Сиим Лэнд, Джеймс Диниколантонио

Код иммунитета. Как циркадные ритмы, питание и хронический стресс влияют на иммунное старение

The Immunity Fix

Dr James DiNicolantonio and Siim Land

Copyright © James DiNicolantonio and Siim Land 2020

© Усачёва А., перевод на русский язык, 2023

© ООО «Издательство «Эксмо», 2024

* * *

Введение: Почему стоит беспокоиться об иммунной системе? Пандемия 2020: учебная тревога и суровое напоминание

Для крепкого здоровья нет ничего важнее, чем иммунная система. Это защитный барьер, который оберегает от внешних угроз и всевозможных болезнетворных микроорганизмов, с которыми мы постоянно рискуем вступить во взаимодействие. Когда иммунная система ослаблена, снижается уровень энергии, ухудшается качество жизни и пополняется бесконечный список заболеваний, а разве такое может вдохновлять? Большинство современных людей не уделяют внимание здоровью системы иммунитета. Только спустя несколько последних пандемий мы, наконец, осознали, насколько важна для нас правильно функционирующая иммунная система. Несмотря на то, что мы живем в практически стерильном, промышленно развитом мире, где не так велик шанс встретиться с бактериями и вирусами, все же мы подвергаемся воздействию различных токсинов, загрязняющих агентов и тяжелых металлов. Рацион жителей стран Запада характеризуется повышенным содержанием быстрых углеводов, сахара, растительных масел, искусственных подсластителей и других высокоочищенных, рафинированных продуктов, которые играют первостепенную роль в развитии хронических заболеваний не только в развитых странах, но и по всему миру. В результате высокая токсическая нагрузка в сочетании с нарушением обмена веществ сильно повышают актуальность целенаправленного укрепления иммунитета.

Необходимость в выносливой иммунной системе стала особенно острой в свете последних событий, когда мир накрыла волна глобальной пандемии. Она изобличила несовершенства и слабые стороны системы здравоохранения, экономики и состояния здоровья населения. Это был своего рода тревожный звонок, который обладает потенциалом сподвигнуть людей изменить свой взгляд на питание, физические упражнения и заботу о здоровье в целом. Мы ничего не можем поделать с непредвиденными обстоятельствами, которые сотрясают мировое сообщество, но в наших силах оказать помощь своему организму. И первое, что необходимо для него сделать – это укрепить иммунитет, оптимизировать состояние здоровья и режим физической активности.

Эта книга дает исчерпывающую информацию о работе иммунной системы, рассказывает о воздействии вирусов и инфекций на состояние здоровья и знакомит с практиками, которые повышают выносливость иммунной системы. Мы собрали самые современные научные рекомендации, которые помогут вам уберечь здоровье в сезон простуд и респираторных инфекций и каждый день чувствовать себя прекрасно.

Кроме того, мы подобрали для вас практические рекомендации и методы, направленные на повышение стрессоустойчивости, развитие способности быстро восстанавливаться после болезней, оздоровление обмена веществ, поддержку сердечно-сосудистой системы и улучшение качества жизни.

В отличие от других книг, посвященных той же теме, здесь объективно оцениваются преимущества и недостатки всех существующих оздоровительных практик и анализируются научно обоснованные программы лечения. Также мы предлагаем рекомендации и техники биохакинга, которые нельзя найти больше ни в одной книге. Доктор ДиНиколантонио научит вас поддерживать работу иммунной системы, предпринимать правильные действия для лечения заболеваний, укреплять здоровье и повышать жизненную энергию.

Информация в книге организована следующим образом:

● Введение, которое обзорно знакомит с иммунной системой и ее значением для здоровья.

● Первая глава рассказывает о самых масштабных пандемиях, которые оставили неизгладимый след в истории человечества. Мы разберем эпидемию «испанки», которая охватила весь земной шар в конце Первой мировой войны, и сделаем прогнозы на будущее.

● Вторая глава подробно останавливается на основополагающих элементах иммунной системы. Мы узнаем, как работает иммунная система, на какие категории она подразделяется и почему она выходит из строя.

● Третья глава исследует взаимосвязь между иммунитетом и онкологическими заболеваниями. Мы выясним, как иммунодефицитное состояние способствует развитию злокачественных образований, и обсудим способы укрепления иммунитета.

● Четвертая глава рассматривает связь между воспалением, нарушением работы иммунной системы и аутоиммунными заболеваниями.

● Пятая глава заостряет внимание на метаболическом синдроме, инсулинорезистентности и иммунной системе. Как процесс обмена веществ и композиция тела влияют на состояние иммунитета, и как с этим можно работать?

● Шестая глава указывает на главного виновника воспаления и хронических заболеваний, скрывающегося в рационе современного человека. Вы научитесь поддерживать оптимальный баланс между омега-6 и омега-3 жирными кислотами, чтобы минимизировать воспалительные процессы и устранять чрезмерную активность иммунной системы.

● Седьмая глава познакомит вас с концепцией гормезиса, или воздействия малых доз стресса на организм, оказывающих положительный эффект на состояние здоровья. В этой главе мы поговорим о закаливании и воздействии высоких температур как о средствах укрепления иммунитета.

● Восьмая глава рекомендует продукты питания, полезные для здоровья иммунной системы. Мы выясним, какие питательные вещества необходимы для иммунитета, какие продукты укрепляют иммунную систему, а какие ее ослабляют.

● Девятая глава анализирует нутриенты, нутрицевтики и полезные пищевые добавки. Хотя мы всегда рекомендуем получать питательные вещества непосредственно из цельных пищевых продуктов, все же некоторые БАДы приносят пользу организму и помогают восполнить недостающие запасы микроэлементов, дефицит которых чаще всего наблюдаются у современного человека.

● Десятая глава описывает такой горметический стресс-фактор, как интервальное голодание. Мы расскажем, почему некоторые аспекты ограниченного по времени окна питания улучшают иммунитет.

● Одиннадцатая глава освещает вопрос физической активности и иммунитета. Вы узнаете, какой объем физических нагрузок полезен, а какой наносит организму вред. Кроме того, мы расскажем, как замедлить процесс старения иммунной системы и предупредить развитие метаболического синдрома с помощью тренировок с отягощением.

● Двенадцатая глава посвящена теме сна и восстановления. Мы поговорим о том, как сон и циркадные ритмы влияют на иммунитет, и предложим рекомендации по улучшению качества сна.

Насколько нам известно, книга, что вы держите в руках, это первая книга об иммунной системе, основанная на холистическом подходе к здоровью человека. Она поможет вам осознать существующую взаимосвязь и взаимозависимость всех систем тела, в том числе иммунной системы, метаболизма и циклов сна и бодрствования. Мы считаем, что разумно концентрироваться на оптимизации всего здоровья в целом, а не надеяться на чудодейственную помощь какой-то добавки или лекарства.

Мы не утверждаем, что нашли решение или методы лечения каких-либо неоднозначных, серьезных проблем со здоровьем, о которых пишем в своей книге, таких как онкологические и аутоиммунные заболевания, коронавирусная инфекция COVID-19 и другие. Мы предлагаем научно обоснованный анализ этих заболеваний, подкрепленный многочисленными доказательствами, рассказываем о механизмах, которые их запускают, и о потенциальных способах укрепления иммунной системы. Наше исследование непредвзято и основано исключительно на результатах последних исследований. Книга посвящена образу жизни, который улучшает состояние иммунной системы и поддерживает стабильно высокие показатели метаболического здоровья.

Об авторах

Джеймс ДиНиколантонио, доктор фармакологических наук

Доктор Джеймс Дж. ДиНиколантонио, исследователь кардиоваскулярных заболеваний и доктор фармакологических наук, посвятил несколько лет изучению вопросов питания. Его научно-исследовательская деятельность пользуется мировой известностью и глубоким уважением у ученых из разных стран. Как эксперт в области здоровья и питания, он внес огромный вклад в политику развития здравоохранения и профессиональной медицинской литературы. Доктор ДиНиколантонио – автор трех мировых книг-бестселлеров о здоровье The Salt Fix (Лечение солью), Superfuel (Супертопливо) и The Longevity Solution (Достижение долголетия). Вы можете посетить его сайт www.drjamesdinic.com, подписаться на соцсети по запросу Dr. James DiNicolantonio.

Доктор ДиНиколантонио стал автором и соавтором более 250 научных статей по медицине, в том числе нескольких публикаций о правильном питании, привлекших широкое внимание. Среди них – авторская статья о зависимости от сахара в New York Times за декабрь 2014 года, которая стала самой пересылаемой статьей в первые сутки после публикации за всю историю газеты. Доктор ДиНиколантонио выступал перед сенатом Канады с речью о вреде добавленного сахара. Он состоит в должности помощника редактора Open Heart в Британском медицинском журнале (BMJ), который печатается при поддержке Британского кардиологического общества. Он входит в редакционно-издательский совет в нескольких медицинских журналах, в том числе Progress in Cardiovascular Diseases и International Journal of Clinical Pharmacology & Toxicology.

Сиим Лэнд, специалист по биохакингу

Сиим Лэнд – популярный автор, спикер, блогер и биохакер из Эстонии. Несмотря на юный возраст, он уже успел стать звездой биохакинга и ведущим представителем сообщества оптимизации здоровья. За его деятельностью следят несколько тысяч подписчиков со всего мира. Сиим Лэнд написал книги по оздоровлению организма Metabolic Autophagy (Метаболическая аутофагия) и Stronger by Stress (Стать сильнее от стресса). Вы можете посетить его сайт www.siimland.com, подписаться на него в соцсети Х @siimland (продукт компании Meta, которая признана экстремистской организацией в России) и на его канал Siim Land на YouTube.

После окончания школы Сиим на год ушел служить в армию, где начал исследовательскую деятельность и увлекся экспериментами над собой в отношении питания, физических упражнений и других оздоровительных практик, чтобы повысить свою результативность и улучшить состояние здоровья. Он получил степень бакалавра антропологии в Таллинском университете и Даремском университете в Англии. Сегодня он известен как автор нескольких книг по правильному питанию, создает уникальный контент в интернете и постоянно следит за самыми последними научными открытиями.

Глава первая:

Уроки прошлых пандемий и прогнозы на будущее

Жизнь нашего вида вписана в пространство живой природы уже сотни тысяч лет, и за это время человек постоянно подвергался воздействию различных патогенов, бактерий, вирусов и других инфекционных агентов. Все, что годилось древнему человеку в пищу, он брал от земли или добывал на охоте. Кроме того, он, по всей видимости, не был знаком ни с какими гигиеническими процедурами за исключением, может быть, умывания и купания в водоемах. Жизнь в таких условиях требовала наличия невероятно крепкой, развитой иммунной системы. Действительно, под действием этих обстоятельств продолжительность жизни первобытных людей была намного короче, но это нисколько не отрицает того факта, что наш вид смог выжить вопреки вездесущим инфекционным заболеваниям.

Вспышки заразных инфекционных болезней участились после аграрной революции, которая произошла примерно 10 000 лет назад. С этого момента люди стали жить в непосредственной близости от одомашненных животных и тем самым усилили межвидовое взаимодействие. На смену мелким племенам охотников и собирателей пришли деревни и города, где бок о бок проживали тысячи людей. Примерно в это время впервые возникли такие заболевания, как грипп, туберкулез, малярия, оспа и другие. Эпидемии охватывали целые города, а развитие государств и торговых путей вскоре проложило дорогу пандемиям.

Давайте посмотрим на список самых смертоносных пандемий и вспышек инфекционных заболеваний в истории человечества:

● Афинская чума в 430 г. до н. э. Первая зарегистрированная пандемия произошла во время Пелопонесской войны между Афинами и Спартой. Болезнь, однако, зародилась не в самой Греции, а пришла туда через Африку, Египет и Ливию. [1] Она достигла афинского порта в Пирейе и выкосила две трети населения города. Согласно историческим заметкам Фукидида, болезнь начиналась с головы и затем охватывала все тело, вызывая лихорадку, воспаление, кашель, рвоту и боль в горле, сопровождавшуюся кровотечением. [2] Сначала современные исследователи приняли эпидемию за вспышку бубонной чумы, но теперь они, скорее, склоняются к тифу, оспе, кори или вирусной геморрагической лихорадке, а может быть, даже вирусу Эбола. [3] Чума вызвала смятение в обществе и экономике, что повлекло за собой ужесточение законов и сомнения в истинности религиозных убеждений населения. Что интересно, за этой вспышкой последовали еще две в 429 году и зимой 426–427 гг. до н. э.

● Антонианова чума в 165–180 г. н. э. На пике римской экспансии солдаты вернулись с ближневосточной военной кампании и принесли с собой заболевание, очень похожее на оспу или корь. [4] Эту чуму назвали в честь императора-стоика Марка Аврелия Антонина. Всего эпидемия унесла около 5 млн жизней, а смертность от заболевания составила 25 %. [5] За 15 лет вспышки болезни многократно повторялись.

● Юстинианова чума в 540 г. н. э. В Византийской империи, особенно в ее столице Константинополе, разразилась смертоносная эпидемия чумы в 541–542 гг. нашей эры, которая неоднократно возвращалась вплоть до 750 года. За эти два столетия болезнь убила от 25 до 100 млн человек, однако доказано, что эти цифры оказались преувеличенными. [6] Некоторые регионы потеряли до 50 % населения, в других же погибли не более 0,1 %. [7] Возбудителем Юстиниановой чумы была та же бактерия, которая начала траурное шествие Черной смерти – чумная палочка (Yersinia pestis). [8] Близкородственные штаммы этой палочки обнаружились на границах Киргизстана, Казахстана и Китая, откуда это заболевание, предположительно, и распространилось. [9]

● Черная смерть в 1347–1350 г. Печально знаменитая и самая беспощадная пандемия в истории Европы произошла согласно документам в середине XIV века. Она унесла жизни от 75 до 200 млн человек, что составило от 30 до 60 % всего населения континента. [10] Бактерия-возбудитель, чумная палочка (Yersinia pestis), вызывала бубонную чуму, легочную и первично-септическую чуму. [11] У больных чернели пальцы на руках, отекали и увеличивались лимфатические узлы (бубоны), появлялись лихорадка, кровавый гной и рвота с кровью. В таком состоянии большинство людей умирали через восемь дней после заражения. [12] Без лечения антибиотиками уровень смертности от бубонной чумы доходил до 50 %, а от первично-септической формы чумы составлял почти 100 %. [13] Вероятнее всего, болезнь зародилась в Центральной или Восточной Азии, откуда она проложила себе дорогу в Крым по Шелковому пути. [14] Пробравшись в Крыму на торговые суда, блохи и крысы разнесли чумную палочку по всем cредиземноморским портовым городам. Еще одна бубонная чума, известная как Великая лондонская чума, прокатилась по городу в 1665 и 1666 годах, забрав с собой от 15 до 20 % населения, что составило, согласно оценкам, более 100 000 человек. [15] Любопытно, что эпидемия сошла на нет как раз в то время, когда в сентябре разразился Великий лондонский пожар.

● Колумбов обмен в 1492 г. Когда Христофор Колумб с испанскими войсками достиг стран Карибского бассейна, он привез в эту местность такие европейские заболевания, как оспу, грипп, корь, свинку, тиф, коклюш и другие. [16] Коренные жители прежде никогда не подвергались воздействию этих болезней, а потому большая часть населения Карибских островов была попросту стерта с лица земли. По оценкам исследователей, к 1600 году погибли 56 млн человек. [17] Коренное население Америки в Карибском бассейне сократилось на 99 % к 1600 году, а на всей территории обеих Америк к 1650 году оборвалась жизнь от 50 до 95 % представителей коренных народов. [18]

● Первая пандемия холеры в 1817–1824 г. Холера – это инфекционное заболевание, которое сопровождается диареей и быстрой потерей жизненно важных электролитов. Это состояние требует немедленного лечения путем оральной регидратации для восстановления концентрации солей и жидкости. Без восстановления водного баланса около 50 % больных холерой погибают. [19] Болезнь вызывает холерный вибрион (Vibrio cholerae), который попадает в организм человека с питьевой водой или зараженной пищей. Первая пандемия холеры началась в Индии и распространилась по всей Юго-Восточной Азии и Ближнему Востоку. Британские солдаты также привезли это заболевание с собой в Европу.

● Третья пандемия чумы в 1855 г. Бубонная чума пошла на третий заход в 1855 году. Она начала свой смертельный марш в Китае, распространилась на всех континентах и продолжалась большую часть XX века, лишив жизни 12 млн человек. [20] До сих пор ежегодно возникают вспышки этого заболевания, но Всемирная организация здоровья сочла пандемию неактивной в 1981 году, когда количество смертей за год сократилось до 200. [21]

● Испанский грипп в 1918–1920 г. В 1918 году мир столкнулся с одной из самых беспощадных пандемий в истории – Испанским, иначе говоря, птичьим[1] гриппом. Он бушевал в течение 36 месяцев до 1920 года и заразил 500 млн человек, что составляло на тот момент одну треть населения Земли. От гриппа погибли от 20 до 50 млн человек, но по некоторым данным их могло быть 100 млн. [22, 23] И хотя мы никогда не узнаем точное количество жертв, но все же можно предположить, что у испанского гриппа показатель летальности (заболевшими при этом считаются пациенты с клинически проявленными признаками вирусного заболевания) варьируется в пределах от 4 до 10 % (но не более 20 %). При этом фактический уровень смертности составил примерно 2,5 %. [24] Испанский грипп погубил больше людей за 24 месяца, чем ВИЧ за 24 года.

Смертельные случаи заболевания испанским гриппом учащались из-за плохих жилищных условий, которыми в то время довольствовалось большинство людей. Более того, многие страны участвовали в Первой мировой войне, из-за чего население страдало от нехватки продовольствия и невозможности получить медицинскую помощь в переполненных учреждениях. В моргах тела приходилось складывать прямо в коридорах, как дрова, потому что не хватало ни гробов, ни людей, которые могли бы заняться погребением. Солдаты тесно жили в грязных окопах, не имея доступа к нормальной гигиене и медицинскому обслуживанию, что способствовало повышению уровня смертности среди контингента их возрастной группы.

На самом деле вирус гриппа начал первоначально распространяться не в Испании, как может показаться из названия. Дело в том, что только правительство этой страны сообщило о развитии заболевания в мировых новостях, так как испанцы сохраняли нейтралитет во время Первой мировой войны. [25] Другие страны, которые участвовали в сражениях, искусственно занижали количество жертв, чтобы не выдавать секретную информацию своим оппонентам.

За два года испанский грипп прокатился по миру тремя мощными волнами, из которых вторая оказалась самой смертоносной. Первая волна, которая началась в январе 1918 года, напоминала уже известные эпидемии гриппа, но вторая оказалась намного страшнее из-за условий окопной войны. Она началась во Франции в конце августа 1918 года, когда инфекция мутировала до особенно опасного штамма.

Пациенты, которые перенесли первую волну «испанки», выработали более сильный иммунитет ко второй волне, хотя для тех, кто не заразился в первый раз, новый виток заболевания оказался смертельным. Как и в первом случае, чаще погибали с виду здоровые молодые люди из-за гиперактивной работы иммунной системы.

Третья волна началась в январе 1919 года и окончилась в июне того же года. После окончания Первой мировой войны в ноябре 1918 года радостные люди выходили праздновать победу на улицы, махнув рукой на все меры предосторожности вроде социального дистанцирования, которые прежде соблюдали. Из-за этого инфекция распространилась намного быстрее. Она была не такой тяжелой, как вторая волна, но все же унесла больше жизней, чем первая.

Масштабная пандемия сошла на нет к концу 1919 года, хотя некоторые пациенты еще продолжали умирать в начале 1920 года. Современные ученые до сих пор не знают истинного происхождения вируса и каким образом он мог преобразовываться в более смертоносные штаммы.

Согласно существующей тенденции, со временем вирусы гриппа мутируют в более слабые штаммы, когда наиболее опасные разновидности вымирают. Кроме того, на первых порах вирусы убивают наиболее предрасположенных к заболеванию членов общества, после чего распространение инфекции замедляется. Когда большая часть населения вырабатывает иммунитет к вирусу, то остается меньше потенциальных жертв, и в конечном итоге вирус исчезает. Но в противном случае вирус может превратиться в более смертоносный штамм, и тогда население не сможет выработать к нему иммунитет.

В 1920 году люди не так много путешествовали. Авиаперевозки находились в зачаточном состоянии, и путешественники перемещались на кораблях, велосипедах или автомобилях. Таким образом, уровень глобальной миграции был довольно низким, и исключение составляли только солдаты, которые изначально и разнесли грипп по всему миру.

Как удалось победить испанский грипп

Причиной испанского гриппа был вирус гриппа А Н1N1 с высоким уровнем смертности, особенно среди молодежи. Почти половина всех смертельных случаев приходилась на людей в возрасте от 20 до 40 лет. Считалось, что в основном к смерти приводил цитокиновый шторм – воспалительная реакция организма в ответ на атаку инфекции, из-за чего больной оказывался более уязвимым к развитию респираторной недостаточности и пневмонии. [26] Маленькие дети и люди среднего возраста умирали реже, потому что их иммунная система не так активно реагировала на вирус, и, следовательно, их легкие не так сильно повреждались в результате цитокинового шторма.

Уже через несколько часов у заболевших проявлялись неблагоприятные симптомы. У них начиналась сильная слабость, поднималась высокая температура, пропадал аппетит, появлялись головные боли, а некоторые пациенты синели. Кашель часто сопровождался выходом кровавой пены изо рта и носа. Многие умирали спустя 24 часа после появления первых симптомов. [27]

Основная стратегия контроля за эпидемиями заключается в сдерживании и смягчении последствий. На первых этапах заболевания осуществляются попытки сдерживания вируса через отслеживание контактов, изоляцию инфицированных и другие методы контроля за здоровьем общественности. [28] К фазе смягчения последствий приступают, когда сдерживать рост числа заболевших становится невозможно. С этого момента все внимание переносят на снижение темпов распространения и смягчение отрицательного воздействия на общество. Основная цель заключается в снижении пиковой активности или, как говорят, «сглаживании кривой» инфицирования, что спасает системы здравоохранения от перегрузок. [29] Наряду с ними вводят немедикаментозные меры предосторожности, например, ношение защитных масок, мытье рук и соблюдение социальной дистанции. Во время пандемий отменяются все массовые собрания и крупные мероприятия, закрываются общественные места и школы. Цель этих ограничений – предотвратить взаимодействие с людьми, инфицированными тем вирусом или бактериями, которые стали причиной эпидемии.

Луи Пастер, которого называют одним из основателей бактериологии и «отцом микробиологии», [30] в 1860-х годах открыл, что некоторая разновидность портящих напитки бактерий вызывает заболевания у людей и животных. Он изобрел пастеризацию – процесс нагревания жидкости, например, молока, до температуры в промежутке от 60 до 100 ℃ для уничтожения всех микроорганизмов. Его открытие подтолкнуло Джозефа Листера к использованию антисептических и дезинфицирующих растворов при выполнении хирургических операций. [31, 32] В те времена многие пациенты умирали во время операций из-за инфекционных осложнений. Но самое жуткое, что сначала многие коллеги Листера не верили в его теорию, однако врачу удалось отстоять свою правоту. Он доказал, что использование обработанных антисептиком хирургических инструментов снижает риск попадания инфекции во время операции и ускоряет процесс восстановления. [33] В 2012 году, когда со дня смерти Листера прошло ровно 100 лет, ему присвоили звание «отца современной хирургии». [34]

В 1918 году появилась микробная теория инфекций, которая утверждала, что микроорганизмы, иначе говоря микробы, вызывают заболевания. Это был самый современный взгляд на причины множества заболеваний. Для устранения патогенов применялись различные методы лечения, такие как антитоксические сыворотки, кровопускание и новые вакцины (первую вакцину от оспы разработали в 1798 году), но работали они неважно, за исключением нескольких вакцин против сравнительно мало мутирующих вирусов. [35] Самым эффективным терапевтическим средством того времени было переливание плазмы крови. Введение крови или плазмы от переболевших пациентов больным, находящимся в тяжелом состоянии, снизило уровень смертности на 50 %. [36] Выжившие после перенесенных инфекционных заболеваний вырабатывали антитела к вирусу и иммунитет, который надежно защищал их от определенного штамма, по крайне мере на некоторое время. В этом заключалась идея вакцинирования.

Во время вспышки испанского гриппа заболевших было настолько много, что медицинские учреждения были вынуждены оказывать минимальную помощь пациентам и надеяться, что они сами справятся с инфекцией. В Бостоне и Массачусетсе многие медработники и пациенты не погибли только из-за пребывания в госпиталях под открытым небом, которые организовывали в школах, общественных приемных, на кораблях и в частных усадьбах. [37] Полевые госпитали устраивали в местах «с максимальным доступом солнечного света и свежего воздуха днем и ночью». [38] В Восточном Бостоне из 5100 моряков, находившихся на борту кораблей, испанским гриппом заразились 1200 человек. [39] В самых плохо проветриваемых отсеках кораблей у больных развивалась тяжелая форма пневмонии. Из 154 медицинских работников заразились только шестеро медсестер и двое санитарок, причем в пяти случаях они подхватили вирус не на рабочем месте.

Свежий воздух, солнце и тщательная личная гигиена помогли значительно сократить количество смертельных исходов. Эта практика, получившая название аэротерапия (лечение свежим воздухом), была впервые предложена английским врачом Джоном Коукли Леттсомом (1744–1815), который лечил больных туберкулезом детей при помощи морского воздуха и солнечного света. [40] Действительно, витамин D, ультрафиолетовое излучение и кислород обладают противовирусными и антибактериальными свойствами, за счет чего, безусловно, поддерживают иммунную систему. [41] Рахит – детское заболевание, развивающееся на фоне дефицита витамина D, связывают с развитием респираторных инфекций, а низкий уровень витамина D повышает риск заражения гриппом. [42] Лабораторные исследования показали, что ультрафиолетовое излучение дезактивирует вирус гриппа и другие патогены, [43] а также уничтожает бактерии. Кроме того, под действием солнечного света лучше заживали гнойные боевые ранения, и больные быстрее выздоравливали. [44] Также было доказано, что у больных, перенесших сердечный приступ, было больше шансов выжить, если они лежали в солнечных палатах. [45] Если быть кратким, то солнечный свет полезен для сердца и иммунной системы.

После Первой мировой войны исследованиями противовирусных свойств свежего воздуха продолжил заниматься физиолог сэр Леонард Хилл. В 1919 году в медицинском журнале British Medical Journal он писал, что дыхание холодным воздухом и сон под открытым небом – это лучшие средства борьбы с вирусом гриппа, а солнечный свет помогает добиться положительных результатов при лечении туберкулеза. [46] Свежий воздух оказывает стерилизующее воздействие даже на самые мельчайшие патогенные частицы. [47] Неизвестно, сколько именно свежего воздуха нужно запускать в помещение, чтобы предотвратить развитие инфекционных заболеваний, но определенно проветривать следует чаще, чем это принято в современных больницах, школах и офисах. [48]

Пандемии XXI века и извлеченные из них уроки

Пандемии постоянно вспыхивали на протяжении всей истории человечества, и они будут возвращаться снова. В 2020 году мир столкнулся с новым коронавирусом SARS-CoV2, который стал причиной эпидемии COVID-19. Прежде люди никогда не сталкивались с этой разновидностью коронавируса, а потому мы не располагали проверенной информацией о его вирулентности, способности вызывать летальный исход и потенциальных долгосрочных последствиях заболевания. Однако нам известно, что SARS-CoV2 в первую очередь убивает пожилых и людей с нарушенным обменом веществ. Если посмотреть на статистику по населению в целом, то количество заболеваний SARS-CoV2 со смертельным исходом составляет почти 3 % (в Соединенных Штатах Америки этот показатель составляет 2,86 %). [50] Вероятно эти цифры завышены и не отражают реальной частоты смертельных исходов (многие люди с SARS-CoV2 не обращались за помощью к врачам и выжили после инфекции). Тем не менее, по данным Всемирной организации здравоохранения, на 29 сентября 2020 года с инфекцией SARS-CoV2 было диагностировано более 33 млн человек по всему миру, один миллион из которых не смогли пережить заболевание.

Первая опасная вспышка коронавируса, известная как тяжелый острый респираторный синдром (SARS), произошла в 2003 году. Тогда заразились 8000 человек, из которых погибли 774 (что составило около 10 % случаев со смертельным исходом). Предположительно, вирус начал распространяться в Китае от летучих мышей и через пальмовых циветт – вид кошкообразных зверьков – перешел к человеку. Еще одна коронавирусная эпидемия, получившая название Ближневосточный респираторный синдром (MERS), началась по вине верблюдов в 2012 году в Саудовской Аравии. Всего к 2020 году вирусом заразились 2500 человек, из которых погибли 866 пациентов (что составило около 35 % случаев со смертельным исходом). Затем пришла лихорадка Эбола, которая с 1976 года испытывала на прочность население Африки к югу от Сахары. Сообщалось, что за 2013 год Эболой заразились 2387 человек, среди которых 1590 не смогли справиться с заболеванием (что составило около 66,6 % случаев со смертельным исходом). Конечно, эти цифры не так поражают, как смертоносные эпидемии чумы и пандемии прошлых веков. Однако текущая ситуация с SARS-CoV2 напоминает нам, что очередное серьезное заболевание, вероятно, притаилось буквально за углом. И в сложившихся обстоятельствах мы, как отдельные личности и члены общества, не можем просто почивать на лаврах. Невозможно отрицать тот факт, что сегодня разные регионы планеты теснее связаны друг с другом, чем в прошлом, и люди могут перемещаться по миру гораздо быстрее. А значит, беда может разразиться в течение одного дня.

В отличие от «испанки», коронавирусная инфекция COVID-19 заражала в основном старых и больных, и оказалась не настолько заразна. Бесспорно, любая потерянная жизнь – это повод для скорби, но количество погибших несоизмеримо с эпидемией испанского гриппа 1918 года. Тогда люди умирали через несколько дней или даже часов после инфицирования. Конечно, в то время рекомендации по гигиене намного уступали современным, но подумайте, сколько людей из ваших знакомых подхватили коронавирусную инфекцию и погибли за считанные дни? Большинство смертельных случаев от COVID-19 зафиксировано спустя две или три недели, а не через два или три дня.

Согласно последним исследованиям, жертвами вируса SARS-CoV2 чаще всего становятся пожилые, люди с ослабленным иммунитетом и такими сопутствующими патологиями, как диабет, гипертония, онкология, сердечно-сосудистые заболевания, заболевания печени и ожирение. [51] В основном к факторам риска относятся признаки нездорового образа жизни, которые поддаются коррекции. Любая смерть – это трагедия, но еще и важное напоминание, что наша первоочередная защита от вирусов – это метаболическое здоровье и крепкая иммунная система. Мы не можем предугадать появление нового вируса в другой части планеты, как и не можем взять под контроль его распространение по всему миру. Единственное, что нам действительно под силу контролировать, это состояние здоровья и иммунитет. Жизнь в современном обществе создает иллюзию защищенности, и мы привыкли ждать неизбежно счастливой развязки. К сожалению, природой управляют другие законы, и если мы хотим выжить во время пандемий, то мы должны как можно лучше заботиться о здоровье всего организма.

Пандемии прошлого преподали нам множество важных уроков. Вирусы склонны меняться и мутировать, поэтому медицинский подход к ним должен быть адаптивным. Однако вспышки заболеваний практически всегда проходят по одному и тому же сценарию, особенно в отношении человеческой природы и общественной реакции.

● Пандемии характеризуются несколькими волнами. Все эпидемии чумы и вспышки инфекционных заболеваний случались более одного раза. Очевидно, таковы правила жизни бок о бок с постоянно развивающимися вирусами. Каждые несколько столетий человечество сталкивалось с тремя наиболее беспощадными вспышками чумы. Страшно подумать, но до сих пор в мире каждый год насчитывается как минимум 12 случаев заболевания бубонной чумой. [52] Испанский грипп на протяжении двух лет то появлялся, то затухал, а Антонианова чума свирепствовала 15 лет, пока наконец не иссякла. И несмотря на это, люди продолжали жить и справляться с этой напастью. Мы не можем предугадать, сколько волн той или иной пандемии прокатится по нашему обществу и как долго это будет продолжаться. Поэтому крайне важно проявлять инициативу и принимать дополнительные защитные меры.

● Вакцины может и не быть. У нас нет вакцины от «испанки» и коронавирусных инфекций по типу тяжелого острого респираторного синдрома (SARS). Существующие вакцины от бубонной чумы и даже от гриппа не всегда срабатывают против новых, ежегодно появляющихся штаммов. Вакцины против РНК-содержащих вирусов тоже не могут похвастаться высокими показателями, потому что эти вирусы постоянно меняются. Конечно, мы не утверждаем, что вакцины не работают, хотя вопрос о степени их реальной эффективности пока остается открытым. И все же вакцина – это не панацея. И что самое важное, вакцины могут не оказать нужного эффекта на тех, кому они нужнее всего, то есть на пожилых и страдающих от ожирения людей. [53, 54, 55]

Можно сказать, человечеству пока что сопутствовала удача. В конце концов, мы смогли сохранить жизнь нашего вида и на протяжении тысячелетий успешно справлялись с нападками инфекций, чумы и вирусов. Впрочем, этим мы обязаны не столько везению, сколько нашей способности адаптироваться и выживать. Человеческое тело представляет собой самоадаптирующееся устройство, которое развивалось в неблагоприятных внешних условиях на протяжении нескольких тысяч лет. Оно позволило нам построить современную цивилизацию, но, к сожалению, созданная им защита может сделать нас уязвимыми перед неожиданными пандемиями будущего. Можно не сомневаться, что впереди нас ждет множество пандемий, и последние потрясения напомнили о важности активно следить за состоянием своего здоровья и иммунной системы. И для этого нужно обратиться к основам, а именно уделить внимание питанию, физическим упражнениям, сну, снятию стресса и прогулкам на открытом воздухе.

Глава вторая:

Основополагающие элементы иммунной системы и старение иммунитета

Иммунная система – это набор важнейших компонентов и процессов живых организмов, которые участвуют в выполнении различных функций. Она надежно защищает нас от угроз внешнего мира и инфекционных агентов. Крепкий иммунитет уверенно отталкивает инородные микроорганизмы и поддерживает тело в состоянии гомеостаза.

Абсолютно все живые организмы, в том числе простейшие и бактерии, наделены примитивной иммунной системой, которая называется системой рестрикции-модификации. [56] Базовые функции иммунитета растений и эукариот включают в себя производство противомикробных пептидов дефензинов, поглощение крупных частиц путем фагоцитоза и каскад комплемента, который усиливает эффективность антител. Люди и челюстноротые обладают более совершенными защитными механизмами, например, способностью со временем более эффективно распознавать определенные патогены и лучше к ним адаптироваться (адаптивный иммунитет). [57]

Иммунная система – это удивительно сложное явление. Она подразделяется на множество более мелких категорий и поддерживает связь со всеми системами тела, например, с сердечно-сосудистой, эндокринной и нервной системой. [58] Коротко говоря, иммунитет отвечает за распознавание патогенов и противодействие им, но на самом деле сфера его ответственности намного шире.

В этой главе мы рассмотрим основополагающие элементы иммунной системы и выясним, как они работают. Также мы обсудим компоненты иммунной системы, их иммунный ответ и защитные механизмы. Кроме того, мы узнаем, как стресс и процесс старения – неотъемлемые составляющие регуляции иммунного ответа организма – влияют на иммунитет.

Классификация иммунной системы

Слово «иммунитет» восходит к латинскому «immunis», что означает «невосприимчивый». То есть обладающий способностью противостоять инфекциям, патогенам, вредным микроорганизмам и вырабатывать иммунитет к болезням. Для оптимальной работы иммунной системе нужно уметь находить и устранять как можно больше патогенов, при этом отличать их от здоровых компонентов тела. В противном случае организм может атаковать сам себя, то есть спровоцировать аутоиммунную реакцию, что наносит такой же сильный вред организму, как и сама инфекция.

Иммунная система состоит из множества категорий и подсистем, которые включаются в работу на разных этапах развития инфекции или заболевания. Она работает по типу многослойной защиты, где такие физические барьеры, как кожа и слизистые оболочки, обеспечивают первый слой защиты. Они препятствуют попаданию в организм самых крупных и наименее сложно устроенных вредных микроорганизмов. Однако большинство бактерий и вирусов обладают настолько мелкими размерами, что протискиваются даже в самые крошечные лазейки. В этот момент иммунная система берет ситуацию под контроль и немедленно отвечает на вторжение.

Существуют две основные категории иммунной системы, которые управляют нашими защитными механизмами:

● Врожденный (естественный) иммунитет, который включает в себя большинство защитных сил организма. [59] С ним человек рождается и по умолчанию получает способность распознавать инородные вещества и реагировать на них неспецифическим, обобщенным способом. Врожденный иммунитет проявляет активность, когда микробы или патогены вторгаются в организм, и образраспознающие рецепторы (ОРР) распознают эти микробные компоненты. [60] То же происходит в момент получения травмы, нарушения физической целостности и стресса. [61] Все живые организмы используют рецепторы ОРР.

• К поверхностным защитным барьерам, которые препятствуют попаданию патогенов в организм, относятся кожа и слизистые оболочки животных, экзоскелет насекомых и внешняя оболочка листьев. Также существуют химические барьеры, такие как антимикробные пептиды, которые выделяет кожа, [62] антибактериальные ферменты слюны, слез, [63] грудного молока и желудочного сока. [64] Когда частицы попадают внутрь через функциональные отверстия тела, например, ноздри или рот, такие механические реакции, как чихание, кашель и мочеиспускание, помогают быстро избавиться от нависшей угрозы. [65]

• Образраспознающие рецепторы в основном представлены клетками врожденного иммунитета, например, дендритными клетками, макрофагами, моноцитами, нейтрофилами и эпителиальными клетками. [66] Они распознают патоген-ассоциированные молекулярные паттерны (ПАМП) и дефект-ассоциированные молекулярные паттерны (ДАМП). Внеклеточные ПАМП частично подтверждаются толл-подобными рецепторами. [67] Толл-подобные рецепторы запускают секрецию цитокинов, которые включают последующие защитные механизмы тела.

– Процесс уничтожения патогенов антителами реализуется за счет каскада или системы комплемента, в которой принимают участие более 30 различных белков. Эта система представляет наибольшее гуморальное звено врожденного иммунитета. [68] Система комплемента активирует фагоцитоз, воспаление и атаку клеточных мембран вредных бактерий.

– Антитела или иммуноглобулины (Ig) – это крупные белки Y-образной формы, которые производятся плазматическими клетками для обезвреживания патогенов. Они распознают специфические молекулярные характеристики у определенных патогенов-антигенов и помечают их как подлежащие уничтожению. У млекопитающих существует пять видов антител (IgA, IgD, IgE, IgG и IgM). [69]

• Врожденная иммунная система опосредована белыми кровяными тельцами (лейкоцитами), к которым относятся фагоциты (макрофаги, нейтрофилы, дендритные клетки), врожденные лимфоидные клетки, тучные клетки, эозинофилы, базофилы и естественные киллеры. Они либо физически атакуют и уничтожают патогены, либо поглощают их. [70] Второй процесс называется фагоцитозом и представляет собой древнейшую форму иммунной защиты организма. [71] Фагоциты мигрируют по организму в поисках инородных частиц и откликаются на зов цитокинов. [72]

– Дендритные клетки – это фагоциты, которые живут на коже, в носу, легких и кишечнике. Они поддерживают связь между тканями тела и иммунной системой, предоставляя (презентуя) антигены Т-лимфоцитам. [73]

– Естественные киллеры (NK-клетки) – это лимфоциты, которые не атакуют инородные частицы напрямую. Вместо этого они устраняют дисфункциональные защитные клетки организма, например, опухолевые клетки, стареющие или инфицированные клетки путем секреции цитотоксических молекул. [74] Естественные киллеры распознают инфицированные клетки по признаку «потеря своего», которым обладают клетки с низким уровнем мембранного маркера MHC I (главный комплекс гистосовместимости I). Нормальные здоровые клетки поддерживают оптимальный уровень MHC-антигенов, и NK-клетки их не трогают. [75]

• Воспаление – это мгновенный ответ врожденного иммунитета на появление инфекции. [76] В результате этой реакции появляются отек, жар, потоотделение, боль, а также усиливается прилив крови к поврежденной области. Повышение температуры обусловливают простагландины, которые представляют собой группу липидов-эйкозаноидов, обладающих гормоноподобным воздействием. [77] Также воспалительный процесс могут запускать цитокины, например, интерлейкины, которые поддерживают общение между белыми кровяными тельцами и интерферонами, которые управляют клеточными функциями в период вирусной инфекции. [78] Цитокины призывают иммунные клетки, чтобы те уничтожили патогены и инициировали процесс заживления. [79]

● Адаптивную иммунную систему человек приобретает в результате взаимодействия с различными патогенами на протяжении жизни. Каждая перенесенная инфекция записывается в иммунологической памяти, которая хранит воспоминания обо всех инфекционных агентах и наделяет их личными антигенами. [80] Это более специфическая реакция, которая запускается при распознавании чужеродных антигенов во время так называемой презентации антигена. Адаптивный иммунитет можно приобрести естественным путем через знакомство с вредными микроорганизмами, либо искусственным через вакцинацию. Впервые адаптивная иммунная система начала функционировать у позвоночных, так как у беспозвоночных видов она отсутствует. [81] Отметим, что адаптивный иммунитет способен помогать бороться даже с теми инфекциями, с которыми вы не сталкивались ранее. Например, ранее перенесенная простуда, вызванная обычными штаммами коронавируса, дает некоторую защиту от SARS-CoV2 в связи со сходством структур этих вирусов. [82, 83] Необходимо отметить, что иммунитет Т-клеток сохраняется десятилетиями, тогда как защита антител длится всего несколько месяцев. Для адаптивного иммунитета крайне важно наличие правильно функционирующих Т-лимфоцитов. К сожалению, по причине возраста, плохого питания и хронических заболеваний их функции деградируют.

• Адаптивная иммунная система состоит из лимфоцитов, таких как Т-клетки (Т-киллеры, Т-хелперы) и В-клетки (продуцирующие антитела), которые происходят от гемопоэтических стволовых клеток в костном мозге. Т-клетки связаны с клеточно-опосредованным иммунным ответом, в то время как В-клетки вовлечены в гуморальный иммунный ответ. Как только вредная инородная частица попадает в клетку, а значит, умудряется беспрепятственно обойти барьер антител, организм подключает Т-клетки для уничтожения патогена.

– Т-киллеры уничтожают инфицированные, поврежденные и неработоспособные клетки, [84] которые они узнают по антигенам, прикрепленным к молекулам MCH I. Этому процессу способствуют корецепторы CD8, расположенные на Т-лимфоцитах. Когда между ними устанавливается контакт, Т-клетки выпускают цитотоксины, которые проникают через мембрану клетки-мишени и инициируют апоптоз (программируемую клеточную смерть), [85] чтобы остановить репликацию вируса.

– Т-хелперы (или T-лимфоциты, имеющие CD4) влияют на врожденный и адаптивный иммунитет, помогая принимать решение, какой из иммунных ответов наилучшим образом подойдет к определенному патогену. [86] Они не обладают цитотоксическими или прямыми патогенными свойствами. Однако после активации Т-хелперы выбрасывают цитокины, которые усиливают бактерицидное воздействие макрофагов и повышают активность Т-киллеров. [87] Т-хелперы и регуляторные Т-лимфоциты распознают антигены на молекулах MCH II через экспрессию рецепторов на Т-лимфоцитах.

– Гамма/дельта Т-лимфоциты обладают теми же свойствами, что и Т-киллеры, Т-хелперы и NK-клетки. [88] На них расположены нетипичные рецепторы Т-лимфоцитов, состоящие из одной γ (гамма) цепи и одной δ (дельта) цепи в отличие от обычной αβ (альфа/бета). Наибольшую концентрацию гамма/дельта Т-лимфоцитов можно заметить в слизистой оболочке кишечника, которые участвуют в адаптивной и врожденной иммунной реакции. [89] Гамма/дельта Т-лимфоциты распознают интактные антигены, связанные с MCH-рецепторами.

• На поверхности В-лимфоцитов расположены антигенспецифические рецепторы В-клеток, которые распознают патогены полностью, без потребности в обработке антигенов. Они связываются с чужеродными антигенами и превращают их в антигенные пептиды посредством протеолиза. [90] Эти пептиды появляются на молекулах MCH II, расположенных на поверхности В-лимфоцитов, и привлекают Т-хелперов. Т-хелперы продуцируют лимфокины, которые активируют В-клетки. [91] В результате В-клетки начинают делиться, и их потомки секретируют миллионы антител, которые попадают в кровеносную и лимфатическую систему, где они распознают патогены, экспрессирующие определенный антиген. Затем они связываются с этими патогенами и помечают их на уничтожение. Каждая родственная линия В-лимфоцитов экспрессирует определенное антитело, таким образом весь комплекс антигенных рецепторов представляет совокупность антител, которые способно произвести наше тело. [92]

Патогены разработали множество механизмов, чтобы с их помощью успешно проникать в организм и инфицировать его, не попадаясь бдительным иммунным клеткам. [93] Бактерии прорывают внешние барьеры, выделяя пищеварительные ферменты через секреторную систему 2 типа. [94] При помощи секреторной системы 3 типа они пронизывают клетку-мишень шприцеподобным каналом, по которому направляют инфицированные белки и отключают защитные системы клетки. [95] Некоторые патогены, такие как сальмонеллы, которые вызывают пищевые отравления, и Plasmodium falciparum, которые несут ответственность за развитие малярии, прячутся в клетке-хозяине, чтобы ничем себя не выдать. Палочка Коха (Mycobacterium tuberculosis) закрывается в защитную капсулу. [96] Другие бактерии, например, синегнойная палочка (Pseudomonas aeruginosa) и Burkholderia cenocepacia у больных муковисцидозом, создают биопленку, которая защищает их от иммунных клеток. [97] Некоторые патогены на поверхности производят белки и соединения, которые лишают антитела эффективности. [98]

В-лимфоциты и Т-лимфоциты обладают долгосрочной памятью, в которой хранятся «записи» о всех патогенах, с которыми они сталкивались. Поэтому они сумеют эффективно противостоять им при следующей встрече. Здесь мы подходим к функции иммунологической памяти адаптивного иммунитета, которая формируется на протяжении жизни человека. Она может иметь вид пассивной краткосрочной или активной длительной памяти.

Эпизодические недомогания оказывают положительное воздействие на организм в течение длительного периода времени. Повышенная температура и не слишком агрессивные инфекции, перенесенные в раннем детстве, защищают во взрослой жизни.

Согласно результатам исследования 2019 года, переболевшие гриппом маленькие дети в будущем вырабатывают сильный иммунитет к мутировавшим штаммам того же вируса. [99] Когда мы получаем опыт взаимодействия с инфекциями, тело учится эффективно уничтожать похожие патогены. Однако бывают случаи, когда происходит совершенно противоположное. Например, корь может стирать приобретенную память иммунной системы, что делает человека беззащитным перед заболеванием. [100] Поэтому серьезные заболевания не приносят пользы, так как они истощают иммунные ресурсы организма, а недомогания, которые мы испытываем время от времени, наоборот, помогают человеку приспосабливаться.

Перенесенная инфекция через Т-лимфоциты и В-лимфоциты создает долгосрочный активный иммунитет. Также его можно создать искусственным путем при помощи вакцинации. Вакцины работают за счет принципа, что при попадании в систему небольшого количества антигенов от патогена развивается иммунитет от этого конкретного патогена через инициирование иммунного ответа. Они действуют по модели естественного заражения инфекцией, с разницей только в способе введения. Вакцинация – один из самых успешных методов контроля распространения инфекционных заболеваний, который помог искоренить такие болезни, как оспа, полиомиелит и столбняк. [101] Однако существует множество вирусов, например вирусы гриппа и ВИЧ, которые регулярно мутируют и не дают выработать перманентный иммунитет или разработать один вид лечения. [102] Поэтому нам необходимо заранее уделять внимание оптимизации функций иммунной системы и не допускать ослабления иммунной реакции.

Нарушения иммунной системы

Правильно функционирующая иммунная система – это основа здоровья и жизненной активности. С другой стороны, ослабленный иммунитет оказывает прямо противоположное воздействие на организм, повышая восприимчивость к заболеваниям, инфекциям и злокачественным образованиям.

Нарушения иммунной системы можно разделить на три категории:

● Иммунодефицитные или иммунокомпрометированные состояния – это условия, при которых организм утрачивает способность бороться с инфекциями. Они наступают, когда бездействуют один и более компонентов иммунной системы. Например, гуморальный иммунодефицит наблюдается при отсутствии функций В- и Т-лимфоцитов, недостаточности системы комплемента, дефиците гранулоцитов или дисфункции селезенки.

• В большинстве случаев иммунодефициты приобретаются по причине внешних факторов, таких как неполноценное питание, старение, прием определенных медицинских препаратов, химиотерапия, отравление тяжелыми металлами, отравление ртутью, алкоголизм, курение или ВИЧ-инфекция, [103] которые называются вторичными иммунодефицитами. Некоторые люди рождаются с нарушениями иммунной системы, и в этом случае говорят о первичном иммунодефиците. Неизвестно, какие именно гены отвечают за развитие этого состояния. Иммунодефициты повышают восприимчивость к патогенам и снижают эффективность иммунологического надзора против опухолевых клеток. [104]

• С возрастом способность организма выдавать иммунный ответ снижается, и это явление называется старением иммунной системы. [105] В первую очередь оно поражает адаптивный иммунитет, а не врожденный, и мешает производству Т-лимфоцитов, которые распознают патогены. [106] Также наблюдается снижение цитотоксичности естественных киллеров, объемов производства В-лимфоцитов и общего количества фагоцитов. [107, 108] Утрачивается способность развивать долгосрочную иммунологическую память в том числе посредством вакцинации. [109] Возрастной иммунодефицит возникает у всех живых существ и выступает в качестве ключевого фактора смертности и развития патологий. Однако этот процесс, скорее, связан с биологическим, а не хронологическим старением. [110] Постоянное воздействие патогенов и вирусов ускоряет старение иммунитета. [111]

● Аутоиммунная реакция – это иммунная реакция организма на собственные здоровые клетки и ткани. Иммунная система утрачивает способность проводить различия между своими и чужими структурами и в результате атакует хозяина. Состояния, которые провоцируют такую реакцию, называются аутоиммунными заболеваниями. К ним относятся целиакия, сахарный диабет первого типа, тиреоидит Хашимото, болезнь Грейвса, ревматоидный артрит и рассеянный склероз (РС).

• Аутоиммунные заболевания возникают по вине множества механизмов. К ним относятся несогласованная активность Т-лимфоцитов и В-лимфоцитов, что приводит к возникновению аутореактивных В-лимфоцитов [112] и инфекций, способных уйти от Т-лимфоцитов. Так появляются суперантигены, которые активируют В- и Т-клетки. Чужеродный антиген может иметь сходство с антигенами хозяина, и в этом случае антитела атакуют некоторые антигены организма, усугубляя иммунную реакцию. Нарушение апоптоза в дендритных клетках неправильно активирует лимфоциты и приводит к снижению толерантности «к своему». [113] Генетические аномалии в Т-лимфоцитах, иммуноглобулинах и MCH-комплексах связывают с факторами риска развития аутоиммунных реакций.

• Женщины сильнее восприимчивы к некоторым аутоиммунным заболеваниям, потому что у них ярче выражен иммунный ответ по сравнению с мужчинами. Беременность повышает риск развития аутоиммунных заболеваний вследствие прямого обмена клетками между матерью и ребенком. [114]

• Существует обратная зависимость между инфекциями и аутоиммунными реакциями. В некоторых исследованиях паразитарные инфекции ассоциировались со снижением активности таких аутоиммунных заболеваний, как сахарный диабет первого типа, [115] аутоиммунный энцефалит [116] и рассеянный склероз. [117] Гипотетически разные патогены способны повышать концентрацию регуляторных Т-лимфоцитов и противовоспалительных молекул, которые обеспечивают защиту организму. Необходимо отметить, что маниакальная одержимость гигиеной и устранением любых бактерий ослабляет иммунную систему.

• Иммунодефициты обладают характеристиками аутоиммунных заболеваний. Ослабленный иммунитет может спровоцировать аутоиммунную реакцию через хроническую активацию иммунной системы. [118] В качестве примера можно привести вариабельный неклассифицируемый иммунодефицит (ВНИ), когда проявляются сразу несколько аутоиммунных заболеваний, такие как воспалительные заболевания кишечника (ВЗК), аутоиммунная тромбоцитопения и аутоиммунный тиреоидит (АИТ).

● Гиперчувствительность – еще один пример нарушения в иммунной системе, который оказывает разрушительное воздействие на организм. Принято говорить о четырех категориях гиперчувствительности, которые отличаются механизмами действия и продолжительностью.

• Первый тип гиперчувствительности вызывает мгновенные опосредованные IgE аллергические реакции, при которых отмечаются такие проявляния, как высыпания, отек гортани, рвота или затрудненное дыхание (одышка). Они варьируются от легких симптомов до смертельных случаев. К заболеваниям такого типа относятся астма, атопические заболевания и отек.

• Второй тип гиперчувствительности, опосредованный IgM и IgG, происходит в том случае, когда антитела связываются с антигенами клетки-хозяина и помечают их, как подлежащие уничтожению. К заболеваниям такого типа относятся тромбоцитопения, болезнь Грейвса, аутоиммунная гемолитическая анемия и ревматическая болезнь сердца.

• Третий тип гиперчувствительности запускается под действием антител IgG, которые связываются с растворимыми антигенами и создают иммунный комплекс. Он может откладываться в различных тканях тела, например, суставах и почках, вызывая локальные воспалительные реакции. К заболеваниям такого типа относятся ревматоидный артрит, системная волчанка, мембранозная нефропатия и сывороточная болезнь.

• Четвертый тип гиперчувствительности представляет собой отложенную реакцию, которая запускается через несколько дней. Антигенпрезентирующая клетка активирует Т-лимфоцитов помощников, которые инициируют деятельность макрофагов и вызывают воспаление. К заболеваниям такого типа относятся контактные дерматиты (сыпь от ядовитого плюща), рассеянный склероз, глютеновая болезнь, тиреоидит Хашимото и хроническое отторжение трансплантата.

В медицинской практике иммунитетом и аутоиммунными реакциями управляют с помощью иммуносупрессоров и противовоспалительных препаратов. Их применяют для контроля за воспалительными процессами, аутоиммунными атаками и с целью прекращения отторжения пересаженных органов. [119] К сожалению, некоторые из них, например, глюкокортикоиды, обладают неблагоприятными побочными эффектами, такими как гипергликемия, увеличение массы тела и остеопороз. [120] Цитотоксические медикаменты, например, метотрексат и азатиоприн, ингибируют иммунный ответ, уничтожая активированные Т-лимфоциты, и вместе с тем поражают другие клетки и органы, что приводит к токсическим побочным реакциям. Иммуносупрессоры, например, циклоспорин, блокируют Т-лимфоциты и не дают им реагировать соответствующим обстоятельствам образом. [121] Это несколько компрометирует цель приема данных препаратов, так как возникающие на их фоне последствия могут инициировать тот же иммунодефицит, от которого пациента лечат в первую очередь.

Иммунная защита организма

Учитывая, что иммунная система принимает участие во многих физиологических процессах организма, ее нужно рассмотреть в сочетании с другими системами. Эндокринная, нервная, циркадная и метаболическая система настолько же актуальны для процесса оптимизации иммунитета, как и сама иммунная система.

Гормоны и их побочные продукты функционируют как иммуномодуляторы, оказывая влияние на выносливость организма. Женские половые гормоны, например, эстрогены, обладают иммуностимулирующими свойствами, [122] а мужские половые гормоны, такие как тестостерон, выступают в качестве иммуносупрессоров. [123] Другие гормоны, типа гормонов щитовидной железы, гормона роста человека, IGF-1 (инсулиноподобный фактор роста-1 – прим. пер.) и пролактин также оказывают влияние на иммунную систему. [124] Более того, для правильного функционирования продуцирующих гормоны ферментов необходимы витамины и минералы. В случае с тиреоидными гормонами эта миссия ложится на йод, что подтверждает крайне важное положение микроэлементов в вопросе укрепления иммунитета.

Ниже перечислены защитные системы организма, которые модулируют иммунную систему и повышают стойкость к развитию заболеваний. Эти факторы необходимо содержать в полном порядке, чтобы добиться оптимального состояния иммунитета:

● Костный мозг – здесь рождаются наши иммунные клетки. Стволовые клетки возникают в костном мозге, а затем превращаются в иммунные клетки. Иммунная система отправляет Т-лимфоциты из костей в тимус, где они находятся до полного созревания.

● Тимус или вилочковая железа – это важнейший орган лимфатической системы, который оказывает самое сильное воздействие на иммунитет. Он располагается спереди, в верхней части грудной клетки, за грудиной и перед сердцем. Тимус помогает созревать Т-лимфоцитам, которые имеют огромное значение для адаптивного иммунитета. Патология тимуса приводит к развитию аутоиммунных заболеваний. [125] Чтобы их избежать, нужно стимулировать функции вилочковой железы через усиление оттока лимфы, употреблять полезные продукты и избегать хронического стресса.

● С возрастом размеры тимуса уменьшаются, чем можно объяснить старение иммунной системы. [126] Возрастное угнетение функций щитовидной железы также способствует снижению иммунитета. [127] Гипотиреоз снижает активность тимуса, сокращает объемы селезенки и лимфатических узлов [128] и подавляет гуморальный иммунный ответ. В результате введения гормона Т4 старым животным исследователи отмечают рост тимуса, восстановление функции эндокринной системы и устранение иммунной дисрегуляции, связанной с возрастом. [129] Одновременное введение гормона роста и IGF-1 старым животным способствует восстановлению вилочковой железы. [130, 131]

● Селезенка – второй крупный орган лимфатической системы, который располагается слева, в верхней части живота. Во время внутриутробного развития селезенка управляет гемопоэзом, иначе говоря, кроветворением – формированием клеточных компонентов крови, например, красных кровяных клеток. [132] Основная функция селезенки – фильтрация крови и удаление старых или поврежденных красных кровяных клеток и тромбоцитов. Она может накапливать продукты распада, например железо, или возвращать железо в костный мозг для производства гемоглобина. [133] Помеченные антителами бактерии преобразуются и удаляются в селезенке. [134] Этот орган накапливает кровь, красные кровяные клетки и тромбоциты на случай чрезвычайной необходимости. Селезенка умеет распознавать патогены и помогает выделять белые кровяные тельца в ответ на появление инфекции. Посредством движения лимфы селезенка накапливает моноциты, которые ускоряют заживление тканей, трансформируя дендритные клетки и макрофаги. [135] Такие заболевания, как серповидноклеточная анемия, малярия, лейкемия, болезнь Ходжкина, кисты и опухоли, могут увеличивать селезенку, тем самым снижая ее способность эффективно фильтровать кровяные клетки. По всей видимости, селезенка находится под контролем мозга, который спускает ей команды «сверху» через автономную нервную систему, способствующую производству антител. [136, 137] Две ключевые, связанные с селезенкой области мозга – миндалина и гипоталамус управляют реакцией страха и стресса. [138] Глюкокортикоиды, которые высвобождаются во время стресса, обладают иммуноподавляющим действием, а при умеренном стрессе генерируют антитела. [139]

● Щитовидная железа управляет обменом энергии и гомеостазом клетки. К гормонам щитовидной железы относятся тироксин (Т4) и трийодтиронин (Т3). Их производят клетки щитовидной железы, которые получают йод из пищи и связывают его с аминокислотой тирозином. Попадая в системный кровоток, они начинают управлять температурой тела, скоростью обмена веществ, дыханием и сердцебиением. Работа щитовидной железы воздействует на иммунитет, так как она определяет количество жировой и нежировой массы тела, [140] поддерживает лимфоциты, [141] опосредует воспалительную реакцию, [142] контролирует иммунные клетки [143] и предупреждает развитие аутоиммунных заболеваний. Важно подчеркнуть, что для транспорта одной молекулы йода в щитовидную железу требуются две молекулы натрия. Следовательно, поддержание приемлемого уровня натрия необходимо для оптимального состояния щитовидной железы и иммунитета.

• Гипертиреоз снижает провоспалительные эффекты моноцитов и макрофагов, в то время как гипотиреоз повышает уровень активных форм кислорода и усиливает фагоцитоз. [144] Инволюция селезенки и лимфатических узлов вследствие гипотиреоза снижает клеточно-опосредованный иммунный ответ, [145, 146] что в свою очередь отягощает вирусные инфекции и сепсис. [147, 148] Гормоны щитовидной железы также влияют на активность естественных киллеров, при этом нарушение функций щитовидной железы подавляет работу естественных киллеров. [149] Повышение уровня Т3, активного гормона щитовидной железы, обращает этот процесс вспять. [150]

• Снижение активности щитовидной железы повышает риск развития иммунодефицитных заболеваний, таких как диабет, ожирение, аутоиммунные расстройства и воспаление. При низкой скорости обмена веществ легче набирается лишний вес и тяжелее выполняются важные защитные процессы. Достаточное количество производимой энергии обеспечивает работу всех иммунных функций, в то время как нехватка энергии снижает иммунитет. Однако гипертиреоз также может вызывать аутоиммунные заболевания, такие как болезнь Грейвса и повышение уровня провоспалительных цитокинов.

• Гормоны щитовидной железы превращают холестерин в стероидные гормоны, такие как тестостерон, витамин D, ДГЭА (дегидроэпиандростерон – прим. пер.) и прогестерон. Эти гормоны обладают массой полезных свойств, в том числе способствуют росту мышечной ткани, уплотняют кости, повышают фертильность. Люди с низким уровнем гормонов щитовидной железы страдают от повышенного уровня холестерина, потому что им не хватает тиреоидных гормонов для превращения холестерина в другие гормоны. Высокий уровень тиреотропного гормона (ТТГ) поднимает уровень холестерина, [151] а гипертиреоз снижает концентрацию холестерина и вызывает гормональные нарушения. [152]

• Стресс угнетает функции щитовидной железы через надпочечниковую недостаточность. [153] Провоспалительные цитокины, такие как интерлейкин-6 (IL-6), интерлейкин-1 бета (IL-1β) и фактор некроза опухоли (ФНО или TNF) альфа сокращают преобразование T4 в T3. [154] IL-6 напрямую снижает Т3 в сыворотке крови. [155] Низкий уровень тиреоидных гормонов под влиянием неблагоприятных обстоятельств вызывает стресс во всем организме, что еще сильнее подавляет работу щитовидной железы. В то же время гипотиреоз может самостоятельно запустить каскад стрессовых изменений.

● Печень представляет собой средоточие всех метаболических реакций внутри организма. Она отфильтровывает токсины, поддерживает внутреннюю систему детоксикации организма, обеспечивает иммунный надзор, уничтожает патогены и поддерживает энергетический баланс. [156] Многие разновидности иммунных клеток, в том числе естественные киллеры, компоненты комплемента, цитокины и хемокины, находятся в печени. [157] При помощи трансформирующего фактора роста β печень при необходимости ингибирует иммуноглобулины, Т- и В-лимфоциты. [158] Трансформирующий фактор роста β выступает в нескольких ролях во время всех фаз иммунного ответа в преобразующихся иммунных клетках.

Низкий уровень гормонов щитовидной железы ослабляет иммунитет

• Печень – это основной детоксикационный внутренний орган, который удаляет из организма патогены, тяжелые металлы и токсины окружающей среды. Отравление тяжелыми металлами ослабляет иммунитет, [159] становится причиной развития аутоиммунной патологии, онкологических заболеваний, гиперчувствительности и других проблем со здоровьем. [160] Цирроз и печеночная недостаточность повышают восприимчивость к бактериальным инфекциям, снижают эффективность иммунного надзора и усугубляют воспалительные процессы. [161] Ожирение печени вследствие злоупотребления алкоголем, а также неалкогольная жировая болезнь печени, связанная с чрезмерным употреблением рафинированных углеводов, сахара и растительного масла, ингибируют функцию печени. В данном случае главное – избегать дисбаланса между очищением и оздоровлением организма в результате деятельности иммунной системы и чрезмерным воспалением. [162]

• Глутатион (GSH) – это основной антиоксидант организма, который производит печень. Он защищает от свободных радикалов, тяжелых металлов, [163] помогает устранять продукты перекисного окисления липидов (ПОЛ) и токсины через Nrf2-опосредованную М1-подобную поляризацию макрофагов. [164] Иммунные клетки работают наилучшим образом при оптимальном уровне глутатиона, который поддерживает баланс окислительно-восстановительного статуса. [165] GSH сильнее и практичнее, чем обычные добавки с антиоксидантами, потому что организм самостоятельно вырабатывает его при взаимодействии с иммунной системой. [166, 167] Глутатион стимулирует или наоборот ингибирует иммунный ответ, чтобы контролировать процесс воспаления. Таким образом, он защищает от развития аутоиммунной патологии, подготавливая Т-лимфоциты к воспалению. [169] Эндогенный глутатион не только ограничивает воспалительные реакции, но и проводит тонкую настройку врожденного иммунитета, а именно сигнальных противовирусных путей при возникновении инфекции, не зависящей от антиоксидантных свойств глутатиона. [170]

– Вещества, которые способствуют повышению уровня глутатиона, это: N-ацетилцистеин (NAC), глицин, альфа-липоевая кислота, сульфорафан (содержится в капусте брокколи), магний, селен и глутатион.

• Nrf2 или фактор-2, связанный с эритроидным ядерным фактором, это транскрипционный фактор, который связывается с ДНК для экспрессии различных генов. Он выступает в качестве основного регулятора антиоксидантных систем организма и активирует антиоксидант-ответственный элемент, что приводит к повышению уровня таких антиоксидантов, как глутатион, НАДФН, билирубин, тиоредоксин. Он защищает клетку, [171] производит масштабные противовоспалительные изменения [172] и снижает уровень окислительного стресса. [173] Nrf2 – это важнейшая составляющая врожденного и адаптивного иммунитета, [174] особенно в период воспаления. [175] У мышей путь элемента антиоксидантного ответа Nrf2 контролирует фиброз и аутоиммунные реакции при склеродермии. [176] Отсутствие фактора Nrf2 у мышей усугубляет аутоиммунный энцефаломиелит. [177]

– К веществам и продуктам, которые активируют Nrf2/элемент антиоксидантного ответа относятся капуста брокколи (содержит сульфорафан), куркумин, кофе (хлорогеновая/кофейная/феруловая кислота и дитерпены, такие как кафестол), [178] красное вино (кверцетин и ресвератрол), [179] цельные злаки (феруловая кислота), оливковое масло, зеленый чай (галлат эпигаллокатехина EGCG), чеснок, лук, [180] корица, [181], хмелевая лоза (ксантогумол), спирулина (гемоксигеназа-1, фикоцианин, [182, 183, 184, 185] астаксантин, [186] берберин, ягоды (особенно голубика), орехи (птеростильбен), виноград, маракуйя, белый чай, рейнутрия японская (пицеатаннол), [187] гречка и спаржа (рутин). [188]

● Энергетический обмен. Активной иммунной системе требуются большие объемы энергии, поэтому организм постоянно пытается решить, стоит или не стоит затрачивать свои ресурсы на поддержание повышенной активности иммунитета в различных ситуациях. [189] В обстоятельствах, угрожающих жизни человека, например, во время голода или бегства от хищника, иммунитет не так важен, как выживание. Поэтому физическое переутомление приводит к кратковременному спаду в работе иммунной системы. [190] В ходе эксперимента, когда голодающим шмелям дополнительно устраивали испытания для иммунной системы, смерть насекомых наступала быстрее, потому что иммунная активация при таких условиях недостаточно адаптивна. [191] Польза активации иммунного ответа заключается в защите от патогенов, но заплатить за этот комфорт нужно потенциальным развитием аутоиммунных проблем или воспалением. Например, повышение температуры выше гомеостаза менее чем на 2 градуса требует сжигания 250 дополнительных калорий ежедневно из-за производства тепла. [192] Производство иммунных клеток и антител тоже крайне энергозатратное предприятие. [193] Инфицированные животные и люди покрывают возрастающие энергетические расходы за счет снижения физической активности, они быстро утомляются и меньше взаимодействуют с другими членами общества. [194] Следовательно, для оптимальной работы иммунной системы требуется обилие энергии в форме АТФ (аденозинтрифосфат – прим. пер.) и других молекул. Наращивание и укрепление мышечной ткани стимулируют производство митохондрий (а значит, выработку большого количества АТФ), а магний помогает активировать АТФ. Таким образом, физические упражнения, особенно силовые тренировки, и дополнительное насыщение организма магнием – это превосходные «активаторы энергии», при этом чрезмерное потребление рафинированных углеводов и сахара разрушает АТФ. [195]

• NAD+ или никотинамидадениндинуклеотид – это кофермент первостепенной важности, который участвует едва ли не во всех клеточных процессах и производстве энергии. Снижение уровня NAD+ связывают со старением, появлением заболеваний и ослаблением иммунной системы. [196] Это соединение необходимо для поддержания всех защитных реакций, а также процесса восстановления. NAD-биосинтетические пути управляют иммунными клетками и врожденным иммунитетом. [197] В момент иммунного ответа макрофаги повышают никотинамид-фосфорибозилтрансферазу (NAMPT), также известную как фактор-1, увеличивающий колонию пре-В-лимфоцитов (PBEF1), которая управляет реутилизационным путем NAD для контроля над воспалением и выживаемостью клетки. Также NAD регулирует количество цитокинов, лимфоцитов и моноцитов. [198] После введения NAD у мышей укрепилась защита от развития аутоиммунных заболеваний и удлинилась продолжительность жизни после пересадки кожи. [199, 200]

• NADPH или никотинамидадениндинуклеотидфосфат (NADP+) – это кофактор анаболических процессов, таких как рост клеток и синтез нуклеиновой кислоты. Дополнительная группа фосфатов возникает во время реутилизационного пути NAD+. NADPH – это восстановленная форма NADP+. Это соединение защищает от чрезмерной концентрации активных форм кислорода (АФК) и инициирует регенерацию глутатиона. [201]

• Аутофагия или «самопоедание» – это важнейший очистительный процесс организма. Она модулирует иммунную систему, уничтожает патогены, [202] устраняет поврежденные клеточные компоненты, поддерживает процесс репарации ДНК и снижает воспалительную активность. Аутофагия набирает обороты во время физиологического стресса, голодания, занятий спортом или борьбы с инфекцией, но и в обычное время этот процесс понемногу осуществляется. Аутофагия играет свою роль в формировании иммунной системы, дает энергию для иммунного ответа и напрямую контролирует внутриклеточных микробов, как клеточно-независимая врожденная защита. [203]

● Мочевая кислота – это наиболее концентрированный антиоксидант крови человека, который смягчает окислительный стресс, особенно при гипоксии. [204] В небольших количествах она приносит организму пользу, но большие концентрации мочевой кислоты вызывают подагру и фибромиалгию. [205] Мы получаем мочевую кислоту из богатой пуринами пищи, например, когда едим мясо, фрукты, рыбу и злаки, и накапливаем в организме во время занятий спортом и при чрезмерном потреблении фруктозы.

● Здоровые стенки кишечника. Повышенная кишечная проницаемость или синдром «дырявого кишечника» связаны с развитием аутоиммунных и нескольких воспалительных заболеваний. [206, 207] Вялотекущее воспаление открывает организм для инфекций. [208] В костном бульоне, связках и сухожилиях содержатся коллаген и глицин, которые способствуют обновлению тканей. [209] Также для здоровья кишечных стенок необходима масляная кислота – это важный источник энергии для клеток толстого кишечника. [210] Это вещество содержится в ферментированных пищевых волокнах, например, фасоли, овощах и чечевице, а еще в масле гхи и сливочном масле. Микробные метаболиты через путь Nrf2 способствуют повышению целостности кишечного барьера. [211]

• Разнообразие кишечной микробиоты связывают с крепким иммунитетом [212], так как микробы играют важную роль в модуляции защитных систем организма. Они помогают хозяину адаптироваться к микробной и патогенной внешней среде, которая его окружает.

• Целостность кожного покрова – еще один неотъемлемый компонент иммунитета, который улучшает его барьерные функции. Кожа постоянно подвергается воздействию различных внешних патогенов и внутренних активных форм кислорода. Nrf2 выполняет ключевую функцию при модуляции окислительного стресса. [213]

Факторы, которые снижают иммунитет

● Низкий уровень гормонов щитовидной железы

● Стресс/Глюкокортикоиды

● Ослабленный отток лимфы

● Дисфункция тимуса/селезенки/печени

● Дефицит питательных микроэлементов

● Неоптимальный гормональный статус

● Накопление тяжелых металлов

● Рафинированный сахар, углеводы и растительные масла (из семян)

● Недостаточный уровень глутатиона

● Повышенная кишечная проницаемость (синдром «дырявого кишечника»)

Факторы, которые укрепляют иммунитет

● Гормоны щитовидной железы

● Отток лимфы

● Микронутриенты (витамины и минералы)

● Физические упражнения

● Гипертермия

● Глутатион/Активаторы глутатиона (подробнее читайте выше)

● Активаторы Nrf2 (подробнее читайте выше)

● Аутофагия

● Коллаген/Глицин

Интерфероны и противовирусная защита

Инфицированная вирусом клетка начинает выделять интерфероны, с помощью которых подает сигнал соседним клеткам, чтобы те удвоили бдительность и лучше защищались. Интерфероны (ИФН) – это набор сигнальных белков, которые клетки выбрасывают в ответ на вирусную инфекцию. [214] Название интерферонов восходит к английскому глаголу «interfere», что значит «вмешиваться, чинить препятствия» вирусам. Они связываются со специфическими рецепторами и активируют множество иммуномодулирующих и противовирусных путей. Чтобы наступил противовирусный эффект, необходимо присутствие дополнительных белков – «эффекторов» или регулирующих элементов. Таким образом, интерфероны, скорее, выступают в роли стимулирующих молекул, но фактически не проявляют противовирусную активность.

Интерфероны принадлежат классу белков-цитокинов и разделяются на три основные категории: альфа, бета и гамма. Разницу между ними определяют происхождение и противовирусная деятельность. Интерферон альфа и бета вместе входят в подкласс первого типа, а интерферон гамма относится к другому, второму типу. Интерфероны активируют иммунные клетки, такие как естественные киллеры и макрофаги, они увеличивают концентрацию антигенов и других цитокинов, которые повышают температуру тела. [215] Ломота в мышцах и симптомы гриппа возникают из-за производства этих цитокинов.

Давайте ознакомимся с тремя типами интерферонов и их основными функциями:

● К первому типу интерферонов относятся IFN-α, IFN-β, IFN-ε, IFN-κ и IFN-ω. [216] Их производят фибробласты и моноциты, когда тело выявляет присутствие атакующего клетки вируса. После появления интерфероны связываются с рецепторами клеток-мишеней и экспрессируют белки, которые препятствуют репликации вируса. [217] IFN-α эффективен против гепатитов В и С, а IFN-β хорошо работает против рассеянного склероза.

● Ко второму типу человеческого интерферона относится IFN-γ, который также называют иммунным интерфероном. Его активирует интерлейкин-12 и высвобождают Т-лимфоциты. Однако второй тип интерферонов способен ингибировать пролиферацию второго типа Т-лимфоцитов. В результате снижается Th2 иммунный ответ и активируется дополнительный Th1 иммунный ответ, что приводит к развитию таких заболеваний, как рассеянный склероз. [218]

● К третьему типу интерферонов относятся четыре IFN-λ (лямбда) молекулы IFN-λ1, IFN-λ2, IFN-λ3 и IFN-λ4. [219] Они обладают противовирусным действием и иммунной реакцией на вирусные и грибковые инфекции. [220, 221]

Первый и второй тип интерферонов могут экспрессироваться практически во всех видах клеток после распознавания вируса. Второй тип возбуждается цитокинами и ограничивается иммунными клетками.

Все интерфероны оказывают противовирусное и иммуномодулирующее действие. Они сигнализируют клеткам, что пришла пора производить различные ферменты и белки в ответ на вирус. Протеинкиназа R и РНКаза L переходят в активную фазу под действием интерферонов. Они ингибируют в клетке белковый синтез вирусных и клеточных генов. Протеинкиназа R – это суицидальный фермент, который полностью останавливает белковый биосинтез в клетке, тем самым одним ударом убивая клетку и вирус. Интерферон подает сигнал соседним клеткам, что они находятся в непосредственной близости к инфицированной вирусом клетке, и им необходимо подключить протеинкиназу R, чтобы подготовится к инфицированию. Как только протеинкиназа R выявляет присутствие вирусной двухцепочечной РНК, она убивает клетку вместе с вирусом. Технически мы несем потери в бою, так как наши клетки погибают, но зато они забирают с собой вирус. Выброс интерферонов тоже способствует повышению температуры тела, которая мешает репликации вируса. Однако такие вирусы, как вирус птичьего гриппа H5N1, могут давать отпор интерферонам. Они могут остаться незамеченными за счет неструктурного белка, который связывается с двухцепочечной РНК вируса и надежно прячет его от бдительной суицидальной протеинкиназы R, тем самым препятствуя самоубийству клетки. Как заметил один врач: «Интерферон вытаскивает чеку, но клетка не может отпустить гранату». [223] Этот пример доказывает, что ума вирусам не занимать. Они обманывают систему распознавания нашего иммунитета, из-за чего их становится очень трудно убить, потому что мы не можем уничтожить то, чего не видим. Стимулируемые интерферонами гены ограничивают распространение инфекции за счет повышения уровня белка p53, который убивает инфицированные клетки посредством апоптоза. [224]

Интерфероны также повышают уровень молекул главного комплекса гистосовместимости (MHC I и MHC II) и усиливают активность иммунопротеасом. Это в свою очередь придает новый импульс презентации MHC-зависимых антигенов. Повышенная концентрация MHC I продвигает белки, которые помогают распознавать и удалять злокачественные клетки. Экспрессия MHC II повышает уровень белков, которые помогают Т-лимфоцитам-хелперам координировать свои действия с другими иммунными клетками. [225] Интерфероны способны ингибировать опухолевые клетки посредством супрессии ангиогенеза, то есть роста новых кровеносных сосудов в злокачественном образовании. Это замедляет пролиферацию эндотелиоцитов, уменьшает васкуляризацию и рост. [226]

Противовирусный эффект интерферонов зависит от типа вируса, а также от пути, получившего стимуляцию. Они могут либо повысить чувствительность клетки к новым вирусным атакам, либо возбудить в ней состояние противовирусной борьбы, когда клетка не пускает в себя вирус или разрушается под действием белков. Если все эти действия не увенчались успехом, то подключается третий, более специфический механизм.

РНК и ДНК вирусы нуждаются в активации транскрипции и репликации вирусного гена, так как эти факторы помогают им заражать другие клетки. Но после попадания в организм инфекции интерфероны усиливают экспрессию генов клетки и подавляют экспрессию вирусного гена, что приводит к прекращению репликации вируса. Приведет ли эта тактика к успеху или нет, зависит от того, какую поддержку уже успел получить вирус и насколько хорошо организм производит интерфероны.

К сожалению, многие вирусы научились противостоять или прятаться от интерфероновой активности. [227] Они уходят от реакции организма, блокируя сигнальные события от интерферонов и не дают им случиться снова, вмешиваясь в работу активированных интерферонами белков. [228]

● К вирусам, которые чинят препятствия сигнальной деятельности интерферонов, относятся вирус японского энцефалита, вирус денге 2 типа, вирусы герпеса по типу цитомегаловируса (ЦМВ) и вирус герпеса 8 типа (KSHV или HHV8), ассоциированный с саркомой Капоши. [229]

● К вирусным белкам, которые воздействуют на интерфероны, относятся ядерный антиген вируса Эпштейна-Барр 1 (EBNA1) и ядерный антиген вируса Эпштейна-Барр 2 (EBNA2), большой Т-антиген полиомавируса, белок Е7 вируса папилломы человека (ВПЧ) и белок B18R вируса осповакцины. [230]

Некоторые вирусы спасаются от противовирусной активности с помощью генной и белковой мутации. Вирус гриппа H5N1 демонстрирует резистентность к интерферонам и другим цитокинам благодаря одному изменению в цепи аминокислот в неструктурном белке 1. [231] Этим объясняется его высокая вирулентность среди людей.

Главным образом интерфероны производятся в ответ на вирусы, бактерии, грибки или вследствие обнаружения их присутствия. Распознавания микробного материала, например, гликопротеинов на оболочке вируса, вирусной РНК, липополисахаридного эндотоксина, CpG-мотивов и бактериальных жгутиков, дает старт выбросу интерферонов. Цитокины IL-1, IL-2, IL-12, TNF-альфа и другие выполняют ту же функцию. [232]

Некоторые виды рака и других заболеваний, например, рассеянный склероз, лечат при помощи интерфероновой терапии. [233] Вещество вводят внутримышечно. Также существуют пероральные медицинские препараты-индукторы интерферона, например, тилорон. [234]

Как повысить уровень интерферонов естественным путем:

● Астрагала корень – это китайское лекарственное растение, которое стимулирует производство антител и аутофагию. Больным астмой астрагал помогает производить больше Т-лимфоцитов помощников и интерферона-гамма. [235] Корень астрагала и экстракт бузины усиливают производство интерферона-бета. [236]

● Хлорелла и хлорофилл. Сочные листья растений окрашены в темно-зеленый цвет из-за содержания в них хлорофилла. Он обладает антиоксидантными и дезодорирующими свойствами. Пищевые добавки с хлореллой снижают концентрацию печеночных ферментов у больных хроническим вирусным гепатитом С. [237] Хлорофилл снимает воспаление, которое вызывают липополисахариды. [238]

● Солодки корень. Активный компонент корня солодки глицирризин снижает клинические проявления и смертность у мышей, инфицированных летальными дозами вируса гриппа. [240] Данный эффект не наблюдался при одновременном введении с моноклональным антителом против интерферона-γ.

● Мелатонин – гормон сна, который модулирует иммунную систему, пока человек спит. Кроме того, это очень мощный антиоксидант, который управляет рецепторами Т-клеток, активирующих интерфероны. [241]

● Лекарственные грибы, такие как чага и рейши, славятся антиоксидантными и иммуномодулирующими свойствами. Доказано, что экстракт чаги повышает секрецию цитокинов Th1 и Th2, которые регулируют производство антигенов и интерферонов. [242]

● Женьшень. У мышей на фоне приема экстракта корейского красного женьшеня повысился уровень иммуноглобулина G2a и усилилось производство интерферона-гамма, а также снизилась концентрация IL-4. [243]

Нутрицевтики, которые потенциально усиливают реакцию интерферонов первого типа на РНК-вирусы (список из нашей публикации за 2020 год) [244]

● Глюкозамин – повышает O-Глик-Na-цилирование митохондриального противовирусного сигнального белка (MAVS), активирует регуляторный фактор интерферона 3 и усиливает производство интерферонов первого типа. Мышей кормили глюкозамином, а после грызунов заразили несколькими вирусами (вирусом гриппа человека, вирусом везикулярного стоматита, вирусом Коксаки), в результате чего у них значительно снизился показатель смертности. Примерная дозировка для человека, которая предположительно может произвести подобный эффект, составляет 3 грамма глюкозамина три раза в день ежедневно, что примерно в три раза больше, чем назначают при остеоартрите.

● Спирулина – ингибирует НАДФ-оксидазу и окислительный стресс, улучшает активацию толл-подобных рецепторов 7 и производство интерферонов первого типа. Необходимо принимать около 15 грамм спирулины в день, чтобы помочь организму справиться с острой РНК-вирусной инфекцией.

● Феруловая кислота или липоевая кислота – повышает концентрацию ферментов 2 фазы и приводит в действие эндогенные антиоксидантные системы, способствует усилению выработки интерферонов первого типа. Феруловая кислота в дозировке 500–1000 мг в день или липоевая кислота (альфа или R-липоевая кислота) 600 мг 2–3 раза в день помогает организму бороться с РНК-вирусами.

● N-ацетилцистеин (NAC) – при приеме 600 мг по 2–3 раза в день повышает концентрацию глутатиона и оказывает муколитическое воздействие.

● Селен – от 50 до 200 мкг в день повышает уровень глутатионпероксидазы и способствует пролиферации иммунных клеток.

● Цинк – от 30 до 500 мг цинка в день в сочетании с 2–3 мг меди поддерживает функции иммунной системы. В БАДах обычно придерживаются соотношения 20/1 между цинком и медью.

● Дрожжевой бета-глюкан – 250–500 мг способствуют укреплению иммунной системы.

● Экстракт бузины – 600–1500 мг в день (по стандартам до 10–15 % антоцианов).

Иммунитет и стресс

Всем известно о взаимосвязи между иммунной системой и стрессом. [245] Стресс – это нарушение внутреннего равновесия организма, гомеостаза, которое влечет за собой физиологический и психологический дискомфорт и заставляет иммунную систему реагировать на раздражитель.

Хронический стресс – это основной фактор дисбаланса иммунной системы и предрасположенности организма к развитию заболеваний. [246, 247] У пациентов с вирусными инфекциями обычно повышен кортизол. [248] Симптомы синдрома раздраженного кишечника связаны с высоким уровнем кортизола. [249] Устойчивое стрессовое состояние повышает риск развития аутоиммунных заболеваний. [250] Хронический стресс также активирует спящие вирусы, которые подрывают иммунитет и оставляют организм беззащитным перед другими инфекциями. Проблема в том, что мы приходим к такому результату как из-за воздействия физических стресс-факторов, так и из-за руминации, зацикливании на одних и тех же мыслях.

Психонейроиммунология – это наука о том, как психологический стресс и центральная нервная система влияют на состояние иммунной системы человека. [251] Она объединяет в себе черты психологии, нейронауки, иммунологии, физиологии, генетики, фармакологии, молекулярной биологии, психиатрии и других дисциплин.

Результаты множества исследований показывают, как психология и нервная система влияют на иммунитет:

● Обзор исследований за 2016 год выявил, что детский стресс и психологические травмы повышают приток цитокинов. [252] Исследования подчеркивают, что окончательную степень воздействия стресса на человека определяют такие индивидуальные характеристики, как возраст, особенности личности, степень невротизма, [253] детские переживания, перенесенные травмы. [254]

● Психологический стресс, как утверждают исследования, усугубляет восприимчивость к различным инфекциям и заболеваниям, связанным с иммунодефицитом, например, онкологическим и ВИЧ. [256] Также он повышает риск развития сердечно-сосудистых заболеваний. [257]

● Крысы под действием различных стресс-факторов вырабатывают разные виды провоспалительных цитокинов, которые отличаются в зависимости от физической травмы и социального стресса. [258]

● У людей с псориазом повышен уровень кортизола, основного гормона стресса, из-за чего у них еще сильнее усугубляются симптомы. [259] Психологический стресс также связан с ревматоидным артритом. [260] Системное воспаление влияет на психологию и физиологию человека, вызывая недомогание, боль, стресс и острофазовые реакции. [261]

● Высокий уровень цитокинов и воспаление связаны с большим депрессивным расстройством, стрессом и суицидальными мыслями. [262] Кроме того, установлена связь между раком молочной железы, депрессией и социальной поддержкой. Обзор исследований 2013 года показал, что женщины с высокой генетической предрасположенностью к онкологическим заболеваниям демонстрируют нарушения со стороны иммунной системы в ответ на стресс. [263]

Когнитивное, социальное и психологическое перенапряжение любого характера – это стресс-фактор, который так же пагубно влияет на организм, как и физический стресс. Мозг не видит разницы между воображением и реальностью. Воображаемая угроза заставляет «светиться» те же участки мозга, что и реально проживаемая стрессовая ситуация. [264]

Стресс может менять поведение и психологическое состояние, насылая на человека тревожность, депрессию, бредовые иллюзии, печаль, гнев, социальную изоляцию, панические атаки и головные боли. [265] Также может атрофироваться гиппокамп, что снижает способность организма адекватно реагировать на стрессоры. [266] Некоторых людей стресс подталкивает к вредным привычкам, например, курению, употреблению алкоголя, перееданию, чрезмерной физической активности, негативным отношениям и наркотической зависимости.

Иммунная система и мозг связаны друг с другом через гипоталамо-гипофизарно-надпочечниковую ось (ось ГГН) и симпатическую нервную систему. Во время стрессового эпизода или иммунного ответа обе системы подают телу сигнал о воспринимаемой угрозе. Ось ГГН – это обширная нейроэндокринная система, которая контролирует стрессовые реакции и управляет такими процессами в организме, как пищеварение, циркадные ритмы, иммунитет, настроение и сексуальная функция. [267] Она реагирует на стресс путем регуляции уровня кортизола в организме. Дисфункция оси ГГН принимает участие в развитии многих связанных со стрессом заболеваний. [268]

Мозговой нейротрофический фактор (BDNF) помогает восстанавливаться после хронического стресса, способствуя нейропластичности и адаптации головного мозга к изменениям. [269] BDNF иногда называют удобрением для мозга, потому что он способствует росту новых мозговых клеток и синапсов.

Активное управление стрессом помогает повысить устойчивость к будущим стрессовым эпизодам. Когда человек устойчив к стрессу, он может справиться с большинством его проявлений прежде, чем они приведут к негативным последствиям.

Несколько способов повысить уровень мозгового нейротрофического фактора (BDNF):

● Сон играет ключевую роль в производстве BDNF и адаптации к стрессу. [270] Если вы не высыпаетесь, то ваш эмоциональный диапазон заметно сокращается.

● Стресс расщепляет магний, активируя симпатическую нервную систему. [271] У большинства людей и без стресса наблюдается дефицит магния, а восполнить его запасы с пищей крайне тяжело.

● Воздействие солнечных лучей поднимает уровень BDNF, налаживает циркадные ритмы, а это ключевой фактор регуляции настроения и всех метаболических процессов. [272]

● Акупунктурная терапия улучшает неврологическое восстановление после травматического повреждения головного мозга путем активации пути BDNF/TrkB. [273] Использование простого акупунктурного матраса может помочь вам расслабиться и улучшить сон.

● Музыка повышает концентрацию BDNF, [274] она поднимает настроение и выводит из состояния «бей или беги».

● Физические упражнения в значительной мере способствуют появлению BDNF. [275] Однако чрезмерная увлеченность спортом может вызвать хронический стресс, поэтому заниматься физкультурой нужно умеренно.

● Куркумин устраняет негативные последствия хронического стресса, воздействуя на ось ГГН и экспрессию BDNF. [276] Это растительное соединение снимает воспаление и способствует релаксации.

● Воздействие низких и высоких температур способствует развитию пластичности терморегуляции при участии BDNF. Во время таких процедур важно не реагировать слишком остро на эти раздражители, иначе у вас может сформироваться болезненное воспоминание.

Поддержка окружающих помогает успокоиться и справиться со стрессом. В ходе одного исследования женщине предоставили возможность держать мужа за руку, пока ей давали болезненные электроимпульсы в области лодыжки. Это обстоятельство смягчило реакцию на боль во многих участках мозга. [278] Если держать за руку незнакомца, то эффект будет менее выраженным, но это также помогает.

Ученые ассоциируют оптимизм с крепкой иммунной системой. [279] Однако, когда обстоятельства оказываются слишком сложными и не поддаются контролю, оптимизм ассоциируют с ослабленным иммунитетом. Вероятно, это происходит, потому что оптимистам нужно затрачивать большее количество энергии на преодоление сильного стресса, так как сам оптимизм уже является достаточно энергозатратным предприятием. [280] Во время краткосрочного, острого стрессового эпизода у оптимистов лучше работает иммунная функция, чем у пессимистов, но ситуация меняется на противоположную в условиях сильных стресс-факторов.

Иммунные клетки постоянно пытаются подстроиться под вызовы, которые бросает им окружающая среда. Поэтому на них находятся рецепторы гормонов стресса, таких как кортизол и адреналин, чтобы они могли вовремя инициировать иммунный ответ. [281] Во время стрессовых ситуаций иммунные клетки могут выработать резистентность к глюкокортикоидам и другим воспалительным стимулам. [282]

Острый стресс мобилизует иммунные клетки и наращивает уровень провоспалительных цитокинов. [283] Эпизодические стрессовые раздражители, например, сдача экзамена, подавляют клеточный иммунитет, но сохраняют гуморальный иммунитет. [284] Тем временем хронический стресс способствует повышению уровня воспалительных маркеров, таких как С-реактивный белок (СРБ, CRP) и IL-6. [285] Воспаление необходимо для уничтожения болезнетворных микроорганизмов, инициирования процессов заживления и адаптации. Но стоит отметить, что хроническое воспаление способствует развитию связанных со стрессом заболеваний, таких как атеросклероз и остеопороз. [286] Психологический стресс также вносит вклад в развитие ревматоидного артрита. [287]

Степень полезности

Однако стресс может оказывать иммуноукрепляющее действие за счет положительной регуляции защитных функций организма, таких как система глутатиона и аутофагия. Концепция гормезиса показывает, как небольшие дозы стресса или токсинов делают организм сильнее и выносливее перед будущими сложностями. Они оказывают стимулирующее действие в малом количестве, но подрывают здоровье, если их в избытке. Впервые гормезис описал немецкий фармаколог Хьюго Шульц в 1888 году. Он открыл, что малые дозы смертельного яда не убивают дрожжи, с которыми он экспериментировал, а наоборот способствуют их росту. Термин «гормезис» ввели и впервые использовали Саутэм и Эрлих в 1943 году. [288] Он восходит к греческому слову «hórmēsis», что означает «быстрое движение, рвение, возбуждать» или «привести в действие».

Феномен гормезиса

К примерам гормезиса относятся:

● физические упражнения

● воздействие солнечных лучей

● воздействие высоких температур

● воздействие низких температур

● интервальное голодание

● интервальная гипоксия

● низкий уровень радиоактивного излучения

● пищевые фитонутриенты

● острый стресс

Феномен гормезиса учит организм выживать и процветать в неблагоприятной среде и непростых обстоятельствах. Без этого механизма самостоятельного повышения выносливости наш вид не смог бы сохраниться на протяжении сотен и тысяч лет. Трудные испытания и дискомфорт на самом деле очень полезны для здоровья, так как они улучшают защитные системы организма. Из-за чрезмерного эффекта гормезиса иммунная система несет кое-какие издержки в краткосрочной перспективе, но она легко адаптируется после надлежащего восстановления. [289] В следующих главах мы узнаем, каким образом можно добиться положительного эффекта гормезиса.

Глава третья:

Иммунитет и рак. Как они связаны?

Между онкологическими заболеваниями и иммунитетом существует взаимосвязь. Рак создает иммунодефицит, а ослабленное состояние иммунной системы повышает предрасположенность к злокачественным образованиям. Иммунные клетки осуществляют процесс, который называется иммунологическим надзором. С его помощью они выявляют и уничтожают предраковые и раковые клетки. Следовательно, подавленная иммунная система повышает риск появления различных онкологических заболеваний. По этой причине некоторые медицинские препараты, которые подавляют иммунную систему, помогают справиться с аутоиммунными заболеваниями, но вместе с тем способствуют появлению опухолей. [290, 291, 292, 293]

Скорее всего, вы об этом не догадывались, но иммунная система человека создана для того, чтобы уничтожать раковые клетки. Вдобавок рак ослабляет иммунитет больного и оставляет его организм беззащитным перед другими заболеваниями. Но что самое печальное, большинство видов лечения рака попутно убивают и здоровые клетки, лишая тело возможности самостоятельно бороться с опухолями.

Рак подрывает иммунитет, воздействуя на различные части организма, которые участвуют в производстве иммунных клеток. Например, лейкемия и лимфома при распространении в костный мозг сокращают производство белых кровяных телец, которые борются с инфекциями. Химиотерапия и другие целевые противоопухолевые препараты снижают уровень нейтрофилов, из-за чего повышается риск заражения вирусными и бактериальными инфекциями.

Сами вирусы могут вызвать или в значительной степени повышать риск появления раковых новообразований, например, существуют такие сочетания, как гепатит С и рак печени, вирус Эпштейна-Барр и лимфома, вирус папилломы человека (ВПЧ) и рак цервикального канала. Таким образом все, что повышает вирулентность вируса, особенно неэффективная работа иммунной системы, усугубляет риск развития рака.

Связь между иммунитетом и онкологическими заболеваниями давно установлена и подробно изучена. Больные раком страдают от ослабления иммунной системы, а неспособность сопротивляться заболеванию еще сильнее ослабляет их организм. Крепкая иммунная система служит надежной защитой от болезни, помогает телу истреблять раковые и предраковые клетки, повышает качество жизни и позволяет лучше переносить последствия химиотерапии. Эффективная работа иммунной системы выступает в качестве профилактической меры, которая снижает вероятность появления заболеваний и не дает шанса возбудителям инфекций.

В этой главе мы выясним, каким образом осуществляется взаимодействие иммунной системы и онкологических заболеваний. Мы не утверждаем, что готовы предложить какие-либо определенные средства и методы лечения. Все, что написано в этой главе, основывается на данных последних научных исследований. Мы не рекомендуем относиться к этой информации, как к профессиональной медицинской консультации, и призываем вас обратиться к врачу прежде, чем осуществлять какие-либо перемены в жизни.

Что происходит с организмом при онкологическом заболевании

Рак – это заболевание, связанное с аномальным разрастанием клеток, которое характеризуется появлением опухолей, узелков, нарушением в работе иммунной системы и появлением инфекций. Понятие рака не включает в себя доброкачественные образования, потому как они не представляют угрозу для жизни.

Существует шесть критериев рака, которые способствуют появлению злокачественной опухоли: [294]

● Рост и деление клеток без соответствующих сигналов

● Продолжение роста и деления даже при наличии обратных сигналов

● Игнорирование программируемой клеточной смерти

● Неограниченные возможности деления клеток

● Стимуляция формирования кровеносных сосудов

● Проникновение в окружающие ткани и формирование метастазов

На сегодняшний день известно более 100 различных типов рака. К наиболее распространенным из них относятся рак легких, рак предстательной железы, рак молочной железы, рак шейки матки, колоректальный рак, лейкемия и рак желудка. [295] В 2015 году с раком боролись более 90 млн человек по всему миру, из которых 8,8 млн погибли (на смерть от онкологических заболеваний пришлось 15,7 %). [296] В 2018 году рак унес жизни 9,6 млн человек, что означает, что от онкологических заболеваний умер каждый шестой. [297] К 2019 году ежегодно стали выявлять 18 млн новых случаев этого заболевания. [298] Примерно половина всех пациентов, которые лечились от инвазивного рака, умерли либо от своего заболевания, либо от лечения. [299] По данным на 2010 год, стоимость лечения рака по всему миру составляла $1,1 трлн ежегодно. [300]

Первые записи о раке были найдены в Древнем Египте, их датируют 1600 г. до н. э. [301] Гиппократ описывал похожие на раковые злокачественные новообразования словами «каркинос», «карцинос» (на греческом эти слова означают «краб») и «карцинома». Другие ученые мужи тоже пользовались этими названиями из-за сходства кровеносных сосудов, которые оплетали злокачественные опухоли, с лапками краба. [302] Во II веке греческий врач Гален предложил термин «онкос» (с греческого переводится как «отек») для обозначения всех опухолей, от которого произошло название раздела медицины «онкология». [303] Врачеватели древности пришли к выводу, что выявление на ранних стадиях и удаление опухолей приводит к наилучшим результатам.

Основными факторами развития рака считаются курение, алкоголь, ожирение, неполноценное питание, недостаток физической активности и возраст. [304] Употребление табака становится причиной гибели от раковых заболеваний в 25–30 % случаев. [305] Рак носовой полости развивается от нюхательного табака, что было описано еще в 1761 году. [306] Неправильное питание и избыточная масса тела сопутствуют смертельным исходам от онкологических заболеваний примерно в 30–35 % случаев. [307] Среди прочих причин появления опухолей можно выделить загрязнения окружающей среды, ионизирующее излучение, стресс и некоторые виды инфекций. [308] Физиологический стресс, согласно имеющимся данным, не повышает риск развития рака, но усугубляет его последствия, если человек уже болен. [309] В развивающихся странах до 25 % случаев развития онкологии возникают в результате инфекций, таких как H. pylori, гепатит В, гепатит С, вирус Эпштейна-Барр, вирус папилломы человека (ВПЧ) и вирус иммунодефицита человека (ВИЧ). [310]

Канцерогены – это соединения, способствующие росту опухолей. Они отвечают за канцерогенез, иначе говоря, развитие рака. Генотоксические канцерогены, например, N-нитрозо-N-метилмочевина, ультрафиолетовое излучение, ионизирующее излучение и некоторые разновидности вирусов, вызывают необратимые разрушения или мутации, связываясь с ДНК. Негенотоксические канцерогены не повреждают ДНК напрямую. К известным канцерогенным веществам, опасным для человека, относятся радионуклиды, ультрафиолетовое излучение, рентгеновские лучи, гамма-излучение, химические соединения в мясопродуктах, подвергшихся технологической обработке, табачный дым, нитриты из пищевых консервантов, вещества, которые появляются при подгорании мяса на огне, мышьяк, бензин, кадмий, никель, свинец, горючее, алкоголь и еще сотни промышленных химикатов и тяжелых металлов. Вероятно, к канцерогенам также относятся химические выбросы, андрогенные стероиды, пластик и посменная работа. [311]

Электрический ток, линии электропередачи, радиоволны, электромагнитные колебания и мобильные телефоны Всемирная организация здоровья считает возможными канцерогенными факторами, [312] но пока мы не располагаем достаточным количеством свидетельств в пользу этого предположения.

По всей видимости, рацион с высоким содержанием фруктов и овощей способствует снижению риска развития рака, однако метаанализ исследований не дал однозначного ответа на этот вопрос. [313] Наибольшую пользу приносят снижение веса и ограниченное употребление алкоголя. Метаанализ 2014 года не обнаружил никакой связи между потреблением фруктов и овощей и раком, однако растительная пища определенно снижала вероятность смерти от любых причин, особенно вследствие сердечно-сосудистых заболеваний. [314] Избыточное потребление обработанных мясопродуктов связано с повышенным риском развития рака прямой кишки, но свидетельства на этот счет неоднозначны. [315] Приготовление мяса и белка на сильном огне способствует образованию канцерогенных соединений, таких как гетероциклические амины и многоядерные ароматические углеводороды. [316] Употребление жареного мяса с некоторыми видами специй, кофе и другими растительными соединениями сглаживает его пагубное воздействие на организм. Интересный факт: кофе ассоциируют со снижением риска развития нескольких видов рака, в том числе рака печени. [317]

В большинстве случаев развитие онкологических заболеваний (90–95 %) происходит по вине факторов внешней среды. Они становятся причиной генетических мутаций, однако их можно предупредить, внеся необходимые изменения в образ жизни. [318] Около 5–10 % раковых заболеваний возникают вследствие врожденных генетических нарушений. [319] Люди с передающимися по наследству мутациями в генах BRCA1, BRCA2, репарацией неспаренных оснований и геномом CDH1 намного сильнее рискуют (риск составляет примерно 75 %) заболеть раком молочной железы и яичников, колоректальным и раком эндометрия или раком желудка. [320] И все же эти мутации встречаются крайне редко (<0,3 % всего населения), и ежегодно на них приходится только от 3 до 10 % новых случаев заболевания раком. [321] Те, чьи ближайшие родственники (родители, братья и сестры) болеют колоректальным раком, в два раза сильнее рискуют тоже стать пациентами онкологического отделения с той же болезнью. А если больных родственников двое или больше, то риск усиливается в четыре раза вне зависимости от возраста и диагноза. [322] В случае с раком легких у родственников, риск заболеть в 1,5 раза выше [323] и в 1,9 раза выше, если у кого-то в семье рак предстательной железы. [324] Если у близкой родственницы рак молочной железы развился после 50 лет, то риск составляет 1,8, а если до 50 лет – то 3,3. [325] У высоких людей выше риск развития наследственного онкологического заболевания, так как у них больше клеток, подлежащих злокачественному превращению. [326]

Эпигенетические изменения, связанные с развитием рака, едва ли имеют меньшее значение, чем генетические мутации. [327] К примерам таких изменений относятся метилирование ДНК, модификация гистонов, структурные нарушения хроматина и хромосомные мутации. [328] Они участвуют в регуляции экспрессии генов, не меняя последовательности ДНК. Снижение активности белков, участвующих в репарации ДНК, происходит на ранних стадиях развития рака и расшатывает генетическую стабильность. [329] В этой связи представляется особенно важным смягчение пагубного воздействия внешних факторов на ДНК, к которым относятся радиация, курение, вирусы и химические соединения, а также внутренние угрозы, среди которых активные формы кислорода и свободные радикалы. Дефекты системы репарации ДНК повышают частоту мутаций и делают клетки более уязвимыми для злокачественных превращений. [330] Это значит, что чем больше окислительного стресса и воспаления, тем больше требуется защитных антиоксидантов, чтобы сохранить здоровье.

Вероятные причины развития рака

На ранних стадиях онкологического заболевания симптомы либо проявляются слабо, либо их нет вообще. Здоровые клетки начинают формировать уплотнение, и посредством опухолевой прогрессии появляется раковая опухоль. К локальным симптомам относятся узелки или уплотнения, закупорка кишечника, кровь при откашливании (рак легких), кровотечение из прямой кишки (рак прямой кишки), кровь при мочеиспускании (рак мочевого пузыря). Системные симптомы выражаются в хронической усталости, быстрой потере веса, постоянно повышенной температуре тела и утрате мышечной массы и слабости, иначе говоря, кахексии. [331] Все же отметим, что эти признаки нельзя назвать строго специфическими, так как они могут появиться по целому ряду причин. У больных раком выше риск формирования тромбов, которые могут привести к гибели. [332]

Метастазы возникают в ходе патологического процесса, когда рак отделяется от того места, где он впервые образовался, и через кровь распространяется на лимфатические узлы и другие отдаленные участки тела. Большинство больных раком умирает в результате метастазов. [333] Распространение метастазов в разные части организма было впервые открыто в XVIII веке благодаря микроскопическому исследованию. Дефицит нуклеарного эритроцитарного фактора транскрипции Nrf2 способствует формированию метастазов в легких, нарушая окислительно-восстановительный баланс в кроветворной и иммунной системе. [334] Опухоли характеризуются не только раковыми клетками, но и микросредами, которые создают окружающие кровеносные сосуды, фибробласты, иммунные клетки и сигнальные молекулы, способствующие росту раковых клеток. [336]

К традиционным методам лечения рака относятся медикаментозная терапия, химиотерапия, лучевая терапия, лазерная терапия, гормональная терапия, иммунотерапия, паллиативный уход и хирургическое лечение. Давайте остановимся на каждом из них немного подробнее:

● Химиотерапия убивает быстроделящиеся клетки с помощью цитотоксических противоопухолевых и химиотерапевтических препаратов. Они разделяются на несколько категорий, например, алкилирующие агенты и антиметаболиты. [337] Комбинированная терапия повышает выживаемость у больных и останавливает прогрессию лучше, чем лечение каким-нибудь одним препаратом. [338] Однако данный вид лечения не приводит к улучшению общего состояния здоровья из-за высокой токсичности. [339] Таргетная химиотерапия, которая учитывает ключевые различия между раковыми и здоровыми клетками, заключается, например, в ингибировании рецепторов эстрогенов и ингибировании мутантного гена Bcr-Abl. Химиотерапия в сочетании с хирургией доказала эффективность при лечении различных видов опухолей, в том числе рака молочной железы, колоректального рака, рака яичка, рака яичников и рака поджелудочной железы. Хотя эффект лечения ограничен высокой токсичностью.

• Исследования показывают, что голодание повышает эффективность химиотерапии у крыс и людей, так как защищает от токсического воздействия и способствует гибели большего числа раковых клеток. [340, 341] Голодание способствует удалению злокачественных и дефектных клеток через естественный процесс аутофагии.

• Химиотерапия или химиотерапевтические препараты лучше работают, если их принимать ночью, а также дают меньше побочных эффектов. [342] В течение дня стероидные гормоны организма могут блокировать функцию рецепторов эпидермального фактора роста (EGF), хотя именно на эти белки нацелено действие противораковых препаратов.

● Лучевая терапия. Под действием ионизирующего излучения пораженные раком ткани повреждаются и погибают. К ней прибегают только в половине случаев после химиотерапии и хирургии. Наиболее распространенная лучевая терапия для лечения рака кожи – это жесткое рентгеновское облучение. [343] Луч направляют на опухоль под определенными углами, чтобы уберечь от гибели здоровые ткани. Тем не менее у соседствующих с опухолью клеток под действием облучения ДНК повреждается сильнее, чем у других клеток. Лучевая терапия эффективна при метастазах в кости у 70 % пациентов. [344]

• Исследователи собрали достаточно много доклинических и клинических данных, которые показывают, что низкие дозы облучения способствуют выздоровлению больных, выступая как самостоятельный метод лечения, так и в сочетании со стандартной терапией. [345, 346] На начальных стадиях рака низкодозированное облучение дает мощный толчок иммунной системе, запускает лучевой гормезис и повышает выносливость организма. [347] Низкодозированное облучение в перерывах между стандартной лучевой терапией способствует усилению контроля за первичной опухолью и сокращает метастазы у пациентов с неходжкинской лимфомой. [348]

• Впрочем, необходимо подчеркнуть, что ионизирующее излучение – признанный онкогенный фактор, который повышает риск развития рака в будущем, особенно лейкемии. Большие дозы ионизирующего излучения вызывают нестабильность генома, повреждения ДНК, эпигенетические изменения и нарушения, которые влекут за собой мутации и делают организм восприимчивым к заболеваниям, как мы уже говорили выше. Природный источник радиации – излучение газа радона – и технологии медицинской диагностической визуализации дают определенную дозу облучения среднестатистическому человеку. Радиационные аварии, такие как на Чернобыльской АЭС или в Фукусиме, случаются редко, но они, несомненно, учащают случаи заболевания раком и гибели от лучевой болезни среди местного населения. [349] Воздействие низкодозированного облучения, которое человек получает, например, проживая рядом с атомной электростанцией, считается безопасным для здоровья. [350]

● Лазерная терапия. Во время лазерной терапии применяют высокоинтенсивный сфокусированный свет, под действием которого опухоль и предраковые клетки разрушаются. Чаще всего этот метод применяют для лечения пораженных клеток на поверхности кожи или на оболочках внутренних органов в сочетании с другими терапевтическими методами. Лазер действует более прицельно и точно по сравнению с облучением и хирургией, но и обходится дороже. Гипертермия под действием лазера способствует лечению рака за счет повреждения злокачественных клеток.

● Хирургическое лечение – это основной метод удаления изолированных, солидных образований. В ходе операции удаляют либо всю злокачественную массу целиком, либо пораженные лимфатические узлы. В некоторых случаях этого достаточно, чтобы вылечить рак.

● Иммунотерапия подразумевает искусственную стимуляцию иммунной системы с помощью различных терапевтических методов, которые улучшают ее способность бороться с онкологическими заболеваниями. Иммунотерапию подразделяют на активную, пассивную и гибридную. С помощью иммунотерапевтических модифицированных антител опухолевые антигены помечаются, как подлежащие уничтожению. [351] В рамках активной терапии из опухоли удаляются иммунные клетки при помощи естественных киллеров, цитотоксических Т-лимфоцитов и дендритных клеток. Пассивная гуморальная терапия нацелена на поверхностные рецепторы клеток с использованием антител CD20, CD274 и CD279.

