на изменение себя и своей жизни.

Важность реализации себя школьниками в доверительном, романтическом общении с лицами другого пола велика. И субъективно в данный момент, и объективно для их будущей жизни. Опыт, полученный в подобном общении, оказывает существенное влияние и на становление личности, и на отношения с людьми, и на успешность будущей семейной жизни.

«Акт третий, который играется в театре марионеток».

Что имеется в виду?

Дело в том, что хотя потребность в эмоциональном контакте со сверстниками, необходимость реализовать себя в дружеском и товарищеском общении у ребят очень велика, но удовлетворить ее удается далеко не каждому и далеко не всегда. Но неудовлетворенность не отменяет потребности, наоборот, обостряет ее. И тогда в ход идут любые суррогаты.

Именно в этом случае школьник может оказаться в компании весьма сомнительного свойства, хотя и совсем необязательно асоциальной. Просто здесь сошлись такие же вот неудовлетворенные, непринятые, не увлеченные ничем серьезным или даже несерьезным, но серьезно. Обычно в таких компаниях время идет в ничегонеделании, в поисках впечатлений самого примитивного свойства, в разговорах, которые «ни уму, ни сердцу». Но! Каждый всеми силами стремится показать себя в этом никчемном времяпрепровождении как довольный, как свой, преданный компании. В подобных группах лидерами нередко становятся ребята ярко выраженного авторитарного склада, стремящиеся подавить всех.

Нормы таких компаний, руководство лидеров практически лишают их членов права на выбор, права на инакомыслие и инакоделание. Лидер, компания своими нормами, своим стилем жизни определяют и нормы, и стиль жизни каждого ее члена, превращая его в марионетку, раба нормы, раба сиюминутного импульса лидера или компании.

Однако было бы наивно и односторонне полагать, что «театром марионеток» становятся только группы свободного общения. К сожалению, и в школьных классах можно встретить нечто подобное.

Уже шла речь о том, что не во всяком классе есть условия для удовлетворяющего школьников общения, что с возрастом все больше ребят начинают искать контакты вне школы, потому что в классе они не ощущают себя личностью. В классе они марионетки, которые ведут себя так, как от них ожидают одноклассники, а вслед за ними и учителя (иногда наоборот — так, как ожидают учителя, а вслед за ними и одноклассники). Можно назвать огромное множество ролей и масок, которые исполняют и носят в школе различные ребята. Это и «шуты» самого разного вида (печальный, язвительный, беспечный, подобострастный), это и Чайльд-Гарольды, Печорины, Татьяны, Ларисы, Дон-Жуаны (в различных ипостасях — от вульгарных до изысканнейших). Школьник может находиться в классе в позиции «паршивой овцы», «мальчика для битья» и во многих других, к чему вынуждает его обстановка, сложившаяся в классе.

Все эти роли и маски предполагают определенный стиль контактов с окружающими. В результате реализации подобного стиля происходит деформация личности, последствия которой могут сказаться на всей дальнейшей жизни. У некоторых ребят может и не происходить глубинных деформаций, а лишь развивается умение приспосабливаться к неблагоприятным обстоятельствам. У кого-то эти обстоятельства вызовут рано или поздно протест, бунт, в результате чего будут сломаны сложившиеся стереотипы отношений. Может даже случиться, что школьник уйдет из класса совсем, сохраняя себя как личность.

«Акт четвертый — карнавал».

Карнавал — зрелище без рампы и без разделения на исполнителей и зрителей. Это-то и соответствует самой сущности реализации себя в детстве и юности: играть в жизнь, играть на публику, будучи ее частью, самовыражаться в этом и перенимать в процессе игры модели и образцы взрослого поведения.

Карнавализация общения с обязательными для нее эксцентричностью, профанациями позволяет выйти за рамки повседневности, сменить, пусть и на короткий срок, свой статус, преобразить по своему усмотрению окружающую жизнь, дает возможность искать свой стиль поведения, экспериментировать, примеривать различные роли и маски.

Не надо идеализировать это явление, ибо оно «чревато»: большинство эксцентрических выходок ребят, вплоть до преступлений, имеет групповой характер. Но нельзя и недооценивать роль карнавальности для сегодня и завтра школьников, для становления их личности.

«Акт пятый — играется в театре грез».

Сущностная реализация человека происходит не только в социальном сотрудничестве; очень важную роль играет и общение с самим собой. Именно наедине с собой ребята нередко реализуют свои многочисленные увлечения, творческие потенции личности, которые в школьном возрасте необычайно многолики (позднее происходит их угасание у части людей). Уединение дает возможность развить и реализовать многие задатки и способности, особенно литературные, музыкальные, художественные, отчасти технические.

Кроме того, сколь ни многообразна жизнедеятельность коллективов и групп, в которые входит школьник, сколь ни многоаспектна его реализация себя в контактах с окружающими, всегда остается то самое заветное, что реализовать в реальной жизни (простите эту тавтологию) невозможно. Именно потому, что оно слишком заветное. Это то, о чем писал Ф. И, Тютчев!

Как сердцу высказать себя?

Другому как понять тебя?

Поймет ли он, чем ты живешь?

Реализация этого самого заветного происходит на «подмостках» в уединении.

