Без обмана 3

Глава 1

Что произойдет с человеком, если он промокнет до нитки под ливнем осенью? Да, конец сентября у нас выдался по-летнему теплым, но всё равно ничего хорошего, если учитывать еще и пронизывающий ветер. Некоторые школьники из наших подопечных начали чихать и хлюпать носами еще до прибытия в базовый лагерь. Хорошо хоть маршрут тут из числа простых и все им смогли без проблем пройти, ограничившись редкими потерями равновесия из-за того, что сыро и скользко.

Взрослые не лучше. Каратист Сакаи на половине пути начал сморкаться настолько громогласно, будто бы в прошлой жизни он был слоном, а сейчас, пережив стресс, вспомнил, каково это – трубить хоботом. Эти премерзкие звуки наверняка отразятся от склонов гор, усилятся эхом и, будучи услышаны туристами, породят очередную легенду о страшном горном чудовище.

Одна только Тика, наверное, ни единого признака простуды не показала, если меня не считать. Я, отдохнув в луже, как будто бы обновился и набрался сил, свеж и бодр, справился бы еще с парочкой переходов туда-сюда по той же погоде.

Хотя, конечно, комфорт мне приятней, потому очень обрадовался тому, что могу, наконец, переодеться в сухое и обнять Мияби. Хотелось бы в обратном порядке, но, увидев, как выглядит моё “немного испачкался”, девушка прижиматься ко мне не стала. Тут не до обид. Я, без обмана, словно кабанчик, принявший грязевую ванну.

На туристической базе нас ждали горячий душ из бойлера, тёплые одеяла, электрические тепловые пушки и очень много свежезаваренного чая, а также аптечка с парацетамолом для тех, кому предыдущие меры не очень помогли. Увы, одолела простуда большую часть промокших, включая Ринне-тян. Не у всех такая хорошая генетика и крепкий иммунитет, как у нас с сестрой.

Но серьезно заболел один лишь каратист. Вот у него температура под сорок и слабость, не позволяющая руку поднять. Когда Кадзивара-сан вручила молодому парню кружку с горячим питьем, тому пришлось взяться за нее двумя руками, иначе пробирающая его дрожь не позволяла донести напиток до рта, не расплескав. И вот зачем он вообще поперся в горы с таким-то здоровьем?

– Сестренка Мияби, а братик тоже был весь горячий, когда прибежал нас спасать, – наябедничала Тика. Предательница! Хотя я понимаю, что это из-за заботы и не обижаюсь. Я на тот момент, когда сестренка меня выдала, был уже полностью остывшим и ощупывание моего лба не принесло никаких подозрений по поводу болезни. Удачно избежал постельного режима на фоне того, что настоящих заболевших пожилая волонтер все же отправила по кроватям.

Внутренне рыдая от жадности, я достал пакетик с сушеными цветками ханасеки и направился на кухню, чтобы приготовить отвар. Тратить дефицитное средство на неприятного мне каратиста, который едва не бросился на меня в драку, очень не хотелось, но, кроме него, еще и дети заболевали, включая Ринне. Для сестренки моей девушки жадничать я не буду.

Проник в кухонный домик, длинный и узкий, как вагончик, воспользовавшись ключами, которые взял у Кадзивары-сан, как у негласного лидера лагеря. Включил свет, зажег газовую плиту, выбрал кастрюлю побольше. Тут царит идеальная чистота, надо сказать. Я и сам чистюля, но эти кастрюли и сковородки как будто бы новые, только что из магазина. Может быть, Акеми ими и не пользуется? Оставляет в качестве источника зависти для дерзнувших зайти на ее территорию, а сама готовит на старой закопченной сковороде, которую прячет где-то в запертом на замок шкафу. Невольно вспомнилось что у Акиры из снов также всегда был идеальный порядок, в том числе и в зоне готовки.

Выбрал кастрюльку покрупнее, наполнил чуть больше, чем до половины водой из-под крана. Пока закипает, нужно найти другие ингредиенты. Вон из-за той дверцы как раз пахнет имбирем, да и специями тоже. Заперто! Нет, пряности, конечно, издревле ценились, но не настолько же, чтобы держать их под замком.

Проволочка как будто сама мне в руку прыгнула. Уж с запором на кухонном шкафчике я бы, вполне вероятно, справился и будучи прежним, неловким и законопослушным Ниидой. Потратил бы неприлично много времени, но сладил бы в итоге. Сейчас же одно быстрое движение и готово. Самого пугает эта легкость.

Никаких страшных тайн за закрытыми дверьми шкафа я не нашел. Обычный хороший набор кулинарных приправ. Я у себя дома их в таких же баночках храню. Получается, Акеми их с собой принесла? Или заранее тут оставила? Так ли это важно, если выглядит и пахнет весь набор превосходно. И в любом случае предназначен для того, чтобы готовить гостям лагеря.

Быстро прогнал в голове рецепт. Корень имбиря, зеленый чай, цветки хризантемы, ягоды годжи, листья микана, цветочный мед и вершина всего – ханасеки. Ничего не забыл. Папа утверждал, что это мамин рецепт. И как бы низко ни упало мое мнение об этой женщине, простуду она лечить явно умеет. И на моем отце всегда прекрасно работало, и на Тамуре-сане, начальнике статистического отдела. Поможет и жертвам простуды.

Пока вода закипала, подготовил все ингредиенты, убрав лишние обратно в шкафчик. Приготовление лекарства – действо сродни средневековой алхимии. Важно отправлять все в кипяток в определенном порядке, чтобы получилось не только полезно, но и вкусно.

Начал с главного компонента– засушенных цветков, существование которых якобы не признано официальной наукой. Сомневаюсь, что такое возможно в современном мире. Уж скорее правда в том, что немолодые аптекари не следят за публикациями и упустили информацию о том, что растение классифицировано.

Высыпал сразу половину имеющегося запаса. Ох, какой же густой запах наполнил помещение, когда лепестки встретились с кипятком. Хоть приводи сюда простуженных, чтобы подышали им, дабы преисполниться здоровьем. Я, например, так и взбодрился. И это ведь только начало рецепта. Теперь сушеный корень, очень и очень хорошего качества, между прочим, намного лучшего, чем купленный мной в Токио.

– Что вы тут делаете, Ниида-сан? – требовательно спросили у меня за спиной. Я узнал бы этот голос даже во сне. Собственно, во сне я его впервые и услышал, и теперь никогда не смогу позабыть. Акира. Точнее, Акеми, ее нелицензионная копия.

Обернулся на звук. Глаза подтвердили – Акеми в футболке и коротких шортиках. Шикарные медные волосы убраны в хвост, но как-то по-особенному, так, чтобы казаться объемными, за счет чего напоминают взаправдашний лисий хвост. Какое-то волшебство, а не прическа!

– Ниида-сан, прекращайте на меня пялиться. Я вас спрашиваю, что вы тут делаете. Зачем вы так поступили? Это было настоящее святотатство! Зачем вы добавили к ханасеки имбирь? Они абсолютно несовместимы.

– Это отвар для здоровья по рецепту моей мамы, дети простыли под дождем.

– Вы еще и мёд туда добавить собрались? Да вы безумны, Ниида-сан! Сто лет уже завариваю ханасеки с пряностями и такого кошмара ни разу не встречала! Прекращайте впустую переводить мои приправы и лучше уйдите, я сама попытаюсь спасти то, что вы начали. Это, между прочим, моя кухня. Я вам уже запрещала сюда заходить. Как вы вообще открыли шкафчик? Ключ только у меня.

– Было не заперто. Простите, что начал своевольничать. Но вы отсутствовали, а действовать нужно. Цену приправ я компенсирую.

– Дело не в деньгах, а в том, что вы тут устроили. Будто тайфун пронесся! Мужчин вообще нельзя допускать к плите и продуктам!

Бросил беглый взгляд на аккуратно разложенные ингредиенты. У нас с Минами-сан, очевидно, очень разные понятия о беспорядке. У меня на кухне всегда чисто и никогда никакого бардака. Если где-то какая-то капля и убегает, я оперативно ее настигаю и вытираю бумажным полотенцем.

– Тайфун и правда пронесся, снаружи. Мы глядели прогноз погоды, ливень и гроза затянутся еще на несколько дней, – спокойно отвечаю ей. – А вас искала половина лагеря. Где вы были? – а сам продолжаю добавлять ингредиенты согласно рецепту, полностью уверенный в его правильности.

– Не ваше дело, где я была, Ниида-сан. Немедленно отойдите от плиты, иначе я пойду к вашей девушке, Цуцуи-сан, и скажу, что вы со мной заигрывали. Очень убедительно скажу.

– Поражен в самое уязвимое место. Видите смартфон в моем кармане? Там включена диктофонная запись, – конечно же, нет. Я и не рассчитывал, что она мне поверит, выигрывал время для того, чтобы добавить ягоды годжи и листья микана. Всё, теперь продержаться несколько минут, пока пройдет насыщение.

– Глупость, – улыбнулась рыжая красавица. – Что именно вы планировали записать здесь? Шкворчание кипятка? Если уж врёте, выбирайте аргументы поубедительней.

– Понимаете, я часто пою, когда готовлю. А близкие находят моё пение забавным, так как голоса у меня нет. Вот я и записываю, чтобы их повеселить. Хотите, и вам спою? Пончики, пончики, мягкие пончики… – сам не понял, почему затянул именно эту старинную рекламу из 80-х популярной сети ресторанов “Мистер Донат”. Последний раз я у них был, еще когда учился на пятом курсе университета, целую вечность назад.

– Остановитесь! Можете разнести мою кухню на атомы, только больше не пытайтесь петь!

– Вот сейчас немного обидно было. Голоса у меня нет, но в ноты я обычно попадаю идеально.

– Это ваше пение не спасает. Сочувствую вашим близким. Оставьте мне вторую половину лепестков, я приготовлю правильное лекарство. Вашим же вариантом, надеюсь, никто не отравится.

– За что вы так меня невзлюбили, Минами-сан?

– Вы напоминаете мне одного человека, о котором я не хочу говорить. Уж точно не с вами.

– Но я же не он.

– Что вам непонятно в “не хочу говорить”? Просто берите тот ужас, что сотворили и уходите, кастрюлю потом вернете, только не забудьте ее как следует отмыть.

В мире моих мистических домыслов тот неприятный девушке человек – Хидео-сан, который здорово меня изменил. А говорить о нем не хочет настоящая Акира, ни на один день не постаревшая с сороковых. Но не озвучивать же свои фантазии вслух, выставляя себя непонятно кем? И даже если я вдруг буду полностью, стопроцентно уверен, что она та самая возлюбленная моего попутчика, о необходимости откровенного разговора с ней нужно будет всерьез поразмыслить. Я не он. Я влюблен в Мияби и это неоспоримо. Я не предатель и не изменщик. И не хочу давать этой во всех смыслах идеальной девушке какую-то ложную надежду на то, что мертвец может воскреснуть. Повторюсь, я не он, я Ниида.

Накрыл кастрюлю крышкой, взялся за ручки и понес ее к выходу из кухонного барака, уже на половине пути до двери сообразив, что держу горячий металл голыми руками. Останавливаться и надевать прихватки было бы сейчас странным, привлекающим к моей персоне дополнительное внимание действием, потому так и вышел наружу, обойдя сердито буравящую меня взглядом Минами-сан стороной.

Теперь мне предстояло заручиться поддержкой Мияби и Кадзивары-сан и угостить результатом своих трудов всех. В идеале вообще всех, а не только тех, у кого проявились симптомы, но моей кастрюли для того не хватит. Позвал обоих женщин и начал свой почти врачебный обход.

– Какая гадость! – выдал неблагодарный Сакаи, когда старушка заставила его выпить половину кружки целебного отвара.

– Лекарство не бывает приятным, дурень, – нашлись правильные слова у негласного лидера лагеря. – Пей, пей. Я попробовала и молодой себя ощутила, очень бодрит.

– Но почему оно такое острое? Это что, из перца чили сварено? – продолжил жаловаться парень. Вот как ребенок.

– Могу-могу, давай еще один глоточек, – Кадзивара проговорила присказку, которую используют при кормлении маленьких детей. От кого другого спортивный парень счел бы такое оскорбительным, но не от милой бабушки же. Выпил как миленький.

У настоящих детей, школьников, проблем с тем, чтобы выпить лекарство не возникло. Некоторым даже понравилось. Ринне-тян, например.

– Ууу, пахнет, как то зашибенное печенье, – похвалила девочка и осушила полную кружку.

Многие почти сразу сказали, что им стало лучше, и сопли бежать перестали. Но ближе к вечеру Минами-сан лично обошла всех уже со своим вариантом напитка. Что о нем сказать? Я был посрамлен. В том смысле, что ни одной жалобы на вкус, а привереда Сакаи, которому здорово полегчало к тому моменту, попросил добавки. Попросил у почти лишившейся симптомов Ринне глоточек из ее кружки. Чудесно. Настоящая симфония для вкусовых рецепторов. Захотелось и самому добавки. Но кто же такое признает вслух? Сделал во время дегустации постное лицо, как будто бы полностью равнодушен. Насмешливый взгляд и едкая улыбочка Акеми показали, что она насквозь меня видит и спектакль не удался именно для того зрителя, на которого и был рассчитан.

На следующее утро здоровыми проснулись абсолютно все. И очень сильно заболевший волонтер и слегка захандрившие дети. Чей именно вариант помог – спорить бесполезно. Я считаю, что мой. Со мной ведь многолетний опыт Хидео-сана, зарекомендовавшего себя во снах, как опытного травника. Правда, скорее отравителя, но и простуду он Акияме-куну как-то во время скитания по Хоккайдо вылечил подручными травками, совсем не такими мощными и “мистическими”, как ханасеки. Ну а работница национального парка попросту вкусный компотик приготовила. Ладно-ладно, признаю, сил и бодрости ее питьё прибавляло ничуть не меньше, чем моё. Основа ведь та же самая.

Возможно, как раз из-за излишка энергии я всю ночь глаз не сомкнул. Вот ни капли сна, как будто бы сё, то есть почти два литра, кофе на ночь выпил. Вот кто вообще придумал это глупое разделение на мужские и женские домики? Мияби близко, а спать мы с ней вынуждены по отдельности. Обидно.

В итоге просидел до самого утра с рабочим ноутбуком на крылечке нашей мужской хижины. Не работал, конечно, и не смешные видео с котиками в интернете смотрел. Ну ладно, всего пару роликов. Кошки очень милые, почти как лисички. Не Дандо-сана. Он настоящий кошачий демон. Хотя его жуткая суть все равно скрывается за кавайной пушистостью.

Ноутбук я использовал для просмотра карты местности, в очередной раз пытаясь понять, куда тут можно спрятать машину таким образом, чтобы, во-первых, никто не нашел, во-вторых – найти самому. Вчерашний оползень навел меня на мысль, что рельеф за сто лет в подверженных подземным толчкам горах мог серьезно измениться. И искать нужно по спутниковым снимкам столетней давности. Которых, конечно же, нет. Самый первый космический аппарат запустили русские в конце пятидесятых. И он ничего не фотографировал, только лишь пищал в радиоэфире. Следом за ними свой спутник отправили и американцы, и он тоже фотоснимков не делал. В шестидесятых Землю из космоса уже вовсю фотографировали, но речь идет скорее об общих планах, не позволяющих рассмотреть детали рельефа.

Найти космические снимки Японии, а именно гор Минами, более ранние, чем датируемые девяностыми годами у меня в открытых источниках не получилось. Вероятно, такие имелись у кого-то, например, у НАСА, но публиковать их в интернете не спешили. Не из-за особой секретности, а по причине отсутствия к ним интереса.

Пошел в итоге на небольшую хитрость. Нашел англоязычный форум, на котором общались геологи и, пользуясь онлайн-переводчиком, написал пост о том, как менялся рельеф в этой местности, приложив имеющиеся современные снимки. Не вопрос задал, а оставил свои дилетантские измышления о том, как все могло бы быть. Люди, особенно гайдзины, устроены так, что они не всегда охотно помогают ищущим помощи. Зато указать на чужую ошибку и втоптать другую сторону в грязь они всегда рады.

Англоязычный форум я выбрал из-за разницы в часовых поясах. Сомневаюсь, что среди японских геологов нашлось бы достаточно полуночников, чтобы меня заметили. А вот на международной площадке вскоре разгорелось жгучее обсуждение, полное споров и ругани. Еще и погрешности перевода мешали, например, “гора” в определенной части моего поста перевелась как “тьма”, а я это понял, только когда обратную конвертацию на родной язык сделал.

Уже ближе к утру, некий RockyBalBoulder69 выложил список из десяти точек координат, где, по его мнению, сто лет назад имелась возможность подъезда на автомобиле, а сейчас уже нет. Его псевдоним, как сказал все тот же онлайн-сервис, означает “Скалистый валун 69”, а в профиле на форуме указано, что это профессор из University of Colorado Boulder, учебного заведения, основанного в 1876 году. Наверное, ученый из такого старого и уважаемого университета не должен сильно ошибаться. Стоит проверить.

Глава 2

Дождь продолжал лить и лить. Школьники погрязли в своих гаджетах, не находя других развлечений. И тут на передний план выхожу я со своими новостями о результатах работы американского профессора из Колорадо.

Каким бы харизматичным оратором я ни стал, благодаря частично изменившейся личности, фурора не произвел. Смог увлечь рассказами о золотом кладе меньше десяти человек, не считая Мияби. Ринне-тян, Тика-тян, Синдзи-кун, Хина-тян, кендоист Ошима-кун. И, внезапно, Акеми-сан. Но последняя сделала вид, что ей не интересно, что она мимо проходила, раздавая всем порцию завтрака. Очень вкусного, надо сказать. Рисовая каша окаю и омлет-рулет тамагояки идеальны для утреннего приема пищи. Особенно с зеленым чаем.

Ну хотя бы кого-то я смог увлечь, день пролетел за обсуждением того, какие точки мы успеем посетить, как до них добираться и куда потратим деньги. Ведь озвученный объем золота – это те самые два миллиарда йен, которые принесли мне широкую известность.

– А я куплю для папки новый трактор, старый у него совсем древний и его надо постоянно чинить, – предлагала Тика. – А остаток денег мне на универ, а то кредиты – это какая-то задница. Я как посчитала, сколько там переплата выходит, вообще в шоке.

– Я дам деньги на нашу школьную бейсбольную команду, нам нужна новая форма и мячики уже совсем старые. И новый ноутбук себе куплю, такой же мощный, как у подруги, – озвучила свои планы Ринне. Какая она щедрая, относительно моей родной сестры.

– Я обновила бы весь гардероб брендовой одеждой из Харадзюку, – поделилась мечтой Хина. – Не смейтесь, у моей семьи не так много денег и про настоящие дизайнерские вещи мне только мечтать и остается.

Харадзюку – это квартал в Токио, расположенный вокруг одноименной станции. Не уверен, к какому из районов он относится – к Сибуе или Синдзюку, где-то рядом и от того, и от другого. Центр молодежной моды, которую мне сложно было понять и в подростковом возрасте. Сейчас же, в тридцать один, и подавно. Модницей мне скромная Хина не показалась. Но по-своему простая и милая мечта.

– Я купил бы себе раритетную катану, настоящий антиквариат, который не стыдно передать потомкам, – высказался Ошима. – И, возможно, договорился бы о нескольких уроках с Миядзаки Масахиро, лучшим кендоистом современности.

– Я поехал бы в путешествие по Японии, побывал бы в каждой префектуре. И друзей бы с собой взял, – это Синдзи-кун. Из приятелей у него вроде бы только Тика и имеется. Коварный ловелас подрастает. Возможно, мои советы ему и вовсе не пригодятся.

– Не будем есть нарисованные моти, – сказал я всем. – Не хочу, чтобы кто-то разочаровался. Даже если мы и правда найдем клад, у него, возможно, остался владелец – та горнодобывающая компания, которой принадлежало золото. Но ваши мечты услышаны.

– Вы только не думайте, что я тут всем позволю чужой рис есть, – серьезно заявила моя сестра. – Это братика Макото клад. Он его нашел. То есть найдет.

– Если отыщем, то я запомнил ваши мечты, – примирительно сказал я. – Будет честно, если получится их исполнить.

– А как же моя мечта? – с улыбкой спросила старшая Цуцуи.

– А ты ее не назвала, сестренка, – Ринне-тян показала сестре язык.

– Ринне! - недовольный окрик был полностью проигнорирован.

– Твою мечту я исполню независимо от любых кладов, – пообещал я. Конечно же, угодив в ловушку. Но я и так бы сделал всё, о чем она попросит.

– В таком случае приберегу ее на потом, – решила Мияби. – Не буду называть вслух, а то не сбудется.

– Про свои желания принято говорить на Танабату или в первый день нового года, – подсказала Хина. – В храме. Вы же пойдете в храм на новый год?

– Обязательно! – это Ринне успела раньше всех ответить. – Ниида-сан пойдет с сестренкой, возьмет меня с собой и Тику тоже возьмет, она приедет к нему в гости.

– Вернемся к поискам, – предложил я. – Завтра, как обещают, не будет дождя и мы сможем проверить вот эти три места, видите, они совсем рядом друг от друга, а нам нужно заниматься трекингом, как раз туда сходим. Затем послезавтра вот эти два, и дальше как получится.

Многие считают синоптиков невероятно лживыми людьми, намеренно искажающих прогнозы погоды и коварно потирающими ладошки в ожидании того, как завтра очередной несчастный промокнет под дождем или наоборот, наденет ненужный ему свитер, из-за чего будет потеть весь день. Как крупный специалист по лжи, я готов за них вступиться и сказать, что это не так.

Метеосводки из смартфона пообещали, что дождь кончится и тайфун уползет в сторону от национального парка Минами. Так и произошло. Моя интуиция, а может быть, подсознательные выводы, опирающиеся на опыт Хидео-сана, еще вчера предсказывали, что так и будет.

Увидев утреннее солнышко, Тика, никого не стесняясь, начала танцевать в лучах светила, которые упали на девочку под таким углом, что мне почудился огненный ореол вокруг нее, будто бы сама Аматэрасу-сама решила ниспослать свое благословение. Танцует моя сестра, надо признать, очень достойно, не зря тот китайский балетмейстер ее тиранил, добиваясь результатов. Синдзи-кун, выглянувший из своего домика, прямо замер и залюбовался. Как и пара мальчишек из другой школы, его соседей. Но решимости в их взглядах, в отличие от деревенского парня, я не прочитал.

В очередной раз поделились на команды, на этот раз с учетом существования нашего кружка юных кладоискателей, прибавив еще двух ребят, с которыми мы ходили в гости к ведьме. Эти мальчишки показались мне слишком увлеченными своими смартфонами. И даже то, что тут, возможно, происходит неподдельное приключение, не смогло отвлечь их от обсуждения того, какой у кого приз из лутбокса выпал в мобильной онлайн-игре. Я не против игр как таковых. Но для чего эти двое вообще поехали в лагерь, если с телефонами им интереснее? Чтобы легально школу пропускать? Так им нагонять программу придется, а это сложнее, чем двигаться по плану.

Печально, что Мияби опять со мной не отпустили. Понимаю логику Кадзивары-сан. Если взрослые волонтеры будут увлечены друг другом и своими романтическими чувствами, то за подростками им присматривать будет недосуг. Принимаю, но совсем тому не радуюсь. Вместо Цуцуи моим напарником стал Ошима-кун. Приятный юноша. Вежливый, неглупый, любознательный.

До каждой из трех первых точек, обозначенных мне профессором колорадской школы камней, мы добрались еще до полудня и как-то это принесло легкое разочарование. Надеяться взять и найти клад вот так сразу, безусловно, было очень наивно. Но не отыскалось и намеков на что-то спрятанное или возможный тайник. Наверное, мне стоило лучше поставить задачу тому американцу с каменным псевдонимом. Сразу написать про то, что ищу сокровища.

Прогулка, впрочем, вышла замечательная. По дороге Ринне-тян спросила у нашего спортсмена про кендо, с которого разговор перешел на самураев, а с них уже на японскую историю, что позволило мне блеснуть знаниями о периоде Эдо. Сны о прошлом Хидео-сана вложили мне в голову множество подробностей о той исторической эпохе, которыми я без малейших раздумий поделился со спутниками. Это и интересно и полезно для них. В школах на уроке истории очень много уделяется периоду сёгуната Токугава, но там сосредотачиваются на политике и экономике, практически полностью упуская быт.

Вот этот пробел я и попытался заполнить, нарисовав им картину жизни обедневшего самурая, который из-за долгого периода мира не может зарабатывать, как и полагается воину, своим мечом, а уйти в мирную профессию ему не позволяет прямой сословный запрет, вот и приходится подрабатывать телохранителем у богатых купцов, которые стоят ниже на социальной лестнице или набирать учеников за деньги, в итоге открывая свою школу боевых искусств. О том, что одной из причин обеднения человека, ставшего примером для моей истории, стал известный мне мошенник, я, безусловно, умолчал.

– Ниида-семпай, а откуда вы так много знаете про историю? – уточнил Ошима.

– Много читал, изучал другие материалы. Как будто целую жизнь в том времени благодаря ним прожил.

Какими бы внутренними силами меня горы ни одаряли, за этот день устал я очень сильно. Ноги под вечер буквально гудели. Но и молодой спортивный Ошима выглядел не лучше, тоже весь вымотался. Все-таки ушли мы рано утром, а вернулись уже на ужин. Хину снова пришлось нести, у нее подвернутая накануне нога разболелась. Хорошо хоть сегодня девочку на себя кендоист взял. Следующим днем охромевшую оставили на базе, помогать по хозяйству.

На будущий день пройти потребовалось чуть меньше. Два – это не три, любой бухгалтер подтвердит. Вот и убедившись, что ничего, кроме отвесных скал, на первой точке нет, мы пообедали тем, что еще вечером Минами-сан сложила всем в бенто и пошли проверять второе место.

Когда навигатор в смартфоне показал что мы дошли точь-в точь до нужных координат, интуиция сказала мне, что нужно пройти немного дальше по склону. Интуиция или память Хидео-сана? Уж он-то знал, где спрятал заначку.

– Там что-то есть, глаза меня не подводят? За зарослями бамбука на южном склоне? – спросил я у всех, указывая на гору метрах в ста от нас.

– А какой склон южный? – уточнила Ринне.

– Тот, на котором бамбуковые заросли, балда, – сказала ей Тика – Да, вижу, там что-то темнеет, вроде как.

– Нет там ничего, – сказал Ошима, проверив при помощи бинокля. После чего его выводы подтвердили Синдзи-кун и двое мальчишек-геймеров, которые так и остались в нашей группе.

– А я говорю – есть! – моя сестренка решительно пошла в сторону рощи.

– Тика-тян, стой, – окликнул ее кендоист.

– Давайте проверим, вдруг мне не показалось, – мысленно попросив у своих ног прощения, я пошагал за сестренкой. Интуиция не подвела, что-то за плотной стеной бамбука действительно было. Найти бы проход.

Юркая рыжая молния мелькнула мимо нас и и скрылась между стволов.

– Лиса! Настоящая живая лиса! – загомонили городские ребята, для которых увидеть лисицу целое открытие и небольшое приключение.

– Молодая совсем, – объявил я, осмотрев следы хищницы. – Видите, лапки еще маленькие. Может быть, она нам показывает, как пройти через рощу? Как скажете?

– Я скажу, что в заросли соваться нет смысла, – с рациональной точки зрения спортсмен был прав, а мне интуиция как раз-таки кричала, что это – то самое.

– Хочу осмотреться там, – оповестил я всех.

– Ниида-сан, ты там только не застрянь, – подколола меня молоденькая язвочка Ринне-тян. Ожидал для нее отповедь от Тики, но той было уже не до разборок. Моя сестра первой шагнула меж высоких стеблей, как будто бы уходящих в небеса.

Пришлось девочку нагонять. Чем бамбуковые рощи удобны – никаких веток. Вся листва растет где-то там наверху, в районе кроны. Ничего за шиворот не цепляется, не пытается схватить тебя за рюкзак.

К счастью, Тика-тян по-настоящему умненькая, а не попусту бахвалится. Сообразила, что если теряться в лесу, то лучше вдвоем со старшим братом и подождала меня. Хотя, конечно, роща не настолько большая, чтобы в ней заблудиться. Иди вперед в любом направлении и неминуемо выйдешь на голый склон. В паре мест мне пришлось снять с себя рюкзак и протиснуться между стволами боком. Еще и живот втягивать потребовалось. Но, по большому счету, совсем несложно оказалось. Куда именно идти, мы с Тикой вскоре увидели отчетливо – черный зев пещеры. И как ее все остальные не замечают? Проблемы со зрением в группе только у меня и у одного из геймеров, испортившего себе глаза смартфоном.

Ну точно же пещера. И лисьи следы именно в нее уходят. Там что, звериное логово? Не хотелось бы побеспокоить лисичек, особенно если там маленькие лисята. Но отказываться от возможной находки по настолько глупому поводу нет смысла.

– Нашли! Нашли! – радостно прокричала сестренка. Вообще-то, в горах громкие выкрики не к месту. Хорошо, что мы у подножия довольно-таки низкой горы, не имеющей снежной шапки, и лавину она сейчас не вызовет.

Я в очередной раз снял рюкзак и достал из него мощный фонарик. Ну, посмотрим! Луч фонаря рассеял столетнюю тьму и выхватил силуэт раритетного автомобиля времен 20-х годов прошлого века. Толстый слой пыли, мягкая крыша сгнила и частично провалилась, как и покрышки. Ну что, Макото, ты ведь хотел себе средство передвижения? Вот, бери и владей. Модель далеко не люксовая, но статус антиквариата поставит ее повыше, чем какой-нибудь банальный феррари. У высших сил, если бы они существовали, было бы чувство юмора.

– Есть! Получилось! – тут уже и я не удержался от восклицания. Сам не особенно-то и верил в успех. Нужно будет отблагодарить профессора из Колорадо. Но это уже потом.

– Ого! Какая крутизна!

Конечно, я не стал первым, кто добрался до старинной машины, Тика-тян меня опередила, вся перепачкалась в пыли и не заметила. Дернула ручку задней двери. Та отвалилась, сестренка при этом чуть на попу не уселась, но энтузиазма не потеряла. Совсем не удивительно. Да, через пыльные стекла ничего было не разглядеть, но отсутствующая дверь дала достаточно возможностей, чтобы заглянуть в салон. На заднем сидении есть что-то массивное, накрытое тканью.

Тика потянула за материю. Громкий треск, как показалось, должен быть слышен в нашем базовом лагере за пятнадцать километров отсюда. Луч моего фонаря осветил что-то серое, прямоугольной формы. Жадная девочка схватила слиток руками и не без труда подняла тяжелый кирпичик.

– Золото! Братик, золото! Я богата! Я опупенно богата!

– Тише, тише, – шикнул я. – Не надо шуметь, а то кто-нибудь посторонний услышит.

– Поняла! Да где остальные-то? Чего они там медлят! Посторожи моё золото, я за ними схожу. Вот Синдзи и Ринне удивятся! – и куда только девались позавчерашние рассуждения о том, что “это братика Макото золото”. Золотая лихорадка – она такая.

В способности сестры найти дорогу, по которой она только что прошла, я сомневаться не стал. Вместо этого, когда она ускакала, подошел к авто, нагнулся и выудил из-под сиденья Маузер К96. Именно оттуда, куда Хидео-сан и бросил пистолет, забрав у главаря банды. И вот как после такого оставить хоть какие-то сомнения в реальности моего альтер-эго? Конечно, оружие, пролежавшее сотню лет в далеко не стерильных условиях, к использованию непригодно. Но и бросить так запросто вещь, которую держал в своих руках мой… предок, предшественник, случайный попутчик… в общем, Хидео-сан, я не мог. Завернул в запасную футболку и припрятал к себе в рюкзак. Пока что это даже не преступление, всего-то стремление сберечь историческую ценность и удержать детей подальше от оружия.

Выйдя наружу из пещеры, я, к своему удивлению, обнаружил, что тут вполне себе ловит мобильная сеть. Тут же позвонил своей девушке, чтобы и она порадовалась.

– Мияби, мы нашли то, что искали! На точке номер пять! – обычно я не очень эмоционален, но сейчас не смог сдержать духовный подъем. Нашли же!

– Макото! Это невероятно! Ты невероятен! Я, признаюсь, не верила! Думала, что просто игра, чтобы увлечь детей.

– Да нет там никакой пещеры! – услышал я через заросли Ошиму-куна, спорящего с Тикой. – Не надо меня разыгрывать! Какая тут может быть старинная машина? В лесу?

– А спорим? Если проспоришь, я твою катану заберу! Которую тебе мой слишком добрый братик пообещал! – похоже, аргумент сработал и никаких больше возражений не последовало.

Золото на два миллиарда йен! По закону мне придется отдать от двадцати до пятидесяти процентов находки тому, чья тут земля. То есть национальному парку или просто государству. Но все равно, остаток суммы за вычетом всех долей и налогов – это невероятные деньги для скромного клерка, каким я всегда себя считал.

Повернул голову на еще одно восклицание со стороны рощи. Ринне поторапливала мальчишек. Со мной взглядом встретились зеленые звериные глаза. Не молоденькая лиса, которая тут прошмыгнула совсем недавно, а моя старая знакомая, с каковой еще на крылечке туристического домика переглядывался. Смотрит на меня из зарослей и как будто бы смеется, высунув розовый язычок.

Показал рыжей язык в ответ. И только пушистый хвост среди стволов бамбука мелькнул.

Глава 3

Не слишком ли просто? Золото как будто бы само в руки пришло. Теперь мне по закону нужно вызвать полицию, отдать находку в ведение властей и терпеливо ждать, как вопрос разрешится. Захотелось присвоить хотя бы один слиток немедленно, но это будет дурацкий поступок. Продать золото легально не выйдет, а связываться с преступниками – очевидно плохая идея.

Раз тут есть покрытие мобильной сети, взял и тут же позвонил один-один-ноль. Мелькнуло искушение обрадовать своим звонком инспектора Кикучи, но это была еще одна не самая умная моя мысль. Что бы подумал молодой коп? Допустим, что Кагешуго через найденный своим другом клад отмывает грязные деньги, добытые преступным путем. Въедливый полицейский, скорее всего, и так узнает, что я внезапно разбогател. Но пусть лучше это произойдет позже.

– Это служба 1-1-0. У вас экстренный случай? – встретил меня формальный женский голос.

– Нет, не совсем экстренный, но важный. Я нашел клад в горах, тут целая куча золота в слитках.

– Где именно вы находитесь?

– Южные Японские Альпы, национальный парк Минами. Если честно, не знаю, как называется эта гора. Могу продиктовать координаты, который смартфон по GPS определяет, – так и поступил, назвал в трубку цифры из навигационного приложения.

– Назовите, пожалуйста, ваше имя и контактные данные. Оставайтесь на месте. Полицейские скоро прибудут.

Насчет “скоро” оператор горячей линии погорячилась, попросту не поняла, где именно я нахожусь. Сюда идти пешком несколько часов. Даже учитывая то, как хорошо стражи закона подготовлены физически относительно офисных работников и школьников, быстро на место разве что на вертолете возможно добраться. Но кто будет гонять недешевую летающую машину и жечь топливо, когда никому опасность не угрожает?

– Простите, но мы шли сюда половину дня от базового лагеря. А полицейским придется еще и до национального парка добраться.

– Минутку. Я уточню сроки. Все верно, оставьте координаты безопасного места, где вас можно будет найти. Офицеры встретятся с вами там и вы покажете им находку завтра утром. По возможности проведите фото и видеофиксацию найденного. Помните, ваша безопасность – безусловный приоритет для полицейского управления.

Назвал оператору, где искать наш волонтерский лагерь. Она уверила, что завтра меня обязательно навестят патрульные.

Пока каждый зашел в пещеру и посмотрел на находку под бдительным надзором сестренки, чтобы никто “ее золото” не стащил, прошло больше часа. Еще и снимки на свои телефоны сделали все. Фотография сокровищ тоже своего рода актив.

Ну и я совершил “фиксацию”, как от меня горячая линия потребовала. Честно все отснял в свете нескольких фонарей. Еще и голосом комментарии добавил. Назвал себя и всех присутствующих свидетелей, место и дату. Мало ли какие материалы для возможного суда потребуются? И по указанному полицией адресу все отправил, еще и в облако всё сразу поставил заливаться.

– А проклятия никто не боится? – спросила у всех на обратном пути Тика. – Вы только прикиньте. Все, кто касался этого золота в прошлом, все они умерли. Шахтеры, которые добыли. Банкиры, которые в сейф складывали. Бандиты, что украли. И неизвестный, спрятавший машину. Он тоже умер! А мы этого клада касались. Я даже поцеловала слиток.

– Это потому, что больше ста лет прошло уже, – рассмеялся Синдзи-кун. Но как-то немного нервно.

– Вдруг теперь будет как в том древнем американском фильме про пиратов? – это уже Ринне свои несколько йен добавила. – Мы станем ходячими скелетами и только в лунном свете будем выглядеть людьми.

– Быть скелетом круто, – внезапно вмешался в разговор один из геймеров. – Мне папа показывал тот старый фильм. Пираты там дураки, что хотели избавиться от проклятия. Могли бы мир захватить, пользуясь неуязвимостью.

– Это ты дурак, они не способны покинуть карибский архипелаг, – возразил его приятель. – И Ринне-тян все напутала, в лунном свете они как раз в скелетов превращались.

– Вот с него бы захват и начали…

Это они что, про диснеевский фильм о пиратах с тем популярным голливудским актером в главной роли? Не так и давно он вышел в прокат, я смотрел его, будучи школьником… лет двадцать назад.

Тема проклятого золота отлично заняла всех во время обратной дороги. Ринне предложила неуязвимой нежити идти служить в силы самообороны. А Синдзи-кун высказал идею работы ходячих скелетов в опасных местах, например, их могли бы привлечь к ликвидации последствий аварий на атомных станциях. Даже Ошима-кун вовлекся в разговор подопечных и сказал, что разумные немертвые, не нуждающиеся в дыхании, стали бы большой удачей при исследовании океанского дна, чем вызвал дискуссию о том, на каких глубинах им позволит работать давление. Сошлись на том, что в Марианскую впадину нежити лучше не соваться.

Лично я бы в космос немертвых отправил. Для начала колонизировать Луну. На ее поверхности скелеты всегда бы выглядели людьми. Во всяком случае, на одной половине, в зависимости от того, как на самом деле отраженный свет работает. Надо будет подбросить эту идейку во время завтрашнего похода к месту находки.

Возвращение на базу вышло триумфальным. Аплодисменты, поздравления, кислая мина Сакаи. Минами-сан, правда, куда-то пропала, приготовив всем ужин заранее еще в первой половине дня. В мистическом мире моих фантазий – обернулась лисой и проследила за нами. В более мрачной выдуманной вселенной – поняла, что экспедицию ждет успех и убежала строить коварные планы, как бы меня ограбить и вынести всё золото из пещеры за одну оставшуюся до прибытия властей ночь.

Параноидальные мыслишки вечер мне не омрачили. Слишком маловероятно то, что кто-то сможет взять и похитить золото, что лежало целых сто лет нетронутым. Зато добавил немного негатива каратист.

– Ниида-сан, а тебе не кажется, что сокровища стоит разделить между всеми поровну? – спросил он за ужином. – Это было бы честно, мы же все из одного лагеря.

– Сакаи-сан, скажи, тебя забросили в Японию китайцы или Северная Корея? – улыбнулся я ему в ответ. – Идеи “отобрать и поделить” ведь идут от марксизма и коммунизма, не так ли? Японскому обществу больше подходит справедливое вознаграждение за честный труд.

Парень что-то недовольно буркнул себе под нос и заткнулся. Спасибо тебе, Асагава-сан, за аргумент, использованный в числе прочих во время моего увольнения. Я его запомнил.

И все-таки карма существует. Расплатой за большую удачу с найденными сокровищами стала длинная череда мелких неурядиц. Сакаи-кун всю ночь храпел особенно громко, как будто бы в качестве мести за то, как я его умыл во время вечернего приема пищи, и не позволил мне выспаться. У меня прохудились почти все носки. Удалось найти только лишь одну пару, не требующую срочной штопки. В кружку с утренним кофе нагадила птица. У запасных очков сломалась оправа. И это при том, что основные я так и не нашел. Протекший тюбик с зубной пастой испачкал мне футболку. На походной ветровке оторвались пуговицы с обоих нагрудных карманов, за счет чего выпало в грязь печенье с ханасеки, которое я носил в левом. Когда складывал себе рюкзак на утренний поход, обнаружил, что начал протекать термос. Смартфон разрядился за ночь практически в ноль, хотя вечером показывал стопроцентный запас энергии.

Ни одна из навалившихся проблем не катастрофа, те же очки Мияби починила мне при помощи клейкой ленты. Но все вместе незначительные неприятности ощущались, как пришедший апокалипсис. Впору поверить в проклятие, связанное с золотом, но несущее не бессмертие, а неудачи, как если бы я соль просыпал или палочки в рисе вертикально оставил. Так-то я в приметы не очень верю, но рациональное потихоньку уходит в тень, когда один инцидент следует за другим.

Часть ситуаций на целенаправленное вредительство списать возможно. Но никогда не поверю, что тот же Сакаи сумел подговорить ворону испортить мне кофе. А кто еще у меня в недоброжелателях? Не Акира же? То есть Акеми. Мне наша с ней короткая перепалка на кухне больше на флирт показалась похожей, чем на настоящую ссору.

К восьми утра вся округа напоминал растревоженный муравейник. Зря я думал, что пожалеют денег на топливо для вертолета. Над нами пролетело целых два, тревожа природу стрекотом своих лопастей. У границы лагеря остановились несколько квадроциклов. С одного из них слез пассажир, назвавшийся представителем администрации национального парка. Не ожидал настолько серьезного подхода из-за кучки золота на два миллиарда йен.

Меня и вызвавшуюся быть свидетелем Кадзивару-сан тоже посадили на мотовездеходы позади полицейских и с ветерком доставили до места. Это был кошмар. Теперь, когда Окато-кун в следующий раз расскажет мне о том, как круто рассекать на скоростном мотоцикле, я поведаю ему, что такое настоящий экстрим. Это когда ты несешься под горку по узкому серпантину. Ну да. Я не самый храбрый в мире человек и не стыжусь признаться. Посмотрев своим страхам в лицо, я скажу, что больше не хочу! И обратно предпочту пойти пешком, несмотря на то, что там будет больше подъемов, чем спусков.

Когда прибыли на место, там уже трещал дизельный генератор, подающий электричество на мощные софиты, залившие пещеру ярким светом. Часть бамбуковой рощи вырубили и развернули командный пункт. У входа под землю выставили часовых. Очень серьезный и обстоятельный подход. Золото, к счастью, никуда не делось. Если кто и прикарманил пару слитков, то эту потерю я не замечу.

Оформление находки – рутина. Опись, бесконечное фотографирование каждого слитка с нескольких ракурсов. От меня требовалось только ставить свою личную печать на все новых и новых бумажках, оформляемых полицейскими.

До вечера в итоге провозились. Хорошо хоть покормить всех не забыли. Привезли горячий обед из ближайшего лагеря. Нашего. Я узнал стряпню Минами-сан. Ей бы в дорогой ресторан идти работать с такими кулинарными навыками. Вроде бы всё очень просто, а вкус не хуже, чем в том заведении с имеющими две мишленовских звезды бенто. Нарисато-сан такую сотрудницу обязательно бы оценил.

До сумерек оставалось немногим больше часа и теперь мне предстояло ответить для себя, что хуже – ночевка на природе в спальнике, который мне скорее всего не пожалеют выдать, или еще одна поездка на четырехколесном родственнике мотоцикла. Склонялся к тому, что поспать в пещере и вернуться в лагерь на своих двоих будет всяко безопаснее. Тем более, что полиция увезла только две трети слитков и оставит на ночь охрану. Хорошо хоть полоса неприятностей закончилась.

– Tessék! – ответил я на внезапный телефонный звонок с незнакомого номера. Смартфон подзарядил днем от повербанка, имеющегося в походном наборе. Слово для приветствия выбрал венгерское.

– Макото-кун, – я узнал этот голос и внутренне похолодел, хороших новостей от него ожидать не приходилось. – Это Ямада-сан, ваш сосед из деревни. У Хиро-сана был сердечный приступ. Его увезли в больницу, в Кофу, на скорой помощи. Говорят, что состояние стабильное, но тебе лучше заканчивать свой поход по горам и поспешить к отцу.

– Спасибо, Ямада-сан, – мой голос дрогнул. – Я ваш вечный должник. Постараюсь быть как можно скорее.

Взгляд мой упал на вертолет, собравшийся улетать. Мне бы еще Тику забрать. И с сестрой, и с Мияби я эпизодически переписывался в течение всего своего нахождения у пещеры. Они хорошо сегодня погуляли до красивого озера, обычный день на природе.

Предложить пилотам деньги, чтобы подобрали меня и сестренку и довезли до Кофу? Они, как я сегодня случайно услышал, вообще не из нашей префектуры, а из Нагано. Миллиона может оказаться маловато. Да и что я смогу для папы сделать, даже если вдруг немедленно телепортируюсь к его больничной кровати? Деньги же могут потребоваться на лечение. Интуиция буквально кричала, что потребуются, хотя государственная система страхования здоровья и покрывает большую часть затрат. Простой фермер в нашей стране получит медицинское обслуживание не хуже, чем какой-нибудь глава корпорации. Убедить бы в этом еще и внутренний голос.

– Довезите меня обратно до туристического лагеря, пожалуйста, – обратился я к сотруднику полиции с квадроциклом, который привез меня к пещере с находкой. – Это очень важно и срочно.

Страшно? Да, до трясущихся рук и ног. Но бывают ситуации, когда необходимо проявить максимум решимости.

– У вас что-то случилось? – уточнил водитель квадроцикла и я честно ответил ему, что мой отец в больнице.

За оставшуюся минуту или меньше до выезда я написал о ситуации Мияби и попросил подготовить Тику, а также собрать наши с сестренкой вещи для немедленной поездки в город и вызвать такси. Очень не хотелось волновать сестру, но и скрывать от нее правду нехорошо. Сверх того написал Ануше и попросил о помощи – узнать, в какую палату положат отца, какой доктор им будет заниматься и на что в моих силах вообще повлиять в лучшую сторону. Вроде как всё от меня зависящее сделал. Оставалось только трястись от страха в седле, понадеявшись на мастерство квадроциклиста.

Мастерство его не подвело, а вот техника – да. До базы оставалось метров сто пятьдесят, как мы, по всей видимости, въехали в зону моего тотального невезения. Нет другого объяснения, почему именно в этот момент у мотовездехода с громким хлопком лопнуло переднее колесо.

Мне доводилось слышать истории о том, как в экстремальных ситуациях у некоторых людей обостряется реакция и позволяет запомнить все в мельчайших деталях. Видимо, такое произошло и с моим мозгом, принимающим сегодня адреналиновые ванны. Очень уж четко зафиксировалось в памяти, как от передней левой шины во все стороны разлетаются резиновые ошметки. Машина резко накреняется, седло подо мной взбрыкивает, подобно не то, что норовистой лошади, а быку с родео из американских фильмов. И я лечу, лечу, лечу! Мне бы сейчас крылья. Но где вы видели крылатого бухгалтера?

Я всю дорогу крепко держался за специальную пассажирскую ручку, несколько раз замирая от страха на казавшихся мне опасными поворотах. Эта самая ручка больно ударила меня в лоб при приземлении в придорожных кустах. А еще это было очень больно. Вот буквально в каждый кусочек моего тела ткнули острой веткой. Левое бедро вспыхнуло так, будто это столетний маузер из глубин рюкзака вспомнил, как стрелять и решил попрактиковаться на моих конечностях. Не заорал я, наверное, только потому, что отключился на несколько десятков секунд. А также по той причине, что помнил настоящую боль, испытанную Хидео-саном неподалеку от Хиросимы в сорок пятом. Даже стыдно чуть-чуть стало перед мошенником за то, что мои страдания и на рисовое зернышко к испытанному им не приблизились.

– Ниида-сан, вы целы? – надо мной наклонилось красивое лицо, обрамленное медного цвета волосами.

– Акира? – спросил я вслух, несколько утратив связь с реальностью.

– Минами Акеми, – прозвучал ответ. – Узнали меня? Или вы вообразили себя героем винтажной манги про банду байкеров, раз упали с квадроцикла? Повторяю, вы целы?

– Да, – к моему громадному удивлению, я не только не свернул себе шею и не разбил голову, за что стоит благодарить шлем, но и руки с ногами умудрился целыми сохранить.

– Макото! – в поле зрения появилась еще одна красавица. Мияби. – Ты живой? Ты не ранен? Божечки! Да как же так?!

– Мы все равно собирались поехать в больницу, – отшутился я. – Теперь хотя бы не зря. Дайте мне руки!

– Тебе надо дождаться скорую! – строго выговорила Цуцуи.

Вообще-то она права, трогать кого-то в моем положении не очень рекомендуется. Могут быть скрытые травмы, например, позвоночника или внутренних органов. Но Минами подала мне руку и резким рывком помогла встать на ноги. Ого, какая она сильная!

– Ты что творишь, дура?! А если бы он спину сломал? – и снова Мияби права. Я тоже бы не удержался от резких слов, увидев опасные действия.

– Видишь, не сломал, – пожала плечами рыжая.

Я осмотрелся и увидел, какую просеку в кустах оставил, пока падал. И не знаю даже, как оценить. Вроде как повезло, что цел и только весь ободрался. На левом бедре так и вовсе очень страшной рана выглядит, сильно глубоко кожу о ветку пробороздило, прорвав штаны. Но с другой стороны, о каком везении может быть речь, когда колесо лопнуло?

– Вы целы? – только сейчас сюда добежал едва не угробивший меня водитель. Его всего потряхивает чуть ли не сильнее моего. Я-то сам чуть не убился, а он за пассажира ответственный.

– Цел, цел. Милая, ты мои вещи ведь собрала? Нам спешить надо, – чувствовал я себя для человека, который только что разминулся со смертью, на удивление неплохо. Ну да, ссадины жглись и болели. Но разве они не ерунда? На мне царапины быстро заживают, проверено.

Возможно, финальную неприятность сегодняшнего дня я получил, когда понял, что в кармане моих штанов что-то хрустит. Смартфон. Мой новенький смартфон, которому всего несколько месяцев, не переживший падения. Аномальная зона какая-то!

Глава 4

Как я ни рвался срочно в город, никуда меня не пустили.

– Подъемник в темное время суток закрывается. Вы на него не успеете, – разъяснила Минами-сан. – Спускаться вниз без фуникулера в темноте – самоубийство. И такси вам все равно не нужно, я вас отвезу завтра утром на своей машине до больницы.

– Но мой отец…

– Ему не станет лучше, если увидит сына в таком состоянии. Да и не пустят вас в реанимацию в неприемные часы. У лечащего врача наверняка закончился рабочий день, вы с ним даже поговорить не сможете. Вы зря так спешите. А сейчас вам нужно обработать ссадины антисептиком. Пожалуйте в медпункт, я буду вашим доктором.

Как-то я совсем разучился рационально мыслить на адреналине. Полностью права женщина. И поспорить с ее аргументами не получается.

– А вы справитесь? – уточнила обеспокоенная Мияби. Такое ощущение, что это не у меня кровопотеря, а у нее, так она побледнела.

– У меня есть диплом, я проходила курсы оказания первой помощи и училась на медсестру.

Отдельного медицинского пункта в лагере не имелось. Акеми указала мне на женский домик, где она проживала вместе с Мияби и Кадзиварой-сан.

– Братик! – до того, как я успел дойти до импровизированного госпиталя, ко мне кинулась заплаканная Тика. Рыдала она, очевидно, не по квадроциклу и не по моим царапинам. – Ой. Ты чего весь в крови? На тебя медведь напал?

– Немного упал, когда спешил. Все будет хорошо.

– Ты что, дурак, в такое время падать? Там папка в больнице, а ты убиться решил!

– Макото не виноват, – сказала ей Мияби. – Пойдем, Тика-тян, я всё покажу и объясню.

Я же, наконец, добрался до места оказания помощи.

– Садитесь на кровать, снимайте штаны, – скомандовала мне Акеми. – Не вздумайте мне тут стесняться. Я с вами не флиртую, вы не в моем вкусе, но вашу ногу надо обработать. Обеззаразить, зашить, наложить повязку.

– Какой уж тут флирт. И вы тоже не в моем вкусе, Минами-сан, несмотря на то, что объективно очень красивы, – соврал я. Она во вкусе абсолютно любого мужчины, у которого есть глаза. А слепые могли бы влюбиться в ее запах и голос. Ох… погибший в аварии смартфон не позволит ей сейчас фотографию Хидео-сана показать. Как раз подходящий момент, пока мы наедине. Ну ничего, у меня есть Лайн на служебном ноутбуке, покажу вечером с его экрана.

Наверное, зашивать раны не менее болезненно, чем их получать. Однако инъекция лидокаина меня спасла от очередных неприятных ощущений. А если бы и не было ее, то мог и не заметить, так как главная боль внутри. Не повреждение внутренних органов, а душа на части разрывается от беспокойства за папу. Акеми показала себя если не профессионалом, то специалистом точно. Мне до сегодняшнего дня удавалось успешно избегать медицинских швов, но оценить ту легкость и уверенность, с которой действовала Минами-сан, я оказался способен. Как будто бы сотня лет врачебной практики у нее за плечами.

На то, чтобы уделить время всем моим царапинам, ссадинам и ушибам ушло больше часа. На улице окончательно стемнело. Теперь уже точно никуда не доехать. Показать Акеми-сан фото не вышло. Та ко мне не заглянула, как будто снова пропала. Вот Мияби, Тика и даже Ринне у моей постели весь вечер провели. Надеюсь, моё падение отвлекло сестренку от грустных мыслей.

С рассветом я поднялся на ноги вполне уверенно. Повреждения жутко чесались. Бедро неприятно ныло при каждом шаге в тех местах, где вчера поработала Акеми. Но гораздо лучше, чем можно было бы ожидать. На мне и правда все быстро заживает? Да?

К началу работы фуникулера я, обе сестры Цуцуи и Тика уже находились с рюкзаками в ожидании. Кадзивара-сан отнеслась к случившемуся с пониманием и отпустила нас всех. Не появится Минами-сан, поедем на такси. Медноволосая сотрудница национального парка не обманула. Встретила нас внизу и повела к своей машине, самой обычной светло-серой тойоте, едва ли не копии злосчастного автомобиля, угнанного Окато-куном.

Меня, как раненого, заставили сесть на переднее сиденье, мои девочки разместились на заднем. Поездка прошла в мрачном ожидании. Никаких песенок, никаких шуток. Акеми радио включила, и мы всю дорогу слушали ретро-музыку в стиле сороковых-пятидесятых. Не будь мне в тот момент все равно, мой внутренний мистик предположил бы, что музыкальный вкус у девушки сформировался в момент зарождения звучавших стилей, так как ей больше ста лет.

– Приехали, – ообщила нам Минами, припарковавшись напротив центрального входа главной городской больницы. – Обратно со мной кто-нибудь собирается?

– Нет, – ответ получился практически синхронным. Никто возвращаться в Южные Японские Альпы не пожелал.

– Я поговорила с Кадзиварой-сан, прогноз погоды на ближайшие дни неутешительный, обещают новый тайфун, лагерь будут сворачивать, – объяснила решение Мияби.

Я вышел из машины, обошел транспортное средство и, оказавшись напротив водительской двери, уважительно поклонился. Акира передо мной, Акеми или вовсе Ёрико, эта женщина потратила своё время, чтобы доставить меня на место в самый кратчайший срок. Как минимум, благодарности ее поступок заслуживает. Еще и раны мне вчера очень качественно обработала. Пока ехали, почти перестал их замечать.

Девушки повторили мой символический жест. А я поспешил в регистратуру, чтобы выяснить, где там мой папа и в каком состоянии. Проверив мой паспорт и убедившись что я родственник пациента, строгая женщина-администратор лет пятидесяти немного подобрела и сообщила, что Ниида Хиро находится в реанимации, стабилен, прогноз благоприятен, его лечащий врач Накамура Масаши лучший кардиолог префектуры. Моё собственное сердце после получения успокаивающей информации перестало колотиться как бешеное.

На прием к врачу удалось попасть еще через час. У доктора Накамуры хватало и других дел, кроме как беседовать с родственниками пациентов. Я терпеливо отсидел положенный срок под дверью вместе с Мияби, пока Тика и Ринне шатались по клинике в поисках вендинговых автоматов. Мы ведь как следует так и не позавтракали. В итоге я получил пакетик с арахисом и стаканчик с отвратительным кофе. А моей девушке ее сестра к напитку маффин принесла. Я бы тоже выбрал выпечку, но без споров взял, что дали. По сестренке видно, что ей сейчас не лучше, чем мне. Даже хуже. Я все же взрослый и самодостаточный, а она школьница с не до конца определенным статусом опеки.

Наконец, в кабинет зашел седовласый мужчина в белом халате. Успел углядеть его бейджик. Тот самый кардиолог. Я тут же постучался и спросил разрешения зайти.

– Простите, что отвлекаю вас, Накамура-сама, я Ниида Макото, сын Нииды Хиро. Могу я поинтересоваться состоянием отца?

– Как же, как же, очень любопытный случай. Фермер, которого спас его кот, не так ли?

– Кот? Простите, я был в туристическом походе и совсем не в курсе того, как именно отец попал в больницу.

– Как мне рассказали сотрудники скорой помощи, Нииде-сану вчера днем стало плохо и он потерял сознание. Его кот добежал до соседей и привел в их в дом. Очень впечатлен этой историей.

– Куплю Дандо-саме самую большую форель в магазине, – решил я. – Так папиного кота зовут. Можете сказать, что с отцом?

– Обширный инфаркт, но благодаря своевременной реакции прогноз позитивный. Учитывая возраст Нииды-сана и наличие старых проблем с сердцем, рассчитывайте на полтора-два месяца госпитализации и полное восстановление через срок до года.

Какое же облегчение. В последний раз такое испытывал… несколько дней назад, когда вовремя уговорил школьников убраться из опасной пещеры.

– Ваш отец в сознании, не вижу причин запретить вам посещение. Кроме, может быть, вашего внешнего вида. Вы что, попали в аварию, Ниида-сан?

– Упал с квадроцикла. Никогда больше не сяду на эту колесницу ужаса. Да, вы правы, мне лучше не волновать папу. Может быть, моя сестра может его навестить? Ей пятнадцать. Очень ответственная девочка. Скажет, что разрешили только одного посетителя и я уступил ей очередь.

Так и поступили. Тика утерла слезы, нацепила свою лучшую улыбку и отправилась в палату интенсивной терапии. Все же она превосходная актриса. Вышла через пять минут уже не улыбаясь, с напряженным выражением лица.

– Папка сказал, чтобы я у тебя пожила, пока его не выпишут. И что надо попросить соседей за его хозяйством присмотреть, – девочка шмыгнула носом. – Он же выздоровеет, да? Я не хочу снова быть сиротой! И еще он сказал, что на следующей неделе назначен суд об опеке. Тебе, братик, придется оформить доверенность и вместо папки со мной туда сходить.

– Выздоровеет. Обещаю, – уверенный тон дался мне нелегко. – Ты ведь не стала волновать папу новостью про золото?

– Что я, совсем дура? Потом порадую, когда врачи разрешат.

Выполнив главное, я все-таки заглянул в приемный покой травматологии по поводу своих собственных ранений.

– Вас зашивал какой-то самоучка с учебником начала прошлого века? Очень уж шов архаичный, – уточнил травматолог, осмотрев следы работы Минами-сан у меня на бедре. – Не вижу причин переделывать, очень аккуратно всё. Прививка от столбняка есть? Голова не кружится, не тошнит? В этом случае сотрясение исключаем. Но если симптомы появятся, немедленно в клинику на обследование. Через двенадцать дней придете снять швы.

План дальнейших действий у меня в голове выстроился такой – на арендной машине доехать до деревни, договориться с Ямадой-саном и другими соседями о присмотре за фермой. Поблагодарить за то, что поверили коту и вовремя скорую вызвали. Исполнить данное в присутствии доктора обещание и отдать Дандо-саме лучшую форель, которую только найду в магазине. Оформить у директора сельской школы бумаги для временного перевода Тики в Кофу. Вернуться домой и наконец-то ночевать в своей кровати. В идеале еще и не одному. Но это уже опционально. Хана-сан не факт, что обрадуется, если одна ее дочь домой вернется, а вторая нет. Ах да, где-то в промежутке между всеми этими действиями купить себе новый телефон взамен разбитого.

И казалось бы, аномальная череда невезения осталась где-то в горах, но планы пошли вразнос уже на выходе из клиники. Я покидал здание, а навстречу мне входил щеголеватого вида молодой человек в костюме стоимостью в мою годовую зарплату. Или в две. Не разбираюсь в ценах у элитных портных, которые шьют эксклюзивные вещи на заказ.

– Ниида-семпай! Как я рад что тебя встретил! – воскликнул Окане Акума. – Ты чего мне не отвечал? Тебя что, избили? Ого, сколько ссадин! Цуцуи-сан, рад вас видеть, прекрасно выглядите. Девушки, вы тоже само очарование.

Мияби надулась и ничего не сказала, даже извинения не приняла.