● Паллиативный уход помогает пациенту справиться с физическими, психическими и эмоциональными испытаниями, которые возникают в процессе лечения. Основная цель этого метода – повысить качество жизни. Паллиативный уход рекомендован пациентам на всех стадиях рака.

У пациентов, которые успешно прошли лечение злокачественного образования, в два раза выше риск развития дополнительного очага первичной опухоли по сравнению с теми, кто никогда не болел раком. [352] К числу самых главных факторов, которые позволяют успешно перенести лечение, относятся возраст и общее состояние здоровья. Сопутствующая патология, хронические заболевания и иммунодефицит снижают шансы на выживание пациентов. Те пациенты, которые высоко оценивают качество своей жизни, обычно живут дольше. [353]

Отто Варбург и что такое эффект Варбурга

В 1920-х годах группа немецких ученых под руководством физиолога Отто Генриха Варбурга сделали открытие, что без доступа глюкозы и кислорода раковые клетки погибают. В 1931 году Отто Варбург удостоился Нобелевской премии по физиологии и медицине за «открытие естественных свойств и механизма действия дыхательного фермента». [354]

Эффектом Варбурга называют биохимический феномен, связанный с тем, что раковые клетки предпочитают сжигать глюкозу посредством гликолиза в присутствии кислорода. Обычно организм сжигает жирные кислоты более эффективным способом, который называется окислительное фосфорилирование, и переходит на гликоген в анаэробных условиях, но злокачественные клетки ведут себя иначе. С точки зрения производства энергии, аэробный гликолиз менее эффективен, чем окислительное фосфорилирование. Однако этот процесс дает больше побочных продуктов, таких как молочная кислота, которые способствуют росту злокачественных клеток и брожению. [355]

В 1929 году английский биохимик Герберт Крэбтри пришел к выводу, что в клетках злокачественных опухолей происходит не только аэробный гликолиз, но и брожение под действием внешних или генетических факторов. [356] Этот феномен получил название эффект Крэбтри, и без исследований Варбурга его бы не удалось открыть. Проще говоря, если мы сжигаем только сахар даже при наличии кислорода, то раковые клетки дают толчок лактат-ацидозу, который еще больше распространяет злокачественные клетки и лишает нормальные клетки кислорода. Лактат-ацидоз через эффект Варбурга связан с несколькими разновидностями онкологических и воспалительных заболеваний. [357]

При лактат-ацидозе организм производит большое количество лактата, или молочной кислоты, которая накапливается в теле. Он представляет собой вид метаболического ацидоза, который способствует развитию заболеваний и может привести к смерти. Существует два типа лактат-ацидоза – А и В. [358]

● Лактат-ацидоз типа А возникает из-за скудного насыщения тканей кислородом и нарушения кровообращения.

● Лактат-ацидоз типа В появляется в результате метаболических заболеваний, нарушениях в работе митохондрий, под действием медицинских препаратов или алкоголя.

Молочная кислота накапливается, если в организме недостаточно кислорода, который расщепляет гликоген и глюкозу во время гликолиза. Когда лактат-ацидоз сопровождается сепсисом, то риск смертельного исхода быстро возрастает. [359]

Отто Варбург выдвинул гипотезу (которая получила название «эффекта Варбурга»), согласно которой аэробный гликолиз является основной причиной развития рака. В 1966 году на лекции нобелевских лауреатов он сообщил:

«У рака по сравнению с другими заболеваниями гораздо больше второстепенных причин развития. Но даже у такой коварной болезни существует только одна основная причина. Если говорить коротко, то первопричина злокачественных образований заключается в замене кислородного дыхания в здоровой клетке на брожение сахара». [360]

С 2000 по 2015 год проводилось более 18 000 исследований на тему эффекта Варбурга и роли АТФ в процессе обмена веществ. В большинстве из них ученые уделяли внимание функциям эффекта Варбурга. Сегодня принято считать, что эффект Варбурга – это результат мутирования злокачественных клеток. [361]

Гликолиз – это процесс получения пирувата из глюкозы по циклу Кребса. Он подключается для производства энергии в анаэробных условиях, но раковые клетки полагаются на этот процесс даже во время аэробного дыхания. Вследствие этого развивается воспаление, появляются молочная кислота и брожение. Высокая концентрация глюкозы в крови усиливает пролиферацию раковых клеток in vitro, в то время как недостаток глюкозы обеспечивает обратный эффект. Низкий уровень сахара в крови на поздних стадиях онкологических заболеваний коррелирует с благоприятными последствиями для здоровья. [362]

В 2008 году группа ученых обнаружила, что ключевой фермент злокачественных опухолей M2-PK вызывает эффект Варбурга. Фермент Tumor M2–PK производится в быстроделящихся клетках и предоставляет раковым клеткам возможность потреблять глюкозу с утроенной силой. [363] В 2006 году исследователи предприняли попытку лишить клетки злокачественной опухоли возможности превращать пируват в молочную кислоту. Они исключили фермент лактатдегидрогеназа A, [364] в результате чего раковые клетки не смогли размножаться в условиях гипоксии. Отсюда следует, что молочная кислота (лактат) повышает пролиферацию опухолевых клеток, а снижение концентрации молочной кислоты помогает бороться с раком.

Существует несколько потенциальных причин развития лактат-ацидоза:

● Наследственные заболевания – нарушения метаболизма глюкозы, фруктозы, лактата и пирувата. [365]

● Болезни сердечно-сосудистой системы – атеросклероз, остановка сердца и застойная сердечная недостаточность ухудшают кровообращение и процесс насыщения клеток кислородом. Эти состояния одновременно выступают в качестве причины и следствия лактат-ацидоза.

● Диабетический кетоацидоз – одновременно повышенный уровень кетонов и глюкозы.

● Почечная и печеночная недостаточность – внутренние органы, которые вовлечены в регуляцию жидкости и кислотно-щелочного баланса, прежде всего контролируют степень кислотности в организме. Больные почки не могут буферировать лактат.

● Инфекции – сепсис и другие инфекции ставят под удар иммунную систему, снижают насыщение гемоглобина крови кислородом и вызывают лактат-ацидоз. [366] Некоторые бактерии создают благоприятные условия для гликолиза и брожения.

● Рак и опухоли – злокачественные опухолевые клетки постоянно вовлечены в процесс гликолиза и производят молочную кислоту, которая накапливается в организме.

● Употребление алкоголя – состояние алкогольного опьянения становится причиной кетоацидоза и лактат-ацидоза. [367] Алкоголь разрушает печень и почки, основная задача которых – поддерживать кислотно-щелочной баланс в организме.

● Лекарственные препараты – некоторые лекарственные средства, например, Тайленол, парацетамол, эпинефрин и метформин вызывают лактат-ацидоз. [368] Лекарства от ВИЧ тоже повышают концентрацию молочной кислоты в организме.

● Чрезмерные физические нагрузки – во время тренировок тело производит молочную кислоту, и большая ее часть должна буферироваться. Если вы слишком усиленно занимаетесь спортом и постоянно чувствуете боль в мышцах, то это верный признак накопившейся молочной кислоты.

Чтобы избавиться от лактат-ацидоза, нужно инициировать расщепление лактата или не выполнять действия, которые приводят к накоплению молочной кислоты. К самым распространенным способам лечения ацидоза относятся инфузионная терапия, кислородная терапия, восстановление водного баланса, витамины и бикарбонатный гемодиализ[2]. Не имеет значения, как тщательно вы лечите симптомы – пока вы не направите свои усилия на искоренение первопричины заболевания, вам не станет лучше.

Несколько рекомендаций, как избежать лактат-ацидоза:

● Вылечить заболевание печени – необходимо избавиться от висцерального жира печени и внутренних органов, чтобы они снова стали нормально функционировать. Ограничить употребление сахара, фруктозы и алкоголя. Кроме того, необходимо избавиться от лишнего веса.

● Нормализовать уровень сахара в крови – диабет и инсулинорезистентность постоянно вынуждают организм прибегать к гликолизу, производя лактат. Прежде всего необходимо улучшить биомаркеры с помощью полезной диеты.

● Бросить пить алкоголь – алкоголь токсичен даже в умеренных количествах, он способствует производству молочной кислоты и стимулирует процесс брожения. Не говоря уже о заболеваниях печени.

● Занимайтесь физическими упражнениями – недостаточное митохондриальное дыхание приводит к гликолизу и накоплению молочной кислоты. Если поддерживать тело в хорошей форме и следить за здоровьем, то можно избежать митохондриальной дисфункции и наладить потребление кислорода.

● Пить достаточно воды – обезвоживание повышает кислотность в организме и ухудшает движение жидкостей. Это приводит к накоплению метаболических отходов и лактата.

● Интервальное голодание – интервальное голодание ускоряет процесс очищения крови от молочной кислоты благодаря превращению глюкозы через глюконеогенез. [369] Голодание нормализует уровень сахара в крови и оздоравливает внутренние органы.

Лактат-ацидозу обычно подвержены люди с такими серьезными проблемами со здоровьем, как болезни печени, болезни сердца и сосудов, системное воспаление, физическая травма или сильное обезвоживание. На лактат-ацидоз указывают несколько симптомов: желтушность (пожелтение кожи и белков глаз), затрудненное дыхание, панические атаки, спутанность сознания, хроническая усталость, сердечная аритмия и тошнота. Чтобы получить информацию о своем состоянии, нужно сдать анализ крови утром натощак. Перед сдачей анализа принимать пищу следует только накануне вечером и нельзя заниматься физическими упражнениями.

Действительно, метаболизм глюкозы отличается у раковых клеток разного типа, тем не менее все опухоли предпочитают аэробный гликолиз. Снова обратившись к примеру M2-PK, мы обнаружим его даже в здоровых клетках, которым необходимо быстро делиться, например, для заживления ран.

Аэробный гликолиз (процесс, при котором без использования кислорода сжигается только сахар) проигрывает окислительному фосфорилированию (процесс, при котором с использованием кислорода сжигается главным образом жир) с точки зрения эффективности производства АТФ. Когда кислорода достаточно много, здоровые клетки получают энергию через аэробное дыхание, то есть сжигают жир[3]. Но раковые клетки переходят на аэробный гликолиз, чтобы быстрее расти и бороться за энергию. Эволюционная теория игр выдвигает предположение о том, что клетки, которые производят АТФ с высокой скоростью, но малой выгодой, получают селективное преимущество в борьбе за общие, ограниченные энергетические ресурсы. [370, 371] Для роста и пролиферации клетка обходится гораздо меньшим количеством АТФ, чем требуется ей для обеспечения нормальной работы и выживания. [372] По этой причине высокая скорость обмена глюкозы поддерживает анаболизм и пролиферацию клеток в живой природе на планетарном уровне. [373]

Отто Варбург полагал, что этот процесс несбалансированного гликолиза, способствующий росту злокачественных опухолей, происходит из-за нарушения работы митохондрий при синтезе АТФ. В результате у человека развиваются онкологические и другие заболевания, потому что организм не может нормально производить энергию. Побочные продукты гликолиза предоставляют раковым клеткам достаточно материала для успешной пролиферации, несмотря на наличие кислорода. [374] Некоторые свидетельства говорят о том, что причиной может быть сверхэкспрессия митохондриальной гексокиназы, которая ускоряет гликолиз. [375] Когда митохондрии повреждены или утрачивают способность нормально функционировать, они стимулируют развитие лактатацидоза и гликолиза из-за низкой эффективности тканевого дыхания. Они не могут произвести достаточно энергии, поэтому усугубляют воспаление и окислительный стресс.

Митохондрии повреждаются в результате окислительного стресса внутри организма, из-за загрязнений окружающей среды, воспаления, повышенного уровня сахара в крови, потребления продуктов, подвергшихся технологической обработке, сидячего образа жизни и проблем с дыханием. В наше тело встроены механизмы для уничтожения поврежденных клеток и их частей – это апоптоз, аутофагия и другие лизосомальные пути. К сожалению, эти механизмы не работают в злокачественных клетках, а также их подавляет современный рацион человека.

Роль иммунитета в борьбе с раком

Онкоиммунология изучает процессы взаимного влияния иммунной системы и рака. Иммунотерапия представляет собой наиболее выдающийся пример практического применения этой науки. [376] Одна из ключевых ролей иммунной системы – распознавание и удаление опухолей, она называется иммунологическим надзором за возникновением опухолей. Надзор ингибирует канцерогенез и поддерживает клеточный гомеостаз [377] через активную работу естественных киллеров (NK-клеток), [378] интерферонов первого типа (IFN-α/β), интерферона-γ (IFN-γ), [379] лимфоцитов, [380] перфорина и системы Fas/FasL. [381]

Иммунная система принимает участие во всех стадиях канцерогенеза, более того опухоли содержат иммунные компоненты, такие как маркофаги, нейтрофилы, дендритные клетки, NK-лимфоциты, естественные киллеры и адаптивные лейкоциты. [382] Хотя иммунная система в состоянии инициировать противоопухолевый ответ, часто она бывает заблокирована многочисленными ингибиторами, которые продуцирует опухолевая микросреда. [383] Она формируется из ферментов, метаболитов и растворимых частиц, которые могут заставить иммунные клетки работать во благо опухоли. [384]

Инфильтрирующие опухоль лимфоциты (TILs) уничтожают опухолевые клетки и, работая совместно с CD8+ Т-лимфоцитами в очаге раковых клеток, увеличивают показатели выживаемости при раке прямой кишки, [385] раке пищевода, [386] раке яичников, [387] меланоме [388] и других онкологических заболеваниях. Окружающие опухоль Т-лимфоциты не единственные, кто несет ответственность за противоопухолевый ответ – внутриопухолевые Т-лимфоциты разрушают злокачественное образование изнутри. Опосредованное NK-клетками вмешательство в злокачественные новообразования положительно коррелирует с выживаемостью при раке желудка, [389] колоректальном раке, [390] и плоскоклеточном раке легкого. [391]

К другим тревожным сигналам, которые усиливают иммунологический надзор, относятся мочевая кислота, [392] белки теплового шока [393] и производные внеклеточного матрикса. [394] Они инициируют небольшие провоспалительные реакции, которые активизируют борьбу врожденного иммунитета с болезнетворными микроорганизмами. Эти сигналы ускоряют созревание дендритных клеток, чтобы они могли быстрее презентовать антигены и стимулировать Т-лимфоциты.

Сауна и потребление бета-глюканов (которые содержатся в дрожжах или лекарственных грибах) – два основных способа усиления иммунологического надзора. В сауне тело нагревается, имитируя естественные пути повышения температуры при инфекциях, и подготавливает иммунную систему к работе. В случае с бета-глюканами мы потребляем чужеродные вещества, например, компоненты клеточной мембраны дрожжей, которые приводят иммунную систему в состояние полной боевой готовности. В обоих случаях организм получает сигнал о возникновении потенциальной угрозы со стороны инфекционных агентов или вредных частиц, поэтому система иммунитета собирает армию и вооружает своих бойцов лучшим оружием. Количество иммунных клеток растет, они начинают активнее двигаться, бдительнее сканировать обстановку и проявлять цитотоксичность.

Некоторые опухолевые клетки производят ряд факторов, например, трансформирующий фактор роста бета (TGF-β), IL-10 и простагландины, которые подавляют активность макрофагов и лимфоцитов, тем самым ингибируя иммунный ответ. [395] Макрофаги также могут стимулировать развитие и рост опухоли, выпуская факторы роста, такие как фактор некроза опухолей альфа (ФНО-альфа, TNFα). [396] На первых стадиях развития опухоли макрофаги М1 обладают противоопухолевым действием, но постепенно они начинают помогать опухоли расти. Гипоксическая опухолевая среда снижает противоопухолевую эффективность цитокинов и стимулирует благоприятное для опухоли воздействие. [397] Отчасти эта токсичная обстановка обусловлена снижением уровня рН, иначе говоря повышением кислотности внутри опухолевой микросреды. Ученые предположили, что прием бикарбоната натрия, который подщелачивает среду и повышает рН, помогает понизить кислотность в опухолевой микросреде. [398, 399] Нейтрализация опухолевой кислотности улучшает воздействие противоопухолевой иммунотерапии. [400] Бикарбонат повышает уровень рН в опухоли и ингибирует спонтанные метастазы. [401] Наночастицы натрия бикарбоната даже способствуют лучшему усваиванию химиотерапевтических препаратов в опухоли. [402] Щелочная диета вместе с пероральным приемом дополнительного бикарбоната натрия (3–5 г в день) подщелачивает мочу, то есть повышает уровень рН (6,85 против 6,39) у пациентов с прогрессирующим раком поджелудочной железы. Важно подчеркнуть, что больные раком поджелудочной железы с высоким уровнем рН в моче (> 7,0) живут дольше, чем пациенты с низким уровнем рН в моче (< 7,0). [403] Отсюда следует, что щелочная диета, основанная на щелочных продуктах и/или пищевых добавках, способствует лечению рака. К щелочным продуктам относятся фрукты и овощи, а к кислотным – сахар, злаки и сыры. Вероятно, что замещение фруктов и овощей на быстроусвояемые сахар и злаки послужило причиной распространения онкологических заболеваний и смертности от них в западных странах.

Каким же образом иммунная система взаимодействует с раковыми клетками? Весь процесс от иммунологического надзора за опухолями до распространения рака называется иммуноредактированием рака, что составляет основу отношений между опухолевыми клетками и иммунной системой. Этот процесс подразделяется на три этапа, сочетая в себе все, от инициации до избегания: [404]

1. Уничтожение раковых клеток иммунной системой – это признак успешного иммунологического надзора. Иммунная система раз и навсегда искореняет развивающуюся опухоль, подключая силы как врожденного, так и адаптивного иммунитета. Воспалительные цитокины, которые генерируют опухолевые клетки, активируют иммунные клетки организма, такие как естественные киллеры и Т-лимфоциты, которые в дальнейшем избавляются от раковых клеток. [405] Этот процесс делится на четыре дополнительных шага: [406]

a) Распознавание опухолевых клеток иммунными клетками, которое осуществляет интерферон-γ

b) Созревание и миграция дендритных клеток, пока интерферон-γ оказывает некоторое цитотоксическое воздействие [407]

c) Производство специфичных к опухолевому антигену Т-лимфоцитов, которые проявляют еще больше цитотоксичности [408]

d) Возвращение специфичных к опухолевому антигену клеток в опухоль и уничтожение опухолевых клеток при поддержке интерферона-γ

2. Равновесие. Во время этой стадии производятся клетки, невосприимчивые к иммунным клеткам. [409] Эти клетки способны выживать в иммунодефицитном организме. Во время этого процесса множество вариантов первоначальных опухолевых клеток погибают, но появляются новые мутирующие разновидности, которые выдерживают атаки со стороны системы иммунитета.

3. Избегание. Опухоли избегают иммунного ответа и прогрессируют. Существует немало опухолевых факторов, которые способствуют подавлению иммунитета и спасению раковых клеток от гибели, например, сосудистый эндотелиальный фактор роста (VEGF), [410] IL-10, [411] трансформирующий фактор роста бета (TGF-beta) [412] и простагландин Е2. [413]

a) Опухолевые клетки экспрессируют особые антигены вдобавок к молекулам комплекса гистосовместимости 1 (MHC I), которые отличаются от обычных клеток. По этому признаку их распознают Т-лимфоциты и Т-лимфоциты-хелперы. [414, 415] Таким образом прекращается последующий канцерогенез, если клетки выявляются на ранней стадии развития. Однако, если на опухолевых клетках меньше молекул МНС I, чем обычно, они могут избежать распознавания, [416] вследствие чего они остаются незамеченными для иммунологического надзора и подвергаются злокачественным превращениям. [417] К счастью, если они все-таки уклоняются от внимания иммунитета, естественные киллеры берут на себя эту задачу и убивают опухолевые клетки прежде, чем они превращаются в злокачественные. [418] Также система комплемента способна уничтожить опухолевые клетки за счет производства антител. [419]

Во время иммуноредактирования опухоли могут развить иммунорезистентные разновидности и мутации, чтобы противостоять противоопухолевому иммунному ответу. Усиление невосприимчивости также наблюдается в клетках-резервуарах ВИЧ, вследствие чего иммунным клеткам организма сложнее их уничтожить. [420] Некоторые виды рака используют иммунные контрольные точки, чтобы укрываться от атак иммунной системы. Иммунные контрольные точки – это области иммунорегуляторов, которые принимают решение, какие клетки нужно атаковать, а какие стоит сохранить. Они могут как ингибировать, так и стимулировать. Блокировка иммунных контрольных точек отключает передачу негативной обратной связи, которая может привести к развитию резистентности у опухоли. [421] Современные проверенные ингибиторы иммунных контрольных точек блокируют цитотоксические белки Т-лимфоцитов CTLA-4, белок программируемой клеточной смерти 1 (PD-1 или PDCD-1) и лиганд 1 (PD-L1). [422] Лиганд PD-L1 раковых клеток ингибирует интерфероны и защищает от цитотоксических Т-лимфоцитов. [423] Направление атаки на PD-L1 помогает восстановить иммунную функцию в опухолевой микросреде. [424] CTLA4 контролирует гомеостаз регуляторных Т-лимфоцитов и усиливает их подавляющую способность. [425] Тем не менее при лечении блокираторами контрольных точек повышается риск негативных иммунных или аутоиммунных реакций вследствие активации Т-лимфоцитов. [426]

Воспаление и иммунодефицит из-за нехватки магния

Существует предположение, что хроническое воспаление вызывает мутации, способствует выживанию раковых клеток и созданию онкогенной микросреды. [427] Под термином «активированное опухолью воспаление» понимают иммунные клетки и цитокины, которые вовлекаются в опухолевую микросреду, [428] где также устанавливаются угнетающие работу иммунитета условия. Воспаление считается седьмым специфическим признаком онкологического заболевания. [429] С точки зрения эволюции организм испытывает сильное давление отбора, которое побуждает его отдавать предпочтение воспалению для заживления ран и устранения болезнетворных микроорганизмов, а не развитию рака. Около 20 % онкологических заболеваний связаны с хроническими инфекциями, аутоиммунной патологией и воспалением в одной и той же ткани. [430] Другие риск-факторы развития рака, такие как курение, диабет, ожирение и загрязнение окружающей среды, вызывают местные и системные воспаления, которые способствуют канцерогенезу. [431, 432] Установлено, что длительное воспаление легких может также пробудить спящие раковые клетки у мышей. [433]

Иммунодефицитное состояние и провоспалительные нарушения у здоровых и инфицированных клеток, вероятно, лежат в основе определенного феномена, когда Т-лимфоциты теряют цитотоксические свойства. [434] Т-лимфоциты-киллеры (CD8 T-лимфоциты) выявляют цитотоксичность, инициируя апоптоз, но когда они теряют способность убивать вирусы, иммунная система призывает другие резервы, которые уничтожают возбудителей болезней провоспалительным способом. В связи с этим снижение цитотоксичности CD8 T-лимфоцитов приводит к повреждениям и гибели соседних здоровых клеток, что усугубляет воспаление и повышает риск реакций по типу цитокинового шторма. Во время вирусной инфекции применяются стратегии повышения цитотоксичности CD8 T-лимфоцитов, чтобы оздоровить иммунный ответ организма. [435] К числу потенциальных стратегий такого типа относится прием магния и селена. [436, 437, 438] Из-за нехватки магния моноциты выбрасывают больше воспалительных цитокинов, а на фоне дополнительного приема магния снижается концентрация цитокинов при активации толл-подобных рецепторов. [439]

Внутриклеточный свободный магний регулирует цитотоксичность естественных киллеров и CD8 T-лимфоцитов. [440] Дефицит внутриклеточного свободного магния вызывает нарушения экспрессии рецептора NKG2D, который активирует естественные киллеры, и CD8 T-лимфоцитов, а также приводит к дефектам программируемой клеточной смерти у NK-клеток и CD8 T-лимфоцитов. [441] NKG2D играет ключевую роль в успехе трансплантации противоопухолевых и гемопоэтических стволовых клеток (ТГСК, HSCT). [442, 443, 444] Натуральные цитотоксические рецепторы (NCRs), такие как NKp46, NKp44, NKp30 и NKG2D, считаются основными рецепторами NK-лимфоцитов, участвующих в защите от опухолей. [445, 446]

Дефицит переносчика магния 1 (MAGT1) останавливает внутриклеточный транспорт иона магния (Mg2+), который необходим для подачи сигналов от Т-лимфоцитов и приводит к развитию первичного иммунодефицита человека, который называется «Болезнь XMEN» [447] (X-сцепленный лимфопролиферативный синдром 3-го типа, XЛП3, Дремук И.А. Болезнь XMEN: [Электронный ресурс] // ГЕНОКАРТА Генетическая энциклопедия. 2022. – URL: URL: https://www.genokarta.ru/disease/Bolezn_XMEN. (Дата обращения: 13.01.2023). – прим. пер.) Люди с генетической предрасположенностью к дефициту внутриклеточного свободного магния, иначе говоря, с болезнью XMEN, страдают от неконтролируемой экспрессии вируса Эпштейна-Барр и находятся в группе риска развития лимфомы. [448, 449] У них нарушена активация Т-лимфоцитов и снижена цитолитическая функция естественных киллеров и CD8 T-лимфоцитов из-за нехватки NKG2D. Прием дополнительного магния помогает пациентам с этой болезнью частично восстанавливать цитотоксичность CD8 T-лимфоцитов и почти полностью восстанавливать цитотоксичность естественных киллеров, одновременно снижая нагрузку вируса Эпштейна-Барр. [450] Болезнь XMEN характеризуется частыми инфекциями верхних дыхательных путей, синуситами, инфицированием вирусом Эпштейна-Барр, лимфомой, аутоиммунными заболеваниями и изменением соотношения лимфоцитов CD4 к CD8.

Диабет второго типа отличается низкой концентрацией внутриклеточного свободного магния, что отчасти объясняет повышенную восприимчивость больных к РНК-вирусам. [451] Кроме того, добавки с магнием способны ингибировать NF-kB, [452] который контролирует фактор свертывания крови III. [453] Дефицит магния способствует окислительному стрессу и расщепляет внутриклеточный глутатион. [454] Отсюда следует, что внутриклеточный магний играет решающую роль в работе иммунитета. Нутритивная поддержка магнием, особенно при сниженной концентрации магния в иммунных клетках, помогает наладить здоровую иммунную реакцию.

Дефицит внутриклеточного магния

От 50 до 75 % населения не получают достаточно магния, чтобы восполнять суточную потребность в этом микроэлементе, которая составляет 350–420 мг в день. [455] Исследователи выявили, что почти 30 % населения, согласно анализам крови, страдает от субклинического дефицита магния, а в некоторых популяциях нехватка магния доходит до 90 %. [456] Можно заключить, что дефицит магния – очень распространенная проблема, которая нарушает работу иммунитета.

Стресс расщепляет магний вследствие активации симпатической нервной системы. [457] Стрессовые эпизоды, такие как физические нагрузки, голодание, высокий уровень сахара в крови, резистентность к инсулину, депривация сна и чувство тревоги, заставляют тело усиленно сжигать магний. Таким образом, чем сильнее вы чувствуете стресс, тем больше магния вам нужно. К сожалению, чем меньше в организме магния, тем быстрее он расходуется. По результатам исследований на животных и людях восполняющее введение магния смягчает негативные побочные эффекты стресса, например, тревожность, депрессию и проблемы со сном. [458]

К многочисленным факторам, которые вызывают нехватку магния, относятся:

● Неправильное питание

● Пониженная кислотность желудка

● Чрезмерное потребление сахара/жиров

● Чрезмерное потребление рафинированных углеводов

● Дефицит витамина В6, селена или натрия

● Медицинские препараты: диуретики и инсулин

● Диабет второго типа, нарушение работы желудочно-кишечного тракта, сердечная недостаточность

● Чрезмерное употребление кальция, витамина D или фосфора

● Ингибиторы протонной помпы и антацидные препараты, отпускаемые без рецепта

● Протеинурия

Магний можно получать вместе с пищей. Для этого нужно обратить внимание на такие продукты, как зеленые листовые овощи, орехи, семена, темный шоколад, макрель, фасоль, бобовые и овощи. Однако количество микроэлементов в этих продуктах напрямую зависит от качества почвы и наличия магния.

Данные Министерства сельского хозяйства США за 1950–1999 годы наглядно демонстрируют снижение концентрации витаминов и минералов в 43 сельскохозяйственных культурах. В период с 1975 по 1999 год среднее содержание кальция в овощах снизилось на 27 %, железа – на 37 %, бета-каротина – на 21 % и витамина С – на 30 %. [459] Такие же печальные данные удалось собрать и в отношении магния. С 1940 по 1991 год содержание магния в овощах снизилось на 24 %, во фруктах – на 17 %, в мясе – на 15 %, а в сыре – на 26 %. [460] В Великобритании концентрация магния в овощах снизилась приблизительно на 35 %. [461]

Исчезновение магния из продуктов питания происходит главным образом по вине пестицидов и удобрений, которые лишают почвы витаминов и минералов. Они уничтожают полезные бактерии, червей и насекомых, которые обогащают землю нутриентами.

Хорошим примером здесь служит витамин В12, который возникает за счет обмена веществ бактерий. Кроме того, удобрения мешают растениям всасывать минералы.

Способы обработки пищевых продуктов, такие как рафинирование масел и злаков, отбирают еще больше магния у небогатой им пищи. В процессе рафинирования масло полностью лишается какого бы то ни было содержания магния. В семенах сафлора содержится 680 мг магния на 1000 калорий, а в сафлоровом масле магния нет совсем. [462] То же касается сахара и рафинированных злаков, которые теряют от 80 до 99 % магния. [463]

Бета-глюканы

Исследователям удалось установить связь между естественными киллерами, бета-глюканами, иммунитетом и злокачественными новообразованиями. Бета-глюканы – это полисахариды, которые содержатся в отрубях некоторых злаков, например, овсяных и ячменных, в клеточных стенках пекарных дрожжей, грибах и водорослях. [464, 465] Основной эффект заключается в способности модифицировать биологические ответные реакции, контролировать воспалительные процессы и функции врожденных и адаптивных иммунных клеток. [466] В организм человека бета-глюканы попадают вместе с пищей или как патоген-ассоциированный молекулярный паттерн (ПАМП), потому что они содержатся в оболочке некоторых дрожжей и бактерий. [467]

Бета-глюканы славятся своими противовоспалительными, противоаллергенными, противопаразитарными свойствами, защищают от ожирения и остеопороза. [468] Согласно результатам исследований in vitro, бета-глюканы из дрожжей, грибов и круп повышают функциональность основных иммунных клеток человека, особенно моноцитов, макрофагов и дендритных клеток. [469] Кроме того, они повышают концентрацию провоспалительных цитокинов. [470] Производство молекул-окислителей, например, активных форм кислорода (АФК), требуется для борьбы с грибковыми патогенами. [471] Многочисленные свидетельства, полученные в ходе исследований при участии людей и животных, говорят о потенциальной защитной функции бета-глюканов против инфекций. Также они способствуют избавлению от новообразований и повышают эффективность вакцин. [472, 473, 474] Безопасность и нетоксичность бета-глюканов была доказана в рамках клинических исследований фазы I–II при участии здоровых добровольцев. [475, 476, 477]

● Исследование показало, что после трех месяцев приема БАДов с бета-глюканами из Pleurotus ostreatus (гриб Вешенка обыкновенная – прим. пер.) у регулярно посещающих тренировки спортсменов значительно повысилась концентрация естественных киллеров по сравнению с приемом плацебо. [478] Испытуемые стали меньше жаловаться на симптомы инфекций верхних дыхательных путей. Через два месяца после начала приема добавки активное вещество препятствовало снижению уровня естественных киллеров в крови и подавлению иммунитета, которое возникает по причине интенсивных физических нагрузок у спортсменов высокого уровня. [479]

● Бета-глюканы стимулируют цитотоксическую активность NK-лимфоцитов, связываясь с активирующим рецептором NKp30. [480] У здорового взрослого человека бета-глюканы стимулируют активность NK-лимфоцитов. [481] Опухолевым и родительским клеткам недостает бета-глюканов на оболочке, поэтому они не могут запустить противоопухолевую активность. Этот механизм можно расшевелить за счет восполняющего введения бета-глюканов. [482]

● Бета-глюканы тормозят иммунопатогенные процессы у испытуемых с аллергическими ринитами. [483] Добавки с бета-глюканами за 12 недель снижают частоту аллергических реакций в жидкостях носовой полости.

● Регулярное потребление сушеных грибов шиитаке (5–10 г в день) на протяжении четырех недель значительно повышает концентрацию лимфоцитов, участвующих во врожденном иммунитете и устраняет маркеры системного воспаления. [484]

● Нутритивная поддержка бета-глюканами помогает активно бороться с меланомой, сокращает объем опухолей и ингибирует повреждение красных кровяных клеток. [485] Эти эффекты, во всяком случае отчасти, опосредованы естественными киллерами.

● Когда пациенткам с прогрессирующим раком молочной железы давали экстракт шиитаке и препарат Имунекс, то активные компоненты этих добавок защищали от снижения активности естественных киллеров и лимфокинактивированных клеток-киллеров (ЛАК) в результате химиотерапии. [486, 487] Более того, после приема экстракта шиитаке и экстракта Agaricus blazei (лекарственного гриба Агарик бразильский – прим. пер.) у онкологических пациентов повысилась цитотоксичность естественных киллеров и ЛАК. [488] У пациентов с миеломой, которые проходили курс высокодозной химиотерапии, на фоне приема жидкого экстракта гриба Агарик бразильский (от производителя AndoSan) увеличились популяции различных иммунных клеток и белков IL-Ra, IL-5 и IL-7. [489] БАДы с бета-глюканами смягчают и другие нежелательные последствия химиотерапии, такие как потеря аппетита, эмоциональная нестабильность, потеря волос и немощь. [490] Способность бета-глюканов противостоять отрицательному воздействию химиотерапии на красные кровяные клетки улучшает процессы кроветворения и регенерации. [491]

Результаты исследований показывают, что бета-глюканы обладают противоопухолевыми свойствами, среди которых: 1. Контроль за ростом злокачественных клеток, 2. Модуляция опухолевой микросреды и иммунной системы, 3. Взаимоусиливающее действие вместе с традиционным противораковым лечением. Кроме того, они помогают устранить нежелательные побочные эффекты химиотерапии и облучения. Модуляция опухолевой микросреды препятствует распространению метастазов. [492]

Бета-глюканы, которые содержатся в грибах и пекарских дрожжах, показывают наибольшую эффективность с точки зрения укрепления иммунитета и противоопухолевой защиты организма, а бета-глюканы круп лучше всего снижают холестерин и концентрацию глюкозы в крови. [493, 494] Структура бета-глюканов из злаков отличается, и они не распознаются, как ПАМП. [495] Преодолев желудок, бета-глюканы попадают в тонкий кишечник в непереваренной форме, и эпителиальные клетки кишечника доставляют их популяциям иммунных клеток. [496] Кроме того, бета-глюканы могут добраться до отдаленных органов лимфатической системы через лимфу и кровь. [497, 498]

Подводя итог можно сказать, что иммунитет неразрывно связан с восприимчивостью организма к вирусам и онкологическим заболеваниям. Активная и оптимизированная иммунная система способна избавляться от болезнетворных микроорганизмов и опухолевых клеток прежде, чем они превратятся в злокачественные. С другой стороны, иммунодефицитные состояния повышают вероятность инфекций и снижают цитотоксичность иммунных клеток, что облегчает раковым клеткам борьбу за свое существование.

Глава четвертая:

Как сверхактивная иммунная система приводит к развитию воспаления и аутоиммунных заболеваний

Мы заинтересованы в том, чтобы наша иммунная система быстро реагировала на угрозы и эффективно боролась с возбудителями болезней. Но иногда она начинает проявлять чрезмерную активность и в этом случае может нанести вред организму. Этот феномен называется «сверхактивная иммунная система», и он становится причиной хронического воспаления, болей, аллергических реакций, гиперчувствительности и аутоиммунных заболеваний.

Аутоиммунная реакция – это неадекватная реакция иммунной системы, когда она перестает отличать здоровые клетки тела от болезнетворных микроорганизмов и атакует их. В результате человек испытывает ряд симптомов, таких как жар, сыпь, слабость, боль в суставах, недомогание и проблемы с кишечником. Существует более сотни аутоиммунных заболеваний, к ним относится, например, сахарный диабет первого типа, целиакия, болезнь Грейвса, рассеянный склероз, воспалительные заболевания кишечника (ВЗК), ревматоидный артрит, волчанка и псориаз. Аутоиммунные заболевания встречаются у 50 млн американцев, и число таких пациентов постоянно увеличивается. [499]

У аутоиммунных заболеваний есть множество причин, среди которых выделяются наследственность, предрасположенность и факторы окружающей среды. Однако главным образом эти причины связаны со сверхактивной иммунной системой, которая вводит организм в состояние хронического воспаления и аутоиммунной реакции. Воспаление и аутоиммунная реакция похожи с той точки зрения, что они заставляют защитные системы организма постоянно быть начеку и с подозрением относиться к здоровым тканям тела.

В этой главе мы расскажем о физиологии аутоиммунной реакции, из-за чего возникает это явление, как оно влияет на другие заболевания и что можно предпринять, чтобы решить эту проблему. Также вы узнаете, почему воспаление – это основной побочный эффект и одновременно стимулирующий фактор нарушения работы иммунной системы. Воспаление указывает на появление инфекций и развитие болезней, но в то же время служит причиной их возникновения. Поэтому крайне важно понимать, что делать с воспалением и как не потерять над ним контроль.

Что провоцирует аутоиммунные заболевания

В конце XIX века и в начале XX века считалось, что иммунная система не может напасть на собственный организм. Пауль Эрлих, немецкий врач еврейского происхождения, опроверг саму возможность этого явления, назвав его «ужасом самоотравления». [500] Однако в 1904 году его ученик Эрнст Витебский доказал, что аутоиммунные реакции существуют [501]. Он открыл, что красные кровяные клетки больных холодовой пароксизмальной гемоглобинурией вступали в реакцию с другим соединением сыворотки. Сегодня всеми признан тот факт, что аутоиммунная реакция – это неотъемлемое свойство иммунной системы позвоночных, которое носит название естественного аутоиммунитета. [502]

Хотя сильные аутоиммунные реакции приносят вред организму, в малых дозах они положительно влияют на состояние здоровья. Аутоиммунитет помогает быстрее распознавать чужеродные антитела на первых стадиях развития инфекции, когда болезнетворных микроорганизмов еще не так много, и обеспечивает быстроту реакции Т-лимфоцитов-хелперов. [503] За счет этого организм получает адаптивное преимущество перед новыми вирусами и инфекциями, с которыми он прежде не сталкивался, и учится, скорее, от них избавляться. Сопутствующий ущерб в данном случае не столь критичен, потому как выражен умеренно, к тому же наши клетки и так ежедневно распадаются и обновляются. Проблемы начинаются, когда процесс распознавания «своего» и «не своего» выходит из-под контроля и начинает давать сбой. Это дает импульс к развитию аутоиммунных заболеваний.

Принято считать, что аутоиммунитет – это результат сбоя регуляторных механизмов иммунного ответа, который выводит из равновесия эффекторные клетки иммунитета. [504] В основе аутоиммунной реакции лежит нарушение процесса уничтожения аутореактивных лимфоцитов, таких как В-лимфоциты, Т-лимфоциты и естественные киллеры. [505] Кроме того, обнаружены доказательства, что развитию ситуации способствуют изменения аутоантигена, который активирует нестандартные Т-лимфоциты с патогенным потенциалом. [506] По всей видимости, баланс Т-лимфоцитов поддерживают дендритные клетки. [507, 508] Они обусловливают толерантность к «своему» за счет уничтожения Т-лимфоцитов или производства регуляторных Т-лимфоцитов. [509]

Несмотря на огромное разнообразие аутоиммунных заболеваний, все они проходят через три одинаковые стадии: инициация, развитие и разрешение. [510] Давайте подробнее рассмотрим каждую из них:

1. Инициация аутоиммунитета – это момент, с которого заболевание начинает прогрессировать. Так как болезнь начинается задолго до появления каких бы то ни было симптомов, то весьма тяжело определить, что именно высекает искру, от которой появляется пламя. Существуют как внешние, так и генетические факторы, которые дают толчок инициации аутоиммунной реакции.

а. К наследственным факторам, связанным с развитием аутоиммунных заболеваний, относятся несколько генетических полиморфизмов, [511] касающихся иммуноглобулинов, рецепторов Т-лимфоцитов и главного комплекса гистосовместимости (MHC).

i. HLA DR2 – это рецептор класса MHC II на клеточной оболочке, который положительно коррелирует с системной волчанкой, нарколепсией и рассеянным склерозом. [512] HLA DR3 коррелирует с диабетом первого типа и синдромом Шегрена. HLA DR4 соотносят с ревматоидным артритом, диабетом первого типа и вульгарной пузырчаткой (pemphigus vulgaris).

ii. Еще один ген у человека PTPN22 связывают с развитием диабета первого типа, ревматоидным артритом, системной волчанкой, тиреоидитом Хашимото, болезнью Грейвса, рассеянным склерозом и Аддисоновой болезнью. [513, 514, 515, 516, 517]

iii. Ген TNFRSF1A – рецептор фактора некроза опухоли 1 типа – это мембранный рецептор, который связывает фактор некроза опухоли-альфа (ФНО-альфа, TNFα), главный воспалительный цитокин. TNFRSF1A (определяющийся TNFR1, rs1800693) находится в тесной связи с рассеянным склерозом. [518]

iv. Интерлейкин-2 (IL-2) рецептор α (CD25) экспрессируется на активированных Т-лимфоцитах и регуляторных Т-лимфоцитах. Аллели риска у CD25 (rs2104286) связывают с рассеянным склерозом и диабетом первого типа. [519] Генетический полиморфизм рецептора интерлейкина 23 (IL23R) обнаружен при болезни Крона, псориазе и язвенном колите. [520]

v. Женщины сильнее подвержены риску развития определенных аутоиммунных заболеваний, потому что у них ярче проявляются воспалительные реакции, чем у мужчин. Прямой обмен клетками между матерью и плодом во время беременности также может привести к аутоиммунитету.

b. К внешним триггерам аутоиммунитета относятся инфекции, питание, стресс, химические соединения, апоптоз под влиянием ультрафиолетового излучения и отравление тяжелыми металлами. [521, 522, 523] К пищевым продуктам и их компонентам, которые связаны с повышенной проницаемостью стенок кишечника и развитием аутоиммунных заболеваний, относятся глютен, злаки, паслен, лектины, молочные продукты, сахар и многие другие. [524, 525, 526, 527] Некоторые «перекрестно реагирующие» продукты питания, например, молоко, кофе, кукуруза, рис и пшено, ведут себя как глютен в организме у восприимчивых людей особого типа и становятся причиной схожего аутоиммунного ответа. [528] У маленьких детей инфекции дыхательных путей временно связаны с аутоиммуным диабетом первого типа. [529] Нельзя сказать, что глютен, содержащийся в цельных, необработанных злаках, опасен для здоровья (исключение составляют только больные целиакией). Многие люди с поврежденными стенками кишечника употребляют рафинированные зерновые продукты, и им сложно переносить глютен.

с. Молекулярная мимикрия – это феномен, при котором некоторые возбудители болезней обладают структурными сходствами с антигенами хозяина. Любое антитело, которое создается в ответ на антиген, связывается с антигенами хозяина и способствует потенциальному аутоиммунному ответу. [530] Молекулярная мимикрия, по всей видимости, принимает участие в патогенезе ревматоидного артрита и болезней сердечно-сосудистой системы. [531] Многие вирусы и бактерии тоже пользуются молекулярной мимикрией, к ним относятся, например, Streptococcus pyogenes (пиогенный стрептококк), H. pylori (хеликобактер пилори), Salmonella (сальмонелла), Escherichia coli (кишечная палочка), цитомегаловирус, вирус Эпштейна-Барр и вирус Коксаки. [532]

2. На стадии развития аутоиммунная реакция раздувает пламя воспаления и наносит повреждение тканям. Если продукты воспалительных реакций не ликвидируются, то они создают воспалительную среду, которая начинает распространяться, образуя замкнутый круг. Медиаторы воспаления, которые несут ответственность за этот феномен, – это фактор некроза опухоли-альфа (ФНО-альфа, TNFα), инфламмасома NLRP3, ядерный фактор каппа-В (NF-kB), интерлейкин-12, интерлейкин-17А и интерлейкин-23. [533, 534] Повышенное соотношение эффекторов к регуляторным иммунным клеткам, главным образом между Т-лимфоцитами-киллерами и регуляторными Т-лимфоцитами, тоже приводит к аутоиммунитету. [535]

3. Разрешение аутоиммунитета гасит огонь воспаления преимущественно за счет ограничения активности эффекторов и усиления регуляторных механизмов. Регуляторные Т-лимфоциты контролируют иммунный ответ на собственные и чужеродные частицы (антигены) и препятствуют развитию аутоиммунных заболеваний. Регуляторные Т-лимфоциты производятся в тимусе и во вторичных лимфатических органах. Отсюда следует, что повреждение этих органов, нарушение производства или функционирования регуляторных Т-лимфоцитов могут инициировать аутоиммунитет. Аутоиммунное воспаление активирует регуляторные Т-лимфоциты, которые начинают контролировать воспалительный процесс и пополнять иммунологическую память. [536] Другие ингибирующие рецепторы, например, CTLA-4 и PD-1, тоже подавляют аутоиммунные реакции. Делеции и мутации гена CTLA-4 становятся причиной дисфункции иммунной системы у людей. [537]

В развитых странах аутоиммунные заболевания участились с 1980-х годов. В 1989 году профессор Дэвид Страчан выдвинул «гигиеническую гипотезу», согласно которой повальное увлечение антибиотиками, антисептиками, вакцинами и стерильная окружающая среда потенциально повышают риск развития аутоиммунных заболеваний у детей. [538] Дети, которые не взаимодействуют с бактериями, обитающими в почве, на животных, злаковых и других источниках, с большей вероятностью страдают от аутоиммунных нарушений во взрослой жизни. [539] Малыши, рожденные путем кесарева сечения, сильнее подвержены всем видам хронических заболеваний, например, диабету, ожирению и астме. [540] Лечение антибиотиками в грудном возрасте связывают с развитием воспалительных заболеваний кишечника. [541] Повышение заболеваемости инсулинозависимым диабетом (первого типа) наблюдается параллельно снижению распространенности бактериальных инфекций. Этот факт подкрепляет «гигиеническую гипотезу», иными словами, взаимодействие с бактериями обеспечивает защиту от аутоиммунных заболеваний. [542] Ожирение, которое красноречиво указывает на неправильно подобранное питание, выступает в качестве фактора риска аутоиммунных заболеваний. [543] Отсюда можно заключить, что наилучший способ поддержать здоровый баланс иммунной системы – это рацион из цельных, натуральных продуктов.

Лечение аутоиммунной патологии

Традиционно аутоиммунные заболевания лечат иммуносупрессивными, противовоспалительными препаратами и паллиативными методами ухода. Самая сложная задача при лечении таких заболеваний – это взять воспалительный процесс под контроль и потушить пожар аутоиммунных реакций. [544] По этой причине «западная диета», которой свойственно большое содержание жиров, сахара и готовых продуктов, стимулирует аутоиммунные реакции за счет провоспалительных качеств пищи. [545] При ожирении клеточный иммунитет ослабевает перед инфекциями, и таким образом организм входит в состояние хронического вялотекущего воспаления. [546]

Исследования показали, что добавки с имбирем улучшают состояние при ревматоидном артрите за счет снятия воспаления. [547] Противовоспалительное соединение цитрусовых нарингенин блокирует поврежденные Т-лимфоциты и способствует восстановлению гомеостаза Т-лимфоцитов. [548] У мышей нарингенин приглушает аутоиммунный энцефаломиелит в результате модуляции аутоиммунных воспалительных реакций. [549] Основной полифенол зеленого чая EGCG повышает уровень регуляторных Т-лимфоцитов, которые, прежде всего, поддерживают равновесие между Т-лимфоцитами. [550] Куркумин снимает симптомы ревматоидного артрита, рассеянного склероза, псориаза и воспалительного заболевания кишечника, эффективно контролируя воспалительные цитокины и сигнальный путь NF-kB. [551]

Омега-3 жирные кислоты также обладают способностью снимать воспаление и ингибировать воспалительные цитокины. Исследования при участии людей показали, что омега-3 оказывает помощь при ревматоидном артрите, воспалительных заболеваниях кишечника, астме и псориазе. [552] Также к полезным жирам с противовоспалительными свойствами относится оливковое масло холодного отжима Extra Virgin. Согласно результатам исследований, оливковое масло подавляет провоспалительные гены у пациентов с метаболическим синдромом благодаря входящим в его состав полифенолам. [553]

Что касается других антиоксидантов, то по результатам пятилетнего исследования, которое проводили в Финляндии, не обнаружилась сколько-нибудь значительная связь между употреблением антиоксидантов и диабетом первого типа. [554] Однако исследования насыщенных полифенолами продуктов показали связь между особенностями питания, сниженным риском развития воспалительных заболеваний и сокращением смертности. [555] Полифенольные соединения можно найти в растительных продуктах, выращенных в естественных условиях, к ним относятся темноокрашенные овощи, например, брокколи, артишоки, листовые овощи и капуста, ягоды, в том числе малина, ежевика, голубика, черноплодная рябина, фрукты, такие как гранаты и вишни, оливки, зеленый чай, черный чай, кофе и бобовые. Согласно исследованию, опубликованному в журнале Nature в 2010 году, наибольшей концентрацией полифенолов могут похвастаться гвоздика, перечная мята, анис звездчатый (бадьян настоящий), какао-порошок и орегано. [556] Кверцетин – еще один антиоксидант, иначе говоря флавоноид, который содержится в луке и овощах, укрепляет плотные контакты кишечника и усиливает кишечный барьер. [557] Основополагающая защита от проникновения в кровь чужеродных частиц и возбудителей аутоиммунных болезней – это здоровые плотные контакты и низкая проницаемость слизистой оболочки кишечника. Необходимо избегать любых веществ, которые повреждают стенки кишечника и повышают их проницаемость.

Существует прямая связь между системным воспалением во всем организме и микробиомом кишечника. [558] В кишечнике располагается до 70 % иммунной системы. Он не только занимается перевариванием пищи, но и посылает сигналы всем отделам тела. [559] Микробиом во многом определяет здоровье врожденного и адаптивного иммунитета, помогает распознавать болезнетворные микроорганизмы и частицы и отличать их от хозяина. [560] Питание в первые годы жизни и созревание микробиоты закладывают основы иммунитета на всю жизнь и снижают риск появления хронических заболеваний. [561]

Согласно последним исследованиям, микробиом и бактерии кишечника связаны с аутоиммунными реакциями. Диабет первого типа ассоциируют с небогатым разнообразием микробиоты кишечника. [562] Дисбактериоз, или дисбаланс микрофлоры, управляет воспалительными заболеваниями кишечника. [563] Малочисленная популяция Faecalibacterium prausnitzii наблюдается при болезни Крона. [564] Низкий показатель бактерий Akkermansia, Faecalibacterium и Bifidobacterium повышает восприимчивость к аллергиям, воздействуя на Т-лимфоциты. [565] У детей с диабетом первого типа повышена концентрация Globicatella sanguinis, Dialister invisus и Bifidobacterium longum, [566] в то время как Bifidobacterium pseudocatenulatum и Bifidobacterium adolescentis у них меньше, чем у здоровой контрольной группы. [567] Существует корреляция между ревматоидным артритом и Prevotella copri. [568] Необходимо отметить, что разнообразие микробиоты кишечника в первую очередь зависит от питания, поэтому наш рацион определяет, какие бактерии будут преобладать – полезные или вредные.

Чтобы вылечить дисбактериоз и повысить разнообразие штаммов, можно обратиться к пробиотикам. Инфекция Clostridioides difficile (Клостридиум диффициле) увеличивает популяцию таких бактериальных типов, как фирмикуты, и сокращает число бактероидов, что поддается лечению с помощью пробиотиков. [569] К самым известным полезным штаммам бактерий относятся Enterococcus spp. (энтерококки), Lactobacillus spp. (лактобактерии), Bifidobacterium spp. (бифидобактерии), Bacillus spp. (сенная палочка) и Streptococcus spp (стрептококки). [570]

● Lactobacillus rhamnosus GG применяют для лечения псевдомембранозного колита и ассоциированной с антибиотиками диареи. [571] Пробиотики, например, Lactobacillus, модулируют провоспалительные сигнальные факторы TNF-alpha. [572] Лактобактерии содержатся в таких пищевых продуктах, как квашеная капуста, йогурт, темпе, мисо, натто, кимчи, и другой ферментированной пище. Также они богаты и другими полезными соединениями, например, антиоксидантами, витаминами, особенно В12, который необходим нервной системе. [573] Употребление ферментированных соевых бобов связывают с низким риском развития остеопороза у японок. [574, 575]

● Классические (молочные) пропионовокислые бактерии, например, Propionibacterium freudenreichii, улучшают состояние микробиоты, способствуют росту полезных штаммов бифидобактерий, [576] блокируют патогенные микроорганизмы, такие как H.pylori, [577] Salmonella enterica и энтеропатогенный Esherichia coli. [578] Пропионовокислые бактерии попадают в организм с кисломолочными продуктами, они содержатся, например, в кефире, сыре, йогурте. В пастеризованном молоке нет никаких бактерий, потому как их устраняют в процессе нагревания. Вследствие этого производителям приходится добавлять штаммы Lactobacillus и Bacillus, чтобы обогатить молочные продукты полезными свойствами. [579] Домашний сыр и кефир, в которых сохраняются живые пробиотики, лучше всего поддерживают здоровье микробиома кишечника.

● Бифидобактерии способны уменьшать выраженность синдрома раздраженного кишечника, о чем свидетельствуют результаты рандомизированного контролируемого исследования 2011 года. [580] У новорожденных смесь из пробиотиков Bifidobacterium bifidum, Bifidobacterium lactis и Lactobacillus acidophilus снижает частоту экземы. [581] Бифидобактерии бифидум PRL2010 управляют врожденным иммунным ответом, регулируя производство интерлейкинов и цитокинов. [582]

● Bacillus coagulans – это грамположительные, спорообразующие бактерии, которые производят молочную кислоту. Они успешно справляются с симптомами болезней кишечника, преумножают численность полезных бактерий и усиливают производство масляной кислоты. [583] При ревматоидном артрите B. coagulans сокращают уровень воспалительных маркеров и снимают боль. [584] Метаболиты Bacillus coagulans способствуют созреванию антигенпрезентирующих клеток in vitro. [585] У здоровых взрослых людей B. coagulans стимулируют выброс TNF-альфа в ответ на вирус гриппа А и аденовирусную инфекцию. [586]

Низкий уровень витамина D связан с развитием аутоиммунных заболеваний. [587] Если иммунный ответ постоянно активен, то он может привести к аутоиммунитету, но в случае недостаточной стимуляции, он может пропустить инфекцию. [588] Мутации гена CYP27B1 системы витамина D3 коррелируют с повышенным риском развития диабета первого типа, [589] аддисоновой болезнью, [590] тиреоидитом Хашимото и болезнью Грейвса. [591] Большинство клеток, в том числе Т- и В-лимфоциты, имеют рецепторы витамина D, которые регулируют иммунную систему. [592] Отметим, что эти рецепторы стимулирует только активный витамин D (другое название – кальцитриол), для чего в организме необходимо достаточное количество магния. Иначе говоря, если вы хотите, чтобы иммунные клетки работали должным образом, вам необходимо потреблять достаточно витамина D и магния. Витамин D влияет на работу Т-лимфоцитов и естественных киллеров. [593]

● Редкое пребывание на солнце и проживание в северных широтах считаются факторами риска развития рассеянного склероза (РС). [594] Отмечается, что сезонные сокращения светового дня связаны с повышением активности РС. [595, 596] Согласно данным из более чем 320 европейских исследований, недостаток ультрафиолетового излучения коррелирует со стократным увеличением риска развития рассеянного склероза. [597] Более того, пребывание на солнце во время трудовой деятельности и в детстве обратно коррелирует с развитием рассеянного склероза и смертностью от этого заболевания. [598, 599]

● Недостаточное пребывание на солнце составляет основу факторов риска развития диабета первого типа. В Северном полушарии пик активности диабета первого типа приходится на период с октября по январь и достигает самой низшей точки летом. При этом для Южного полушария верно обратное. [600] Степень риска развития диабета первого типа зависит от количества ультрафиолетового излучения. [601] Регулярная нутритивная поддержка детей витамином D3 коррелирует со снижением риска развития диабета первого типа на 88 %. [602] При диабете первого типа CD4+ T-лимфоциты становятся патологическими и аутореактивными, и их действия направлены на повреждение тканей. [603] То же оказалось верным и в отношении рассеянного склероза. [604]

Учитывая тесную связь между уровнем витамина D, количеством ультрафиолетового излучения и риском развития аутоиммунной патологии, вполне возможно рассматривать витамин D в качестве важного фактора окружающей среды. [605] Согласно современным рекомендациям по поддержанию гомеостаза кальция, показатели витамина D ниже 30 нмоль/л вызывают недостаточность, 30–50 нмоль/л не удовлетворяют потребности организма и только свыше 50 нмоль/л считаются достаточными. [606] Рекомендованные дозировки при аутоиммунных заболеваниях неизвестны, но во всяком случае у пациентов с болезнью Крона по сравнению с контрольными субъектами дозировки витамина D 2000 МЕ/день, которые достигают показателей 75 нмоль/л, связывают с нормальной проницаемостью кишечника, повышением качества жизни и сокращением маркеров заболевания. [607]

Цинк – важнейший микроэлемент, который необходим иммунным клеткам для оптимального функционирования. [608] Он имеет ключевое значение для более чем 300 ферментативных реакций и межклеточной коммуникации. Недостаток цинка способствует выбросу провоспалительных цитокинов и ослаблению иммунитета. [609] С 1970-х годов ученые неоднократно исследовали свойства цинка и пришли к выводу, что недостаток этого микроэлемента связан с различными аутоиммунными заболеваниями, в том числе диабетом первого типа, ревматоидным артритом, рассеянным склерозом, системной волчанкой, аутоиммунным гепатитом, целиакией и тиреоидитом Хашимото. [610] Дефицит цинка выводит из равновесия Th1 и Th2, регуляторные Т-лимфоциты и Т-лимфоциты-киллеры и ограничивает работу NK-лимфоцитов. [611] Возникший дисбаланс можно поправить с помощью продуктов и добавок, богатых цинком. [612] Продукты животного происхождения содержат особенно много цинка, и нужно учитывать, что в растительной пище этого микроэлемента меньше, поэтому в здоровом рационе должны присутствовать животные продукты.

Еще одно потенциальное решение для тех, кто пытается справиться с аутоиммунным заболеванием или устранить его симптомы, предлагает элиминационная или исключающая диета. Если ваши любимые продукты постоянно повреждают стенки кишечника и запускают сверхактивный иммунный ответ, то у тела не остается ни единой возможности для самовосстановления. В организме царит атмосфера постоянного воспаления и нездоровой активности со стороны иммунной системы, которая еще сильнее усугубляет воспаление. Стоит выяснить, как вы реагируете на наиболее распространенные пищевые аллергены, такие как глютен, паслен, яйца, рыбу, моллюсков, сою, злаки, молочные продукты и так далее. Если вы попробуете исключить их из рациона на несколько недель, то сможете ощутить, что ваш организм переносит, а что для него представляет проблему. Возвращать эти продукты необходимо по одному за раз, чтобы точно определить, какой именно из них вам не подходит и наносит повреждение тканям. Но сперва необходимо проконсультироваться с врачом, который предложит вам сдать анализ на разнообразие кишечного микробиома, на наличие воспаления (например, исследование на высокочувствительный С-реактивный белок), на повышенную проницаемость кишечника (уровень зонулина) и даст соответствующие рекомендации.

COVID-19 и сверхактивная иммунная система

Сверхактивная иммунная система вызывает не только аутоиммунные заболевания, но и становится причиной многих других проблем со здоровьем. Самой известной из них, пожалуй, на сегодняшний день можно назвать коронавирусную инфекцию (COVID-19), которую вызывает коронавирус SARS-CoV2. Глобальная пандемия COVID-19 началась 11 марта 2020 года, когда об этом объявила Всемирная организация здравоохранения. Инфекция затронула 30 млн человек по всему миру и унесла жизни 1 млн жителей уже к сентябрю 2020 года. [613] Чтобы внести ясность в сущностные качества и патогенность этого заболевания, мы решили посвятить несколько абзацев механизмам его действия, опираясь на данные последних исследований. Мы никоим образом не утверждаем, что нашли лечение от коронавирусной инфекции COVID-19 или SARS-CoV2. Наша задача состоит в том, чтобы объяснить, как инфекция влияет на организм, и какие методы лечения в будущем стоит протестировать в ходе масштабных клинических исследований.

Коронавирусная инфекция 2019 года, или COVID-19, это инфекционное заболевание, которое вызывает вирус SARS-CoV2 (коронавирус 2 тяжелого острого респираторного синдрома). Он во многом схож с вирусом SARS-CoV, который появился между 2003 и 2004 годами.

К симптомам новой коронавирусной инфекции относятся высокая температура, кашель, повышенная утомляемость, затруднение дыхания, потеря вкуса и обоняния, что отличает его от обычной простуды. [614] Последствия болезни варьируются от незначительных до тяжелых, которые прогрессируют до острого респираторного дистресс-синдрома (ОРДС), септического шока и гипоксемии. [615] Причиной смерти от данного вирусного заболевания обычно становится дыхательная недостаточность, включая органную недостаточность [616, 617] при поражении центральной нервной системы. [618] В основном от коронавирусной инфекции страдают органы дыхания, потому что вирус проникает в клетки хозяина через рецептор ангиотензинпревращающего фермента 2 (АПФ2 или ACE2), который концентрируется в легких. [619] Вирус использует спайковый гликопротеин, чтобы закрепиться на рецепторе ACE2 и войти в клетку организма. [620]

Вирус SARS-CoV2 может вызвать острое поражение миокарда и необратимые повреждения сердечно-сосудистой системы, [621] так как в этой области тоже находится большое скопление рецепторов ACE2. [622] У больных коронавирусной инфекцией COVID-19 также нередко наблюдаются тромбоз и венозная тромбоэмболия. [623] Формирование тромбов и дисфункция кровеносных сосудов приводят к легочной эмболии и ишемии, которые становятся причиной гибели пациентов. [624] На сегодняшний день, однако, смертность от COVID-19 составляет 1 % или меньше у больных в возрасте 59 лет и моложе, около 2–3,5 % для людей от 60 до 69 лет, 6–13 % среди пациентов в возрасте от 70 до 79 лет и 13–20 % от 80 лет и старше. [625] Отсюда ясно, что больше всего рискуют погибнуть от коронавирусной инфекции люди в возрасте 70 лет и старше. Однако пациенты с метаболическим синдромом, то есть те, кто столкнулся с тремя или более из следующих симптомов: повышенный уровень сахара в крови, повышенное артериальное давление, лишние сантиметры в обхвате талии, повышенный уровень триглицеридов, низкий уровень ЛПВП (липопротеинов высокой плотности), тоже находятся в группе риска и могут умереть от коронавирусной инфекции. Даже если мы сочтем COVID-19 не смертельным инфекционным заболеванием среди сравнительно молодого населения, пока мы все же не можем судить о его последствиях в долгосрочной перспективе. По результатам нескольких исследований можно говорить о потенциальном миокардите (воспалении миокарда) даже при бессимптомно протекающей коронавирусной инфекции, который наблюдается у 78 % госпитализированных пациентов. [626, 627] Следовательно, многие из тех, кто перенес коронавирусную инфекцию, до сих пор живы, но невозможно предугадать, у скольких из них возникнут проблемы с сердцем в будущем.

Один из основных симптомов коронавирусной инфекции COVID-19 – это системное воспаление, особенно такая агрессивная иммунная реакция, как цитокиновый шторм. [628] Когда в результате инфекции иммунная система становится чрезмерно бдительной, как в случае с аутоиммунными заболеваниями, может начаться цитокиновый шторм, [629, 630] который приводит к большому выбросу воспалительных цитокинов. Воспалительный процесс во время цитокинового шторма повреждает внутренние органы и распространяется на другие системы организма. [631] Патологический выброс цитокинов провоцирует дисбаланс иммунных клеток (слишком много эффекторных иммунных клеток и слишком мало регуляторных), как при аутоиммунном заболевании. Цитокиновый шторм обычно наблюдается у больных коронавирусной инфекцией в тяжелом и критическом состоянии, которое характеризуется низким уровнем лимфоцитов, естественных киллеров и повышенной концентрацией D-димеров, С-реактивного белка, ферритина и прокальцитонина. [632] При тяжелом протекании инфекции COVID-19 часто повышен уровень интерлейкина-6 (IL-6). [633] У тяжелых больных SARS уровень провоспалительных цитокинов выше по сравнению с легкой и средней формой инфекции. [634, 635] Повышенный уровень С-реактивного белка и ферритина связывают с инициацией цитокинового шторма у пациентов на CAR-T-клеточной терапии (или терапии T-клетками с химерным антигенным рецептором). [636]

Масса свидетельств указывает на способность коронавирусной инфекции снижать концентрацию Т- и В-лимфоцитов, особенно на тяжелой стадии протекания инфекции. [637, 638] Это обстоятельство мешает иммунному ответу и ослабляет защиту организма перед инфекцией. Низкий уровень CD4+ и CD8+ T-лимфоцитов связан с тяжелой формой COVID-19. [639] В ходе нескольких исследований пациентов с вирусом SARS-CoV2 удалось установить негативные отношения между повышенным уровнем воспалительных цитокинов и низким уровнем Т-лимфоцитов. [640, 641, 642] У пациентов с тяжелой формой коронавирусной инфекции снижен уровень В-лимфоцитов по сравнению с теми, кто легко переносит заболевание. Также концентрация В-лимфоцитов отрицательно коррелирует с вирусной нагрузкой. [643]

Несмотря на малое количество лимфоцитов, в организме происходит рекрутинг моноцитов/макрофагов/нейтрофилов ненормально высокими темпами. [644] В результате воспаления активированные моноциты обнаруживаются в периферической крови у больных коронавирусной инфекцией. [645] На поверхности моноцитов и макрофагов сосредоточено много ACE2-рецепторов, которые может инфицировать вирус SARS-CoV2 и тем самым активировать провоспалительные гены. [646] При коронавирусе экспрессия ACE2 наблюдается у CD68+ и CD169+ макрофагов в селезенке и лимфатических узлах, что еще больше ставит под удар нормальную работу иммунной системы. [647] Вирус SARS-CoV2 генерирует провоспалительные цитокины в селезенке и лимфатических узлах посредством макрофагов, что приводит к цитокиновому шторму. Согласно результатам вскрытий, легкие больных коронавирусной инфекцией накапливают воспалительные макрофаги. [648] Бесконтрольная активация воспалительных моноцитов/макрофагов проходит под замедленную передачу сигнала интерферона I типа (IFN-I). [649]

По материалам Wang, J., Jiang, M., Chen, X., & Montaner, L. J. (2020). Cytokine storm and leukocyte changes in mild versus severe SARS-CoV-2 infection: Review of 3939 COVID-19 patients in China and emerging pathogenesis and therapy concepts. Journal of leukocyte biology, 108(1), 17–41. URL: https://doi.org/10.1002/JLB.3COVR0520–272R (Цитокиновый шторм и изменение уровня лейкоцитов у пациентов со средней и тяжелой формой инфекции SARS-CoV-2: анализ 3939 пациентов из Китая, патогенез и концепции лечения).

Во время прогрессирования коронавирусной инфекции в крови повышается концентрация нейтрофилов, что может указывать на тяжелую форму заболевания. [650] Но все же точнее определить тяжесть заболевания можно по соотношению нейтрофилов к лимфоцитам с IgG. [651] Чрезмерное количество нейтрофилов и нейтрофильных внеклеточных ловушек (Neutrophil extracellular traps, NETs) разжигает воспаление, чтобы начать борьбу с инфекцией. [652, 653] Нейтрофильные внеклеточные ловушки способствуют РДСВ (респираторный дистресс-синдром взрослых), кистозному фиброзу, тромбозу и цитокиновому шторму, [654, 655, 656] в том числе при COVID-19. [657] Есть основания полагать, что сократить производство цитокинов в макрофагах помогает глицин и добавки с витамином D/магнием. Материалы вскрытий подтверждают, что нейтрофильные внеклеточные ловушки вызывают повреждение внутренних органов и повышают риск смертности от коронавирусной инфекции. [658]

В дополнение к уже упомянутым провоспалительным молекулам необходимо сказать о белке HMGB1 (от англ. high mobility group box 1), который активируется во время инфекции. Он представляет собой белок молекулярной структуры, ассоциированной с повреждениями, с цитокиновым потенциалом. Он связывается с хромосомной ДНК, толл-подобным рецептором 3 (TLR3), TLR4 и рецептором конечных продуктов неферментативного гликозилирования (RAGE), который активирует инфламмасомы NF-kB и NLRP-3. HMGB1 участвует в развитии ожирения, [659] резистентности к инсулину, диабета, [660] тромботических заболеваний, [661] поликистоза яичников. [662] Всем этим перечисленным заболеваниям свойственно вялотекущее воспаление.

● Чрезмерная концентрация внеклеточного HMGB1 связана с повышением уровня провоспалительных цитокинов, таких как TNF, IL-1 и IL-6. [663] Как следствие повреждаются ткани и выходят из строя некоторые функции организма, что осложняет протекание многих заболеваний. Из-за особенностей биполярного заряда HMGB1 предрасположен к соединению с другими провоспалительными молекулами, например, IL-1α, IL-1β, липополисахаридами (ЛПС), а также ДНК, РНК, гистонами и нуклеосомами. [664, 665, 666, 667, 668] Вместе они синергически взаимно усиливают провоспалительные свойства друг друга. [669, 670, 671] Дефицит магния стимулирует выработку NF-kB и HMGB1 у макрофагов под воздействием ЛПС. [672]

● Доказано, что только рецепторы конечных продуктов неферментативного гликозилирования (RAGE) и TLR4 функционируют как HMGB1-рецепторы. [673, 674] Посредством RAGE белок HMGB1 опосредует аккумуляцию β-амилоидов, которую инициирует сепсис при болезнях центральной нервной системы. Этот процесс связывают с нарушением когнитивных функций и нейродегенерацией. [675]

● Доклинические и клинические исследования показывают, что инфицирование гриппом и респираторно-синцитиальным вирусом человека (РСВЧ) способствует генерации внеклеточного HMGB1 при воспалении легких, а HMGB1-специфические антагонисты устраняют эти эффекты. [676] В рамках одного клинического исследования удалось установить, что смертность от бактериальной пневмонии при остром респираторном дистресс-синдроме (ОРДС) можно предугадать по уровню HMGB1 в плазме. [677]

● Экспериментальные исследования показывают, что HMGB1 играет ключевую роль как промежуточное звено в остром повреждении легких, потому как призывает лейкоциты в эти органы. [678, 679] Гипероксия повышает аккумуляцию HMGB1 в жидкости нижних дыхательных путей до травмирования тканей. Пациенты с продолжительным подключением к ИВЛ или с вентилятор-ассоциированной пневмонией (ВАП) сталкиваются с повышенной концентрацией HMGB1 в бронхоальвеолярном лаваже. [680] Белок HMGB1 опосредует воспаление легких у больных коронавирусной инфекцией COVID-19. [681]

Когда наступает цитокиновый шторм, сложно определить, что возникает раньше – активация инфламмасом NF-kB/NLRP3 [682] или HMGB1/DAMPs/PAMPs. [683] При коронавирусе белок HMGB1 служит в качестве инициирующего фактора повреждений от цитокинового шторма, который наступает после активации NF-kB. [684] Высокий уровень S100A8/A9 в сыворотке и HMGB1 указывают на неблагоприятный для пациента исход коронавирусной инфекции COVID-19. [685]

В целом, перечень событий во время инфекции, которые приводят к цитокиновому шторму, выглядит примерно следующим образом:

1. Клетки повреждаются/стареют или заражаются вирусом.

2. Эти клетки выбрасывают дефект-ассоциированные молекулярные паттерны (ДАМП) или патоген-ассоциированные молекулярные паттерны (ПАМП), которые активируют рецепторы иммунных клеток.

3. ДАМП, такие как HMGB1, дают сигнал к началу воспалительного ответа.

4. HMGB1 связывается с рецепторами TLR2/TLR4/RAGE, чтобы начать мобилизацию провоспалительных цитокинов.

5. Активация инфламмасом NF-kB/NLRP3.

6. Выброс провоспалительных цитокинов, таких как IL-1, IL-6, IL-1B, IL-18, IL-17, IL-22 и других.

По материалам Dr Francesco et al (2020) ‘COVID-19 and Diabetes: The Importance of Controlling RAGE’, Front. Endocrinol., 14 July 2020 URL: https://doi.org/10.3389/fendo.2020.00526 (COVID-19 и диабет: Необходимость контроля RAGE).

7. Начало цитокинового шторма и пироптоза, то есть воспалительной программируемой клеточной смерти, [686] с повреждением тканей.

8. Сокращение численности Т-лимфоцитов и В-лимфоцитов, ограничение их функций из-за присутствия провоспалительных цитокинов.

9. Повышенная восприимчивость к вирусной репликации и распространению патогенных микроорганизмов по всему телу.

10. Моноциты и макрофаги заражаются вирусом, активируют еще больше провоспалительных генов и ставят под удар функцию иммунитета.

11. В крови повышается концентрация нейтрофилов и нейтрофильных внеклеточных ловушек, что вызывает повреждение внутренних органов.

12. Пока продолжается цитокиновый шторм, иммунные органы и клетки получают постоянные повреждения. Они ослабевают и теряют способность противостоять вирусу, что в конце концов приводит к нарушению функции органов и смерти.

Люди по-разному реагируют на инфицирование вирусом SARS-CoV2. У одних всего лишь появляются легкий кашель и небольшой жар, у других развиваются тяжелая форма пневмонии, полиорганная недостаточность и наступает смерть. Сопутствующие заболевания, ослабленный иммунитет и возраст выступают в качестве главных факторов, определяющих степень тяжести заболевания коронавирусной инфекцией. Из 5700 пациентов в Нью-Йорке у 56,6 % наблюдалось повышенное артериальное давление, 41,7 % страдали от ожирения, а у 33,8 % был диабет. [687] Из всех госпитализированных больных у 88 % были какие-либо сопутствующие заболевания. Такую же статистику собрали в Великобритании и Китае. [688, 689]

Гипергликемия и диабет повторяют ту же самую реакцию HMGB1, повышая экспрессию RAGE, и приводят к окислительному стрессу. Все, что способно ингибировать RAGE и улучшать гликемический контроль, снижает экспрессию HMGB1 и его провоспалительные последствия. [690] Для больных COVID-19 диабет является серьезным фактором риска, и при диабете повышена концентрация белка HMGB1. [691] В качестве лечения коронавирусной инфекции сегодня рассматривают методы снятия симптомов диабета, а также снижения RAGE и AGEs. [692] В следующей главе мы подробно поговорим о том, как противостоять резистентности к инсулину и гипергликемии.

Очевидно, что существует огромная разница между легкой и тяжелой формой коронавирусной инфекции, и в особенности это касается вариантов ее завершения.

● Легкая форма COVID-19 – Правильно функционирующая иммунная система, активация CD8 T-лимфоцитов + интерферонов первого типа – слабая репликация вируса + нет ярко выраженного воспаления – быстрое выведение вируса из организма – отсутствие цитокинового шторма – выздоровление пациента

● Тяжелая форма COVID-19 – Старение иммунной системы + стареющие клетки – дисфункция CD8 T-лимфоцитов + низкий уровень интерферонов первого типа – клетки сильнее подвержены вирусной инфекции – быстрая репликация вируса – цитокиновый шторм – острая дыхательная недостаточность/функциональная недостаточность органов/тромбоз/сепсис – смерть

Белок HMGB1 выступает в качестве мишени для лекарственных препаратов при гипервоспалительных состояниях. [693] Блокирование экспрессии HMGB1 помогает взять воспаление под контроль и предотвратить наступление цитокинового шторма. Кроме того, ингибирование других рецепторов и молекул, с которым связывается HMGB1, например, TLR2, TLR4, интерлейкинов, липополисахаридов (ЛПС) и провоспалительных цитокинов, тоже приводит к положительным результатам.

Нутрицевтики, которые ингибируют HMGB1, TLR4, LPS, NLRP3 инфламмасомы, RAGE, NF-kB и цитокиновый шторм:

● Никотинамид рибозид ингибирует HMGB1, [694] а также предотвращает окислительный стресс и повреждение органов при сепсисе. Кроме того, является прекурсором NAD+, критически важного фермента, который требуется для всех физиологических процессов организма, в том числе для работы иммунитета.

● Глицирризин – это прямой антагонист HMGB1, который снижает его экспрессию. [695] Это основной компонент корня солодки, придающий ему сладкий вкус. In vitro глицирризин используется для блокировки репликации вируса SARS-CoV1. [696] Он дает более впечатляющие результаты, чем 6-азауридин и пиразофурин, и также эффективен, как противовирусные препараты рибавирин и микофеноловая кислота. Глицирризин перспективен для дальнейшего изучения как потенциальный альтернативный терапевтический агент для COVID-19, так как он может связываться с ACE2. [697, 698]

● Феруловая кислота снижает концентрацию HMGB1, IL-6 и IL-8 в ответ на лучевое повреждение эндотелиальных клеток пупочной вены человека in vitro. [699] Кроме того, она ингибирует воспалительный белок макрофагов-2 (MIP-2) при респираторно-синцитиальном вирусе. [700] Производные феруловой кислоты оказывают ингибирующее воздействие на вирус гриппа H1N1. [701] Феруловая кислота – это фенольное соединение клеточных оболочек растений. К продуктам, богатым феруловой кислотой, относятся овощи, отруби, ячмень, семя льна, чечевица и бобовые. [702, 703] Лигнаны, содержащиеся в семени льна, уменьшают концентрацию HMGB1 и других провоспалительных цитокинов. [704]

● Женьшень, в котором содержится много гинзенозида, сокращает выброс HMGB1 под действием ЛПС. [705] Дудник китайский (также называется Донг куай или женский женьшень) защищает мышей от эндотоксикоза и сепсиса за счет снижения HMGB1. [706] Гинзенозиды также способны ингибировать вирус гриппа А. [707] Корейский красный женьшень сокращает присутствие HMGB1, подавляя провоспалительные цитокины. [708]

● Зеленый чай ограничивает выброс HMGB1 под влиянием ЛПС и других провоспалительных цитокинов у пациентов с сепсисом. [709] Экстракт зеленого чая ингибирует выброс HMGB1 у крыс, на которых оказывалось воздействие сигаретным дымом. [710] Главный полифенол зеленого чая EGCG сокращает экспрессию HMGB1/RAGE и смягчает последствия повреждения легких у крыс с астмой, подверженных воздействию частиц PM 2.5. [711] EGCG, стимулирует аутофагию и снижает концентрацию HMGB1 у стимулированных эндотоксином макрофагов. [712] Высококонцентрированный EGCG ингибирует ACE2. [713] Другие флавоноиды тоже могут блокировать ACE2. [714] EGCG не дает вирусам гепатита С и Зика проникать в организм. [715] Эти вирусы относятся к тому же классу, что и SARS-CoV2. [716]

● Лактобактерии рамнозус и бифидобактерии Bifidobacterium Breve подавляют HMGB1 и провоспалительные цитокины у макрофагов, активируемых сигаретным дымом. [717] Лактобактерии рамнозус GG также оказывают противовоспалительный эффект при астме, восстанавливая равновесие между Th1/Th2 клетками. [718] Флоротаннин бурых водорослей подавляет TNF-альфа, IL-6 и HMGB1, устраняя септический шок. [719]

● ДГК (докозагексеновая кислота) в виде добавок предотвращает аккумуляцию макрофагов под воздействием ЛПС и гипероксии. [720] Кроме того, она снижает HMGB1. Длинноцепочечные жирные кислоты, такие как ДГК и ЭФК (этилфосфоновая кислота) функционируют, как ингибиторы ферментов ACE с противовоспалительными свойствами. [721] Содержащаяся в продуктах питания омега-3 тоже ингибирует рекрутинг TLR4-рецепторов, что ингибирует провоспалительные пути. [722, 723]

● Хлорохин, дексаметазон и золотой тиомалат натрия ингибируют внеклеточный выброс HMGB1 в соответствии с дозировкой. [724] У мышей хлорохин подавляет воспалительные сигнальные пути HMGB1 и защищает от летального сепсиса. [725] In vitro хлорохин ингибирует репликацию вируса SARS-CoV2, но не показывает значительных результатов в борьбе с другими вирусами человека. [726] Хлорохина фосфат доказал эффективность при лечении пневмонии, вызванной COVID-19. [727] Согласно результатам 20 исследований при участии 105 000 пациентов из девяти стран, если хлорохин и его производные, например, гидроксихлорохин, назначать на ранних стадиях, то они намного улучшают исход коронавирусной инфекции и снижают уровень смертности. [728]

● Гидроксихлорохин (HCQ) – противомалярийный препарат, который используют для лечения коронавирусной инфекции COVID-19. [729] Гидроксихлорохин в сочетании с азитромицином снижают уровень смертности, и на фоне приема этих препаратов пациенты чаще выписываются из больницы на долечивание дома. [730] Теоретически существует риск удлинения интервала QT и аритмии на фоне приема гидроксихлорохина с азитромицином (хотя это случается довольно редко), поэтому некоторые врачи назначают доксициклин. In vitro гидроксихлорохин тормозит репликацию вируса SARS-CoV2 в клинически значимых концентрациях. [731] Ингибируя эндосомальные комплексы НАДФН-оксидазы, гидроксихлорохин оказывает противовоспалительное и противовирусное действие. [732] Через сигнальный путь НАДФН гидроксихлорохин, а также глицин и спирулина, снижают риск развития тромбоза у пациентов с коронавирусной инфекцией COVID-19. [733, 734, 735]

● Рекомендуемые дозировки лекарственных препаратов/нутрицевтиков с антитромботическими свойствами при COVID-19. [736] По материалам ДиНиколантонио и Маккарти 2020:

• Гидроксихлорохин – 200 мг, 2 раза в день

• Спирулина – 15 г (столовая ложка с небольшой горкой), 1 раз в день

• Порошок глицина – 5 г, 2–3 раза в день

• Липоевая кислота – 600 мг, 2–3 раза в день

• Феруловая кислота – 500 мг, 2 раза в день

• Порошок из брокколи – 5 г, 1–2 раза в день (обеспечивая 20–40 мг сульфорафана)

• N-ацетилцистеин – 600 мг, 2–3 раза в день

• Цитруллин в порошке – 2 г, 2 раза в день

• Фолиевая кислота – 40 мг, 1 раз в день

• Биотин – 10 мг, 2–3 раза в день

● Азитромицин (антибиотик) в основном используется для лечения бактериальных инфекций. В сочетании с гидроксихлорохином азитромицин помог избавиться от вируса SARS-CoV2 у 93 % пациентов за восемь дней. [737] Азитромицин обладает противовспалительными и антибактериальными свойствами. [738, 739] В том числе он помогает избавляться от стареющих клеток. [740] Старые клетки больше всего подвержены репликации вируса, и их количество преобладает при ослабленном иммунитете. [741]

● Колхицин традиционно применяют для лечения подагры и ревматоидного артрита, однако он доказал эффективность при средней и тяжелой форме коронавирусной инфекции. Он способен отсрочивать клинические ухудшения и предупреждает появление осложнений. [742, 743, 744] Он ингибирует хемотаксис нейтрофилов, сигналы инфламмасом, сокращает агрегацию нейтрофилов и тромбоцитов. [745] При ишемической болезни сердца колхицин снижает риск неблагоприятных сердечно-сосудистых событий. [746]

● Ивермектин уже на протяжении нескольких десятилетний применяют для лечения паразитарных инфекций. Были случаи, когда всего одна доза ивермектина – 9 г – привела к быстрому выздоровлению от тяжелой формы COVID-19. [747] Среди 173 пациентов с коронавирусной инфекцией смертность была заметно ниже у тех, кто принимал ивермектин (15 % против 22,2 %, p=0.03). [748] Исследователи сообщают, что in vitro ивермектин ингибирует пролиферацию вируса SARS-CoV2. [749] Однако для достижения противовирусного эффекта требуется в 35 раз превысить дозировку в 9 г. Отсюда возникло сомнение, действительно ли ивермектин можно считать эффективным препаратом от коронавирусной инфекции, если помогают только очень большие дозы. Так или иначе, заблаговременное лечение ивермектином до появления ЛПС помогает снизить смертность на 50 % в дозировке 4 мг/кг. [750] In vitro ивермектин блокирует цитокиновый шторм, который обрушивают макрофаги под воздействием ЛПС. [751]

● Спиронолактон. Вирус SARS-CoV2 для проникновения использует рецептор ACE2, а для встраивания он полагается на трансмембранную сериновую протеазу TMPRS22. [752] Их экспрессией управляют андрогенные гормоны (такие как тестостерон), и поэтому ингибитор андрогенных рецепторов спиронолактон может оказывать помощь на ранних стадиях развития коронавирусной инфекции. [753] Спиронолактон повышает в плазме уровень ACE2 (не мембранный ACE-2), который может связываться с SARS-CoV2 и таким образом не давать ему связываться с мембранным ACE2. В отличие от обычных ингибиторов ACE (ACE-Is) и блокаторов рецепторов ангиотензина (ARBs), которые повышают уровень ACE2 на мембранах, спиронолактон приводит к более благоприятной экспрессии ACE2, что включает в себя продолжительное повышение ACE2 в системном кровообращении по сравнению с мембранным ACE2. Теоретически это позволяет укрепить защиту против вируса SARS-CoV2. [754, 755, 756, 757] Этот процесс помогает подавить TMPRSS2 благодаря антиандрогенной активности спиронолактона, но без влияния на мужские половые гормоны. [758, 759, 760] Кроме того, спиронолактон смягчает отрицательное воздействие ожирения на ренин-ангиотензин-альдостероновую систему (РААС). [761, 762, 763] Его влияние на гиперактивацию РААС из-за усиленного производства ангиотензиногена в адипозной ткани, как утверждают несколько авторов научных статей, помогают снизить осложнения из-за ожирения при коронавирусе и предупредить воспалительные повреждения легких. [764, 765, 766, 767, 768]

● Кверцетин предотвращает воспаление и выброс HMGB1 под влиянием ЛПС. [769] Исследователи выяснили, что он способствует лечению SARS-CoV2, не пропуская вирус внутрь клетки. [770, 771] Витамин С вместе с кверцетином дает дополнительный противовирусный эффект против SARS-CoV2 и помогает при лечении больных COVID-19. [772] У мышей кверцетин тормозит фиброз печени через сигнальный путь HMGB1/TLR2/TLR4/NF-kB. [773]

● Недостаточные количества витамина D связывают с усилением воспаления под действием HMGB1 в коронарных артериях. [774] Дополнительная поддержка витамином D устраняет этот эффект у свиней. Дефицит витамина D связан с повышенным риском развития тяжелой формы коронавирусной инфекции, неблагоприятных исходов и смерти среди афроамериканцев. [775] Лечение витамином D на ранних стадиях (кальцифедиол, частично активированный аналог витамина D) госпитализированных пациентов значительно сокращает потребность в отделении интенсивной терапии. [776]

• По результатам исследования, проведенного в апреле 2020 года, добавки с витамином D могут снизить риск заражения коронавирусной инфекцией и гибели пациентов. [777] К механизмам его действия относятся рекрутинг противомикробного пептида кателицидина, торможение репликации вируса, снижение уровня провоспалительных цитокинов и повышение концентрации противовоспалительных цитокинов. Исследователи рекомендуют тем, кто рискует подхватить вирус гриппа или ковид, принимать 10 000 МЕ в день в течение нескольких недель, чтобы поднять концентрацию витамина 25(OH)D выше 40–60 нг/мл (100–150 нмоль/л).

● Дефицит рибофлавина (витамина В2) способствует патологической активации макрофагов, чрезмерной экспрессии HMGB1 и TNF-альфа. [778] Среди продуктов, которые содержат рибофлавин, выделяют печень, яйца, молочные продукты, лосось, грибы, мясо, шпинат и миндаль. Рибофлавин вместе с пребыванием на солнце эффективно дезактивирует вирус Ближневосточного респираторного синдрома (MERS-CoV) в плазме человека. [779]

● К натуральным соединениям, которые сокращают количество NLRP3–инфламмасом, относятся куркумин, сульфорафан, кверцетин, EGCG, женьшень, генипин, мангиферин, прополис, ресвератрол и другие полифенолы. [780] Их можно получить вместе с различными овощами и продуктами растительного происхождения. Но необходимо отметить, что концентрация этих соединений в цельных продуктах постоянно падает, поэтому для получения выраженного эффекта лучше пить биологически активные добавки. Стоит учитывать, что постоянное употребление этих соединений в больших количествах приводит к появлению неблагоприятных побочных эффектов. Следовательно, в долгосрочной перспективе цельные продукты безопаснее.

Не только нутрицевтики, о которых мы говорили в этой главе, снижают уровень HMGB1, но и физические упражнения. У крыс после упражнений на беговой дорожке улучшилась неврологическая функциональность из-за предотвращения связывания HMGB1 с Beclin1, ключевым геном аутофагии. [781] Упражнения также уменьшали апоптоз, частоту инфарктов и помогали функциональному восстановлению. Однако прием рапамицина показал противоположные результаты. У здоровых молодых мужчин высокоинтенсивные аэробные тренировки вместе с тренировками с отягощениями модулируют системное высвобождение аларминов, таких как HMGB1 и S100A8/A9782. [782]

Интенсивные физические нагрузки вынуждают клетки продуцировать молекулы, ассоциированные с повреждением, или алармины, что приводит к краткосрочному повышению уровня HMGB1 и других аларминов. Они сигнализируют телу, что необходимо адаптироваться и стимулировать рост. После восстановления уровень этих биомаркеров снова снижается. В то же время пик молекул, ассоциированных с повреждением, оказывает благоприятное воздействие через обусловленный гормезис. Заблаговременное лечение экзогенным HMGB1 защищает от ишемии печени и реперфузионного повреждения. [783] HMGB1 способствует миграции и пролиферации регенеративных клеток к месту повреждения. [784] Отсюда следует, что регулярные умеренные физические нагрузки как аэробные, так и анаэробные, эффективно снижают базальный HMGB1, а также стимулируют обусловленный гормезис, который защищает от последующих повреждений в будущем, делая организм более выносливым. В главе одиннадцатой мы подробно поговорим об упражнениях и связи спорта с иммунитетом.

Эффекта обусловленного гормезиса можно добиться под воздействием высоких температур, например, в сауне, за счет регуляции белков теплового шока. Экзогенное введение белков теплового шока 70 (HSP-70) за 18 часов до введения эндотоксинов повышает толерантность к эндотоксинам. [785] HSP-72 доказал, что защищает от окислительного стресса, ЛПС и TNF стимуляции в макрофагах мышей. [786, 787] HSP-27 ингибирует HMGB1 транслокацию и защищает клетки от провоспалительного стресса. [788] В культуре клеток периодонтальной связки человека воздействие тепла снижает уровень HMGB1 и провоспалительных цитокинов в ответ на механический стресс. [789] Отсюда можно заключить, что регулярное посещение сауны ослабляет возможные повреждения, которые наступают вследствие цитокинового шторма. Лечебное воздействие высоких температур на организм мы подробнее разберем в седьмой главе.

Мы хотим еще раз подчеркнуть, что ничего из представленного выше нельзя считать лекарством от COVID-19 и SARS-CoV2. Ни одно из соединений, с которыми мы познакомились в этой главе, не оказывает доказанную с научной точки зрения пользу для профилактики и лечения коронавирусной инфекции. На сегодняшний день не существует методов и средств лечения коронавирусной инфекции, одобренных Управлением по контролю за качеством пищевых продуктов и медикаментов США. Мы предлагаем доступные альтернативные способы борьбы с вирусом, которые, по предварительным данным, подавляют выброс провоспалительных цитокинов и репликацию вируса. Лечение на ранних стадиях и профилактика – это самые действенные способы защитить себя от болезни и лучше ее перенести. Однако нам необходимо больше сведений, чтобы выяснить, какие еще факторы облегчают лечение и помогают предотвратить вирусную инфекцию.

Глава пятая:

Резистентность к инсулину и иммунитет.

Как понизить сахар крови и помочь иммунной системе

Между контролем за уровнем глюкозы в крови и иммунной системой существует неоспоримая связь. Метаболическое здоровье организма и чувствительность к инсулину вносят свой вклад в повышение выносливости перед стресс-факторами окружающей среды, а также способствуют восстановлению после внешних потрясений. Как мы узнали из четвертой главы, гипергликемия и резистентность к инсулину способствуют окислительному стрессу и запускают цитокиновый шторм посредством белка HMGB1 и других провоспалительных цитокинов. Чтобы наши иммунные клетки оптимально функционировали, необходимо сократить потребление сахара и снизить концентрацию глюкозы в крови.

Повышение уровня сахара ухудшает способность нейтрофилов поглощать и убивать бактерии. [790] В ходе исследования 1973 года у испытуемых, которые съедали по 100 г углеводов из разных продуктов после воздержания от приема пищи в течение ночи, на 40 % падала эффективность нейтрофилов в течение пяти часов. [791] В исследовании рассматривали такие углеводы, как сахароза (сахар), фруктоза, глюкоза, крахмал и мед, среди которых наименее вредным оказался крахмал.

Диабет и гипергликемия приводят к нарушению работы иммунной системы из-за повышения уровня дикарбонилов – некоторые из них появляются в результате расщепления глюкозы, например, метилглиоксаль – которые мешают противомикробным пептидам бета-дефензинам. [792, 793] Отсюда можно сделать вывод, что иммунная недостаточность и развитие инфекции более вероятны, если уровень сахара в крови превышает норму. Именно по этой причине люди с повышенным уровнем глюкозы в крови хуже справляются с инфекционными заболеваниями.

Некоторые микроорганизмы становятся заразнее и начинают быстрее размножаться в условиях переизбытка глюкозы, потому что они имеют доступ к обширному источнику энергии, больше съедают сахара и ускоряют процесс гликолиза. [794] На иммунитет влияет как высокий, так и низкий уровень глюкозы. Недостаток питательных веществ подавляет функцию иммунной системы, а переедание приводит к иммунным заболеваниям. [795]

Результаты нескольких исследований говорят о связи ожирения с риском развития тяжелой формы гриппа А, длительной трансмиссией вируса гриппа и высокой вирусной нагрузкой в выдыхаемом воздухе. [796] Если население страдает ожирением и нарушением обмена веществ, то оно неизбежно столкнется с тяжкими последствиями инфекционных заболеваний. В данном случае причина заключается в том, что такие люди носят в себе большее количество вируса и дольше от него избавляются, тем самым повышая вероятность его распространения.

В этой главе речь пойдет о роли ожирения, рафинированных углеводов и резистентности к инсулину в нарушениях функционирования иммунной системы. А также мы обсудим, как можно наладить процесс обмена веществ. Контроль за уровнем сахара в крови во многом зависит от метаболического здоровья, резистентности к инсулину, веса, мышечной массы, физической активности и стресса. Информация из этой главы поможет сбросить лишний вес, улучшить композицию тела, снизить уровень биомаркеров хронических заболеваний, таких как диабет, сердечно-сосудистые заболевания и жировое поражение печени.

Метаболический синдром и резистентность к инсулину

Метаболический синдром – это состояние, при котором человек испытывает минимум три из пяти следующих признаков: высокое артериальное давление, верхний тип ожирения, высокий уровень триглицеридов натощак, высокий уровень сахара в крови и низкий уровень холестерина ЛПВП в плазме крови. [797] Метаболический синдром вызывает воспаление и связан с сердечно-сосудистыми заболеваниями и диабетом второго типа. [798] Метаболический синдром в два раза повышает риск развития болезней сердца и сосудов, а также повышает риск смертности в полтора раза. [799]

Наследственные и приобретенные факторы способствуют развитию метаболического синдрома, но все же образ жизни – это наиболее существенная переменная. Примерно 34 % взрослых американцев страдают от метаболического синдрома [800] и около 42 % страдают от ожирения. [801] Почти 1,9 млрд людей по всему миру живут с избыточным весом, а 650 млн с ожирением (с индексом ИМТ выше 25–30). [802] То есть у 39 % взрослых вес выше нормы, а 13 % страдают от ожирения. В обоих случаях у людей развиваются иммунные заболевания, а также повышается вероятность неблагоприятного исхода в результате коронавирусной инфекции.

Висцеральная жировая ткань, которая накапливается во внутренних органах и вокруг них, выступает в качестве спускового механизма для патофизиологии метаболического синдрома. [803] В отличие от подкожно-жировой клетчатки, которая хранится под кожным покровом, висцеральный жир усиливает выработку провоспалительных цитокинов TNF, IL-6, CRP и активных форм кислорода. При этом висцеральный жир потребляет меньше глюкозы, чем подкожный, в результате чего развиваются резистентность к инсулину и хроническое воспаление. Абдоминальный висцеральный жир тесно коррелирует с резистентностью к инсулину и диабетом второго типа. [804] Отметим, что большое количество сахара и высокофруктозного кукурузного сиропа в рационе сильнее всего способствует накоплению висцерального жира. [805]

Резистентность к инсулину в адипозной ткани ухудшает процесс окисления (или сжигания) жиров и хранения триглицеридов, вследствие чего в системное кровообращение попадает избыток свободных жирных кислот (FFA), триглицеридов и холестерина ЛПНП. [806, 807] Повышение концентрации FFA снижает объем поглощения глюкозы мышцами за счет ингибирования активации протеинкиназы. Это может привести к инсулинорезистентности печени или мышц, жировому поражению печени и дисфункции бета-клеток поджелудочной железы. [808] Резистентность к инсулину в печени повышает уровень глюконеогенеза, то есть производства новой глюкозы, что еще сильнее повышает концентрацию глюкозы в крови и усугубляет гиперинсулинемию.

● Гиперинсулинемия – это состояние, при котором в крови циркулирует большее количество инсулина по отношению к глюкозе… Она является прекурсором гипертензии, диабета и метаболического синдрома. [809, 810, 811]

● При резистентности к инсулину клетки не могут нормально реагировать на инсулин и не хотят поглощать глюкозу и триглицериды, в результате чего в крови сохраняется повышенный уровень сахара, свободных жирных кислот и триглицеридов. Невосприимчивость к инсулину и гиперинсулинемия способствуют повышению вязкости крови, приводят к протромботическому состоянию и выбросу провоспалительных цитокинов. [812, 813]

К симптомам инсулинорезистентности, иначе говоря, невосприимчивости к глюкозе, относятся неконтролируемый голод, сильная жажда, высокий уровень сахара в крови, повышенное артериальное давление, затуманенность сознания, апатичность, головокружение, увеличение окружности живота (прирост висцерального жира), повышенный уровень триглицеридов и холестерина. Они во многом схожи с гиперинсулинемией, и обычно эти заболевания идут рука об руку. В большинстве случаев гиперинсулинемия одновременно представляет собой результат резистентности к инсулину и служит ее побудительной причиной. [814]

Ученые выяснили, что жировая ткань человека обладает эндокринными и иммунологическими свойствами. Ожирение поднимает уровень лептинов, которые связывают с риском развития болезней сердца и сосудов. [815] Лептин – это адипокин (сигнал, который продуцирует жировая клетка), который регулирует энергетический баланс, расходование энергии и иммунную функцию, в том числе баланс Th1/Th2. [816] Лептин – это гормон сытости, который секретируют жировые клетки в тот момент, когда получают достаточно энергии. Они посылают в мозг сигнал прекратить потребление пищи. При ожирении уровень лептина сигнализирует о лептиновой резистентности (уровень лептина повышен, потому что этот гормон больше не работает), в результате чего люди с ожирением постоянно испытывают чувство голода. Однако адипонектин работает как противовоспалительный адипокин. Его рассматривают, как защитный фактор против развития гипертензии (повышенного артериального давления), диабета и инфаркта миокарда. [817, 818] У взрослых людей с ожирением при наращивании жира снижается уровень адипонектина и повышается уровень лептина, [819] что повышает риск развития сердечно-сосудистых заболеваний.

По матариалам Rochlani, Y., Pothineni, N. V., Kovelamudi, S., & Mehta, J. L. (2017). Metabolic syndrome: pathophysiology, management, and modulation by natural compounds. Therapeutic Advances in Cardiovascular Disease, 11(8), 215–225. doi:10.1177/175 944717711379 (Метаболический синдром: патофизиология, управление и модуляция природными соединениями. Терапевтические достижения при сердечно-сосудистых заболеваниях).

Во время пандемии гриппа 2009 года A H1N1 (свиной грипп) ученые провели несколько исследований, которые показали, что ожирение выступает в качестве независимого фактора риска для наихудшего исхода вирусного заболевания. [820, 821] Мыши и люди, у которых ожирение развилось из-за качества рациона, продемонстрировали высокий уровень смертности и низкую активность иммунной системы в отношении вируса гриппа А. [822, 823] Кроме того, у людей с ожирением наблюдается более выраженное повреждение легких, отек легких, воспаление и нарушение процесса заживления. [824] Ожирение препятствует нормальной работе Т-лимфоцитов памяти и ограничивает их реакцию на вирус гриппа. [825] Эти особенности не изменяются после похудения, так как адаптивный иммунитет уже успел сформироваться.

Результаты исследований показывают, что на людей с ожирением вакцины действуют хуже, чем на людей с нормальным весом. [826] Повышенный индекс ИМТ ассоциируют с ограниченным иммунным ответом после введения вакцины. [827] Механизмы, посредством которых ожирение усугубляет инфицирование вирусом гриппа, включают репликацию вируса, прогрессию до вирусной пневмонии и продолжительное распространение вируса. [828, 829, 830] Что еще печальнее, так это провоспалительная микросреда, которая создается из-за ожирения, способствующая возникновению и/или мутации новых вирулентных штаммов вируса гриппа. [831] Ожирение создает системное мета-воспаление, которое характеризуют провоспалительные цитокины и хемокины. [832] Эта среда распространяется на легкие и препятствует эффективному удалению болезнетворных микроорганизмов. [833] Следовательно, ожирение не только повышает восприимчивость к возбудителям инфекций и вирусам, но еще и значительно ухудшает развитие адаптивного иммунитета.

Ожирение и вирусные инфекции [834]

1. Ожирение = замедленные и притупленные противовирусные реакции

2. Ожирение = неблагоприятное разрешение болезни

3. Ожирение = снижение эффективности противовирусных препаратов и вакцин

4. Ожирение = повышение скорости распространения вируса, его репликации и мутаций

Метаболический синдром и ожирение – два самых серьезных не наследуемых факторов риска, которые обусловливают тяжелое протекание коронавирусной инфекции COVID-19. [835] Уровень смертности от коронавируса среди диабетиков на 27,7 % выше, чем у пациентов без этого заболевания. Существует связь между возрастом и такими метаболическими заболеваниями, как гипертензия, сахарный диабет второго типа и сердечно-сосудистые заболевания, причем эти заболевания все чаще встречаются среди людей сравнительно молодого возраста. [837, 838] Вероятнее всего, причиной этой тенденции служит гиперинсулинемия, которая задает соответствующую атмосферу. [839] Вдобавок к повышенным провоспалительным цитокинам и белку HMGB1, гипергликемия приводит к повреждениям в результате гликирования гемоглобина. [840] Это состояние связывают с системным воспалением, повышенной свертываемостью крови и низким насыщением гемоглобина кислородом у больных COVID-19. [841] Распад гема под действием гемоксигеназы продуцирует монооксид углерода, который снижает насыщение крови кислородом, усиливает тромбоз глубоких вен, повышает риск развития легочной эмболии и острого коронарного синдрома. [842] Всеми этими процессами управляет гиперинсулинемия. Подводя итог можно сказать, что для снижения нагрузки вируса SARS-CoV2 необходимо устранить один из основных факторов риска, который поддается нашему контролю, а именно метаболический синдром.

Метаболическое здоровье и COVID-19

1. Ожирение = риск смерти от вируса выше на 50 %

2. Ожирение = риск госпитализации выше в два раза

3. Метаболический синдром = риск оказаться в отделении интенсивной терапии выше в 4,5 раза

4. Метаболический синдром = риск подключения к ИВЛ/частота респираторного дистресса выше в 4,7 раза

5. Метаболический синдром = риск смерти от вируса выше в 3,4 раза

Ниже предложена схематичная репрезентация роли гиперинсулинемии в эндотелиальном/сосудистом воспалении, коагуляции красных кровяных клеток и тромбоцитов, секвестрации и/или ингибировании активации витамина D и связанных с этим последствий. Среди них снижение уровня сульфата холестерина (Ch-S), гепарансульфатпротеогликана (ГСПГ) и синтеза кателицидина. Диоксид углерода (CO2), монооксид углерода (CO), тромбоз глубоких вен (ТГВ), эндотелиальная синтаза оксида азота (eNOS), восстановленный глутатион (GSH), окисленный глутатион (GSSG), гемоглобин A1c (HbA1c), гемоксигеназа (HO), супероксиддисмутаза марганца 2 (Sod2), никотинамидадениндинуклеотид (NAD+), плазматическая мембрана (PM), ингибитор активатора плазминогена 1–го типа (PAI-1), тромбоэмболия легочной артерии (ТЭЛА), активные формы кислорода (АФК), насыщение кислородом (SpO2), сиртуин 3 (SIRT3) и сахарный диабет 2 типа (СД2).

Ферритин

По материалам Cooper ID, Crofts CAP, DiNicolantonio JJ, et al. Relationships between hyperinsulinemia, magnesium, vitamin D, thrombosis, and COVID-19: rationale for clinical management. Open Heart 2020;7:e001356. doi: 10.1136/openhrt-2020–001356 (Отношения между гиперинсулинемией, магнием, витамином D, тромбозом и COVID-19: аргументация клинического применения).

Согласно данным Всемирной организации здравоохранения, ожирение определяется, если соотношение обхвата талии и бедер превышает 0,90 у мужчин и 0,85 у женщин. [845] Люди с обширной жировой прослойкой вокруг талии сильнее подвержены риску развития болезней сердца, диабету и преждевременной смерти, чем те, у кого жир скапливается на бедрах. [846]

Оптимальное с точки зрения здоровья процентное содержание жира в теле для мужчин составляет от 8 до 14 % и для женщин от 15 до 23 %. При этом допускается чуть большее наличие жира – у мужчин 15–20 % и у женщин 24–30 %. Считается, что у мужчины имеются проблемы с избыточным весом, если доля жира выше 21 %, а у женщины это состояние определяют, когда процент жира выше 31 %. Контроль за процентным содержанием жира в теле и относительным уровнем физической активности дает более точную информацию при расчете продолжительности жизни, чем индекс массы тела (ИМТ).

Тем не менее подчеркнем, что каждому человеку свойственны индивидуальные особенности накопления и хранения жира в организме, особенно подкожного. Это явление получило название «теория личного порога накопления жира» (PFTT), которая зависит от генетики и образа жизни. Этот термин в 2015 году предложили Рой и Халман в своей работе «Normal weight individuals who develop type 2 diabetes: the personal fat threshold» (Развитие диабета при нормальном весе: личный порог накопления жира). Исходя из гипотезы PFTT, как только человек превышает личный лимит накопления подкожного жира, то избыточные калории начинают уходить в висцеральный жир, [847] что в дальнейшем приводит к развитию резистентности к инсулину и метаболическому синдрому. Превышение личного порога накопления жира связывают с высокой вероятностью развития диабета второго типа. [848] Такое случается не только при избыточной массе тела, но и даже если вес сохраняется в пределах нормы. У каждого человека есть свой индивидуальный порог, после которого развиваются заболевания.

Существует немало свидетельств в поддержку теории личного порога накопления жира:

● Почти у половины взрослого населения Китая (47 %) диагностируют преддиабет. [849] Китайцы едят очень много углеводов, но при этом визуально они не кажутся людьми с избыточным весом. По всей видимости, у азиатов и индусов генетически обусловлен низкий личный порог накопления жировой ткани, в результате чего у них накапливается больше висцерального жира. Как следствие у них быстрее развиваются заболевания несмотря на то, что они выглядят относительно «стройными».

● До 50 % женщин с синдромом поликистозных яичников (СПЯ) не страдают от лишнего веса, [850] просто у них низкий порог накопления жира.

● Именно аккумуляция висцерального жира, а не общая жировая масса тела, ассоциируется с нарушением обмена веществ, диабетом и развитием сердечно-сосудистых заболе-ваний. [851]

● «Основной аллостатической нагрузкой, которая приводит к резистентности к инсулину в контексте ожирения, является сбой в расширении жировой ткани». [852] Строго говоря, болезнь развивается в том случае, если тело не может больше накапливать подкожный жир и начинает наращивать висцеральный.

● У людей с липодистрофией крайне ограничены возможности накапливания подкожного жира, но зато они могут хранить много висцерального жира в печени и вокруг нее, а также в поджелудочной железе. [853] Этого никоим образом нельзя допускать.

Несмотря на то, что лишний вес за счет чрезмерного количества подкожного жира не так опасен, как в случае с висцеральным жиром, он все равно повышает риск развития нескольких хронических заболеваний. Метаболический синдром и резистентность к инсулину одновременно выступают в качестве причины и следствия появления висцеральной жировой ткани.

Рекомендации по расчету личного порога накопления жира и метаболического синдрома:

● Уровень инсулина натощак: Нормальный диапазон – 3–8 мкМЕ/мл (18–48 пмоль/л); умеренная резистентность к инсулину – 8–12 мкМЕ /мл (48–72 пмоль/л); тяжелая резистентность к инсулину – выше 12 мкМЕ /мл.

● Уровень глюкозы в кровит натощак: Норма составляет менее 100 мг/дл (5,3 ммоль/л), преддиабет – 100–125 мг/дл (5,6–6,9 ммоль/л), сахарный диабет – более 126 мг/дл (7 ммоль/л).

● Артериальное давление более 130/85 мм рт. ст. считается артериальной гипертензией 1-й стадии. АД при 2-й стадии составляет более 140/90 мм рт. ст. Нормальное артериальное давление – ниже 120/80 мм рт. ст.

● Триглицериды: Нормальный диапазон – менее 150 мг/дл (1,7 ммоль/л); погранично-высокий уровень – в промежутке 150–200 мг/дл (1,8–2,2 ммоль/л); высокий уровень – 200–500 мг/дл (2,3–5,6 ммоль); очень высокий уровень – более 500 мг/дл (5,7 ммоль/л или выше).

● Холестерин ЛПВП: Нормальный уровень ЛПВП натощак составляет от 40 до 60 мг/дл. Оптимально он должен находиться в диапазоне от 50 до 80 мг/дл. Уровень ЛПВП ниже 40 мг/дл может вызывать проблемы и служить признаком либо дислипидемии, либо метаболического синдрома.