Уединение школьников имеет коренное отличие от уединения взрослых. Взрослые, оставаясь наедине с собой, обычно сбрасывают груз тех ролей, которые они исполняют в жизни, и (так, по крайней мере, им кажется) становятся самими собой. Ребята, наоборот, лишь в уединении и проигрывают те многочисленные роли, которые недоступны им в реальной жизни, представляют себя в тех образах, которые им наиболее импонируют. Они делают это в мечтах и так называемых играх-грезах (А. Н. Леонтьев)[25].

Склонность к реализации себя в мечте, в воображении весьма важна для развития личности и для ее функционирования в обществе. Рефлексивная личность проигрывает в воображении много различных своих поступков, возможные последствия этих поступков, свою реакцию на эти последствия. Таким образом она как бы изживает побудительные причины многих поступков, и ей становится совершенно не обязательно все их совершать в реальной жизни. Нерефлективная личность либо ничего не проигрывает в мечтах и воображении, либо очень мало. Поэтому любая побудительная причина приводит ее к действию. При этом сам человек очень часто может абсолютно не предвидеть последствий своих поступков и своей реакции на эти последствия. Опыт, полученный как в общении, так и в мечте, в воображении, позволяет личности предотвратить многие жизненные шаги, которые привели бы к нежелательным для нее и для общества результатам.

Заканчивая разговор о роли общения в формировании личности школьника, подчеркнем одну мысль. Общение, которое А. де Сент-Экзюпери назвал роскошью, — пожалуй, единственная в мире роскошь, которую смело можно назвать предметом первой необходимости.

Вот о том, как сделать, чтобы общение стало для школьника необходимой роскошью, а не пустым времяпрепровождением или нудной необходимостью, и пойдет речь дальше.

ЧТОБЫ ОБЩЕНИЕ СТАЛО РОСКОШЬЮ, НЕОБХОДИМО...

Два человеческих изобретения можно считать самыми трудными, а именно: искусство управлять и искусство воспитывать...

И. Кант

Итак, нам, в общем, должно быть теперь ясно, почему и как общаются школьники и что дает общение для формирования, развития, воспитания их личности. Дальше речь пойдет о том, что могут педагоги сделать для того, чтобы общение максимально положительно и эффективно влияло на школьника. Очевидно, что в массовой практике эта задача может успешно решаться в русле коллективного воспитания, то есть именно коллектив может стать наиболее действенным средством влияния на общение учащихся.

Но для этого необходимо базовое условие: школьники должны хотеть общаться в тех коллективах, членами которых они являются. А это условие, как уже говорилось, далеко не всегда имеется в наличии.

В каком случае школьник хочет общаться в своем коллективе? Когда ему в этом коллективе уютно и интересно. Или когда общаться в коллективе очень интересно, и школьник тогда стремится к тому, чтобы именно в этом коллективе ему стало уютно. Однако выше уже говорилось о том, что возможны ситуации, когда тому или иному школьнику уютно среди одноклассников и общаться с ними интересно, но это общение весьма приблизительно можно назвать содержательным и полезным для развития личности. Другими словами, мало того, чтобы в коллективе было уютно и интересно. Необходимо, чтобы общение в нем было не только личностно значимым, но и социально ценным.

Что могут сделать для этого учителя? Много и... не так уж много.

Не так уж много по крайней мере по двум причинам. Во-первых, общаются ребята с самыми разными людьми, в самых различных группах и ситуациях, многие из которых просто неизвестны учителям. Во-вторых, большая часть общения ребят даже с одноклассниками скрыта от глаз учителя. Влиять на него поэтому очень трудно, не всегда понятно, как это можно сделать.

Чтобы общение школьников было полезным, социально ценным, учителю необходимо решить по крайней мере три проблемы: создать в коллективе возможности для интенсивного, содержательного общения; учить ребят общаться; установить доверительный контакт со школьниками. Теперь коротко о каждой из этих проблем.

...Наладить контакт с ребятами

Легче познать людей вообще, чем одного человека в частности.

Ф. де Ларошфуко

Учителю удается сделать коллектив сферой общения школьников лишь в том случае, если у него есть контакт с ними. Это аксиома. Но на практике дело обстоит не так просто. Многие учителя даже не задумываются, есть ли у них контакт с учениками. Они абсолютно уверены — есть. А на самом деле?

На вопрос, заданный ученым-педагогом Т. Н. Мальковской большой группе учителей и их учеников, существует ли между ними контакт, 73% учителей ответили «да», а из учеников сказали «да» только 18%. Полное отсутствие контакта отметили 28% школьников и лишь 3% учителей. Откуда такой разрыв в оценках? Во многом — из-за разного понимания контакта. Учителя имеют в виду нормальные деловые отношения с учениками, ученики — эмоциональное тепло и доверительность.

Что же необходимо для сближения позиций? Для того чтобы контакт был не только деловым, но и межличностным?

В первую очередь и главным образом — демократический стиль общения и руководства коллективом. Он предполагает, что учитель опирается на ученический коллектив, поощряет и воспитывает самостоятельность у ребят. Проблемы учащихся он обсуждает совместно с ними и при этом не навязывает свою точку зрения, а стремится убедить в ее правильности. Он терпим к критическим замечаниям учеников, стремится понять их.

Учителя, которым свойствен демократический стиль, стремятся привлечь самих ребят к решению задач обучения и воспитания. Поэтому в разговорах с учениками педагоги совместно с ними анализируют различные события, выясняют их точку зрения на происходящее, их оценки.