– Братик, это что за придурок? – мрачно спросила Тика. – Можно, я ему всеку? Настроение плохое.

По лицу сестры понял – холеная физиономия и дорогая одежда юноши под серьезной угрозой. Особенно после того, как он не воспринял слова моей сестренки всерьез и дружелюбно улыбнулся ей.

– Перед вами Окато Акума, мой бывший кохай с работы, – поспешно представил я парня. – Он хороший человек, но иногда ведет себя импульсивно. И совершает ошибки.

– Да ладно, Ниида-семпай, я и правда в тот раз как придурок себя вел, когда Цуцуи-сан обидел, – не прекратил улыбаться богатый мажор. – Можем мы наедине переговорить? Вопрос очень важный для меня и моего дедушки. Спектакль закончен, я окончательно вернул фамилию Окане. Под чужой меня бы к деду в больницу не пустили.

– Девушки, не дадите нам с приятелем поговорить о скучных служебных делах? Могу я вас о помощи пока попросить? Купите мне смартфон взамен разбитого, вот банковская карта, – спросил я, верно поняв подоплеку сказанного. Конечно, у каждого человека два дедушки, но маловероятно, что речь идет не об Окане Цукиши, председателе совета директоров Окане Групп.

Взгляд Мияби говорил “ты мне все расскажешь”, но спорить она не стала, взяла карточку и утащила младших за собой.

– Пойдем со мной, семпай, поговорим по дороге, – предложил Акума-кун. Мне ничего не оставалось, кроме как согласно кивнуть.

– У Старика проблемы с сердцем, насилу его откачали. Сейчас в кардиологии тут. Хотел перевезти в Токио, запретили трогать.Теперь дважды в день его навещаю и вру, что в его компании все хорошо, а я справляюсь со всеми проблемами, – начал по пути рассказывать парень.

– Мой отец тоже в кардиологии сейчас.

– Да? А я думал, ты приходил раны обрабатывать. Жутко выглядишь, семпай, как будто со скалы упал. Ты же не падал? Нет?

– Вылетел в горах из седла квадроцикла на полном ходу, – пришлось признаться.

– По горам? На квадрике? Обалдеть ты экстремал! Уважаю. Теперь точно Кавасаки себе купишь, раз распробовал скорость. Давай я о своих проблемах, а то уже скоро придем?

Я молча кивнул, хотя влезать в чужие беды совсем не хотелось. Мне бы свои разгрести.

– Не знаю, как так вышло, но меня назначили временным исполняющим обязанности председателя совета директоров. Вернее знаю, но не понимаю, как эта женщина так всё повернула. Вроде как все против меня, а голосование – и меня назначают. Я ее боюсь, семпай. Хотя красота неописуемая.

– В красном платье? – тяжело вздохнул я, но в то же время мысленно возликовал. Понятия не имею, как и с чем мне идти в суд по вопросам опеки. Алая юристка в этом вопросе пришлась бы как нельзя кстати. Как и в поисках недоброжелателей, которые меня вымогателям слили. Не забыл я про них.

– Да, она. Я помню, вы с ней общались немного. Она мне очень помогает, но все равно до жути ее боюсь. Так о чем я… Помоги мне, Ниида-семпай! – Окане-кун резко остановился и выполнил почтительный поклон. Говорить он продолжил, уже распрямившись.

– Корпорация по швам затрещала, пока ты по своим горам катался. Меня вроде как утвердили, но всякое старичье приказы мои исполнять не спешит. И ладно бы открыто отказывались. Улыбаются, руку жмут и ничего потом не делают. Хочется в драку на них кидаться.

– Я всего лишь айтишник, у меня маленькая незначительная должность…

– Да не прибедняйся ты, семпай. Мне надо этих старых козлов прижать. Точно также, как с ворюгой Дайсуке получилось. Ну? Смекаешь, семпай?

– Ты хочешь, чтобы я искал компромат на твоих противников, – догадался я.

– Именно! Но это не криминальное вымогательство, ничего в таком духе. Пусть они просто не саботируют свою работу.

– А та женщина не может их образумить?

– Ты про меня, Картежник? – откуда вынырнула моя знакомая, я так и не понял. Как и не понял, по какой причине она сейчас предпочитает классическим платьям красное китайское ципао. Тут, конечно, есть очевидный вариант – ей идет. Да ей так-то всё идет. С ее-то безупречной фигурой.

Акума-кун буквально шарахнулся от нее в сторону, как от заразной больной. И это ловелас, любитель женщин? Что она ему вообще такое сказала?

– Про вас, госпожа. Прозвище “Герой” мне нравилось больше.

– Это была временная акция. Если тебе не нравится, я могу заменить. Хотя то, как ты разделал в покер этих умников из айти-отделов больших корпораций – просто блеск. Я лет “не ваше мужское дело сколько” так не хохотала, как когда запись с камер наблюдения смотрела.

– Так ты играешь в покер, семпай? – взял себя в руки “временный председатель”. – Поехали на выходных со мной в клуб? Не в танцевальный, а в загородный. Там есть одна комната, где крупные бизнесмены играют с большими ставками. Выигрыш оставишь себе, мне связи нужны.

– Окане-сан, с чего ты взял, что я вообще способен победить?

– С того, что это Она про покер сейчас намекнула.

Алая женщина принялась с невинным лицом поправлять прическу, волосы у нее сегодня были уложены на китайский манер с двумя шариками на затылке. Мы уже шли по кардиологии. К какой палате – очевидно. Не так тут много комнат, у которых дежурит два охранника в штатском.

– Я подумаю, Окане-сан. Честно подумаю. И насчет помощи и насчет игры. Но сегодня мне надо закрыть другие вопросы.

Глава 5

Беседа с Окане-куном надолго не затянулась. Неправильно, наверное, так называть настолько большого начальника. Визита внука заждался Цукиши-сама, поэтому на просьбе о помощи все и закончилось, парень скрылся за дверью охраняемой палаты.

– Помоги Бейби-Боссу, Герой, – попросила вдруг юристка. – А я твои проблемы решу. Равноценный обмен? Ты знаешь, я могу.

– Мне предстоит несколько судебных разбирательств… – неохотно начал я. Как минимум с делом об опеке она помочь сможет. Но почему бы и не привлечь всю юридическую мощь корпорации к решению моей будущей тяжбы касаемо найденного клада?

– Да не отберет у тебя никто Родственницу, это я гарантирую.

– А как насчет двухсот килограммов золотых слитков, которые я нашел в горах? – понизив голос, спросил я.

Нет, я и раньше видел ее шокированной. Например, когда, не стесняясь, снял штаны. Но сейчас у нее глаза стали гайдзинскими, выпученными, как у Гупты-тян в наихудшем из вариантов ее макияжа.

– Чего-чего, Индиана Джонс?

– Я нашел двести килограммовых золотых слитков и раритетный автомобиль в национальном парке Минами. Машина мне не очень интересна, а вот вознаграждение за золото – наоборот. И разве Индиана Джонс это не имя?

– Индиана это название штата и вообще, не учи меня придумывать прозвища, Клондайк!

– Что, золотая тема теперь в приоритете?

– А как ты хотел, Лепрекон?

– Получить ответ. И лепреконы разве не карлики?

– Ответы ему нужны, знаете ли. Не карлики, я знаю. Гарантий с судом не дам. Делом займусь. Если договоримся, – и протянула мне ладошку для рукопожатия. Ого, какие у нее ногти! Длинные, красные, острые. Как у ведьмы в хоррор-фильме.

– Я тоже не дам никаких гарантий. Помогу в меру своих способностей, – и в свою очередь предложил ей ладонь. Пухлую, всю в свежих царапинах и ссадинах.

– Принято, Золотце!

Как-то очень легко она согласилась. Продешевил? Но я ведь со своей стороны ничего конкретного и не предложил.

На выходе из больницы меня уже встречали девушки с новеньким смартфоном.

– Надо было айфон брать. Ниида-сан теперь большой человек, ему не по статусу обыкновенный телефон, – недовольно выговаривала Ринне.

– Макото выбрал эту модель, потому что она ему удобнее, – возражала старшая Цуцуи.

– Милая, ты не поддалась на их уговоры и купила точно такой же телефон, что у меня был? Я тебя обожаю! – искренне сказал я своей возлюбленной. Переплачивать за ненужные мне функции и мегапиксели не вижу смысла.

– Чего это “их уговоры”? – проворчала Тика. – Я, между прочим, знаю, что ты жмотишься себе дорогие вещи покупать. Вот мне или сестренке Мияби купил бы.

И ничего я не жадный. Практичный и не люблю переплачивать.

Вставив в новую покупку сим-карту, добытую накануне из обломков предыдущего аппарата, наконец-то почувствовал себя полноценным человеком. Удивительно, как сильно нам не хватает современных технологий, лишись мы их хотя бы на несколько дней.

Тут же пришли накопившиеся текстовые сообщения. В большей их части ничего такого, чего бы я и так к настоящему моменту не знал. Однозначно ответить стоило разве что Ануше, которая интересовалась, куда я пропал. Ну и еще одно, выбивающееся из общей череды:

RatsH8ter (не в вашем списке контактов): Когда встретишь хозяина золота, скажи ему, что он мерзкий, трусливый крысеныш, который испугался прийти за оставленным мне на хранение лично.

Понял, Хидео-сан? Ты трусливый крысеныш. Мистическая версия относительно того, кто автор послания, у меня появилась сразу же. Акира же. Без вариантов. Является она нестареющей, скрывающейся под масками Акеми и Ёрико, или выглядит как благообразная столетняя старушка. В любом случае на нее подумал. Как-то все больше и больше я принимаю сверхъестественную картину мира, как данность. Что дальше? Начну распивать чай в компании хибагона и делиться свежими шутками с добродушным тануки?

“Тот, кому вы просите передать ваши слова, мертв уже более полувека,” – набрал я сообщение. Но при попытке отправить получил ответ от сервиса “Аккаунт удален”.

– Слышь, братик, а чего тебя этот хлыщ с работы выслеживал? У него пиджак стоит как мой ноут, – на ходу окликнула меня Тика, когда мы пошли дальше выполнять мои планы императорского размаха. Следующим пунктом в них значился автопрокат.

– Заразилась от Сакаи-сана жаждой социальной справедливости? Акума-сан меня не выслеживал, у него дедушка в больницу попал. Его дед – Окане Цукиши.

– Глава корпорации? – Мияби показала, что и она умеет косплеить гайдзинов. Очень уж выразительный взгляд получился. – Ко мне приставал внук главы Окане Групп?

– Че он делал? – завелась Тика-тян. – И ты оставил все как есть и дружишь с ним, братик? Ты что, этот, который из порнушки, наблюдающий, как его жену того?

– Макото дал ему отпор. Защитил мою честь, – закрыла вопрос Мияби. – Цукиши-сама в больнице? Кто же тогда сейчас главный?

– Акума-сан.

– Но он же мой ровесник! – воскликнула Цуцуи. – Никто не будет слушаться такого молодого начальника.

– В этом и проблема, – подтвердил я. – А с тобой, Тика-тян, мы еще поговорим о том, какие видео ты смотришь в интернете.

– Да ниче я такого не смотрю! Там всякая гадость для старичья. Мне друзья рассказывали. Не-не-не, не Ринне и не Синдзи, они нормальные. Это в мудацкой Сакуре всяких извращенок держали. И не такие мы с ними и друзья. Я даже по именам их уже не помню.

Арендовав машину, я, невзирая на сопротивление, отвез сестер Цуцуи к ним домой и только после этого мы с сестрой поехали за вещами. По пути заскочили в супермаркет и я, исполняя данное самому себе обещание, купил лучшую форель, что у них имелась. Между прочим, в десять тысяч йен она мне обошлась. Здоровенная рыбина. Ох, сколько блюд я мог бы из нее приготовить. Но нет, это для Дандо-самы. Кот заслужил.

Заодно рассказал сестренке, какую роль сыграл папин питомец в его спасении.

– А я всегда знала, что этот котик очень умный. Сразу поняла. Вот только он меня не любит.

– Меня тоже, – вздохнул я. – Но отнесемся к Дандо-сану со всем почтением. Вручим рыбу с поклоном и двумя руками. Как будто человеку. Не будем проявлять дискриминацию по количеству ног и наличию хвоста. Найти бы еще того, кто кота кормить будет. С нами он ведь не поедет. Даже в машину не загоним. Нужен кто-то, кто рядом живет и к кому доверие есть.

– Синдзи-кун пусть кормит! – нашлась Тика. По правде, я сам ее к такой идее и подталкивал. Парень хорошо себя показал в лагере. Вот ему поощрение в виде внимания от нравящейся девушки, способ заработать и повод не терять с Тикой связь на время ее отсутствия. Хорошо же придумал?

– Тогда пускай еще и за хозяйством присмотрит, – продолжил я развивать мысль. – Не бесплатно, буду платить ему оклад, чтобы интерес не потерял.

– И каждые выходные будем приезжать его проверять! – закончила мысль Тика.

– Это уже как получится, но скорее всего придется.

На половине пути в деревню хлынул дождь. Тучи сегодня ползали по небу с самого раннего утра, но как-то они безобидно поначалу выглядели. А тут ливануло, как в тот памятный день, когда я был вынужден совершить свой забег по национальному парку. Видимость на дороге резко снизилась и мне пришлось убавить скорость до нуля, остановиться на обочине и включить фары, чтобы другие водители нас в случае чего заметили.

Дождавшись небольшого послабления от природы, я медленно продолжил движение. Путь до папиной фермы занял на целых полтора часа дольше обычного.

В деревне, пока сестра паковала вещи, я навестил Ямаду-сана, обрадовав папиного приятеля новостями, что с моим отцом всё будет в порядке, по заверениям медиков. Попросил еще немного приглядеть за хозяйством, пока не появится постоянный работник. Кандидатуру Синдзи-куна пожилой полицейский внезапно одобрил и пообещал тому по возможности помочь советами. Летом одного-единственного мальчишки на неполный рабочий день было бы мало. Но в зимние месяцы с пчелами забот намного меньше. Зимой насекомые малоактивны. Заодно Кента-сан пообещал созвониться с директором школы и попросить заранее подготовить все документы для временного перевода сестры в другое заведение.

Дандо-саму мы нашли на кухне сидящим возле полной миски сухого корма. Папа покупает для него какой-то специальный, для крупных кошек. Рядом второе блюдце – с водой. Кот посмотрел на нас, как на извергов, которые морят бедолагу голодом, и с презрением отвернулся.

– Дандо-сама, спасибо тебе за папку! – Тика поклонилась больше, чем на сорок пять градусов.

А я двумя руками, со всем уважением предложил хвостатому свежий стейк форели из середины туши. Остаток рыбы я решил убрать в холодильник. Не съест же кот больше собственного веса за раз? А так Синдзи-кун будет навещать и подкладывать новое угощение.

Котяра удостоил нас с сестренкой совсем уж пренебрежительного взгляда и сделал несколько характерных движений задними лапами в сторону рыбы, как будто собирается ее закапывать. Вот же вредная скотина! Идеальная же форель. Будь с ней что-то не так, я бы понял.

– Не смеем тебя больше беспокоить, Дандо-сама, – поклонился уже я и убрался с кухни, так как истинный хозяин дома выгнул спину и зашипел. Не любит он меня.

Заехали в сельскую школу, где мне выдали все бумаги. И домой, домой, домой. Я за сегодня очень устал. Необходимость находиться за рулем в условиях ограниченной видимости и скользкого от нескончаемого дождя асфальта меня утомила до крайности. Еще и голодный. Перекусили, как могли, на ходу, но хочется-то нормального ужина.

Всю дорогу мы с сестрой обсуждали, что именно мне приготовить на ужин. Сошлись на том, что я сделаю оякодон. Вкусное и простое блюдо – рис, куриное мясо, яйцо. У меня уйдет не больше двадцати минут на него. Тика было предложила заказать пиццу, но я решительно отмел этот вариант. Я не против уличной еды, как не против и фастфуда, имеющего заграничные корни. Но не у себя дома, когда готовка займет не больше времени, чем ожидание курьера.

Машину в прокат решил вернуть уже завтра, все равно на сутки оплачена. И ничего с ней в нашем тихом районе за ночь не случится. Пока переносили вещи сестры в подъезд, сильно намокли. Но это ничего. Я никогда не болел и Тика-тян, по всей видимости, обладает тем же иммунитетом.

И вот, выходим мы из лифта промокшие и нагруженные чемоданами, чтобы оказаться перед объективами сразу нескольких телекамер.

– Ниида-сан, здравствуйте, канал ю-ти-вай (UTY), программа Яманаси Ньюз, – затараторил затрапезного вида репортер. Это вам не холеные столичные журналисты, а дотационное локальное телевидение. Их кто-нибудь вообще смотрит?

– Простите, что встречаем вас в коридоре, но на улице сегодня дождливо и, дожидаясь у подъезда, мы могли промочить ценное оборудование. Пожалуйста, прокомментируйте информацию о вашей находке в национальном парке Минами. Мои коллеги уже взяли интервью у администрации парка, а вы как будто специально скрываетесь от прессы. Можете как-то прокомментировать ваш внешний вид? Вы словно побывали в аварии…

– Простите, я не настроен общаться сегодня с прессой. Давайте вы возьмете у меня интервью в другой раз, – вежливо отказался я.

– Может быть, ваша спутница скажет несколько слов? Как я понял, здесь ваша сестра Ниида Тика. Ниида-тян, не поделитесь с нашей новостной программой о том, что произошло в горах и где ваш уважаемый брат получил все эти шрамы?

– Это всё хибагон, – с совершенно серьезным видом сказала сестренка. – В пещере, в которой братик Макото нашел золото, жил хибагон. Он вдруг как попер на меня! Я так испугалась, ножки подломились. Ору “спасите”! А братик как ударит его ногой приемом сумо! Не верите, что он так может? Вот, смотрите, у меня в телефоне видео!

Девочка продемонстрировала репортерам ей же смонтированный ролик, где моё лицо налепили поверх настоящего сумотори.

– Но тут же нет хибагона, – заметил один из двух операторов.

– Конечно нет. Я же тогда очень испугалась и не сообразила, что нужно снимать. Стояла, как дура, и смотрела, как эта образина двухметровая моего братика в стену пещеры толкает. Вот видите, сколько у него ссадин и царапин? Это он все об стену ударился. Чуть не убился. Настоящая рана только одна, на ноге, от когтей хибагона. Офигеть, какая глубокая. А кровищи сколько натекло! Медсестра даже плакала, когда ее зашивала, так братика ей жалко было. Хотя чего его жалеть? Он же чудовище победил. Прогнал, то есть. Ударил прямо пяткой в подбородок. Хибагон и убежал, когда понял, что тут ему ловить нечего, что тут против него настоящий воин, а не какой-то паркетный каратист.

– А золото? – робко спросил журналист.

– Золота там было не так и много, – соврал уже я. – Всего несколько десятков слитков, на которые претендую не только я. Очень жаль, благотворительный фонд имени Окане Цукиши был бы рад большим пожертвованиям. Но разве презренный металл имеет хоть какую-то ценность в сравнении с научным открытием?

– Вы утверждаете, что сражались с хибагоном?

– Нет, что вы. Хибагон совершенно неправильный термин, описывающий монстра, якобы живущего у горы Хиба в префектуре Хиросима. Ни очевидцев, ни доказательств. Скорее всего, он не существует

– Мы решили назвать его Минамигон, или Акаишигон, в честь хребта Акаиши, к которому относится та гора, – гордо объявила Тика. – О! А давайте ваши зрители название выберут. Круть же будет! А я готова вас на место сводить и все показать. Где братик с монстром сражался, где старинная машина стоит, где в ней золото лежало, где меня чуть отвалившейся дверью не задавило. У меня от прессы тайн нет. Я и сама собираюсь поступать на факультет журналистики в будущем.

– Машина? Расскажите подробнее, – вся репортерская братия собралась вокруг охотно раздающей интервью сестренки, пока я аккуратно за их спинами переносил багаж к своей квартире.

– Это был Packard Single Six Series 226, с кузовом Туринг, – уверенно назвала модель девочка. – Так мой лучший друг Огава Синдзи сказал. Он специально в интернете информацию искал. Синдзи-кун, привет! – Тика помахала в камеру рукой. – Пожалуйста, не вырезайте этот момент. Так вот, на той машине якудза ограбили банк и скрылись в неизвестном направлении. Но золото оказалось проклятым и они все умерли, кроме самого везучего, который попытался отсидеться в горах, но его сожрал Минамигон. Или, может быть, проклятие лишило его человеческого облика и тот якудза сам стал чудовищем. Версия одичавшего и заросшего человека ничуть не хуже, чем с доисторическим гоминидом. Я так думаю, она реалистичнее. Возможно даже, что тот монстр на самом деле потомок последнего якудза. Тот мог похищать женщин в соседних поселениях и делать своими женами. Наверняка вы найдете подобные факты, если копнете поглубже.

– Ниида-сан, вы подтверждаете сказанное вашей сестрой? – окликнули меня журналисты, когда я уже закинул большую часть вещей в свою дверь. Камеры снова повернулись в мою сторону, за счет чего сестренка тоже смогла добраться до двери.

– Я подтверждаю, что там была машина, но не разбираюсь в раритетных авто. Огава-кун очень любознательный и смышленый юноша. Доверюсь его мнению по поводу модели, но гарантировать правоту не способен. Информация о проклятии и похищении женщин чудовищем слишком сложная для моего понимания. Я простой бухгалтер, точнее, технический писатель из айти-отдела. Пусть разбираются профильные специалисты.

– Но вы все же нашли клад.

– Не могу это оспорить. Позвольте, пользуясь случаем, выразить благодарность человеку, который мне помог. Это профессор геологии из университета в Колорадо. Я знаю его, как Рокки Бальболдера шестьдесят девять. Спасибо вам, Бальболдер-сан, ваша помощь неоценима. А теперь простите, господа, это был очень тяжелый день, а моей несовершеннолетней сестре завтра в школу.

И закрыл дверь у них под носом. Мы с Тикой почти одновременно согнулись от беззвучного хохота. Неужели в ту чушь про Минамигона кто-то сумеет поверить?

Глава 6

В Кофу, как я узнал из интернета, тринадцать средних школ. Восемь государственных и пять частных. Одна из государственных буквально в пяти минутах ходьбы от моего дома. Устроила ли она Тику? Конечно, нет.

– Это что за облезлый бетонный сарай такой? Нет, я в эту школу ходить не буду, – придирчиво посмотрела на экран ноутбука девчонка. – А эта, которая частная, она ничего. Только стоит что-то дороговато. И программы на пару месяцев у них нет, придется за целый год платить.

– Понял, на что ты намекаешь. Хочешь в ту школу, где у тебя друзья есть.

– Ну… можно. Вообще я хотела предложить ни в какую не ходить, дома посидеть. Но ладно, уговорил, твой вариант тоже годный. Ринне классная и Хина ничего, и мальчишки у них не полные придурки.

– Ты же понимаешь, что твоя манипуляция очень наивная?

– Настоящую даже ты бы не заметил! Просто прикалываюсь. Но в школу-барак реально не хочу идти. Давай пойду в ту, куда хочется, но зато прогуливать не буду.

– И не будешь шантажировать учителей ради оценок. Честная учеба без обмана, – добавил я. Если уж идти на сделку с дьяволом, то та обязана быть выгодной.

– И как вообще учиться при таких ограничениях? Ладно, договорились!

А не продешевил ли я? Но, по-честному, я и не пытался переспорить сестру. Это ей каждое утро вместо легкой прогулки пешком придется по полчаса и дольше трястись в автобусе. Можно подумать о велосипеде для нее, но, глядя на погоду за окном, слушая, как капли дождя бодро барабанят по подоконнику, выбивая извечный ритм, начинаю сомневаться.

Устали сегодня порядочно, потому ничего удивительного, что сестренка быстро начала зевать. Очень заразительно она это делает. Отдав в распоряжение Тики-тян всю большую комнату, я впервые за долгое время оказался наедине сам с собой, запершись в спальне. Тут я наконец-то смог достать из рюкзака раритетный маузер и как следует его рассмотреть.

Чудес не бывает. Пистолет весь в поверхностной ржавчине, подвижные части прикипели друг к другу так, что при всем желании не сдвинуть, деревянные накладки на рукоятке прогнили и готовы рассыпаться в труху. Патроны в магазине наверняка есть, но готов поспорить, что пришли в полную негодность. Не оружие, а антиквариат. Но специалист, наверное, смог бы его отреставрировать. По моей оценке дилетанта, который за всю свою жизнь стрелял только из духового ружья на аттракционах. Объективно, лишь проблемы себе устроил, забрав ствол из машины. Но не мог поступить иначе. Это доказательство того, что я не шизофреник, а Хидео-сан по-настоящему существовал.

Безопаснее было бы пистолет сегодня на ферме оставить, где-нибудь на чердаке, но Тика наверняка бы заметила, что я там копаюсь, да и папу под уголовную статью подставлять не стоит, несмотря на то, что вероятность обнаружения маузера на чердаке в деревне самая минимальная. Не будут же там обыск проводить? Перебрал в голове различные варианты того, где хранить горячее. Надежнее всего стала бы банковская ячейка, конечно, но она же даст и неопровержимые улики против меня. Камера хранения на вокзале опасна тем же, там везде видеонаблюдение.

Тихонько выглянув из спальни и убедившись, что Тика сладко спит, устроившись на диване, оставаясь бесшумным подобно шиноби, я прокрался на кухню к холодильнику. У меня было несколько отличных герметичных и непрозрачных контейнеров для бенто. Забрав один из них и заодно соорудив себе бутерброд с сыром, вернулся к себе, чтобы надежно упаковать К96 в бенто-бокс и герметично закрыть его при помощи клейкой ленты, не забыв при этом аккуратно стереть отпечатки пальцев как со своей опасной находки, так и с упаковки.

Если бы не ливень снаружи, поднялся бы по пожарной лестнице и припрятал бы коробку на крыше. Сейчас же открыл окно, из которого на меня дохнуло свежестью, и временно пристроил между стеной и внешним блоком кондиционера. Снизу видно не будет. В случае чего, который мне и представить сложно, попросту столкну вниз и пусть доказывают, что моё.

Ночью меня впервые за достаточно долгое время накрыли сны о Хидео-сане. На рубеже веков, в период реставрации Мейдзи и промышленного скачка он заделался взяточником, берущим деньги для того, чтобы определить кого-нибудь на важную должность в крупных предприятиях. Даже на позицию главного инженера верфи Мицубиши доверчивого простака, расплатившегося тугой пачкой британских фунтов, пристраивал. Явный шпион, так ему и надо. Я даже удовлетворение испытал после того, как его задержали контрразведчики из императорской службы Токубэцу. Все-таки мой темный попутчик хоть немного, но патриот. И то, что он стащил у правительственных агентов их удостоверения, чтобы шантажировать угрозой ареста следующую жертву, только немного подпортило впечатление от “правильного поступка”.

Утром поднял сестренку в своё обычное время, проснувшись, как всегда, до будильника, который и не ставил. Травмы уже почти совсем перестали беспокоить, разве что швы все еще неприятно тянули при некоторых движениях. И я выспался! Большое дело! Аккуратно заглянул под один из пластырей. Никуда не делась царапина, хотя и несколько затянулась. Отцу в таком виде показываться рановато.

Пользуясь арендованной машиной, с самого утра поехали к папе. Опять “уступил очередь” Тике. Попросил передать, что у нас все хорошо, что за фермой присмотрят соседи, а Дандо-сама накормлен. И опять встретился с Окане-куном, но уже не случайно. Он с вечера мне написал и уточнил, в какое время я больницу навещать буду.

– Ты будешь моим секретным оружием, семпай, – объявил исполняющий обязанности председателя юноша, когда мы пожали друг другу руки в холле больнички. – Так что к себе на верхний этаж я тебя вызывать не буду. Только переписка и встречи тут. Хочешь, договорюсь и твоего старика в одну палату с моим стариком положат? Надо его отвлекать от нехороших мыслей, будет с кем поговорить.

– Плохая мысль. Твоим недругам покажется подозрительным то, что главу компании положили в одной комнате с обычным фермером.

– Да… ты прав, наверное. Идея крутой показалась, вот и не продумал всего. Я в этом деле новичок. Интриги корпоративные задрали уже. Знаешь, что мне нужно сейчас устроить?

– Показательную казнь! – сказала Красная женщина, которая снова подобралась ко мне незамеченной. Еще и приобняла так сзади, прижавшись к моей спине бюстом. Захотелось от нее отпрыгнуть с криками ужаса.

– Ты обещала моей девушке не заигрывать со мной, – напомнил я ей.

– Не было такого. Я ей сказала, что соблазнять тебя бесполезно, а не то, что я не буду пытаться. Ты-то куда убегаешь, Принц? С тобой и попыток не будет. Я не по маленьким мальчикам. Ну вот, опять удрал! Про казнь я не шутила, Краштест. Нужно найти какого-нибудь смертника, который запустил свои грязные ручки в бюджет компании и прилюдно его четвертовать. Показать всем, что наш мальчик суров, но справедлив. Можешь начать с мелких рыбешек, но в итоге хорошо бы кита добыть.

– Киты – это не рыба.

– Зато стоят на вершине пищевой цепочки офисного планктона. Действуй, Чемпион, а я тебя уж так отблагодарю…

– Сама же сказала, что бесполезно меня соблазнять.

– “Бесполезно” – не значит “скучно”, – Красная отстранилась от меня и сразу стало не так душно. Да от нее буквально жаром веет, как будто подчеркивая эпитет “горячая”, применимый к красивым женщинам. Знакомая клиническая картина. Сам иногда так “горю”.

– Сестренка! – выскочившая из папиной палаты Тика прямо-таки налетела на мою знакомую. Не уверен, уместно ли так называть ту, чьего имени я не знаю. – Круть! Я так тебе рада! А поехали с нами! Нам надо меня в школу устроить. И столько всякого классного произошло! Мы с братиком золото нашли. И он с Минамигоном боролся!

Ни малейшей тени сомнения в правдивости сказанного. Как будто не только придумала, но и поверила в свою выдумку.

– Бедный Дайкон-кун, – вздохнула красная.

– Кто? – удивилась сестра.

– Дайкон, такой большой неуклюжий редис, который живет в горах. Не знала, что он из Хиросимы решил сюда переехать. Я бы его отговорила, знай, что с ним целый Йокодзуна тут бороться станет. Предупреждая вопросы – нет, это не имя, имена – отстой.

Соврала. Очень умело, Тика-тян почти купилась. А может быть, и целиком поверила. Я, в свою очередь, предельно четко понял, что нет никакого Дайкона.

– Папа в порядке? – спросил я у сестры, показательно игнорируя наглую ложь Красной.

– Да. Улыбался, тебе привет передавал. Говорил, что нас обоих любит. Но я-то знаю, что меня сильнее, просто потому, что я младшая, а не потому, что ты плохой.

– Ладно, Монстерхантер, выйдешь на работу, увидимся еще, мне пора, – помахала нам женщина и развернулась в сторону охраняемой палаты Окане Цукиши. – Родственница, не пропадай! – прозвучало так, будто они с Тикой, а следовательно и мной, по-настоящему родня. Брр! Это было бы апогеем череды несчастий, проблемой намного страшнее падения с квадроцикла или любого проклятия.

Следующий этап великого плана возвращения к относительно спокойной жизни – школа. Вернее, сначала автопрокат, где я не без некоторого сожаления избавился от теплой, сухой и уютной Тойоты, становящейся мне еще ближе к сердцу при взгляде на плотную стену дождя.

Конечно, зонтики и крытая остановка помогли нам не очень намокнуть, но все равно с автомобилем удобнее. И как я это раньше не понимал? Видел только минусы, а не плюсы повышенной мобильности. По большому счету, решение вопроса в моих силах. Для начала стоит арендовать дом неподалеку от Цуцуи. Такой, чтобы если не с гаражом, то с парковочным местом. Учитывая будущий доход от золота, совсем не разорением станет. И Мияби будет все время рядом. И сестре в школу близко. И отдельная комната у нее будет, а не диван в моей гостиной. И если папе врачи в деревню к тяжелому фермерскому труду возвращаться запретят, то и ему лучше будет в доме, а не в квартире. И даже Дандо-сама при таком варианте не останется на улице. Подумаю об этом.

– Братик, тебе надо забрать папину машину и ездить на ней, пока он не выпишется, – тихонько высказалась Тика, когда мы с ней ждали автобус до ее будущей школы.

– Кое-кому я предлагал школу рядом с домом, – обойтись без злорадства у меня не получилось, да я и не пытался. Как раз кстати подошедший автобус позволил оставить последнее слово за собой. Все-таки Тика-тян понимает правила приличия, прочно табуирующие разговоры в общественном транспорте.

По пути к школьной территории резкий порыв ураганного ветра едва не вырвал у сестренки зонтик. Я, как обладающий куда большей массой, его перехватил и удержал, но импульс воздушной массы все равно вывернул купол наизнанку, переломав спицы. Еще и намокли в этот момент сильно. Пришлось почти бежать к крыльцу под моим собственным зонтом, которого на двоих не хватало.

Внутри наспех привели себя в порядок. К счастью, тут был дежурный, из числа учеников, который показал куда деть зонты – один в сушку, второй в мусорку. И выдал каждому по сухому полотенцу. Я начал проникаться теплыми чувствами к этому учебному заведению.

– Спасибо, дежурный-кун, – поблагодарил я парнишку. – Не проводишь нас к директору?

Проводил. Полчаса спустя мы оказались в тесном кабинете директрисы, женщине под пятьдесят, комплекцией не уступающей мне. Волосы убраны в пучок на затылке, синий брючный костюм, строгий взгляд палача, решающего что будет продуктивнее – подвешивание за руки, придавливание камнями, пытка водой или что-то современное, пришедшее с запада, например, раскаленные иглы под ногтями. Обстановка в темных тонах. На полках исторические книги, единственное украшение – небольшое дерево бонсай на дальнем крае стола.

– Камэока Рэйко. Директор средней школы Кофу Фурин, – женщина сложила руки перед собой на столе, показывая тем самым, что она само внимание.

– Ниида Макото, айти-специалист, сооснователь благотворительного фонда Окане Цукиши, – на подобного рода встречах обязательно нужно подчеркнуть свою значимость, давить авторитетом. Что позволено успешному айтишнику, вовлеченному в дела многомиллиардного фонда, о том рядовому бухгалтеру остается всего лишь мечтать.

– Ниида Тика, моя младшая сестра. Очень талантливая девочка, взгляните на ее табель из токийской школы, сплошь отличные оценки. Участница танцевальных и музыкальных конкурсов. Спортсменка. Знакома с учениками вашей школы по спортивному лагерю в национальном парке Минами. Камэока-сама, я понимаю что сейчас в школе уже сформированы классы и, возможно, почти не осталось мест, как у учебного заведения с прекрасной репутацией, но я прошу вас войти в наше положение. Наш отец попал в больницу на несколько месяцев и Тика-тян переезжает в Кофу на это время. Ей нужно получать достойное образование, чтобы поступить на факультет социальных наук Токийского университета, как она мечтает. И нигде, кроме вашей школы, в Кофу такое предоставить не смогут.

Сестрёнка сидела на стуле, скромно потупив глазки, как и полагается пай-девочке, пока директрисса буравила ее тяжелым взглядом. Не удивлюсь, если у этой женщины рентгеновское зрение, показывающее все пятна на карме.

– Ниида-сан, у вас замечательная сестра, мы с радостью примем ее в следующем году, с начала первого учебного семестра, – ответила Камэока. И всё, хоть падай на колени и умоляй. Твердое “нет” на самом деле сейчас прозвучало.

– Ну что же, как говорят у нас в семье – “Победа приходит к тому, кто умеет ждать”. Пойдем, Тика-тян, победа ждет нас в другой школе.

– Постойте, – не то, чтобы окликнула, а скорее распорядилась эта богиня суровости. – Эта поговорка. Вы ей намекали на то, что Ниида самурайский род?

– Не намекал, тщеславие чуждо нашему семейству. Использовал к месту изречение мудрого Такэды Сингэна. Не более того.

Такэда Сингэн – самая значимая историческая фигура нашей префектуры. Многие считают его величайшим полководцем в истории Японии. Он сражался против самого Оды Набунаги и победил бы, если бы не погиб при таинственных обстоятельствах, о которых историки спорят до сих пор. Девиз его звучал как “Фуринкадзан”, то есть “Ветер, лес, огонь, гора”. Фурин – название школы, куда мы пришли – напрямую к нему отсылает. Камэока-сан явно поклонница истории и славного самурайского прошлого.

– Но все-таки вы потомки самураев? – попалась в мои сети директриса.

– Мой славный предок сражался и достойно погиб в битве при Каванакадзиме. Я надеюсь принять участие в ближайшем фестивале, устраиваемом семьей Такэда, – соврал я. Все эти самурайские шествия у меня никогда интереса не вызывали, но невозможно жить в Кофу и оставить их совсем вне сферы своих интересов. – На вашу школу мы обратили внимание только потому, что она названа в честь части девиза Тигра из Каи. Я сразу подумал, что здесь-то наверняка чтут традиции. Простите, что потратили ваше время. Нам придется обратиться куда-то еще.

– Подождите. Я попробую пойти вам навстречу. Скажите, а вы не тот самый Ниида, который пожертвовал двадцать миллиардов йен токийскому сиротскому приюту со странным названием?

– Приюту Радужный мост. В том репортаже говорилось всего о двух миллиардах. Но я продолжаю свою благотворительную деятельность. Фонд имени Окане Цукиши помогает не только сиротам, но и школам.

Намек был понят, глазки у Камэоки алчно заблестели. Не от желания присвоить выделенные мной деньги, а от предвкушения того, что ее образцовая школа еще сильнее приблизится к идеалу.

– Тебе найдется место в Фурин, Тика-тян, – впервые за беседу Рэйко-сан обратилась напрямую к сестренке. – А вы, Ниида-сан, вы мне чем-то напоминаете самого Сингэна.

Мне оставалось только лишь поклониться ей.

Глава 7

И все-таки царапины на мне заживают поразительно быстро. Уже на следующий день я, глядя поутру в зеркало во время бритья, отметил, что лицо у меня достаточно чистое, чтобы папа не заволновался при личной встрече. Да и руки тоже в порядок почти пришли.

Позволил сестре поспать немного подольше, хотя по-хорошему стоило бы ее приучать к ранним подъемам, раз сама выбрала такую неудобную школу. Мы вчера ей и форму, подходящую для Фурин, купили. Самую типичную сэйлор-фуку, в которой ходит половина школьниц нашей страны. Не так уж сильно и отличающаяся от той, что в деревне используется. Разве что строгим темно-синим цветом и выделяется. И за такой вполне себе обыденный комплект повседневной одежды мне пришлось выложить сто тысяч йен! Настоящий грабеж! Конечно, вида не подал, что мне жалко денег для сестры. На самом деле и не жалко. Просто возмущают цены. Хорошо, что когда через пару месяцев Тика вернется в деревню, покупку можно будет сдать обратно в магазин, возместив часть затрат. То, что я потенциальный миллиардер, не дает мне права легкомысленно относиться к расходам.

Навестили отца. Уже с понедельника я вернусь на работу, Тика-тян пойдет в школу и придется сместить посещения на вечер. Выглядел папа немного болезненным и истощенным, но умирать не собирался и старался присутствия духа не терять. Попросил привезти ему в следующий раз мёда, собранного его пчелами. Пообещал, что исполню просьбу, она ерундовая.

В приподнятом настроении от того, что папе лучше, вернулись ко мне домой. Сегодня должен быть день генеральной уборки, которая для меня всё равно, что отдых. Жаль, что младшее поколение моего энтузиазма не разделяет. Вот Мияби бы приехала, если бы не ливень. Когда же он наконец кончится-то?!

Еще в коридоре я заметил, что что-то не так. Дверь квартиры была приоткрыта. Моей квартиры!

– Да нас обнесли! – сделала выводы сестра, заглянув мне через плечо, когда я, став в проходе, оглядел царящий разгром. Ну ладно, скорее беспорядок. Многие вещи перевернуты, все кухонные шкафчики открыты, диванные подушки сброшены с места. Напоминает следы обыска, но сделанного на скорую руку и дилетантами. Хидео-сан бы обстряпал все так, что хозяин и не догадался бы о незваных гостях, пока не обнаружил бы пропажу ценностей. Или спалил бы всё, уничтожая возможные улики.

Пистолет! Меня как молнией ударило. Что, если домушники нашли и забрали мой ржавый маузер?

– Зайдем, посмотрим что пропало, но ничего не трогай, не оставляй следов и не затопчи чужие следы, – четко распорядился я, внутренне холодея от перспектив.

Так сразу в спальню я врываться не спешил, прошел спокойно, не забыв переобуться в тапочки. А вот воры церемониться с правилами приличия не стали, натоптали столько, что захотелось взяться за швабру и немедленно притереть. Как я смог прочитать по следам, два домушника. Не уверен, насколько хорошо проникся навыками следопыта Хидео-сана, но тут все так очевидно, что и ребенок догадается. Все отпечатки ног двух немного разных размеров. И те, и те крупные, почти наверняка мужские. Протектор подошвы как у кроссовок или легких туристических ботинок, но с разным рисунком у следов.

– Мой ноут! Братик, эти животные за всё ответят! Они утащили мой офигенский ноутбук! – ох, сколько боли и возмущения было в восклицании Тики-тян. Как будто бы она сама никогда мелкими кражами не промышляла. Я очень надеюсь, что нормальная спокойная жизнь прочно поставила сестренку на путь исправления и больше никакого воровства. Но разлитую воду обратно в чашку не вернешь. Было и такое, надо учитывать.

В спальне обыск, похоже, провели по остаточному принципу. К окну и вовсе не подходили. Но я все равно открыл фрамугу, вытащил бенто-бокс из тайника и прибрал к себе в рюкзак, испытав при этом громаднейшее облегчение. Это воры пропустили, а полиция у нас дотошная и никуда спешить не станет, осматривая место происшествия.

– Братик Макото, а это что такое?

Скрыть свои манипуляции от сестры было бы слишком сложно. Решил ей довериться. Кому вообще можно верить, как не семье?

– Сейчас покажу, только пообещай, что никому. Ни Ринне-тян, ни Синдзи-куну. Вообще никому.

– Могила! – и еще жест показала, как будто рот на молнию застегнула.

Вскрыл коробку и продемонстрировал ей содержимое. Комментарии были излишни.

– Вау! Как в том древнющем американском фильме! – надеюсь, она это не про “Звездные Войны”. Те вышли в прокат задолго до моего рождения, но все равно такими уж древними мной не воспринимаются.

– Это я в той машине нашел. Решил, что полиция мне его не вернет, а сейчас спрятать надо. Подождешь меня тут, пока я поднимусь на крышу?

Лучшего места для нового временного тайника придумать не получалось.

– Не-не-не! А вдруг они вернутся, а я девочка! Давай я сама на крышу! – с болью в сердце принял ее правоту. Открыть навесной замок, перекрывающий вход наверх, ей наверняка под силу. Видел я ее таланты. Запереть за собой тоже сумеет. Место, где припрятать коробку, отыщет. Не хочется, но приемлемо.

Дождался сестру минут через десять. Та намокла, но смотрится довольной. Ну а вопрос иммунитета поднимать и не стоит. Не простудится.

Следующий шаг. Внутренне поморщившись, я набрал определенный номер из списка контактов.

– Моши-моши, – от типичного телефонного приветствия меня аж слегка передернуло. Не нравится оно мне.

– Добрый день, инспектор Кикучи, надеюсь, что он у вас по-настоящему добрый.

– Нииро-сан! – обрадовался молодой полицейский. – Вы созрели для того, чтобы перестать покрывать Кагешуго? Правильное решение. Пройдете по делу свидетелем и не получите урона репутации честного человека.

– Кикучи-сан, я по другому вопросу. Меня ограбили. Вломились в квартиру и унесли ценные вещи. Например, дорогой компьютер моей сестры.

– Ниисаки, я что, ваш личный полицейский, которому вы звоните при любых неприятностях? Мы с вами даже не друзья.

– Замечательная идея. Если бы у каждого гражданина был номер его личного инспектора, преступность давно была бы побеждена. Но я подумал, что это как-то связано с тем звонком, который вы вроде как отследили, но никаких результатов не добились. Что, если ограбили меня те же люди, что и угрожали?

– Маловероятно, это совсем разные преступления. Звоните 1-1-0, Ниизаки, – и повесил трубку.

– Вот же урод легавый! – констатировала Тика. – Не только к сестренке Гупте придирается и Кагешуго пытается поймать, но еще и помогать настоящих преступников ловить не хочет. Вот попадись он мне!

– Ты же не знакома с Анушей-тян.

– А я ее фоточки видела, с вашей конференции. И ты рассказывал, что вы дружите, значит, она хорошая.

Второй раз за несколько дней позвонил на горячую линию. Скоро присвоят мне статус постоянного клиента и выделят личного менеджера. То есть оператора.

Женщина с приятным голосом поинтересовалась, где я нахожусь, есть ли пострадавшие и потребовала дожидаться патрульных снаружи жилища, так как внутри может быть все еще опасно. Опасно! Пришлось подчиниться. Я законопослушный человек.

– Папе про эту историю ни полслова, – предупредил я в коридоре сестру.

– Что я, совсем тупая? Так ты считаешь? Конечно, не буду ему ничего говорить. Он, правда, спросит, где компьютер, когда выпишется.

– Куплю новый, если потребуется, – раньше я, наверное, начал бы в панике на себе волосы рвать после подобных обещаний, учитывая стоимость геймерского монстра. Но сейчас я так сказал больше, чтобы девочку успокоить. Воришка показал себя настолько неумелым, что, уверен, даже начинающие полицейские его смогут поймать. Ну а в самом крайнем случае, найду деньги.

Патрульные появились всего минут через десять ожидания. Мужчина лет двадцати трех, склонный к полноте, но не как я, а колеблющийся на грани и женщина на пару лет постарше напарника. Оба в форме. Видел их ранее мельком в нашем районе. Представились как сержант Сузуки Таро и офицер Накадзава Нанами. Конечно, все с предъявлением жетонов и проверкой моих документов.

Удостоверились, что преступник не притаился ни в санузле, ни в шкафу для футонов, ни за плинтусом и только после этого разрешили войти проверить, что пропало. Я уже список украденного примерно знал – компьютер сестры, мой старый системный блок, все компакт-диски из моей невеликой коллекции, фитнес-браслет, забытый мной на зарядке. Сплошь электроника и носители информации.

Еще одна бюрократическая рутина. На пропавший компьютер, например, кассовый чек и гарантийный талон спросили. Хорошо, что их мне отдали вместе с самим подарком.

– Руки за голову и лечь на пол! – вдруг требовательно произнес младший коп, сержант Сузуки. Это он мне, между прочим, мирно сидящему у себя на диване и ожидающему очередного документа, чтобы заверить.

– Что? – искренне не понял я. – Это же я вас к себе в квартиру вызвал?

– Руки за голову, лечь и не шевелиться, – повторил молодой полицейский и направил на меня свой револьвер.

Пришлось выполнить требование. Словить пулю стало бы не тем завершением черной полосы, которое я представлял.

– И девчонка тоже. На пол! Руки за голову! – сестренка у меня не дура. Тоже послушалась и исполнительно растянулась рядом с диваном, сцепив пальцы на затылке.

– Таро-кун, ты что творишь? – спросила у него офицер Накадзава. По ее голосу было слышно, что она нервничает.

– В спальне, в шкафу на полке, у него там Глок 17! – объяснил придурок. Я ему это припомню.

– Это игрушка, офицер. Коллекционная копия, он даже пластиковыми шариками не стреляет, – ровным тоном объяснил я. – Хотел поставить на полку над камином, но обнаружил, что камина у меня нет. Пришлось в шкаф положить.

С собой модель оружия при постоянных визитах то в больницу, то в школу я носить перестал, оставил его в спальне. Вот и печальный результат.

– Это игрушка, Сузуки-кун, – подтвердила женщина, вернувшаяся из второй комнаты с моим глоком в руках. – Но очень реалистичная. Я стреляла из такого в тире и только потому увидела отличия. Зачем вам такая реплика, Ниида-сан?

– Мне можно подняться? Спасибо, – я сначала встал на карачки и только затем плюхнулся обратно на диван. Бедро при этом кольнуло резкой болью и я не удержался от раздраженной гримасы. Мог, но не стал себя сдерживать.

– Не буду вас обманывать, что глок нужен мне всего лишь для коллекции и украшения камина. Не только для названных целей. Мне недавно угрожали по телефону. Как выяснилось, звонили из токийской тюрьмы. Но так как полицейское расследование ничего не дало, я решил себя обезопасить хоть каким-нибудь способом. Носить с собой фальшивый пистолет и показать якудза как аргумент, что меня не надо трогать. Я уверен, что и нынешнее ограбление связано с тем звонком. Пожалуйста, зафиксируйте это в моих показаниях.

– Вы хотя бы раз оружие в руках держали? – усмехнулся сержант.

– В фильмах видел. И в манге. Позвольте, я вам покажу как перед зеркалом тренировался, а вы скажете, похоже ли.

– Нет, – ответила офицер. – Вашу игрушку я конфискую, как потенциально небезопасную. Представьте, что ошибка моего напарника не вскрылась бы и он в вас бы выстрелил. Оставьте риск тем, кто к нему подготовлен.

– Я так и сделал! Сразу позвонил инспектору Кикучи! И вот, ничего! Он только за Кагешуго своей и гоняется! И знаете что, эта реплика мне недешево обошлась. Я буду жаловаться!

– Это ваше право, Ниида-сан, – осталась холодна Накадзава.

Тика вслед удаляющимся стражам порядка скорчила рожу и показала неприличный жест, взятый из западных фильмов.

Не найдя, в чем еще обвинить жертву ограбления, патрульные ушли, оставив у меня в карманах свои жетоны и удостоверения личности. Сами виноваты! Будут знать, в кого револьверами тыкать!

И насчет жалобы я не пошутил. Открыл со смартфона сайт полицейского управления и написал через форму обратной связи обращение о том, как непрофессиональный сотрудник не только принял игрушечный пистолет за настоящий, но и угрожал мне боевым оружием, заставил лечь на пол, из-за чего обострилась травма ноги и я испытал серьезную боль. Также сержант полиции Сузуки (номер жетона прилагается) угрожал оружием моей несовершеннолетней сестре и заставил лечь на пол еще и ее. Из-за чего у девочки вероятна психологическая травма, боязнь полицейских и недоверие к государству. Попросил не только наказать виновных, но и вернуть мне неправомерно конфискованное имущество.

– А теперь займемся поисками твоего ноутбука, – сказал я сестрёнке, сделав маленькую гадость.

– В смысле?

– У меня в друзьях лучшей хакер современности, сама Кагешуго.

Я взял трубку и набрал свою ближайшую подругу.

– Привет, Ануша-тян. Помнишь, я обещал советоваться с тобой по техническим вопросам? Ты ведь знаешь, какой именно ноутбук мне тогда подарили? Скажи, в нем есть функция удаленного поиска пропавшего устройства?

– Да, называется Find My Device, связана с аккаунтом Microsoft. Макото, как ты умудрился потерять ноутбук весом в пять килограммов? Это же не булавка!

– А аккаунт привязан к моему номеру телефона, да? Тут меня немного ограбили. Наверное, искали золотые слитки на два миллиарда, про которые я тебе писал из отпуска.

С Гуптой я из лагеря переписывался вполне себе активно, в том числе фото золотых слитков и старинного автомобиля ей присылал. И насчет папы она мне информацию прояснить помогла. Настоящий друг.

– До сих пор не верю, что это не розыгрыш. Сейчас я войду в твой аккаунт со своего компьютера. Продиктуешь мне код из смс?

– Я видел социальную рекламу, в которой рекомендовали никому смс-коды не называть. Тебе точно можно доверять?

– Конечно, нет. Я не настоящая Гупта Ануша, а хакер, подделавшая ее голос при помощи нейросети. Пришло сообщение?

– Да, пришло, – я продиктовал цифровой код для входа в аккаунт.

– Слышь, братик, вы с ней что, флиртуете? – тихонько спросила Тика. – Если что, я за сестренку Мияби глаза выцарапаю.

– Ты что такое подумала? – я выключил микрофон на своем аппарате, чтобы Гупта не услышала лишних домыслов. – Ануша чудесная, но мы с ней просто очень хорошие друзья. У нее парень есть, Роубаяси-сан, программист с нашей работы. И мне кроме Цуцуи никто не нужен.

– То-то ты на рыжую повариху все время пялился. Что, скажешь, не было такого?

– На Минами-сан все любовались, и мужчины и женщины. У нее волосы очень необычные. Ты что, ревнуешь меня вместо моей девушки, чтобы я не расслаблялся, пока ее нет рядом?

– Да не, прикалываюсь, пока мы ждем. Гупта-сан мне понравилась. У нее акцент такой забавный. Не уродливый, как у других гайдзинов, а милый.

– Ой, я выключил MUTE и тебя слышали.

– Слышала! – подтвердила Ануша. – Кому я там понравилась? Это Тика-тян там рядом?

– Да, позвольте представить. Гупта Ануша, моя близкая подруга. И Ниида Тика, моя сестра.

– Jolly good, yaar! – эмоционально воскликнула вдруг программист. – Aha! Got you, beta!

– Можно для японцев повторить? – тут же спросил я.

– Да нечего там повторять. Ноут сейчас выключен и вне сети, но эти идиоты не додумались залепить камеру, когда открывали его крышку у тебя в квартире, а при открытии автоматически делается фото и заливается в аккаунт. Это называется Login Snapshot. Так что вот ваши красавчики. Лови сообщение, Макото.

На присланной фотографии моя все еще не совсем перевернутая вверх дном гостиная. Под несколько неудачным ракурсом запечатлены двое мужчин типичной японской внешности. Первый мне совершенно не знаком, а вот второго я узнал. И Тика узнала.

– Это же он! Это он, братик! Не жить ублюдку!

Глава 8

– Макото! Тика-тян! Не тяните, мне же интересно! – Ануша всё еще оставалась на линии. – Кто это такой?

– Оператор из Яманаси Ньюз, нашей локальной новостной программы, – ответил я. – Он снимал интервью с нами буквально позавчера. И я не очень понимаю, зачем ему меня грабить.

– Сообщишь о нем в полицию? – спросила Гупта.

– Чтобы они у братика еще что-нибудь конфисковали? Может, даже мой крутецкий ноут! Скажут, улика, полежит в хранилище. А на деле на нем будет главный коп в игрушки шпилить и радоваться, что лагов нет.

– Признаться, полиция и правда как будто притягивает ко мне неприятности. Тем квадроциклом, с которого я упал, тоже полицейский управлял.

– Да! Поехали прижмем этого урода! Я ему в лицо за свои вещи плюну!

– И ты знаешь куда ехать, Тика-тян?

– Ну… на телевиденье. Он же там работает.

– Думаешь, он отнес украденное к себе на работу и хвастается трофеями перед коллегами? – я иронично приподнял бровь.

– Просто прижмем его на месте. Пригрозим, что сдадим копам, если все не вернет и полы нам тут не помоет. Эти сволочи натоптали, а мыть бедняжке Тике.

– Что-то не видел тебя за уборкой. Я сам всё вымою.

– Да ты чего такое говоришь? Я у папки постоянно в доме убираюсь! Скукота, но я ответственная. Ладно, уговорил, на тебе полы.

– Отправила вам ссылку на его страницу в соцсети, – сказала Ануша. – Нашла на сайте телекомпании список операторов, их всего трое, отыскала по именам страницы и сверила фотографии.

И это все за краткий промежуток времени, пока мы с сестрой обсуждали, как поступить, не находя решения.

– Сакакибара Тору, сорок лет, женат, двое детей, – озвучил я. С экрана смартфона на меня смотрел счастливый мужчина в окружении собственной семьи. Как-то его фото, выставленные в интернете на всеобщее обозрение, совсем не подходят преступнику, вламывающемуся в чужие дома. Самый обычный отец семейства. Детишки у него очень милые, мальчик и девочка, лет семи-восьми, одеты в форму начальной школы.

– Своей малышне мой ноут отдать решил! Подонок!

– Что-то не сходится. Зачем такому человеку заниматься квартирными кражами? – возразила Ануша. Почти с самого начала разговора я поставил ее на громкую связь, благодаря чему беседа и выглядела нормальной, Тике не приходилось прислушиваться.

– Именно, – подтвердил я. – Работа на телевидении считается престижной и уважаемой, даже со скидкой на то, что местное ТВ никто и не смотрит. А давайте у него самого спросим.

Зашел на свою пустую персональную страницу, которая у меня есть только для того, чтобы изредка логиниться на разных сайтах, требующих авторизацию через социальные сети. Перешел по ссылке, полученной от Ануши. Как удачно, Сакакибара-сан сейчас онлайн. Открыл интерфейс отправки текстовых сообщений и написал ему.

Ниида Макото: Добрый день, вы были сегодня в моей квартире. У меня есть доказательства. Верните то, что взяли и объяснитесь.

В верхней части чата, напротив аватарки оператора, появилось уведомление “Набирает текст…”. Мы с Тикой целых три минуты наблюдали за ним, как загипнотизированные. Да и заинтригованная Ануша периодически спрашивала “Ну что там?”.

– Он что там, "Повесть о Гэндзи" собирается нам целиком прислать? – вспомнила сестренка название древнего романа об аристократах, известного своим рекордным объемом текста, изучением которого мучают детей сначала в средней, а затем еще и в старшей школе. Я патриот и искренне уважаю культуру родной страны, но уроки японского языка и национальной литературы заставляли меня страдать. Кто-то в департаменте образования как будто бы специально поставил целью сделать жизнь школьников невыносимой.

Наконец, “гигантский опус” был дописан.

Сакакибара Тору: простите

– Да он издевается! Нарочно издевается же! – воскликнула Тика, глядя на односложный ответ. И снова оповещение о наборе текста.

Сакакибара Тору: пожалуйста, удалите своё сообщение и вообще нашу переписку. Давайте встретимся в кафе у телецентра и я всё объясню. И компенсирую. Пожалуйста, приходите один. Пришлите мне название кафе, как будете на месте.

– Братик, он тебя заманивает! Нельзя идти одному! А я одна в квартире не останусь. Тут небезопасно!

– Да что там такое? – спросила Гупта-тян. Пришлось отправить ей скриншот послания от телеоператора.

– Это людное место. Можно ехать, – одобрила моя подруга.

– Хочет, чтобы ты убрался из дома и его подельник все ценное вынес, что осталось.

– У нас тут нет больше ничего ценного, – возразил я. – Поехали, ты сходишь в гости к Мияби и Ринне.

– Могу к себе в гости Тику-тян позвать, сегодня же суббота, я выходная. Мне тоже скучно, – предложила программистка.

– Мне что, разорваться? Я и с подругой позависать хочу и с сестренкой Гуптой познакомиться!

– Поехали к Ануше, – решил я. Индианка попросту живет ближе, чем дом моей девушки расположен. Да и самому мне хотелось с подругой увидеться. Как в отпуск вышел, так ни разу с ней вживую и не встречались, одна только переписка. Впрочем, и с сестрами Цуцуи в последние пару дней также сплошь виртуальное общение. Непрекращающийся дождь перечеркнул все планы куда-то выбраться и погулять. Уже и ливневая канализация на пределе работает, иную улицу так просто не перейти, не замочив ноги, так как через нее несутся стремительные потоки воды. Но это редкость, конечно. У нас все-таки отлично спланированные города.

Больно было оставлять квартиру в таком вот разгромленном состоянии. Но шанс разобраться в произошедшем, а также вернуть украденную технику перевешивал необходимость в срочной уборке. Собрались и поехали по адресу, присланному мне подругой.

Живет Гупта Ануша ближе к центру Кофу, чем я. До работы добирается или пешком, или общественным транспортом, или на такси, но редко. Зарплата у нее хоть и очень неплохая для стажера, но все-таки не как у полноправного программиста.

По ее рассказам, девушка сильно хочет маленький компактный автомобильчик, но четыре попытки сдачи экзамена на водительские права тут, в Японии, оказались неудачными. Слишком специфические навыки агрессивного вождения, связанные с пренебрежением дорожной обстановкой, привезла Махараджако со своей родины. Индийский документ наша дорожная полиция не признаёт. Учитывая те видеоролики об Индии, что я посмотрел, заинтересовавшись после общения с подругой, абсолютно правильно японские власти поступили. Это же настоящий кошмар – то, что у них на перекрестках творится. Меня и наше считающееся спокойным движение напрягает. А у них полный хаос. Особенно, если корова на проезжую часть выходит и бредет себе флегматично по встречной полосе.

Жилое многоквартирное здание повыше и поновее моего. Тут и подземный паркинг имеется, что проясняет мечту Ануши о своем авто. Я даже мысленно прикинул, а не рассмотреть ли переезд сюда же. Еще удобнее до работы добираться станет, хотя и аренда вырастет раза в полтора, если не в два. И близкая подруга по соседству окажется, что также положительно. Нет. Все же нет. Аренда домика неподалеку от Цуцуи выйдет примерно в ту же цену, но там под боком будет лично Мияби, Тике до школы появится возможность пешком ходить и вместо маленькой квартирки к моим услугам станет дом в несколько комнат.