● Соотношение триглицеридов к ЛПВП: Нормальный диапазон составляет от 1,0 +/– 0,5; умеренная резистентность к инсулину – 2–3; тяжелая резистентность к инсулину – более 4.

● HgbA1C: Нормальный диапазон составляет менее 5,6 % (<37 ммоль/моль); преддиабет – 5,7–6,0 % (>39 ммоль/моль); сахарный диабет – выше 6,4 % (>46 ммоль/моль).

● Индекс инсулинорезистентности (HOMA-IR): Нормальный уровень – 0,5–1,5; умеренная резистентность к инсулину – 1,5–2,5; тяжелая резистентность к инсулину – выше 3,0.

● Процентное содержание жира в организме: Норма находится в диапазоне 5–20 % для мужчин и 10–25 % для женщин. Все, что превышает 20–25 %, является избыточным количеством жира для мужчин и женщин соответственно.

● Соотношение обхвата талии и бедер: Оптимальное соотношение для женщин составляет <0,80, а для мужчин <0,95. Средний риск лежит в диапазоне 0,81–0,85 для женщин и 0,96–1,0 для мужчин. Высокий риск для женщин составляет >0,86, а для мужчин >1,0. Обхват талии более 40 дюймов (101,6 см) (мужчины) или 35 дюймов (90 см) (женщины) составляет проблему и способствует нарушению обмена веществ.

Диагноз «метаболический синдром» ставят в том случае, если присутствуют три фактора из следующих пяти: повышены артериальное давление, уровень сахара в крови, обхват талии, уровень триглицеридов и снижен уровень холестерина ЛПВП. Однако для оптимальной толерантности к глюкозе и здорового обмена веществ не должно быть ни одного из этих факторов. Другие перечисленные биомаркеры тоже помогают установить, насколько вы превысили свой личный порог накопления жира.

Причины резистентности к инсулину и метаболического синдрома

Метаболический синдром, ожирение и резистентность к инсулину – наиболее распространенные заболевания среди людей, которые питаются по «стандартной американской диете» (SAD). [854] Рацион такого типа состоит из невероятно привлекательного для вкусовых рецепторов фастфуда с невозможным количеством жира, углеводов и калорий. Эта пища побуждает к перееданию, вследствие чего повышаются уровень сахара в крови, артериальное давление и уровень липидов в крови. Трансжиры и окисленные растительные масла из семян, которые используют для приготовления этой проблемной пищи, нарушают процесс обмена веществ. [855] Высокую концентрацию свободных жирных кислот и триглицеридов в крови также связывают с резистентностью к инсулину. [856] Однако продолжительное повышение инсулина и триглицеридов в основном возникает из-за употребления в пищу рафинированных углеводов и жиров, от которых в организме накапливается жир, повышается уровень инсулина и сахара в крови.

Цикл Рэндла, который также называют циклом «глюкоза – свободные жирные кислоты» – это метаболический процесс, в ходе которого глюкоза и жирные кислоты составляют друг другу конкуренцию за окисление. [857] Различные энергетические соединения, такие как глюкоза, жирные кислоты, кетоны, лактат и другие, распределяются по разным тканям в зависимости от общего энергетического статуса и физиологических потребностей. Считается, что цикл Рэндла может пролить свет на нарушения в процессе обмена веществ, которые приводят к диабету второго типа и резистентности к инсулину. [858, 859] В этом контексте появилось предположение, что сочетание большого количества жира и углеводов в пище приводит к энергетической токсичности, которая препятствует эффективному сжиганию этих энергетических субстанций. По этой причине основная диета для стимулирования ожирения у лабораторных животных состоит из жиров и рафинированных углеводов. У животных на таком рационе очень быстро развиваются резистентность к инсулину и ожирение, [860] особенно если не жалеть для них пищи. То же явление можно наблюдать и у людей, которые толстеют от фастфуда, в котором содержится очень много жиров и углеводов.

Употребление в пищу продуктов с большим содержанием углеводов и жиров повышает концентрацию глюкозы и триглицеридов в крови. Триглицериды – это молекулы жирных кислот, которые организм сжигает для получения энергии или отправляет на хранение в жировую ткань. Когда мы сжигаем жир, то расщепляем триглицериды на глицерин и три цепи жирных кислот. Однако повышенный уровень инсулина ингибирует окисление жирных кислот жировой ткани, потому что инсулин подавляет окисление жиров. [861] Так как тело сжигает углеводы, уровень жирных кислот в крови дольше остается повышенным, вызывая дислипидемию и потенциальное развитие атеросклероза. Чрезмерная концентрация жирных кислот, если упротреблять их вместе с углеводами, снижает поглощение глюкозы, [862] из-за чего уровень сахара в крови дольше остается повышенным. Чтобы избежать нарушений обмена веществ, необходимо (1) отказаться от рафинированных углеводов и (2) употреблять углеводы из цельных продуктов отдельно от жиров. Ограничение употребляемых калорий, силовые упражнения и интервальное голодание помогают до некоторой степени устранить эти негативные процессы, но только не в период переизбытка энергии.

Когда человек жил в дикой природе, он не употреблял в пищу одновременно продукты с большим количеством жиров и углеводов. В летние месяцы он ел больше углеводов, которые содержатся во фруктах, овощах, ягодах и меде. А зимой растительную пищу достать сложнее, поэтому наши предки питались в основном мясом и жиром животных. Конечно, они делали запасы растительной пищи на зиму (например, орехи, семена, ягоды и другие плоды), но ее было все равно сравнительно мало. Исключением из этого ритма жизни была осень, когда в природе можно найти достаточно орехов и других плодов. Все животные стараются намеренно нагуливать жир и повышать резистентность к инсулину, поедая как можно больше энергетически ценной, калорийной пищи перед зимой. Медведи накапливают жир перед зимней спячкой, насыщаясь голубикой и лососем, что представляет собой сочетание жиров и углеводов. К сожалению, это же сочетание можно встретить в неполноценной пище, подвергшейся технологической обработке, и фастфуде. Подобное питание ведет к развитию невосприимчивости организма к инсулину, гипергликемии и ожирению.

Существуют определенные ситуации, когда правило цикла глюкоза – жирные кислоты неактуально или работает иначе. Физический стресс отменяет эффект блокировки поглощения клетками глюкозы. [863] Во время физиологического стресса, например, голодания или выполнения физических упражнений, возрастает потребность в энергии, в то время как ее поступление приостановлено. В результате активируется АМРК (аденозинмонофосфат-активируемая протеинкиназа) – датчик расхода «топлива» организма, который мобилизует внутренние источники энергии и регулирует энергетический гомеостаз. Активация АМРК приводит к метаболической адаптации, которая защищает сердце от недостатка кровообращения. [864] При активированной АМРК организм использует одновременно глюкозу и жир для производства энергии вследствие возросшей потребности в АТФ (аденозинтрифосфат, энергетические расчетные единицы клеток). По этой причине занятия физическими упражнениями и голодание в краткосрочной перспективе характеризуются похожими физиологическими процессами. Отсюда можно заключить, что человек со здоровым обменом веществ и в хорошей физической форме действительно может перерабатывать чуть больше калорий, но тому, кто уже страдает избыточным весом или диабетом, дополнительные калории просто так не сойдут с рук.

Ниже приведен список основных факторов, которые приводят к резистентности к инсулину и метаболическому синдрому:

● Избыток висцерального жира и ожирение. Висцеральный жир вокруг органов брюшной полости тесно связан с инсулинорезистентностью и диабетом второго типа. [865] Оба фактора одновременно являются причиной и следствием этих заболеваний. В ходе исследования, проведенного в Йельском университете в 2015 году, ученые обнаружили, что за создание новых жировых клеток отвечает ключевой путь, чувствительный к питательным веществам – фосфоинозитид-3-киназа PI3-киназа/AKT-2, [866] который выступает как часть сигнального пути mTOP/инсулин/IGF-1. Инсулин способствует накапливанию питательных веществ и росту новых клеток через mTOR и AKT-2. [867] Он заставляет расти мышечные и жировые клетки. Висцеральный жир ухудшает восприимчивость к глюкозе и распространяет воспалительные цитокины по всему телу.

● Неограниченное потребление сахара и рафинированных углеводов. Сахар, который добавляют в продукты питания, подвергшиеся технологической обработке, способствует развитию коронарной болезни сердца. Он запускает процесс инсулинорезистентности и гиперинсулинемию. [868] Сахар, особенно фруктоза, считаются наихудшими источниками углеводов по сравнению с крахмалом и цельными пищевыми продуктами. [869] По результатам исследований при участии людей и животных можно сделать вывод, что замещение крахмала и глюкозы на сахарозу и фруктозу даже при условии низкокалорийного рациона поднимает уровень инсулина натощак, [870, 871] снижает чувствительность к инсулину, [872, 873] и повышает концентрацию глюкозы в крови натощак. [874] По сравнению с диетой, где на долю добавленного сахара приходится менее 10 % калорий, диета, где калории добавленного сахара составляют 25 % рациона или больше, в три раза повышает риск смертности от сердечно-сосудистых заболеваний. [875] Чрезмерное потребление сахара также может привести к дефициту меди, из-за чего развиваются ожирение печени и резистентность к инсулину. [876] Самое основное, что отсюда необходимо вынести, заключается в том, что добавленная фруктоза в таких продуктах, как столовый сахар и кукурузный сироп с повышенным содержанием фруктозы, сильнее вредят организму, чем крахмал или глюкоза с точки зрения резистентности к инсулину и нарушения толерантности к глюкозе.

● Неограниченное потребление фруктозы. Организм хранит углеводы в форме гликогена в печени (примерно 100–150 г), а превышение верхней границы инициирует преобразование глюкозы и фруктозы в триглицериды. Это нарушает привычную последовательность цикла Рэндла. Во время дефицита калорий фруктоза тоже может превращаться в глюкозу, но какая-то ее часть неизбежно превратится в триглицериды. [877] Свежие фрукты полезно употреблять в умеренных количествах, но переизбыток этих натуральных продуктов может спровоцировать метаболический синдром, особенно в отношении повышенного уровня триглицеридов. Чтобы случайно не переступить границу нормы, ограничивайтесь несколькими порциями фруктов с низким содержанием сахара (например, ягод) в день. Безалкогольные напитки, подслащенные фруктозой, связывают с развитием резистентности к инсулину. [878]

● Сидячий образ жизни. Физическая активность выступает в качестве основного признака, по которому судят о чувствительности к инсулину и толерантности к глюкозе. [879] Проявление физической активности способствует нормальному поглощению глюкозы клетками и поддерживает гомеостаз глюкозы в ответ на потребление углеводов. Мышечные сокращения влекут за собой транслокацию рецептора глюкозы GLUT4 на клеточную мембрану. GLUT4 способен усиливать поглощение глюкозы, задействуя механизм, отличающийся от того, каким пользуется инсулин. [880] Поэтому уже сложившуюся резистентность к инсулину или диабет можно исправить через активацию GLUT4 с помощью физических упражнений. Это поможет снизить концентрацию глюкозы и инсулина, тем самым предупредив развитие гиперинсулинемии.

● Хронический стресс и высокий уровень кортизола способствуют повышению уровня сахара и инсулина в крови, а также артериального давления, что в дальнейшем, при хроническом повышении уровня гормона стресса в крови, приводит к инсулинорезистентности. [881] Кортизол ингибирует поглощение глюкозы, нарушая транслокацию глюкозных транспортеров, таких как GLUT4. [882] Кроме того, стресс побуждает активнее накапливать жир в брюшной полости вместо того, чтобы отправлять его в подкожный слой. Практики осознанности и направления внимания для снижения стресса, например, медитация и йога, доказанно улучшают симптомы резистентности к инсулину. [883]

● Депривация сна и бессонница имеют огромное значение для чувствительности организма к инсулину и гомеостаза глюкозы. Недостаток сна нарушает толерантность к глюкозе, способствует повышению уровня сахара и кортизола в крови, повышает резистентность к инсулину. Даже если плохо или мало спать всего одну ночь, то этого достаточно, чтобы повысить уровень биомаркеров преддиабета на короткое время. [884] Если вы плохо выспались, то процесс поглощения глюкозы на следующий день встретит значительные трудности и будет иметь место толерантность к ней. Поэтому очень важно избегать продуктов с высоким гликемическим индексом после недостаточного ночного сна, так как они поднимают уровень сахара в крови до пикового уровня, а организм не может его нормально преобразовать.

● Нарушение циркадных ритмов способствует развитию резистентности к инсулину и ослабляет работу поджелудочной железы. [885] После повреждения главного центра циркадных ритмов в гипоталамусе у грызунов развивается резистентность к инсулину на восемь недель. Люди, которые работают по сменному графику, сильнее рискуют заболеть диабетом вследствие нарушенной толерантности к глюкозе из-за сбитых циркадных ритмов. [887] Циркадные ритмы сбиваются из-за перемещений в другие часовые пояса, посменной работы, нерегулярного режима сна и бодрствования, приемов пищи без определенной периодичности и в тех случаях, когда человек остается бодрствовать после привычного времени отхода ко сну. Это неизбежно приводит к стрессу и воспалительным процессам, из-за чего становится сложнее поддерживать гомеостаз глюкозы. Исследования диеты с учетом ограниченного окна питания при участии людей показали, что сужение окна питания до восьми часов и меньше усиливает экспрессию генов аутофагии, сиртуинов и повышает чувствительность к инсулину по сравнению с питанием в течение 12 часов. [888]

● Воздействие синего света в ночное время подавляет производство мелатонина, гормона сна, что может привести к инсулинорезистентности. [889] Исследования методом наблюдений позволили обнаружить корреляцию между воздействием света в ночное время, ожирением и диабетом второго типа. [890, 891] Когда приемы пищи и физическая активность находятся под контролем, яркий окружающий свет снижает чувствительность к инсулину у здоровых людей в зависимости от времени. [892] Когда освещение оптимально согласовано с циркадными ритмами, человек подвергается воздействию синего света только в первой половине дня. Вечером и ночью полезно видеть только красный и желтый свет. Чтобы защитить свои циркадные ритмы и качество сна, нужно отказаться от искусственной подсветки вечером и носить очки, блокирующие синий свет.

● Трансжиры и растительные масла. Такие продукты, как маргарин, кукурузное, соевое, сафлоровое, хлопковое и каноловое масло способствуют окислительному стрессу, воспалению и резистентности к инсулину. [893] Они вызывают воспаление, стимулируют процессы окисления и совершенно не приносят никакой пользы для здоровья. Хроническое воспаление открывает дорогу резистентности к инсулину. [894] Когда крысам с инсулинорезистентностью дали противовоспалительную добавку с омега-3-жирными кислотами, их состояние улучшилось. [895] Люди, которые употребляют большое количество омега-6-растительных масел из семян, ухудшают свой липидный профиль и усугубляют резистентность к инсулину. [896, 897, 898] Подробнее об этом в шестой главе.

● Курение способствует развитию резистентности к инсулину и диабета второго типа. [899, 900] Эту нездоровую атмосферу создают табачный дым и различные содержащиеся в сигаретах канцерогены. У здоровых курильщиков при выкуривании 24 сигарет в день повышается расход энергии за одни сутки на 10 % из-за активации симпатической нервной системы. [901] Курение резко повышает мобилизацию липидов, а также окисление свободных жирных кислот и липопротеинов очень низкой плотности с высоким атерогенным потенциалом. [902] Интересно, что отказ от курения также повышает риск развития диабета второго типа из-за появления лишнего веса. [903] Риск развития диабета второго типа наиболее высок на второй год после отказа от курения. [904] Никотин и курение подавляют аппетит, а отказ от этой вредной привычки может вызывать желание больше есть. [905] Чтобы не допустить появление лишнего веса, можно облегчить отказ от курения с помощью никотиновых пластырей или жевательной резинки. Никотин оказывает ноотропное воздействие и регулирует AMPK, которая участвует в поддержании энергетического баланса и окисления жиров. [906]

● Чрезмерное употребление алкоголя. Умеренность в алкоголе связана с низким риском развития диабета второго типа. [907] По-видимому, это опосредовано повышенной чувствительностью к инсулину, противовоспалительными путями и адипонектином. [908, 909] Метаанализ позволил выявить, что употребление алкоголя в умеренных количествах улучшает чувствительность к инсулину и снижает уровень инсулина натощак у женщин, но не у мужчин. [910] Однако это относится только к алкогольным напиткам без добавления сахара и фруктозы. Однако бесконтрольное употребление алкоголя и опьянение вызывают окислительный стресс, который оттягивает на себя энергию ото всех остальных процессов организма. Алкоголь повреждает печень, способствует ее жировому поражению и накапливанию висцерального жира. [911]

● Дефицит магния влияет на функцию бета-клеток поджелудочной железы, тормозит репарацию ДНК, вызывает резистентность к инсулину, сердечно-сосудистые заболевания, диабет второго типа, остеопороз, гипергликемию и гиперинсулинемию. [912, 913]

• Биологически активные добавки с магнием улучшают показатели глюкозы натощак у больных диабетом и нормализуют толерантность к глюкозе у людей с предрасположенностью к развитию диабета. [914] Прием добавок с магнием от четырех месяцев и дольше помогает улучшить чувствительность к инсулину и уровень глюкозы натощак как у больных диабетом, так и у людей без этого заболевания. [915] Магний улучшает ситуацию с инсулинорезистентностью у людей с пониженным содержанием магния в крови. [916]

• Гипергликемия и гиперинсулинемия усиливают производство митохондриальных активных форм кислорода, которые снижают антиоксидантные качества глутатиона. [917, 918, 919, 920, 921] Дефицит магния тоже негативно сказывается на глутатионе, [922] который представляет собой важный антиоксидант, необходимый для защиты легких, особенно в период вирусной инфекции. Резистентность к инсулину и гиперинсулинемия у тех, кто употребляет большое количество сахара, способствует развитию почечных причин недостатка магния и снижает концентрацию магния внутри клетки. [923]

• Низкий уровень магния в сыворотке крови повышает риск тромбоза, что особенно опасно при коронавирусной инфекции, так как COVID-19 тоже связан с тромбозом. [924, 925] In vivo магний оказывает противотромбическое действие и снижает риск смертности при легочной тромбоэмболии, [926] вследствие чего можно сделать вывод, что магний – это природный антикоагулянт.

• Метформин, диуретики и ингибиторы протонной помпы, которые часто прописывают при диабете второго типа, снижают уровень магния. Это происходит из-за понижения кислотности желудка и ухудшения растворяемости и всасывания магния в кишечнике. [927, 928] Диуретики усиливают выделение магния с мочой.

● Дефицит витамина С тоже вносит свой вклад в развитие резистентности к инсулину. Дополнительный прием антиоксидантов при диабете второго типа может улучшить состояние пациентов и постепенно свести на нет патогенез диабета. [929] Дисбаланс между сокращением эндогенных антиоксидантов и возрастающим производством активных форм кислорода вводит организм в состояние хронического системного воспаления, которое дает толчок множеству патологий. Если принимать по 500 мг витамина С дважды в день, то можно потенциально улучшить провоспалительные маркеры, такие как CRP и IL-6, у пациентов с ожирением/диабетом. [930] Витамин С перорально повышает полиморфноядерный фагоцитоз у больных сахарным диабетом [931] и улучшает толерантность к глюкозе у пациентов старшего возраста. [932] Ежедневный прием 1000 мг витамина С (по 500 мг дважды в день) помогает снизить уровень сахара и липидов в крови при диабете второго типа. [933] Аскорбиновая кислота улучшает чувствительность к инсулину скелетной мускулатуры при диабете второго типа. [934]

● Нехватка хрома нарушает метаболизм глюкозы и снижает чувствительность к инсулину. Доказано, что хром снижает уровень глюкозы и резистентность к инсулину в L6 скелетных мышц за счет регуляции путей поглощения глюкозы и чувствительности к инсулину. [935] Хром необходим для регуляции уровня сахара в крови. Недостаток ванадия тоже может быть существенным фактором ухудшения метаболического здоровья, хотя для окончательного вывода требуется больше исследований на тему его пользы и возможных рисков. [936]

● Недостаточная аутофагия и низкая скорость обновления клеточной популяции. Нарушение аутофагии макрофагов вызывает резистентность к инсулину у людей с ожирением, потому что жировые клетки, находящиеся в состоянии воспаления, производят слишком много активных форм кислорода, которые в норме устраняются посредством аутофагии. [937] Недостаток аутофагии в печени у людей с ожирением вызывает напряженную работу эндоплазматического ретикулума и резистентность к инсулину. [938] Аутофагию в печени подавляют резистентность к инсулину и гиперинсулинемия. [939] Инсулин ингибирует формирование ключевых генов аутофагии. Исследования на грызунах показывают, что голодание или ограничение калорий повышает аутофагию в миокарде. [940] Это помогает жизненно важным органам переживать периоды без доступа к энергии.

Метаболический синдром и резистентность к инсулину не наступают в одночасье. Эти заболевания – результат многолетнего пренебрежения здоровым образом жизни и правильным питанием. Плюс ко всему рацион, состоящий из рафинированных углеводов и сахара, очень быстро ухудшает состояние при метаболическом синдроме. В этом случае уровень инсулина и глюкозы натощак может достичь показателей резистентности к инсулину за считанные недели. [941]

Как улучшить состояние при метаболическом синдроме с помощью продуктов питания

Чтобы вернуть себе метаболическое здоровье, нужно исправить ситуацию с потерей толерантности к глюкозе, вылечить дислипидемию, избавиться от лишнего жира, особенно в области живота, устранить резистентность к инсулину и стать спортивнее. Люди с ожирением могут довольно быстро добиться улучшения гликемического контроля, уровня гликированного гемоглобина и маркеров диабета второго типа, всего за три месяца при учете небольшого снижения веса и ограничения углеводов в рационе. [942] Если снизить уровень сахара в крови до нормы с помощью интервального голодания и низкоуглеводной диеты, то можно оградить себя от рисков тяжелого протекания вирусных инфекций.

Нужного результата можно добиться различными способами, например, перейти на правильно сформулированную кетогенную диету (WFKD), низкоуглеводную диету, богатую полезными жирами (LCHF), диету с низкой гликемической нагрузкой (GL) или ограничить употребление рафинированных углеводов еще каким-либо способом. Все эти виды питания доказали безопасность и эффективность в больничных и клинических условиях. [943] Спустя две недели кетогенной диеты у диабетиков с ожирением на 30 % сократилось потребление калорий, на 1,65 кг снизился вес, на 75 % улучшилась чувствительность к инсулину и на 10–35 % упали уровни триглицеридов и холестерина. [944] Низкокалорийная низкоуглеводная диета эффективно нормализует триглицериды, холестерин ЛПВП и повышает чувствительность к инсулину. [945]

Низкоуглеводные диеты с ограниченным содержанием жиров тоже помогают улучшить гликемический контроль и избавиться от факторов риска развития сердечно-сосудистых заболеваний у больных диабетом второго типа. [946] Без привычного потребления большого количества жиров организм становится крайне чувствителен к инсулину и начинает эффективно сжигать глюкозу, не вмешиваясь в цикл Рэндла. Однако, если сахарный диабет уже развился или возникли нарушения процесса обмена веществ, это может быть опасно. По крайней мере на первое время лучше ограничить только углеводы, чтобы привести биомаркеры толерантности к глюкозе в норму.

Научно доказано, что низкоуглеводная кетогенная диета превосходит другие режимы питания с точки зрения улучшения липидного профиля у пациентов с метаболическим синдромом без учета снижения веса. [947, 948] Дело в том, что при ограниченном потреблении глюкозы снижается базальный уровень инсулина и сахара в крови, и у организма появляется возможность вылечится самостоятельно. Если постоянно повышать до пикового уровня сахар и инсулин в крови, то процесс восстановления будет протекать гораздо медленнее.

Кетоз и кетоны оказывают уникальное метаболическое воздействие, которое отличается от обменного процесса глюкозы, например, более высоким соотношением НАД к НАДН, активностью SIRT3, [949, 950, 951] блокированием воспалительных маркеров NF-kB, TNF-альфа и COX-2, [952] активацией антиоксидантной системы Nrf2 и глутатиона, [953, 954] подавлением гистоновых деацетилаз (HDACs) – ферментов, связанных с развитием рака, возрастными изменениями и окислительным стрессом [955] – и снижением аппетита. [956] У здоровых людей уровень кетонов ниже 7,0 ммоль/л считается безопасным и даже обладает терапевтическими свойствами. [957] Когда вы переходите на низкоуглеводную кетогенную диету, нельзя допускать недостатка натрия, потому что недостаток натрия вызывает резистентность к инсулину и гипергликемию. [958, 959]

С учетом сказанного выше, продолжительный кетоз и ограничение объема потребляемых углеводов может привести к физиологической непереносимости углеводов. В рамках восьминедельного исследования мышей на кетогенной диете ученым удалось выяснить, что их показатели контроля уровня глюкозы снижались при употреблении пищи с высоким содержанием углеводов, но это явление быстро менялось на противоположное после возвращения к обычному питанию. [960] Тот же эффект можно наблюдать и у людей. После пробы с глюкозой натощак у мышей на кетогенной диете показатели резистентности к инсулину в печени были выше, чем у мышей на способствующем ожирению калорийном питании. Во время голодания у «кетогенных» мышей маркеры метаболического здоровья были выше, а у ожиревших мышей был повышен уровень инсулина. После глюкозотолерантного теста и те, и другие мыши показали нарушения толерантности к глюкозе. Исследователи пришли к выводу, что физиологическая резистентность к инсулину такого типа у мышей на кетогенной диете не связана с патологией и обратима. У них не развился диабет, но они полностью перешли с сжигания глюкозы на сжигание жира. В неблагоприятных с позиции метаболизма условиях, например, во время голодания, выполнения физических упражнений или при недостатке углеводной пищи, резистентность к инсулину помогает поставлять в мозг глюкозу, которую в противном случае всю забрали бы мышцы. [962]

Временное ограничение в углеводах – это быстрый и эффективный способ лечения метаболического синдрома и снижения гиперинсулинемии/гипергликемии. Кратковременная физиологическая невосприимчивость к инсулину в период кетоза не считается патологией и не играет особой роли, потому что вы не употребляете углеводную пищу в больших объемах. Однако для оптимальной чувствительности к инсулину и толерантности к глюкозе следует практиковать циклический кетоз, чтобы организм не потерял навык преобразования углеводов.

Самое главное условие, которое нужно соблюсти в деле улучшения метаболического здоровья и резистентности к инсулину, это сбросить лишний вес и сократить объем висцерального жира. С этим могут помочь любые диеты, более того, улучшений в биомаркерах можно добиться, даже не отказываясь от нездоровой магазинной пищи. [963] Однако продукты питания, подвергшиеся технологической обработке, вызывают воспаление и подавляют работу иммунной системы. Поэтому важно соблюдать рекомендации по питанию, но и учитывать личные предпочтения. Со своей стороны, мы можем только дать вам инструкции и рассказать о результатах, которых вы, вероятно, добьетесь.

Процесс снижения веса зависит не только от термодинамики – баланса между расходом и потреблением калорий. Гормоны и реакции, которые отражаются на их функциях из-за употребления разных продуктов питания, а также сытность пищи тоже имеют значение для снижения веса. Другими словами, дело не только в том, чтобы съедать меньше калорий, чем вы сжигаете. Существует множество факторов, которые влияют на потребность тела в энергии, например, объем мышечной массы, возраст, уровень физической активности, качество сна, гормоны и общий метаболический профиль. Например, депривация сна усиливает поступление энергии из мышц, а не из жира. [964] Следовательно, можно сказать, что калории, безусловно, имеют значение, но нельзя игнорировать и другие динамические переменные, которые зависят от индивидуальных особенностей человека.

Согласно американским Рекомендациям по правильному питанию на 2015–2020 годы, в среднем женщине в день требуется 1600–2400 калорий, а мужчине – 2000–3000. [965] К сожалению, эти правила касаются только стройных людей без лишнего веса, которые регулярно занимаются каким-либо видом физической активности. Большая же часть населения не может похвастаться оптимальной композицией тела и нуждается в совете для похудения.

Низкоуглеводные кетогенные диеты и высокоуглеводные диеты с малым содержанием жиров сильно отличаются друг от друга набором продуктов и макронутриентов. И те, и другие оказывают примерно одинаковый эффект и помогают сбросить вес, и ни гены, ни базальный инсулин не связаны с этими результатами. [966] Если уравнять потребление белков и калорий, то между этими двумя стилями питания нет существенной разницы. Несоответствия между индивидуальными успехами различных людей обычно зависят от добросовестного соблюдения рекомендаций, стабильности, насыщения и количества потребляемого белка.

Исследования показали, что испытуемые, съедающие больше белка, сильнее чувствуют насыщение по сравнению с теми, кто ест меньше белка. [967] Когда людям в рамках диеты, состоящей из белков на 30 %, позволяют есть столько, сколько хочется, то в среднем они потребляют на 441 калорию в день меньше, чем сидя на диете, где на белок приходится только 10 % рациона. [968] Белки обладают самым высоким термическим эффектом, то есть для переваривания определенного блюда требуется большое количество калорий. Термический эффект белков составляет от 25 до 30 %, углеводов от 7 до 10 %, а жиров от 2 до 5 %. [969] Значит после обеда, состоящего в основном из белков, человек сжигает больше калорий за несколько часов после приема пищи. [970] Высокий термический эффект белка также способствует чувству насыщения и удовлетворения от пищи. [971] Если взять две низкокалорийные диеты, согласно одной из которых полагается съедать больше белка, то именно «белковая» диета ограничит больше калорий из-за эффекта сжигания. По сравнению с низкобелковой диетой, где на долю белка приходится всего 12 % калорий, высокобелковая диета с 30 % калорий из белков, на 42 % повышает количество затрачиваемой энергии в процессе глюконеогенеза – процесса преобразования белков или жирных кислот в глюкозу. [972]

Есть все основания полагать, что высокобелковый рацион не только способствует улучшению композиции тела и помогает похудеть, но и укрепляет здоровье и увеличивает продолжительность жизни. Диеты с высоким содержанием белка обладают следующими преимуществами:

● Белки выполняют жизненно важные функции в организме, например, способствуют заживлению тканей, стимулируют ферментативные процессы и осуществляют транспорт питательных веществ. Они ускоряют процесс обмена веществ, облегчают похудение и поддерживают работу всех внутренних органов.

● Белковое питание помогает справиться с разгулявшимся аппетитом и испытать чувство насыщения. Это происходит за счет усиленного производства определенных гормонов, например, пептида YY и GLP-1. [973] Белковая пища снижает концентрацию грелина – гормона голода – на несколько часов. [974]

● Употребление большого количества белков при диете способствует снижению веса, поддерживает мышечную массу и высокую скорость обмена веществ. [975] По сравнению со стандартными диетами для похудения, согласно которым следует съедать нормальное количество белков и мало жиров, высокобелковое питание оказалось более эффективным. [976]

● В сочетании с силовыми тренировками высокобелковое питание способствует набору мышечной массы и развитию силы. [977] Однако белок позволяет наращивать мышцы только до определенного порога. Согласно последним исследованиям, граница экспоненциального роста мышц проходит примерно на 0,8–1,0 г белка на 1 фунт (0,45 кг) безжировой массы тела. [978]

● Разумное потребление белка защищает от атрофии мышечной ткани или саркопении, астении и утрате способности обслуживать себя самостоятельно в старости. [979] Согласно наблюдениям, мышечная атрофия начинается уже по истечении третьего десятилетия жизни, а утрата мышечной силы на 30–50 % происходит в возрасте от 40 до 80 лет. [980, 981] Сокращение мышечной массы в основном происходит из-за недостатка силовых упражнений, но если немного увеличить потребление белка, то можно частично избавиться от этого негативного последствия.

● Большое количество животного белка в рационе способствует укреплению костей и сокращает риск перелома бедра у людей старшего поколения. [982, 983] Перелом кости при падении – одна из главных опасностей для пожилых людей, потому как в этом состоянии человек лишается подвижности и теряет еще больше мышечной массы, что в свою очередь повышает предрасположенность организма к развитию диабета и других метаболических заболеваний.

● Высокобелковое питание ускоряет заживление ран после хирургических операций, травм и пролежней. В этих случаях потребление более 2,0 г/кг увеличивает абсолютную скорость синтеза белка в организме. [984]

Рекомендуемая суточная норма белка составляет 0,36 г на фунт или 0,8 г на килограмм. Но многие эксперты считают это количество неадекватным. [985] Пожилым людям полезнее съедать больше белка, и для того, чтобы они могли поддерживать мышечную массу, рекомендованной суточной нормы явно недостаточно. [986] В среднем в западных странах в сутки человек употребляет примерно 12–17 % белка от общего количества пищи, а в племенах охотников и собирателей этот показатель доходит до 19–35 %, в зависимости от географического положения. [987] Если в рационе на долю белка приходится от 20 до 25 % калорий, то, согласно мнению экспертов, это не приносит вреда здоровью, и, более того, к такому соотношению стоит стремиться. [988]

Не обнаружено никаких доказательств в пользу того, что усиленное потребление белков нежелательно сказывается на функции почек у здоровых людей. [989] Почки могут пострадать только у тех, кто уже лечится от хронической почечной недостаточности. [990] Избыток белка превращается в глюкозу посредством процесса, известного как глюконеогенез. Однако в результате глюкоза в крови резко не поднимается, как после употребления сахара или углеводов, потому как инициированный белками глюконеогенез регулируется в соответствии с потребностями тела в энергии. Если диабетик съест блюдо, где на каждый килограмм приходится по 2 г белка, то у него не будет значительного подъема уровня глюкозы в крови после еды, хотя белок все же преобразуется в организме. [991] Но если съесть углеводов из расчета 1 г на 1 кг, то уровень сахара в крови неизбежно поднимется. Потребление глюконеогенных аминокислот, таких как глютамин и метионин, не усиливает глюконеогенез. [992]

Диеты по типу средиземноморской, согласно нескольким клиническим исследованиям, не только позволяют эффективно сбросить лишний вес, но и защищают от развития хронических заболеваний, например, метаболического синдрома, [993] гипертонии [994], диабета [995] и дислипидемии. [996] Кроме того, этот стиль питания снимает сосудистое воспаление, [997, 998] окислительный стресс [999] и эндотелиальную дисфункцию, [1000] которые связаны с атеросклерозом. Средиземноморская диета, которая рекомендует съедать довольно много оливкового масла и орехов, по сравнению с низкожировой диетой эффективнее снижает риск развития сердечно-сосудистых заболеваний на 30 %. [1001] Она помогает избавиться от провоспалительных маркеров, например, CRP и IL-6. [1002] Средиземноморская диета богата полифенольными соединениями, которые дают овощи, рыба, оливковое масло, орехи, небольшое количество мяса, сыра и фруктов. Ее можно адаптировать под низкоуглеводную кетогенную диету или под высокоуглеводную.

Давайте познакомимся со списком нутрицевтиков, которые облегчают метаболический синдром и улучшают показатели гликемического контроля:

● Куркумин, как доказывают исследования, снижает уровень NF-kB, который ингибирует провоспалительные цитокины и TNF-альфа. [1003,1004] Он также препятствует пути Wnt /β-катенина, который связан с ожирением. [1005] У крыс с ожирением куркумин снижает резистентность к инсулину и лептину за четыре недели. [1006] Это растительное соединение помогает предупредить диабетическую невропатию у крыс. [1007] Биологически активные добавки с куркумином в сочетании с аэробными упражнениями у женщин с избыточным весом, ведущих сидячий образ жизни, улучшают гликемический контроль и содержание липидов гораздо эффективнее, чем эти два терапевтических приема по отдельности. [1008]

● Корица содержит соединения, которые улучшают чувствительность к инсулину и показатели гликемического контроля. Доказано, что она нормализует концентрацию сахара в крови натощак, артериальное давление и композицию тела у людей с метаболическим синдромом. [1009] Это происходит в том числе за счет активации GLUT4 и экспрессии генов инсулиновой сигнализации. [1010]

● Берберин улучшает чувствительность к инсулину за счет подавления генов накапливания жира и регуляции адипокинов. [1011] Он оказывает сходное с метформином и тиазолидиндионами повышающее чувствительность действие на инсулин, опосредованное активацией AMPK в жировых клетках. [1012] По результатам исследований при участии людей берберин помогает уменьшить обхват талии, сократить триглицериды и уменьшить систолическое артериальное давление. [1013]

● Ресвератрол активирует сиртуин, который оказывает положительный эффект на метаболизм глюкозы и гомеостаз энергии. [1014] Ресвератрол имитирует некоторые аспекты ограничения калорий через сиртуины, AMPK и NAD+. [1015] У пациентов с неалкогольным ожирением печени и резистентностью к инсулину ресвератрол улучшает показатели глюкозы и липидов. [1016] У больных метаболическим синдромом улучшается чувствительность к инсулину, толерантность к глюкозе и снижается вес на фоне приема ресвератрола. [1017] Но чтобы сформировать окончательное мнение о пользе и вреде ресвератрола, требуется больше научных данных.

● Сульфорафан активирует путь Nrf2, который оказывает антиоксидантное и противовоспалительное воздействие на организм. Исследования на животных показывают, что сульфорафан защищает от повышенного артериального давления, дислипидемии и диабета благодаря положительной регуляции глутатиона посредством Nrf2. [1018] Он сокращает повреждения бета-клеток от воздействия цитокинов, подавляя фактор NF-kB. [1019]

● Кверцетин, согласно результатам исследований, снижает артериальное давление, холестерин и резистентность к инсулину у крыс, а также облегчает метаболический синдром. [1020] При высоких дозировках оказывает противовоспалительное действие на висцеральный жир. Людям кверцетин помогает уменьшить обхват талии, снизить уровень сахара и липидов в крови после еды. [1021]

● Чеснок улучшает чувствительность к инсулину и облегчает метаболический синдром у крыс на фруктозном корме. [1022] Метаанализ 29 исследований показал, что чеснок снижает уровень общего холестерина и триглицеридов. [1023] Выдержанный чеснок за 12 недель поднимает уровень адипонектина у пациентов с метаболическим синдромом. [1024]

● Омега-3-жирные кислоты устраняют дислипидемию и снимают воспаление в контексте сердечно-сосудистых заболеваний. [1025] Добавки с омега-3-жирными кислотами помогают пациентам с метаболическим синдромом похудеть, снизить артериальное давление, уровень липидов и воспалительных маркеров. [1026]

Толерантность к глюкозе ритмично колеблется в соответствии с циркадными ритмами, связанными с суточным ритмом и чувствительностью к инсулину во всем организме. [1027] У людей толерантность к глюкозе выше по утрам, чем по вечерам. [1028, 1029] Следовательно, организм настроен преобразовывать углеводы в первой половине дня. Мелатонин – гормон, который производится с наступлением темноты – ингибирует производство инсулина в поджелудочной железе. [1030] По этой причине резистентность к инсулину повышается в ночное время. В соответствии с рекомендациями по ограничению окна питания, для достижения оптимальной толерантности к глюкозе не следует принимать пищу поздно вечером или перед отходом ко сну. Однако субъективная чувствительность к инсулину зависит от уровня физической активности, мышечной массы и метаболической гибкости в целом.

Силовые тренировки улучшают опосредованное инсулином поглощение глюкозы, концентрацию GLUT4 и инсулиновую сигнализацию в скелетных мышцах у пациентов с диабетом второго типа. [1031] GLUT4 – это глюкозный транспортер, который помогает глюкозе попасть в мышечные и жировые клетки вне зависимости от работы инсулина. Поэтому, если вы практикуете интервальное голодание или обычно едите только вечером, то вы все равно можете смягчить последствия ослабленной реакции на углеводы за счет силовых тренировок и наращивания мышечной массы. В этом случае глюкоза даже способствует улучшению состояния здоровья, потому что пополняет запасы гликогена.

Порог чувствительности к глюкозе у бета-клеток поджелудочной железы тоже изменяется в соответствии с ритмами. [1032, 1033] Клетки поджелудочной железы лучше реагируют на глюкозу утром и производят больше инсулина. [1034] Циркадные «часы» поджелудочной железы синхронизированы со сменой дня и ночи через сигналы от супрахиазматического ядра, расположенного в гипоталамусе, от выброса мелатонина, глюкокортикоидов и температуры тела. [1035, 1036] Прием пищи в ночное время ингибирует производство инсулина, так как мелатонин связывается с инсулиновыми рецепторами и блокирует их выход, поэтому уровень сахара в крови остается надолго повышенным. Если часы поджелудочной железы выходят из строя, то в организме наступает дефицит инсулина, [1037] который приводит к инсулинорезистентности и диабету второго типа.

Если вы не принимаете пищу поздно вечером или прямо перед отходом ко сну, то вам не о чем переживать. Нужно только выполнять физические упражнения до еды и дополнить свой режим некоторыми элементами ограниченного окна питания. Если тренироваться поздно вечером, то можно тоже сбить циркадные ритмы и ухудшить качество сна. [1038] Поэтому намного полезнее заниматься спортом в течение дня.

Тренировки с сопротивлением и наращивание мышечной массы – два самых действенных способа улучшить чувствительность к инсулину и толерантность к глюкозе. [1039] Скелетные мышцы как губка впитывают глюкозу и принимают на себя большую часть потребляемой глюкозы в целом. Таким образом, они защищают организм от развития диабета, ожирения, резистентности к инсулину и метаболического синдрома.

В заключении хочется отметить, что улучшение чувствительности к инсулину и устранение метаболического синдрома – это самый простой и быстрый способ улучшить работу иммунной системы. Если вы направите усилия на достижение этих результатов, то не только оградите себя от развития хронических заболеваний, но и облегчите протекание возможных вирусных инфекций. Прежде всего, необходимо сбросить лишний вес, особенно избавиться от жира в области живота, снизить уровень глюкозы в крови натощак и вернуть чувствительность к инсулину. Откажитесь от калорийных обработанных пищевых продуктов, нарастите мышечную массу, оставайтесь физически активным, берегите циркадные ритмы и избегайте пищи, которая вызывает воспаление, в особенности рафинированных омега-6-жирными кислотами растительных масел из семян. Этого достаточно, чтобы начать свой путь к нормализации чувствительности к инсулину. В следующей главе мы подробнее поговорим о том, как оптимизировать баланс жирных кислот.

Глава шестая:

Как навести порядок в жирах и сбалансировать соотношение омега-6/3–жирных кислот, чтобы успокоить сверхактивную иммунную систему

Жирные кислоты – это ключевые питательные элементы, которые необходимы организму для выживания. Более того, большинство клеток тела состоят из жиров, которые поступают в организм вместе с пищей. Если вы едите вредные жиры, то ваше тело буквально строится из этих самых жиров. И наоборот, если есть только полезные жиры, то можно повысить выживаемость здоровых клеток и улучшить их функции. Сам по себе жир нельзя назвать опасным для здоровья продуктом, просто одни жиры гораздо вреднее, чем другие.

Насыщенные жиры и холестерин демонизировали на протяжении нескольких десятилетий, называя их главными виновниками развития заболеваний сердца и атеросклероза. [1040] Однако эта гипотеза не выдержала критики. На самом деле, свидетельства рандомизированных контролируемых исследований не поддерживают – ни в прошлом, ни сейчас – современные рекомендации по сокращению общего содержания жиров в продукте и насыщенных жиров. [1041, 1042] Мета-анализ 21–го эпидемиологического исследования и 340 000 пациентов позволил сделать вывод, что не существует четкой связи между потреблением насыщенных жиров и повышением риска развития сердечно-сосудистых заболеваний. [1043] Помимо этого, в рамках одного крупного японского исследования при участии 60 000 испытуемых удалось установить обратную ассоциацию между потреблением насыщенных жиров и инсультом. [1044] В оливковом масле содержится довольно много насыщенных жиров, но как это ни удивительно, оно не вызывает атеросклероз. Оливковое масло считается одним из самых полезных жиросодержащих продуктов для здоровья сердца и составляет основу средиземноморской диеты. [1045, 1046]

Несмотря на то, что по рекомендации врачей американцы заменили жиры животного происхождения на растительные масла, главным образом из семян, здоровье населения США никак не улучшилось. Честно сказать, ситуация стала еще хуже. Дело в том, что так называемые «полезные для сердца» растительные масла оказывают на организм человека негативное воздействие. Доказано, что растительные масла, содержащие омега-6-жирные кислоты, разжигают системное воспаление и вызывают резистентность к инсулину, что располагает к развитию хронических заболеваний, ослаблению иммунной системы и ожирению. [1047, 1048, 1049]

Ситуация вокруг масел складывается совсем печально, потому как в процессе производства их сильно нагревают. Они окисляются, приводя к свободно-радикальному окислению липидов. Окисление превращает даже полезные жиры в источники воспаления, которые наносят вред организму. Как мы узнали из четвертой и пятой глав, воспаление серьезно подрывает работу иммунной системы и способствует развитию метаболического синдрома. Кроме того, воспаление выступает в качестве одной из главных причин атеросклероза и сердечно-сосудистых заболеваний. [1050, 1051]

Для поддержания оптимального состояния здоровья организму требуется достичь баланса между омега-6- и омега-3-жирными кислотами. На протяжении истории человечества соотношение жирных кислот омега 6/3 в рационе охотников и собирателей составляло 2:1 или 4:1, но современная диета предполагает 20:1 (а в некоторых случаях и все 50:1) в пользу омега-6. [1052, 1053]

Жиры, содержащие омега-6-жирные кислоты, нужны организму. Однако они перетягивают на себя баланс жиров, если их употреблять в избытке. Вследствие этого начинаются воспаление и различные заболевания. Жирные кислоты омега-6 – линолевая кислота и арахидоновая кислота (АК) – участвуют в воспалительном ответе, вызывая отеки, покраснение, жар и боль. [1054] С другой стороны, жирные кислоты омега-3 – эйкозапентаеновая кислота (ЭПК) и докозагексаеновая кислота (ДГК) – быстро снимают острые воспалительные реакции. Поэтому крайне важно поддерживать баланс между омега-6- и омега-3-жирными кислотами, чтобы не допустить развития хронического воспаления.

В этой главе мы обсудим ложные представления о жирах, узнаем, какие жиры наиболее полезны для здоровья, как сбалансировать омега-3 и омега-6-жирные кислоты, на каком масле готовить и как не допустить свободно-радикальное окисление липидов.

Как жиры, вызывающие воспаление, нарушают процесс обмена веществ и ослабляют иммунитет

В 1940-х годах исследователь из Университета Миннесоты по имени Ансель Кис обнаружил корреляцию между резко возросшей «популярностью» сердечно-сосудистых заболеваний среди американцев и их образом жизни. В одном из первых исследований он определил, что самыми серьезными факторами риска развития болезней сердца и сосудов оказались высокое артериальное давление, высокий уровень холестерина и курение. [1055] В 1958 году Кис провел «Исследование семи стран», куда вошли данные 12 763 мужчин в возрасте от 40 до 59 лет из семи выбранных ученым стран – США, Финляндии, Нидерландов, Греции, Италии, Югославии и Японии. [1056] Результаты исследования показали, что риск инсультов и эпизодов сердечно-сосудистых заболеваний напрямую коррелирует с уровнем общего холестерина в сыворотке крови, артериальным давлением и ожирением.

Липидная теория возникла из предположения, что насыщенные жиры поднимают уровень холестерина, закупоривают артерии и становятся причиной атеросклероза, что в итоге приводит к инсультам и сердечным приступам. Это была простая гипотеза, доступная для понимания каждого: А (насыщенные жиры) приводит к В (повышение уровня холестерина), что приводит к С (сердечно-сосудистые заболевания). К сожалению, процесс, который запускается после попадания насыщенных жиров в организм, оказался не настолько прост. Липидная теория держалась на ассоциации между количеством насыщенных жиров в рационе, повышенным уровнем холестерина и эпизодами сердечно-сосудистых заболеваний. Однако корреляция не всегда означает причинно-следственные отношения, и существует множество других переменных, которые необходимо принимать в расчет. Например, «Исследование семи стран» представляло собой эпидемиологическое исследование, которое не подразумевало постоянный мониторинг пациентов и контроль за их питанием. Данные о предпочтениях в питании собирали с помощью опросного листа, а такой подход неизбежно влечет за собой несоответствия и неточности.

До «Исследования семи стран» Кис проводил «Исследование шести стран», которые он выбрал из 22 изученных специально, чтобы поддержать свою основную идею. [1057] И в самом деле, ему удалось обнаружить в этих шести странах положительную корреляцию между потреблением калорий из жиров и смертью от дегенеративных болезней сердца. Кис зацепился за эти сведения, активно публиковал и продвигал свою идею о том, что жиры, входящие в рацион, являются причиной заболеваний сердца. Однако двое исследователей, Йерушалми и Хиллебо, опровергли эту ассоциацию, когда опубликовали данные из всех 22 стран, которые в то время были на руках у Киса. [1058] Оказалось, что многие регионы не вписывались в липидную теорию, особенно страны около Средиземного моря, такие как Франция, Италия и Испания. Жители этих стран ели очень много жиров и насыщенных жиров, но отличались низким риском развития заболеваний сердца. Так называемый «французский парадокс» сильнее всего озадачил американских исследователей, потому что, несмотря на диету с высоким содержанием жиров, французы намного реже страдают от сердечно-сосудистых заболеваний, чем американцы.

В августе 2017 года организация True Health Initiative указала на главные допущенные Кисом неточности и ложные представления, которые стояли за «Исследованием семи стран». [1059] (1) Выборку стран проводили очень тщательно, чтобы добиться заранее известных результатов. (2) Францию намеренно исключили из исследования, чтобы не связываться с «французским парадоксом». (3) Данные в Греции собирали только во время Великого поста, что не отражало реальной картины. (4) Сахар и рафинированные углеводы не рассматривали как вероятных виновников развития болезней сердца и сосудов.

График слева взят из работы Киса (1953 год).

График справа обнародовали Йерушалми и Хиллебо (1957 год).

Несмотря на яростную критику с самого ее появления, липидная гипотеза получила широкое признание у многих врачей и государственных структур. [1060] В 1950-х годах некоторые исследователи полагали, что ограничение потребляемых жиров улучшает состояние пациентов с заболеваниями сердца. [1061] Еще один исследователь по имени Эдвард Аренс сумел доказать, что замещение животных жиров на растительные масла промышленного производства, такие как кукурузное и каноловое, эффективно снижает уровень холестерина. [1062, 1063] При этом он очень убедительно рассуждал о том, что насыщенные жиры, например, кокосовое и сливочное масло, повышают уровень холестерина, чтобы не отклоняться от доминирующей теории. Но были и несогласные, такие как физиолог Джон Юдкин, который утверждал, что уровень потребления жиров не отстает от потребления сахара, и что именно последний с наибольшей вероятностью вызывает болезни сердца. [1064] Согласно последним исследованиям, повышенный уровень триглицеридов связывают с высоким риском развития коронарной болезни сердца, [1065] вероятно, потому, что они точно указывают на резистентность к инсулину. Недавний мета-анализ 15 рандомизированных контролируемых исследований не выявил практически никакого эффекта от ограничения насыщенных жиров в контексте сердечно-сосудистых заболеваний. [1066]

Несмотря на недостатки липидной гипотезы, в 1961 году Американская ассоциация кардиологов (AHA) начала рекомендовать населению заменять жиры животного происхождения на растительные масла, потому что в них содержалось меньше насыщенных жиров, и они снижали уровень холестерина. [1067] В результате произошла самая грандиозная перемена в питании американцев за весь XX век. В период между 1909 и 1999 годами потребление линолевой кислоты (LA) – омега-6-жирной кислоты, которая содержится в растительных маслах из семян – возросло с 2,8 % до 7,2 % от общего количества потребляемых калорий. [1068] То есть более, чем в два с половиной раза. Кажется, что это немного, но избыточное потребление омега-6-жирных кислот связано с повышенным риском развития сердечно-сосудистых заболеваний, онкологических заболеваний и дегенерации головного мозга. [1069, 1070]

Давайте разберемся, в чем заключается основная разница между жизненно необходимыми омега-жирами. Нужно учитывать, что организм функционирует лучше всего, когда они сбалансированы.

● Омега-3-жирные кислоты – это незаменимый компонент клеточной мембраны. Они обладают противовоспалительными свойствами и защищают от развития заболеваний сердца, экземы, артрита и рака. [1071] Содержащиеся в продуктах питания омега-3-жирные кислоты помогают осуществлять контроль за воспалением и работой иммунной системы. [1072] Омега-3-жирными кислотами богаты лосось, лососевая икра, говядина травяного откорма, сардины, масло криля, водоросли и некоторые орехи. Существует 3 типа омега-3-жирных кислот:

• Эйкозапентаеновая кислота (ЭПК) и докозагексаеновая кислота (ДГК) – длинноцепочечные омега-3-жирные кислоты, которые содержатся в продуктах животного происхождения, главным образом в морепродуктах. Они полезны для нервной системы, головного мозга и здоровья всего организма. Примечание: Докозапентаеновая кислота (ДПК) – еще одна длинноцепочечная омега-3-жирная кислота, которая содержится в мясе травяного откорма. Приблизительно 30 % ДПК в организме преобразуется в ДГК. Иначе говоря, ДПК – это еще один источник ДГК животного происхождения.

• Альфа-линоленовая кислота (AЛК) – короткоцепочечная омега-3-жирная кислота растительного происхождения. Небольшой процент AЛК преобразуется в ЭПК, а еще меньший в ДГК. Большинство людей перерабатывают 5 % AЛК в ЭПК и 0,5 % в ДГК. Однако женщины репродуктивного возраста могут преобразовывать до 21 % AЛК в ЭПК и до 9 % в ДГК. [1073] Следовательно, морепродукты, которые содержат сформированные ЭПК/ДГК, это более биодоступный источник длинноцепочечных омега-3-жирных кислот.

● Омега-6-жирные кислоты – это незаменимые полиненасыщенные жиры (ПНЖК), как и омега-3. На последней двойной связи они несут шесть атомов углерода вместо трех. Омега-6-жирные кислоты используются для выработки энергии и опосредования воспалительного ответа. К сожалению, большинство людей потребляет слишком много омега-6-жирных кислот. К самым распространенным разновидностям омега-6-жирных кислот относятся линолевая кислота (LA) и конъюгированная линолевая кислота (CLA). Мы получаем омега-6 полиненасыщенные жирные кислоты с растительными маслами, промышленно обработанной пищей, салатными заправками, полуфабрикатами и подобными продуктами, а также они содержатся в орехах и семенах.

● Омега-9-жирные кислоты – это мононенасыщенные жиры (МНЖК) с одной двойной связью. Эти жиры нельзя назвать незаменимыми, потому что организм умеет синтезировать их сам. Тем не менее они снижают уровень триглицеридов и ЛПОНП, [1074] улучшают чувствительность к инсулину. [1075] Омега-9-жирные кислоты – это самые широко представленные жиры в клетках. Они содержатся в оливковом масле и некоторых орехах.

Когда мы потребляем омега-6- и омега-3-жирные кислоты в равных долях 1:1 (или как можно ближе к этому идеальному равновесию), организм уверенно контролирует свои воспалительные процессы. Чем выше соотношение между омега-6- и омега-3-жирными кислотами, тем сильнее выражено хроническое вялотекущее воспаление и возникают супрафизиологические воспалительные реакции. [1076]

Согласно данным антропологического исследования, охотники и собиратели потребляли омега-6-жирные кислоты и омега-3-жирные кислоты примерно в соотношении 1:1, но иногда 4:1. [1077] После индустриальной революции количество потребляемых омега-6-жирных кислот начало неуклонно расти. [1078] Сегодня для среднего американца актуально соотношение 20:1 или даже 25–50:1 в пользу омега-6. [1079]

Получается, что они стали потреблять в 30 раз больше омега-6-жирных кислот по сравнению с 1909 годом. [1080] Почти 20 % от всех калорий к американцам поступают из одного и того же источника – соевое масло, в котором содержится много омега-6 линолевой кислоты. А это не менее 9 % всех суточных калорий, которые приходятся только на омега-6-жирные кислоты. [1081]

После рекомендаций Американской ассоциации кардиологов, которые предлагали перейти на омега-6 растительное масло, заболевания сердца и сосудов настолько же участились, насколько больше американцы стали потреблять линолевой кислоты. И это несмотря на ограничения в насыщенных жирах и жирах животного происхождения. [1082] Люди начали питаться растительными маслами, содержащими омега-6 и маргарином вместо жиров животного происхождения, но их здоровье по-прежнему становилось только хуже. Содержание линолевой кислоты в жировой ткани и тромбоцитах положительно ассоциируется с ишемической болезнью сердца, в то время как длинноцепочечные омега-3-жирные кислоты (ЭПК и ДГК) показывают обратную корреляцию. [1083] Высокая концентрация линолевой кислоты в жировой ткани обнаруживает параллели с развитием диабета, ожирения, аллергии и астмы. [1084, 1085] Причина в том, что омега-6 перетягивают на себя баланс жирных кислот и вызывают воспаление, из-за чего иммунитет становится сверхактивным и начинаются заболевания. В ходе множества исследований при участии людей удалось установить, что метаболиты окисленной линолевой кислоты активируют фактор NF-kB, который производит провоспалительные цитокины, в то время как дополнительное обогащение организма ЭПК и ДГК снимает воспалительные реакции. [1086] Они могут служить действенным инструментом против нарастающего цитокинового шторма и возможного повреждения легких от коронавирусной инфекции, которые возникают в результате чрезмерного воспаления и активации фактора NF-kB. [1087] Высокая концентрация линолевой кислоты и недостаток ЭПК и ДГК предположительно создают провоспалительную и протромбическую атмосферу. [1088] Тромбоз или формирование кровяных сгустков – это один из основных факторов смертности от коронавируса. [1089] Кроме того, ученые выяснили, что омега-3-жирные кислоты способны повысить выживаемость от острого респираторного дистресс-синдрома (ОРДС) и сепсиса. [1090, 1091, 1092] Мы не утверждаем, что омега-3-жирные кислоты – это панацея, вовсе нет. Тем не менее, чтобы привести в равновесие воспалительные реакции в организме, необходимо сократить потребление омега-6-жирных кислот и обеспечить оптимальное насыщение омега-3-жирными кислотами. Этот баланс лежит в основе большинства заболеваний, в том числе цитокинового шторма.

Эксперименты на животных-моделях показали, что омега-3–жирные кислоты оказывают иммуномодулирующее действие и лечат нарушения, связанные с воспалением. [1093] Во время инфекционного заболевания потребность в омега-3-жирных кислотах возрастает еще больше, потому что в организме истощается запас противовоспалительных омега-3 ДГК и повышается концентрация провоспалительной омега-6 арахидоновой кислоты (АК). [1094] Метаболиты ЭПК и ДГК не обладают провоспалительными свойствами по сравнению с арахидоновой кислотой. [1095] ЭПК и ДГК ингибируют арахидоновую кислоту и ее превращение в провоспалительные цитокины и интерлейкины. [1096, 1097, 1098, 1099, 1100, 1101, 1102] В рыбьем жире содержится большое количество ДГК. Доказано, что он повышает фагоцитоз нейтрофилов и моноцитов на 62 % и 145 % соответственно, [1103] но это не касается рыбьего жира с ЭПК. [1104] Отсюда можно сделать вывод, что омега-3-жирная кислота ДГК укрепляет иммунитет и одновременно защищает от сверхактивной реакции.

Омега-3-жирные кислоты снижают интенсивность цитокинового шторма в легких за счет следующих механизмов:

● Снижают соотношение омега-6 к омега-3 в иммунных клетках.

● Ингибируют активацию провоспалительного NF-kB.

● Оказывают противовоспалительное и лечебное воздействие за счет длинноцепочечных жирных кислот.

● Повышают выживаемость при сепсисе и остром респираторном дистресс-синдроме (ОРДС).

● Снимают воспаление, вызванное арахидоновой кислотой.

Было бы неправильным утверждать, что омега-6-жирные кислоты и линолевая кислота сами по себе опасны для здоровья. На самом деле они жизненно необходимы организму, просто все дело в их количестве и качестве.

Все полиненасыщенные жирные кислоты быстро окисляются при нагревании, под действием солнечных лучей, кислорода и давления. Этот процесс называется свободнорадикальное или перекисное окисление липидов, которое вызывает повреждение ДНК, мутагенез и канцерогенез. [1105] Свободнорадикальное окисление липидов вредит кожным покровам и вызывает воспалительное акне. [1106] У мышей перекисное окисление липидов Т-лимфоцитов стимулирует ферроптоз или программируемую клеточную смерть под действием железа и ослабляет иммунитет. [1107] Предотвращение свободно-радикального окисления липидов восстанавливает поврежденную экспрессию фактора роста сосудистого эндотелия (ФРСЭ) и стимулирует заживление ран. [1108]

Масла с высоким содержанием омега-6-жирных кислот, такие как рапсовое (каноловое) масло, хлопковое масло, соевое масло, кукурузное масло, подсолнечное масло, арахисовое масло и сафлоровое масло, во время производства подвергают воздействию высоких температур и давления, что повреждает композицию жирных кислот и способствует перекисному окислению. Кроме того, эти масла дезодорируют и окрашивают химическими красителями, чтобы сделать продукт привлекательнее для покупателя. Однако все эти приемы никак не повышают пользу масел. В дальнейшем предпринимается следующий шаг – гидрогенизация растительного масла, вследствие чего оно отвердевает и уплотняется. В итоге получаются маргарин и другие продукты с окисленными трансжирами, которые еще сильнее вызывают воспаление.

Ученые доказали взаимосвязь между потреблением трансжиров, ожирением, метаболическим синдромом, сильным окислительным стрессом, заболеваниями сердца и сосудов, раком и болезнью Альцгеймера. [1109, 1110, 1111, 1112] В 1973 году Раймонд Райзед обнаружил множество методологических ошибок в исследованиях Анселя Киса. Например, он неправильно интерпретировал связь между насыщенными жирами и холестерином с атеросклерозом, перепутав их с трансжирами. [1113] Исследование Совета медицинских исследований выявило, что у мужчин на фоне употребления сливочного масла в два раза реже развиваются сердечно-сосудистые заболевания, чем у мужчин, употребляющих вместо него маргарин. [1114] Более того, эксперты полагают, что по вине трансжиров ежегодно погибают от 30 до 100 тыс. пациентов с коронарной болезнью сердца. [1115] К счастью, Управление по контролю за качеством пищевых продуктов и медикаментов США исключило частично гидрогенизированные масла из списка «рекомендованных и безопасных продуктов». [1116] С 18 июня 2018 года производители продуктов питания больше не могут добавлять частично гидрогенизированные масла и другие трансжиры в свою продукцию. Это решение нам обошлось в десятки потраченных лет и десятки тысяч смертей. Вполне возможно, что вердикт растительным маслам и маслам из семян вынесут быстрее, но на всякий случай не будем себя обнадеживать.

Чтобы полностью осознать опасность чрезмерного употребления омега-6-жирных кислот и трансжиров, нужно представить, что все клетки вашего тела буквально строятся из тех жиров, которые вы едите. Содержащиеся в продуктах питания жиры уходят на строительство клеточных мембран и напрямую влияют на их функции. Словом, если вы едите окисленные жиры, они накапливаются в клеточных мембранах и вызывают вялотекущее хроническое воспаление. Окисленные жиры становятся сигнальными молекулами, которые саботируют работу клеток. [1117]

● Доказано, что окисленная линолевая кислота и ее производные повреждают митохондрии и мешают нормальному функционированию клеток.

● Если рацион состоит из большого количества омега-6-жирных кислот, то организм сильнее подвержен солнечным ожогам, потому что клеточные мембраны проходят через процесс свободнорадикального окисления липидов под ультрафиолетовым излучением. [1120]

● Высокое соотношение омега-6 к омега-3 связывают с нарушением работы иммунных клеток и ослаблением иммунитета. [1121] Омега-3-жирные кислоты, которые содержатся в продуктах питания и биологически активных добавках, встраиваются в клеточные мембраны всех иммунных клеток. [1122]

● У животных кукурузное масло с высоким содержанием омега-6-жирных кислот вызывает аденокарциному легкого и способствует росту злокачественных опухолей, [1123] в то время как омега-3-жирные кислоты ингибирует эти процессы. [1124] Один японский исследователь заключил, что ЭПК и ДГК затрудняют карциногенез, а ЛК и воспалительные жиры его ускоряют. [1125]

● У пациентов с заболеванием периферических артерий жировые отложения находятся в состоянии воспаления из-за недостатка соединений на основе ДГК. [1126, 1127] После восстановления у животных с ожирением баланса омега-3-жирных кислот жировая ткань прекращала воспаляться. [1128]

● У мышей длинноцепочечные омега-3-жирные кислоты способствуют сжиганию жира и ингибируют пролиферацию жировых клеток. [1129, 1130, 1131, 1132] Крысы на рыбьем жире меньше обрастали висцеральным жиром и были чувствительнее к инсулину, чем мыши, которых кормили кукурузным маслом и салом. [1133]

Американская ассоциация кардиологов рекомендовала заменить насыщенные жиры на линолевую кислоту, потому что опиралась на результаты исследований, которые показали связь между развитием метаболического синдрома, резистентности к инсулину и воспалением с низким уровнем линолевой кислоты и высокой концентрацией насыщенных жиров. [1134] Действительно, низкий уровень линолевой кислоты в крови связывают с повышенным риском сердечно-сосудистых заболеваний и многих других заболеваний, и смертности от этих заболеваний. [1135, 1136] Однако в то время эксперты не знали, что при воспалении линолевая кислота окисляется и появляются метаболиты окисленной линолевой кислоты, которые снижают концентрацию этой кислоты в крови. [1137, 1138] Исследования, которые проводили с учетом этого фактора, доказали, что низкий уровень линолевой кислоты не связан с высоким риском смертности. [1139] Следовательно, воспаление снижает концентрацию линолевой кислоты в крови, и именно воспаление, а не нехватка продуктов с линолевой кислотой, лежит в основе этой связи. Вместо того, чтобы переходить на продукты с линолевой кислотой, нужно направить усилия на снятие воспаления, которое окисляет линолевую кислоту в организме.

Холестерин и окисление липидов

Ассоциация между заболеваниями сердечно-сосудистой системы и холестерином тоже не так уж прозрачна, как может показаться. Обзорная научная статья 2011 года заключила, что эпидемиологические данные не подтверждают прямую связь между холестерином в пищевых продуктах и сердечно-сосудистыми заболеваниями. [1140]

Согласно полученным данным, у половины пациентов с сердечно-сосудистыми заболеваниями нормальный уровень холестерина, тем не менее у них велик риск формирования бляшек в артериях. [1141] Исследование 2009 года позволило выявить, что у 75 % пациентов, госпитализированных с инфарктом, уровень холестерина был не настолько опасно повышен. [1142] На самом деле низкий уровень холестерина связывают со смертностью от сердечно-сосудистых заболеваний, инсультов и онкологических заболеваний, а высокий уровень холестерина не рассматривается, как основной риск-фактор. [1143, 1144] Холестерин – это незаменимая молекула, которая необходима клеткам для нормального функционирования. Он участвует в синтезе гормонов, желчи и витамина D. Существует несколько типов холестерина с различными свойствами:

● Липопротеины очень низкой плотности (ЛПОНП) – ЛПОНП доставляют триглицериды и холестерин всем отделам тела, чтобы получать из них энергию или отправлять на хранение.

● Липопротеины промежуточной (средней) плотности (ЛППП или ЛПСП) – ЛППП осуществляют транспорт холестерина и жиров, но их плотность находится в промежутке между ЛПНП и ЛПОНП.

● Липопротеины низкой плотности (ЛПНП) – ЛПНП переносят холестерин по системному кровоснабжению и доставляют питательные вещества в клетки.

● Липопротеины высокой плотности (ЛПВП) – ЛПВП собирают неиспользованный холестерин из крови и возвращают его в печень на переработку.

Проблемы возникают не из-за холестерина как такового, а вследствие его окисления и свободно-радикального окисления омега-6-жирных кислот, которые способствуют развитию атеросклероза. Окисление ЛПНП-холестерина свободными радикалами связывают с высоким риском сердечно-сосудистых заболеваний. [1145] У пациентов с коронарной болезнью сердца повышен уровень окисленных ЛПНП по сравнению со здоровыми людьми. [1146, 1147, 1148] Окисленные ЛПНП напрямую повреждают клетки, усугубляют воспаление и вызывают атеросклероз. [1149] Сами по себе ЛПНП не приводят к образованию пенистых клеток, а значит, только окисленные ЛПНП вызывают атеросклероз. Помимо этого, высокий уровень ЛПОНП точнее указывает на вероятность развития сердечно-сосудистых заболеваний, чем уровень одних только ЛПНП. [1150]

Размеры частиц липопротеинов тоже имеют значение. В ходе большинства исследований удалось выявить положительную ассоциацию между повышенным уровнем малых плотных частиц ЛПНП и риском развития сердечно-сосудистых заболеваний. [1151] Малые плотные частицы ЛПНП застревают на стенках артерий гораздо чаще, чем крупные. Кроме того, они дольше остаются в системном кровообращении и сильнее подвержены процессам окисления. Окисленная линолевая кислота находится внутри частиц ЛПНП и выступает в качестве главного катализатора окисления ЛПНП. [1152] После того, как линолевая кислота окисляется в ЛПНП, рецепторы ЛПНП в печени больше не узнают эту частицу ЛПНП. Зато ее вычисляют фагоцитарные рецепторы макрофагов, что приводит к формированию пенистых клеток и атеросклерозу. [1153, 1154] Вдобавок ко всему, линолевая кислота, которая содержится в ЛПОНП и ЛПВП тоже может окислиться и повлечь за собой риск развития сердечно-сосудистых заболеваний. [1155] Словом, чем больше омега-6-жирных кислот содержится в липопротеинах, тем выше шанс их окисления. [1156]

Интересно отметить, что холестерин связывается с насыщенными жирами и потому уже не окисляется с такой легкостью. Насыщенные жиры тем меньше подвержены окислению, чем сильнее они устойчивы к нагреванию. [1157] Насыщенные жиры сокращают концентрацию малых плотных частиц ЛПНП и еще одной разновидности липидов – липопротеина (а), по которым точнее судят о вероятности развития сердечно-сосудистых заболеваний, чем просто по уровню ЛПНП. [1158] Эксперты обнаружили взаимоотношение между потреблением большого количества насыщенных жиров и повышением уровня крупных плавучих частиц ЛПНП, а также снижением числа малых плотных частиц ЛПНП. [1159] В рамках одного исследования удалось установить, что у мужчин с преобладающими крупными плавучими частицами ЛПНП повышается уровень вредных малых плотных частиц ЛПНП, если они переходят на низкожировую высокоуглеводную диету. [1160] Вдобавок у них повышается уровень триглицеридов и снижается уровень ЛПВП, что увеличивает риск развития сердечно-сосудистых заболеваний. Отталкиваясь от этой информации можно заключить, что сокращение омега-6 ПНЖК и потребление большего количества насыщенных жиров вместо сахара и рафинированных углеводов помогает снизить риски развития заболеваний сердечно-сосудистой системы. [1161]

Действительно, насыщенные жиры повышают уровень холестерина, что предположительно вызвано снижением активности ЛПНП-рецепторов в печени. При недостаточном количестве рецепторов ЛПНП, или если они пребывают в спящем состоянии, частицы ЛПНП начинают накапливаться в крови вместо того, чтобы отправиться обратно в печень. [1162] Полиненасыщенные жирные кислоты, напротив, повышают активность рецепторов ЛПНП, тем самым снижая концентрацию ЛПНП в крови. [1163] Большая часть холестерина, который попадает в организм вместе с пищей, превращается в сложный эфир и плохо всасывается. Коротко говоря, уровень холестерина поднимется, пока жиры распределяются по организму. [1164] Тело ограничивает синтез собственного холестерина, если получает его с пищей. [1165] Следовательно, продукты с холестерином не поднимают уровень холестерина в долгосрочной перспективе. Считается, что дислипидемия и гиперхолестеринемия возникают из-за недостаточного потребления омега-3-жирных кислот. [1166]

Возможно, вам захочется возразить, что высокий уровень холестерина ведет к атеросклерозу и формированию бляшек. Однако первоначальная причина этих проблем со здоровьем кроется в окислении ЛПНП окисленной линолевой кислотой и в воспалении. Это происходит в результате употребления большого количества омега-6-жирных кислот. Они вводят организм в состояние хронического системного воспаления, окисляют все липиды путем свободнорадикального окисления.

Мы предлагаем несколько рекомендаций, которые помогут не допустить окисления липидов:

● Откажитесь от растительных масел и трансжиров – Рапсовое (каноловое) масло, хлопковое масло, сафлоровое масло, подсолнечное масло, соевое масло и маргарин содержат огромное количество провоспалительных омега-6-жирных кислот, которые вызывают окислительный стресс. [1167] Так как они тоже представляют собой ПНЖК, то они гарантированно окисляются в процессе производства и после употребления. Исключение здесь составляет оливковое масло, которое на самом деле отжимают не из семян, а из плодов, поэтому оно заставляет макрофаги меньше поглощать липопротеинов низкой плотности и снижает потенциальное перекисное окисление липидов. [1168] Антиоксиданты и полифенолы оливкового масла защищают его от окисления в процессе приготовления пищи. К сожалению, в основном магазинное оливковое масло смешивают с рапсовым, либо оно вообще не содержит оговоренных полифенолов и антиоксидантов. Если вы покупаете оливковое масло, то его нужно хранить в прохладном темном месте и успевать съедать за несколько недель, чтобы оно не испортилось. Оно должно быть экологически чистое, изготавливаться путем холодного отжима, на упаковке должны быть указана дата производства, срок годности и адрес производства. Чем сильнее вы ощущаете терпкий привкус на задней стенке горла, тем выше шанс, что в нем содержится достаточно полифенолов и других полезных соединений. Качественное оливковое масло оставляет легкую горчинку на задней стенке горла – ради пользы придется немножко потерпеть!

● Витамины С и Е – антиоксиданты, которые защищают от перекисного окисления липидов. Витамин Е препятствует смертности от сердечного приступа за счет смягчения процесса окисления липидов, но он должен поступать в организм с пищей. [1169] Нутритивная поддержка организма витаминами С или Е помогает снизить темпы свободнорадикального окисления липидов в одинаковой степени, однако одновременный прием обоих витаминов не преумножает их пользы. [1170]

● Физические упражнения – интенсивные занятия спортом вызывают окислительный стресс и перекисное окисление липидов. [1171] Однако после отдыха и восстановления в организме купируются воспалительные процессы. Физическая активность – это один из лучших защитных факторов от сердечно-сосудистых заболеваний, так как тренировки снижают маркеры метаболического синдрома, улучшают кровоснабжение тканей и повышают чувствительность к инсулину. [1172]

● Не пережаривайте пищу. Приготовление пищи на сильном огне, жарка, фритюр, гриль и пассеровка способствуют окислению жиров, а также разрушению антиоксидантов, которые защищают продукты от окисления. Неоднократное подогревание растительного масла способствует перекисному окислению липидов. [1173] Практически все масла, на которых готовят в ресторанах и других общепитах, способствуют развитию воспаления. Даже полезные ПНЖК, которые содержатся, например, в лососе, могут провоцировать перекисное окисление липидов, если их слишком сильно нагреть или зажарить. Такой способ приготовления лишает омега-3-жирные кислоты всех полезных свойств, потому что они окисляются. По этой причине нужно ограничить потребление консервированных морепродуктов (тунец, сардины, лосось). В процессе консервации применяют высокие температуры, которые окисляют полиненасыщенные жирные кислоты и холестерин.

● Переизбыток железа. Продукты активных форм кислорода, которые возникают в процессе метаболизма железа, вызывают свободнорадикальное окисление липидов. [1174] Повышенный уровень железа в организме предполагает большее количество окисленных липидов. Чрезмерная аккумуляция железа способствует окислительному стрессу и связана со многими заболеваниями, такими как артрит, рак, опухоли, диабет, сердечная недостаточность и повреждение печени. [1175, 1176, 1177] Завышенный ферритин поддерживает производство липоидного пигмента, основного пигмента старения, который ускоряет возрастные изменения. [1178]

● Низкий уровень меди. Дефицит меди снижает функции супероксиддисмутазы (SOD), усугубляет окислительный стресс и окисление липидов в организме. [1179] Более того, медь необходима для укрепления коллагена, а значит, недостаток меди пагубно сказывается на здоровье артерий и сердца. Недостаток меди ухудшает способность организма пользоваться железом и приводит к анемии, которую обычно связывают с нехваткой железа.

● Каротиноиды из разноцветных овощей и сала животных травяного откорма ингибируют перекисное окисление липидов и окисление гемоглобина. [1180, 1181] Морковь, репа, ямс и свекла – прекрасные источники этих натуральных соединений. Согласно результатам одного научного исследования, каротиноиды повышают уровень гидропероксидов липидов в мембранах с большим количествам ПНЖК. [1182] Отметим, что астаксантин оказывает обратное действие и снижает скорость перекисного окисления липидов. По всей видимости это происходит из-за окисления ПНЖК, которому астаксантин может противостоять, а обычные каротиноиды – нет. Астаксантин содержится в водорослях, лососе и розовых/красных морепродуктах. Самое главное – не подвергать их слишком сильной тепловой обработке. Употребление большого количества насыщенных жиров вместо ПНЖК перестраивает клеточные мембраны, в которых начинают преобладать насыщенные жиры, а они гораздо устойчивее к окислительному стрессу. В зависимости от прошлых пищевых предпочтений потребуется от нескольких месяцев до нескольких лет, чтобы полностью избавиться от окисленных ПНЖК, которые застряли в клеточных мембранах.

● Спирулина. Спирулина снижает уровень малонового диальдегида (MDA) – маркера свободнорадикального окисления липидов – в сыворотке крови. [1183] Отчасти причиной этому служит содержание жирных кислот в водорослях, а также их способность выводить токсины. Кормление крыс окисленным растительным маслом подрывает метаболическое здоровье, усугубляет окислительный стресс и вызывает повреждение печени. Спирулина помогает устранить эти неприятные последствия благодаря своим антиоксидантным свойствам, которые ингибируют окисление липидов. [1184] Дополнительный прием 2–3 г спирулины вместе с пищей тормозит окисление жиров, которые в ней содержатся.

● Соевое молоко. Не торопитесь радоваться! Употребление соевого молока в течение 28 дней позволило снизить концентрацию маркеров перекисного окисления липидов, таких как MDA, у здоровых испытуемых. [1185] Тем не менее молоко вместе с тем снижает концентрацию некоторых микронутриентов и даже вызывает их недостаточность. Соя – известный нарушитель гормонального спокойствия, и она снижает уровень тестостерона у мужчин. Поэтому лучше сосредоточиться на других продуктах с меньшими побочными эффектами.

● Измельченный чеснок. В чесноке содержится соединение аллицин, которое переходит в активное состояние после измельчения зубчиков. В рамках одного исследования удалось установить, что проглатывание зубчиков целиком никак не влияет на концентрацию липидов в сыворотке крови, а измельченный чеснок снижает уровень холестерина, триглицеридов, MDA и артериальное давление. [1186] Также чеснок оказывает антибактериальное и противогрибковое воздействие.

● Куркума. Одно из множества активных компонентов куркумы – «куркумин» – тормозит перекисное окисление липидов за счет усиления антиоксидантных ферментов, таких как супероксиддисмутаза и каталаза. [1187] За счет этого сокращается количество активных форм кислорода и восстанавливаются повреждения ДНК, вызванные свободно-радикальным окислением липидов. [1188] Вдобавок куркумин хелирует железо и сокращает его потенциал к окислению.

● Магний. Дефицит магния повышает восприимчивость тканей и липопротеинов к окислению и снижает концентрацию глутатиона. [1189, 1190, 1191, 1192] Необходимо получать оптимальное количество магния, чтобы контролировать воспалительные процессы и окислительный стресс на всех уровнях. Из-за недостатка магния, который приводит к окислению тканей, липидов и хроническому системному воспалению, опосредованно развиваются сердечно-сосудистые заболевания. [1193]

● Кофе, какао, оливковое масло, красное вино, чай, специи и авокадо – тормозят перекисное окисление липидов в продуктах животного происхождения, подверженных тепловой обработке. [1194, 1195, 1196, 1197, 1198, 1199, 1200, 1201] Полифенолы в целом ограничивают окисление липидов благодаря содержащимся в них антиоксидантам. У взрослых с диабетом второго типа полифенолы граната тормозят перекисное окисление липидов, но этот эффект не наблюдается у здоровых взрослых. [1202] Если выпивать либо по 4 кружки зеленого чая в день, либо принимать биологически активную добавку с экстрактом зеленого чая в течение восьми недель, то можно существенно сбросить вес, снизить ИМТ, уровень липидов и остановить процесс свободнорадикального окисления липидов у пациентов с ожирением и метаболическим синдромом. [1203] Кофеин и кофейные меланоидины ингибируют перекисное окисление липидов и препятствуют всасыванию вторичных продуктов окисления липидов. [1204, 1205]

● Глицин (и возможно глутамин). Защищает от повреждений, которые наносят окисленные растительные масла. [1206] При употреблении алкоголя глицин защищает печень от повреждений и перекисного окисления липидов. [1207] Биологически активная добавка глицин-пропионил-Л-карнитин (GPLC) в сочетании с аэробными нагрузками тормозит свободно-радикальное окисление липидов у людей с нормальным уровнем липидов. [1208] Добавки с глицином могут быть полезными при атеросклерозе, сердечной недостаточности, ангиогенезе при опухолях или поражении сетчатки, различных воспалительных синдромах, например, метаболическом синдроме. [1209] Глицин не повышает уровень инсулина и глюкозы в крови. Глицин в сочетании с 25 г глюкозы снижает уровень сахара в крови более чем на 50 %. [1210] Обычно глицин принимают по 3–5 г 1–3 раза в день.

Мы не утверждаем, что высокий уровень холестерина обходится для организма без последствий или каким-то образом защищает от болезней сердечно-сосудистой системы. Важно учитывать композицию липопротеинов, их размер, слаженность процесса обмена веществ и окисленность холестерина. Самое главное, что требуется для укрепления метаболического здоровья и прекращения перекисного окисления липидов, это избегать провоспалительных омега-6-жирных кислот и растительных масел. К сожалению, хронический стресс, влияние загрязнений окружающей среды и воспаление тоже приводят к окислению липидов вне зависимости от рациона.

В качестве защитной меры нужно уделить внимание функции эндотелия, другими словами, выяснить, как выстилающие стенки кровеносных сосудов клетки регулируют сосудистый тонус и окислительный стресс. Нарушение функции эндотелия вносит вклад в развитие атеросклероза и указывает на возможные в будущем патологии сосудов из-за ухудшения кровотока и снижения способности артерий к расширению. [1211, 1212] Такие заболевания, как гиперхолестеринемия и гипертония способствуют нарушению функции эндотелия. [1213] Оксид азота (NO) снимает воспаление и снижает агрегацию тромбоцитов, улучшая транспорт липидов. Благодаря улучшению кровотока все частицы быстрее уходят из крови, а значит, у них остается меньше шансов на окисление. Подводя итог, отметим, что регулярные занятия физическими упражнениями, посещение сауны и употребление в пищу цельной свеклы (не порошковой добавки) улучшают функцию эндотелия.

Мы предлагаем ознакомиться с таблицей температуры дымления масел. Точка дымления – это не та граница, при которой масло начинает окисляться. Например, многие масла, содержащие омега-6-жирные кислоты обладают высокой точкой дымления, но окисляются сразу, а оливковое масло холодного отжима с низкой точкой дымления содержит множество полифенолов, которые защищают его от окисления.

Вместо растительных масел и масел из семян используйте для приготовления блюд более безопасный жир животных травяного откорма, например, сливочное масло, топленое масло, сало или топленый жир. В основном эти продукты состоят из насыщенных жиров, которые намного стабильнее при нагревании и не так быстро окисляются.

Также не опасно готовить пищу на качественном оливковом масле первого отжима на умеренном и даже сильном огне, потому что антиоксиданты и полифенолы защищают от перекисного окисления липидов. Однако необходимо точно знать, что в том масле, которое вы используете, действительно содержатся вышеуказанные полифенолы, потому что в большинстве магазинных масел их нет. Мы предлагаем вам ознакомиться со списком, где перечислены сертифицированные производители оливкового масла, которых оказалось не более 21: https://www.aboutoliveoil.org/21–olive-oil-brands-certified-forauthenticity.

Список жиров и масел для приготовления пищи от лучших к худшим

1. Кокосовое масло, топленое масло, масло гхи, сало, топленый жир и оливковое масло первого отжима (ЛУЧШИЕ)

2. Масло авокадо

3. Аргановое масло

4. Масло ореха макадамия/арахисовое масло (НИЖНИЙ ПРЕДЕЛ)

НЕ ГОТОВЬТЕ НА ЭТИХ МАСЛАХ

5. Рапсовое (каноловое)

6. Рисовых отрубей

7. Подсолнечное

8. Виноградных косточек (ХУДШЕЕ)

Как сбалансировать омега-3- и омега-6-жирные кислоты

Мы привели достаточно неопровержимых доказательств в пользу того, что чрезмерное употребление омега-6-жирных кислот приносит вред здоровью и провоцирует развитие множества заболеваний. Особенно это актуально с точки зрения пропорций, в которых современные люди потребляют омега-6 и омега-3. Напомним, что соотношение на сегодняшний день составляет 20:1 и даже 50:1 в пользу омега-6-жирных кислот, а для сохранения здоровья это соотношение должно быть в пределах от 1:1 до 4:1. [1216] Ученые выяснили, что в эпоху палеолита общее потребление линолевой кислоты составляло примерно 7,5–14 г, что вполовину меньше того количества, которые люди съедают сегодня. [1217] Само собой все эти объемы линолевой кислоты поступали из натуральных продуктов, а в современном мире мы наблюдаем ее в основном в окисленных растительных маслах омега-6. В то же время мы едим в десять раз меньше АЛК (альфа-липоевая кислота), а ЭПК/ДГК в 143 раза меньше (сравните 100–200 мг сегодня и 660–14250 мг у людей времен палеолита). [1218]

Во времена палеолита люди съедали примерно в десять раз больше АЛК, чем это удается нам сегодня (15 г против 1,4 г), за счет чего они получали значительное количество ЭПК (~ 750 мг ЭПК у мужчин и 3,15 г ЭПК у женщин детородного возраста). [1219, 1220, 1221] Изобилие АЛК в пище, вероятно, объясняет, почему наш организм превращает только небольшое количество АЛК в длинноцепочечные омега-3-жирные кислоты. По аналогии с этим прежде человек получал больше готовых ЭПК/ДГК/ДПК, поэтому организму не нужно было преобразовывать АЛК в длинноцепочечные омега-3-жирные кислоты. Как показывают исследования, древний человек съедал куда больше ЭПК и ДГК, приблизительно 2000–4000 мг в день (и до 14 250 мг). [1222] Вдобавок ко всему все омега-6-жирные кислоты первобытные люди получали из орехов и семян в неокисленной форме, в то время как все омега-6-жирные кислоты, которые попадают на стол к современному человеку, уже окислены. В растениях содержание омега-3 из АЛК в три раза выше, чем омега-6. [1223]

Мясо мышц диких животных содержит в 2–5 раз больше омега-6-, чем омега-3-жирных кислот, а вот в жире пропорции составляют приблизительно 1:1. Таким образом, наши предки питались и растениями, и животными, и в результате добирались до заветных 1:1 омега-6 к омега-3. Нужно отметить, что сельскохозяйственные животные зернового откорма по сравнению с животными травяного откорма содержат в два раза больше омега-6. [1224] Дело в том, что скот кормят рафинированными злаками и семенами, в которых содержится большое количество омега-6 и мало омега-3. Также зерно повышает мраморность мяса. Помните, что от злаков полнеют не только люди, но и животные.

Приблизительный жировой состав диеты в эпоху палеолита и в наши время

По материалам Superfuel, DiNicolantonio J and Mercola J. (2018) ‘Superfuel’, Hay House Inc. 2018.

Необходимо подчеркнуть, что натуральные трансжиры не так вредят организму, как искусственные. Они даже в некотором роде полезны. Конъюгированная линолевая кислота (CLA) получается из трансжиров животных травяного откорма и помогает организму бороться со злокачественными опухолями. [1231] Вакценовая кислота – это трансжир, который содержится в грудном молоке женщины и может снижать уровень холестерина. [1232] Следовательно, в небольших количествах натуральные жиры из цельных продуктов не вредят организму, проблемы возникают при чрезмерном употреблении. То же самое правило применяется и к неокисленным омега-6-жирным кислотам из цельных продуктов, которые необходимы для нормальной работы организма. Самое главное – это отказаться от растительных масел, подвергшихся технологической обработке, и других окисленных ПНЖК.

Список различных жиров и масел и содержащиеся в них жирные кислоты

Согласно результатам исследований, оптимальное соотношение жиров, содержащихся в продуктах питания, мононенасыщенных (МНЖК) к полиненасыщенным (ПНЖК) и к насыщенным жирным кислотам представляет собой 6:1:1 соответственно. Отталкиваясь от этих данных, можно сделать вывод, что идеальная пропорция ПНЖК омега-6 и омега-3 составляет 1:1. [1233]

Ученые с давних времен проводят эпидемиологические исследования по теме о взаимоотношениях между употреблением рыбы в пищу и снижением риска развития сердечно-сосудистых заболеваний, снятием воспаления и метаболическим здоровьем. [1234] Люди, которые едят рыбу один или два раза в неделю, страдают от инсультов на 50 % реже, от сердечно-сосудистых заболеваний на 50 % реже, и смертность от болезней сердца на 34 % ниже по сравнению с теми, кто не ест рыбы. [1235, 1236] Биологические добавки с рыбьим жиром снижают концентрацию факторов риска развития заболеваний сердечно-сосудистой системы, однако не доказали эффективности в предотвращении этих заболеваний. [1237] Добавки с омега-3-жирными кислотами снижают риск смертности от сердечно-сосудистых заболеваний. [1238]

Многочисленные несоответствия в современных исследованиях возникают из-за искажающих факторов и других методологических недочетов, среди них: сопутствующее потребление омега-6-жирных кислот, медикаментозное лечение, слишком короткий период последующего наблюдения и недостаток статистической мощности исследования для демонстрации положительных результатов. [1239, 1240] В исследованиях прошлых лет, которые рассматривали пользу ЭПК и ДГК, таких погрешностей не было.

● В рамках исследования диеты и повторного инфаркта Diet and Reinfarction Trial (DART) удалось установить, что у пациентов с инфарктами в анамнезе в результате потребления большого количества жирной рыбы смертность от всех причин снизилась на 29 % по сравнению с теми пациентами, которые не получали такой рекомендации по питанию. [1241] Биологические активные добавки, содержащие омега-3-жирные кислоты (ЭПК и ДГК) сократили смертность от всех причин более чем на 50 %. [1242]

● В исследовании GISSI-Prevenzione (GISSI-P) тестировали действие ЭПК и ДГК на более чем 11 000 пациентов, которые недавно перенесли сердечный приступ. Те, кто перешел на полезные добавки к пище, реже страдали от повторных инфарктов, инсультов и не погибали от своих заболеваний. [1243, 1244] В еще одном итальянском рандомизированном контролируемом исследовании при участии 7 тыс. испытуемых с сердечной недостаточностью биологически активные добавки с ЭПК и ДГК помогли снизить риск смертности от всех причин и частоту случаев госпитализации с заболеваниями сердца и сосудов. [1245]

● В плацебо-контролируемом исследовании особенностей питания и добавок с омега-3-жирными кислотами Diet and Omega-3 Intervention Trial (DOIT) приняли участие 500 норвежцев мужского пола. Они принимали добавки с омега-3-жирными кислотами в дозировке около 2 г ЭПК и ДГК в день. Это позволило снизить смертность от всех причин на 47 %, [1246] а значит, можно сделать вывод, что ЭПК и ДГК продлевают жизнь тем, у кого не диагностированы сердечно-сосудистые заболевания.

Некоторые исследователи выдвигали предположение, что нутритивная поддержка рыбьим жиром может спровоцировать онкологические, сердечно-сосудистые заболевания и диабет. [1247] Однако даже большие дозы рыбьего жира (более 3000–4000 мг ЭПК/ДГК в день) не рассматриваются как передозировка, особенно если их сравнивать с рационом человека времен палеолита, который съедал по 14 000 мг в день. В наше время то, что принято считать высокой дозой рыбьего жира, для доисторических охотников и собирателей не представляло ничего особенного.

К сожалению, прогорклый или окисленный рыбий жир может вызывать перекисное окисление липидов, если его нагревать или оставлять на солнце. Степень испорченности зависит от экстракции, обработки и метода хранения. [1248] Высокая влажность повышает шансы на окисление жира. Большинство современных добавок с рыбьим жиром лежат на полках в магазинах под солнечными лучами и нагреваются по нескольку месяцев, а может, даже лет. Согласно данным с сайта consumerlabs.com добавки с прогорклым рыбьим жиром встречаются повсеместно. [1249]

По каким признакам можно понять, что рыбий жир или оливковое масло испортилось или прогоркло? Если жир плохо пахнет и обладает отвратительным вкусом, значит он уже успел окислиться. Многие производители добавляют ароматизаторы, например, лимон или клубнику, чтобы замаскировать под ними настоящий гадкий запах. Жиры и масла нужно прятать от солнечных лучей, тепла и кислорода. Лучше всего их хранить в холодильнике и успевать съедать за несколько недель или месяцев.

По сравнению с рыбьим жиром масло криля более устойчиво, но содержит гораздо меньше ЭПК и ДГК. Однако по результатам исследования 2011 года можно сделать вывод, что оба вида жира оказывают одинаковое действие на процесс обмена веществ несмотря на то, что в масле криля содержится меньше ЭПК и ДГК. [1250] Вероятно, дело в том, что масло криля всасывается лучше, чем рыбий жир, особенно если принимать его на голодный желудок. Еще одно полезное свойство масла криля заключается в том, что омега-3-жирные кислоты связываются с фосфолипидами, которые не разрушаются в кишечнике и в больших количествах преодолевают гематоэнцефалический барьер. [1251] Это масло считается более экологичным пищевым ресурсом.

Биологически активные добавки с омега-3-жирными кислотами на основе водорослей в целом безопаснее для организма, чем рыбий жир, потому что содержат меньше окисленных продуктов. Потенциальная загрязненность тяжелыми металлами в случае с водорослями тоже значительно ниже, если учесть, что в рыбе в той или иной мере содержатся загрязняющие вещества. С точки зрения окисления липидов спирулина снижает уровень малонового диальдегида (МDA), маркера перекисного окисления липидов. [1252] Хлорелла обладает способностью связываться с тяжелыми металлами и другими токсинами и выводить их из организма, поэтому ею можно воспользоваться, если употребление рыбьего жира или рыбы вызывает дискомфорт (однако молекулярно дистиллированный рыбий жир практически полностью выводит из организма ртуть). [1253]

Сравнительная таблица современных рекомендаций Американской ассоциации кардиологов по употреблению жирных кислот с научно обоснованными рекомендациями, которые мы предложили в этой главе

По материалам Superfuel, DiNicolantonio J and Mercola J. (2018) ‘Superfuel’, Hay House Inc. 2018.

Глава седьмая:

Воздействие высокими и низкими температурами для закалки иммунитета.

Как убить вирусы теплом и остановить цитокиновый шторм холодом

Человеческое тело с начала времен то и дело испытывало на себе воздействие стихий и неблагоприятных условий окружающей среды. Жара, влажность, низкие температуры и мороз приходят и уходят вместе со сменой времен года. К сожалению, в современном мире нам редко выпадает возможность ощутить все разнообразие климатических условий в своем регионе, потому что мы греемся за счет центрального отопления и зимней одежды. Из-за этого наше тело утрачивает возможность реагировать на изменения природы и не может им противостоять.

В этой главе мы познакомимся с концепцией гормезиса, основную идею которой можно выразить следующим образом: «все, что нас не убивает, делает нас сильнее». Этот биологический феномен давно известен – небольшая доза токсина или стресс-фактора делает организм крепче и повышает его сопротивляемость. Именно по этой причине физические упражнения полезны для здоровья, так как от небольших повреждений тело развивает силу. Гормезис – это важнейший компонент сильного иммунитета.

Ученые провели массу исследований на тему терапевтического воздействия высоких и низких температур и пользы таких оздоровительных процедур. Эксперты из Финляндии доказали, что посещение сауны более четырех раз в неделю снижает риск смертности от всех причин и сокращает развитие сердечно-сосудистых заболеваний на 40 %. [1256] Сауна благотворно влияет на процессы обмена веществ, наполняет жизненной энергией и укрепляет иммунную систему за счет активации белков теплового шока. Белки теплового шока восстанавливают поврежденные молекулы и предотвращают репликацию вирусов. Исследования показывают, что частые визиты в сауну способствуют профилактике простуды и гриппа.

Купание в холодной воде регулирует антиоксидантные защитные системы организма, например, глутатион и белки холодового шока. Это один из лучших способов снять воспаление и болевой синдром, связанный с ним. В этой главе мы поговорим о научном обосновании закаливания организма и узнаем, как правильно и безопасно подвергать себя высоким и низким температурам.

Возможно, вы полагаете, что изменения климата и глобальное потепление – явления последних лет, которые вызваны индустриализацией общества. Однако эти процессы безостановочно протекали на протяжении всей истории Земли. Миллионы лет назад динозавры обитали в эпоху чуть ли не тропического климата, а 10 000 лет назад большая часть планеты, напротив, была покрыта огромной толщей льда. Кстати, в то время температура земли была ниже всего на 5 градусов Цельсия. С 2500 года до н. э. наша планета успела пройти через многочисленные температурные колебания, когда периоды тепла уравновешивались заморозками и «малыми ледниковыми периодами». Нормальная средняя температура в XX веке составляла 14 ℃, а с XV по XVII век всего 12 ℃. В конце 2010 года средняя температура поднялась до 14,4 ℃. Несомненно, темпы изменения климата растут в геометрической прогрессии, но не стоит забывать, что каждый цикл состоит из множества этапов и все они уравновешивают друг друга.

Колебания температуры неразрывно связаны с историей человечества. Устойчивость и выживаемость нашего вида напрямую зависели от смены времен года и климата. Погода диктовала необходимость миграции, поиска доступных источников пищи, заставляла организм адаптироваться, например, менять цвет кожи или генетику. Внешние условия благоприятно сказывались на укреплении здоровья, иммунитета и повышали сопротивляемость стрессу. К сожалению, в современном обществе мы редко подвергаем себя воздействию стихий и предпочитаем постоянно находиться в стабильных внешних условиях. Мы включаем центральное отопление или кондиционер, как только чувствуем дискомфорт, и надеваем теплые вещи. В этом нет ничего предосудительного, ведь нам, прежде всего, так удобнее. Но дело в том, что мы должны осознать, какую пользу для здоровья приносят высокие и низкие температуры, и научиться их использовать для укрепления здоровья и повышения благополучия.

Разгул острых респираторных инфекций, таких как грипп, не в последнюю очередь определяется сезонами. [1257] Многие вирусы, например, риновирус, аденовирус и коронавирусы, подчиняются общей тенденции и повышают активность в зимние месяцы. Например, исследования 1954 и 1955 годов показывают, что пациентов с простудными заболеваниями в 50 раз больше в феврале, чем в сентябре. [1258] Риновирус свирепствует осенью, а респираторно-синцитиальный вирус (РСВ) и грипп облюбовали для себя декабрь и начало января. [1259]

Температура воздуха оказывает сильнейшее воздействие на развитие заболеваний дыхательных путей. Британские ученые выяснили, что пожилые люди обращаются с жалобами на инфекции нижних дыхательных путей на 19 % чаще с каждым похолоданием на 1 градус, если температура держится ниже 5 ℃ в течение 20 дней. [1260] Стюарт (2015) рассмотрел несколько вероятных причин этого явления: (1) Люди находятся в непосредственной близости друг к другу, что способствует передаче вируса. (2) Низкие температуры помогают вирусным частицам (вирионам) дольше выживать на наружных поверхностях. (3) Холод повышает предрасположенность к инфекциям. (4) В условиях холодного климата температура тела понижается, вследствие чего пробуждаются спящие вирусы.

Как бы то ни было, сезонность простуд не отличается постоянством. Например, РСВ находился на пике весной 2002 и 2006 годов, но в последующие годы его максимальная активность приходилась на зимние месяцы. [1261] Некоторые инфекции вспыхивают в разные времена года, потому что их возбудители мутируют и производят новые штаммы. Спящие вирусы активизируются зимой, когда иммунитет хозяина ослаблен, и вследствие этого повышается риск подхватить что-нибудь новенькое весной, но и снижается вероятность заразиться менее опасными штаммами. Доподлинно известно, что уровень витамина D, поддерживающего работу иммунной системы, колеблется в соответствии со сменой сезонов. Он достигает максимальной концентрации в конце лета и падает зимой. [1262] Сезонные дефициты витаминов и микроэлементов, таких как витамин С, цинк и селен, влияют на восприимчивость организма к инфекциям и тяжесть протекания вирусных заболеваний.

Воздействие тепла и высокой температуры на инфекции

Повышение температуры тела – это основная реакция теплокровных животных и рептилий на инфекции, которая сложилась миллионы лет назад. [1263] Больное животное имеет больше шансов на выживание, если его лихорадит. [1264] Жаропонижающие препараты, которые подавляют естественную реакцию организма на вирус, повышают риск возможной гибели от вируса гриппа и смерти в отделении интенсивной терапии. [1265, 1266] Однако высокая температура тоже не всегда полезна, особенно если она выходит из-под контроля во время септического шока. Следовательно, снятие такого симптома, как жар, требует сбалансированного подхода.

Повышение температуры тела укрепляет иммунную систему за счет преумножения белых кровяных клеток, лимфоцитов, нейтрофилов и интерферонов. Высокая температура повышает токсичность естественных киллеров, [1267, 1268] которые поддерживают противовирусную активность в организме. Повышенная температура или жар способствуют появлению белков теплового шока, которые ингибируют репликацию вируса [1269, 1270, 1271] и снижают концентрацию провоспалительных цитокинов. [1272] Следовательно, умеренное повышение температуры тела или легкий жар оказывают благотворное влияние на организм и помогают бороться с инфекциями.

Во время пандемии вируса атипичной пневмонии SARS в 2003 году один врач из Гонконга заметил, что повышение температуры тела ингибирует репликацию коронавируса. [1273] В своей статье в Британском медицинском журнале (British Medical Journal, BMJ) он сообщил, что пациенты с температурой выше 37 ℃ легче переносят инфекцию и быстрее поправляются по сравнению с теми, у кого температура держится ниже 36 ℃. Всемирная организация здравоохранения (WHO) установила, что коронавирус SARS погибает при температуре 56 ℃ со скоростью 10 000 единиц в 15 мин., что считается очень быстрым темпом. [1274] Также эксперты доказали, что вирус полиомиелита тормозит размножение в 200 раз при температуре 40 ℃. [1275] Даже бактериальные инфекции протекали легче и быстрее, когда насекомых подвергали воздействию высоких температур прежде, чем заражали болезнетворными микроорганизмами. [1276, 1277]

Гипертермия – это повышение температуры тела за пределами нормы. В среднем она начинается при температуре выше 37,5 ℃. [1278] Строго говоря, это состояние можно назвать жаром, но с клинической точки зрения серьезный жар начинается с отметки 38 ℃. Гипертермия представляет собой искусственный способ повышения температуры тела, в основном этого эффекта добиваются с помощью сауны или выполнения физических упражнений при высокой температуре воздуха.

Средняя температура тела человека составляет 36–37 ℃. [1279] Это наше гомеостатическое состояние. Какие-либо девиации нарушают этот баланс и подключают адаптивные способности организма, которые помогают вернуть утраченное равновесие. Условия окружающей среды, типичные для региона (например, проживание за Полярным кругом или в пустыне), а также закаливание (обливание холодной водой или купание зимой) помогают организму легче переносить высокие и низкие температуры и адаптироваться к ним через процесс гормезиса. Коротко говоря, подвергая себя воздействию экстремальных температур, вы делаете себя выносливее к перемене температуры воздуха.

Гормезис – это двухфазный адаптивный ответ на определенные стресс-факторы, такие как физические нагрузки, голодание, холод, жара и радиация. Малые дозы токсинов или стрессоров слегка повреждают организм, но вместе с тем помогают легче компенсировать это состояние в будущем и повышают выносливость. Как сказал Фридрих Ницше: «Все, что нас не убивает, делает нас сильнее». [1280]

Существует несколько способов инициировать гипертермический гормезис, среди которых физические упражнения, йога, сидение перед камином или сон под теплыми одеялами. Однако наиболее эффективным методом все же остается посещение сауны. Парение приносит неоценимую пользу здоровью и иммунной системе.

Польза гипертермии и сауны

Сауны и бани, или каким-либо иным способом организованные небольшие закрытые пространства с искусственно повышенной температурой, это визитная карточка многих народов. Особенно бани популярны в Северо-Восточной Европе и у эскимосов. В прошлом у людей было не так много способов очистить свое тело, кроме бани или сауны, потому что не существовало душа и других приспособлений для личной гигиены. Обычно люди всю неделю работали, а на выходных сидели в бане, чтобы собственный пот помог очистить тело. Современные исследования говорят о многочисленных полезных свойствах сауны и бани, которые продлевают жизнь и заряжают энергией.

● Посещение сауны помогает снизить риск развития сердечно-сосудистых заболеваний и улучшить состояние здоровья сердца. [1281] На инсульты и заболевания сердца приходится каждая четвертая смерть в Соединенных Штатах Америки, и это самые распространенные причины смерти по всему миру. [1282]

• Исследователи из Финляндии выяснили, что у людей, которые ходят в сауну 2–3 раза в неделю, на 22 % ниже риск смерти от внезапного сердечного приступа по сравнению с теми, кто парится только один раз в неделю. [1283] Более того, испытуемые, которые посещали сауну 4–7 раз в неделю, снизили риск развития заболеваний сердечно-сосудистой системы на 63 % и на 50 % смертность от этих заболеваний по сравнению с теми, кто ходил в сауну раз в неделю. Смертность от всех причин также снизилась на 40 %. [1284] Интересно, что наибольшую пользу здоровью приносили циклы парения от 19 минут и дольше.

● Воздействие высоких температур улучшает чувствительность к инсулину за счет экспрессии транспортера глюкозы GLUT4. Это способствует более быстрому выведению глюкозы из крови и доставке ее клеткам скелетной мускулатуры. У мышей 30 минут в условиях гипертермии по три раза в неделю в течение 12 недель привели к снижению уровня инсулина на 31 % и к повышению чувствительности к инсулину. [1285] У людей с ожирением после посещения инфракрасной сауны в течение двух недель значительно улучшились систолическое и диастолическое артериальное давление, поток-опосредованная дилатация, уровень глюкозы натощак, снизился вес и уменьшились жировые запасы. [1286]

● Посещение сауны состоит в обратной зависимости с деменцией и болезнью Альцгеймера. [1287] Во время парения повышается уровень эндорфинов и полезных нейротрофических факторов мозга, которые облегчают поддержку имеющихся синаптических связей и в то же время способствуют созданию новых.

● Воздействие высоких температур положительно регулирует выработку белков теплового шока. [1288] Белки теплового шока помогают телу адаптироваться к жаре и стрессу. Белки теплового шока обладают целым рядом полезных свойств:

• Выводят накопившиеся свободные радикалы и клеточные отходы по сходному с аутофагией методу. [1289]

• Восстанавливают поврежденные и неправильно свернутые белки, которые нарушают гомеостаз. [1290]

• Повышают уровень глутатиона и общую антиоксидантную активность. [1291]

• Активируют моноциты, дендритные клетки и макрофаги, чтобы улучшить презентацию антигена и сигнальные пути иммунной системы.

• Запускают мышечную релаксацию и регулируют работу сердечной мышцы. [1292, 1293]

• Повышение концентрации белков теплового шока под действием высоких температур продлевает продолжительность жизни у мух и червей на 15 % [1294, 1295, 1296]

● Парение в сауне укрепляет иммунную систему за счет усиленной выработки белых кровяных телец. [1297] Благодаря стимулирующему эффекту, который сауна оказывает на лимфатическую систему, организм избавляется от последствий отравления токсинами. [1298] В результате человек меньше болеет, и у него очищается кожа.

Посещение сауны с целью оздоровления организма и профилактики гриппа начали практиковать как минимум с 1957 года. [1299] В рамках исследования удалось установить, что у 2 тыс. мужчин, которые парились по 2–3 или более 4 раз в неделю, риск инфекций дыхательных путей сократился на 27 % и 41 % соответственно по сравнению с теми, кто посещал сауну реже одного раза в неделю. [1300] Эти же эксперты утверждают, что риск развития пневмонии снижается на 33 % и 47 % соответственно. [1301] В обзорной статье авторы исследования писали: «Регулярное посещение сауны в значительной мере снижает частоту и тяжесть заболеваний гриппом у детей и взрослых». [1302] Некоторые исследователи утверждают, что регулярное посещение сауны работает не хуже вакцинации, во всяком случае от некоторых инфекций. [1303] Во время Второй мировой войны в Финляндии основным методом профилактики тифа было регулярное посещение сауны. [1304] Завсегдатаи сауны, которые парились по многу раз в неделю в течение нескольких месяцев, в два раза реже заболевали простудой по сравнению с теми, кто не практиковал посещение парной. [1305] Следовательно, можно заключить, что сауна и другие разновидности воздействия высокими температурами снижают риск простудных заболеваний, гриппа, пневмонии и других респираторных инфекций.

Когда мышей подвергали воздействию высоких температур, а после заражали вирусом гриппа H5N1, у них значительно медленнее размножался вирус, появлялось меньше патологических изменений, и они реже умирали. [1306] Вероятно, эти изменения зависели от белка теплового шока 70 (HSP70), который не дает вирусным комплексам рибонуклеопротеида экспортироваться (этот этап необходим для репликации РНК-вирусов). Так как HSP70 ингибирует экспорт этих комплексов, то можно сделать вывод, что парение в сауне и гипертермия тормозят репликацию РНК-вирусов.

Зараженные вирусом гриппа моноциты крови пожилых людей хуже производят первый тип интерферона по сравнению с более молодыми пациентами. [1307] За счет этого организм утрачивает способность бороться с инфекциями и ограничивает синтез противовирусных антител. Отсюда вывод, что основным признаком старения иммунной системы служит сокращение производства интерферона. В результате ускоряется репликация вируса и повышается вирусная нагрузка, что влечет за собой риск цитокинового шторма в легких, острого респираторного дистресс-синдрома и смерти. К счастью, гипертермия и сауна помогают предотвратить или подавить цитокиновый шторм. Противовирусные (и противоопухолевые) свойства интерферона усиливаются вместе с повышением температуры. Эксперименты с клеточными культурами человека показали, что гипертермия улучшает противовирусные качества интерферона в 3–10 раз. [1308] Гипертермия также улучшает противовирусные функции и антипролиферативные свойства всех трех человеческих интерферонов. [1309] Интересно, что всего 15 минут в парной стимулируют иммунную систему за счет преумножения белых кровяных телец, лимфоцитов и нейтрофилов. [1310] Вирусные папилломы (обыкновенные бородавки) успешно лечат с помощью локальной гипертермии, вероятно также за счет успешной работы интерферона первого типа. [1311] У многих вирусов есть механизмы для остановки производства интерферонов, поэтому гипертермия служит потенциальной стратегией для подавления вирусных защитных механизмов. [1312, 1313]

Минимальная температура, которая создает эффект термического гормезиса и стимулирует иммунную систему, составляет 38 градусов температуры тела. То есть фактически это температура начала лихорадки с медицинской точки зрения. Согласно финским исследованиям, оптимальная частота посещения сауны составляет 2–4 раза в неделю, причем парению нужно уделять от 15 до 30 минут при температуре от 70 до 100 градусов. Чаще и дольше париться не обязательно, более того, если сауны становится слишком много, то польза для организма снижается. Тем не менее от регулярного парения тело становится выносливее и лучше переносит жар, поэтому чем чаще вы ходите в сауну, тем проще вам это дается.