Исследования показали, что стиль общения учителя серьезно влияет на климат в коллективе, на то, как часто возникают, как протекают и разрешаются конфликты в среде ребят и между учениками и учителем. От стиля во многом зависит эмоциональное самочувствие учеников, психологический климат коллектива. Именно в коллективах, с которыми работают педагоги демократического стиля, у учащихся значительно чаще отмечается состояние спокойного удовлетворения и радости.

Именно у учителей этого типа чаще возникает доверительное общение с учащимися. А это очень важно. Ведь для школьников, особенно старших подростков и старшеклассников, в общении со взрослыми, в том числе с уважаемым учителем, главное — возможность найти понимание, сочувствие и помощь в том, что переживается как наиболее значимое и интимное.

Учителю необходимо уметь беседовать с учениками на самые разные темы в самых различных ситуациях: и с коллективом в целом, и отдельно с мальчиками и девочками, и с группами ребят, и, наконец, индивидуально.

Общаясь с классом в целом, педагогу важно уметь увлечь всех темой, которую он намерен обсудить. К сожалению, нередко он этого делать не умеет.

Большую трудность представляют разговоры с отдельными группами, особенно начиная со старшего подросткового возраста. Во-первых, потому что у разных групп могут быть весьма своеобразные интересы. Во-вторых, потому что каждая группа занимает свою позицию в классе, по отношению к классу и к другим группам. В-третьих, если одну и ту же тему надо обсудить порознь с несколькими группами, то особенно важно и порой трудно найти в каждом случае свою интонацию, стиль, особые слова для каждого разговора.

А. С. Макаренко говорил, обращаясь к учителям: «...Нужно уметь сказать так, чтобы они (ученики. — А. М.) в вашем слове почувствовали вашу волю, вашу культуру, вашу личность». И закончил ключевой фразой: «Этому нужно учиться»[26]. Этому действительно надо учиться. И этот аспект обучения, пожалуй, самый трудный, ибо он требует от учителя трезвой самооценки.

Когда постоянно находишься в позиции обучающего, воспитывающего, руководящего, организующего, когда сама позиция учителя предопределяет возможность постоянно что-то изрекать, поучать, надо обладать немалым мужеством, чтобы сказать самому себе: «Этому мне надо научиться, а от этого надо себя отучить».

Чтобы вступать в контакт с коллективом учащихся, учителю просто необходимо время от времени подобным образом говорить с самим собой. Тогда он сможет вести с учениками диалог, а не быть нудным «монологистом», которого ребята если даже и слушают, то зачастую не слышат.

Сегодня учителю особенно важно искать лучшие пути к детскому сердцу и уму. Это возможно тогда, когда у него сформирована установка на личность каждого ученика как уникальное явление. Наличие такой установки необходимо для того, чтобы учитель мог реализовать в своей работе личностный подход к учащимся, изучал и учитывал половые, возрастные и индивидуальные особенности ребят, особенности их жизнедеятельности, общения и взаимоотношений.

Развитое умение познавать учащихся — совершенно необходимое условие успешного контакта с ними. Исследования показывают, во-первых, что учителя, у которых оно не развито в достаточной степени, бессознательно подменяют изучение ученика сложившимися у них стереотипными представлениями. Во-вторых, чем больше такой учитель работает в школе, тем хуже он знает своих учеников, тем более шаблонно он их оценивает, тем слабее у него контакт с ними.

Какие ошибки тут наиболее распространены?

Одна из них может состоять в том, что у учителя сложились устойчивые представления о возрастных особенностях учащихся. Он считает, что в определенном возрасте школьник должен быть таким-то и вести себя так-то. Поэтому многие индивидуальные особенности ребят он воспринимает как отклонение от нормы. Отсюда его действия — стремление привести всех «к общему знаменателю» возрастной нормы, как она ему представляется.

Другой стереотип, порожденный неумением узнавать учеников, состоит в следующем. В какой-то конкретной ситуации или по первому впечатлению у учителя сложилось определенное мнение о том или ином школьнике, о группе ребят, а то и о целом классе. Это мнение определяет отношение учителя к ребятам, оценки их поступков. Идет время, меняются ученики, меняются обстоятельства. Но «окаменевшая» оценка учителя неизменна. Сколько из-за этого происходит неприятностей, бед, драм и даже трагедий — общеизвестно.

И наконец, еще один вариант. Учитель стал преподавать в новом для него классе. Его предшественник рассказал ему о ребятах, каждому дал характеристику. В принципе это очень важно и нужно. Но! Если учитель не склонен, не умеет узнавать, изучать учеников, его отношение к новым питомцам может быть сразу определено тем, что принято называть «эффектом ореола». Узнав от своего коллеги, что Вася хороший футболист, но лентяй, учитель так и только так станет воспринимать Васю. И все старания бедного Васи прилежно заниматься у нового учителя будут оставаться незамеченными. Он будет по-прежнему числиться лентяем; над его головой будет незримо сиять этот ореол, слепя глаза преподавателя.

Учитель не может знать все о каждом. Но стремиться постоянно вновь и вновь узнавать своих учеников — необходимо.

Важнейшее условие контакта с учениками — умение учителя, преодолевая любые стереотипы, правильно воспринимать и оценивать общение в детском коллективе, трудности и конфликты, глубоко видеть породившие их причины, ориентироваться в быстро меняющихся педагогических ситуациях и принимать решения в условиях хронического цейтнота.