Скоростной лифт, одиннадцатый этаж, самая обычная дверь, каких тут полный подъезд. Сверившись с номерком справа от входа, надавил на кнопку звонка. Почти сразу открыла Гупта-тян в растянутой футболке и коротких шортиках, позволяющих полюбоваться стройными ногами. Чего я делать не стал. Ну, почти. Совсем удержать взгляд в стороне решительно невозможно. На синей футболке надпись на санскрите, совершенно нечитаемая. Знаю, многие гайдзины неспособны катакану и хирагану освоить. Так вот, санскрит – это какой-то кошмар в сравнении с обоими вариантами японской письменности или латиницей. Нечитаемая мешанина из палочек и точек. Наверное, не я один такой, так как ниже мелким шрифтом надпись продублирована мелкими английскими буквами “Jnanam Paramam Dhyeyam”. Понятнее не стало, но хотя бы фонетически читаемо.

Волосы убраны в аккуратную косу. Еще и косметики на индианке сегодня нет, благодаря чему выглядит девушка очень мило и по-домашнему. На месте Сандо-сана вообще запретил бы ей краситься.

– А я думала, ты дома сари носишь, – разочарованно протянула Тика. – Я видела картинки. Они такие необычные, но прям крутецки красивые.

– Я стараюсь не носить в Японии индийскую национальную одежду. Полностью погрузиться в вашу культуру. Но сари у меня есть. Могу дать примерить.

– Круть! Братик, всё, иди по своим делам. Мы с сестренкой Анушей тут сами разберемся.

– Надеюсь, моя сестра не будет докучать.

– Макото! Что ты такое говоришь? Мы же с тобой друзья, твои родственники – мои родственники. Иди, разбирайся со своими проблемами. Только на связи оставаться не забывай. Позвони мне перед началом разговора, чтобы мы все слышали и, если что, вызвали полицию.

Телецентр Кофу, что вполне логично, расположен неподалеку от центральной части города. Поэтому и добрался я до него от дома подруги быстро. И тут передо мной встал нелегкий выбор. В каком именно кафе мне покушать и заодно пообщаться с нелепым воришкой.

Альтернативы представляли собой относительно дорогие заведения с приличной кухней и популярный сетевой фастфуд, как японский, так и международный. Поскольку миллиардером я еще не стал, посмотрел именно в сторону ресторанчиков быстрого питания. К моим услугам McDonalds, KFC, MosBurger, Mister Donuts. Душа из всего разнообразия лежала именно в сторону пончиков, но тут я рассудил, что для переговоров лучше подойдет MosBurger, там банально тише, спокойнее и больше свободного пространства. Ресторан имени американского рыжего клоуна будет процентов на двадцать дешевле, но тут я решил проявить патриотизм в угоду нашему японскому производителю. Да и банально вкуснее у них. В отличие от американцев, пытающихся сделать похожий фирменный ассортимент блюд по всему миру, наша японская бургерная подбирает ключики к желудкам детей Страны Ямато и делает это превосходно. Решено! А в следующий раз выберу сладкое.

Заказал пару больших фирменных бургеров с говядиной, жареные во фритюре луковые кольца и большую кружку кофе с молоком. Еще одно преимущество перед гайдзинским рестораном – никакой одноразовой посуды. Нормальные тарелки и керамическая кружка, а не хлипкие пластиковые стаканчики, которые смахиваются со стола одним неловким движением.

Написал Сакакибаре-сану, где я его ожидаю, и как раз сумел обстоятельно и без спешки пообедать. Ощущал при этом небывалое внутреннее спокойствие. Какое может быть волнение, если оппонент – всего-то мелкий воришка, неспособный следы за собой замести? Наверное, мне стоит придержать тщеславие. Криминальные навыки, внезапно доставшиеся мне в наследство от Хидео-сана – не то, чем следует гордиться. Скорее уж наоборот.

Наконец, домушник пришел. Мне его немного жалко стало. От мужчины так и веет нервозностью и страхом, запах которого я ощутил буквально физически. Липкий такой, кисловатый, неприятный. Кому-то может быть и нравится, когда его боятся, нравится решать чужие судьбы, но точно не мне. Да и пугает телеоператора не моя личность, а неминуемость наказания. Конечно, я еще до того, как приступил ко второму бургеру, набрал номер сестренки и дал Тике и Ануше послушать, с каким аппетитом я ем. Смартфон оставил попросту на столе, выключив экран, многие так делают.

– Простите меня, Ниида-сан! – прежде, чем сесть ко мне за столик, мужчина поклонился, как младший старшему. А ведь я почти на десять лет моложе его. Нехорошо это. Хотя капельку позора он заслужил.

– Садитесь и рассказывайте, Сакакибаре-сан. Я вижу, что вам неприятна сложившаяся ситуация.

Плюхнувшись напротив меня, мужчина нервно сглотнул и зачастил:

– Да-да, именно так! Очень неприятно! Я не хотел. Но эта проклятая ведьма меня заставила! Она меня шантажировала! Это не женщина, а настоящий демон! Поверьте, я компенсирую все убытки. У меня есть накопления, хотел взять новую машину. Теперь вот не возьму. Поверьте мне, я тоже жертва.

Соврал. В той части, что о намерении купить себе новую машину. А вот остальное вполне искренне. Верит в свои слова.

– Чья жертва? О какой женщине вы говорите?

В голове у меня пронеслась череда кандидаток в недоброжелательницы. Акира-Акеми-Ёрико. Наверное, она способна и не на такое. Или они. Не понимаю только, зачем. Я лично ни одной из них ничего плохого не сделал. Хидео-сан да, та еще свинья. Сам бы ему в лицо плюнул за то, как он с Акирой обращался, постоянно бегая за другими юбками. Но я же не он и даже не похож.

Миязоно Мидори. С ней мы общаемся почти дружески, во всяком случае, обещанные выплаты она мне не задерживает. Решила их прекратить и потому послала миньонов найти улики в моей квартире и удалить компромат из облака? Нерационально. Не такие там большие суммы, чтобы рисковать уголовкой.

Миназуки Которе. Та, которая уже однажды натравила на меня преступников. Уже вероятнее. Но я не верю в ее способность вот так вот запугать бедолагу Сакакибаре. От этой силиконовой куклы у меня остались впечатления, как о недалекой особе. С другой стороны, вломиться ко мне и обокрасть – как раз глупый поступок, в ее стиле.

Красная женщина. Ну а почему бы и нет? Полностью непредсказуема. Вдруг она фетишистка, и извращенке срочно потребовались мои трусы, которые она лицезрела? Глупость кромешная. Чтобы как-то меня унизить, ей не нужны помощники. Нагло войдет в квартиру в моем присутствии и заберет то, что ей нужно.

Асагава-сан? С ней мы как раз не ладим с самого момента знакомства. Хотя я к ледяной юки-онне очень тепло отношусь. Симпатична мне вот и все тут, несмотря на увольнение и прочие мелкие разногласия. Нет, не верю в подобную подлость.

Можно мысленно извернуться, предполагая кучу куда более невероятных ситуаций. Например, что Тодороки-кун плохо повел себя с Натори-тян и та теперь мстит всем его друзьям. Но глупости же. Так можно дойти до того, что это сестренка захотела новый ноутбук и потому организовала похищение старого. Или что директор ее новой школы проверяет, поведу ли я себя в данной ситуации достойно самурая.

– Давайте я с самого начала все расскажу. Понимаете… – собеседник тяжело вздохнул. – Можно я закажу себе стакан воды? В горле пересохло.

Не в том дело. Время он тянет. Боится сказать вслух. Дождался, пока телевизионщик сходит за минералкой для себя и продолжит говорить.

– Понимаете, я завел на работе интрижку. Вы тоже мужчина, наверняка знаете, как это, когда тянет сидеть на двух ветках одновременно. Жена у меня хорошая, но много устает на работе, от нее близости попробуй добиться. Да не в ней дело! Я сам оказался слаб и не устоял перед молоденькой стажеркой-звукооператором. Встречались с ней нечасто, но было дело, и до лав-отеля доходило.

Мне стало как-то мерзко от его исповеди. Я и сам не святой, не будда. Я совершал ужасные вещи. Врал, воровал, шантажировал. Но вот предательство – а измену воспринимаю именно так – для меня за гранью. Не только жену, но и детишек своих предал, негодяй.

– Я завел отдельный аккаунт в соцсети, на служебный номер телефона и мы много переписывались с него, – продолжал свой рассказ Тору. – Обсуждали все пикантные подробности, как у нас с ней было и как хотели бы, чтобы было. Да вы понимаете, наверное. Я видел в том ток-шоу, вы и сами с молоденькой встречаетесь.

– Моя личная жизнь вас не касается, – ледяным тоном, достойным Асагавы Юзуки отчеканил я.

– Да-да, простите, – сконфузился изменщик. – В общем, был аккаунт, а вчера его взломали, увели всю нашу переписку и пригрозили отправить жене. Она меня не простит и уйдет, а у нас дети. Эта женщина, которая вскрыла мою страницу, пообещала все удалить, если я вместе с тем другим человеком вас обворую. Мне показалось, что она не знает, где вы живете. Я должен был указать на вашу дверь.

– Расскажите подробнее о той, кто вас шантажировала?

– Возможно, вы про нее слышали. Она называет себя Кагешуго.

Глава 9

Вот сейчас Тика и Ануша ржут, наверное, услышав сказанное изменщиком имя. Почти перестал его жалеть уже. Заслужил нехорошую ситуацию своей глупостью и подлостью.

– Она сама так себя называла?

– Нет, но все в Кофу знают, что Кагешуго шантажирует неверных мужей и любителей снимать горячие видео, чтобы использовать в своих целях. Не знаю, чем вы провинились перед ней, Ниида-сан. Наверное, нацелилась на найденное вами золото.

– Мне нужны все материалы вашего с ней общения. Сообщения, скриншоты, записи разговора.

– Ничего нет, Кагешуго сразу всё удаляла. Она полностью контролировала мой компьютер.

– Где украденное?

– Я не знаю. Всё унёс второй ее помощник. В интернете нас называют миньонами. Он забрал ноутбук, диски и так далее.

– Кто он? Что вы о нем знаете?

– Он назвался Ято, а я сказал, что меня зовут Сора. Но знаете что? – неверный муж наклонился ко мне поближе и продолжил шепотом. – Я видел у него краешек татуировки из-под рукава. Он может быть якудза! Кагешуго даже их шантажирует! Не переходите ей дорогу!

Испуг собеседника смотрится совершенно неподдельным. Кто бы его ни накрутил до нынешнего состояния – это большой мастер запугивания и шантажа.

– Можете нарисовать эту наколку? – спросил я.

– Нет! Я ее не видел, только тоненькую синюю линию. Ниида-сан, а как вы смогли так быстро на меня выйти? Всего за несколько часов? Это она вам подсказку прислала, да? Решила меня добить, сучка!

– Вы слышали о Шерлоке Холмсе?

– Это британский полицейский, о котором сняли голливудский фильм? Не смотрел. Я не люблю западное кино, слишком странное. Но что-то слышал. Он придумал детективный метод, да?

– Дедуктивный, Сакакибаре-сан. Его суть в том, чтобы повсюду подмечать детали и делать из них выводы. Я запомнил, в какой вы во время интервью были обуви и сегодня увидел следы с аналогичной подошвой. Написал вам, и вы сознались, – соврал, конечно. Делать мне нечего, кроме как чужие ботинки разглядывать и их подошву запоминать. Мимо меня столько людей проходит, что никакой памяти на это не хватит, она у меня обычная, человеческая, а не как у живого компьютера. Но пусть незадачливый воришка считает, что погорел на оставленных следах, а не камере ноутбука. А то еще предупредит подельника и тот не станет включать компьютер.

– Вы ведь не выдадите меня полиции? Я всё компенсирую! Вот прямо сегодня.

Очень захотелось его наказать. Даже не за то, что мою квартиру обворовал, а за свинское отношение к своей семье, которую поставил под удар, решив пойти на поводу у фальшивой Кагешуго.

– Всё, включая психолога для моей пятнадцатилетней сестры. Она так шокирована произошедшим и напугана, что боится одна оставаться дома. Полиции я вас не выдам, но если офицеры сами отыщут вас или подельника, ничем защитить не смогу, – говорил спокойным равнодушным деловым тоном.

– Кагешуго обещала, что нас не найдут, сказала, что позаботится об этом.

Ну как можно быть настолько наивным? Не понимать, что он отработанный материал, и что хоть настоящей, хоть мнимой хакерше до него нет ровно никакого дела. Вопрос в том, зачем преступнице нужен я? Неужели действительно в золоте дело и она рассчитывает на то, что где-то у меня дома, в моих электронных устройствах, есть указания на другие клады?

– Я узнавал, ваш компьютер стоит четыреста тысяч йен. У меня есть миллион накоплений. Отдам вам его целиком и вы забудете про меня.

– Проясним обстановку. Вы всего лишь компенсируете мои потери. Это не вымогательство и не шантаж. Вы добровольно вызвались все возместить, о чем даете письменную расписку.

– Да-да! Все так! – зачастил мужчина. – Давайте оформим это, как подарок!

– А как вы объясните жене, что подарили свои накопления?

– Она не в курсе наличия у меня этого счета. Я сам копил на нем, никому не рассказывая.

Какой же он гадкий! Машину он, знаете ли, купить хотел. Наверняка планировал потратить денежки на любовницу. Возможно, даже не ту, на которой погорел. Собственных детей обкрадывал, негодяй.

– У вас ведь больше одного романа на стороне, не так ли?

– Как? Как вы узнали?

– Дедуктивный метод Холмса-сана. Я вас не выдам, если пообещаете остепениться. Не устраивает жена – честно разведитесь с ней. Это мой совет, не требование. Обойдитесь без обмана.

– Да-да! Конечно, больше никаких измен, я теперь научен горьким опытом! – врунишка! Сказал мне то, что я якобы хотел услышать, по его мнению. Не буду и дальше лезть к ним в семью. – Тут совсем рядом мой банк, давайте дойдем до него и я сразу сделаю перевод.

Я взял со стола свой смартфон. Быстро нашел в онлайн-магазине точно такой же компьютер, что был похищен. Для этого пришлось оборвать сеанс связи. Ничего страшного. Девушки уже услышали все самое главное. И запись беседы в облако сама зальется.

– Заказывайте и оплачивайте, магазин электроники тут тоже близко, в крупном торговом центре. Дойдем до него и сразу мне передадите. Остальные деньги побудут у вас. Переведете мне по требованию или привезете наличными ту сумму, которую я вам назову. Строго в рамках компенсации. На что-то сверх нее я не претендую.

– А почему не сразу?

– Два резона. Во-первых, не хочу объясняться с налоговой по поводу вашего подарка, – очередная ложь. Частичная. Суммы до миллиона и ста тысяч йен в год от одного дарителя налогами не облагаются. Там, правда, нужно заявление от второй стороны, но это формальность, его можно подать онлайн. – Во-вторых, я же чем-то интересен этой хакерше. Вдруг она меня обворует? У вас будет надежнее.

На самом деле я решил, что иметь такой вот не связанный со мной “кошелек” на непредвиденные расходы может оказаться потенциально полезным. У гайдзинов есть по-своему мудрая поговорка, советующая не складывать все яйца в одну корзину. Воспользуюсь ей. Конечно, есть риск, что Сакакибаре решит, будто с меня хватит и не отдаст всего обещанного, но самую дорогую потерю он компенсирует прямо сейчас, а за обман я ему как-нибудь отплачу. Жене его заначку выдам, например. Вполне возможно, что не единственную.

Пока оператор получал в торговом центре свой заказ, я дошел до отдела игрушек. Наглые копы меня обезоружили, забрали такой уже привычный глок семнадцать. Купил себе полностью аналогичный. Не могу дождаться момента, когда приятная знакомая тяжесть оттянет карман. Сразу спокойнее станет. Собирался уже уходить, как увидел на витрине его – “Маузер К96” с кобурой. В два раза дороже, чем только что купленная реплика современного пистолета и заметно крупнее. Деревянная кобура присоединяется к рукоятке, исполняя функцию приклада для стрельбы с плеча, что превращает пистолет в карабин. Мне такая от Хидео-сана в наследство не досталась. Не удержался, купил. Хранить настоящее оружие в коробке от игрушки мне показалось забавной мыслью, хотя и имеющей определенные риски. Ну или станет донором. Деревянные накладки на ржавом пистолете, например, совсем в негодность пришли, а изготовить им замену мне не под силу. Не то, чтобы это мне требовалось. Стрелять-то не в кого и незачем.

Хотел было поступить в лучших традициях историй о шпионах – устроить передачу коробки с ноутбуком в мужском туалете, но не стал еще больше усложнять ситуацию. Не требует она того. Подстерег Тору-сана у выхода из отдела электроники и тот безропотно отдал мне пакет с покупкой. Вот и всё, можно возвращаться к девушкам. Заодно попрошу Гупту-тян выполнить первоначальную настройку компьютера. Я и сам чуточку разбираюсь, но специалист всегда сделает лучше. Конечно, программистка поворчит, что она не сисадмин и настраивать систему – не ее работа. Но все равно сделает, так как мы друзья.

Дождь лил, не прекращаясь ни на минуту. Доехал до дома Ануши, поднялся к ней на этаж, нажал на кнопку дверного звонка. Открыла мне, к моему удивлению, Тика.

– Скорее, заходи! Сестренка сломалась! Нужно ее в себя приводить! – затараторила девочка. – Я по-разному к ней, по-всякому, а она закрылась в ванной и плачет, кажется. Я не знаю, как при таких делах поступать! Мне всего пятнадцать!

– Стоп! Из-за чего у нее истерика? Вроде бы ничего такого я в разговоре с вором не сказал.

– Ну да, ты у нас, братик, центр мира. Если что-то случается, то обязательно с тобой связано, – сарказм Тики можно под стеклянную витрину и в музее выставлять, как образцово показательный. – Прикинь, не всегда ты замешан. Ей из Индии по видеосвязи позвонили. Такой бородатый напыщенный мужик в чалме и женщина, вся в золоте. Того, что ты нашел, на ее украшения впритык хватит. Они что-то там на своем непонятном лопотали. Вообще ни слова не ясно. Сначала вроде как нормально говорили, а потом как начнут на сестренку Анушу орать в два голоса. Тоже на своем упоротом гайдзинском языке. Она сначала тихо отвечала, потом тоже орать начала, а в итоге заплакала и из комнаты убежала. Сволочи! Она же клёвая! Я бы им всё сказала, но они-то японского не знают. Разве что жестами их обругать могу, но не успела, прервали связь. Как думаешь, это родители ее? От таких сволочей сбежать на край света можно. Вот наш папка на меня никогда не орет, даже если я косячу. По-спокойному объясняет, где я не права.

На ноутбук девчонка даже не взглянула, как и на остальные коробки с покупками. По ней видно, как возмущена и возбуждена. Прямо кипит вся от праведного гнева. Да и мне самому всё лишнее побоку стало. Я своих друзей никому обижать не позволю. Родители там или еще кто-нибудь.

– Ануша, это я, Макото. Выйди, пожалуйста. Что произошло? Если какие-то проблемы, я помогу.

У меня острый слух, но ничего, кроме сдавленных всхлипываний, я не расслышал.

– Ануша, я сейчас подойду к твоему компьютеру и запущу полное форматирование всех дисков, – пригрозил я, прикинув, какая угроза может оказаться действенной.

Нет результата. Подозреваю, что пропустила слова на неродном языке мимо ушей, будучи вся в расстройстве. Современные времена требуют актуальных решений. Набрал просьбу открыть дверь в онлайн-переводчике с японского на хинди и попытался зачитать ее в транскрипции с латиницей, которая отобразилась.

Десяток секунд и щелкнула задвижка, открылась дверь. На пороге крохотной ванной комнаты вся заплаканная, но в данный момент хихикающая Ануша.

– Макото, ты сказал, чтобы я станцевала танец рыбы с козой. Рыбы! С козой! – смех девушки стал заметно нервным. Ее бы сейчас обнять, тактильный контакт способствует прекращению истерики. Но вдруг это будет воспринято неправильно, как приставания и сделает только хуже? Мою дилемму решила Тика, проскользнувшая мимо меня и выдавшая программистке порцию объятий. Очень вовремя. Гупта еще несколько раз шмыгнула носом и взгляд ее окончательно приобрел осмысленность.

– А теперь нормальным японским языком объясни, что случилось, – строго потребовал я. – Родители звонили? Поссорились с ними?

– Звонили. Поссорились, – вздохнула Ануша. – Они увидели фотографии с нашего с Сандо-саном свидания. Начали расспрашивать о нем. И очень разъярились от того, что он простой программист, без благородного происхождения, больших денег, связей в верхушке корпорации. Как будто бы это главное. Потребовали, чтобы я его бросила и нашла нормального парня, у которого все перечисленное есть.

– Так же нельзя! – возмутилась Тика. – Ты же взрослая, тобой нельзя командовать!

– Ты просто не представляешь, какими деспотами бывают индийские родители. У вас в Японии очень разумная культура уважения старших. А у меня на родине требуют полного подчинения. Иначе лишат меня наследства и исключат из семьи.

– Вообще несправедливо! Не соглашайся на их требования!

– Я и не согласилась. Но когда я решительно отказалась расставаться с Сандо, мне сказали, что сами выберут мне мужа. Уже выбрали. Бывшего военного, который приедет и выбьет из моего молодого человека всю дурь. Заставит его навсегда забыть меня. Пообещали, что задействуют свои связи в правительстве и наш брак зарегистрируют задним числом, как уже свершившийся факт, что даст мужу право приехать в Японию и получить вид на жительство.

– Пустые угрозы, – уверенно сказал я. – Наши миграционные чиновники наверняка имеют большой опыт разоблачения фиктивных схем.

– После изобличения меня сделают виноватой и лишат гражданства. Так мне и пригрозили! И Сандо он изобьет в любом случае, приехав по туристической визе.

– Ничего! Братик этого урода отвадит! – пообещала моя сестра. – Он знаешь у меня какой? Почти йокодзуна, хибагона поборол, банду босодзоку разогнал, меня от насильников спас.

– Тика-тян, я знаю подробности о всех этих ситуациях. Макото в них ни с кем не дрался. Он не умеет.

– А ему и не надо. Там в горном лагере был такой типа крутой каратист, который начал к сестренке Мияби клеиться. Братик ему пару слов сказал и всё, отпал придурок. И твоему вояке тоже скажет.

– Роубаяси-сана тоже не недооценивай. Ты же сама говорила, что он очень умный, – добавил я. – Я и сам это видел. Умный человек так запросто себя избить не позволит.

– Макото, ты сам в это веришь? Ум у Сандо другого склада. И тебя в это дело вмешивать неправильно. Вдруг и правда изобьют? Хотя нет, тебя не смогут, раз ты с хибагоном справился, – Гупта-тян смогла выдавить из себя совсем легкую, но все же улыбку.

– Верю. Роубаяси-сан очень упрямый и даже смелый, раз набрался храбрости тебя на ужин пригласить.

Вот сейчас улыбка стала совсем теплой. Приятно девушке, когда ее выбор спутника хвалят. С Сандо-саном у них всё, может, и не идеально складывается, но оба довольными отношениями выглядят.

Телефонный звонок. Я внутренне поёжился, не ожидая от него ничего хорошего. Имя, высветившееся на дисплее, уже заранее готовило к не самому приятному разговору.

– Бефармаид, – поздоровался я на фарси, персидском языке.

– Все-таки вы неординарный человек, Ниида-сан, это понятно даже по вашей манере начинания телефонных переговоров, – сказал мне навязчивый продюсер Ватанабе-сан. – Звоню, чтобы сказать, что удивлен тем, что вы решили выйти со своим новым потрясающим контентом на региональное телевидение вместо того, чтобы обратиться ко мне. Вы же знаете, что NHK сможет подать вас в лучшем виде. Зачем же обращаться к этим дилетантам из Фуджи Медиа?

– Это было спонтанное интервью, меня подловили в коридоре. Или вы о чем-то другом?

– Именно об этом! О теме Минамигона, которая взрывает ютуб. Два миллиона просмотров на ролике с вашим выступлением. И будет намного больше, когда переведут на английский. Представляете, какой был бы охват, если бы все было сделано профессионально? Такой потенциал! Вы ведь не подписывали пока с Фуджи никаких контрактов? Не принимайте их предложений. Наш телеканал даст как минимум на десять процентов больше. И ваша сестра, уговорите на контракт еще и её. Нам очень важна подростковая аудитория. Но молодое поколение доверяет только таким же тинейджерам, а не взрослым скучным, по их мнению, мужчинам. Давайте сразу выберем название для вашего шоу. Команда разгадки тайн? Охотник за городскими легендами? Правда раскрыта? Секретные файлы? Поняли, да? Это отсылка к тому американскому сериалу про агентов ФБР. Только у вас вместо напарника будет ваша сестра. Хотя ваша девушка тоже отлично смотрится в кадре. Как вам такое?

– Ватанабе-сан, вы же в курсе, что я не заинтересован в карьере телезвезды.

– А я заинтересована! – выкрикнула Тика, приблизив к себе трубку смартфона. – Но потом, после универа. Чтобы не воспринимали, как выскочку. Дождитесь меня, продюсер-сан! Всего лет восемь. Может, даже пять.

– За такой срок тема остынет, – поскучнел собеседник. – Но хотя бы на нормальное студийное интервью, чтобы перехватить тему у конкурентов, я рассчитывать могу? Обещаю, что доля прибыли с него пойдет вашему фонду.

Очень хотелось отказать ему. Но во-первых, он не отстанет. Во-вторых, то, что не получается остановить, следует возглавить.

– При одном условии – если мне не придется ехать в Токио, – принял я решение. – И это будет короткое интервью, на несколько минут, а не часов.

– Не проблема. Давайте согласуем время и место.

– И гонорар! – встряла сестра. – Забесплатно только лохи снимаются.

Глава 10

Согласовали. Сильно спешить Ватанабе-сан не захотел, пообещал, что меня навестит съемочная группа на неделе, предварительно созвонившись. Насчет оплаты тоже договорились. Тика решительно загнула цену до миллиона йен. Продюсер опустил до пятидесяти тысяч. Я предложил триста пятьдесят и угодил в точку пересечения алчности обоих. Нормальная сумма. Месячная зарплата хорошего специалиста или почти геймерский ноутбук.

– Ануша-сан, прости, у тебя серьезная неурядица, а я тут со своими мелочными проблемами с телевидением, – извинялся я вполне искренне. – Держи меня в курсе, ладно? Я тебя в обиду не дам.

–Вау! Ноут один в один как был! Сестренка, помоги настроить, а? – отвлекла девушку от грустных мыслей моя сестра.

Поговорить бы с родителями Гупты-тян и решить вопрос цивилизованно. Соврать им что-нибудь про то, что Роубаяси-сан потомок сёгуна, скрывающийся от мести императорской династии. Гайдзины поверят. Но я не знаю ни хинди, ни английского. А вторая сторона наверняка японским не владеет. Чем чревато использование онлайн-переводчиков, я сегодня убедился наглядно. Ну разве что Ануша под диктовку будет правильно мои слова переводить. Обдумаю. В конце концов, тот самый бывший военный может оказаться разумным человеком, который сам поймет, что его не любят. Или наоборот, окажется для девушки мужчиной мечты и та сама порвет с Сандо. Не зная и не видя человека, делать о нем выводы преждевременно.

Пока программистка возилась с новым компьютером Тики, я достал из рюкзака свой собственный ноутбук и открыл SUUMO – риэлторский сайт, предоставляющий варианты и для покупки, и для аренды недвижимости. О том, чтобы приобрести собственное жилье, я буду думать, когда прояснится вопрос с деньгами за золото. Но вот возвращаться в недавно обворованную квартиру совсем не хочется. Чувство, как будто потерял свое место. Придется, конечно, пожить еще как минимум неделю в ставшей по ощущениям чужой квартире. Быстрым переезд может быть только с этажа на этаж, а в другой район, к незнакомому домовладельцу – все сложнее. Там одних проверок документов на несколько дней. И справку с работы еще придется взять, которую не факт, что сразу выдадут, а не попросят оставить заявку и попозже забрать уже готовый результат. Как же я не люблю подобную суету! Но надо.

Но выбрать альтернативы можно заранее. Отобрал объекты по желаемому району, чтобы поблизости от новой школы Тики и от жилища Мияби. Добавил в фильтр наличие гаража или парковочного места. Отсортировал по стоимости. Ого, какие есть недорогие варианты! Всего тридцать тысяч йен в месяц за уютный маленький домик.

– Это что за сарай? – заглянула мне через плечо несовершеннолетняя катастрофа, разрушив идеалистические планы на то, чтобы еще и сэкономить при переезде. Ну да, признаю, жадность слегка застила мне взгляд. Открытое мной предложение ближе не к дому с гаражом, а к гаражу, над которым надстроили жилую комнату. Одному, может быть, еще и комфортно будет, но ни свою девушку в гости привести, ни сестренке отдельную комнату выделить.

– Неплохое жилище эконом-класса. В хорошем районе. С полноценным гаражом, – попытался я по инерции защитить настолько привлекательный по цене вариант.

– Ты вообще представляешь, как будет вонять выхлопными газами над гаражом? Кончай жмотиться, братик, миллиардер ты или нет?

– Пока нет. Совсем не факт, что мне хоть что-то за золото достанется. И половину стоимости национальный парк, возможно, заберет, если докажет культурную или историческую ценность находки. А если купить электромобиль, то выхлопных газов не будет.

Тяжелый взгляд Тики и ехидная улыбочка чуть пришедшей в себя Ануши укорили меня. Согласен, перебарщиваю немного с экономностью.

– Привет, там рядом с вами никакие дома в аренду не сдают? Братик дозрел для того, чтобы поближе к Мияби перебраться, – кому набрала младшая – сразу понятно, своей лучшей подруге в Кофу, маленькой катастрофе номер два, Ринне-тян.

– Прикинь, тут нашу квартиру обнесли и мой крутецкий ноут сперли! Ага! Но мне уже новый точно такой же подарили, братик вора быстро отыскал, но все ценное у его подельника осталось. Тот на коленях умолял его копам и жене не сдавать. Такой придурок! Нет, я не видела, слышала только!

Странно, что девочка еще раньше все подружке не разболтала. Огласка, впрочем, была неминуема. Прислушиваться к девчачьей трескотне мне физически сложно. Не успевает мозг обрабатывать столько слов в секунду. И ведь умеют они по-нормальному разговаривать, чтобы и такие динозавры, как я, не выпадали из потока. Но между собой не хотят, общаются в стремительном темпе, перескакивая с темы на тему.

Отдельные фразочки все-таки уловил. “Че там по дому?”. “И машину куда приткнуть есть?”. “Три комнаты и кухня! Круть!”. “Две ванных, ваще шикарно”. “Да пофиг сколько, братик хорошо зарабатывает”.

– Всё, я узнала, вот буквально в трех домах от сестренки Мияби семья неделю назад съехала. Новая пока не появилась. Жилище прямо шикардос, надо брать. Правда, я молодец?

– Мне бы повторить ту часть, которая про арендную плату, – попросил я. Объективно, с дополнительным заработком, поступающим от Мидори-сан, я могу позволить себе аренду дома классом повыше на несколько месяцев. Да и без него тоже. Но мой внутренний скупердяй так весь и сжался, готовясь услышать страшные цифры.

– Ринне не знает. Но мамка ее поручителем твоим будет, не грузись, главное, что место хорошее и удобное. Сейчас Хана-сан позвонит каким-то друзьям и узнает контакты агентства, которое всем заправляет. Поедем и посмотрим. Сестренка, давай с нами. Чего ты тут одна киснуть будешь?

– Неудачное предложение. О Макото соседи нехорошо подумают, если он со мной приедет на просмотр, а не со своей девушкой. И честно скажу, в такую погоду из уютной квартиры выходить не хочется.

Неприятно признавать, но Гупта-тян права. Кто знает, какие слухи могут соседи пустить? И так уже на текущей квартире Хагивара-сан мне постоянно подмигивает, встретив в коридоре, намекая на то, какой я ловелас. Да и насчет метеорологической обстановки тоже святая истина. Сам бы сегодня никуда за дверь носа не совал, если бы не требовалось папу в больнице навестить.

Попросил Анушу подержать мои покупки у себя и согласился с поездкой. И по Мияби соскучился, и с жильем вопрос по правде насущный. Если бы не ливень, решивший оккупировать улицы Кофу, я бы сегодня свою возлюбленную на свидание позвал. Но небеса решили по-другому, продолжая заливать городские улицы водой и вырывать зонтики из рук резкими порывами ветра. Квартира уже не воспринималась мной надежным местом, в котором можно оставлять ценные вещи.

Не успели выйти наружу, как со мной связалась Хана-сан и передала контакты риэлторской конторы. Очень одобрила мой выбор будущего жилища. Созвонился с агентом по недвижимости, договорился о просмотре через пару часов. Как раз успели доехать и посидеть в гостях у семьи Цуцуи. Готовит моя будущая теща, должен признать, очень даже неплохо. Или это ее дочери постарались? То, что моя благоверная – кулинар, мне давно известно.

Сашими с маринованным имбирем. Темпура из креветок. Якитори, глазированные соусом терияки. Нимоно – тушёные овощи с рыбой в сладковато-солёном бульоне. Мисо-суп. Обязательный рис, на этот раз с добавкой из жареного угря. Нежный яичный пудинг чаванмуси с добавлением курицы и грибов. И пирожные моти на десерт.

Как в столовой на сорок втором этаже отобедал! Без обмана, ничуть не хуже. Заодно сестру с матушкой Цуцуи познакомил. Наверняка та интересуется, с кем Ринне общается по сети. Сейчас вот лично повстречались. Вроде как хорошее впечатление моя младшая оказала. Умело притворилась доброй девочкой без склонностей к клептомании. Хорошими застольными манерами блеснула. За них, насколько я понимаю, Сакуру Гарден благодарить надо. Там, по рассказам их бывшей воспитанницы, за любое нарушение этикета выгоняли из-за стола, не позволяя доесть. То-то она такой худой и заморенной в нашу первую встречу выглядела.

В застольной беседе упомянул сегодняшнее происшествие и то, как теперь неприятно дома находиться. Получил полную меру сочувствия, но с намеком на то, что сам виноват, живя не в самом лучшем районе.

В очередной раз обязан признать правоту Гупты-тян. Приведи я на такой вот семейный обед постороннюю девушку, сколько бы у той ни имелось женихов, выглядело бы это некрасиво.

Дождавшись риэлтора, всеми отправились смотреть предлагаемый дом. Очень похожий на жилище семьи Цуцуи, но несколько поменьше. Два этажа. Полноценного гаража нет, но есть навес, под который будет удобно ставить машину. Три! Небольших, но отдельных спальни наверху и общая комната внизу. Кухня размером почти с мою квартиру-каморку, снимаемую ранее. Деталь, ранившая меня в самое сердце – арендная плата в три раза выше, чем я плачу на нынешнем месте. Плюс равный двухмесячной выплате страховой депозит на случай, если что-то испорчу. И еще обязательный благодарственный платеж рейкин за то, что риэлтор хорошо делает свою работу. И это Хидео-сана я считал разбойником? Вот они – настоящие грабители, взимающие деньги за то, что я сам отыскал дом, в котором хочу жить. Хуже всяких нехороших телеоператоров и присваивающих чужие прозвища хакеров.

Ну ладно, не буду совсем уж желчным. Низенькая женщина лет сорока, наш агент, выбралась на адрес, несмотря на почти тайфун, бушующий над префектурой. Достойное рвение выполнять свою работу. Но разве стоящее всех побочных платежей?

Посмотрел на сияющую от того, что я буду близко, Мияби. На выбравшую себе комнату Тику. Поймал одобрительный взгляд Ханы-сан. Послушал, как весело щебечет с моей сестренкой Ринне-тян. Понял, что не могу своей прижимистостью их всех разочаровать. Последней каплей стала большая двуспальная кровать, так и зовущая призывно провести ходовые испытания. Вру! Сам себя обманываю. Окончательно я согласился, когда осмотрел кухонную плиту и огромный холодильник.

Ударили с тетенькой-агентом по рукам. Я пообещал собрать весь пакет документов и на неделе привезти к ним в офис, который, как и значительная часть организаций Кофу, расположен в деловом центре, то есть вполне мне по дороге. Риэлторы, понимая, что их клиенты в большинстве своем работают по стандартному пятидневному графику, специально расширили свой режим, чтобы быть доступными по окончанию рабочего дня и на выходных. Ну хоть как-то оправдывают грабительские расценки.

Мияби рвалась поехать помочь мне с уборкой, но Хана-сан ее не отпустила под предлогом, что в том районе может быть опасно. Какое-то прямо американское гетто из вполне себе нормального квартала, где я не первый год живу, сделала. И еще уговорила мою сестренку остаться у них погостить на выходных. То есть попросту предложила, под соусом, что так ей будет проще в школу. Я так думаю, что нахождение в гостях продлится до того момента, как я утрясу вопрос с арендой, хотя вслух объявлено не было. И это замечательно. Я совсем не хочу, чтобы моя младшая сестра каталась через весь город по настолько ужасной погоде. Форму и личные вещи ей разве что завезти завтра придется.

А еще Тика-тян таким образом и от участия в генеральной уборке увильнула. Хотя, конечно, наведение порядка в любом случае было бы на мне, мне нравится это занятие.

По дороге домой я заехал в торговый центр и потратил еще немного денег, купив несколько охотничьих фотоловушек с датчиками движения, ИК-подсветкой и записью на карту памяти. Одну взял подороже, с GSM модулем, отправляющим получившиеся фото в интернет. Ее поставлю перед дверью, чтобы понимать, кто вообще вокруг шляется. Раз уж мое жилище стало потенциально интересно темным личностям, нужно выстраивать оборону, хотя бы для сбора доказательств и информации. Деньги, деньги, деньги. Сплошное разорение!

Как я узнал в сети, убивая время при поездке в автобусе, установка камер видеонаблюдения в местах общественного пользования незаконна. В том числе в подъездах и коридорах многоквартирных домов, за исключением того случая, когда объектив захватывает строго одну дверь. Но если кто-то на них пожалуется, то пусть докажет, что это Ниида Макото установил. Отпечатков я не оставлю. Сам в свои ловушки не попадусь. Замаскировать постараюсь надежно. В идеале те, которые без подключения к мобильной сети, вообще трогать не буду без повода, а вход в квартиру проконтролирует самая дорогая. Ее я установлю изнутри. Во-первых, из опасения, что найдут. Она из-за большого количества батареек, необходимых для автономности, крупнее остальных. Во-вторых, из жадности. Потерять в подъезде пятнадцать тысяч йен не тоже самое, что всего-то две.

За время моего отсутствия никто ко мне не вломился. Грязные следы на полу подсохли, но это ожидаемо. До вечера занимался уборкой и ставил фотоловушки, проявляя максимальную осторожность, чтобы не засветиться на них. Я сегодня был как настоящий ниндзя-лазутчик, которых привечал в своей армии Такэда Сингэн.

Одиноко ли мне было? Я созвонился по видеосвязи сразу с Тикой, Мияби и Анушей и попросил развлечь меня игрой в ширитори, пока занимаюсь простой монотонной работой. На всякий случай успокоил всех тем, что запер дверь изнутри на щеколду. Для Гупты-тян это оказалась очень хорошая практика японского, сразу и устного и письменного. Ведь суть игры в том, чтобы называть слова, которые начинаются на тот же кан, с какого заканчивается предыдущее. Расширяет словарный запас и подтягивает знания кандзи. Когда закончил, девушки уже обсуждали отвлеченные темы. Надеюсь, смогут сблизиться.

Отключалась моя индийская подруга очень удачно последней и я смог задать ей насущный вопрос.

– Ануша, ты ведь слышала историю вора. Как думаешь, что можно сделать, чтобы отыскать эту так называемую Кагешуго? Может быть, изучить его устройства и понять, как и откуда его взломали?

– Бесполезно. Только если она совсем глупая и неосторожная. Скорее всего, у того неприятного мужчины был простейший пароль от соцсети. Макото, у тебя ведь не так?

– Меня взламывать бесполезно. У меня попросту нет ничего важного в интернете.

– Умница. Ты прямо как Сандо, он тоже немножко параноик по личным данным.

Не стал ее разочаровывать тем, что дело не в моей осторожности, а в том, что я живу максимально скучной жизнью, не оставляющей места для компромата. Точнее жил. Сейчас-то уже много чего накопилось.

Бжж. Вот, например, письмо пришло.

“Тайи-сама, агент Котэцу на связи. Докладываю, я выполнил ваше распоряжение. Завел себе девушку и сделал ей предложение. Совсем скоро, в середине декабря у нас будет свадьба. Тайи-сама, могу я подать рапорт об освобождении от государственной службы? Выйти в отставку и на пенсию. Харуко-тян изменила мою жизнь и я теперь не могу рисковать даже ради страны. Если вы вдруг окажетесь по служебным делам на Хоккайдо в начале зимы, считайте, что получили приглашение на нашу свадьбу.”

Как мало иногда нужно, чтобы стать другим человеком. Нормальная работа, новый круг общения – и вот передо мной не отпетый уголовник, а примерный семьянин, переживающий о своей семье, а не о криминальном заработке.

“Агент Котэцу, страна Ямато довольна тобой, несмотря на некоторые огрехи. Постарайся по возможности выполнить последнее задание – узнать про женщину, угощавшую сирот печеньем. После этого твоя новая задача – улучшение демографии Японии. Это очень важно для нации, поэтому и ты, и Харуко-сан должны будут постараться. Я поставлю перед командованием вопрос о твоем награждении сразу после появления первенца”.

Почему бы и правда не выписать курильщику премию, если я вдруг стану миллиардером за счет найденного золота?

Глава 11

Последнее воскресенье перед завтрашним выходом на работу. Вроде как и выходной день, но с полным ощущением того, что отпуск кончился и завтра вернется обыденная рутина, которую, впрочем, я нахожу приятной и умиротворяющей. Уж лучше ежедневные скучные поездки в автобусе, чем так называемые приключения. Такие, как полет с квадроцикла или расследование ограбления собственной квартиры. И то и другое принесло небывалый всплеск адреналина, но совсем не порадовало. Я спокойный человек и хочу тихой жизни, наполненной теплыми приятными моментами, а не опасных подвигов.

Дождь, захвативший небо над городом, не желал сдавать своих позиций, продолжая выдавать месячную норму осадков в течении нескольких дней. Очень не хотелось туда, где сыро. Я бы лучше провел этот выходной на уютном диване, и не один, а со своей девушкой в обнимку.

Но я проявил стойкость, достойную истинного самурая и все-таки смело бросил вызов сырости. Сначала поднялся на крышу, в очередной раз вскрыв навесной замок, и там добавил в тайник с маузером еще и полицейские жетоны, которые так удачно потеряли бесполезные патрульные. Найдут тех, кто ко мне вломился или хотя бы дорогой ноутбук – подброшу их куда-нибудь на улице. Нет? Тогда и недостойны эти двое патрульных атрибутов стражей порядка. Я вот поймал злодея в самые кратчайшие сроки, я достоин. Все по-честному. Ну ладно, надо быть честным с самим собой. Мелкого подручного я вычислил, самого бесполезного в их криминальном трио из лже-Кагешуго и двух ее миньонов.

Сделал глубокий вдох-выдох и снова вышел на улицу, на этот раз через центральный вход. Не поленился дверь на крышу за собой закрыть. И своих фотоловушек снова избежал, не давая властям потенциальных доказательств того, что я как-то связан с тайником в вентиляции.

На автобусе доехал до больницы. Далее именно что утренние визиты станут редкими. Начну навещать отца после работы, а выходные тратить на то, чтобы доехать до деревни и проверить, все ли там в норме. Синдзи-кун уже должен начать присматривать за фермой, кормить Дандо-саму, насыпать отруби курам.

Навестил папу, рассказал последние новости. Не про ограбление моей квартиры, конечно. А про то, что я решил переехать в хороший дом, чтобы быть поближе к Мияби. И что Тике хорошую школу выбирали именно из такого расчета. Даже не ложь, обманывать отца мне было бы неприятно, а представление объективных фактов в удобном мне свете. Пребывание в больнице папе на пользу пошло. Он бодро общался, немного шутил и просил, чтобы его выписали. Еле уговорил прекратить пока рваться наружу до того, как пройдет полную реабилитацию. Напирал на то, что государство уже наверняка выделило на лечение деньги и нельзя позволить пропасть им впустую.

Заехал в гости к Ануше, чтобы забрать у нее оставленный ноутбук. Девушка как раз закончила тюнинговать операционную систему и создала для Тики новый облачный аккаунт с аналогичными настройками, уже один раз себя хорошо показавшими. После вчерашнего вечера, проведенного за уборкой моего жилища, Гупта приободрилась. Тему индийского жениха ни она, ни я не поднимали. Вообще, очень удачно, что ее родители в присутствии сестренки позвонили. Произойди скандал без свидетелей, девушка могла бы и безропотно подчиниться, придавленная строгой родительской волей.

Кроме компьютера забрал и оба игрушечных пистолета. Глок и вовсе распаковал, положив к себе в карман. Что удачно, при всей своей гиперреалистичности модели оружия сделаны из пластика и никакими металлодетекторами не обнаруживаются. Специально в сети про них на досуге почитал. То есть реплики пушек выгодно отличаются от своих оригиналов тем, что их можно пронести туда, куда с настоящим оружием и не пройдешь из-за вездесущих рамок металлодетекторов. На верхние этажи небоскреба Окане Групп, например.

Отвез Тике ее вещи. Не только ноут, но и школьную форму, кое-что из одежды, зубную щетку. Ей же завтра на учебу. Особого внимания от сестры сегодня не получил. Ей с подружкой-почти-ровесницей интересней, чем с толстым ворчливым братом. Миллион йен за то, чтобы узнать, о чем они там шепчутся с такими коварно поблескивающими глазками. Не иначе как обсуждают план покорения школы без использования забаненного выторгованным обещанием шантажа. Нет. Пожалуй, многовато будет за то, о чем и так рано или поздно узнаю. Вот сто тысяч моя прижимистость любопытству уступит.

Заодно хорошо покушал на очередном почти семейном обеде, спросив по случаю, кто именно автор всех этих чудесных блюд. Оказалось, Ханна-сан разделила кухонные обязанности между собой и обеими дочерьми. Еще и мою младшую привлекла. Я бы на ее месте так не рисковал, памятуя тортик, но под чужим контролем Тика справлялась.

Вернувшись к пока еще себе домой, нашел Хагивару-сана и уведомил управдома о том, что скорее всего скоро съезжаю. Так будет правильней, чем сообщать в последний момент. Деньги за остаток срока он мне, конечно, не вернет, но, может быть, найдет вовремя другого жильца и заработает немного больше для себя. Расстроился старик, чуть ли не всплакнул. Сказал, что я его лучший жилец и предложил остаться при условии снижения арендной платы на пятнадцать процентов. Ох, каких усилий мне стоило отклонить его по-настоящему выгодное предложение.

Времени до вечера оставалось еще масса и я решил потратить его с пользой – организовать капкан на фальшивую Кагешуго. Совершенно очевидно, что эта женщина использует в своей противоправной деятельности интернет. Завел себе новую страничку в Mixi, одной из самых первых социальных сетей в Японии. Сейчас ее популярность снижается в угоду более современным и международным сервисами, но окончательно Микси свою аудиторию еще не растеряли. В качестве пароля поставил P@ssw0rd123! последовательность символов, которая вроде бы и удовлетворяет всем критериям сложности, но на самом деле легко взламывается простым перебором по списку популярных вариантов. Это не я такой продвинутый, это Ануша-тян мне подсказала, когда у нее спросил.

Залил фотографии из похода и с конференции, стараясь выбирать те, где я один, без Мияби. Нашел страницу Чон Хе Рин, малоизвестного айдола, в южнокорейском сервисе Cyworld и наворовал у нее фотографий, где она также одна и при этом ничего не указывает на национальность. Такие, общего плана. Красивая девушка, надо сказать. Уступает Мияби, но совсем немного. Придумал для нее псевдоним Ханаэ Рин. Страницу от посторонних закрыл, но использовал такой же тупейший пароль, который нормальный хакер наверняка вскроет, не напрягаясь. Ну а чего еще ждать от красивой глупышки?

Далее связался с Мияби и попросил пообщаться со мной с данного аккаунта на всякие пошлые темы. Я же не самоубийца, чтобы иметь подобную переписку с кем угодно, кроме своей собственной девушки. Даже с самим собой и то уже рискованно, что не так поймут, не поверят и не позволят объясниться. Всё, приманка готова, осталось только дождаться, когда кто-то клюнет на крючок и попытается меня шантажировать. И регулярно пополнять компрометирующую корреспонденцию, конечно.

Писать друг другу милые непристойности оказалось на удивление забавно и будоражило кровь. Эх! Жду не дождусь, когда наконец буду жить от своей возлюбленной в пешей доступности, а не на другом конце города. Никаких денег не жалко за то, чтобы проводить воскресный вечер не в одиночестве за составлением коварных планов, а со своей девушкой. Хотя уединение мне тоже по-своему приятно, отрицать не буду.

Ночь принесла мне очередную историю о том, как коварный Хидео-сан всех обманул. Он хоть в чем-то мог обойтись без обмана? Я узнавал, патологическая потребность врать называется мифомания. Показать бы моего темного попутчика психиатру, но, во-первых, его нельзя считать самостоятельной личностью, а во-вторых, боюсь что ничем хорошим для меня визит к мозгоправу не кончится.

Во сне авантюрист заваривал чай. Я запомнил несложный, но незнакомый мне ранее способ, с добавлением, казалось бы, общеизвестных травок, которые есть на моей кухне.

Заранее смешав чайный состав, Хидео-сан под видом торговца чаем, одного из поставщиков Императорской семьи, о чем имел фальшивые документы, навещал богатых и влиятельных людей, предлагая попробовать особый чайный сорт, произрастающий в горных районах Тибета и на данный момент присутствующий в Японии только на столе Верховного Господина. Продегустировав напиток, богачи приходили в восторг и хотели купить такой себе. Хидео-сан им сообщал, что “Лист феникса”, как он назвал выдуманную разновидность, настолько дорогой и редкий, что сейчас его запасы минимальны. Может оставить немного, на одно чаепитие, не больше. Однако скоро прибудет корабль из Индии, с крупной партией. Львиную долю заберет “сын неба” для своей семьи, но примерно треть ему разрешили распродать самым знатным подданным. Можно прямо сейчас внести предоплату, а то все разберут.

Те объемы, которые в итоге были проданы, не поместились бы на одном корабле. И, возможно, на двух. Проехав почти по всей стране, чайный купец исчез вместе с собранными деньгами. Как и всегда.

Проснувшись за целых полчаса до будильника, я сразу кинулся на кухню. Мне нужно было испробовать приснившийся рецепт немедленно, он буквально жег изнутри. Ничего сложного. Зеленый чай сенча, мелко размятые сухие листья сёбу, несколько кусочков имбиря, чуточку лепестков хризантемы. Залить водой с температурой около восьмидесяти градусов и дать настояться. Смешал в нужных пропорциях и приготовил.

Со стороны может показаться, что я отдаю предпочтение кофе, но это не так. Каждому напитку, в моём представлении, своё место и время. Быстро взбодриться ранним утром или не заснуть за монотонной работой – тут нет ничего лучше крепкой арабики, которая еще и готовится очень просто, для того человечество изобрело кофеварку. А хороший чай, во-первых, дорого стоит, во-вторых – не терпит суеты. Его приготовление – отчасти ритуал, церемония, занимающая много времени. Сейчас я грубо нарушил традиции, уложившись в какие-то пятнадцать минут, большую часть из которых подготавливал ингредиенты. Осторожно попробовал и едва смог оторваться. Получилось замечательно. Никогда у меня еще не выходило заварить что-то настолько прекрасное.

Отыскал термос, входивший в снаряжение для походов и наполнил получившимся чаем. Угощу на работе Анушу, а может быть и Мияби, если удастся с ней вместе пообедать. Позавтракал, надел приличный, но не лучший костюм и свой любимый оранжевый галстук. Соскучился я по нему за этот дурацкий отпуск, предполагающий ношение футболок, а не нормальной офисной одежды.

Дождь. За ночь небо так и не расчистилось, продолжая избавляться от лишних запасов воды. В автобусе инстинкты Хидео-сана сегодня дремали, возможно, убаюканные непогодой. Не пришлось водителю кошельки сдавать.

Уже в здании некоторые сотрудники корпорации бросали в мою сторону любопытные взгляды. Ну конечно, “телезвезда” и “победитель минамигона”. В холле приятная встреча поджидала. Тодороки-кун радостно меня поприветствовал и поделился новостями.

– Привет, семпай, – парень так и расплылся в улыбке. – Представляешь, нас с Натори-тян не просто взяли тренировать бейсбольную команду, но и записали ее на межшкольные соревнования. Мы всей Японии покажем, на что способны девочки из школы Фурин!

Счастливый человек, не знающий о том, что к нему приближается апокалипсис, влекомый внезапной предвестницей – переведенной ученицей Ниидой Тикой, которая наверняка запишется в ту же команду, где уже состоит ее драгоценная подруга Ринне-тян. Пожелал своему приятелю удачи и поднялся на этаж айти-отдела. Мне бы сегодня еще отгул на послезавтра оформить надо, будет суд по опеке над сестренкой. Как бы ни заявляла Красная женщина, что все уже, считай, решено – все равно волнительно. И справки для риэлторов подготовить необходимо, этим также кадровая служба занимается. А еще… но это уже я вперед забегаю.

Зашел в кабинет и на меня напрыгнула сбоку огромная волосатая обезьяна, потянувшись к шее своими лапами, чтобы задушить.

– Аррр!!! – грозно рычал монстр.

– Такахаси-сан, а ты не боишься, что я тебя приемом сумо, пяткой в челюсть, как настоящего минамигона, если верить телевидению?

Роубаяси со своего места засмеялся, не скрывая веселья.

– Ичиро-сан, а я тебя предупреждал, что он не испугается, – сквозь смех выдавил мидл. Ануши на месте сегодня еще нет. Она бы заранее о глупой шутке коллег предупредила.

– А он и правда есть? – снявший шерстяные варежки и маску Кинг-Конга программист смотрел на меня с надеждой.

– Разве может телевидение врать? Ну, точнее, видеохостинг. Сколько там у того интервью уже просмотров?

– Десять миллионов уже! – Такахаси даже к компьютеру не повернулся, чтобы цифру уточнить. – И ты что, правда с ним боролся?

– Могу шрам на ноге показать, – швы на бедре последние дни меня беспокоили, отчаянно чесались. Сегодня же вечером, когда буду навещать отца, зайду к докторам и попрошу их снять.

– А покажи! Мы тут все равно в мужской компании.

– Сейчас Ануша-тян зайти может, – возразил я.

– Не зайдет, она сегодня на пару часов задерживается, ждет сантехника домой, труба на кухне потекла, – поведал Сандо-сан. Ну, кому как не ему знать подобные подробности. Кажется, парню Гупты-тян тоже интересно посмотреть, что там у меня с ногой. У него и самого какая-то застарелая травма, заставляющая периодически прихрамывать.

Конечно, устраивать коллегам стриптиз я не собирался. Не в таких мы с ними отношениях.

– Если покажешь, то клянусь, перестану донимать тебя этой темой с минамигоном, – взмолился Такахаси. – Я страсть как люблю все такое мистическое. Ниида-сан, мы же друзья.

Представил, каким он может быть навязчивым и решил, что проще снять брюки и показать.

– Ого! – едва ли не хором сказали программисты, увидев длинный шрам.

– Да ты надо мной издеваешься, Голденбой! – воскликнула не признающая имен женщина, заглянувшая к нам в комнату. Позади нее маячил незнакомый мне молодой человек в недешевом костюме, который, увидев меня в неожиданном виде, густо покраснел. Безымянная, впрочем, также начала постепенно выравнивать цвет своего очередного красного платья и кожи.

Быстро натянул штаны и сделал вид, что ничего не было. Поздно уже смущаться или извиняться. Казус уже произошел. Забыть и жить дальше.

– Форт Нокс, познакомься, это Самурайчик, он будет представлять тебя в суде по опеке над Родственницей. Сейчас выправит всякие доверенности и все такое необходимое, я в этом не разбираюсь.

– Ты же юрист? – я удивился до такой степени, что даже про вежливую речь забыл.

– Это кто тебе сказал?

– Ты и сказала.

– А, ну да, могла и так сказать. И что, будешь запоминать все сказанное мной, чтобы использовать против меня? И кто из нас в таком случае юрист?

– Я юрист, – признался юноша. И выразительно посмотрел на Красную. По правилам приличия она обязана его сейчас мне официально представить. С именем, должностью и прочими регалиями. Не дождался, возникла неловкая пауза.

– Разрешите себя назвать, Ямагата Масанори, юридический отдел Окане Групп, стаж работы два года. Я готов полностью сопровождать вас в деле об опеке над вашей сестрой, Ниида-сан, – и со всем почтением двумя руками протянул мне свою визитную карточку.

Двухлетний опыт, конечно, маловат, но хоть не стажер, устроившийся вчера и получивший лицензию при выпуске из университета. Еще и семья у парня очень непростая. Ямагата были ближайшими сторонниками Такэда Сингэна, сохранившими верность клану Такэда даже в самые сложные времена. Вот откуда прозвище “Самурайчик” получилось. Судье из Кофу, знакомому с историей города и префектуры, может оказаться достаточно фамилии адвоката, чтобы принять его сторону в вопросе, без детальных разбирательств и поисков подвоха в аргументах.

– Приятно с вами познакомиться, Ямагата-сан, – я принял визитку и поклонился в ответ.

Глава 12

Мой настоящий адвокат пришел не с пустыми руками, а с целой кипой документов, которые мне необходимо заверить личной печатью. Ох, а папин инкан никто в его доме найти и с собой забрать не догадался. Как ему теперь доверенности подписывать? Юрист меня успокоил, сказав, что на этот случай суд примет и собственноручную подпись или даже отпечаток пальца, если вдруг больной не способен держать ручку. Он сейчас закончит со мной и лично съездит в больницу, чтобы закрыть все формальности.

Приятный молодой человек. Разве что многовато в нем аристократической гордости, которую вроде как и старается не выпячивать, соблюдая этикет до мелочей, но родовитость из юноши так и прёт. Нам, потомкам простых фермеров, не понять. А вот успешно мимикрировать – да. В снах о не своем прошлом я на каких только важных господ не насмотрелся.

С радостью свалив заботу на юротдел и заказав справку о доходах в кадровой службе, я наконец приступил к работе. Такахаси явно хотел продолжить тему минамигона и приключений в горах, но я вставил в уши наушники и сделал вид, что ничего не слышу. Очень удобно.

Свою работу с набором инструкций для транспортного отдела я уже, считай, закончил, оставались некоторые необязательные правки, поэтому я задумался над тем, куда направить свои усилия дальше. Очевидный выбор – ревизионный отдел, потому что где-то в нем сидят злодеи, покрывавшие Дайсуке-сана и его воровство. Не просто плохо делавшие свою работу, но и специально, по чьей-то указке, закрывшие глаза на доказанный мной факт хищений. Но именно потому оказаться среди них будет малопродуктивно. На меня обратят внимание. От меня специально начнут прятать информацию.

Поэтому я зайду с другой стороны. Сам вычислю тех аферистов, которых покрывают ревизоры. После чего Окане-кун сможет с чистой совестью разогнать весь их отдел если не за намеренное вредительство, то за некомпетентность.

Как воровать у компании, не привлекая внимания? Учитывая, что деньги проще всего скрывать среди денег, я решил посмотреть в сторону основной статьи расходов корпорации. Сотрудники. Если некий топ-менеджер имеет достаточный уровень власти, он сможет попросту выписывать себе ничем не обоснованные премии. Формально оправданные тем, что его подразделение перевыполнило план, например, но на деле хорошая работа будет очередной статистической манипуляцией, на которые мастер не только я. Сговориться с клиентами о небольшом изменении в графиках их платежей и вот у нас финансово успешный квартал, за который нужно премировать. А за то, что соседний период вышел провальным наказывать не принято, свой оклад все равно все получат, он в контракте прописан. Это если упрощенно.

Другой вариант – использование труда зомби. Working dead. На такой термин наткнулся как-то в сети. По мне, так очень подходит для того, кто не появляется на рабочем месте, но исправно получает банковский перевод с зарплатой. Есть все основания полагать, что именно так Миязоно-сан и добывает деньги для подарочных бутылок вина.

Еще есть банальнейшие способы, процветающие во всем мире с древнейших времен. Откаты от поставщиков, например. Их тоже следует поискать. Сравнить цены на большинство закупок, выявить статистические аномалии с отклонением от рыночных цен и расследовать. Скучная монотонная работа по въедливому изучение цифр. Как раз то, что я люблю и умею!

Мои бухгалтерские права доступа как раз позволяют видеть зарплатные ведомости. Вывел сведения, настроил фильтрацию, прописал несколько формул для вычисления отклонений от нормального хода вещей. И наткнулся на самого себя. На ту премию, которую получил скромный технический писатель Ниида буквально ни за что с формулировкой “за принесенную корпорации пользу”. Это та крупная выплата, которой меня отблагодарили за разоблачение мошенников. Обычно недавно принятым в компанию сотрудникам вообще никаких премий не дождаться. Молодец, Макото, схватил за руку председателя совета директоров за то, что он поощрил тебя самого.