Кроме того, очень важно поддерживать водный баланс организма до и после посещения сауны. Это необходимо, потому что вместе с потом тело теряет влагу и электролиты. Вот почему важно употреблять немного соли, возможно, от ¼ до ½ ч. л. соли на 10 унций (283,5 г) воды после посещения сауны, но это зависит от конкретного человека. Прежде всего необходимо проконсультироваться с врачом и удостовериться, что ваше здоровье позволяет посещать сауну. Также следует помнить, что начинать нужно с малого. Сперва попробуйте невысокую температуру и кратковременное пребывание в парной и постепенно поднимайте температуру и задерживайтесь подольше, пока вам комфортно. Распитие алкогольных напитков до или во время парения не рекомендуется, так как это может спровоцировать инсульт и смерть. Жаркая сауна в сочетании с алкогольным опьянением поднимают артериальное давление, поэтому объединять эти занятия неправильно.

Посещение сауны оздоравливает не только за счет высокой температуры воздуха, противовирусный эффект парения дополнительно опосредован оксидом азота (NO). NO – это естественный газ и сигнальная молекула, которая принимает участие в работе сердца и других физиологических процессах. [1314] Доказано, что NO ингибирует размножение коронавируса SARS, нарушая цикл репликации. [1315] NO или его производные снижают уровень пальмитоилированияя спайкового белка, что препятствует соединению спайкового белка с рецептором ангиотензин-превращающего фермента (АПФ). Оксид азота тормозит производство вирусной РНК на первых стадиях репликации вируса. Проще говоря, оксид азота не пускает вирус SARS-CoV в клетку, тормозит его репликацию и снижает вирусную нагрузку. [1316] Когда разразилась пандемия атипичной пневмонии SARS в 2003 году, пациентам в Пекине назначали вдыхать оксид азота, чтобы повысить насыщение кислородом артериальной крови и снизить потребность в кислородной терапии. [1317] У больных, которых лечили таким способом, рентгенограмма легких показала снижение инфильтративных изменений в легких, при этом польза от лечения сохранялась даже по завершении терапии оксидом азота. Все эти данные явно указывают на то, что повышение уровня оксида азота под действием солнечного тепла или сауны помогает бороться с РНК-вирусами.

Воздействие высоких температур, как известно, повышает концентрацию оксида азота. [1318] Так как парение стимулирует экспрессию эндотелиальной синтазы оксида азота (eNOS), [1319, 1320] эндогенную антиоксидантную активность [1321] и снижает окислительный стресс, [1322] то теоретически сауна помогает усилить производство интерферона первого типа (которому мешает окислительный стресс) и обезопасить активность eNOS. Отщепление эндотелиальной синтазы оксида азота может привести к дисфункции эндотелиального барьера и острому повреждению легких от РНК-инфекций. [1323] Отсюда можно заключить, что сауна и другие гипертермические стрессоры могут инициировать работу противовирусных механизмов за счет усиленного производства оксида азота. Он укрепляет эндотелиальные клетки и защищает от окислительного стресса во время цитокинового шторма.

Синтез оксида азота в результате посещения сауны благотворно влияет на работу сердечно-сосудистой системы, улучшает приток крови к органам, кровообращение, состояние митохондрий и снижает артериальное давление. У животных с гипертонией, которых лечили сауной, улучшились показатели желудочковой гипертрофии, фиброза и плотности капилляров. [1324] В рамках исследования пациентам с диабетом второго типа назначили принимать горячие ванны в течение трех недель, и в результате у них значительно снизились уровень сахара в крови и A1C. [1325] Лечение инфракрасной сауной в течение двух недель способствует сокращению жировых запасов, снижает систолическое артериальное давление, уровень глюкозы натощак и поток-опосредованную дилатацию. [1326]

При диабете второго типа инфракрасная сауна снимает стресс, усталость, улучшает самочувствие и повышает признаки социального функционирования. [1327] Следовательно, посещая сауну, можно бороться с вирусами, налаживать процесс обмена веществ и улучшать психическое состояние.

При сердечной недостаточности снижается уровень оксида азота и усугубляется воспаление. Теплолечение в инфракрасной сауне сеансами по 15 минут, согласно исследованиям, значительно снижает диастолическое артериальное давление у пациентов с сердечной недостаточностью. [1328] У больных с хронической застойной сердечной недостаточностью теплолечение улучшает сердечные показатели, снижает риск инсульта, системного сосудистого сопротивления, сокращает размеры сердца и увеличивает фракцию выброса. [1329] Один сеанс в сауне в течение 30 минут при температуре 73 градуса у пациентов в группе риска развития сердечно-сосудистых заболеваний снижает жесткость артерий и артериальное давление. [1330] Лечение сауной улучшает вариабельность частоты сердечных сокращений [1331, 1332] и повышает податливость сосудистой стенки. [1333] В сущности, воздействие теплом можно назвать древнейшим методом лечения и оздоровления организма.

Помогает ли парение вывести из организма токсины?

Одна из серьезнейших проблем жизни в современном индустриальном обществе – это воздействие пестицидов, тяжелых металлов, пластмассы, фталатов и других химических веществ. Большинство продуктов питания опрыскивают гербицидами, в средствах личной гигиены содержится алюминий, морепродукты напичканы ртутью, а посуда для приготовления пищи наводняет ее токсинами. Хуже того, мы дышим воздухом, в котором присутствуют загрязняющие вещества и выхлопные газы. Эксперты подсчитали, что приблизительно 92 % мирового населения дышат загрязненным воздухом, [1334] и если так, то как же нам бороться с неизбежной токсичной реальностью? Решение этой проблемы – ваш пот.

Исследования показали, что в жировой ткани человека скапливаются искусственно созданные соединения, в том числе стойкие органические загрязнители (СОЗ). [1335] Там они могут храниться десятилетиями, особенно если пути детоксикации организма подавлены, и вы не сжигаете жир. Этот токсичный мусор даже в небольших количествах негативно влияет на иммунитет и работу эндокринной системы. К счастью, есть способы избавить себя от этой ноши. По Программе Хаббарда, например, нужно совмещать посещение сауны, физические упражнения, ниацин и дополнительный прием масел, чтобы удалить из организма СОЗ и улучшить клинические симптомы. Исследования показывают, что при потоотделении в результате воздействия высоких температур человек теряет 25–30 % стойких органических загрязнителей. [1336] Кроме того, этот процесс повышает IQ, улучшает нейрокогнитивные функции, работоспособность и качество жизни. Даже спасатели-пожарные и ветераны войны в Персидском заливе, которые находились при нефтяных пожарах, благодаря лечебной программе с посещением сауны смогли улучшить симптомы расстройства дыхательных путей. [1337]

Несмотря на некоторые недоразумения, которые возникли вокруг этой темы, потогонный эффект действительно способствует удалению токсинов из организма и не в последнюю очередь поддерживает успех Программы Хаббарда. Потоотделение улучшает состояние при уремии, когда у пациентов с заболеваниями почек накапливаются токсины в крови. [1338] Лечебное парение в сауне помогает удалить из организма тяжелые металлы, такие как мышьяк, кадмий, свинец и ртуть, [1339] а также СОЗ. [1340] Эксперты по результатам исследования 2010 года заключили: «Потогонные процедуры можно назвать потенциальным методом удаления токсинов из человеческого организма». [1341] Кроме того, они доказали, что инфракрасная и паровая сауна помогают выводить фталаты, [1342] антипирены, бисфенол А, [1343] пестициды и ПХД. [1344] Сауна оказывает благотворное воздействие при воздействии плесени и микотоксинов. [1345]

Podstawski et al (2019) and Pilch et al (2013). [1346, 1347]

В чем разница между инфракрасной и традиционной сауной?

Инфракрасная сауна приносит дополнительную пользу за счет инфракрасного излучения. Излучение в инфракрасном диапазоне невидимо глазу и входит в состав солнечного света, хотя и обладает большей длиной волны, чем видимое излучение. Существуют три типа инфракрасного излучения: ближнего, среднего и дальнего диапазона. Дальний инфракрасный диапазон улучшает функцию эндотелия. [1348]

Традиционные деревянные сауны поднимают температуру тела с помощью конвективного тепла (путем нагревания окружающего тело воздуха), а инфракрасные сауны разогревают тело частично этим способом и частично заставляют тело нагреваться изнутри. Тепло инфракрасной сауны проникает глубже в ткани, где оно стимулирует синтез коллагена и активирует производство энергии митохондриями. Инфракрасное излучение повышает экспрессию эндотелиальной синтазы оксида азота (eNOS) за счет повышения температуры тела, то есть инфракрасная сауна греет не только теплом, но и излучением в инфракрасном диапазоне. Впрочем, традиционную сауну можно прогреть намного сильнее, от 90 до 120 градусов, а инфракрасная максимум разогревается до 70–75 градусов. Некоторым людям легче переносить инфракрасную сауну, потому что она не такая жаркая, но приносит организму ту же пользу, что и традиционная, а может, даже и большую. Так или иначе обе разновидности сауны способны выдать минимальную эффективную дозу тепла, необходимую для укрепления иммунитета и гормезиса. При этом, чем в сауне жарче, тем эффективнее организм учится переносить высокие температуры. Так работает феномен адаптации и стрессоустойчивости.

Научно доказано, что вдыхание горячего воздуха помогает снять симптомы простуды. В рамках рандомизированного односторонне слепого контролируемого исследования при участии пациентов с острой респираторной инфекцией удалось установить, что на второй день вдыхания ртом горячего воздуха больные стали меньше жаловаться на симптомы по сравнению с теми, кто дышал обычным сухим воздухом. [1349] Степень полезности процедуры, вероятно, была снижена, поскольку обе группы также посещали сауну при температуре 90 градусов. К тому же вдыхание горячего воздуха ртом – не совсем удачное решение для эксперимента, потому что РНК-вирусы прячутся главным образом в носу и околоносовых пазухах. Их активность скорее бы сошла на нет, если бы испытуемые вдыхали воздух через нос. Ученые в ходе рандомизированного двойного-слепого исследования сравнивали вдыхание влажного воздуха, разогретого до 30 ℃ в течение 20 минут из специального аппарата, с эффектом от вдыхания горячего воздуха температурой 43 ℃. Они обнаружили, что второй метод воздействия позволил в два раза снизить симптомы респираторной инфекции в последующие дни. [1350] У испытуемых, которые проводили 30-минутные сеансы при первых признаках простуды, на 18 % снизились характерные проявления заболевания. Авторы исследования пришли к выводу, что назальная гипертермия способствует немедленному облегчению симптомов простуды и смягчает протекание заболевания.

В заключении хочется отметить, что сауна и другие гипертермические терапевтические практики, например, вдыхание горячего воздуха через рот и нос, оказывают благотворное влияние на иммунитет. Помимо этого, посещение сауны приносит пользу сердечно-сосудистой системе, улучшает чувствительность к инсулину и повышает сопротивляемость стрессам. Воздействие высоких температур повышает активность интерферона первого типа, который выполняет ключевую функцию в борьбе с вирусами и препятствует их репликации. На протяжении десятков лет парение применяли как способ лечения симптомов простуды, гриппа и пневмонии. Если соблюдать рекомендации, которые мы предложили в этой главе, а именно: пить достаточно воды, получить разрешение врача на эти процедуры и не усердствовать слишком сильно, то практически любой человек сможет улучшить состояние здоровья, регулярно посещая сауну. А теперь давайте выясним, в чем заключается польза лечения холодом.

Воздействие низких температур и иммунитет

Большинство живых организмов нашей планеты обитают в неприветливых природных условиях, которые время от времени насылают заморозки. В силу этих причин у них развились специальные механизмы приспосабливания, которые помогают справляться с низкими температурами. К самым распространенным из них относится сокращение активности клеточных мембран и ферментов. [1351] Кроме того, организм производит особые белки холодового шока, которые помогают телу выстоять и адаптироваться к возможным повреждениям.

Белки холодового шока – это многофункциональные РНК и ДНК-связывающие белки, которые восстанавливают неправильно свернутые белки и РНК. [1352] Они присутствуют практически у всех живых организмов и считаются наиболее консервативными белками с точки зрения эволюции. [1353, 1354] Белки холодового шока представлены доменами холодового шока, которые включают около 70 различных аминокислот и связываются с ДНК. [1355] У человека преобладают белки семейства Y-бокс, среди которых Y-бокс-связывающий белок 1 (YB-1) является потенциальной целью терапии рака. [1356] Также к классу белков холодового шока относятся Lin28, кальций-регулируемый термостабильный белок 1 (CARHSP1), PIPPin и N-RAS (UNR) [1357].

Белки холодового шока и адаптация к холоду обладают рядом преимуществ с точки зрения укрепления здоровья и экспрессии генов. Давайте рассмотрим наиболее яркие примеры:

● Белки холодового шока YB-1 необходимы для эмбрионального развития и выживания. [1358]. N-RAS (UNR) поддерживает состояние плюрипотентности эмбриональных стволовых клеток [1359], то есть эти клетки могут превратиться в любые ткани в зависимости от потребности. Белки служат сигналом, который сообщает плоду о состоянии окружающей среды, в которой он находится, чтобы он готовился к встрече с ней еще до рождения.

● Лечение холодом помогает при нейродегенеративных заболеваниях, так как блокирует апоптоз нейронов и развитие воспаления. [1360] Недостаточное насыщение кислородом мозга новорожденного лечат с помощью охлаждения тела ребенка при 33 ℃ в течение трех дней. [1361] Это помогает ограничить повреждения мозга и обеспечивает выживаемость.

● Холод снимает воспаление при артрите. [1362] Пациенты с артритом значительно меньше жалуются на боли после того, как начинают ежедневно практиковать двухминутные сеансы купания в холодном душе в течение недели. [1363] Кроме того, холодная вода помогает снять боль в мышцах и другие болевые синдромы. Однако терапевтическое воздействие холодом не рекомендуется проводить вскоре после тренировок, поскольку это может снизить пользу гормезиса. После упражнений намного полезнее посетить сауну и хорошо прогреться, так как тепло усиливает пользу физических нагрузок, продлевая реакцию гормезиса.

● Дрожь и низкие температуры тела активируют бурую жировую ткань, что благотворно влияет на функцию митохондрий, ускоряет обмен веществ и улучшает терморегуляцию. [1364] Скорость обмена веществ и расходование энергии повышаются в результате воздействия холодом. [1365] Низкие температуры стимулируют метаболизм липидов, инициируют сжигание белого жира и снижают уровень триглицеридов. [1366] Термогенез с дрожью и без дрожи повышает уровень разобщающего белка 1 (UCP1) или термогенина, который способствует адаптации к стрессу, окислительно-восстановительному балансу и превращению белого жира в бурый. [1367]

• Когда людей с ожирением помещали в холодную комнату (14,5 ℃) на шесть часов в день, через десять дней у них выросла скорость метаболизма на 14 %. [1368] В ходе другого исследования стройных мужчин просили надевать охлаждающие жилеты на 90 минут в помещении при температуре 19,5 ℃. Уже через 30 минут скорость обмена веществ у испытуемых поднялась на 16,7 %, а скорость сжигания жира увеличилась на 72,6 %! [1369]

• Экспрессия белка UCP1 в митохондриях скелетных мышц увеличивает продолжительность жизни у различных существ. [1370] Вероятно, это происходит из-за профилактики формирования активных форм кислорода (АФК). [1371] Поднять уровень белка UCP1 помогают физические упражнения, голодание, воздействие холодом и теплом.

● Низкие температуры повышают уровень норэпинефрина или адреналина, которые способствуют концентрации внимания, бдительности и улучшают настроение [1372]. Три недели криотерапии помогают улучшить настроение и снизить тревожность у людей с легким депрессивным расстройством. [1373]

● Холод повышает уровень адипонектина – белка, который помогает поддерживать баланс уровня сахара в крови. [1374] Воздействие низкими температурами способствует поглощению глюкозы за счет стимуляции рецепторов глюкозы GLUT4, поэтому данная терапия потенциально приносит пользу при лечении диабета второго типа. [1375] В ходе одного исследования людям с диабетом второго типа предлагали проводить по 2–6 часов в комнате при температуре 14,5 ℃, в результате чего через десять дней у них улучшилась чувствительность к инсулину на 43 %. [1376] Коротко говоря, чтобы повысить чувствительность к инсулину, нужно отключить обогреватель.

● Купание в зимнее время снижает концентрацию мочевой кислоты и повышает уровень глутатиона. [1377] Эти два компонента представляют самые мощные системы детоксикации и замедления окисления, тем не менее в краткосрочной перспективе ледяное купание вызывает окислительный стресс и перекисное окисление липидов, но организм адаптируется к этим резким стресс-факторам. [1378] По этой причине польза гормезиса будет неполной без периода восстановления.

● Воздействие низких температур стимулирует иммунную систему и укрепляет здоровье так же, как физические упражнения. [1379] Ежедневный контрастный душ в течение 30 дней на 29 % сокращает количество прогулов на работе по болезни у здоровых взрослых людей. [1380]

Мигель с соавторами в 1976 году обнаружили, что мухи, которых содержали при 21 ℃ по сравнению с теми, которые находились при 27 ℃, жили в два раза дольше. А при температуре 18 ℃ – в три раза дольше. [1381] Другими словами, чем холоднее, тем больше продолжительность жизни. Взаимосвязь между высокой выживаемостью линейно возрастает со временем, проведенным при температуре 21 ℃ или ниже. Круглые черви аскариды, обитая при температуре на 5 ℃ ниже нормальной, жили дольше на 75 %. [1382]

Необходимо отметить, что лечение холодом приводит к ряду побочных эффектов. Мы должны их учитывать, потому как успех гормезиса зависит от времени и интенсивности воздействия.

● Воздействие холодом перед тренировками снижает максимальную генерируемую мощность и работоспособность у профессиональных велосипедистов. [1383] Перед занятиями лучше разогревать мышцы, чтобы избежать травм.

● Охлаждение сразу после тренировок препятствует наращиваю мышц и не дает адаптироваться к силовым тренировкам. [1384] Низкие температуры подавляют воспаление, которое создается во время физических нагрузок, которое на самом деле необходимо мышцам для роста. Поэтому не рекомендуется принимать холодные ванны или стоять под ледяным душем сразу после занятий.

● Хотя научно не установлено, что холод напрямую подавляет иммунитет, это может произойти, если вы испытываете стресс или физически измотаны. Доказано, что слишком интенсивные физические упражнения снижают иммунитет на короткий период времени. [1385] Если вы истощили все силы организма на адаптацию, то, выйдя дополнительно на холод, вы рискуете заболеть. Если стоять на ветру или сквозняке, то можно подхватить простуду.

● Вирусы более стабильны в холодной и сухой атмосфере и дольше сохраняют в ней жизнеспособность. [1386] Вирус гриппа чаще проявляет активность зимой, поэтому это заболевание считается сезонным. [1387] Риновирус человека быстрее размножается при температуре ниже 37 ℃. Если человек постоянно мерзнет и страдает от пониженной температуры тела, как при снижении функции щитовидной железы, то вирусам легче выживать внутри него. Таким образом, возникает еще одна причина, почему важно наладить процессы обмена веществ и функцию щитовидной железы. Даже те, кто живет за Полярным кругом, не сидят постоянно на жутком морозе. А краткие эпизоды охлаждения, такие, как ледяной душ или купание зимой, не причинят организму вреда. Лечение холодом способствует укреплению иммунитета, если соблюдать рекомендации и приступать к нему отдохнувшим и здоровым.

Воздействие высокими и низкими температурами оказывает похожее воздействие на организм с точки зрения гормезиса: они снижают уровень воспаления, благотворно влияют на сердечно-сосудистую систему и терморегуляцию. Однако теплолечение намного опережает лечение холодом, так как научных данных о его пользе больше, а побочных эффектов меньше. Обе терапии улучшают способность адаптироваться к стрессу и создают эффект гормезиса. Кроме того, наибольшей пользы можно достичь, если объединять оба вида лечения, но этот подход нуждается в дальнейшем изучении. Вероятно, воздействие холодом сразу после сеанса теплолечения ингибирует некоторые полезные процессы по тому же принципу, как холод тормозит рост мышц после тренировок. Но, с другой стороны, зимние купания вместе с посещением сауны повышают активность лизосомальных ферментов, которые связаны с аутофагией и удалением нефункциональных клеточных частиц, однако нет данных о том, насколько лучше с этим справляются обе процедуры в отдельности. [1389] Прогревание после охлаждения инициирует аутофагию, поэтому разумнее сперва испытать холодовый шок, а затем тепловой. [1390] Белки холодового шока поднимают уровень белка LC3, который связан аутофагосомами и аутофагией. [1391] В целом, поиск баланса между теплолечением и лечением холодом – настоящая загвоздка для биохакеров. Мы считаем, что пока не появилось больше научных исследований, лучше проводить сеансы холодной и горячей терапии отдельно, чтобы наверняка получить от них всю возможную пользу. Если подумать, тепло – это полная противоположность холода, и как естественные антагонисты они отменяют эффекты гормезиса друг друга. Например, охлаждение тела после прогрева не дает организму научиться адаптироваться к жару, то есть процесс адаптации к стрессу прекращается. Конечно, приятно принять бодрящий холодный душ после сауны, но в данном случае наша цель не облегчить организму жизнь, а ненадолго ввести его в стрессовое состояние!

Глава восьмая:

Питание и здоровье иммунной системы

Правильная диета – это самый простой способ укрепления иммунитета. Гиппократ говорил: «Пусть пища будет твоим лекарством, а лекарство – пищей». Вне всякого сомнения, мы должны получать все жизненно необходимые питательные вещества, но при этом стоит обращать внимание на качество продуктов питания. Даже, казалось бы, полезная еда может негативно сказаться на здоровье, если есть ее не в тех количествах и не в то время.

Разумеется, снижение веса, лечение метаболического синдрома и ожирения тоже имеют значение. Даже если похудеть только слегка, то уже можно избавиться от многих проблем, которые иммунной системе приносит ожирение. [1392] Чтобы предупредить развитие ожирения, можно есть все, что хочется, при условии соблюдения дефицита калорий. Однако, чтобы оздоровить тело и сохранить результат ваших стараний на длительное время, нужно внимательнее отнестись к питательным веществам, которые поддерживают защитные системы организма и помогают бороться с болезнетворными микроорганизмами.

При недостатке питательных веществ человек становится восприимчивее к различным инфекциям и заболеваниям, потому что ресурсы его иммунной системы не пополняются нужными соединениями. [1393] По этой причине страны третьего мира чаще страдают от вспышек инфекционных заболеваний. К несчастью, дефицит питательных веществ и выбор в пользу вредных продуктов ослабляет иммунитет жителей западных стран таким же образом. [1394, 1395, 1396] Доказано, что восполнение нехватки витамина D, цинка, железа и витамина А предотвращает развитие пневмонии и способствует выздоровлению, особенно у детей. [1397] Поэтому в свой рацион необходимо включить питательную пищу и подходящие биологически активные добавки.

В этой главе мы поговорим о том, какие продукты лучше подходят для укрепления иммунной системы. Мы выясним, какие питательные вещества поддерживают иммунитет, на какие продукты стоит обратить внимание, от каких следует отказаться и как питание влияет на работу иммунной системы. Кроме того, мы предложим вам несколько советов и практическое руководство по приготовлению пищи, чтобы сохранить максимум пользы продуктов.

Питательные вещества, необходимые иммунной системе

Давайте ознакомимся со списком витаминов, минералов и нутриентов, которые помогают иммунной системе оптимально функционировать.

● Витамин D имеет решающее значение для иммунной системы. Дефицит витамина D связан с повышенным риском развития инфекционных [1398] и аутоиммунных заболеваний [1399]. Поверхности большинства клеток организма и все белые кровяные тельца оснащены рецепторами витамина D. Рецепторы витамина D регулируют важнейшие функции всех клеток, в том числе иммунных. Если точнее, витамин D управляет более чем 5 % генома, кодирующего белок. [1400] Витамин D выступает в качестве буфера иммунной системы, он снижает уровень провоспалительных цитокинов и повышает концентрацию противовоспалительных цитокинов. [1401] Он стимулирует экспрессию противомикробных пептидов и улучшает барьерные функции. [1402]

• Витамин D обладает бактерицидными свойствами и защищает от болезнетворных бактерий и других микроорганизмов, например, от палочки Коха (M. Tuberculosis), которая вызывает туберкулез, за счет стимуляции интерферона-гамма. [1403] Активация толл-подобных рецепторов макрофагов человека повышает экспрессию рецепторов витамина D и активирует гены витамина D-1-гидроксилазы, которые стимулируют синтез противомикробного пептида кателицидина и убивают микобактерии туберкулеза. [1404, 1405] Кальцитриол, активная форма витамина D, которая нуждается в магнии в процессе синтеза, напрямую инициирует антимикробные пептиды в различных клетках, таких как миелоидные клетки, кератиноциты, нейтрофилы и эпителиальные клетки бронхов [1406]. Он оказывает антибактериальное воздействие на патогенные микроорганизмы, например, на Синегнойную палочку (Pseudomonas aeruginosa), которая вызывает муковисцидоз. [1407]

• Научное исследование при участии 19 000 человек с дефицитом витамина D показало, что они чаще страдают от инфекций верхних дыхательных путей. [1408] Многочисленные систематические обзоры ежедневного приема витамина D доказывают, что он защищает от респираторных инфекций. [1409, 1410] Мета-анализ 2017 года показал, что нутритивная поддержка витамином D снижает вероятность развития респираторной инфекции у людей с уровнем 25–гидроксивитамина D ниже 25 нг/мл на 70 %. [1411] В ходе исследования при участии 11 321 человека дополнительный прием витамина D снизил риск острой респираторной инфекции (ОРИ) на 12 % как при дефиците, так и при нормальном уровне витамина. Витамин D3, но не витамин D2, эффективно сокращал частоту гибели пациентов старшего возраста от респираторных заболеваний. [1412]

• Нехватка витамина D коррелирует с частыми простудами и гриппом. [1413] Доказано, что сезонность вируса гриппа связана с низким уровнем витамина D в зимние месяцы. [1414] Если давать детям по 1200 МЕ витамина D в день, то они реже болеют гриппом. [1415] Профилактический прием БАДов с витамином D предотвращает развитие гриппа и облегчает самочувствие у детей при вторичной астме. [1416] Дети с астмой и аллергией чаще страдают от дефицита витамина D. [1417]

• Эксперты из США провели исследование, в ходе которого изучили 190 000 пациентов с вирусом SARS-CoV2 из 50 штатов в период с середины марта до середины июня 2020 года. Они обнаружили взаимоотношения между заболеванием и уровнем 25-гидроксивитамина D в системном кровообращении. SARS-CoV2 превалировал у 39 190 пациентов с низким уровнем основного метаболита витамина D 25(OH)D (< 20 нг/мл) по сравнению с 27 870 пациентами с адекватными уровнями (30–34 нг/мл) и с 12 321 пациентом с уровнем витамина D более 55 нг/мл. [1418]

• В апреле 2020 года в ходе исследования ученые установили, что нутритивная поддержка витамином D снижает риск развития коронавирусной инфекции COVID-19 и смерти. [1419] Витамин D тормозит репликацию вируса, снижает уровень провоспалительных цитокинов и повышает концентрацию противовоспалительных цитокинов. Исследователи рекомендовали людям с высоким риском заражения вирусом гриппа или COVID-19 ежедневно принимать по 10 000 МЕ в течение нескольких недель, чтобы поднять концентрацию витамина 25(OH)D выше 40–60 нг/мл (100–150 нмоль/л), а затем продолжать по 5000 МЕ ежедневно. Строго говоря, оптимальный уровень находится в пределах 60–70 нг/мл. Отравление витамином D – явление редкое и обычно случается при сильной передозировке (>10 000 МЕ) в течение длительного времени. [1420]

• Самый биодоступный источник витамина D – солнце. [1421] На самом деле витамин D – это гормон, который синтезируется во время попадания солнечных лучей на кожу. Нужно ежедневно бывать на солнце так долго, как получается, но следить за тем, чтобы не появились солнечные ожоги. Лучше всего получать дозу солнечного света по утрам, чтобы сбалансировать циркадные ритмы, которые тоже не в последнюю очередь влияют на работу иммунной системы. [1422] У иммунной системы есть свои циркадные «часы», и когда они сбиваются, защита организма ослабляется. [1423]

• Наиболее богатые витамином D продукты – это дикий лосось (988 МЕ на 100 г) против 250 МЕ в лососе, выращенном на ферме [1424], сельдь (1600 МЕ на 100 г) [1425], рыбий жир (450 МЕ / ч. л.), яичные желтки (в магазинных яйцах содержится 18–39 МЕ, в то время как в яйцах от куриц свободного выгула концентрация в 3–4 раза больше) [1426] и некоторые витаминизированные продукты, например, молоко, хлопья и апельсиновый сок. Грибы синтезируют витамин D2, а не витамин D3. Витамин D2 поднимает уровень витамина D в крови, но этот эффект не сравниться с витамином D3. [1427] Объем витамина D в том или ином продукте зависит от того, сколько животное пребывало на солнце. Поэтому у дикой рыбы и животных свободного выгула витамина D больше.

● Витамины К2 и D действуют синергически и взаимозависимо. Витамин D регулирует уровень кальция в крови, а витамин К направляет его в нужное русло, то есть к костям и зубам. [1428] Отравление витамином D и дефицит витамина К связывают с кальцификацией мягких тканей. [1429, 1430] Низкий уровень витамина К также связан с развитием заболеваний сердечно-сосудистой системы. [1431] Дополнительный прием витамина К, как показывают исследования, снижает кальцификацию коронарных артерий. [1432]

• Дефицит витамина К2 взаимосвязан с наихудшими последствиями коронавирусной инфекции COVID-19. [1433] Вероятно, все дело в способности витамина К2 снижать кальцификацию эластина, который формирует сетку капилляров вокруг альвеол в легких и способствует равномерному газообмену. Именно этот процесс имеет решающее значение для пациентов с коронавирусной инфекцией в тяжелой форме. Низкий уровень витамина К2 связан с высокой концентрацией провоспалительных цитокинов. [1434] Витамин К2 выполняет функцию кофактора воспалительной реакции, опосредованной Т-лимфоцитами. [1435]

• Рекомендуемая суточная норма витамина К2 составляет 90 мкг для женщин и 120 мкг для мужчин. При этом не оговаривается разница между витамином К1 и К2. Витамин К1 содержится в зелени и крестоцветных овощах. Биодоступность витамина К1 из овощей можно легко повысить, если объединить их с полезными жирами, например, сливочным маслом от животных свободного выгула или оливковым маслом первого холодного отжима. Оптимальное количество витамина К2 в день находится в диапазоне 150–200 мкг/сут., которое можно получить из субпродуктов, ферментированных продуктов, например, квашеной капусты и натто, яичных желтков, темного мяса домашней птицы и ферментированных сыров.

● Магний необходим для осуществления всех процессов организма, в том числе иммунных. [1436] Дефицит магния способствует приросту провоспалительных цитокинов TNF-альфа [1437] и уменьшает количество CD8+ Т-лимфоцитов [1438]. Нехватка магния активирует макрофагов, нейтрофилов и эндотелиальные клетки, которые еще сильнее усугубляют воспаление. [1439] При недостатке магния тимус разрушается путем апоптоза и окислительного стресса. [1440] В третьей главе мы подробно рассмотрели тему дефицита магния и его связи с воспалением и иммунодефицитом.

• Магний необходим для активации и транспорта витамина D. [1441] Дефицит магния снижает уровень активной формы витамина D кальцитриола и нарушает гормональную реакцию паращитовидной железы [1442]. Это приводит к развитию магний-зависимого рахита с устойчивостью к витамину D [1443]. Отсюда вывод, что оптимизация уровня витамина D в организме требует достаточного количества магния. [1444] Обратим особое внимание на то, что активный витамин D необходим для производства и активации витамин К-зависимых белков, что в свою очередь невозможно без магния. [1445]

• Низкий уровень магния находится во взаимосвязи с повышенным риском тромбоза. [1446, 1447, 1448] Магний обладает антитромботическим действием, [1449] и нехватка этого микроэлемента провоцирует агрегацию тромбоцитов. [1450] In vivo магний снижает риск смерти от легочной тромбоэмболии. [1451] Дефицит магния нарушает функции эндотелия и вызывает окислительные повреждения клеток эндотелия. [1452] Дополнительный прием препаратов магния способствует улучшению функции эндотелия. [1453]

• Данные Министерства сельского хозяйства США за 1950–1999 годы указывают на неуклонное снижение концентрации витаминов и минералов в 43 распространенных продуктах растительного и животного происхождения. С 1975 по 1999 год среднее содержание кальция в овощах снизилось примерно на 27 %, железа – на 37 %, витамина А – на 21 % и витамина С – на 30 %. [1454] В период с 1940 по 1991 год содержание магния в овощах снизилось на 24 %, фруктах – на 17 %, мясе – на 15 % и сыре – на 26 % [1455]. В Великобритании концентрация магния в овощах упала приблизительно на 35 %. [1456]

• Самые легкоусвояемые формы магния – это L-треонат, цитрат, глицинат, таурат и аспартат. Избегайте карбонат, сульфат, глюконат и оксид магния, потому что они плохо всасываются и обычно идут как вспомогательные вещества. Рекомендуемая норма потребления магния составляет приблизительно 350–420 мг в день, и ее недополучают 50–75 % населения. [1457] Стресс, резистентность к инсулину и кофе заставляют организм терять магний, поэтому его надо принимать в больших дозах, до 500 мг в день.

● Селен – это важный минерал, который участвует в производстве гормонов, оказывает антиоксидантную защиту и поддерживает окислительно-восстановительный гомеостаз (компенсирует окислительный стресс). Он также является кофактором антиоксидантной глутатионпероксидазы, повышая ее экспрессию и активность. [1458] Дополнительный прием по 200 мкг селена позволил пациентам с хронической почечной недостаточностью повысить уровень глутатионпероксидазы. [1459] Подчеркнем, что более 400 мкг/сут. могут привести к отравлению и вызвать тошноту. Вирусные инфекции повышают потребность в селене из-за усиленного производства активных форм кислорода. [1460]

• Дефицит селена связан с патогенностью множества вирусов [1461]. Недостаток селена усугубляет патологическое воздействие вируса гриппа. [1462] При достаточных количествах селена пациенты чаще выживают от пневмонии, вызванной вирусом гриппа. [1463] Чем больше мы получаем селена вместе с пищей, тем лучше работает наша защита от гриппа. [1464] Наличие селена в организме – это определяющий фактор мутаций вируса гриппа. [1465] Дополнительный прием препаратов с селеном по 200 мкг в течение восьми недель повышает у людей с дефицитом селена цитотоксичность лимфоцитов к опухолевым клеткам на 118 % и активность естественных киллеров на 82,3 % по сравнению с исходным уровнем. [1466] Лучший натуральный источник селена – дрожжи. [1467]

● Витамин А – это группа жирорастворимых соединений, в которую входят три активные формы: ретинол, ретиналь и ретиноевая кислота, а также неактивные формы – каротиноиды, такие как альфа-каротин, бета-каротин и бета-криптоксантин из растений. Они необходимы для гармоничного физического развития, роста и работы иммунной системы. [1468] С 1920 года известно, что витамин А обладает противовоспалительным и противоинфекционным действием. [1469]

• Ретиноевая кислота выполняет ключевую роль в регуляции работы иммунных клеток, в том числе участвует в выбросе интерферонов. [1470] Ретиноевая кислота регулирует дифференцировку дендритных клеток, [1471] которые являются мощными антигенпрезентирующими клетками, модулирующими адаптивный и врожденный иммунитет. [1472] Ретиноевая кислота имеет решающее значение в регулировании толерантности к бактериям и пищевым антигенам. Также ретиноевая кислота подавляет активность иммуноглобулина Е, что смягчает аутоиммунные и аллергические реакции. [1473]

• Иммунные органы, такие как тимус, нуждаются в витамине А для производства тимоцитов. [1474] У мышей дефицит витамина А нарушает реакцию с производством антител. [1475] При низкой концентрации витамина А у грызунов не получается выдать полноценную иммунную реакцию на вирусы, бактерии и другие антигены. [1476, 1477] Результаты исследований связывают дефицит витамина А с повышенной восприимчивостью людей к инфекциям. [1478]

• Витамин А помогает формированию эндотелиальной ткани и слизистых оболочек, которые служат первой линией защиты от болезнетворных микроорганизмов. [1479] Кроме того, витамин А присутствует в слизистой оболочке дыхательных путей и кишечника и улучшает антигенный иммунитет этих тканей. [1480] Ретиноевая кислота контролирует сигналы врожденных лимфоидных клеток, которые располагаются на поверхности слизистой оболочки кишечника, где она поддерживает иммунитет и следит за барьерной функцией. [1481]

• Исследование 2017 года показало, что дефицит витамина А дозозависимо связан с туберкулезом. [1482] Согласно эпидемиологическим данным, у здоровых людей в сыворотке содержится больше витамина А, чем у больных туберкулезом или ВИЧ. [1483, 1484] In vitro ретиноевая кислота вместе с витамином D3 ингибирует пролиферацию палочки Коха M tuberculosis и препятствует ее выживанию. [1485] Дополнительный прием витамина А снижал частоту заболевания туберкулезом у ВИЧ-инфицированных пациентов в Ботсване. [1486] Восполнение недостатка витамина А снижает риск возможной смерти от малярии и кори. [1487]

• Витамин А оказывает терапевтическое воздействие на детей с респираторными заболеваниями, такими как пневмония и корь. [1488] Витамин А сокращает смертность, заболеваемость и проблемы со зрением у детей в возрасте от 6 месяцев до 5 лет. [1489]

• Даже Всемирная организация здравоохранения рекомендует давать детям из менее развитых стран в этой возрастной группе препараты с витамином А, чтобы избежать дефицита витамина и повышения смертности. [1490] Рекомендуемая норма потребления витамина А для детей составляет 1665 МЕ/день. [1491] Во время инфекций человек теряет витамин А, который выводится вместе с мочой. [1492]

• Дефицит витамина D вкупе с усиленным потреблением витамина А может привести к аккумуляции эндогенных ретиноидов, вызывающих активацию вируса и повышающих восприимчивость к новым штаммам гриппа. [1493] Хотя нормальное с физиологической точки зрения количество ретиноидов в сочетании с витамином D помогает ингибировать патогенез вируса гриппа, при неудовлетворительном соотношении витаминов D и А болезнь только усиливается. Употребление добавок только с витамином А может повысить частоту инфекционных заболеваний дыхательных путей, а в больших дозах витамин А может вызвать симптомы, типичные для гриппа. [1494] Так как ретиноиды регулируют рост клеток, они также влияют на репликацию вируса. [1495]

• Основная польза витамина А содержится в его активных формах, то есть в ретиноле, ретинале и ретиноевой кислоте. Эти соединения можно найти только в пище животного происхождения. Хотя витамин А в форме бета-каротина может переходить в активную форму, его всасывание определяется другими жирорастворимыми питательными веществами и конверсия не всегда адекватна. [1496] По этой причине строгие «морковные» диеты с малым содержанием жиров не обеспечивают организм нужной, активной формой витамина А.

• Высокие дозы витамина А, например, 12 000 мкг, могут вызвать отравление, сонливость и кому. Это состояние называют гипервитаминозом А. Переизбыток витамина А во время беременности может вызвать пороки развития у плода. [1497] Рекомендованная суточная норма ретинола составляет 700–900 мкг для мужчин и женщин соответственно. Однако этого недостаточно, и лучше получать каждый день по 5000 мкг из цельных продуктов. Лучшие источники витамина А – это печень, масло печени трески, яичные желтки и лосось. Если вы едите мясо, субпродукты и яйца, то вам не нужно дополнительно принимать витамин А.

• Жирорастворимые витамины, такие как D и А, оказывают друг другу взаимопомощь. Витамин А снижает токсичность витамина D и наоборот. [1498] Прием препаратов с витамином D значительно повышает токсические дозы витамина А. [1499] Следовательно, дефицит витамина D потенциально приводит к отравлению витамином А. Чтобы не навредить себе витамином А, убедитесь, что у вас достаточно высокий уровень витамина D.

● Витамин С – это антиоксидант, который производят многие животные, особенно во время стресса. [1500, 1501] Человек утратил возможность синтезировать витамин С, поэтому нам нужно получать его вместе с пищей. Доказано, что витамин С повышает уровень глутатиона. [1502] Он перерабатывает окисленный витамин Е, [1503] обеспечивает защиту клеточным мембранам от перекисного окисления липидов. Он необходим для синтеза коллагена, а коллаген – это строительный материал большинства внутренних органов, в том числе легких и эндотелия. [1504]

• Систематический обзор 23 клинических исследований, в которых приняли участие 6000 детей, показал, что 1–2 грамма витамина С в день снижают продолжительность и тяжесть простуды на 13–26 %. У взрослых 1–4,1 г витамина С в день снижают продолжительность и тяжесть простуды на 6,9–20 %. Исследование с участием призывников выявило, что 1–2 г витамина С в день снижают продолжительность симптомов простуды на 69 %. [1505]

• Людям пожилого возраста с острыми респираторными инфекциями 200 мг витамина С в день помогали быстрее выздоравливать и снижали уровень смертности. [1506] Многие врачи считают внутривенные инъекции с витамином С потенциальным лечением коронавирусной инфекции COVID-19. Однако этот способ не входит в стандарт медицинской помощи. [1507] При функциональной недостаточности органов и сепсисе внутривенное введение витамина С не улучшает состояние органов или воспалительных маркеров, но снижает уровень смертности. [1508]

• Спортсмены, которые регулярно принимают витамин С, в два раза реже заболевают простудой, чем те спортсмены, которые не пьют витамина С. [1509] Дополнительный прием препаратов с витамином С в дозировке 600 мг в сутки после забега на сверхмарафонские дистанции снижает риск возникновения инфекций верхних дыхательных путей более чем на 50 %. [1510]

• В мета-анализе 2020 года, опубликованном в Journal of Intensive Care, сказано, что от 1 до 6 г витамина С внутривенно сокращают время пребывания пациентов на ИВЛ в отделении интенсивной терапии на 25 %. [1511] Мышам в состоянии стресса давали витамин С, и это помогло предотвратить появление пневмонии после заражения вирусом H1N1. [1512]

• Витамин С помогает регулировать аутоиммунные реакции. Он контролирует уровень гистамина и разрушает лишний гистамин. [1513] Гистамин – это органическое соединение, которое принимает участие в иммунных процессах, особенно при воспалительных, аллергических проявлениях и зуде. [1514] Если гистамина становится слишком много, он может спровоцировать аутоиммунные реакции и гиперчувствительность. [1515] Ученые выяснили, что 2 г витамина С снижают уровень гистамина на 38 %. [1516]

● Витамины группы В – важнейшие водорастворимые витамины, которые постоянно нужны организму. Они задействованы в реакциях врожденного и адаптивного иммунитета. [1517] Кроме того, они поддерживают работу нервной системы, способствуют процессу производства энергии и метилирования. Доказано, что витамины группы В снижают количество провоспалительных цитокинов, улучшают функцию внешнего дыхания, сохраняют целостность эндотелия и препятствуют развитию гиперкоагуляции. [1518, 1519] Дефицит витаминов группы В может вызвать гиперчувствительность. [1520] Благодаря адаптогенным свойствам витамины группы В помогают справляться со стрессом. [1521]

• Витамин В1, или тиамин при достаточной концентрации снижает риск развития сердечно-сосудистых заболеваний, болезней почек, психических расстройств и нейродегенерации. [1522] Терапия высокими дозами тиамина улучшает диабетическую нефропатию на ранних стадиях. [1523] У крыс недостаток тиамина расшатывает состояние иммунной системы. [1524] Дефицит тиамина вызывает воспаление и ингибирует гуморальную иммунную реакцию – образование антител.

• Витамин В2 или рибофлавин – это неотъемлемый питательный элемент, который обеспечивает целостность слизистых оболочек, кожи, глаз и нервной системы. [1525] Нехватку рибофлавина связывают с депрессией. [1526] Доказано, что прием препаратов с рибофлавином помогает снизить неврологическую инвалидность при рассеянном склерозе. [1527] Ультрафиолетовое излучение в сочетании с рибофлавином повреждает РНК и ДНК вирусов, бактерий и других патогенов, препятствуя их репликации. [1528] Сочетание рибофлавина с ультрафиолетовым излучением снижает концентрацию вируса SARS-CoV2 в плазме крови человека. [1529] Рибофлавин также ингибирует HMGB1, который, вероятно, вызывает цитокиновый шторм. [1530] К наиболее ценным источникам рибофлавина относятся субпродукты, яйца, рыба и некоторые овощи (хотя в растительной пище содержатся только прекурсоры). [1531]

• Витамин В3, или ниацин (никотиновая кислота) – это прекурсор никотинамидадениндинуклеотида (НАД), кофермента множества физиологических процессов, в том числе иммунных и восстановительно-окислительных. НАД применяется на ранних стадиях инфекции для подавления воспаления и снижения уровня провоспалительных цитокинов. [1532, 1533, 1534] Ниацин улучшает состояние при дислипидемии и облегчает последствия сердечно-сосудистых заболеваний, особенно если пациент еще не принимает статины. [1535] Больше всего витамина В3 содержится в таких продуктах, как пивные дрожжи, красное мясо, рыба и кофе. [1536] Рекомендуемая суточная норма потребления ниацина составляет 16 мг/сут. для мужчин и 14 мг/сут. для женщин. Если принимать от трех и более грамм ежедневно, то от передозировки может развиться резистентность к инсулину. [1537]

• Витамин В5, или пантотеновая кислота главным образом участвует в энергетическом метаболизме и гомеостазе липидов. [1538] Назальные спреи с аналогами пантотеновой кислоты помогают справиться с заложенностью носа, облегчить состояние при аллергии и воспалении. [1539] Витамин В5 в избытке содержится в печени и других субпродуктах. На 100 г говяжьей печени приходится 163 % от рекомендуемой суточной нормы витамина В2 и 1122 % суточной нормы витамина В12. [1540]

• Витамин В6, неактивная форма – пиридоксин (содержится в растениях) и активная форма – пиридоксаль 5–фосфат (содержится в продуктах животного происхождения). Он принимает участие в управлении сном, настроением и воспалением. Люди, подверженные депрессиям и тревожности, страдают от низкого уровня витамина В6. [1541] Низкий уровень витамина В6 связывают с воспалительными заболеваниями, например, воспалительным заболеванием кишечника (ВЗК), диабетом и сердечно-сосудистыми заболеваниями. [1542,1543, 1544] При коронавирусной инфекции COVID-19 дополнительный прием пиридоксаль 5-фосфата снижает активность провоспалительных цитокинов и борется с гиперкоагуляцией. [1545] В период инфекционных заболеваний и воспалительных процессов пиридоксаль 5-фосфат расщепляется, а низкий уровень этого жизненно важного витамина нарушает нормальную работу иммунной системы, усиливает синтез цитокинов, приводит к высвобождению ренина и агрегации тромбоцитов, снижает синтез интерферона первого типа, тормозит движение лимфоцитов и нарушает целостность эндотелия. [1546] Исследования на животных показывают, что дополнительный прием витамина В6 укорачивает продолжительность и снижает тяжесть вирусной пневмонии. Вероятно, причина этого явления состоит в том, что витамины В6, В2 и В9 повышают уровень противовоспалительного IL-10. [1547] Активная форма витамина В6 также необходима для функционирования диаминоксидазы (ДАО, DAO) – фермента, который расщепляет гистамин. [1548]

• Витамин В9, или фолиевая кислота, или фолацин имеет решающее значение для метилирования, ДНК и синтеза белков. С точки зрения иммунной системы метилирование необходимо для поддержания работы иммунных клеток, таких как Т-лимфоциты, и активации иммунного ответа. [1549] Неправильное метилирование связано с развитием аутоиммунных заболеваний. [1550] Фолицин, который также носит название 5-метилтетрагидрофолат, увеличивает концентрацию донора метила SAMe (S-аденозилметионин). Недостаточное или нарушенное метилирование повышает уровень гомоцистеина, который коррелирует с развитием заболеваний сердечно-сосудистой системы. [1551] К другим нутриентам, которые поддерживают метилирование, относятся аминокислота метионин, витамины В12 и В6, глицин, бетаин или триметилглицин, креатин, холин, N-ацетилцистеин и богатые серой продукты, такие как крестоцветные овощи. [1552]

– Мутации гена MTHFR приводят к ошибкам регуляции гомоцистеина и метилирования. MTHFR – это ген, который помогает формировать метильные группы с фолиевой кислотой и перерабатывать гомоцистеин в метионин. У каждого из нас есть 2 гена MTHFR от обоих родителей. Если один из генов MTHFR оказался с мутацией, то вы относитесь к «гетерозиготным». А если мутировали оба гена, то к «гомозиготным». Наличие одной мутации не представляет интерес с медицинской точки зрения, да и с двумя мутациями не у всех развивается гипергомоцистеинемия. Людям с мутациями MTHFR, особенно с генотипом MTHFR 677 TT, показано принимать по 1,6 мг рибофлавина (витамина В2) каждый день. [1553, 1554]

• Витамин В12 или кобаламин необходим для роста клеток, функционирования нервной системы и синтеза миелина. Низкий уровень витамина В12 повышает уровень гомоцистеина, усиливает воспаление и окислительный стресс. [1555] Дефицит витамина В12 может вызвать проблемы с желудочно-кишечным трактом, дыхательной системой и центральной нервной системой. [1556] Витамин В12 практически невозможно получить с растительной пищей (единственное известное исключение – морская капуста нори), поэтому веганская диета обычно страдает от недостатка этого витамина. [1557] Доказано, что нехватка витамина В12 приводит к повреждению нервов и нейропатиям. [1558] Препараты с метилкобаламином в теории можно применять как потенциальную стратегию защиты внутренних органов от повреждений вследствие коронавирусной инфекции COVID-19. [1559] В Сингапуре пациентам с COVID-19 давали по 500 мкг витамина В12, 1000 МЕ витамина D и магний, в результате чего у них реже проявлялись тяжелые симптомы и они меньше нуждались в интенсивной терапии. [1560]

● Цинк и медь. Человеку цинк необходим для обеспечения работы более 300 ферментов и более 1000 факторов транскрипции (белки, которые регулируют функцию генов), в том числе и для поддержки иммунной системы. [1561] В ферментативных реакциях он выступает в качестве катализатора и усиливает их действие. [1562] Цинка можно потреблять не более 100 мг в сутки, потому как высокие дозы, во всяком случае в долгосрочной перспективе, вызывают тошноту, рвоту и ослабляют иммунитет. Устрицы – это самый богатый источник цинка, они содержат 74 мг цинка на 100 г продукта. Также он содержится в говядине, домашней птице и некоторых орехах.

• Цинк имеет решающее значение как структурный компонент белков и клеточных мембран, который предотвращает окислительный стресс. [1563] Цинк необходим для производства гормонов и укрепления иммунитета. Низкий уровень цинка приводит к проблемам в желудочно-кишечном тракте и повышает риск развития пневмонии. [1564] Однако избыточное потребление дополнительного цинка приводит к отравлению и болям в желудке. [1565]

• Пастилки с ацетатом цинка и глюконатом цинка не дают простудным вирусам закрепляться на клетках и сокращают продолжительность заболевания гриппом. Отметим, что пастилки для рассасывания помогают только на начальных стадиях инфекционного заболевания. Оптимальная дозировка для взрослого человека, согласно клиническим исследованиям, составляет примерно 80–200 мг/сут., которые нужно разделить на несколько приемов. Между приемами стоит выдерживать от 2 до 3 часов, и наилучших результатов можно добиться, если начать принимать цинк в первые 24 часа после появления симптомов. [1566] Согласно исследованиям при участии детей, регулярный прием цинка служит профилактикой гриппа. [1567] Доказано, что цинк ингибирует репликацию вирусов, таких как вирус атипичной пневмонии SARS и артериовирус. [1568] Не принимайте более 200 мг цинка в день и не пейте его дольше двух недель, кроме того, всегда добавляйте к цинку медь. Не пользуйтесь назальными спреями с цинком, потому что они могут временно лишить чувства обоняния.

• Цинк/медь – типичное соотношение для среднего человека составляет 15–20 мг/1 мг цинка/меди или (30–40 мг/2 мг меди), а пожилым людям обычно показано 40–80 мг цинка с 1–2 мг меди соответственно. Исследование AREDs показало, что 40 мг/1 мг цинка/меди два раза в день снизили смертность на 27 %. На эти проценты как раз приходились случаи гибели от респираторных заболеваний. [1569] Медь как кофактор нужна лизилоксидазе, которая соединяет коллаген c эластином, придавая ему прочность на растяжение. [1570] Медь необходима для синтеза коллагена и эластина, [1571] без которых невозможно нормальное функционирование легких.

● Витамин Е – рекомендуемая суточная норма потребления альфа-токоферола составляет 15 мг, а верхний предел – 1000 мг. Жирорастворимый витамин Е – это мощный антиоксидант. Технически он состоит из класса витаминов Е, которые называются токотриенолы и токоферолы. Дефицит витамина Е случается редко, потому что он содержится в овощах, рыбе, жире животных травяного откорма и орехах. Вместо препаратов с витамином Е лучше использовать для его восполнения натуральные, цельные продукты.

Таблица рекомендованной суточной нормы всех незаменимых витаминов и минералов

Существуют разные способы восполнить недостаток жизненно важных питательных веществ в организме, но мы рекомендуем получать их исключительно вместе с цельными продуктами, если это возможно. Если продукт продается в заводской упаковке, то велика вероятность, что он прошел предварительную обработку и/или напичкан искусственными ингредиентами. Разумеется, в обработке продуктов нет ничего ужасного, более того, обработка приносит пользу, потому что позволяет получить, например, оливковое масло и ферментированные сыры. Но дело в том, что большинство технологически обработанных продуктов рафинируют и сдабривают сахаром, растительными маслами, трансжирами и другими нежелательными ингредиентами.

Продукты, которые укрепляют иммунную систему

Давайте ознакомимся со списком продуктов и соединений, которые делают иммунную систему крепче и выносливей:

● L-глютамин – это доминирующая аминокислота человеческого организма. [1572] Мы получаем ее вместе с белковой пищей животного происхождения, например, мясом, яйцами, рыбой, птицей, но еще она содержится в бобовых, чечевице и овощах. Мы можем синтезировать глютамин, поэтому он входит в число заменимых аминокислот. Тем не менее потребность в глутамине растет во время стресса, физической активности и при различных расстройствах и заболеваниях. [1573]

• Глутамин используют активированные иммунные клетки. [1574] Он поддерживает пролиферацию лимфоцитов и помогает лимфоцитам и макрофагам производить цитокины. [1575] Кроме того, глутамин оказывает помощь людям с повышенной чувствительностью к пище, стабилизируя воспаленные стенки кишечника. [1576] Клетки кишечника – это главные потребители глутамина. Следовательно, он защищает от повышенной проницаемости кишечника и залечивает имеющиеся повреждения, а значит, укрепляет иммунитет. [1577] Потребление оптимального количества глутамина вместе с пищей или за счет биологически активных добавок обеспечивает защиту плотным соединениям эпителиальных клеток кишечника, благодаря чему снижается проницаемость кишечника. [1578]

● Продукты, богатые серой. Сера необходима для синтеза глутатиона. [1579] Серу можно получить из двух аминокислот: метионина и цистеина. Повысить концентрацию глутатиона в организме можно с помощью богатых серой продуктов, таких как яйца, говядина и темная листовая зелень. [1580] Крестоцветные овощи, например, брокколи и цветная капуста, тоже содержат серу, которая повышает уровень глутатиона. [1581, 1582] Вдобавок брокколи и крестоцветные овощи повышают уровень глутатиона за счет активации пути Nrf2 через производство сульфорафана. [1583] Молочные продукты, хлопья и злаки содержат мало глутатиона, фрукты и овощи обладают средней концентрацией, а свежее мясо от животных свободного выгула – лучший источник глутатиона. [1584]

● Коллаген – это основной строительный материал соединительной ткани, кожи, связок, костей и хрящей. На его долю приходится 25–35 % от всего белка организма. Коллаген необходим для эластичности кожи, заживления ран, восстановления тканей и скаффолдинга. [1586, 1587] Коллаген состоит из различных аминокислот, таких как глицин, пролин, аланин, аргинин и других, образующих тройную спираль. Глицин составляет почти 1/3 коллагена, а пролин – около 17 %. [1588]

• Коллагенсодержащие лектины С-типа (коллектины) располагаются в печени, легких, плаценте и почках. Они опосредуют защиту организма-хозяина от вируса гриппа и препятствуют развитию вторичной инфекции. [1589] Коллектины – это важнейший компонент иммунной системы легких. [1590] Они устраняют болезнетворные микроорганизмы через систему комплемента. [1591]

• Куриные голени, сухожилия, связки, хрящи и ключицы содержат коллагена. [1592] В них содержится меньше метионина, который в основном концентрируется в мясе мышц, и большое количество глицина. Это предотвращает от слишком сильного повышения уровня гомоцистеина и предупреждает развитие воспаления. Ограничение метионина связывают с удлинением продолжительности жизни из-за сниженной передачи сигналов IGF-1 и mTOR. [1593, 1594] Однако дополнительный прием препаратов с глицином, как выяснили ученые, также удлиняет продолжительность жизни, как и ограничение метионина. [1595] Поэтому гораздо полезнее употреблять в пищу больше связок и сухожилий, чем мясо мышц. Хотя бульон на кости – известный источник коллагена, все же в нем содержится недостаточно прекурсоров коллагена, чтобы потягаться силой с биологически активными добавками. [1596] Тем не менее приготовление бульонов и супов на кости – это отличный способ пустить продукты в дело вместо того, чтобы их выкидывать, а также сбалансировать соотношение метионина и глицина.

• К другим продуктам, которые способствуют выработке коллагена, относятся рыба, кожа, куриная шкурка, яйца и белок в целом. [1597, 1598] Также для синтеза и переработки коллагена необходим витамин С. [1599] По этой причине овощи, ягоды и фрукты необходимы для поддержания здоровья кожи и костей.

● Лактоферрин – это глобулярный гликопротеин, содержащийся в молоке, слюне и слезах. Больше всего его содержится в женском молозиве, также известном как «первое молоко», женском грудном молоке и коровьем молоке. [1600] Результаты множества исследований доказывают, что лактоферрин обладает противовирусными свойствами и защищает от возбудителей инфекционных болезней. [1601, 1602] Лактоферрин ингибирует способность вирусов прикрепляться к клеткам, мешает репликации и усиливает функции иммунной системы. [1603] Пептиды, производные лактоферрина, активно исследуют в качестве потенциальных терапевтических ингибиторов инфекций, вызванных вирусом гриппа. [1604] Кроме того, было доказано, что гидролизованный сывороточный протеин, который содержит лактоферрин и многие другие биологически активные пептиды, индуцирует активность макрофагов и активирует противовоспалительные пути. [1605] Сывороточный протеин содержит много цистеина, который помогает поднимать уровень глутатиона. Ферментированные молочные продукты, такие как кефир и сыр, защищают от инфекций дыхательных путей детей и взрослых, [1606] благодаря бактериям Lactobacillus GG.

● Фрукты и овощи. Регулярное потребление фруктов и овощей приносит пользу иммунной системе. Если есть много овощей и фруктов, то можно сократить уровень провоспалительных медиаторов и поднять количество иммунных клеток. [1607] Например, в рамках исследования 2012 года ученые установили, что усиленное потребление фруктов и овощей улучшает гуморальную иммунную реакцию – образование антител – на вакцину, которая защищает от стрептококковой пневмонии людей пожилого возраста. [1608] Однако неясно, обнаружатся ли эти преимущества у тех, кто придерживается в целом здорового питания (т. е. не сидит на стандартной американской диете) и питается качественными продуктами, полученных от животных на свободном выгуле.

● Бузина и ягоды темного цвета. Темный пигмент ягод содержит полифенолы и антиоксиданты, которые укрепляют иммунную систему за счет модуляции микробиоты кишечника. [1609] Малина, клубника, голубика, ежевика, вишня и клюква – все это полезные ягоды с низким содержанием сахара. В одном исследовании при участии 60 добровольцев, испытуемым давали 15 мл экстракта бузины 4 раза в день в течение 48 часов после появления симптомов гриппа А и В. В результате симптомы заболевания пропали в среднем на четыре дня раньше. [1610] Доказано, что бузина уменьшает выраженность симптомов гриппа. [1611] Мета-анализ рандомизированных контролируемых исследований показал, что добавки с бузиной эффективно сокращают продолжительность простуды и гриппа. [1612]

● Пробиотики и продукты с пробиотиками. Доказано, что такие бактерии, как лактобациллы и бифидобактерии, улучшают здоровье кишечника и укрепляют иммунитет. [1613] Их можно получить вместе с ферментированными продуктами, для этого нужно обратить внимание, например, на квашеную капусту, кимчи, кефир и ферментированные молочные продукты. [1614] Недостаток ферментированных продуктов в рационе ухудшает реакцию врожденного иммунитета. [1615] Бактерии Akkermansia защищают от ожирения и развития диабета второго типа. [1616] Они содержатся в богатой полифенолами пище.

• Систематический обзор и мета-анализ рандомизированных контролируемых исследований 2017 года показал, что пробиотики и пребиотики повышают эффективность вакцин от гриппа. [1617] Экспериментальные исследования позволяют заключить, что пробиотики оказывают прямое противовирусное воздействие, вступая в контакт с вирусом, или за счет стимуляции иммунной системы. [1618]

• Дополнительный прием биологически активных добавок с пробиотиками укрепляет иммунитет у пожилых людей. [1619] Люди старшего поколения хорошо реагируют на длительный пероральный прием смеси пробиотиков, в которой содержатся Lactobacillus plantarum, Lactobacillus rhamnosus и Bifidobacterium lactis. Они усиливают секреторный иммунитет и повышают уровень антител IgA. [1620] В ходе другого исследования было доказано, что пробиотический штамм Bacillus subtilis стимулирует IgA у пожилых людей, снижая частоту респираторных инфекций на 45 %. [1621] Lactobacillus plantarum у человека повышает иммунитет слизистых оболочек и системный иммунитет, а также предотвращает вызванное НПВП (например, ибупрофеном) снижение уровня Т-регуляторных клеток. [1622]

• Пребиотики – это питание для бактерий нашего кишечника. Они улучшают целостность оболочки кишечника и снимают воспаление. [1623] Резистентный крахмал, который также считается пребиотиком, улучшает контроль глюкозы и чувствительность к инсулину, которые считаются факторами риска наихудшего стечения обстоятельств при вирусных инфекциях. [1624] Процесс приготовления, с последующим остыванием, таких продуктов, как картофель и рис, помогает получить резистентный крахмал. Список пребиотических продуктов пополняют спаржа, лук-порей, репчатый лук, зеленые бананы, артишоки, зелень одуванчика и чеснок, которые оказывают благотворное воздействие на иммунную систему. [1625, 1626]

● Овощи семейства луковые, такие как репчатый лук, лук-порей и лук-шалот, стимулируют производство глутатиона. [1627] Чеснок – это натуральный антибиотик и противомикробное средство, которое напрямую убивает вирусы. [1628, 1629, 1630] Чтобы активировать основной полезный компонент чеснока аллицин, его нужно измельчить и подавать слегка подогретым, так как чрезмерное нагревание разрушает нужные соединения. Также можно ежедневно принимать биологически активные добавки с аллицином. Выдержанный чеснок тоже крайне эффективный иммуномодулятор, который немного отличается по составу. [1631]

• Черный чеснок получают путем ферментации свежего чеснока, что усиливает его биоактивные свойства. В нем содержится больше антиоксидантных соединений, чем в свежем чесноке. Добавки с экстрактом черного чеснока, как показывают исследования, обладают сильным иммуномодулирующим эффектом. [1632] Черный чеснок сдерживает TNF-альфа, IL-6 и интерлейкин-1β (IL1β) и предотвращает гибель мышей от инфекций, возбудители которых имеют ЛПС. [1633]

● Травы и специи. Орегано и эфирное масло орегано оказывают эффективное противогрибковое и антибактериальное действие. [1634] Другие травы, такие как тимьян, розмарин, гвоздика, мелисса и питеколобиум кошачий коготь, обладают аналогичными свойствами. [1635] Специи, такие как кайенский перец, перец чили (содержащий капсаицин) и черный перец, также могут непосредственно убивать патогенные микроорганизмы. [1636, 1637] Добавляйте в блюда различные травы и специи, чтобы повысить потребление полифенолов и антиоксидантов.

● Чаи. Зеленый чай, черный чай и травяные чаи обладают целебными компонентами, такими как полифенолы, которые усиливают антиоксидантную защиту и борются с инфекциями. [1638, 1639, 1640] Катехины зеленого чая защищают от вирусов и препятствуют развитию гриппа. [1641]

● Натуральный мед и пчелиная пыльца (обножка). В меде содержатся антимикробные пептиды и другие полезные для здоровья ингредиенты, которые укрепляют иммунитет. [1642] Результаты исследований показывают, что он ингибирует рост болезнетворных микроорганизмов, таких как кишечная палочка и сальмонелла. [1643] Натуральный мед – это лучшая полезная альтернатива сахару и сиропам. Пчелиная обножка считается мощным модулятором иммунной системы, [1644] но с ней главное не переборщить. Мед хорошо лечит кашель, как симптом инфекции верхних дыхательных путей. [1645] Остерегайтесь давать мед младенцам, потому что он может вызвать ботулизм. [1646]

Все перечисленные здесь продукты выступают в качестве прекрасного дополнения к полноценному рациону, состоящему из цельной пищи животного и растительного происхождения. Мясо, яйца и рыба – это самые биодоступные источники аминокислот, белка и других незаменимых нутриентов. А в овощах и других растениях содержится больше фитонутриентов и соединений, которые оказывают иммуномодулирующее воздействие. Чтобы не допустить дефицита каких-то питательных веществ или гиперчувствительности, нужно сделать свой рацион как можно разнообразнее. Самое главное – не допустить нехватки питательных веществ, развития метаболического синдрома и поддерживать оптимальную композицию тела.

Пирамида питания по программе «Укрепление иммунитета» показывает продукты питания с точки зрения тепловой нагрузки (калорийности). В основании пирамиды находятся продукты, которые составляют большую часть от суточного потребления калорий, они не обязательно отражают объем съедаемой пищи. Выше находятся продукты, которые содержат меньше калорий и/или должны употребляться в меньшем количестве.

Эндотоксины

Вероятно, вы уже знаете, что человеческое тело состоит из триллионов клеток и чужеродных обитателей. Наш организм служит домом для разных бактерий, болезнетворных микроорганизмов, вирусов и частиц. Эксперты считают, что мы состоим из чужеродного материала почти на 50 %. [1647] Одни частицы к нам добры и приносят пользу, а другие – наоборот.

Эндотоксин, который по-другому называется липополисахаридом (ЛПС), это большая молекула, состоящая из липидов и полисахаридов, располагающаяся на внешней мембране грамотрицательных бактерий. Хотя некоторые эндотоксины не относятся к ЛПС, [1648] мы, говоря об эндотоксине, имеем ввиду только ЛПС. Пагубное воздействие эндотоксина опосредовано высвобождением провоспалительных соединений, таких как фактор некроза опухоли (TNF) [1649] и интерлейкин-1β. [1650] Они активируют врожденный иммунитет, вызывают повышение температуры тела и участвуют в сепсисе, внутрисосудистом свертывании крови и полиорганной недостаточности. [1651, 1652] Повышение уровня ЛПС также приводит к высвобождению активных форм кислорода, таких как супероксид.

Наличие эндотоксинов в крови называется эндотоксикозом, это состояние в тяжелых случаях может привести к септическому шоку. [1653] Липополисахариды могут имитировать некоторые углеводы клеток человека и в итоге вызывают аутоиммунные воспалительные вспышки, такие как рассеянный склероз или демиелинизирующие заболевания ЦНС. [1654, 1655] Другими словами, все, что повреждает кишечник и повышает уровень ЛПС в крови, может потенциально привести к развитию аутоиммунных заболеваний. Helicobacter pylori также может использовать молекулярную мимикрию. У генетически предрасположенных людей Helicobacter pylori вызывает аутоиммунный гастрит. [1656] Эндотоксикоз в кишечнике способствует развитию алкогольного гепатита – воспаления печени. [1657] Это заболевание возникает при одновременном воздействии алкоголя, чрезмерного развития микрофлоры и повышенной проницаемости кишечника. [1658, 1659] ЛПС активирует толл-подобный рецептор 4 на клетках Купфера в печени, вследствие чего высвобождаются провоспалительные цитокины и повреждается печень. Когда уровень эндотоксина превышает фагоцитарную способность клеток Купфера, происходит выброс эндотоксина в кровь. Важно отметить, что клетки Купфера содержат рецепторы глицина (известные как глицинзависимые хлоридные каналы), которые при стимуляции уменьшают вызванное ЛПС высвобождение воспалительных цитокинов. [1660] Следовательно, дополнительный прием препаратов с глицином потенциально оказывает помощь организму при пагубном воздействии ЛПС и эндотоксикозе кишечника. Что интересно, в ходе исследований на животных глицин показал способность предотвращать неалкогольное ожирение печени, которое развивается из-за питания сахаром и жирами. [1661] Глицин в дозировке 5 г по 3–4 раза в сутки положительно сказывается на состоянии пациентов с метаболическим синдромом и диабетом второго типа, кроме того, он помогает компенсировать разрушительное воздействие диеты с повышенным содержанием сахара. [1662]

Эпидемиологические исследования связывают эндотоксикоз с ожирением и резистентностью к инсулину. [1663] Эндотоксикоз обычно становится результатом неправильного питания. Другими словами, это следствие, а не причина множества хронических заболеваний. Однако у стерильных мышей инъекции очищенным эндотоксином E. coli вызывают ожирение и резистентность к инсулину. [1664] Отсюда можно сделать вывод о существовании прямой причинно-следственной связи с ЛПС, однако проблема кроется в ненадлежащем проникновении ЛПС из кишечника в печень через воротную вену и воспалении. Воспалительный процесс инициирует резистентность к инсулину, сердечно-сосудистые и множество других хронических заболеваний. Вероятно, поэтому белок, связывающийся с ЛПС, ассоциируют с ишемической болезнью сердца. [1665] Интересно проследить, как болезнь сердца начинается с повреждения кишечника.

Несколько вероятных причин эндотоксикоза:

● Бактериальные инфекции – эндотоксины ассоциируются с такими патогенами, как сальмонелла, кишечная палочка, Haemophilus influenzae и холерный вибрион. [1666] Избыточный рост бактерий в тонком кишечнике или СИБР (синдром избыточного бактериального роста) также может способствовать росту уровня ЛПС. Любые паразиты и патогены оказывают до некоторой степени такое же воздействие, потому что эндотоксины – это неотъемлемый компонент болезнетворных организмов.

● Табакокурение. Доказано, что в сигаретном дыме содержится бактериальный ЛПС. [1667] Во время курения человек вдыхает ЛПС и причиняет себе окислительный стресс. То же самое можно сказать о загрязненном воздухе, пыли и плесени. Эндотоксины вызывают стресс и воспаление, а воспаление и стресс в свою очередь способствуют пролиферации эндотоксинов. [1668]

● Пищевые продукты, подвергшиеся технологической обработке, сахар и искусственные сахарозаменители ухудшают способность организма реагировать на эндотоксины и повышают вероятность их распространения. [1669] Нерафинированный сахар содержит 100 мг эндотоксина E. coli на грамм, а свекольный сахар – менее 1 нг/г. [1670] Все болезнетворные микроорганизмы и бактерии питаются сахаром.

● Искусственные сахарозаменители и вкусо-ароматические добавки. Искусственные подсластители, такие как сахарин, аспартам, сукралоза и стевия, нарушают баланс микробиома, [1671] потенциально приводя к чрезмерному росту вредных бактерий и непереносимости глюкозы. [1672] Натуральные подсластители, например, архат, приносят меньше вреда, но при избыточном потреблении тоже приводят к проблемам со здоровьем.

Грамотрицательные бактерии проявляют устойчивость ко множеству антибиотиков. И хотя антибиотики хорошо справляются со своей основной задачей, они попутно уничтожают полезных микробов, которые уравновешивают эндотоксикоз. Поэтому лучше сосредоточиться на сбалансировании микробной среды, чтобы вытеснить вредные патогены путем потребления натуральных продуктов питания, которые имеют меньше побочных эффектов.

Теперь давайте ознакомимся со списком продуктов, которые помогают побороть вредное воздействие эндотоксинов и болезнетворных бактерий:

● Свежая морковь. Неперевариваемая клетчатка и фенольные соединения, содержащиеся в моркови, особенно фиолетовой моркови, могут снижать всасывание эндотоксинов в кишечнике и подавлять воспаление, вызванное ЛПС. [1673, 1674] Разнообразив свой рацион свежей морковью в качестве полезной закуски, можно с легкостью избавиться от вредных бактерий в кишечнике.

● Кокосовое масло. Кокосовое масло обладает антимикробными свойствами, которые снижают уровень эндотоксинов. Кроме того, оно оказывает противогрибковое действие против грибов рода Кандида. [1675] На кокосовом масле можно готовить еду.

● Корень одуванчика. Корень одуванчика обладает противовирусными свойствами и защищает от гриппа. [1676] Он ингибирует репликацию вирусов, стимулирует детоксикацию печени и приносит пользу организму.

● Чеснок и аллицин. Основной компонент чеснока – аллицин – проявляет антибактериальную активность в отношении множества грамотрицательных и грамположительных бактерий, в том числе кишечной палочки с множественной лекарственной устойчивостью. [1677] Свежий чеснок усиливает противомикробную активность антибиотиков в отношении резистентных штаммов. [1678]

● Каррагенан. Каррагенаны добывают из съедобных бурых водорослей и используют в пищевой промышленности, как стабилизирующее и желирующее вещество. Предварительная терапия мышей каррагенаном перед введением ЛПС позволила снизить воспаление, обусловленное TNF-альфа, в два раза по сравнению с контрольными особями. [1679] Каррагенаны можно получать вместе со съедобными водорослями.

● Короткоцепочечные жирные кислоты. Короткоцепочечные жирные кислоты, такие как масляная кислота, обладают антибактериальными свойствами. Организм вырабатывает их, переваривая клетчатку, или в результате употребления жиров животного происхождения. [1680]

● Экстракт имбиря. Имбирь обладает рядом противовоспалительных полезных свойств и борется с эндотоксинами. Применение экстракта имбиря при депульпировании зуба позволяет устранить микроорганизмы и эндотоксины. [1681]

● Активированный уголь – уголь является мощным хелатором, который связывается с различными соединениями и выводит их из организма. Если пить его на голодный желудок, то можно с легкостью избавиться от болезнетворных микроорганизмов и токсинов. Самое главное – не принимать его вместе с едой, потому что он связывается с питательными веществами.

● Соленая вода. Соль можно назвать самым древним натуральным антибактериальным средством, которое на протяжении тысячелетий использовали для заготовки продуктов. Соль убивает бактерии посредством осмоса. Если вокруг бактерии повышается концентрация соли, то происходит диффузия воды через мембрану бактерии для уравновешивания реакции. Вследствие этого бактерии обезвоживаются, разрушаются, перестают функционировать и погибают. [1682]

● Глицин. Глицин ингибирует ЛПС-опосредованное высвобождение провоспалительных цитокинов из клеток Купфера в печени. Ежедневный прием глицина в дозировке 5 г 3–4 раза в сутки показал эффективность у пациентов с метаболическим синдромом и диабетом второго типа. [1683]

Большинство трав и специй обладают антибактериальными и антимикробными свойствами. Среди самых распространенных выделяются розмарин, тимьян, гвоздика, [1684] орегано, лакрица, куркума, астрагал, бузина и водоросли. [1685]

Некоторые пробиотические штаммы бактерий также связывают с улучшением состояния здоровья, к ним относятся бифидобактерии, лактобактерии и бактерии Akkermansia. Они попадают в организм вместе с ферментированными продуктами и растительными полифенолами.

Пробиотики снижают концентрацию эндотоксинов и снимают воспаление. [1686] Также они снижают уровень циркулирующего эндотоксина у пациентов с сахарным диабетом 2 типа после приема добавок в течение 12 недель. [1688] Пробиотики на основе спор коррелируют со снижением уровня постпрандиального пищевого эндотоксина и биомаркеров риска заболеваний. [1688]

Как понять, что у вас появилась повышенная проницаемость кишечника и повысился риск эндотоксикоза?

Конечно, ни один анализ не отражает состояние организма с идеальной точностью, но все же определить степень проницаемости кишечника можно путем тестирования уровня зонулина, соотношения лактулозы к манниту и через антигенные скрининги на возбудителей заболеваний кишечника.

Продукты, которые ослабляют иммунитет

Ниже приведен список продуктов и напитков, от которых следует воздерживаться, если вы хотите укрепить иммунную систему.

● Чрезмерное употребление алкоголя. Невоздержанность в алкогольных напитках наносит вред иммунной системе и повышает восприимчивость к легочным инфекциям. [1689] В народной медицине сложилась традиция применять небольшое количество крепких спиртных напитков, например, водку и травяные настойки, как антисептическое средство для борьбы со всеми болезнетворными микроорганизмами. Они вызывают реакцию гормезиса по аналогии с растительными фитонутриентами. [1690] Однако несколько рюмок – это уже перебор, который приносит организму не пользу, а вред. Сладкие алкогольные напитки – коктейли, сидры и пиво – тоже никак не способствуют укреплению иммунной системы.

● Провоспалительные масла и прогорклый жир. В целом, рапсовое масло, маргарин, подсолнечное масло и масла из семян омега-6 обладают высокой провоспалительной активностью, нарушают иммунную систему организма и обмен веществ. [1691] Большинство продуктов, подвергшихся технологической обработке, имеют в составе растительные масла. Кроме того, на них готовят в ресторанах. Даже полезные жиры, например, оливковое масло и обжаренные орехи, со временем прогоркают. [1692] Старайтесь готовить блюда, в рецептах которых используются жиры и/или мясо, на слабом огне, чтобы избежать перекисного окисления липидов и не сделать пищу канцерогенной. [1693]

● Рафинированные зерновые продукты. Выпечка, печенье, торты, пончики и обычные хлебобулочные изделия содержат много углеводов и не имеют реальной питательной ценности. Они также могут повредить слизистую оболочку кишечника и вызвать воспаление. [1694] Глиадин – белок пшеницы – повышает уровень другого белка, зонулина, который делает кишечник более проницаемым. [1695] Зонулин – это соединение, которое регулирует проницаемость гематоэнцефалического барьера и плотных соединений кишечника. [1696] У людей с целиакией сильно повышена концентрация зонулина в сыворотке крови по сравнению со здоровыми контрольными субъектами. [1697] Если ограничить потребление зерновых продуктов, можно улучшить состояние здоровья кишечника и снять воспаление, особенно если у вас повышена чувствительность к глютену. [1698] Традиционный хлеб на закваске не представляет опасности для большинства людей, потому что в нем содержатся бактерии, которые предварительно переваривают глютен и дополнительно обогащают хлеб другими ферментами, облегчающими пищеварение. [1699, 1700]

● Рафинированные углеводы и добавленный сахар. Конфеты, сиропы, чипсы, картофель фри, газировка и тому подобные продукты ослабляют иммунитет, вызывая системное воспаление и резистентность к инсулину. Конечно, немножко себе все-таки можно их позволить, если нейтрализовать негативное воздействие на организм физическими нагрузками. Однако старайтесь избегать рафинированных углеводов и добавленного сахара, насколько это возможно. Чрезмерное количество углеводов вызывает хроническое воспаление, диабет второго типа, повышает предрасположенность к инфекциям, в том числе за счет активации ядерного фактора каппа-В. [1701, 1702, 1703]

● Мясо птицы. Курица, индейка и домашняя птица в целом имеют довольно неблагоприятный профиль жирных кислот. В них изначально содержится больше омега-6-жирных кислот, особенно если птиц кормили кукурузой и злаками. Ничего страшного, если птица – ваш единственный источник омега-6-жирных кислот, но если в вашем рационе уже есть продукты с омега-6-жирными кислотами, то могут возникнуть проблемы. Сильное неравенство между омега-6- и омега-3-жирными кислотами связано с развитием воспалений. [1704] Птицы, выращенные на птицефабриках, чаще болеют инфекционными и вирусными заболеваниями, потому что живут в тесноте. [1705]

● Обработанные мясопродукты. Следует избегать бекона, сосисок, пельменей, мясных консервов и других мясных полуфабрикатов, в которые часто добавляют консерванты. Они могут оказывать провоспалительное действие. Нитраты, присутствующие в обработанных мясопродуктах, вызывают образование вредных соединений в кишечнике, таких как нитрозамины, при нехватке витамина С. [1706, 1707]

● Определенные морепродукты. В определенных морепродуктах содержится большое количество ртути и других загрязняющих веществ. Токсины окружающей среды, такие как диоксины и ПХБ, накапливаются в рыбьем жире. Токсины аккумулируют крупные хищные рыбы-долгожители. Поэтому старайтесь не есть крупной рыбы, такой как тунец, акула, щука, палтус и форель, потому что они накапливают больше тяжелых металлов из-за своего размера и привычек питания. Более мелкая рыба/морепродукты, такие как лосось, минтай, криль и сардины, содержат меньше тяжелых металлов. [1708] Выращенную на фермах рыбу, вероятно, кормят антибиотиками, а также зерновыми и другими продуктами, вызывающими воспаление, которые создают неблагоприятный профиль жирных кислот. [1709]

● Тяжелые металлы, например, кадмий. Как показывают исследования, загрязнение окружающей среды кадмием (Cd) неблагоприятно сказывается на функции митохондрий и усиливает воспаление легких у животных. Кадмий повышает концентрацию провоспалительного IL-4, изменяет продукты метаболизма жирных кислот, что приводит к воспалению легких в результате вирусной инфекции. [1710] Устрицы и гребешки содержат большое количество кадмия, токсичного тяжелого металла, поэтому их не следует употреблять более 55 г в сутки. [1711, 1712, 1713, 1714]

Как правило, всегда лучше устранить что-то вредное, чем добавить что-то полезное. Если вы потребляете провоспалительные продукты в неограниченных количествах, то рискуете саботировать все свои старания, несмотря на поедание «суперфудов». Поэтому гораздо важнее прежде всего отказаться от пищи, которая ослабляет иммунитет, а уж потом добавлять в рацион продукты, которые его укрепляют.

Глава девятая:

Сила нутриентов и нутрицевтиков для крепкого иммунитета

Как мы узнали из предыдущей главы, иммунная система нуждается в ключевых питательных веществах, без которых она не может нормально функционировать. Недостаток питательных веществ приводит организм в состояние стресса и ограничивает его ресурсы, которые могли бы пойти на защиту от болезнетворных патогенов и на борьбу с развившимися инфекциями. Несмотря на то, что привычный для жителя западных стран рацион не имеет недостатка в калориях, в нем содержится весьма скудное количество питательных веществ. В результате защитные системы организма оказываются ослабленными, а потому западное общество в целом гораздо восприимчивее к потенциальным эпидемиям и иммунодефициту.

Питательные вещества из высококачественных цельных продуктов ничем нельзя заменить. К сожалению, регулярно добывать цельные продукты в индустриальном обществе становится сложнее день ото дня, потому что наша система склоняется к выращиванию монокультур, истощению почвы и насаждению вредных пищевых пристрастий. Например, процент жителей США, которые не удовлетворяют средней потребности в питательных веществах, распределяется следующим образом: калий (100 %), витамин D (94,3 %), холин (91,7 %), витамин Е (88,5 %), витамин К (66,9 %), магний (52,2 %), кальций (44,1 %), витамин А (43 %) и витамин С (38,9 %). [1715] Причина в том, что зерновые, жиры и масла, а также сахар и подсластители составляют большую часть рациона в Соединенных Штатах. Рафинированная пшеница теряет более 80 % витамина Е, В6, калия и магния, дополнительно утрачивая калий (-71 %), кальций (-56 %) и селен (-45 %).

Кроме того, данные Министерства сельского хозяйства США показали, что в период с 1950 по 1999 год содержание витаминов и минералов в 43 распространенных культурах неуклонно снижалось, особенно витамина В2 или рибофлавина (-38 %) и витамина С (-20 %). В период с 1975 по 1999 год среднее содержание кальция в овощах снизилось примерно на 25 %, железа – на 37 %, витамина А – на 21 % и витамина С – на 30 %. [1716] В период с 1940 по 1999 год количество магния в овощах уменьшилось на 24 %, во фруктах – на 17 %, в мясе – на 15 % и в сыре – на 26 %. [1717] В Великобритании снижение содержания магния в овощах составляет примерно 35 %. [1718] Использование химических удобрений еще сильнее усугубляет истощение питательных веществ.

По материалам Anne-Marie Mayer, (1997), «Historical changes in the mineral content of fruits and vegetables», British Food Journal, Vol. 99 Iss 6 pp. 207–211.

В Великобритании с 1840 по 2000 год содержание минеральных веществ в пшенице снизилось в следующих пропорциях: меди (-33 %), магния (-33 %), железа (-25 %) и цинка (-38 %). [1719] В малине из-за использования фосфорных удобрений снизилось содержание кальция и магния (на -30 % каждого вещества), меди (-55 %), бора (от -20 до -40 %) и цинка (-30 %). Использование пестицидов и удобрений приводит к уничтожению полезных бактерий, дождевых червей и насекомых в почве, которые в первую очередь создают большинство питательных веществ. В результате растительные культуры поглощают меньше нутриентов. Даже семена растений сегодня содержат меньше питательных веществ, чем раньше. Например, анализ содержания микроэлементов в семенах пшеницы в Канзасе с 1920 по 2000 год показал нехватку многих минералов, включая цинк (от -11 до -31 %), железо (-24 %) и селен (-16 %). [1720] Современный способ выращивания брокколи привел к снижению содержания марганца в овоще примерно на 27 % по сравнению с 1950 годом. [1721]

Коротко говоря, питательные вещества исчезают из пищи, потому что мы отказываемся от традиционных земледельческих практик и не пользуемся регенеративными методами ведения сельского хозяйства. Даже повышение концентрации CO2 изменяет насыщенность питательными веществами в худшую сторону. Например, ученые подсчитали, что к концу века под воздействием углекислого газа в рисе снизится содержание питательных веществ следующим образом: белок (-10,3 %), железо (-8%), цинк (-5,1 %), тиамин (-17,1 %), рибофлавин (-16,6 %), пантотеновая кислота (-12,7 %) и фолиевая кислота (-30,3 %). [1722]

Прежде всего, люди едят мало продуктов, богатых минералами. А если выбор и падает в их сторону, то они получают недостаточно полезных соединений вместе с пищей. Отсюда возникли эти впечатляющие 50–75 % населения, которые страдают от нехватки магния. Определенные способы технологической обработки продуктов, например, рафинирование масел и злаков, обедняют и без того скромные запасы магния. В рафинированных маслах полностью отсутствует магний. Например, семена сафлора содержат 680 мг магния на 1000 калорий, но сафлоровое масло вообще не содержит магния. [1725] Рафинирование злаков, риса и пшеницы снижает содержание магния на 80–90 %, а рафинирование сахара снижает содержание магния на 95–100 %. [1726]

Эксперты подсчитали, что примерно 1 млрд человек страдает от нехватки витамина D из-за неправильно подобранной диеты и недостаточного воздействия солнечных лучей. [1727] По оценкам специалистов, в США 41 % взрослых страдают дефицитом витамина D, при этом 69 % испаноязычных и 82 % афроамериканцев испытывают дефицит витамина D. [1728] Учитывая огромную важность, которую представляют витамин D и магний для иммунной системы, мы должны сделать потребление этих питательных веществ своим приоритетом.

В этой главе мы поговорим о том, на какие биологически активные добавки и дополнительные нутриенты стоит обратить внимание. Мы выясним, каких микроэлементов людям не хватает чаще всего, какие нутрицевтики укрепляют иммунную систему, повышая ее способность бороться с различными заболеваниями. Прежде, чем начать принимать какие-либо добавки, необходимо проконсультироваться с врачом и/или сдать анализ крови на витамины и микроэлементы.

Зачем принимать добавки с витамином D?

Витамин D часто называют «солнечным витамином» – это незаменимое питательное вещество, которое обеспечивает нормальное функционирование организма. [1729] Витамин D увеличивает всасывание в кишечнике кальция, магния и фосфатов. [1730] Существуют различные типы витамина D, такие как D1, D2 и D3, причем последние два являются наиболее важными (D2, который называется эргокальциферол, и D3, он же холекальциферол). Витамин D3 примерно в два раза эффективнее повышает уровень витамина D в крови по сравнению с витамином D2. [1731, 1732] Доказано, что этот эффект наблюдается у пациентов, находящихся на гемодиализе. [1733] Наша кожа вырабатывает витамин D3 (но не D2) естественным образом под воздействием солнечного света. [1734]

Витамин D выполняет функцию гормона, который синтезируется под воздействием солнечных лучей на кожу. Ультрафиолетовое излучение запускает реакцию преобразования холестерина, содержащегося в организме, в холекальциферол (витамин D3). Витамин D управляет метаболизмом кальция, контролирует функцию мышц и иммунной системы.

Польза витамина D:

● Высокая концентрация коррелирует с малым риском сердечно-сосудистых заболеваний [1735]

● Снижает риск заражения гриппом у школьников [1736]

● Высокая концентрация связана с малым риском развития рассеянного склероза [1737]

● Помогает поддерживать хорошее настроение [1738]

● Дефицит связан с тревогой и депрессией при фибромиалгии [1739]

● Высокая концентрация коррелирует с малым риском развития рака [1740]

● Высокая концентрация коррелирует с малым риском развития диабета 1 типа [1741]

● Помогает сбросить лишний вес, подавляя аппетит [1742]

● Защищает от остеопороза и артрита [1743]

● Повышает силу мышц конечностей [1744]

● Снижает риск смертности [1745]

Хотя большинство из описанных выше полезных свойств нуждаются в дальнейшем подтверждении, витамин D все же остается крайне важным питательным веществом для человеческого организма, которого зачастую не хватает. [1746] Большая часть населения страдает от дефицита витамина D, потому что не получает его в необходимом количестве с пищей и во время пребывания на солнце.

Рекомендуемая суточная норма потребления витамина D для детей и взрослых составляет 600 МЕ, однако многие эксперты сходятся во мнении, что этого слишком мало. Чтобы узнать, есть ли у вас дефицит, можно сдать анализ крови. Предполагается, что достаточный диапазон составляет 30–50 нг/мл (75–125 нмоль/л), недостаточность, как говорят, составляет 20–29 нг/мл, а дефицит менее 20 нг/мл [1747] (хотя некоторые утверждают, что дефицитом является менее 12 нг/мл). [1748]

К признакам дефицита витамина D относятся:

● Расстройства настроения и депрессия [1749]

● Синдром хронической усталости и истощения [1750]

● Частые инфекции

● Медленное заживление ран и частые травмы [1751]

● Низкая плотность костной ткани и рахит [1752, 1753]

● Выпадение волос [1754]

● Мышечная боль и фибромиалгия [1755]

Дефицит витамина D – очень распространенная проблема, особенно в регионах, где мало солнца. У людей, страдающих ожирением, на 50 % меньше биодоступного витамина D по сравнению с людьми, не страдающими ожирением, и они в 3 раза чаще испытывают дефицит витамина D. [1756]

Достаточное количество витамина D нельзя получить только из пищи. Плюс ко всему, большинство людей редко бывают на солнце. Учитывая вышесказанное, было бы разумно начать принимать биологически активные добавки с витамином D.

Как приступить к этой задаче правильно:

● Сдайте анализ крови, чтобы проверить уровень витамина D. Оптимальная концентрация находится в пределах 40–60 нг/мл. Если у вас оказалось меньше 30–40, то вам стоит начать принимать биологически активные добавки с витамином D3.

● Разнообразьте свой рацион продуктами с витамином D. Почаще ешьте яичные желтки, масло печени трески, жирную рыбу, особенно дикого лосося, печень и икру лососевых рыб.

● Принимайте биологически активные добавки с витамином D. Дозировка зависит от степени дефицита.

• Если у вас уровень ниже 20 нг/мл, то, скорее всего, вам потребуется 6000–10000 МЕ каждый день в течение нескольких недель, пока вы не доберете от 30 до 50 нг/мл. Как правило, после этого требуется 2000–4000 МЕ ежедневно для поддержания достаточного уровня.

• Если ваш уровень витамина D составляет от 20 нг/мл до 29 нг/мл, то, вероятно, потребуется 4000–6000 МЕ ежедневно в течение нескольких недель, чтобы достичь 30 нг/мл или выше. После нужно принимать поддерживающую дозу витамина D 2000–4000 МЕ/сут., чтобы не уйти ниже достаточного уровня.

• Если у вас достаточный уровень в пределах 30–50 нг/мл, то придерживайтесь дозировки 2000–4000 МЕ в день.

• Если у вас более 50 нг/мл, то вам, вероятно, не нужно принимать добавки с витамином D, но продолжайте употреблять продукты, богатые витамином D.

● Если вы проживаете в климатической зоне, где преобладает темное время суток, то вам требуется больше витамина D. В зимние месяцы нужно принимать по 4000 МЕ, а в некоторых случаях можно доходить и до 7500 МЕ, особенно это касается жителей северных широт. Летом достаточно принимать меньше витамина D, примерно 1000–2000 МЕ.

● Принимайте другие жирорастворимые витамины. Разумно будет начать прием и других жирорастворимых витаминов, например, A, K и E, чтобы получить всю пользу, на которую способен витамин D. [1757] Для этого включите в рацион мясные субпродукты, жирную рыбу, ферментированные продукты и мясо.

● Принимайте достаточно магния. Старайтесь принимать около 400–500 мг в день, чтобы помочь активировать витамин D.

● Проводите больше времени на свежем воздухе. Вы не сможете поднять упавший уровень витамина D до оптимального одними биологически активными добавками. Возможно, добавок хватит на улучшение анализа крови, но все же солнце дарит организму больше разнообразной пользы. Если вы достаточно гуляете на солнце и не допускаете появления ожогов, то вы оздоравливаете организм сразу в нескольких направлениях, в том числе поднимаете уровень оксида азота, который поддерживает оптимальное артериальное давление.

Отравление витамином D – явление редкое и обычно случается при сильной передозировке (>10 000 МЕ) в течение длительного времени. [1758]

Биологически активные добавки с магнием

Магний (Mg) занимает четвертое место по количественному признаку среди всех минералов, содержащихся в теле человека. Он несет ответственность за работу более 600 ферментов организма. Он стабилизирует артериальное давление, укрепляет кости, обладает нейропротективным действием и помогает нормально функционировать нервной системе.

Давайте посмотрим, какую пользу приносит магний при борьбе со стрессом и как он помогает укреплять иммунную систему:

● Дефицит магния вызывает нарушения иммунной системы, как у пациентов с «Болезнью XMEN». [1759] У таких людей генетически нарушен процесс транспорта магния в иммунные клетки, вследствие чего у них повышен риск заражения инфекциями верхних дыхательных путей, синуситами, также для них характерна бесконтрольная репликация вируса Эпштейна-Барр, лимфома, аутоиммунные заболевания и ослабленный иммунитет.

● Дефицит магния снижает цитотоксичность естественных киллеров и CD8 Т-лимфоцитов. [1760] Это благоприятно сказывается на репликации вирусов и способствует пролиферации злокачественных клеток. [1761]

● Недостаток магния влечет за собой окислительный стресс и расщепление внутриклеточного глутатиона. [1762] Следовательно, внутриклеточный магний играет ключевую роль в иммунной функции и борьбе с болезнетворными микроорганизмами. Дополнительный прием препаратов с магнием помогает наладить работу иммунной системы.

● Низкий уровень магния в сыворотке крови повышает риск образования тромбов, что имеет особое значение в контексте коронавирусной инфекции COVID-19, которая и без того усиливает вероятность тромбоза. [1763, 1764] In vivo магний обладает антитромботическим действием и снижает смертность от тромбоэмболии легочной артерии. [1765] Отсюда можно сделать вывод, что магний – это природный антикоагулянт.

● Препараты магния снижают уровень глюкозы в крови натощак у людей с диабетом, а также улучшают толерантность к глюкозе при риске развития диабета. [1766] Дефицит магния связан с угнетением функций бета-клеток поджелудочной железы, снижением способности организма к репарации ДНК, резистентностью к инсулину, развитием болезней сердечно-сосудистой системы, диабетом второго типа, остеопорозом, гипергликемией и гиперинсулинемией. [1767, 1768]

● Дефицит магния вызывает симптомы депрессии и тревоги. [1769] Дополнительный прием магния помогает избавиться от признаков тревожности. [1770] Дефицит магния сообщает организму тревожное состояние и выводит из строя ось ГГН. [1771]

● Магний регулирует работу нейротрансмиттеров и профилактирует неврологические заболевания. [1772] Он защищает от нейродегенерации и неврологических расстройств. Магний стабилизирует настроение у людей с биполярным расстройством и маниакальным синдромом. [1773, 1774]

● Магний способствует релаксации и снятию стресса. Магний необходим для синтеза серотонина в мозге, который способствует релаксации и улучшает самочувствие. [1775] Кроме того, он поддерживает работу ГАМК, главного тормозного нейромедиатора. [1776]

● Магний способствует мышечной релаксации, уменьшая приток кальция. Кальций активирует сокращение и напряжение мышц, а магний мешает осуществлению этого действия. [1777] Магний улучшает качество сна, помогает быстрее заснуть и хорошо высыпаться. [1778]

Как видите, без магния невозможно привести здоровье в оптимальное состояние, и особенно в нем нуждается иммунная система. К сожалению, этот микроэлемент очень сложно получить из цельных продуктов питания из-за истощения почв, на которых они произрастают, и технологической обработки пищи. Вдобавок стресс, резистентность к инсулину, физические нагрузки, потоотделение, метаболический синдром и факторы окружающей среды расщепляют с таким трудом попавший в организм магний за счет активации симпатической нервной системы. [1779] Круг замыкается, и чем сильнее вы испытываете стресс, тем отчаяннее ваш организм нуждается в магнии, чтобы справиться с неблагоприятными обстоятельствами.

Лучшие натуральные источники магния (на 100 г):

● Тыквенные семечки = 534 мг

● Семена кунжута = 351 мг

● Бразильские орехи = 376 мг

● Темный шоколад = 327 мг

● Миндаль = 268 мг

● Черные бобы = 160 мг

● Скумбрия = 97 мг

● Темная листовая зелень, шпинат, мангольд или кудрявая капуста (кейл) = 79 мг

● Белая фасоль = 53 мг

● Бананы = 27 мг

Получить рекомендуемую суточную норму магния из одних только продуктов питания – задача непростая, потому как под влиянием внешних факторов потеря магния усиливается. К этим обстоятельствам относятся заболевания (диабет, сердечная недостаточность и резистентность к инсулину), лекарства (инсулин, ингибиторы протонной помпы и диуретики) и возраст. Поэтому вполне вероятно, что вам требуется принимать по 500 мг магния в сутки или более, особенно если вы уже длительное время страдаете от дефицита этого микроэлемента. К побочным эффектам от передозировки магнием относятся расстройство желудочно-кишечного тракта и диарея.

Организм использует соль для борьбы с инфекциями

Поваренная соль состоит из двух важнейших минералов – натрия и хлорида. Но когда речь идет об укреплении иммунитета, хлорид перетягивает все внимание на себя. С помощью хлорида организм производит соляную кислоту, которая входит в состав желудочного сока. Она помогает убивать болезнетворные микроорганизмы в желудке и участвует во всасывании питательных веществ, без которых невозможна нормальная работа иммунной системы. Если бы не желудочный сок, мы не смогли бы получать питательные вещества из пищи и мучились бы от десятков инфекций. Но этого с нами не происходит благодаря соли и содержащемуся в ней хлориду. Нейтрофилы секретируют так называемую хлорноватистую кислоту, то есть соль гипохлорита (гипохлорит – это активный компонент отбеливателя). Хлорноватистая кислота, которую производят нейтрофилы, убивает патогенные микроорганизмы, а для производства такой полезной кислоты как раз необходим хлорид. Следовательно, хлорид помогает бороться с инфекциями в желудке и вооружает иммунные клетки. Человеческое тело не может производить хлорид, поэтому мы должны потреблять его в виде соли. Хлорид нужен для производства таурин хлорамина, который помогает успокаивать цитокиновый шторм. После того, как нейтрофилы применяют хлорноватистую кислоту для уничтожения инфекции, таурин хлорамин снимает воспаление. [1780]

Соль для полоскания горла, вдыхания и ирригации носовой полости

Полоскание горла водным солевым раствором помогает истончить слизистую оболочку и уничтожить вредных микробов. Чтобы приготовить правильный раствор для вымывания слизи, нужно просто сделать воду чуть солонее, чем среда ротовой полости, и вытянуть влагу из слизистой, после чего она станет тоньше. Например, в гипертонических растворах концентрация соли составляет 2–3 % по сравнению с 0,82 % в крови. Чтобы приготовить слегка концентрированный соленый раствор, потребуется от 1/3 до ½ чайной ложки соли на 100 мл. Однако специалисты из Клиники Мэйо рекомендуют от ¼ до ½ чайной ложки соли на 235 мл, то есть концентрация соли в растворе составит 0,8–1,6 % соответственно. Если полоскать таким раствором горло по 2–3 раза в день, можно значительно улучшить состояние слизистой. Соленая вода вытягивает влагу и убивает бактерии, а значит, полоскание полости рта соленым раствором улучшает состояние при язвах, гингивите, периодонтите и кариесе. [1781]

Исследование методом «случай-контроль» среди жителей Ирана рассмотрело факторы, связанные со сниженным риском возникновения инфекций верхних дыхательных путей. Исследователи пришли к выводу: «Промывание горла и ротовой полости соленой водой – самая эффективная мера профилактики». [1782] Рандомизированное контролируемое исследование среди здоровых взрослых с инфекциями верхних дыхательных путей позволило экспертам установить, что промывание носа гипертоническим солевым раствором совместно с полосканием горла (с использованием 3-процентного солевого раствора) в первые 48 часов после появления симптомов позволило сократить продолжительность заболевания на 1,9 дней (p = 0,01), снизить потребность в медицинских препаратах, отпускаемых без рецепта, на 36 % (p = 0,004), снизить передачу вируса через близкие контакты на 35 % (р = 0,006) и распространение вируса (р = 0,04). [1783] Возможно, сейчас вы задаетесь вопросом, где же взять гипертонический солевой раствор для ирригации носовой полости? Нети-пот (индийский чайничек для промывания носа – прим. пер.) можно приобрести во многих магазинах. Только будьте внимательны: для промываний с помощью нети-пот можно использовать только дистиллированную воду, то есть вода из-под крана не подойдет! Обычно чайнички продаются вместе с сухой смесью для промывания, из которой нужно приготовить изотонический/гипертонический раствор для промывания носа. Обычно нети-пот не рекомендуют для ежедневного использования, но во время инфекционного простудного заболевания ирригация носовой полости и полоскание горла значительно улучшают состояние больного.

Научно доказано, что промывание носа солевым раствором – это эффективное вспомогательное средство лечения симптомов хронического риносинусита. [1784] Кроме того, промывание считается эффективным вспомогательным средством лечения симптомов некоторых других заболеваний, в том числе острого ринита/заложенности носа, аллергического ринита, заложенности верхних дыхательных путей вирусной этиологии и во время послеоперационного ухода при эндоскопической хирургии пазух носа.

В Восточной и Центральной Европе практикуют терапевтическое посещение настоящих соляных пещер под землей (этот метод оздоровления называется спелеотерапией), что приносит неоценимую пользу организму. Это мнение разделял еще Гиппократ. [1785] Вдыхание микрочастиц соли не в пещере, а на поверхности земли, называется галотерапией, которая имитирует атмосферу природной солевой пещеры. Этот альтернативный метод лечения активно применяли как минимум со времен Средневековья. Впервые о галотерапии, как о потенциальном терапевтическом методе, заговорили в 1842 году, когда польский врач Феликс Бочковский заметил, что добытчики соли редко болеют респираторными инфекциями. [1786] Поскольку большинство людей лишено возможности посещать соляные копи, специально для обычных людей доктор разработал галогенераторы – устройства, которые создают имитацию соляной пещеры и помогают дышать соленым воздухом. Соль устраняет мокроту и освобождает дыхательные проходы, очищая вместе с тем организм от инфекционных частиц. Отметим, что сперва эта процедура может привести к ухудшению симптомов, так как повышенная подвижность мокроты вызывает кашель. В SPA и оздоровительных учреждениях можно посетить специальные соляные комнаты, соляные сауны или бани без нагрева.

Галотерапия разделяется на два основных подхода – сухая и влажная солевая терапия. При сухой применяют микрочастицы сухой соли, а при влажной используют солевой раствор. Типичная солевая комната выделяет в воздух по 5 мг сухих микрочастиц соли за один час. Отдых в солевой комнате и вдыхание соленого воздуха показано пациентам с астмой, бронхитом, заболеваниями легких, респираторными аллергиями и хроническими ушными инфекциями. [1787] Галотерапия облегчает состояние при муковисцидозе, астме и хронической обструктивной болезни легких (ХОБЛ). [1788, 1789] Пациентам с ХОБЛ орошение физиологическим раствором помогает меньше испытывать одышку и лучше откашливать слизь. [1790] Два рандомизированных исследования показали, что соляная комната снижает бронхиальную гиперреактивность при астме. [1791, 1792] Дыхание соленым воздухом помогает улучшить состояние увеличенных аденоидов и миндалин, из-за которых возникает апноэ во сне у детей предпубертатного возраста. [1793] Галотерапия рекомендована, как терапия первой линии при бактериальном вагинозе. [1794] Солевая терапия оздоравливает иммунную систему, улучшая функции лимфоцитов, иммуноглобулинов и усиливая фагоцитарную активность нейтрофилов, как утверждают авторы рандомизированного исследования. [1795] Кроме того, после галотерапии отмечают улучшение состояния кожи при псориазе и дерматите, хотя эти данные не подтверждены окончательно. [1796]

Биологически активные добавки с глутатионом

Глутатион – один их главных антиоксидантов человеческого тела. Он содержится в растениях, животных и других живых организмах. Попадая к человеку, он приносит большую пользу для здоровья, в том числе купирует окислительный стресс. Основная задача глутатиона – защита от активных форм кислорода, свободных радикалов, продуктов перекисного окисления липидов и тяжелых металлов. [1797] Глутатион в оптимальной концентрации помогает телу справляться с окислительным стрессом и ускоряет процесс заживления тканей, которым был причинен вред.

Давайте рассмотрим список полезных свойств глутатиона:

● Глутатион выступает в качестве основного антиоксиданта, который нейтрализует свободные радикалы и сохраняет другие антиоксиданты, такие как витамины С и Е, в их активной форме. [1798] Глутатион снимает окислительный стресс, который в тяжелых случаях приводит к развитию многих заболеваний, в том числе онкологических.

● Глутатион поддерживает здоровье печени и помогает бороться с ожирением этого органа. [1799] Печень, главный орган детоксикации, получает огромную пользу от глутатиона.

● Глутатион помогает иммунной системе, контролируя воспаление и аутоиммунные реакции. [1800]

● Глутатион способствует регуляции уровня оксида азота, усиливая функции цитруллина. [1801] В результате улучшаются кровообращение и состояние сердца. [1802] Уровень цитруллина обычно быстро падает во время острых респираторных заболеваний и сепсиса, [1803, 1804] который наступает на последней стадии осложнений вирусных инфекций. Повышение уровня цитруллина положительно сказывается на здоровье эндотелия за счет прилива оксида азота. При этом сам оксид азота обладает противовирусным действием. Следовательно, оптимальная концентрация глутатиона и цитруллина обеспечивает поступление оксида азота и повышает иммунитет.

● Глутатион управляет процессом клеточной смерти и клеточным циклом. Нехватка глутатиона приводит к апоптозу или клеточной смерти. [1805]

● Глутатион необходим для репарации ДНК, синтеза белка, транспортировки аминокислот и активации ферментов. Все системы тела испытывают на себе влияние глутатиона.

Список продуктов питания, которые повышают уровень глутатиона, мы предоставили в восьмой главе. Существует множество факторов, которые снижают концентрацию глутатиона в организме, среди которых: токсины окружающей среды, неправильный образ жизни, недосыпание, чрезмерное употребление алкоголя, хронический стресс, старение, продукты, вызывающие воспаление, и дефицит питательных веществ. [1806, 1807]

Биологически активные добавки, которые способствуют производству глутатиона, это N-ацетилцистеин (NAC), альфа-липоевая кислота и липосомальный глутатион. [1808, 1809] Магний и витамин С тоже поднимают уровень глутатиона. Большинство БАДов с глутатионом разрушаются в пищеварительном тракте и плохо усваиваются, если принимать их перорально. Чтобы обойти эти ограничения, многие специалисты рекомендуют принимать липосомальный глутатион. Пероральный прием липосомального глутатиона пополняет внутренние глутатионовые резервы организма и маркеры иммунной функции. [1810] Самый эффективный метод получения дополнительного глутатиона – внутривенный, хотя у нас пока недостаточно научных данных о его биодоступности. [1811] Исследователи изучали двух пациентов с коронавирусной инфекцией COVID-19, которым 2 г глутатиона внутривенно помогли улучшить дыхательную функцию и устранить одышку в течение часа после использования. [1812] Повторное введение глутатиона облегчило и другие признаки респираторной вирусной инфекции.

Ниже приведен список нутрицевтиков, которые помогают взять под контроль РНК-вирусы: [1813]

● Феруловая кислота: 500–1000 мг

● Липоевая кислота: 1200–1800 мг (вместо феруловой кислоты)

● Спирулина: 15 г (или 100 мг фикоцианобилина)

● N-ацетилцистеин: 1200–1800 мг (в 2–3 приема, соответственно)

● Селен: 50–200 мкг

● Глюкозамин: 3000 мг или более

● Цинк: 30–50 мг

● Бета-глюкан дрожжей: 250–500 мг

● Бузина: 600–1500 мг (стандартизировано до 10–15 % антоцианов)

Лекарственные препараты и нутрицевтики с антитромботическим действием, перспективные при лечении коронавирусной инфекции[4]:

● Гидроксихлорохин: 200 мг 2 раза в день

● Спирулина: 15 г (круглая столовая ложка), один раз в день

● Порошок глицина: 5 г, 2–3 раза в день

● Липоевая кислота: 600 мг 2–3 раза в день

● Феруловая кислота: 500 мг 2 раза в день (вместо липоевой кислоты)

● Порошок из ростков брокколи: по 5 г 1–2 раза в день (содержит 20–40 мг сульфорафана)

● N-ацетилцистеин: 600 мг 2–3 раза в день

● Цитруллин в порошке: 2 г, 2 раза в день

● Фолиевая кислота: 40 мг, один раз в день

● Биотин: 10 мг 2–3 раза в день

Биологически активные добавки с NAD+

NAD+ (НАД+) или никотинамидадениндинуклеотид – это ключевой кофермент, который принимает участие во всех энергетических процессах тела. [1815] Он незаменим при превращении пищи в энергию, восстанавливает повреждения ДНК, укрепляет иммунную систему, сжигает жир и регулирует циркадные ритмы организма. [1816] Старение снижает количество NAD (НАД), а низкий уровень NAD ускоряет старение. [1817]

Каким образом NAD влияет на иммунную систему?