...Создать возможности для общения учащихся

Интерес — вот источник, вот двигатель всякого социального творчества.

Г. В. Плеханов

Поскольку школьники активно стремятся к контактам и последние играют важную роль в их жизни, постольку их общение нельзя пускать на самотек. Но нельзя бросаться в другую крайность — пытаться «заорганизовать» все контакты детей. Необходимо создать в коллективе условия, которые способствуют общению. Условия, позволяющие интегрировать часть общения школьников в рамках коллектива. Условия, при которых жизнедеятельность коллектива оказывает непосредственное влияние на свободное общение ребят.

Какие же это условия?

Содержание общения в коллективе должно быть проблемным. Оно становится таковым, если отражает проблемы становления личности на каждом возрастном этапе, если в нем ставятся мировоззренческие вопросы. Так, подростков остро волнует проблема героического, старших подростков — добра и зла, старшеклассников — смысла жизни. Естественно, что если эти вопросы обсуждаются в коллективе, он становится для ребят привлекательным и значимым.

Другое условие — социально-ориентирующий характер общения в коллективе. Имеются в виду расширение вѝдения мира школьниками, познание различных сторон действительности, человеческих отношений в их многообразии, определение собственной позиции в мире.

Оба эти условия с неизбежностью приводят к третьему — насыщенности общения в коллективе доступной ученикам информацией: социально-политической, научно-технической, философско-этической.

Каковы же пути создания этих условий?

Основной путь — организация разнообразной жизнедеятельности в коллективе. Она становится базой и содержанием общения школьников, если строится на основе сочетания педагогического управления и самоуправления учащихся; если учитываются процессы самоорганизации в среде детей; если жизнедеятельность предоставляет большие возможности для коллективной, групповой и индивидуальной самодеятельности и творчества; если в ней сочетаются одновозрастные (по классам и параллелям) и межвозрастные (всего школьного коллектива и с коллективами взрослых) формы организации.

Однако этого недостаточно.

Важно, чтобы в процессе познавательной, трудовой, общественно-политической деятельности ученики сталкивались с необходимостью решать различные проблемы и задачи, связанные с достижением цели деятельности. Поиск решения требует от ребят вступать в общение друг с другом, с педагогами, с другими взрослыми, актуализирует потребность в эмоциональном контакте, позволяет получить опыт сотрудничества и общения в коллективе и группе.

Иллюстрацией может служить, скажем, общественный смотр знаний по какому-либо предмету. В нем обычно участвуют два параллельных класса или две команды из одного класса. Программа смотра состоит из разных видов работ (письменные, устные, графические, решение задач, задания на смекалку). Общение начинается уже во время подготовки к смотру и идет очень интенсивно в процессе его проведения. Коллективно обсуждается план подготовки, распределяются групповые и индивидуальные задания, совместно или группами подбираются и прорабатываются те темы и проблемы, которые будут фигурировать в смотре. Каждый ученик или группа, имея заранее определенную роль, могут успешно выполнить ее, лишь координируя свои действия с другими участниками. Кроме того, задания, даваемые непосредственно в ходе смотра, требуют коллективного обсуждения и выработки общего решения. И наконец, в процессе смотра создается много ситуаций, которые требуют общения учащихся попарно, небольшими группами, всех вместе.

Аналогичным образом влияют на общение ребят в коллективе различные групповые и коллективные пионерские и комсомольские поручения творческого характера (создание школьного музея, агитбригады, шефство над младшими).

Коллективное общение становится интенсивным и привлекательным для школьников, если их жизнедеятельность оказывается субъективно значимой для конкретного коллектива, составляющих его групп, каждого школьника. Субъективно значимой она станет тогда, когда ее содержание и формы организации будут учитывать возрастные особенности ребят, их интересы и увлечения. Так, организуя общение в коллективах подростков, важно максимально использовать практические дела, коллективные формы их организации, поменьше — «чистой словесности». А для старшеклассников необходимо сочетание практических дел и возможностей для «разговоров по поводу», для актуализации интересов и жизненных планов, для решения проблем самопознания, самоопределения.

Жизнедеятельность коллектива необходимо строить так, чтобы в ее процессе ребята побуждались к осознанию мировоззренческих вопросов, доступных их возрасту, к дискуссиям по возникшим проблемам — и на уроках, и во внеурочной работе. Это могут быть проблемные ситуации в процессе обучения. Это может быть просмотр спектакля, если он сопровождался предварительным разговором и последующим обсуждением.

На классном часе, пионерском сборе или комсомольском собрании, скажем, та же проблема учения может быть поставлена по-разному. Если основная цель — обратить внимание ребят на социальный смысл учения, то тема может быть сформулирована как «Среднее образование — каждому!» Если задача — акцентировать внимание на индивидуальном значении учебного труда, то тема будет звучать иначе: «Знания и твое завтра». Ответственность за свои учебные дела перед обществом, комсомольской, пионерской организацией отразится в формулировках «Учение — только ли это твое личное дело?»; «Как ты оправдываешь звание комсомольца (пионера) в главном деле школьника — учении?» А когда усилия необходимо нацелить на организацию процесса учения, то темой может стать «Что такое НОТ ученика?».