Мияби со мной пообедать не смогла, рабочий график не позволил никуда вырваться. Зато мы отлично покушали с моим приятелем Сибаей Ашино. Устроить обжорство на несколько часов, как бывало, не получилось. Оба мы люди занятые, но лично я наелся хорошо, остался сытым и довольным. Кратко поделился историей своих подвигов, без выдуманных деталей, вроде минамигона. Без обмана рассказал, как было. Про старые газетные статьи, американского профессора и пещеру в зарослях бамбука. Заодно своим чаем товарища угостил. Сибая-сан большой любитель хорошего чая. Во всех смыслах большой.

– Ммм…! Это какой сорт? – восхитился тимлид, когда попробовал.

– “Лист феникса”, – почти честно признался я. В конце концов, выдуманный сотню лет назад бренд можно считать настоящим.

– Никогда про такой не слышал. Но вкус шикарный.

– Налей и мне, Кладоискатель, – бесцеремонно подсела к нам за столик Красная женщина. – Привет, Хакермен!

– Да хватит уже меня так называть. Я не хакер.

– Сейчас не хакер. Думаешь, я прозвища для всех просто так выдумываю?

– Это было так давно, что уже неправда, – пробурчал Ашино.

Алая попробовала чай и выражение удивления на ее лице было бесценно. Уверен, она прекрасно умеет владеть собой и скрывать эмоции. Но не хочет. Наоборот, выпускает все наружу, от злости до изумления.

– Очень вкусно, достойно Императора. Принесешь мне в виде, подходящем для заварки, – не попросила, а прямо-таки распорядилась. Я молча пожал плечами. Не тот случай, когда стоит показывать свою независимость. Это всего лишь чай, причем не самый дорогой.

При прощании сказал боссу, что дальше я хочу заняться инструкциями по работе с системой для кадровой службы, раз уж почти закончил с логистами.

– Хочешь поближе к Цуцуи-тян держаться? – хмыкнул Сибая. – Ну ладно, не возражаю. У тебя как раз в кабинете все зарплатным проектом занимаются. Помогут, если что.

До конца рабочего дня изучал платежные ведомости, пытаясь найти что-то любопытное. И таки отыскал, хотя и без полной уверенности. Надзо Нанаси, то есть “загадка без имени”, числится на самой низовой должности в секретариате, но при этом получает поболее моего. Без вариантов, это любительница одеваться в одном и том же тоне. Бесполезная информация, если задуматься. И имя не факт, что настоящее. Не удивлюсь, если оно у Алой и вовсе отсутствует, а в ведомость что-то да вписали потому, что программа иначе не разрешала ей зарплату начислять.

Незадолго до официального окончания рабочего дня позволил себе позвонить в школу. Сегодня у сестренки первый день. Мне заранее жутко. И еще страшнее от того факта, что она со мной не связывается и не рассказывает о своих успехах. Набрал я номер директора. Вот уж кто будет со мной честен и не попытается юлить.

– Доброго вам вечера, Камэока-сан, – сказал я, услышав обязательное для нормальных людей “моши-моши”. – Вас беспокоит Ниида Макото. Не сильно вам помешал? Звоню поинтересоваться, как моя сестра Тика-тян провела свой первый день в вашей замечательной школе.

Ожидал услышать что-то в духе “благодарю небо за дождь, а то бы пожарные не успели всё потушить”. Но нет, совсем другой ответ получил.

– Ваша сестра превосходно воспитанная юная леди, Ниида-сан. Позвольте поблагодарить вас за то, что проявили настойчивость и уговорили меня принять ее в Фурин. Все учителя в восторге как от ее аристократических манер, так и от академической подготовки. Не буду желать того, чтобы ваш отец задержался в больнице подольше, это крайне неуместно. Но искренне надеюсь, что хотя бы до конца года Тика-тян проучится у нас.

Это было настолько неожиданно, что я утратил дар речи ненадолго. Пытался осмыслить, в чем афёра. Сестренка не держит же у ее виска в данный момент мою модель пистолета, вынуждая сказать то, что ей выгодно? Проверил карман – глок на месте. Ох же… я взял с нее обещание не шантажировать учителей, но не директора! Какой промах! Хотя найти компромат на строгую женщину за всего один день было бы крайне сложно.

– Выражаю надежду, что все так и останется, Камэока-сан. У Тики-тян сложный характер.

– Идеальный у вашей сестры характер, – заверила меня женщина. – Истинная дочь самурайского рода. Гордая и неприступная, как и должно быть. Но в то же время социально активная. Уже записалась в нашу бейсбольную команду. Натори-сан, второй тренер команды, очень ее хвалит. Не переживайте, Ниида-сан, у меня вся школа под полным контролем, девочку приняли хорошо и очень доброжелательно.

Я начал волноваться куда сильнее, чем если бы услышал, что школа разрушена, а учителя взяты в заложники. Когда всё идет слишком хорошо, обязательно есть подвох.

Не удержался и почти сразу набрал сестренку.

– Hi, братик, – ответила та. – Докладываю. У меня всё на нужных рельсах. Сейчас уже дома у Ринне-тян, уроки делаем.

– Просто честно делаете уроки? То, что было задано? И учителя вами довольны?

– А ты что хотел, чтобы по-другому было? Это я влегкую устрою. Каких беспорядков желаешь? Хочешь, в рожу Такэде-куну плюну? А то он ко мне подкатывать пробует. Пока по-мягкому его в задницу послала, но могу и жестко. Так, что он свою клановую честь никогда не отмоет.

– Из тех самых Такэда? Не смей!

– А то я сама не знаю, что не надо таких мажорчиков задирать, пока первыми берега не потеряют.

– И Натори-тян там не обижай.

– Да кем ты меня считаешь? Я даже придурка Сакаи как следует не обидела, а тут милашка Натори-сенсей. Она ведь твоего дружбана девушка, да? Вот и славненько всё.

– Тика-тян, в чем твой план? Я знаю, он у тебя есть.

– Быть идеальной во всём ученицей, получать отличные оценки, стать всеобщей любимицей…

– А дальше?

– А дальше, если я тебе расскажу, будет неинтересно! Не парься, братик, никто не пострадает.

При личной встрече я бы довел допрос до итога, но по телефону ей будет достаточно трубку повесить, чтобы нивелировать любые мои аргументы.

Съездил к папе. Очень плодотворно с ним пообщался. Порадовал тем, что у сестренки в школе все хорошо. Уточнил, приезжал ли адвокат. “Самурайчик” у отца был и оставил после себя приятное впечатление знающего юриста. Еще бы дождь хотя бы на полчасика прекратился и я занес бы сегодняшний день в список удачных. Понедельники почти всегда у меня удачно складываются.

За вечер набросал инициативу для фонда имени Окане Цукиши – “Финансирование детских спортивных кружков в средних школах префектуры”. Дети – это будущее нации, умеренные занятия спортом полезны для их здоровья и воспитывают в учениках секций лидерские качества. Кроме того, закончив образование, дети начнут искать работу и наверняка тепло вспомнят о корпорации и фонде, которые покупали им мячики. Как-то так, только в более замысловатых формулировках. Я же помню о своем обещании исполнить мечты всех юных кладоискателей. И не забыл, что Ринне-тян просила как раз об этом – деньги для бейсбольной команды и оплата университета. Последнюю мне Окане-кун один раз уже задолжал. Дойдет и до учебы сестры моей девушки очередь.

Еще один день в том же ритме. Мне на работе открыли доступ к кадровому интерфейсу, пытался делать выборки и выявлять закономерности при помощи несложных скриптов, которые писал сам.

– Ниида! Мои глаза сейчас кровоточить начнут! У тебя тут пять вложенных циклов. Кто так тебя делать научил?! – воскликнул Роубаяси, случайно заглянувший мне в монитор. По-настоящему ненамеренно. Он к Ануше подходил подсказать по коду, вот и на то, что я написал, поглядел.

– Никто не учил, – расплылся я в улыбке. – Я ведь бухгалтер, а не айтишник по образованию. Но если семпаи помогут мне написать тот же скрипт в более изящном виде, я отказываться не стану.

– Конечно, помогут. Я спать не смогу, пока знаю, что где-то есть настолько уродливый неоптимизированный код, который впустую сжирает электричество. Ниида, ты же вроде бы природу любишь. Знаешь, сколько лишних выбросов углекислого газа в атмосферу возникает из-за такой писанины, как у тебя? Скажи, что нужно, я напишу.

Объяснил про поиск статистических аномалий. Сандо кивнул и его пальцы начали в бешеном тексте порхать над клавиатурой. Вообще, я всегда считал, что разработчики сперва продумывают свои программы наперед, и только затем их пишут. Похоже, что не в данном случае. Что именно делает Роубаяси, я не понял совершенно. Взялся пока за написание инструкции по кадровому блоку. Затем сходил к Асагаве-сан с инициативой по помощи школьным кружкам, которая нашла понимание. Деньги фонду все равно надо тратить и притом на детей.

Вернулся – Роубаяси Сандо упорно что-то кодит.

Со смартфона завел переписку с Мияби с аккаунта-ловушки. Надеюсь, она там не покраснела от тех тем, которые мы поднимали. Я-то уже если и испытываю стыд, то исключительно духовный, не имеющий материального воплощения на коже.

Закончил назначать свидание фальшивой любовнице. Роубаяси кодит.

Сходил за выпиской о своих доходах, необходимой риэлторам для оформления договора аренды. Дождался, когда она будет готова, заверил своим инканом, отсканировал и отправил в агентство по почте. Роубаяси кодит.

Специально подошел взглянуть, что он там такое делает и не опознал ни среду разработки, ни язык программирования. Вообще ничего не понял в той мешанине скобочек и двоеточий. Как будто бы Сандо на языке, состоящем из смайликов, пишет.

– Это Лисп, – шепотом поведала мне Ануша. – Сложный, но очень мощный язык. Для меня сложный. Сандо-сан такой умный, он справляется.

Написал Синдзи-куну, чтобы узнать, как дела на ферме и не нанес ли какой урон дождь. Роубаяси все еще расставляет скобочки. Да я бы уже сам своим некрасивым и медленным скриптом всю выборку много раз пробежал бы. Никто гениальному разработчику не сказал, что его время стоит дороже, чем компьютерное и именно его нужно экономить в первую очередь.

Закончил умник за пару минут до окончания рабочего дня и повернулся ко мне с самодовольной ухмылкой.

– Вот, готово, статистический анализатор на основе библиотек Luminol и Numpy. Найдет отклонения по всей базе. Я что, всего за половину рабочего дня это сделал? Да я молодец!

– Достоин поцелуя, – Ануша чмокнула своего молодого человека в щёчку. И тот расцвел. – Это было потрясающе! Я так никогда не смогу!

– Я бы тоже мог такое написать, – пробормотал Такахаси. – Кстати, Ниида, мы шрам как следует не рассмотрели.

Сбросил ему в Лайн фото раны, сделанное в туалете при случае. Сегодня попрошу в больнице наконец избавить меня от стягивающих кожу неприятных ниток.

Телефоны просигналили у всех почти одновременно, донося информацию о входящих СМС. Немедленно посмотрел на экран и прочитал:

"Срочное предупреждение о наводнении в городе Кофу, префектура Яманаси

Уважаемые жители и гости города Кофу!

По данным метеорологической службы, в ближайшие сутки в результате сильных ливней за последние нескольких дней может произойти быстрое повышение уровня воды в реках и затопление низинных районов. Наиболее уязвимыми являются районы вдоль реки Фудзи и прилегающие к ним улицы.

Рекомендуемые действия:

Эвакуация. Жителям низинных и прибрежных районов настоятельно рекомендуется немедленно эвакуироваться в ближайшие центры эвакуации или подняться на более высокие этажи зданий.

Избегайте подземных помещений. Подземные переходы, метро и парковки могут быть быстро затоплены. Не используйте их.

Следите за обновлениями. Включите телевизоры, радио и мобильные устройства для получения дальнейших указаний и обновлений.

Экстренные службы. Если вам нужна помощь, звоните по номеру 119 (пожарная и скорая помощь) или 110 (полиция).

Центры эвакуации уже открыты и готовы принять всех, кто нуждается в убежище. Внимательно следуйте указаниям спасательных служб и берегите себя.

Длинный список центров эвакуации, в основном школ

Следите за дальнейшими оповещениями и сохраняйте спокойствие.

С уважением,

Мэрия города Кофу

Префектура Яманаси"

Глава 13

Везет мне в этом году с природными катаклизмами. Землетрясение. Оползень. И вот теперь наводнение. Кто-нибудь с мистическим складом мышления может при таких условиях решить, что я и есть источник всех несчастий. Но это очевидная глупость, конечно. Причина землетрясения – дрейф и трение литосферных плит. Каким бы толстым я ни был, моей массы не будет достаточно, чтобы на них повлиять. Ну а у оползня и наводнения общее обоснование – дожди.

Паводок – не такая и редкость для Кофу, расположенного в низине, в долине реки Фудзи. Я лично застал два прихода большой воды.

Первый – когда был студентом четвертого года обучения в университете. В тот раз наш кампус подтопило, занятия на целую неделю прервали и я был вынужден на этот срок вернуться к папе в деревню.

Второе наводнение случилось всего пять лет назад. Оно не затронуло ни Кабушики, где я уже считался специалистом с опытом работы, ни мою тогдашнюю квартиру. Осталось бы картинкой из новостных сюжетов, если бы паводок не добрался до Секудо и Тайсёку, вынудив ресторанчик закрыться на ремонт на целых полтора месяца.

Посетила глупая мысль, что я уже получил неприятности от стихии земли – толчки на турнире по сумо, воды – сель в горах и сегодняшнее оповещение, воздуха – полет с квадроцикла из-за лопнувшей шины. Остался лишь огонь, но перед ним я ни малейшего страха не испытываю. Мог бы пожарным стать, подобно Рюджину Рюте, если бы физическая форма позволяла.

Суетиться не стал. Паника – это всегда плохо в экстремальных ситуациях. Не зря нас со школы учат быть спокойными и действовать рассудительно. Угроза стихийного бедствия – это еще не само наводнение. Сел за компьютер и внимательно изучил карту города в интернете. Быстро наткнулся на сайт, где неизвестные энтузиасты уже отметили, куда вода добиралась в прошлые разы. Есть шансы, что аренда в том районе, где живет Мияби и собрался поселиться я, подорожает. Он на возвышенности и всегда избегал половодья. А вот мой нынешний район в зоне риска.

Больница, где находится папа, близко от центра и далеко от реки. Там шансы на что-то нехорошее мизерные. Ну разве что электричество пропадет, но на этот случай человечество изобрело дизельные генераторы. Пожалуй, мне стоит эвакуироваться из квартиры, пока там еще не затопило ничего. Хана-сан наверняка меня не выгонит и разрешит перекантоваться у них несколько дней или по крайней мере оставить мои скромные пожитки.

– Вы чего все такие спокойные? – вдруг немного нервно спросила Ануша. – Это же потоп. Нужно спасать ваши дома.

– Ты знаешь, я на четырнадцатом этаже живу, – сказал ей Роубаяси. – Так высоко уровень не поднимется.

– Будет повод квартиру сменить, если дом затопит, – так же флегматично сказал Такахаси. – Или, может быть, на работе переждать разрешат.

И правда, почти тут же посыпалась всем рассылка от Окане Групп, о том, как они нас ценят и стремятся помочь выйти из тяжелой ситуации. Все, кто живет в зоне подтопления, могут оформить специальный экстренный отпуск, испытывающие сложности с тем, чтобы добираться до делового центра могут перейти на удаленку по согласованию с руководителем. Сроком на две недели отменяются штрафы за опоздание. Желающие могут остаться ночевать у себя на рабочих местах, получив футоны у офис-менеджера соответствующего этажа. Завтраки в столовой будут бесплатны. Лишившиеся жилья могут перевезти в небоскреб свои семьи, те будут размещены в конференц-залах. Вот что значит работать в крупной компании, у которой на все случаи предусмотрены регламенты действий! Не знаю, Акума-кун такой молодец, что оперативно среагировал или это Цукиши-сама заранее распорядился быть готовыми к катаклизмам.

Позвонил Мияби, уточнив, не прогонят ли меня, если попрошусь переночевать у них в прихожей на коврике. Или в гостиной на футоне, если коврик вдруг окажется занят. Получил информацию о том, что шутки у меня дурацкие и Хана-сан точно не будет возражать против футона, а там возможны всякие варианты. Очень уж заманчивыми они представлялись. Хотя предложение Такахаси пожить в небоскребе мне тоже пришлось по нутру. Как раз нашлось бы достаточное количество времени для того, чтобы разобраться с результатом работы Сандо-сана.

В холл офисного здания спустился с четким намерением собрать свои вещи и отправиться к Цуцуи. А там, для “всяких вариантов” и на территорию дома, который я арендовать собрался, проникнуть можно будет, проконтролировать, так ли хороша большая кровать, как мне показалось. Наверняка там задняя дверь не заперта окажется. Вот кожным покровом ощущаю, что так и будет.

Размечтался о грядущем, и уже у самых турникетов заметил, что пришло письмо с ящика, записанного у меня как “GSM Фотоловушка”, созданного специально для той камеры, которую я установил в квартире напротив входа. Кто-то снова вломился ко мне домой и я получил фотографию домушника.

Так себе получилось. Темнеет в октябре рано и злодей воспользовался фонариком, не став включать освещение. В результате я увидел на снимке человеческий силуэт, освещенный ярким ореолом. Может быть, это подельник телеоператора раскаялся в злодеяниях и решил принести украденное обратно? Нет, не сходится. Хоть лица и не видно, но есть комплекция. Ко мне наведался кто-то крупный. Такой, как котенок Тора, например. Только зачем ему меня грабить? Не ради золота же.

Как законопослушный человек, которым все еще себя считаю, позвонил в полицию. Как раз успеют взять злодея с поличным и реабилитироваться в моих глазах за все нехорошее, что между нами было.

"Вас приветствует горячая линия 1-1-0 города Кофу. Спасибо за ваш звонок. В настоящий момент все операторы заняты, так как поступает большое количество вызовов в связи с чрезвычайной ситуацией. Пожалуйста, оставайтесь на линии.

Если вам угрожает непосредственная опасность, укройтесь в безопасном месте. Для экстренной помощи старайтесь связаться с ближайшим пунктом эвакуации или используйте другие доступные экстренные каналы связи.

Ваш звонок очень важен для нас, пожалуйста, оставайтесь на линии, и оператор ответит вам как можно скорее." – ответила мне запись. И бамбуковая флейта сякухати заиграла, выводя всем известные национальные мотивы. Хорошо хоть не бодрая музыка из аниме, что я бы как издевательство расценил.

Это как раз паника виновата. Не все умеют сохранить холодный разум, получив оповещение, что его дом скоро, возможно, затопит. Вот и звонят во все городские службы с навязчивыми вопросами, не позволяя пробиться тем, у кого по-настоящему неотложное дело. Повесил трубку, несмотря на все призывы продолжать попытки.

И что же дальше? Варианта по сути два. Сунуться самому в потенциально опасную ситуацию или выждать, позволив украсть у меня… ну даже не знаю… запасные галстуки, старые туфли, которые жалко выкидывать, мою любимую сковородку, в которой так удобно готовить омлет по утрам, баночку цветочного меда с папиной пасеки. Ничего в действительности ценного в квартире не осталось. Разве что пакетик с остатком сушеных цветков ханасеки я сочту потерей, так как для восполнения придется выезжать либо в деревню, либо в лес на прежнее место.

Наверное, я бы так и позволил себя ограбить, если бы не увидел на первом этаже Тодороки-куна, тоже идущего в сторону выхода. А что? Как раз тот, кто мне нужен. Спортивный, занимался боевыми искусствами. Алая женщина какие-то его пояса упоминала. То есть постоять за себя способен. И за меня, если на то пошло.

– Каэда-кун! – окликнул я его. – Не окажешь мне содействие? Сработала сигнализация. Кажется, мою квартиру опять грабят, а в полиции никто не берет трубку из-за наводнения.

– Семпай? Что значит “опять”?

– Если ты не занят, по дороге расскажу. Может быть, мы еще успеем застать грабителя у меня в квартире.

– Конечно, не занят! Эй, Хирата-сан, пошли с нами, семпаю надо помочь.

Тот самый Хирата, которого позвал безопасник, выглядит на пару лет постарше его и тоже спортивного телосложения. Высокий, слегка сутулый, но широкоплечий. Я мысленно записал его в бывшие боксеры. Никаких сомнений в том, чтобы пойти и оказать мне помощь. Все равно он также уже переоделся и собирался уходить домой после смены..

Вот теперь точно сомнения прочь. Два молодых и крепких спортсмена из службы безопасности крупной компании почти точно одержат верх над одним-единственным уголовником. А я, безобидный и чуждый любой агрессии толстяк, в сторонке постою. Даже макет пистолета без необходимости доставать не стану.

По дороге на автобусную остановку рассказал Тодороки-куну и Хирате-сану о своих бедах, исключив всё, кроме самого факта квартирной кражи с исчезновением дорогого ноутбука сестры. Про то, что один из воров уже найден и компенсировал потерю, им пока знать излишне. Посетовал на то, что полиция приняла заявление и пропала, ничего не предпринимает.

– Ниида-сан, ты объясни нам, где твоя квартира и сам вперед не лезь. Мы профессионалы, – сказал Хирата. – Сам на улице побудь.

Уже из автобуса написал своей возлюбленной, что отправился к себе за вещами. Про новое ограбление ей пока рассказывать не стал.

До моей остановки автобус немного не доехал. Водитель остановил метров за сто пятьдесят до нее и объявил через имеющиеся у него динамики:

– Уважаемые пассажиры, улица дальше затоплена и учитывая то, что автобус электрический, продолжать движение будет небезопасным. Пожалуйста, оставайтесь на своих местах, я запрошу диспетчерскую о том, до какой из предыдущих остановок мне следует вернуться и как изменить маршрут.

Несмотря на пожелание никуда не уходить, шофер открыл автоматические двери. Впереди по ходу движения плескалась гигантских размеров лужа. Того и гляди из нее высунется кракен и начнет хватать своими щупальцами, чтобы утянуть в пучину. Такое впечатление создавала черная вода, поблескивающая в кажущемся на фоне ливня тусклым свете городских фонарей.

– Да тут сантиметров десять всего. Водила перестраховывается, – заключил решительный Хирата-сан. – Пойдемте, ничего страшного, если промочим ноги.

Прав безопасник. Как-то и знакомы с ним всего ничего, а уже уважение к человеку, который бросился помогать ближнему по первому слову коллеги. Поступил бы я сам тем же образом? Не уверен, что да. Все-таки я немного трусоват. И те почти смелые поступки последнего времени – они вызваны сложными обстоятельствами, а не какой-то присущей мне храбростью.

Ноги промочили так, что в туфлях захлюпало. Куплю своим помощникам новую обувь взамен испорченной. Это меньшее, чем я могу их отблагодарить.

– Ты на лифте, я по лестнице. Сразу вперед не лезь, дождись и вдвоем пойдем, – распорядился старший охранник и Тодороки-кун ответил четкое “хай”, как в додзе сенсею.

– Ниида-сан, а вы ждите, вы не готовы.

Вот так я и остался внизу возле почтовых ящиков. Мой, к слову, пуст, я его регулярно проверяю, чтобы ничего не упустить. Прекратил гудеть электрический мотор, тянущий лифт наверх. Топот влажных ботинок поднимающегося наверх Хираты я перестал слышать уже после того, как он поднялся этаж на третий. Эх, мне бы сейчас на крышу, проверить тайник. Но ничего, никуда он от меня не убежит.

Еще через минуту коротко мигнуло и погасло электричество. Как же невовремя! Что, стихия молнии также решила обернуться против меня? Хоть начинай на проклятие думать. Еще минута и наверху раздался крик, полный боли. Каэда-кун! Это он орал, не узнать было бы невозможно. Вина уколола меня в прямо в сердце. Из-за меня пострадал! Надеюсь, его не убили там. Что я Натори-тян скажу, если ее парень покалечился или того хуже? Да что я сам себе буду каждый день говорить?

Нет-нет-нет, больше никакого риска для других! Плохой человек Хидео-сан и тот все самые рискованные маневры своих афер проворачивал лично, привлекая подручного Акияму Кэнсина, только чтобы забрать уже украденные деньги.

Не выдержала душа. Начал все-таки подниматься по лестнице, борясь с внезапно подкатившей одышкой. Это в горах я смог пробежать несколько километров под ливнем и градом, почти не запыхавшись. А в городе совсем иное. Поднялся на пару пролетов вверх и едва шевелюсь, совсем устал. Может быть, потому и не успел почти ничего сделать, когда мимо меня пронеслась массивная фигура, оттерев преграду плечом в сторону и даже не заметив. Ну как ничего. Он ключи потерял в моем кармане. Самые обычные, от квартиры-машины. Это я успел краешком сознания зафиксировать. Как и то, что меня настоящий гигант оттолкнул. Сантиметров на пятнадцать, а то и двадцать выше моих ста семидесяти.

Что, Минамигон-кун приходил взять у меня реванш, не застал дома и решил подождать в квартире? Глаза мои к темноте внезапно очень хорошо адаптировались. Достаточно, чтобы я разглядел отсутствие лица у верзилы. Никакой мистики – обычная черная маска. Не как у ниндзя, а вязаная, с дырками для глаз, как у грабителей банков из западных фильмов.

Сам не знаю, откуда силы подняться до своего этажа взялись. Нет, я не взлетел по лестнице, а скорее доковылял до почти нужного этажа. Еще и нога разболелась некстати. Но не так и медленно это было. Со скоростью нормального пешехода, а не черепахи-калеки, страдающей от одышки.

Почти потому, что Тодороки-кун нашелся на половине этажа ниже искомого. И Хирата-сан с ним рядом хлопочет. По виду мой приятель жив, только правая нога повернута под неестественным углом. Но грудь туда-сюда ходит. Глаза только закрыты.

– Кто здесь?! – вскинулся старший безопасник. Он, очевидно, ориентируется в темноте хуже меня.

– Ниида, – тяжело дыша, выдавил я.

– Вы что, дурак?! А если бы он еще и вас поломал? – раздраженно огрызнулся Хирата. – Я же сказал внизу ждать.

– Что… что… с Каэдой-куном? – проигнорировал я претензии. – Он закричал, я не мог. Не мог остаться.

– А вы что, не видите?! Проклятье! Я тоже не вижу! На ощупь – ногу, похоже, сломал и отрубился. Может, головой еще ударился.

И тут я впервые за этот вечер сделал умную вещь. Достал из кармана смартфон и включил экран. Сразу стало заметно светлее. И во взгляде безопасника на какие-то секунды уважение промелькнуло перед тем, как он к Тодороки вернулся.

– Вызывайте неотложку, Ниида, – распорядился он. Разумное требование. Мы вдвоем качественную первую помощь оказать не сумеем. Не уверен, что я как следует справился бы с переломом колена и белым днем в светлом стерильном помещении, не говоря уже о темной лестничной клетке посреди медленно, но неуклонно погружающегося под воду квартала.

Набрал 1-1-0, в подъезде зазвучала проклятущая мантра про то, как наш звонок важен для них.

– Кто это там безобразничает?! – раздался вдруг снизу знакомый мне голос, сопровождаемый шаркающими шагами. – А ну я вас веником, хулиганьё.

– Хагивара-сан, это я, Ниида! Тут мой товарищ с лестницы упал и ногу, похоже, сломал. А скорая не отвечает, – старичку-управдому я откровенно обрадовался. Он человек опытный. Много прожил, многое повидал.

– Кхе-кхе-кхе. Вот и показали себя эти ваши дурацкие коробки с экранами. Сейчас, погодьте, у меня настоящий телефон в квартире есть. Ему ничего не страшно. Всегда работает, хоть конец света начнется, он будет звонить. Потому что проводной. Еще при моей молодости кабель тянули… – ворчал старик уже на ходу.

Через пару минут Каэда-кун открыл глаза и начал шипеть от боли. Хорошо, что хоть не меня, а своего обидчика при этом проклинал. А надо бы именно мою персону. Ох, сколько я в свой адрес плохих слов сказал, пока наблюдал за мучениями товарища. И еще больше себя бы обругал, если бы не вернулся управдом, сказавший, что он дозвонился почти сразу и скорая уже едет.

Наскоро заглянул к себе и убедился, что в квартире полный разгром. Дверной замок не аккуратно вскрыт, как в прошлый раз, а грубо выломан с мясом. Совсем не тот стиль работы.

Если о копах я мог бы сказать немало нелестных слов, то медики – огромные молодцы. Приехали за пострадавшим в считанные минуты и это при том, что в городе кавардак. Спустили вниз на носилках. Отметил, что на всей бригаде высокие резиновые сапоги.

Мне тоже предлагали поехать, заметив, что прихрамываю. Ну уж нет, отказался. Мне еще тайник на крыше проверять. С Тодороки Хирата-сан поехал, а я остался в мрачной темной квартире, с настроением таким же паршивым, как и погода за окном. Ничего. Будет еще прояснение, во всех смыслах. Я в этом уверен.

Глава 14

Начал с того, что забрал все-таки свой бенто-бокс с крыши. Вполне допускаю, что после потопа вентиляцию в здании будут проверять. Затем собрал свои фотоловушки из коридора. На них грабитель наверняка попал. На досуге изучу кадры, сразу собрал карты памяти отдельно от устройств. Но так ли много я увижу? Почему камера с GSM перестала мне слать фотографии стало понятно – бесцеремонно и очень грубо обыскивая квартиру, грабитель ее перевернул. Скорее всего случайно.

В жилище царил неведомых масштабов разгром. Это я оценил даже в темноте. Перевернуто буквально всё. Мебель, посуда на кухне. Даже холодильник не пожалели – вывалили все продукты прямо на пол из открытой дверцы. Есть в случившемся обыске какая-то безжалостная методичность, отделяющая его от более раннего ограбления.

Внезапно в коридоре включилось освещение, что позволило разглядеть масштабы воцарившегося хаоса. Как будто бы тайфун пробрался сюда вместе с тем крупным мужчином и активно помогал ему, переворачивая вещи ураганными порывами ветра.

Попробовал еще раз дозвониться до бесполезной полиции. Без толку. Не иначе как обиделись, что я подал на слишком нервных патрульных жалобу и понизили мой приоритет в очереди на получение помощи. Кажется, моё законопослушное желание сотрудничать с властями подходит к концу. Попробовал даже инспектора Кикучи набрать, раз горячая линия занята. Не взял трубку! Может быть, и вовсе меня заблокировал, решив, что слишком сильно ему надоедаю.

Однако зафиксировать все было надо. Спустился ниже, к квартире Хагивары-сана и предложил управдому оценить, что мне тут устроили. Старик попробовал и сам вызвать копов со своей “сверхнадежной линии”, но даже заявлений о важности звонка на этот раз не получил. Только частые гудки. Вместа с управдомом отсняли бардак на камеру моего телефона. А он своим проводным аппаратом так может? Нет? Ну и не надо критиковать современные технологии.

Все зафиксировав, я занялся уборкой. То, что я собираюсь съезжать, не причина оставлять жилье в состоянии, как после монгольского нашествия. В процессе дозвонился до Хираты, узнать, как там Тодороки. Тот сунул трубку самому парню.

– Ниида-семпай, прости, я оказался слаб и не смог остановить того, кто грабил твою квартиру…

– Глупости, Каэда-кун. Ты сделал все возможное и теперь я тебе должен. Попросишь о всем, о чем захочешь, – не то, чтобы мне хотелось навешивать на себя долг, даже перед другом. Но совесть требовала искупления. Я не должен был рисковать кем-то, кроме себя самого.

– Я… Спасибо, семпай, – по паузе, сделанной перед окончательным решением, я сделал вывод, что юноша сомневался. Не думаю, что он попросит меня о чем-нибудь серьезном. Не такой человек. Простой и бесхитростный. Такого всегда легко обмануть всяким злодеям, таким, как Хидео-сан. И я? Нет, пожалуй еще нет. Не настолько я еще испорчен темным попутчиком к настоящему времени.

Еще в процессе созвонился с Мияби, сообщив, что собираю вещи, чтобы съехать как можно скорее из подтопленного района. Очень удачно от нее узнал, что Тика после школы папу сегодня навещала. Я-то к отцу не попал из-за случившегося.

Не без помощи Хагивары-сана, оперативно починившего дверной косяк, снесенный мощным пинком преступника, к позднему вечеру порядок я навел. И вещи собрал. Не так и много у меня пожитков, самое главное – в рюкзаке, что попроще – в чемодане.Остальное не так жалко и потерять, хотя по возможности заберу всё. Я даже то из продуктов, что получилось спасти, вернул обратно в холодильник. А часть еще и съел. Какие бы катастрофы ни происходили, кушать надо хорошо. Самурайская мудрость гласит, что “На голодный желудок не повоюешь”.

Спал вполглаза. Постоянно просыпаясь от ощущения того, что кто-то возле входа скребется. Один раз не выдержал и, прокравшись до двери, посмотрел в глазок. Никого не видно и не слышно. Это все страхи и нервы. Кто бы сохранил спокойствие в моей ситуации? Но есть и плюсы. Хидео-сан в таком режиме не запустил свой киносеанс, оставив без очередной исторической постановки, которую затем еще осмысливай.

Проснулся, несмотря на обрывочный сон, бодрым, хоть и за полтора часа до будильника. Снаружи только начинало рассветать. В данный момент я понял, что чего-то не хватает. Настолько привычного и обыденного, что перестаешь замечать. Дождь кончился! Небо расчистилось от облаков и радовало прекрасными розовыми красками, порожденными всплывающим из-за горизонта солнцем. Как же мне его не хватало! И света, и тепла.

Сделал себе ранний завтрак, соорудил омлет, используя те яйца, что вчера пережили расставание с холодильником. Отлично получилось. Вкусно и сытно.

Надо теперь придумать, как до работы добираться. Улица все еще находится в состоянии филиала итальянской Венеции. Кажется, даже поглубже, чем вчера, когда автобус отказался ехать. Может быть, у Хагивары-сана резиновые сапоги найдутся? Такие же, как у давешних медиков.

Занимаясь мытьем посуды, в очередной раз почувствовал неприятную тянущую боль в бедре. Точно, швы. Еще вчера надо было их снять, но все планы спутались. А так ли нужен мне для этого медик?

Осмотрел ногу и как-то не очень мне понравилось увиденное, чересчур глубоко нити вросли, уже все рубцеваться начало. А ведь если учесть то, что на мне царапины заживают удивительно быстро, то и тут надо было поспешить процедуру избавления от нитей исполнить. Я, получается, слишком с этим затянул. На всякий случай нашел на ютубе ролик о том, как происходит демонтаж швов. Не так и сложно. Главное, про антисептик не забывать, чтобы без инфекции обошлось и инвентарь продезинфицировать.

Прокипятил в кастрюле маникюрные ножнички и пинцет – самое близкое к медицинским инструментам из того, что у меня имелось. Уселся на чудом вчера оставшийся целым кухонный табурет. Расположил напротив на еще одном стуле небольшое зеркало. Щедро залил ногу перекисью, даже на трусы немного попало. Ну, попробуем. Подцепил ножницами один из узелков, ухватил щипцами край нити и потянул. Больно! Кривясь от очень неприятных ощущений, вытянул первый кусочек шва. Ерунда в сравнении с тем, что Хидео-сан пережил. Потерплю. Это мне за глупость и недальновидность наказание. Сколько раз ведь в больничке был уже. Но нет, рекомендации взялся исполнять.

Ко мне постучали. Настойчиво так. Гостя я узнал уже по манере стучаться. Вот же ранняя пташка. И как только через затопленную улицу ко мне долетела?

Вздохнув, поднялся с табурета и побрел ко входу в квартиру. Отодвинул задвижку, которую снаружи никаким ключом или отмычкой не вскрыть. Открыл дверь.

– Ты опять! Опять! Реально нудист! Знаешь, одна и та же шутка, повторяемая из раза в раз перестает быть смешной, – для настолько бесцеремонной особы, способной испугать токийского якудза несколькими словами, сказанными на ушко, она слишком легко смущается. Вот и сейчас кровь к лицу прилила, организовав Красной женщине румянец, который можно было бы назвать милым, но только тому, кто с ней еще не знаком как следует. Обычное красное платье она сегодня сменила на брючный костюм того же цвета. Логичный выбор. Не знаю, на чем гостья приехала, но резиновых сапог ей наверняка избежать не удалось, если только она не умеет, подобно шиноби из “Наруто”, передвигаться по поверхности водоемов.

– Потише, пожалуйста, другие жильцы еще спать могут. Что-то случилось с Акумой-куном?

– Нельзя так называть господина председателя, знаешь ли. Нет, не с ним. Ты что, забыл, что у тебя и Родственницы сегодня суд? А я не забыла. Приехала, чтобы вывезти тебя из зоны паводка. И что я вижу? Ты что со своей ногой творишь? Садись обратно, я знаю, как это делается.

– Суд не отменили из-за наводнения? – я был почти уверен, что перенесут заседание на более подходящий день. Стихийное бедствие все-таки.

– Из-за чего? Из-за легкого дождичка и парочки лужиц? Семейный суд такая ерунда не остановит, – ответить я не смог, так как она, протерев руки антисептиком и инструменты им же, резко взялась за мое бедро. В том смысле, что начала швы снимать. Ловко действует, и правда умеет. Главное, далеко не так болезненно, чем когда я сам манипуляции проводил.

– Дурашка ты, Экстремал, надо было давно уже от них избавиться, – выговорила Алая. – А теперь иди, надевай штаны.

– Спасибо, Нанаси-сан, – сказал я ей.

– На первый раз прощаю, – посуровела женщина. Мне от ее тона стало неуютно. – Больше не пытайся узнать или угадать моё имя. Имена даруют власть над их обладателями. Потому они и отстой. То, что ты назвал, это даже не прозвище, строчка в базе данных. Вот что. Забудь! – То, что красавица в красном еще и слизнула с кончика своего пальца мою кровь, меня совсем проняло. Жуть жуткая. Она что, вампир? Так не бывает же их.

– Может, тогда прозвище тебе придумать? – невинным тоном спросил я, не показывая, что меня зацепили ее слова и поведение. Всегда надо сохранять лицо. Урок, который мне вечно пытались вбить в голову, но закрепился он только с появлением уверенности в собственных силах, принесенной мне личным “мистером Хайдом”.

– Мне оно не нужно. Прилипнет и превратится в имя. Забудь и эту идею. Жду тебя внизу. В штанах!

Перед тем, как спускаться, перепрятал свое секретное бенто из рюкзака в чемодан. В суд с оружием лучше не соваться. И модель глока туда-же впихнул.

На чем она доехала, я понял, спустившись. У парадного входа в здание стоял внедорожник с ну очень уж высокой подвеской. Красный, конечно же. Не американский монстр-трак, а обычный пятидверный автомобиль, над которым поколдовали механики, доведя дорожный просвет до максимума. В нормальных условиях он, наверное, несколько нелепо смотрится, но вот сейчас оказался кстати.

– На сколько же машин твой гараж… – протянул я, оставшись неуслышанным. Женщина уже успела занять место водителя, оставив загадкой, как при этом умудрилась не намокнуть.

Вообще, идея выйти без штанов не такая и дикая в данный момент. Ноги потом от грязной воды и влажными салфетками протереть выйдет, а брюки только в стирку. Ага. Сапоги. Как раз моего размера и дожидающиеся меня на пороге подъезда. Обо всем-то она подумала. Натянул защиту на ноги поверх туфель, размер позволяет. Дошел. И чемодан свой дотащил, умудрившись ни разу не макнуть. Раз уж везут, надо пользоваться моментом.

– А машины у тебя всегда красные потому, что красный ездит быстрее? – позволил я себе шутку, некогда сказанную мысленно, когда занял место в кабине. Сомневаюсь, что она поймет отсылку. Это юмор для гиков.

– Ты что, дурак? Это потому, что красный хорошо защищает от демонов. Не задумывался, почему свадебные кимоно всегда имеют красные элементы? А как насчет красного чанчанко на шестидесятилетие? Мне до него, конечно, еще невероятно далеко, почти полвека…

– Тебя так пугают демоны? – спросил я вместо ироничного замечания о том, что по ее подсчетам она несовершеннолетняя. Женский возраст таинственен и не всегда совпадает с паспортными данными. Оказывается, есть дамы, и при почтенных годах остающиеся молодыми красавицами.

– Или я сама демон и обязана носить красное для защиты окружающих от моей темной сути, – зловеще расхохоталась пугающая красотка и вдавила педаль газа в пол. Это она выделывается так. Удержал готовую сорваться с языка шутку о том, что при таких раскладах опаснее всего она будет одетой в бикини. Слишком опасно близко подошел бы к границе флирта.

Нельзя же так по залитым улицам носиться! А если под водой встретится внезапное препятствие? Открытый канализационный люк, в который колесо угодит, например. Я поспешно пристегнул ремень безопасности. И так защитой никогда не пренебрегаю, сейчас просто немного припозднился с ней из-за разговора.

– Сейчас мы едем за Тикой-тян? – уточнил я, предполагая, что без главной персоны суд не состоится. Все-таки она хоть и несовершеннолетняя, но дееспособная и имеет свое мнение. Скажет, что не хочет быть Ниидой, а хочет быть айдолом и воспитываться в Сакуре Гарден – и всё, примут во внимание.

– Конечно. Полный сервис. Я обещала, я делаю. Как у самураев заведено. Всем бы так.

Прозвучало как намек на то, что и я взял на себя обязательства, но пока не исполнил. Крыть все еще нечем, но это временно. Если статистическая программа, написанная Сандо-саном языком из скобочек не сработает, изыщу иные возможности.

Тику-тян подобрали у дома Цуцуи. Как раз коротко пересекся с Мияби, собирающейся на работу. В сторону “красной угрозы” моя девушка посмотрела с легким раздражением. Примерно как я на дождь. Не нравится, но стихия неодолима и попросту сметет, если попытаешься стоять у нее на пути.

– Будешь хмуриться, морщины появятся, Айдол-тян, – пригрозила ей алая ведьма. – Не переживай, ты все еще вне конкуренции.

Этой неосторожной фразой она только что поставила под угрозу весь мой будущий семейный бюджет. Средства по уходу за кожей такие же дорогие, как и бесполезные. Но попробуй объясни Цуцуи, что ее идеальному лицу в ближайшие лет тридцать ничего такого не угрожает, когда накрутит себя? Придется изобрести собственное косметическое чудо. Кажется, Хидео-сан проворачивал нечто подобное в одном из снов, еще в эпоху Эдо. Только моя афёра будет не ради заработка, а для душевного спокойствия лучшей девушки на свете.

А вот Тика появлению Красной, которую я даже мысленно по не-имени называть остерегусь, очень обрадовалась. Без задержек залезла на заднее сиденье и забросала вопросами.

– Суд точно просто формальность? А адвокат хороший? А не надо ему профилактически объяснить, почему надо стараться? А куда сестренка пропадала?

– Я уезжала из страны по делам, – неохотно ответила “демоница” на последний вопрос.

– В Америку?

– Вот еще! Что они там понимают в своей Америке? В Китай, Вьетнам, Тайланд, Мьянму. Видишь мой шикарный загар?

– Не, не вижу.

– Это потому, что я делами занималась, а не на пляжах торчала. Насчет суда не волнуйся, Родственница, Самурайчик все правильно сделает. Или сэппуку, если не справится. А вон и он.

Ямагата Масанори как раз выходил из своей машины на парковке возле административного здания, куда нас привезла госпожа оказывается-не-юрист. Не разбираюсь в модельном ряде люксовых авто, но, судя по хищным обводам и широким дискам, что-то дорогое.

Подошли к Ямагате-куну. Я коротко, но в рамках норм приличий его поприветствовал, а вот сестренка исполнила полный уважения поклон, сложив руки перед собой. Я представил ее и адвоката друг другу, используя официальные формулировки.

– Прошу вашего благосклонного отношения, – очень тихо, едва слышно пробормотала девочка и замерла, глядя в землю у себя под ногами, не говоря ни слова. Для меня годичной давности это выглядело бы несколько диковато. Но к данному моменту я насмотрелся в достатке снов об эпохе Эдо, чтобы понять – сестренка следует аристократическому этикету. Насколько может. Не без некоторых огрехов, но их в современном мире мало кто заметит.

– Родственница, ты чего притихла-то? – сказала ей Красная.

– Достойной дочери самурайского рода не пристало говорить с мужчиной без его разрешения, – также тихо почти прошептала сестра.

– Простите, я не в курсе истории вашей семьи. Ниида были когда-то самураями? – спросил Ямагата, обращаясь больше ко мне, чем к Тике.

– Да, все так, наш предок достойно пал в битве при Каванакадзиме, выполнив свой долг, как и полагается самураю, – подтвердил я, не желая подставлять младшую. Хотя игру та затеяла откровенно не вовремя. – К сожалению, его имя затерялось среди воспоминаний о тех, кто овеял себя славой, подобно Ямагата. Но, как принято считать у нас в семье, честная смерть во имя Господина есть высшее проявление самурайского долга.

– Золотые слова. Ниида Тика-сан, прошу вас, говорите в моем присутствии свободно. Следование традициям важно, но во время беседы с судьей вам потребуется еще и решительность.

– Как будет вам угодно, Ямагата-сама, – ответила сестренка еще одним поклоном. А в глазах ее ёкаи пляшут. По отблескам вижу.

Глава 15

Семейный Суд префектуры Яманаси расположился в одном из правительственных зданий, которые у нас находятся немного севернее делового центра. Совсем рядом мэрия и парк Майзуру с замком Такэды Сингэна. Популярное туристическое место, по нашим провинциальным меркам.

Судейского заседания пришлось еще и подождать, что логично. Приходить на настолько важную встречу впритык, а не заранее было бы неуважением. Мы уселись на стульях в приемной Конно Такеши, занимающегося семейными вопросами. Мне предложенный стул был маловат и тесноват, даже слегка поскрипывал под сотней с лишним килограммов веса, но разваливаться не спешил. А Красная женщина с нами, к счастью, не пошла. Мне почему-то представилось, как она могла бы усесться напротив и провокационно закинуть ногу на ногу. Нет, не надо мне такого зрелища. И сестренке такого примера.

– Ниида Тика-сан, позвольте отметить, что во время интервью Яманаси Нью вы вели себя намного более раскованно, чем сейчас, – негромко сказал Ямагата-сан. Сестра с достоинством выдержала этот удар, только взгляд в пол опустила.

– Поймите, Ямагата-сама, я очень волнуюсь перед судом и нашла в соблюдении традиционного этикета способ не показывать свои переживания, – нашлась девочка. – В повседневной жизни я немного другая. Еще и ваша фамилия, нам как раз в школе рассказывали об осаде замка Хаяси.

– Достойные слова, – одобрил молодой аристократ. – Сохраните тот же настрой перед судьёй. Конно-сама человек строгих убеждений, так ему будет проще определиться.

Так-то в общественных местах разговаривать не принято, но сейчас кроме нас в приемной никого не было. А смысл ведь не в том, чтобы молчать, а в том, чтобы никому не помешать. Поэтому, когда в помещение зашел еще один человек, и Тика-тян, и Ямагата-сан резко замолчали. Это был среднего возраста мужчина в дешевом костюме. Весь какой-то затрапезный и усталый. Не буду к нему слишком строг. Это меня довезли сюда с комфортом по высшему классу. А ему, возможно, пришлось не так просто.

Наконец, ожидание завершилось. Секретарь судьи открыл его дверь изнутри и запустил нас. Включая новоприбывшего господина.

В дорамах и манге зал суда представляет собой огромное помещение с множеством зрительных мест, репортерами, трибуной для свидетелей, выделенным местом для присяжных и отдельной лавкой для обвиняемых. Под влиянием западной культуры, к образу представителя власти, сформировавшемуся в общественном сознании добавился еще и огромный деревянный молоток, которым тот стучит по столу, призывая к порядку.

Конечно, в реальности все не так. Обычный кабинет, совсем немногим больше, чем наш рабочий в небоскребе. Отдельный большой стол для владельца, и еще один выделенный для его секретаря, скромного вида юноши лет двадцати. Пять обычных стульев, выстроенных в ряд напротив судьи. На них мы получив приглашение и уселись, предварительно поприветствовав важного человека поклоном. Я, сестренка, адвокат, пустой стул, незнакомец. В таком порядке слева направо.

Конно Такеши напомнил мне внешне всемирно известного режиссера Миядзаки. Седовласый, с аккуратной окладистой бородкой и в больших очках. Взгляд, правда, куда более суровый, неподходящий автору добрых аниме. Одет в безукоризненный деловой костюм. Никаких черных мантий, пришедших к нам с запада. Они тоже могут использоваться, насколько я знаю, но на публичных заседаниях. Приветствовал пожилой мужчина нас всех коротким поклоном, обозначающим, что он тут главный. Затем кивнул своему помощнику.

– Достопочтенный Конно Такеши рассматривает дело о признании Мори Тики пятнадцати лет частью семьи Ниида, официальной смене фамилии и установлении ее опекуном Нииды Хиро-сана, – зачитал молодой человек. Затем назвал всех, включая себя. Новый участник процесса оказался социальным работником, призванным проследить за тем, чтобы все прошло в интересах ребенка. Себя помощник судьи обозначил не секретарем, как я подумал ранее, а приставом.

Далее посыпались вопросы, десятки уточнений от Конно-самы. Например, он самым обстоятельным образом желал выяснить, как так получилось, что девочка при живом родителе оказалась в приюте. Пришлось отвечать чистую правду, что о существовании Тики в нашей семье до недавнего времени не знали. Спрашивал про условия для проживания и семейные доходы, беспокоился о том, хватит ли здоровья нашему пожилому отцу для того, чтобы воспитывать дочь. Узнавал про отношения в семье. Говорил с нашей стороны в основном юрист, но и нам с сестренкой приходилось отвечать на вопросы.

– Тика-сан, поскольку вы уже практически взрослая, вы имеете выбор. Если пожелаете вернуться в Сакуру Гарден, суд примет ваше желание во внимание и отклонит иск, – после почти целого часа расспросов предложил Такеши-сама.

– Нет! – девочка не удержалась от слишком громкого восклицания, но уже через несколько секунд настроилась на деловой лад. – Простите, это было невежливо. Но я не желаю возвращаться в место, где мне заранее выбрали судьбу, которой себе не хочу. Отец и брат любят меня и относятся к моему выбору с уважением. Я хочу остаться с ними.

– Социальная служба не возражает, – коротко заметил ее представитель.

– Ниида-сан, я ведь именно вас видел этим летом в новостном репортаже? Полагаю, если ваш отец достойно воспитал сына, то и с дочерью справится. Уже справляется, если сравнивать характеристики поведения из приюта, токийской школы и Фурин. В бумагах из Токио речь идет о хулиганке, постоянно нарушающей правила. Сейчас же я вижу перед собой воспитанную юную девушку. Иск принимается, постоянным опекуном Нииды Тики назначается ее отец, Ниида Хиро-сан, на время его болезни временным опекуном назначается ее брат Ниида Макото-сан. Социальной службе предписывается в течение года раз в месяц проверять условия проживания ребенка. Решение может быть обжаловано в установленные законом сроки, либо по предписанию социальной службы в случае неудовлетворительного исполнения родительских обязанностей.

Сестренка стойко избежала открытого проявления эмоций. Поблагодарила всех по правилам этикета за неравнодушное к ней отношение. Но от меня у нее внутреннее торжество скрыть не получилось.

– Ниида-сан, а вы или ваш достойный отец не желаете принять участие в грядущем фестивале Сингэна, в середине ноября? – уже на улице спросил меня молодой юрист, также вполне довольным тем, как все прошло. – Надеть фамильные доспехи, подпоясаться катаной и пройти общим строем с другими самураями. Мне отец в этом году доверил представлять семью. Уверен, что и для вас будет почетно.

– Простите, Ямагата-сан, но разве фестиваль не в середине апреля? Я бы с радостью, но ничуть не рассчитывал на ноябрь. Семейные доспехи мне совсем не по размеру, предназначены для более худощавого и широкоплечего человека. Попросту не успею заказать себе их современную реплику.

Мысленно добавил, что в апреле не так сложно будет найти новую отмазку. На очередную конференцию напроситься, к примеру.

– В этом году мы празднуем четыреста пятьдесят лет с момента битвы при Микатагахара. Фестиваль Красного Веера. Вам обязательно стоит принять участие.

– Он примет, – пообещала Красная Женщина, как всегда возникшая неожиданно. – Одолжу Детективу доспехи из своей коллекции, – насчет последнего я уловил, что лукавит. Нет у нее, похоже, арсенала, забитого старинными самурайскими латами.

– Зачем? Зачем было меня на это подписывать? – вздохнул я, когда потомок аристократов нас покинул, пообещав прислать мне официальное приглашение.

– Моя маленькая месть за то, что попытался узнать мою фамилию. За имя я тебя благосклонно простила, а за фамилию нет.

– Имя я и не называл, На… – “Нанаси” я выговорить не успел. Женщина бесцеремонно закрыла мне рот ладошкой. Руки у нее вафлями тайяки пахнут. У самого в животе чуть не забурчало от аппетитного аромата. Все-таки плоховато я сегодня позавтракал.

– Ты знаешь имя сестренки? – удивилась Тика.

– Не знает! Я пришлю адрес, куда обратиться за доспехами. Это будет не какой-то дешевый косплей, а настоящая аутентичная работа. Там же и бутафорскую катану себе присмотришь. На подлинную ты разрешение оформить не успеешь.

– Круть, братик! Че ты мнешься? Соглашайся!

Тратить целый выходной или даже два на то, чтобы поучаствовать в исторической реконструкции мне совершенно не хочется. Но с другой стороны, это дело очень почетное и может послужить хорошей рекламой моей благотворительной организации. Точнее, фонду имени Окане Цукиши, но такое впечатление, что волнуюсь за судьбу пожертвованных денег и привлекаю новые средства один лишь я.

Тот факт, что я не настоящий самурай, ничуть не мешает. Кто в этих фестивалях только ни участвовал. Даже гайдзинским туристам иногда позволяют. И чем я хуже каких-то иностранцев, не знакомых с нашей культурой?

– Хорошо, присылай, – сдался я. – Но взамен побудешь еще немного таксистом. Нам надо к отцу, а сестренке затем обратно домой к Мияби.

По дороге заехали в магазин, где я купил пару подарочных корзин с фруктами. Раз уж папе разрешили посетителей, то и гостинцы принять позволят. А витамины ему сейчас нужны.

К папе нас на этот раз пустили обоих. Он даже прослезился, увидев решение суда, подтверждающее опеку. Пытался извиняться за то, что заболел и не смог присутствовать лично. И еще за то, что не может с нами отпраздновать.

– А братика позвали на самурайском фестивале строем пройти, – наябедничала младшая, рассказывая папке новости. – Сказали, что он важный и известный человек теперь. И по телевизору его больше одного раза показывали, и фонд основал. Только таким и можно самурайские латы доверять.

– Сын, это огромная честь для нас. Мы, Ниида, всегда были простыми крестьянами и не могли помыслить о подобном. Я бы встал и поклонился тебе сейчас, но врачи все еще не разрешают.

А ведь мне даже юкату надевать не нравится, а тут громоздкие тяжелые доспехи, которые будут цепляться. Я и носить их не… все-таки умею. Хидео-сан в некоторых своих старых аферах притворялся самураем, включая полную форму одежды. Не очень хорошо помню те сны, но почему-то испытал уверенность, что релевантный опыт каждую ночь начнет сыпаться, только вникай.

– Спасибо, пап, я нас не опозорю, буду стараться изо всех сил, – вынужденно соврал я. Про то, что много усилий приложу, солгал. Там всего-то совершить прогулку по городу в компании таких же ненормальных косплееров, гордых за своих аристократических предков. Выходной жалко, но подумалось, что еще и Мияби порадуется.

– Будете с сестренкой ролевые игры устраивать про самурая и наложницу, – хихикнув, подсказала мне за дверью палаты Тика-тян. – Нет, лучше гейшу.

– Мне точно надо озаботиться тем, что ты смотришь в интернете. Родительский контроль на твой ноутбук поставить. Имею право, как временный опекун.

– Пфе, – сестра показала мне язык. – Да его обойти – раз плюнуть. Кагешуго мне поможет. Ну, та, которая светлая и защищает неудачников, а не та, что темная и стырила мой комп.

– То есть ты, получается, неудачница? Зачем ты вообще затеяла эти игры в дочь самурая?

– Часть моего великого плана покорения школы без шантажа. Не! Весь я его не выложу! А куда мы идем? Выход в той стороне. И зачем вторая корзинка?

– Надо моего приятеля Тодороки навестить. Он вчера ногу сломал.

Было бы напрочь неправильно не зайти к Каэде-куну, пострадавшему по моей вине. Я на ходу написал ему, уточнив в какой он палате.

По пути почти честно рассказал ей о случившемся, предупредив, чтобы папу Цуцуи этой темой ограбления не волновала. Ни к чему им еще и из-за лишнего знания переживать.

– Жесть! Нафига мы Тёмной вообще сдались, что второго мудилу к нам присылает? Че, из-за золота? Подумала, что мы пару слитков себе припрятали?

Ответа у меня не было. Как и уверенности в том, что оба случая дело рук одних и тех же злоумышленников. Слишком по-разному действовали. Хотя, могли быть попросту разные исполнители.

Версия с толикой клада смысла не лишена. Я и правда едва не поддался импульсу прихватить часть добычи, хотя бы пару кило, на тот случай, если проиграю суд с бывшими владельцами металла, чтобы получить хоть что-то. Но удержался от излишнего риска.

Тодороки-кун выглядел печально. Лицо помятое, отёкшее, поврежденная нога заключена в гипс и подвешена в сложной системе из гирек, стальных тросиков и блоков.

– Привет, семпай. Пришел навестить слабака, который не справился? – Грустно улыбнулся Каэда.

– Не принижай себя, дружище. Если ты не смог задержать вора, то никто бы сумел. Я его немного увидел. Он огромный, как гора.

– Здрасьте! – внезапно вылезла у меня из-за спины сестренка. Как будто решила у Красной неожиданным появлениям учиться. Во всяком случае, Тодороки удивился. – А ты парень Натори-сан, да? Она про тебя рассказывала на тренировке. Мы с девочками ее разговорили, хвалила всё время.

– Ох. И тут я всех подвел, – еще сильнее погрустнел мой приятель. – Не смогу теперь на играх присутствовать. Ниида-семпай, выручай!

– Но я же ничего не понимаю в бейсболе, – опешил я. – Со мной команда проиграет еще вернее, чем без меня.

– Один разговор с Тайфу-самой и он стал лучшим игроком лиги, – напомнил Каэда. – Неужели не справишься с тем, чтобы подбодрить несколько маленьких девочек? Всю тактику на себя Натори-тян возьмет.

Некоторые из этих учениц средней школы были монстрами, тайно строящими планы захвата учебного заведения. Вот честно, без обмана, отказал бы ему в дурацкой просьбе, если бы не данное ранее обещание выполнить все, о чем он попросит. Ну и не так уж страшны малолетние бедствия, как я считал. За срок, проведенный в горном лагере, убедился. Даже каратиста Сакаи пощадили и не стали добивать его самооценку. Или они все это время хитро усыпляли мою бдительность?

– Хорошо, Каэда-кун, я выполню твою просьбу, но не жди от меня чудес вроде победы в турнире. Ниида Макото и спорт мало совместимы.

– Выиграйте хотя бы одну игру, семпай, и мы будем с тобой в расчете, – добавил парень.

Хм. Одна игра и я свободен от бейсбола! Выглядит заманчиво. Ведь никто не сказал, что победить потребуется честно. А то, что вторая команда расстроится при поражении, так это спорт, в нем всегда кто-нибудь проигрывает. Честный проигрыш расстроит их точно также. Уж лучше пусть от разочарования хнычут незнакомые мне школьницы, а не моя сестра и Ринне-тян.

– И за Натори-тян там присмотри. А то начнет к ней какой-нибудь молодой учитель клеиться, а меня рядом нет, чтобы дать ему по роже, – добавил парень.

– А это я на себя возьму, Тодороки-сенсей, – заверила его Тика, хитро подмигнув.

– Отношения предполагают взаимное доверие, – изрек я мудрость и засобирался, пока сестренка не рассказала раненому о том, как я наябедничал ей на слишком много возомнившего о себе Сакаи. Совсем не такой случай ведь. Корзину с фруктами оставил своему товарищу на тумбочке. Пусть набирается сил и получает дневную дозу витаминов.

– И чем займемся дальше? А поедем к сестренке Ануше в гости. Она прикольная, видел бы ты, какие у нее золотые украшения клевые. Вот кого надо грабить, а не благородных бедняков типа нас. Не! Я не про то, чтобы ее обворовать! Я не такая! Но мне интересно, что там с ее военным женихом и как мы с тобой ему пинка давать будем.

– Именно мы?

– Ну а кто еще? Не ее же парень-ботан? Он, может, и умный, но реально ничего сделать не сможет. А ты надежный и своих друзей гнобить точно не позволишь, даже если их родственникам или женихам. Че, не так?

Увы, но так. Еще когда я только узнал о проблеме Гупты-тян с родителями, сразу для себя решил, что в стороне не останусь.

– Так. Но поедем мы не к ней, мы поедем покупать мне машину.

Глава 16

– Круть! Давно пора! У меня уже ножки болят пешком ходить! – на волне энтузиазма воскликнула сестра. – А что ты себе купишь? Лексус и другой премиум можно не предлагать, да?