● NAD-биосинтетические пути регулируют иммунные клетки и врожденный иммунитет. [1818] Во время иммунного ответа макрофаги повышают уровень NAMPT, который управляет реутилизационным путем NAD (НАД), контролирует воспаление и выживаемость клеток. NAD контролирует цитокины, лимфоциты и моноциты крови. [1819] Инъекции с NAD мышам защищают их от аутоиммунных заболеваний и продлевают выживаемость после трансплантации кожи. [1820, 1821]

● NAD участвует в системах противовирусной защиты организма, таких как интерферон. [1822] Коронавирусная инфекция нарушает метаболизм NAD путем чрезмерной экспрессии PARP (поли(АДФ-рибоза)-полимеразы), которая подавляет противовирусную активность. [1823] Пищевые добавки с никотинамидом или никотинамид рибозидом могут восстанавливать противовирусную защиту PARP.

● Низкий уровень NAD угнетает антиоксидантную активность клеток. В результате развиваются воспаление и окислительный стресс, который ослабляет иммунную систему. Стимуляция макрофагов липополисахаридом вводит организм в провоспалительное состояние и снижает концентрацию NAD за несколько часов. [1824] На этом этапе возникает все больше и больше активных форм кислорода, которые усугубляют повреждения.

● NAD защищает от тяжелых металлов и устраняет их пагубное действие. В ходе исследования на круглых червях удалось установить, что биологически активные добавки с NAD+ защищают от отравления метил-ртутью. [1825] Поэтому для защиты от токсинов окружающей среды лучше позаботиться о высокой концентрации NAD в организме с помощью здоровых привычек и биологически активных добавок.

● Низкий уровень NAD ускоряет процесс старения организма и иммунитета. В теории считается, что уровень NAD снижается с возрастом, потому что его разрушает сверхактивный NAD-поглощающий фермент CD38. [1826] CD38 – мембраносвязанная гидролаза, которая повышается с помощью NF-kB. [1827] В целом, чем сильнее воспаление, тем больше CD38, который расщепляет NAD. Вероятно, поэтому для различных воспалительных заболеваний характерен низкий уровень NAD. В данном случае все усилия нужно направить на лечение причины пониженного уровня NAD (НАД), а не применять средства, которые его повышают искусственно. NAD-поглощающий ферменты, такие как CD38, АДФ-рибозилтрансферазы (ARTs), поли-АДФ-рибозополимеразы (PARPs) и сиртуины способствуют старению иммунитета и всего организма. [1828] Флавоноиды кверцетин и апигенин ингибируют CD38, что повышает концентрацию NAD. [1829]

Воспаление – это процесс, который возникает как побочный эффект старения и активно разрушает NAD. [1830] Без воспаления не обходятся инфекции, хронические заболевания и вирусная нагрузка. Иммунные реакции вызывают окислительный стресс и расщепление NAD+. С возрастом воспалительное состояние усугубляется по умолчанию, потому что в организме остается меньше NAD и антиоксидантного потенциала. [1831] К сожалению, на нас вдобавок воздействуют различные провоспалительные обстоятельства, такие как загрязнение воздуха, тяжелые металлы, пестициды, ЭМП и некачественные продукты питания, которые еще больше истощают запасы NAD в организме. Дефицит этого полезного соединения постоянно негативно сказывается на работе иммунной системы и повышает восприимчивость организма к инфекциям.

Давайте разберемся, как повысить уровень NAD для оптимальной работы иммунной системы и энергетического гомеостаза:

● Ингибируйте воспаление, которое снижает уровень NAD. Как мы уже говорили выше, воспаление способствует расщеплению NAD. Поэтому необходимо отыскать первопричину воспаления и вылечить ее – это ваша отправная точка повышения уровня NAD.

● NAD можно синтезировать из аминокислот триптофана или аспарагиновой кислоты. Триптофангидроксилаза 1 тесно связана с иммунорегуляторными свойствами NAD+. [1832] Распад триптофана происходит во время иммунной реакции. Дополнительный прием триптофана стимулирует процессы заживления. [1833] Белок животного происхождения – наиболее биодоступный источник прекурсоров NAD.

● Дополнительный прием витамина В3 или ниацина, никотинамида, никотинамид рибозида (NR) и никотинамид мононуклеотида (NMN) повышает уровень NAD+. Суточную потребность для биосинтеза NAD+ можно удовлетворить, принимая по 20 мг ниацина в день. Однако появляется все больше доказательств в пользу того, что если поднять уровень NAD+ намного выше, то можно защитить себя от процессов старения и нейродегенерации. [1834] Ниацин содержится в продуктах животного происхождения и белках. Ниацин, который можно найти в растениях или таких продуктах, как маис, хуже усваивается и не улучшает состояние при дефиците витамина B3. [1835]

Ученые открыли, что повышение уровня NAD с помощью никотинамид рибозида (NR) оборачивает вспять признаки старения и потенциально снижает риск развития множества заболеваний. [1836] Тем не менее проводилось не так много клинических исследований при участии людей, которые доказывают эту гипотезу.

Основные прекурсоры NAD – это никотиновая кислота (NA) или ниацин, никотинамид (Nam), никотинамид рибозид (NR) и никотинамидмононуклеотид (NMN). Все эти соединения задействованы в метаболизме, но никотинамид рибозид (NR) поднимает уровень NAD лучше всего в зависимости от дозировки. [1837] Дозировки по 100, 300 и 1000 мг NR поднимают уровень NAD у людей. [1838] Чаще всего в одной дозе биологически активного препарата содержится 300 мг. У мышей дополнительное введение 400 мг/кг/день NR в течение одной недели способствовало повышению уровня NAD в печени и мышцах. [1839]

Лаборатория Дэвида Синклера сообщает, что инъекции NMN старым мышам в течение недели восстанавливают и омолаживают митохондрии. [1840] Эта процедура не повышает мышечную силу, но, вероятно, дело в кратковременности лечения. В рамках длительного научного исследования мыши, которым давали высокую дозу NMN (300 мг/кг/сут.), потеряли 18 % веса тела без дополнительных физических нагрузок. [1841] Лечение не оказало никакого эффекта на молодых мышей, но для старых оно было очень кстати.

По сравнению с NMN NR прошел проверку в ходе большего числа клинических исследований при участии людей. Эксперты считают, что NR безопаснее даже в больших дозировках, хотя мы не располагаем достаточными научными данными о безопасности NMN. [1842] Ученые установили, что пероральный прием NR по 5000 мг/кг/сут. не приводит к гибели, но пагубно сказывается на внутренних органах. Минимальные побочные эффекты наблюдаются при 1000 мг/кг/сут., тогда как 300 мг/кг/сут. не дает побочных эффектов. [1843] NMN не проходило оценку Управления по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов США, хотя это соединение входит в состав биологически активных добавок. [1844] Высокие дозы NMN, похоже, не вызывают серьезных проблем со здоровьем.

Главное затруднение при лечении препаратами с NR и NMN заключается в том, что они могут метилироваться и выводиться с мочой. В результате теряются прекурсоры NAD и донор метильной группы, который мог быть использован при метилированнии. [1845] Чтобы не допустить этого, принимайте NR и NMN во время еды, чтобы сразу направить их на синтез NAD вместо метилирования. Кроме того, можно попробовать объединить NR и NMN с дополнительными донорами метильной группы, например, триметилглицином (бетаин), креатином, витамином В12 или глицином для предотвращения потери метильных групп.

● Ферментированные продукты, такие как квашеная капуста и чайный гриб комбуча, содержат витамины группы В, которые повышают уровень NAD+. Процесс ферментации производит NADH (НАДH) и лактат, который восстанавливает NAD+. [1846]

● Кетоновые тела снижают производство активных форм кислорода в митохондриях за счет окисления NADH (НАДH) в NAD+. [1847] Кетогенная диета поднимает уровень NAD+ за счет окисления жирных кислот и элиминации глюкозы. [1848] Деплеция глюкозы приводит к увеличению уровня NAD+ за счет стимулирования активности AMPK и SIRT1. [1849] При этом фрукты тоже могут активировать ферменты, которые помогают преобразовывать NADH (НАДH) в NAD+. [1850] Поэтому свежие фрукты полезны даже на низкоуглеводной диете.

● Голодание и ограничение калорий повышает NAD+ и SIRT1. Они обладают омолаживающим эффектом и способствуют выживаемости клеток. [1851, 1852, 1853] Голодание помогает переработке NAD за счет активации NAMPT, который управляет реутилизационным путем NAD (НАД), стимулируя AMPK. [1854] Увеличение продолжительности жизни путем ограничения потребляемых калорий отчасти зависит от воздействия NAD. [1855]

● Физические упражнения поднимают уровень NAD+ и сиртуинов. [1856, 1857] Тот же эффект дает посещение сауны. [1858] Главным образом уровень NAD повышается в митохондриях. [1859]

Нужно ли принимать препараты с NAD во время инфекций?

Гомеостаз NAD/NADH (НАДH) определяет выживаемость болезнетворных микроорганизмов и различных бактерий, в том числе микобактерий туберкулеза (Mycobacterium tuberculosis, МБТ). [1860] Некоторые вирусы забирают ферменты, необходимые для гомеостаза NAD (НАД), и используют их для собственного выживания. [1861] По оценкам экспертов, примерно 17 % ферментативных реакций МБТ проходят при участии NADPH (НАДФH), как кофактора. [1862] МБТ может использовать как синтез de novo, так и реутилизационный путь NAD. [1863] Недостаток NAD+ оказывает бактерицидное воздействие на многие штаммы бактерий и может служить потенциальной мишенью для некоторых заболеваний.

На сегодняшний день, как показывают результаты исследований, препараты для повышения уровня NAD, такие как NR и птеростильбен, обладают антибактериальными свойствами. [1864] Вероятно, по этой причине повышение сирутинов и SIRT1 улучшает клеточные функции. [1865] Таким образом, NAD/NADH эффективно работает как обоюдоострый меч, одновременно повышая иммунитет и сохраняя жизненные функции болезнетворных микроорганизмов. Определяющий фактор зависит от множества других процессов в организме и общего энергетического баланса.

Например, если вы здоровы и у вас высокий уровень NAD, то принимать биологически активные добавки с этим соединением не нужно. Но, с другой стороны, при хронической усталости или дисфункции митохондрий повышение уровня NAD значительно улучшает состояние. Низкий уровень NAD приводит к дальнейшему истощению NAD и удерживает вас в повторяющемся цикле истощения NAD.

Определенная стадия инфекции тоже оказывает серьезное влияние на финальный результат заболевания. Если поднимать уровень NAD на нужной стадии вирусной инфекции, то можно значительно облегчить тяжесть заболевания. Вирусы и инфицированные клетки постоянно сражаются за NAD, стараясь перетащить его на свою сторону. Инфицированные здоровые клетки используют NAD для защиты от вируса, а вирусы отбирают у них NAD, чтобы выжить самим. По результатам последних исследований можно говорить о том, что инфекции истощают запасы NAD, активируя PARP. В дальнейшем нарастает провоспалительный цитокиновый шторм, который обычно возникает при коронавирусной инфекции COVID-19 и других инфекционных заболеваниях, что еще больше истощает NAD. [1866] Практически вся патология, связанная с COVID-19, возникает из-за утраты NAD+.

Адаптогены для повышения иммунитета

Традиционная медицина на протяжении многих тысячелетий полагается на целебные свойства различных растений. В них содержатся полезные адаптогенные соединения, которые необходимы для укрепления иммунитета и налаживания процесса обмена веществ.

Адаптогены – это растительные соединения, которые поддерживают гомеостаз в организме. [1867] Если у вас мало энергии и жизненных сил, они подействуют ободряюще, а если вы слишком сильно возбуждены, то они помогут успокоиться. Вещество называют адаптогенным в том случае, если оно нетоксичное, неспецифическое и оказывает физиологическое воздействие. На сегодняшний день Управление по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов США и ЕС не используют термин «адаптоген» в фармакологии по причине недостатка данных о его предполагаемом благотворном влиянии на состояние здоровья. [1868] Тем не менее сейчас проводится масса исследований полезных свойств адаптогенов, таких как грибки, травы, грибы и растения.

Ниже приведен список самых распространенных и эффективных адаптогенов:

● Гриб чага (Inonotus obliquus). Чага растет и развивается на березовых стволах. Гриб способствует снижению уровня холестерина, триглицеридов, снимает воспаление и препятствует окислительному стрессу. [1869] Ученые выяснили, что полисахариды чаги активируют макрофагов через сигнальные пути MAPK и NF-kB. [1870] Гриб чага в форме жидкого экстракта стимулирует белые кровяные тельца и противовоспалительные цитокины. [1871] В то же время он ингибирует производство провоспалительных цитокинов. [1872] Чагу можно принимать в виде порошка, настойки, экстракта или заваривать с ним чай. Оптимальная суточная дозировка чаги составляет 1–2 чайных ложки, больше принимать не следует, потому что гриб содержит очень много оксалатов, которые связываются с кальцием и формируют камни в почках. Концентрация оксалатов в чаге зависит от формы выпуска, поэтому перед покупкой обращайте внимание на информацию о содержании оксалатов. Примерный уровень оксалатов в чаге можно сравнить с миндалем, арахисом, злаками и шоколадом. В грибе их содержится намного меньше, чем в таких продуктах, как шпинат, ревень и зелень свеклы, где концентрация растворимых оксалатов очень высока. Однако нерастворимые оксалаты не наносят вред организму, потому как выходят вместе с фекалиями, значит проявлять бдительность нужно только в отношении растворимых оксалатов. Известен случай, когда 72–летняя женщина с раком печени принимала по 4–5 ложек чаги в течение шести месяцев и тем самым вызвала повреждение печени и необратимую утрату функции почек. Поэтому очень важно следить за тем, чтобы не превышать рекомендуемую дозировку чаги. Кроме того, внимательно отнеситесь к потреблению продуктов с высоким содержанием оксалатов, таких как шпинат, ревень, орехи, семечки, фасоль, шоколад, свекла, чай, малина и т. д., если принимаете чагу. [1873]

● Гриб рейши (Ganoderma lucidum). Гриб рейши произрастает во влажной местности. Он поддерживает работу иммунной системы, функцию красных кровяных клеток, [1874] улучшает способность тела сопротивляться заболеваниям. В исследовании, в котором приняли участие более 4000 женщин, перенесших рак молочной железы, 59 % испытуемых регулярно употребляли рейши. [1875] В рейши содержится большое разнообразие биоактивных полисахаридов, бета-глюканов и более 120 различных терпеноидов. [1876] Он повышает уровень холестерина ЛПВП, снижает уровень TNF-альфа и борется с усталостью. [1877, 1878] Суточная доза такая же, как у чаги, то есть от 1 до 2 чайных ложек в день.

● Гриб шиитаке (Lentinula edodes). Шиитаке – это темно-коричневый гриб, который растет на пнях и мертвой древесине. Гриб содержит полисахариды, терпеноиды и стерины, которые укрепляют иммунную систему, снижают уровень холестерина и борются с раком. [1879] Исследования показывают, что регулярное употребление шиитаке (от 1 до 2 чайных ложек или от 5 до 10 г) снимает воспаление и улучшает иммунную функцию у молодых испытуемых. [1880] Эксперты отметили снижение уровня С-реактивного белка, увеличение пролиферации гамма-дельта-Т-клеток и естественных киллеров, а также увеличение секреторного IgA, что указывает на повышение кишечного иммунитета.

● Гриб трутовик разноцветный или «хвост индейки» (Coriolus/Trametes versicolor). Трутовик разноцветный in vitro сокращает количество лейкозных клеток [1881] и оздоравливает иммунную систему пациентов на химиотерапии. [1882] В нем содержится 35 различных полифенолов и флавоноидов, таких как мощный антиоксидант кверцетин. [1883] Хвост индейки богат и другими веществами, например, полисахаридными пептидами (PSP), которые активируют макрофаги и модулируют иммунный ответ. [1884, 1885] In vitro экстракт трутовика разноцветного ингибирует рост золотистого стафилококка и сальмонеллы. [1886]

● Ашваганда. Исследования на животных показывают, что ашваганда обладает иммуномодулирующими свойствами, повышает уровень Т-лимфоцитов-хелперов и макрофагов. [1887, 1888] Эксперты установили, что у людей ашваганда снимает стресс и возвращает иммунную систему в равновесие. [1889, 1890] У пяти человек через 96 часов после приема ашваганда подняла экспрессию CD4 и CD3+ T-лимфоцитов. [1891]

● Женьшень. Азиатский и американский женьшень контролирует иммунные клетки и обладает антимикробными свойствами. [1892] Ферментированный дикий корень женьшеня оказывает противовоспалительное и антиоксидантное действие. [1893] Традиционно женьшень применяют для лечения хронической усталости и эректильной дисфункции. [1894] В рамках исследования при участии 30 человек, которым давали по 200 мг женьшеня в сутки, у них улучшилось состояние психического здоровья и поднялось настроение, однако через восемь недель эти показатели вернулись к начальной отметке. [1895] В другом исследовании доза 200 мг по сравнению с дозой 400 мг оказалась более эффективной для повышения умственной работоспособности и дольше позволяла не уставать во время теста. [1896] Следовательно, больше не всегда значит лучше.

● Имбирь. Широко известны противовоспалительные свойства имбиря. Также он способен устранять инфекционные агенты, защищает от стрессоров окружающей среды, таких как дым и вредные химические соединения. [1897, 1898] Один из его активных ингредиентов – гингерол – мощное противовоспалительное соединение. [1899] Доказано, что употребление 2 г имбиря в день значительно уменьшает мышечную боль. [1900] Часть пациентов среди 247 человек с остеопорозом коленного сустава принимали экстракт имбиря, в результате они меньше жаловались на боль и реже обращались к лекарственным препаратам. [1901] В ходе эксперимента женщины принимали по 1 г порошка сушеного имбиря в первые три дня менструации, в результате чего у них полностью исчезли болевые ощущения. Действие имбиря в данном случае сравнимо с действием ибупрофена. [1902] При диабете второго типа 2 г порошка имбиря в день снижают уровень глюкозы в крови натощак на 12 % и окисленных липопротеинов на 23 %. [1903] Три грамма имбиря в день помогают значительно снизить уровень холестерина. [1904]

● Куркума. Куркумин – один из нескольких активных компонентов куркумы, обладает противовоспалительными свойствами, снимает хронические боли и борется с инфекциями. [1905] Он поднимает уровень глутатиона и ингибирует активацию NF-kB. [1906] Куркумин оказывает антибактериальное, противовирусное и противогрибковое действие на человеческий организм. [1907] Он содержится в карри и других индийских специях, однако наиболее эффективны биологически активные добавки с куркумином. В них содержатся жирорастворимые куркуминоиды или водорастворимые турмеросахариды. Обычно БАДы с куркумой принимают по 500 мг от двух до четырех раз в день во время еды.

● Астрагал (Astragalus membranaceus). Результаты исследований говорят о том, что астрагал защищает от воспаления желудочно-кишечного тракта и обладает иммуностимулирующими свойствами. [1908] В одном из исследований травяная настойка из астрагала, эхинацеи и солодки стимулировала иммунные клетки в течение 24 часов после употребления и поддерживала их повышенный уровень в течение следующих 7 дней. [1909] Исследования in vitro показали, что экстракт астрагала активирует иммунный ответ макрофагов. [1910]

● Корень солодки или лакрица обладает сладким вкусом, поэтому его используют как подсластитель при изготовлении конфет и пастилок. Также корень солодки на протяжении многих веков активно применяют в медицинских целях. Чаще всего его используют для лечения кашля, проблем с пищеварением и простуды. Доказано, что солодка уменьшает количество Helicobacter pylori, [1911] облегчает течение язвы, [1912] способствует функционированию иммунной системы [1913] и борется с вирусными инфекциями, такими как атипичная пневмония или грипп. [1914] Эксперты установили, что изоликвиритигенин (ILG), основной активный компонент корня солодки, ингибирует репликацию вируса гриппа и препятствует выбросу провоспалительных цитокинов. [1915]Дополнительное введение ILG снижает заболеваемость мышей, инфицированных вирусом H1N1. [1916] Глицирризин, еще одно активное соединение корня солодки, эффективно блокирует репликацию коронавируса SARS. [1917] Отметим, что в избыточных количествах глицирризин вызывает головные боли, слабость, гипертензию и даже инфаркты. [1918] Также его не рекомендуют пить во время беременности и кормления грудью. Солодка может взаимодействовать с лекарственными препаратами, такими как диуретики, антиаритмические препараты, препараты для снижения артериального давления, антитромботические препараты, статины и нестероидные противовоспалительные препараты (НПВП). [1919] Прием солодки нужно ограничивать, исходя из концентрации глицирризина, которого нельзя принимать более 100 мг в день.

● Лимонник китайский (Schisandra chinensis) – плоды вьющейся лианы, ягоды пурпурно-красного цвета. В 2013 году в ходе исследования на животных ученые выяснили, что лимонник китайский восстанавливает печень и защищает от перекисного окисления липидов. [1920] Кроме того, он облегчает симптомы менопаузы у женщин, [1921] блокирует избыток бета-амилоидов при болезни Альцгеймера [1922] и уменьшает депрессию у мышей. [1923] Безопасная дозировка составляет 1,5–6 г в день в виде порошка или 3 г в день цельных плодов. Чрезмерные дозы могут вызвать изжогу, язву, рефлюкс и аллергию.

● Моринга масличная (Moringa oleifera). Моринга содержит витамин С, бета-каротин, кверцетин и хлорогеновую кислоту, которые снижают воспаление. [1924] Исследования при участии людей показывают, что она способствует снижению уровня сахара и липидов в крови. [1925] Мышей и крыс листья и семена моринги защищают от отравления мышьяком. [1926] Также растение ингибирует перекисное окисление липидов и благоприятно сказывается на работе почек. [1927] Корень моринги снижает концентрацию оксалатов в моче и препятствует развитию мочекаменной болезни. [1928] Кроме того, это лекарственное растение помогает при стрессе, тревоге и регуляции гормонов щитовидной железы. [1929, 1930] Порошок моринги рекомендуется принимать ежедневно по 1/2–2 ч.л./сут. или 1500–3000 мг/сут.

● Базилик священный (Ocimum sanctum) или туласи (тулси) обладает противовирусным, антибиотическим, противогрибковым, бактерицидным и дезинфицирующим свойствами. [1931] Обзор исследований 2017 года выявил, что базилик священный потенциально можно использовать для лечения болезней сердечно-сосудистой системы благодаря содержащимся в нем антиоксидантам. [1932] Так как растение обладает антибактериальным эффектом, его можно использовать для оздоровления полости рта. [1933]

● Андрографис – это род растений семейства акантовых. В разных странах он известен под разными названиями, в том числе как «индийская эхинацея». Andrographis Paniculata (андрографис метельчатый) применяют для лечения кашля, простуды и гриппа в традиционной китайской и индийской медицине. Он вполне безопасен и прекрасно подходит для облегчения симптомов острых респираторных инфекций дыхательных путей и сокращает продолжительность болезни. [1934] Лекарственное растение, как показывают исследования, эффективно уменьшает выраженность симптомов инфекций верхних дыхательных путей. [1935]

● Артемизинин или полынь горькая ингибирует репликацию флавивирусов, стимулируя производство интерферона первого типа. [1936]

Как правило, адаптогены не рекомендуется принимать постоянно, потому что они могут вызвать привыкание и организм перестанет на них реагировать. Чтобы избежать этого, принимайте эти полезные растительные соединения во время стресса, воспаления, при простудах и инфекциях. Особенно они эффективны в сезон гриппа, когда организму недостает солнечного света и иммунная система нуждается в дополнительной стимуляции.

Давайте посмотрим на список веществ и препаратов, которые не способствуют укреплению иммунитета и только усугубляют протекание инфекций:

● Парацетамол и нестероидные противовоспалительные препараты (НПВП). Часто для лечения простуды применяют обезболивающие препараты, хотя они не оказывают сколько-нибудь значимого положительного эффекта. Исследования показывают, что ацетаминофен или парацетамол увеличивает продолжительность простуды, потому что угнетает естественные защитные механизмы. [1937] При пневмонии НПВП мешают работе нейтрофилов, не дают им собираться в очаге воспаления и препятствуют завершению воспалительных процессов после острого легочного бактериального заражения, что существенно замедляет выздоровление. [1938] В 2014 году исследователи открыли, что НПВП и другие обезболивающие препараты для снижения температуры повышают частоту заболеваний гриппом и смертельных случаев в США. [1939]

● Мультивитамины. Доказано, что прием витаминов группы В, витамина Е, фолиевой кислоты и витамина С не защищает от распространенных инфекций. [1940, 1941] Хотя мультивитамины помогают восполнить дефицит микроэлементов. [1942] Витамин С, как выяснили ученые, сокращает продолжительность и тяжесть симптомов простуды, но не может предотвратить заболевание.

● Эхинацею, которую во всем мире почитают за способность укреплять иммунитет, применяют для лечения инфекций верхних дыхательных путей. [1943] Однако последние систематические обзорные исследования не выявили никаких статистически значимых оздоровительных качеств у этого растения. [1944]

● Лекарства от кашля. Кашель – это защитный механизм нашего организма, который помогает очищать дыхательные пути, выводя из них мокроту и микробов. Ни один из препаратов от кашля, который можно приобрести в обычной аптеке, например, кодеин, [1945] декстрометорфан (DXM) или антигистаминные препараты, [1946] не доказал эффективности при лечении гриппа и кашля. [1947]

Напомним, что прежде, чем начинать принимать ту или иную биологически активную добавку, нужно обязательно проконсультироваться с врачом. Разумнее сначала уделить внимание своему рациону, начать есть цельные продукты, а затем восполнять недостающие микроэлементы и нутриенты. Тем не менее существуют такие питательные вещества, которых не хватает буквально всем – это магний, медь, марганец, витамин D, витамин А, рибофлавин, холин и, возможно, NAD для тех, у кого ослаблен иммунитет.

Глава десятая:

Интервальное голодание, аутофагия и старение иммунитета.

Как голодание влияет на иммунитет

Старение иммунной системы или возрастная инволюция тимуса – это процесс угнетения функций иммунной системы, связанный с возрастом и разрушением клеток. Чем сильнее стареет иммунная система, тем хуже организм справляется с иммунными реакциями [1948] и производством Т-лимфоцитов. [1949] Кроме того, значительно снижается цитотоксичность естественных киллеров. [1950] В результате этого процесса возрастает число смертельных случаев при инфекционных заболеваниях.

Клеточное старение – это нормальная составляющая биологического старения. [1951] Клетки начинают стареть, когда теряют способность делиться и расти. Несмотря на свое состояние, эти клетки продолжают проявлять метаболическую активность и распространяют воспаление, повышают регуляцию иммунных лигандов и укорачивают теломеры. [1952] Иногда их называют «клетками-зомби» за то, что они не приносят организму ровно никакой пользы, а только разжигают воспаление. Старые клетки ускоряют старение всего организма, аккумулируясь в нем и ограничивая регенеративный потенциал стволовых клеток. [1953] Отсюда следует, что человек сильнее подвержен различным инфекциям, хроническим заболеваниям и развитию рака. Нужны иммунные клетки? Сперва необходимо выработать достаточно стволовых клеток. Нужно восстановить поврежденные клетки сердца? Тут тоже никак не обойтись без стволовых клеток. Таким образом, чем больше повреждений накапливается в организме, тем больше становится старых клеток и меньше стволовых. В целом можно сказать, что воспаление и окислительный стресс не дают организму производить новые клетки взамен поврежденным и погибающим от старости.

Клеточное старение возникает в ответ на повреждение ДНК под действием активных форм кислорода (АФК) и свободных радикалов. [1954, 1955] Окислительный стресс – это неизбежная часть процесса производства энергии, дыхания и существования как такового. Все, что мы можем, это только замедлить его до некоторой степени.

Более 20 лет назад эксперты пришли к выводу, что ограничение количества потребляемых калорий замедляет процесс старения и увеличивает продолжительность жизни почти всех видов животных. [1956] Питаясь ограниченным количеством калорий, круглые черви, мухи, мыши и обезьяны живут в среднем дольше на 20–30 %. [1957] Ограничение калорий снижает окислительный стресс, уменьшает воспаление, сохраняет митохондрии здоровыми и удаляет клетки-зомби. Однако продлить жизнь можно только в том случае, когда удается избежать дефицита питательных веществ. Кроме того, исследования по ограничению калорий на животных показывают, что пользу в первую очередь приносит исключение из рациона обработанных пищевых продуктов, и эти исследования никогда не проводились на животных, находящихся на естественном рационе. Более того, их ограничивали принудительно, поэтому часто бывает, что низкокалорийные диеты не работают в реальных условиях у людей. Однако, если бы существовал способ придерживаться диеты, которая естественным образом приводила бы к снижению потребления калорий и/или улучшению метаболического здоровья, тогда продление жизни было бы возможно.

Польза ограничения потребляемых калорий опосредована аутофагией или клеточным жизненным циклом. Аутофагия – это процесс переработки старых, изношенных клеточных компонентов с последующим превращением их в энергию. Например, если заблокировать гены аутофагии, то мыши не станут жить дольше даже с учетом ограничения калорий, а продолжительность жизни мышей с активированной аутофагией действительно увеличивается. [1958] Во время старения клеток аутофагия усиливается (чтобы избавиться от поврежденных клеток), [1959] и ингибирование аутофагии также провоцирует старение. Проще говоря, недостаточная активность аутофагии ускоряет процесс клеточного старения, и когда клетки стареют, организм стремится очиститься от них через аутофагию.

Исследования показывают, что восстановление способности к аутофагии обращает вспять процесс старения и восстанавливает регенеративные функции стареющих сателлитных клеток. [1960] Кроме того, ученые доказали, что аутофагия защищает от возрастной саркопении и потери мышечной массы. [1961] Недостаток аутофагии приближает старость и развитие заболеваний. [1962] Аутофагия борется с возрастной потерей мышечной массы, [1963] повышает чувствительности к инсулину, [1964] обеспечивает переход к кетозу, [1965] управляет иммунной системой и удаляет стареющие митохондрии. Процесс митофагии или митохондриальной аутофагии позволяет избавиться от органелл, которые инициируют старение. [1966] Разрушение митохондрий и старение – это неизбежная часть жизни, поэтому мы должны обеспечить себе стабильную аутофагию, чтобы восстанавливать повреждения организма.

В этой главе мы обсудим, какие меры необходимо принимать, чтобы предотвратить клеточное старение и старение иммунитета с помощью активизации аутофагии. Лучше всего для этого подходит такой инструмент, как интервальное голодание и ограничение потребляемых калорий, но существуют и другие методы, которые приводят к тому же результату. С нашей точки зрения самое важное, что интервальное голодание и аутофагия благотворно влияют на иммунную систему, а значит, их можно назвать первым шагом на пути укрепления иммунитета.

Старение клеток и иммунной системы

Феномен клеточного старения интересен тем, что нормальные клетки, которые перестают делится, не умирают, а продолжают свое существование – только они больше не делятся и не растут. В сущности, это процесс аккумуляции дисфункциональных клеток, которые производят цитокины, разжигают воспаление и способствуют повреждению тканей. Это явление также называется репликативным старением или пределом Хейфлика, по имени профессора Леонарда Хейфлика, который предложил этот термин в 1960-х годах. Согласно его наблюдениям, у клетки есть предел числа делений. [1967] Хейфлик определил, что культура фибробластов человека может делиться около 50 раз, после чего клетки стареют.

Стареющим клеткам свойственны воспаление, морфологические изменения, провоспалительные цитокины и SASP – ассоциированный со старением секреторный фенотип, который содержит определенные факторы роста. [1968] Они инициируют старение соседних клеток. Считалось, что этот процесс необходим для защиты клеток от превращения в злокачественные. Рак развивается в результате бесконтрольного роста злокачественных или инфицированных клеток, а клеточное старение не дает этому произойти. К сожалению, стареющие клетки-зомби тоже вносят свой вклад в развитие различных патологий и способствуют старению организма.

Ассоциированные со старением Т-лимфоциты вызывают старение иммунитета и возрастные нарушения за счет производства провоспалительных цитокинов. [1969] Старение Т-лимфоцитов и хроническое вялотекущее воспаление – у этого явления есть свое название, инфламэйджинг или воспалительное старение – участвуют в развитии множества возрастных заболеваний. [1970] У людей по стареющими Т-лимфоцитами можно определить развитие гипергликемии. [1971] Стареющие Т-лимфоциты в системном кровотоке связывают с системным воспалением и размерами поражений при кожном лейшманиозе человека. [1972] Аккумуляция стареющих эндотелиальных клеток – основной фактор развития атеросклероза и сердечно-сосудистых заболеваний. [1973] Стареющие клетки костного мозга вызывают старение иммунной системы. [1974]

Вот несколько причин, которые приводят к клеточному старению.

● Ожирение и избыток жировых отложений приводят к старению и подавляют нейрогенез. [1975] Жировые клетки, особенно висцеральный жир, имеют тенденцию накапливать макрофаги и секретировать провоспалительные цитокины.

● Нарушение иммунного надзора ускоряет аккумуляцию стареющих клеток и процесс старения. [1976] Это провоцирует воспаление и цитотоксичность.

● Нарушение регуляции Т-лимфоцитов и старение Т-лимфоцитов. [1977] Старение иммунной системы связывают с низким соотношением CD4+/CD8+, [1978] нарушением развития Т-лимфоцитов-хелперов, [1979] сниженной цитотоксичностью естественных киллеров, [1980] избыточным количеством CD8+ Т-клеток, ингибирующих противовирусную защиту, [1981] и слабой реакцией на антигены. [1982]

● Провоспалительные цитокины и клеточное старение. [1983] Они распространяются на соседние клетки со скоростью лесного пожара и укорачивают теломеры. Эрозия теломер повышает предрасположенность к клеточному старению. [1984]

● Повреждение ДНК вызывает старение клеток. ДНК повреждается в результате окислительного стресса, вследствие чего начинает проявлять активность белок p53. [1985] Он подавляет развитие опухолей и не дает стареющим клеткам превращаться в злокачественные. [1986]

● Нарушение обмена веществ приводит к старению клеток. Гипергликемия вызывает клеточное старение [1987] и воспалительное старение (инфламэйджинг), которые в свою очередь еще сильнее стимулируют клеточное старение. [1988] Повышенная концентрация глюкозы заставляет макрофагов выбрасывать SASP и провоспалительные цитокины, что в свою очередь способствует вялотекущему воспалению и клеточному старению. [1989]

● Стимуляция пути передачи сигналов инсулин/IGF-1 и mTOR ускоряет репликацию клеток и старение. Сигнальные пути препятствуют утилизации мертвых клеток, ингибируя аутофагию. Сверхактивный mTOR способствует появлению SASP. [1990]

Если вы хотите жить дольше и сохранить молодость иммунной системы, то вам необходимо регулярно избавляться от стареющих клеток.

Мы разработали для вас план по предотвращению клеточного старения и утилизации зомби-клеток:

● Активация белка FOXO. Белки FOXO – это факторы транскрипции, которые контролируют продолжительность жизни и реакцию на стресс. Пептид FOXO4 может прицельно воздействовать на стареющие клетки. [1991, 1992]

• Голодание в течение 48 часов повышает концентрацию FOXO1,3 и 4 в полтора раза, а возобновление приемов пищи снижает их до первоначального уровня. [1993] Ограничение потребляемых калорий повышает сиртуины, а также факторы FOXO. [1994, 1995]

• Физические упражнения повышают FOXO1 фосфорилирование, улучшают чувствительность к инсулину, способствуют митохондриальному биогенезу. [1996] Однако постоянные длительные/чрезмерные физические нагрузки снижают экспрессию FOXO. [1997] Несмотря на то, что упражнения на короткое время вызывают окислительный стресс, вскоре базальное воспаление снижается. [1998]

• В ответ на тепловой стресс FOXO помогают производить больше белков теплового шока, которые защищают от повреждений ДНК и способствуют сопротивляемости клетки. [1999] Сауна и другие процедуры для повышения температуры тела, а также физические упражнения способствуют активации FOXO.

• Бета-гидроксимасляная кислота (BHB) – это кетоновое тело, которое повышает концентрацию FOXO3 и тормозит окислительный стресс. [2000] BHB отсрочивает старение кровеносных сосудов и эндотелиальных клеток, [2001] а следовательно, препятствует клеточному старению. Уровень кетонов можно поднять, если сократить количество потребляемых углеводов, практиковать голодание и физические упражнения.

● Интервальное голодание – это практика воздержания от употребления калорий, которая стимулирует аутофагию и митофагию для очищения организма от клеточного мусора и неправильно свернутых белков. [2002] Голодание снижает интенсивность окислительного стресса и воспаления. [2003]

● Кардиотренировки. Аэробные нагрузки защищают от аккумуляции стареющих клеток. [2004] Кардиотренировки помогают уничтожать их путем аутофагии и активации AMPK. [2005]

● Воздействие высоких и низких температур. Белки теплового шока запускают аутофагию и помогают очистить организм от неправильно свернутых белков. [2006] Сауна и купания в ледяной воде стимулируют движение лимфы и помогают вымывать из тела токсины.

● Витамин D и магний. Активация рецепторов витамина D может препятствовать синтезу белков SASP, таких как IL-6 и IL-8, посредством ингибирования p38 MAP киназы. [2007, 2008]Кальцитриол (активная форма витамина D) приводит в активность рецепторы витамина D, и для осуществления этого процесса необходим магний. Следовательно, и магний, и витамин D необходимы для сокращения синтеза белков SASP. Самое главное, что дефицит магния повышает риск окислительного повреждения ДНК, [2009] которое лежит в основе феномена клеточного старения. Отсюда можно сделать вывод, что обеспечение организма оптимальным количеством магния и витамина D – это важный этап торможения процесса клеточного старения.

● Цинк и медь – Цинк противодействует отравлению тяжелым металлом кадмием, который вызывает окислительный стресс. Кадмий играет не последнюю роль в повреждении ДНК и преждевременном старении клеток. [2010] Цинк необходим для поддержания целостности ДНК, а дефицит цинка увеличивает риск повреждения ДНК. Более того, 12-недельное клиническое исследование при участии пожилых людей с низким уровнем цинка в сыворотке крови показало, что дополнительный прием цинка (20 мг/сут. цинка из цинккарнозина) уменьшает повреждение ДНК и улучшает антиоксидантный профиль. [2012] Учитывая, что около 2 млрд человек во всем мире не потребляют достаточное количество цинка, [2013] это говорит о том, что дефицит цинка является основной причиной ускоренного старения клеток. Дефицит меди также увеличивает окислительное повреждение организма. Ее всегда следует добавлять к биологически активным препаратам с цинком, как правило в соотношении цинк/медь 15–20/1.

Существуют особые соединения и лекарственные препараты, которые избирательно воздействуют на стареющие клетки и убивают их. Это класс противовозрастных средств называется сенолитиками. [2015] Они прицельно атакуют стареющие клетки и стимулируют сходные сигнальные пути, например, Nrf2 и аутофагию, которые помогают вычищать их остатки из организма. Сенолитики показали себя как перспективные средства при лечении сердечной недостаточности, заболеваний легких, болезни Альцгеймера, а также продемонстрировали способность увеличивать продолжительность жизни. [2016, 2017, 2018]

● Кверцетин – это флавоноид, который содержится в яблоках, брокколи, луке, капусте и других овощах. Он активирует Nrf2 и оказывает противовоспалительное действие. [2019] Кверцетин в сочетании с лекарством от лейкемии дазатинибом активно уничтожает стареющие клетки и обращает вспять возрастные изменения у животных-моделей и в культуре клеток. [2020]

● Физетин – это натуральный флавоноид с сенолитическими свойствами. [2021] В эндотелиальных клетках пупочной вены человека физетин инициирует селективный апоптоз у стареющих и не размножающихся клеток. Физетин содержится во фруктах и овощах, например, в яблоках, клубнике, луке и огурцах. [2022] Получается, что человеку нужно съедать по 400 г клубники (самый богатый источник физетина) каждый день, чтобы обеспечивать себе клинически значимую дозу этого соединения и ощутить его сенолитические свойства. Но даже в этом случае пероральная биодоступность физетина пока остается под вопросом.

● Азитромицин и рокситромицин – это фармацевтические препараты, нацеленные на уничтожение стареющих клеток. Доказано, что азитромицин удаляет до 97 % стареющих клеток, в результате чего старение снижается в 25 раз. [2013] По-видимому, он также индуцирует аутофагию. Вероятно, по причине сокращения количества стареющих клеток некоторые исследования показывают терапевтический эффект азитромицина в сочетании с гидроксихлорохином у пациентов с COVID-19.

● Пиперлонгумин – это соединение, содержащееся в плодах длинного перца. Ученые выяснили, что в фибробластах человека пиперлонгумин убивает стареющие клетки. [2024]

● EGCG (галлат эпигаллокатехина) – это основной полифенол зеленого чая, который препятствует преждевременному старению и инициирует гибель стареющих клеток. [2025] EGCG воздействует на аутофагию и Nrf2. [2026] Он стимулирует FOXO3, главный белок FOXO, отвечающий за долголетие. [2027] Теафлавины черного чая продемонстрировали сенолитические качества в ходе исследований на животных. [2028]

● Аллицин – это органическое соединение серы, содержащееся в чесноке. Он снимает окислительный стресс и убивает старые клетки. [2029]

● Берберин – это алкалоид барбариса и других растений. Он обладает мощным противодиабетическим действием, которое способствует аутофагии и подавляет р53. [2030] Берберин также хорошо улучшает чувствительность к инсулину.

Стареющие клетки появляются, когда р53 пытается не дать поврежденным клеткам превратиться в злокачественные. До некоторой степени его работа приносит пользу организму, потому как в противном случае опухоли возникали бы чаще. Но в то же время чрезмерное скопление стареющих леток приводит к развитию заболеваний. Поэтому необходимо активно стимулировать очищение тела от старых клеток через процесс аутофагии, голодание и выполнение физических упражнений. Вместе с тем нужно заботиться о том, чтобы не подвергать организм нецелесообразному окислительному стрессу и воздействию токсинов.

Интервальное голодание и аутофагия с точки зрения иммунитета

Исследования показывают, что у людей снижается аппетит в течение первых нескольких дней болезни. [2031] Это естественная реакция организма на борьбу с инфекцией, которую можно наблюдать даже у насекомых [2032] – они перестают есть, пока им не станет лучше. Анорексия, вызванная инфекцией, является эволюционно жизнеспособной стратегией, поскольку она сохраняет энергию и позволяет сосредоточиться на самовосстановлении. [2033] Временный отказ от пищи также пресекает поток питательных веществ к инфекционному агенту и способствует запрограммированной гибели клеток или апоптозу. [2034]

Ограничение калорий может ослабить иммунную систему из-за хронического истощения энергии и потенциального дефицита питательных веществ. Однако исследования также показывают, что голодание положительно влияет на иммунитет. [2035] Воздержание от приемов пищи не только защищает от повреждения иммунной системы, но и помогает стимулировать регенерацию иммунных клеток, ускоряя образование стволовых клеток.

Обзор 2019 года в The New England Journal of Medicine позволил экспертам прийти к выводу, что исследования как на людях, так и на животных показывают явные преимущества интервального голодания. И результат этой практики измеряется не просто потерей избыточного веса, ограничением калорий или снижением окислительного стресса. [2036, 2037, 2038] Голодание включает защитные системы организма и антиоксидантные пути, такие как аутофагия и сиртуины. Считается, что аутофагия имеет решающее значение для продления жизни, которое наблюдается при ограничении количества потребляемых калорий. Сиртуины – это безмолвные информационные регуляторы генов в клетке. [2039] Они способствуют восстановлению ДНК и долголетию. Сиртуины являются эволюционно консервативными вирусными факторами рестрикции. [2040] Было показано, что препараты, активирующие сиртуины, ингибируют репликацию вируса гриппа А и цитомегаловируса. [2041]

Интервальное голодание оказывает на организм такое же воздействие, как систематическое ограничение потребляемых калорий. Только в случае с голоданием не нужно постоянно переживать о количестве калорий, которые можно съесть. Исследование, проведенное на мышах, показало, что более длительное ежедневное голодание (как период воздержания от приемов пищи) улучшает их здоровье и долголетие независимо от состава рациона иликалорийности. [2042] Мыши ели один раз в день, и их состояние сравнивали с мышами на ограниченном потреблении калорий с 13-часовым окном питания и мышами, которые питались ad libitum (по желанию).

Один из исследователей, профессор де Кабо заключил:

«Увеличение ежедневного промежутка голодания без снижения калорийности и независимо от типа потребляемой диеты привело к общему улучшению здоровья и выживаемости самцов мышей. Возможно, этот длительный ежедневный период воздержания от приемов пищи позволяет восстанавливать и поддерживать механизмы, которые отсутствовали бы при постоянном воздействии питания». [2043]

Внимание в данном случае нужно заострять не на снижении веса, а на потере жировых отложений и налаживании процесса обмена веществ. Устранение резистентности к инсулину и потеря висцерального жира – это огромная победа для сильной иммунной системы. Кроме того, интервальное голодание обеспечивает организм дополнительными, уникальными преимуществами. В результате такой формы положительного гормезисного стресса, подобного тепловому шоку или физической нагрузке, повышается выносливость иммунитета. Эксперты до сих пор точно не знают, в какой момент начинает проявляться польза голодания. У худощавого и мускулистого человека польза от голодания может проявиться через 16–18 часов, в то время как типичному нездоровому американцу, возможно, потребуется голодать 24 часа или дольше, чтобы начать пожинать плоды своих стараний. Важно отметить, что период голодания, необходимый для получения реальной пользы, также зависит от недавней активности, то есть выполнения физических упражнений. Иными словами, вам не придется долго голодать, чтобы получить всю необходимую пользу, если вы недавно занимались спортом.

Омоложение иммунитета: аутофагия и иммунный ответ

Разностороннее участие аутофагии в иммунитете в совокупности получило название иммунофагии. [2044] Она функционирует как во врожденной, так и в адаптивной иммунной системе, регулируя функцию тимуса, презентацию антигенов, гомеостаз лимфоцитов, регуляцию Т-лимфоцитов, выработку цитокинов, контролирует воспаление и выживаемость клеток. [2045, 2046] Аутофагия помогает омолодить иммунитет, развивает иммунную систему, дает энергию для иммунных реакций и контролирует внутриклеточных микроорганизмов в качестве автономной врожденной защиты. [2047]

Белки, связанные с аутофагией, регулируют врожденный иммунный ответ. [2048] Давайте рассмотрим несколько примеров:

● Макрофаги – «большие едоки» в переводе с греческого – это тип белых кровяных телец, которые поглощают мусор и раковые клетки. Макрофаги, лишенные генов аутофагии, усугубляют воспаление. А макрофаги с многочисленными генами аутофагии поглощают провоспалительные частицы быстрее. [2049]

● Нейтрофилы – аутофагия индуцирует нейтрофильное воспаление, которое помогает врожденной иммунной системе эффективно очищаться от патогенов.

● Лимфоциты – гены, связанные с аутофагией, необходимы для пролиферации Т-лимфоцитов при стимуляции рецептора Т-клеток. [2051]

● Цитокины – белки аутофагии регулируют медиаторы воспаления и влияют на выработку цитокинов в макрофагах. [2052] Цитокины – это белки, которые регулируют иммунитет.

Первоначально во время инфекции аутофагия может быть провоспалительной, так как она помогает обнаруживать вирусы и стимулирует секрецию интерферона. [2053]. Но в то же время она снижает провоспалительные реакции, такие как опосредованные IL-1β и IL-18. [2054] Важность аутофагии в модуляции воспаления проявляется за счет того, как несколько провоспалительных цитокинов, таких как фактор некроза опухоли (TNF) и IL 1BIL 1BIL 1B (интерлейкин 1, β), индуцируют аутофагию. [2055] Это делается для борьбы с инфекцией. Воспаление и окислительный стресс выступают в качестве пускового механизма для аутофагии. [2056]

Аутофагия минимизирует воспаление несколькими способами. Но как устроены противовоспалительные механизмы?

● Недостаточная аутофагия приводит к накоплению активных форм кислорода (АФК). [2057]

● Аутофагия удаляет агрегированные структуры инфламмасом и уменьшает активность NF-κB, тем самым ослабляя провоспалительную реакцию. [2058]

● Аутофагия регулирует воспаление в адипоцитах. Подавление аутофагии усиливает воспалительные реакции через стрессовую реакцию эндоплазматического ретикулума и регуляцию резистентности к инсулину. [2059]

● Ингибирование аутофагии вызывает воспаление легких при муковисцидозе. [2060]

Окислительный стресс и слишком большое количество активных форм кислорода приводят к повышению проницаемости внешней мембраны митохондрий. Митохондрии с повышенной проницаемостью избирательно направляются в аутофагосомы для деградации в процессе митофагии. [2061] Таким образом, аутофагия важна для снижения окислительного стресса и устранения дисфункциональных митохондрий.

На ранних стадиях развития опухоли аутофагия устраняет поврежденные органеллы и ДНК, чтобы обеспечить нормальное клеточное функционирование. [2062] Однако на более поздних стадиях аутофагия может способствовать пролиферации опухолевых клеток и метастазированию. [2063, 2064] Аутофагия – это неоднозначный процесс в отношении опухолей, который может либо способствовать, либо подавлять развитие рака в зависимости от типа клеток/тканей и стадии той или иной опухоли. Но для профилактики заболеваний усиление базальной аутофагии безопасно для организма.

Мягкое и циклическое воздействие аутофагии помогает регенерировать АТФ и поддерживать выживание клеток. Отметим, что чрезмерная аутофагия может привести к потере здоровых клеток и митохондрий, что заставляет прогрессировать старение клеток и усугубляет болезни. Устранение сигнализации субстрата рецептора инсулина приводит к неконтролируемой аутофагии в сердце, потере миоцитов, сердечной недостаточности, митохондриальной дисфункции и атоптозу. [2065] Вот почему хронически активированная аутофагия – это не всегда хорошо. Другими словами, слишком много физических упражнений, голодания и увлеченность другими «стимуляторами аутофагии» приводят к печальным результатам. Как всегда, все яд и все лекарство, то и другое определяет доза.

Аутофагия и вирусы

Процесс разложения чужеродных болезнетворных микроорганизмов называется ксенофагией. [2066] Так происходит расщепление и деградация бактерий, а также вирусов путем аутофагии. Вирофагия – это аутофагия вирионов. Оба процесса способствуют элиминации инфекционных агентов, но их благородные планы могут разрушить некоторые вирусы. [2067] В результате эволюционной гонки вооружений между различными видами некоторые вирусы стали совершенствоваться, чтобы перехватывать функции аутофагии и использовать ее для собственного выживания. Вред наносит не аутофагия как таковая – ведь это только процесс, подобный обмену веществ. Все портят различные инфекции.

Вот что говорят исследования о способности аутофагии влиять на бактериальные инфекции и вирусы:

● Бактерии, такие как Streptococcus pyogenes, [2068] или патогены, такие как M. tuberculosis, [2069] Salmonella [2070] и Listeria monocytogenes, [2071] можно устранить путем аутофагии. Аутофагия защищает клетки хозяина от токсичных продуктов, вырабатываемых патогенами, такими как цитолизин [2072] Vibrio cholerae, смертельный токсин [2073] Bacillus anthracis и вакуолизирующий токсин [2074] Helicobacter pylori.

● Вирусы, которые избегают аутофагии или блокируют ее – это вирус герпеса, [2075] ВИЧ-1, [2076] цитомегаловирус человека [2077] и вирус Коксаки В3. [2078] Вирус гриппа А также может использовать аутофагию для самовоспроизведения. [2079]Известно, что вирус гепатита С запускает аутофагию. [2080] Однако сам он также может избежать ее постфактум.

● Один из белков аутофагии Беклин 1 защищает от энцефалита, опосредованного вирусом синдбис (SINT). [2081] Более того, дефектный ген аутофагии ATG5 задерживает клиренс SINV.

● РНК-вирусы используют аутофагию для репликации. Пикорнавирусы, включая полиовирус, вызывают аутофагическую деградацию генома вирусной РНК через белок галектин-8, который ограничивает вирусную инфекцию. [2082] В некоторых случаях полиовирус может избежать этого обнаружения и скрыться. Другой пикорнавирус, вирус коксаки В3, ингибирует вирофагию. [2083]

● Коронавирусы (COV), в том числе вирус тяжелого острого респираторного синдрома (SARS)-CoV и вирус гепатита мыши (MHV), могут индуцировать аутофагию, но не нуждаются в ней для репликации вируса. [2084] Коронавирусы фактически ингибируют другие аспекты экспрессии аутофагосом. [2085] В исследовании 2019 года, посвященном БВРС (Ближневосточный респираторный синдром), усиление аутофагии предотвратило репликацию этого коронавируса. [2086]

● Вирус денге (DENV) использует жирные кислоты для репликации. В процессе липофагии, или аутофагии липидов, аутофагия расщепляет липидные капли и высвобождает их для получения энергии, которую DENV может использовать для выживания. [2087]

Трудно сказать, может ли аутофагия устранить коронавирус и подобные ему вирусы до того, как сама станет опасной, потому что никому никогда не приходило в голову задать этот вопрос. Мы можем только строить предположения, основываясь на исследованиях, проведенных при других подобных респираторных инфекциях. Давайте рассмотрим несколько примеров:

● Аутофагия играет важную роль в воспалительной реакции легких на инфекцию и стресс. [2088] Она подавляет воспаление и опосредует реакцию лейкоцитов на инфекции. На исходном уровне аутофагия имеет решающее значение для подавления воспаления и инфекции в легких, но она также может повредить эпителиальные клетки легких при чрезмерной экспрессии. [2089]

● Ингибирование аутофагии вызывает воспаление легких при муковисцидозе. [2090] Стимулирование аутофагии рапамицином снижает воспаление легких и инфекцию Burkholderia cenocepacia при муковисцидозе. [2091] Аутофагия выполняет защитную функцию при легочном фиброзе. [2092]

● Аутофагия устраняет инфекционные агенты и макрофаги в легких, которые появляются там из-за сигаретного дыма. Дефектная или недостаточная аутофагия в легких приводит к накоплению аутофагосом, белковых агрегатов, дисфункциональных митохондрий и бактерий, что способствует развитию инфекций. [2093] С другой стороны, достаточная аутофагия предотвращает эти явления и снижает уровень инфицирования. Однако аутофагия может как защищать, так и способствовать развитию хронической обструктивной болезни легких (ХОБЛ), в зависимости от типа клеток и ситуации. [2094]

● Аутофагия подавляет выживаемость возбудителя туберкулеза в инфицированных макрофагах. [2095] Так устроен защитный механизм против микобактерий туберкулеза. Связанный с иммунитетом человека белок семейства М GTPase (IRGM) индуцирует аутофагию для уничтожения внутриклеточных микобактерий. [2096] В других случаях онкогенез в комплексе туберозного склероза зависит от аутофагии, и ингибирование аутофагии устраняет его его. [2097]

Аутофагия становится провоспалительной при транспортировке промежуточных продуктов репликации вирусов. [2098] Но она также может снижать провоспалительные реакции, такие как обусловленные IL-1β, IL-18. [2099] Какой из сценариев в итоге окажется верным, вероятно, зависит от степени развития инфекции и от того, с каким видом вируса вы имеете дело. Если ваш организм может подхватить вирус, пока он еще силен, он, скорее всего, сможет устранить его с помощью аутофагии. Но если вы заболеете, находясь в ослабленном с точки зрения иммунной защиты состоянии, и инфекция сможет закрепиться, то аутофагия станет провоспалительной.

Нужно ли голодать во время болезни?

Исследование 2014 года под руководством Вальтера Лонго показало, что длительное голодание способствует восстановлению иммунной системы. [2100] У мышей и пациентов, получавших химиотерапию, которые не ели в течение нескольких дней, наблюдалось значительное снижение количества лейкоцитов в крови. Кроме того, у них включились сигнальные пути для гемопоэтических стволовых клеток (ГСК), которые отвечают за выработку крови и иммунных клеток. Во время голодания количество лейкоцитов в их крови снизилось, что, по сути, означает, что их иммунная система немного ослабла. Однако после того, как они возобновили приемы пищи, лейкоциты вернулись к исходной точке, а долгосрочные гемопоэтические стволовые клетки выросли в несколько раз по сравнению с исходным уровнем.

● LT-HSC – долгосрочные гемопоэтические стволовые клетки (ГСК)

● ST- HSC – краткосрочные гемопоэтические стволовые клетки (ГСК)

● WBS – белые кровяные тельца

По материалам: Cheng, C.-W., Adams, G. B., Perin, L., Wei, M., Zhou, X., Lam, B. S., … Longo, V. D. (2014). Prolonged Fasting Reduces IGF- 1/PKA to Promote Hematopoietic-Stem-Cell-Based Regeneration and Reverse Immunosuppression. Cell Stem Cell, 14(6), 810–823. doi:10.1016/j.stem.2014.04.014

У здоровых людей и мышей длительное голодание уменьшает количество моноцитов в системном кровотоке и снижает метаболическую и воспалительную активность моноцитов. [2101] Эксперты заметили, что противовоспалительные эффекты полезны для подавления аутоиммунитета, при этом они не ставят под угрозу преимущества легкого воспаления в борьбе с инфекциями и бактериальным воспалением. [2102] Голодание также снижает уровень лимфоцитов, но возобновление питания восстанавливает их до нужного уровня. [2103] Отсюда можно сделать вывод, что голодание ослабляет иммунную систему на короткий срок из-за энергетического стресса и истощения питательных веществ. Однако, прервав пост, вы испытываете эффект отдачи и компенсируете все потери с избытком. Кроме того, ученые доказали, что ограничение рациона или голодание сохраняют иммунологическую память, способствуя накоплению Т-лимфоцитов в костном мозге. [2104] В этом заключается фундаментальная стратегия выживания, поддержки адаптивного иммунитета и памяти иммунной системы во время перебоев с питанием.

На практике регулярное интервальное голодание и в некоторых случаях продолжительное голодание повышают выносливость иммунной системы и замедляют старение клеток. В то же время, если вы заболели, то голодание может быть не лучшим решением, потому как из-за инфекции длительное голодание замедлит выздоровление. В такой ситуации лучше обеспечить организм всеми необходимыми питательными веществами, о которых мы говорили в восьмой главе. Мы полагаем, что 2–3-дневное голодание каждые 2–3 месяца перезагружает иммунную систему, помогает избавиться от старых и/или дисфункциональных иммунных клеток и заменить их новыми и здоровыми. Если врач одобрит это предложение и согласится, что для вашего здоровья голодание безопасно, то вы обзаведетесь дополнительным инструментом в «иммуностимулирующем» арсенале.

Исследование, проведенное в Йельском университете в 2016 году, показало, что голодание защищает от бактериальных, но не вирусных инфекций. [2105] Специалисты заразили мышей бактерией Listeria monocytogenes, которая вызывает пищевое отравление. Мыши перестали есть и в конце концов выздоровели, в то время как принудительное кормление повышало смертность. [2106] Более того, дополнительное введение глюкозы приводило к фатальным реакциям, а добавки из белков и жиров – нет. Другими словами, какими питательными веществами вы кормите микробов кишечника, такого состояния здоровья во время инфекций вы и добиваетесь. Согласно этому исследованию, ограничение потребления глюкозы можно рассматривать как защиту от эндотоксемии. Также ученые обнаружили, что ингибирование утилизации глюкозы приводит к летальному исходу во время вирусной инфекции гриппа. Исследование, проведенное в Йельском университете, показало, что клетки нуждаются в кетонах для снижения бактериального воспаления, в то время как глюкоза является предпочтительной для реагирования на вирусное воспаление. При этом тело также выделяет HSP (белки теплового шока), чтобы помочь себе восстановить поврежденные белки при воздействии таких факторов, как высокая температура, сауна и физические упражнения. Эти практики и состояния заставляют организм вырабатывать собственную эндогенную глюкозу посредством глюконеогенеза. Ваш организм также может вырабатывать глюкозу во время голодания путем расщепления жира или белка. Таким образом, на самом деле вы никогда не лишаетесь глюкозы полностью, вот почему только некоторые виды рака, то есть определенные виды рака мозга, хорошо реагируют на кетогенную диету. Мы, конечно, не рекомендуем придерживаться диеты с высоким содержанием рафинированного сахара при любой инфекции, и вашей целью всегда должно быть употребление цельных продуктов. Но чтобы подстраховаться, лучше избегать чрезмерного употребления фруктов с высоким содержанием сахара во время инфекций и вместо них выбирать менее сладкие фрукты, такие как ягоды, или экологически чистый зеленый киви (без кожуры!) с высоким содержанием витаминов С и Е.

Мы хотим подчеркнуть, что интервальное голодание в течение 16–24 часов не убьет вирусы, но и не будет способствовать их размножению. Длительное голодание в течение от 2 до 5 дней не подходит для активной фазы вирусной инфекции, но от бактериальных инфекций голодание действительно помогает избавиться. Голодание укрепляет иммунную систему, но все же иногда во время соблюдения поста можно заболеть. Лучше использовать голодание как способ перезагрузки иммунной системы и обращаться к этому инструменту, когда вы здоровы. Не обязательно прибегать к нему во время болезни, за исключением, возможно, некоторых бактериальных инфекций.

Типы интервального голодания

Интервальное голодание – это способ питания, при котором вы ограничиваете прием пищи определенными временными рамками, а остаток дня поститесь. Голодание не подразумевает смену рациона (хотя это возможно), но этот подход решительно меняет время питания. Идея состоит в том, чтобы пропускать приемы пищи и питаться только один или два раза в течение короткого окна питания. На протяжении истории человечества пост практиковали, пожалуй, во всех сообществах и группах. Считалось, что пост обладает лечебными свойствами, улучшает когнитивные функции и способствует духовному очищению, но в современном обществе голодание используется в основном как средство для похудения. Отсюда возникает вопрос, какой должна быть оптимальная продолжительность голодания? И когда следует поститься? К сожалению, ответ будет зависеть от конкретного человека и конкретной ситуации.

Существует несколько различных терминов и определений для обозначения поста. Сегодня много говорят об интервальном голодании, голодании через день, длительном голодании, окне питания, продолжительном голодании, способах имитировать голодание или просто предлагают пропускать приемы пищи. Некоторые из этих подходов рассчитаны на более длительные отрезки времени, чем другие. Давайте разберемся, в чем их различия.

● Интервальное голодание – это, скорее, схема питания, чем отказ от пищи, которая применяется к разным видам ограничений. Это понятие объединяет, например, ежедневное ограниченное по времени окно питания, один прием пищи в день, 16/8, голодание через день, а также длительное голодание продолжительностью от 3 до 5 дней. Поститься один день в неделю или ограничивать приемы пищи каждый день – все это варианты интервального голодания (потому что эта практика не предполагает отказ от пищи каждый день до конца своей жизни, иначе конец жизни вскоре наступит). Разница только в степени интенсивности. Интервальным голоданием можно описать любую форму ограничения приема пищи коротким периодом времени (окном питания), следом за которым идет длительный период голодания.

• Интервальное голодание 16/8 – Вы поститесь в течение 16 часов и едите в течение 8. Как правило, вы пропускаете завтрак и просто дожидаетесь обеда и ужина. По нашему мнению, 16 часов – это минимальная продолжительность голодания для всех. Однако, если вы недавно выполняли интенсивные физические упражнения (пробежали 5 км или вернулись с силовой тренировки), то правила можно изменить, особенно тем, у кого стройное и мускулистое телосложение. Например, если вы как следует потренировались, и при этом вы счастливый обладатель стройного и подтянутого тела, вполне допустимо есть 3 раза в день. В сущности, вы как будто едите только два раза – интенсивная тренировка вычитает один прием пищи. Конечно, с физиологической точки зрения этот процесс выглядит сложнее, чем наше описание. И все же, если вы уже в хорошей физической форме и вернулись после тренировки с отягощением, вам не следует расстраиваться из-за того, что поели в этот день трижды (или даже повторили трехразовое питание на следующий день, если уж на то пошло). На самом деле, чрезмерное голодание и недостаточное употребление питательных веществ является негативным фактором для тех, кто находится в хорошей физической форме и очень активно проводит свой день. Главное, что мы хотим до вас донести, это тот факт, что продолжительность голодания или количество приемов пищи всегда должны зависеть от двух факторов: 1.) Насколько стройное и мускулистое ваше тело, и 2.) Насколько вы физически активны. Допускается соотношение голодания и окна питания 14/10, 18/6 или 20/4. Идея состоит в том, чтобы просто сократить количество времени, проводимого в состоянии сытости.

• OMAD-диета – название этой системы питания представляет собой аббревиатуру «One Meal a Day» (Одно блюдо в день). Собственно, оно говорит само за себя – нужно есть всего раз в день. Как правило вы поститесь около 22–23 часов и едите в течение от 1 до 2 часов. Эта практика отлично подходит для похудения, потому что вы как следует насыщаетесь за один прием пищи, а после можете без особых усилий поддерживать дефицит калорий. Если вы перейдете на эту диету с надлежащей кето-адаптацией, то сохраните больше мышечной массы. Если возникло желание стать чрезвычайно стройным и подтянутым, то вам, вероятно, лучше всего подойдет стиль питания OMAD или один прием пищи в день. Самая большая проблема заключается в том, чтобы спланировать этот прием пищи так, чтобы вы получали оптимальное количество питательных веществ. Это может оказаться чрезвычайно сложной задачей, поэтому OMAD-диету следует практиковать только тем, кто хорошо разбирается в питании и может составить оптимальное меню на однократный прием пищи.

• Однократный прием пищи можно распланировать следующим образом:

– 6 яиц от куриц свободного выгула (селен, витамин А/D и йод)

– 340–680 г тушеного красного мяса (железо/цинк/В12) в том числе свинины (витамин В1)

– 30 г печени (медь/витамин А)

– 55 г дикого лосося (омега-3/витамин А/D) или лососевая икра

– 2–3 ломтика хлеба Иезекииля, орехи или мидии (марганец)

– 30 г шпината или темного шоколада с содержанием какао 70 % и выше (кальций/магний)

– Сыр чеддер или пармезан (больше кальция)

– Финики, чернослив и/или миндаль (бор)

– Минеральная вода (кальций/магний).

– Каму-каму (витамин С) (тропический плод-суперфуд – прим. пер.)

– Нерафинированная соль (потребление в зависимости от образа жизни/потребностей)

– Можно добавить красный соус, зеленые бананы, картофель после легкой тепловой обработки, или фасоль, чтобы обогатить рацион кальцием.

– Это только примерный план приема пищи. Вы можете пересмотреть его и добавить больше растительной пищи по своему вкусу.

– Мы же придерживаемся мнения, что рацион всегда должен состоять по крайней мере на 10–20 % из калорий, поступающих из продуктов животного происхождения. Дело в том, что растительная пища содержит меньше питательных веществ по сравнению с тем, что было 50 лет назад, а животная пища богата активными формами многих витаминов. Таким образом, мы считаем, что рацион, по крайней мере с точки зрения питательных веществ, никогда не должен состоять более чем на 80–90 % из растительных продуктов.

● Ограниченное по времени окно питания. Эта разновидность интервального голодания подразумевает прием пищи в течение определенного периода времени в течение 24 часов. Эти правила не выходят за рамки одних суток. По правде говоря, любой, кто ест один раз в день, практикует 16/8 или 20/4, на самом деле ограничивает окно питания, но его все равно можно отнести к другой подгруппе интервального голодания. Разница между ними – всего лишь вопрос интенсивности.

● Продолжительное голодание – это отказ от приемов пищи на более чем 24 часа. Обычно длительное голодание проводят в течение 36 часов или голодают по 3–5 дней и больше. Эти ограничения можно рассматривать как форму интервального голодания, потому что отказы от пищи происходят периодически. Но все же эта практика серьезно отличается от обычного ограничения окна питания.

● Голодание через день – это разновидность интервального голодания, которую чаще всего практикуют и исследуют. Сперва вы один день едите нормально, а на следующий день либо полностью голодаете, либо съедаете около 500 калорий, и затем повторяете этот цикл. Это своего рода очень продолжительная форма интервального голодания, которая растягивается на недели, но ее физиологические эффекты немного отличаются от ограниченного по времени окна питания и длительного голодания. К сожалению, большинство исследователей и журналистов не видят различий между этими методами.

Сроки и последовательность голодания взяты из материалов Cahill (2006), Consolazio et al (1967), and Rapoport et al. [2107, 2108, 2109]

Голодание ослабляет иммунитет только в том случае, если из полезной практики превращается в подавляющий стресс-фактор для организма и лишает жизненно важных питательных веществ. В целом, голодание – это все тот же физиологический стрессор, с которым иммунная система предназначена взаимодействовать. Чтобы организм адаптировался к стрессу с помощью гормезиса, необходимо соблюдать дозу, сопровождать эту практику достаточным периодом восстановления и возобновлять питание. Слишком много стрессоров в итоге приводят к недостаточной адаптации.

Если вы заболели, то категорически не рекомендуется продолжать многодневное голодание, потому что в результате упорных стараний станет хуже. Разумнее будет придерживаться ежедневного приема пищи с ограниченным окном питания, например, 16/8 или OMAD-диеты. Практики интервального голодания отлично подходят для поддержания иммунной системы в тонусе и усиления аутофагии.

Глава одиннадцатая:

Спорт и иммунитет.

Когда физических нагрузок бывает слишком много, какие виды упражнений оптимально подходят для укрепления здоровья и когда лучше заниматься?

Всем известно, что физическая активность и регулярные тренировки полезны для здоровья. Считается, что многие хронические заболевания можно предотвратить или как минимум улучшить свое состояние, если привести тело в форму. [2110] Естественно, физические упражнения влияют на иммунную систему. Спортивные нагрузки могут быть как полезными, так и вредными с точки зрения иммунитета. Физические упражнения напрямую улучшают работу иммунной системы и усиливают производство иммунных клеток. Также тренировки действуют опосредованно, устраняя метаболический синдром.

Регулярные физические упражнения стимулируют защитные механизмы и укрепляют иммунитет, активируя ядерный фактор 2 – связанный с эритроидом фактор 2 (NRF2). [2111] С помощью активации NRF2 наш организм приводит в действие антиоксидант-ответственный элемент (ARE), увеличивая выработку многочисленных антиоксидантов и антиоксидантных ферментов во всем организме. Таким образом работает гормезис: он активирует NRF2, а затем повышает регуляцию собственных систем антиоксидантной защиты организма. NRF2 также способствует циркуляции лимфы и крови. Физические упражнения улучшают функцию артерий, что защищает от развития атеросклероза и оказывает противовоспалительное действие. [2112] Регулярные тренировки повышают разнообразие микробиома кишечника, где находится около 70 % иммунной системы. [2113] Оптимальные физические нагрузки повышают иммунитет, снижают базальное воспаление, что защищает от цитокинового шторма, и благотворно влияет на состояние при хронических заболеваниях. [2114]

Мышечная масса функционирует как эндокринный орган и влияет на иммунную систему с помощью различных механизмов. [2115]Скелетные мышцы вырабатывают цитокины мышечных клеток, которые называются миокинами. Они оказывают гормональное, иммуномодулирующее, регенеративное и противовоспалительное действие. [2116]Эксперты обнаружили, что скелетные мышцы могут противодействовать истощению противовирусных CD8+ Т-лимфоцитов, защищая пролиферацию Т-клеток от воспаления. [2117] Мышечная ткань находится в контакте с другими органами тела, такими как кости, поджелудочная железа, тимус, легкие, мозг и кишечник. [2118, 2119] Миокины и физическая активность могут облегчить процесс старения иммунной системы и даже замедлить его. [2120] Другими словами, физические упражнения и наращивание мышечной массы благотворно сказываются на работе иммунной системы, что в свою очередь снижает риск развития хронических заболеваний в будущем.

Физические упражнения – это разновидность гормезиса, который укрепляет общее состояние здоровья и делает организм выносливее. Эффективность напрямую зависит от дозы – слишком мало, и вы не получаете пользы, которую могли бы дать тренировки, в то время как слишком усердные занятия могут иметь негативные последствия для здоровья. Точно так же, как в случае с голоданием и сауной, здесь существует взаимосвязь «доза-ответ», и ключевым моментом является определение оптимального количества упражнений. Вот почему важно знать, когда физической нагрузки достаточно и нужно отдохнуть. В этой главе мы поговорим о том, как различные виды упражнений оказывают благотворное влияние на здоровье и иммунную систему. Но что самое интересное, вы узнаете, как можно использовать физические упражнения для улучшения функции иммунных клеток и повышения общей устойчивости к стрессовым событиям.

Физические упражнения и иммунная система

Иммунология физических упражнений – довольно новая область исследований, 90 % работ по этой теме были опубликованы после 1990 годов. [2121] Международное общество иммунологии физических упражнений было основано в 1989 году. [2122] В настоящее время физические упражнения популяризируют как способ поддержки иммунной системы и улучшения обмена веществ. [2123] Существует четкая обратная зависимость между умеренными физическими нагрузками и риском развития заболеваний. [2124, 2125]

Давайте посмотрим, как упражнения оказывают положительное воздействие на иммунную систему:

● Физические упражнения и мышечная масса могут замедлить старение системы иммунитета. [2126] Спорт повышает функцию иммунных клеток, несмотря на процесс старения. [2127] Физически здоровые пожилые женщины имеют значительно более высокий уровень естественных киллеров и Т-лимфоцитов, при этом они реже жалуются на заболевания по сравнению с малоподвижными женщинами. [2128] В другом исследовании у пожилых бегунов, которые занимались бегом в течение 17 лет, активнее функционировали Т-лимфоциты по сравнению с контрольной группой. [2129] Пожилые люди, которые остаются физически активными, также демонстрируют повышенный уровень антител на иммунизацию против гриппа. [2130] Физические упражнения перед вакцинацией против гриппа повышают эффективность вакцины, стимулируя реакцию организма и снижая частоту инфекций. [2131]

● Умеренные физические нагрузки резко повышают уровень IL-6, который оказывает противовоспалительное действие за счет ингибирования передачи сигналов TNF-альфа и IL-1 бета, улучшает контроль уровня сахара в крови и липидный обмен. [2132, 2133] Тем не менее тяжелые физические нагрузки связаны с временным иммунодефицитом, повышенным воспалением и риском развития инфекций верхних дыхательных путей. [2134, 2135] Длительные, интенсивные тренировки подавляют иммуноглобулин А (IgA), естественные киллеры (NK), Т- и В-лимфоциты. Хотя физические упражнения временно повышают биомаркеры воспаления, в будущем они снижаются.

● Доказано, что регулярные физические упражнения снижают риск развития инфекций верхних дыхательных путей. [2136] Несколько исследований показывают, что благодаря регулярным физическим упражнениям реже возникают смертельные случаи, падает распространение гриппа и заболеваемость пневмонией. [2137, 2138] Однако во время активной вирусной инфекции или гриппа физические упражнения могут усилить тяжесть заболевания, если вы уже успели заболеть. [2139] Кроме того, измотав себя на слишком напряженной тренировке, вы станете более уязвимым к потенциальным заболеваниям. [2140] Если у вас высокая температура и тошнота, не занимайтесь физическими упражнениями, но в других случаях постоянно поддерживайте физическую активность.

● Как рассчитать оптимальную дозу физических упражнений? Физические нагрузки продолжительностью менее 60 минут увеличивают циркуляцию противовоспалительных цитокинов, иммуноглобулинов, нейтрофилов и других веществ, которые играют важную роль в поддержании иммунитета. [2141] Эксперты доказали, что всего за 30 минут ходьбы можно значительно повысить уровень естественных киллеров, лимфоцитов, моноцитов и нейтрофилов. [2142] Отсюда вывод, что упражнения умеренной интенсивности продолжительностью менее 60 минут защищают от инфекций, в то время как длительные физические нагрузки вызывают временную иммуносупрессию.

• Мы предлагаем примерное количество нагрузок, продолжительность и частоту тренировок, которые подходят для укрепления иммунной системы

– Упражнения умеренной интенсивности 30–60 минут, 5 раз в неделю

– Тяжелая физическая нагрузка 30–45 минут, 3–4 раза в неделю

– Высокоинтенсивная интервальная тренировка (ВИИТ, HIIT) продолжительностью 15–30 минут, 3 раза в неделю

– Избегайте тяжелых физических нагрузок продолжительностью 60 минут или дольше.

…Мы не утверждаем, что вы ни в коем случае не должны ходить на интенсивные длительные тренировки продолжительностью 60 минут или более. Просто эти занятия увеличивают риск заражения инфекцией, что, очевидно, помешает вашим тренировкам или выступлениям на соревнованиях. Необходимо найти баланс между риском и пользой. То есть вы можете улучшить свою физическую форму и/или нарастить мышечную массу с помощью интенсивных упражнений продолжительностью от 60 минут, но имейте ввиду, что при этом вы сильнее рискуете заболеть. Важно отметить, что большинство исследований, в которых рассматриваются тяжелые физические нагрузки, повышающие риск инфекций, изучают такие виды спорта, как бег, езда на велосипеде или плавание. Таким образом, нельзя с точностью сказать, относится ли информация о заболеваниях к тем, кто интенсивно занимается силовыми тренировками в течение 60 минут и более, но все же, чем дольше вы поднимаете тяжести, тем выше риск заражения респираторными инфекциями.

…Потенциальная стратегия для компенсации повышенного риска инфекций после интенсивных длительных физических упражнений:

……Бета-глюканы из дрожжей: 250–500 мг/сут.

……Витамин С или экстракты витамина С (Каму-Каму, слива Какаду, ацерола, шиповник): 500–2000 мг витамина С в день.

………Избегайте синтетических добавок с высокими дозами витамина С, особенно перед тренировками. Они могут подавлять воспаление и снижать пользу от физических нагрузок. Небольшое количество витамина С (50–100 мг) вместе с коллагеном после тренировки поможет увеличить синтез коллагена и силу. Витамин С следует в первую очередь получать из рациона или цельных фруктовых/растительных экстрактов, которые содержат другие полезные соединения, а не полагаться на синтетические препараты с витамином С.

……Селен: 50–200 мкг/день

……Цинк/медь: соотношение 20 мг/1 мг, один-два раза в день

……Витамин D и магний: 2000 МЕ и 200 мг соответственно

……Следите за тем, чтобы получать все необходимые питательные вещества в нужном объеме, особенно витамина А, витаминов группы В и нерафинированной соли

– Не занимайтесь спортом, когда болеете

● Острые, а также хронические изменения в системе иммунитета, вызванные физическими упражнениями, тоже рассматриваются как важные факторы снижения риска развития хронических заболеваний, таких как сердечно-сосудистые заболевания и рак.[2143, 2144] Физические упражнения улучшают функцию артерий, что защищает от развития атеросклероза и воспаления. [2145]

Иммунная система по-разному реагирует на занятия спортом в зависимости от степени физиологического стресса и трудовой нагрузки. Самые ранние исследования по иммунологии физических упражнений относятся к 1902 году, когда ученые обнаружили, что кровь, взятая у бостонских марафонцев через 5 минут после окончания забега, показала такое увеличение лейкоцитов, которое сопоставимо со многими инфекциями и определенными заболеваниями. [2146] Исследование 1990 года, проведенное среди марафонцев Лос-Анджелеса, показало, что у бегунов повышается вероятность инфекционных эпизодов после забега. [2147] Из 2311 обследованных испытуемых почти 13 % сообщили о том, что заболели через неделю после события, а в контрольной группе на это пожаловались только 2,2 %.

Во время тренировки активность естественных киллеров повышается, но через 2 часа она падает до минимума и возвращается к уровню, который был до тренировки, через 24 часа. [2148] Интенсивность нагрузки определяет степень выброса иммунных клеток. Также было доказано, что 60-минутная поездка на велосипеде уменьшает количество Т-лимфоцитов, но они возвращаются к норме после восстановления. [2149] Исследователи выяснили, что углеводы противодействуют метаболическим нарушениям и воспалению после длительных физических нагрузок (езда на велосипеде протяженностью 75 км) и могут даже улучшить спортивные показатели по сравнению с простой водой. [2150]Протеиновый порошок, обогащенный зеленым чаем и черникой, защищает спортсменов от вирусных инфекций после длительных физических нагрузок. [2151] После приема белка и растительных полифенолов кровь спортсменов показала полную готовность к борьбе с вирусами. Иммуносупрессия после физической нагрузки, вероятно, вызвана смещением иммунного ответа Th1 в сторону ответа Th2. Иммунные реакции Th1 относятся к воспалительным и имеют решающее значение для противовирусной активности на первых стадиях инфекций. Определенные соединения, которые могут восстанавливать иммунный ответ Th1–типа после физической нагрузки, повышают устойчивость к вирусам. [2152]

Хорошо известно, что спортсмены с высокими показателями, а также военные или сотрудники служб экстренного реагирования сильнее подвержены распространению болезней и инфекций. Впрочем, это может быть вызвано другими факторами, такими как стресс, командировки и недосыпание, а не физическими упражнениями как таковыми. [2153] К самым серьезным факторам риска развития заболеваний относятся депрессия, беспокойство, сильное утомление после тренировок, смена часовых поясов, соревнования зимой, недостаток сна и низкое потребление калорий. [2154, 2155] Хронический стресс выступает в качестве одного из основных факторов, способствующих дисбалансу иммунной системы и предрасположенности к болезням. [2156, 2157] У пациентов с вирусными инфекциями наблюдается повышенный уровень кортизола. [2158] Гормоны стресса и провоспалительные цитокины не зашкаливают при умеренных физических нагрузках. Спортсмены, которые выступают в дисциплинах на выносливость, чаще болеют, чем тяжелоатлеты, потому что занятия силовыми видами спорта, как правило, короче по продолжительности и вызывают не такой сильный стресс.

Во время Олимпийских игр 1984 года в Лос-Анджелесе Журнал Американской медицинской ассоциации опубликовал обзор, где эксперты опровергли способность физических упражнений влиять на тяжесть или частоту заражения инфекциями за отсутствием веских доказательств. [2159] Однако с тех пор было опубликовано множество исследований, показывающих данную связь.

Существует взаимоотношение, отражаемое J-образной кривой между физической нагрузкой и инфекциями верхних дыхательных путей (ОРВИ). [2160] Люди, ведущие малоподвижный образ жизни и не практикующие физической активности, имеют средний риск развития ОРВИ, тогда как у тех, кто занимается умеренно, он на 40–50 % ниже. Люди, которые занимаются спортом пять или более раз в неделю, на 43 % меньше дней лечатся от ОРВИ. [2161] Но не стоит забывать, что изматывающие физические нагрузки повышают риск заболевания в 2–6 раз. Однако эти цифры не относятся к спортсменам высокого уровня, которые тщательно подходят к планированию тренировочных программ. [2162]

По материалам Nieman, D. C., & Wentz, L. M. (2019). The compelling link between physical activity and the body’s defense system. Journal of Sport and Health Science, 8(3), 201–217. doi:10.1016/j.jshs.2018.09.009. (Принудительная связь между физической активностью и защитной системой организма.)

По материалам Nieman, D. C., & Wentz, L. M. (2019). The compelling link between physical activity and the body’s defense system. Journal of Sport and Health Science, 8(3), 201–217. doi:10.1016/j.jshs.2018.09.009 (Принудительная связь между физической активностью и защитной системой организма)

В целом можно сказать, что короткие эпизоды умеренных или интенсивных физических упражнений, продолжительностью до 60 минут, полезны для повышения иммунной защиты организма. Но иммунитет, скорее всего, упадет, если продолжительность занятий превысит 60 минут. Мы не утверждаем, что вы ни в коем случае не должны тренироваться дольше часа. Просто нужно обратить внимание на другие факторы риска, такие как недосыпание, питание и управление стрессом. Если вы не собираетесь оказываться в таких обстоятельствах, где заражение инфекцией крайне велико, например, посещать аэропорт или подобные места, то эти предосторожности не имеют большого значения.

Мышечная масса и старение иммунитета

Старение характеризуется прогрессирующей атрофией скелетных мышц, которое называется саркопенией. Доказано, что это присущее возрастным изменениям свойство проявляется у многих людей. [2163] После 40 лет мышечная масса и сила снижаются примерно на 2 % за десятилетие, а жировая масса увеличивается примерно на 7,5 % за тот же период. [2164] В некоторых случаях снижение может достигать 2,8–3,6 %. [2165] Однако самые масштабные изменения происходят после 50 лет, когда за десятилетие [2166] потеря силы составляет более чем 15 %. Саркопения облегчает набор веса, способствует ухудшению обмена веществ, приводит к резистентности к инсулину, увеличивает риск осложнений после падений и смертность от всех причин. [2167]С другой стороны, наращивание мышечной массы имеет противоположный эффект, то есть улучшает чувствительность к инсулину и толерантность к глюкозе, укрепляет кости и увеличивает продолжительность жизни.

Аэробная способность, которая представляет собой максимальную способность использовать кислород во время физической активности, имеет тенденцию к снижению после 50 лет. [2168] Крупный метаанализ 2011 года выявил прямую корреляцию между скоростью ходьбы и выживаемостью у пожилых людей. [2169] Ходьба требует энергии, контроля движений, физической формы и оказывает мягкое воздействие на организм. Медленная или измененная походка может указывать на саркопению или какое-либо хроническое заболевание. [2170]

Саркопения и снижение физической формы в первую очередь объясняются малоподвижным образом жизни, не обязательно возрастом. [2171] Современный человек проявляет меньше физической активности и не так усиленно использует свои мышцы, как это было в прошлом. Для поддержания мышечной массы необходим достаточный стимул в виде сопротивления и прироста мышечных волокон. В то же время диабет второго типа и метаболический синдром тоже могут способствовать развитию саркопении и при этом служат ее следствием. [2172] Независимо от возраста, гиподинамия, алкоголь и резистентность к инсулину снижают синтез мышечного белка (MPS). [2173, 2174, 2175, 2176] Этот процесс необходим для сохранения и наращивания мышечной ткани. По мере снижения уровня MPS организм начинает медленно терять функциональную мышечную массу, что в итоге приводит к ухудшению обмена веществ и уменьшению количества миокинов. И наоборот, научно доказано, что силовые тренировки усиливают синтез белка как у молодых, так и у пожилых людей. [2177] Даже одна тренировка с отягощениями увеличивает MPS в 2–3 раза, и этот эффект можно дополнительно усилить белковой диетой. [2178]

Мышечная масса – это один из лучших способов повысить чувствительность к инсулину и ускорить метаболизм. [2179] Чем больше у вас мышц и чем выше метаболизм, тем сильнее вы защищены от болезней, связанных с перееданием, таких как диабет второго типа, метаболический синдром и резистентность к инсулину. Наличие мышечной массы облегчает потерю жира, потому что скелетные мышцы как огромная губка впитывают глюкозу и калории.

Возраст/метаболический синдром/старение клеток – все это вызывает чрезмерное воспаление и окислительный стресс, которые повреждают митохондрии. Дисфункциональные митохондрии запускают каскад сигнальных событий, которые приводят к гибели двигательных нейронов и мышечных волокон. [2180] Это снижает способность организма проявлять силу, вследствие чего неиспользуемые мышцы ослабляются за ненадобностью и ускоряется саркопения. Единственный способ предотвратить этот процесс – стимулировать митохондриальную аутофагию или митофагию, которая избирательно разрушает поврежденные митохондрии и управляет процессом воспаления. [2181] К счастью, физические упражнения способствуют аутофагии и росту новых митохондрий, то есть процессу митохондриального биогенеза. [2182] Эксперты установили, что силовые тренировки активируют аутофагию и уменьшают апоптоз мышечных клеток. [2183, 2184] Некоторые аспекты ограниченного по времени приема пищи также могут служить эффективным инструментом для удаления дисфункциональных митохондрий. Однако чрезмерные изматывающие тренировки или слишком продолжительное голодание приводят к излишней активации аутофагии и атрофии мышц. [2185] Кроме того, нужно следить за тем, чтобы употреблять достаточное количество белка. Вскоре мы подробнее коснемся этой темы.

Последовательность событий,

которая начинается с малоподвижного образа жизни и заканчивается старением иммунитета:

Физическая малоподвижность/переедание

• саркопения/потеря мышечной массы

• снижение толерантности к глюкозе/чувствительность к инсулину

• метаболический синдром/ожирение

• снижение экспрессии миокинов/противовоспалительных цитокинов

• повышение уровня провоспалительных цитокинов

• старение иммунитета (ускорение старения организма и восприимчивость к инфекционным заболеваниям)

Силовые тренировки и наращивание мышечной массы

Ученые провели множество исследований, после которых пришли к выводу, что мышечная сила обратно пропорциональна смертности от всех причин, независимо от других факторов. [2186] В ходе исследования 2016 года обнаружилось, что среди большой когорты людей в возрасте 65 лет и старше показатели смертности были значительно ниже у тех, кто регулярно занимался силовыми тренировками. [2187]С возрастом уменьшается количество мышечных волокон типа IIb, также известных как быстро сокращающиеся мышечные волокна, которые укрепляются в основном за счет высокоинтенсивных силовых тренировок. [2188] Вероятно, это происходит из-за недостаточного использования мышц, потому что люди, как правило, редко занимаются интенсивными силовыми упражнениями такого рода, что сопровождается атрофией мышечной ткани. Ученые выяснили, что силовые тренировки приносят такую же пользу для здоровья, как и кардиотренировки, а именно снимают хроническое воспаление и улучшают состояние сердечно-сосудистой системы. [2189] Таким образом, регулярные силовые тренировки на протяжении всей жизни – один из лучших способов замедлить старение, улучшить обмен веществ и защитить иммунитет.

К счастью, сколько бы вам сейчас не было лет, вы со всей определенностью можете улучшить свои параметры физической подготовки. Исследователи доказали, что пожилые люди, ведущие сидячий образ жизни, могут стать сильнее более чем на 50 % всего за 6 недель силовых тренировок. Этот эффект отметили в результате регулярных тренировок по 2–3 раза в неделю с использованием 70–80 % от максимальной силы. [2190] Силовые тренировки повышают плотность костной ткани даже у людей с остеопорозом. [2191] Пожилые люди очень восприимчивы к переломам костей и болям в суставах из-за снижения плотности костной ткани, вызванного старением и саркопенией. Десять недель силовых тренировок могут увеличить мышечную массу на 1,4 кг, уменьшить жировую массу на 1,8 кг и повысить скорость метаболизма на 7 %. [2192]

Мышечную массу и силу лучше всего набирать с помощью силовых тренировок. В это понятие входят занятия с отягощениями, гирями, фитнес-резинками и даже просто гимнастические упражнения. Сложные силовые упражнения, такие как приседания, становая тяга, тяга к поясу и жим лежа, считаются оптимальными для развития силы всего тела и роста мышечной массы.

Существует предположение, что сила хвата служит точным биомаркером старения на протяжении всей продолжительности жизни. [2193] Слабая сила хвата связана со смертностью от всех причин, сердечно-сосудистыми заболеваниями, инфарктом миокарда и инсультом. Считается, что сила хвата – это более точный показатель смертности, чем систолическое артериальное давление. [2194] Исследование, проведенное в Великобритании в 2017 году с участием более 400 000 участников, проверило связь между силой хвата, ожирением и смертностью. [2195] Эксперты обнаружили, что сильный хват связан со снижением риска смертности на 8 %. Степень полноты не выявила связи со смертностью, но ИМТ более 35 и абдоминальное ожирение выступали в качестве серьезных предикторов смертности, независимо от силы хвата. Таким образом, избыточный вес вредит здоровью даже сильного человека. Сила ног тоже потенциально рассматривается как показатель физической работоспособности и смертности. [2196]

Лучшими упражнениями для мышечного роста и увеличения силы являются комплексные упражнения для всего тела, такие как приседания, становая тяга, жим лежа, жим над головой, тяга к поясу, подтягивания, отжимания, наклоны, выпады, спринты, махи гирей и «прогулка фермера». И отягощения, и гимнастика могут обеспечить достаточный стимул мышцам для роста, потому что организм не может отличить происхождение этого энергетического импульса. При правильном выполнении упражнения служат превосходной профилактикой травм и помогают при реабилитации. Доказано, что силовые тренировки более эффективны при лечении боли в мышцах и ограниченной подвижности, чем общее состояние физической активности. [2197] С другой стороны, такие занятия, как пилатес, по данным ученых, не помогают при болях в спине. [2198] Чтобы не травмировать себя, вы должны выполнять упражнения с отягощениями по всем правилам и использовать веса, соответствующие вашему уровню силы. Если у вас нет опыта в силовых упражнениях, лучше всего проконсультироваться с личным тренером, который сможет ввести вас в курс дела. Лучший совет при поднятии тяжестей – начинать медленно и выполнять каждое повторение с правильной постановкой корпуса. Полностью разгибайте мышцы, делайте небольшую паузу после полного разгибания и затем снова медленно сокращайте мышцы. Многие молодые и неопытные спортсмены пытаются сразу поднять большой вес, но положение тела при выполнении упражнений у них оставляет желать лучшего, и повторения они выполняют слишком быстро. Этот стиль занятий с отягощениями увеличивает риск травм, снижает прочность сухожилий и связок.

Брэд Шенфельд – один из исследователей мышечного роста и гипертрофии, который опубликовал множество работ по этой теме – в статье 2010 года так описывал механизмы гипертрофии:

«Текущие исследования показывают, что максимальная мышечная гипертрофия достигается за счет режимов тренировок, которые вызывают значительный метаболический стресс при сохранении умеренной степени мышечного напряжения».

Программа, ориентированная на гипертрофию, должна включать 6–12 повторений за подход с отдыхом по 60–90 секунд между подходами. Упражнения следует разнообразить движениями во всех плоскостях и под разными углами, чтобы обеспечить максимальную стимуляцию всех мышечных волокон.

Несколько подходов следует использовать в контексте сплит-тренировок, чтобы усилить анаболическую среду[5]. По крайней мере, некоторые из подходов следует выполнять до концентрического отказа мышц, чередуя микроциклы подходов до отказа с теми, которые выполняются не до отказа, чтобы свести к минимуму вероятность перетренированности. Концентрические повторения следует выполнять с высокой или умеренной скоростью (1–3 секунды), в то время как эксцентрические повторения следует выполнять с меньшей скоростью (2–4 секунды).

Тренировки следует проводить с такой периодичностью, чтобы фаза гипертрофии завершалась кратким периодом увеличения объема, за которым следует уменьшение, чтобы обеспечить оптимальную суперкомпенсацию мышечной ткани». [2199]

В этом параграфе кратко описан наиболее оптимальный способ выполнения силовых тренировок для большинства людей, основанный на текущих исследованиях. Он сфокусирован на гипертрофии и постепенном наращивании силы.

Обычно полагают, что для наращивания мышечной массы и силы интенсивная силовая тренировка составляет 60–80 % от максимального количества повторений за 1 раз (1RM, одноповторный максимум). [2200] Тем не менее ученые выяснили, что тренировка с ограничением кровотока (BFR или окклюзионная тренировка) позволяют достичь того же эффекта даже при 20–30 % от 1RM. [2201] То есть вы можете обмануть свое тело, заставив его думать, что оно поднимает гораздо больший вес, чем есть на самом деле.

Тренировка с ограничением кровотока (BFR) или окклюзионная тренировка – это вид упражнений, при выполнении которых на тренируемые мышцы накладываются окклюзионные манжеты. Они ограничивают приток крови к целевой области, создавая частичное ограничение кровотока. BFR в сочетании с силовыми тренировками с низкой нагрузкой повышает мышечную гипертрофию и силу. [2202] BFR также позволяет немного увеличить силу во время низкоинтенсивных аэробных тренировок. Самое интересное в BRF то, что эти тренировки сами по себе могут ослабить мышечную атрофию, особенно у пожилых людей, которые не способны поднимать тяжелые веса. Исследования на животных показали, что BFR увеличивает мышечную массу и силу до 40 % через 12 недель, [2203] в зависимости от уровня силы на старте.

Как выяснили исследователи, BFR не только стимулирует мышцы, но и способствует пролиферации стволовых клеток в экспериментальных группах [2204] и увеличивает уровень гормона роста примерно в 290 раз через 15 мин. после BFR-тренировки до усталости. [2205] BFR снижает артериальное давление, повышает чувствительность к инсулину, улучшает метаболическую гибкость и уменьшает дислипидемию и ожирение. [2206] Приток крови к тренируемой зоне увеличивается, при этом усиливается кровообращение в головном мозге, что защищает от инсульта и дисфункции мозга. [2207] Окклюзионные тренировки повышают концентрацию оксида азота, который способствует притоку крови и дополнительно стимулирует стволовые клетки-сателлиты мышц. [2208] BFR увеличивает уровень фактора роста эндотелия сосудов (VEGF), который усиливает рост новых кровеносных сосудов и повышает их пластичность. [2209]

Необходимо понимать, что BFR не полностью ограничивает приток крови к мышцам. Окклюзионные манжеты оказывают воздействие частично и неинвазивно. BFR создает частичный приток артериальной крови в мышцу и ограничивает венозный отток из мышцы. [2210]Поскольку нагрузки во время таких тренировок намного ниже, восстановиться от упражнений BFR можно быстрее, чем от традиционной тяжелой атлетики. Увеличенный приток крови также помогает ускорить процесс восстановления. Исследования показали, что давление манжеты должно составлять 40–60 % от артериальной окклюзии. [2211]Более сильное давление не дает дополнительных преимуществ и может навредить. Стоит отметить, что при использовании обычных бандажей для ограничения кровотока окклюзия должна длиться не более 1 минуты на каждую группу мышц, а затем ее следует снимать не менее чем на 1 минуту.

Текущие исследования показывают, что тренировка мышц два раза в неделю лучше способствует гипертрофии, чем занятия один раз в неделю. [2212] В 2015 году Шенфельд и соавторы доказали, что регулярные тренировки всего тела по три раза в неделю приводят к большему росту мышц, чем чередование тренировок по группам мышц один раз в неделю. [2213] Таким образом, для быстрого прогресса нужно нацеливаться на основные группы мышц, такие как ноги, грудь, спина, плечи и руки, по крайней мере, 2–3 раза в неделю.

Белки и наращивание мышц

Спусковым механизмом для роста мышц и силы служат тренировка с отягощениями или достаточно сильный стимул. Однако для того, чтобы произошла адаптация, необходимо также получать достаточное количество белка из пищи, чтобы способствовать увеличению мышечной массы.

Рост мышц – это результат положительного баланса между расщеплением мышечного белка (катаболизм) и синтезом мышечного белка (анаболизм). Факторы, способствующие катаболизму, – это физические упражнения, голодание, ограничение потребляемых калорий, ограничение потребляемого белка, саркопения, гипергликемия и отсутствие физической активности. Анаболические катализаторы включают в себя силовые тренировки, достаточное количество калорий, сон и потребление белка.

Рекомендуемая суточная норма белка составляет 0,36 г/фунт массы тела (4,54 кг) – этого достаточно для выживания человека. [2214] Многие эксперты считают, что это не оптимальное количество для поддержания мышц в тонусе, гипертрофии и предотвращения саркопении. [2215] Повышенная активность в целом увеличивает потребность в белке, потому что физическая активность в определенной степени повреждает мышечные клетки. [2216] Усиленное потребление белка приобретает особую важность для стареющего населения, потому как для людей преклонного возраста стандартная суточная норма белка оказалась недостаточной для поддержания скелетных мышц. [2217]

Адекватное потребление белка предотвращает потерю мышечной массы или саркопению, слабость и не дает лишиться возможности обслуживать себя самостоятельно в более позднем возрасте. [2218] Если есть на диете больше белка, то можно эффективнее снизить вес, поддержать больше мышечной массы и повысить скорость метаболизма. [2219]По сравнению со стандартными диетами для похудения с нормальным потреблением белка и низким содержанием жиров высокобелковые диеты оказались более эффективными. [2220] Усиленное потребление животного белка укрепляет здоровье костей и снижает риск переломов бедра у пожилых людей. [2221, 2222] Диеты с высоким содержанием белка также способствуют быстрому заживлению ран, вызванных хирургическим вмешательством, травмой или пролежнями. В этом контексте потребление более 2,0 г/кг увеличивает абсолютную скорость синтеза белка в организме. [2223]

Однако большее количество белка не заставит мышечную массу ускоренно расти выше определенного порога. Последние исследования показали, что этот предел составляет около 0,8–1,0 г белка на фунт (4,54 кг) мышечной массы тела или 1,5–2,0 г/кг. [2224]Оптимальные уровни для синтеза мышечного белка составляют от 1,6 до 2,2 г/кг массы тела. Если вы не тренируетесь, то, скорее всего, вам будет достаточно ~ 1,0–1,2 г/кг массы тела. Среднесуточное потребление белка в западных странах составляет где-то 12–17 %, тогда как в племенах охотников-собирателей оно достигает примерно 19–35 %, в зависимости от места проживания. [2225] Потребление белка в больших количествах имеет решающее значение при интервальном голодании или питании с дефицитом калорий, так как белок компенсирует повышенный катаболизм.

Полноценные белки содержат все незаменимые аминокислоты и строительные материалы для клеток. Необходимо получать белки из цельных продуктов, таких как яйца с желтком, лосось, макрель, говядина, курица, мясные субпродукты, красное мясо и т. д. Альтернативами на растительной основе считаются бобовые, фасоль, киноа, орехи и семена, но и в этом случае для полноценного питания вам придется комбинировать несколько источников белка, а содержание лейцина, необходимого для синтеза мышечного белка, в них, как правило, ниже.

Восстановление после физических упражнений

Тренировка – это только первая половина процесса, направленного на улучшение физической формы и повышение функциональности. Вторая часть – это период восстановления, который смело можно назвать более важным этапом. Сразу после физической нагрузки мы становимся слабее из-за полученных повреждений от стимулирующего воздействия. Нервной системе требуется время и отдых, чтобы восстановиться и стать сильнее. Перетренированность и чрезмерная системная усталость организма предотвращают гипертрофию мышц и замедляют прогресс. [2226] Однако перетренированность и количество достаточного стимулирующего воздействия весьма субъективны. Все зависит от обратной связи, которую дает ваше тело.

Примите во внимания следующие признаки, которые указывают на перетренированность и/или недостаток отдыха и восстановления:

● Проблемы с поддержанием равновесия и управлением двигательными функциями

● Хроническая боль в мышцах или ноющие боли

● Затуманенность сознания, забывчивость, рассеянность и вялость

● Проблемы с засыпанием и вставанием по утрам

● Более высокая базальная частота сердечных сокращений, чем обычно

● Потеря мышечной силы

● Отсутствие мотивации тренироваться и передвигаться

● Снижение результативности и «плато» в процессе выполнения упражнений

● Приходится прикладывать усилия больше обычного

● Перепады настроения, возбуждение и легкая депрессия

● Низкий уровень гормонов щитовидной железы и высокий уровень кортизола

Рекомендуемые добавки перед тренировками:

● L-карнитин: 2 г

● Таурин: 1–2 г

● Цитруллин: 3 г

● Карнозин: 2 г

● Кофе/кофеин: 80–160 мг кофеина

Рекомендуемые добавки после тренировок

● Сывороточный протеин от животных травяного откорма: 20 г, но до 40 г после тренировок на все тело.

● Креатин: 5 г

● Гидролизованный коллаген: 5–20 г

● Глицин: 2–3 г

● Витамин С: 50–100 мг

Самые важные аспекты полноценного восстановления – это качественное питание, достаточное потребление белка и сон. В это время тело восстанавливает само себя и фактически наращивает мышечную массу. Депривация сна высвобождает кортизол, который увеличивает мышечный катаболизм. В следующей главе речь как раз пойдет об оптимизации сна.

Исследователи обнаружили, что антиоксидантные добавки, НПВП и криотерапия после тренировки уменьшают воспаление и вызванный физической нагрузкой окислительный стресс, что может замедлить или полностью свести на нет адаптивный сигнал, необходимый для роста мышц. [2227] Однако этот вывод не является окончательным и применим не ко всем видам упражнений.

Доказано, что прием антиоксидантных добавок перед тренировкой влияет на митохондриальный биогенез, как на ключевую адаптацию к выносливости. [2228] Многочисленные исследования показали, что антиоксидантные добавки ухудшают анаболический сигнал и гипертрофию мышц. [2229] Впрочем, они, по-видимому, не влияют на мышечную силу. [2230] Витамин С не улучшает физическую работоспособность и может ухудшить результативность в дозах выше 1000 мг/сут. [2231]

Как правило, употребление цельных продуктов и овощей не оказывает негативного влияния на гормональный фон или адаптацию к физическим нагрузкам. Они способствуют выздоровлению, модулируя воспаление, но не останавливают его полностью. Отметим, что прием антиоксидантных добавок в больших дозах во время тренировки может привести к подавлению положительного ответа, особенно гипертрофии. На выносливость и силу это влияет меньше, чем на рост мышц.

Вариабельность сердечного ритма (HRV, ВСР)

Одним из физиологических параметров, по которому можно оценить общее восстановление и состояние нервной системы, является вариабельность сердечного ритма (HRV, ВСР). Он описывает изменение временного интервала между ударами сердца. Ваше сердце не бьется через абсолютно равные промежутки времени, как часы или метроном. Существует определенная степень вариабельности вашего сердечного ритма, и ВСР измеряет эти интервалы. Если интервалы между сокращениями последовательны и повторяются, то ваш ВСР низкий, в то время как большее отклонение указывает на повышенный ВСР. В целом, более высокий показатель ВСР означает, что вы лучше восстановились, меньше подвержены стрессу и на данный момент доминирует парасимпатическая нервная система. Доказано, что снижение ВСР выступает предиктором смертности после инфаркта миокарда. [2232] рака [2233] и внезапной смерти по сердечно-сосудистым причинам. [2234] Снижение ВСР связано с сердечной недостаточностью, диабетической невропатией [2235] и циррозом печени. [2236] Фактически риск смерти после сердечного приступа более чем в 5 раз выше у тех, у кого низкий уровень ВСР по сравнению с высоким уровнем ВСР. [2237]

Существует несколько методов отслеживания частоты сердечных сокращений. Они отличаются в зависимости от используемой технологии. Электрокардиограмма (ЭКГ) обнаруживает волну R в комплексе QRS и вычисляет время между R-волнами (интервал R-R). Устройство по типу умного кольца OURA использует фотоплетизмографию (ФПГ) для анализа сердцебиений. При ФПГ самое резкое увеличение сигнала перед пиком отмечает сердцебиение. Вместо интервалов R-R ФПГ измеряет межпульсовые интервалы (IBI). Смотрите рисунок ниже, чтобы понять разницу между ЭКГ и ФПГ.

Если у вас низкая ВСР, то заниматься интенсивными физическими упражнениями – не самая разумная идея. То же касается и других гормезисных стрессоров, таких как сауна или воздействие низких температур, поскольку во время и даже после острого стрессового события усиливается симпатический тонус. Например, посещение сауны может снизить ВСР, [2238] но также было доказано, что парение уменьшает аритмию и улучшает ВСР у пациентов с хронической сердечной недостаточностью. [2239] Парение в сауне благотворно влияет на сердечно-сосудистую систему, в том числе снижает сосудистое сопротивление. [2240] Другие исследования показали, что посещение сауны улучшает ВСР после завершения процедуры. [2241] Таким образом, сауна может принести пользу или вред ВСР в зависимости от человека. Поэтому людям с нестабильными сердечно-сосудистыми проблемами не следует посещать сауну, но пациентам с хроническими заболеваниями, которые они держат под контролем, терапия высокими температурами приносит значительную пользу. Низкая ВСР обычно отражает более напряженное состояние и потенциальное повреждение сердца, что также может ослабить иммунную систему. [2242] Сочетание повышенной физической нагрузки от занятий спортом с легким снижением иммунитета может сделать организм более уязвимым к заболеваниям. Тренировки при низкой вариабельности сердечного ритма также контрпродуктивны с точки зрения адаптации и прогресса. Результаты растут намного быстрее, если заниматься фитнесом в те дни, когда ВСР выше.

Кроме того, исследователи доказали, что по изменениям ВСР можно предугадать клинические последствия сепсиса. [2243, 2244] Существует четкая связь между повышением уровня провоспалительного IL-6, повышением С-реактивного белка и снижением ВСР. [2245, 2246] Обычно повышенная частота сердечных сокращений и температура тела считаются признаками активной инфекции. Если при этом снижена ВСР, то вы рискуете заболеть, если немедленно не примете меры для выздоровления.

Давайте выясним, что снижает вариабельность сердечного ритма (ВСР) и мешает восстановлению:

● Расстройства эмоциональной сферы, терзания. Обнаружено, что ежедневное беспокойство снижает ВСР в часы бодрствования, а также во время сна. [2247] Временно подавленное состояние, социальная тревога, негативные эмоции, травмы и стрессовые взаимодействия снижают ВСР и повышают симпатическую активность. [2248] Жертвы посттравматического стрессового расстройства сильнее испытывают автономную гиперактивность во время отдыха, и они хуже справляются со стрессами. [2249]

● Гипергликемия и резистентность к инсулину. Сильные колебания уровня сахара в крови вводят организм в состояние стресса, который вызывает раздражение блуждающего нерва, тормозящего сердечную деятельность, тем самым снижая ВСР. [2250] У диабетиков отмечается низкая ВСР и признаки ранней сердечной нейропатии. [2251] Алкоголь также значительно снижает ВСР. [2252]

● Сильный воспалительный процесс. Повышенный уровень провоспалительных цитокинов снижает ВСР, повреждает здоровые клетки и создает окислительный стресс. [2253] Вариабельность сердечного ритма также указывает на уровни маркеров воспаления, таких как CRP, IL-6 и А1С. [2254]

● Депривация сна. Доказано, что недостаток сна снижает ВСР. [2255] По ВСР можно судить о снижении психомоторной бдительности и концентрации из-за сонливости. [2256] По вариабельности сердечного ритма можно идентифицировать нарушения сна и другие связанные с этим заболевания. [2257]

А теперь давайте посмотрим, что повышает вариабельность сердечного ритма (ВСР):

● Физические упражнения. У тех, кто регулярно занимается спортом, частота сердечных сокращений в состоянии покоя ниже, а ВСР – выше. [2258] При субмаксимальной нагрузке ВСР обычно ниже, чем в состоянии покоя, потому что организм находится в стрессе, но после восстановления ситуация меняется на противоположную. [2259]

● Интервальное голодание. Состояние голода приводит к снижению частоты сердечных сокращений в состоянии покоя и увеличению ВСР. [2260] Однако, если у вас начнется гипогликемия или вы подвергнетесь стрессу, то ВСР упадет из-за повышенного стресса. [2261] Вот почему голодание при кето-адаптации меньше вредит организму, так как мозг может заменить глюкозу кетонами.