Каждая из этих формулировок предполагает несколько иное содержание общения ребят и в процессе подготовки, и во время обсуждения темы. На самом обсуждении будут различно соотноситься информация и дискуссия, неидентичными будут выводы и рекомендации. Каждая формулировка оставляет возможности для определенной меры незавершенности, что может стать стимулом дальнейшего обсуждения проблемы в дружеских компаниях, дома с родителями.

Как показывает практика работы школ, для того чтобы жизнедеятельность коллектива оказывала эффективное мировоззренческое и социально-ориентирующее влияние на общение его членов, необходимо, чтобы она была информационно насыщенной. Это достигается различными путями. И привлечением дополнительного внепрограммного материала, научно-популярной, художественной литературы, материалов газет, общественно-политических журналов в процессе преподавания. И обращением внимания учащихся на соответствующие передачи радио и телевидения. И наконец, сообщением учащимся различной неординарной информации, которая в соответствии с их половозрастными особенностями и интересами должна привлечь ребят. Сообщать ее можно на уроках, на классных часах, пионерских сборах, комсомольских собраниях, а также в беседах с группами или отдельными учениками. Неординарная информация может быть приурочена к какому-либо подходящему случаю, но можно сообщать ее и в форме «сенсаций». При этом полезно указывать источники, где можно почерпнуть сведения относительно этой «сенсации».

Как уже говорилось, привлекательность коллективного общения зависит не только от его содержательности. Еще большую роль играет то, насколько каждый член коллектива сумеет найти удовлетворяющую его и социально ценную позицию в системе общения в классе, отряде, кружке; найдет ли школьник в коллективе не только товарищей по общему делу, но и приятельскую группу, в которой будет ощущать себя принятым и защищенным, друзей или друга, с которым сможет разделить свои интимные чувства и переживания.

Помочь школьнику в этом педагоги могут в том случае, если жизнедеятельность коллектива позволяет каждому проявить свои сильные стороны, индивидуальные интересы и увлечения. Для того чтобы ребята увидели друг в друге, в каждом члене коллектива нечто особенное, интересное, привлекательное, надо широко использовать коллективные и групповые формы организации жизнедеятельности. Эти формы сами по себе предполагают и в определенной мере программируют общение учащихся. Полезной и эффективной является продуманная система длительных или относительно кратковременных заданий отдельным группам, выполнение которых требует от ребят общения и в школе, и во внеучебное время. Эффективна также система конкурсов познавательного, спортивного, практического характера. Они стимулируют образование и укрепление групп ребят с близкими интересами и программируют в определенной мере их общение.

Педагогу полезно иметь в виду и те реальные приятельские и дружеские группы, которые уже существуют в классе. Надо знать, учитывать и использовать особенности этих групп, их направленность, интересы, умения. Так, достаточно авторитетная группа, обладающая коллективистической направленностью, может возглавить подготовку и проведение дела, интересного для всего класса (увлеченные фантастикой готовят «Вечер разгаданных и неразгаданных тайн», радиолюбители оборудуют школьный радиоузел). Это заставит членов групп общаться с другими членами коллектива, увидеть их несколько по-другому, осознать свою нужность коллективу. В то же время и все увидят эту группу в новом для себя ракурсе. Попутно заметим, что очень важно вовлекать в жизнь коллектива внеклассных и внешкольных приятелей и друзей учащихся. В практике ряда школ это стало системой.

Особую трудность представляет создание условий в школе для общения между собой учащихся разного возраста. Почему трудность — понятно. А вот так ли уж оно необходимо? Да, это нужно и для школьного коллектива (он и становится таковым лишь тогда, когда это общение есть), и для классных коллективов (предупреждает «групповой эгоизм», выводит за рамки возрастных забот, дел, проблем; делает класс ячейкой более широкой социальной общности), и для личности (младшие нуждаются в общении со старшими; старшим оно может помочь найти себя, ощутить свою нужность; тем и другим поможет «компенсировать» отсутствие братьев и сестер).

В массовой практике школ межвозрастное общение часто ограничивается так называемым шефством и имеет нередко весьма формальный характер. Если же соблюсти условия, о которых шла речь выше, то общение старших с младшими может быть эффективным и в общешкольных комплексных делах, и в воспитательных центрах, и в советах учебных кабинетов, и в разновозрастных отрядах по месту жительства, и в летних трудовых лагерях, и в спортивных, технических, общественно-политических клубах.

Как показывают практика и специальные исследования, все, о чем шла речь выше, интегрируя часть общения в рамках коллектива, влияет и на внеколлективное общение, задает определенные модели, которые школьники используют в компаниях, дома, во дворе. Иными словами, предполагая непосредственный контакт учащихся, все эти дела в какой-то мере программируют их общение.

...Учить школьников общаться

Тот, кто думает, что может обойтись без других, сильно ошибается; но тот, кто думает, что другие не могут обойтись без него, ошибается еще сильнее.

Ф. де Ларошфуко

Человек может быть счастлив лишь тогда, когда он ощущает благополучие в отношениях с окружающими людьми. Но достигнуть этого, как показывает опыт (подчас довольно горький), не так просто. Человек может эффективно сотрудничать в различных областях деятельности, только если у него развиты соответствующие умения. Практика свидетельствует, что и это есть далеко не у всех. Оба эти обстоятельства свидетельствуют о необходимости уже в школе уделять специальное внимание подготовке ребят к общению. Как показывают исследования, если до наступления зрелого возраста человек не приобрел определенных умений и опыта общения и сотрудничества — с товарищами по классу, по пионерской и комсомольской организациям, с друзьями своего и противоположного пола, со старшими и младшими ребятами, потом компенсировать это бывает очень трудно.