– Мне нужна экономичная модель, с небольшим расходом бензина. Но не очень маленькая, не хочу, чтобы в ней было тесно. И недорогая, конечно. Поедем в автосалон, тут недалеко, минут десять на автобусе. Хочешь, понесу, если ноги болят?

Вот такая Тика, не стесняющаяся скорчить забавную рожицу и показать язык мне нравится намного больше, чем идеальная юная леди, соблюдающая традиции и молчащая до той поры, пока взрослый не разрешит ей говорить.

Подкатил приступ жадности, сказавший, что где-то меня поджидает машина курильщика Рюджина Рюты, за которую мне не придется переплачивать. Но там в плохом смысле горячий автомобиль, на котором совершали преступления, да еще и выдающий мою связь с напавшими на инспектора Кикучи бандитами.

На всякий случай проверил график работы и район нахождения автосалона Тойота. Эта часть города на относительной возвышенности и туда вода не дошла. Да вообще мало куда дошла, больше всего не повезло району, где находится все еще моя квартира, в других местах подтопления более локальные. Но и попасть к себе домой, забрать остатки вещей, я явно скоро сумею. Городские службы работают оперативно, судя по новостным сайтам.

Заодно, раз смартфон находился у меня в руках, поделился хорошими новостями с Мияби и Анушей. Уверен, обеим девушкам Тика уже не совсем чужая. Обе порадовались за нашу семью и написали теплые поздравления.

На время суда я переводил аппарат в полностью беззвучный режим и потому только сейчас обратил внимание на несколько новых текстовых сообщений.

Сначала длинное, написанное вежливой речью письмо от ассистента Ватанабе-сана. Меня просили ответить, куда и на какое время подъехать съемочной группе для проведения оговоренного ранее интервью. В короткой переписке с ними назначил встречу на сегодняшний вечер, узнал адрес студии, куда подъехать.

Второе послание от Акумы-сана.

Окане Акума: Семпай, ты же не забыл, что в субботу едешь в загородный клуб играть в покер? Защищать честь Окане Групп? Считай это служебной командировкой.

Ниида Макото: На этих выходных я планировал поехать проверить, все ли в порядке на отцовской ферме.

Окане Акума: Тебя что, часто в элитные клубы зовут? Все за счет компании, на двоих. Бери свою девушку, покажи ей красивую жизнь.

Ниида Макото: Чтобы к ней проявил интерес кто-то богатый и влиятельный?

Окане Акума: Да не выдумывай. Там всяких красоток толпа, твоя на общем фоне затеряется. А на ферму поезжай сегодня или завтра. Будет тебе выходной по причине наводнения. Я распоряжусь, все оформят. Договорились?

Наверное, я мог бы выбить из него больше. Выходной для Мияби, например. Или премию. Не за просто так цирковую зверушку же изображать. Но тот же несвойственный мне азарт, что подтолкнул к карточному столу в Хиросиме, полез снова. Там ведь будут уже не любители-айтишники, принявшие на грудь, а серьезные игроки. Кто я буду против них? Хищник или жертва? А раз я сам этого хочу, то наглеть не стану.

– Зашибись! Я тоже туда хочу! – конечно, сестренка подглядывала ко мне в экран. – Как думаешь, я смогу изобразить совершеннолетнюю?

Выразил свой скепсис одним только красноречивым взглядом, которым окинул ее угловатую фигуру. Ничуть не тянет пока сестренка на взрослую. Вот мальчишку изобразить сможет при необходимости.

– Ну и ладно! Я устрою свой покерный турнир! Ну че ты так смотришь, я знаю, что детям нельзя, не спалюсь.

– Учти, как раз за такие выходки и могут лишить опеки, – для порядка пригрозил я, зная, что эффект нулевой. Но тут же подсластил пилюлю. – Можешь против меня вечером сыграть. Мне как раз тренировка нужна. Сможешь меня хоть раз обыграть – исполню одно желание. В рамках разумного.

"Если не можешь сдержать поток, стань руслом, направляющим его", так говорил Хидео-сан в одной из проповедей для культа Небесной Гармонии. По большей части он в своих речах перед паствой пафосную чушь нес. Но тут мысль определенно дельная. Победить меня девочке не светит, конечно. Но дополнительный опыт игры против того, кто будет стремиться мухлевать лишним не станет. Закончив думать эту мысль, отправил Акуме-куну короткое “Ок”. Вроде как и согласился, но не обозначил, на каких условиях. Что-то в деталях еще возможно изменить.

До автосалона доехали на автобусе. По пути изучил ассортимент на их сайте. Привлек внимание гибрид Тойота Аква, известный в других странах под названием Приус. Вместительный, экономичный, все как я хотел. Два с половиной миллиона йен, которых у меня сейчас нет. Но можно купить в кредит. Таковой выйдет необременительным при действующей в наше время низкой ключевой ставке. Однако жить взаймы для меня не то, чтобы неприемлемо, но неприятно. Как компромисс рассмотрю покупку в кредит с немедленным погашением после получения денег за золото.

Аналогичный подержанный вариант обойдется намного дешевле, если рассматривать авто старше пяти лет. Тоже не лежит душа, если честно. Покупка бывших в употреблении вещей вместо новых вообще не в наших национальных традициях. Это гайдзины с радостью скупают старые японские машины, зная про их отличное качество и надежность. Но дешевле. Вместе с теми шестиста тысячами, которые еще не выплатил мне воришка-оператор смогу, наверное, расплатиться сразу и не быть никому должным.

Так ничего по пути и не решил. Надо посмотреть, что предлагают.

Хорошо бы все купить и оформить прямо сегодня, чтобы использовать для грядущей поездки в деревню. И так уже сплошные расходы, не хочу еще и на аренду тратиться.

От автобусной остановки до дилерского центра Тойота дошли пешочком. Приятная короткая прогулка под ласковыми лучами вернувшегося к нам солнышка, бескорыстно дарящего свое тепло жалким смертным.

– Братик, смотри, там машина твоего любимого цвета, – указала мне девочка на парковку с непроданным. Всё так. Ярко-оранжевый, в тон моему счастливому галстуку, автомобиль так и привлекал внимание. Вот только была это спортивная модель с многочисленными следами кустарного стритрейсерского тюнинга. Спойлер на багажнике, декоративные обвесы со всех сторон. Где-то я такую видел, в кино или в манге.

Подошли к привлекшему внимание транспортному средству поближе, все равно было по пути к зданию салона. Покупатели тут прежде, чем добраться до менеджеров, проходят почти через всю парковку и могут рассмотреть предложения. К лобовому стеклу с обратной стороны приклеен листок с описанием:

“Тойота Марк II, 1993 года выпуска.
Пробег: 330 000 километров.
Цвет: перламутровый оранжевый.
Стоимость: 400 тысяч йен”

Это была очень красивая машина. Брутальная, агрессивная, переливающаяся всеми оттенками оранжевого на солнечном свету и как будто сияющая изнутри. На вид просторная, с большим багажником. И дешевая! Не дороже ноутбука Тики. Жаль, что совершенно мне не нужная.

Тысяч пятьдесят в год налога владельцу обеспечены, не считая той суммы, которую предстоит регулярно отдавать автомеханикам за обслуживание раритета. Хотел бы ездить на антиквариате – выбрал бы находку из национального парка. Там хотя бы эксклюзив. Может быть и восстановлю старинное авто, когда разбогатею. Еще и расход горючего. Марк Два выглядел так, будто готов пожирать бензин десятками литров, отдавая взамен скорость и динамику. А зачем они мне? Я не Спиди-гонщик, мне спешить некуда. Наоборот, после памятной поездки на квадроцикле быстрая езда кажется мне опасно неправильной.

– Круть, братик! Глянь какая красотка! – Тика погладила автомобиль по капоту, как будто котенка.

– Не “она”, а “он”, его величество Марк Второй, король автострады и принц дрифта, – выдал я наиболее подходящее именование. – Но боюсь, что мы пришли сюда за простолюдинами, не обладающими королевскими регалиями.

– На самом деле ты братику понравился, я по глазам его вижу, – ласково сказала оранжевому чуду сестренка. – Просто ты в деревню ездить не сможешь из-за всех этих штук по бокам. А нам надо к папке на ферму будет.

– Смотрится красиво, не так ли? – к нам вышел из офиса представитель салона, безукоризненно выглядящий мужчина лет тридцати, мой ровесник. На тщательно отглаженной рубашке бейджик “Цучия Рен, менеджер”.

– Очень красиво, сразу видно истинную Тойоту старой школы, – не удержался я от похвалы.

– И несмотря на всю красоту, я эту машину вам не советую. Казалось бы, моя работа в другом – продавать. Но поверьте, моя обязанность в том, чтобы клиент уходил довольным и не возвращался. Разрешите назваться, Цучия Рен. Старший менеджер салона Тойота в Кофу.

Соврал. Никакой он не “старший”. Я бы это и без способности определять ложь понял, по надписи на клапане рубашки. Да и удовлетворенность покупателей ему наверняка безразлична, лишь бы жалобы не писали.

– Перед вами сборник всех недостатков, которые только можно встретить. Большой расход топлива, неудачные габариты. Огромные налоги из-за возраста. Почти непреодолимые трудности с техосмотром из-за конструктивных доработок, выполненных одним из прошлых владельцев. И даже яркий цвет быстро передает радовать, когда понимаешь как часто придется мыть и полировать, чтобы блеск хорошо сохранялся. И это я вам еще не все рассказал. От всей души не советую.

Вот тут вполне искренне. Скорее всего из-за того, что на продаже новых машин, стоящих раз в пять и выше дороже он заработает больше. Еще и такой удобный повод заговорить с посетителями потеряет. Наверняка мы не первые, кто залюбовался “Его Величеством”, позволив к себе подкрасться.

– Очень приятно, Цучия-сан. Ниида Макото, моя сестра Ниида Тика, – коротко поклонились продавцу. – Когда мы сюда шли, намеревались посмотреть экономичный гибрид, подходящий для поездок в сельскую местность.

– В таком случае пройдемте со мной, вам замечательно подойдет Тойота Аква, рекомендую взять новую, чтобы избежать большей части неприятностей с обслуживанием. Немного дороже чисто бензиновых, но быстро оправдает переплату. Бензин, как вы наверняка знаете, сейчас недешев. Всё эти топливные кризисы.

О ценах на горючее я был прекрасно осведомлен. В арендном центре каждый раз требовали или залить полный бак до возвращения или оплатить бензин по завышенным расценкам, превышающим таковые на заправках. Так что мысленно бросил очередную горошину на чашу весов, обозначающую покупку новой Аквы.

– А можно сначала на Марке Втором прокатиться? – заканючила сестренка. – На нем никто не ездит и потому ему одиноко. Мы же можем попросить тест-драйв?

– Возможно позже, после того, как вы оцените удобство, отделку салона и плавность хода современных гибридов. Запах новой машины ни с чем не сравним, скажу я вам.

Нашел чем завлекать. Это всего лишь всякие химикаты, которые накапливаются в непроветриваемом салоне.

Далее продавец повел нас в сторону ряда новеньких “аквачек”. Вот совершенно иное восприятие, не похожее на “Короля Марка”. Милые лупоглазые жабки с лакированными пузиками. Все такие одинаковые, прилизанные, аккуратные, разных оттенков серого, как сотрудники в бухгалтерии.

И такие же исполнительные. Цучия-сан принес ключи и предложил прокатиться. Прекрасно прошла пробная поездка. Очень легко машинка управляется. Вот как мысли читает. К арендным приходилось приноравливаться, они несколько неотзывчивые. Тут же другое дело. Денег мне, конечно, не хватит. Значит, возьму кредит, зато удобно ездить будет.

– Обратите внимание на встроенную производителем аудиосистему. К ней подключается любой смартфон и обеспечивает вас громкой связью, – вещал продавец. И кого он собирается настолько банальной опцией удивить? Она сейчас наверняка вообще у всех производителей есть.

– Вы обещали дать на Короле прокатиться, – напомнила Тика, когда не-старший менеджер уже начинал длинную речь о выгодных условиях кредитования. – Братик, ты мне желание обещал!

– Если меня обыграешь.

– А давай в долг! Если не обыграю – сама тебе должна буду.

– Я, конечно, могу устроить вам тест-драйв, но, как уже предупреждал, Марк Два девяносто третьего года станет ужасной покупкой, – вмешался Рен-сан. – По секрету вам сообщу, что у него было уже семнадцать владельцев. Люди восхищаются ходовыми характеристиками, приглашенные ими эксперты подтверждают идеальное техническое состояние, клиент совершает покупку. А во время эксплуатации машина начинает чудить. Через полгода мытарств и огромных расходов возвращают обратно к нам. Мы, персонал салона, прозвали его “кицунэ”. И за цвет, и за характер. Злобный хитрый лис усыпляет бдительность во время тест-драйва, но постепенно показывает свою коварную сущность.

– И ничего лисы не злые, – сказала ему сестра. – Мы в походе видели лисичку. Я ей свой бутерброд отдала, а она прямо из рук взяла.

“Какая безответственность, нельзя кормить диких животных”, – сказал бы я, если бы сам этим летом не совершил тот же грех, отдав молоденькой лисе в парке хот-дог. Ну и если бы Мияби не разболтала про этот мой подвиг Ринне-тян, которая наверняка поделилась с подругой.

– Как клиент, вы вольны иметь свое мнение, – уклончиво ответил менеджер, говоря не то, что думает. – Особенно по вопросам живой природы и мифологии. Эту же машину я вам в любом случае не рекомендую. Не верите в дурной нрав – посчитайте, во сколько будет обходиться стоимость владения.

– Позвольте мне порадовать сестру и прокатить на яркой спортивной машине, – сказал я примирительно. Цучия вздохнул, считая, что я не замечу и пошел за ключами.

Внутри “Большого Марка” все не так, как мне привычно по обычным серийным автомобилям, без тюнинга и модификаций. Первое, что бросилось в глаза – сиденья. Они тут с тонкими спинками, похожи на ванночки. И спереди, и сзади. Приборная панель – как у звездолета из фантастического сериала. Вставил ключ в замок зажигания и она тут же расцвела разноцветными огоньками, о назначении которых остается только догадываться. Динамики мощной аудиосистемы повсюду. И спереди, и сзади. Спортивный руль уменьшенного размера. Короткий рычаг коробки передач. Боги! Да тут механика! Не переключал скорости вручную с того момента, как учился ездить на папином пикапе. Уже на экзамене по вождению меня ждала автоматическая коробка передач.

Цучия-сан хотел было занять место рядом со мной, но Тика-тян его опередила и даже пристегнулась ремнями безопасности. Они тут гоночные, оранжевые, в цвет кузова, визуально напоминают подтяжки. Пришлось менеджеру занять место позади. Там не привычный диванчик, а два одиночных кресла, таких же, как и спереди. Странное решение. Да тут всё необычное.

– Марк хороший, не будет нас обижать, – сестренка погладила приборную панель.

– Девочка, это же не щеночек, – не удержался от комментария представитель автосалона.

– Конечно он не собака, они все вредные и кусаются, а он хороший, – ласково повторила сестра, продолжая наглаживать пластиковую поверхность.

Я как раз повернул ключ и, коротко рыкнув, под капотом заворковал двигатель. И правда, как большой котенок замурлыкал. Такой, размером с саблезубого тигра. На удивление умиротворяющий звук.

Потратил пару секунд на изучение схемы нарисованной на рукоятке переключения скоростей. Включил заднюю, плавно вырулил, перешел на первую. И понял, что я куплю эту машину, несмотря на все многочисленные “но”.

Впервые за не такой уж и богатый, но осязаемый водительский стаж я почувствовал себя за рулем комфортно. Не зудело нигде на краешке сознания противное “а вдруг что произойдет”. Находиться в водительском кресле “его величества” было так же естественно, как идти пешком и это при том, что переделанные органы управления местами странные и непривычные. Вождение я не полюбил, но и раздражать меня оно перестало.

– О боги, он и вас очаровал, – пробормотал с заднего сидения менеджер. Прожженный торгаш понял все сразу.

Глава 17

Мои наивные мечты о том, чтобы оформить машину одним днем и избежать поездки на арендованной пошли прахом еще до того, как мы добрались до офиса и начали оформление документов.

Менеджер салона долго нудел о бесплатном годе техобсуживания, расширенной гарантии для всего модельного ряда Аква и иных преимуществах нового современного автомобиля, пока не произнес фразу, позволившую мне осознать всю глубину собственной глупости и наивность надежды.

– Ниида-сан, самое неприятное что есть в жизни водителя – это парковка. Современные модели Тойота оснащаются интеллектуальной системой помощи при парковке, доведенной в наше время практически до идеала. С помощью встроенного в приборную панель экрана и кнопок управления автомобиль может самостоятельно заехать на парковочное место почти без участия водителя.

Убедить меня отказаться от коварной лисы, вселившейся в транспорт, его аргумент не смог. Но в голове у меня как переключателем щелкнули. Чтобы оформить машину на себя, нужно место, где ее ставить. Документально за мной закрепленное. Либо на автостоянке, с оплатой на несколько месяцев, или в виде места у дома, но тоже официально моего, в подтверждение чего придется предоставить договор аренды. Оплатить на длительный срок и использовать из него всего несколько дней? Такого моя жадность не перенесет. Уж лучше потерплю еще раз неудобный автомобиль, заставляющий меня постоянно нервничать. Я же пока что не миллиардер, чтобы переплачивать.

Внес за Короля предоплату, закрепляющую “его величество” за мной и пообещал вернуться, как только будет готова справка о наличии парковочного места. Пока же с тяжелым сердцем отправился в знакомый автопрокат. Так часто в последние месяцы им пользуюсь, что меня наверняка уже постоянным клиентом считают и расстроятся, когда перестану к ним возвращаться.

– Эта тачка отстой, – заявила Тика, усаживаясь рядом со мной тоже в Тойоту, но совершенно безликую. Возможно, я на ней уже ездил, но совсем то не запомнил.

– Что, с ней разговаривать не хочется? – улыбнулся я.

– Ага! Обычная груда железа на колесах. В ней жизни нет. Не то, что в Марке Втором. Он как будто сам меня покатать хотел, потому и упрашивала. Только про то, что он кицунэ – полный бред!

– В точку. Какая нормальная лиса согласится вселиться в машину? – кивнул я.

– Да! Я тоже так подумала! Лисичкам нравится природа, наверное, и тем более не понравится вечно торчать в автосалоне.

Не аргумент, раз машина отлично показывала себя на тест-драйвах, то как раз для того, чтобы с площадки дилерского центра забрали. Это если поверить в мистическую версию сестры, которая откровенно сомнительная. Не бывает же разумных автомобилей, специально строящих козней владельцам?

Подумалось, что папа потому и остается верен старенькому пикапу, что нашел “свой” транспорт, с которым у них полное совпадение темпераментов. Оба они вроде бы простые и незамысловатые, но стойкие и надежные.

Дорога до деревни, как всегда, выдалась напряженно неприятной. Вот была бы со мной Мияби, усадил бы ее за руль и расслабился в качестве пассажира. А мне ведь еще обратно сегодня ехать. Хорошо хоть погода солнечная, дорога быстро просыхает, а встречное движение минимальное. Чтобы хоть как-то абстрагироваться, начал напевать себе под нос песенку про пончики, что пришла мне в голову на кухне горного лагеря. Надо бы зайти в Мистер Донат при случае. Давно там не ел.

На пороге отцовского дома нас встретил Дандо-сама, смотрящий с видом “проваливайте отсюда, голоногие, я тут хозяин”. Тика было протянула к котику руку чтобы погладить и на этот раз не успела разминуться со стремительным взмахом когтистой лапы. Царапина, впрочем, получилась неглубокой. Думается, кот всего лишь поучил нахальную малявку уважению личных границ, а не стремился ее сильно поранить.

– Все равно однажды поглажу тебе пузико и почешу за ушком, – пригрозила пушистому сестра. Мне на его морде почудилось выражение “ну попробуй, если тебе жизнь не дорога”.

От рыбы в холодильнике к этому моменту осталась половина. Синдзи-кун не пренебрегал обязанностями и каждый день выдавал мышелову по кусочку. Как бы не привык кот к такой диете. Покупать ему форель регулярно станет разорением.

Тика еще на подъезде к деревне списалась с лучшим другом и тот ей пообещал, что скоро будет, как только в школе занятия кончатся. Не обманул. Всего через минут пятнадцать после нас добрался.

– Надеюсь, ты не сбежал с уроков? – строго посмотрел я на мальчишку.

– Ну что вы, Ниида-сан, я больше не прогуливаю, я же обещал, – не соврал. Соблюдает не только букву нашего соглашения, но и его дух. Всем бы так.

Оставил молодежь общаться и вышел во двор. Уверен, они и так всем делятся в переписке, но только лично можно заглянуть в глаза собеседнику и прочитать в них больше, чем передает текст. Чуть позже Огава-кун покажет свои успехи и расскажет о них.

Я же направился к калитке, от которой в мою сторону уже шла долговязая фигура деревенской медсестры. И откуда только узнала, что я приехал? Сейчас же будний день, всем на работе быть полагается. И ей, кстати, тоже.

– Здравствуйте, Китагава-сан, – поклонился я бабке, которую продолжал побаиваться, несмотря на все случившиеся приключения. Вот веет от нее жутью, невзирая на тот факт, что ничего плохого мне старуха никогда не делала. И вообще хоть кому-то. Не зря при первых признаках моей мнимой простуды папа именно к ней обратился.

– И тебе привет, Ниида-кун, – разница в возрасте позволяла обращаться ко мне, как к подростку. Тут не до обид. – Вот, передай своему старику амулет для сердца. Хиро-куну рановато еще помирать. Поможет ему.

“Ведьма” протянула мне тонкую нефритовую пластинку на чуть засаленном красном шнурке. Треугольной формы с сильно закругленными верхними углами. С обеих сторон аккуратно нацарапан кандзи кокоро, означающий “душа” или “сердце” в зависимости от контекста.

Если подобного рода безделушки действительно работают, то почему бы не выдавать их заранее, профилактически, зная о слабой сердечной мышце, а не после того, как инфаркт уже произошел? Но предъявлять претензии пугающей меня одним своим внешним старухе я не рискнул.

– Не отдашь отцу, худо ему будет, смотри у меня, – предупредила Китагава. И как бы я ни искал рациональное в окружающем мире, понял, что выполню ее совет и не только передам папе пластинку, но и прослежу, чтобы не снимал. В конце концов я прикоснулся к миру мистического в достаточной степени.

– Обязательно передам ему ваш амулет. Спасибо вам огромное за беспокойство, Китагава-сан, – вежливо поклонился бабке.

– Я тебе что говорила? Не кланяйся мне, – медсестра вдруг резко шагнула в мою сторону, схватила за подбородок длиннющими руками, запрокинула мне голову и влила в рот жидкость из бутылочки, извлеченной из кармашка на домашнем кимоно столь виртуозно, словно ловкости рук у Хидео-сана обучалась. Пальцы у нее невероятной силы. Без преувеличения стальная хватка. Захлопнула мне челюсть и ткнула узловатым пальцем в горло, заставив проглотить.

Глотку обожгло ядерным спиртовым выхлопом. Сакэ, причем такой крепости, что и по пищеводу и в животе теплоту ощутил.

– Это тебе, чтобы та гадость, которую ты где-то подцепил, сгорела, – объяснила Китагава-сан свои действия. Мне почудилось, что речь далеко не о простуде идет. Но никаких проклятий, связанных со старыми кладами ведь не существует? Правильно же?

– Китагава-сан, я же за рулем, – горло все еще слегка жгло, несмотря на то, что старуха меня отпустила. – Вы в курсе, что за вождение в пьяном виде до пяти лет тюрьмы полагается? А вечером у меня интервью, я людям с телевидения обещал, нужно в Кофу успеть.

– Да какое там пьяное вождение? Тебя, Макото-кун, и целая бутылка не свалит, вона какой пухленький.

– Медицинское освидетельствование на запах изо рта и анализы ориентируется. Не притворяйтесь, что не знаете.

– Да не покажет оно на тебе ничего. Я же медик, верь мне.

Я прекрасно видел, что бабка полностью верит в свои слова и считает, что говорит правду, но все равно до конца ей не поверил. Ей же лет больше, чем любому, кого я знаю. Ну, не считая Хидео-сана, который давно мертв и Акиры, с которой совершенно ничего не ясно. По возрасту уже пора в маразм впадать старушке, а не в клинике работать, отбирая место у молодого специалиста.

– Ладно, не смотри на меня, как раненый лис, попавший в капкан. На, пожуй корешок через часик. Любой запах отобьет.

Почему-то почудилось, что если не сделаю, как она сказала, ко мне снова применят физическое воздействие. Придет и заставит двигать челюстями. Корень, который мне сунули в руки, я, к своему удивлению, узнал. Кёсобу, редкое растение, произрастающее в горных районах. Это из снов о Хидео-сане, Акира выжимкой корня кёсобу того от похмелья избавляла после того, как угощала очень крепким алкоголем собственного производства. Ему всегда помогало, а потому на этот раз я доверился. Если мистика реальна, то тетушка Китагава совершенно точно имеет к ней прямое отношение. И уж не золотое проклятие ли она из меня сейчас вытравила? Спросить не решился, все равно не скажет, только посмеется.

В ближайшие два часа мы вместе с Синдзи-куном обошли почти всё поле его деятельности. Мальчишка большой молодец, наработал на премию. Победил прижимистость и вручил ему двадцать тысяч йен. Не такие великие деньги, но для ребенка, не имеющего иных способов заработка, уже неплохо. В следующий раз столько же ему заплачу. В конце концов, на что школьнику деньги тратить? В первую очередь в голову приходит, что на подарок для подружки. То есть имеется шанс, что в это сестренку инвестиция, а не в ее друга.

– Синдзи-кун, а ты уже подготовил маршрут путешествия по Японии, о котором мечтал? – спросил я у парня. – Помнишь, мы в лагере обсуждали. Время у тебя еще есть до летних каникул, но это только кажется, что много. Советую прямо сейчас начинать.

– Ниида-сан, я же просто мечтой делился, ничего не обязательно…

– Ты просто делился, а я просто исполню. Зачем иметь много денег, если не тратить их на помощь тем, кого знаешь? Учти только, есть шанс, что я проиграю суд и богатство у меня не появится. В этом случае путешествие будет короче, чем могло бы быть.

– Синдзи, если откажешься, то ты придурок, – не могла не влезть в нашу беседу сестренка. – Я, между прочим, тоже хочу поехать. Учти, обязательно надо будет Хоккайдо не пропустить. Я там жила, вообще клёвые места.

– Х… хорошо. Благодарю, Ниида-сан. Я выберу очень интересный маршрут. Два. На хороший и на плохой случай.

Перед тем, как ехать обратно, я написал Мияби, уведомив, чтобы ничего не планировала на выходные, так как нас с ней ждет посещение фешенебельного загородного клуба за счет корпорации. Ответ меня чуточку удивил:

Цуцуи Мияби: Макото! Почему так поздно сказал? Мне же надо подготовиться! Платье, туфли, прическа, макияж, украшения. Куча всего!

Ниида Макото: Ты и без всего этого будешь блистать так, что всех там затмишь.

Цуцуи Мияби: Ты что, предлагаешь мне пойти голой?

Ниида Макото: Нет, всего лишь без тщательной подготовки.

Цуцуи Мияби: Нет, нельзя без подготовки! Всё, я побежала добывать недостающее, люблю тебя сильнее всех.

Загадочные существа эти женщины. Я ведь совсем не врал, когда писал мнение о том, что моя возлюбленная всех затмит. Но нет, будет стараться, искать ненужную ей мишуру, а красивее от того не станет. Попросту потому, что некуда уже. Сколько к бесконечности не прибавляй, получится всё та же бесконечность.

Обратный путь до Кофу принес не больше радости, чем дорога в деревню. Какая же эта машина неудобная! Особенно на контрасте со свежими воспоминаниями о почти купленном Марк Два. Да, там механическая коробка передач и нужно краешком сознания отвлекаться на переключение скоростей. Но это незначительная мелочь в сравнении с тем ощущением комфорта, который дает оранжевое авто. Может быть, правы орки из сорокатысячного года и цвет действительно имеет значение?

Поехали сразу по адресу, согласованному со съемочной группой NHK. Миловидная девушка-ведущая, оператор, режиссер, звуковик, ассистент, гример, техник. Целая куча народа ради того, чтобы устроить допрос нам с сестренкой. Оператора я узнал – Сакакибара Тору собственной персоной. Увидев меня, он как-то занервничал и задергался.

– Дядь, я тебя знаю, – с непосредственной улыбочкой подошла к нему сестренка. – Ты нас уже снимал. Круто, наверное, быть тем, на чьей записи впервые объявили миру о Минамигоне.

– Да, да. Я работаю на несколько телеканалов, – подтвердил мужчина.

– Все верно. Не переживайте, – взял слово режиссер. – У NHK нет необходимости держать в Кофу полноценную съемочную группу или отвлекать на разовые сюжеты персонал из других городов. Практичнее привлекать местных профессионалов. По вашей договоренности с Ватанабе-саном, это будет дикое интервью, но в эфир оно пойдет после монтажа. Часть вопросов отснимем несколькими дублями. Несовершеннолетних без согласия родителей мы снимать не имеем права. Девушка, Тика-сан, пожалуйста уйдите из кадра.

– Братик – мой временный опекун. Он может дать согласие.

– Это новая информация, но вопросов для вас мы все равно не готовили. А позволяет ли статус временного опекуна дать вам разрешение – смогут ответить только юристы. Мы не будем рисковать.

– А как же Яманаси Ньюз? – удивился я.

– Вы имеете полное право подать на них в суд, – ответил режиссер. Оператор на его словах постарался спрятаться от меня за камерой. Как будто бы лично его я назначу виновным.

Тика, недовольно бурча, отошла в сторонку и мы часа за два отсняли двадцатиминутный материал. Очень нудно. Куча повторных дублей. И не потому, что я плохо говорил. Съемочная группа постоянно совершала промашки. Во многом за счет изменщика Сакакибары. Я рассказал о том, как стал волонтером, как решил разнообразить детям походы поисками клада, нашел подходящую историю в сети. По сувенирной монетке всем присутствующим подарил. У меня этих монет целая куча осталась, так как лагерь покинул внезапно и планы на них не реализовал. Десяток с собой так и ношу на всякий случай. Еще раз американского профессора поблагодарил и пригласил в Японию посмотреть на сделанную не без его помощи находку. Про машину и слитки подробно рассказал. Когда подняли тему Минамигона и моей с ним драки, сказал, что Минамигон определенно достояние префектуры Яманаси, ничем не хуже знаменитого Хибагона из Хиросимы. Но я был слишком взволнован и испуган, чтобы сейчас с уверенностью сказать, кто или что там был. Так даже лучше, чем прямое заявление “да, он реален”. Всякие сумасшедшие конспирологи сами додумают недостающее.

В общем, остались довольными съемкой все, кроме Тики, которая пролетела мимо своего шанса на эфирное время. По окончанию мероприятия коротко переговорил с оператором, сказав, что я хотел бы получить назад долг. Он меня понял и кивнул.

Далее отвез сестру домой к Мияби, высадив у границы участка, и уже собирался поехать в автопрокат, как пропищал смартфон. В электронную почту пришло сообщение о том, что мне написали в Микси, ту постепенно умирающую социальную сеть, где я завел аккаунт-ловушку. Контакт там у меня всего один, мной же и созданный, а сейчас отданный в полное ведение Мияби.

Ханаэ Рин: Мне надоело просто так переписываться с тобой. Нам нужно свидание. Вот, я нашла чудесный лав-отель на окраине. Ссылка с геолокацией. Твоя лохудра ничего не узнает Подмигивающий смайлик. Давай уже сегодня вечером. Я вся извелась! Уверена, ты тоже обо мне мечтаешь.

Признаться, чуточку опешил. Созданная мной и моей настоящей девушкой маска как будто бы ожила и потребовала личной встречи. Неужели фальшивая Кагешуго решила все-таки до меня добраться, при этом взломав созданную для “любовницы” страничку? Пароль там был такой же примитивный, как и на моей учетной записи, так что да, вполне вероятно. Я рефлекторно проверил наличие глока в кармане. Вариантов, кто именно может прийти на назначенное свидание, множество. Включая огромного амбала, выпотрошившего мою съемную квартиру. Для него пригодится аргумент.

Глава 18

Лав-отель я легко нашел на карте по геометке. Внутри меня разыгралась нешуточная борьба. Одна часть хотела немедленно узнать, кто назначил встречу. А вторая – плотно поужинать, так как обед был фрагментарным, больше похожим на перекус, и не соответствующим моим высоким стандартам питания. Завтрак тоже чересчур плотным назвать не могу. А кушать надо хорошо. Правы старые самураи в том, что нельзя воевать на голодный желудок. Не зря я с кендоистом-куном этой мудростью поделился. Вот уж не знаю, прислушается ли.

Не удержался и заехал в первый попавшийся фастфуд. Им оказался ресторанчик с названием Lotteria, в котором я до того не бывал. Бургеры, картошка фри, кофе, сэндвичи. Очень стандартный ассортимент. Не понравилось. Порции маловаты, вкус совсем не такой, как ожидаешь, глядя на меню, некрасивая девушка за кассой при стойке самообслуживания, явно не японка. Кореянка, судя по акценту. Она упорно старалась во всех словах сделать ударение на первый слог. И чего ей у себя на западном берегу Японского моря не сиделось? Это во мне раздражение от голода так проявляется, что начинаю мысленно ворчать. Так-то я не против мигрантов, если они уважают нашу культуру и стараются влиться в общество. Как Ануша-тян, например. Она не идеально соответствует, но всем моим советам о разных мелочах в поведении, отличающих японца от гайдзина, пытается следовать.

Из интереса, перед тем, как приступить к еде, посмотрел в интернете, что это за сеть такая – Лоттерия. Оказалось, корейская, ведущая активную экспансию по всей Азии. Всё, больше ни ногой сюда. И не столько из патриотических чувств, но и потому, что блюда плохие. Уж лучше бы в американский сабвей заглянул. Там тоже не предел мечтаний, но хотя бы сносно. Впрочем, у невкусной пищи также есть преимущества. Я не захотел добавки и вернулся к машине, чтобы поехать наконец на встречу с несуществующей женщиной, которая уже и номер комнаты мне через Микси прислала, как только я подтвердил, что скоро приеду. Рядом с кафе очень удачно продавали цветы. Я же на свидание спешу. Как обойтись без них? Прикупил небольшой скромный, но красивый букетик.

Оставил машину на парковке, мысленно отметив, что район тут приличный и опасаться воров не следует. Гостиница небольшая, состоящая из отдельных домиков. Такие принято называть мотелями. Сверился с планом, расположенным у входа на территорию, обошел по периметру нужного домика. Пластиковое окно переведено в режим проветривания, но завешено с той стороны жалюзи, через которые я рассмотрел единственный женский силуэт в районе кровати. Похожий на женский. И совершенно точно не принадлежащий верзиле, едва не столкнувшему меня с лестницы.

Не принижая потенциальные опасности слабого пола, я все-таки через окно ломиться не стал, хотя и мог бы, наверное, его распахнуть уже во всю ширь. Дошел до двери и постучался, как настоящий джентльмен. Когда Ханаэ Рин мне открыла, протянул ей букет.

– Привет, – только и сказал я, опешив от внеземной красоты встретившей меня девушки. Не думаю, что встречал кого-то более прекрасного. Даже образ Акиры немного померк в сравнении с ней.

Ответа не последовало. Меня схватили за галстук, с силой затянули внутрь номера и поцеловали. Ох, как чудесен этот жаркий поцелуй. Почти так же, как хороша моя “любовница”. У меня от ее горячих губ голова закружилась и захотелось на кровать рухнуть. А почему бы и нет? Всё равно ведь теперь до утра останусь.

– Ты же на машине? – спросила меня утром Мияби. Ну а с кем бы еще я мог с радостью остаться на ночь в мотеле? Открой мне дверь хоть сама Ямагучи Момоэ, самый популярный айдол всех времен, в свои лучшие годы, я бы на измену никогда не пошел. Я за последние месяцы совершил множество плохих поступков. Врал, воровал, шантажировал, уничтожал документы. Но я не предатель и никогда им не стану. Предать того, кто тебя любит – поступок за гранью. Если от Хидео-сана остались не только воспоминания, но и ошметки личности, то надеюсь, что и он поймет, какой сволочью был, изменяя Акире.

– Да, не успел вчера вернуть ее в автопрокат. Зато успел купить новую, но не оформить на себя.

– Новую? – хихикнула Цуцуи. – Уверен, что подходящее слово для вещи, которая старше тебя? Хотя, Тика присылала фотографии, выглядит очень красиво, как из фильма о гонщиках. Макото, ты же не будешь слишком быстро ездить и рисковать?

– Я? Ни за что. Терпеть не могу высокую скорость. Но Король Марк мне понравился. Сама поймешь, когда его увидишь. Я думал, что ты весь вечер будешь готовиться к выходным. Подбирать платья, украшения, делать другие вещи, в которых я ничуть не разбираюсь.

– Макото, а ты ведь знал, что ко мне едешь? Я же с фейковой страницы тебя пригласила?

– На самом деле я был почти уверен, что меня тут поджидает громадный бандит с бейсбольной битой и был рад, когда подсмотрел в окно и понял, что ошибся. Сомневаюсь, что преступники столь же хорошо целуются и что после встречи с одним из них я проснулся бы таким же счастливым.

Мияби хихикнула. А я понял ее проблему. Чуточку ревнует меня к самой себе. К той маске, от имени которой пошлую переписку со мной вела. И такое, оказывается, бывает.

Взял смартфон и написал, обращаясь к фальшивой любовнице с лицом не очень популярного корейского айдола.

Ниида Макото: Прости, нам нужно расстаться. Сегодняшняя ночь была незабываема, но я люблю только свою девушку.

Ханаэ Рин: Подлец! И это после всего, что между нами было? А что, если я ей всё расскажу?

Мияби рухнула на кровать и скорчилась от смеха. Ее ситуация искренне позабавила.

Ниида Макото: Пожалуйста, не надо! Скажи, что надо сделать, чтобы мы расстались друзьями?

Ханаэ Рин: Еще и другом мне остаться захотел? Дважды подлец! Я подумаю! Бойся каждый день того, что я ей перешлю всю переписку. И не пиши мне больше!

Последнюю реплику почти целиком я продиктовал, намекнув хакерам, что очень испугаюсь их шантажа.

– А дальше что? – спросила Мияби.

– Найдем, где позавтракать, у меня был отвратительный ужин из корейской бургерной. Нужно съесть что-нибудь стоящее.

– Нет, я про то, как ты поступишь, если тебя взломают?

– В полицию обращусь, конечно. Они меня хоть и разочаровали несколько раз, но все еще закон в нашей стране. Инспектору Кикучи позвоню, чтобы он получил свою Кагешуго и наконец отстал от бедной Ануши.

– Макото, как ты, такой гениальный, все еще не стал миллиардером и работал простым бухгалтером?

– Мне не для кого было стараться, а одному много не надо, – чистую правду сказал, меня и правда устраивала скучная спокойная жизнь. И продолжит устраивать, если получится вернуться в ее размеренное русло.

Самым страшным кошмаром для меня всегда было опоздание на работу. И сегодня я прошелся по его грани. Сначала покушали в чудесной небольшой раменной, обнаруженной неподалеку. Ее хозяин как знал, что будет популярен у посетителей мотеля. Лапша на жирном бульоне с множеством специй и добавок наполнила меня энергией, как в тот момент казалось, до конца дня. Ложное впечатление. Мой организм требует много пищи и уже к обеденному перерыву в желудке начнет призывно бурчать. Пункт проката машин работал не круглосуточно, пришлось дождаться, когда он откроется, чтобы вернуть автомобиль и не попасть на дополнительные расходы. Ну а далее едва успели с Цуцуи доехать до небоскреба Окане Групп. Так-то мне за опоздание ничего особенного не грозит. Но разве это повод обманывать чужое доверие?

Через проходную пробежал почти в последний момент, пропустив возлюбленную перед собой. У нее начальница намного суровее добряка Ашино-сана, с которым мы приятельствуем. Когда поднялся к себе и сел за компьютер, облегченно выдохнул.

– Что, Ниида, автобусы из-за наводнения все еще плохо ходят? – участливо поинтересовался Такахаси. – А тебя правда снова ограбили? Золото Минамигона искали? Или, может быть, это он сам и приходил за сокровищами?

– Очень смешно, – ни один мускул на моем лице не шевельнулся для обозначения улыбки.

– Да нет же, я серьезно. Ты ограбил хозяина пещеры. Пришел к нему в дом и забрал ценное. Он тебе тем же ответил. Тот парень из охраны, что с тобой был рассказывал, будто вор был громадный, как медведь. Потому с ним сразу двое и не справились. Выговор оба получат за то, что опозорили Окане Групп. Может быть, даже премии лишатся. Но что они могли сделать против мистического существа?

– А Ниида, по-твоему, мог? – не удержался от реплики Роубаяси.

– Подловил. Надо понять, чем особенный Ниида, что смог прогнать Минамигона.

– Со мной было две школьницы, которые громко завизжали и испугали чудовище. И еще один мальчишка в свисток дул. Такой, тревожный. Собак же отпугивают ультразвуком. А у реликтового гоминида слух обязан быть не хуже, иначе как он столько лет скрывается?

Я нес полный бред, но миддл посмотрел в мою сторону, как на просветленного Будду. Хорошо что хоть замолчал, начав что-то бодро отстукивать на клавиатуре.

Уверен, это он не работает, а в сети общается. Совсем иной ритм. Когда программист за работой, он обычно не строчит по клавишам с пулеметной скоростью, а набирает код размеренно, постоянно прерываясь на тестирование, отладку и прочие малопонятные мне процедуры. Исключения бывают. Например, Сандо-сан, когда статистический анализатор писал. Вот у него клавиатура чуть не раскалилась.

И кстати, о результате работы Роубаяси. Я, без обмана, ждал, когда смогу испытать его разработку. Очень хорошо у него получилось. В общем-то я делал тоже самое, но вручную, выстраивая свои собственные графики корреляции показателей и просматривая их в поисках странностей. А тут само нашлось.

Вот, к примеру, человек, у которого ровно две отметки на проходной за последний месяц. Приход и уход. При том, что полностью получает зарплату, у него нет ни больничных, ни отпусков, ни отгулов. Работает, но не ходит. Из числа айтишников, кстати.

– Не знаете, кто такой Абэ Кодзуки? – спросил я у коллег. – Он программист, написано, что синьор. Почему не ходит на работу?

– Этим гениям все прощают. Удаленщик он, – буркнул Такахаси.

– Да какой там гений? Говнокодер он, который повышение получил за стаж работы. Я читал его код – невыносимо смотреть, как будто какой-нибудь индус писал. Ой, прости, я не про тебя. Ты уже почти исправила свой стиль, – это он на недовольный взгляд Ануши так ответил. Сандо-сан подкаблучник, примерно такой же, как и я. Гупта-тян того достойна, однако, по моему мнению. И за себя не стыжусь.

– Да там код читается, как поэма! Вот, смотри, я тут год назад пытался дописывать, пока Абэ-сан в отпуске находился. Чуть не убил всю красоту.

– Убил и надругался над трупом, – констатировал Роубаяси. – Но те части, что ты не переписывал, и правда очень красиво смотрятся.

Я не удержался и подошел. Ничего не понял. Не только, в чем там красота и как именно ее испортили, но и что программа, исходники которой мне показали, вообще делает.

– А вот модуль, что мне полностью пришлось переделать. Смотри, в старой версии до того, как я в нем порядок навел, – позвал к своему монитору Роубаяси. – Тут как будто бы Ниида автор. Или другой какой гуманитарий.

– Прошу прощения, но у меня экономическое образование, а не гуманитарное, – прозвучавшая характеристика показалась мне обидной. Хотя, по большому счету, ничего недостойного в том, чтобы не разбираться в технике и быть человеком литературы или живописи нет. Над моим замечанием оба миддла ехидно посмеялись.

Заглянув в монитор программиста, я обнаружил, что практически все понимаю. Четкая последовательность предельно ясных действий. Разве это плохо? Почему они находят красоту в запутанности? Приходится признать, что я чересчур маггл, чтобы понять образ мыслей настоящих волшебников.

– Это же дерьмище, а не код! – воскликнул Такахаси, подтверждая мои выводы. – Может быть, Абэ-сан был с похмелья, когда его писал? Или пьяным.

“Или вообще не он” – мысленно закончил я рассуждения программиста. Схема возможной аферы выстроилась у меня в голове. Есть высококвалифицированный специалист с высокой зарплатой, работающий удаленно. Обязательно ли ему делать все самому, если можно нанять фрилансера в сети? Индуса, пакистанца или китайца, который сделает все то же самое, но хуже.

– А нет никаких взаимных проверок кода? Чтобы обнаруживать ошибки, – уточнил я.

– Ты про регулярные ревью? Абэ от них избавлен по условиям контракта. Я бы тоже так хотел! – воскликнул Такахаси – Гнать грязный спагетти-код, лишь бы работало, и никакой Сандо не будет стоять у плеча и критиковать.

– Да тебе и так Ануша скоро на промашки указывать начнет, она тебя, считай, уже обогнала по качеству. Слишком ты примитивно пишешь, – по имени девушку назвал. Признак того, как они сблизились.

Дальше я перепалку программистов, полную взаимных обвинений в некомпетентности, уже не слышал, сосредоточенный на обдумывании пришедшей в голову версии. Выходило так, что если моя догадка верна, то мошенник не просто продавал работу непрофессионалов, как свою, но и отдавал наработки корпорации куда-то на сторону. Или оставлял простор для того, чтобы какие-нибудь северокорейские хакеры наставили в коде закладок для получения доступа извне.

– Надоели! – воскликнул я. – Пойду обедать, я сегодня голодный. Гупта-тян, присмотри, чтобы они тут не подрались.

Пошел я, конечно, не в столовую, а к своему другу Сибае-сану. Это в его отделе нашелся нарушитель. Ему первому и узнавать. Ашино-сан на середине моего обстоятельного рассказа начал посмеиваться.

– А я ему говорил, что нечего делать сладкое лицо и залезать под каблук к подчиненным. Все в порядке, Макото-сан. Для меня в порядке. Абэ Кодзуки не из моей команды разработки. Он из группы Ивамото Рёске, они занимаются веб-сайтами и мобильными приложениями по всем нашим направлениям деятельности. Хоть мы с Ивамото и не ладим, не буду принижать чужую работу, она тоже важна, но наше направление, как я считаю, нужнее. От корпоративной ERP зависит вся компания, она, как нервная система в организме. Работа второй команды это… проклятье, не могу придумать правильную аналогию с человеком. Пусть будет рука или нога. Без нее плохо, но не так, как без мозга.

Аналогии – не сильная сторона моего приятеля. Но я его предельно четко понял.

– Я сам наверх сообщу, не возражаешь?

– Женщине, выдумывающей прозвища? Сообщай. Век бы с ней не встречался. Пошли лучше обедать.

Пообедали, как всегда, превосходно. Суши, сашими, кайсэки, мисо-суп, пельмешки гёдза и по большому стейку из говядины вагю. Можно считать, что наверстал вчерашнюю вынужденную голодовку с перекусами на бегу. И растраченную за ночь энергию восстановил. Сибая выглядел довольным. Как мало иногда надо человеку для счастья. Узнать, что у твоего недруга-конкурента грядут неприятности, например. Ашино-сан мне поведал, что Ивамото с год назад пытался его подсидеть и объединить команды под своей рукой. Но не смог и тем самым испортил отношения. До того вражды не было. Наоборот, разработчики разных тимлидов частенько оказывали помощь коллегам. Именно так Такахаси и Роубаяси поработали с кодом Абэ-сана. Его мой шеф очень хвалил, как специалиста, способного сделать из программы поэму и жалел, что придется уволить.

Я жалости к мошеннику не испытывал. Едва закончили кушать, написал @scarlet_enigma о предварительных результатах расследования.

scarlet_enigma: Шикарно, Даймёноцусихан!

Новое прозвище обозначало шпиона на службе у феодала, выявляющего разного рода смутьянов в обществе. Подходит под описание нынешней моей деятельности.

Глава 19

Больше до конца рабочего дня ничего важного не произошло. Остаток офисного времени я отдал обязанностям технического писателя, от которых, несмотря на неформальную должность даймёноцусихана, меня никто не избавлял. На следующей неделе частично перееду в отдел персонала. Буду наблюдать за кадровиками в их естественной среде обитания по несколько часов, а затем уже в спокойной обстановке записывать заметки. Относительно спокойной. Такахаси и Роубаяси как поцапались, так до вечера и дулись друг на друга, отпуская желчные комментарии.

После работы обязательный визит к папе в больницу. Нужно отдать ему амулет, принесенный медсестрой, которую иначе как ведьмой мысленно именовать и не хочется, но я стараюсь сдерживаться. Подумаешь плохо о Китагаве-сан, а она возьмет и скажет что-то вроде “ну хам же ты, Макото-кун” при следующей встрече. О том, чтобы ослушаться старуху и не отдавать нефритовую пластинку и вовсе речи не идет. Как минимум, отец ей доверяет, а эффект плацебо – вполне себе доказанный научный факт. То есть одной лишь веры пациента в грядущее выздоровление будет довольно.

Новостями с ним поделился. Что очередного воришку на работе прижучил и, возможно, премию за это получу. Что на ферме побывал и какой Огава Синдзи молодец. Что на выходных с Мияби отдыхать едем, чтобы совестливый папа не подумал, будто из-за ежедневных визитов к нему у меня на личную жизнь времени не остается. Доктора, честно скажу, у нас отличные. Уже совсем другой человек меня в больничной палате встретил. Еще не прежний бодрый пожилой мужчина, с кипучей энергией берущийся за любую работу, но уже и не его бледная тень. Может быть, папу даже разрешат свозить ко мне в новый дом нормально пообедать через недельку? Или даже переведут его в режим краткосрочной госпитализации, когда пациент ежедневно ездит в больницу для прохождения всех нужных процедур, как на работу. На игру команды Тики посмотрит… хотя нет, это уже лишнее. Ему же нельзя переживать, а от спорта сплошные волнения.

На выходе из кардиологии удачно встретился с Окане-куном. Специально он меня подкарауливал. Зря шифруется, я так считаю. Все равно очень многие в курсе того, что мы общаемся. То есть уже заранее считают меня человеком Акумы. Хотя… есть идея и по данному поводу.

– Ну ты и отжег с этим засранцем, семпай! – хлопнул меня по плечу председатель совета директоров. Уверен, позволь я себе аналогичный ответный жест – меня тут же скрутит его охранник, маячащий неподалеку и делающий вид, что он на самом деле такой же посетитель. – Сам он никто, конечно, и особого вреда, наверное, даже не принес. Но вся выгода в том, что служба безопасности его проморгала. Будет чем на них надавить теперь. И ограбившего тебя бандита еще эти их лохи упустили. Обоих уволю!

– Пожалуйста, не надо. Парни честно старались, а Тодороки-кун даже пострадал, мне за это стыдно. Наоборот, им бы премию за то, что не отказали в помощи.

– Все такой же добряк Ниида-сан! – рассмеялся молодой человек. – Тебя вообще хоть что-то разозлить способно?

– Пережаренные гёдза, пожалуй. Они должны быть поджаристыми и приятно хрустящими, но не подгоревшими.

– Ну что ты творишь, семпай? Мне теперь поесть захотелось! А я не обжора, в отличие от некоторых. Ладно, будет этим ребятам премия, мне не жалко. Готовишься к выходным? Приличный костюм у тебя вроде как был, но если что, компания компенсирует затраты на новый.

– По-настоящему хорошие костюмы шьются на заказ у портных и не за пару дней до мероприятия, а заблаговременно, – с видом знатока элитарной одежды сказал я юноше. – Не переживай, Акума-сан, я не опозорю Окане Групп. А Мияби тем более.

– Тогда держи, это пригласительный. Не стал доверять корпоративной почте. Если сам бы тебя не подловил, передал бы с нашей общей знакомой.

Заглянул ненадолго к Тодороки, постарался его подбодрить. Но о грядущей премии говорить не стал. Неоткуда обычному айтишнику Нииде о таких подробностях раньше всех узнавать. Как мог донес до парня свою уверенность в том, что все будет хорошо.

– На тренировке у девочек уже был? – закончив меня выслушивать, спросил Каэда. – Учти, ты им победу обещал.

– Буду на будущей неделе. В выходной, – пообещал я. – На эти выходные корпорация меня уже озадачила.

– Нет. Так дело не пойдет, семпай. Сходи на неделе. У них вечерние занятия есть, успеешь после работы, если такси возьмешь.

– Я машину купил. Если смогу оформить, буду успевать, – может, и не стоило давать настолько опрометчивое обещание? Детская спортивная секция будет просто пожирать свободное время.

Радует, что один выигранный матч и я буду свободен от неосторожной клятвы. И чтобы победить, мне совсем не обязательно терять время на тренировках, в которых я все равно ничем помочь не смогу. О, идея! Пусть Мияби вместо меня туда ходит. Она за собой следит. Спортом, насколько времени хватает, занимается. Хотя и самому придется побывать. Мотивирующую речь произнести, например. Или хотя бы понять, как еще можно сжульничать в этом их бейсболе.

Провидение как будто вознамерилось задержать меня в стенах больницы. Не успел я выйти наружу, как зазвонил телефон, принесший благую весть – риэлтерское агентство наконец закончило оформление документов и потому можно смело заезжать к себе домой. Чудесно! Хотя, судя по карте затопления, обновляемой в сети, вода из моего бывшего района ушла, возвращаться туда и ночевать желания никакого.

Общественным транспортом доехал до агентства, уплатил недостающую сумму, забрал свою копию договора и некоторые связанные бумаги, а также получил ключи. Больше я не бездомный.

Снова автобус, в этот раз района, где теперь буду жить. По пути почитал в сети про оформление справки о парковочном месте. Информация не порадовала. Необходимо лично явиться в полицейское управление, в будний день с восьми до восемнадцати с целой кипой документов, подтверждающих, что на арендованном участке есть куда поставить машину. Подать заявление, дождаться, когда его обработают в течение нескольких дней и снова явиться на прием в установленное время. А то, что я работаю и не имею возможности так запросто отлучиться посреди дня, никого не волнует. Точнее, любой в корпорации может взять отгул за свой счет. Но это и потеря денег и коллеги косо посмотрят на лентяя, куда-то отпрашивающегося. А ведь придется. Есть, правда, лазейка – не обязательно приходить самому, можно дать доверенность на получение лицензии фирме, которая предоставляет услугу ее оформления.

Но мне так и так нужно сходить в участок, узнать, почему никто не связался со мной по поводу второго ограбления и какое было принято решение по поводу моей жалобы, поданной онлайн. Все еще надеюсь вернуть свой верный глок, несмотря на то, что нашел ему замену. Без личного присутствия и визуального контроля собеседника соврать что-то убедительное будет сложновато. И деньги на оформлении получится сэкономить. Посмотрел на расценки фирм, занимающихся разрешениями. Вот кто грабители. Полиции давно пора ими заняться. Но, видимо, у копов с посредниками сговор.

В семье Цуцуи как раз ужинали. Очень вовремя я к ним зашел. И судя по тому, что тут же получил свою порцию, на меня рассчитывали. Все так же вкусно. Надо будет сделать Хане-сан хороший подарок за ее заботу. Например, купить дорогой набор сладостей. Самому испечь было бы еще лучше, но не уверен, что с нынешним цейтнотом смогу изыскать возможность проторчать половину дня на кухне.

После ужина забрал свой чемодан, получил у Цуцуи-сан пару комплектов постельного белья, про которое я, будучи глупым мужчиной, не привыкшим налаживать уют, позорно забыл. Да и не было у меня своего нужного размера. Не воровать же простыни из съемной квартиры? Я, может быть, и приобрел некоторую склонность к клептомании, но растрачивать криминальные навыки на подушки и одеяла как-то совсем уж мелочно. Принял было решение, что обязательно отдарюсь аналогичным спальным комплектом, чтобы мои вероятные родственники не оказались в убытке, но Мияби сказала, что специально белье для меня купила. Догадывалась, что я забуду. Так-то не только для меня покупка, но и для нее самой. Сомневаюсь, что девушка теперь часто будет дома ночевать.

Сестренка пока переселяться не спешила. Хитрая бестия сообразила, что переезд и освоение нового жилья – дело хлопотное, то есть лучше их свалить на шею старшему братику. Первым делом убедился, что моё бенто с маузером на месте. Теперь для пистолета нужно найти новый тайник. В идеале такой, где оружие не свяжут со мной, но я не стал мудрить и спрятал попросту в чулане под лестницей, где повезло наткнуться на дюжину других старых бенто-боксов. Пред тем, как спрятать, вскрыл коробку и проверил, что сырость до содержимого не добралась. Затем не пожалел клейкой ленты на то, чтобы крышка у ящика для обедов стала очень тугой и не открывалась без значимых усилий. Теперь если кто-то его и попробует взять для своих целей, то отложит, как неудобный. И Тику заранее предупрежу, куда лезть не стоит.

Выполняя все манипуляции, не забывал об осторожности. Надел тонкие зимние вязаные перчатки, которые не очень стесняли руки, но позволяли не оставить на бенто своих отпечатков. Если кто-то и найдет маузер, то я смогу смело соврать, что он не мой, остался от прошлых жильцов. С полицейскими жетонами тот же трюк не пройдет. От них я решил избавиться, как от компрометирующих улик. Аккуратно выбросить в урну на автобусной остановке в центре. Выдать себя за молодого копа с фото на удостоверении я все равно не смогу, слишком не похож на меня. За девушку-полицейскую тем более не получится.

И вот вроде бы не так много вещей с собой привез, но чтобы разобрать чемодан, кучу времени потратил. Хорошо хоть в какой-то момент пришла в гости Мияби и начала помогать. А еще лучше, что осталась у меня до утра, как и значилось в моих коварных планах.

Шелковые простыни и новенький матрас, идущий в комплекте с большой кроватью, были выше всяких похвал.

Хотел бы я сказать, что мне сегодня ничего не снилось. Но нет, я получил еще одно напоминание о том, насколько гадкой личностью являлся Хидео-сан. Получил знание об еще одной его афере, которую негодяй проворачивал неоднократно в разных частях страны, с интервалом приблизительно в десять лет. Авантюрист показал себя еще и брачным аферистом. Старательно создавал себе имидж завидного жениха, наследника родовитой, как правило, столичной, семьи, вынужденно находящегося в провинции. Выбирал не очень знатных и не всегда красивых девушек из богатых родов и женился на них, получая приданое, которое всегда брал деньгами и украшениями. Далее сбегал с ценностями.

Часто пропадал после первой брачной ночи, если невеста оказывалась миловидной, но бывало, что и до, если девушка не нравилась. Вкусы в оценке женской красоты у нас с подлецом оказались до неприятного схожими. На тех, кого он отверг, и я бы не взглянул. А ставшие его женами и от меня высокую оценку внешности получали.

Конечно, и так знал, что мой темный попутчик – многоженец, что, на мой взгляд, довольно мерзко. Но другие виденные мной его семьи хотя бы имели видимость нормальных. Тут же максимум того, что получали девушки – одна ночь. Очень нечестно по отношению к женщинам, которых авантюрист в себя влюблял. Он был просто неотразим и находил ключик к любому сердцу.

Дорога на работу на следующее утро показалась мне до зубовного скрежета долгой. Хорошо еще Цуцуи заранее знала, во сколько надо выходить и каких номеров автобусов придерживаться, чтобы успеть вовремя. А то мог бы и оконфузиться, опоздав.

Новых открытий утро пятницы мне не принесло. Ну разве что частично приятную новость – мою инициативу по детским спортивным секциям пустили в работу. Назначили ответственного за их обзвон и выяснение, кому чего не хватает. Почему частично? А потому, что “торчащие гвозди забивают”. Выделился, проявил инициативу, вот и исполняй ее. Ответственными стали я и моя девушка. Мы получили список школ и задание выяснить их потребности. Так и сидели на телефонах до самого перерыва, в отдельной комнате, которую можно назвать колл-центром. Через телефонную линию моя харизма продолжала работать без сбоев, сведения копились. В том числе и об обновлении бейсбольного инвентаря в Фурин.

После обеда я написал заявление на кратковременный отгул, и отправился в полицейский участок, подавать заявление на проверку моего парковочного места. Это будет не обычная бюрократическая формальность. Ко мне в гости наведается настоящий патрульный и проверит, подходят ли мои условия для проживания в них автомобиля. Будет ли стальной питомец у меня сыт, достаточных ли размеров лежанка и чистый ли лоток. Утрирую, конечно. Но такое впечатление, что социальная служба, проверяя условия, в которых окажется ребенок, тратит меньше сил на инспекцию его комнаты. Во всяком случае, проверить, как там поживает Тика, ко мне никто до сих пор не пришел.

Что самое главное в получении справки – оплатить госпошлину. Не бесплатно же ко мне страж правопорядка придет. Со всеми сборами и бланками целых четыре тысячи йен набрались. Еще одно разорение. В остальном – рутина. Пришел, подождал в очереди, показал квитанцию об оплате госпошлины, узнал, что мне придет СМС, когда справка будет готова.