• Необходимо отметить, что 48-часовое голодание снижает ВСР, вызывая отключение парасимпатической нервной системы. [2262] В сущности, это явление не приносит вреда, пока вы не попадаете под воздействие других стрессоров, но это еще раз доказывает, что длительное голодание вводит организм в состояние стресса и несколько ослабляет иммунитет. Состояние вернется в норму после прекращения поста, однако, не слишком разумно проводить длительные голодания при ослабленном иммунитете. Заметим, что ежедневное употребление пищи с ограничением окна питания приносит пользу организму.

● Воздействие высоких температур. Посещение сауны увеличивает ВСР и связано с низким риском смертности от всех причин. [2263, 2264] Для безопасности обратите внимание на артериальное давление и другие жизненно важные показатели. Если жар вызывает у вас чрезмерный стресс, то ВСР действительно может упасть.

● Медитация. Практика медитации отлично помогает справляться со стрессом. Она успокаивает и тем самым увеличивает ВСР. [2265] Доказано, что медитативные практики улучшают ВСР и снижают частоту сердечных сокращений и артериальное давление. [2266] То же самое можно сказать и о таких практиках, как йога и Тай-чи. Обзор 59 исследований 2016 года с участием 2358 испытуемых показал, что йога увеличивает вариабельность сердечных сокращений, а у опытных практиков йоги отмечается более высокий тонус блуждающего нерва, что связано с увеличением ВСР. [2267]

● Biofeedback, метод биологически обратной связи. Эксперты обнаружили, что некоторые формы нейро- или биологической обратной связи уменьшают стресс и тревогу, улучшают состояние при депрессии и повышают ВСР. [2268]

● Музыкальная терапия. Исследование показало, что игра на индейской флейте, инструменте коренных народов Америки, увеличивает ВСР и снимает стресс. [2269] Музыка прекрасно подходит для расслабления и терапии. Ученые выяснили, что напевание про себя и пение в голос благотворно влияют на ВСР, поскольку пение требует контроля за дыханием. [2270] Включите музыку, уделите время любимому занятию, и вы поможете себе выйти из режима «бей или беги».

Считается, что парасимпатическая активность и ВСР предположительно выше в ночное время, особенно в фазе быстрого сна. [2271] Доказано, что инфаркт миокарда (сердечный приступ) снижает ВСР. [2272] Во время сна особые гормоны восстановления, такие как мелатонин, восстанавливают и исцеляют организм. Подробнее о сне мы поговорим в следующей главе.

Глава двенадцатая:

Сон, циркадные ритмы и иммунная система

Сон имеет решающее значение для иммунной системы и ее функционирования. В это время тело полностью себя восстанавливает. Гормоны сна, такие как мелатонин, и процессы, например, аутофагия, управляют критической антиоксидантной активностью. [2273] Она необходима для восстановления после стрессов, а также помогает подготовиться к встрече с будущими стрессорами. При нехватке сна защитные силы организма ослабевают и тело не может полностью восстановиться.

Между сном и здоровьем иммунной системы существует двунаправленная связь. [2274] В рамках одного исследования при участии 11 пар однояйцевых близнецов ученые заострили внимание на разнице в их режимах сна и бодрствования. У тех близнецов, которые спали меньше всех, иммунная система оказалась в наихудшем состоянии. [2275] В другом исследовании люди, которые спали по семь часов, в три раза сильнее рисковали подхватить инфекцию по сравнению с теми, кто спал по восемь часов. [2276] Низкое качество сна повышает вероятность появления простуды в пять с половиной раз. Другими словами, депривация сна подавляет иммунитет и повышает восприимчивость к заболеваниям.

Продолжительность и качество сна тесно связаны с циркадными ритмами, которые представляют собой суточные циклы физиологических процессов организма. Каждая клетка и орган имеют свои собственные циркадные «часы», которые связаны с главными часами в гипоталамусе головного мозга, которые называются супрахиазматическим ядром (СХЯ). [2277] Синхронизация с внутренними часами и ритмами поддерживает организм в гомеостазе и здоровом состоянии, в то время как десинхронизация способствует развитию заболеваний. Нарушения циркадных ритмов связаны с ожирением, диабетом, сердечно-сосудистыми заболеваниями, болезнью Альцгеймера и онкологическими заболеваниями. [2278] Сменная работа существенно повышает риск развития сердечно-сосудистых заболеваний и метаболического синдрома. [2279, 2280] Кроме того, сменная работа коррелирует с заболеваниями, связанными со стрессом, такими как рак, сердечно-сосудистые заболевания и болезнь Альцгеймера. [2281] Существуют доказательства того, что циркадные ритмы влияют на старение и долголетие. [2282, 2283] Основной транскрипционный фактор СХЯ, гены циркадных ритмов CLOCK/BMAL1, управляют антиоксидантными системами, такими как Nrf2, а также чувствительностью к питательным веществам. [2284]

В этой главе мы выясним, в каких отношениях состоят сон, циркадные ритмы и иммунная система. Вы узнаете, как благодаря нашим рекомендациям повысить качество сна, оптимизировать циркадные ритмы и устранить негативные последствия депривации сна.

Как сон влияет на иммунитет

Сон – довольно парадоксальное явление, в особенности потому, что практически у всех живых организмов развит в том или ином виде цикл сна и бодрствования. Во сне тело несколько часов пребывает в очень уязвимом положении, подвергая себя опасности со стороны хищников и стихийных бедствий. Несмотря на это тревожное обстоятельство, организм приспособился спать регулярно, и даже кратковременное недосыпание создает серьезные проблемы для физической работоспособности, психического функционирования и иммунитета.

Давайте посмотрим, как связаны сон и иммунная система:

● Сон улучшает функцию Т-лимфоцитов. [2285] Лимфоциты – это клетки-киллеры, которые уничтожают болезнетворные микроорганизмы и вирусы внутри клетки. Во время сна Т-лимфоциты легче присоединяются к инфицированным частицам и затем удаляют их. Стресс и бодрствование тормозят процесс вывода патогенов из организма, поэтому люди в сильном стрессовом состоянии более восприимчивы к инфекциям и простуде. [2286] В целом, недостаточно продолжительный сон равен физическому стрессу. [2287]

● Депривация сна снижает количество естественных киллеров (NK-клеток). Одна ночь недосыпания снижает эффективность естественных киллеров на 75 %. [2288] Это ослабляет способность организма реагировать на вредные чужеродные микроорганизмы. Как показывают исследования, недосыпание снижает эффективность вакцинации, отрицательно влияя на функцию антител. [2289] С другой стороны, здоровый сон усиливает синтез антител и чувствительность к вакцинам. [2290]

● Сон способствует производству цитокинов. [2291] Цитокины – это небольшие белки, которые участвуют в передаче сигналов клеткам и осуществляют иммуномодуляцию. Они высвобождаются во время сна, чтобы помечать инфекционные частицы, которые подлежат уничтожению, [2292] и поддерживают защитные системы организма. [2293] Цитокины, такие как IL-6 или IL-1, управляют засыпанием и способствуют сонливости. [2294] Исследования показывают, что снижение уровня IL-6 в дневное время способствует качественному ночному сну. [2295] С другой стороны, микробные частицы и цитокины продлевают стадию сна с медленным движением глазных яблок (фазу медленного сна) и подавляют стадию сна с быстрым движением глазных яблок (фазу быстрого сна). [2296] Это в свою очередь плохо сказывается на адаптивном иммунитете.

● Сон управляет реакцией антител, иначе говоря иммуноглобулинов. [2297] Они необходимы для нейтрализации патогенов, которые помечены как антигены или чужеродные соединения. [2298] Кроме того, количество антител и клеток, борющихся с инфекцией, снижается всякий раз, когда вы не высыпаетесь. [2299]

● Сон имеет решающее значение для адаптивной иммунной системы, которая отвечает за иммунологическую память. [2300] Здоровый сон помогает организму запомнить, как эффективно реагировать на инфекционные агенты и как с ними бороться. Консолидация памяти происходит главным образом во время быстрого и медленноволнового сна, что также влияет на иммунитет. [2301]

● Мелатонин, один из гормонов сна, действует как на врожденные, так и на специфические реакции иммунной системы посредством комбинированных механизмов, которые включают в себя модуляцию цитокинов и окислительный стресс. [2302] Чувствительность к возрастным воспалительным реакциям сильно зависит от мелатонина и глубокого сна. [2303] Мелатонин может подавлять один из основных провоспалительных ферментов онкологических заболеваний – циклооксигеназу-2 (СОХ2). [2304]

Депривация сна вызывает серьезные последствия и сказывается на общем состояния здоровья. Недосыпание повышает артериальное давление, поднимает уровень гормонов стресса, способствует развитию сердечно-сосудистых заболеваний и нарушений ритма. [2305] Недостаток сна влияет на развитие метаболического синдрома и резистентности к инсулину. Четыре ночи сна продолжительностью около четырех с половиной часов подряд снижают чувствительность всего организма к инсулину на 16 % и повышают чувствительность жировых клеток к инсулину на 30 %. [2306]

Недосыпание связано с развитием нейродегенерации. [2307] Недостаточный сон способствует распространению токсичных белков болезни Альцгеймера. [2308] Недостаток глубокого сна служит признаком ранней деменции. [2309]

Исследователи доказали, что непрерывное бодрствование в течение 4 дней повышает уровень маркеров воспаления, таких как IL-6 и TNF-альфа. [2310] Сон по 4 часа в сутки в течение 10 дней увеличивает показатели воспаления и усугубляет боль. [2311] Бодрствование в течение 88 часов и 10 дней сна по 4 часа в сутки одинаково повышают уровень С-реактивного белка, важного биомаркера воспаления, который увеличивает риск сердечно-сосудистых заболеваний. [2312] Даже ограничение сна с 8 до 6 часов в течение восьми дней повышает уровень провоспалительных цитокинов. [2313]

Все исследования показывают, что сон играет решающую роль в регуляции иммунной системы и борьбе с различными инфекциями. Зачастую случается, что организм поражает не конкретный вирус, а к болезни приводят недостаток сна, воспаление и ослабленный иммунитет.

Ежедневно мы подвергаемся воздействию бесчисленного множества различных инфекций, бактерий и вирусов. У многих людей внутри организма дремлют скрытые вирусы, например, туберкулез или вирус Эпштейна-Барр (который вызывает мононуклеоз и, по оценкам экспертов, есть у 90 % населения). Между чужеродными захватчиками и защитными системами организма ни на минуту не затихает ожесточенная борьба. Если иммунной системе удается создать достаточную защиту и высвободить больше антител, то они быстро уничтожают патогены. Однако, если иммунитет ослаблен из-за сопутствующих заболеваний, других инфекций, дефицита питательных веществ или даже просто недосыпания, тогда инфекционные агенты с легкостью распространяются по организму. Таким образом, можно заразиться и серьезно заболеть от любого вируса после недосыпания, даже если в целом вы здоровый человек. Не говоря уже о том, что инфекции, которые находятся в латентном состоянии, могут активизироваться, как только иммунная система достигнет критического порога дисфункции.

Сон не следует рассматривать как средство укрепления иммунной системы, потому что он не стимулирует ее так же, как физические упражнения. Скорее, он спасает от истощения вашу иммунную армию через процесс восстановления. Если ваши солдаты постоянно недосыпают, они демонстрируют меньшую эффективность в борьбе с вирусами. Поэтому необходимо следить за тем, чтобы вы высыпались каждую ночь, и не допускать хронического недосыпания.

Циркадные ритмы и работа иммунной системы

В прошлом исследователи предполагали, что циркадный ритм человека сдвигается к 25 часам, когда он изолирован от внешних сигналов. [2314] Однако эти результаты оказались ошибочными, поскольку испытуемые подвергались воздействию искусственного освещения. В 1999 году гарвардское исследование показало, что циркадный ритм человека составляет около 24 часов 11 минут, что ближе к солнечному дню или астрономическим суткам. [2315] Этот 24-часовой период называется свободным течением циркадного ритма.

Типичный 24-часовой цикл проходит через несколько контрольных точек:

● В 6:00 уровень кортизола повышается для пробуждения

● 7:00 выработка мелатонина прекращается

● 9:00 пик выработки половых гормонов

● 10:00 пик уровня умственной активности

● 14:30 дня самое благоприятное время для координации движений

● 15:30 дня самая быстрая реакция

● 17:00 наибольшая эффективность сердечно-сосудистой системы и мышечная сила

● 19:00 самое высокое артериальное давление и температура тела

● В 21:00 начинается выработка мелатонина, который подготавливает организм ко сну

● 22:00 перистальтика подавляется по мере того, как организм успокаивается

● 2:00 самый глубокий сон

● 4:00 самая низкая температура тела

Температура тела, выработка цитокинов, умственные способности, функционирование сердечно-сосудистой системы и уровень лейкоцитов – все это регулируется ритмично. Некоторые показатели иммунитета достигают максимума днем, в то время как другие – ночью. Рассмотрим ключевые моменты:

● Во время сна снижается уровень гормонов стресса, таких как кортизол, а гормонов восстановления, таких как гормон роста и мелатонин, становится больше. [2316] Пролактин, гормон роста и мелатонин поддерживают иммунную систему посредством провоспалительных сигналов, которые продуцируют цитокины. [2317] С другой стороны, норадреналин или адреналин обладают противовоспалительным действием, которое, как считают исследователи, заряжает энергией в дневное время. [2318] Воспаление в течение дня вызывает усталость, ограничивает желание двигаться, делает чувствительным к боли и апатичным. [2319]

● Воспалительные реакции на инфекции достигают максимума во время сна. [2320] Это намного облегчает жизнь организму, потому как во сне вырабатываются цитокины и протекают другие иммуномодулирующие процессы. Они создают петлю положительной обратной связи, которая инициирует адаптивный иммунный ответ. [2321] Тем не менее негативные последствия тоже могут возникнуть. Если ввести липополисахариды мышам, пока они спят, то смертность оказывается намного выше (83 %), чем если бы им вводили эти соединения в течение дня (10 %). [2322] Дело в том, что организм во время сна сосредотачивается на восстановлении и лечении, а не на защите и реагировании на чрезвычайные ситуации.

● Иммунные ритмы подчиняются циркадным часам. [2323] Гены, отвечающие за работу внутренних часов, контролируют до 8 % транскриптома в иммунных клетках, презентацию антигена, фагоцитоз и передачу сигналов белков теплового шока. [2324]

• Т-лимфоциты функционируют в суточном ритме и выходят на пик во время отдыха. [2325] Их уровень начинает спадать утром, когда уровень кортизола повышается.

• Кортизол дает команду Т-лимфоцитам мигрировать в костный мозг в активный период через экспрессию CXCR4. [2326]

• Лимфоциты накапливаются в лимфатических узлах во время ночного сна. [2327] Они помогают инициировать адаптивные иммунные реакции.

● Связь между аутофагией и мелатонином коррелирует с циркадной регуляцией метаболических функций, таких как биосинтез холестерина, высвобождение гормона роста, бета-окисление и глюконеогенез. Считается, что регуляция этих функций подстраивается под аутофагию для оптимизации поступления питательных веществ, которые уходят на хранение или окисление.[2328] Это происходит только в периоды наименьшей метаболической активности, то есть во время голодания и сна.

С возрастом экспрессия циркадных генов ослабевает, [2329] вызывая фрагментацию сна и возрастные заболевания. [2330] Мыши с неработоспособными циркадными генами быстрее стареют, меньше живут, чаще болеют раком и другими заболеваниями. [2331] У пожилых людей обычно более ранний хронотип, то есть они ложатся спать и просыпаются раньше. [2332] Люди старше 60 лет, как правило, склонны проявлять активность по утрам. [2333] Из-за снижения уровня мелатонина пожилые люди чаще просыпаются, медленнее засыпают и проводят меньше времени в состоянии глубокого сна в фазе быстрого движения глаз. [2334, 2335, 2336] Те же характерные проявления наблюдаются у макак-резусов, [2337] хомяков [2338] и плодовых мушек. [2339]

К счастью, ученые обнаружили, что ограничение потребляемых калорий или интервальное голодание способны обратить вспять нарушения циркадных ритмов, тем самым устраняя признаки старения. [2340] Этот эффект вызван усилением регуляции аутофагии, NAD+ и сиртуинов, которые влияют на циркадные часы организма. Сиртуины определяют клеточный энергетический баланс и модулируют циркадный эпигеном. [2341] SIRT1 – основной ген сиртуина, который контролирует циркадные ритмы и согласует их с клеточным метаболизмом. [2342] SIRT1 отсрочивает старение и продлевает продолжительность жизни у мышей. [2343] Повышенная активность SIRT1 оказывает благотворное влияние на здоровье людей. [2344]

Исследования показывают, что мыши, которых специально откармливали высококалорийной пищей, не страдали от ожирения, гипертонии, воспаления и смещения паттернов экспрессии генов циркадных часов, если принимали пищу в ограниченное окно питания. [2345] Мыши без ограничения питания по времени довольно быстро обрастали жиром и начинали болеть. Это говорит о том, что время приема пищи оказывает серьезное влияние на метаболическое здоровье и циркадные ритмы. Исследования при участии людей, где рассматривали пользу ограниченного окна питания, показывают, что у испытуемых снижается уровень инсулина и сахара в крови натощак, [2346] падает уровень холестерина ЛПНП и улучшается липидный профиль. [2347] Они избавляются от лишнего веса, [2348] у них активируются гены долголетия, такие как сиртуины, и усиливается аутофагия. [2349]

Основными сигнальными факторами, которые контролируют циркадные ритмы, являются свет, температура, магнитные явления, двигательная активность и пища. [2350, 2351, 2352, 2353] Большая часть циркадных сигналов передается с помощью света, который стимулирует супрахиазматическое ядро мозга (СХЯ) через сетчатку. Свет непосредственно влияет на выработку мелатонина, также известного как «гормон сна» или «гормон темноты». [2354] Мелатонин выделяется в темноте и подавляется при ярком свете. Гормон сна имеет решающее значение для управления циклами сна и бодрствования и циркадными ритмами других антиоксидантных процессов. [2355, 2356] Чем старше вы становитесь, тем скуднее выработка мелатонина. Считается, что пожилые люди не высыпаются так хорошо, как молодые, именно из-за снижения выработки мелатонина. [2357] Интересно, что такие питательные вещества, как магний, цинк, активный витамин В6, фолиевая кислота и витамин С, необходимы мозгу для выработки серотонина и мелатонина. [2358, 2359, 2360, 2361] Таким образом, недостаток этих питательных веществ может привести к снижению выработки гормонов, ухудшению настроения, сна, нарушению циркадных ритмов и иммунной функции.

Воздействие синего света на глаза влияет на выработку мелатонина и циркадные ритмы. [2362] Обилие синего света в неподходящее время может повредить митохондрии и способствовать резистентности к инсулину. [2363] Кроме того, дневной синий свет вызвает бессонницу, депрессию и усиливает воспаление. Обзорные исследования показали корреляцию между воздействием синего света ночью с ожирением и диабетом второго типа. [2364, 2365]

Синий свет обладает короткой длиной волны, 380–500 нанометров, что позволяет ему производить большее количество энергии. В естественных условиях человек не подвергается воздействию синего света в течение всего дня, он воспринимает его исключительно ранним утром и после полудня. Однако с момента изобретения электрической лампочки в нашей среде появилось множество дополнительных источников синего света. Благодаря технологиям и новым гаджетам мы подвергаемся активному воздействию синего света в течение более длительных периодов времени, что болезненно сказывается на циркадных ритмах и здоровье в целом.

Исследования показали, что белые светодиодные лампы в пять раз эффективнее блокируют выработку мелатонина, чем лампы накаливания. [2366] Ни в коем случае не стоит сидеть вечером под светодиодными или флуоресцентными лампами. Теплое освещение или лампочки накаливания, конечно, не заменят природных ритмов, но они все равно лучше, чем холодное освещение.

В исследовании 2011 года эксперты сравнивали суточные уровни мелатонина у людей, живущих при комнатном освещении (<200 люкс), и при тусклом освещении (<3 люкс). Результаты показали, что воздействие комнатного света перед сном подавляло мелатонин у 99 % испытуемых и сокращало период повышенного уровня мелатонина во время сна примерно на 90 минут. [2367] Воздействие комнатного света в обычные часы сна также подавляло уровень мелатонина более чем на 50 %.

Исследования показали, что чем больше времени человек проводит за электронными устройствами днем и особенно вечером, тем больше времени ему требуется, чтобы заснуть, и тем хуже он высыпается. [2368] Подростки, которые более пяти часов в день пользовались электронными устройствами, например, планшетами, смартфонами и компьютерами, в 3,5 раза чаще спали менее пяти часов за ночь. Им также требовалось на 49 % больше времени, чтобы заснуть.

С другой стороны, умеренный свет теплых оттенков или красный свет вечером способствует выработке мелатонина, что усиливает аутофагию во время сна. [2369] Воздействие синего света вечером дает противоположный эффект.

Тем не менее синий свет днем ничем не вредит человеку. Его нужно избегать только вечером, чтобы не подавлять выработку мелатонина, но утром он необходим для компенсации правильного циркадного ритма. Утренний свет нужен для выработки мелатонина ночью за счет увеличения содержания белка в мозге, который называется ПОМК (проопиомеланокортин). [2370] Ультрафиолетовый свет, попадающий на кожу, активирует ген р53, который усиливает регуляцию гена, кодирующего ПОМК. [2371] Другими словами, небольшое количество солнечного света по утрам помогает настроить циркадные ритмы, улучшить сон и укрепить иммунитет.

Как начать высыпаться

Количество сна, необходимое именно вам, зависит от генетики, возраста, уровня физической активности, сезонности и многого другого. Принято считать, что дети должны спать около 10–12 часов в день, а взрослые – 7–9 часов. Почти 40 % людей получают меньше минимально рекомендуемых 7 часов сна. [2372] Однако спать дольше не обязательно значит спать лучше.

Системный обзор, проведенный в Университете Уорика, показал, что у людей, которые спали по 6 часов или меньше, риск смерти был на 12 % выше. [2373] Однако риск смерти среди тех, кто спал 9 и более часов, был на 30 % выше. Вероятно, это связано с тем, что подавляющая часть участников исследования страдали от заболеваний или находились в медучреждениях, поэтому спали более 9 часов в сутки. Эти испытуемые уже были предрасположены к смерти в любой момент. Данные 5 134 036 участников из 137 проспективных когортных исследований показали, что более продолжительный сон связан с повышенной смертностью, диабетом, сердечно-сосудистыми заболеваниями, инсультом, ишемической болезнью сердца и ожирением. [2374] Вероятно, эти результаты аналогично связаны с тем, что больным людям требуется больше сна, чем здоровым. Тем не менее можно утверждать со всей определенностью, что хронический недосып вреден для здоровья. Оптимальная продолжительность сна составляет около 7–9 часов.

Давайте посмотрим, что можно сделать, чтобы оптимизировать сон и настроить циркадные ритмы:

● Вставайте и ложитесь спать в одно и то же время. Если вы ложитесь спать и просыпаетесь примерно в одно и то же время, то заставляете циркадные ритмы следовать заведенному порядку. Это улучшает засыпание, общее качество сна и восстановление. [2375] Стабильное время отхода ко сну связано с улучшением состояния здоровья и потерей веса у молодых взрослых женщин. [2375]

● Избегайте воздействия синего света перед отходом ко сну. Искусственный синий свет подавляет выработку мелатонина и нарушает циркадные ритмы. Белые светодиодные лампы в пять раз эффективнее блокируют выработку мелатонина, чем лампы накаливания. [2377] Выключите синий свет по крайней мере за 2–3 часа до отхода ко сну и подумайте над приобретением очков, блокирующих синий свет. Так вы дадите возможность вашему организму начать вырабатывать мелатонин и вызывать ощущение усталости. Некоторые программы, такие как F.lux и Twilight, помогут автоматически откалибровать яркость экранов.

● Теплый свет вечером. Естественный свет на закате имеет длину волны в диапазоне 600–700 нанометров. Это противоположность синему свету, длина волны которого составляет около 400–500 нм. Красные, оранжевые и янтарные огни указывают на конец дневного времени и начало ночного. Использование лампочек теплого янтарного оттенка, устройств для терапии красным светом и оранжевых светофильтров вечером поможет имитировать естественный закат, поддерживая таким образом циркадный ритм, а также выработку мелатонина.

● Спите при прохладной температуре воздуха. Сон в жаркой комнате уменьшает фазу быстрого и глубокого сна. [2378] Люди, испытывающие трудности со сном, часто страдают от повышенной температуры тела ночью. [2379] По данным Национального фонда сна, наилучшая температура для сна составляет примерно 15–19 ℃. [2380] Температура выше 24 ℃ или ниже 12 ℃ с большей вероятностью ухудшит качество сна. Как низкие, так и высокие температуры могут плохо сказываться на здоровье. Вы должны подобрать такие условия, которые окажутся для вас комфортными.

● Дыхание через нос и заклеивание рта на ночь. Если вы страдаете от апноэ во сне, храпа или проблем с дыханием во время сна, то спросите врача о технике заклеивания рта лейкопластырем. Хотя это может показаться странным, но работает довольно эффективно. Закрытый рот стимулирует дыхание через нос в течение всей ночи, что имеет много преимуществ для здоровья, помимо регулирования нарушенного дыхания во сне, которое может прогрессировать до апноэ. Техника заклеивания рта предполагает наклеивание небольшого кусочка лейкопластыря (пожалуйста, не используйте скотч и другие липкие ленты, которые могут повредить кожу) вертикально на губы.

● Оградите себя от шумов и света. Использование маски для сна эффективно и защитит вас от потенциального проникновения синего света. Используйте обычные недорогие беруши или наушники с шумоподавлением в ночное время – это простой способ блокировать потенциальные беспокоящие звуки. Исследование показало, что воспроизведение розового шума, синхронизированного с мозговыми волнами испытуемых, позволяло им оставаться в глубоком сне дольше, чем когда звук не воспроизводился. [2381] У них также на 60 % улучшилась память – они смогли вспомнить больше слов, которые им показывали перед сном.

● Повысьте качество воздуха в спальне. Спертый воздух в помещении может вызвать проблемы с засыпанием и ухудшить глубокий сон, воздействуя на органы дыхания. [2382] Исследования показали, что плохое качество воздуха в помещении так же пагубно воздействует на здоровье, как и пассивное курение. [2383] Вот почему важно проветривать дом и открывать окна как можно чаще. Исследование НАСА также показало, что различные комнатные растения способствуют фотосинтезу и превращают CO2 в кислород. [2384] Присмотритесь к таким растениям, как дьявольский плющ (сциндапсус), папоротники, каучуковые растения, кактусы, змеиное растение (Сансевиерия трехполосная) и плакучий инжир (фикус Бенджамина).

● Выходите под естественное освещение после пробуждения. Первое, что вы должны сделать после пробуждения – это выйти на улицу на 10–15 минут и испытать воздействие солнечного света. Это немедленно синхронизирует ваше тело с окружающей средой и установит правильный циркадный ритм. Вы почувствуете себя более энергичным, бодрым и счастливым, и эти ощущения останутся с вами на весь день. Даже если на улице облачно и нет солнца, часть световых волн проникнет сквозь облака, и вы все равно получите нужный эффект. Яркость прямого солнечного света составляет от 32 000 до 130 000 люкс по сравнению с 320–500 люкс при типичном освещении в помещении.

● Пользуйтесь акупунктурным матрацем. Купите небольшой коврик, на котором сверху есть небольшие выступы/шипы. Он стоит относительно недорого, но дает колоссальный эффект. Ложитесь на него перед сном на 15 минут или спите с ним всю ночь. Сначала кажется, что множество шипов вот-вот вонзятся в кожу. Но через некоторое время тело расслабляется, и воздействие «иголочек» становится успокаивающим. Вы почувствуете приятное ощущение и прилив энергии в спине. Существует множество доказательств того, что акупунктурные коврики полезны для здоровья и управления стрессом. В Китае иглотерапия – неотъемлемый компонент традиционной медицины, а индийские йоги на протяжении веков использовали ложа с гвоздями.

● Не пейте кофе после полудня. Действие кофеина длится в течение нескольких часов. Период полураспада кофеина составляет около 5,7 часа, [2385] то есть, если вы пьете кофе в полдень, то 50 % бодрящего напитка все еще будет в вашем организме в 18:00. Вот почему вы должны прекратить употреблять кофеин самое позднее к 14:00. В идеале первый кофе нужно отложить на несколько часов после пробуждения, чтобы позволить кортизолу выполнить свою работу. Между 8:00–9:00 уровень кортизола достигает своего пика. [2386] Лучшее время для употребления кофе – с 9:30 до 11:30.

• CYP1A2 является основным печеночным ферментом, расщепляющим кофеин. Вариации и мутации в гене CYP1A2 определяют скорость метаболизма. Люди с гомозиготным аллелем CYP1A2*1A быстро метаболизируют кофеин, в то время как люди с CYP1A2*1F – медленно. Людям с медленным метаболизмом требуется больше времени для усвоения кофеина, поэтому он дольше остается в их организме. Существует также связь между медленным метаболизмом и повышенным риском возникновения несмертельных сердечных приступов и гипертонии при употреблении кофеина. [2387, 2388] Если у вас аллель медленного метаболизма, то вам стоит уменьшить потребление кофе.

● Почаще выходите на прогулку. Выходите на улицу, как можно чаще в течение дня бывайте под естественным дневным светом и дышите свежим воздухом. Это поможет вам синхронизироваться с циркадными ритмами, а также повысить общий уровень энергии. Одна из главных причин, по которой офисные работники пьют так много кофе, заключается в том, что они чувствуют истощение при искусственном освещении, которое отнимает их энергию и вызывает сонливость. Короткие 10–15-минутные прогулки в течение дня – это прекрасный способ не только сжигать больше калорий, но и выровнять циркадные ритмы.

● Выполняйте физические упражнения днем. Согласно большому метаанализу 2018 года, физические упражнения облегчают симптомы бессонницы без использования снотворных. [2389]Также ученые доказали, что силовые тренировки повышают качество глубокого сна и стимулируют засыпание. [2390] Исходя из циркадного ритма лучшее время для занятий спортом – вторая половина дня, около 14:00 или 17:00. В это время нервная система разогрета и готова к работе. Координация и сила также находятся на пике. Тренироваться по утрам – тоже хороший вариант, так как уровень кортизола поднимается до самого высокого уровня. Однако вам следует прекратить заниматься тяжелыми физическими упражнениями после 18:00–19:00 или, по крайней мере, за 4 часа до отхода ко сну.

● Ешьте на ужин больше белка – аминокислота триптофан превращается в серотонин, а затем в мелатонин. [2391] Вы можете получить его из птицы, мяса, рыбы, орехов и семян. Впрочем, некоторые углеводы также способствуют попаданию триптофана в мозг благодаря инсулину. [2392] Продукты, которые нарушают сон – это острая пища, кофеин, шоколад, жареная пища, жирная пища, сладкая пища, водянистые продукты, такие как арбуз, потому что они могут вызвать изжогу, расстройство желудка и заставить просыпаться в туалет.

● Восполняйте электролиты. Доказано, что ограничение натрия повышает уровень адреналина в ночное время и ухудшает сон. [2393] Это связано с тем, что натрий необходим для нервной системы, и его недостаточное поступление активирует симпатическую нервную систему. [2394] Кроме того, диеты с низким содержанием соли повышают резистентность к инсулину у здоровых людей. [2395] Ограничение натрия активирует симпатическую нервную систему и повышает уровень альдостерона, который способствует окислительному стрессу и повышению уровня кортизола. [2396] Кроме того, стресс истощает запасы магния, активируя симпатическую нервную систему. [2397] Дефицит магния повышает уровень кортизола, а препараты магния помогают снизить его, также уменьшая нейровоспаление. [2398, 2399]

● Пейте меньше алкоголя. Хотя некоторые люди утверждают, что бокал вина или пива помогает им заснуть, доказано, что алкоголь снижает качество глубокого сна. [2400] Алкоголь нарушает естественный цикл быстрого сна, укорачивая его в одних случаях и удлиняя в других.

Ежедневное воздействие ЭМП связано с нарушениями быстрой фазы сна и снижением качества сна в целом. [2401] ЭМП могут негативно повлиять на шишковидную железу и, следовательно, на выработку мелатонина. [2402] Этот эффект еще более выражен при воздействии ЭМП в ночное время. ЭМП от сотовых телефонов и маршрутизаторов Wi-Fi показывает сильную активность мозга на ЭЭГ, что увеличивает высокочастотные бета- и гамма-волны и самые медленные дельта-волны, которые связаны с глубоким сном. [2403]

Давайте выясним, как защитить себя от ЭМП и повысить выносливость:

● Просканируйте спальню. Чтобы узнать, сколько излучения вы получаете, используйте детектор ЭДС и электромагнитных полей. Наверное, вас удивит, что даже в комнате без электроники присутствует слабая пульсация радиоволн, которая неизбежно оказывает влияние на физиологию человека. Чем ближе вы находитесь к излучающему устройству, тем больший эффект оно оказывает. Вот почему нужно переводить телефон в режим полета, когда вы им не пользуетесь. Диммерные выключатели – это источники грязного электричества, поэтому подумайте об использовании обычных выключателей.

● Отключите Wi-Fi. Разумно свести к минимуму количество электромагнитных полей в своем окружении. Вы не можете избежать всех радиоволн, исходящих от соседей, но самое меньшее, что вы можете и должны сделать, это отключить свой Wi-Fi. Если у вас маршрутизатор стоит прямо рядом с кроватью, то это будет весьма пагубно сказываться на качестве сна. С экспоненциальным увеличением полосы пропускания и скорости у нас в домах, по сути, появились мини-вышки сотовой связи. В идеале стоит заменить весь Wi-Fi в доме на подключение по кабелю Ethernet. Он намного быстрее и безопаснее, чем беспроводная связь. То же самое относится ко всем смарт-телевизорам с Bluetooth и холодильникам. Вам действительно нужны такие вещи? Гораздо разумнее сделать свой дом максимально защищенным от электромагнитных помех, чтобы вам было легче справляться с ними в других местах.

● Заведите будильник на батарейках. Если вы встаете по будильнику, то подберите себе будильник старого образца на батарейках. Весьма прискорбно, если рядом с вашей головой всю ночь функционирует небольшой генератор ЭМП. У будильников также не должно быть искусственной подсветки, потому что она еще больше нарушит выработку мелатонина. Если у вас есть дети, не держите беспроводные радионяни или другие устройства рядом с их кроватками, пока они спят. Откажитесь от этих неразумных предметов. Вместо них лучше использовать проводной монитор.

● Переводите телефон в режим «в самолете». Если вы носите телефон в кармане или на теле, рассмотрите возможность использования режима полета. В противном случае вы подвергаете свои органы и клетки воздействию ЭМП. При вызове используйте функцию громкой связи или микрофон из наушников. Класть его рядом с головой тоже не очень хорошая идея. А засовывать смартфон под подушку, когда вы спите с включенным 5G, – совсем не разумно. Ночью он должен быть выключен или находиться в режиме полета, особенно если вы держите его рядом с кроватью.

● Общайтесь с природой. Прогулка на улице по траве босиком может снизить возбуждение от ЭДС. Когда вы заземлены, электроны движутся от Земли к телу и наоборот. Это помогает поддерживать электрический потенциал отрицательного заряда тела, подобный резонансу Шумана. У вас снизятся окислительный стресс и воспаление из-за того, что вы успокаиваете возбужденное состояние. [2404, 2405] К сожалению, заземление может быть опасной практикой в большинстве городов, особенно в Северной Америке, из-за подземной проводки и грязного электричества. Самое безопасное и эффективное место для заземления – это пляж и вода, где вы получаете полный спектр солнечного света, заземляетесь и подвергаетесь воздействию отрицательных ионов моря.

● Используйте заземляющий коврик. Чтобы получить такой же эффект заземления в помещении, пришлось бы вбить металлический стержень в землю снаружи и провести провод от стержня к себе в комнату. Это довольно сложно, не говоря уже о необходимости постоянно находиться в контакте с проводом. К счастью, сегодня в продаже есть альтернативы, такие как заземляющие коврики, простыни, ленты и накладки.

Исследователи доказали, что прием мелатонина перед сном помогает быстрее заснуть и войти в глубокий сон. [2406, 2407] В ходе одного исследования люди сообщали об улучшении качества сна и восстановлении сил. [2408] Добавки с мелатонином считаются менее эффективными, чем снотворные, отпускаемые по рецепту, но обычно они имеют меньше побочных эффектов. Кроме того, мелатонин не вызывает такой сильной зависимости, как снотворные препараты, и не имеет риска привыкания. [2409] Исследования показывают, что добавки с мелатонином не влияют на выработку мелатонина в организме. [2410, 2411]

Не нужно сразу хвататься за сильнодействующие препараты или снотворное, потому что эффект от них неустойчив, и в будущем они могут привести к проблемам со сном и зависимости. В то время как прием небольшого количества мелатонина поможет справиться с недосыпанием и устранить нарушения циркадного ритма. Дозы мелатонина варьируются от 0,3 до 10 мг в сутки. Больше в данном случае не значит лучше, и многие люди утверждают, что чувствуют сильное утомление, принимая больше 3 мг на ночь. Рекомендуется начинать с минимально возможной эффективной дозы, от 0,3–0,5 мг, чтобы дать организму небольшой импульс к началу выработки мелатонина примерно за 30 минут до сна и увеличить дозу по мере необходимости, возможно, до 3 мг.

Все же важнее сосредоточиться на том, что вызывает у вас проблемы со сном, например, синий свет, стресс, кофеин и неправильное питание, а не компенсировать неправильный образ жизни лекарствами. Лучше устранить основную проблему недосыпания вместо того, чтобы лечить симптомы.

Заключение

Вот и подошла к концу книга, в которой мы во всех подробностях рассмотрели такое явление, как иммунитет человека. Мы узнали, как работает иммунная система и что помогает ее совершенствовать. Чтобы поддерживать организм в оптимальном состоянии и решительно сопротивляться болезням, необходимо смотреть на процесс оздоровления с холистической точки зрения, учитывая все аспекты иммунитета. Организм будет под надежной защитой, если обеспечивать его правильными ресурсами и давать достаточно времени на восстановление. Впрочем, непродолжительный стресс и легкое воздействие посредством гормезиса положительно сказываются на здоровье, но только при соблюдении времени на отдых.

Риск развития заболевания или заражения патогенными микроорганизмами зависит от здоровья всего организма, особенно от процессов обмена веществ, памяти адаптивной иммунной системы и состояния, в котором вы пребывали на момент попадания инфекции. Если вы спали по четыре часа на протяжении недели и питались как попало, то шансы заболеть и проваляться с тяжелыми симптомами значительно повышаются. Поэтому мы рекомендуем сделать практики, которые мы предложили в этой книге, частью своей жизни.

Напоследок еще раз повторим основы, на которых строится крепкий иммунитет:

● Оптимизируйте сон. Сон необходим телу для восстановления и адаптации. Сон управляет адаптивным иммунитетом, повышает эффективность вакцин, контролирует антиоксидантные защитные системы, процессы физического восстановления и иммунные реакции. Депривация сна и недосыпание лишают организм способности справляться со стрессом и неблагоприятными внешними факторами, потому что все ресурсы тела уходят на самовосстановление. В двенадцатой главе мы предложили несколько советов по улучшению качества сна.

● Вылечите метаболический синдром. Нарушение обмена веществ можно представить, как возгорание на кухне, которое распространяется на другие комнаты, и вот весь дом уже стоит, объятый племенем. Нарушенный метаболизм лежит в основе хронического воспаления, которое сжигает магний, глутатион и иммунные клетки организма. Гипергликемия, гиперинсулинемия, диабет и гиперлипидемия вызывают окислительный стресс и цитокиновый шторм. Ожирение и резистентность к инсулину повышают вероятность попадания в организм вирусов, а также сказываются на длительности заболеваний. Рекомендации по улучшению метаболического здоровья мы предложили в пятой и шестой главе.

● Получайте все необходимые питательные вещества из цельных продуктов. Вы можете избавиться от лишнего веса и улучшить биомаркеры на диете с низким содержанием питательных веществ, но этот подход в итоге поставит под удар вашу иммунную систему. Телу необходимы определенные питательные вещества, чтобы реагировать на вирусы и инфекции и осуществлять другие иммунные процессы. Чтобы получать все необходимые соединения, разнообразьте свой рацион растительной и животной пищей (или как минимум добавьте к пище животного происхождения несколько растительных продуктов). К наиболее важным питательным веществам для иммунной системы относятся витамин D, магний, селен, цинк, медь, витамин А, витамин Е, витамин С, витамин К и витамины группы В. Кроме того, вам необходимы омега-3-жирные кислоты, глутамин, коллаген, глицин и астаксантин.

● Принимайте БАДы, чтобы восполнить дефицит микроэлементов. Несмотря на питание цельными продуктами, у многих людей наблюдается серьезная нехватка микроэлементов. Всему виной истощение почв, современные практики ведения сельского хозяйства, пестициды/гербициды/удобрения и сокращение концентрации питательных веществ в пище. Чаще всего люди страдают от нехватки витамина А, витамина D, холина, магния, омега-3-жирных кислот, цинка, витамина К и витаминов группы В, особенно рибофлавина (В2). Прежде, чем начать принимать препараты с этими витаминами и минералами, проконсультируйтесь с врачом.

● Общайтесь с природой. Проводите больше времени на природе, чтобы снять стресс, улучшить самочувствие, повысить осознанность и укрепить иммунную систему. В Японии существует такая практика, как «синрин-йоку», или «лечебные лесные ванны», которая помогает снимать воспаление, [2412] справляться со стрессами, устраняет опухолевые клетки в организме, [2413] снижает риск развития заболеваний сердечно-сосудистой системы [2414] и уменьшает концентрацию сахара в крови. [2415] Взаимодействие с природными частицами и бактериями повышает разнообразие микробиома и делает иммунную систему выносливее перед лицом различных болезнетворных патогенов. Жизнь в сверхстерильных, дезинфицированных условиях плохо сказывается на иммунитете, потому что он лишен возможности знакомиться с разными микробами. Занимайтесь садоводством, пешим туризмом и ходите в горы – все это полезные практики для укрепления иммунитета.

● Регулярно занимайтесь физическими упражнениями. Тело нуждается в физической активности, чтобы быть здоровым и выносливым. Спорт – это гормезисный стресс-фактор, который вызывает позитивный отклик при условии периода восстановления. Легкое воспаление и окислительный стресс вводят организм в нужное состояние, чтобы он учился сопротивляться стрессорам в будущем. Напомним, что долгие, изнуряющие тренировки ослабляют иммунитет и повышают восприимчивость к заболеваниям.

● Терапевтическое воздействие высоких и низких температур. Теплолечение в сауне и лечение холодом оказывают на иммунную систему такой же гормезисный эффект, как и физические упражнения. Если их практиковать умеренно, то они способствуют укреплению иммунитета, но не стоит слишком сильно увлекаться, иначе можно себе навредить. Внимательнее отнеситесь к посещению сауны, если у вас повышенное артериальное давление или недомогание. Кроме того, ничего хорошего не будет, если принять ледяную ванну или холодный душ при симптомах простуды. Терапевтическое воздействие высоких и низких температур применяют для улучшения обмена веществ и укрепления иммунитета.

● Интервальное голодание. Интервальное голодание тоже представляет собой разновидность гормезиса, которое благотворно влияет на иммунную систему. Голодание повышает уровень глутатиона, аутофагию и Nrf2. Длительное голодание способствует резкому снижению иммунитета, но все возвращается к норме, как только вы возобновляете приемы пищи. Следовательно, безопаснее регулярно питаться, соблюдая окно питания, особенно если вы уже чувствуете недомогание.

Единственная преграда, которая стоит между вами и внешним миром – это ваша иммунная система. И, к счастью, иммунитет входит в число тех немногих вещей, которые поддаются контролю через полезные привычки. Конечно, нельзя исключить и несколько генетических факторов, которые влияют на выносливость организма, но все же эпигенетика, то есть ваш образ жизни и внешние условия, эпигенетика имеет решающее значение. Поэтому крайне важно направлять усилия не только на выздоровление от какого-то заболевания, а стараться сохранять здоровье на всю жизнь.

Эта книга посвящена иммунной системе и защитным механизмам тела, но информация, которую мы собрали в ней для вас, пригодится для всех аспектов жизни. Ради собственного благополучия мы должны научиться смотреть на свое здоровье с холистической позиции и учиться решать проблемы, опираясь на эту концепцию.

Библиография

1 Olson PE, Hames CS, Benenson AS, Genovese EN. "The Thucydides syndrome: ebola deja vu? (or ebola reemergent?)" Emerging Infectious Diseases 2(1996): 155–156.

2 Thucydides, History of the Peloponnesian War 2.48.1

3 Manolis J. Papagrigorakis, Christos Yapijakis, and Philippos N.Synodinos, ‘Typhoid Fever Epidemic in Ancient Athens,’ in Didier Raoult, Michel Drancourt, Paleomicrobiology: Past Human Infections, Springer Science & Business Media, 2008 pp. 161–173.

4 Gilliam, J. F. "The Plague under Marcus Aurelius". American Journal of Philology 82.3 (July 1961), pp. 225–251.

5 Smith, Christine A. (1996). "Plague in the Ancient World". The Student Historical Journal.

6 Mordechai, L., & Eisenberg, M. (2019). Rejecting Catastrophe: The Case of the Justinianic Plague*. Past & Present, 244(1), 3–50. doi:10.1093/pastj/gtz009

7 Mordechai, Lee; Eisenberg, Merle; Newfield, Timothy P.; Izdebski, Adam; Kay, Janet E.; Poinar, Hendrik (November 27, 2019). "The Justinianic Plague: An inconsequential pandemic?". Proceedings of the National Academy of Sciences. 116 (51): 25546–25554.

8 Wagner, David M.; et al. (April 2014). "Yersinia pestis and the Plague of Justinian 541–543 AD: a genomic analysis". The Lancet. 14 (4): 319–326. doi:10.1016/S1473-3099(13)70323-2.

9 Eroshenko, Galina A.; et al. (October 26, 2017). "Yersinia pestis strains of ancient phylogenetic branch 0.ANT are widely spread in the high-mountain plague foci of Kyrgyzstan". PLOS One. 12 (10): e0187230.

10 Gould, George Milbry; Pyle, Walter Lytle (1896). "Historic Epidemics". Anomalies and Curiosities of Medicine. Blacksleet River. Page 617.

11 Haensch, Stephanie; Bianucci, Raffaella; Signoli, Michel; Rajerison, M; Schultz, M; Kacki, Sacha; Vermunt, M; Weston, DA; Hurst, D; Achtman, M; Carniel, E; Bramanti, B (2010). "Distinct Clones of Yersinia pestis Caused the Black Death". PLOS Pathogens. 6 (10): e1001134. doi:10.1371/journal.ppat.1001134.

12 R. Totaro Suffering in Paradise: The Bubonic Plague in English Literature from More to Milton (Pittsburgh: Duquesne University Press, 2005), p. 26

13 Rx for Survival. Deadly Diseases. Plague | PBS, Accessed Online: URL: https://www.pbs.org/wgbh/rxforsurvival/series/diseases/plague.html

14 "Black Death | Causes, Facts, and Consequences". Encyclopædia Britannica. Archived from the original on 9 July 2019. Retrieved 15 May 2020. Accessed Online: URL: https://www.britannica.com/event/Black-Death

15 SMITH (2016) 'DNA in London Grave May Help Solve Mysteries of the Great Plague', National Geographic, PUBLISHED SEPTEMBER 8, 2016, Accessed Online: URL: https://www.nationalgeographic.com/news/2016/09/bubonic-plague-dna-found-londonblack-death/

16 McNeill (2019) 'Columbian Exchange', Encyclopædia Britannica, inc., September 30, 2019, Accessed Online: URL: https://www.britannica.com/event/Columbian-exchange

17 Koch, A., Brierley, C., Maslin, M. M., & Lewis, S. L. (2019). Earth system impacts of the European arrival and Great Dying in the Americas after 1492. Quaternary Science Reviews, 207, 13–36. doi:10.1016/j.quascirev.2018.12.004

18 Nunn, N., & Qian, N. (2010). The Columbian Exchange: A History of Disease, Food, and Ideas. Journal of Economic Perspectives, 24(2), 163–188. doi:10.1257/jep.24.2.163

19 Mayo Clinic (2020) 'Cholera', Patient Care & Health Information, Diseases & Conditions, Accessed Online: URL: https://www.mayoclinic.org/diseasesconditions/cholera/diagnosis-treatment/drc-20355293

20 Cohn, Samuel K. (2003). The Black Death Transformed: Disease and Culture in Early Renaissance Europe. A Hodder Arnold. p. 336.

21 WHO 'WHO Report on Global Surveillance of Epidemic-prone Infectious Diseases – Plague', Emergencies preparedness, response, Accessed Online: URL: https://www.who.int/csr/resources/publications/plague/CSR_ISR_2000_1/en/index5.html

22 Johnson, N. P. A. S., & Mueller, J. (2002). Updating the Accounts: Global Mortality of the 1918–1920 &quot;Spanish&quot; Influenza Pandemic. Bulletin of the History of Medicine, 76(1), 105–115. doi:10.1353/bhm.2002.0022

23 CDC (2019) '1918 Pandemic (H1N1 virus)', Past Pandemics, Pandemic Influenza, Accessed Online: URL: https://www.cdc.gov/flu/pandemic-resources/1918-pandemich1n1.html

24 Billings (1997) 'The Influenza Pandemic of 1918', Stanford Virus, June, 1997 modified RDS February, 2005, Accessed Online: URL: https://virus.stanford.edu/uda/

25 Barry JM (January 2004). "The site of origin of the 1918 influenza pandemic and its public health implications". Journal of Translational Medicine.2 (1): 3. doi:10.1186/1479-5876-2-3.PMC 340389. PMID 14733617.

26 Gagnon, A., Miller, M. S., Hallman, S. A., Bourbeau, R., Herring, D. A., Earn, D. J., & Madrenas, J. (2013). Age-Specific Mortality During the 1918 Influenza Pandemic: Unravelling the Mystery of High Young Adult Mortality. PLoS ONE, 8(8), e69586. doi:10.1371/journal.pone.0069586

27 “The 1918 Flu Pandemic: Why It Matters 100 Years Later.” Public Health Matters Blog, Centers for Disease Control and Prevention, 14 May 2018.

28 "3. Strategies for Disease Containment". Ethical and Legal Considerations in Mitigating Pandemic Disease: Workshop Summary. Institute of Medicine (US) Forum on Microbial Threats. Washington (DC): National Academies Press (US); 2007.

29 Anderson RM, Heesterbeek H, Klinkenberg D, Hollingsworth TD (March 2020). "How will country-based mitigation measures influence the course of the COVID-19 epidemic?". The Lancet. 395 (10228): 931–934. doi:10.1016/S0140-6736(20)30567-5. 30 Feinstein, S (2008). Louis Pasteur: The Father of Microbiology. Enslow Publishers, Inc. pp. 1–128.

31 Lister, J. (1867). On the Antiseptic Principle in the Practice of Surgery. BMJ, 2(351), 246–248. doi:10.1136/bmj.2.351.246

32 Chisholm, Hugh, ed. (1911). "Antiseptics". Encyclopædia Britannica. 2 (11th ed.). Cambridge University Press. p. 146.

33 LISTER, J. (1870). ON THE EFFECTS OF THE ANTISEPTIC SYSTEM OF TREATMENT UPON THE SALUBRITY OF A SURGICAL HOSPITAL. The Lancet, 95(2418), 4–6. doi:10.1016/s0140-6736(02)31273-x

34 Pitt, D., & Aubin, J.-M. (2012). Joseph Lister: father of modern surgery. Canadian Journal of Surgery, 55(5), E8–E9. doi:10.1503/cjs.007112

35 The Immunisation Advisory Centre (2020) 'A brief history of vaccination', Accessed Online: URL: https://www.immune.org.nz/vaccines/vaccine-development/brief-historyvaccination

36 Knobler с соавторами (2005) 'The Threat of Pandemic Influenza: Are We Ready?', Institute of National Medicine, The National Academies Press, Washington DC.

37 Hobday, R. A., & Cason, J. W. (2009). The Open-Air Treatment of PANDEMIC INFLUENZA. American Journal of Public Health, 99(S2), S236–S242. doi:10.2105/ajph.2008.134627

38 Anon Influenza at the Camp Brooks Open Air Hospital. JAMA. 1918;71:1746–1747.

39 Brooks, W. A. (1918). THE OPEN AIR TREATMENT OF INFLUENZA. American Journal of Public Health, 8(10), 746–750. doi:10.2105/ajph.8.10.746

40 Jones ER. Lettsom and the Roual Sea Bathing Hospital. Trans Med Soc Lond. 1973;89:285–287.

41 Welch, D., Buonanno, M., Grilj, V., Shuryak, I., Crickmore, C., Bigelow, A. W., … Brenner, D. J. (2018). Far-UVC light: A new tool to control the spread of airbornemediated microbial diseases. Scientific Reports, 8(1). doi:10.1038/s41598-018-21058-w

42 Cannell JJ, Vieth R, Umhau JC, et al. Epidemic influenza and vitamin D. Epidemiol Infect. 2006;134(6):1129–1140. doi:10.1017/S0950268806007175

43 Hollaender A, Oliphant JW. The Inactivating Effect of Monochromatic Ultraviolet Radiation on Influenza Virus. J Bacteriol. 1944;48(4):447–454.

44 Shipley AE. The Open-Air Treatment of the Wounded (The First Eastern General Hospital). 2nd ed London, England: Country Life Library; 1915.

45 Beauchemin KM, Hays P. Dying in the dark: sunshine, gender and outcomes in myocardial infarction. J R Soc Med. 1998;91(7):352–354. doi:10.1177/014107689809100703

46 Hill L. THE DEFENCE OF THE RESPIRATORY MEMBRANE AGAINST INFLUENZA, ETC. Br Med J. 1919;1(3035):238–240. doi:10.1136/bmj.1.3035.238

47 Benbough and Hood (1971) 'Viricidal activity of open air', J. Hyg., Camb. (1971), 69, 619.

48 Li Y, Leung GM, Tang JW, et al. Role of ventilation in airborne transmission of infectious agents in the built environment – a multidisciplinary systematic review. Indoor Air. 2007;17(1):2-18. doi:10.1111/j.1600–0668.2006.00445.x

49 World Health Organization (2020) 'WHO Coronavirus Disease (COVID-19) Dashboard', Accessed Online: URL: https://covid19.who.int/

50 CDC COVID Data Tracker (2020) 'United States COVID-19 Cases and Deaths by State', Accessed Online: URL: https://covid.cdc.gov/covid-data-tracker/#cases_totaldeaths

51 Centers for Disease Control and Prevention (2020) 'People Who Are at Higher Risk for Severe Illness', Content source: National Center for Immunization and Respiratory Diseases (NCIRD), Division of Viral Diseases, Page last reviewed: May 14, 2020, Accessed Online: URL: https://www.cdc.gov/coronavirus/2019-ncov/need-extraprecautions/people-at-higher-risk.html

52 CDC (2019) 'Plague in the United States', Maps and Statistics, Accessed Online: URL: https://www.cdc.gov/plague/maps/index.html

53 Neidich, S. D., Green, W. D., Rebeles, J., Karlsson, E. A., Schultz-Cherry, S., Noah, T. L., … Beck, M. A. (2017). Increased risk of influenza among vaccinated adults who are obese. International Journal of Obesity, 41(9), 1324–1330. doi:10.1038/ijo.2017.131

54 Sheridan, P. A., Paich, H. A., Handy, J., Karlsson, E. A., Hudgens, M. G., Sammon, A. B., … Beck, M. A. (2011). Obesity is associated with impaired immune response to influenza vaccination in humans. International Journal of Obesity, 36(8), 1072–1077. doi:10.1038/ijo.2011.208

55 Nakaya, H. I., Hagan, T., Duraisingham, S. S., Lee, E. K., Kwissa, M., Rouphael, N., … Pulendran, B. (2015). Systems Analysis of Immunity to Influenza Vaccination across Multiple Years and in Diverse Populations Reveals Shared Molecular Signatures. Immunity, 43(6), 1186–1198. doi:10.1016/j.immuni.2015.11.012

56 Bickle, T. A., & Krüger, D. H. (1993). Biology of DNA restriction. Microbiological reviews, 57(2), 434–450.

57 Beck, G., & Habicht, G. S. (1996). Immunity and the invertebrates. Scientific American, 275(5), 60–66. URL: https://doi.org/10.1038/scientificamerican1196-60

58 Neuroimmune communication. (2017). Nature neuroscience, 20(2), 127. URL: https://doi.org/10.1038/nn.4496

59 Litman, G. W., Cannon, J. P., & Dishaw, L. J. (2005). Reconstructing immune phylogeny: new perspectives. Nature Reviews Immunology, 5(11), 866–879. doi:10.1038/nri1712

60 Medzhitov, R. (2007). Recognition of microorganisms and activation of the immune response. Nature, 449(7164), 819–826. doi:10.1038/nature06246

61 Matzinger, P. (2002). The Danger Model: A Renewed Sense of Self. Science, 296(5566), 301–305. doi:10.1126/science.1071059

62 Agerberth, B., & Gudmundsson, G. H. (2006). Host antimicrobial defence peptides in human disease. Current topics in microbiology and immunology, 306, 67–90. URL: https://doi.org/10.1007/3-540-29916-5_3

63 Hankiewicz, J., & Swierczek, E. (1974). Lysozyme in human body fluids. Clinica Chimica Acta, 57(3), 205–209. doi:10.1016/0009-8981(74)90398-2

64 SMITH, J. L. (2003). The Role of Gastric Acid in Preventing Foodborne Disease and How Bacteria Overcome Acid Conditions†. Journal of Food Protection, 66(7), 1292–1303. doi:10.4315/0362-028x-66.7.1292

65 Boyton, R. J., & Openshaw, P. J. (2002). Pulmonary defences to acute respiratory infection. British medical bulletin, 61, 1–12. URL: https://doi.org/10.1093/bmb/61.1.1

66 Schroder, K., & Tschopp, J. (2010). The Inflammasomes. Cell, 140(6), 821–832. doi:10.1016/j.cell.2010.01.040

67 Beutler, B., Jiang, Z., Georgel, P., Crozat, K., Croker, B., Rutschmann, S., … Hoebe, K. (2006). GENETIC ANALYSIS OF HOST RESISTANCE: Toll-Like Receptor Signaling and Immunity at Large. Annual Review of Immunology, 24(1), 353–389. doi:10.1146/annurev.immunol.24.021605.090552

68 Rus, H., Cudrici, C., & Niculescu, F. (2005). The Role of the Complement System in Innate Immunity. Immunologic Research, 33(2), 103–112. doi:10.1385/ir:33:2:103

69 Woof, J. M., & Burton, D. R. (2004). Human antibody-Fc receptor interactions illuminated by crystal structures. Nature reviews. Immunology, 4(2), 89–99. URL: https://doi.org/10.1038/nri1266

70 Withers, D. R. (2016). Innate lymphoid cell regulation of adaptive immunity. Immunology, 149(2), 123–130. doi:10.1111/imm.12639

71 Salzet, M., Tasiemski, A., & Cooper, E. (2006). Innate Immunity in Lophotrochozoans: The Annelids. Current Pharmaceutical Design, 12(24), 3043–3050. doi:10.2174/138161206777947551

72 Zen, K., & Parkos, C. A. (2003). Leukocyte–epithelial interactions. Current Opinion in Cell Biology, 15(5), 557–564. doi:10.1016/s0955-0674(03)00103-0

73 Guermonprez, P., Valladeau, J., Zitvogel, L., Théry, C., & Amigorena, S. (2002). ANTIGENPRESENTATION ANDT CELLSTIMULATION BYDENDRITICCELLS. Annual Review of Immunology, 20(1), 621–667. doi:10.1146/annurev.immunol.20.100301.064828

74 Gabrielli, S., Ortolani, C., Del Zotto, G., Luchetti, F., Canonico, B., Buccella, F., Artico, M., Papa, S., & Zamai, L. (2016). The Memories of NK Cells: Innate-Adaptive Immune Intrinsic Crosstalk. Journal of immunology research, 2016, 1376595. URL: https://doi.org/10.1155/2016/1376595

75 Rajalingam, R. (2012). Overview of the Killer Cell Immunoglobulin-Like Receptor System. Immunogenetics, 391–414. doi:10.1007/978-1-61779-842-9_23

76 Kawai, T., & Akira, S. (2006). Innate immune recognition of viral infection. Nature immunology, 7(2), 131–137. URL: https://doi.org/10.1038/ni1303

77 Miller S. B. (2006). Prostaglandins in health and disease: an overview. Seminars in arthritis and rheumatism, 36(1), 37–49. URL: https://doi.org/10.1016/j.semarthrit.2006.03.005

78 Le, Y., Zhou, Y., Iribarren, P., & Wang, J. (2004). Chemokines and chemokine receptors: their manifold roles in homeostasis and disease. Cellular & molecular immunology, 1(2), 95–104.

79 Martin, P., & Leibovich, S. J. (2005). Inflammatory cells during wound repair: the good, the bad and the ugly. Trends in cell biology, 15(11), 599–607. URL: https://doi.org/10.1016/j.tcb.2005.09.002

80 Pancer, Z., & Cooper, M. D. (2006). THE EVOLUTION OF ADAPTIVE IMMUNITY. Annual Review of Immunology, 24(1), 497–518. doi:10.1146/annurev.immunol.24.021605.090542

81 Beck, G., & Habicht, G. S. (1996). Immunity and the invertebrates. Scientific American, 275(5), 60–66. URL: https://doi.org/10.1038/scientificamerican1196-60

82 Mateus с соавторами (2020) 'Selective and cross-reactive SARS-CoV-2 T cell epitopes in unexposed humans', Science, Vol 370, Issue 6512, 02 October 2020.

83 Lipsitch, M., Grad, Y. H., Sette, A., & Crotty, S. (2020). Cross-reactive memory T cells and herd immunity to SARS-CoV-2. Nature Reviews Immunology. doi:10.1038/s41577- 020-00460-4

84 Harty, J. T., Tvinnereim, A. R., & White, D. W. (2000). CD8+ T cell effector mechanisms in resistance to infection. Annual review of immunology, 18, 275–308. URL: https://doi.org/10.1146/annurev.immunol.18.1.275

85 Radoja, S., Frey, A. B., & Vukmanovic, S. (2006). T-Cell Receptor Signaling Events Triggering Granule Exocytosis. Critical Reviews™ in Immunology, 26(3), 265–290. doi:10.1615/critrevimmunol.v26.i3.40

86 Abbas, A. K., Murphy, K. M., & Sher, A. (1996). Functional diversity of helper T lymphocytes. Nature, 383(6603), 787–793. doi:10.1038/383787a0

87 Kovacs, B., Maus, M. V., Riley, J. L., Derimanov, G. S., Koretzky, G. A., June, C. H., & Finkel, T. H. (2002). Human CD8+ T cells do not require the polarization of lipid rafts for activation and proliferation. Proceedings of the National Academy of Sciences of the United States of America, 99(23), 15006–15011. URL: https://doi.org/10.1073/pnas.232058599

88 Girardi M. (2006). Immunosurveillance and immunoregulation by gammadelta T cells. The Journal of investigative dermatology, 126(1), 25–31. URL: https://doi.org/10.1038/sj.jid.5700003

89 Holtmeier, W., & Kabelitz, D. (2005). &gamma;&delta; T Cells Link Innate and Adaptive Immune Responses. Mechanisms of Epithelial Defense, 151–183. doi:10.1159/000086659

90 Sproul, T. W., Cheng, P. C., Dykstra, M. L., & Pierce, S. K. (2000). A role for MHC class II antigen processing in B cell development. International reviews of immunology, 19(2–3), 139–155. URL: https://doi.org/10.3109/08830180009088502

91 Parker, D. C. (1993). T Cell-Dependent B Cell Activation. Annual Review of Immunology, 11(1), 331–360. doi:10.1146/annurev.iy.11.040193.001555

92 Janeway CA, Jr. (2005). Immunobiology (6th ed.). Garland Science. ISBN 0-443-07310-4.

93 Finlay, B. B., & McFadden, G. (2006). Anti-immunology: evasion of the host immune system by bacterial and viral pathogens. Cell, 124(4), 767–782. URL: https://doi.org/10.1016/j.cell.2006.01.034

94 Cianciotto N. P. (2005). Type II secretion: a protein secretion system for all seasons. Trends in microbiology, 13(12), 581–588. URL: https://doi.org/10.1016/j.tim.2005.09.005

95 Winstanley, C., & Hart, C. A. (2001). Type III secretion systems and pathogenicity islands. Journal of medical microbiology, 50(2), 116–126. URL: https://doi.org/10.1099/0022- 1317-50-2-116

96 Finlay, B. B., & Falkow, S. (1997). Common themes in microbial pathogenicity revisited. Microbiology and molecular biology reviews: MMBR, 61(2), 136–169.

97 Kobayashi H. (2005). Airway biofilms: implications for pathogenesis and therapy of respiratory tract infections. Treatments in respiratory medicine, 4(4), 241–253. URL: https://doi.org/10.2165/00151829 200504040-00003

98 Housden, N. G., Harrison, S., Roberts, S. E., Beckingham, J. A., Graille, M., Stura, E., & Gore, M. G. (2003). Immunoglobulin-binding domains: Protein L from Peptostreptococcus magnus. Biochemical Society transactions, 31(Pt 3), 716–718. URL: https://doi.org/10.1042/bst0310716

99 Gostic, K. et al. (2019). Childhood immune imprinting to influenza A shapes birth yearspecific risk during seasonal H1N1 and H3N2 epidemics. PLOS Pathogens 15 (12): e1008109.

100 Mina, M. et al. (2019). Measles virus infection diminishes preexisting antibodies that offer protection from other pathogens. Science 366 (6465): 599–606.

101 CDC (2020) 'Diseases You Almost Forgot About (Thanks to Vaccines)', Content source: National Center for Immunization and Respiratory Diseases, Accessed Online: URL: https://www.cdc.gov/vaccines/parents/diseases/forgot-14-diseases.html

102 Burton, D. R., Stanfield, R. L., & Wilson, I. A. (2005). Antibody vs. HIV in a clash of evolutionary titans. Proceedings of the National Academy of Sciences of the United States of America, 102(42), 14943–14948. URL: https://doi.org/10.1073/pnas.0505126102

103 Chinen, J., & Shearer, W. T. (2010). Secondary immunodeficiencies, including HIV infection. The Journal of allergy and clinical immunology, 125(2 Suppl 2), S195–S203. URL: https://doi.org/10.1016/j.jaci.2009.08.040

104 Meidani, M., Naeini, A. E., Rostami, M., Sherkat, R., & Tayeri, K. (2014). Immunocompromised patients: Review of the most common infections happened in 446 hospitalized patients. Journal of research in medical sciences: the official journal of Isfahan University of Medical Sciences, 19(Suppl 1), S71–S73.

105 Aw, D., Silva, A. B., & Palmer, D. B. (2007). Immunosenescence: emerging challenges for an ageing population. Immunology, 120(4), 435–446. URL: https://doi.org/10.1111/j.1365–2567.2007.02555.x

106 Pangrazzi, L., & Weinberger, B. (2020). T cells, aging and senescence. Experimental Gerontology, 134, 110887. doi:10.1016/j.exger.2020.110887

107 Lord, J. M., Butcher, S., Killampali, V., Lascelles, D., & Salmon, M. (2001). Neutrophil ageing and immunesenescence. Mechanisms of ageing and development, 122(14), 1521–1535. URL: https://doi.org/10.1016/s0047-6374(01)00285-8

108 Bruunsgaard, H. (2001). Decreased natural killer cell activity is associated with atherosclerosis in elderly humans. Experimental Gerontology, 37(1), 127–136. doi:10.1016/s0531-5565(01)00162-0

109 Muszkat, M., Greenbaum, E., Ben-Yehuda, A., Oster, M., Yeu’l, E., Heimann, S., … Zakay-Rones, Z. (2003). Local and systemic immune response in nursing-home elderly following intranasal or intramuscular immunization with inactivated influenza vaccine. Vaccine, 21(11–12), 1180–1186. doi:10.1016/s0264-410x(02)00481-4

110 Ginaldi, L., Loreto, M. F., Corsi, M. P., Modesti, M., & De Martinis, M. (2001). Immunosenescence and infectious diseases. Microbes and infection, 3(10), 851–857. URL: https://doi.org/10.1016/s1286-4579(01)01443-5

111 Franceschi, C., Bonafè, M., & Valensin, S. (2000). Human immunosenescence: the prevailing of innate immunity, the failing of clonotypic immunity, and the filling of immunological space. Vaccine, 18(16), 1717–1720. URL: https://doi.org/10.1016/s0264- 410x(99)00513-7

112 Edwards, J. C., & Cambridge, G. (2006). B-cell targeting in rheumatoid arthritis and other autoimmune diseases. Nature reviews. Immunology, 6(5), 394–403. URL: https://doi.org/10.1038/nri1838

113 Kubach, J., Becker, C., Schmitt, E., Steinbrink, K., Huter, E., Tuettenberg, A., & Jonuleit, H. (2005). Dendritic cells: sentinels of immunity and tolerance. International journal of hematology, 81(3), 197–203. URL: https://doi.org/10.1532/IJH97.04165

114 O'Donoghue K. (2011). Pregnancy and the risk of autoimmune disease: An exploration. Chimerism, 2(3), 84–85. URL: https://doi.org/10.4161/chim.2.3.17771

115 Saunders, K. A., Raine, T., Cooke, A., & Lawrence, C. E. (2006). Inhibition of Autoimmune Type 1 Diabetes by Gastrointestinal Helminth Infection. Infection and Immunity, 75(1), 397–407. doi:10.1128/iai.00664-06

116 Wållberg, M., & Harris, R. A. (2005). Co-infection with Trypanosoma brucei brucei prevents experimental autoimmune encephalomyelitis in DBA/1 mice through induction of suppressor APCs. International Immunology, 17(6), 721–728. doi:10.1093/intimm/dxh253

117 John Wiley & Sons, Inc.. (2007, January 18). Parasite Infection May Benefit Multiple Sclerosis Patients. ScienceDaily. Retrieved September 3, 2020 from www.sciencedaily.com/releases/2007/01/070117091058.htm

118 Grammatikos, A. P., & Tsokos, G. C. (2012). Immunodeficiency and autoimmunity: lessons from systemic lupus erythematosus. Trends in molecular medicine, 18(2), 101–108. URL: https://doi.org/10.1016/j.molmed.2011.10.005

119 Taylor, A. L., Watson, C. J., & Bradley, J. A. (2005). Immunosuppressive agents in solid organ transplantation: Mechanisms of action and therapeutic efficacy. Critical reviews in oncology/hematology, 56(1), 23–46. URL: https://doi.org/10.1016/j.critrevonc.2005.03.012

120 Clore, J., & Thurby-Hay, L. (2009). Glucocorticoid-Induced Hyperglycemia. Endocrine Practice, 15(5), 469–474. doi:10.4158/ep08331.rar

121 MASRI, M. (2003). The mosaic of immunosuppressive drugs. Molecular Immunology, 39(17–18), 1073–1077. doi:10.1016/s0161-5890(03)00075-0

122 Lang, T. J. (2004). Estrogen as an immunomodulator. Clinical Immunology, 113(3), 224–230. doi:10.1016/j.clim.2004.05.011

123 Fimmel, S., & Zouboulis, C. C. (2005). Influence of physiological androgen levels on wound healing and immune status in men. The aging male: the official journal of the International Society for the Study of the Aging Male, 8(3–4), 166–174. URL: https://doi.org/10.1080/13685530500233847

124 Dorshkind, K., & Horseman, N. D. (2000). The Roles of Prolactin, Growth Hormone, Insulin-Like Growth Factor-I, and Thyroid Hormones in Lymphocyte Development and Function: Insights from Genetic Models of Hormone and Hormone Receptor Deficiency*. Endocrine Reviews, 21(3), 292–312. doi:10.1210/edrv.21.3.0397

125 Kasper D, Fauci A, Hauser S, Longo D, Jameson J, Loscalzo J (2015). Harrison's Principles of Internal Medicine (19th ed.). McGraw-Hill Professional. ISBN 9780071802154.

126 Appay, V., Sauce, D., & Prelog, M. (2010). The role of the thymus in immunosenescence: lessons from the study of thymectomized individuals. Aging, 2(2), 78–81. doi:10.18632/aging.100122

127 da Costa VM, Moreira DG, Rosenthal D 2001 Thyroidfunction and aging: genderrelated differences. J En-docrinol 171:193–198.

128 Chatterjee, S., & Chandel, A. S. (1983). Immunomodulatory role of thyroid hormones: in vivo effect of thyroid hormones on the blastogenic response of lymphoid tissues. Acta Endocrinologica, 103(1), 95–100. doi:10.1530/acta.0.1030095

129 Fabris, N. (1990). A Neuroendocrine-Immune Theory of Aging. International Journal of Neuroscience, 51(3–4), 373–375. doi:10.3109/00207459008999749

130 Kelley, K. W., Brief, S., Westly, H. J., Novakofski, J., Bechtel, P. J., Simon, J., & Walker, E. B. (1986). GH3 pituitary adenoma cells can reverse thymic aging in rats. Proceedings of the National Academy of Sciences of the United States of America, 83(15), 5663–5667. URL: https://doi.org/10.1073/pnas.83.15.5663

131 Montecino-Rodriguez, E., Clark, R., & Dorshkind, K. (1998). Effects of insulin-like growth factor administration and bone marrow transplantation on thymopoiesis in aged mice. Endocrinology, 139(10), 4120–4126. URL: https://doi.org/10.1210/endo.139.10.6263

132 Lewis, S. M., Williams, A., & Eisenbarth, S. C. (2019). Structure and function of the immune system in the spleen. Science immunology, 4(33), eaau6085. URL: https://doi.org/10.1126/sciimmunol.aau6085

133 Newman (2018) 'All about the spleen', Medical News Today, Accessed Online: URL: https://www.medicalnewstoday.com/articles/320698

134 Mebius, R. E., & Kraal, G. (2005). Structure and function of the spleen. Nature Reviews Immunology, 5(8), 606–616. doi:10.1038/nri1669

135 Swirski, F. K., Nahrendorf, M., Etzrodt, M., Wildgruber, M., Cortez-Retamozo, V., Panizzi, P., Figueiredo, J. L., Kohler, R. H., Chudnovskiy, A., Waterman, P., Aikawa, E., Mempel, T. R., Libby, P., Weissleder, R., & Pittet, M. J. (2009). Identification of splenic reservoir monocytes and their deployment to inflammatory sites. Science (New York, N.Y.), 325(5940), 612–616. URL: https://doi.org/10.1126/science.1175202

136 Zhang, X., Lei, B., Yuan, Y., Zhang, L., Hu, L., Jin, S., … Qi, H. (2020). Brain control of humoral immune responses amenable to behavioural modulation. Nature, 581(7807), 204–208. doi:10.1038/s41586-020-2235-7

137 Cathomas, F., & Russo, S. J. (2020). Brain–spleen connection aids antibody production. Nature, 581(7807), 142–143. doi:10.1038/d41586-020-01168-0

138 Davis, M. (1992). The Role of the Amygdala in Fear and Anxiety. Annual Review of Neuroscience, 15(1), 353–375. doi:10.1146/annurev.ne.15.030192.002033

139 Coutinho, A. E., & Chapman, K. E. (2011). The anti-inflammatory and immunosuppressive effects of glucocorticoids, recent developments and mechanistic insights. Molecular and cellular endocrinology, 335(1), 2–13. URL: https://doi.org/10.1016/j.mce.2010.04.005

140 Karkhaneh, M., Qorbani, M., Ataie-Jafari, A., Mohajeri-Tehrani, M. R., Asayesh, H., & Hosseini, S. (2019). Association of thyroid hormones with resting energy expenditure and complement C3 in normal weight high body fat women. Thyroid Research, 12(1). doi:10.1186/s13044-019-0070-4

141 Fabris, N., Mocchegiani, E., & Provinciali, M. (1995). Pituitary-Thyroid Axis and Immune System: A Reciprocal Neuroendocrine-lmmune Interaction. Hormone Research, 43(1–3), 29–38. doi:10.1159/000184234

142 Hodkinson, C. F., Simpson, E. E. A., Beattie, J. H., O’Connor, J. M., Campbell, D. J., Strain, J. J., & Wallace, J. M. W. (2009). Preliminary evidence of immune function modulation by thyroid hormones in healthy men and women aged 55–70 years. Journal of Endocrinology, 202(1), 55–63. doi:10.1677/joe-08-0488 143 Jara, E. L., Muñoz-Durango, N., Llanos, C., Fardella, C., González, P. A., Bueno, S. M., … Riedel, C. A. (2017). Modulating the function of the immune system by thyroid hormones and thyrotropin. Immunology Letters, 184, 76–83. doi:10.1016/j.imlet.2017.02.010

144 De Vito, P., Incerpi, S., Pedersen, J. Z., Luly, P., Davis, F. B., & Davis, P. J. (2011). Thyroid Hormones as Modulators of Immune Activities at the Cellular Level. Thyroid, 21(8), 879–890. doi:10.1089/thy.2010.0429

145 Klecha, A. J., Genaro, A. M., Lysionek, A. E., Caro, R. A., Coluccia, A. G., & Cremaschi, G. A. (2000). Experimental evidence pointing to the bidirectional interaction between the immune system and the thyroid axis. International Journal of Immunopharmacology, 22(7), 491–500. doi:10.1016/s0192-0561(00)00012-6

146 Klecha, A. J., Genaro, A. M., Gorelik, G., Barreiro Arcos, M. L., Silberman, D. M., Schuman, M., … Cremaschi, G. A. (2006). Integrative study of hypothalamus–pituitary– thyroid–immune system interaction: thyroid hormone-mediated modulation of lymphocyte activity through the protein kinase C signaling pathway. Journal of Endocrinology, 189(1), 45–55. doi:10.1677/joe.1.06137

147 Afhami, S., Haghpanah, V., Heshmat, R. et al. Assessment of the Factors Involving in the Development of Hypothyroidism in HIV-infected Patients: A Case-Control Study. Infection 35, 334–338 (2007). URL: https://doi.org/10.1007/s15010-007-6163-3

148 Ho, H. C. (2004). Hypothyroidism and Adrenal Insufficiency in Sepsis and Hemorrhagic Shock. Archives of Surgery, 139(11), 1199. doi:10.1001/archsurg.139.11.1199

149 Provinciali, M., Muzzioli, M., Di Stefano, G., & Fabris, N. (1991). Recovery of spleen cell natural killer activity by thyroid hormone treatment in old mice. Natural immunity and cell growth regulation, 10(4), 226–236.

150 Ingram, K. G., Crouch, D. A., Douez, D. L., Croy, B. A., & Woodward, B. (1995). Effects of triiodothyronine supplements on splenic natural killer cells in malnourished weanling mice. International Journal of Immunopharmacology, 17(1), 21–32. doi:10.1016/0192-0561(94)00079-4

151 Wang с соавторами (2012). Thyroid-Stimulating Hormone Levels within the Reference Range Are Associated with Serum Lipid Profiles Independent of Thyroid Hormones. The Journal of Clinical Endocrinology & Metabolism, 97(8), 2724–2731. doi:10.1210/jc.2012-1133

152 Rizos, C. V. (2011). Effects of Thyroid Dysfunction on Lipid Profile. The Open Cardiovascular Medicine Journal, 5(1), 76–84. doi:10.2174/1874192401105010076

153 Abdullatif, H. D., & Ashraf, A. P. (2006). REVERSIBLE SUBCLINICAL HYPOTHYROIDISM IN THE PRESENCE OF ADRENAL INSUFFICIENCY. Endocrine Practice, 12(5), 572–575. doi:10.4158/ep.12.5.572

154 Ongphiphadhanakul, B., Fang, S. L., Tang, K.-T., Patwardhan, N. A., & Braverman, L. E. (1994). Tumor necrosis factor-α decreases thyrotropin-induced 5′-deiodinase activity in FRTL-5 thyroid cells. European Journal of Endocrinology, 130(5), 502–507. doi:10.1530/eje.0.1300502

155 Bartalena, L., Brogioni, S., Grasso, L., Velluzzi, F., & Martino, E. (1994). Relationship of the increased serum interleukin-6 concentration to changes of thyroid function in nonthyroidal illness. Journal of Endocrinological Investigation, 17(4), 269–274. doi:10.1007/bf03348974

156 Kubes, P., & Jenne, C. (2018). Immune Responses in the Liver. Annual Review of Immunology, 36(1), 247–277. doi:10.1146/annurev-immunol-051116-052415

157 Nemeth, E., Baird, A. W., & O’Farrelly, C. (2009). Microanatomy of the liver immune system. Seminars in Immunopathology, 31(3), 333–343. doi:10.1007/s00281-009-0173-4

158 Jakab, L. (2015). A máj és az immunrendszer. Orvosi Hetilap, 156(30), 1203–1213. doi:10.1556/650.2015.30190

159 Bernier, J., Brousseau, P., Krzystyniak, K., Tryphonas, H., & Fournier, M. (1995). Immunotoxicity of heavy metals in relation to Great Lakes. Environmental health perspectives, 103 Suppl 9(Suppl 9), 23–34. URL: https://doi.org/10.1289/ehp.95103s923

160 Lehmann, I., Sack, U., & Lehmann, J. (2011). Metal ions affecting the immune system. Metal ions in life sciences, 8, 157–185.

161 Albillos, A., Lario, M., & Alvarez-Mon, M. (2014). Cirrhosis-associated immune dysfunction: distinctive features and clinical relevance. Journal of hepatology, 61 6, 1385-96.

162 Robinson, M., Harmon, C. & O’Farrelly, C. Liver immunology and its role in inflammation and homeostasis. Cell Mol Immunol 13, 267–276 (2016). URL: https://doi.org/10.1038/cmi.2016.3

163 Pompella, A., Visvikis, A., Paolicchi, A., Tata, V. D., & Casini, A. F. (2003). The changing faces of glutathione, a cellular protagonist. Biochemical Pharmacology, 66(8), 1499–1503. doi:10.1016/s0006-2952(03)00504-5

164 Kwon, D. H., Lee, H., Park, C., Hong, S.-H., Hong, S. H., Kim, G.-Y., … Choi, Y. H. (2019). Glutathione Induced Immune-Stimulatory Activity by Promoting M1-Like Macrophages Polarization via Potential ROS Scavenging Capacity. Antioxidants, 8(9), 413. doi:10.3390/antiox8090413

165 Dröge, W., & Breitkreutz, R. (2000). Glutathione and immune function. The Proceedings of the Nutrition Society, 59(4), 595–600. URL: https://doi.org/10.1017/s0029665100000847

166 Lu, S. (2009). Regulation of glutathione synthesis. Molecular Aspects of Medicine 30 (1–2): 42–59.

167 Lu, S. (2013). Glutathione synthesis. Biochimica et Biophysica Acta (BBA)-General Subjects 1830 (5): 3143–3153.

168 Perricone, C., De Carolis, C., & Perricone, R. (2009). Glutathione: a key player in autoimmunity. Autoimmunity reviews, 8(8), 697–701. URL: https://doi.org/10.1016/j.autrev.2009.02.020

169 Mak, T. W., Grusdat, M., Duncan, G. S., Dostert, C., Nonnenmacher, Y., Cox, M., … Brenner, D. (2017). Glutathione Primes T Cell Metabolism for Inflammation. Immunity, 46(4), 675–689. doi:10.1016/j.immuni.2017.03.019

170 Diotallevi с соавторами (2017) 'Glutathione Fine-Tunes the Innate Immune Response toward Antiviral Pathways in a Macrophage Cell Line Independently of Its Antioxidant Properties', Front. Immunol., 29 September 2017 | URL: https://doi.org/10.3389/fimmu.2017.01239

171 Moi, P., Chan, K., Asunis, I., Cao, A., & Kan, Y. W. (1994). Isolation of NF-E2-related factor 2 (Nrf2), a NF-E2-like basic leucine zipper transcriptional activator that binds to the tandem NF-E2/AP1 repeat of the beta-globin locus control region. Proceedings of the National Academy of Sciences of the United States of America, 91(21), 9926–9930. URL: https://doi.org/10.1073/pnas.91.21.9926

172 Pall, M. L., & Levine, S. (2015). Nrf2, a master regulator of detoxification and also antioxidant, anti-inflammatory and other cytoprotective mechanisms, is raised by health promoting factors. Sheng li xue bao: [Acta physiologica Sinica], 67(1), 1–18.

173 Xu, X., Zhang, L., Ye, X., Hao, Q., Zhang, T., Cui, G., & Yu, M. (2017). Nrf2/ARE pathway inhibits ROS-induced NLRP3 inflammasome activation in BV2 cells after cerebral ischemia reperfusion. Inflammation Research, 67(1), 57–65. doi:10.1007/s00011- 017-1095-6

174 Thimmulappa, R. K. (2006). Nrf2 is a critical regulator of the innate immune response and survival during experimental sepsis. Journal of Clinical Investigation, 116(4), 984–995. doi:10.1172/jci25790

175 Hohmann, M. S., Zaninelli, T. H., Staurengo-Ferrari, L., Manchope, M. F., BadaroGarcia, S., de Freitas, A., … Verri, W. A. (2020). Nrf2 in Immune Responses During Inflammation. Progress in Inflammation Research, 23–49. doi:10.1007/978-3-030-44599-7_2

176 Kavian, N., Mehlal, S., Jeljeli, M., Saidu, N. E. B., Nicco, C., Cerles, O., … Batteux, F. (2018). The Nrf2-Antioxidant Response Element Signaling Pathway Controls Fibrosis and Autoimmunity in Scleroderma. Frontiers in Immunology, 9. doi:10.3389/fimmu.2018.01896

177 Johnson, D. A., Amirahmadi, S., Ward, C., Fabry, Z., & Johnson, J. A. (2009). The Absence of the Pro-antioxidant Transcription Factor Nrf2 Exacerbates Experimental Autoimmune Encephalomyelitis. Toxicological Sciences, 114(2), 237–246. doi:10.1093/toxsci/kfp274

178 Han, D., Chen, W., Gu, X., Shan, R., Zou, J., Liu, G., … Han, B. (2017). Cytoprotective effect of chlorogenic acid against hydrogen peroxide-induced oxidative stress in MC3T3- E1 cells through PI3K/Akt-mediated Nrf2/HO-1 signaling pathway. Oncotarget, 8(9), 14680–14692. doi:10.18632/oncotarget.14747

179 Chaiprasongsuk, A., Onkoksoong, T., Pluemsamran, T., Limsaengurai, S., & Panich, U. (2016). Photoprotection by dietary phenolics against melanogenesis induced by UVA through Nrf2-dependent antioxidant responses. Redox Biology, 8, 79–90. doi:10.1016/j.redox.2015.12.006 180 Son, T. G., Camandola, S., & Mattson, M. P. (2008). Hormetic Dietary Phytochemicals. NeuroMolecular Medicine, 10(4), 236–246. doi:10.1007/s12017-008-8037-y

181 Huang, T.-C., Chung, Y.-L., Wu, M.-L., & Chuang, S.-M. (2011). Cinnamaldehyde Enhances Nrf2 Nuclear Translocation to Upregulate Phase II Detoxifying Enzyme Expression in HepG2 Cells. Journal of Agricultural and Food Chemistry, 59(9), 5164–5171. doi:10.1021/jf200579h

182 Kim, K. M., Lee, J. Y., Im, A.-R., & Chae, S. (2018). Phycocyanin Protects Against UVB-induced Apoptosis Through the PKC α/βII-Nrf-2/HO-1 Dependent Pathway in Human Primary Skin Cells. Molecules, 23(2), 478. doi:10.3390/molecules23020478

183 Patil, J., Matte, A., Nissbrandt, H., Mallard, C., & Sandberg, M. (2016). Sustained Effects of Neonatal Systemic Lipopolysaccharide on IL-1β and Nrf2 in Adult Rat Substantia Nigra Are Partly Normalized by a Spirulina-Enriched Diet. Neuroimmunomodulation, 23(4), 250–259. doi:10.1159/000452714

184 Gao, Y., Liu, C., Wan, G., Wang, X., Cheng, X., & Ou, Y. (2016). Phycocyanin prevents methylglyoxal-induced mitochondrial-dependent apoptosis in INS-1 cells by Nrf2. Food & Function, 7(2), 1129–1137. doi:10.1039/c5fo01548k

185 McCarty, M. F., Barroso-Aranda, J., & Contreras, F. (2010). Practical strategies for targeting NF-kappaB and NADPH oxidase may improve survival during lethal influenza epidemics. Medical Hypotheses, 74(1), 18–20. doi:10.1016/j.mehy.2009.04.052

186 Farruggia, C., Kim, M.-B., Bae, M., Lee, Y., Pham, T. X., Yang, Y., … Lee, J.-Y. (2018). Astaxanthin exerts anti-inflammatory and antioxidant effects in macrophages in NRF2-dependent and independent manners. The Journal of Nutritional Biochemistry, 62, 202–209. doi:10.1016/j.jnutbio.2018.09.005

187 Lee, H.-H., Park, S.-A., Almazari, I., Kim, E.-H., Na, H.-K., & Surh, Y.-J. (2010). Piceatannol induces heme oxygenase-1 expression in human mammary epithelial cells through activation of ARE-driven Nrf2 signaling. Archives of Biochemistry and Biophysics, 501(1), 142–150. doi:10.1016/j.abb.2010.06.011

188 Matzinger, M., Fischhuber, K., & Heiss, E. H. (2018). Activation of Nrf2 signaling by natural products-can it alleviate diabetes? Biotechnology Advances, 36(6), 1738–1767. doi:10.1016/j.biotechadv.2017.12.015

189 Bonneaud et al. ‘Assessing the cost of mounting an immune response’. Am Nat. 2003;161(3):367–379. doi:10.1086/346134

190 Pedersen с соавторами (1988), 'Modulation of Natural Killer Cell Activity in Peripheral Blood by Physical Exercise', Scandinavian Journal of Immunology, 27(6). Pages 673–678.

191 Moret and Schmid-Hempel (2000) ‘Survival for immunity: the price of immune system activation for bumblebee workers’. Science. 2000;290(5494):1166–1168. doi:10.1126/science.290.5494.1166

192 Segestrom (2007) 'Stress, Energy, and Immunity: An Ecological View', Curr Dir Psychol Sci. 2007; 16(6): 326–330.

193 Buttgereit с соавторами (2000) ‘Bioenergetics of immune functions: fundamental and therapeutic aspects’, Immunol Today. 2000;21(4):192–199. doi:10.1016/s0167-5699(00)01593-0

194 Larson SJ, and Dunn AJ. (2001) ‘Behavioral effects of cytokines’, Brain Behav Immun. 2001;15(4):371–387. doi:10.1006/brbi.2001.0643

195 DiNicolantonio, J. J., & Berger, A. (2016). Added sugars drive nutrient and energy deficit in obesity: a new paradigm. Open Heart, 3(2), e000469. doi:10.1136/openhrt-2016-000469

196 Zhang, M., & Ying, W. (2019). NAD+ deficiency is a common central pathological factor of a number of diseases and aging: mechanisms and therapeutic implications. Antioxidants & Redox Signaling 30 (6): 890–905.

197 Billingham, L. K., & Chandel, N. S. (2019). NAD-biosynthetic pathways regulate innate immunity. Nature Immunology, 20(4), 380–382. doi:10.1038/s41590-019-0353-x

198 Bruzzone, S., Fruscione, F., Morando, S., Ferrando, T., Poggi, A., Garuti, A., … Nencioni, A. (2009). Catastrophic NAD+ Depletion in Activated T Lymphocytes through Nampt Inhibition Reduces Demyelination and Disability in EAE. PLoS ONE, 4(11), e7897. doi:10.1371/journal.pone.0007897

199 Tullius, S. G., Biefer, H. R. C., Li, S., Trachtenberg, A. J., Edtinger, K., Quante, M., … ElKhal, A. (2014). NAD+ protects against EAE by regulating CD4+ T-cell differentiation. Nature Communications, 5(1). doi:10.1038/ncomms6101

200 Elkhal, A., Rodriguez Cetina Biefer, H., Heinbokel, T., Uehara, H., Quante, M., Seyda, M., … Tullius, S. G. (2016). NAD+ regulates Treg cell fate and promotes allograft survival via a systemic IL-10 production that is CD4+ CD25+ Foxp3+ T cells independent. Scientific Reports, 6(1). doi:10.1038/srep22325

201 Bradshaw, P. (2019). Cytoplasmic and Mitochondrial NADPH -Coupled Redox Systems in the Regulation of Aging. Nutrients 11 (3): 504.

202 Deretic, V. (2006). Autophagy as an immune defense mechanism. Current Opinion in Immunology 18 (4): 375–382.

203 Deretic, V., & Levine, B. (2009). Autophagy, immunity, and microbial adaptations. Cell host & microbe, 5(6), 527–549. URL: https://doi.org/10.1016/j.chom.2009.05.016

204 Glantzounis, G. & Tsimoyiannis, E. & Kappas, A. & Galaris, D. (2005). Uric acid and oxidative stress. Current Pharmaceutical Design 11 (32): 4145–4151.

205 Pasalic, D. & Marinkovic, N. & Feher-Turkovic, L. (2012). Uric acid as one of the important factors in multifactorial disorders–facts and controversies. Biochemia Medica 22 (1): 63–75.

206 Arrieta, M. & Bistritz, L. & Meddings, J. (2006). Alterations in intestinal permeability. Gut 55 (10): 1512–1520.

207 Mu, Q. & Kirby, J. & Reilly, C. & Luo, X. (2017). Leaky Gut As a Danger Signal for Autoimmune Diseases. Frontiers in Immunology 8: 598.

208 Pahwa, R. & Singh, A. & Jialal, I. (2019). Chronic Inflammation. In: StatPearls [Internet]. Treasure Island (FL): StatPearls Publishing. [date of reference: 6.2.2020]

209 Elam, M. et al. (2015). A Calcium-Collagen Chelate Dietary Supplement Attenuates Bone Loss in Postmenopausal Women with Osteopenia: A Randomized Controlled Trial. Journal of Medicinal Food 18 (3): 324–331.

210 Canani, R. (2011). Potential beneficial effects of butyrate in intestinal and extraintestinal diseases. World Journal of Gastroenterology 17 (12): 1519.

211 Singh, R., Chandrashekharappa, S., Bodduluri, S. R., Baby, B. V., Hegde, B., Kotla, N. G., … Jala, V. R. (2019). Enhancement of the gut barrier integrity by a microbial metabolite through the Nrf2 pathway. Nature Communications, 10(1). doi:10.1038/s41467-018-07859-7

212 Wu, H.-J. & Wu, E. (2012). The role of gut microbiota in immune homeostasis and autoimmunity. Gut Microbes 3 (1): 4–14.

213 Gegotek and Skrzydlewska (2015) 'The role of transcription factor Nrf2 in skin cells metabolism', Arch Dermatol Res (2015) 307:385–396, DOI 10.1007/s00403-015-1554-2.

214 DE ANDREA, M., RAVERA, R., GIOIA, D., GARIGLIO, M., & LANDOLFO, S. (2002). The interferon system: an overview. European Journal of Paediatric Neurology, 6, A41–A46. doi:10.1053/ejpn.2002.0573

215 Parkin, J., & Cohen, B. (2001). An overview of the immune system. The Lancet, 357(9270), 1777–1789. doi:10.1016/s0140-6736(00)04904-7

216 Liu, Y.-J. (2005). IPC: Professional Type 1 Interferon-Producing Cells and Plasmacytoid Dendritic Cell Precursors. Annual Review of Immunology, 23(1), 275–306. doi:10.1146/annurev.immunol.23.021704.115633

217 Levy, D. E., Marié, I. J., & Durbin, J. E. (2011). Induction and function of type I and III interferon in response to viral infection. Current Opinion in Virology, 1(6), 476–486. doi:10.1016/j.coviro.2011.11.001

218 Kidd P. Th1/Th2 balance: the hypothesis, its limitations, and implications for health and disease. Altern Med Rev. 2003;8(3):223–246.

219 Vilcek, J. (2003). Novel interferons. Nature Immunology, 4(1), 8–9. doi:10.1038/ni0103-8

220 Hermant, P., & Michiels, T. (2014). Interferon-λ in the Context of Viral Infections: Production, Response and Therapeutic Implications. Journal of Innate Immunity, 6(5), 563–574. doi:10.1159/000360084

221 Espinosa, V., Dutta, O., McElrath, C., Du, P., Chang, Y.-J., Cicciarelli, B., … Rivera, A. (2017). Type III interferon is a critical regulator of innate antifungal immunity. Science Immunology, 2(16), eaan5357. doi:10.1126/sciimmunol.aan5357

222 Greger M. How to Survive a Pandemic. Flatiron Books. 2020

223 Greger M. How to Survive a Pandemic. Flatiron Books. 2020

224 Takaoka A, Hayakawa S, Yanai H, et al. Integration of interferon-alpha/beta signalling to p53 responses in tumour suppression and antiviral defence. Nature. 2003;424(6948):516–523. doi:10.1038/nature01850

225 Dunn GP, Bruce AT, Sheehan KC, et al. A critical function for type I interferons in cancer immunoediting [published correction appears in Nat Immunol. 2005 Aug;6(8):852]. Nat Immunol. 2005;6(7):722–729. doi:10.1038/ni1213

226 Ikeda H, Old LJ, Schreiber RD. The roles of IFN gamma in protection against tumor development and cancer immunoediting. Cytokine Growth Factor Rev. 2002;13(2):95-109. doi:10.1016/s1359-6101(01)00038-7

227 Navratil V, de Chassey B, Meyniel L, et al. System-level comparison of protein-protein interactions between viruses and the human type I interferon system network. J Proteome Res. 2010;9(7):3527–3536. doi:10.1021/pr100326j

228 Lin, R.-J., Liao, C.-L., Lin, E., & Lin, Y.-L. (2004). Blocking of the Alpha InterferonInduced Jak-Stat Signaling Pathway by Japanese Encephalitis Virus Infection. Journal of Virology, 78(17), 9285–9294. doi:10.1128/jvi.78.17.9285–9294.2004

229 Sen (2001) 'Viruses and Interferons', Annual Review of Microbiology, Vol. 55:255–281 (Volume publication date October 2001), URL: https://doi.org/10.1146/annurev.micro.55.1.255

230 Alcamı́, A., Symons, J. A., & Smith, G. L. (2000). The Vaccinia Virus Soluble Alpha/Beta Interferon (IFN) Receptor Binds to the Cell Surface and Protects Cells from the Antiviral Effects of IFN. Journal of Virology, 74(23), 11230–11239. doi:10.1128/jvi.74.23.11230-11239.2000

231 Heui Seo, S., Hoffmann, E., & Webster, R. G. (2002). Lethal H5N1 influenza viruses escape host anti-viral cytokine responses. Nature Medicine, 8(9), 950–954. doi:10.1038/nm757

232 Haller O, Kochs G, Weber F. Interferon, Mx, and viral countermeasures. Cytokine Growth Factor Rev. 2007;18(5–6):425–433. doi:10.1016/j.cytogfr.2007.06.001

233 Goldstein D, Laszlo J. The role of interferon in cancer therapy: a current perspective. CA Cancer J Clin. 1988;38(5):258–277. doi:10.3322/canjclin.38.5.258

234 Stringfellow, D. A., & Glasgow, L. A. (1972). Tilorone Hydrochloride: an Oral Interferon-Inducing Agent. Antimicrobial Agents and Chemotherapy, 2(2), 73–78. doi:10.1128/aac.2.2.73

235 Wang G, Liu CT, Wang ZL, et al. Effects of Astragalus membranaceus in promoting Thelper cell type 1 polarization and interferon-gamma production by up-regulating T-bet expression in patients with asthma. Chin J Integr Med. 2006;12(4):262–267. doi:10.1007/s11655-006-0262-y

236 Frøkiær, H., Henningsen, L., Metzdorff, S. B., Weiss, G., Roller, M., Flanagan, J., … Ibarra, A. (2012). Astragalus Root and Elderberry Fruit Extracts Enhance the IFN-β Stimulatory Effects of Lactobacillus acidophilus in Murine-Derived Dendritic Cells. PLoS ONE, 7(10), e47878. doi:10.1371/journal.pone.0047878

237 Azocar, J. (2013). Efficacy and safety of Chlorella supplementation in adults with chronic hepatitis C virus infection. World Journal of Gastroenterology, 19(7), 1085. doi:10.3748/wjg.v19.i7.1085

238 Park S, Choi JJ, Park BK, Yoon SJ, Choi JE, Jin M. Pheophytin a and chlorophyll a suppress neuroinflammatory responses in lipopolysaccharide and interferon-γ-stimulated BV2 microglia. Life Sci. 2014;103(2):59–67. doi:10.1016/j.lfs.2014.04.003

239 McCann, D. A., Solco, A., Liu, Y., Macaluso, F., Murphy, P. A., Kohut, M. L., & Senchina, D. S. (2007). Cytokine- and Interferon-Modulating Properties of Echinacea spp. Root Tinctures Stored at –20 ℃ for 2 Years. Journal of Interferon & Cytokine Research, 27(5), 425–436. doi:10.1089/jir.2006.0104

240 Utsunomiya с соавторами (1997) 'Glycyrrhizin, an active component of licorice roots, reduces morbidity and mortality of mice infected with lethal doses of influenza virus', Antimicrob Agents Chemother. 1997 Mar; 41(3): 551–556.

241 Silvestri, M., & Rossi, G. A. (2013). Melatonin: its possible role in the management of viral infections-a brief review. Italian Journal of Pediatrics, 39(1), 61. doi:10.1186/1824- 7288-39-61

242 Ko, S., Jin, M., & Pyo, M. (2011). Inonotus obliquus extracts suppress antigen-specific IgE production through the modulation of Th1/Th2 cytokines in ovalbumin-sensitized mice. Journal of Ethnopharmacology, 137(3), 1077–1082. doi:10.1016/j.jep.2011.07.024

243 Im, K., Kim, J., & Min, H. (2016). Ginseng, the natural effectual antiviral: Protective effects of Korean Red Ginseng against viral infection. Journal of Ginseng Research, 40(4), 309–314. doi:10.1016/j.jgr.2015.09.002

244 McCarty, M. F., & DiNicolantonio, J. J. (2020). Nutraceuticals have potential for boosting the type 1 interferon response to RNA viruses including influenza and coronavirus. Progress in Cardiovascular Diseases, 63(3), 383–385. doi:10.1016/j.pcad.2020.02.007

245 Morey, J. N., Boggero, I. A., Scott, A. B., & Segerstrom, S. C. (2015). Current directions in stress and human immune function. Current Opinion in Psychology, 5, 13–17. doi:10.1016/j.copsyc.2015.03.007

246 Segerstrom, S. & Miller, G. (2004). Psychological stress and the human immune system: a meta-analytic study of 30 years of inquiry. Psychological Bulletin 130 (4): 601–630.

247 Dhabhar, F. (2014). Effects of stress on immune function: the good, the bad, and the beautiful. Immunologic Research 58 (2–3): 193–210.

248 Baričević, I. & Nedić, O. & Anna Nikolić, J. & Nedeljković, J. (2004). The insulin-like growth factor system in the circulation of patients with viral infections. Clinical Chemistry and Laboratory Medicine (CCLM) 42 (10): 1127–1131.

249 Kennedy, P. J., Cryan, J. F., Quigley, E. M., Dinan, T. G., & Clarke, G. (2014). A sustained hypothalamic-pituitary-adrenal axis response to acute psychosocial stress in irritable bowel syndrome. Psychological medicine, 44(14), 3123–3134. URL: https://doi.org/10.1017/S003329171400052X

250 Karagkouni, A., Alevizos, M., & Theoharides, T. C. (2013). Effect of stress on brain inflammation and multiple sclerosis. Autoimmunity reviews, 12(10), 947–953. URL: https://doi.org/10.1016/j.autrev.2013.02.006

251 Michael Irwin, Kavita Vedhara (2005). Human Psychoneuroimmunology. Oxford University Press.

252 Calcia, M. A., Bonsall, D. R., Bloomfield, P. S., Selvaraj, S., Barichello, T., & Howes, O. D. (2016). Stress and neuroinflammation: a systematic review of the effects of stress on microglia and the implications for mental illness. Psychopharmacology, 233(9), 1637–1650. doi:10.1007/s00213-016-4218-9

253 Jeronimus с соавторами (2014) ‘Mutual Reinforcement Between Neuroticism and Life Experiences: A Five-Wave, 16-Year Study to Test Reciprocal Causation’. Journal of Personality and Social Psychology. 107 (4): 751–64.

254 Jeronimus с соавторами (2013). ‘Negative and positive life events are associated with small but lasting change in neuroticism’. Psychological Medicine. 43 (11): 2403–15.

255 Schneiderman с соавторами (2005). “Stress and health: psychological, behavioral, and biological determinants". Annual Review of Clinical Psychology. 1: 607–628.

256 Marshall, G. D. (2011). The Adverse Effects of Psychological Stress on Immunoregulatory Balance: Applications to Human Inflammatory Diseases. Immunology and Allergy Clinics of North America, 31(1), 133–140. doi:10.1016/j.iac.2010.09.013

257 Ho с соавторами (2010) 'Research on Psychoneuroimmunology: Does Stress Influence Immunity and Cause Coronary Artery Disease?', Psychoneuroimmunology and CAD, March 2010, Vol. 39 No. 3.

258 Deak, T., Quinn, M., Cidlowski, J. A., Victoria, N. C., Murphy, A. Z., & Sheridan, J. F. (2015). Neuroimmune mechanisms of stress: sex differences, developmental plasticity, and implications for pharmacotherapy of stress-related disease. Stress, 18(4), 367–380. doi:10.3109/10253890.2015.1053451

259 Moynihan, J., Rieder, E., & Tausk, F. (2010). Psychoneuroimmunology: the example of psoriasis. Giornale italiano di dermatologia e venereologia: organo ufficiale, Societa italiana di dermatologia e sifilografia, 145(2), 221–228.

260 de Brouwer SJ, van Middendorp H, Kraaimaat FW, et al. Immune responses to stress after stress management training in patients with rheumatoid arthritis. Arthritis Res Ther. 2013;15(6):R200. doi:10.1186/ar4390

261 Elenkov IJ (2005). "Cytokine dysregulation, inflammation and wellbeing". Neuroimmunomodulation. 12 (5): 255–69.

262 Miller, A. H., Maletic, V., & Raison, C. L. (2009). Inflammation and Its Discontents: The Role of Cytokines in the Pathophysiology of Major Depression. Biological Psychiatry, 65(9), 732–741. doi:10.1016/j.biopsych.2008.11.029

263 Green McDonald, P., O’Connell, M., & Lutgendorf, S. K. (2013). Psychoneuroimmunology and cancer: A decade of discovery, paradigm shifts, and methodological innovations. Brain, Behavior, and Immunity, 30, S1–S9. doi:10.1016/j.bbi.2013.01.003

264 Reddan, M. C., Wager, T. D., & Schiller, D. (2018). Attenuating Neural Threat Expression with Imagination. Neuron, 100(4), 994–1005.e4. doi:10.1016/j.neuron.2018.10.047

265 Cohen с соавторами (2007). "Psychological stress and disease". JAMA. 298 (14): 1685– 7. doi:10.1001/jama.298.14.1685

266 Herman с соавторами (2016). ‘Regulation of the Hypothalamic-Pituitary-Adrenocortical Stress Response’, Comprehensive Physiology, 603–621. doi:10.1002/cphy.c150015

267 Malenka с соавторами (2009). ‘Chapter 10: Neural and Neuroendocrine Control of the Internal Milieu’. In Sydor A, Brown RY (ed.). Molecular Neuropharmacology: A Foundation for Clinical Neuroscience (2nd ed.). New York: McGraw-Hill Medical. pp. 246, 248–259.

268 Miller, G. E., Chen, E., & Zhou, E. S. (2007). If it goes up, must it come down? Chronic stress and the hypothalamic-pituitary-adrenocortical axis in humans. Psychological Bulletin, 133(1), 25–45. URL: https://doi.org/10.1037/0033-2909.133.1.25

269 Ortiz с соавторами (2014). Hippocampal brain-derived neurotrophic factor mediates recovery from chronic stress-induced spatial reference memory deficits. The European journal of neuroscience, 40(9), 3351–3362. URL: https://doi.org/10.1111/ejn.12703

270 Giese, с соавторами (2013). The Interplay of Stress and Sleep Impacts BDNF Level. PLoS ONE, 8(10), e76050. doi:10.1371/journal.pone.0076050

271 Rayssiguier Y, Libako P, Nowacki W, Rock E. Magnesium deficiency and metabolic syndrome: stress and inflammation may reflect calcium activation. Magnes Res. 2010;23(2):73–80. doi:10.1684/mrh.2010.0208

272 Molendijk с соавторами (2012). Serum BDNF concentrations show strong seasonal variation and correlations with the amount of ambient sunlight. PloS one, 7(11), e48046. URL: https://doi.org/10.1371/journal.pone.0048046

273 Li с соавторами (2017). Acupuncture Improved Neurological Recovery after Traumatic Brain Injury by Activating BDNF/TrkB Pathway. Evidence-based complementary and alternative medicine: eCAM, 2017, 8460145. URL: https://doi.org/10.1155/2017/8460145

274 Angelucci с соавторами (2007). Investigating the neurobiology of music: brain-derived neurotrophic factor modulation in the hippocampus of young adult mice. Behavioural pharmacology, 18(5–6), 491–496. URL: https://doi.org/10.1097/FBP.0b013e3282d28f50

275 Szuhany, K. L., Bugatti, M., & Otto, M. W. (2015). A meta-analytic review of the effects of exercise on brain-derived neurotrophic factor. Journal of Psychiatric Research, 60, 56–64. doi:10.1016/j.jpsychires.2014.10.003

276 Xu с соавторами (2006). Curcumin reverses the effects of chronic stress on behavior, the HPA axis, BDNF expression and phosphorylation of CREB. Brain research, 1122(1), 56–64. URL: https://doi.org/10.1016/j.brainres.2006.09.009

277 Katz and Meiri (2006) 'Brain-Derived Neurotrophic Factor Is Critically Involved in Thermal-Experience-Dependent Developmental Plasticity', Journal of Neuroscience 12 April 2006, 26 (15) 3899–3907; DOI: URL: https://doi.org/10.1523/JNEUROSCI.0371-06.2006

278 Kalat, J. W. (2013). Biological Psychology. Cengage Learning, p. 383

279 Segerstrom S. C. (2005). Optimism and immunity: do positive thoughts always lead to positive effects?. Brain, behavior, and immunity, 19(3), 195–200. URL: https://doi.org/10.1016/j.bbi.2004.08.003

280 Nes, L. S., & Segerstrom, S. C. (2006). Dispositional optimism and coping: a metaanalytic review. Personality and social psychology review: an official journal of the Society for Personality and Social Psychology, Inc, 10(3), 235–251. URL: https://doi.org/10.1207/s15327957pspr1003_3

281 Dhabhar, F. S., Malarkey, W. B., Neri, E., & McEwen, B. S. (2012). Stress-induced redistribution of immune cells-from barracks to boulevards to battlefields: a tale of three hormones-Curt Richter Award winner. Psychoneuroendocrinology, 37(9), 1345–1368. URL: https://doi.org/10.1016/j.psyneuen.2012.05.008

282 Rohleder N. (2012). Acute and chronic stress induced changes in sensitivity of peripheral inflammatory pathways to the signals of multiple stress systems -2011 Curt Richter Award Winner. Psychoneuroendocrinology, 37(3), 307–316. URL: https://doi.org/10.1016/j.psyneuen.2011.12.015

283 Steptoe, A., Hamer, M., & Chida, Y. (2007). The effects of acute psychological stress on circulating inflammatory factors in humans: a review and meta-analysis. Brain, behavior, and immunity, 21(7), 901–912. URL: https://doi.org/10.1016/j.bbi.2007.03.011

284 Segerstrom, S. C., & Miller, G. E. (2004). Psychological stress and the human immune system: a meta-analytic study of 30 years of inquiry. Psychological bulletin, 130(4), 601–630. URL: https://doi.org/10.1037/0033-2909.130.4.601

285 Gouin, J. P., Glaser, R., Malarkey, W. B., Beversdorf, D., & Kiecolt-Glaser, J. (2012). Chronic stress, daily stressors, and circulating inflammatory markers. Health psychology: official journal of the Division of Health Psychology, American Psychological Association, 31(2), 264–268. URL: https://doi.org/10.1037/a0025536

286 Ershler W. B. (1993). Interleukin-6: a cytokine for gerontologists. Journal of the American Geriatrics Society, 41(2), 176–181. URL: https://doi.org/10.1111/j.1532–5415.1993.tb02054.x

287 de Brouwer с соавторами (2013). Immune responses to stress after stress management training

in patients with rheumatoid arthritis. Arthritis research & therapy, 15(6), R200. URL: https://doi.org/10.1186/ar4390

288 Southam CM, Erhlich J (1943) ‘Effects of extracts of western red-cedar heartwood on certain wood-decaying fungi in culture’. Phytopathology 33: 517–524.