Чему же в первую очередь надо учить школьников и какие возможности для этого предоставляет жизнедеятельность коллектива?

Начнем с того, что необходимо прививать школьникам навыки речевого общения. Это предполагает: наличие большого запаса слов, образность и правильность речи; точное восприятие устного слова и точную передачу идей партнеров своими словами; умение выделять из услышанного существо дела; корректную постановку вопросов; краткость и точность формулировок ответов на вопросы партнеров; логичность построения и изложения высказывания.

Отсутствие подобных навыков приводит к тому, что у учащихся не вырабатываются та уверенность, та раскованность, которые необходимы в деловых беседах, на собраниях, в компании в свободное время.

Свободное владение речью формируется согласно учебным программам во всех классах в процессе обучения. Особую роль в этом могут сыграть уроки внеклассного чтения и анализ учебных экскурсий, а также коллективные формы организации познавательной деятельности. Эффективными способами развития речи могут стать коллективное планирование и анализ классных и школьных мероприятий, а также творческие дела, требующие импровизации.

Важнейшей частью подготовки школьников к общению можно считать формирование у них социально ценных установок. Необходимо, чтобы они относились к партнерам по общению как к цели, а не как к средству достижения собственного благополучия. У ребят нужно формировать интерес к самому процессу общения, а не только к его результату, понимание того, что общение — это диалог, требующий терпимости и к идеям, и к мелким недостаткам партнера, умения слушать и умерять свой «монологический пыл». Наконец, ребят надо ориентировать на то, что в общении надо не только что-то получать самому, но и как можно больше давать другим.

Формировать у школьников эти установки в сфере общения возможно лишь тогда, когда в коллективе установлен определенный стиль отношений. Но нередко бывает целесообразно применить и специальные меры. А еще чаще — используя традиционные виды деятельности, уделить особое внимание решению этой задачи.

Эффективная форма влияния на социальные установки в сфере общения — традиционное в жизни любого коллектива собрание (классное, комсомольское, октябрятский или пионерский сбор).

Всякое собрание объективно имеет три функции.

Первая — функция коммуникации, то есть обмена информацией между его участниками. В связи с этим в процессе собрания особое внимание надо обращать на то, чтобы ребята внимательно слушали товарищей, уважительно относились к высказываемым суждениям, ясно и четко излагали собственную точку зрения. Второй функцией собрания можно считать переработку информации. Это требует от его участников умения обсуждать проблему, подбирать и излагать аргументы «за» и «против». Третья — поведенческая. Она предполагает определенную степень эмоциональной вовлеченности в решение проблемы, стоящей перед коллективом, умение тактично по содержанию, стилю и тону излагать свои взгляды, терпимо относиться к высказываемым идеям и суждениям.

Эффективность собрания с точки зрения обучения ребят общению во многом зависит от педагога, от его способности вызвать школьников на дискуссию и тактично руководить ею. Речь идет об умении ставить стимулирующие вопросы, обеспечивать своевременную поддержку тем или иным учащимся, помогать сформулировать выводы. Педагог при этом должен и сам вносить в дискуссию конструктивный вклад.

Собрание, проводимое таким образом, позволяет ребятам проявить собственную точку зрения, обогатиться информацией, получить опыт участия в коллективном поиске решения проблемы. Кроме того, дискуссия на собрании позволяет школьникам как бы взглянуть на себя со стороны, примерить к своему поведению, стилю общения различные эталоны и нормы, внести некоторые коррективы не только в свои взгляды, но и в свои представления о себе самом, в свое поведение в процессе общения.

Наряду со свободным владением речью и формированием определенных установок в сфере общения важно и развитие у школьников коммуникативных умений.

В первую очередь имеется в виду умение ориентироваться в партнерах. Ребят надо учить восприятию окружающих людей. Они должны присматриваться к людям в различных ситуациях, учиться понимать их настроение, характер. Умение читать экспрессию поведения человека, верно его истолковывать позволяет сопереживать людям, давать им более правильную оценку. Все это помогает найти правильный стиль и тон общения в той или иной ситуации. Способность интуитивно определять состояние другого человека, его отношение к делу, судить о нем как о личности развивается по мере накопления опыта общения и сотрудничества с разными людьми, в ходе анализа и обобщения этого опыта.

Немаловажно и умение ориентироваться в ситуации общения. Оно предполагает понимание того, что правила общения в деловой ситуации и на отдыхе, в коллективе и в дружеской компании несколько различны. Умение ориентироваться в ситуации помогает завязывать контакты, создавать ситуацию общения в том или ином случае, входить в уже имеющуюся ситуацию, находить подходящие темы общения.

Умение ориентироваться в партнерах и в ситуации поможет научиться избегать ненужных конфликтов, а если конфликт все-таки вспыхнул — выйти из него с честью.

Развитие этих и других коммуникативных умений происходит успешнее тогда, когда педагоги, организуя те или иные коллективные дела в классе, школе, стараются целенаправленно использовать их и в этом направлении.