– Простите, я могу как-то узнать судьбу своего обращения, оставленного онлайн на сайте полицейского департамента? – подошел я к стойке дежурного. Сверившись со смартфоном, продиктовал номер.

– Оно находится в работе. Вам придет емайл, когда что-то изменится, – ответил мужчина средних лет в форме патрульного, вбив номер в компьютер. Вот так бывает – устраиваешься на работу в полицию, проходишь строгий отбор, учишься стрелять и приёмам рукопашного боя. После чего тебя ставят на должность обычного администратора, не требующую особенных навыков, только соблюдения инструкций.

Участок, в который я обратился, располагался неподалеку от Фурин, а потому я, прикинув, что у юных спортсменок наверняка уже закончились уроки, написал Тике, уточняя, возможно ли собрать ее подруг на подобие тренировки. Та ответила, что да и пообещала, что скоро все будут.

И вот я стою на школьном стадионе, а передо мной выстроились двадцать девочек возрастом от тринадцати до пятнадцати, одетые в синие спортивные костюмы. Даже переодеться успели. Хватает знакомых лиц. Кроме сестренки, тут Ринне-тян и Хина-тян.

– Перед вами Ниида Макото, наш новый сенсей. Мой почтенный старший брат, я про него вам рассказывала, – представила меня всем Тика. Поклонились девчонки вразнобой.

– Минуточку внимания, – попросил я. – Бейсбол всегда был от меня далек, но есть общие принципы пути к победе, которые великий Миямото Мусаси изложил в своей книге Пять Колец. Не буду надеяться, что все вы ее прочли. Кто читал? Поднимите руку.

Ладошку в направлении неба вытянула одна лишь Тика. Соврала, конечно. В лучшем случае заучила десяток цитат из интернета, чтобы блеснуть при случае интеллектом.

– Не буду заставлять вас. Стратегия, а именно ей учит книга Миямото-самы, безусловно, дело в первую очередь тренера. Главное, что вам должно знать – у нас будет стратегия, обрекающая вас на победу. Ваше дело командный дух, уверенность в своих силах и исполнение инструкций. Как моих, так и Натори-сан.

– Ниида-сенсей, а в чем будет заключаться наша стратегия победы? – спросила незнакомая мне девочка, самая высокая в команде. Ей бы баскетболом заняться. В бейсболе рост преимущества не дает.

– В том, чтобы знать своего противника и использовать его слабые стороны, – уклончиво ответил я. Не говорить же им, что я собираюсь играть грязно.

– Вы хоть мяч бросать умеете? Не похожи вы на спортсмена, – сказала еще одна юная бейсболистка.

– Я никогда не играл в бейсбол. Но так как я буду следовать принципам Пяти Колец, уверен, что отбить мой бросок будет сложно для любой из вас. Проверим?

Глава 20

Я не соврал, когда говорил о том, как далек от бейсбола. Ни в школе, ни в университете я к битам, мячикам и гротескным перчаткам даже не прикасался. Конечно, жить в Японии и совсем избегать едва ли не самого популярного вида спорта не выйдет ни у кого. Хотя бы базовые правила мне известны.

Девочки пошушукались и выставили с битой против меня ту самую длинную, которая не постеснялась задавать каверзные вопросы. По-своему хорошее качество, но наше общество может на него смотреть, как на негативное. Авторитет старших, по обычным представлениям, незыблем. Даже если этот старший – забавный толстяк, никогда не выходивший на поле, но вдруг назначенный на тренерскую должность.

Биту девушка на позиции бэттера держала вроде бы правильно и умело. Скорее всего, играла и раньше, состояла в аналогичной секции в своей прежней школе, например. Я встал на место питчера и уронил сначала ведерко с мячиками, а затем и сам снаряд, взятый из ведра. Школьницы захихикали. Я того и добивался. Все, кроме Тики, готовой исполнить роль кетчера и поймать мячик, когда его не смогут отбить. Сестренка смотрела на меня со всем почтением, полагающимся дочери самурайской семьи при взгляде на старших родственников. Превосходно у нее играть получается. На деле девочка очень хорошо ко мне относится, по-семейному, но без лишнего почитания, чему я рад.

Принял полагающуюся стойку, точнее, примитивную пародию на нее. Мяч взял тремя пальцами, как положено, но явно с грубой ошибкой, судя по кислой мине девочки с битой. Какие бы ловкие руки у меня сейчас ни были, бейсболист – это не жонглер, все равно по-настоящему хорошо бросить не сумею. "Война – это путь обмана". Так говорил не Миямото Мусаси, а древнекитайский философ Сунь Цзы. Очень точное выражение.

Я замахнулся напоказ, всем своим видом показывая, что бросать буду бесхитростно, но сильно. Бейсболистка явно спрогнозировала траекторию полета и взмахнула битой. Но кинул мяч я едва-едва, на точность, так как испытал обоснованные сомнения в том, что смогу попасть в перчатку Тики. Попал.

– Так нечестно! – воскликнула бэттер. – Вы сжульничали!

– Бейсбол – это путь обмана, – сказал я ей. – Так говорил мудрый тренер Магоро-сенсей, – я попросту перевел имя “Сунь Цзы” на японский по его значению.

– Вы же говорили, что ничего не понимаете в бейсболе, – нашлась “Высокая”.

– Но понимаю в том, как побеждать. Кто в вашей команде капитан?

– Я! Тормасу Мэй, третий год обучения! – именно капитан и взялась испытывать подозрительно толстого нового тренера. Похоже, что вообще весь бейсбольный клуб строился вокруг ее персоны, как самого авторитетного игрока. – И вы все еще меня не убедили. Это была случайность!

Случайности произошли еще пять раз подряд, пока у меня в ведерке не закончились мячики.

– Как! Как вы это делаете? Ваши броски совсем слабые, их любая отобьет.

Вероятно, почти каждый опытный взрослый игрок справился бы с моими придуманными на ходу финтами с закрытыми глазами. Но девочки, привыкшие к честной игре и броскам на скорость, не справлялись с хитростью.

– Бейсбол – это путь обмана, – повторил ей я. – Без обмана не победить. Кроме того, Миямото Мусаси говорил “знай своего врага”. Тормасу-сан, что вы знаете о вашем грядущем сопернике?

– Частная академия Акацуки, – объявила девочка и я не смог удержать хохот.

– В ней что, учатся шиноби-отступники S-ранга? – через смех уточнил я. Именно такое имя в самой лучшей манге всех времен носила злодейская организация, породившая множество культовых персонажей.

– Зря смеетесь, Ниида-сан. Академия Акацуки так называлась задолго до выхода того дурацкого аниме про ниндзя-колдунов, – не разделила моего веселья капитан команды. – В прошлом году они заняли второе место на соревнованиях префектуры, почти отобрались на большой весенний турнир в Токио, уступив лидерам всего один балл.

Пренебрежительное отношение к “Наруто” меня немного покоробило. Это же классика, такая же неотъемлемая часть японской культуры, как сумо или рамён. Но спорить из-за вкусов со школьницей дело гиблое. Это у Тики правильные предпочтения сформировались. А исправлять ее сокомандниц мне совсем не обязательно.

– У вас есть список их игроков? Кто на какой позиции играет? Их сильные и слабые стороны? Ваши сильные и слабые стороны? Составьте, Тормасу-сан.

– Как я смогу это сделать? – удивилась девушка. – Я же не знаю, кто в этом году у них в команде.

– Сестренка, поможешь своей семпаю? – спросил я.

– Да, Ниида-сенсей! – бодро отрапортовала Тика. – Я уже все придумала. Мы, как настоящие шиноби, прокрадемся к ним на тренировку и всё узнаем. Нам потребуется форма школы Акацуки, добудем.

– Но это же нечестно, – прозвучал новый протест. На этот раз от одной из пока еще безымянных девочек.

– Все тут ценят и уважают Такэду Сингэна? – спросил я. – Он был большим поклонником использования лазутчиков в своей стратегии. Почему мы должны брезговать методами, которые использовал Такэда-сама? Школа носит имя в честь его девиза. Так соответствуйте.

– Натори-сенсей не одобрит, – прозвучало еще одно возражение.

– Одобрит. Вы же не собираетесь сделать что-то плохое? Просто посмотрите на чужую тренировку, может быть, видео снимете. Разве профессиональные спортсмены так не делают? Спрошу у Тайфу-сана при случае, уверен, что он подтвердит.

– Война – это хитрость, так Такэда Сингэн говорил, – добавила Тика.

– На этом сегодняшний урок закончен, – не пожелал я и дальше терять время. – Самое главное уяснили? Собирайте информацию о противниках и о себе. Уж список своей команды с сильными и слабыми сторонами составить сможете?

– А финтам вы нас не научите? – это Хина спросила. – Которыми Тормасу переиграли?

Не удалось сбежать. Следующий час я в меру своих сил объяснял девочкам азы того, как читается язык тела и как при его помощи скрыть свои намерения. Думаю, одна лишь сестра меня и поняла. Не уверен, что сделал что-то хорошее, научив невинных школьниц обманывать.

До конца дня отгула у меня еще оставалось время. Потратил его на то, чтобы съездить к себе на старую квартиру и забрать остаток вещей. На машине это было бы не так хлопотно. Но когда она будет-то? Проверять парковочное место могут прийти нескоро. Просить о помощи Ханну-сан или Красную женщину я посчитал неуместным. Брать авто в аренду не позволила жадность.

Перевезя пару больших коробок со скарбом, взялся за фотоловушки. Скинул материалы с камер себе на ноутбук, убедившись, что ничего достойного на них заснять не получилось. Так, крупный темный силуэт. Где-то смазанный, где-то более четкий. Их даже в полицию не отдашь, которая, между прочим, продолжила манкировать обязанностями. Медики просто обязаны были доложить о стычке, вылившейся в травму Тодороки-куна. И что сделали стражи порядка? Одно большое ничего.

Скинув материалы и почистив карты памяти, расставил автоматические камеры вокруг своего дома. Самую лучшую, с GSM модулем, снова установил напротив входной двери. Заодно проконтролирую, в какое время дня сестра возвращается из школы. Если начнет прогуливать или сбегать с последних уроков, узнаю об этом. Замаскировал я объектив в букете искусственных цветов, так удачно стоящем в вазочке напротив входа.

Так до вечера и провозился. А там уже и Мияби пришла, начав помогать мне готовить нам ужин. И Тика вернулась, во-первых, с вещами, которые забрала у Цуцуи, во-вторых, с новостями. Ей досталась комната наверху. Которой девочка осталась очень довольна, хотя для вида чуточку ворчала. Мол, и обои не такого цвета, и татами на полу жесткие, и кровать побольше могла бы быть.

– Ну ты, братик, и отжог, – поделилась она впечатлениями. – Видел бы ты, как эта задавака Тормасу смущалась, когда всем объясняла, что она на самом деле хорошая отбивающая, это ты бросал неправильно.

– А она хорошая?

– Вроде как в чемпионской команде в своей старой школе в Нагано состояла, – пожала плечами Тика. – А еще мы надыбали фото формы школы Акацуки…

– Черная с красными облачками? – не удержалась от смешка Мияби.

– Им стоило бы переименовать школу, – заметил уже я.

– Нет, форма у них красная с белым. Цветов национального флага. Ну мы с девчонками вспомнили, что у кого тех же цветов есть. Набрали на два комплекта. Завтра выберем, кто из наших посообразительней и сходим к ним на субботнюю тренировку посмотреть. Я и Хина, наверное.

– И Ринне согласилась, что не она? – удивилась Мияби.

– Она ростом не вышла. Мы форму определенного размера собрали. А идти и покупать из-за такой ерунды никто со своих карманных денег не захотел. Прикинь, братик, другим девочкам карманные деньги выдают.

Намек оказался прозрачней некуда. Оторвал от сердца пять тысяч йен. Моя жадность цеплялась за них своими хваткими лапками, но для семьи мне ничего не жалко. Как зато сестренка расцвела, получив деньги!

Следующим утром меня разбудил громкий телефонный звонок.

– Что это за изверг придумал позвонить утром субботы? – проворчала находящаяся рядом Цуцуи.

Номер был незнакомым. Может быть, фальшивая Кагешуго решила, что утро выходного дня – самое лучшее время, чтобы начать меня шантажировать и я узнаю, что ей вообще нужно.

– Хьяло, – сказал я в трубку на бенгальском.

– Привет, Чемпион. Что, готов показать всем, как ты крут и какая Айдол-тян красотка? Я вам собраться помочь приехала. Спускайся, встречай. Только штаны надеть не забудь. Хи-хи!

Упоминание брюк перекинуло мои мысли на раненое бедро. Провел пальцами по зарубцевавшемся следам даже не исходной царапины, а медицинских стяжек, которые недавно удерживали края поврежденной кожи. Все замечательно заросло. Все же регенерация у меня аномальная, вынужден признать.

Перетерпел сборы. Красная оказалась чудо как дальновидна. Она, Мияби, Тика и прибежавшая познакомиться с настолько важной персоной Ринне часа два перебирали гардероб моей возлюбленной и ее матери, перемещаясь от дома до дома. Хотя по мне и самые первые варианты смотрелись прекрасней некуда. Может быть, я необъективен и это влюбленность делает любое платье неважным.

Наконец, сели и поехали. Сегодня за нами безымянная приехала на автомобиле представительского класса с шильдиком Ниссана на капоте. Я бы предпочел Тойоту, но это субъективно. Все японские марки одинаково хороши. Вполне возможно, что другие бренды не смогли предоставить ничего столь же приличного красного цвета. А демонов как-то отпугивать ведь нужно. Или удерживать внутри.

– У нас принято петь во время долгих поездок, – совершенно неожиданно для меня предложила Цуцуи. – Макото, ты первый.

Пришлось исполнить песенку про пончики, так тронувшую за душу Акеми.

– Твоя очередь, – обратился я к Красной. Интересно, не споткнется ли она об имена в тексте песни?

– Ты сам этого захотел, Пончик! – в зеркале заднего вида я увидел ее хищную улыбочку. Не сбавляя скорости, она подключила смартфон к аудиосистеме и из динамиков полилась музыка. Инструментальная версия популярной композиции “Мчаться в ночь”, что звучала несколько лет назад вообще отовсюду. Песня о несчастной любви, одиночестве и внутренних демонах, пожирающих человека. Вокальную партию исполнила сама безымянная. Меня проняло. Красная женщина, как бы ее ни звали, могла бы пойти на любой музыкальный конкурс, исполнить один куплет и получить лавры победительницы. Остальные конкурсантки сами бы приползли к ней на коленях, умоляя забрать первое место. Или это у одного меня такая реакция? Да нет. Цуцуи рядом со мной немного прослезилась. Надеюсь, у нее тушь не потечет и глаза не покраснеют. Определенно, певица, звучавшая из каждого второго радиоприемника, справилась не настолько хорошо.

– Ну как? Айдол-тян, у меня получилось?

– Это было чудесно, но очень грустно. Пожалуй, хватит на эту поездку музыки.

Приехали мы в итоге в роскошный клуб “Небесный оазис”, состоящий из отдельных домиков в традиционном стиле, разместившихся вокруг ультрасовременного основного здания. Тут даже собственный онсен имелся, причем не искусственный, а самый настоящий, геотермальный. К сожалению или наоборот, счастью, раздельный, по укладу нынешнего столетия. Скорее к удаче все же. Мне совершенно не хочется, чтобы посторонние мужчины глазели на обнаженную Мияби. И самому мне на чужих голых красавиц глядеть особых резонов нет. Все одно до имеющегося у меня идеала ни одна из них не дотянет. То есть убыток будет больше прибыли. Излишне бухгалтерский подход, но такой уж я есть, склонный к оцениванию.

На парковке отеля я увидел его – ядовито зеленый мотоцикл Кавасаки, с аэрографией английского “бейби” на топливном баке. Вот она, “Крошка” Акумы-куна. Мне байк не понравился. Показался похожим на пришельца из далекого космоса, которому на земле не место. Тот, из мотосалона в Хиросиме, посимпатичнее смотрелся, на мой вкус. Более приземленным и понятным.

– Таааак. А где шлем? – грозно протянула безымянная. – Принц опять все мои инструкции нарушает. Ну и получит же кое-кто по венценосной заднице! – и убежала искать своего подопечного. Чуть было не ляпнул мысленно, что босса, но кто у них в дуэте старший – очевидно. И не в пользу Окане-куна. Да что там, я не уверен, что главным можно было считать Цукиши-саму, пока тот находился в добром здравии и самолично возглавлял совет директоров.

Сам удивился, но отдых в клубе мне неожиданно понравился. Размеренный и степенный. Вкусная еда, никуда не спешащие, знающие себе цену посетители, среди которых я внезапно опознал начальника полиции Кофу, а также…

– Добрый день, Кикучи-сан. Ищете здесь Кагешуго? – подошел я к знакомому копу. Он выглядел так, будто с картины сошел. Нет, с киноэкрана. Из фильма о суперагенте. Идеальный белый смокинг, чарующая улыбка. Разве что прекрасной спутницы не хватает. В этом плане я самого молодого инспектора современности переиграл. Вокруг много красивых женщин, но ни одна и близко к Мияби не подобралась.

– Ниикура-сан. Не знал, что и вы здесь. Позвольте угадать, покерный турнир, который будет вечером, – полицейский говорил тихо, будто кто-то подслушивает. – Я в курсе, как вы развлекались в Хиросиме. Хотел было всем участникам вашей игры обвинения предъявить, но это совсем не мой род деятельности. Девушка рядом с вами точно не Кагешуго, но очень мила. Не смотрите на меня так угрожающе, не претендую. Цуцуи-сан, я вас узнал по фото из материалов дела.

– Того, которое про звонивших мне с угрозами преступников из токийской тюрьмы? – уточнил я. – Не хочу говорить плохо о ваших коллегах, но надеялся на более осязаемый результат, инспектор. И, позвольте пожаловаться еще раз, за прошедшую неделю мою квартиру ограбили дважды. Об одном случае я вам сообщал, второй произошел всего несколько дней назад, во время наводнения. И по нему меня даже не допросили, как свидетеля, хотя пострадал мой друг, ему ногу сломали.

– Ниигучи, не начинайте, я сегодня не на работе. Ваше возмущение справедливое, но не своевременное.

– Кикучи-сан, когда Макото к вам за помощью обращается, вы постоянно не на работе. Вы вообще когда-нибудь работаете? – добавила еще и своего недовольства Мияби.

– Цуцуи-сан, прошу меня простить. Ниисэки, пришлите мне в понедельник всю информацию по делу. Я ознакомлюсь. Но вы не ответили про турнир. Участвуете? Я вот да.

– А это вообще законно? Я не очень разбираюсь, но слышал, что азартные игры в Японии запрещены. Разве не так?

– Хитрый лис вы, Ниидоно. Так и не признались, – рассмеялся полицейский. – Все легально, оформлено как частное благотворительное мероприятие, главный признак которого – отсутствие денежных призов. Сколько бы вы сегодня ни выиграли – ни йены не получите. Имейте в виду.

Глава 21

Информация о том, что денежного приза не будет, меня немного покоробила. Акума-кун прямо сказал “выигрыш оставишь себе”, когда принялся завлекать меня на покер. И не врал, когда говорил. Уж я бы распознал. Получается, сам на тот момент не знал.

Но я все-таки решился его найти и уточнить. Отыскал парня на втором этаже главного здания, в обществе сразу двух юных красоток. Его ровесниц, имею в виду.

– Окане-сама, – коротко я поклонился юноше. – Благодарю вас за приглашение в настолько чудесное место. И кухня, и онсен, и окружающие виды выше всяких похвал. Восстанавливаюсь душой после всех неурядиц.

– Дамы, познакомьтесь, это Ниида Макото, сооснователь благотворительного фонда имени моего деда Окане Цукиши. Ниида-сан – человек с большим сердцем, – обе девушки явно были не прочь заметить, что большое у меня не только сердце, но и живот. Но им хватило воспитанности промолчать.

– И его спутница, Цуцуи Мияби, важная сотрудница Окане Групп, – о том, что должность моей возлюбленной самая низовая, исполняющий обязанности председателя умолчал. Вот на нее посмотрели, как на потенциальную соперницу за внимание богатого и перспективного жениха. – Представляете, Цуцуи-сан одна из тех редких женщин, кто не поддался на моё обаяние и отклонила приглашение на ужин. Хотя я был само очарование. Может быть, хотя бы вы меня не бросите в одиночестве?

Теперь на Мияби смотрели, как на дуру, выбравшую старого толстяка, и не попытавшуюся заарканить Акуму-куна или хотя бы часть его состояния через дорогие подарки при скором расставании. О чем-то большем, чем краткосрочная интрижка, речь в любом случае идти не могла и обе охотницы на мужчин явно это понимали. Как хорошо, что я вне поля их интереса.

– Ниида-сан, переговорим коротко о делах фонда? Позволим девушкам припудрить их прекрасные носики, – предложил Окане. – Я надеюсь, что сегодняшний вечер фонд хорошо пополнит и мы сможем помочь большему количеству людей.

– А я вас знаю! – вдруг воскликнула одна из девиц. – Вы тот, кто дрался с минамигоном за золото и прогнал его.

– Точно-точно, один мой друг даже собрался в поход в горы Минами искать следы этой обезьяны! – узнала и вторая. – Вы, Ниида-сан, сможете отлично заработать, если начнете водить экскурсии.

– И продавать мерч! – добавила вторая. – Я работаю в маркетинге и знаю, о чем говорю. Регистрируйте товарный знак, выпускайте плюшевых минамигонов и будете очень богатым человеком.

– Ниида-сан и так не беден. Он пожертвовал два миллиарда сиротскому приюту, – добавил мне рекламы Акума. – На что карма ответила находкой золотого клада стоимостью в десятки миллиардов.

Мои акции в глазах девушек заметно выросли. Теперь они, кажется, поняли, что толстый голодранец позабыл в настолько изысканном заведении. Показалось, что та, которая слева, даже начала прикидывать, не получится ли меня увести у Мияби и наложить свои холеные ручки на мои капиталы.

– Дамы, позвольте нам все же переговорить, – прервал их Акума. – Уверен, Цуцуи-сан удовлетворит ваше любопытство по поводу ее жениха.

– Идея с плюшевыми игрушками и товарным знаком дельная, – сказал я юноше, когда мы отошли в сторонку. – Советую дать распоряжение о разработке дизайна и заказать пробную партию.

– Пожалуй, надо узнать, что это за девушка и нанять ее, – решил Окане. – Забыл уже ее имя, хотел просто пофлиртовать. Но она не дура, такие люди нам в маркетинге будут нужны, особенно когда вычищу там подпольщиков. Моей шпионкой там будет. Я подумал, что свои шпионы будут нужны в каждом крупном подразделении.

– Идешь по заветам Такэды Сингэна. Он приветствовал использование лазутчиков.

– Ой, только не начинай про всех этих самураев и исторические хроники. Мне дед их разве что палочками через уши запихать не пытался. Большой любитель истории. Как думаешь, не мог он притвориться, что заболел, когда на меня ответственность спихнул? Понял, что я готов, выпил какие-нибудь пилюли для имитации сердечного приступа. Заранее врачей купил. А ОНА деду помогала.

– У тебя мудрый дед, Окане-сан. Давай обговорим сегодняшний вечер. Турнир точно законный?

– Полностью. Настолько, что начальник полиции своего участника пропихнул. Надеется, что все выигранное им уйдет. Весь выигрыш в благотворительный фонд пойдет, а в какой именно – укажет победитель. У полицейского управления свой есть. Я так подумал, что ты, семпай, все равно все деньги на что-то хорошее потратишь, вот и не стал заранее предупреждать, – удивительно, но верит в свои слова. Искренне считает меня идущим по пути отказа от богатства.

– Так-то я надеялся, что и для себя что-то получу. У меня расходов много. Дом арендовал, машину купил.

– Да ну! Покажи! На ней приехал? А нет, за тобой ОНА сегодня ездила.

– Пока не оформил. Сейчас тебе фотографию пришлю, – удержать Короля Марка Второго в секрете от коллег я и не надеялся. Хвастать не хотелось, но и скрывать не стал.

– Я был прав насчет тебя! – воскликнул Окане. – У тебя душа гонщика, если выбрал такую тачку. Всю наличность на нее спустил, наверное. Какая красавица! Это не какая-то заштатная феррари, а настоящая японская классика. Давай погоняемся. Я на своей крошке, ты на своей. Весело будет! Или хочешь, я что-то с четырьмя колесами себе возьму, чтобы все совсем по-честному было. Байк всегда тачку уделает, какого бы тюнинга на нее не навертели.

– Я машину купил, чтобы на работу ездить. И к отцу в деревню.

– Такую?!! В деревню грунтовку месить? – в голосе молодого наследника империи Окане слышалось “Такую, святотатец?”

– Да, именно. Ты ведь слышал о ралли? Это намного экстремальнее, чем гонки по обычным асфальтированным дорогам. Нужно редкое мастерство. У меня такого нет, буду понемногу тренироваться в свободное время. Когда-нибудь дойду до того, чтобы попробовать, – соврал я, лишь бы он отвязался с дурацкой идеей. Говорить твердое “нет” вышестоящему начальство очень невежливо, пришлось отмазку придумать.

– Это тебя поездка на квадроцикле так вдохновила?

– Да. Ты не представляешь, сколько адреналина она принесла. Весь купался в нем, пока доехал, а уж когда кувырком летел – так и подавно. Но слишком страшно для меня. А в машине ремни безопасности есть. Без них даже на велосипед теперь не сяду. Поэтому про идею подарить мне мотоцикл лучше забыть, я его слишком боюсь.

Вроде как отбрехался. Больше затею посоревноваться молодой человек мне не предлагал.

– Скажи, а для чего я вообще тут нужен? Не ради надежды на победу ведь?

– Нет. Для того, чтобы я посидел среди других спонсоров мероприятия и личные знакомства завел. Как Окане Акума, а не как “внук того самого Цукиши-самы”. Так ОНА предложила. Ее лучше слушаться по важным вопросам.

Надолго “бейби-босса” я разговором занимать не стал. А то еще подумает кто-нибудь что-то лишнее. Прикрытие в виде возможного пополнения фонда оказалось идеальным для моего присутствия здесь.

Случайных гостей в Небесном Оазисе на нынешних выходных, насколько я понял, не было. Сплошь богатые и влиятельные, получившие именные приглашения.

А вечером настало время большой игры. Двадцать пять игроков за пятью карточными столами, расположенными полукругом. У каждого стола свой дилер, занимающийся раздачей карт. Те более плотные, чем мне привычно, скорее пластиковые, чем картонные. Для зрителей отведена половина зала со столиками, как в ресторане. На каждом столе монитор.

– Вот ваше место, Цуцуи-сан, – Акума-кун, изображая галантного хозяина, подошел к одному из столиков, где имелась табличка с именем. Будучи человеком внимательным, прочитал и остальные имена, самого Окане-сана в их числе не увидел. Все какие-то неизвестные личности.

– А не будут зрители подсказывать игрокам? – тут же простодушно спросила Мияби. Она еще не сообразила, насколько тут серьезный подход, будучи далека и от азартных игр, и от современных технологий.

– Трансляция с десятиминутной задержкой. Если ее будет мало, режиссер приостановит. Общение игроков со зрителями запрещено в любом виде. Все гаджеты надо будет сдать. Все карты антивандальные, их не так просто повредить, колоду заменяют с интервалом в полчаса. Внутри каждой карты уникальный микрочип. Он нужен, чтобы избежать шулерства и отслеживать, что у кого на руках при трансляции. Все по новейшим американским технологиям, – юноша рассказывал с такой гордостью, будто самолично приложил руку к организации турнира, а технологии его личные.

– А моя цель?

– Продержись как можно дольше, семпай. Если сможешь выйти во второй круг, когда за каждым столом останется только один игрок, вообще замечательно. Мне нужно больше времени, чтобы пообщаться с другими спонсорами о бизнесе неформально.

– Ага. Понял. Время на обдумывание каждого хода лимитировано?

– На первый раунд выделяется четыре часа. Если по его окончании за столом останутся игроки, побеждает тот, у кого на руках будет больше денег.

Мне в голову пришел простейший способ исполнения просьбы босса, за который меня возненавидят все игроки – тщательное обдумывание каждого действия, которое будет заканчиваться пасом при минимальных ставках. За четыре часа не поручусь, но что-то вытерпеть получится.

Уже собирался сдать телефон обслуживающему персоналу, как тот зажужжал, сообщая о том, что мне написали в Лайн.

Ниида Тика: Братик, гипотетически, если у кого-то дома ртутный термометр разбился – это очень страшно?

Ниида Макото: ЧТООО??? Гипотетически?!

Ниида Тика: Ну, одна девочка из нашей команды разбила. У нее внезапно сильно температура поднялась, начала мерить, пошла в туалет и там градусник у нее из подмышки выпал прямо на кафельный пол. Теперь что, ей только съезжать в другой дом? Она сильно отравится?

Ниида Макото: Зачем она пошла в туалет с термометром?

Ниида Тика: Пописать. Ей очень хотелось. А перемерять не хотела.

Ниида Тика: В интернете пишут, что ей надо звонить пожарным, уйти из дома на два года и избавиться от одежды, в которой была. А лучше сжечь весь дом! И залить его химикатами.

Ниида Тика: А ртуть прикольная. Такие мелкие блестящие шарики. Их катаешь, они слипаются.

Ниида Тика: Ринне говорит, что всё, если дотронулся до ртути, то она впитается, как демоническая кровь в манге “Убийца демонов” и человек умрет. Но эта девочка не дотрагивалась, собирала палочками для еды на бумажку, а потом в унитаз. Но ртуть осталась на дне унитаза? Его теперь выкидывать, да? А еще у этой девочки очень крутой старший брат, который не будет сердиться из-за такой ерунды. Не будет же? Как ты думаешь?

Ниида Макото: Ханна-сан дома?

Ниида Тика: Братик, ты же не злишься?

Ниида Макото: Ханна-сан дома? Обязательно надо, чтобы взрослый человек посмотрел, что вы с Ринне-тян там такое натворили. В небольшом количестве ртуть не очень опасна. Нужно разбить десяток термометров и надолго остаться в комнате, чтобы сильно отравиться. Я так читал.

Ниида Тика: Ханна-сан строгая.

Ниида Макото: Тебя она наказывать не станет. А Ринне-тян ведь ни в чем не виновата? Все, мне пора начинать турнир.

Ниида Тика: Порви там всех. А температура, кстати, как началась, так и пропала. Ну прям вот как у тебя в тот раз в нашем с папкой доме.

– Ниида-сан, ваш телефон, – поторопил служащий. Пришлось отдать.

На минутку улизнул ото всех, подошел к Мияби и пересказал случившееся. По тому, как сжались кулачки моей девушки, я понял, что не ту Цуцуи нужно бояться двум маленьким катастрофам. Возможность созвониться с сестрой у Мияби есть. Выйти в коридор, попросить на время телефон и орать на испортивших ей отдых оторв в свое удовольствие. Даже осуждать ее за это не буду, хотя она у меня не такая. Не злобная и не стервозная. Наверняка просто испугалась, за обеих девочек. Слишком уж плохая репутация у ртути.

И две этих… эти… маленькие цундере. Только заселились в новый дом, как уже устроили в нем очаг химического заражения. Как кто-то такой же ловкий, как Тика, вообще может что-то уронить?

С тяжелыми мыслями я уселся за покерный стол и, весь в раздумьях, не обратил никакого внимания на своих соперников. Обычные мужчины примерно моих лет. Все как один в очень приличных дорогих костюмах и скучных серых галстуках.

Я угрюмо смотрел мимо них и только мимоходом заметил, что у меня король пик и десятка червей. Следуя ранее принятому решению, не стал ни пасовать, ни поднимать ставку. Все соперники поддержали. Затем вскрыли флоп, первые три карты. Дама червей, валет треф, девятка бубен. Стрит. Пять карт подряд. Жаль, что не одной масти. Я продолжил буравить участников турнира недовольным взглядом, прикидывая, как бы я сам ртуть собирал. Наверное, взял бы медицинский шприц и им втянул. А затем в герметичную баночку и отвез в службу, которая занимается утилизацией всего токсичного. Понятия не имею, в какую именно.

Несмотря на недовольный вид, а я так и источал раздражение, условным жестом показал, что поднимаю ставку на одну фишку. Поддержали трое из четырех. Еще одна карта и снова немного приподнял. Вскрываемся. У одного две тузов, у второго тройка королей, у третьего вообще мусор. Моя рука оказалась самой сильной.

Машинально отметил, как профессионально работает с картами дилер. Получше меня, пожалуй. Колода у него в руках – буквально живое существо. Залюбоваться можно, как он с филигранной точностью перекидывает всем игрокам карты рубашкой вверх. Каждый тонкий кусочек пластика отправляется точно к тому, кому предназначен. А наши руки еще и снимают. Реши я загнуть уголок, например, заметят и дисквалифицируют за намеренную порчу карт.

Пожалуй, современное техническое оснащение полностью лишало меня возможности смухлевать. Какой прок от туза в рукаве, если судьи у себя на мониторах видят весь расклад. Без хакера, взломавшего систему и прикрывающего шулера или сообщников в стане организаторов играть придется честно. Ну как честно. Главное оружие игрока в покер – блеф. А с ним у меня все превосходно. Оружие номер два – умение считать. И тут у профессионального бухгалтера снова все хорошо.

А еще мне подозрительно везло. До такой степени, что я задумался, не подкупил ли Акума-кун дилера, который явно сможет сдать любые карты, какие пожелает, настолько виртуозно перемешивает колоду. Как будто фокусы с ней показывает. Смогу ли я так же при желании? Не уверен! Ловкость рук есть, а десятков лет опыта, отданных покеру – нет. Хидео-сан предпочитал иные аферы, а с картишками баловался постольку-поскольку.

Раз за разом приходящие выигрышные комбинации я использовал. Постепенно на лице моем появилась довольная улыбочка, которая становилась шире с каждой новой вскрытой картой из флопа. Показывал всем, насколько я простой и открытый человек. Если расклад приходил не очень, сразу пасовал, часто еще до того, как вскрывали первые карты. Показывал, что я еще и трусоват.

Кроме того, я регулярно подзывал официанта со снеками. Голодом морить участников игры никто не собирался. А уж в том, что крошка от чипсов прилипла к той или иной карте, винить меня нечего, она совсем маленькая, и я ее тут же убрал. А вот запах остался. Ненадежный способ маркировки. Но хоть какой-то. За несколько раздач я добился того, чтобы все масти пахли разными вкусами. Васаби – пики, креветки – червы, нори – крести, и паприка – бубны. То, что колоду скоро поменяют, мне даже на руку. При перемешивании в ней карт и ароматы смешиваются. Нюх у меня в последние месяцы такой, что и собака позавидует, наверное. Если сосредоточиться. В повседневной жизни восприятие умеренно острое, а то бы стало во многом некомфортно.

Как-то так получилось, что мне, как простачку, соперники внимания не уделяли, сражались друг с другом, решив, что самого слабого можно и последним добить. Дождался, когда они взвинтят ставки и пошел ва-банк, то есть олл-ин, показывая языком тела, что я очень устал, неуверен в себе и хочу на банкет. Сделал вид, что сливаюсь. Все мои накопления оказались лакомым кусочком. Ставку поддержали и я сорвал банк со всех четверых. Ну и всё. Это отставание не наверстать, даже если они объединят капиталы.

Глава 22

Процентов семьдесят моей победы в первом круге я бы записал на счет аномальной удачи. Все четверо моих противников явно неглупые люди, которые отлично читали игру. Они, конечно, совершили большую ошибку, приняв меня за праздного дилетанта. Но буду с собой честным – если бы не прихоть богов, раз за разом посылающая мне победные расклады, никакой блеф не дал бы настолько простую и уверенную победу.

– Макото! Ты победил! – Мияби выглядела чуточку удивленной, но не шокированной. Поняла уже, похоже, какой парень ей достался. Поздравила меня легким поцелуем, который в условиях множества зрителей находился на самой грани приличий. А и плевать.

– Мне просто повезло сегодня. Наверное, небеса решили, что я заслуживаю компенсацию за все неудачи.

– Да, об этом. Мне разрешили позвонить домой из коридора. Мама добралась до девочек, устроила им строгий разнос и собрала всю ртуть резиновой грушей. Унитаз от воды отключила, вычерпала и со дна все собрала.

– Мое почтение Хане-сан. Я ее вечный должник.

– Будь уверен. Теперь младшие на несколько недель будут идеальными детьми. Я сама до сих пор маму побаиваюсь, когда она строгим тоном говорить начинает. И ведь не разу на нас с Ринне-тян руку не подняла. Все голосом.

Без обмана благодарен старшей женщине в семье Цуцуи. Она взяла весь удар детского недовольства на себя, в то время как я остался “клевым добрым братиком”. Не уверен, что у меня вообще повернется язык строго разговаривать с Тикой. Хотя выкрутился бы. Соврал бы что-нибудь убедительное про то, что нас за загрязнение окружающей среды ртутью накажут денежно и штраф ей, как виноватой, из своих карманных денег придется платить.

Досмотреть остаток первого круга турнира мне не позволили. Отвели в отдельную комнату ожидания, причем одного, без подруги. А то вдруг она перескажет мне тактику других игроков, подсмотренную через трансляцию?

Чем оказалась примечательна моя темница? Прекрасным банкетным столом с закусками. Так и завис у него до окончания срока. Продегустировал решительно всё.

Через некоторое время компанию мне составил победитель из-за второго стола. Победительница. Европейской внешности женщина лет тридцати пяти или сорока. Фигуристая, с несколькими лишними кило, частично ушедшими в грудь. Очень вероятно, что не без участия хирурга. До крайности нескромное голубое платье с вызывающе глубоким декольте и, верх неприличия, открытыми плечами. Совсем не в моем вкусе. Может быть гайдзинам и нравятся такие вот распутные блондинки, но не мне. Идеал – Цуцуи Мияби. Второй идеал – Акира, она же Акеми, она же Ёрико. А вот эта картежница далека от обоих эталонов.

Блондинка ослепительно мне улыбнулась. Слишком белые у нее зубы, явно специально отбеленные. Еще и нагнулась слегка, позволяя заглянуть в декольте.

– Hey there! I’m Rachel, by the way. We’re both moving up, huh? (Привет! Я Рэйчел. Мы оба прошли дальше, да?)

Я из всей ее фразы понял только имя. Но попытался ответить, собрав в кучку все свои зачаточные знания английского. Выговор у нее вроде бы американский, но это не точно.

– Эм... Rachel... hello. I am... Ниида Макото. (Эм... Рэйчел... здравствуйте. Я... Ниида Макото)

– Nice to meet you, Makoto. So, I didn’t see you play, but I’m guessing you were pretty impressive, huh? (Приятно познакомиться, Макото. Я не видела твоей игры, но предполагаю, что ты впечатлил, да?)

Вот так вот взять и назвать по имени почти незнакомца? Гайдзины странные. Кроме обращения ко мне я в ее фразе понял только “play”. Хвалит игру? Тон у нее дружелюбный и я бы сказал, что заигрывающий.

– Эм... yes... thank you... (Эм... да... спасибо...)

– Modest, huh? Well, I’m looking forward to seeing more of your... skills. (Скромный, да? Ну, я с нетерпением жду, чтобы увидеть больше твоих... навыков.)

– Эм... yes, yes... skills... thank you. (Эм... да, да... навыки... спасибо.)

– Maybe we can celebrate after the next round? You know, just the two of us. (Может, отпразднуем после следующего раунда? Знаешь, только мы вдвоём.)

Вообще ничего не понял. Но интонации явно заигрывающие. То, чего мне совсем не нужно. Пожалуй, я не стал бы с ней связываться, даже если бы находился вне счастливых отношений. Какая нормальная женщина будет вот так вот вешаться на абсолютного незнакомца? Еще и непрезентабельного толстяка. У них в Америке, правда, как пишут в интернете, толстых столько, что лишний вес уже считается нормой.

– Эм... sorry, no understand... (Простите, не понимаю...)

– Oh, that’s okay! Let’s just say... good luck in the next round, Makoto. (О, всё в порядке! Скажем так... удачи в следующем раунде, Макото.)

– Thank you... good luck, Rachel. (Спасибо... удачи, Рэйчел.)

Поклонился ей так вежливо, как сумел. Ответного поклона не последовало, что вызвало легкий укол раздражения. Если приезжаешь в чужую страну, будь добра, ознакомься с традициями и правилами поведения. Американцы, похоже, все такие бесцеремонные. Те военные, которых Хидео-сан облапошил с катанами, тоже вели себя как хозяева жизни. Обычно я к жертвам мошенника подобие сострадания испытываю, но не к тем.

Постепенно к нам присоединились еще трое. Двое пожилых японцев, явно знакомых между собой и ведущих оживленную беседу, а также инспектор Кикучи. Моя интуиция, которая ранее кричала о том, что коп не так прост, оказалась полностью по его поводу права.

– Ниидзима, и вы тут! – обрадовался мне коп. – Я так и знал, что вы большой хитрец.

– Мне просто очень сильно сегодня везло, Кикучи-сан.

Хотел было сказать, что, вполне возможно, Кагешуго удаленно взломала машину для перемешивания карт, чтобы затем меня ограбить, когда получу выигрыш. Это бы его мотивировало найти преступников, но вовремя понял, что если инспектор выйдет на телеоператора, то у меня появятся неприятности с законом. Ох… надо бы посоветоваться с юристом. Возможно, и для меня, и для Сакакибаре-сана лучшим выходом будет оформить его явку с повинной, с доведением до полиции информации о том, что ущерб компенсирован. Или если его вообще не станут искать. Какой же я глупец! Это все во мне раздражение на забравших глок патрульных говорило.

С такими мрачными мыслями я и вышел на вторую часть турнира. В общем-то, я свою задачу уже выполнил. Можно расслабиться. Продолжил играть роль случайно попавшего сюда простачка, открыто показывая своими эмоциями, что у меня на руках. Еще и показательную неловкость начал разыгрывать. Пару раз рассыпал фишки. Однажды даже карты свои “случайно” засветил Рэйчел и инспектору. Собственно, у меня все на лице написано было.

За первый час я ушел в минус, несмотря на то, что карты продолжали приходить хорошие. Своих противников я читать за этот час научился. Они молодцы, отлично блефовали, но раскусил всех. Сложнее всего оказалось с Рэйчел. Все-таки у гайдзинов странная внешность и непривычная мимика. Женщина что есть сил старалась быть милой, всем улыбалась, а ее грудь чуть не выпрыгивала из лифа платья, притягивая мужские взгляды. Кто бы удержался и не смотрел? Я вот смог. Настолько пышные дамы не в моих предпочтениях. Но остальные трое мужчин то и дело сбивались на американку, которая часто возбужденно комментировала свои карты на английском. Все это наигранность, сплошь лицедейство. На самом деле за выставленной напоказ сексапильностью скрывается холодный, как у компьютера, все просчитывающий разум.

Постепенно полностью проигрались оба богатых господина. Я остался в деле только за счет того, что ограничивался минимальными ставками. Победить я, пожалуй, мог бы. Но понял, что не хочу. Это раскрыло бы меня перед копом, как мастера блефа и обмана, что совсем мне не выгодно.

– Олл-ин, – пододвинул я все свои фишки к центру стола на очередной раздаче, дождавшись вскрытия флопа, то есть первых трех карт на столе, и не взглянув что раздали мне. Проиграю и остаток дня буду просто отдыхать. А то, что деньги достанутся полиции или непонятно кому, так в этом ничего плохого нет.

Противники спасовали. Я еще четыре раза подряд повторил тот же ход, заставляя их сбрасывать карты и сдаваться с минимальной потереей средств. Смогу так продолжать, пока кому-нибудь сильная рука не придет. На том мое участие в турнире и закончится. И ладно, чересчур много внимания к себе привлек уже.

Новый раунд, новый мой олл-ин после того, как открылись десятка пик, валет пик и король пик.

– Makoto, what the fuck are you doing? (Макото, что ты такое нахрен творишь?) – спросила Рэйчел. Тут бы ее кто угодно понял. Переговариваться за столом не возбраняется, хотя в основном все помалкивали.

– Да, Ниикура, что вы вытворяете? Как будто собрались слить игру, – поддержал Кикучи-сан.

– Понимаете, инспектор, я очень устал и проголодался. Третье место из двадцати пяти участников уже неплохо. Деньги в любом случае на благотворительность пойдут. Вы оба играете много лучше моего любительского уровня. Так чего мне сопротивляться? Но зато уйду из турнира красиво. Ставлю всё.

– Да вы половину стола с закусками в перерыве сожрали! – возмутился представитель полицейского управления.

– Мне нужно много есть, иначе начну худеть и придется менять свой гардероб.

– You're crazy, you fat little bastard! (Ты безумен, маленький толстый ублюдок!) – не уверен, поняла ли блондинка моё объяснение, но пододвинула свои фишки к моим. Ей явно повезло собрать что-то стоящее.

А следом и самый молодой карьерист полиции Страны Ямато к ней примкнул, поддержав ставку. Кажется, у обоих хорошие комбинации выстроились, раз рискуют.

Следующие две карты, называющиеся тёрн и ривер – пиковый туз и король червей. Инспектор плохо читался, но при открытии ривера чуть заметно улыбнулся.

– Come on, show the cards already! (Давай, покажи уже карты!) – потребовала американка и с торжествующим видом выложила четверку и тройку пик. Флэш, сильная комбинация.

Инспектор прекратил скрывать сейчас истинные эмоции и показал двух королей, крестового и бубнового. Вместе с имеющимися на столе пиковым и червовым у него выходило каре – четыре одинаковых карты. Он перебил Рэйчел, из-за чего она, не сдерживаясь, выругалась.

– Are you fucking kidding me?! (Ты что, издеваешься?!) – эмоционально воскликнула женщина. Ну вот как можно настолько несдержанной быть?

– Makoto, show your cards or I'll kill you! (Макото, покажи свои карты или я тебя убью) – обратилась блондинка уже ко мне. Какой ураган страстей в ней! Так увлечена игрой.

Я, не зная, что меня ждет, открыл первую карту. Двойка бубен. Шансы обыграть Кикучи-сана уменьшились до призрачных. Собственно, только одна карта могла бы меня спасти. Не отказал себе в удовольствии чуточку над всеми поиздеваться и выдержать интригу перед тем, как посмотреть, что там у меня такое.

Перевернул рубашкой вверх – дама пик. Я собрал роял флэш.

– Come on! It doesn't happen like that! Damn lucky guy! (Да ладно! Так не бывает! Чертов везунчик!)

Она назвала меня проклятым счастливчиком? Или я что-то не так понял? Инспектор выглядел шокированным донельзя. Совсем прекратил следить за лицом. Я изобразил вид счастливого победителя, но на деле был шокирован не менее соперников. Так не бывает! Это какая-то запредельная удача или подтасовка. Если первое, я бы хотел реализовать ее как-то иначе. Лотерейный билет купить, например. Или дело наоборот, в невезении? Я же хотел проиграть, а проклятие сделало, чтобы все пошло по иному пути, не так, как я хочу. Или Алая Ведьма ворожит где-то за кулисами? Не видел ее в числе зрителей. Но сомневаюсь, что персональная заноза Окане-куна все это время мирно релаксирует где-то в онсене.

– Я сдаюсь, Ниида-сан, – инспектор встал из-за стола и поклонился. – Спасибо за превосходную игру.

Он что, не перепутал мою фамилию? Правда? Немного боязно от одного лишь этого факта.

– Мне просто повезло, Кикучи-сан. Вы же видели, я играл вслепую, не зная своих карт.

– Удача – это тоже часть мастерства.

– I want children from you, now! (Я хочу от тебя детей, немедленно!) – в очередной раз не понял, что именно сказала быстро приближающаяся американка, но язык ее тела говорил о намерении задушить меня в объятьях. В последний момент я сделал шаг в сторону и гипертрофированная грудь уткнулась в полицейского. Он же не женат? Нет? Вот пусть и развивает международные отношения. А я человек простой. На меня моя девушка из зрительного зала смотрит. Мне подобных любвеобильных дамочек и на расстояние вытянутой руки к себе подпускать не рекомендуется.

Поспешил уйти подальше от бывших соперников и найти Цуцуи. Вот ее объятиям я всегда рад.

– Макото, я ничего не понимаю в техасском покере, но это было потрясающе! Нам показали, как ты открывал карты, в прямом эфире. Ты, получается, всех победил?

– Да, как-то так вышло. Хотя я не старался. Меня попросили просто продержаться подольше.

– Не представляю, что будет, когда начнешь стараться, семпай, – подошел Акума-кун. – Напомни никогда не играть против тебя в карты.

– Лучше против меня вообще ничего не делать, Акума-сан, – ухмыльнулся я.

– Верно-верно! Тебе как будто сам Будда улыбается. С тобой только дружить, я запомню. Мне одного раза с тобой поцапаться хватило.

Остаток выходных прошел спокойно, если не считать того, что половина встреченных гостей непременно хотела автограф чемпиона. Как будто бы я выиграл не местечковый турнирчик для кучки ставленников нескольких богатых людей, а настоящее спортивное соревнование. Самое близкое к проблемам – мне пришлось объяснить Мияби, что это за блондинка на меня вешалась и почему детей от меня хотела. Оказывается, в одной из реплик дурной женщины и такое содержалось. Складывается впечатление, что все вокруг английский лучше меня понимают! А иностранный язык мне и не требовался никогда.

Во второй половине дня воскресенья наконец-то объявилась наша водитель.

– Ну ты дал, Везунчик! Интригу выдержал – супер. Расскажешь, как карты подменил? С дилером сговорился, да? Что ему пообещал за победу?

– Мне просто не повезло, я не хотел выигрывать. Но из-за проклятья, лежавшего на золоте, мне часто не везет.

Красная женщина рассмеялась. В общем-то, я действительно шутил. Не верю в проклятия.

По дороге рассказал ей о своей возможной проблеме с телеоператором.

– О, это просто решается. Если он исчезнет без следа, то и заговорить не сможет. Да не зыркайте так! Шутка. Скажу пару слов кому надо и дело в архив спишут.

– А как же второй преступник? – насупилась Мияби. – И вещи Макото? Ноутбук Тики-тян? Фитнес-браслет?

– Да, Пончик, тебе бы фитнес не помешал, – хмыкнула красная. – Или так, или сдавать дурака в полицию и объясняться, почему так поздно.

– Но он же компенсировал стоимость украденного. Не более того. Новый ноутбук купил и всё.

– Если он готов явиться с повинной, можете с ним сделать бумагу о примирении и отнести в участок. Теледурака все равно будут судить, но, может быть, условным сроком и общественными работами отделается.

Идти в полицию с какими-то бумагами мне не хотелось. Да и согласится ли Сакакибаре-сан на хоть какой-то срок?

– Списывай, – принял я решение. Все равно важен не второй воришка, а организатор, фальшивая Кагешуго. – Но нет ли других вариантов найти вора? Мне важны не столько похищенные вещи, сколько то, чтобы он ко мне больше не лез.

– Конечно есть! Ищи, Детектив! Если бы я умела выполнять такие расследования, думаешь, стал бы Бейби-босс просить тебя о помощи с поисками сакральных жертв в корпорации? Сама бы всех отыскала и казнила. Я ведь глупая слабая женщина, в мужскую работу не лезу.

Глава 23

Обратно выехали во второй половине дня воскресенья. Мияби дремала, прижавшись к моему плечу. Казалось бы, все “подвиги” выпали вчера на мою долю. Но кто сказал, что зрители нервничают, а следовательно и устают, меньше игроков? Красная, чтобы не потревожить мою девушку, с разговорами завязала, да и самого меня уводило в полудрему. Я хоть и не переживал за исход, зная, что ничего в любом случае не получу, все равно устал. Хотя вру, конечно. Наградой мне послужил огонь восхищения в глазах возлюбленной. И то, что он горел всю ночь.

Бжж. Коротко просигналил смартфон. Надеюсь, не разбудил? Нет.

TeasingWitchling (не в вашем списке контактов): Передай своему наставнику, что я его простила. Пусть приходит. Никакого обмана.

Ох, если бы он он мог, то наверняка примчался бы. Набрал “он мертв”, но не решился отправить. Не разобьет ли весть о смерти Хидео-сана сердце Акиры? Не лишит ли ее желания жить? Такие тяжелые новости все же следует сообщать лично, а не через Лайн. Хотя бы, чтобы оценить реакцию и не позволить совершить непоправимое.

При помощи онлайн-сервиса выяснил, что переводится псевдоним написавшей мне женщины как “Дразнящая ведьмочка”. Для Акеми-Ёрико очень даже подходит. Мысленно запланировал еще одну поездку в горы Минами. Нужно хотя бы фотографию мошенника его любимой показать, опознать, он это или не он. А ведь женщина отчасти права, называя авантюриста моим наставником. Это в чем-то ближе к истине, чем термины “альтер-эго” и “темный попутчик”.

Но это будет потом. Честно признаюсь себе – я трус, избегающий сложного разговора. И еще меня пугает мысль, что Акира поймет, что Хидео-сан где-то внутри моего подсознания обосновался, а следовательно, перенесет свои к нему чувства на мою персону. А зачем мне любовный треугольник, когда лучшая женщина в мире уснула, плотно ко мне прижавшись?

Умиротворение несколько нарушил телефонный звонок. Вот же я дурак, в беззвучный режим заранее не перевел! Мияби зашевелилась и проснулась. На дисплее смартфона высветилось “Окане Акума”.

– Zdravo! – выбрал я на этот раз сербское приветствие.

– Семпай, привет, – голос у молодого бизнесмена немного пьяненький. – Я чего звоню? Ты молодец! Я такой контракт после твоей твоей игры согласовал! Миллиардный! Хочешь неделю отпуска?

– Может, когда-нибудь потом? Мне нравится моя работа. А вот против одного дня в ближайшее время возражать не буду. Нужно будет машину оформить, когда получу справку о парковке.

– Не-не-не, неделя твоя, расходуй частями, когда захочешь. Цуцуи-сан там рядом? Я еще раз прошу прощения за то, что вел себя, как придурок. Как извинение – тоже неделя. Семь дней. Слетайте куда-нибудь. На Окинаве сейчас шикарная погода.

– Спасибо, Окане-сан, – чуть смущенно сказала Мияби. – Я на вас больше не сержусь.

– Он ведь не сядет в таком состоянии на мотоцикл? – спросил я у Безымянной, когда звонок прервался. Различимые нотки опьянения в голосе парня слегка обеспокоили меня.

– Конечно нет, я забрала у него ключи за то, что ездил без шлема. И запасные. И вторые запасные, про которые Лихач думал, что я не знаю. У меня всё под контролем.

– А не стоило Окане-сана в таком случае с нами забрать? – простодушно предложила Мияби.

– Не переживай, сядет в машину своей охраны и доедет. Или лимузин с водителем вызовет. Заодно поклонниц своих впечатлит. Ты, кстати, тоже одной обзавелся, Чемпион.

– Вы про толстозадую гайдзинку, которая вешалась на Макото? – с легкой неприязнью к американке спросила Цуцуи.

– Ага. Железная выдержка у тебя, подружка, я бы ей все лохмы вырвала, если бы на моего мужчину позарилась.

– Макото не такой. Он не будет мне изменять. Но было очень неприятно за ней наблюдать, – как приятно было узнать, что в меня верят. И это при том, что Мияби чуточку ревнивая. На ту же Акеми поглядывала с подозрением. И на Анушу тоже. Может быть, дело в том, что она своим женским чутьем отмечает, кто из других женщин вызывает во мне симпатию?

– Кстати, а кто такая эта Рэйчел? – спросил я попросту из праздного интереса.

– Бургер-тян – культурный атташе из посольства в Токио.

Прозвище блондинке удивительно подошло. Ее пышные формы на самом деле напоминают булочки для бургеров. А светлые волосы с картошкой фри ассоциируются. В животе у меня забурчало. Захотелось поужинать.

– И она что, не говорит по-японски на такой должности? – удивился я.

– Отлично говорит, почти без акцента. Я с ней болтала вчера. Но притворяться тупой блонди для нее оказалось выгодной стратегией, почти тебя обыграла. На самом деле у нее докторская степень по культурологии.

Почувствовал себя идиотом. Не рассмотрел я притворства за американкой. Может быть, потому, что его не было и я искренне ей понравился? Так-то Рэйчел ни разу не сказала прямо, что не говорит и не понимает по-японски, насколько мне хватило крох знания английского. Говорила со мной на своем языке и всё. Возможно, это и есть вершина мастерства обманщика, которую я не покорил. Говорить чистую правду, но так, чтобы собеседник сам обманулся.

Дома я застал настоящую идиллию. Тика и Ринне перебрасываются бейсбольным мячиком на лужайке перед домом семьи Цуцуи. Из самого жилища призывно пахнет ужином. Не то, чтобы я ожидал мрачную картину химически зараженной местности. Не от единственного градусника.

– А у нас сегодня копы были! Площадку под машину измеряли и вот, бумагу оставили, что все проверено, – Тика оставила игру и подошла к нам, когда Красная женщина затормозила возле моего дома. – Круть, да? Сестренка, привет!

– Вот так просто взяли и оставили? Несовершеннолетней? – удивился я.

– Братик, ну что ты, как маленький? Я им такую крутую историю рассказала, как далеко моя школа и какие там страшные собаки по дороге встречаются. Поэтому меня до школы только на машине возить и справка срочно нужна. Я молодец, да?

– А собаки и правда есть? – я зубастых объективно побаивался.

– Конечно, вон в том доме! – показала Тика дальше по улице. – Очень злой и страшный бишон. Такой белый и кучерявый, на плюшевую игрушку похож. Но злобный, словно демон. Да все собаки злые, некоторые только притворяются добрыми. Честно-пречестно! Они меня как встретят, рычать начинают.

На меня тоже. Сделал мысленную заметку обходить опасное здание стороной.

– Хорошо, значит, завтра с утра забираю Короля Марка из его темницы, – решил я.

– Бейсбол, да? – подошла не-юристка к сестренке. – Хочешь, потренирую вас, Родственница? А то что-то давно этим не занималась.

– Обалдеть! Круть! А ты умеешь? С твоей помощью мы их попросту растопчем. Вгоним под землю! – воодушевилась девочка. – Братик, ты реально там всех уделал? А я в тебя верила! Я тоже хочу в покер поиграть!

О результатах турнира я сестре, конечно, еще вчера написал, сразу после игры. Но высказать свое одобрение еще и лично она не преминула.

– Конечно, умею. Напиши мне, когда у вас там тренировка. Загляну. Так, а это у нас кто? – внимания Алой не избежала Ринне, скромно спрятавшаяся за спину к старшей сестре. – Ты будешь Хулиганка.

– И никакая я не хулиганка. Если мама услышит, что меня так называют, подумает, что я опять что-нибудь натворила.

– Мне лучше знать! Всё, увидимся на вашей тренировке. У вас же там Катастрофа сейчас за главную? Вот она мне обрадуется.

Утром следующего дня я на автобусе доехал до автоцентра. Не исключено, что это одна из последних для меня поездок в общественном транспорте. Вот Хидео-сан будет разочарован отсутствием возможности воровать чужие кошельки. Предоставил документы, расплатился накоплениями со своего счета, который показал дно, несмотря на увеличившуюся в последнее время зарплату и крупные премии. Что-то долго Мидори-сан меня вином не угощала! Было бы не лишним от нее подарок сейчас получить.

Половину дня у дилера в итоге проторчал, ожидая, пока документы будут готовы. Совсем без дела не сидел, достал ноутбук и изучал домашние системы видеонаблюдения. В итоге понял, что выйдет накладно и технически сложно, но все равно привлекательно. Не хочу опять оказаться внезапно застигнутым, когда очередной вор решит ко мне вломиться. Уточнил и правовую базу. В общественных местах съемка станет незаконной, но у себя дома я волен делать что угодно. Еще один скользкий момент – удаленное подключение к камерам. Удобнее, когда оно есть и имеется возможность в любой момент проверить, что дома все в порядке. Но что, если хакер его взломает? Фальшивая Кагешуго, например. Решил исполнить обещание, данное Ануше-тян, и посоветоваться с ней по техническому вопросу завтра на работе.

Наконец, я получил ключи и номера – 9289, что фонетически читается очень созвучно с “кьюби кицунэ”, то есть “девятихвостый лис”. Один из предыдущих владельцев машины явно хотел сделать намек в сторону лисьей природы авто, но мне он показался не очень уместным. Не согласен с таким названием для Марка Второго. Хотя, это же еще и отсылка к Наруто, что несколько меняет дело. Любимую мангу я не против прославлять.

Тратить время и деньги на замену номеров я в любом случае не стал. В конце концов, это просто цифры, не несущие ничего особенного. Во всякую ерунду, такую, как нумерология, я все еще не верил, хоть и вынужден признать, что проявления мистического немного реальны.

Прямо из салона отправился в больницу, повидаться с отцом. Король Марк заглох на первом же светофоре и заводиться не пожелал. И что мне теперь, эвакуатор вызывать? И отвозить машину к автомеханикам – снова тратить время.

–Уважаемый Марк-сан, прошу твоего благосклонного отношения, – я дружески похлопал машину по лицевой панели, вспоминая, как с ним общалась Тика. – Я не просто какой-то мажор, захотевший себе в гараж крутую тачку, я собираюсь на тебе ездить почти каждый день. Прекращай шалить. Давай договоримся. Со своей стороны обещаю, что будешь получать только качественный высокооктановый бензин с хороших заправок. Я буду регулярно возить тебя на техосмотр и не забывать менять резину на новую.