289 McClure, C. D., Zhong, W., Hunt, V. L., Chapman, F. M., Hill, F. V., & Priest, N. K. (2014). Hormesis results in trade-offs with immunity. Evolution; international journal of organic evolution, 68(8), 2225–2233. URL: https://doi.org/10.1111/evo.12453

290 Allegretti, J. R., Barnes, E. L., & Cameron, A. (2015). Are Patients with Inflammatory Bowel Disease on Chronic Immunosuppressive Therapy at Increased Risk of Cervical High-grade Dysplasia/Cancer? A Meta-analysis. Inflammatory Bowel Diseases, 21(5), 1089–1097. doi:10.1097/mib.0000000000000338

291 Pasternak, B., Svanström, H., Schmiegelow, K., Jess, T., & Hviid, A. (2013). Use of Azathioprine and the Risk of Cancer in Inflammatory Bowel Disease. American Journal of Epidemiology, 177(11), 1296 1305. doi:10.1093/aje/kws375

292 Buchbinder, R., Barber, M., Heuzenroeder, L., Wluka, A. E., Giles, G., Hall, S., … Jolley, D. (2008). Incidence of melanoma and other malignancies among rheumatoid arthritis patients treated with methotrexate. Arthritis & Rheumatism, 59(6), 794–799. doi:10.1002/art.23716

293 Long, M. D., Martin, C. F., Pipkin, C. A., Herfarth, H. H., Sandler, R. S., & Kappelman, M. D. (2012). Risk of Melanoma and Nonmelanoma Skin Cancer Among Patients With Inflammatory Bowel Disease. Gastroenterology, 143(2), 390–399.e1. doi:10.1053/j.gastro.2012.05.004

294 Hanahan, D., & Weinberg, R. A. (2000). The Hallmarks of Cancer. Cell, 100(1), 57–70. doi:10.1016/s0092-8674(00)81683-9

295 World Cancer Report 2014. World Health Organization. 2014. pp. Chapter 1.1. ISBN 978-92-832-0429-9.

296 Wang, H., Naghavi, M., Allen, C., Barber, R. M., Bhutta, Z. A., Carter, A., … Coates, M. M. (2016). Global, regional, and national life expectancy, all-cause mortality, and cause-specific mortality for 249 causes of death, 1980–2015: a systematic analysis for the Global Burden of Disease Study 2015. The Lancet, 388(10053), 1459–1544. doi:10.1016/s0140-6736(16)31012-1

297 Bray, F., Ferlay, J., Soerjomataram, I., Siegel, R. L., Torre, L. A., & Jemal, A. (2018). Global cancer statistics 2018: GLOBOCAN estimates of incidence and mortality worldwide for 36 cancers in 185 countries. CA: A Cancer Journal for Clinicians, 68(6), 394–424. doi:10.3322/caac.21492

298 Sciacovelli, M., Schmidt, C., Maher, E. R., & Frezza, C. (2020). Metabolic Drivers in Hereditary Cancer Syndromes. Annual Review of Cancer Biology, 4(1), 77–97. doi:10.1146/annurev-cancerbio-030419-033612

299 Jemal, A., Bray, F., Center, M. M., Ferlay, J., Ward, E., & Forman, D. (2011). Global cancer statistics. CA: a cancer journal for clinicians, 61(2), 69–90. URL: https://doi.org/10.3322/caac.20107

300 Stewart BW, Wild CP, editors. World cancer report 2014 Lyon: International Agency for Research on Cancer; 2014.

301 Hajdu, S. I. (2010). A note from history: Landmarks in history of cancer, part 1. Cancer, 117(5), 1097–1102. doi:10.1002/cncr.25553

302 Paul of Aegina, 7th Century AD, quoted in Moss, Ralph W. (2004). "Galen on Cancer". CancerDecisions. Archived from the original on 16 July 2011. Referenced from Michael Shimkin, Contrary to Nature, Washington, DC: Superintendent of Document, DHEW Publication No. (NIH) 79–720, p. 35.

303 Karpozilos, A., & Pavlidis, N. (2004). The treatment of cancer in Greek antiquity. European journal of cancer (Oxford, England: 1990), 40(14), 2033–2040. URL: https://doi.org/10.1016/j.ejca.2004.04.036

304 Jayasekara, H., MacInnis, R. J., Room, R., & English, D. R. (2015). Long-Term Alcohol Consumption and Breast, Upper Aero-Digestive Tract and Colorectal Cancer Risk: A Systematic Review and Meta-Analysis. Alcohol and Alcoholism, 51(3), 315–330. doi:10.1093/alcalc/agv110

305 Forouzanfar, M. H., Afshin, A., Alexander, L. T., Anderson, H. R., Bhutta, Z. A., Biryukov, S., … Charlson, F. J. (2016). Global, regional, and national comparative risk assessment of 79 behavioural, environmental and occupational, and metabolic risks or clusters of risks, 1990–2015: a systematic analysis for the Global Burden of Disease Study 2015. The Lancet, 388(10053), 1659–1724. doi:10.1016/s0140-6736(16)31679-8

306 Hajdu, S. I. (2010). A note from history: Landmarks in history of cancer, part 2. Cancer, 117(12), 2811–2820. doi:10.1002/cncr.25825

307 Islami, F., Goding Sauer, A., Miller, K. D., Siegel, R. L., Fedewa, S. A., Jacobs, E. J., … Jemal, A. (2017). Proportion and number of cancer cases and deaths attributable to potentially modifiable risk factors in the United States. CA: A Cancer Journal for Clinicians, 68(1), 31–54. doi:10.3322/caac.21440

308 Anand, P., Kunnumakara, A. B., Sundaram, C., Harikumar, K. B., Tharakan, S. T., Lai, O. S., … Aggarwal, B. B. (2008). Cancer is a Preventable Disease that Requires Major Lifestyle Changes. Pharmaceutical Research, 25(9), 2097–2116. doi:10.1007/s11095-008- 9661-9

309 Cohen, S., Murphy, M. L. M., & Prather, A. A. (2019). Ten Surprising Facts About Stressful Life Events and Disease Risk. Annual Review of Psychology, 70(1), 577–597. doi:10.1146/annurev-psych-010418-102857

310 Plummer, M., de Martel, C., Vignat, J., Ferlay, J., Bray, F., & Franceschi, S. (2016). Global burden of cancers attributable to infections in 2012: a synthetic analysis. The Lancet Global Health, 4(9), e609–e616. doi:10.1016/s2214-109x(16)30143-7

311 American Cancer Society (2019) 'Known and Probable Human Carcinogens', GENERAL INFORMATION ABOUT CARCINOGENS, Last Revised: August 14, 2019, Accessed Online: URL: https://www.cancer.org/cancer/cancer-causes/general-info/known-andprobable-human-carcinogens.html

312 International Agency for Research on Cancer (2011) 'IARC CLASSIFIES RADIOFREQUENCY ELECTROMAGNETIC FIELDS AS POSSIBLY CARCINOGENIC TO HUMANS', World Health Organization, Press Release № 208, Accessed Online: URL: https://www.iarc.fr/wp-content/uploads/2018/07/pr208_E.pdf

313 Key, T. J. (2010). Fruit and vegetables and cancer risk. British Journal of Cancer, 104(1), 6–11. doi:10.1038/sj.bjc.6606032

314 Wang, X., Ouyang, Y., Liu, J., Zhu, M., Zhao, G., Bao, W., & Hu, F. B. (2014). Fruit and vegetable consumption and mortality from all causes, cardiovascular disease, and cancer: systematic review and dose-response meta-analysis of prospective cohort studies. BMJ (Clinical research ed.), 349, g4490. URL: https://doi.org/10.1136/bmj.g4490

315 Ferguson L. R. (2010). Meat and cancer. Meat science, 84(2), 308–313. URL: https://doi.org/10.1016/j.meatsci.2009.06.032

316 Zheng, W., & Lee, S. A. (2009). Well-done meat intake, heterocyclic amine exposure, and cancer risk. Nutrition and cancer, 61(4), 437–446. URL: https://doi.org/10.1080/01635580802710741

317 Larsson, S. C., & Wolk, A. (2007). Coffee Consumption and Risk of Liver Cancer: A Meta-Analysis. Gastroenterology, 132(5), 1740–1745. doi:10.1053/j.gastro.2007.03.044

318 Anand, P., Kunnumakkara, A. B., Sundaram, C., Harikumar, K. B., Tharakan, S. T., Lai, O. S., Sung, B., & Aggarwal, B. B. (2008). Cancer is a preventable disease that requires major lifestyle changes. Pharmaceutical research, 25(9), 2097–2116. URL: https://doi.org/10.1007/s11095-008-9661-9

319 "Heredity and Cancer". American Cancer Society. Archived from the original on 2 August 2013. Retrieved 09 Sept 2020.

320 Roukos, D. H., Murray, S., & Briasoulis, E. (2007). Molecular genetic tools shape a roadmap towards a more accurate prognostic prediction and personalized management of cancer. Cancer Biology & Therapy, 6(3), 308–312. doi:10.4161/cbt.6.3.3994

321 Dimitrios H Roukos (2009) Genome-wide association studies: how predictable is a person’s cancer risk?, Expert Review of Anticancer Therapy, 9:4, 389–392, DOI: 10.1586/era.09.12

322 Butterworth, A. S., Higgins, J. P. T., & Pharoah, P. (2006). Relative and absolute risk of colorectal cancer for individuals with a family history: A meta-analysis. European Journal of Cancer, 42(2), 216–227. doi:10.1016/j.ejca.2005.09.023

323 Coté, M. L., Liu, M., Bonassi, S., Neri, M., Schwartz, A. G., Christiani, D. C., … Aben, K. K. (2012). Increased risk of lung cancer in individuals with a family history of the disease: A pooled analysis from the International Lung Cancer Consortium. European Journal of Cancer, 48(13), 1957–1968. doi:10.1016/j.ejca.2012.01.038

324 Watkins Bruner, D., Moore, D., Parlanti, A., Dorgan, J., & Engstrom, P. (2003). Relative risk of prostate cancer for men with affected relatives: Systematic review and meta-analysis. International Journal of Cancer, 107(5), 797–803. doi:10.1002/ijc.11466

325 Singletary, S. E. (2003). Rating the Risk Factors for Breast Cancer. Annals of Surgery, 237(4), 474–482. doi:10.1097/01.sla.0000059969.64262.87

326 Green, J., Cairns, B. J., Casabonne, D., Wright, F. L., Reeves, G., & Beral, V. (2011). Height and cancer incidence in the Million Women Study: prospective cohort, and metaanalysis of prospective studies of height and total cancer risk. The Lancet Oncology, 12(8), 785–794. doi:10.1016/s1470-2045(11)70154-1

327 Baylin, S. B., & Ohm, J. E. (2006). Epigenetic gene silencing in cancer – a mechanism for early oncogenic pathway addiction?. Nature reviews. Cancer, 6(2), 107–116. URL: https://doi.org/10.1038/nrc1799

328 Kanwal, R., & Gupta, S. (2012). Epigenetic modifications in cancer. Clinical genetics, 81(4), 303–311. URL: https://doi.org/10.1111/j.1399–0004.2011.01809.x

329 Lahtz, C., & Pfeifer, G. P. (2011). Epigenetic changes of DNA repair genes in cancer. Journal of molecular cell biology, 3(1), 51–58. URL: https://doi.org/10.1093/jmcb/mjq053

330 Narayanan, L., Fritzell, J. A., Baker, S. M., Liskay, R. M., & Glazer, P. M. (1997). Elevated levels of mutation in multiple tissues of mice deficient in the DNA mismatch repair gene Pms2. Proceedings of the National Academy of Sciences, 94(7), 3122–3127. doi:10.1073/pnas.94.7.3122

331 Fearon, K., Strasser, F., Anker, S. D., Bosaeus, I., Bruera, E., Fainsinger, R. L., … Baracos, V. E. (2011). Definition and classification of cancer cachexia: an international consensus. The Lancet Oncology, 12(5), 489–495. doi:10.1016/s1470-2045(10)70218-7

332 Akl, E. A., Kahale, L. A., Hakoum, M. B., Matar, C. F., Sperati, F., Barba, M., Yosuico, V., Terrenato, I., Synnot, A., & Schünemann, H. (2017). Parenteral anticoagulation in ambulatory patients with cancer. The Cochrane database of systematic reviews, 9(9), CD006652. URL: https://doi.org/10.1002/14651858.CD006652.pub5

333 Tammela, T., & Sage, J. (2020). Investigating Tumor Heterogeneity in Mouse Models. Annual Review of Cancer Biology, 4(1), 99–119. doi:10.1146/annurev-cancerbio-030419- 033413

334 Hironori Satoh, Takashi Moriguchi, Keiko Taguchi, Jun Takai, Jonathan M. Maher, Takafumi Suzuki, Paul T. Winnard, Jr, Venu Raman, Masahito Ebina, Toshihiro Nukiwa, Masayuki Yamamoto, Nrf2-deficiency creates a responsive microenvironment for metastasis to the lung, Carcinogenesis, Volume 31, Issue 10, October 2010, Pages 1833–1843, URL: https://doi.org/10.1093/carcin/bgq105

335 Hanahan, D., & Weinberg, R. A. (2011). Hallmarks of cancer: the next generation. Cell, 144(5), 646–674. URL: https://doi.org/10.1016/j.cell.2011.02.013

336 Spill, F., Reynolds, D. S., Kamm, R. D., & Zaman, M. H. (2016). Impact of the physical microenvironment on tumor progression and metastasis. Current Opinion in Biotechnology, 40, 41–48. doi:10.1016/j.copbio.2016.02.007

337 Lind, M. J. (2008). Principles of cytotoxic chemotherapy. Medicine, 36(1), 19–23. doi:10.1016/j.mpmed.2007.10.003

338 Frei E III, Eder JP. Combination Chemotherapy. In: Kufe DW, Pollock RE, Weichselbaum RR, et al., editors. Holland-Frei Cancer Medicine. 6th edition. Hamilton (ON): BC Decker; 2003. Available from: URL: https://www.ncbi.nlm.nih.gov/books/NBK13955/

339 Dear, R. F., McGeechan, K., Jenkins, M. C., Barratt, A., Tattersall, M. H., & Wilcken, N. (2013). Combination versus sequential single agent chemotherapy for metastatic breast cancer. Cochrane Database of Systematic Reviews. doi:10.1002/14651858.cd008792.pub2

340 Loprinzi (2018) 'Short-Term Fasting Before Chemotherapy in Treating Patients With Cancer', National Cancer Institute (NCI), Rochester, Minnesota, United States, 55905

341 Marziali (2012) 'Fasting weakens cancer in mice', USC News, Accessed Online: URL: https://news.usc.edu/29428/fasting-weakens-cancer-in-mice/

342 Park, A. (2014) 'Why Cancer Drugs May Work Better While You Sleep', Time, October 9, 2020, Accessed Online: URL: https://time.com/3486220/why-cancer-drugs-may-work-betterwhile-you-sleep/

343 Hill, R., Healy, B., Holloway, L., Kuncic, Z., Thwaites, D., & Baldock, C. (2014). Advances in kilovoltage x-ray beam dosimetry. Physics in medicine and biology, 59(6), R183–R231. URL: https://doi.org/10.1088/0031-9155/59/6/R183

344 Holland Chp. 41 In Bast RC, Kufe DW, Pollock RE, et al. (eds.). Holland-Frei Cancer Medicine (5th ed.). Hamilton, Ontario: B.C. Decker. ISBN 978-1-55009-113-7

345 Cuttler and Pollycove (2003) ‘Can Cancer Be Treated with Low Doses of Radiation?’, Journal of American Physicians and Surgeons. 2003;8:108–11.

346 Farooque с соавторами (2011). Low-dose radiation therapy of cancer: role of immune enhancement. Expert review of anticancer therapy, 11(5), 791–802. URL: https://doi.org/10.1586/era.10.217

347 Doss M. (2013). The importance of adaptive response in cancer prevention and therapy. Medical physics, 40(3), 030401. URL: https://doi.org/10.1118/1.4773027

348 Sakamoto K. (2004). Radiobiological basis for cancer therapy by total or half-body irradiation. Nonlinearity in biology, toxicology, medicine, 2(4), 293–316. URL: https://doi.org/10.1080/15401420490900254

349 WHO Expert Group (July 2006). Burton Bennett; Michael Repacholi; Zhanat Carr (eds.). Health Effects of the Chernobyl Accident and Special Health Care Programmes: Report of the UN Chernobyl Forum Health Expert Group (PDF). Geneva: World Health Organization. p. 106. ISBN 978-92-4-159417-2.

350 Little JB (2000). "Chapter 14: Ionizing Radiation". In Kufe DW, Pollock RE, Weichselbaum RR, Bast RC, Gansler TS, Holland JF, Frei E (eds.). Cancer medicine (6th ed.). Hamilton, Ont: B.C. Decker. ISBN 978-1-55009-113-7.

351 Riddell S. R. (2001). Progress in cancer vaccines by enhanced self-presentation. Proceedings of the National Academy of Sciences of the United States of America, 98(16), 8933–8935. URL: https://doi.org/10.1073/pnas.171326398

352 Rheingold S, Neugut A, Meadows A (2003). "156: Secondary Cancers: Incidence, Risk Factors, and Management". In Frei E, Kufe DW, Holland JF (eds.). Holland-Frei Cancer Medicine (6th ed.). Hamilton, Ont: BC Decker. p. 2399. ISBN 978-1-55009-213-4.

353 Montazeri A. (2009). Quality of life data as prognostic indicators of survival in cancer patients: an overview of the literature from 1982 to 2008. Health and quality of life outcomes, 7, 102. URL: https://doi.org/10.1186/1477-7525-7-102

354 The Nobel Prize in Physiology or Medicine 1931. NobelPrize.org. Nobel Media AB 2020. Thu. 8 Oct 2020. <URL: https://www.nobelprize.org/prizes/medicine/1931/summary/>

355 Vander Heiden, M. G., Cantley, L. C., & Thompson, C. B. (2009). Understanding the Warburg effect: the metabolic requirements of cell proliferation. Science (New York, N.Y.), 324(5930), 1029–1033. URL: https://doi.org/10.1126/science.1160809

356 Crabtree H. G. (1929). Observations on the carbohydrate metabolism of tumours. The Biochemical journal, 23(3), 536–545. URL: https://doi.org/10.1042/bj0230536

357 van der Mijn, J. C., Kuiper, M. J., Siegert, C., Wassenaar, A. E., van Noesel, C., & Ogilvie, A. C. (2017). Lactic Acidosis in Prostate Cancer: Consider the Warburg Effect. Case reports in oncology, 10(3), 1085–1091. URL: https://doi.org/10.1159/000485242

358 Woods, Hubert Frank; Cohen, Robert (1976). Clinical and biochemical aspects of lactic acidosis. Oxford: Blackwell Scientific

359 Kraut, J. A., & Madias, N. E. (2014). Lactic Acidosis. New England Journal of Medicine, 371(24), 2309–2319. doi:10.1056/nejmra1309483

360 Brand, R. A. (2010). Biographical Sketch: Otto Heinrich Warburg, PhD, MD. Clinical Orthopaedics and Related Research®, 468(11), 2831–2832. doi:10.1007/s11999-010- 1533-z

361 Bertram, J. S. (2000). The molecular biology of cancer. Molecular Aspects of Medicine, 21(6), 167–223. doi:10.1016/s0098-2997(00)00007-8

362 Klement, R. J., & Kämmerer, U. (2011). Is there a role for carbohydrate restriction in the treatment and prevention of cancer? Nutrition & Metabolism, 8(1), 75. doi:10.1186/1743-7075-8-75

363 Christofk, H. R., Vander Heiden, M. G., Harris, M. H., Ramanathan, A., Gerszten, R. E., Wei, R., … Cantley, L. C. (2008). The M2 splice isoform of pyruvate kinase is important for cancer metabolism and tumour growth. Nature, 452(7184), 230–233. doi:10.1038/nature06734

364 Fantin, V. R., St-Pierre, J., & Leder, P. (2006). Attenuation of LDH-A expression uncovers a link between glycolysis, mitochondrial physiology, and tumor maintenance. Cancer Cell, 9(6), 425–434. doi:10.1016/j.ccr.2006.04.023

365 Medline Plus (2017) 'Pyruvate carboxylase deficiency', Genetic Conditions, Page last updated on 18 August 2020, Accessed Online: URL: https://medlineplus.gov/genetics/condition/pyruvate-carboxylase-deficiency/

366 Bellomo, Rinaldo MBBS (Hons), MD, FRACP, FACCP*; Ronco, Claudio MD† The pathogenesis of lactic acidosis in sepsis, Current Opinion in Critical Care: December 1999 – Volume 5 – Issue 6 – p 452-457

367 MacDonald, L., Kruse, J. A., Levy, D. B., Marulendra, S., & Sweeny, P. J. (1994). Lactic acidosis and acute ethanol intoxication. The American journal of emergency medicine, 12(1), 32–35. URL: https://doi.org/10.1016/0735-6757(94)90193-7

368 Vecchio, S., & Protti, A. (2011). Metformin-induced lactic acidosis: no one left behind. Critical care (London, England), 15(1), 107. URL: https://doi.org/10.1186/cc9404

369 Almomen, M. M., Alsaleh, Q. L., Almomen, A. M., & Badar, A. (2011). Effect of fasting after exercise on blood lactate clearance in untrained male volunteers. JPMA. The Journal of the Pakistan Medical Association, 61(1), 104–107.

370 Slavov, N., Budnik, B. A., Schwab, D., Airoldi, E. M., & van Oudenaarden, A. (2014). Constant growth rate can be supported by decreasing energy flux and increasing aerobic glycolysis. Cell reports, 7(3), 705–714. URL: https://doi.org/10.1016/j.celrep.2014.03.057

371 Pfeiffer, T., Schuster, S., & Bonhoeffer, S. (2001). Cooperation and competition in the evolution of ATP-producing pathways. Science (New York, N.Y.), 292(5516), 504–507. URL: https://doi.org/10.1126/science.1058079

372 Locasale, J. W., & Cantley, L. C. (2011). Metabolic flux and the regulation of mammalian cell growth. Cell metabolism, 14(4), 443–451. URL: https://doi.org/10.1016/j.cmet.2011.07.014

373 Lunt, S. Y., & Vander Heiden, M. G. (2011). Aerobic glycolysis: meeting the metabolic requirements of cell proliferation. Annual review of cell and developmental biology, 27, 441–464. URL: https://doi.org/10.1146/annurev-cellbio-092910-154237

374 Miguel Lopez-Lazaro, “ The Warburg Effect: Why and How Do Cancer Cells Activate Glycolysis in the Presence of Oxygen?”, Anti-Cancer Agents in Medicinal Chemistry (2008) 8: 305. URL: https://doi.org/10.2174/187152008783961932

375 Bustamante, E., & Pedersen, P. L. (1977). High aerobic glycolysis of rat hepatoma cells in culture: role of mitochondrial hexokinase. Proceedings of the National Academy of Sciences of the United States of America, 74(9), 3735–3739. URL: https://doi.org/10.1073/pnas.74.9.3735

376 Miller, J. F. A. P., & Sadelain, M. (2015). The Journey from Discoveries in Fundamental Immunology to Cancer Immunotherapy. Cancer Cell, 27(4), 439–449. doi:10.1016/j.ccell.2015.03.007

377 Kim, R., Emi, M., & Tanabe, K. (2007). Cancer immunoediting from immune surveillance to immune escape. Immunology, 121(1), 1–14. doi:10.1111/j.1365–2567.2007.02587.x

378 Smyth, M. J., Thia, K. Y. T., Street, S. E. A., Cretney, E., Trapani, J. A., Taniguchi, M., … Godfrey, D. I. (2000). Differential Tumor Surveillance by Natural Killer (Nk) and Nkt Cells. The Journal of Experimental Medicine, 191(4), 661–668. doi:10.1084/jem.191.4.661

379 Street, S. E. A., Cretney, E., & Smyth, M. J. (2001). Perforin and interferon-γ activities independently control tumor initiation, growth, and metastasis. Blood, 97(1), 192–197. doi:10.1182/blood.v97.1.192

380 Shankaran, V., Ikeda, H., Bruce, A. T., White, J. M., Swanson, P. E., Old, L. J., & Schreiber, R. D. (2001). IFNgamma and lymphocytes prevent primary tumour development and shape tumour immunogenicity. Nature, 410(6832), 1107–1111. URL: https://doi.org/10.1038/35074122

381 Smyth, M. J., Thia, K. Y. T., Street, S. E. A., MacGregor, D., Godfrey, D. I., & Trapani, J. A. (2000). Perforin-Mediated Cytotoxicity Is Critical for Surveillance of Spontaneous Lymphoma. The Journal of Experimental Medicine, 192(5), 755–760. doi:10.1084/jem.192.5.755

382 Bindea, G., Mlecnik, B., Tosolini, M., Kirilovsky, A., Waldner, M., Obenauf, A. C., … Galon, J. (2013). Spatiotemporal Dynamics of Intratumoral Immune Cells Reveal the Immune Landscape in Human Cancer. Immunity, 39(4), 782–795. doi:10.1016/j.immuni.2013.10.003

383 Ribeiro Franco, P. I., Rodrigues, A. P., de Menezes, L. B., & Pacheco Miguel, M. (2020). Tumor microenvironment components: Allies of cancer progression. Pathology – Research and Practice, 216(1), 152729. doi:10.1016/j.prp.2019.152729

384 Lei, X., Lei, Y., Li, J.-K., Du, W.-X., Li, R.-G., Yang, J., … Tan, H.-B. (2020). Immune cells within the tumor microenvironment: Biological functions and roles in cancer immunotherapy. Cancer Letters, 470, 126–133. doi:10.1016/j.canlet.2019.11.009

385 Naito, Y., Saito, K., Shiiba, K., Ohuchi, A., Saigenji, K., Nagura, H., & Ohtani, H. (1998). CD8+ T cells infiltrated within cancer cell nests as a prognostic factor in human colorectal cancer. Cancer research, 58(16), 3491–3494.

386 Yasunaga, M., Tabira, Y., Nakano, K., Iida, S., Ichimaru, N., Nagamoto, N., & Sakaguchi, T. (2000). Accelerated growth signals and low tumor-infiltrating lymphocyte levels predict poor outcome in T4 esophageal squamous cell carcinoma. The Annals of Thoracic Surgery, 70(5), 1634–1640. doi:10.1016/s0003-4975(00)01915-9

387 Sato, E., Olson, S. H., Ahn, J., Bundy, B., Nishikawa, H., Qian, F., … Odunsi, K. (2005). Intraepithelial CD8+ tumor-infiltrating lymphocytes and a high CD8+/regulatory T cell ratio are associated with favorable prognosis in ovarian cancer. Proceedings of the National Academy of Sciences, 102(51), 18538–18543. doi:10.1073/pnas.0509182102

388 Haanen, J. B. A. G., Baars, A., Gomez, R., Weder, P., Smits, M., de Gruijl, T. D., … van den Eertwegh, A. J. M. (2005). Melanoma-specific tumor-infiltrating lymphocytes but not circulating melanoma-specific T cells may predict survival in resected advanced-stage melanoma patients. Cancer Immunology, Immunotherapy, 55(4), 451–458. doi:10.1007/s00262-005-0018-5

389 Ishigami, S., Natsugoe, S., Tokuda, K., Nakajo, A., Che, X., Iwashige, H., Aridome, K., Hokita, S., & Aikou, T. (2000). Prognostic value of intratumoral natural killer cells in gastric carcinoma. Cancer, 88(3), 577–583.

390 Kondo, E., Koda, K., Takiguchi, N., Oda, K., Seike, K., Ishizuka, M., & Miyazaki, M. (2003). Preoperative Natural Killer Cell Activity as a Prognostic Factor for Distant Metastasis following Surgery for Colon Cancer. Digestive Surgery, 20(5), 445–451. doi:10.1159/000072714

391 Villegas, F. R., Coca, S., Villarrubia, V. G., Jiménez, R., Chillón, M. J., Jareño, J., … Callol, L. (2002). Prognostic significance of tumor infiltrating natural killer cells subset CD57 in patients with squamous cell lung cancer. Lung Cancer, 35(1), 23–28. doi:10.1016/s0169-5002(01)00292-6

392 Shi, Y., Evans, J. E., & Rock, K. L. (2003). Molecular identification of a danger signal that alerts the immune system to dying cells. Nature, 425(6957), 516–521. doi:10.1038/nature01991

393 Ohashi, K., Burkart, V., Flohé, S., & Kolb, H. (2000). Cutting Edge: Heat Shock Protein 60 Is a Putative Endogenous Ligand of the Toll-Like Receptor-4 Complex. The Journal of Immunology, 164(2), 558–561. doi:10.4049/jimmunol.164.2.558

394 Powell, J. D., & Horton, M. R. (2005). Threat Matrix: Low-Molecular-Weight Hyaluronan (HA) as a Danger Signal. Immunologic Research, 31(3), 207–218. doi:10.1385/ir:31:3:207

395 Frumento, G., Piazza, T., Di Carlo, E., & Ferrini, S. (2006). Targeting tumor-related immunosuppression for cancer immunotherapy. Endocrine, metabolic & immune disorders drug targets, 6(3), 233–237. URL: https://doi.org/10.2174/187153006778250019

396 Syn, N. L., Teng, M. W. L., Mok, T. S. K., & Soo, R. A. (2017). De-novo and acquired resistance to immune checkpoint targeting. The Lancet Oncology, 18(12), e731–e741. doi:10.1016/s1470-2045(17)30607-1

397 Cervantes-Villagrana, R. D., Albores-García, D., Cervantes-Villagrana, A. R., & García-Acevez, S. J. (2020). Tumor-induced neurogenesis and immune evasion as targets of innovative anti-cancer therapies. Signal Transduction and Targeted Therapy, 5(1). doi:10.1038/s41392-020-0205-z

398 Yang, M., Zhong, X., & Yuan, Y. (2020). Does Baking Soda Function as a Magic Bullet for Patients With Cancer? A Mini Review. Integrative Cancer Therapies, 19, 153473542092257. doi:10.1177/1534735420922579

399 Faes, S., Duval, A. P., Planche, A., Uldry, E., Santoro, T., Pythoud, C., … Dormond, O. (2016). Acidic tumor microenvironment abrogates the efficacy of mTORC1 inhibitors. Molecular Cancer, 15(1). doi:10.1186/s12943-016-0562-y

400 Pilon-Thomas, S., Kodumudi, K. N., El-Kenawi, A. E., Russell, S., Weber, A. M., Luddy, K., … Gillies, R. J. (2015). Neutralization of Tumor Acidity Improves Antitumor Responses to Immunotherapy. Cancer Research, 76(6), 1381–1390. doi:10.1158/0008-5472.can-15-1743

401 Robey, I. F., Baggett, B. K., Kirkpatrick, N. D., Roe, D. J., Dosescu, J., Sloane, B. F., … Gillies, R. J. (2009). Bicarbonate Increases Tumor pH and Inhibits Spontaneous Metastases. Cancer Research, 69(6), 2260–2268. doi:10.1158/0008-5472.can-07-5575

402 Abumanhal-Masarweh, H., Koren, L., Zinger, A., Yaari, Z., Krinsky, N., Kaneti, G., … Schroeder, A. (2019). Sodium bicarbonate nanoparticles modulate the tumor pH and enhance the cellular uptake of doxorubicin. Journal of Controlled Release, 296, 1–13. doi:10.1016/j.jconrel.2019.01.004

403 HAMAGUCHI, R., NARUI, R., & WADA, H. (2020). Effects of Alkalization Therapy on Chemotherapy Outcomes in Metastatic or Recurrent Pancreatic Cancer. Anticancer Research, 40(2), 873–880. doi:10.21873/anticanres.14020

404 Kim, R., Emi, M., & Tanabe, K. (2007). Cancer immunoediting from immune surveillance to immune escape. Immunology, 121(1), 1–14. doi:10.1111/j.1365–2567.2007.02587.x

405 Takeda, K., Hayakawa, Y., Smyth, M. J., Kayagaki, N., Yamaguchi, N., Kakuta, S., … Okumura, K. (2001). Involvement of tumor necrosis factor-related apoptosis-inducing ligand in surveillance of tumor metastasis by liver natural killer cells. Nature Medicine, 7(1), 94–100. doi:10.1038/83416

406 Dunn, G. P., Bruce, A. T., Ikeda, H., Old, L. J., & Schreiber, R. D. (2002). Cancer immunoediting: from immunosurveillance to tumor escape. Nature Immunology, 3(11), 991–998. doi:10.1038/ni1102-991

407 Gollob, J. A., Sciambi, C. J., Huang, Z., & Dressman, H. K. (2005). Gene Expression Changes and Signaling Events Associated with the Direct Antimelanoma Effect of IFN-γ. Cancer Research, 65(19), 8869–8877. doi:10.1158/0008-5472.can-05-1387

408 Ikeda, H., Old, L. J., & Schreiber, R. D. (2002). The roles of IFNγ in protection against tumor development and cancer immunoediting. Cytokine & Growth Factor Reviews, 13(2), 95–109. doi:10.1016/s1359-6101(01)00038-7

409 Dunn, G. P., Old, L. J., & Schreiber, R. D. (2004). The Three Es of Cancer Immunoediting. Annual Review of Immunology, 22(1), 329–360. doi:10.1146/annurev.immunol.22.012703.104803

410 Gabrilovich, D., Ishida, T., Oyama, T., Ran, S., Kravtsov, V., Nadaf, S., & Carbone, D. P. (1998). Vascular endothelial growth factor inhibits the development of dendritic cells and dramatically affects the differentiation of multiple hematopoietic lineages in vivo. Blood, 92(11), 4150–4166.

411 Urosevic, M., & Dummer, R. (2003). HLA-G and IL-10 expression in human cancer- different stories with the same message. Seminars in cancer biology, 13(5), 337–342. URL: https://doi.org/10.1016/s1044-579x(03)00024-5

412 Beck, C., Schreiber, H., & Rowley, D. (2001). Role of TGF-beta in immune-evasion of cancer. Microscopy research and technique, 52(4), 387–395. URL: https://doi.org/10.1002/1097- 0029(20010215)52:4<387::AID-JEMT1023>3.0.CO;2-W

413 He, X., & Stuart, J. M. (1999). Prostaglandin E2 selectively inhibits human CD4+ T cells secreting low amounts of both IL-2 and IL-4. Journal of immunology (Baltimore, Md.: 1950), 163(11), 6173–6179.

414 Gerloni, M., & Zanetti, M. (2005). CD4 T cells in tumor immunity. Springer seminars in immunopathology, 27(1), 37–48. URL: https://doi.org/10.1007/s00281-004-0193-z

415 Romero, P., Cerottini, J. C., & Speiser, D. E. (2006). The human T cell response to melanoma antigens. Advances in immunology, 92, 187–224. URL: https://doi.org/10.1016/S0065-2776(06)92005-7

416 Seliger, B., Ritz, U., & Soldano, F. (2005). Molecular mechanisms of HLA class I antigen abnormalities following viral infection and transformation. International Journal of Cancer, 118(1), 129–138. doi:10.1002/ijc.21312

417 Seliger B. (2005). Strategies of tumor immune evasion. BioDrugs: clinical immunotherapeutics, biopharmaceuticals and gene therapy, 19(6), 347–354. URL: https://doi.org/10.2165/00063030-200519060-00002

418 Hayakawa, Y., & Smyth, M. J. (2006). Innate Immune Recognition and Suppression of Tumors. Advances in Cancer Research, 293–322. doi:10.1016/s0065-230x(06)95008-8

419 Guevara-Patiño, J. A., Turk, M. J., Wolchok, J. D., & Houghton, A. N. (2003). Immunity to Cancer Through Immune Recognition of Altered Self: Studies with Melanoma. Advances in Cancer Research, 157–177. doi:10.1016/s0065-230x(03)90005-4

420 Huang, S.-H., McCann, C. D., Mota, T. M., Wang, C., Lipkin, S. M., & Jones, R. B. (2019). Have Cells Harboring the HIV Reservoir Been Immunoedited? Frontiers in Immunology, 10. doi:10.3389/fimmu.2019.01842

421 Pardoll D. M. (2012). The blockade of immune checkpoints in cancer immunotherapy. Nature reviews. Cancer, 12(4), 252–264. URL: https://doi.org/10.1038/nrc3239

422 Cameron, F., Whiteside, G., & Perry, C. (2011). Ipilimumab: first global approval. Drugs, 71(8), 1093–1104. URL: https://doi.org/10.2165/11594010-000000000-00000

423 Granier, C., De Guillebon, E., Blanc, C., Roussel, H., Badoual, C., Colin, E., Saldmann, A., Gey, A., Oudard, S., & Tartour, E. (2017). Mechanisms of action and rationale for the use of checkpoint inhibitors in cancer. ESMO open, 2(2), e000213. URL: https://doi.org/10.1136/esmoopen-2017-000213

424 Philips, G. K., & Atkins, M. (2015). Therapeutic uses of anti-PD-1 and anti-PD-L1 antibodies. International immunology, 27(1), 39–46. URL: https://doi.org/10.1093/intimm/dxu095

425 Kolar, P., Knieke, K., Hegel, J. K. E., Quandt, D., Burmester, G.-R., Hoff, H., & Brunner-Weinzierl, M. C. (2009). CTLA-4 (CD152) controls homeostasis and suppressive capacity of regulatory T cells in mice. Arthritis & Rheumatism, 60(1), 123–132. doi:10.1002/art.24181

426 Postow, M. A., Callahan, M. K., & Wolchok, J. D. (2015). Immune Checkpoint Blockade in Cancer Therapy. Journal of clinical oncology: official journal of the American Society of Clinical Oncology, 33(17), 1974–1982. URL: https://doi.org/10.1200/JCO.2014.59.4358

427 Borrello, M. G., Degl'Innocenti, D., & Pierotti, M. A. (2008). Inflammation and cancer: the oncogene-driven connection. Cancer letters, 267(2), 262–270. URL: https://doi.org/10.1016/j.canlet.2008.03.060

428 Grivennikov, S. I., Wang, K., Mucida, D., Stewart, C. A., Schnabl, B., Jauch, D., … Karin, M. (2012). Adenoma-linked barrier defects and microbial products drive IL-23/IL- 17-mediated tumour growth. Nature, 491(7423), 254–258. doi:10.1038/nature11465

429 Colotta, F., Allavena, P., Sica, A., Garlanda, C., & Mantovani, A. (2009). Cancer-related inflammation, the seventh hallmark of cancer: links to genetic instability. Carcinogenesis, 30(7), 1073–1081. doi:10.1093/carcin/bgp127

430 Grivennikov, S. I., Greten, F. R., & Karin, M. (2010). Immunity, Inflammation, and Cancer. Cell, 140(6), 883–899. doi:10.1016/j.cell.2010.01.025

431 Kadariya, Y., Menges, C. W., Talarchek, J., Cai, K. Q., Klein-Szanto, A. J., Pietrofesa, R. A., … Testa, J. R. (2016). Inflammation-Related IL1 /IL1R Signaling Promotes the Development of Asbestos-Induced Malignant Mesothelioma. Cancer Prevention Research, 9(5), 406–414. doi:10.1158/1940-6207.capr-15-0347

432 Quail, D. F., & Dannenberg, A. J. (2018). The obese adipose tissue microenvironment in cancer development and progression. Nature Reviews Endocrinology, 15(3), 139–154. doi:10.1038/s41574-018-0126-x

433 Albrengues, J., Shields, M. A., Ng, D., Park, C. G., Ambrico, A., Poindexter, M. E., … Egeblad, M. (2018). Neutrophil extracellular traps produced during inflammation awaken dormant cancer cells in mice. Science, 361(6409), eaao4227. doi:10.1126/science.aao4227

434 Andersson, U., Ottestad, W., & Tracey, K. J. (2020). Extracellular HMGB1: a therapeutic target in severe pulmonary inflammation including COVID-19? Molecular Medicine, 26(1). doi:10.1186/s10020-020-00172-4

435 Andersson, U., Ottestad, W., & Tracey, K. J. (2020). Extracellular HMGB1: a therapeutic target in severe pulmonary inflammation including COVID-19? Molecular Medicine, 26(1). doi:10.1186/s10020-020-00172-4

436 Diao, B., Huang, X., Guo, S., Yang, C., Liu, G., Chen, Y., & Wu, Y. (2017). MAGT1- mediated disturbance of Mg2+ homeostasis lead to exhausted of HBV-infected NK and CD8+ T cells. Scientific Reports, 7(1). doi:10.1038/s41598-017-11522-4

437 Hawkes, W. C., Kelley, D. S., & Taylor, P. C. (2001). The Effects of Dietary Selenium on the Immune System in Healthy Men. Biological Trace Element Research, 81(3), 189–213. doi:10.1385/bter:81:3:189

438 Kiremidjian-Schumacher, L., Roy, M., Wishe, H. I., Cohen, M. W., & Stotzky, G. (1994). Supplementation with selenium and human immune cell functions. Biological Trace Element Research, 41(1–2), 115–127. doi:10.1007/bf02917222

439 Sugimoto, J., Romani, A. M., Valentin-Torres, A. M., Luciano, A. A., Ramirez Kitchen, C. M., Funderburg, N., … Bernstein, H. B. (2012). Magnesium Decreases Inflammatory Cytokine Production: A Novel Innate Immunomodulatory Mechanism. The Journal of Immunology, 188(12), 6338–6346. doi:10.4049/jimmunol.1101765

440 Chaigne-Delalande, B., Li, F.-Y., O’Connor, G. M., Lukacs, M. J., Jiang, P., Zheng, L., … Lenardo, M. J. (2013). Mg2+ Regulates Cytotoxic Functions of NK and CD8 T Cells in Chronic EBV Infection Through NKG2D. Science, 341(6142), 186–191. doi:10.1126/science.1240094

441 Diao, B., Huang, X., Guo, S., Yang, C., Liu, G., Chen, Y., & Wu, Y. (2017). MAGT1- mediated disturbance of Mg2+ homeostasis lead to exhausted of HBV-infected NK and CD8+ T cells. Scientific Reports, 7(1). doi:10.1038/s41598-017-11522-4

442 Reiners, K. S., Kessler, J., Sauer, M., Rothe, A., Hansen, H. P., Reusch, U., … von Strandmann, E. P. (2013). Rescue of Impaired NK Cell Activity in Hodgkin Lymphoma With Bispecific Antibodies In Vitro and in Patients. Molecular Therapy, 21(4), 895–903. doi:10.1038/mt.2013.14

443 Zingoni, A., Ardolino, M., Santoni, A., & Cerboni, C. (2013). NKG2D and DNAM-1 activating receptors and their ligands in NK-T cell interactions: role in the NK cellmediated negative regulation of T cell responses. Frontiers in Immunology, 3. doi:10.3389/fimmu.2012.00408

444 Rettinger, E., KuçI, S., Naumann, I., Becker, P., Kreyenberg, H., Anzaghe, M., … Bader, P. (2012). The cytotoxic potential of interleukin-15-stimulated cytokine-induced killer cells against leukemia cells. Cytotherapy, 14(1), 91–103. doi:10.3109/14653249.2011.613931

445 Nausch, N., & Cerwenka, A. (2008). NKG2D ligands in tumor immunity. Oncogene, 27(45), 5944–5958. doi:10.1038/onc.2008.272

446 Waldhauer, I., & Steinle, A. (2008). NK cells and cancer immunosurveillance. Oncogene, 27(45), 5932–5943. doi:10.1038/onc.2008.267

447 Li, F.-Y., Lenardo, M. J., & Chaigne-Delalande, B. (2011). Loss of MAGT1 abrogates the Mg2+ flux required for T cell signaling and leads to a novel human primary immunodeficiency. Magnesium Research, 24(3), 109–114. doi:10.1684/mrh.2011.0286

448 Li, F.-Y., Chaigne-Delalande, B., Su, H., Uzel, G., Matthews, H., & Lenardo, M. J. (2014). XMEN disease: a new primary immunodeficiency affecting Mg2+ regulation of immunity against Epstein-Barr virus. Blood, 123(14), 2148–2152. doi:10.1182/blood-2013-11-538686

449 Ravell, J., Chaigne-Delalande, B., & Lenardo, M. (2014). X-linked immunodeficiency with magnesium defect, Epstein–Barr virus infection, and neoplasia disease. Current Opinion in Pediatrics, 26(6), 713–719. doi:10.1097/mop.0000000000000156

450 Chaigne-Delalande, B., Li, F.-Y., O’Connor, G. M., Lukacs, M. J., Jiang, P., Zheng, L., … Lenardo, M. J. (2013). Mg2+ Regulates Cytotoxic Functions of NK and CD8 T Cells in Chronic EBV Infection Through NKG2D. Science, 341(6142), 186–191. doi:10.1126/science.1240094

451 Resnick, L. M., Altura, B. T., Gupta, R. K., Laragh, J. H., Alderman, M. H., & Altura, B. M. (1993). Intracellular and extracellular magnesium depletion in Type 2 (non-insulindependent) diabetes mellitus. Diabetologia, 36(8), 767–770. doi:10.1007/bf00401149

452 Xu, T., Li, D., Zhou, X., Ouyang, H.-D., Zhou, L.-J., Zhou, H., … Liu, X.-G. (2017). Oral Application of Magnesium-L-Threonate Attenuates Vincristine-induced Allodynia and Hyperalgesia by Normalization of Tumor Necrosis Factor-α/Nuclear Factor-κB Signaling. Anesthesiology, 126(6), 1151–1168. doi:10.1097/aln.0000000000001601

453 Li, Y.-D., Ye, B.-Q., Zheng, S.-X., Wang, J.-T., Wang, J.-G., Chen, M., … Geng, J.-G. (2008). NF-κB Transcription Factor p50 Critically Regulates Tissue Factor in Deep Vein Thrombosis. Journal of Biological Chemistry, 284(7), 4473–4483. doi:10.1074/jbc.m806010200

454 Wiles, M. E., Wagner, T. L., & Weglicki, W. B. (1996). Effect of acute magnesium deficiency (MgD) on aortic endothelial cell (EC) oxidant production. Life Sciences, 60(3), 221–236. doi:10.1016/s0024-3205(96)00619-4

455 World Health Organization. Calcium and Magnesium in Drinking Water: Public health significance. Geneva: World Health Organization Press; 2009.

456 DiNicolantonio, J. J., O’Keefe, J. H., & Wilson, W. (2018). Subclinical magnesium deficiency: a principal driver of cardiovascular disease and a public health crisis. Open Heart, 5(1), e000668. doi:10.1136/openhrt-2017-000668

457 Galland L. (1991). Magnesium, stress and neuropsychiatric disorders. Magnesium and trace elements, 10(2–4), 287–301.

458 Boyle, N. B., Lawton, C., & Dye, L. (2017). The Effects of Magnesium Supplementation on Subjective Anxiety and Stress-A Systematic Review. Nutrients, 9(5), 429. URL: https://doi.org/10.3390/nu9050429

459 Donald R. Davis, Melvin D. Epp & Hugh D. Riordan (2004) Changes in USDA Food Composition Data for 43 Garden Crops, 1950 to 1999, Journal of the American College of Nutrition, 23:6, 669–682, DOI: 10.1080/07315724.2004.10719409

460 Thomas D. (2007). The mineral depletion of foods available to us as a nation (1940–2002)-a review of the 6th Edition of McCance and Widdowson. Nutrition and health, 19(1–2), 21–55. URL: https://doi.org/10.1177/026010600701900205

461 Mayer, A. (1997), "Historical changes in the mineral content of fruits and vegetables", British Food Journal, Vol. 99 No. 6, pp. 207–211. URL: https://doi.org/10.1108/00070709710181540

462 Seelig M, Rosanoff A. The Magnesium Factor. New York: Avery; 2003.

463 Dean C. The Magnesium Miracle. New York: Ballantine Books; 2007.

464 Ahmad, A., Anjum, F. M., Zahoor, T., Nawaz, H., & Dilshad, S. M. R. (2012). Beta Glucan: A Valuable Functional Ingredient in Foods. Critical Reviews in Food Science and Nutrition, 52(3), 201–212. doi:10.1080/10408398.2010.499806

465 Nakashima, A., Yamada, K., Iwata, O., Sugimoto, R., Atsuji, K., Ogawa, T., IshibashiOhgo, N., & Suzuki, K. (2018). β-Glucan in Foods and Its Physiological Functions. Journal of nutritional science and vitaminology, 64(1), 8–17. URL: https://doi.org/10.3177/jnsv.64.8

466 Del Cornò, M., Gessani, S., & Conti, L. (2020). Shaping the Innate Immune Response by Dietary Glucans: Any Role in the Control of Cancer? Cancers, 12(1), 155. doi:10.3390/cancers12010155

467 Sukhithasri, V., Nisha, N., Biswas, L., Anil Kumar, V., & Biswas, R. (2013). Innate immune recognition of microbial cell wall components and microbial strategies to evade such recognitions. Microbiological research, 168(7), 396–406. URL: https://doi.org/10.1016/j.micres.2013.02.005

468 Bashir, K. M., & Choi, J.-S. (2017). Clinical and Physiological Perspectives of β- Glucans: The Past, Present, and Future. International Journal of Molecular Sciences, 18(9), 1906. doi:10.3390/ijms18091906

469 Martins, P. R., de Campos Soares, Â. M. V., da Silva Pinto Domeneghini, A. V., Golim, M. A., & Kaneno, R. (2017). Agaricus brasiliensis polysaccharides stimulate human monocytes to capture Candida albicans, express toll-like receptors 2 and 4, and produce pro-inflammatory cytokines. Journal of Venomous Animals and Toxins Including Tropical Diseases, 23(1). doi:10.1186/s40409-017-0102-2

470 Bernardshaw, S., Hetland, G., Ellertsen, L. K., Tryggestad, A. M. A., & Johnson, E. (2006). An Extract of the Medicinal Mushroom Agaricus blazei Murill Differentially Stimulates Production of Pro-inflammatory Cytokines in Human Monocytes and Human Vein Endothelial Cells in vitro. Inflammation, 29(4–6), 147–153. doi:10.1007/s10753-006- 9010-2

471 Underhill, D. M., Rossnagle, E., Lowell, C. A., & Simmons, R. M. (2005). Dectin-1 activates Syk tyrosine kinase in a dynamic subset of macrophages for reactive oxygen production. Blood, 106(7), 2543–2550. doi:10.1182/blood-2005-03-1239

472 De Graaff, P., Govers, C., Wichers, H. J., & Debets, R. (2018). Consumption of β- glucans to spice up T cell treatment of tumors: a review. Expert Opinion on Biological Therapy, 18(10), 1023–1040. doi:10.1080/14712598.2018.1523392

473 Vetvicka, V., Vannucci, L., & Sima, P. (2019). β-glucan as a new tool in vaccine development. Scandinavian Journal of Immunology, 91(2). doi:10.1111/sji.12833

474 Geller, A., Shrestha, R., & Yan, J. (2019). Yeast-Derived β-Glucan in Cancer: Novel Uses of a Traditional Therapeutic. International Journal of Molecular Sciences, 20(15), 3618. doi:10.3390/ijms20153618

475 Weitberg, A. B. (2008). A phase I/II trial of beta-(1,3)/(1,6) D-glucan in the treatment of patients with advanced malignancies receiving chemotherapy. Journal of Experimental & Clinical Cancer Research, 27(1). doi:10.1186/1756-9966-27-40

476 Lehne, G., Haneberg, B., Gaustad, P., Johansen, P. W., Preus, H., & Abrahamsen, T. G. (2006). Oral administration of a new soluble branched beta-1,3-D-glucan is well tolerated and can lead to increased salivary concentrations of immunoglobulin A in healthy volunteers. Clinical and Experimental Immunology, 143(1), 65–69. doi:10.1111/j.1365–2249.2005.02962.x

477 Zent, C. S., Call, T. G., Bowen, D. A., Conte, M. J., LaPlant, B. R., Witzig, T. E., … Weiner, G. J. (2015). Early treatment of high risk chronic lymphocytic leukemia with alemtuzumab, rituximab and poly-(1–6) beta-glucotriosyl-(1–3)– beta-glucopyranose betaglucan is well tolerated and achieves high complete remission rates. Leukemia & Lymphoma, 56(8), 2373–2378. doi:10.3109/10428194.2015.1016932

478 Bergendiova, K., Tibenska, E., & Majtan, J. (2011). Pleuran (β-glucan from Pleurotus ostreatus) supplementation, cellular immune response and respiratory tract infections in athletes. European Journal of Applied Physiology, 111(9), 2033–2040. doi:10.1007/s00421-011-1837-z

479 Bobovčák, M., Kuniaková, R., Gabriž, J., & Majtán, J. (2010). Effect of Pleuran (β- glucan from Pleurotus ostreatus) supplementation on cellular immune response after intensive exercise in elite athletes. Applied Physiology, Nutrition, and Metabolism, 35(6), 755–762. doi:10.1139/h10-070

480 Li, S. S., Ogbomo, H., Mansour, M. K., Xiang, R. F., Szabo, L., Munro, F., … Mody, C. H. (2018). Identification of the fungal ligand triggering cytotoxic PRR-mediated NK cell killing of Cryptococcus and Candida. Nature Communications, 9(1). doi:10.1038/s41467-018-03014-4

481 Lee, Y. J., Paik, D.-J., Kwon, D. Y., Yang, H. J., & Park, Y. (2017). Agrobacteriumsp.– derived β-1,3-glucan enhances natural killer cell activity in healthy adults: a randomized, double-blind, placebo controlled, parallel-group study. Nutrition Research and Practice, 11(1), 43. doi:10.4162/nrp.2017.11.1.43

482 Akramienė, D., Kondrotas, A., Didžiapetrienė, J., & Kėvelaitis, E. (2007). Effects of ß- glucans on the immune system. Medicina, 43(8), 597. doi:10.3390/medicina43080076 483 Kirmaz, C., Bayrak, P., Yilmaz, O., & Yuksel, H. (2005). Effects of glucan treatment on the Th1/Th2 balance in patients with allergic rhinitis: a double-blind placebo-controlled study. European cytokine network, 16(2), 128–134.

484 Dai, X., Stanilka, J. M., Rowe, C. A., Esteves, E. A., Nieves, C., Jr, Spaiser, S. J., Christman, M. C., Langkamp-Henken, B., & Percival, S. S. (2015). Consuming Lentinula edodes (Shiitake) Mushrooms Daily Improves Human Immunity: A Randomized Dietary Intervention in Healthy Young Adults. Journal of the American College of Nutrition, 34(6), 478–487. URL: https://doi.org/10.1080/07315724.2014.950391

485 Vetvicka and Vetvickova (2015) 'Glucan Supplementation Has Strong Anti-melanoma Effects: Role of NK Cells', Anticancer Research, October 2015 vol. 35 no. 10 5287–5292.

486 Ostadrahimi, A., Ziaei, J. E., Esfahani, A., Jafarabadi, M. A., Movassaghpourakbari, A., & Farrin, N. (2014). Effect of Beta Glucan on White Blood Cell Counts and Serum Levels of IL-4 and IL-12 in Women with Breast Cancer Undergoing Chemotherapy: A Randomized Double-Blind Placebo-Controlled Clinical Trial. Asian Pacific Journal of Cancer Prevention, 15(14), 5733–5739. doi:10.7314/apjcp.2014.15.14.5733

487 Nagashima, Y., Maeda, Yamamoto, Yoshino, & Oka. (2013). Evaluation of host quality of life and immune function in breast cancer patients treated with combination of adjuvant chemotherapy and oral administration of Lentinula edodes mycelia extract. Onco Targets and Therapy, 853. doi:10.2147/ott.s44169

488 Ahn, W.-S., Kim, D.-J., Chae, G.-T., Lee, J.-M., Bae, S.-M., Sin, J.-I., … Lee, I. P. (2004). Natural killer cell activity and quality of life were improved by consumption of a mushroom extract, Agaricus blazei Murill Kyowa, in gynecological cancer patients undergoing chemotherapy. International Journal of Gynecological Cancer, 14(4), 589–594. doi:10.1111/j.1048-891x.2004.14403.x

489 Tangen, J.-M., Tierens, A., Caers, J., Binsfeld, M., Olstad, O. K., Trøseid, A.-M. S., … Hetland, G. (2015). Immunomodulatory Effects of theAgaricus blazeiMurrill-Based Mushroom Extract AndoSan in Patients with Multiple Myeloma Undergoing High Dose Chemotherapy and Autologous Stem Cell Transplantation: A Randomized, Double Blinded Clinical Study. BioMed Research International, 2015, 1–11. doi:10.1155/2015/718539

490 Ostadrahimi, A., Esfahani, A., Asghari Jafarabadi, M., Eivazi Ziaei, J., Movassaghpourakbari, A., &amp; Farrin, N. (2014). Effect of Beta Glucan on Quality of Life in Women with Breast Cancer Undergoing Chemotherapy: A Randomized DoubleBlind Placebo-Controlled Clinical Trial. <i>Advanced Pharmaceutical Bulletin; EISSN 2251–7308</i>. URL: https://doi.org/10.5681/APB.2014.070

491 MAGNANI, M., CASTRO-GOMEZ, R. H., AOKI, M. N., GREGÓRIO, E. P., LIBOS, F., & WATANABE, M. A. E. (2010). Effects of carboxymethyl-glucan from Saccharomyces cerevisiae on the peripheral blood cells of patients with advanced prostate cancer. Experimental and Therapeutic Medicine, 1(5), 859–862. doi:10.3892/etm.2010.121

492 Zhang, M., Yan, L., & Kim, J. A. (2015). Modulating mammary tumor growth, metastasis and immunosuppression by siRNA-induced MIF reduction in tumor microenvironment. Cancer gene therapy, 22(10), 463–474. URL: https://doi.org/10.1038/cgt.2015.42

493 Zhu F., Du B., Bian Z., Xu B. Beta-glucans from edible and medicinal mushrooms: Characteristics, physicochemical and biological activities. J. Food Compos. Anal. 2015;41:165–173. doi: 10.1016/j.jfca.2015.01.019.

494 Jin, Y., Li, P., & Wang, F. (2018). β-glucans as potential immunoadjuvants: A review on the adjuvanticity, structure-activity relationship and receptor recognition properties. Vaccine, 36(35), 5235–5244. doi:10.1016/j.vaccine.2018.07.038

495 Adams, E. L., Rice, P. J., Graves, B., Ensley, H. E., Yu, H., Brown, G. D., … Williams, D. L. (2008). Differential High-Affinity Interaction of Dectin-1 with Natural or Synthetic Glucans Is Dependent upon Primary Structure and Is Influenced by Polymer Chain Length and Side-Chain Branching. Journal of Pharmacology and Experimental Therapeutics, 325(1), 115–123. doi:10.1124/jpet.107.133124

496 Batbayar, S., Lee, D. H., & Kim, H. W. (2012). Immunomodulation of Fungal β-Glucan in Host Defense Signaling by Dectin-1. Biomolecules & therapeutics, 20(5), 433–445. URL: https://doi.org/10.4062/biomolther.2012.20.5.433

497 Rice, P. J., Adams, E. L., Ozment-Skelton, T., Gonzalez, A. J., Goldman, M. P., Lockhart, B. E., … Williams, D. L. (2005). Oral Delivery and Gastrointestinal Absorption of Soluble Glucans Stimulate Increased Resistance to Infectious Challenge. Journal of Pharmacology and Experimental Therapeutics, 314(3), 1079–1086. doi:10.1124/jpet.105.085415

498 Hong, F., Yan, J., Baran, J. T., Allendorf, D. J., Hansen, R. D., Ostroff, G. R., … Ross, G. D. (2004). Mechanism by Which Orally Administered β-1,3-Glucans Enhance the Tumoricidal Activity of Antitumor Monoclonal Antibodies in Murine Tumor Models. The Journal of Immunology, 173(2), 797–806. doi:10.4049/jimmunol.173.2.797

499 Blumberg, R. S., Dittel, B., Hafler, D., von Herrath, M., & Nestle, F. O. (2012). Unraveling the autoimmune translational research process layer by layer. Nature Medicine, 18(1), 35–41. doi:10.1038/nm.2632

500 Silverstein, A. M. (2014). Autoimmunity. The Autoimmune Diseases, 11–17. doi:10.1016/b978-0-12-384929-8.00002-2

501 Silverstein, A. M. (2001). Autoimmunity versus horror autotoxicus: The struggle for recognition. Nature Immunology, 2(4), 279–281. doi:10.1038/86280

502 Poletaev, A. B., Churilov, L. P., Stroev, Y. I., & Agapov, M. M. (2012). Immunophysiology versus immunopathology: Natural autoimmunity in human health and disease. Pathophysiology: the official journal of the International Society for Pathophysiology, 19(3), 221–231. URL: https://doi.org/10.1016/j.pathophys.2012.07.003

503 Stefanová, I., Dorfman, J. R., & Germain, R. N. (2002). Self-recognition promotes the foreign antigen sensitivity of naive T lymphocytes. Nature, 420(6914), 429–434. doi:10.1038/nature01146

504 Bluestone, J. A., Tang, Q., & Sedwick, C. E. (2008). T Regulatory Cells in Autoimmune Diabetes: Past Challenges, Future Prospects. Journal of Clinical Immunology, 28(6), 677–684. doi:10.1007/s10875-008-9242-z

505 Yurasov, S., Wardemann, H., Hammersen, J., Tsuiji, M., Meffre, E., Pascual, V., & Nussenzweig, M. C. (2005). Defective B cell tolerance checkpoints in systemic lupus erythematosus. Journal of Experimental Medicine, 201(5), 703–711. doi:10.1084/jem.20042251

506 Mohan, J. F., & Unanue, E. R. (2012). Unconventional recognition of peptides by T cells and the implications for autoimmunity. Nature Reviews Immunology, 12(10), 721–728. doi:10.1038/nri3294

507 Audiger, C., Rahman, M. J., Yun, T. J., Tarbell, K. V., & Lesage, S. (2017). The Importance of Dendritic Cells in Maintaining Immune Tolerance. The Journal of Immunology, 198(6), 2223–2231. doi:10.4049/jimmunol.1601629

508 Ganguly, D., Haak, S., Sisirak, V., & Reizis, B. (2013). The role of dendritic cells in autoimmunity. Nature Reviews Immunology, 13(8), 566–577. doi:10.1038/nri3477

509 Hardin, J. A. (2005). Dendritic cells: potential triggers of autoimmunity and targets for therapy. Annals of the Rheumatic Diseases, 64(suppl_4), iv86–iv90. doi:10.1136/ard.2005.044560

510 Rosenblum, M. D., Remedios, K. A., & Abbas, A. K. (2015). Mechanisms of human autoimmunity. Journal of Clinical Investigation, 125(6), 2228–2233. doi:10.1172/jci78088

511 Zenewicz, L. A., Abraham, C., Flavell, R. A., & Cho, J. H. (2010). Unraveling the Genetics of Autoimmunity. Cell, 140(6), 791–797. doi:10.1016/j.cell.2010.03.003

512 Klein, J., & Sato, A. (2000). The HLA System. New England Journal of Medicine, 343(11), 782–786. doi:10.1056/nejm200009143431106

513 Criswell, L. A., Pfeiffer, K. A., Lum, R. F., Gonzales, B., Novitzke, J., Kern, M., … Gregersen, P. K. (2005). Analysis of Families in the Multiple Autoimmune Disease Genetics Consortium (MADGC) Collection: the PTPN22 620W Allele Associates with Multiple Autoimmune Phenotypes. The American Journal of Human Genetics, 76(4), 561–571. doi:10.1086/429096

514 Bottini, N., Musumeci, L., Alonso, A., Rahmouni, S., Nika, K., Rostamkhani, M., … Mustelin, T. (2004). A functional variant of lymphoid tyrosine phosphatase is associated with type I diabetes. Nature Genetics, 36(4), 337–338. doi:10.1038/ng1323

515 Kyogoku, C., Ortmann, W. A., Lee, A., Selby, S., Carlton, V. E. H., Chang, M., … Behrens, T. W. (2004). Genetic Association of the R620W Polymorphism of Protein Tyrosine Phosphatase PTPN22 with Human SLE. The American Journal of Human Genetics, 75(3), 504–507. doi:10.1086/423790

516 Begovich, A. B., Caillier, S. J., Alexander, H. C., Penko, J. M., Hauser, S. L., Barcellos, L. F., & Oksenberg, J. R. (2005). The R620W Polymorphism of the Protein Tyrosine Phosphatase PTPN22 Is Not Associated with Multiple Sclerosis. The American Journal of Human Genetics, 76(1), 184–187. doi:10.1086/427244

517 Begovich, A. B., Carlton, V. E. H., Honigberg, L. A., Schrodi, S. J., Chokkalingam, A. P., Alexander, H. C., … Gregersen, P. K. (2004). A Missense Single-Nucleotide Polymorphism in a Gene Encoding a Protein Tyrosine Phosphatase (PTPN22) Is Associated with Rheumatoid Arthritis. The American Journal of Human Genetics, 75(2), 330–337. doi:10.1086/422827

518 De Jager, P. L., Jia, X., Wang, J., de Bakker, P. I. W., Ottoboni, L., … Oksenberg, J. R. (2009). Meta-analysis of genome scans and replication identify CD6, IRF8 and TNFRSF1A as new multiple sclerosis susceptibility loci. Nature Genetics, 41(7), 776–782. doi:10.1038/ng.401

519 Cerosaletti, K., Schneider, A., Schwedhelm, K., Frank, I., Tatum, M., Wei, S., … Long, S. A. (2013). Multiple Autoimmune-Associated Variants Confer Decreased IL-2R Signaling in CD4+CD25hi T Cells of Type 1 Diabetic and Multiple Sclerosis Patients. PLoS ONE, 8(12), e83811. doi:10.1371/journal.pone.0083811

520 Vandenbroeck, K. (2012). Cytokine Gene Polymorphisms and Human Autoimmune Disease in the Era of Genome-Wide Association Studies. Journal of Interferon & Cytokine Research, 32(4), 139–151. doi:10.1089/jir.2011.0103

521 Kuhn, A., Wenzel, J., & Weyd, H. (2014). Photosensitivity, Apoptosis, and Cytokines in the Pathogenesis of Lupus Erythematosus: a Critical Review. Clinical Reviews in Allergy & Immunology, 47(2), 148–162. doi:10.1007/s12016-013-8403-x

522 Stojanovich, L., & Marisavljevich, D. (2008). Stress as a trigger of autoimmune disease. Autoimmunity Reviews, 7(3), 209–213. doi:10.1016/j.autrev.2007.11.007

523 Root-Bernstein, R., & Fairweather, D. (2013). Complexities in the Relationship Between Infection and Autoimmunity. Current Allergy and Asthma Reports, 14(1). doi:10.1007/s11882-013-0407-3

524 Patel, B., Schutte, R., Sporns, P., Doyle, J., Jewel, L., & Fedorak, R. N. (2002). Potato Glycoalkaloids Adversely Affect Intestinal Permeability and Aggravate Inflammatory Bowel Disease. Inflammatory Bowel Diseases, 8(5), 340–346. doi:10.1097/00054725-200209000-00005

525 Freed, D. L. J. (1999). Do dietary lectins cause disease? BMJ, 318(7190), 1023–1024. doi:10.1136/bmj.318.7190.1023

526 Sanchez, A., Reeser, J. L., Lau, H. S., Yahiku, P. Y., Willard, R. E., McMillan, P. J., … Register, U. D. (1973). Role of sugars in human neutrophilic phagocytosis. The American Journal of Clinical Nutrition, 26(11), 1180–1184. doi:10.1093/ajcn/26.11.1180

527 Lerner, A., Shoenfeld, Y., & Matthias, T. (2017). Adverse effects of gluten ingestion and advantages of gluten withdrawal in nonceliac autoimmune disease. Nutrition Reviews, 75(12), 1046–1058. doi:10.1093/nutrit/nux054

528 Vojdani, A., & Tarash, I. (2013). Cross-Reaction between Gliadin and Different Food and Tissue Antigens. Food and Nutrition Sciences, 04(01), 20–32. doi:10.4236/fns.2013.41005

529 Lönnrot, M., Lynch, K. F., Elding Larsson, H., Lernmark, Å., Rewers, M. J., … Hyöty, H. (2017). Respiratory infections are temporally associated with initiation of type 1 diabetes autoimmunity: the TEDDY study. Diabetologia, 60(10), 1931–1940. doi:10.1007/s00125-017-4365-5

530 Cusick, M. F., Libbey, J. E., & Fujinami, R. S. (2011). Molecular Mimicry as a Mechanism of Autoimmune Disease. Clinical Reviews in Allergy & Immunology, 42(1), 102–111. doi:10.1007/s12016-011-8294-7

531 Guilherme, L., Kalil, J., & Cunningham, M. (2006). Molecular mimicry in the autoimmune pathogenesis of rheumatic heart disease. Autoimmunity, 39(1), 31–39. doi:10.1080/08916930500484674

532 Thaper, D., & Prabha, V. (2018). Molecular mimicry: An explanation for autoimmune diseases and infertility. Scandinavian Journal of Immunology, 88(2), e12697. doi:10.1111/sji.12697

533 Taylor, P. C., & Feldmann, M. (2009). Anti-TNF biologic agents: still the therapy of choice for rheumatoid arthritis. Nature Reviews Rheumatology, 5(10), 578–582. doi:10.1038/nrrheum.2009.181

534 Patel, D. D., Lee, D. M., Kolbinger, F., & Antoni, C. (2012). Effect of IL-17A blockade with secukinumab in autoimmune diseases. Annals of the Rheumatic Diseases, 72(suppl 2), iii116–iii123. doi:10.1136/annrheumdis-2012-202371

535 Buckner, J. H. (2010). Mechanisms of impaired regulation by CD4+CD25+FOXP3+ regulatory T cells in human autoimmune diseases. Nature Reviews Immunology, 10(12), 849–859. doi:10.1038/nri2889

536 Sanchez Rodriguez, R., Pauli, M. L., Neuhaus, I. M., Yu, S. S., Arron, S. T., Harris, H. W., … Rosenblum, M. D. (2014). Memory regulatory T cells reside in human skin. Journal of Clinical Investigation, 124(3), 1027–1036. doi:10.1172/jci72932

537 Kuehn, H. S., Ouyang, W., Lo, B., Deenick, E. K., Niemela, J. E., Avery, D. T., … Uzel, G. (2014). Immune dysregulation in human subjects with heterozygous germline mutations in CTLA4. Science, 345(6204), 1623–1627. doi:10.1126/science.1255904

538 Stiemsma L, Reynolds L, Turvey S, Finlay B. The hygiene hypothesis: current perspectives and future therapies. Immunotargets Ther. 2015;4:143-157

539 Olszak, T., An, D., Zeissig, S., Vera, M. P., Richter, J., Franke, A., Glickman, J. N., Siebert, R., Baron, R. M., Kasper, D. L., & Blumberg, R. S. (2012). Microbial exposure during early life has persistent effects on natural killer T cell function. Science (New York, N.Y.), 336(6080), 489–493. URL: https://doi.org/10.1126/science.1219328

540 Blustein, J., & Liu, J. (2015). Time to consider the risks of caesarean delivery for long term child health. BMJ, 350(jun09 3), h2410–h2410. doi:10.1136/bmj.h2410

541 Shaw, S. Y., Blanchard, J. F., & Bernstein, C. N. (2010). Association Between the Use of Antibiotics in the First Year of Life and Pediatric Inflammatory Bowel Disease. American Journal of Gastroenterology, 105(12), 2687–2692. doi:10.1038/ajg.2010.398

542 Bach, J.-F., & Chatenoud, L. (2012). The Hygiene Hypothesis: An Explanation for the Increased Frequency of Insulin-Dependent Diabetes. Cold Spring Harbor Perspectives in Medicine, 2(2), a007799–a007799. doi:10.1101/cshperspect.a007799

543 Procaccini, C., Carbone, F., Galgani, M., La Rocca, C., De Rosa, V., Cassano, S., & Matarese, G. (2011). Obesity and susceptibility to autoimmune diseases. Expert Review of Clinical Immunology, 7(3), 287–294. doi:10.1586/eci.11.18

544 Nikoopour, E., Schwartz, J. A., & Singh, B. (2008). Therapeutic benefits of regulating inflammation in autoimmunity. Inflammation & allergy drug targets, 7(3), 203–210. URL: https://doi.org/10.2174/187152808785748155

545 Manzel, A., Muller, D. N., Hafler, D. A., Erdman, S. E., Linker, R. A., & Kleinewietfeld, M. (2013). Role of “Western Diet” in Inflammatory Autoimmune Diseases. Current Allergy and Asthma Reports, 14(1). doi:10.1007/s11882-013-0404-6

546 Hedström, A. K., Lima Bomfim, I., Hillert, J., Olsson, T., & Alfredsson, L. (2014). Obesity interacts with infectious mononucleosis in risk of multiple sclerosis. European Journal of Neurology, 22(3), 578–e38. doi:10.1111/ene.12620

547 Aryaeian, N., Shahram, F., Mahmoudi, M., Tavakoli, H., Yousefi, B., Arablou, T., & Jafari Karegar, S. (2019). The effect of ginger supplementation on some immunity and inflammation intermediate genes expression in patients with active Rheumatoid Arthritis. Gene, 698, 179–185. doi:10.1016/j.gene.2019.01.048

548 Niu, X., Wu, C., Li, M., Zhao, Q., Meydani, S. N., Wang, J., & Wu, D. (2018). Naringenin is an inhibitor of T cell effector functions. The Journal of Nutritional Biochemistry, 58, 71–79. doi:10.1016/j.jnutbio.2018.04.008

549 Wang, J., Qi, Y., Niu, X., Tang, H., Meydani, S. N., & Wu, D. (2018). Dietary naringenin supplementation attenuates experimental autoimmune encephalomyelitis by modulating autoimmune inflammatory responses in mice. The Journal of Nutritional Biochemistry, 54, 130–139. doi:10.1016/j.jnutbio.2017.12.004

550 Wong, C. P., Nguyen, L. P., Noh, S. K., Bray, T. M., Bruno, R. S., & Ho, E. (2011). Induction of regulatory T cells by green tea polyphenol EGCG. Immunology Letters, 139(1–2), 7–13. doi:10.1016/j.imlet.2011.04.009

551 Bright, J. J. (n.d.). CURCUMIN AND AUTOIMMUNE DISEASE. The Molecular Targets and Therapeutic Uses of Curcumin in Health and Disease, 425–451. doi:10.1007/978-0-387-46401-5_19

552 Simopoulos A. P. (2002). Omega-3 fatty acids in inflammation and autoimmune diseases. Journal of the American College of Nutrition, 21(6), 495–505. URL: https://doi.org/10.1080/07315724.2002.10719248

553 Camargo, A., Ruano, J., Fernandez, J. M., Parnell, L. D., Jimenez, A., Santos-Gonzalez, M., … Perez-Jimenez, F. (2010). Gene expression changes in mononuclear cells in patients with metabolic syndrome after acute intake of phenol-rich virgin olive oil. BMC Genomics, 11(1), 253. doi:10.1186/1471-2164-11-253

554 Uusitalo, L., Kenward, M. G., Virtanen, S. M., Uusitalo, U., Nevalainen, J., Niinistö, S., … Knip, M. (2008). Intake of antioxidant vitamins and trace elements during pregnancy and risk of advanced β cell autoimmunity in the child. The American Journal of Clinical Nutrition, 88(2), 458–464. doi:10.1093/ajcn/88.2.458

555 Zamora-Ros, R., Rabassa, M., Cherubini, A., Urpí-Sardà, M., Bandinelli, S., Ferrucci, L., & Andres-Lacueva, C. (2013). High Concentrations of a Urinary Biomarker of Polyphenol Intake Are Associated with Decreased Mortality in Older Adults. The Journal of Nutrition, 143(9), 1445–1450. doi:10.3945/jn.113.177121

556 Pérez-Jiménez, J., Neveu, V., Vos, F., & Scalbert, A. (2010). Identification of the 100 richest dietary sources of polyphenols: an application of the Phenol-Explorer database. European Journal of Clinical Nutrition, 64(S3), S112–S120. doi:10.1038/ejcn.2010.221

557 Suzuki, T., & Hara, H. (2011). Role of flavonoids in intestinal tight junction regulation. The Journal of Nutritional Biochemistry, 22(5), 401–408. doi:10.1016/j.jnutbio.2010.08.001

558 Van den Elsen, L. W., Poyntz, H. C., Weyrich, L. S., Young, W., & Forbes-Blom, E. E. (2017). Embracing the gut microbiota: the new frontier for inflammatory and infectious diseases. Clinical & Translational Immunology, 6(1), e125. doi:10.1038/cti.2016.91

559 Lazar, V., Ditu, L.-M., Pircalabioru, G. G., Gheorghe, I., Curutiu, C., Holban, A. M., … Chifiriuc, M. C. (2018). Aspects of Gut Microbiota and Immune System Interactions in Infectious Diseases, Immunopathology, and Cancer. Frontiers in Immunology, 9. doi:10.3389/fimmu.2018.01830

560 Thaiss, C. A., Zmora, N., Levy, M., & Elinav, E. (2016). The microbiome and innate immunity. Nature, 535(7610), 65–74. doi:10.1038/nature18847

561 Zhou, X., Du, L., Shi, R., Chen, Z., Zhou, Y., & Li, Z. (2018). Early-life food nutrition, microbiota maturation and immune development shape life-long health. Critical Reviews in Food Science and Nutrition, 59(sup1), S30–S38. doi:10.1080/10408398.2018.1485628

562 Alkanani, A. K., Hara, N., Gottlieb, P. A., Ir, D., Robertson, C. E., Wagner, B. D., … Zipris, D. (2015). Alterations in Intestinal Microbiota Correlate With Susceptibility to Type 1 Diabetes. Diabetes, 64(10), 3510–3520. doi:10.2337/db14-1847

563 M’koma, A. E. (2013). Inflammatory Bowel Disease: An Expanding Global Health Problem. Clinical Medicine Insights: Gastroenterology, 6, CGast.S12731. doi:10.4137/cgast.s12731

564 Khan, M. T., Duncan, S. H., Stams, A. J. M., van Dijl, J. M., Flint, H. J., & Harmsen, H. J. M. (2012). The gut anaerobe Faecalibacterium prausnitzii uses an extracellular electron shuttle to grow at oxic–anoxic interphases. The ISME Journal, 6(8), 1578–1585. doi:10.1038/ismej.2012.5

565 Van den Elsen, L. W., Poyntz, H. C., Weyrich, L. S., Young, W., & Forbes-Blom, E. E. (2017). Embracing the gut microbiota: the new frontier for inflammatory and infectious diseases. Clinical & Translational Immunology, 6(1), e125. doi:10.1038/cti.2016.91

566 Maffeis, C., Martina, A., Corradi, M., Quarella, S., Nori, N., Torriani, S., … Felis, G. E. (2016). Association between intestinal permeability and faecal microbiota composition in Italian children with beta cell autoimmunity at risk for type 1 diabetes. Diabetes/Metabolism Research and Reviews, 32(7), 700–709. doi:10.1002/dmrr.2790

567 De Goffau, M. C., Luopajarvi, K., Knip, M., Ilonen, J., Ruohtula, T., Harkonen, T., … Vaarala, O. (2012). Fecal Microbiota Composition Differs Between Children With -Cell Autoimmunity and Those Without. Diabetes, 62(4), 1238–1244. doi:10.2337/db12-0526

568 Scher, J. U., Sczesnak, A., Longman, R. S., Segata, N., Ubeda, C., Bielski, C., … Littman, D. R. (2013). Expansion of intestinal Prevotella copri correlates with enhanced susceptibility to arthritis. eLife, 2. doi:10.7554/elife.01202

569 Adamu, B. O., & Lawley, T. D. (2013). Bacteriotherapy for the treatment of intestinal dysbiosis caused by Clostridium difficile infection. Current Opinion in Microbiology, 16(5), 596–601. doi:10.1016/j.mib.2013.06.009

570 Lazar, V., Ditu, L.-M., Pircalabioru, G. G., Gheorghe, I., Curutiu, C., Holban, A. M., … Chifiriuc, M. C. (2018). Aspects of Gut Microbiota and Immune System Interactions in Infectious Diseases, Immunopathology, and Cancer. Frontiers in Immunology, 9. doi:10.3389/fimmu.2018.01830

571 Salminen, M. K., Rautelin, H., Tynkkynen, S., Poussa, T., Saxelin, M., Valtonen, V., & Jarvinen, A. (2006). Lactobacillus Bacteremia, Species Identification, and Antimicrobial Susceptibility of 85 Blood Isolates. Clinical Infectious Diseases, 42(5), e35–e44. doi:10.1086/500214

572 Matsuguchi, T., Takagi, A., Matsuzaki, T., Nagaoka, M., Ishikawa, K., Yokokura, T., & Yoshikai, Y. (2003). Lipoteichoic Acids from Lactobacillus Strains Elicit Strong Tumor Necrosis Factor Alpha-Inducing Activities in Macrophages through Toll-Like Receptor 2. Clinical Diagnostic Laboratory Immunology, 10(2), 259–266. doi:10.1128/cdli.10.2.259–266.2003

573 Denter, J., & Bisping, B. (1994). Formation of B-vitamins by bacteria during the soaking process of soybeans for tempe fermentation. International Journal of Food Microbiology, 22(1), 23–31. doi:10.1016/0168-1605(94)90004-3

574 Ikeda, Y., Iki, M., Morita, A., Kajita, E., Kagamimori, S., Kagawa, Y., & Yoneshima, H. (2006). Intake of Fermented Soybeans, Natto, Is Associated with Reduced Bone Loss in Postmenopausal Women: Japanese Population-Based Osteoporosis (JPOS) Study. The Journal of Nutrition, 136(5), 1323–1328. doi:10.1093/jn/136.5.1323

575 KATSUYAMA, H., IDEGUCHI, S., FUKUNAGA, M., SAIJOH, K., & SUNAMI, S. (2002). Usual Dietary Intake of Fermented Soybeans (Natto) Is Associated with Bone Mineral Density in Premenopausal Women. Journal of Nutritional Science and Vitaminology, 48(3), 207–215. doi:10.3177/jnsv.48.207

576 Kaneko, T., Mori, H., Iwata, M., & Meguro, S. (1994). Growth Stimulator for Bifidobacteria Produced by Propionibacterium freudenreichii and Several Intestinal Bacteria. Journal of Dairy Science, 77(2), 393–404. doi:10.3168/jds.s0022- 0302(94)76965-4

577 V. T. Nair, D., & Kollanoor-Johny, A. (2017). Effect of Propionibacterium freudenreichii on Salmonella multiplication, motility, and association with avian epithelial cells. Poultry Science, 96(5), 1376–1386. doi:10.3382/ps/pew367

578 V. T. Nair, D., & Kollanoor-Johny, A. (2017). Effect of Propionibacterium freudenreichii on Salmonella multiplication, motility, and association with avian epithelial cells. Poultry Science, 96(5), 1376–1386. doi:10.3382/ps/pew367

579 Konuray, G., & Erginkaya, Z. (2018). Potential Use of Bacillus coagulans in the Food Industry. Foods (Basel, Switzerland), 7(6), 92. URL: https://doi.org/10.3390/foods7060092

580 Guglielmetti, S., Mora, D., Gschwender, M., & Popp, K. (2011). Randomised clinical trial: Bifidobacterium bifidum MIMBb75 significantly alleviates irritable bowel syndrome and improves quality of life – a double-blind, placebo-controlled study. Alimentary Pharmacology & Therapeutics, 33(10), 1123–1132. doi:10.1111/j.1365–2036.2011.04633.x

581 Kim, J. Y., Kwon, J. H., Ahn, S. H., Lee, S. I., Han, Y. S., Choi, Y. O., … Ji, G. E. (2010). Effect of probiotic mix (Bifidobacterium bifidum, Bifidobacterium lactis, Lactobacillus acidophilus) in the primary prevention of eczema: a double-blind, randomized, placebo-controlled trial. Pediatric Allergy and Immunology, 21(2p2), e386–e393. doi:10.1111/j.1399–3038.2009.00958.x

582 Turroni, F., Taverniti, V., Ruas-Madiedo, P., Duranti, S., Guglielmetti, S., Lugli, G. A., … Ventura, M. (2013). Bifidobacterium bifidum PRL2010 Modulates the Host Innate Immune Response. Applied and Environmental Microbiology, 80(2), 730–740. doi:10.1128/aem.03313-13

583 Nyangale, E. P., Farmer, S., Keller, D., Chernoff, D., & Gibson, G. R. (2014). Effect of prebiotics on the fecal microbiota of elderly volunteers after dietary supplementation of Bacillus coagulans GBI-30, 6086. Anaerobe, 30, 75–81. URL: https://doi.org/10.1016/j.anaerobe.2014.09.002

584 Mandel, D. R., Eichas, K., & Holmes, J. (2010). Bacillus coagulans: a viable adjunct therapy for relieving symptoms of rheumatoid arthritis according to a randomized, controlled trial. BMC complementary and alternative medicine, 10, 1. URL: https://doi.org/10.1186/1472-6882-10-1

585 Benson, K. F. (2012). Probiotic metabolites from Bacillus coagulansGanedenBC30TMsupport maturation of antigen-presenting cellsin vitro. World Journal of Gastroenterology, 18(16), 1875. doi:10.3748/wjg.v18.i16.1875

586 Baron, M. (2009). Original Research: A Patented Strain ofBacillus coagulansIncreased Immune Response to Viral Challenge. Postgraduate Medicine, 121(2), 114–118. doi:10.3810/pgm.2009.03.1971

587 Illescas-Montes R, Melguizo-Rodríguez L, Ruiz C, Costela-Ruiz VJ. Vitamin D and autoimmune diseases. Life Sci. 2019;233:116744. doi:10.1016/j.lfs.2019.116744

588 Szodoray P, Nakken B, Gaal J, et al. The complex role of vitamin D in autoimmune diseases. Scand J Immunol. 2008;68(3):261–269. doi:10.1111/j.1365–3083.2008.02127.x

589 Lopez, E. R., Regulla, K., Pani, M. A., Krause, M., Usadel, K.-H., & Badenhoop, K. (2004). CYP27B1 polymorphisms variants are associated with type 1 diabetes mellitus in Germans. The Journal of Steroid Biochemistry and Molecular Biology, 89–90, 155–157. doi:10.1016/j.jsbmb.2004.03.095

590 Fichna, M., Żurawek, M., Januszkiewicz-Lewandowska, D., Gryczyñska, M., Fichna, P., Sowiñski, J., & Nowak, J. (2009). Association of the CYP27B1 C(–1260)A Polymorphism with Autoimmune Addison’s Disease. Experimental and Clinical Endocrinology & Diabetes, 118(08), 544–549. doi:10.1055/s-0029-1241206

591 Lopez, E., Zwermann, O., Segni, M., Meyer, G., Reincke, M., Seissler, J., … Badenhoop, K. (2004). A promoter polymorphism of the CYP27B1 gene is associated with Addison’s disease, Hashimoto’s thyroiditis, Graves’ disease and type 1 diabetes mellitus in Germans. European Journal of Endocrinology, 193–197. doi:10.1530/eje.0.1510193

592 Holick, M. F. (2004). Sunlight and vitamin D for bone health and prevention of autoimmune diseases, cancers, and cardiovascular disease. The American Journal of Clinical Nutrition, 80(6), 1678S–1688S. doi:10.1093/ajcn/80.6.1678s

593 Yang, C.-Y., Leung, P. S. C., Adamopoulos, I. E., & Gershwin, M. E. (2013). The Implication of Vitamin D and Autoimmunity: a Comprehensive Review. Clinical Reviews in Allergy & Immunology, 45(2), 217–226. doi:10.1007/s12016-013-8361-3

594 Acheson, E. D., Bachrach, C. A., & Wright, F. M. (1960). SOME COMMENTS ON THE RELATIONSHIP OF THE DISTRIBUTION OF MULTIPLE SCLEROSIS TO LATITUDE, SOLAR RADIATION, AND OTHER VARIABLES. Acta Psychiatrica Scandinavica, 35(S147), 132–147. doi:10.1111/j.1600–0447.1960.tb08674.x

595 Meier, D. S., Balashov, K. E., Healy, B., Weiner, H. L., & Guttmann, C. R. G. (2010). Seasonal prevalence of MS disease activity. Neurology, 75(9), 799–806. doi:10.1212/wnl.0b013e3181f0734c

596 Embry, A. F., Snowdon, L. R., & Vieth, R. (2000). Vitamin D and seasonal fluctuations of gadolinium-enhancing magnetic resonance imaging lesions in multiple sclerosis. Annals of neurology, 48(2), 271–272.

597 Simpson, S., Blizzard, L., Otahal, P., Van der Mei, I., & Taylor, B. (2011). Latitude is significantly associated with the prevalence of multiple sclerosis: a meta-analysis. Journal of Neurology, Neurosurgery & Psychiatry, 82(10), 1132–1141. doi:10.1136/jnnp.2011.240432

598 McDowell, T.-Y., Amr, S., Culpepper, W. J., Langenberg, P., Royal, W., Bever, C., & Bradham, D. D. (2011). Sun Exposure, Vitamin D and Age at Disease Onset in Relapsing Multiple Sclerosis. Neuroepidemiology, 36(1), 39–45. doi:10.1159/000322512

599 Van der Mei, I. A. F. (2003). Past exposure to sun, skin phenotype, and risk of multiple sclerosis: case-control study. BMJ, 327(7410), 316–0. doi:10.1136/bmj.327.7410.316

600 Moltchanova, E. V., Schreier, N., Lammi, N., & Karvonen, M. (2009). Seasonal variation of diagnosis of Type 1 diabetes mellitus in children worldwide. Diabetic Medicine, 26(7), 673–678. doi:10.1111/j.1464–5491.2009.02743.x

601 Hayes, C. E., Hubler, S. L., Moore, J. R., Barta, L. E., Praska, C. E., & Nashold, F. E. (2015). Vitamin D Actions on CD4+ T Cells in Autoimmune Disease. Frontiers in Immunology, 6. doi:10.3389/fimmu.2015.00100

602 Hyppönen, E., Läärä, E., Reunanen, A., Järvelin, M.-R., & Virtanen, S. M. (2001). Intake of vitamin D and risk of type 1 diabetes: a birth-cohort study. The Lancet, 358(9292), 1500–1503. doi:10.1016/s0140-6736(01)06580-1

603 Boitard, C. (2013). T-lymphocyte recognition of beta cells in type 1 diabetes: Clinical perspectives. Diabetes & Metabolism, 39(6), 459–466. doi:10.1016/j.diabet.2013.08.001

604 Severson, C., & Hafler, D. A. (2009). T-Cells in Multiple Sclerosis. Molecular Basis of Multiple Sclerosis, 75–98. doi:10.1007/400_2009_9012

605 Yang, C.-Y., Leung, P. S. C., Adamopoulos, I. E., & Gershwin, M. E. (2013). The Implication of Vitamin D and Autoimmunity: a Comprehensive Review. Clinical Reviews in Allergy & Immunology, 45(2), 217–226. doi:10.1007/s12016-013-8361-3

606 Aspray, T. J., Bowring, C., Fraser, W., Gittoes, N., Javaid, M. K., Macdonald, H., … Francis, R. M. (2014). National Osteoporosis Society Vitamin D Guideline Summary. Age and Ageing, 43(5), 592–595. doi:10.1093/ageing/afu093

607 Raftery, T., Martineau, A. R., Greiller, C. L., Ghosh, S., McNamara, D., Bennett, K., … O’Sullivan, M. (2015). Effects of vitamin D supplementation on intestinal permeability, cathelicidin and disease markers in Crohn’s disease: Results from a randomised doubleblind placebo-controlled study. United European Gastroenterology Journal, 3(3), 294–302. doi:10.1177/2050640615572176

608 Wessels, I., Maywald, M., & Rink, L. (2017). Zinc as a Gatekeeper of Immune Function. Nutrients, 9(12), 1286. URL: https://doi.org/10.3390/nu9121286

609 Foster, M., & Samman, S. (2012). Zinc and Regulation of Inflammatory Cytokines: Implications for Cardiometabolic Disease. Nutrients, 4(7), 676–694. doi:10.3390/nu4070676

610 Sanna, A., Firinu, D., Zavattari, P., & Valera, P. (2018). Zinc Status and Autoimmunity: A Systematic Review and Meta-Analysis. Nutrients, 10(1), 68. doi:10.3390/nu10010068

611 Prasad, A. S. (2000). Effects of Zinc Deficiency on Th1 and Th2 Cytokine Shifts. The Journal of Infectious Diseases, 182(s1), S62–S68. doi:10.1086/315916

612 Rosenkranz, E., Metz, C. H. D., Maywald, M., Hilgers, R.-D., Weßels, I., Senff, T., … Rink, L. (2015). Zinc supplementation induces regulatory T cells by inhibition of Sirt-1 deacetylase in mixed lymphocyte cultures. Molecular Nutrition & Food Research, 60(3), 661–671. doi:10.1002/mnfr.201500524

613 "COVID-19 Dashboard by the Center for Systems Science and Engineering (CSSE) at Johns Hopkins University (JHU)". ArcGIS. Johns Hopkins University. Retrieved 15 September 2020.

614 Huart, C., Philpott, C., Konstantinidis, I., Altundag, A., Trecca, E., Cassano, M., Rombaux, P., & Hummel, T. (2020). Comparison of COVID-19 and common cold chemosensory dysfunction. Rhinology, 10.4193/Rhin20.251. Advance online publication. URL: https://doi.org/10.4193/Rhin20.251

615 Zhang, H., Zhou, P., Wei, Y., Yue, H., Wang, Y., Hu, M., Zhang, S., Cao, T., Yang, C., Li, M., Guo, G., Chen, X., Chen, Y., Lei, M., Liu, H., Zhao, J., Peng, P., Wang, C. Y., & Du, R. (2020). Histopathologic Changes and SARS-CoV-2 Immunostaining in the Lung of a Patient With COVID-19. Annals of internal medicine, 172(9), 629–632. URL: https://doi.org/10.7326/M20-0533

616 Tian, S., Xiong, Y., Liu, H., Niu, L., Guo, J., Liao, M., & Xiao, S.-Y. (2020). Pathological study of the 2019 novel coronavirus disease (COVID-19) through postmortem core biopsies. Modern Pathology, 33(6), 1007–1014. doi:10.1038/s41379-020-0536-x

617 Zhang, B., Zhou, X., Qiu, Y., Feng, F., Feng, J., Jia, Y., … Wang, J. (2020). Clinical characteristics of 82 death cases with COVID-19. doi:10.1101/2020.02.26.20028191

618 Baig, A. M., Khaleeq, A., Ali, U., & Syeda, H. (2020). Evidence of the COVID-19 Virus Targeting the CNS: Tissue Distribution, Host-Virus Interaction, and Proposed Neurotropic Mechanisms. ACS chemical neuroscience, 11(7), 995–998. URL: https://doi.org/10.1021/acschemneuro.0c00122

619 Verdecchia, P., Cavallini, C., Spanevello, A., & Angeli, F. (2020). The pivotal link between ACE2 deficiency and SARS-CoV-2 infection. European Journal of Internal Medicine, 76, 14–20. doi:10.1016/j.ejim.2020.04.037

620 Letko, M., Marzi, A., & Munster, V. (2020). Functional assessment of cell entry and receptor usage for SARS-CoV-2 and other lineage B betacoronaviruses. Nature Microbiology, 5(4), 562–569. doi:10.1038/s41564-020-0688-y

621 Zheng, Y.-Y., Ma, Y.-T., Zhang, J.-Y., & Xie, X. (2020). COVID-19 and the cardiovascular system. Nature Reviews Cardiology, 17(5), 259–260. doi:10.1038/s41569- 020-0360-5

622 Turner, A. J., Hiscox, J. A., & Hooper, N. M. (2004). ACE2: from vasopeptidase to SARS virus receptor. Trends in Pharmacological Sciences, 25(6), 291–294. doi:10.1016/j.tips.2004.04.001

623 Klok, F. A., Kruip, M. J. H. A., van der Meer, N. J. M., Arbous, M. S., Gommers, D. A. M. P. J., Kant, K. M., … Endeman, H. (2020). Incidence of thrombotic complications in critically ill ICU patients with COVID-19. Thrombosis Research, 191, 145–147. doi:10.1016/j.thromres.2020.04.013

624 Wadman, M. (2020). How does coronavirus kill? Clinicians trace a ferocious rampage through the body, from brain to toes. Science. doi:10.1126/science.abc3208

625 Max Roser, Hannah Ritchie, Esteban Ortiz-Ospina and Joe Hasell (2020) – "Coronavirus Pandemic (COVID-19)". Published online at OurWorldInData.org. Retrieved from: 'URL: https://ourworldindata.org/coronavirus' [Online Resource]

626 Huang, L., Zhao, P., Tang, D., Zhu, T., Han, R., Zhan, C., … Xia, L. (2020). Cardiac Involvement in Patients Recovered From COVID-2019 Identified Using Magnetic Resonance Imaging. JACC: Cardiovascular Imaging. doi:10.1016/j.jcmg.2020.05.004

627 Puntmann, V. O., Carerj, M. L., Wieters, I., Fahim, M., Arendt, C., Hoffmann, J., … Nagel, E. (2020). Outcomes of Cardiovascular Magnetic Resonance Imaging in Patients Recently Recovered From Coronavirus Disease 2019 (COVID-19). JAMA Cardiology. doi:10.1001/jamacardio.2020.3557

628 Huang, C., Wang, Y., Li, X., Ren, L., Zhao, J., Hu, Y., … Cao, B. (2020). Clinical features of patients infected with 2019 novel coronavirus in Wuhan, China. The Lancet, 395(10223), 497–506. doi:10.1016/s0140-6736(20)30183-5

629 Shimabukuro-Vornhagen, A., Gödel, P., Subklewe, M., Stemmler, H. J., Schlößer, H. A., Schlaak, M., … von Bergwelt-Baildon, M. S. (2018). Cytokine release syndrome. Journal for ImmunoTherapy of Cancer, 6(1). doi:10.1186/s40425-018-0343-9

630 Chousterman, B. G., Swirski, F. K., & Weber, G. F. (2017). Cytokine storm and sepsis disease pathogenesis. Seminars in Immunopathology, 39(5), 517–528. doi:10.1007/s00281-017-0639-8

631 Tisoncik, J. R., Korth, M. J., Simmons, C. P., Farrar, J., Martin, T. R., & Katze, M. G. (2012). Into the Eye of the Cytokine Storm. Microbiology and Molecular Biology Reviews, 76(1), 16–32. doi:10.1128/mmbr.05015-11

632 Chen, N., Zhou, M., Dong, X., Qu, J., Gong, F., Han, Y., … Zhang, L. (2020). Epidemiological and clinical characteristics of 99 cases of 2019 novel coronavirus pneumonia in Wuhan, China: a descriptive study. The Lancet, 395(10223), 507–513. doi:10.1016/s0140-6736(20)30211-7

633 Wang, J., Jiang, M., Chen, X., & Montaner, L. J. (2020). Cytokine storm and leukocyte changes in mild versus severe SARS-CoV-2 infection: Review of 3939 COVID-19 patients in China and emerging pathogenesis and therapy concepts. Journal of Leukocyte Biology, 108(1), 17–41. doi:10.1002/jlb.3covr0520-272r

634 Zhang, Y., Li, J., Zhan, Y., Wu, L., Yu, X., Zhang, W., … Lou, J. (2004). Analysis of Serum Cytokines in Patients with Severe Acute Respiratory Syndrome. Infection and Immunity, 72(8), 4410–4415. doi:10.1128/iai.72.8.4410–4415.2004

635 CHIEN, J.-Y., HSUEH, P.-R., CHENG, W.-C., YU, C.-J., & YANG, P.-C. (2006). Temporal changes in cytokine/chemokine profiles and pulmonary involvement in severe acute respiratory syndrome. Respirology, 11(6), 715–722. doi:10.1111/j.1440–1843.2006.00942.x

636 Teachey, D. T., Lacey, S. F., Shaw, P. A., Melenhorst, J. J., Maude, S. L., Frey, N., … Grupp, S. A. (2016). Identification of Predictive Biomarkers for Cytokine Release Syndrome after Chimeric Antigen Receptor T-cell Therapy for Acute Lymphoblastic Leukemia. Cancer Discovery, 6(6), 664–679. doi:10.1158/2159-8290.cd-16-0040

637 Qin, C., Zhou, L., Hu, Z., Zhang, S., Yang, S., Tao, Y., … Tian, D.-S. (2020). Dysregulation of Immune Response in Patients With Coronavirus 2019 (COVID-19) in Wuhan, China. Clinical Infectious Diseases, 71(15), 762–768. doi:10.1093/cid/ciaa248

638 Duan, K., Liu, B., Li, C., Zhang, H., Yu, T., Qu, J., … Yang, X. (2020). The feasibility of convalescent plasma therapy in severe COVID-19 patients: a pilot study. doi:10.1101/2020.03.16.20036145

639 Tan, L., Wang, Q., Zhang, D., Ding, J., Huang, Q., Tang, Y.-Q., … Miao, H. (2020). Lymphopenia predicts disease severity of COVID-19: a descriptive and predictive study. Signal Transduction and Targeted Therapy, 5(1). doi:10.1038/s41392-020-0148-4

640 Wang, W., He, J., Lie, puyi, Huang, liyan, Wu, S., lin, yongping, & liu, xiaoqing. (2020). The definition and risks of Cytokine Release Syndrome-Like in 11 COVID-19- Infected Pneumonia critically ill patients: Disease Characteristics and Retrospective Analysis. doi:10.1101/2020.02.26.20026989

641 Gupta, S., Bi, R., Kim, C., Chiplunkar, S., Yel, L., & Gollapudi, S. (2005). Role of NF- κB signaling pathway in increased tumor necrosis factor-α-induced apoptosis of lymphocytes in aged humans. Cell Death & Differentiation, 12(2), 177–183. doi:10.1038/sj.cdd.4401557

642 Liu, J., Li, S., Liu, J., Liang, B., Wang, X., Wang, H., … Zheng, X. (2020). Longitudinal characteristics of lymphocyte responses and cytokine profiles in the peripheral blood of SARS-CoV-2 infected patients. EBioMedicine, 55, 102763. doi:10.1016/j.ebiom.2020.102763

643 Xiong, Y., Liu, Y., Cao, L., Wang, D., Guo, M., Jiang, A., … Chen, Y. (2020). Transcriptomic characteristics of bronchoalveolar lavage fluid and peripheral blood mononuclear cells in COVID-19 patients. Emerging Microbes & Infections, 9(1), 761–770. doi:10.1080/22221751.2020.1747363

644 Chen, G., Wu, D., Guo, W., Cao, Y., Huang, D., Wang, H., … Ning, Q. (2020). Clinical and immunologic features in severe and moderate forms of Coronavirus Disease 2019. doi:10.1101/2020.02.16.20023903

645 Wen, W., Su, W., Tang, H., Le, W., Zhang, X., Zheng, Y., … Wang, H. (2020). Immune cell profiling of COVID-19 patients in the recovery stageby single-cell sequencing. Cell Discovery, 6(1). doi:10.1038/s41421-020-0168-9

646 Yang, X., Dai, T., Zhou, X., Qian, H., Guo, R., Lei, L., … Zhang, B. (2020). Analysis of adaptive immune cell populations and phenotypes in the patients infected by SARSCoV-2. doi:10.1101/2020.03.23.20040675

647 chen, yongwen, Feng, Z., Diao, B., Wang, R., Wang, G., Wang, C., … Wu, Y. (2020). The Novel Severe Acute Respiratory Syndrome Coronavirus 2 (SARS-CoV-2) Directly Decimates Human Spleens and Lymph Nodes. doi:10.1101/2020.03.27.20045427

648 Yao, X. H., Li, T. Y., He, Z. C., Ping, Y. F., Liu, H. W., Yu, S. C., Mou, H. M., Wang, L. H., Zhang, H. R., Fu, W. J., Luo, T., Liu, F., Guo, Q. N., Chen, C., Xiao, H. L., Guo, H. T., Lin, S., Xiang, D. F., Shi, Y., Pan, G. Q., … Bian, X. W. (2020). Zhonghua bing li xue za zhi = Chinese journal of pathology, 49(5), 411–417. URL: https://doi.org/10.3760/cma.j.cn112151-20200312-00193

649 Channappanavar, R., Fehr, A. R., Vijay, R., Mack, M., Zhao, J., Meyerholz, D. K., & Perlman, S. (2016). Dysregulated Type I Interferon and Inflammatory MonocyteMacrophage Responses Cause Lethal Pneumonia in SARS-CoV–Infected Mice. Cell Host & Microbe, 19(2), 181–193. doi:10.1016/j.chom.2016.01.007

650 Chen, Ji., Fan, H., Zhang, L., Huang, B., Zhu, M., Zhou, Y., … Zhang, H. (2020). Retrospective Analysis of Clinical Features in 101 Death Cases with COVID-19. doi:10.1101/2020.03.09.20033068

651 Zhang, B., Zhou, X., Zhu, C., Feng, F., Qiu, Y., Feng, J., … Wang, J. (2020). Immune phenotyping based on neutrophil-to-lymphocyte ratio and IgG predicts disease severity and outcome for patients with COVID-19. doi:10.1101/2020.03.12.20035048

652 Brinkmann, V. (2004). Neutrophil Extracellular Traps Kill Bacteria. Science, 303(5663), 1532–1535. doi:10.1126/science.1092385

653 Narasaraju, T., Yang, E., Samy, R. P., Ng, H. H., Poh, W. P., Liew, A.-A., … Chow, V. T. (2011). Excessive Neutrophils and Neutrophil Extracellular Traps Contribute to Acute Lung Injury of Influenza Pneumonitis. The American Journal of Pathology, 179(1), 199–210. doi:10.1016/j.ajpath.2011.03.013

654 Lefrançais, E., & Looney, M. R. (2017). Neutralizing Extracellular Histones in Acute Respiratory Distress Syndrome. A New Role for an Endogenous Pathway. American Journal of Respiratory and Critical Care Medicine, 196(2), 122–124. doi:10.1164/rccm.201701-0095ed

655 Manzenreiter, R., Kienberger, F., Marcos, V., Schilcher, K., Krautgartner, W. D., Obermayer, A., … Hartl, D. (2012). Ultrastructural characterization of cystic fibrosis sputum using atomic force and scanning electron microscopy. Journal of Cystic Fibrosis, 11(2), 84–92. doi:10.1016/j.jcf.2011.09.008

656 Fuchs, T. A., Brill, A., & Wagner, D. D. (2012). Neutrophil Extracellular Trap (NET) Impact on Deep Vein Thrombosis. Arteriosclerosis, Thrombosis, and Vascular Biology, 32(8), 1777–1783. doi:10.1161/atvbaha.111.242859

657 Zuo, Y., Yalavarthi, S., Shi, H., Gockman, K., Zuo, M., Madison, J. A., … Knight, J. S. (2020). Neutrophil extracellular traps in COVID-19. JCI Insight. doi:10.1172/jci.insight.138999

658 Barnes, B. J., Adrover, J. M., Baxter-Stoltzfus, A., Borczuk, A., Cools-Lartigue, J., Crawford, J. M., … Egeblad, M. (2020). Targeting potential drivers of COVID-19: Neutrophil extracellular traps. Journal of Experimental Medicine, 217(6). doi:10.1084/jem.20200652

659 Zhang, J., Zhang, L., Zhang, S., Yu, Q., Xiong, F., Huang, K., Wang, C. Y., & Yang, P. (2017). HMGB1, an innate alarmin, plays a critical role in chronic inflammation of adipose tissue in obesity. Molecular and cellular endocrinology, 454, 103–111. URL: https://doi.org/10.1016/j.mce.2017.06.012

660 Biscetti, F.; Rando, M.M.; Nardella, E.; Cecchini, A.L.; Pecorini, G.; Landolfi, R.; Flex, A. High Mobility Group Box-1 and Diabetes Mellitus Complications: State of the Art and Future Perspectives. Int. J. Mol. Sci. 2019, 20, 6258.