Умения, необходимые школьнику для межличностного общения, приобретаются и развиваются в процессе и общественно полезной работы, и культурно-развлекательных мероприятий, и школьных праздников, и общешкольных комплексных дел. Эффективным способом целенаправленного развития этих умений может стать ролевая игра (которая, кстати, может использоваться как при проведении различных дел, так и специально в указанных целях во всех классах).

Суть ролевой игры как способа обучения общению состоит в том, что та или иная коммуникативная задача (научиться завязывать контакт, правильно вести беседу) решается участниками путем импровизированного разыгрывания определенной ситуации. Например, старшеклассникам предлагается разыграть ситуации: знакомства в купе поезда или встречи на балу у графов Ростовых двух их современных сверстников. Одна и та же ситуация проигрывается несколько раз. Это позволяет участникам поменяться ролями, предложить свои варианты поведения. Затем полезно обсудить, какие варианты были более удачными.

Остановимся на том, как успешнее формировать и развивать у школьников умения, необходимые в деловом общении.

Большую роль тут играет целенаправленное обучение стандартизированным приемам и правилам общения, которые могут использоваться в сходных по форме ситуациях различного содержания.

Так, обучение умению работать в группе начинается с того, что педагог дает ученикам подробную инструкцию. В нее входит перечень стандартных действий, необходимых для успешности делового общения членов каждой группы, на которые разбит класс для познавательной или другой деятельности. Этот перечень включает в себя сведения о том, что такое групповая работа, какова последовательность работы внутри группы; знакомство с заданием; планирование работы; распределение заданий внутри группы; индивидуальное, парное или групповое выполнение заданий; обсуждение их результатов и процесса их выполнения внутри группы.

В течение определенного времени эти умения усваивает большая часть учащихся. Это позволяет учителю предложить им следующий набор умений, более сложных, но тоже довольно стандартных: в каких случаях лучше последовательно высказываться всем членам группы, а в каких — по желанию; в какие моменты целесообразно повторять общий вывод, а в какие это излишне и т. д. Усвоение этих умений происходит с большим трудом.

Усвоенные стандартные умения дают время и силы для сосредоточения внимания на сугубо содержательных моментах делового общения. Это происходит постепенно после того, как у ребят автоматизировались стандартные умения. В таком случае, в довольно жестких рамках стандарта, организующих и направляющих ход группового или коллективного делового общения, учащиеся могут начать импровизировать.

В ряде известных нам коллективов являются нормой регулярное обсуждение проведенных дел, анализ жизни коллектива за определенный отрезок времени. Поначалу эти собрания вели педагоги. Они задавали школьникам довольно простой и жесткий стандарт анализа. Надо было обсудить фактически три вопроса: что было хорошо в проведенном деле или в прошедшее время, что плохо, как можно сделать лучше. Этот стандарт быстро усваивался ребятами. Очень скоро по этой схеме руководить анализом начинали представители самоуправления.

Когда эти умения автоматизировались, школьники стали проявлять импровизационное начало. Они совместно осмысливали и дискутировали способы организации своей деятельности, обсуждали возможные варианты, анализировали стиль отношений, рассуждали о том, как его можно совершенствовать.

Фактически все формы коллективной деятельности, коллективные и групповые пионерские и комсомольские поручения могут служить подготовке ребят к общению. Надо лишь, чтобы учителя, во-первых, были убеждены в необходимости такой работы и, во-вторых, имели представление о том, чему надо учить ребят и как для этого можно использовать любую форму организации жизнедеятельности коллектива.

* * *

Создавая условия для общения, влияя на него, уча ребят общаться, пристально вглядываясь в своих учеников, педагогу важно помнить, что за бурными, порой поверхностными их проявлениями скрывается глубокий подтекст. Умение понять его — большое искусство. А понять необходимо, ибо только в этом случае воспитатель сможет добиться того, чтобы общение стало для его учеников необходимой роскошью. Помочь этому — гуманная задача учителей и всех взрослых.

РЕКОМЕНДУЕМАЯ ЛИТЕРАТУРА

О реформе общеобразовательной и профессиональной школы / Сборник документов и материалов. — М., 1984.

Андреева Г. М. Социальная психология. — М., 1980.

Добрович А. Б. Воспитателю о психологии и психогигиене общения. — М., 1987.

Кан-Калик В. А. Учителю о педагогическом общении. — М., 1987.

Кон И. С. Дружба. — Изд. 2-е. — М., 1987.

Мудрик А. В. Общение как фактор воспитания школьников. — М., 1984.

Основы педагогического мастерства, — Под ред. И. А. Зязюна. — Киев, 1987.

Анатолий Викторович Мудрик

ОБЩЕНИЕ ШКОЛЬНИКОВ

Гл. отраслевой редактор Р. Д. Смирнова

Редактор Е. И. Соколова

Мл. редактор Е. С. Волкова

Художник О. Г. Черных

Худож. редактор П. Л. Храмцов

Техн. редактор Н. В. Калюжная

Корректор Е. И. Альшевская

ИБ № 8957

Сдано в набор 12.08.87. Подписано к печати 09.10.87. А 13727.

Формат бумаги 70Х108⅓. Бумага тип. № 2. Гарнитура литературная. Печать высокая. Усл. печ. л. 3,50. Усл. кр.-отт. 3,76. Уч.-изд. л. 3,57. Тираж 156 827 экз. Заказ 1762. Цена 15 коп. Издательство «Знание». 101835, ГСП, Москва, Центр, проезд Серова, д. 4. Индекс заказа 872211.