Мне показалось или на секунду у Короля мигнули фары, что продублировалось лампочкой на приборной панели. Другие водители уже начинали мне раздраженно сигналить, чтобы не задерживал движение.

– Вот! – я нашарил у себя в кармане шоколадный батончик Кит-Кат. Во время ожидания десяток их употребил, этот вот остался. Со вкусом лепестков сакуры, между прочим, одним из моих любимых.

Положил шоколадку в бардачок и захлопнул крышку.

– Прими это в качестве подношения от меня и в знак серьезности моих намерений, – очень глупо себя почувствовал, давая взятку машине сладостями. Но в то же время где-то внутри меня, в подсознании, рождалась уверенность в том, что все сделал правильно.

– Давай будем друзьями, Марк-сан, – предложил я, поглаживая руль, как кошку. – Я же понимаю, что ты не просто бездушная вещь, а личность. Ну, во имя богини Инари!

Повернул ключ в замке зажигания. Мощный двигатель твин-турбо объемом в два с половиной литра заворковал под капотом.

– Спасибо, что принял мою дружбу, Марк-сан, – не прекратил я общения и поглаживания рулевого колеса. Наверняка там всего лишь какой-нибудь контакт зажигания отходит или свечи закисли. Само собой устранилось. Не из-за шоколадки в перчаточном ящике же проблема решилась. Хотя забирать Кит-Кат я на всякий случай не стал.

– Марк-сан, а ты не против музыки? У тебя мощная аудиосистема, не так ли? – на магнитолу я отвлекся уже на следующем светофоре. Она тут еще кассетная! И как ни один из предыдущих владельцев не заменил на что-то более технологичное?

– Что, Марк-сан, тебе нравится ретро, да? Я тоже уже староват для современной музыки. Надеюсь, наши вкусы совпадут.

Обратил внимание, что кассеты уже внутри проигрывателя и надавил пальцем на клавишу “Плей”. Меня тут же окружила знакомая мелодия. “Running in the 90”, саундтрек из “Initial D”, аниме-сериала, начавшегося еще в девяностых и продолжающегося по наши дни.

– Если хочешь, сделаю для тебя кассету с музыкой из следующих сезонов, – предложил я своему товарищу Марку. Мне показалось или у него качнулась стрелка топливного индикатора? И если не показалось, то это да или нет? О чем я вообще думаю? Машины не бывают поклонниками ретро-аниме. Даже настолько старые, как Тойота Марк II 1993 года.

Место на стоянке перед больницей я занял с той уверенностью, которой у меня за рулем никогда не наблюдалось. Всегда осторожничал, долго примеривался, как бы мне никого не зацепить и остановиться точно по разметке. Сегодня такого не понадобилось. Его величество юркнул в парковочный карман, как рука в перчатку. Не автомобиль, а буквально часть тела.

Отцу во время визита рассказал, что мы с Мияби провели выходные в загородном клубе за счет начальства. Очень хвалил тамошний онсен, банкет и атмосферу спокойствия. Про турнир умолчал. Нечего нервировать человека с больным сердцем. Чуть было не сказал мысленно “старика”, но дряхлым папа не выглядит. Даже вес немного набрал на больничной кормежке. С разрешения лечащего врача дал ему телефон и позволил поговорить с Синдзи-куном о том, как хорошо идут дела на ферме. Доктор пообещал, что еще несколько дней и можно будет вернуть папе мобильник на постоянной основе. Результаты последних анализов очень обнадеживающие.

Вышел из папиной палаты в чуть приподнятом настроении, и тут увидел его – Окане Цукиши-саму, одетого в больничную голубую юкату и обутого в тапочки. Сейчас он мало похож на властного человека со стенда с руководством корпорации. Поклониться настолько высокому начальнику – рефлекс большинства офисных служащих. Согнулся и выдержал длительную паузу, выказывая своё уважение. Охранник, присутствующий рядом с председателем совета директоров, машинально закрыл его от меня своим телом. Ну да, я же так сильно похож на убийцу.

– Молодой человек, я тебя помню. Ты семпай моего внука, он просил вернуть тебе работу после нечестного увольнения. Эта вертихвостка Асагава Юзуки вечно рубит головы, не разобравшись, – голос у Цукиши-самы скрипучий, старческий, лишенный внутренней силы. Мое впечатление таково, что председатель совета директоров с радостью отдаст свое место внуку на постоянной основе, слишком он устал.

– Асагава-сан производит на меня впечатление честной и добропорядочной женщины, не принимающей необоснованных решений. Моё увольнение имело обоснование. Но правило, из-за которого я был уволен, отменили и появились поводы принять меня в другой отдел.

– Знаю я эти обоснования. Дайсуке-кун совсем обнаглел и проворовался. Не зря я тебе премии выписывал. В этой палате что, кто-то из твоих друзей? – указал он на дверь, откуда я недавно вышел.

– Мой отец, Ниида Хиро, – повторил я поклон.

– Такой худой и жилистый? Видел его на прогулке. Теперь подойду поболтать. Тебя похвалю перед отцом, Ниида-кун, не сомневайся. А как получилось, что ты тут в середине рабочего дня?

– Краткосрочный отпуск после того, как я помогал вашему внуку заключить контракт на прошедших выходных, – честно сказал я.

– Тогда не буду тебя задерживать, юноша. Про контракт и прочее мне Акума-кун доложит.

Распрощавшись со стариком, я, к своему небольшому удивлению, обнаружил, что совсем не подавлен его авторитетом. Да, был максимально вежлив, но никакой паники или чего-то близкого к ней, голова осталась холодной.

Спасибо Хидео-сенсей, это все твои уроки сказываются. Да. Теперь так и буду смотреть на сны о прошлом ловкого мошенника – как на ютуб-канал с обучающими роликами. Не все их них я обязан принимать в своем сердце, но отрицать то, что сны изменили мою жизнь к лучшему – невозможно.

Глава 24

Заглянул еще и к Тодороки-куну, раз уж пришел. Безопасник Окане Групп немного повеселел, хотя вот так вот лежать ему радости явно не доставляет. Жаль, не могу с ним своей регенерацией поделиться. Или есть варианты? Попробовал припомнить, не ломал ли Хидео-сан конечности. Не было такого и травничеством он переломы никому не лечил.

Но почему бы не попробовать вариант, который если восстановление ноги не ускорит, то хотя бы настроение Каэде-куну улучшит. А заодно пригодится во время игры по бейсболу. Девочкам из Фурин не помешает небольшой допинг. А потому я рванул в лес собирать цветочки ханасеки. Напеку печенье. Да и вообще, мне стратегический запас несуществующего растения необходим. Вдруг Мияби простудится? Нельзя рисковать ее здоровьем.

Немного опасался, как Марк-сан поведет себя на грунтовой лесной дороге. Он низковат из-за обвесов получается. Но ничего, нигде порогами грунт не цеплял. Цветочную поляну отыскал все там же. Ханасеки стало больше. Я как-то не очень запомнил, когда у них основной период сезонной активности. Не удивлюсь, если круглогодично.

Набрал огромный пакет, при этом следя, чтобы оставить хотя бы две трети растений на месте. К природе нужно относиться бережно, когда просишь ее поделиться дарами. Заехал в удачно подвернувшийся продуктовый минимаркет, где купил все для выпечки, включая муку, и набрал большой пакет овощей. Как же это удобно, когда купил продукты, бросил на заднее сиденье и доехал. Совсем не тоже самое, что трястись с сумками в переполненном автобусе.

Загружая покупки, заметил, что машина перепачкалась в лесу на грунтовой дороге, так и не просохнувшей окончательно после дождей. Ну да, очевидно то, что автомобиль нужно не только заправлять, но и мыть. Решил с этим до дома не тянуть, заглянул на автомойку при ближайшей заправочной станции. Там оказалась небольшая очередь. Остановился, ожидая. Через несколько минут за мной заняла место сильно тюнингованная красная Субару. Аж вздрогнул, предполагаяувидеть у нее за рулем знакомую персону. Но нет, там двое, парни помоложе меня лет на восемь, в ярких кожаных куртках с гоночными эмблемами на рукавах.

Я не очень разбираюсь в модельном ряде и тюнинге, но образ узнаваемый, из манги, аниме и видеоигр – Импреза. Крутая машина, не буду отрицать. Себе я бы такую точно не купил. Но с другой стороны и Марк Два для меня очевидное излишество.

Водитель и пассажир Импрезы вышли на улицу покурить, не прекращая общаться между собой.

– Смотри, Хироши-кун, твоя тачка, – со смехом указал на Марка-сана водитель. – Еще один такой же лошара, как и ты, отыскался, повелся на низкую цену, наверное.

– Эта рухлядь не моя! Я сдал ее в салон уже на третий день! Сплошной обман у них в Тойоте! – эмоционально ответил пассажир, примечательный тем, что выкрасил свои стриженные под короткий ёжик волосы под платинового блондина. – Теперь только Ниссан или Субару, как у тебя, семпай!

– Ну точно лошара какой-то, – продолжил смеяться водитель. – Ты глянь, этому дядьке лет тридцать пять. Куда ему быструю тачилу? Ему бы минивэн, чтобы свою толстую женушку в торговый центр возить, – и окурок от сигареты прямо в крышку нашего с Марком багажника бросил. Мне почудилось, что машина в негодовании дернулась. Показалось, конечно.

Как тут не разозлиться? Они оскорбили мою машину. Оскорбили меня. Оскорбили мою девушку. Еще и курили поблизости от автозаправки, наплевав и на знак, прямо это запрещающий, и на здравый смысл.

– Слышь, семпай, а давай прикольнемся. Предложим ему погоняться, чтобы заглох на старте, – не стесняясь того, что я могу слышать разговор, продолжали обсуждать молодые люди. Показалось, что физически ощущаю раздражение “Его величества”. Происходи дело на страницах манги, я бы сейчас бросил им вызов, победил в гонке и посрамил, вырвав победу на считанные метры, чем заставил бы понять, насколько они неправы.

– Сейчас я ненадолго отдам ключи сотруднику мойки. Не обижайся, это чтобы наказать дураков, – сказал я Марку-сану и уже привычным движением погладил по рулю.

– Простите! Вы не могли бы мне помочь? Я боюсь поцарапать свою машину. Не загоните ее в мойку вместо меня? – подозвал я работающего тут паренька, скорее всего старшеклассника. Тот с уважением принял ключи.

“Стритрейсеры”, курящие рядом с Субару, со смеху чуть не подавились.

– Прикинь, семпай, он даже на мойку заехать сам не способен, а, наверное, себя великим гонщиком считает, раз у него обвес и спойлер.

Я прикинул сектор обзора видимых камер наблюдения и аккуратно, оставаясь вне поля зрения парней, обошел и свою, и их машину, направляясь к торговому автомату с кофе. Сделал вид, что что-то уронил рядом с их багажником. Теперь оставалось только засунуть в выхлопную трубу Импрезы огурец, прихваченный из недавно купленного продуктового набора. Ой. А чего их тут две? Пришлось разломать овощ пополам. Поскольку молодые люди были очень увлечены глумлением над “тупым стариком”, а следом за ними никто не подъехал, сделал гадость, оставаясь никем не замеченным. Теперь осталось самое сложное – не поддаться искушению и не сказать им что-нибудь едкое. Слишком очевидная связь будет между словами и тем, что у них выхлоп заблокирован.

Пока я дегустировал местный отвратительный кофе с видом, будто вкушаю священную воду из божественного источника, Короля Марка загнали на водные процедуры. Молодые грубияны еще похихикали, поглядывая в мою сторону, причем не сразу поняли, где именно меня искать.

– Эй, дядь. Да-да, ты, толстяк, ты знаешь, что твоя машина проклята богами и внутри неё живёт ёкай? – с хохотом окликнул меня младший. Я их проигнорировал и, стараясь не расплескать остатки кофе, пошел к выезду с мойки. Когда выруливал за территорию, оба плохо воспитанных юнца стояли, уткнувшись под капот красивого яркого авто. Может, стоило их вызвать на поединок по правилам “победитель забирает транспорт проигравшего”, чтобы затем подарить знакомой любительнице красного цвета? Почему-то почти уверен, что безукоризненно ведущий себя Марк Второй и без уловки с огурцом в глушителе у них бы выиграл. На всякий случай положил в бардачок еще одну шоколадку. Тика-тян съест. С ней “его величество” наверняка поделится, не пожадничает. Ну а пока это целиком его Кит-Кат.

Когда вернулся домой, сразу взялся за выпечку и самому уже очень хотелось свежих печенек. Так до вечера и провозился. Уже и сестренка со школы вернулась, принявшись упрашивать ее покатать. Как будто машину никогда раньше не видала и старая оранжевая Тойота стала диковинкой. Ладно, слишком суров я с ней. Не факт, что если бы сестра не показала мне своим примером, как надо разговаривать с автомобилем, “король автострады” стал бы меня слушаться, а не продолжил глохнуть на каждом светофоре.

Куда можно прокатиться в Кофу? Выбор невелик, как и сам город. Я поехал на работу. Не потому, что такой уж трудоголик, а оттого, что скоро пора будет Мияби со службы встречать. Она поступила рационально, отложив подарочный дополнительный выходной на будущее. Мало ли для чего пригодится узаконенный день отдыха.

Несмотря на то, что правила я не нарушал, доехал до делового центра как-то подозрительно быстро. Думаю, это субъективное восприятие личного течения времени имеет место. Вождение на остальных машинах мне настолько неприятно, что каждая секунда кажется десятком. Король же ничего не ускоряет, а всего лишь возвращает пространственно-временному континууму естественно-нормальное состояние.

Поглядел на смартфон – до окончания рабочего дня у Цуцуи еще целых сорок минут. Нашел место на парковке у ближайшего торгового центра и понял, что не предусмотрел еще один момент в своих рассуждениях об удобстве автомобиля. Пятьсот йен в час! Пять раз по сто! Демоны! У них что, такой же злодей и мошенник Хидео-сан за тарифную сетку отвечает? Часть этой суммы можно компенсировать покупками в том же магазине, но у меня в стольких вещах потребности нет. Можно месячный абонемент за двадцать тысяч взять, что тоже разорение. И почему я раньше про это не подумал? Почему “наставник” из подсознания не подсказал? Так-то он не особенно автомобильный бум и проблемы со стоянками застал, ему простительно. И мне тоже, так как обходился обычно без машины.

Проблема, требующая немедленного решения! В общем-то, Акума-кун мне не откажет, если попрошу персональное место в подземном паркинге небоскреба. Скажу, что это будет мне замечательный подарок вместо мотоцикла и он согласится. Главное, чтобы не вместе с мотоциклом. Но не беспокоить же временного главу корпорации по такой ерунде. Тем более, что придется тем самым показать ему на свою недальновидность. Глупые сотрудники руководству не интересны. Попробовал начать со своего непосредственного начальника.

Ниида Макото: Сибая-сан, а у айти-отдела ведь есть квота на парковочные места под небоскребом или вокруг него?

Сибая Ашино: Больной вопрос, дружище. Не хватает на всех. За место, которое Ивамото освободил, целая битва разыгралась. Ты к ее началу уже опоздал. Извини. ЭТА женщина могла бы тебе помочь.

Ниида Макото: Спасибо. Но к ней обращаться страшновато. Попробую по другим каналам.

– Чет ты взгрустнул, братик, – заметила Тика. – Тут игровая зона в торговом центре есть. Пойдем в че-нить зарубимся.

– Иди, – вручил ей три тысячи йен. – Сыграй во что-нибудь интересное. А я пока на работу схожу, договорюсь о том, чтобы оставлять машину внутри, а не снаружи.

Время тяжелой артиллерии, я так считаю, пока что еще не пришло. Остались еще инстанции, пороги которых я не обил. Кто достоин, а кто нет – решает кадровая служба. А там работает кто? Кроме Мияби, еще и моя “добрая подруга” юки-онна Асагава Юзуки. Я ей, можно сказать, многомиллиардный фонд в руки положил. И еще сам в том фонде отрабатываю. Хоть какие-то бонусы за заботу о детях мне положены?

С таким настроением и постучался в приемную властной, но холодной женщины. Секретарь меня в дверях держать не стала. Доложила. Пропустили. Может быть, мне тоже себе ассистентку попросить. Как публичному лицу благотворительного фонда. Пусть Цуцуи на эту должность назначат. Будем постоянно вместе. Отличная же идея? Правда, все начнут болтать, что вот оно – смешение личного и рабочего. Зачем плодить неприятные слухи?

– Наконец-то вы соблаговолили появиться в здании, Ниида-сан, – совершила попытку приморозить меня к месту Юзуки-сан. – Нехорошо пользоваться добрым к вам отношением Окане-самы, возникшим из-за того, что вы недолго были его семпаем. Вы хоть представляете, как непросто оформить ваш нестандартный плавающий отпуск в нашей программе для расчета зарплаты? Вы очень сильно подвели многих людей, Ниида-сан.

– Асагава-сан, пусть вы и холодны ко мне, моего жара хватит на двоих, – ляпнул я, поздновато сообразив, как двусмысленно это прозвучало. Так-то она мне и правда симпатична, но свободных мест в моем сердце не осталось.

– Вы клоун с несмешным юмором, Ниида-сан. Для чего вы решили потратить моё время?

– Асагава-сан, я ваше время не только трачу, но и экономлю. Согласитесь, моя общественная деятельность в благотворительном фонде не вызывает нареканий, а за минувшие выходные я привлёк в него крупную сумму.

– Сжульничав в азартной игре. Не то, чем стоит гордиться.

Пожалуй, нашу с ней устоявшуюся форму диалога за разновидность легкого флирта принять можно. Я от ее ворчливой критики, с момента своего увольнения, скорее удовольствие получаю, чем раздражение.

– Но все-таки привлек. Согласитесь, фонд уже стал значимым активом.

– Не мне это оценивать. Моя работа – персонал корпорации, а не деньги.

– Моей тоже скоро станет. Моя задача, как технического писателя, скоро будет связана с кадровой частью корпоративной системы.

– Вы что, решили мне этим угрожать? – прозвучало совершенно серьезно, но я уже научился понимать ее юмор.

– Нет, я к тому, что если в программе что-то сложно оформлять, я на прямом контакте с ее разработчиками. Проблема решаемая. Но причина моего визита не в этом. Скажите, фонду полагается свое парковочное место?

– И из-за такой мелочи вы меня отвлекли. Да, для вашего фонда выделено целых два. Почему одно из них должно достаться вам?

– Потому что они пустуют. Если найдутся другие, более достойные кандидаты, обсудим вопрос о том, чтобы я место освободил.

– И еще потому, что вы решите проблему через другие каналы, если я вам откажу. Хорошо, продиктуйте номер вашей машины, я распоряжусь, чтобы вас внесли в списки.

– 9289, – коротко сказал я.

– Девятихвостый лис? – кажется, я в очередной раз добился от строгой и холодной женщины проявления эмоций. – Подходит вашей клоунаде. Вы свободны, Ниида-сан.

И Мияби тоже как раз освободилась. Под руку с ней и пошел прочь из здания, пока кто-то не догадался бесхозных работников к какому-нибудь важному делу припрячь. Повел сразу к торговому центру, где сейчас Тика-тян развлекается. Цуцуи отпросилась что-то купить. Сказала, что сюрприз для меня будет. И сестренку мою вызвонила, чтобы та ей помогла с выбором. А меня в машине подождать попросила. Я почему-то подумал про кружевное белье. Конечно, просить совета у ученицы средней школы в таких вопросах немного странно. Но не у меня же? Нет, я-то как раз и посмотреть и посоветовать смогу. Но какой в этом случае выйдет сюрприз?

О том, что что-то не так, я понял на подходе к машине. Внутри кто-то был.

Тонировки на окнах у Короля Марка нет, поэтому я даже лицо этого типа рассмотрел, сразу убедившись, что он не подходит на роль одного из квартирных воров. Очень затрапезный, худощавый. Лет двадцати пяти, одетый в дешевый тренировочный костюм. Плохо выбритое лицо такое красное, что можно гипертонический криз заподозрить.

– Выпустите меня! Вы не имеете права! – приглушенно сквозь стекло прокричал проникший ко мне в машину негодяй, когда понял. – Я заявлю на вас в полицию! Вы не имеете права меня тут удерживать!

– Только стекло мне в машине не разбейте. Полицию вызываю я, – говорил я спокойно, но громко и внутри злость потихоньку разгоралась.

– Пожалуйста, не надо, я всего-то шоколадку украсть хотел. Это болезнь. Я клептоман, – соврал он. Настолько примитивная ложь, что и не будь я экспертом по обману, все равно бы не купился.

– Вместе с машиной?

– Да кому нужна эта старая рухлядь?!

– Послушайте, что я вам скажу. Отвечаете на мои вопросы быстро и честно – я открываю дверь и отпускаю, делаю вид, что ничего не было.

– Да-да, конечно! Только выпустите! Я тут задохнусь сейчас!

– Для чего ты собирался угнать машину? Ответишь честно – выпущу, не хочу тратить время.

– Ну прокатиться я хотел. Клевая ж. Потом бросил бы.

– Врешь, – припечатал я. – Последний шанс, дальше полиция.

– Старая машина на ходу ценится. Там же никаких систем слежения. Всяких там джипиэсов и прочей дребедени. Мне за нее тысяч двести бы дали. Куда дальше пойдет, не мое уже дело, – затараторил краснолицый.

– То есть тебя никто не нанимал и меня лично ты не знаешь?

– Да откуда… ой знаю, ты тот сумотори, который побил минамигона! Прости, мужик, демоны заморочили. Я не знал что это твоя тачка. Не надо меня бить!

Вот сейчас не соврал. Я подошел и легко открыл водительскую дверь, выпуская сидельца. Хорошо, что тот не обмочился в салоне, а то пришлось бы химчистку на мойке заказывать. Рванул к выходу из гаража с такой скоростью, что не факт, что вдавив педаль в пол, догоню. Ему бы с такими данными в легкоатлеты пойти, а не в преступники.

– Спасибо тебе, Марк-сан, – погладил я руль. В кармане пиджака у меня почти всегда есть батончик. Открыл бардачок, чтобы добавить подношение – пусто. Этот негодяй украл-таки королевский шоколад, хотя и не за ним лез.

Глава 25

Написал Тике с просьбой купить несколько шоколадок. Кто знает этого вредного принца дрифта? Откажется ехать без Кит-Ката в отсеке для перчаток и плати потом за лишнее парковочное время, пока бегаешь к торговому автомату.

В пакетах с покупками Мияби, которые я, как настоящий джентльмен и нормальный мужчина, помог погрузить на заднее сиденье, заметил несколько клубков шерстяных ниток. Оранжевые и белые.

– Собралась заняться вязанием? – спросил у Цуцуи.

– Какой ты у меня любопытный. Я заметила, что у тебя в вещах всего один шарф. Сделаю новый, твоего любимого цвета, – и вот как ее такую не любить? Если девушка вяжет для мужчины теплые вещи, у них гарантированно все серьезно. Это я из понятно какой манги узнал. Точнее, из аниме-фильма, действие которого происходит в промежутке между сюжетом манги и ее продолжения, про которое я предпочитаю думать, что оно не существует.

Всю дорогу до дома я счастливо улыбался. Как же тепло на душе, когда о тебе заботятся.

Утром следующего дня я в очередной раз приятно удивился тому, как сократился путь до работы. Казалось бы, только покинули дом и вот уже в подземном паркинге корпорации выходим из машины. За пятьдесят минут до начала рабочего дня! Придется пересмотреть привычки и расписание.

Внутренне опасался, что Асагава-сан вчера не нашла времени на то, чтобы закрепить за мной место. Но нет, не разочаровался в ледяной принцессе. Пообещала – сделала.

Поднявшись в офис, сразу занялся работой, поразившись еще и тому, как хорошо идёт технический текст по утрам, когда вокруг никого нет и ничто не отвлекает. К тому моменту, как пришла близко живущая Ануша, я закончил с половиной запланированного на сегодня текста. Закрались сомнения, а стоит ли менять расписание. Стоит! Во-первых, у Цуцуи эта часть дня будет вылетать впустую. Ее работа заключается в общении с рекрутируемыми кандидатами, которых так рано нет. Во-вторых, ранний приход на работе так не ценится, как вечерняя переработка. Она даже как контраргумент против обвинения в том, что я мало задерживаюсь, не очень подойдет.

– О, Ниида наконец-то явился, – обрадовался мне, как родственнику, пришедший за свой стол Такахаси. – Глянь, что я сделал для тебя, цени нашу дружбу!

Своим другом я полноватого программиста не считал. Да даже на приятеля он не тянул, только на знакомого. Но все равно подошел посмотреть. На дисплее компьютера Ичиро-сана я увидел веб-страницу. Простые приятные цвета. В шапке горный пейзаж, крупная надпись “Believe it!”. И только следом я обратил внимание на доменное имя – minamigon.jp.

– Круто получилось, да? – с какой-то детской наивностью спросил, казалось бы, взрослый программист. – Тут про тебя и минамигона. Вся история, записанная очевидцем. Мной!

– Спасибо, Такахаси-сан. Я это очень ценю, – соврал я, сделав самое благодарное лицо, которое мог. Зачем обижать человека? Он старался.

– Кривая поделка на бесплатном шаблоне, мог бы и свой собственный дизайн нарисовать, и накодить страницу своими руками, – не оценил Роубаяси.

– Ты что, дизайнер и умеешь? Я вот нет. И зачем писать то, что уже есть готовое? Смотри, Ниида, тут гостевая книга имеется и в ней записи уже оставить успели.

@YamaGirl_22: Я путешествовала минувшим летом по парку Минами и на одной из моих фотографий осталась странная тень. Все говорили, что это просто блики на камере, создавшие оптическую иллюзию, но теперь я поняла, что это было чудовище. Никогда больше не поеду в те места. Ниида-сама герой, не побоявшийся встать лицом к лицу с опасностью. И еще он помогает детям, наверняка все золото отдаст на благотворительность.

@SaveCryptidNow: Неправильно называть минамигона чудовищем. Это не минамигон монстр, а Ниида Макото. Пришел в чужой дом, избил и выгнал хозяина. Забрал его золото. Мы, “Общество спасения Криптидов”, создали петицию об уголовном преследовании Нииды. Пожалуйста, подпишитесь под ней. Гиперссылка на страницу с петицией

@Skeptic_JP: Думаю, каждому очевидно, что никакого минамигона не существует. Администрация парка Минами решила привлечь туристов и запустила фейк, основанный на хибагоне. Ниида Макото и его сестра Ниида Тика актеры. Я видел их в рекламе.
PS: Хибагон тоже не существует, его придумали в префектурном парке Хиба-Дого-Тайсяку. Но они хотя бы были первыми.

@MonsterHunter_USA: Hey cryptid enthusiasts! Big news – I'm putting together an elite monster hunting expedition to the Minami mountains this summer. Looking for 5-6 experienced hunters with their own gear. We're going ALL IN – thermal cameras, tranq guns, satellite tracking. Already got permissions for a base camp near the reported sighting hotspots.

This ain't your typical Bigfoot chase – we're talking about capturing real evidence of the Minamigon. My team's got 15+ years tracking cryptids across 3 continents.

Requirements:
– Must be physically fit (lots of mountain climbing)
– Night vision equipment
– Camping gear
– Share expedition costs
– Sign NDA (we're filming a documentary)
– Experience with tracking/hunting

DM me if interested. Let's make cryptozoology history!

@SaveCryptidNow: We strongly oppose any attempts to hunt or capture the Minamigon. This creature needs protection, not exploitation. Your documentary will only harm local conservation efforts.

Повторяю на японском. Мы решительно выступаем против любых попыток охоты или поимки минамигона. Это существо нуждается в защите, а не в эксплуатации. Ваша документалка только навредит местным усилиям по сохранению природы.

@TruthSeeker: Ниида-сан явно что-то скрывает. У него наверняка есть больше материалов, но ради хайпа станет выдавать их дозированно. Сказанное в интервью – это всего лишь анонс. Все самое интересное еще впереди. Таково моё мнение. Истина будет раскрыта!

– И сколько людей уже подписало петицию? – понятное дело, мне ничего не угрожает, но интересно же, для какого количества народа я вдруг стал врагом, не причинив им никакого зла.

– Да не обращай на этих фриков внимание, сейчас всего четырнадцать, наверняка сами организаторы по несколько раз с фиктивных учеток проголосовали, – отмахнулся Такахаси. – Как думаешь, если я скажу тому американцу, что мы с тобой друзья, он возьмет меня в экспедицию?

– Я не очень хорош в английском, но вроде бы там написано, что нужно быть физически сильным и опытным охотником.

– У меня есть почти год. Я запишусь в спортзал, на скалолазание. Но по-хорошему – это лишнее. Ты, Ниида-сан, еще толще меня и старше на пятнадцать лет. И то справился.

Больше по возрасту я всего лет на пять-шесть, но спорить с Такахаси не стал. В конце концов, он моё старшинство сейчас признал. Чего гляди, еще семпаем называть начнет.

– Конечно, запишись в зал. Если американец передумает с экспедицией, физическая форма останется. Ты в любом случае получишь выгоду.

– А еще если я подкачаюсь, смогу цеплять девчонок, – продолжил мечтать Такахаси. – Ниида, у Цуцуи-сан нет секси-подружки для меня? Сможем на двойные свидания ходить. На тройные, если еще и Роубаяси с Гуптой с собой взять.

– Не буду ничего обещать. Но некоторые шансы есть.

Ичиро-сан иногда не самый приятный человек и юмор у него часто дурацкий. Но почему-то захотелось помочь ему. Одиночество – это плохо. Но понял я это только тогда, когда стало с чем сравнивать. В конце концов, он успешный айтишник с высокой зарплатой, то есть, хотя бы частично хорошая партия.

– Напиши YamaGirl двадцать два, – предложил я ему. – У вас с ней, как минимум, схожие интересы.

– А вдруг она страшная, или толстая, или вообще мужик? Это же знакомства в интернете. Никому нельзя верить!

– Попроси у нее показать ту самую фотографию с тенью минамигона. Посмотришь и на тень, и на девушку.

– И как я сам не подумал?! – мужчина увлеченно застучал по клавиатуре. Подсматривать в его переписку я не стал. Это личное.

Вернулся к работе, а заодно написал Ануше с вопросом, который собирался задать. Так-то мог и не тянуть с ним, но и спешить было некуда. Сошлись с ней в переписке на том, что полноценные камеры – это слишком затратно и к ним одно только электропитание подводить замучаешься, еще и вызвав недовольство владельцев недвижимости. Сошлись на компромиссе – дверном видеоглазке. Есть очень продвинутые варианты, которые служат по несколько месяцев от одного заряда батареек и с доступом со смартфона в любой момент через домашний вайфай.

– Да! Она ответила! Вы поглядите, какая красотка! – уже после обеденного перерыва вскричал вдруг Такахаси.

Подошел поглядеть. Девушка в туристических ботинках, джинсах и клетчатой рубашке. Самая рядовая внешность, отнюдь не красотка. Но ничего плохого в этом не вижу. До знакомства с Мияби посчитал бы честью встречаться с такой. На заднем плане, метрах в сорока от нее, причудливая игра света и тени действительно сложилась в подобие кривой человеческой фигуры. Но если бы ее не обвели красным кружком, то я бы внимания не обратил. Парейдолический эффект, как когда в облаках лица или фигуры животных начинаешь различать.

– Не виж… – острый кулачок Ануши воткнулся Роубаяси под ребра и тот не закончил фразу, в которой явно намеревался сказать о неприметной внешности YamaGirl_22.

– Очень симпатичная, Такахаси-семпай, вам стоит пригласить ее куда-нибудь, – вместо своего кавалера сказала индианка.

Точно-точно. Еще целый час нам всем мешали работать восторженные восклицания программиста о том, как ему повезло в личной жизни. Сообщение “Самурайчика” Ямагаты Масанори, с просьбой заглянуть к ним в юротдел подписать бумаги, пришлось очень кстати.

У юристов имелась переговорная, где мы с молодым адвокатом и уединились, чтобы не отвлекать его коллег. Так-то у них опенспейс, почти такой же, как в отделе финансовой статистики.

– Начну с главного, Ниида-сан, – юноша протянул мне пухлый золотистый конверт, перевязанный ленточкой. – Ваше приглашение на фестиваль Красного Веера. Не забудьте, у вас должны быть доспехи и катана. Настоящая фамильная или бутафорская. Еще назовите, пожалуйста, мне ваш девиз и опишите камон. Мы регистрируем все самурайские семьи участников шествия.

– Девиз Ниида – “Без обмана”, наш камон – белая хризантема с несколькими ярусами лепестков. Центральный, самый маленький, окрашен в золотистый цвет, – сгенерировал я на ходу, совместив название ток-шоу, придуманное знакомым продюсером, и тайный символ “Пути Небесной Гармонии”.

– На императорский камон, как я понимаю, не похоже?

– Конечно, нет. Скромным Ниида не угнаться за “сыном неба”.

– Важные вопросы обсудили, теперь давайте перейдем к юридическим. Я про ваш иск о признании собственности на золото, который мне поручено подготовить.

– То есть двести килограммов золота для вас менее важный вопрос, чем фестиваль?

– Простите, если вас обидела моя расстановка приоритетов. Семья Ямагата много лет работает над организацией фестивалей, это наше наследие. Юридические иски же приходят и уходят, выигрываются и проигрываются. Но мы не проиграем, Ниида-сан. Компания, владевшая рудником, разорилась еще до второй мировой, когда не смогла организовать стабильную добычу. Через множественную цепочку промежуточных собственников все их акции, долги и активы оказались у Синкё Консалтинг, инвестиционной фирмы из Осаки, причем финальная сделка произошла совсем недавно, до того права принадлежали компании из Нагано. У Синкё откровенно слабый юридический отдел, по мнению моих коллег. Если они и выигрывали какие-то суды, то те, в которых противник сам шел на соглашение. Будьте твердым и стойким, как полагается истинному самураю и победа будет на вашей стороне.

– Я могу как-то облегчить вашу работу, Ямагата-сан?

– Да. Не ведите с ними переговоров и ничего не подписывайте без присутствия своего адвоката. То есть меня. Лучшее содействие с вашей стороны – невмешательство. Предоставьте юристам Окане Групп сделать нашу работу. И жду вас в наших рядах во время праздничного шествия. Уверен, вы будете воодушевлены возникающим чувством локтя и размахом.

Распрощались с потомком самураев почти довольные друг другом. Поводы для недовольства имеются только лишь у меня – не радует меня участие в массовом историческом косплее. К моменту парада наступят осенние холода, броня будет много весить и повсюду натирать, катана в ножнах – цепляться за все подряд, гайдзинские туристы – смеяться и тыкать пальцами в “толстого самурая”. Но внешне я недовольства не высказывал. Наоборот, излучал энтузиазм и любовь к национальным традициям. От этого человека во многом зависит, получу ли я своё золото, нельзя его злить или разочаровывать.

Только сделал пару шагов за пределы переговорной – дорогу мне преградил незнакомый парень, ровесник Ямагаты-куна.

– Вы ведь Ниида-сан? Не ожидал так с вами столкнуться! Прошу вас, Ниида-сама. Дайте ваш автограф! – про неожиданность он соврал. Тут и банальной логики хватило бы, чтобы понять. Не носит же при себе постоянно набор для получения автографа – плакат и ручку?

Предложенный постер на краткий миг поверг меня в замешательство. Сумоист на картинке мощным ударом ноги в челюсть повергает огромного волосатого йети. При этом полиграфия не смотрится кустарной, отпечатанной на офисном принтере. Качественная профессиональная работа. Сумотори выглядит мужественным и сильным, монстр грозным, но немного испуганным. Еще и неизменные рекламные надписи, говорящие о дате грядущего боя в Рёгоку Кокугикан.

– Это у вас новый официальный постер от ассоциации сумо? – уточнил я.

– Почти. Их пока не продают, я скачал с веб-сайта Сумо Кёкай и распечатал в маркетинге, на фотопринтере.

Конечно, юноша мою подпись получил. А дойдя до рабочего места я удостоверился, что он не ошибся. На официальном представительстве сумоистов в интернете нашлось несколько вариантов этой картинки, различающихся только тем, каким именно приемом сумотори унижает монстра. Моего имени ни на одном из них нет, но вот сходство с тем борцом, к которому Тика прирендерила моё лицо, очевидное.

От размышлений меня отвлек звонок на смартфон с неизвестного номера.

– Лсум эм, – не без труда выговорил я армянское приветствие. Наверное, удобнее было бы заучить одно-два слова и их использовать. Но применять каждый раз новое показалось мне интересным вызовом самому себе.

– Ниида Макото? Вас беспокоит Кобаяси Саёко, секретарь Хаяко Кэнсукэ-самы, вице-президента Сумо Кёкай. Почему вы не отвечаете на мои мейлы? Я писала вам уже четыре раза перед тем, как удалось раздобыть ваш номер телефона, – женский голос в целом приятный, но тон, как у строгой учительницы, отчитывающей двоечника, мне пришелся не по вкусу.

– Простите, Кобаяси-сан. Я их не получал, – не отвлекаясь от аппарата, открыл личную почту на компьютере и заглянул в папку “Спам”. То, что девушка правду говорила, я еще по ее голосу понял. Сейчас убедился. Четыре емейла с одинаковым заголовком “***OFFICIAL NOTICE***”.

– Позвольте предположить, что я не первый, кто упускает письма от вас.

– Как? Как вы догадались?

– Я работаю в айти-отделе, а потому немного разбираюсь в электронной почте. Использование верхнего регистра букв и звездочек – типичный спамерский заголовок. Вот, нашел ваши послания.

– Простите, я ничего не поняла, кроме того, что опять айтишники что-то сломали. Приношу вам извинения за их низкую квалификацию. Обещаю, виновные понесут наказание. Позвольте сейчас изложить вам содержимое пропавших писем. Вы, при неизвестных мне обстоятельствах, утратили ваше членское удостоверение ассоциации. При этом являетесь медийной личностью, много сделавшей для популяризации борьбы. Кэнсукэ-сама приглашает вас забрать свои заново оформленные документы и переговорить с ним о перспективах дальнейшего сотрудничества. В воскресенье в десять утра вас устраивает? Или в любой будний день, но ассоциация относится к вам с уважением и не желает отвлекать от вашей работы.

– Устраивает. Я буду, – если превратить однажды произнесенную ложь в правду, то, думается, карма чуточку выправится. Многочисленные автографы Нииды-сумоиста уже не станут считаться такими уж фальшивыми. Думается, в организации, объединяющей борцов, прекрасно понимают, что я не ее часть. Но современный мир таков, что медийный эффект бьет истину.

Глава 26

Что делает разумный человек до того, как едет куда-то подписывать бумаги? Советуется со своим юристом. Проблема в том, что мой официальный адвокат, Якитори-сан, не знает, что я не сумоист. А объяснишь ему – у умного человека сформируется вопрос “а может быть, тогда Ниида и не самурай?”. Зачем настраивать против себя юриста, от которого двести килограммов золота зависят?

Поэтому я сам, будучи грамотным человеком, умеющим читать, нашел информацию в сети, на форуме о борьбе. Нет гарантий полноты сведений, но основные моменты я уяснил.

Члены ассоциации, не являющиеся действующими борцами или тренерами – это главным образом публичные персоны. Родственники императорской семьи, важные спонсоры, просто известные люди. В качестве привилегий обычно выдают бесплатный вход на любые соревнования, право посещать закрытые тренировки, возможность открыть свою школу сумо и членство в элитных клубах.

Казалось бы, все никому ненужная ерунда. Вот зачем мне бесплатный проход на стадион, если мне там даже не нравится? Но за шанс оказаться в одном клубе с кем-то влиятельным, да хоть самим Императором, многие ухватятся не задумываясь.

Из обязанностей – представительские функции и популяризация сумо. Настоящих бывших спортсменов еще и тренерской деятельностью, чтобы не скучали, нагружают, но мне она не грозит. Пока, предварительно, надо брать.

Решил еще и с Красной женщиной посоветоваться. Она мне, между прочим, координаты мастерской, делающей доспехи, обещала, но так и не прислала. Внезапно понял, что самурайская броня может оказаться очень дорогой. А я хоть и потенциальный миллиардер, в последнее время потратил столько денег, что на мели, если не считать шестьсот тысяч, которые лежат на счете неудачливого воришки-оператора. Их я почему-то трогать пока не хочу.

И стоило задуматься о проблемах с деньгами, как мне написала Мидори-сан.

Миязоно Мидори: Ниида-сан, боюсь, я больше не смогу регулярно присылать вам подарки с вином. Новый собственник компании переводит меня в другую префектуру. Поэтому позвольте подарить вам сразу весь остаток моего винного погреба. Целый ящик вашего любимого вина.

Ниида Макото: Спасибо, Миязоно-сан. Я рад, что мне довелось взаимодействовать с настолько честным человеком. Ваше вино превосходно подошло для приготовления соуса терияки и маринада для рыбы.

Вообще, в японской кухне западные красные вина используются крайне редко, но влияние глобализма оказалось настолько велико, что я рискнул заменить вино мирин на подарок от Мидори-сан и получилось действительно неплохо. Ну а куда еще девать эту кислятину, кроме как в маринад для рыбы? Не выливать же.

Внезапный приступ паранойи посоветовал лишним людям новый адрес не сообщать. Сговорились на прежнее место. Завезу Цуцуи домой и смотаюсь туда. Это ведь не так и далеко.

Как планировал, так и получилось. Я получил от знакомого юноши ящик вина из шести бутылок. Триста тысяч в каждой. Почти два миллиона! Не удержался и проверил, еще сидя в машине. Конечно, рановато радостно подпрыгивать с выкриками “Я богат, богат!”, но финансовая брешь закрыта. Надо бы новый источник пассивного дохода поискать. Допустим, ассоциация сумо могла бы приплачивать мне за использование моего образа на плакатах.

Раз уж побывал поблизости от старой квартиры, заглянул к Хагиваре-сану и презентовал управдому парочку бутылок сакэ, купленных в ближайшем магазине. Хотел было имеющееся вино, но слишком уж оно никакое. Не стал обижать старика пренебрежением.

Красную женщину я отыскал через пару дней на практике бейсбольной команды Фурин. Одетая в красный спортивный костюм, она смотрелась не хуже, чем в платье. Возможно, потому, что слишком облегающий наряд получился. При этом Безымянная по-настоящему тренировала. Заставляла девочек бегать, жонглировать мячиками, бросать в стену и ловить на отскоке и еще много чего. Натори-тян смотрела на внезапную напарницу со смесью ужаса и восхищения. Смотрела и записывала. Что-то просто в блокнотик, что-то на камеру.

– Всё, Катастрофа, дальше сама, – сказала Безымянная, когда утомленные девочки начали расползаться с занятия по домам. – Ты молодец, что записывала. Смотри, если после моих уроков ты умудришься слить игру, в больнице может оказаться не только твой бойфренд. Да не шарахайся так, это шутка была. Или нет. Лучше не проигрывай, чтобы не узнавать.

– О, Стритрейсер, – от, казалось бы, приветливой улыбочки Алой мне стало не по себе.

Отведя ее в сторонку, кратко пересказал свои сомнения по поводу предложения ассоциации.

– Внимательно прочитай бумаги перед тем, как ставить свою печать и сам разберешься, насколько это тебе нужно. Вообще, не думаю, что тебя чем-то обяжут, всего-то хотят к популярности минамигона примазаться.

– Вот уж спасибо за ценный юридический совет, – не удержался я от сарказма. – Ты обещала мне адрес места, где можно купить доспехи.

– Не купить, заказать. Я тут подумала – не будет адреса. Я тебя сама отвезу. Нет, ты меня отвезешь. Завтра, сразу после работы. Айдол-тян можешь с нами взять, чтобы не ревновала.

В означенное время мы с Мияби спустились в паркинг и застали нашу персональную демоницу уже сидящей в салоне Марка Второго на пассажирском месте. Надеюсь, она не добралась до шоколадок. Не хочу ставить эксперимент о том, поедет ли Тойота без них в бардачке. И куда только мое рациональное мышление научного типа подевалось?

– Очень милый у тебя приятель, Йокодзуна, – похвалила Красная Марка-сана. – Я тебе покажу заправки, где бензин самый качественный. Айдол-тян, ты не обижайся, что я место впереди заняла. Мне интересно из первого ряда посмотреть, как Чемпион гоняет. Нам загород ехать.

– Макото не превышает скорость. Он очень аккуратный и ответственный водитель, – вступилась за меня Цуцуи.

Все верно. Я стараюсь ездить строго по правилам, и в прошлом, и в данный момент, несмотря на постоянные попытки бесцеремонной женщины меня подгонять.

– Давно бы уже приехали, если бы кое-кто водил, как мужчина, – выговорила мне Красная, когда мы добрались до нужного места к северу от Кофу. Деревня Итикавамисато, у самого подножия горы Кайкома. Доехали мы, кстати, всего за полчаса. Разве это медленно?

Уже в поселке мы по инструкции Безымянной нашли большое поместье в традиционном стиле. Это не современная стилизация, а настоящий старинный дом, построенный еще во времена эпохи Эдо. О богиня Инари! Я видел его во сне. Мимолетом, в центре внимания находился соседский, на крышу которого Хидео-сан забросил походя горящую головешку. Сейчас там обычная ухоженная улица, ничуть не напоминающая о произошедшем больше ста лет тому назад пожаре.

Если не смотреть по сторонам, а сосредоточиться на жилище кузнеца, то впечатление, как будто в прошлое перенесся. Никаких современных элементов быта не видно. Даже вездесущих электрических проводов нет. Подозреваю, что они все-таки имеют место, но чтобы не портить вид, их подвели более затратным способом, под землей.

У входа тут не современный звонок, а традиционная деревянная колотушка сузу, подвешенная на веревке. Ничуть не удивлюсь, если мимолетно встречавшаяся с Хидео-сенсеем. Выглядит она отполированной временем. Рядом небольшая деревянная табличка, где выведено имя “Нагасава Тошиюки” и просьба "стучать мягко".

– Какой красивый почерк! – восхитилась Мияби, глядя на надпись. – Тут что, живет мастер каллиграфии?

– Жена кузнеца писала, – равнодушно пожала плечами Красная и ударила специальной палкой по полому бочонку. Раздался гулкий, но не показавшийся неприятным звук. Издалека его, наверное, слышно.

Минут через десять к нам вышла милая невысокая старушка лет семидесяти, одетая в зеленую юкату.

– Привет, Чайничек, – с поклоном обратилась к ней Красная. Крайне удачное прозвище. Женщина, может быть, и была в молодости стройной, но к своему нынешнему возрасту слегка располнела и фигурой действительно стала чуточку похожей на чайник. Какие-нибудь глупые гайдзины нашли бы сравнение оскорбительным, но они попросту не понимают, как чай важен для жителей страны Ямато.

– Здравствуй и ты, – поклонилась в ответ скорее всего жена бронника. – Тошиюки-сан сейчас в кузнице. Я провожу вас.

– Это Пончик и Айдол-тян, – представила нас Безымянная, как нарочно выбрав наименее героический эпитет из присвоенных мне ранее.

– Перед вами Ниида Макото, айти-специалист Окане Групп, сооснователь благотворительного фонда имени Окане Цукиши, – исправила неудачное знакомство моя возлюбленная.

– А это Цуцуи Мияби, сотрудница нашего фонда, – добавил уже я.

– Этой скромной жене старика Нагасава Тошиюки дали имя Мидори при рождении. Цуцуи-сан, милочка, позвольте, я познакомлю вас с нашим музеем обработки металла, а в мастерскую ОНА и сама дорогу найдет.

– Еще бы не нашла. Пойдем-пойдем, там всё самое интересное, а музей – это для слабых женщин.

– Ты и сама себя слабой женщиной постоянно называешь.

– Когда называю, тогда и слабая. Сейчас сильная и независимая. Пошли уже, Придира.

Так и разошлись в разные стороны. Меня провожатая отвела на заднюю часть участка, в мастерскую. Большое одноэтажное помещение, такое же старое, как и сам дом. Соединено с домом длинной крытой галереей. Но мы зашли не через дом, а со двора. Бесцеремонно и без стука, что вполне свойственно Алой.

Большое помещение с огромным окном, света через которое проникало недостаточно, поэтому тут я впервые увидел доказательства существования электричества – несколько мощных ламп дневного света, которых хватало, чтобы осветить каждый уголок. Повсюду стеллажи с инструментами, причем сплошь старыми, традиционными. Никаких современных электрических дрелей или шлифовальных машин. Деревянные стойки-манекены с доспехами, частично разобранными. Наверное, мы ошиблись адресом. Тут уместно было бы заказать исторически достоверную работу для того, чтобы поставить в музее, посвященном самураям, а не наряжать толстяка, которому всего-то один раз с парадом пройтись. То, что я видел сейчас воочию, очень близко соответствовало образам из снов.

В дальнем от входа углу небольшой алтарь с дымящимися на нем палочками благовоний. Я, как человек современный, не очень разбирался в данной теме, но виденного во снах хватило, чтобы с уверенностью опознать святилище Канаяма Хико-но-ками, бога кузнецов и металлургии.

Мастер Нагасава. Высокий, худой и жилистый – если бы не сильная сутулость, назвал бы его очень похожим фигурой на моего отца – работал, склонившись над верстаком. Делал гравировку по металлу при помощи зубила, если я использовал верный термин, и маленького молоточка.

– Привет, Черепаха, – расцвела в улыбке моя прекрасная спутница, окликнув мастера. – Гляди, кого я тебе привела. Спорим, на таких толстяков ты пока броню не делал?

– На разных делал, – проворчал Нагасава-сан. – Раздевайтесь, я сниму мерки.

– Перед вами Ниида Макото… – начал я представляться, но был оборван коротким жестом кузнеца. Он рубанул ребром ладони по своему горлу, как мечом ударил. Жест, означающий “замолчи, я обрубаю эти слова”. До встречи с Хидео-саном он был мне незнаком.

– Знаю тебя, – пояснил мастер.

– Нагасава-сан, я не хочу, чтобы мои слова прозвучали оскорблением, но ваши работы, – показал в сторону незаконченных доспехов, – выглядят слишком хорошо и слишком дорого для меня.

– Ты не платишь, – последовал короткий ответ. – Раздевайся до белья.

– О нет, опять! – воскликнула не признающая имен.

Я пожал плечами и начал снимать одежду, чем заставил женщину позорно сбежать. Не понимаю, чем ее так смущает зрелище меня в трусах. Мияби видела и не пугалась.

Далее последовал по сути обычный обмер, как у портного. Сам я одежду на заказ для себя никогда не шил. Но вот Хидео-сана можно смело называть модником, он себе множество костюмов заказывал. Потому и процедура, в которой не использовалось ничего, кроме портняжной ленты и блокнота с карандашом для записей, была для меня знакома.

Тошиюки-сан был приятно немногословен. Отдавал короткие команды, когда нужно поднять руки, повернуться или наклониться. Действовал методично, но неторопливо. Целый час меня обмерял. Затем уточнил герб и камон. Выдал подготовленный ранее вариант “Без обмана” и хризантему. Белый цветок с девятью золотыми лепестками пришлось еще и нарисовать, насколько умений хватило. Удивительно хорошо получилось, как будто художественный кружок посещал. Тоже из подсознательного опыта Хидео-сана умение? Не удивлюсь, больше неоткуда взяться информации.

– Заедешь через две недели, – обозначил мастер и закрыл разговор.

Свою девушку я нашел распивающей чай вместе с хозяйкой дома. Выглядела Цуцуи одухотворенной. Как будто бы общение с Нагасава Мидори ее очень впечатлило.

– Представляешь, Макото, они женаты уже пятьдесят лет и почти никогда не расставались дольше, чем на несколько дней, – уже на обратном пути поделилась Цуцуи. В ее взгляде, пойманном в зеркале заднего вида, читалось “я тоже так хочу”. А я и не против. Выдержу приличествующий срок и сделаю предложение о помолвке. Чтобы побить рекорд в пятьдесят лет, надо всего-то до восьмидесяти одного дожить. Для Японии это почти норма, у нас страна долгожителей.

– Почему Тошиюки-сан делает доспехи бесплатно? – не удержался я от вопроса. – Это же очень дорого.

– С меня Черепаха не берет денег. Подробности тебе не нужны.

– А Черепаха он потому…

– Потому, что работает медленно. Он тебя целую вечность обмерял. Я бы уже десять человек измерила.

Сегодняшней ночью Хана-сан попросила Мияби соблюсти хотя бы видимость приличий и ночевать дома, чтобы соседи не подумали, что девушка окончательно ко мне переехала. Хотя по факту так и есть. Я уже заметил, как в ванной образовалась целая коллекция “женских баночек”, предназначения которых мне никогда не понять. Она же без всей этой химии привлекательнее некуда. Так зачем что-то к естественной красоте добавлять?

Хидео-сан как будто бы ждал, когда я один останусь, чтобы начать своё кино показывать. Он обычно предпочитает насылать сны, именно когда я в одиночестве, хотя несколько раз это правило нарушал.

Где-то в тридцатых, уже после Хоккайдо, но еще до Второй Мировой мошенник блистал в качестве художника-авангардиста под псевдонимом Цукино Тенкай. На каждую картину он тратил не больше десяти минут, вкладывая в нее обычно всего несколько мазков, но официально трудился над “шедеврами” неделями.

Например, “Пробуждение песка” – жуткая мазня, состоящая из множества разноцветных мелких клякс. Как будто конфетти рассыпаны. Или “Разделенные небеса” – холст, правая половина которого закрашена темно-синим, а левая – светло-голубым.

Свой стиль трикстер назвал "Ракуган", то есть "падающая иллюзия". Всего он написал пять картин. Меньше часа работы суммарно. Еще были Ветер Разломов, Звук Забвения и Танец Дымчатых Теней. Каждую кому-то впарил за крупную сумму и, как обычно, исчез.

Проснувшись поутру, я уже привычно обратился к поисковику и немного обалдел, когда нашел статью в википедии:

Цукино Тенкай (ок. 1900 – предположительно погиб во время Второй мировой войны) – японский художник-авангардист первой половины XX века, известный своей техникой и мистическим подходом к искусству. Его стиль “Ракуган” считается ярким примером японского авангарда. Хотя за свою жизнь Тенкай создал всего пять картин, он заявлял о намерении написать множество работ, что породило слухи о возможном существовании потерянных произведений.

Биография:

Цукино Тенкай появился на художественной сцене Токио в 1930-х годах, привлекая внимание зрителей и коллекционеров своим новаторским стилем и таинственной личностью. Несмотря на растущую популярность, художник предпочитал уединение и редко общался с журналистами. Вскоре после начала Второй мировой войны все следы Тенкая теряются. Считается, что он мог погибнуть в военное время, оставив после себя лишь несколько работ.

Глава 27

Ох уж этот Хидео-сан. Не удивлюсь, если дополнительные картины все-таки были написаны и ждали где-то своего часа, но не дождались по причине настоящей смерти художника. Или планировались к написанию. Чем именно спровоцирован сон – понятно. Я внезапно узнал, что умею рисовать, вот и, как говорят программисты, пакет потянул за собой установку зависимостей.

Не скажу, что я в художественном деле был совсем плох. Все мы что-то рисовали в школе на уроках искусства и оценки я получал не хуже прочих.

Поискал информацию по картинам Тенкая. “Звук забвения” – единственная его работа, выставленная для широкой публики, ее можно увидеть в художественном музее Сантори, в Токио. Остальные в частных коллекциях, причем три из четырех за рубежом. И только “Разделенные небеса” где-то в Японии. Посмотрел на фотографию “Звука” – холст закрашен серым, снизу отчерчена более темная область, которой несколькими штрихами придано ощущение водной поверхности. По центру нарисовано пять-шесть тонких черных синусоид, с одного края смазанных вместе, стилизованное изображение “Звуковой волны”. Все именно так, как мне приснилось. Мог ли я видеть эти картины ранее? В теории возможно, но давно уже перестал сомневаться в реальности “темного попутчика”. Он существовал и неким мистическим образом стал моим личным учителем.

– Милая, не хочешь в это воскресенье сходить в токийский музей Сунтори? – спросил я у Цуцуи по пути на работу. Та чуть в ладоши хлопать не начала.

– Как здорово! Еще бы девочек с собой взять, им не помешает побывать в музее и посмотреть на настоящее искусство.

Часть этого искусства один жадный мошенник нарисовал чуть ли не на ходу, но это наш с Хидео-саном секрет. Раскрывать его кому-то, даже возлюбленной, я пока что не планирую. Но пойти и посмотреть обязательно. Был бы я неприлично богат, еще и купил бы одну из картин. А может быть, стоит ее украсть? Почему-то уверен, что мне это по силам. Но нет. Конечно нет! Я не такой!

– Тике-тян нельзя в Токио, но мы можем взять в компанию для Ринне Хину. Я обещал ей шоппинг в Харадзюку.

– Макото, это же очень дорого.

– Что не повод не исполнять своих обещаний.

– Ты ведь понимаешь, что придется тратиться на двух девочек? Или даже на трех, так как Тика-тян будет с ними постоянно на связи.

– Ты еще себя не посчитала. Если что-то и тебе приглянется, я это куплю. У меня бюджет на воскресенье в миллион. Не знаю, как насчет по-настоящему дорогой одежды из бутиков, но просто хороших качественных вещей на эту сумму, по моему мнению, можно купить столько, что в багажник Марка-сана не поместится.

У моей машины треть грузового отсека не вполне понятного назначения квадратный ящик занимает. С наибольшей вероятностью это сабвуфер аудиосистемы, но стопроцентной уверенности нет.

– Да. Это крупная сумма. Девочки будут в восторге, – Мияби поцеловала меня в щечку, после чего миллиона йен, добытого шантажом, мне стало совсем не жалко. Я очень не люблю лишние траты, но предпочитаю экономить на себе.

Остаток рабочей недели прошел в ожидании субботы и множестве мелких хлопот.

Ануша выбрала и подарила мне обсуждаемый ранее дверной глазок, при этом отказавшись брать за него деньги. Еще и настроить помогла, установив мне на смартфон специальное приложение. Думаю, я бы и сам с ним разобрался. Но почему бы не доверить технически сложную задачу профессионалу?

У фонда настала пора отчитываться перед государством и всю пятницу я потратил на привычную бухгалтерскую работу. По-хорошему, мне следовало заниматься ей во внерабочее время, но кто меня проконтролирует? Жестких сроков по написанию документации все равно не установлено.

Суббота. День матча. Как мне рассказала сестренка, большинство официальных игр у них будет по будням после учебы, но самый первый очень удачно назначили на выходной, еще и принимающей стороной Фурин выступает, а девочки из академии Акацуки к ним в гости приедут. До сих пор машинально представляю их одетыми в черные мантии с красными облаками, хотя рационально понимаю, что будут это обычные школьницы, ровесницы Тики. Может быть, хотя бы тренер у них ярко-рыжий и по прозвищу Пейн?

Информацию о наставнике команды соперников мои юные шпионки приносили, но я, не читая, отдал ее Натори-тян. Все равно сам руководить игрой не способен. Так зачем преждевременно забивать себе голову несущественными подробностями?

Время начала – десять утра. Мне, как тренеру, пришлось прийти раньше. И игрокам тоже. В официальной сине-белой форме, а не просто спортивных костюмах девочки смотрятся очень мило. А вот Натори-сенсей вся на нервах, заметно переживает. Она-то ожидала, что пройдет этот путь бок о бок с Тодороки-куном, но ему еще долго будет не до бейсбола. Я же замена сомнительная.

Собрал всю команду в раздевалке. Раздал игрокам по паре печенек.

– Я не буду призывать вас верить в себя и говорить неискренние мотивирующие речи. Скажу так. Лучший игрок сегодняшней игры получит от меня целую корзинку печенья, как и вы, Натори-сан, в случае победы. Поэтому попробуйте на вкус, ради чего вы будете сегодня выкладываться. Это не шутка.

Моя выпечка не зря приобрела очень даже заслуженную репутацию. Школьницы, продегустировав ее, восторженно запищали, что будут стараться изо всех сил.

На школьном стадионе собралось около сотни зрителей, что, как по мне, немало. Друзья и родственники игроков, в основном. Особенно выделялось ярко-красное пятно, рядом с которым никто сесть не решился. Безымянная цундере, конечно же. Под таким присмотром пусть только попробуют проиграть.

Не проиграли. Наоборот, это был разгром академии нукенинов. Подачи Ринне-тян, которую поставили на место питчера, вообще ни разу отбить не смогли. Девочка обладала хорошим сильным броском, да еще и пользовалась моими уловками. Вот и итог. Совершенная игра, как у Тайфу-сана. Хотя не уверен, что тут термин уместен. Вроде бы да. Ни одного попадания битой по мячу, как и у признанной звезды бейсбола. Фурин же отбивали хоть и не каждый раз, но очень хорошо. Особенно капитана команды, Тормасу-тян, высокую девочку, усомнившуюся в моей компетенции, похвалить стоит. Она отбивала не только без промашек, но и умело. Так, чтобы мяч успевал отлететь подальше и за ним соперницам пришлось побегать.

Крупная победа с сухим счетом над вице-чемпионом прошлого года. По мне, так достойно для команды, которую только что создали.

– Поздравляю вас, Ниида-сан, – подошел ко мне наставник из Академии Акацуки. Опять чуть не хрюкнул, мысленно произнеся их название. Смешно же! Я бы поставил его на роль Орочимару, который тоже некогда в этой организации состоял. Примерно мой ровесник, очень бледный, с длинными волосами, чуточку женоподобный. Добавить контактные линзы, изображающие змеиные глаза, капельку грима, подходящий костюм и можно отправлять на косплей-фест.

– У нас просто не было шансов. Позвольте мне представиться, Сайто Кадзухиро, полностью проигравший.

– Поздравьте лучше Натори-сан, – указал я в направлении настоящего тренера команды, сейчас окруженной радостными ученицами. – Победа по большей части ее заслуга.

Мимолетный взгляд, брошенный в сторону трибун, подтвердил отсутствие кого-то в красной одежде. Убедилась, что мы выиграли и ушла.

– Ринне-тян, я считаю что вам стоит разделить корзину печенья с Тормасу-тян, как ты думаешь? – подошел я к сестре своей девушки.

– Ой, да пусть всю забирает, она молодец и с каждой в команде поделится. А я у вас дома все равно наемся, Тика-тян не жадная, постоянно меня угощает.

Жадный я. Но не настолько, чтобы прятать печеньки от маленьких сладкоежек. Принял аргумент и выбрал в качестве лучшей в игре капитана команды. Стоит признать, она вполне заслужила, наравне с Цуцуи-тян. И жадничать с наградой не стала, угостила всех из своей команды. Правильный поступок, который почти компенсировал ее неправильное отношение к моей любимой манге.

А вот моя сестра каких-то блестящих результатов не показала. Предполагаю, что и она способна блеснуть на позиции питчера. Но не сегодня. С битой сыграла неплохо, всё что в нее летело – отбила, но прямо перед собой, подобрать такой мяч соперницам было просто.

Поговорил с Хиной, вообще отсидевшейся на скамейке запасных, но все равно очень радующейся общей победе. Пригласил ее с нами завтра в Токио. За покупками и в музее побывать. Школьница смущенно позвала своих родителей, чтобы спросить разрешения.

– Мама, папа, познакомьтесь, это наш наставник Ниида-сенсей, тренировал нас не только здесь, но и в лагере. Ниида-сан, позвольте вам представить моих родителей. Сакурай Такуми и Сакурай Мисато.

Самые обычные люди. Довольно молодые для родителей, примерно моих лет или совсем немного старше меня. При том, что их дочери около пятнадцати, получается, что очень рано поженились. Одеты небогато и в целом впечатление не самых состоятельных людей производят. И на меня смотрят настороженно. Ну да, какой-то посторонний мужчина вдруг собрался сделать их несовершеннолетней дочери дорогой подарок. Я бы и сам в подобной ситуации задался вопросом “а не извращенец ли он?”.

– Сакурай-сан, – начал я. – Мы с моей невестой и ее сестрой едем завтра в Токио за покупками. Хина-тян наверняка рассказывала вам историю про найденный в горах клад. Она мне очень помогла тогда тем, что морально поддержала идею его поисков, пока большинство других, и детей и взрослых, только смеялись. Позвольте взять ее с нами и купить ей в подарок несколько понравившихся вещей. Если желаете, у меня в машине найдется место и для одного из вас.

Специально повысил статус наших с Мияби отношений до жениха и невесты, дабы не было никому не нужных нехороших подозрений. И родителей Хины не просто так позвал, а чтобы показать, как я открыт. Так-то лишнего места у меня нет. Позади два таких же гоночных сиденья, как и спереди. Хорошо хоть вообще их для облегчения машины не выкинули. Если согласятся, придумаем что-то, но по моей оценке – не захотят.

– Конечно, Хина-тян может поехать, – решила ее матушка. – Мы с Такуми как-то сбежали в Токио вдвоем, без взрослых, когда были в ее возрасте. А тут под вашим присмотром. Ничего страшного не произойдет, – и на мужа взглянула так по-особенному, многообещающе. Дескать, на целый день только вдвоем останемся.

Вот как-то боязно мне за Хину-тян с такими родителями. Ладно делали глупости и сбегали. Синдзи-кун, вон, тоже давал дёру из дома, но сейчас взялся за ум и незаменимым помощником стал. Но они о том при дочери говорят, как о забавном курьезе, а не серьезной ошибке. Но это их дело. Хина девочка скромная и разумная, не должна ошибиться в выборе пути.

Остаток субботы я провел за подготовкой к поездке. Это будет наш первый с его величеством Марком Вторым дальний рейс. Съездил с ним в техцентр. Механики встречали меня с ехидными улыбочками, означающими “еще один дурак эту машину купил” и очень удивились, что нареканий нет, а мне всего-то проверить давление в шинах, наличие в нужных бачках жидкостей, в которых я не разбираюсь, и что еще там перед дальней поездкой предлагается сделать.

– И что совсем-совсем никаких проблем? – с недоверием спрашивал у меня сотрудник автомастерской, заглядывающий под капот Тойоты.

– Когда пытались угнать – угонщик не смог завести, – признался я. – А у меня ни единой проблемы, идеальная машина.

Как бы мою персону тут Буддой, покинувшим Нирвану, чтобы погонять на крутой тачке с мощным двигателем, не посчитали. Слишком многозначительные взгляды бросали. Осмотр никаких потенциальных проблем не выявил. Даже масло доливать не пришлось.

А раз автомобиль в порядке, мы с Мияби рано поутру забрали сначала Ринне, а затем Хину. Жилище ее родителей мне не понравилось. Именно такой крошечный одноэтажный дом я смотрел на SUUMO в числе первых. Мне он показался тесноватым даже для двоих, а тут трое проживают. Ох, и вовсе четверо, провожать Хину вышла еще и бабушка, полностью седая женщина лет семидесяти. Как бы не распродала ее родня всю красивую одежду. Хотя нет, не такими мне людьми Сакураи показались. Бедные, но не жадные, вот такое мнение о них сложилось. Сделал мысленную отметку попытаться им помочь финансово по линии фонда. Или, может быть, работу получше подыскать.

По дороге аккуратно расспросил девочку об ее родителях. Собственно, все в рамках ожидаемого. Рано поженились и потому хорошего образования не получили. Отец ее строитель, мать работает продавцом в мебельном магазине. Денег в семье не очень много, но живут дружно. Самой Хине нечего мечтать не только об университете, но и о старшей школе. Пойдет работать сразу, как закончит среднюю, как и ее мать с отцом. Несправедливо, как я считаю.

Мысленно прибавил к планам на фонд еще и оплату учебы для этой доброй девочки. Почему нет? Затем благотворительность и нужна. Надо будет только добавить условие из разряда “хорошо учиться”. Потрудится как следует в старшей школе – глядишь, и университет из фонда ей оплатим. Лишь бы семья не помешала, решив, что работающая дочь им выгоднее студентки, которая денег не приносит, а только учится.

Если бы не разговоры, сто с небольшим километров до Токио я вообще бы не заметил. Король автострады, наконец, добрался до своих владений, и тут ему нет равных. Марк Второй как будто бы пролетел над дорожным полотном, пока не столкнулся с печальными реалиями автомобильного движения в столице.

Воскресным утром токийские пробки не так страшны, как в будний день, но все же по мегаполису мы ехали дольше, чем добирались до него из Кофу. И все равно успели к Рёгоку Кокугикан за целый час до назначенного времени. Вот что значит выехать с правильным запасом. Всегда предпочитаю оказаться на месте заранее, а не заставлять вторую сторону ждать.

Купил всем билеты в музей сумо при арене. Туда, возблагодарим Инари, никакого дефицита мест нет и не может быть. Экспозиция совсем маленькая. Портреты всех йокодзун, кубки, церемониальные весы, бойцовская экипировка, макет дохё, видеозал с трансляциями легендарных поединков. Успели еще и перекусить немного после осмотра в расположенном поблизости от арены уютном кафе.

– Простите, вы же Бакемоно-кайсэй? – к нашему столику подошла семья. Муж, жена и мальчишка лет десяти. Говорил от лица всех мужчина. Прозвище, которым он меня назвал, “Победитель монстров”, имеет вполне очевидное происхождение. – Позвольте попросить ваш автограф, Ниида-сама!

Все трое поклонились настолько низко, что мне стало чуточку неловко, но вида я не подал и подписал плакат из той же серии “Я, бигфут и сумо”. Поздно уже кому-то объяснять, что никаких реликтовых гоминидов я не избивал. Не поверят.

– Ниида-сан, а почему все помнят, как вы победили минамигона, а я нет? – спросила у меня Хина-тян с таким видом, будто сомневается в себе, а не во мне.

– Да ты просто испугалась очень, вот и забыла, – сказала ей Ринне с уверенным выражением лица. – Я вот помню. Ниида-сан так этой обезьяне ногой вломил, что та бежала. И раны на пустом месте не берутся. Тебе же Тика-тян показывала фотку шрама на ноге? Скажи, страшная отметина.

Лгать младшая Цуцуи умеет совсем не так виртуозно, как моя сестра, но для простодушной Хины и того хватило. С некоторой вероятностью, она скоро поверит и вспомнит, что чудовище имело место, а там и рассказывать начнет, как всё своими глазами видела и как чувствовала его зловонное дыхание, вырывающееся из пещеры.

Закончив завтрак, попросил девушек еще немного погулять по городу. Меня ждали вице-президент Сумо Кёкай и членское удостоверение этой уважаемой организации.

Глава 28

Хаяко Кэнскукэ, вице-президент ассоциации Сумо, оказался ожидаемо большим человеком. Я и сам крупный за счет лишнего веса, но бывший борец раза в полтора тяжелее. Лет шестидесяти, абсолютно лысый, с отполированной до блеска головой и очень добродушным выражением лица. Вот смотришь на него и недоумеваешь, как обладатель этих румяных пухлых щечек мог выходить на дохё. Современный деловой костюм делает его похожим на популярного персонажа американских комиксов, короля преступного мира из Нью-Йорка.

Поговорили десять минут о вечном – о погоде. Наверное, это самая универсальная тема, которая волнует всех людей, независимо от страны и континентов. Только мы с Хаяко-самой построили вежливую беседу вокруг недавнего наводнения, жители Сибири обсуждали бы традиционные июньские морозы, а в Техасе ворчали бы по поводу бесконечных торнадо.

Я не очень люблю все эти витиеватые разговоры по нормам вежливой речи, но деваться было некуда. Как гость, я принял правила, установленные хозяином и терпел церемониал до тех пор, пока вице-президент не перешел к делу.

– Ниида-сан, не затаите обиду, если скажу прямо? В ассоциации известно, что вы никогда не были сумотори, а популярное видео с вашим лицом – дипфейк, который не разоблачили только из-за редкости исходного материала.

– Всего лишь шуточный ролик, созданный моей сестрой, которой хотелось заполучить крутого старшего брата, при том, что в распоряжении только я. Не претендую на звание сумотори.

– Но вот ваше удостоверение члена ассоциации Сумо. Вы заслужили его популяризацией японской борьбы. Впервые за последние пятнадцать лет популярность сумо растет среди молодежи. Если для продолжения роста надо, чтобы бухгалтер избивал снежного человека, так и будет. Кроме того, семьдесят четвертый йокодзуна – ваш должник, как и некоторые другие люди, крайне влиятельные.

– Мне очень лестно слышать ваши слова. Без обмана, большая честь для меня. Но прежде чем принять удостоверение, я хочу знать, к чему оно меня обяжет и какие бонусы выдаст.

– Для меня соглашение с вами выглядит, как деловой контракт. Вы разрешаете Сумо Кёкай использовать ваше имя, взамен получаете стандартные привилегии по посещению турниров.

– Зачем они мне? Я не люблю спорт. Но не отказался бы от десяти процентов с выручки от мерча.

И пошли торги. Есть стереотип о профессиональных спортсменах, якобы что они туповаты. Встречаются и такие, не буду спорить. Но Хаяко-сан показал себя очень умным человеком, не зря занимающим высокий пост. Вцепился в меня, как борец в пояс другого сумоиста. В итоге мы договорились о пяти процентах. Десять – это уже уровень йокодзуны. Не поймут действующие борцы, если столько же выскочке вроде меня начнут платить. Сколько это будет в деньгах – пока не знаю, но не удивлюсь, если сумма мою зарплату перекроет. Вообще, у нас в стране не принято торговаться, но это на рынках, а при обсуждении сделок топ-менеджеры компаний смело выбивают условия получше.

Сожалеть о том, что я мог бы получить больше, не стал. И так возможный заработок, на который я планов не строил. Тем более, что ничего, кроме имени, от меня не просили. Никаких съемок, интервью или чего-то еще, требующего потери времени.

На выходе из кабинета вице-президента меня встретил широко улыбающийся якудза Тора-сан.

– Здорово, братан! Ну что, как тебе мой подгон? Не просто так я твои интересы продвигал? Как увидел то интервью с тобой и твоей мелкой, сразу понял, что шанс. И к Хаяко-семпаю пошел. Он не дурак, мгновенно потенциал оценил. И вот ты тут, настоящий сумотори, и может быть, еще и при бабле, если не лопухнулся. Ну как, закрыл я долг жизни? Пойдем отпразднуем. И девчонку свою бери, конечно.

– Я благодарен вам за всё сделанное для меня, Тора-сан, но праздновать сегодня не могу. Во-первых, я за рулем, во-вторых, отвечаю за двух несовершеннолетних школьниц. Давайте в другой раз.

– Какой ты скучный, братан, – по-настоящему расстроился якудза. – Но долг я хотя бы закрыл.

– Простите, но я считаю вашу жизнь большей ценностью, чем контракт с Сумо Кёкай. Может быть, поможете мне еще кое с чем? У меня пытались вымогать деньги и дважды ограбили квартиру. Но полиция никого не нашла по всем трем случаям. Там, где официальные власти не работают, люди просят помощи у истинных хозяев улиц. Не так ли?

– Да без базара, братан. Рассказывай, кто и когда на тебя наехал. Кумо-кай разрулят. Притащим ублюдка к тебе и поставим на колени, чтобы умолял.

– Мне будет достаточно, если после того, как я узнаю, кто это был, эти люди меня больше не потревожат. Я про инициаторов, не про исполнителей. Если вернут украденные вещи, будет совсем хорошо, но это необязательно.

Пришлось рассказать Торе-сану все три истории. В слегка отредактированной версии. Запись разговора с “Бандой адского пламени” я ему не отдал, пересказал по памяти, изменив момент, где уверенно называл Кумо-кай своей крышей, на “я с ними знаком и обращусь за помощью”.

– Они трупы! – воскликнул якудза, дослушав меня. – Никто не смеет так называть нашу семью. Тебе надо было сразу мне позвонить, братан, а не этому тупому копу. Ближе к вечеру свяжусь с тобой, дам примерный расклад, когда наши умники что-то нароют носом.

На том с бандитом и распрощались. Очень не уверен, что не зря к нему обратился, но как-то слишком нервирует меня сложившаяся ситуация. Если полиция на меня обиделась и не хочет работать, то пусть теневая власть потрудится. Тем более бесплатно, в счет долга.

Нашел своих девочек гуляющими в том парке, где я с Тикой-тян познакомился. Сразу воспоминания нахлынули. Вот на этой лавочке сестренка, одетая в нелепую мужскую школьную форму, мне билеты продавала. А вон там, ближе к выходу, негодяй охранник ее в сарайчик потащил.

Наступал самый сложный момент. Мне предстояло выжить во время шоппинга, не заработать себе сердечный приступ, глядя на цены за брендовые вещи. Так-то у меня здоровое сердце, но при виде самой обычной розовой женской маечки стоимостью в половину моей зарплаты у самого крепкого и спокойного человека кровяное давление поднимется.

В миллион мы не уложились. Потратили лишних триста тысяч сверху. Да мне машина в разы дешевле обошлась, чем куча пакетов из бутиков, не поместившаяся в багажник его величества Марка Второго. Часть покупок пришлось расположить в салоне, под ногами у пассажиров. Денег жалко, чего скрывать? Но зато Хина выглядела самой счастливой школьницей страны, что меня примирило с расходами.

Мы следовали от магазина к магазину и в каждом девушки примеряли кучу вещей. Самая плохая часть шоппинга – еще и на меня постоянно что-то найти старались. Уж кому, а себе я вещи по оверпрайсу покупать не намерен стопроцентно. Вот на Мияби совсем не жалко. Она себе купила умеренно дорогую лакированную сумочку, “о которой всю жизнь мечтала”. Так себе мечта, всего лишь аксессуар. Я моду никогда не понимал. С моей точки зрения, дорогая одежда из бутиков мало отличается от обычной, которую можно приобрести в торговом центре во время распродажи с большими скидками. Но женский взгляд с моим не совпадает. Приятно то, что и Ринне, и постоянно находящаяся на видеосвязи Тика себе много вещей не просили, понимали, что сегодня не их день исполнения желаний.

Всё кончается. Закончился и этот мой персональный кошмар.

– Ниида-сама, спасибо вам огромное, вы настоящий Санта-Клаус, – глубоко поклонилась мне Хина, назвав гайдзинским сказочным духом, делающим детям подарки. До Рождества, правда, далековато, но что-то общее у нас с ним есть. Как минимум, Санта тоже толстый. Пожалуй, самое лучшее воспоминание за сегодня, перекрывающее все нехорошее – и грызущую меня жадность, и общение с якудза. Делать добрые дела приятно. Исполнять данные обещания тоже.

Оставалась еще катана для кендоиста Ошимы-куна. Как удачно, что мне снилось, где ее можно достать. Хотя разбогатевшие потомки автослесаря не факт, что пожелают признавать старые долги своего предка. В этом случае придется закрыть обещание уже после суда, когда будет на руках крупная сумма денег. Пока же идея выполнить чужое желание, почти не потратившись финансово, кажется мне очень перспективной.

Художественный Музей Сантори располагался чрезмерно удачно, совсем поблизости от района Харадзюку. Не пришлось объясняться со спутницами, почему мне захотелось побывать именно тут. Ехать недалеко, посмотреть интересно. Под выставочные помещения выделялось два этажа в здании торгово-развлекательного комплекса. Билеты недешевые, по две тысячи йен со взрослого и по тысяче с ребенка. Конечно, заплатил за всех. Не настолько я жаден, чтобы заставлять женщин и детей ждать в машине, пока любуюсь картинами.

Первый музейный этаж – выставка больше историческая, посвященная эпохе Эдо. Одежда, оружие, доспехи, бытовая утварь. Многое знакомо по опыту обучения у Хидео-сана, потому взял на себя роль гида и начал рассказывать девушкам о назначении того или иного экспоната. Харизма Хидео-сана начала работать и тут. Меня слушали. С открытыми ртами. Причем не только мои спутницы, но и случайная экскурсионная группа в форме незнакомой мне школы, включая учителя, заслушалась, когда я рассказывал о чайной церемонии на примерах имеющегося тут фарфорового чайника и иной атрибутики.

Ничего удивительного, что в картинную галерею школьники пошли вслед за нами. Про картины я так много рассказать не смог бы, но “Звук забвения” находился почти у входа, возле него я и остановился.

– Перед вами последний шедевр одного из основоположников японского абстракционизма Цукино Тенкая… – начал я.

– Да как вы смеете?! – нагло меня прервали. Говорил молодой, года на три-четыре меня младше мужчина в деловом костюме и с пластиковым бейджиком на лацкане пиджака. – Как вы смеете проводить тут экскурсии, не имея лицензии экскурсовода? Это должна была быть моя группа. Вы отнимаете мой заработок, да еще и действуете непрофессионально. Что вы вообще можете знать о том, какой тонкий смысл вложил великий Цукино-сама в свою картину?

– Извините меня пожалуйста, я не проводил тут экскурсий, просто рассказывал своей семье о том, что знаю, – никакой вины я не чувствовал, но чем больше извинений, тем меньше проблем. – Но про Цукино Тенкая и его творчество я немного в курсе и потому считаю себя вправе о нем говорить.

– Ну, давайте послушаем ваше обывательское мнение, – с легким оттенком презрения обратился ко мне молодой человек. Зря он так. Не люблю высокомерие.

– “Звук забвения” – это не просто картина, это шепот, проникающий в сердца готовых услышать, доступный лишь тем, кто открыл образу на полотне своё сердце. Каждый мазок, каждая волна на полотне – это часть вечного звука, который мы слышим всегда, но не способны осознать. Забвение – не пустота. Это напоминание о том, что мы привязаны к памяти, как к тем цепям, которые тянут нас вглубь прошлого.

Но что, если нам по силам отпустить прошлое? Что, если нам позволено забыть? Это не значит потерять, наоборот, это шанс освободиться от лишнего тяжкого груза. Эта картина звучит не в тишине, а во время паузы, на которую мы ставим вселенную, придерживая головку патефона. Во время паузы, в которой исчезает все, что мы считали ценным, и остаётся только подлинная суть бытия.

Всмотритесь в картину, но не пытайтесь увидеть ее сразу целиком. Пусть ваше зрение постепенно погружается в слои и волны, как в медитацию, и тогда, возможно, ваших ушей достигнет настоящий “Звук забвения”, который раскроет вам все тайны. И вы услышите уже не мой голос, а своё подсознание, которое долго и безуспешно пытались заглушить.

Лютый бред, конечно. Я почти дословно процитировал речь Цукино Тенкая при представлении своей картины избранной богеме. В точности скопировал все интонации Хидео-сана в тот момент. Уж кто-кто, а старый мошенник умел работать на публику.

Я всего лишь подражатель, копия. Но, стоит признать, у меня получилось близко к оригиналу. Эффект, во всяком случае, был тот же. Все заткнулись. Замолчали и позволили тишине захватить окружающее пространство. Как будто погрузились в ту самую медитацию, дающую шанс услышать себя.

– Да мазня какая-то! – сказал один из школьников, разрушив торжественность момента. Так-то я с пареньком полностью согласен. Модный художник не собирался ничего вкладывать в свои картины. Нарисовал первые пришедшие в голову абстракции, а затем импровизировал на публике, говоря именно те слова, что от него ожидала услышать богема. Таков и есть рецепт приготовления шедевров современного искусства.

– Глупый мальчишка! – не выдержал критики картины придравшийся ко мне ранее экскурсовод. – Всё было сказано идеально! Неужели никто, кроме меня, не прочувствовал, как звучит пустота в наших душах? Простите за резкие слова, господин, вы, очевидно, разбираетесь в картинах Цукино-самы на уровне профессионального искусствоведа.

– Очень много читал про этого художника, – признал я, не говоря, что речь идет об единственной статье в Википедии. – Хотел бы однажды увидеть другие его работы, но увы, “Разделенные небеса” в частной коллекции, а остальные и вовсе где-то на западе. Хотя я встречал версию, что Тенкай-сама выжил и написал много картин, но, будучи от природы скромным и сомневающимся в собственной гениальности, так и не представил их публике. Возможно, однажды мы еще увидим загадочные шедевры.

Не желая больше никого провоцировать, дальше мы просто ходили и смотрели. Мазня. Прав тот мальчишка. Сложилось впечатление, что все эти абстракционисты – мошенники, не заслужившие для себя права называться настоящими художниками. Хорошо еще, не узнал меня тут никто, а то бы начали немедленно требовать историй о победе над минамигоном.

– Макото-сан, а мы ведь не просто так ходили в музей, а для того, чтобы именно на эту картину посмотреть, которая “Звук одиночества”, – прозорливо заметила Ринне-тян с заднего сидения на обратном пути.

– Все так. Подумалось, что если увижу картину, то пойму, где искать остальные. Ничего не получилось, конечно. Но зря потраченным время не считаю. Историческая часть музея мне понравилась, там интересно.

– А остальные точно есть? – спросила Мияби. Ее прекрасные глаза азартно заблестели. Моя изумительная “Лара Крофт” очевидно не против того, чтобы продолжить кладоискательские приключения.

– Пока никаких фактов, которые говорят в пользу данной версии. Но я ведь только начал исследования. С золотом тоже поначалу не получалось, пока американский профессор не помог.

Обратно доехали без приключений. Девочки сзади восторженно обсуждали покупки, периодически созваниваясь с Тикой. Мияби время от времени посматривала в мою сторону так многообещающе, что хотелось утопить педаль газа в пол, лишь бы добраться до дома поскорее. Конечно, я этого не сделал. Правила есть правила. В одиночку я их, может быть, и нарушил бы, чтобы увидеть, на что способен Король. Но не сейчас, когда под моей ответственностью сразу три пассажирки.

Завезли Хину домой. Выражение лиц ее родителей, увидевших, сколько покупок при их дочери, бесценно. Цуцуи отправилась в дом своей матери переодеться, забрав с собой и Тику-тян. Я же начал неспешно готовить ужин. Напрашиваться за стол к будущей теще каждый раз как-то неправильно. Уж лучше самому накрыть шикарный стол и позвать Хану-сан в гости. Пусть будет мне прибавка в несколько баллов.

– Добар дан! – поздоровался я на боснийском, когда зазвонил телефон и я принял вызов.

– Братан, ты какой-то странный, – сказал с той стороны линии Тора-сан. – Значит, предварительно так. У вас там в Кофу есть такая хакер Кагешуго. Первое ограбление квартиры – прямо ее почерк. Мне уже пообещали, что найдут ее и ноги переломают. И барахло твое вернут. По остальному пока голяк, не наша территория, приходится через местных узнавать.

– Тора-сан, огромная просьба не обижать никаких женщин. У полиции есть глупая версия, что Кагешуго – это моя подруга Гупта-сан. Их гипотеза ошибочна. Если к ней кто-то придет с подозрениями, нашей с вами дружбе конец.

– Не переживай, братан. Мы не копы. Без железных аргументов ничего делать не станем. Давай, покеда, как что узнаю, еще позвоню.

Глава 29

Жизнь, как я уверился, циклична. Сначала идет быстрый цикл, когда события сыплются часто, как капли во время дождя. Но вот ритм замедляется и уступает место обычному размеренному ходу вещей, при котором если что-то и происходит, то не очень часто и не внезапно.

Мне больше нравится именно такая спокойная жизнь с отсутствующими кризисами. Уверен, большинство предпочитает то же самое. Дом, работа, фонд, больница, пятничные номикаи, поездки в деревню на выходных, редкие посещения бейсбольных тренировок школы Фурин.

Две недели пролетели, как один день. Очень хороший день моей мечты, в который меня не увольняли, не обворовывали, не отправляли в дальние командировки и не делали главным героем новостных программ. Скучно? Не мне. Спокойно. Вот правильное слово.

И не без хороших новостей. Папу выписали из больницы. Врачи пообещали полное восстановление при условии должной реабилитации. С которой внезапно помог Цукиши-сама. Влиятельный старик и правда познакомился с моим отцом во время прогулки. И при беседе поставил того перед фактом, что оплачивает ему реабилитацию в лучшем санатории Окинавы, куда и сам едет. Такая вот прихоть богатого человека, решившего, что ему будет скучно на новом месте без знакомых лиц. Отец пытался было отказаться, но попробуй противоречить упрямому старику, который не только нашу семейную ферму, но и всю деревню способен купить, возникни у него необходимость.

Чуточку папе завидую. В том плане, что он полетел туда, где теплое море и полный пансион. При том, что рвался к себе в деревню. Просил хотя бы на денек туда съездить, чтобы убедиться, что все в порядке. Ага, как же, его из собственного дома потом все Силы Самообороны выковырять не смогут, а сердце останется недолеченным. Ограничились тем, что Синдзи-кун прошелся по всему хозяйству со смартфоном, засняв полный видеоотчет. Очень, кстати, неплохо у парнишки съемка получается. Раз уж сестренка собирается стать репортером, может быть, ему обучение на фотографа-оператора оплатить? Денег будет много. Так что почему нет?

Подошел срок примерки все еще ненужных мне самурайских доспехов. А ведь придется для них манекен покупать и помещение выделять. В кладовку со старыми коробками от бенто броня не поместится. И в спальне я ее не поставлю, мне от того будет неуютно. Как будто бы посторонний человек подглядывает. Так-то лишняя комната у меня дома есть. Но не слишком ли расточительно ее под хранение экипировки отводить? Хранить попросту в шкафу? Как-то это выглядит неуважением к предкам. Не к самурайским, таких у меня почти наверняка не имелось, а ко всем предыдущим поколениям, построившим страну Ямато такой, как я ее знаю.

На этот раз в Итикавамисато я поехал один. У Цуцуи нашлись свои дела – поход по магазинам с Анушей. Как-то постепенно они действительно подружились, когда Мияби окончательно поняла, что на меня иначе, как на друга, индианка не претендует. Очень рад тому, что девушки начали друг с другом время проводить. Все-таки я домосед и интроверт, для меня важно иногда побыть самому с собой, в полном уединении. Вот и сейчас по пути к кузнецу наслаждался тем, что рядом никого нет. Кроме Марка-сана. Я его воспринимаю как самостоятельную личность, но разрушить очарование момента автомобиль неспособен. И музыкальный вкус у него хороший. Я не очень меломан, но послушать ставшие своеобразной классикой мелодии из аниме об уличных гонщиках мне приятно.

Нагасава-сан встретил меня не особенно дружелюбно. Насколько разбираюсь в людях – он со всеми такой и даже со своей супругой не очень приветлив, хотя Нагасава Мидори само радушие. Чудесным чаем меня напоила, например. Я в качестве ответной любезности угостил старушку “Листом феникса”, специально прихватив его для подарка. Как-то так вышло, что какой-то другой чай или кофе у меня дома пить уже перестали. Все познается в сравнении и чайный сбор Хидео-сана выигрывал у остальных напитков.

– Умеешь, – емко констатировал мастер, когда я сам, без посторонней подсказки потянулся к хлопковому нижнему белью, с которого и нужно начинать облачение. Затем положено надеть шелковые рубаху, штаны и носки, их бронник также на меня заказал, выбрав темно-синий цвет. И только следующим шагом идет нагрудник, за которым надевают защиту для бедер и плеч, наручи и поножи. Всё фиксируется завязками, многие из каковых расположены очень неудобно, самому не дотянуться, каким бы гибким ни был. Без помощи не обойтись. Ну ничего, перед парадом или Мияби или Тика мне подсобят.

Последняя часть – шлем и маска, про которую Нагасава-сан сказал, что для парадов она не обязательна. Самая неудобная часть костюма. Очень уж сильно видимость падает, если смотреть через прорези для глаз. Больше половины привычного поля зрения теряется. Решил, что не буду их надевать.

Довершили экипировку бутафорская пластиковая катана в ножнах и черное знамя с вышитым на нем бело-золотым камоном. Подозреваю, что над гербом поработала Мидори-сан. Очень у нее удачно получилось, как мне кажется. Но ожидает меня, скорее всего, сплошное мучение с этим тяжелым штандартом во время парада. Попросту надорвусь с ним. Я же не какой-нибудь силач, а обычный человек. Ну ладно, буду честен, есть во мне что-то особенное, но это точно не физическая сила и крепость тела.

Дома все-таки выделил под самурайскую атрибутику отдельную комнату. Надо будет узнать у мастера, нельзя ли ему доспех на хранение сдавать в домашний музей. Как образец его работы, которую я оцениваю крайне высоко.

– Братик, какая круть! – восхитилась Тика, заглянувшая ко мне в комнату для брони. – Тебе бы во всём этом в школу припереться. Директриса в восторге будет. Сходишь, а? Давай к нам на тренировку. Будем в тебя мячиками кидать, проверим прочность защиты.

Уязвимых мест в экипировке самурая, в отличии от глухих европейских рыцарских доспехов, предостаточно. А бейсбольные снаряды иногда летят очень быстро. Так что никакого желания подвергать себя расстрелу в моей голове не возникло. Прилетит после удачного броска во внутреннюю часть бедра и будет очень больно.

– Зачем тебе это все нужно? Если объяснишь – может быть, и соглашусь сходить.

– Хочу стать президентом ученического совета! Захватить власть в школе легальным путем и править железной рукой! Мва-ха-ха! – изобразила сестренка злодейский смех, который отлично подошел бы антагонисту какого-нибудь аниме.

– Ты же понимаешь, что у ученического совета больше обязанностей, чем настоящей власти?

– А то! Конечно понимаю, я же умненькая. Но еще я знаю, что одного бабла маловато, чтобы в реально хороший универ пробраться. Там будет высокий конкурс и все факты из биографии станут изучать. Президент студсовета со времен средней школы – это уже круто. Будет учитываться в университете Мэйдзи и в Риккё. И там и там продвинутые факультеты журналистики. Че, не ожидал?

И правда, не ждал от шебутной сестренки настолько взвешенных и продуманных решений. То, что ее усилия оказались направленными не на шалость или попытку обойти школьные правила, а на обеспечение собственного будущего, приятно меня удивило. И ведь не врет! Но и всей правды не говорит.

Во мне достаточно паранойи, чтобы понять, что с поста президента ученического самоуправления этот ужас, терроризировавший токийскую школу Рэйва, получит столько рычагов влияния, что вся Фурин будет у нее зажата в крошечном кулачке. Даже и не знаю, как к этому относиться. Наверное, все же положительно. Взрослеет, умнеет, знает, к чему хочет прийти. И вести себя будет хотя бы с внешней стороны хорошо. До конца средней школы ей, похоже, именно тут учиться. Два перехода в год – это уже многовато. А дальше… если честно, немного жалко сестру обратно в деревню отсылать, привык уже к ее обществу. Но и папу одного оставлять не хочется. Может быть, решится продать ферму и поселится поблизости? Идеальный вариант был бы.

День за днем время продолжило свой неспешный ход. На работе я помимо основной задачи по написанию документации старался найти еще нечестных сотрудников, но больше явных статистических аномалий мне не попадалось. Если и имелись еще воры, то где-то на верхних этажах, среди топ-менеджмента, достаточно малочисленной группы лиц, чтобы делать о них выводы, опираясь на статистику. Именно где-то там и скрывается нехороший человек, покровитель Дайсукэ-сана. На всякий случай я начал изучать их профили. Пока ничего, не считая того, что я заочно познакомился с множеством родственников Акумы-куна.

Где-то через неделю после обретения доспехов со мной снова связался Тора-сан.

– Йа! – это приветствие одновременно и малайского происхождения, и характерное для целой кучи германских и скандинавских языков.

– Братан, да говори ты уже нормально. Кончай людей пугать странными словами, – рассмеялся якудза. – Короче, даю по твоим делам расклад. Кагешуго – очень мутная тема. У нас решили, что там не одна единственная телочка, а группа хакеров работает. Мы бы с ними по поводу найма перетерли. Настоящие крутые профи, Семье такие нужны. Сам решай, кто их на тебя натравил, но Кумо-кай дальше с ними не при делах. Сейчас сам согласишься, что мы по-честному долг жизни отработали. Раскрутили, кто тебя второй раз грабануть пробовал. Вышли на чмошников из Осаки, которые у вас в Кофу местных наняли. Знал бы ты, в какие долги к вашим семьям влезть пришлось…

– Синкё Консалтинг, – припомнил я название инвестиционной фирмы, претендующей на золото, которое я уже с уверенностью начал считать своим.

– Ага, братан, как раз эти обсосы. Прессануть их не можем, тут извиняй, Осака не наша земля и кланы там неуживчивые, не любят столичных.

Насчет того, что пришлось залезть в долги к якудза из Яманаси “котенок” не то, чтобы соврал – нагло преувеличил. Но я на него не в обиде.

– Сэйнан Рэнго-кай еще, – напомнил я.

– С ними голяк, братан. Поспрашивали – никто в тюрьме Футю таким не хвастал. А для того, чтобы в открытую тюрягу трясти – ты не такая важная персона. Сам понимать должен. Сам что про них узнаешь, только полслова скажи – мы впишемся. Никто! Никто не смеет такие слова о Кумо-кай вслух произносить.

– Я могу сдать Синкё Консалтинг полиции? – уточнил я. – Улики или доказательства против них есть?

– Извини, братан, всё чисто на словах. Слова от уважаемых людей, таких, какие к копам стучать не пойдут.

По большей части Тора-сан был со мной честен. Уверен в этом, хотя по телефону я ложь распознаю хуже, чем при личном общении. То, что один из противников проявился из тени – уже позитивная новость. Придумаю, что предпринять. Для начала наступлю на горло жадности и полноценную сигнализацию в доме подключу, отправляющую сигнал в полицию сразу при взломе.

И вот настал тот день, которого я ждал с внутренним страхом. День самурайского парада. Накануне мне со мной связались представители стороны организаторов, уточнившие, действительно ли я участвую и обрисовавшие круг моих обязанностей – приехать рано утром уже облаченным в броню, влиться в строй и промаршировать по улицам Кофу до полудня с гордо поднятым знаменем.

Так и сделал, как просили. Проснулся затемно и при помощи Цуцуи потратил целый час на надевание доспехов. В отличии от Нагасава-сана, моя девушка совсем не ориентировалась, что и как делать. Приходилось постоянно подсказывать и командовать. Какая-нибудь другая пара на этом и поругаться могла бы. Но я был терпелив, а Мияби так мило смущалась на каждой ошибке, что чтобы злиться на нее, нужно быть совсем бессердечной сволочью. Я не такой.

Почему собирались провести парад так рано, еще до обеда? Все ради туристов. Чтобы гайдзины могли сделать красивые четкие фоточки шествия, проводиться оно обязано в светлое время суток при оптимальном освещении. Вечером у фестиваля своя часть программы, связанная с огнями и факелами, но там уже наверняка привлекают профессиональных артистов, а не добровольных косплееров наподобие меня.

Затем возлюбленная села за руль “его величества”, а я рядом – так и доехали до места встречи, расположенного поблизости с замком Такэды Сингэна. Я зарегистрировался у организаторов, получил свое место в строю. Ни Ямагаты Масанори, ни каких-то еще знакомых поблизости не наблюдалось. Большинство участников – такие же случайные люди, чувствующие себя в доспехах еще более неуверенно, чем я.

Весь замерз, пока дождался, когда начнем шествие. Организаторы даже горячим чаем нас не обеспечили. И свой термос не взял. Самурай в исторической броне с современной термокружкой в руке – это странное зрелище. Идти старался особым медленным “боевым шагом”, присущим воинам. Уж если взялся за что-то, нужно делать это хорошо.

Казалось бы, вышагивай неспешно, под бодрый бой барабанов, позволяй себя сфотографировать, салютуй в ответ на приветствия. Ерунда же? Адски тяжелая работа! Я так сильно физически не уставал, пожалуй, никогда. Еще и позавтракать со всеми хлопотами не успел. А на голодный желудок не только не повоюешь, но и в парадном строе не очень походишь. Еще немного и я начну худеть, и броню придется подгонять под новую фигуру тощего Нииды.

Кроме того, с самого начала парада меня не отпускало ощущение, что вот-вот произойдет что-то столь же плохое, как землетрясение в Токио или оползень в горах Минами. Звенело набатом, тревожило, зудело под черепной коробкой и внезапно пропало, когда ничего плохого не произошло. Ну не считать же плохим то, что кто-то стучал в барабан так близко от моего уха, что я бы и выстрел, наверное, не услышал бы?

Когда строй сделал оборот на триста шестьдесят градусов вокруг квартала, я увидел в числе зрителей своих. Семья Цуцуи в полном составе. Рядом с ними Тика, Ануша под руку с Роубаяси, Тодороки-кун, вынужденный сейчас ходить с тросточкой и Натори-тян. Все такие довольные, счастливые, красивые, веселые. Меня фотографируют, а я им рукой машу, благо проклятый тяжеленный флаг в держателе на спине закрепили. Еще и Такахаси пришел, если я не обознался, причем тоже с девушкой. Зрение у меня паршивое, не рассмотрел, та ли самая это YamaGirl_22, но больше некому. Данный мой коллега популярностью у женского пола не отличается.

Отвлекался от тягот самурайской жизни тем, что выбирал, где бы поесть. К множеству лотков с уличной едой выстроились очереди. В них стоять совсем не хотелось, но очень своевременно мне приглянулся ресторанчик Mister Donut, мимо которого я проходил. Туда я и завернул, едва вся официальная часть закончилась, прихватив всех трех Цуцуи и Тику, которая держалась с ними буквально как член семьи. Даже доспехи снимать не стал спешить. В конце концов, чтобы переодеться, на улице никаких условий нет. Организаторы устроили подобие раздевалок, но их меньше, чем участников шествия.

Заказал огромную гору пончиков и погрузился в самое главное сражение сегодняшнего дня. Смогу я одолеть их всех или нет? С такими союзниками, которые так и тянут руки к сладкому, армии пончиков необходимо срочное подкрепление. Одна Хана-сан, как женщина мудрая, не спешила объедаться. Хотя ее фигуре, просто отличной для возраста немного за сорок, несколько пончиков совершенно точно не грозит.

– Братик, а это что такое? – спросила у меня Тика, показывая небольшую дырку на видном месте моего знамени. Флаг, который мне Мияби помогла убрать из-за спины, я отдал на хранение именно сестре. Сам уже замучился с ним нянчиться.

– Как будто сигаретой прожгли, – предположила моя будущая теща, увидев пострадавшее полотнище. – Ох уж эти гайдзинские туристы, все бы им обгадить. Специально, наверное, окурок кинули.

– Ничего страшного, Хана-сан. Боевое знамя не может обойтись без шрамов, – благодушно улыбнулся ей я. Не говорить же вслух, что мне все равно и больше на шествия ни ногой. Хотя сейчас, когда мероприятие закончилось, я чувствую себя внезапно счастливым. Наверное, из-за того, что почти все важные для меня люди рядом, один лишь папа далековато, но зато там, где хорошо заботятся об его здоровье. А может быть, дело в том, что пончики тут очень вкусные. Серьезная дилемма.

Глава 30

Интерлюдия. Хэнк Фрост, охотник на монстров

Наконец-то! Хэнк целую вечность ждал, когда дойдет посылка из Японии. Казалось бы, есть авиационная почта, но эти узкоглазые идиоты отправили обычной. Гребанным кораблем, которому пришлось переплыть океан, чтобы коробка с ноутбуком и несколькими другими гаджетами через цепочку подставных лиц и фальшивых адресов добралась до получателя.

У Хэнка даже руки начали подрагивать от предвкушения, и виной тому нервное напряжение, а не тот факт, что в Северной Дакоте в это время года температура воздуха уже устойчиво ниже 32* градусов.

Большую коробку, обмотанную со всех сторон прозрачной клейкой лентой, брендированную под японскую почтовую компанию, ему доставили просто через FedEx, прямо на крыльцо его коттеджа.

Хэнк, глядя в камеру, наблюдающую за входом, убедился, что курьер отошел достаточно далеко и только после этого забрал посылку. Видеться и тем более болтать с кем-то ему совершенно не хотелось. Никогда не хотелось и не захочется.

Теперь спуститься в подвал и запереть за собой дверь. Помещение под домом он предусмотрительно превратил в клетку Фарадея, на случай, если придется работать с чужими устройствами, которые при включении могут попытаться постучать в сеть. Ему не надо, чтобы к нему приехали из ФБР. Спецслужбы, конечно, следят абсолютно за всеми, но ему вот уже пятнадцать лет удается избегать их внимания благодаря правильным действиям и осторожности.

Перед тем, как браться за вскрытие посылки, Хэнк стянул свои длинные вьющиеся волосы в тугой пучок на затылке, чтобы вдруг не перекрыли поле зрения в наиболее ответственный момент. Ну, давайте посмотрим, какие тайны пытаются утаить от него эти япошки.

Самое интересное, конечно, игровой ноутбук. Абсурдное непрактичное устройство, сочетающее в себе все недостатки мобильных и персональных компьютеров. Сам Фрост пользовался исключительно ПК, который собрал для себя сам, выбирая только те детали, что произведены в Соединенных Штатах. Если уж правительства все равно следят, то пусть это будет родное американское, а не китайцы. Апгрейдить свой компьютер при таком строгом подходе к выбору комплектующих из года в год становилось все сложнее.

С тем, чтобы взломать операционную систему и стать полноценным владельцем устройства долго возиться не пришлось. Он же профессионал. Такие вот windows ноутбуки для Хэнка вскрываются не сложнее, чем пакетик арахиса. Загрузочная флэшка и вот уже доступ ко всей информации. Увы, внутри все на гребаном японском с их непонятными закорючками-иероглифами.

Пришлось скопировать все данные на защищенный портативный жесткий диск и пересесть за свой собственный компьютер. Кряхтя, Хэнк не без труда поднял свое массивное тело из одного кресла и вскоре рухнул в другое, перед рабочим местом с тремя мониторами. Отсюда у него имелся доступ в интернет, не через вай-фай, а самым надежным способом, по оптическому кабелю. Но несмотря на подключение к глобальной сети, онлайн-переводчикам содержимое ноута Фрост не доверил. Даже для самых ламеров не секрет, что онлайн-сервисы выполняют обработку текста на стороне сервера. Отдавать им потенциальную информационную бомбу никто не собирается.

Минамигон, аналог снежного человека. Хэнк сразу понял источник его появления, стоило только посмотреть на карту. Военная база Йокота, известная в знающих кругах, как японский аналог зоны 51. Наверняка монстр сбежал именно оттуда и укрывался в дикой местности, пока не был случайно обнаружен туристами-кладоискателями. Редчайшее совпадение, заставляющее спешить, пока правительство Страны Восходящего Солнца в лице PSIA не приняло меры и не зачистило всех свидетелей. Мелкую девчонку с видео жалко. Сколько ей? Лет тринадцать? Правительство не пожалеет и ребенка. Любое, не только японское. Лишь бы утаить от широких масс информацию.

Оффлайн-переводчик, построенный на базе нейросети, развернутой на собственных мощностях, справлялся не очень хорошо, заставляя производительный системный блок выдавать все свои гигагерцы и петафлопсы. Искатель истины, конечно, специально готовился к необходимости перевода с японского, но он же не многомиллиардная корпорация, не Гугл и не Майкрософт, его возможности ограничены.

Хэнк весь извелся, пока первый документ не был готов. Это оказалось домашнее задание по истории. Пустышка! Страница уходила за страницей, хакер мрачнел все сильней. Кажется, он познакомился с японской учебной программой для пятнадцатилетних. Довольно-таки сложной, в сравнении с тем, как сам он учился, но все равно содержащей банальные знания, предназначенные для изучения школьниками. Пожалуй, с той частью, которая относится к алгебре, Фрост ознакомился только в колледже. Совсем эти узкоглазые детишек не жалеют, раз подобной информацией их нагружают.

Секундное торжество после обнаружения видеоредактора и той работы, что в нем велась, вскоре сменилось разочарованием. Там всего-то соорудили дипфейк, прилепив лицо одного азиата поверх другого, ловко махающего ногами, несмотря на массу фунтов в триста**. Хэнк и сам весит триста двадцать фунтов, и так высоко ногу никогда поднять не смог бы. Очевидно, это то самое видео, которое сестра Макото Нииды предъявляла журналистам? Что оно означает? Да почти ничего. Только то, что голыми руками с чудовищем никто не сражался.

Последняя часть добычи – коллекция аниме и фитнес-трекер. Вот на нем нашлись интересные и странные показания. У того, кто носил устройство, температура периодически поднималась до предельной для человеческого организма, а затем приходила в норму. Человеческого ли? Вот оно! Хэнк всё понял. Браслет с датчиками надевали на минамигона! Он обязан узнать всю правду. Похоже, придется съездить в Японию.

* 32 градуса – точка замерзания воды на шкале Фаренгейта
** 300 фунтов – примерно 136 кг

Интерлюдия. Фудзи Наото, исполнительный директор корпорации Тэнтёвадо, член внутреннего круга “Пути Небесной Гармонии”

– Итак, снайпер говорит, что у него дернулась рука и он промахнулся, а удобного момента для второго выстрела не представилось? – Наото был в ярости, но не показывал этого подчиненным. Наоборот, говорил холодным расчетливым тоном, от которого в комнате для совещаний, по максимуму защищенной от попыток прослушивания, казалось бы, понизилась температура. – Вы имеете в виду нашего лучшего стрелка? Призера чемпионата по биатлону, прошедшего школу Сил Самообороны, работавшего в ЧВК Blackwater, повоевавшего на всех континентах, кроме Антарктиды.

– Именно так, Фудзи-сама, – представитель службы безопасности корпорации, занимавшийся решением деликатных вопросов, имел заслуженно бледный вид, но изо всех сил старался держать лицо. – Мы предпримем еще одну попытку. Столько попыток, сколько потребуется. Я понимаю, что вам нужна была публичная смерть ложного пророка, но давайте рассмотрим и иные варианты его устранения.

Именно так. Наото специально настоял на неудобном, но громком способе уничтожения мошенника, совершенно точно решившего выдать себя за Пророка. Его смерть должна была стать посланием для любого, кто протянет свои жадные ручонки к Тэнтёвадо. И тут внезапная неудача. Хорошо хоть, не наделавшая никакой шумихи. Ни одного пострадавшего. Шум выстрела был заглушен громкой музыкой, петардами и барабанами. Пуля угодила в стену магазинчика, откуда ее вскоре выковыряли и изъяли.

– И какие способы вы предлагаете? – с видимым равнодушием спросил исполнительный директор.

– Несчастный случай, Фудзи-сама. Цель не так давно купила себе машину, можно это использовать. Испортить тормозную систему и он разобьется. Учитывая, что машина мощная, а водительский опыт у лжепророка мизерный, это будет воспринято, как совершенно естественная авария. Полицейское расследование ничего не покажет. Особенно учитывая, что мы поставим на него прикормленных людей. Объявить же о том, что погиб человек, неугодный Пути Небесной Гармонии, можно будет разными способами. Это уже задача для пиарщиков.

– Еще варианты? – показывая мнимую скуку, зевнул Наото. Что-то такое привлекательное в идее с тормозами было.

– Имитация самоубийства. Дать повод для расставания с подружкой, после чего ложный пророк может повеситься или прыгнуть с моста. У нас есть профи, которые организуют подобное достоверно.

– И что же, такой повод легко состряпать?

– Даже искать не придется. Мы вскрыли его переписку в социальных сетях. Лжепророк ей изменяет и водит любовницу в лав-отель. Опрос сотрудников гостиницы и записи с камер это подтверждают.

Информация показалась неожиданно важной. Пророк, тот, который настоящий, был любимцем и любителем женщин. Умел, согласно сохранившимся хроникам, очаровать буквально любую, независимо от ее социального статуса. Если мошенник вдруг вскрыл и такие подробности, то не самостоятельно, кто-то помогает ему изнутри. Чем не причина для подозрений в том, что где-то во внутреннем круге зреет заговор с целью захвата власти в компании? Все как в семьдесят шестом, хотя и с другим сценарием, более осторожным, подразумевающим привлечение человека со стороны.

– Еще, – потребовал Фудзи. Пока что все варианты выглядели подходящими для обычных корпоративных войн, но не устранения заговорщиков, засевших внутри.

– Похищение и получение информации. Под пытками негодяй расскажет, откуда он узнал лишнее и кто его нанял.

– Нет! Подозреваю, что именно такого ложный пророк и добивается. Оказаться в окружении членов Тэнтёвадо и сказать им нужные слова. Возможно, выставить себя мучеником. Мы говорим только об устранении.

– Случайное ограбление с применением силы, – продолжил накидывать варианты специалист. – У него отберут портфель и пырнут ножом в печень. Рекомендую не в Кофу, а в другом месте. Есть инсайдерская информация из Окане Групп, что его направят на очередную конференцию, на Хоккайдо.

– Еще, – Фудзи нравилось, когда подчиненные стараются хорошо выполнить свою работу. Вот и этот человек буквально заставлял шестеренки в своей голове шевелиться, пытаясь угодить высокому начальству.

– Мы раскрыли, кто стоит за попыткой ограбления его квартиры. Инвестиционная фирма из Осаки с сильно подмоченной репутацией, претендующая на золото из гор Минами. Скорее всего, они пытались найти компромат, чем надавить на конкурента в судебном процессе. Мы можем подвести их к мысли о том, что проще устранить человека, чем судиться с ним.

– Подбросьте им информацию об изменах, поделикатнее только, пусть думают, что сами ее нарыли, – распорядился Наото. – Если уж нам удобно, чтобы она всплыла, пусть за раскрытием стоит кто-то еще.

– Очень прозорливо, Фудзи-сама. Позвольте еще предложить несколько банальный вариант с отравлением. Учитывая лишний вес и плохую наследственность – у отца цели серьезные проблемы с сердцем – я предлагаю спровоцировать сердечный приступ, понемногу добавляя ему в рацион соответствующие препараты. Очередной толстяк, который сам себя убил наплевательским отношением к здоровью. Идеальное исполнение.

– Принимайте в работу все варианты, – не смог выбрать что-то одно господин директор. – Докладывайте по готовности. Я сам решу, когда использовать тот или иной.

Интерлюдия. Шамшер Пратап Нилкантх Сингх Ратхор (Можно просто Шамшер Ратхор), капитан индийской армии в отставке, счастливый жених

Прямой перелет из Мумбаи в Токио занял тягостные восемь часов. Несмотря на то, что родители невесты не поскупились оплатить ему билеты в бизнес-класс, все равно было недостаточно удобно. Да что скрывать, Шамшер всегда побаивался полётов. Каждый раз, когда в новостях говорили об очередном разбившемся авиалайнере, отставной капитан индийской армии представлял себя на месте одного из сотен погибших.

Вот и сейчас он закончил перебирать четки и мысленно просить Кали о защите только тогда, когда шасси Боинга коснулись посадочной полосы и другие пассажиры начали аплодировать экипажу. Как будто тут есть что-то сложное. Все современные самолеты оборудованы системами автоматической посадки. То, что большинство пилотов предпочитает их не использовать, не говорит о том, что это правильно.

Самолет он покинул последним из прилетевших. Дождался, когда остальные выйдут и только затем пошел к рукаву, ведущему в здание аэровокзала. Короткая очередь для пассажиров бизнес-класса быстро закончилась.

– Цель вашего визита в Японию? – спросил таможенник и Шамшер испытал раздражение. Они не могли не знать, что большинство индийцев англоязычны, но все равно сначала используют свой язык, как будто бы все обязаны его знать. Шамшер, как бывший военный переводчик, участвовавший в совместных учениях, японским владел сносно. Но чиновнику на границе об этом ведь знать неоткуда.

– Свадьба. Я женюсь на гражданке Японии, – коротко ответил он пограничнику на местном языке, надеясь, что хоть немного его шокирует, заставив потерять лицо. У них тут странные традиции. Выглядеть чуть хуже, чем ты есть на самом деле – почти катастрофа.

– Должен вас предупредить, свадьба не гарантирует вам вида на жительство, – не спешил поставить штамп в паспорте миграционный офицер.

– О нет, все в порядке. Мы с моей будущей женой планируем навсегда улететь через месяц после свадьбы обратно в Индию. Вот, смотрите, у меня есть обратные билеты на двоих. Жалко лишать вашу страну такой красивой женщины, но нам дома она нужнее.

До того, как идти получать багаж, Ратхор посетил уборную и поправил, смотрясь в зеркало, свой тюрбан, который принципиально носил за границей, показывая свою принадлежность к индуистской культуре. Перед его внутренним взором находилась прекрасная Анушалакшми Чандрашекхар Гупта. Ее огромные, влажные, как у коровы, глаза, размер которых подчеркнут умелым использованием косметики. Можно ли пожелать для себя невесту лучше? Особенно с теми объемами приданого, которое обещают родители девушки. Шамшер даже не мог сказать, что он сильнее хочет заполучить – крутобедрую Анушалакшми или деньги ее семьи.

Есть, правда, незначительное препятствие. Японский ухажер его невесты. Но уж с ним-то, с обычным программистом-ботаником, бывший военный Шамшер Пратап Нилкантх Сингх Ратхор, уволенный из армии за то, что обходился слишком жестоко со своими подопечными, наверняка разберется. Гражданские – они повсюду одинаково трусливы, пугаются и лебезят, когда видят перед собой настоящего воина, прошедшего армейскую школу.

Интерлюдия. Ёрико Акирахиме, продавец в магазине сувениров “Хижина ведьмы”

Ей всегда нравилось дежурить в этом магазинчике, в который далеко не каждый день покупатели заглядывают. Особенно сейчас, глубокой осенью, почти переходящей в зиму, тут замечательно. Сидишь себе в уютном кресле, листаешь лайт-новеллу или аниме с планшета смотришь. Можно что-то вкусненькое скушать, из снэкового автомата, или собственного приготовления, или то, чем матушка угостила. До уровня маминых кулинарных шедевров Ёрико так добраться и не смогла, хотя, казалось бы, не один год потратила, пытаясь их повторить. И не два. Наверное, та знает какой-то секрет, который не спешит выдавать.

Еще в “хижину”, бывает, заглядывают очень интересные покупатели. Симпатичные спортивного телосложения парни, любители туризма и трекинга, например. С ними и пофлиртовать не стыдно, и к чему-то большему перейти, если будут настойчивы. Почему нет? То, что мама запрещает ей выходить замуж и заводить детей, не означает, что нужно соблюдать целибат. В конце концов, Ёрико по любым меркам взрослая.

Иногда и парни другого склада захаживают. Тот забавный толстячок, попавший на телевидение, например. Весь такой позитивный и необъяснимо притягательный, как будто бы родной. С ним бы она шашни крутить не стала, совсем не ее тип мужчины, но потрещать с ним было бы интересно. Ну, может быть, его подружку заставить чуточку приревновать. Сплошь польза для их отношений получилась бы.

Привычным уютным образом прозвенел колокольчик над входом. Посетитель! А, это всего лишь она. Верно говорят в народе “Поговоришь о слухах, и появляется тень”. Или она чувствует, когда о ней кто-то думает?

– А, это всего-то ты, – разочарованно протянула Ёрико в такт своим мыслям. – Не слишком часто ты сюда заходишь.

– Опасаюсь, чтобы за тебя какой-нибудь твой хахаль не принял, – улыбнулась Минами Акеми. – Будешь потом обижаться, что я твоих мужчин увожу. Хотя какие это мужчины? Вокруг тебя увиваются одни дурачки.

– Ну не начинай опять. Знаешь же, что с ними ничего серьезного быть не может. И знаешь, что я знаю. Никаких детей и никакого брака, я отлично помню, в чем поклялась. И никого ты не уведёшь – ты же ждешь того, особенного, который не существует.

– Он существует. Живой и настоящий. Помнишь симпатичного толстячка, отыскавшего золото? Я уверена, что это его ученик.

– Симпатичного? Ты первый раз на моей памяти лестно о мужчине отзываешься. Мам, ты не заболела случаем? Дай лоб пощупаю, – притрагиваться к чужому лбу девушка, несмотря на объявленное намерение, не спешила. У Акеми-самы всегда именно такая температура, которая ей нужна. Сама Ёрико подобному искусству управления своим телом пока что не обучилась. Да не очень-то и хочется.

– А разве нет? У тебя совсем нет вкуса на мужчин, если Ниида-сан тебе не понравился.

– Ну, он забавный, – вынужденно призналась младшая рыжеволосая. – Но он же толстый! Это неэстетично. Каким бы хорошим человеком он ни был, его подружке я не завидую.

– Сузуки-сан справится одна в магазине? – спросила вдруг Минами, по-хозяйски осматривая полки с сувенирами. Полное право имеет тут заправлять, ведь это ее бизнес и ее дом. В бумагах может быть написано немного иначе, но Ёрико не бюрократ, она понимает, что документы часто врут. Например, по паспорту Акеми всего двадцать семь и они кузины. Верить надо своим знаниям, а не непонятно кем сделанным записям, которые и отредактировать не так сложно.

– Да, скоро зима и туристов будет мало, она только порадуется отсутствию выходных. Станет тут целыми днями свои любимые дорамы смотреть и деньги за это получать. А я чем займусь?

– А ты, милая моя, переезжаешь в Кофу и устраиваешься на работу в крупную корпорацию. Отыщи свой диплом об окончании университета.

– Я не училась в университете, как ты помнишь, – раздраженно буркнула Ёрико. Когда-то давно она была не против окунуться в веселую студенческую жизнь, но матушка ее не отпустила. Впрочем, это не повод для отсутствия диплома.

– Не дуйся. Там будет много парней в твоем вкусе, – Акеми-сама потрепала ее по голове, взъерошив волосы, как совсем маленькой девочке когда-то давно.

– И что же я буду делать в большом городе?

– Да какой Кофу большой? Я же не в Токио тебя отправляю. Я рассудила так, что учитель и ученик обязательно должны периодически встречаться. Последишь немного за Ниидой-куном. Жильё себе поблизости от него снимешь. В ту же компанию работать устроишься. Неплохо бы в тот же отдел. Но ты же не разбираешься в компьютерах?

– Совсем не разбираюсь. Но зачем? Для чего тебе этот его наставник нужен? Он и правда какой-то особенный?

– Самый особенный мужчина. Поверь мне, милая.

Вопрос “Это что, мой отец?” застрял в горле. Вот уж чьего упоминания Акеми-сама терпеть не могла. А если ее разозлить – становилось страшно. Ёрико и сама иногда бывала злобной стервой, хоть цундере с нее рисуй, но не так часто и всегда по весомому поводу.

– Никогда бы не подумала, что ты так охотно начнешь гоняться за призраками. И что золото непонятно кому забрать позволишь.

– Когда-нибудь ты поймешь. А пока что марш домой, собирать сумку. Учить тебя, как очаровать рекрутеров при подаче резюме, ведь не надо?

Еще бы таким простым вещам ее учить требовалось! Конечно же, не надо. Она, Ёрико Акирахиме, покорит эту глупую корпорацию, если потребуется.

Content

Без обмана 3

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30