Типография Всесоюзного общества «Знание», Москва, Центр, Новая пл., д. 3/4.

В издательстве «Знание» выходит ежемесячник «Твоя профессия», 1 руб. 80 коп.

который предназначен для ребят, выбирающих свою будущую профессию, для их родителей, а также для учителей, занимающихся профориентацией школьников.

Об удивительном и безграничном мире профессий рассказывают видные ученые, писатели, специалисты народного хозяйства, журналисты.

На ежемесячник «Твоя профессия» можно подписаться в течение всего года.

Индекс 70061. Подписная цена на год

Подписка принимается во всех агентствах Союзпечати (в каталоге Союзпечати — раздел «Брошюры издательства «Знание»).

Серия «Молодежная»

посвящена актуальным проблемам жизни и коммунистического воспитания молодежи, международному молодежному движению.

Задача серии — способствовать формированию марксистско-ленинского мировоззрения подрастающего поколения, его активной жизненной позиции, всестороннему развитию личности, нравственному совершенствованию.

Серия рассчитана на учащуюся и работающую молодежь, но может быть интересна и всем тем, кто имеет отношение к воспитанию юношества.

Серия «Молодежная» в каталоге Союзпечати расположена в разделе «Научно-популярные журналы» под рубрикой «Брошюры издательства «Знание». Индекс 70073.

В розничную продажу брошюры серии не поступают.

Подписная цена на год 1 руб. 32 коп.

Подписка поквартальная, принимается во всех отделениях связи, агентствах Союзпечати и общественными распространителями печати по месту работы и учебы.

Примечания

1

См.: Обуховский К. Психология влечений человека. — М., 1972. — С. 163.

2

См.: Проблемы общения и воспитание. — Тарту, 1974. — Ч. I. — С. 60—67.

3

Маркс К., Энгельс Ф. Соч. — Т. 3. — С. 440.

4

См.: Лангмейер Й., Матейчек 3. Психическая депривация в детском возрасте. — Прага, 1984. — С. 86.

5

См.: Лангмейер Й., Матейчек 3. Психическая депривация в детском возрасте. — С. 182.

6

См.: Симонов П. Искрящие контакты // Новый мир. — 1971. — № 9.

7

См.: Обуховский К. Психология влечений человека, — М., 1972. — С. 161—162.

8

Крупская Н. К. Пед. соч.: В 10-ти т. — Т. 1. — М., 1957. — С. 216.

9

Уайлдер Т. Теофил Норт // Иностранная литература. — 1976. — № 7. — С. 191.

10

Блок А. Собр. соч.: В 8-ми т. — Т. 8. — М., 1963. — С. 252.

11

Шеллер-Михайлов А. К. Без товарищей. — В кн.: Рудевич Л., Рудевич О. Детская душа. — Т. I. — М., 1907.— С. 43.

12

См.: Щукина Г. И. Активизация познавательной деятельности учащихся в учебном процессе. — М., 1979.

13

См.: Кон И. С. Психология ранней юности. — В кн.: Возрастная и педагогическая психология / Под ред. А. В. Петровского. — М., 1973. — С. 150.

14

См.: Мудрик А. В. Современный старшеклассник: проблемы самоопределения. — М., 1977. — С. 26—31.

15

Пригожин А. Вот пришла ЭВМ // Знание—сила. — 1986. — № 10. — С. 8.

16

Комсомольская правда, — 1985. — 4 сентября.

17

Тендряков В. Ночь после выпуска. — М., 1976. — С. 11.

18

Распутин В. Пожар // Наш современник. — 1985. — № 7. — С. 7—8.

19

См.: Кон И. С. Этнография детства. Историографический очерк. — В кн.: Этнография детства. — М., 1983. — С. 31—32.

20

Лотман Ю. М. Александр Сергеевич Пушкин / Пособие для учащихся. — М., 1983. — С. 110, 63, 117, 64.

21

См.: Кон И. С. Психология старшеклассника. — М., 1982.— С. 63.

22

Лермонтов М. Ю. Собр. соч. в 4-х т. — Т. 4. — М., 1965. — С. 374.

23

Толстой Л. Н. Собр. соч. — Т. 19. — М., 1965. — С. 275.

24

Вознесенский А. Четырнадцать лет. — В кн.: Прорабы духа. — М., 1984. — С. 14.

25

См.: Мудрик А. В. Современный старшеклассник; проблемы самоопределения. — С. 34—37.

26

Макаренко А. С. Соч. — Т. 5. — М., 1958. — С. 242.

Content

Мудрик Анатолий Викторович Общение школьников

ПОЧЕМУ И КАК ОНИ ОБЩАЮТСЯ?

ЧТО ДАЕТ ОБЩЕНИЕ ЛИЧНОСТИ

Эмоциональная функция общения

Общение и познание мира

Общение и нормы поведения

Общение и самопознание

Реализация себя в общении

ЧТОБЫ ОБЩЕНИЕ СТАЛО РОСКОШЬЮ, НЕОБХОДИМО...

...Наладить контакт с ребятами

...Создать возможности для общения учащихся

...Учить школьников общаться

РЕКОМЕНДУЕМАЯ ЛИТЕРАТУРА

Примечания