661 Cai, J., Yuan, H., Wang, Q., Yang, H., Al-Abed, Y., Hua, Z., Wang, J., Chen, D., Wu, J., Lu, B., Pribis, J. P., Jiang, W., Yang, K., Hackam, D. J., Tracey, K. J., Billiar, T. R., & Chen, A. F. (2015). HMGB1-Driven Inflammation and Intimal Hyperplasia After Arterial Injury Involves Cell-Specific Actions Mediated by TLR4. Arteriosclerosis, thrombosis, and vascular biology, 35(12), 2579–2593. URL: https://doi.org/10.1161/ATVBAHA.115.305789

662 Cirillo, F., Catellani, C., Sartori, C., Lazzeroni, P., Morini, D., Nicoli, A., Giorgi-Rossi, P., Amarri, S., La Sala, G. B., & Street, M. E. (2019). CFTR and FOXO1 gene expression are reduced and high mobility group box 1 (HMGB1) is increased in the ovaries and serum of women with polycystic ovarian syndrome. Gynecological endocrinology: the official journal of the International Society of Gynecological Endocrinology, 35(10), 842–846. URL: https://doi.org/10.1080/09513590.2019.1599349

663 Andersson, U., Wang, H., Palmblad, K., Aveberger, A. C., Bloom, O., ErlandssonHarris, H., Janson, A., Kokkola, R., Zhang, M., Yang, H., & Tracey, K. J. (2000). High mobility group 1 protein (HMG-1) stimulates proinflammatory cytokine synthesis in human monocytes. The Journal of experimental medicine, 192(4), 565–570. URL: https://doi.org/10.1084/jem.192.4.565

664 Andersson, U., Yang, H., & Harris, H. (2018). High-mobility group box 1 protein (HMGB1) operates as an alarmin outside as well as inside cells. Seminars in immunology, 38, 40–48. URL: https://doi.org/10.1016/j.smim.2018.02.011

665 Tian, J., Avalos, A. M., Mao, S. Y., Chen, B., Senthil, K., Wu, H., Parroche, P., Drabic, S., Golenbock, D., Sirois, C., Hua, J., An, L. L., Audoly, L., La Rosa, G., Bierhaus, A., Naworth, P., Marshak-Rothstein, A., Crow, M. K., Fitzgerald, K. A., Latz, E., … Coyle, A. J. (2007). Toll-like receptor 9-dependent activation by DNA-containing immune complexes is mediated by HMGB1 and RAGE. Nature immunology, 8(5), 487–496. URL: https://doi.org/10.1038/ni1457

666 Huang, W., Zhao, H., Dong, H., Wu, Y., Yao, L., Zou, F., & Cai, S. (2016). Highmobility group box 1 impairs airway epithelial barrier function through the activation of the RAGE/ERK pathway. International journal of molecular medicine, 37(5), 1189–1198. URL: https://doi.org/10.3892/ijmm.2016.2537

667 Deng, M., Tang, Y., Li, W., Wang, X., Zhang, R., Zhang, X., Zhao, X., Liu, J., Tang, C., Liu, Z., Huang, Y., Peng, H., Xiao, L., Tang, D., Scott, M. J., Wang, Q., Liu, J., Xiao, X., Watkins, S., Li, J., … Lu, B. (2018). The Endotoxin Delivery Protein HMGB1 Mediates Caspase-11-Dependent Lethality in Sepsis. Immunity, 49(4), 740–753.e7. URL: https://doi.org/10.1016/j.immuni.2018.08.016

668 Porat, A., Giat, E., Kowal, C., He, M., Son, M., Latz, E., Ben-Zvi, I., Al-Abed, Y., & Diamond, B. (2018). DNA-Mediated Interferon Signature Induction by SLE Serum Occurs in Monocytes Through Two Pathways: A Mechanism to Inhibit Both Pathways. Frontiers in immunology, 9, 2824. URL: https://doi.org/10.3389/fimmu.2018.02824

669 Schiraldi, M., Raucci, A., Muñoz, L. M., Livoti, E., Celona, B., Venereau, E., Apuzzo, T., De Marchis, F., Pedotti, M., Bachi, A., Thelen, M., Varani, L., Mellado, M., Proudfoot, A., Bianchi, M. E., & Uguccioni, M. (2012). HMGB1 promotes recruitment of inflammatory cells to damaged tissues by forming a complex with CXCL12 and signaling via CXCR4. The Journal of experimental medicine, 209(3), 551–563. URL: https://doi.org/10.1084/jem.20111739

670 Wähämaa, H., Schierbeck, H., Hreggvidsdottir, H. S., Palmblad, K., Aveberger, A. C., Andersson, U., & Harris, H. E. (2011). High mobility group box protein 1 in complex with lipopolysaccharide or IL-1 promotes an increased inflammatory phenotype in synovial fibroblasts. Arthritis research & therapy, 13(4), R136. URL: https://doi.org/10.1186/ar3450

671 Sha, Y., Zmijewski, J., Xu, Z., & Abraham, E. (2008). HMGB1 develops enhanced proinflammatory activity by binding to cytokines. Journal of immunology (Baltimore, Md.: 1950), 180(4), 2531–2537. URL: https://doi.org/10.4049/jimmunol.180.4.2531

672 Liu, Z., Chang, Y., Zhang, J., Huang, X., Jiang, J., Li, S., & Wang, Z. (2013). Magnesium deficiency promotes secretion of high-mobility group box 1 protein from lipopolysaccharide-activated macrophages in vitro. Journal of Surgical Research, 180(2), 310–316. doi:10.1016/j.jss.2012.04.045

673 Rauvala, H., & Rouhiainen, A. (2007). RAGE as a receptor of HMGB1 (Amphoterin): roles in health and disease. Current molecular medicine, 7(8), 725–734. URL: https://doi.org/10.2174/156652407783220750

674 Yang, H., Hreggvidsdottir, H. S., Palmblad, K., Wang, H., Ochani, M., Li, J., … Tracey, K. J. (2010). A critical cysteine is required for HMGB1 binding to Toll-like receptor 4 and activation of macrophage cytokine release. Proceedings of the National Academy of Sciences, 107(26), 11942–11947. doi:10.1073/pnas.1003893107

675 Gasparotto, J., Girardi, C. S., Somensi, N., Ribeiro, C. T., Moreira, J., Michels, M., Sonai, B., Rocha, M., Steckert, A. V., Barichello, T., Quevedo, J., Dal-Pizzol, F., & Gelain, D. P. (2018). Receptor for advanced glycation end products mediates sepsis-triggered amyloid-β accumulation, Tau phosphorylation, and cognitive impairment. The Journal of biological chemistry, 293(1), 226–244. URL: https://doi.org/10.1074/jbc.M117.786756

676 Ito, Y., Torii, Y., Ohta, R., Imai, M., Hara, S., Kawano, Y., Matsubayashi, T., Inui, A., Yoshikawa, T., Nishimura, N., Ozaki, T., Morishima, T., & Kimura, H. (2011). Increased levels of cytokines and high-mobility group box 1 are associated with the development of severe pneumonia, but not acute encephalopathy, in 2009 H1N1 influenza-infected children. Cytokine, 56(2), 180–187. URL: https://doi.org/10.1016/j.cyto.2011.07.016

677 Tseng, C. C., Fang, W. F., Leung, S. Y., Chen, H. C., Chang, Y. C., Wang, C. C., Chang, H. C., & Lin, M. C. (2014). Impact of serum biomarkers and clinical factors on intensive care unit mortality and 6-month outcome in relatively healthy patients with severe pneumonia and acute respiratory distress syndrome. Disease markers, 2014, 804654. URL: https://doi.org/10.1155/2014/804654

678 Entezari, M., Javdan, M., Antoine, D. J., Morrow, D. M., Sitapara, R. A., Patel, V., Wang, M., Sharma, L., Gorasiya, S., Zur, M., Wu, W., Li, J., Yang, H., Ashby, C. R., Thomas, D., Wang, H., & Mantell, L. L. (2014). Inhibition of extracellular HMGB1 attenuates hyperoxia-induced inflammatory acute lung injury. Redox biology, 2, 314–322. URL: https://doi.org/10.1016/j.redox.2014.01.013

679 Huebener, P., Pradere, J. P., Hernandez, C., Gwak, G. Y., Caviglia, J. M., Mu, X., Loike, J. D., & Schwabe, R. F. (2015). The HMGB1/RAGE axis triggers neutrophil-mediated injury amplification following necrosis. The Journal of clinical investigation, 125(2), 539–

550. URL: https://doi.org/10.1172/JCI76887

680 van Zoelen, Marieke A.D.*†; Ishizaka, Akitoshi‡; Wolthuis, Esther K.§∥; Choi, Goda§¶; van der Poll, Tom*†¶; Schultz, Marcus J.§** PULMONARY LEVELS OF HIGH-MOBILITY GROUP BOX 1 DURING MECHANICAL VENTILATION AND VENTILATOR-ASSOCIATED PNEUMONIA, Shock: April 2008 – Volume 29 – Issue 4 – p 441-445

681 Andersson, U., Ottestad, W., & Tracey, K. J. (2020). Extracellular HMGB1: a therapeutic target in severe pulmonary inflammation including COVID-19? Molecular Medicine, 26(1). doi:10.1186/s10020-020-00172-4

682 Rodrigues с соавторами (2020) 'Inflammasome activation in COVID-19 patients', medRxiv 2020.08.05.20168872; doi: URL: https://doi.org/10.1101/2020.08.05.20168872

683 Chen, Q., Guan, X., Zuo, X., Wang, J., & Yin, W. (2016). The role of high mobility group box 1 (HMGB1) in the pathogenesis of kidney diseases. Acta Pharmaceutica Sinica B, 6(3), 183–188. doi:10.1016/j.apsb.2016.02.004

684 Paniri and Akhavan-Niaki (2020) 'Emerging role of IL-6 and NLRP3 inflammasome as potential therapeutic targets to combat COVID-19: Role of lncRNAs in cytokine storm modulation', Life Sciences, Volume 257, 15 September 2020, 118114.

685 Chen, L., Long, X., Xu, Q. et al. Elevated serum levels of S100A8/A9 and HMGB1 at hospital admission are correlated with inferior clinical outcomes in COVID-19 patients. Cell Mol Immunol 17, 992–994 (2020). URL: https://doi.org/10.1038/s41423-020-0492-x

686 Jorgensen, I., & Miao, E. A. (2015). Pyroptotic cell death defends against intracellular pathogens. Immunological reviews, 265(1), 130–142. URL: https://doi.org/10.1111/imr.12287

687 Richardson, S., Hirsch, J. S., Narasimhan, M., Crawford, J. M., McGinn, T., … Davidson, K. W. (2020). Presenting Characteristics, Comorbidities, and Outcomes Among 5700 Patients Hospitalized With COVID-19 in the New York City Area. JAMA, 323(20), 2052. doi:10.1001/jama.2020.6775

688 Atkins, J. L., Masoli, J. A., Delgado, J., Pilling, L. C., Kuo, C.-L. C., Kuchel, G., & Melzer, D. (2020). PREEXISTING COMORBIDITIES PREDICTING SEVERE COVID- 19 IN OLDER ADULTS IN THE UK BIOBANK COMMUNITY COHORT. doi:10.1101/2020.05.06.20092700

689 Guan, W., Liang, W., Zhao, Y., Liang, H., Chen, Z., Li, Y., … He, J. (2020). Comorbidity and its impact on 1,590 patients with COVID-19 in China: A Nationwide Analysis. doi:10.1101/2020.02.25.20027664

690 Pusterla, T., Nèmeth, J., Stein, I., Wiechert, L., Knigin, D., Marhenke, S., Longerich, T., Kumar, V., Arnold, B., Vogel, A., Bierhaus, A., Pikarsky, E., Hess, J., & Angel, P. (2013). Receptor for advanced glycation endproducts (RAGE) is a key regulator of oval cell activation and inflammation-associated liver carcinogenesis in mice. Hepatology (Baltimore, Md.), 58(1), 363–373. URL: https://doi.org/10.1002/hep.26395

691 Guo, W., Li, M., Dong, Y., Zhou, H., Zhang, Z., Tian, C., Qin, R., Wang, H., Shen, Y., Du, K., Zhao, L., Fan, H., Luo, S., & Hu, D. (2020). Diabetes is a risk factor for the progression and prognosis of COVID-19. Diabetes/metabolism research and reviews, e3319. Advance online publication. URL: https://doi.org/10.1002/dmrr.3319

692 De Fransesco с соавторами (2020) 'COVID-19 and Diabetes: The Importance of Controlling RAGE', Front. Endocrinol., 14 July 2020 | URL: https://doi.org/10.3389/fendo.2020.00526

693 Venereau, E., De Leo, F., Mezzapelle, R., Careccia, G., Musco, G., & Bianchi, M. E. (2016). HMGB1 as biomarker and drug target. Pharmacological research, 111, 534–544. URL: https://doi.org/10.1016/j.phrs.2016.06.031

694 Hong, G., Zheng, D., Zhang, L., Ni, R., Wang, G., Fan, G. C., Lu, Z., & Peng, T. (2018). Administration of nicotinamide riboside prevents oxidative stress and organ injury in sepsis. Free radical biology & medicine, 123, 125–137. URL: https://doi.org/10.1016/j.freeradbiomed.2018.05.073

695 Li, C., Peng, S., Liu, X., Han, C., Wang, X., Jin, T., … Teng, W. (2017). Glycyrrhizin, a Direct HMGB1 Antagonist, Ameliorates Inflammatory Infiltration in a Model of Autoimmune Thyroiditis via Inhibition of TLR2-HMGB1 Signaling. Thyroid, 27(5), 722–731. doi:10.1089/thy.2016.0432

696 Cinatl, J., Morgenstern, B., Bauer, G., Chandra, P., Rabenau, H., & Doerr, H. W. (2003). Glycyrrhizin, an active component of liquorice roots, and replication of SARS-associated coronavirus. Lancet (London, England), 361(9374), 2045–2046. URL: https://doi.org/10.1016/s0140-6736(03)13615-x

697 Bailly, C., & Vergoten, G. (2020). Glycyrrhizin: An alternative drug for the treatment of COVID-19 infection and the associated respiratory syndrome? Pharmacology & Therapeutics, 214, 107618. doi:10.1016/j.pharmthera.2020.107618

698 Luo, P., Liu, D., & Li, J. (2020). Pharmacological perspective: glycyrrhizin may be an efficacious therapeutic agent for COVID-19. International Journal of Antimicrobial Agents, 55(6), 105995. doi:10.1016/j.ijantimicag.2020.105995

699 Shao, S., Gao, Y., Liu, J., Tian, M., Gou, Q., & Su, X. (2018). Ferulic Acid Mitigates Radiation Injury in Human Umbilical Vein Endothelial Cells In Vitro via the Thrombomodulin Pathway. Radiation research, 190(3), 298–308. URL: https://doi.org/10.1667/RR14696.1

700 Sakai, S., Kawamata, H., Kogure, T., Mantani, N., Terasawa, K., Umatake, M., & Ochiai, H. (1999). Inhibitory Effect of Ferulic Acid and Isoferulic Acid on the Production of Macrophage Inflammatory Protein-2 in Response to Respiratory Syncytial Virus Infection in RAW264.7 Cells. Mediators of Inflammation, 8(3), 173–175. doi:10.1080/09629359990513

701 Cui, M., Xiao, M., Xu, L., Chen, Y., Liu, A., Ye, J., & Hu, A. (2019). Bioassay of ferulic acid derivatives as influenza neuraminidase inhibitors. Archiv Der Pharmazie, 353(1), 1900174. doi:10.1002/ardp.201900174

702 Quinde-Axtell, Z., & Baik, B. K. (2006). Phenolic compounds of barley grain and their implication in food product discoloration. Journal of agricultural and food chemistry, 54(26), 9978–9984. URL: https://doi.org/10.1021/jf060974w

703 Beejmohun, V., Fliniaux, O., Grand, É., Lamblin, F., Bensaddek, L., Christen, P., … Mesnard, F. (2007). Microwave-assisted extraction of the main phenolic compounds in flaxseed. Phytochemical Analysis, 18(4), 275–282. doi:10.1002/pca.973

704 Pietrofesa, R. A., Velalopoulou, A., Arguiri, E., Menges, C. W., Testa, J. R., Hwang, W.-T., … Christofidou-Solomidou, M. (2015). Flaxseed lignans enriched in secoisolariciresinol diglucoside prevent acute asbestos-induced peritoneal inflammation in mice. Carcinogenesis, 37(2), 177–187. doi:10.1093/carcin/bgv174

705 Lee, W., Cho, S.-H., Kim, J.-E., Lee, C., Lee, J.-H., Baek, M.-C., … Bae, J.-S. (2019). Suppressive Effects of Ginsenoside Rh1 on HMGB1-Mediated Septic Responses. The American Journal of Chinese Medicine, 47(01), 119–133. doi:10.1142/s0192415x1950006x

706 Wang, H., Li, W., Li, J., Rendon-Mitchell, B., Ochani, M., Ashok, M., Yang, L., Yang, H., Tracey, K. J., Wang, P., & Sama, A. E. (2006). The aqueous extract of a popular herbal nutrient supplement, Angelica sinensis, protects mice against lethal endotoxemia and sepsis. The Journal of nutrition, 136(2), 360–365. URL: https://doi.org/10.1093/jn/136.2.360

707 Dong, W., Farooqui, A., Leon, A. J., & Kelvin, D. J. (2017). Inhibition of influenza A virus infection by ginsenosides. PLOS ONE, 12(2), e0171936. doi:10.1371/journal.pone.0171936

708 Lim, D. S., Bae, K. G., Jung, I. S., Kim, C. H., Yun, Y. S., & Song, J. Y. (2002). AntiSepticaemic Effect of Polysaccharide from Panax ginseng by Macrophage Activation. Journal of Infection, 45(1), 32–38. doi:10.1053/jinf.2002.1007

709 Chen, X., Li, W., & Wang, H. (2006). More tea for septic patients? – Green tea may reduce endotoxin-induced release of high mobility group box 1 and other pro-inflammatory cytokines. Medical Hypotheses, 66(3), 660–663. doi:10.1016/j.mehy.2005.09.025

710 Saiwichai, T., Sangalangkarn, V., Kawahara, K., Oyama, Y., Chaichalotornkul, S., Narkpinit, S., Harnyuttanakorn, P., Singhasivanon, P., Maruyama, I., & Tancharoen, S. (2010). Green tea extract supplement inhibition of HMGB1 release in rats exposed to cigarette smoke. The Southeast Asian journal of tropical medicine and public health, 41(1), 250–258.

711 Li, Y., Chen, L., Guo, F., Cao, Y., Hu, W., Shi, Y., … Guo, Y. (2019). Effects of epigallocatechin-3-gallate on the HMGB1/RAGE pathway in PM2.5-exposed asthmatic rats. Biochemical and Biophysical Research Communications, 513(4), 898–903. doi:10.1016/j.bbrc.2019.03.165

712 Li, W., Zhu, S., Li, J., Assa, A., Jundoria, A., Xu, J., … Wang, H. (2011). EGCG stimulates autophagy and reduces cytoplasmic HMGB1 levels in endotoxin-stimulated macrophages. Biochemical Pharmacology, 81(9), 1152–1163. doi:10.1016/j.bcp.2011.02.015

713 Mhatre, S., Srivastava, T., Naik, S., & Patravale, V. (2020). Antiviral activity of green tea and black tea polyphenols in prophylaxis and treatment of COVID-19: A review. Phytomedicine, 153286. doi:10.1016/j.phymed.2020.153286

714 Guerrero, L., Castillo, J., Quiñones, M., Garcia-Vallvé, S., Arola, L., Pujadas, G., & Muguerza, B. (2012). Inhibition of Angiotensin-Converting Enzyme Activity by Flavonoids: Structure-Activity Relationship Studies. PLoS ONE, 7(11), e49493. doi:10.1371/journal.pone.0049493

715 Kaihatsu, K., Yamabe, M., & Ebara, Y. (2018). Antiviral Mechanism of Action of Epigallocatechin-3-O-gallate and Its Fatty Acid Esters. Molecules, 23(10), 2475. doi:10.3390/molecules23102475

716 Lu, R., Zhao, X., Li, J., Niu, P., Yang, B., Wu, H., … Tan, W. (2020). Genomic characterisation and epidemiology of 2019 novel coronavirus: implications for virus origins and receptor binding. The Lancet, 395(10224), 565–574. doi:10.1016/s0140- 6736(20)30251-8

717 Mortaz, E., Adcock, I. M., Ricciardolo, F. L., Varahram, M., Jamaati, H., Velayati, A. A., Folkerts, G., & Garssen, J. (2015). Anti-Inflammatory Effects of Lactobacillus Rahmnosus and Bifidobacterium Breve on Cigarette Smoke Activated Human Macrophages. PloS one, 10(8), e0136455. URL: https://doi.org/10.1371/journal.pone.0136455

718 Wu, C.-T., Lin, F.-H., Lee, Y.-T., Ku, M.-S., & Lue, K.-H. (2019). Effect of Lactobacillus rhamnosus GG immunopathologic changes in chronic mouse asthma model. Journal of Microbiology, Immunology and Infection, 52(6), 911–919. doi:10.1016/j.jmii.2019.03.002

719 Yang, Y.-I., Woo, J.-H., Seo, Y.-J., Lee, K.-T., Lim, Y., & Choi, J.-H. (2016). Protective Effect of Brown Alga Phlorotannins against Hyper-inflammatory Responses in Lipopolysaccharide-Induced Sepsis Models. Journal of Agricultural and Food Chemistry, 64(3), 570–578. doi:10.1021/acs.jafc.5b04482

720 Ali, M., Heyob, K., & Rogers, L. K. (2016). DHA Suppresses Primary Macrophage Inflammatory Responses via Notch 1/ Jagged 1 Signaling. Scientific reports, 6, 22276. URL: https://doi.org/10.1038/srep22276

721 Das, U. N. (2008). Essential fatty acids and their metabolites could function as endogenous HMG-CoA reductase and ACE enzyme inhibitors, anti-arrhythmic, antihypertensive, anti-atherosclerotic, anti-inflammatory, cytoprotective, and cardioprotective molecules. Lipids in Health and Disease, 7(1), 37. doi:10.1186/1476-511x-7-37

722 Cao, S., Ren, J., Sun, L., Gu, G., Yuan, Y., & Li, J. (2011). Fish oil-supplemented parenteral nutrition prolongs survival while beneficially altering phospholipids' Fatty Acid composition and modulating immune function in rat sepsis. Shock (Augusta, Ga.), 36(2), 184–190. URL: https://doi.org/10.1097/SHK.0b013e31821e4f8b

723 Kim, K., Jung, N., Lee, K., Choi, J., Kim, S., Jun, J., Kim, E., & Kim, D. (2013). Dietary omega-3 polyunsaturated fatty acids attenuate hepatic ischemia/reperfusion injury in rats by modulating toll-like receptor recruitment into lipid rafts. Clinical nutrition (Edinburgh, Scotland), 32(5), 855–862. URL: https://doi.org/10.1016/j.clnu.2012.11.026

724 Schierbeck, H., Wähämaa, H., Andersson, U., & Harris, H. E. (2010). Immunomodulatory drugs regulate HMGB1 release from activated human monocytes. Molecular medicine (Cambridge, Mass.), 16(9-10), 343–351. URL: https://doi.org/10.2119/molmed.2010.00031

725 Yang, M., Cao, L., Xie, M., Yu, Y., Kang, R., Yang, L., … Tang, D. (2013). Chloroquine inhibits HMGB1 inflammatory signaling and protects mice from lethal sepsis. Biochemical Pharmacology, 86(3), 410–418. doi:10.1016/j.bcp.2013.05.013

726 Touret, F., & de Lamballerie, X. (2020). Of chloroquine and COVID-19. Antiviral Research, 177, 104762. doi:10.1016/j.antiviral.2020.104762

727 Gao, J., Tian, Z., & Yang, X. (2020). Breakthrough: Chloroquine phosphate has shown apparent efficacy in treatment of COVID-19 associated pneumonia in clinical studies. Bioscience trends, 14(1), 72–73. URL: https://doi.org/10.5582/bst.2020.01047

728 Million, M., Gautret, P., Colson, P., Roussel, Y., Dubourg, G., Chabriere, E., … Raoult, D. (2020). Clinical Efficacy of Chloroquine derivatives in COVID-19 Infection: Comparative meta-analysis between the Big data and the real world. New Microbes and New Infections, 100709. doi:10.1016/j.nmni.2020.100709

729 Meo, S. A., Klonoff, D. C., & Akram, J. (2020). Efficacy of chloroquine and hydroxychloroquine in the treatment of COVID-19. European Review for Medical and Pharmacological Sciences, 24(8), 4539–4547. URL: https://doi.org/10.26355/eurrev_202004_21038

730 Carlucci, P., Ahuja, T., Petrilli, C. M., Rajagopalan, H., Jones, S., & Rahimian, J. (2020). Hydroxychloroquine and azithromycin plus zinc vs hydroxychloroquine and azithromycin alone: outcomes in hospitalized COVID-19 patients. doi:10.1101/2020.05.02.20080036

731 Yao, X., Ye, F., Zhang, M., Cui, C., Huang, B., Niu, P., … Liu, D. (2020). In Vitro Antiviral Activity and Projection of Optimized Dosing Design of Hydroxychloroquine for the Treatment of Severe Acute Respiratory Syndrome Coronavirus 2 (SARS-CoV-2). Clinical Infectious Diseases, 71(15), 732–739. doi:10.1093/cid/ciaa237

732 Müller-Calleja, N., Manukyan, D., Canisius, A., Strand, D., & Lackner, K. J. (2017). Hydroxychloroquine inhibits proinflammatory signalling pathways by targeting endosomal NADPH oxidase. Annals of the rheumatic diseases, 76(5), 891–897. URL: https://doi.org/10.1136/annrheumdis-2016-210012

733 DiNicolantonio, J. J., & McCarty, M. (2020). Thrombotic complications of COVID-19 may reflect an upregulation of endothelial tissue factor expression that is contingent on activation of endosomal NADPH oxidase. Open Heart, 7(1), e001337. doi:10.1136/openhrt-2020-001337

734 McCarty, M. F. (2007). Clinical Potential of Spirulina as a Source of Phycocyanobilin. Journal of Medicinal Food, 10(4), 566–570. doi:10.1089/jmf.2007.621

735 McCarty, M. F., Iloki-Assanga, S., Lujan, L. M. L., & DiNicolantonio, J. J. (2019). Activated glycine receptors may decrease endosomal NADPH oxidase activity by opposing ClC-3-mediated efflux of chloride from endosomes. Medical Hypotheses, 123, 125–129. doi:10.1016/j.mehy.2019.01.012

736 DiNicolantonio, J. J., & McCarty, M. (2020). Thrombotic complications of COVID-19 may reflect an upregulation of endothelial tissue factor expression that is contingent on activation of endosomal NADPH oxidase. Open Heart, 7(1), e001337. doi:10.1136/openhrt-2020-001337

737 Gautret, P., Lagier, J.-C., Parola, P., Hoang, V. T., Meddeb, L., Sevestre, J., … Raoult, D. (2020). Clinical and microbiological effect of a combination of hydroxychloroquine and azithromycin in 80 COVID-19 patients with at least a six-day follow up: A pilot observational study. Travel Medicine and Infectious Disease, 34, 101663. doi:10.1016/j.tmaid.2020.101663

738 Leal, T., Bergamini, G., Huaux, F., Panin, N., Noel, S., Dhooghe, B., … Sorio, C. (2016). Azithromycin Attenuates Pseudomonas-Induced Lung Inflammation by Targeting Bacterial Proteins Secreted in the Cultured Medium. Frontiers in Immunology, 7. doi:10.3389/fimmu.2016.00499

739 Porter, J. D., Watson, J., Roberts, L. R., Gill, S. K., Groves, H., Dhariwal, J., … Edwards, M. R. (2016). Identification of novel macrolides with antibacterial, antiinflammatory and type I and III IFN-augmenting activity in airway epithelium. Journal of Antimicrobial Chemotherapy, 71(10), 2767–2781. doi:10.1093/jac/dkw222

740 Ozsvari, B., Nuttall, J. R., Sotgia, F., & Lisanti, M. P. (2018). Azithromycin and Roxithromycin define a new family of “senolytic” drugs that target senescent human fibroblasts. Aging, 10(11), 3294–3307. doi:10.18632/aging.101633

741 Kim, J.-A., Seong, R.-K., & Shin, O. S. (2016). Enhanced Viral Replication by Cellular Replicative Senescence. Immune Network, 16(5), 286. doi:10.4110/in.2016.16.5.286

742 Lopes, M. I. F., Bonjorno, L. P., Giannini, M. C., Amaral, N. B., Benatti, M. N., Rezek, U. C., … Oliveira, R. D. R. (2020). Beneficial effects of colchicine for moderate to severe COVID-19: an interim analysis of a randomized, double-blinded, placebo controlled clinical trial. doi:10.1101/2020.08.06.20169573

743 Deftereos, S. G., Siasos, G., Giannopoulos, G., Vrachatis, D. A., Angelidis, C., Giotaki, S. G., … Stefanadis, C. (2020). The Greek study in the effects of colchicine in COvid-19 complications prevention (GRECCO-19 study): Rationale and study design. Hellenic Journal of Cardiology, 61(1), 42–45. doi:10.1016/j.hjc.2020.03.002

744 Deftereos, S. G., Giannopoulos, G., Vrachatis, D. A., Siasos, G. D., Giotaki, S. G., … Gargalianos, P. (2020). Effect of Colchicine vs Standard Care on Cardiac and Inflammatory Biomarkers and Clinical Outcomes in Patients Hospitalized With Coronavirus Disease 2019. JAMA Network Open, 3(6), e2013136. doi:10.1001/jamanetworkopen.2020.13136

745 Leung, Y. Y., Yao Hui, L. L., & Kraus, V. B. (2015). Colchicine–Update on mechanisms of action and therapeutic uses. Seminars in Arthritis and Rheumatism, 45(3), 341–350. doi:10.1016/j.semarthrit.2015.06.013

746 Nidorf, S. M., Eikelboom, J. W., Budgeon, C. A., & Thompson, P. L. (2013). Low-dose colchicine for secondary prevention of cardiovascular disease. Journal of the American College of Cardiology, 61(4), 404–410. URL: https://doi.org/10.1016/j.jacc.2012.10.027

747 Schmith, V.D., Zhou, J.(. and Lohmer, L.R. (2020), The Approved Dose of Ivermectin Alone is not the Ideal Dose for the Treatment of COVID-19. Clin. Pharmacol. Ther.. doi:10.1002/cpt.1889

748 Rajter с соавторами (2020) 'ICON (Ivermectin in COvid Nineteen) study: Use of Ivermectin is Associated with Lower Mortality in Hospitalized Patients with COVID19', medRxiv 2020.06.06.20124461; doi: URL: https://doi.org/10.1101/2020.06.06.20124461

749 Caly, L., Druce, J. D., Catton, M. G., Jans, D. A., & Wagstaff, K. M. (2020). The FDAapproved drug ivermectin inhibits the replication of SARS-CoV-2 in vitro. Antiviral Research, 178, 104787. doi:10.1016/j.antiviral.2020.104787

750 Zhang, X., Song, Y., Ci, X., An, N., Ju, Y., Li, H., … Deng, X. (2008). Ivermectin inhibits LPS-induced production of inflammatory cytokines and improves LPS-induced survival in mice. Inflammation Research, 57(11), 524–529. doi:10.1007/s00011-008- 8007-8

751 Zhang, X., Song, Y., Xiong, H., Ci, X., Li, H., Yu, L., Zhang, L., & Deng, X. (2009). Inhibitory effects of ivermectin on nitric oxide and prostaglandin E2 production in LPSstimulated RAW 264.7 macrophages. International immunopharmacology, 9(3), 354–359. URL: https://doi.org/10.1016/j.intimp.2008.12.016

752 Hoffmann, M., Kleine-Weber, H., Schroeder, S., Krüger, N., Herrler, T., Erichsen, S., … Pöhlmann, S. (2020). SARS-CoV-2 Cell Entry Depends on ACE2 and TMPRSS2 and Is Blocked by a Clinically Proven Protease Inhibitor. Cell, 181(2), 271–280.e8. doi:10.1016/j.cell.2020.02.052

753 Cadegiani, F. A., Goren, A., & Wambier, C. G. (2020). Spironolactone may provide protection from SARS-CoV-2: Targeting androgens, angiotensin converting enzyme 2 (ACE2), and renin-angiotensin-aldosterone system (RAAS). Medical Hypotheses, 143, 110112. doi:10.1016/j.mehy.2020.110112

754 Zhu, A., Yoneda, T., Demura, M., Karashima, S., Usukura, M., Yamagishi, M., & Takeda, Y. (2009). Effect of mineralocorticoid receptor blockade on the renal renin– angiotensin system in Dahl salt-sensitive hypertensive rats. Journal of Hypertension, 27(4), 800–805. doi:10.1097/hjh.0b013e328325d861

755 Keidar, S., Gamliel-Lazarovich, A., Kaplan, M., Pavlotzky, E., Hamoud, S., Hayek, T., … Abassi, Z. (2005). Mineralocorticoid Receptor Blocker Increases AngiotensinConverting Enzyme 2 Activity in Congestive Heart Failure Patients. Circulation Research, 97(9), 946–953. doi:10.1161/01.res.0000187500.24964.7a

756 Te Riet, L., van Esch, J. H. M., Roks, A. J. M., van den Meiracker, A. H., & Danser, A. H. J. (2015). Hypertension. Circulation Research, 116(6), 960–975. doi:10.1161/circresaha.116.303587

757 South, A. M., Diz, D. I., & Chappell, M. C. (2020). COVID-19, ACE2, and the cardiovascular consequences. American Journal of Physiology-Heart and Circulatory Physiology, 318(5), H1084–H1090. doi:10.1152/ajpheart.00217.2020

758 Broulik, P. D., & Stárka, L. (1976). Antiandrogenic and antirenotropic effect of spironolactone. Endokrinologie, 68(1), 35–39.

759 Steelman, S. L., Brooks, J. R., Morgan, E. R., & Patanelli, D. J. (1969). Anti-androgenic activity of spironolactone. Steroids, 14(4), 449–450. doi:10.1016/s0039-128x(69)80007-3

760 Sert, M., Tetiker, T., & Kirim, S. (2003). Comparison of the efficiency of antiandrogenic regimens consisting of spironolactone, Diane 35, and cyproterone acetate in hirsutism. Acta medica Okayama, 57(2), 73–76. URL: https://doi.org/10.18926/AMO/32820

761 Kawarazaki, W., & Fujita, T. (2016). The Role of Aldosterone in Obesity-Related Hypertension. American Journal of Hypertension, 29(4), 415–423. doi:10.1093/ajh/hpw003

762 Bender, S. B., DeMarco, V. G., Padilla, J., Jenkins, N. T., Habibi, J., Garro, M., … Sowers, J. R. (2015). Mineralocorticoid Receptor Antagonism Treats Obesity-Associated Cardiac Diastolic Dysfunction. Hypertension, 65(5), 1082–1088. doi:10.1161/hypertensionaha.114.04912

763 Feraco, A., Armani, A., Mammi, C., Fabbri, A., Rosano, G. M. C., & Caprio, M. (2013). Role of mineralocorticoid receptor and renin–angiotensin–aldosterone system in adipocyte dysfunction and obesity. The Journal of Steroid Biochemistry and Molecular Biology, 137, 99–106. doi:10.1016/j.jsbmb.2013.02.012

764 Ji, W.-J., Ma, Y.-Q., Zhang, X., Zhang, L., Zhang, Y.-D., Su, C.-C., … Zhou, X. (2016). Inflammatory monocyte/macrophage modulation by liposome-entrapped spironolactone ameliorates acute lung injury in mice. Nanomedicine, 11(11), 1393–1406. doi:10.2217/nnm-2016-0006

765 Ji, W.-J., Ma, Y.-Q., Zhou, X., Zhang, Y.-D., Lu, R.-Y., Guo, Z.-Z., … Wei, L.-Q. (2013). Spironolactone Attenuates Bleomycin-Induced Pulmonary Injury Partially via Modulating Mononuclear Phagocyte Phenotype Switching in Circulating and Alveolar Compartments. PLoS ONE, 8(11), e81090. doi:10.1371/journal.pone.0081090

766 Zhang, L., Hao, J.-B., Ren, L.-S., Ding, J.-L., & Hao, L.-R. (2014). The aldosterone receptor antagonist spironolactone prevents peritoneal inflammation and fibrosis. Laboratory Investigation, 94(8), 839–850. doi:10.1038/labinvest.2014.69

767 Kato, Y., Kamiya, H., Koide, N., Odkhuu, E., Komatsu, T., Dagvadorj, J., … Yokochi, T. (2014). Spironolactone inhibits production of proinflammatory mediators in response to lipopolysaccharideviainactivation of nuclear factor-κB. Immunopharmacology and Immunotoxicology, 36(3), 237–241. doi:10.3109/08923973.2014.921690

768 Fraccarollo, D., Galuppo, P., Schraut, S., Kneitz, S., van Rooijen, N., Ertl, G., & Bauersachs, J. (2008). Immediate Mineralocorticoid Receptor Blockade Improves Myocardial Infarct Healing by Modulation of the Inflammatory Response. Hypertension, 51(4), 905–914. doi:10.1161/hypertensionaha.107.100941

769 Tang, D., Kang, R., Xiao, W., Zhang, H., Lotze, M. T., Wang, H., & Xiao, X. (2009). Quercetin Prevents LPS-Induced High-Mobility Group Box 1 Release and Proinflammatory Function. American Journal of Respiratory Cell and Molecular Biology, 41(6), 651–660. doi:10.1165/rcmb.2008-0119oc

770 Chen, L., Li, J., Luo, C., Liu, H., Xu, W., Chen, G., … Jiang, H. (2006). Binding interaction of quercetin-3-β-galactoside and its synthetic derivatives with SARS-CoV 3CLpro: Structure–activity relationship studies reveal salient pharmacophore features. Bioorganic & Medicinal Chemistry, 14(24), 8295–8306. doi:10.1016/j.bmc.2006.09.014

771 Yi, L., Li, Z., Yuan, K., Qu, X., Chen, J., Wang, G., … Xu, X. (2004). Small Molecules Blocking the Entry of Severe Acute Respiratory Syndrome Coronavirus into Host Cells. Journal of Virology, 78(20), 11334–11339. doi:10.1128/jvi.78.20.11334-11339.2004

772 Colunga Biancatelli, R. M. L., Berrill, M., Catravas, J. D., & Marik, P. E. (2020). Quercetin and Vitamin C: An Experimental, Synergistic Therapy for the Prevention and Treatment of SARS-CoV-2 Related Disease (COVID-19). Frontiers in Immunology, 11. doi:10.3389/fimmu.2020.01451

773 Li, X., Jin, Q., Yao, Q., Xu, B., Li, Z., & Tu, C. (2016). Quercetin attenuates the activation of hepatic stellate cells and liver fibrosis in mice through modulation of HMGB1-TLR2/4-NF-κB signaling pathways. Toxicology Letters, 261, 1–12. doi:10.1016/j.toxlet.2016.09.002

774 Satish, M., Gunasekar, P., Asensio, J. A., & Agrawal, D. K. (2020). Vitamin D attenuates HMGB1-mediated neointimal hyperplasia after percutaneous coronary intervention in swine. Molecular and cellular biochemistry, 10.1007/s11010-020-03847-y. Advance online publication. URL: https://doi.org/10.1007/s11010-020-03847-y

775 Martín Giménez, V.M., Inserra, F., Ferder, L. et al. Vitamin D deficiency in African Americans is associated with a high risk of severe disease and mortality by SARS-CoV-2. J Hum Hypertens (2020). URL: https://doi.org/10.1038/s41371-020-00398-z

776 Entrenas Castillo, M., Entrenas Costa, L. M., Vaquero Barrios, J. M., Alcalá Díaz, J. F., López Miranda, J., Bouillon, R., & Quesada Gomez, J. M. (2020). “Effect of calcifediol treatment and best available therapy versus best available therapy on intensive care unit admission and mortality among patients hospitalized for COVID-19: A pilot randomized clinical study.” The Journal of Steroid Biochemistry and Molecular Biology, 203, 105751. doi:10.1016/j.jsbmb.2020.105751

777 Grant WB, Lahore H, McDonnell SL, et al. Evidence that Vitamin D Supplementation Could Reduce Risk of Influenza and COVID-19 Infections and Deaths. Nutrients. 2020;12(4):E988. Published 2020 Apr 2. doi:10.3390/nu12040988

778 Mazur-Bialy, A. I., Pochec, E., & Plytycz, B. (2015). Immunomodulatory effect of riboflavin deficiency and enrichment – reversible pathological response versus silencing of inflammatory activation. Journal of physiology and pharmacology: an official journal of the Polish Physiological Society, 66(6), 793–802.

779 Keil, S. D., Bowen, R., & Marschner, S. (2016). Inactivation of Middle East respiratory syndrome coronavirus (MERS-CoV) in plasma products using a riboflavin-based and ultraviolet light-based photochemical treatment. Transfusion, 56(12), 2948–2952. doi:10.1111/trf.13860

780 Tőzsér, J., & Benkő, S. (2016). Natural Compounds as Regulators of NLRP3 Inflammasome-Mediated IL-1βProduction. Mediators of Inflammation, 2016, 1–16. doi:10.1155/2016/5460302

781 Pan, G., Jin, L., Shen, W., Zhang, J., Pan, J., Cheng, J., … Chen, X. (2020). Treadmill exercise improves neurological function by inhibiting autophagy and the binding of HMGB1 to Beclin1 in MCAO juvenile rats. Life Sciences, 243, 117279. doi:10.1016/j.lfs.2020.117279

782 Goh, J., Hofmann, P., Aw, N. H., Tan, P. L., Tschakert, G., Mueller, A., … Gan, L. S. H. (2020). Concurrent high-intensity aerobic and resistance exercise modulates systemic release of alarmins (HMGB1, S100A8/A9, HSP70) and inflammatory biomarkers in healthy young men: a pilot study. Translational Medicine Communications, 5(1). doi:10.1186/s41231-020-00056-z

783 Izuishi, K., Tsung, A., Jeyabalan, G., Critchlow, N. D., Li, J., Tracey, K. J., … Billiar, T. R. (2006). Cutting Edge: High-Mobility Group Box 1 Preconditioning Protects against Liver Ischemia-Reperfusion Injury. The Journal of Immunology, 176(12), 7154–7158. doi:10.4049/jimmunol.176.12.7154

784 Palumbo, R., Sampaolesi, M., De Marchis, F., Tonlorenzi, R., Colombetti, S., Mondino, A., Cossu, G., & Bianchi, M. E. (2004). Extracellular HMGB1, a signal of tissue damage, induces mesoangioblast migration and proliferation. The Journal of cell biology, 164(3), 441–449. URL: https://doi.org/10.1083/jcb.200304135

785 Aneja, R., Odoms, K., Dunsmore, K., Shanley, T. P., & Wong, H. R. (2006). Extracellular Heat Shock Protein-70 Induces Endotoxin Tolerance in THP-1 Cells. The Journal of Immunology, 177(10), 7184–7192. doi:10.4049/jimmunol.177.10.7184

786 Tang, D., Kang, R., Xiao, W., Wang, H., Calderwood, S. K., & Xiao, X. (2007). The Anti-inflammatory Effects of Heat Shock Protein 72 Involve Inhibition of High-MobilityGroup Box 1 Release and Proinflammatory Function in Macrophages. The Journal of Immunology, 179(2), 1236–1244. doi:10.4049/jimmunol.179.2.1236

787 Tang, D., Kang, R., Xiao, W., Jiang, L., Liu, M., Shi, Y., … Xiao, X. (2007). Nuclear Heat Shock Protein 72 as a Negative Regulator of Oxidative Stress (Hydrogen Peroxide)– Induced HMGB1 Cytoplasmic Translocation and Release. The Journal of Immunology, 178(11), 7376–7384. doi:10.4049/jimmunol.178.11.7376

788 Bi, X., Xu, M., Li, J., Huang, T., Jiang, B., Shen, L., … Yin, Z. (2019). Heat shock protein 27 inhibits HMGB1 translocation by regulating CBP acetyltransferase activity and ubiquitination. Molecular Immunology, 108, 45–55. doi:10.1016/j.molimm.2019.02.008

789 Wolf, M., Lossdörfer, S., Römer, P., Kirschneck, C., Küpper, K., Deschner, J., & Jäger, A. (2015). Short-term heat pre-treatment modulates the release of HMGB1 and proinflammatory cytokines in hPDL cells following mechanical loading and affects monocyte behavior. Clinical Oral Investigations, 20(5), 923–931. doi:10.1007/s00784-015-1580-7

790 Ringsdorf, W. Jr. & Cheraskin, E. & Ramsay, R. Jr. (1976). Sucrose, neutrophilic phagocytosis and resistance to disease. Dental Survey 52 (12): 46–48.

791 Sanchez, A. et al. (1973). Role of sugars in human neutrophilic phagocytosis. The American Journal of Clinical Nutrition 26 (11): 1180–1184.

792 Mayer, K. A., Stöckl, J., Zlabinger, G. J., & Gualdoni, G. A. (2019). Hijacking the Supplies: Metabolism as a Novel Facet of Virus-Host Interaction. Frontiers in Immunology, 10. doi:10.3389/fimmu.2019.01533

793 Kiselar, J. G., Wang, X., Dubyak, G. R., El Sanadi, C., Ghosh, S. K., Lundberg, K., & Williams, W. M. (2015). Modification of β-Defensin-2 by Dicarbonyls Methylglyoxal and Glyoxal Inhibits Antibacterial and Chemotactic Function In Vitro. PLOS ONE, 10(8), e0130533. doi:10.1371/journal.pone.0130533

794 Yu, Y., Clippinger, A. J., & Alwine, J. C. (2011). Viral effects on metabolism: changes in glucose and glutamine utilization during human cytomegalovirus infection. Trends in Microbiology, 19(7), 360–367. doi:10.1016/j.tim.2011.04.002

795 Von Ah Morano, A. E., Dorneles, G. P., Peres, A., & Lira, F. S. (2019). The role of glucose homeostasis on immune function in response to exercise: The impact of low or higher energetic conditions. Journal of Cellular Physiology, 235(4), 3169–3188. doi:10.1002/jcp.29228

796 American Society for Microbiology. (2020, July 15). Obesity and metabolic syndrome are risk factors for severe influenza, COVID-19. ScienceDaily. Retrieved August 30, 2020 from www.sciencedaily.com/releases/2020/07/200715131234.htm

797 Rochlani, Y., Pothineni, N. V., Kovelamudi, S., & Mehta, J. L. (2017). Metabolic syndrome: pathophysiology, management, and modulation by natural compounds. Therapeutic Advances in Cardiovascular Disease, 11(8), 215–225. doi:10.1177/1753944717711379

798 Grundy, S. M., Hansen, B., Smith, S. C., Cleeman, J. I., & Kahn, R. A. (2004). Clinical Management of Metabolic Syndrome. Arteriosclerosis, Thrombosis, and Vascular Biology, 24(2). doi:10.1161/01.atv.0000112379.88385.67

799 Mottillo, S., Filion, K. B., Genest, J., Joseph, L., Pilote, L., Poirier, P., … Eisenberg, M. J. (2010). The Metabolic Syndrome and Cardiovascular Risk. Journal of the American College of Cardiology, 56(14), 1113–1132. doi:10.1016/j.jacc.2010.05.034

800 Moore, J. X., Chaudhary, N., & Akinyemiju, T. (2017). Metabolic Syndrome Prevalence by Race/Ethnicity and Sex in the United States, National Health and Nutrition Examination Survey, 1988–2012. Preventing Chronic Disease, 14. doi:10.5888/pcd14.160287

801 CDC (2020) 'Adult Obesity Facts', Overweight & Obesity, Accessed Online: URL: https://www.cdc.gov/obesity/data/adult.html

802 WHO Obesity and Overweight [Online]. World Health Organization (2019). Available online at: URL: https://www.who.int/news-room/fact-sheets/detail/obesity-and-overweight (accessed September 18, 2020).

803 Matsuzawa, Y., Funahashi, T., & Nakamura, T. (2011). The Concept of Metabolic Syndrome: Contribution of Visceral Fat Accumulation and Its Molecular Mechanism. Journal of Atherosclerosis and Thrombosis, 18(8), 629–639. doi:10.5551/jat.7922

804 Bergman, R. N., Kim, S. P., Catalano, K. J., Hsu, I. R., Chiu, J. D., Kabir, M., Hucking, K. and Ader, M. (2006), Why Visceral Fat is Bad: Mechanisms of the Metabolic Syndrome. Obesity, 14: 16S-19S.

805 DiNicolantonio, J. J., Mehta, V., Onkaramurthy, N., & O'Keefe, J. H. (2018). Fructoseinduced inflammation and increased cortisol: A new mechanism for how sugar induces visceral adiposity. Progress in cardiovascular diseases, 61(1), 3–9. URL: https://doi.org/10.1016/j.pcad.2017.12.001

806 Lewis, G. F., & Steiner, G. (1996). Acute Effects of Insulin in the Control of VLDL Production in Humans: Implications for the insulin-resistant state. Diabetes Care, 19(4), 390–393. doi:10.2337/diacare.19.4.390

807 Boden, G., & Shulman, G. I. (2002). Free fatty acids in obesity and type 2 diabetes: defining their role in the development of insulin resistance and beta-cell dysfunction. European Journal of Clinical Investigation, 32(s3), 14–23. doi:10.1046/j.1365–2362.32.s3.3.x

808 Hawkins, M., Tonelli, J., Kishore, P., Stein, D., Ragucci, E., Gitig, A., & Reddy, K. (2003). Contribution of Elevated Free Fatty Acid Levels to the Lack of Glucose Effectiveness in Type 2 Diabetes. Diabetes, 52(11), 2748–2758. doi:10.2337/diabetes.52.11.2748

809 Modan с соавторами (1985). Hyperinsulinemia. A link between hypertension obesity and glucose intolerance. The Journal of clinical investigation, 75(3), 809-17.

810 DiNicolantonio, J. J., Bhutani, J., OKeefe, J. H., & Crofts, C. (2017). Postprandial insulin assay as the earliest biomarker for diagnosing pre-diabetes, type 2 diabetes and increased cardiovascular risk. Open Heart, 4(2), e000656. doi:10.1136/openhrt-2017- 000656

811 DiNicolantonio, J. J., & OKeefe, J. H. (2017). Added sugars drive coronary heart disease via insulin resistance and hyperinsulinaemia: a new paradigm. Open Heart, 4(2), e000729. doi:10.1136/openhrt-2017-000729

812 Cooper, I. D., Crofts, C., DiNicolantonio, J. J., Malhotra, A., Elliott, B., Kyriakidou, Y., & Brookler, K. H. (2020). Relationships between hyperinsulinaemia, magnesium, vitamin D, thrombosis and COVID-19: rationale for clinical management. Open Heart, 7(2), e001356. URL: https://doi.org/10.1136/openhrt-2020-001356

813 Juhan-Vague, I., Alessi, M.-C., Mavri, A., & Morange, P. E. (2003). Plasminogen activator inhibitor-1, inflammation, obesity, insulin resistance and vascular risk. Journal of Thrombosis and Haemostasis, 1(7), 1575–1579. doi:10.1046/j.1538–7836.2003.00279.x

814 Michael H с соавторами (2008) 'Insulin Resistance and Hyperinsulinemia', Diabetes Care Feb 2008, 31 (Supplement 2) S262-S268.

815 Wallace, A. M., McMahon, A. D., Packard, C. J., Kelly, A., Shepherd, J., Gaw, A., & Sattar, N. (2001). Plasma Leptin and the Risk of Cardiovascular Disease in the West of Scotland Coronary Prevention Study (WOSCOPS). Circulation, 104(25), 3052–3056. doi:10.1161/hc5001.101061

816 Youssef, D. M., Elbehidy, R. M., Shokry, D. M., & Elbehidy, E. M. (2013). The influence of leptin on Th1/Th2 balance in obese children with asthma. Jornal Brasileiro de Pneumologia, 39(5), 562–568. doi:10.1590/s1806-37132013000500006

817 Pischon, T. (2004). Plasma Adiponectin Levels and Risk of Myocardial Infarction in Men. JAMA, 291(14), 1730. doi:10.1001/jama.291.14.1730

818 Ouchi, N., Ohishi, M., Kihara, S., Funahashi, T., Nakamura, T., Nagaretani, H., … Matsuzawa, Y. (2003). Association of Hypoadiponectinemia With Impaired Vasoreactivity. Hypertension, 42(3), 231–234. doi:10.1161/01.hyp.0000083488.67550.b8

819 Considine, R. V., Sinha, M. K., Heiman, M. L., Kriauciunas, A., Stephens, T. W., Nyce, M. R., … Caro, J. F. (1996). Serum Immunoreactive-Leptin Concentrations in NormalWeight and Obese Humans. New England Journal of Medicine, 334(5), 292–295. doi:10.1056/nejm199602013340503

820 Sun, Y., Wang, Q., Yang, G., Lin, C., Zhang, Y., & Yang, P. (2016). Weight and prognosis for influenza A(H1N1)pdm09 infection during the pandemic period between 2009 and 2011: a systematic review of observational studies with meta-analysis. Infectious Diseases, 48(11–12), 813–822. doi:10.1080/23744235.2016.1201721

821 Van Kerkhove, M. D., Vandemaele, K. A. H., Shinde, V., Jaramillo-Gutierrez, G., Koukounari, A., … Donnelly, C. A. (2011). Risk Factors for Severe Outcomes following 2009 Influenza A (H1N1) Infection: A Global Pooled Analysis. PLoS Medicine, 8(7), e1001053. doi:10.1371/journal.pmed.1001053

822 Paich, H. A., Sheridan, P. A., Handy, J., Karlsson, E. A., Schultz-Cherry, S., Hudgens, M. G., … Beck, M. A. (2013). Overweight and obese adult humans have a defective cellular immune response to pandemic H1N1 Influenza a virus. Obesity, 21(11), 2377–2386. doi:10.1002/oby.20383

823 Smith, A. G., Sheridan, P. A., Harp, J. B., & Beck, M. A. (2007). Diet-Induced Obese Mice Have Increased Mortality and Altered Immune Responses When Infected with Influenza Virus. The Journal of Nutrition, 137(5), 1236–1243. doi:10.1093/jn/137.5.1236

824 O'Brien, K. B., Vogel, P., Duan, S., Govorkova, E. A., Webby, R. J., McCullers, J. A., & Schultz-Cherry, S. (2012). Impaired wound healing predisposes obese mice to severe influenza virus infection. The Journal of infectious diseases, 205(2), 252–261. URL: https://doi.org/10.1093/infdis/jir729

825 Rebeles, J., Green, W. D., Alwarawrah, Y., Nichols, A. G., Eisner, W., Danzaki, K., … Beck, M. A. (2018). Obesity-Induced Changes in T-Cell Metabolism Are Associated With Impaired Memory T-Cell Response to Influenza and Are Not Reversed With Weight Loss. The Journal of Infectious Diseases, 219(10), 1652–1661. doi:10.1093/infdis/jiy700

826 Neidich, S. D., Green, W. D., Rebeles, J., Karlsson, E. A., Schultz-Cherry, S., Noah, T. L., … Beck, M. A. (2017). Increased risk of influenza among vaccinated adults who are obese. International Journal of Obesity, 41(9), 1324–1330. doi:10.1038/ijo.2017.131

827 Sheridan, P. A., Paich, H. A., Handy, J., Karlsson, E. A., Hudgens, M. G., Sammon, A. B., … Beck, M. A. (2011). Obesity is associated with impaired immune response to influenza vaccination in humans. International Journal of Obesity, 36(8), 1072–1077. doi:10.1038/ijo.2011.208

828 Nakajima, N., Hata, S., Sato, Y., Tobiume, M., Katano, H., Kaneko, K., Nagata, N., Kataoka, M., Ainai, A., Hasegawa, H., Tashiro, M., Kuroda, M., Odai, T., Urasawa, N., Ogino, T., Hanaoka, H., Watanabe, M., & Sata, T. (2010). The first autopsy case of pandemic influenza (A/H1N1pdm) virus infection in Japan: detection of a high copy number of the virus in type II alveolar epithelial cells by pathological and virological examination. Japanese journal of infectious diseases, 63(1), 67–71.

829 Gerberding, J. L., Morgan, J. G., Shepard, J. A., & Kradin, R. L. (2004). Case records of the Massachusetts General Hospital. Weekly clinicopathological exercises. Case 9- 2004. An 18-year-old man with respiratory symptoms and shock. The New England journal of medicine, 350(12), 1236–1247. URL: https://doi.org/10.1056/NEJMcpc049006

830 Fleury, H., Burrel, S., Balick Weber, C., Hadrien, R., Blanco, P., Cazanave, C., & Dupon, M. (2009). Prolonged shedding of influenza A(H1N1)v virus: two case reports from France 2009. Euro surveillance: bulletin Europeen sur les maladies transmissibles = European communicable disease bulletin, 14(49), 19434.

831 Honce, R., Karlsson, E. A., Wohlgemuth, N., Estrada, L. D., Meliopoulos, V. A., Yao, J., & Schultz-Cherry, S. (2020). Obesity-Related Microenvironment Promotes Emergence of Virulent Influenza Virus Strains. mBio, 11(2). doi:10.1128/mbio.03341-19

832 Johnson, A. R., Justin Milner, J., & Makowski, L. (2012). The inflammation highway: metabolism accelerates inflammatory traffic in obesity. Immunological Reviews, 249(1), 218–238. doi:10.1111/j.1600-065x.2012.01151.x

833 Milner, J. J., Rebeles, J., Dhungana, S., Stewart, D. A., Sumner, S. C. J., Meyers, M. H., … Beck, M. A. (2015). Obesity Increases Mortality and Modulates the Lung Metabolome during Pandemic H1N1 Influenza Virus Infection in Mice. The Journal of Immunology, 194(10), 4846–4859. doi:10.4049/jimmunol.1402295

834 Painter, S. D., Ovsyannikova, I. G., & Poland, G. A. (2015). The weight of obesity on the human immune response to vaccination. Vaccine, 33(36), 4422–4429. URL: https://doi.org/10.1016/j.vaccine.2015.06.101

835 Khunti, K., Singh, A. K., Pareek, M., & Hanif, W. (2020). Is ethnicity linked to incidence or outcomes of covid-19? BMJ, m1548. doi:10.1136/bmj.m1548

836 Wang, Z., Du, Z., & Zhu, F. (2020). Glycosylated hemoglobin is associated with systemic inflammation, hypercoagulability, and prognosis of COVID-19 patients. Diabetes Research and Clinical Practice, 164, 108214. doi:10.1016/j.diabres.2020.108214

837 Araújo, J., Cai, J., & Stevens, J. (2019). Prevalence of Optimal Metabolic Health in American Adults: National Health and Nutrition Examination Survey 2009–2016. Metabolic Syndrome and Related Disorders, 17(1), 46–52. doi:10.1089/met.2018.0105

838 Menke, A., Casagrande, S., Geiss, L., & Cowie, C. C. (2015). Prevalence of and Trends in Diabetes Among Adults in the United States, 1988–2012. JAMA, 314(10), 1021. doi:10.1001/jama.2015.10029

839 Crofts, C. A. P. (2015). Hyperinsulinemia: A unifying theory of chronic disease? Diabesity, 1(4), 34. doi:10.15562/diabesity.2015.19

840 Effects of Intensive Glucose Lowering in Type 2 Diabetes. (2008). New England Journal of Medicine, 358(24), 2545–2559. doi:10.1056/nejmoa0802743

841 Wang, Z., Du, Z., & Zhu, F. (2020). Glycosylated hemoglobin is associated with systemic inflammation, hypercoagulability, and prognosis of COVID-19 patients. Diabetes Research and Clinical Practice, 164, 108214. doi:10.1016/j.diabres.2020.108214

842 Chung, W.-S., Lin, C.-L., & Kao, C.-H. (2015). Carbon monoxide poisoning and risk of deep vein thrombosis and pulmonary embolism: a nationwide retrospective cohort study. Journal of Epidemiology and Community Health, 69(6), 557–562. doi:10.1136/jech-2014-205047

843 Popkin, B. M., Du, S., Green, W. D., Beck, M. A., Algaith, T., Herbst, C. H., … Shekar, M. (2020). Individuals with obesity and COVID-19: A global perspective on the epidemiology and biological relationships. Obesity Reviews. doi:10.1111/obr.13128

844 Xie, J., Zu, Y., Alkhatib, A., Pham, T. T., Gill, F., Jang, A., … Denson, J. L. (2020). Metabolic Syndrome and COVID-19 Mortality Among Adult Black Patients in New Orleans. Diabetes Care, dc201714. doi:10.2337/dc20-1714

845 World Health Organization (2008), 'Waist Circumference and Waist–Hip Ratio: Report of a WHO Expert Consultation', Geneva, 8–11 December 2008

846 Price с соавторами (August 2006). "Weight, shape, and mortality risk in older persons: elevated waist-hip ratio, not high body mass index, is associated with a greater risk of death". Am. J. Clin. Nutr. 84 (2): 449–60.

847 Virtue, S., & Vidal-Puig, A. (2010). Adipose tissue expandability, lipotoxicity and the Metabolic Syndrome-an allostatic perspective. Biochimica et biophysica acta, 1801(3), 338–349. URL: https://doi.org/10.1016/j.bbalip.2009.12.006

848 Taylor, R., & Holman, R. R. (2014). Normal weight individuals who develop Type 2 diabetes: the personal fat threshold. Clinical Science, 128(7), 405–410. doi:10.1042/cs20140553

849 Wang, L., Gao, P., Zhang, M., Huang, Z., Zhang, D., Deng, Q., … Wang, L. (2017). Prevalence and Ethnic Pattern of Diabetes and Prediabetes in China in 2013. JAMA, 317(24), 2515. doi:10.1001/jama.2017.7596

850 Glintborg D. (2016). Endocrine and metabolic characteristics in polycystic ovary syndrome. Danish medical journal, 63(4), B5232.

851 Laforest, S., Labrecque, J., Michaud, A., Cianflone, K., & Tchernof, A. (2015). Adipocyte size as a determinant of metabolic disease and adipose tissue dysfunction. Critical Reviews in Clinical Laboratory Sciences, 52(6), 301–313. doi:10.3109/10408363.2015.1041582

852 Virtue, S., & Vidal-Puig, A. (2010). Adipose tissue expandability, lipotoxicity and the Metabolic Syndrome – An allostatic perspective. Biochimica et Biophysica Acta (BBA) – Molecular and Cell Biology of Lipids, 1801(3), 338–349. doi:10.1016/j.bbalip.2009.12.006 853 Akinci B, Sahinoz M, Oral E. Lipodystrophy Syndromes: Presentation and Treatment. [Updated 2018 Apr 24]. In: Feingold KR, Anawalt B, Boyce A, et al., editors. Endotext [Internet]. South Dartmouth (MA): MDText.com, Inc.; 2000-. Available from: URL: https://www.ncbi.nlm.nih.gov/books/NBK513130/

854 Isganaitis E and Lustig R.H. (2005) 'Fast Food, Central Nervous System Insulin Resistance, and Obesity', Arteriosclerosis, Thrombosis, and Vascular Biology. 2005;25:2451–2462.

855 Clément L с соавторами (2002) 'Dietary trans-10,cis-12 conjugated linoleic acid induces hyperinsulinemia and fatty liver in the mouse', J Lipid Res. 2002 Sep;43(9):1400-9.

856 Storlien LH с соавторами (1991) 'Influence of Dietary Fat Composition on Development of Insulin Resistance in Rats: Relationship to Muscle Triglyceride and ω-3 Fatty Acids in Muscle Phospholipid', Diabetes 1991 Feb; 40(2): 280–289.

857 Bevilacqua с соавторами (1990) 'Operation of Randle's cycle in patients with NIDDM', Diabetes. 1990 Mar;39(3):383-9.

858 Delarue and Magnan (2007) 'Free fatty acids and insulin resistance', Curr Opin Clin Nutr Metab Care. 2007 Mar;10(2):142-8.

859 Shuldiner and McLenithan (2004) 'Genes and pathophysiology of type 2 diabetes: more than just the Randle cycle all over again', J Clin Invest. 2004 Nov;114(10):1414-7.

860 Kraegen, EW с соавторами (1991) 'Development of Muscle Insulin Resistance After Liver Insulin Resistance in High-Fat–Fed Rats', Diabetes Nov 1991, 40 (11) 1397–1403.

861 Carmen, G.-Y., & Víctor, S.-M. (2006). Signalling mechanisms regulating lipolysis. Cellular Signalling, 18(4), 401–408. doi:10.1016/j.cellsig.2005.08.009

862 Sears, B., & Perry, M. (2015). The role of fatty acids in insulin resistance. Lipids in Health and Disease, 14(1). doi:10.1186/s12944-015-0123-1

863 Goodwin, G. W., Taylor, C. S., & Taegtmeyer, H. (1998). Regulation of energy metabolism of the heart during acute increase in heart work. The Journal of biological chemistry, 273(45), 29530–29539. URL: https://doi.org/10.1074/jbc.273.45.29530

864 Kudo, N., Gillespie, J. G., Kung, L., Witters, L. A., Schulz, R., Clanachan, A. S., & Lopaschuk, G. D. (1996). Characterization of 5'AMP-activated protein kinase activity in the heart and its role in inhibiting acetyl-CoA carboxylase during reperfusion following ischemia. Biochimica et biophysica acta, 1301(1–2), 67–75. URL: https://doi.org/10.1016/0005- 2760(96)00013-6

865 Bergman с соавторами (2006), Why Visceral Fat is Bad: Mechanisms of the Metabolic Syndrome. Obesity, 14: 16S-19S.

866 Jeffery с соавторами (2015). Rapid depot-specific activation of adipocyte precursor cells at the onset of obesity. Nature Cell Biology, 17(4), 376–385. doi:10.1038/ncb3122

867 Świderska с соавторами (November 5th 2018). Role of PI3K/AKT Pathway in Insulin-Mediated Glucose Uptake, Blood Glucose Levels, Leszek Szablewski, IntechOpen, DOI: 10.5772/intechopen.80402. Available from: URL: https://www.intechopen.com/books/bloodglucose-levels/role-of-pi3k-akt-pathway-in-insulin-mediated-glucose-uptake

868 DiNicolantonio, J. J., & OKeefe, J. H. (2017). Added sugars drive coronary heart disease via insulin resistance and hyperinsulinaemia: a new paradigm. Open Heart, 4(2), e000729. doi:10.1136/openhrt-2017-000729

869 DiNicolantonio, J. J., O’Keefe, J. H., & Lucan, S. C. (2015). Added Fructose. Mayo Clinic Proceedings, 90(3), 372–381. doi:10.1016/j.mayocp.2014.12.019

870 Reiser, S., Michaelis, O. E., Cataland, S., & O’Dorisio, T. M. (1980). Effect of isocaloric exchange of dietary starch and sucrose in humans on the gastric inhibitory polypeptide response to a sucrose load. The American Journal of Clinical Nutrition, 33(9), 1907–1911. doi:10.1093/ajcn/33.9.1907

871 Reiser, S., Handler, H. B., Gardner, L. B., Hallfrisch, J. G., Michaelis, O. E., & Prather, E. S. (1979). Isocaloric exchange of dietary starch and sucrose in humans II. Effect on fasting blood insulin, glucose, and glucagon and on insulin and glucose response to a sucrose load. The American Journal of Clinical Nutrition, 32(11), 2206–2216. doi:10.1093/ajcn/32.11.2206

872 Gutman, R. A., Basilico, M. Z., Bernal, C. A., Chicco, A., & Lombardo, Y. B. (1987). Long-term hypertriglyceridemia and glucose intolerance in rats fed chronically an isocaloric sucrose-rich diet. Metabolism, 36(11), 1013–1020. doi:10.1016/0026- 0495(87)90019-9

873 Beck-Nielsen, H., Pedersen, O., & Lindskov, H. O. (1980). Impaired cellular insulin binding and insulin sensitivity induced by high-fructose feeding in normal subjects. The American Journal of Clinical Nutrition, 33(2), 273–278. doi:10.1093/ajcn/33.2.273

874 Dunnigan, M. G., Fyfe, T., McKiddie, M. T., & Crosbie, S. M. (1970). The Effects of Isocaloric Exchange of Dietary Starch and Sucrose on Glucose Tolerance, Plasma Insulin and Serum Lipids in Man. Clinical Science, 38(1), 1–9. doi:10.1042/cs0380001

875 Yang, Q., Zhang, Z., Gregg, E. W., Flanders, W. D., Merritt, R., & Hu, F. B. (2014). Added Sugar Intake and Cardiovascular Diseases Mortality Among US Adults. JAMA Internal Medicine, 174(4), 516. doi:10.1001/jamainternmed.2013.13563

876 DiNicolantonio, J. J., Mangan, D., & O’Keefe, J. H. (2018). The fructose–copper connection: Added sugars induce fatty liver and insulin resistance via copper deficiency. Journal of Insulin Resistance, 3(1). doi:10.4102/jir.v3i1.43

877 Jang, C., Hui, S., Lu, W., Cowan, A. J., Morscher, R. J., Lee, G., … Rabinowitz, J. D. (2018). The Small Intestine Converts Dietary Fructose into Glucose and Organic Acids. Cell Metabolism, 27(2), 351–361.e3. doi:10.1016/j.cmet.2017.12.016

878 Basciano H с соавторами (2005) 'Fructose, insulin resistance, and metabolic dyslipidemia', Nutrition & Metabolism20052:5.

879 Balkau с соавторами (2008). Physical activity and insulin sensitivity: the RISC study. Diabetes, 57(10), 2613–2618. URL: https://doi.org/10.2337/db07-1605

880 Lund, S., Holman, G. D., Schmitz, O., & Pedersen, O. (1995). Contraction stimulates translocation of glucose transporter GLUT4 in skeletal muscle through a mechanism distinct from that of insulin. Proceedings of the National Academy of Sciences of the United States of America, 92(13), 5817-21.

881 Shiloah E с соавторами (2003) 'Effect of Acute Psychotic Stress in Nondiabetic Subjects on β- Cell Function and Insulin Sensitivity', Diabetes Care 2003 May; 26(5): 1462–1467.

882 Piroli GG с соавторами (2007) 'Corticosterone Impairs Insulin-Stimulated Translocation of GLUT4 in the Rat Hippocampus', Neuroendocrinology 2007;85:71–80.

883 Paul-Labrador M. с соавторами (2006) 'Effects of a randomized controlled trial of transcendental meditation on components of the metabolic syndrome in subjects with coronary heart disease', Arch Intern Med. 2006 Jun 12;166(11):1218-24.

884 Donga с соавторами (2010). A Single Night of Partial Sleep Deprivation Induces Insulin Resistance in Multiple Metabolic Pathways in Healthy Subjects. The Journal of Clinical Endocrinology & Metabolism, 95(6), 2963–2968. doi:10.1210/jc.2009-2430

885 Tan, E., & Scott, E. M. (2014). Circadian rhythms, insulin action, and glucose homeostasis. Current opinion in clinical nutrition and metabolic care, 17(4), 343–348. URL: https://doi.org/10.1097/MCO.0000000000000061

886 Coomans, C. P., van den Berg, S. A., Lucassen, E. A., Houben, T., Pronk, A. C., van der Spek, R. D., Kalsbeek, A., Biermasz, N. R., Willems van Dijk, K., Romijn, J. A., & Meijer, J. H. (2013). The suprachiasmatic nucleus controls circadian energy metabolism and hepatic insulin sensitivity. Diabetes, 62(4), 1102–1108. URL: https://doi.org/10.2337/db12-0507

887 Morris, C. J., Purvis, T. E., Mistretta, J., & Scheer, F. A. (2016). Effects of the Internal Circadian System and Circadian Misalignment on Glucose Tolerance in Chronic Shift Workers. The Journal of clinical endocrinology and metabolism, 101(3), 1066–1074. URL: https://doi.org/10.1210/jc.2015-3924

888 Jamshed, H., Beyl, R. A., Della Manna, D. L., Yang, E. S., Ravussin, E., & Peterson, C. M. (2019). Early Time-Restricted Feeding Improves 24-Hour Glucose Levels and Affects Markers of the Circadian Clock, Aging, and Autophagy in Humans. Nutrients, 11(6), 1234. URL: https://doi.org/10.3390/nu11061234

889 American Academy of Sleep Medicine. (2018, June 4). Light exposure during sleep may increase insulin resistance: Chronic overnight light exposure could have long-term effects on metabolic function. ScienceDaily. Retrieved October 19, 2020 from www.sciencedaily.com/releases/2018/06/180604172736.htm

890 Obayashi, K., Saeki, K., Iwamoto, J., Ikada, Y., & Kurumatani, N. (2014). Independent associations of exposure to evening light and nocturnal urinary melatonin excretion with diabetes in the elderly. Chronobiology international, 31(3), 394–400. URL: https://doi.org/10.3109/07420528.2013.864299

891 Obayashi, K., Saeki, K., Iwamoto, J., Okamoto, N., Tomioka, K., Nezu, S., Ikada, Y., & Kurumatani, N. (2013). Exposure to light at night, nocturnal urinary melatonin excretion, and obesity/dyslipidemia in the elderly: a cross-sectional analysis of the HEIJO-KYO study. The Journal of clinical endocrinology and metabolism, 98(1), 337–344. URL: https://doi.org/10.1210/jc.2012-2874

892 Cheung, I. N., Zee, P. C., Shalman, D., Malkani, R. G., Kang, J., & Reid, K. J. (2016). Morning and Evening Blue-Enriched Light Exposure Alters Metabolic Function in Normal Weight Adults. PloS one, 11(5), e0155601. URL: https://doi.org/10.1371/journal.pone.0155601

893 Clément L с соавторами (2002) 'Dietary trans-10,cis-12 conjugated linoleic acid induces hyperinsulinemia and fatty liver in the mouse', J Lipid Res. 2002 Sep;43(9):1400-9.

894 Shoelson, S. E., Lee, J., & Goldfine, A. B. (2006). Inflammation and insulin resistance. The Journal of clinical investigation, 116(7), 1793-801.

895 Huang YJ с соавторами (1997) 'Amelioration of insulin resistance and hypertension in a fructosefed rat model with fish oil supplementation', Metabolism Clinical and Experimental, November 1997Volume 46, Issue 11, Pages 1252–1258.

896 Weintraub, M. S., Zechner, R., Brown, A., Eisenberg, S., & Breslow, J. L. (1988). Dietary polyunsaturated fats of the W-6 and W-3 series reduce postprandial lipoprotein levels. Chronic and acute effects of fat saturation on postprandial lipoprotein metabolism. Journal of Clinical Investigation, 82(6), 1884–1893. doi:10.1172/jci113806

897 Simopoulos, A. P., & DiNicolantonio, J. J. (2016). The importance of a balanced ω-6 to ω-3 ratio in the prevention and management of obesity. Open Heart, 3(2), e000385. doi:10.1136/openhrt-2015-000385

898 Garaulet, M., Pérez-Llamas, F., Pérez-Ayala, M., Martínez, P., de Medina, F. S., Tebar, F. J., & Zamora, S. (2001). Site-specific differences in the fatty acid composition of abdominal adipose tissue in an obese population from a Mediterranean area: relation with dietary fatty acids, plasma lipid profile, serum insulin, and central obesity. The American Journal of Clinical Nutrition, 74(5), 585–591. doi:10.1093/ajcn/74.5.585

899 Willi, C., Bodenmann, P., Ghali, W. A., Faris, P. D., & Cornuz, J. (2007). Active smoking and the risk of type 2 diabetes: a systematic review and meta-analysis. JAMA, 298(22), 2654–2664. URL: https://doi.org/10.1001/jama.298.22.2654

900 Attvall S с соавторами (1993) 'Smoking induces insulin resistance-a potential link with the insulin resistance syndrome', J Intern Med. 1993 Apr;233(4):327-32.

901 Hofstetter, A., Schutz, Y., Jéquier, E., & Wahren, J. (1986). Increased 24-Hour Energy Expenditure in Cigarette Smokers. New England Journal of Medicine, 314(2), 79–82. doi:10.1056/nejm198601093140204

902 Hellerstein, M. K., Benowitz, N. L., Neese, R. A., Schwartz, J. M., Hoh, R., Jacob, P., … Faix, D. (1994). Effects of cigarette smoking and its cessation on lipid metabolism and energy expenditure in heavy smokers. Journal of Clinical Investigation, 93(1), 265–272. doi:10.1172/jci116955

903 Chiolero, A., Faeh, D., Paccaud, F., & Cornuz, J. (2008). Consequences of smoking for body weight, body fat distribution, and insulin resistance. The American Journal of Clinical Nutrition, 87(4), 801–809. doi:10.1093/ajcn/87.4.801

904 Bajaj, M. (2012). Nicotine and Insulin Resistance: When the Smoke Clears. Diabetes, 61(12), 3078–3080. doi:10.2337/db12-1100

905 Martinez de Morentin, P. B., Whittle, A. J., Ferno, J., Nogueiras, R., Dieguez, C., VidalPuig, A., & Lopez, M. (2012). Nicotine Induces Negative Energy Balance Through Hypothalamic AMP-Activated Protein Kinase. Diabetes, 61(4), 807–817. doi:10.2337/db11-1079

906 Martinez de Morentin, P. B., Whittle, A. J., Ferno, J., Nogueiras, R., Dieguez, C., VidalPuig, A., & Lopez, M. (2012). Nicotine Induces Negative Energy Balance Through Hypothalamic AMP-Activated Protein Kinase. Diabetes, 61(4), 807–817. doi:10.2337/db11-1079

907 Koppes, L. L. J., Dekker, J. M., Hendriks, H. F. J., Bouter, L. M., & Heine, R. J. (2005). Moderate Alcohol Consumption Lowers the Risk of Type 2 Diabetes: A meta-analysis of prospective observational studies. Diabetes Care, 28(3), 719–725. doi:10.2337/diacare.28.3.719

908 Brien, S. E., Ronksley, P. E., Turner, B. J., Mukamal, K. J., & Ghali, W. A. (2011). Effect of alcohol consumption on biological markers associated with risk of coronary heart disease: systematic review and meta-analysis of interventional studies. BMJ, 342(feb22 1), d636–d636. doi:10.1136/bmj.d636

909 Joosten, M. M., Beulens, J. W. J., Kersten, S., & Hendriks, H. F. J. (2008). Moderate alcohol consumption increases insulin sensitivity and ADIPOQ expression in postmenopausal women: a randomised, crossover trial. Diabetologia, 51(8), 1375–1381. doi:10.1007/s00125-008-1031-y

910 Schrieks с соавторами (2015) 'The Effect of Alcohol Consumption on Insulin Sensitivity and Glycemic Status: A Systematic Review and Meta-analysis of Intervention Studies', Diabetes Care Apr 2015, 38 (4) 723–732; DOI: 10.2337/dc14-1556

911 Shield, K. D., Parry, C., & Rehm, J. (2013). Chronic diseases and conditions related to alcohol use. Alcohol research: current reviews, 35(2), 155–173.

912 Rosique-Esteban, N., Guasch-Ferré, M., Hernández-Alonso, P., & Salas-Salvadó, J. (2018). Dietary Magnesium and Cardiovascular Disease: A Review with Emphasis in Epidemiological Studies. Nutrients, 10(2), 168. doi:10.3390/nu10020168

913 De Baaij, J. H. F., Hoenderop, J. G. J., & Bindels, R. J. M. (2015). Magnesium in Man: Implications for Health and Disease. Physiological Reviews, 95(1), 1–46. doi:10.1152/physrev.00012.2014

914 Veronese, N., Watutantrige-Fernando, S., Luchini, C., Solmi, M., Sartore, G., Sergi, G., Manzato, E., Barbagallo, M., Maggi, S., & Stubbs, B. (2016). Effect of magnesium supplementation on glucose metabolism in people with or at risk of diabetes: a systematic review and meta-analysis of double-blind randomized controlled trials. European journal of clinical nutrition, 70(12), 1354–1359. URL: https://doi.org/10.1038/ejcn.2016.154

915 Simental-Mendía, L. E., Sahebkar, A., Rodríguez-Morán, M., & Guerrero-Romero, F. (2016). A systematic review and meta-analysis of randomized controlled trials on the effects of magnesium supplementation on insulin sensitivity and glucose control. Pharmacological research, 111, 272–282. URL: https://doi.org/10.1016/j.phrs.2016.06.019

916 Morais, J., Severo, J. S., de Alencar, G., de Oliveira, A., Cruz, K., Marreiro, D., Freitas, B., de Carvalho, C., Martins, M., & Frota, K. (2017). Effect of magnesium supplementation on insulin resistance in humans: A systematic review. Nutrition (Burbank, Los Angeles County, Calif.), 38, 54–60. URL: https://doi.org/10.1016/j.nut.2017.01.009

917 Veech, R. L., Bradshaw, P. C., Clarke, K., Curtis, W., Pawlosky, R., & King, M. T. (2017). Ketone bodies mimic the life span extending properties of caloric restriction. IUBMB Life, 69(5), 305–314. doi:10.1002/iub.1627

918 Elamin, M., Ruskin, D. N., Masino, S. A., & Sacchetti, P. (2017). Ketone-Based Metabolic Therapy: Is Increased NAD+ a Primary Mechanism? Frontiers in Molecular Neuroscience, 10. doi:10.3389/fnmol.2017.00377

919 Hopp, Grüter, & Hottiger. (2019). Regulation of Glucose Metabolism by NAD+ and ADP-Ribosylation. Cells, 8(8), 890. doi:10.3390/cells8080890

920 Xin, L., Ipek, Ö., Beaumont, M., Shevlyakova, M., Christinat, N., Masoodi, M., … Cuenoud, B. (2018). Nutritional Ketosis Increases NAD+/NADH (НАДH) Ratio in Healthy Human Brain: An in Vivo Study by 31P-MRS. Frontiers in Nutrition, 5. doi:10.3389/fnut.2018.00062

921 Gao, J., Feng, Z., Wang, X., Zeng, M., Liu, J., Han, S., … Liu, J. (2017). SIRT3/SOD2 maintains osteoblast differentiation and bone formation by regulating mitochondrial stress. Cell Death & Differentiation, 25(2), 229–240. doi:10.1038/cdd.2017.144

922 Barbagallo, M., Dominguez, L. J., Tagliamonte, M. R., Resnick, L. M., & Paolisso, G. (1999). Effects of Glutathione on Red Blood Cell Intracellular Magnesium. Hypertension, 34(1), 76–82. doi:10.1161/01.hyp.34.1.76

923 DiNicolantonio, J. J., O’Keefe, J. H., & Wilson, W. (2018). Subclinical magnesium deficiency: a principal driver of cardiovascular disease and a public health crisis. Open Heart, 5(1), e000668. doi:10.1136/openhrt-2017-000668

924 Gromova, O. A., Torshin, I. Y., Kobalava, Z. D., Sorokina, M. A., … Villevalde, S. V. (2018). Deficit of Magnesium and States of Hypercoagulation: Intellectual Analysis of Data Obtained From a Sample of Patients Aged 18–50 years From Medical and Preventive Facilities in Russia. Kardiologiia, 17(4), 22–35. doi:10.18087/cardio.2018.4.10106

925 Çiçek, G., Açikgoz, S. K., Yayla, Ç., Kundi, H., & İleri, M. (2016). Magnesium as a predictor of acute stent thrombosis in patients with ST-segment elevation myocardial infarction who underwent primary angioplasty. Coronary Artery Disease, 27(1), 47–51. doi:10.1097/mca.0000000000000318

926 Shen, M. Y., Sheu, J. R., Hsiao, G., Lee, Y. M., & en, M. H. (2003). Antithrombotic Effects of Magnesium Sulfate in In Vivo Experiments. International Journal of Hematology, 77(4), 414–419. doi:10.1007/bf02982655

927 Florentin, M. (2012). Proton pump inhibitor-induced hypomagnesemia: A new challenge. World Journal of Nephrology, 1(6), 151. doi:10.5527/wjn.v1.i6.151

928 Peters, K. E., Chubb, S. A. P., Davis, W. A., & Davis, T. M. E. (2013). The Relationship between Hypomagnesemia, Metformin Therapy and Cardiovascular Disease Complicating Type 2 Diabetes: The Fremantle Diabetes Study. PLoS ONE, 8(9), e74355. doi:10.1371/journal.pone.0074355

929 El-Aal, A. A., El-Ghffar, E. A. A., Ghali, A. A., Zughbur, M. R., & Sirdah, M. M. (2018). The effect of vitamin C and/or E supplementations on type 2 diabetic adult males under metformin treatment: A single-blinded randomized controlled clinical trial. Diabetes & Metabolic Syndrome: Clinical Research & Reviews, 12(4), 483–489. doi:10.1016/j.dsx.2018.03.013

930 Ellulu, M. S., Rahmat, A., Ismail, P., Khaza’ai, H., & Abed, Y. (2015). Effect of vitamin C on inflammation and metabolic markers in hypertensive and/or diabetic obese adults: a randomized controlled trial. Drug Design, Development and Therapy, 3405. doi:10.2147/dddt.s83144

931 Chuangchot, N., Boonthongkaew, C., Phoksawat, W., Jumnainsong, A., Leelayuwat, C., & Leelayuwat, N. (2020). Oral vitamin C treatment increases polymorphonuclear cell functions in type 2 diabetes mellitus patients with poor glycemic control. Nutrition Research, 79, 50–59. doi:10.1016/j.nutres.2020.05.010

932 Ashor, A. W., Werner, A. D., Lara, J., Willis, N. D., Mathers, J. C., & Siervo, M. (2017). Effects of vitamin C supplementation on glycaemic control: a systematic review and metaanalysis of randomised controlled trials. European Journal of Clinical Nutrition, 71(12), 1371–1380. doi:10.1038/ejcn.2017.24

933 Afkhami-Ardekani, M., & Shojaoddiny-Ardekani, A. (2007). Effect of vitamin C on blood glucose, serum lipids & serum insulin in type 2 diabetes patients. The Indian journal of medical research, 126(5), 471–474.

934 Mason, S. A., Della Gatta, P. A., Snow, R. J., Russell, A. P., & Wadley, G. D. (2016). Ascorbic acid supplementation improves skeletal muscle oxidative stress and insulin sensitivity in people with type 2 diabetes: Findings of a randomized controlled study. Free Radical Biology and Medicine, 93, 227–238. doi:10.1016/j.freeradbiomed.2016.01.006

935 Feng, W., Ding, Y., Zhang, W., Chen, Y., Li, Q., Wang, W., … Wu, X. (2018). Chromium malate alleviates high-glucose and insulin resistance in L6 skeletal muscle cells by regulating glucose uptake and insulin sensitivity signaling pathways. BioMetals, 31(5), 891–908. doi:10.1007/s10534-018-0132-4

936 Lai, M.-H. (2008). Antioxidant Effects and Insulin Resistance Improvement of Chromium Combined with Vitamin C and E Supplementation for Type 2 Diabetes Mellitus. Journal of Clinical Biochemistry and Nutrition, 43(3), 191–198. doi:10.3164/jcbn.2008064

937 Kang, Y.-H., Cho, M.-H., Kim, J.-Y., Kwon, M.-S., Peak, J.-J., Kang, S.-W., … Song, Y. (2016). Impaired macrophage autophagy induces systemic insulin resistance in obesity. Oncotarget, 7(24), 35577–35591. doi:10.18632/oncotarget.9590

938 Yang, L., Li, P., Fu, S., Calay, E. S., & Hotamisligil, G. S. (2010). Defective hepatic autophagy in obesity promotes ER stress and causes insulin resistance. Cell metabolism, 11(6), 467–478. URL: https://doi.org/10.1016/j.cmet.2010.04.005

939 Liu, H. Y., Han, J., Cao, S. Y., Hong, T., Zhuo, D., Shi, J., Liu, Z., & Cao, W. (2009). Hepatic autophagy is suppressed in the presence of insulin resistance and hyperinsulinemia: inhibition of FoxO1-dependent expression of key autophagy genes by insulin. The Journal of biological chemistry, 284(45), 31484–31492. URL: https://doi.org/10.1074/jbc.M109.033936

940 Takemura G, Kanamori H, Goto K, Maruyama R, Tsujimoto A, Fujiwara H, et al. Autophagy maintains cardiac function in the starved adult. Autophagy 2009; 5: 1034–1036.

941 DiNicolantonio, J. J., O’Keefe, J. H., & Lucan, S. C. (2015). Added Fructose. Mayo Clinic Proceedings, 90(3), 372–381. doi:10.1016/j.mayocp.2014.12.019

942 Saslow, L. R., Kim, S., Daubenmier, J. J., Moskowitz, J. T., Phinney, S. D., Goldman, V., … Hecht, F. M. (2014). A Randomized Pilot Trial of a Moderate Carbohydrate Diet Compared to a Very Low Carbohydrate Diet in Overweight or Obese Individuals with Type 2 Diabetes Mellitus or Prediabetes. PLoS ONE, 9(4), e91027. doi:10.1371/journal.pone.0091027

943 Athinarayanan, S. J., Adams, R. N., Hallberg, S. J., McKenzie, A. L., Bhanpuri, N. H., Campbell, W. W., … McCarter, J. P. (2019). Long-Term Effects of a Novel Continuous Remote Care Intervention Including Nutritional Ketosis for the Management of Type 2 Diabetes: A 2-Year Non-randomized Clinical Trial. Frontiers in Endocrinology, 10. doi:10.3389/fendo.2019.00348

944 Boden с соавторами (2005). Effect of a low-carbohydrate diet on appetite, blood glucose levels, and insulin resistance in obese patients with type 2 diabetes. Annals of internal medicine, 142(6), 403–411. URL: https://doi.org/10.7326/0003-4819-142-6-200503150-00006

945 Noakes с соавторами (2006). Comparison of isocaloric very low carbohydrate/high saturated fat and high carbohydrate/low saturated fat diets on body composition and cardiovascular risk. Nutrition & metabolism, 3, 7. URL: https://doi.org/10.1186/1743-7075-3-7

946 Barnard, N. D., Cohen, J., Jenkins, D. J. A., Turner-McGrievy, G., Gloede, L., Jaster, B., … Talpers, S. (2006). A Low-Fat Vegan Diet Improves Glycemic Control and Cardiovascular Risk Factors in a Randomized Clinical Trial in Individuals With Type 2 Diabetes. Diabetes Care, 29(8), 1777–1783. doi:10.2337/dc06-0606

947 Hyde, P. N., Sapper, T. N., Crabtree, C. D., LaFountain, R. A., Bowling, M. L., Buga, A., … Volek, J. S. (2019). Dietary carbohydrate restriction improves metabolic syndrome independent of weight loss. JCI Insight, 4(12). doi:10.1172/jci.insight.128308

948 Mansoor, N., Vinknes, K. J., Veierød, M. B., & Retterstøl, K. (2015). Effects of lowcarbohydrate dietsv. low-fat diets on body weight and cardiovascular risk factors: a metaanalysis of randomised controlled trials. British Journal of Nutrition, 115(3), 466–479. doi:10.1017/s0007114515004699

949 Newman, J. C., & Verdin, E. (2014). Ketone bodies as signaling metabolites. Trends in Endocrinology & Metabolism, 25(1), 42–52. doi:10.1016/j.tem.2013.09.002

950 Veech R. L. (2004). The therapeutic implications of ketone bodies: the effects of ketone bodies in pathological conditions: ketosis, ketogenic diet, redox states, insulin resistance, and mitochondrial metabolism. Prostaglandins, leukotrienes, and essential fatty acids, 70(3), 309–319. URL: https://doi.org/10.1016/j.plefa.2003.09.007

951 Newman, J. C., & Verdin, E. (2017). β-Hydroxybutyrate: A Signaling Metabolite. Annual Review of Nutrition, 37(1), 51–76. doi:10.1146/annurev-nutr-071816-064916

952 Jeong, E. A., Jeon, B. T., Shin, H. J., Kim, N., Lee, D. H., Kim, H. J., Kang, S. S., Cho, G. J., Choi, W. S., & Roh, G. S. (2011). Ketogenic diet-induced peroxisome proliferatoractivated receptor-γ activation decreases neuroinflammation in the mouse hippocampus after kainic acid-induced seizures. Experimental neurology, 232(2), 195–202. URL: https://doi.org/10.1016/j.expneurol.2011.09.001

953 Milder, J. B., Liang, L. P., & Patel, M. (2010). Acute oxidative stress and systemic Nrf2 activation by the ketogenic diet. Neurobiology of disease, 40(1), 238–244. URL: https://doi.org/10.1016/j.nbd.2010.05.030

954 Jarrett, S. G., Milder, J. B., Liang, L. P., & Patel, M. (2008). The ketogenic diet increases mitochondrial glutathione levels. Journal of neurochemistry, 106(3), 1044–1051. URL: https://doi.org/10.1111/j.1471–4159.2008.05460.x

955 Shimazu, T., Hirschey, M. D., Newman, J., He, W., Shirakawa, K., Le Moan, N., Grueter, C. A., Lim, H., Saunders, L. R., Stevens, R. D., Newgard, C. B., Farese, R. V., Jr, de Cabo, R., Ulrich, S., Akassoglou, K., & Verdin, E. (2013). Suppression of oxidative stress by β-hydroxybutyrate, an endogenous histone deacetylase inhibitor. Science (New York, N.Y.), 339(6116), 211–214. URL: https://doi.org/10.1126/science.1227166

956 Sumithran, P., Prendergast, L. A., Delbridge, E., Purcell, K., Shulkes, A., Kriketos, A., & Proietto, J. (2013). Ketosis and appetite-mediating nutrients and hormones after weight loss. European Journal of Clinical Nutrition, 67(7), 759–764. doi:10.1038/ejcn.2013.90

957 Miller, V. J., Villamena, F. A., & Volek, J. S. (2018). Nutritional Ketosis and Mitohormesis: Potential Implications for Mitochondrial Function and Human Health. Journal of Nutrition and Metabolism, 2018, 1–27. doi:10.1155/2018/5157645

958 NISHIMUTA, M., KODAMA, N., YOSHITAKE, Y., SHIMADA, M., & SERIZAWA, N. (2018). Dietary Salt (Sodium Chloride) Requirement and Adverse Effects of Salt Restriction in Humans. Journal of Nutritional Science and Vitaminology, 64(2), 83–89. doi:10.3177/jnsv.64.83

959 Garg, R., Williams, G. H., Hurwitz, S., Brown, N. J., Hopkins, P. N., & Adler, G. K. (2011). Low-salt diet increases insulin resistance in healthy subjects. Metabolism, 60(7), 965–968. doi:10.1016/j.metabol.2010.09.005

960 Kinzig, K. P., Honors, M. A., & Hargrave, S. L. (2010). Insulin sensitivity and glucose tolerance are altered by maintenance on a ketogenic diet. Endocrinology, 151(7), 3105–3114. URL: https://doi.org/10.1210/en.2010-0175

961 Grandl с соавторами (2018). Short-term feeding of a ketogenic diet induces more severe hepatic insulin resistance than an obesogenic high-fat diet. The Journal of physiology, 596(19), 4597–4609. URL: https://doi.org/10.1113/JP275173

962 Wang, G (2014) 'Raison d’être of insulin resistance: the adjustable threshold hypothesis', Journal of the Royal Society, Vol 11(101).

963 Park (2010) 'Twinkie diet helps nutrition professor lose 27 pounds', CNN, November 8, 2010, Accessed Online: URL: https://www.cnn.com/2010/HEALTH/11/08/twinkie.diet.professor/index.html

964 Nedeltcheva, A. V., Kilkus, J. M., Imperial, J., Schoeller, D. A., & Penev, P. D. (2010). Insufficient sleep undermines dietary efforts to reduce adiposity. Annals of internal medicine, 153(7), 435–441. URL: https://doi.org/10.7326/0003-4819-153-7-201010050-00006 965 2015–2020 Dietary Guidelines 'Appendix 2. Estimated Calorie Needs per Day, by Age, Sex, and Physical Activity Level', Accessed Online: URL: https://health.gov/dietaryguidelines/2015/guidelines/appendix-2/

966 Gardner, C. D., Trepanowski, J. F., Del Gobbo, L. C., Hauser, M. E., Rigdon, J., Ioannidis, J. P. A., … King, A. C. (2018). Effect of Low-Fat vs Low-Carbohydrate Diet on 12-Month Weight Loss in Overweight Adults and the Association With Genotype Pattern or Insulin Secretion. JAMA, 319(7), 667. doi:10.1001/jama.2018.0245

967 Lejeune, M. P., Westerterp, K. R., Adam, T. C., Luscombe-Marsh, N. D., & WesterterpPlantenga, M. S. (2006). Ghrelin and glucagon-like peptide 1 concentrations, 24-h satiety, and energy and substrate metabolism during a high-protein diet and measured in a respiration chamber. The American journal of clinical nutrition, 83(1), 89–94. URL: https://doi.org/10.1093/ajcn/83.1.89

968 Weigle, D. S., Breen, P. A., Matthys, C. C., Callahan, H. S., Meeuws, K. E., Burden, V. R., & Purnell, J. Q. (2005). A high-protein diet induces sustained reductions in appetite, ad libitum caloric intake, and body weight despite compensatory changes in diurnal plasma leptin and ghrelin concentrations. The American journal of clinical nutrition, 82(1), 41–48. URL: https://doi.org/10.1093/ajcn.82.1.41

969 Glickman, N., Mitchell, H. H., Lambert, E. H., & Keeton, R. W. (1948). The Total Specific Dynamic Action of High-Protein and High-Carbohydrate Diets on Human Subjects. The Journal of Nutrition, 36(1), 41–57. doi:10.1093/jn/36.1.41

970 Bray, G. A., Redman, L. M., de Jonge, L., Covington, J., Rood, J., Brock, C., Mancuso, S., Martin, C. K., & Smith, S. R. (2015). Effect of protein overfeeding on energy expenditure measured in a metabolic chamber. The American journal of clinical nutrition, 101(3), 496–505. URL: https://doi.org/10.3945/ajcn.114.091769

971 Crovetti, R., Porrini, M., Santangelo, A., & Testolin, G. (1998). The influence of thermic effect of food on satiety. European journal of clinical nutrition, 52(7), 482–488. URL: https://doi.org/10.1038/sj.ejcn.1600578

972 Margriet AB Veldhorst, Margriet S Westerterp-Plantenga, Klaas R Westerterp, Gluconeogenesis and energy expenditure after a high-protein, carbohydrate-free diet, The American Journal of Clinical Nutrition, Volume 90, Issue 3, September 2009, Pages 519–526, URL: https://doi.org/10.3945/ajcn.2009.27834

973 Lomenick, J. P., Melguizo, M. S., Mitchell, S. L., Summar, M. L., & Anderson, J. W. (2009). Effects of meals high in carbohydrate, protein, and fat on ghrelin and peptide YY secretion in prepubertal children. The Journal of clinical endocrinology and metabolism, 94(11), 4463–4471. URL: https://doi.org/10.1210/jc.2009-0949

974 Blom, W. A., Lluch, A., Stafleu, A., Vinoy, S., Holst, J. J., Schaafsma, G., & Hendriks, H. F. (2006). Effect of a high-protein breakfast on the postprandial ghrelin response. The American journal of clinical nutrition, 83(2), 211–220. URL: https://doi.org/10.1093/ajcn/83.2.211

975 Wycherley, T. P., Moran, L. J., Clifton, P. M., Noakes, M., & Brinkworth, G. D. (2012). Effects of energy-restricted high-protein, low-fat compared with standard-protein, low-fat diets: a meta-analysis of randomized controlled trials. The American journal of clinical nutrition, 96(6), 1281–1298. URL: https://doi.org/10.3945/ajcn.112.044321

976 Wycherley, T. P., Moran, L. J., Clifton, P. M., Noakes, M., & Brinkworth, G. D. (2012). Effects of energy-restricted high-protein, low-fat compared with standard-protein, low-fat diets: a meta-analysis of randomized controlled trials. The American journal of clinical nutrition, 96(6), 1281–1298. URL: https://doi.org/10.3945/ajcn.112.044321

977 Bosse, J. D., & Dixon, B. M. (2012). Dietary protein to maximize resistance training: a review and examination of protein spread and change theories. Journal of the International Society of Sports Nutrition, 9(1), 42. URL: https://doi.org/10.1186/1550-2783-9-42

978 Dietary protein for athletes: From requirements to optimum adaptation. Phillips SM, Van Loon LJ. J Sports Sci. 2011;29 Suppl 1:S29-38.

979 Wolfe R. R. (2012). The role of dietary protein in optimizing muscle mass, function and health outcomes in older individuals. The British journal of nutrition, 108 Suppl 2, S88–S93. URL: https://doi.org/10.1017/S0007114512002590

980 Lexell, J., Taylor, C. C., & Sjöström, M. (1988). What is the cause of the ageing atrophy? Total number, size and proportion of different fiber types studied in whole vastus lateralis muscle from 15- to 83-year-old men. Journal of the neurological sciences, 84(2–3), 275–294. URL: https://doi.org/10.1016/0022-510x(88)90132-3

981 Faulkner, J. A., Larkin, L. M., Claflin, D. R., & Brooks, S. V. (2007). Age-related changes in the structure and function of skeletal muscles. Clinical and experimental pharmacology & physiology, 34(11), 1091–1096. URL: https://doi.org/10.1111/j.1440–1681.2007.04752.x

982 Kerstetter, J. E., Kenny, A. M., & Insogna, K. L. (2011). Dietary protein and skeletal health: a review of recent human research. Current opinion in lipidology, 22(1), 16–20. URL: https://doi.org/10.1097/MOL.0b013e3283419441

983 Bonjour J. P. (2005). Dietary protein: an essential nutrient for bone health. Journal of the American College of Nutrition, 24(6 Suppl), 526S–36S. URL: https://doi.org/10.1080/07315724.2005.10719501

984 Frankenfield D. (2006). Energy expenditure and protein requirements after traumatic injury. Nutrition in clinical practice: official publication of the American Society for Parenteral and Enteral Nutrition, 21(5), 430–437. URL: https://doi.org/10.1177/0115426506021005430

985 Layman, D. K., Anthony, T. G., Rasmussen, B. B., Adams, S. H., Lynch, C. J., Brinkworth, G. D., & Davis, T. A. (2015). Defining meal requirements for protein to optimize metabolic roles of amino acids. The American journal of clinical nutrition, 101(6), 1330S–1338S. URL: https://doi.org/10.3945/ajcn.114.084053

986 Campbell, W. W., Trappe, T. A., Wolfe, R. R., & Evans, W. J. (2001). The recommended dietary allowance for protein may not be adequate for older people to maintain skeletal muscle. The journals of gerontology. Series A, Biological sciences and medical sciences, 56(6), M373–M380. URL: https://doi.org/10.1093/gerona/56.6.m373

987 Loren Cordain, Janette Brand Miller, S Boyd Eaton, Neil Mann, Susanne HA Holt, John D Speth; Plant-animal subsistence ratios and macronutrient energy estimations in worldwide hunter-gatherer diets, The American Journal of Clinical Nutrition, Volume 71, Issue 3, 1 March 2000, Pages 682–692

988 Nancy R Rodriguez, Introduction to Protein Summit 2.0: continued exploration of the impact of high-quality protein on optimal health, The American Journal of Clinical Nutrition, Volume 101, Issue 6, June 2015, Pages 1317S–1319S, URL: https://doi.org/10.3945/ajcn.114.083980

989 Martin, W. F., Armstrong, L. E., & Rodriguez, N. R. (2005). Dietary protein intake and renal function. Nutrition & metabolism, 2, 25. URL: https://doi.org/10.1186/1743-7075-2-25

990 Friedman A. N. (2004). High-protein diets: potential effects on the kidney in renal health and disease. American journal of kidney diseases: the official journal of the National Kidney Foundation, 44(6), 950–962. URL: https://doi.org/10.1053/j.ajkd.2004.08.020

991 Conn JW, Newburgh LH: The glycemic response to isoglucogenic quantities of protein and carbohydrate. J Clin Invest 15:667-71, 1936.

992 Nuttall, F. Q., Ngo, A., & Gannon, M. C. (2008). Regulation of hepatic glucose production and the role of gluconeogenesis in humans: is the rate of gluconeogenesis constant?. Diabetes/metabolism research and reviews, 24(6), 438–458. URL: https://doi.org/10.1002/dmrr.863

993 Kastorini, C.-M., Milionis, H. J., Esposito, K., Giugliano, D., Goudevenos, J. A., & Panagiotakos, D. B. (2011). The Effect of Mediterranean Diet on Metabolic Syndrome and its Components. Journal of the American College of Cardiology, 57(11), 1299–1313. doi:10.1016/j.jacc.2010.09.073

994 Doménech, M., Roman, P., Lapetra, J., García de la Corte, F. J., Sala-Vila, A., de la Torre, R., … Ros, E. (2014). Mediterranean Diet Reduces 24-Hour Ambulatory Blood Pressure, Blood Glucose, and Lipids. Hypertension, 64(1), 69–76. doi:10.1161/hypertensionaha.113.03353

995 Salas-Salvado, J., Bullo, M., Babio, N., Martinez-Gonzalez, M. A., Ibarrola-Jurado, N., … Basora, J. (2010). Reduction in the Incidence of Type 2 Diabetes With the Mediterranean Diet: Results of the PREDIMED-Reus nutrition intervention randomized trial. Diabetes Care, 34(1), 14–19. doi:10.2337/dc10-1288

996 Vincent-Baudry, S., Defoort, C., Gerber, M., Bernard, M.-C., Verger, P., Helal, O., … Lairon, D. (2005). The Medi-RIVAGE study: reduction of cardiovascular disease risk factors after a 3-mo intervention with a Mediterranean-type diet or a low-fat diet. The American Journal of Clinical Nutrition, 82(5), 964–971. doi:10.1093/ajcn/82.5.964

997 Casas, R., Sacanella, E., & Estruch, R. (2014). The Immune Protective Effect of the Mediterranean Diet against Chronic Low-grade Inflammatory Diseases. Endocrine, Metabolic & Immune Disorders-Drug Targets, 14(4), 245–254. doi:10.2174/1871530314666140922153350

998 Esposito, K., Marfella, R., Ciotola, M., Di Palo, C., Giugliano, F., Giugliano, G., … Giugliano, D. (2004). Effect of a Mediterranean-Style Diet on Endothelial Dysfunction and Markers of Vascular Inflammation in the Metabolic Syndrome. JAMA, 292(12), 1440. doi:10.1001/jama.292.12.1440

999 Marín, C., Yubero-Serrano, E., López-Miranda, J., & Pérez-Jiménez, F. (2013). Endothelial Aging Associated with Oxidative Stress Can Be Modulated by a Healthy Mediterranean Diet. International Journal of Molecular Sciences, 14(5), 8869–8889. doi:10.3390/ijms14058869

1000 Rallidis, L. S., Lekakis, J., Kolomvotsou, A., Zampelas, A., Vamvakou, G., Efstathiou, S., … Kremastinos, D. T. (2009). Close adherence to a Mediterranean diet improves endothelial function in subjects with abdominal obesity. The American Journal of Clinical Nutrition, 90(2), 263–268. doi:10.3945/ajcn.2008.27290

1001 Estruch, R., Ros, E., Salas-Salvadó, J., Covas, M.-I., Corella, D., Arós, F., … MartínezGonzález, M. A. (2013). Primary Prevention of Cardiovascular Disease with a Mediterranean Diet. New England Journal of Medicine, 368(14), 1279–1290. doi:10.1056/nejmoa1200303

1002 Mena, M.-P., Sacanella, E., Vazquez-Agell, M., Morales, M., Fitó, M., Escoda, R., … Estruch, R. (2008). Inhibition of circulating immune cell activation: a molecular antiinflammatory effect of the Mediterranean diet. The American Journal of Clinical Nutrition, 89(1), 248–256. doi:10.3945/ajcn.2008.26094

1003 Singh, S., & Aggarwal, B. B. (1995). Activation of Transcription Factor NF-κB Is Suppressed by Curcumin (Diferuloylmethane). Journal of Biological Chemistry, 270(42), 24995–25000. doi:10.1074/jbc.270.42.24995

1004 Aggarwal, B. B. (2010). Targeting Inflammation-Induced Obesity and Metabolic Diseases by Curcumin and Other Nutraceuticals. Annual Review of Nutrition, 30(1), 173–199. doi:10.1146/annurev.nutr.012809.104755

1005 Xu, J., Fu, Y., & Chen, A. (2003). Activation of peroxisome proliferator-activated receptor-γ contributes to the inhibitory effects of curcumin on rat hepatic stellate cell growth. American Journal of Physiology-Gastrointestinal and Liver Physiology, 285(1), G20–G30. doi:10.1152/ajpgi.00474.2002

1006 Yu, Y., Hu, S. K., & Yan, H. (2008). Zhonghua yu fang yi xue za zhi [Chinese journal of preventive medicine], 42(11), 818–822.

1007 Kumar, P. A., Suryanarayana, P., Reddy, P. Y., & Reddy, G. B. (2005). Modulation of alpha-crystallin chaperone activity in diabetic rat lens by curcumin. Molecular vision, 11, 561–568.

1008 Dolati, S., Namiranian, K., Amerian, R., Mansouri, S., Arshadi, S., & Azarbayjani, M. A. (2020). The Effect of Curcumin Supplementation and Aerobic Training on Anthropometric Indices, Serum Lipid Profiles, C-Reactive Protein and Insulin Resistance in Overweight Women: A Randomized, Double-Blind, Placebo-Controlled Trial. Journal of Obesity & Metabolic Syndrome, 29(1), 47–57. doi:10.7570/jomes19055

1009 Ziegenfuss, T. N., Hofheins, J. E., Mendel, R. W., Landis, J., & Anderson, R. A. (2006). Effects of a Water-Soluble Cinnamon Extract on Body Composition and Features of the Metabolic Syndrome in Pre-Diabetic Men and Women. Journal of the International Society of Sports Nutrition, 3(2). doi:10.1186/1550-2783-3-2-45

1010 Cao, H., Graves, D. J., & Anderson, R. A. (2010). Cinnamon extract regulates glucose transporter and insulin-signaling gene expression in mouse adipocytes. Phytomedicine, 17(13), 1027–1032. doi:10.1016/j.phymed.2010.03.023

1011 Yang, J., Yin, J., Gao, H., Xu, L., Wang, Y., Xu, L., & Li, M. (2012). Berberine Improves Insulin Sensitivity by Inhibiting Fat Store and Adjusting Adipokines Profile in Human Preadipocytes and Metabolic Syndrome Patients. Evidence-Based Complementary and Alternative Medicine, 2012, 1–9. doi:10.1155/2012/363845

1012 Lee, Y. S., Kim, W. S., Kim, K. H., Yoon, M. J., Cho, H. J., Shen, Y., … Kim, J. B. (2006). Berberine, a Natural Plant Product, Activates AMP-Activated Protein Kinase With Beneficial Metabolic Effects in Diabetic and Insulin-Resistant States. Diabetes, 55(8), 2256–2264. doi:10.2337/db06-0006

1013 Pérez-Rubio, K. G., González-Ortiz, M., Martínez-Abundis, E., Robles-Cervantes, J. A., & Espinel-Bermúdez, M. C. (2013). Effect of Berberine Administration on Metabolic Syndrome, Insulin Sensitivity, and Insulin Secretion. Metabolic Syndrome and Related Disorders, 11(5), 366–369. doi:10.1089/met.2012.0183

1014 Bremer, A. A. (2014). Resveratrol Use in Metabolic Syndrome. Metabolic Syndrome and Related Disorders, 12(10), 493–495. doi:10.1089/met.2014.1505

1015 Hubbard, B. P., Gomes, A. P., Dai, H., Li, J., Case, A. W., Considine, T., … Sinclair, D. A. (2013). Evidence for a Common Mechanism of SIRT1 Regulation by Allosteric Activators. Science, 339(6124), 1216–1219. doi:10.1126/science.1231097

1016 Chen, S., Zhao, X., Ran, L., Wan, J., Wang, X., Qin, Y., … Mi, M. (2015). Resveratrol improves insulin resistance, glucose and lipid metabolism in patients with non-alcoholic fatty liver disease: A randomized controlled trial. Digestive and Liver Disease, 47(3), 226–232. doi:10.1016/j.dld.2014.11.015

1017 Méndez-del Villar, M., González-Ortiz, M., Martínez-Abundis, E., Pérez-Rubio, K. G., & Lizárraga-Valdez, R. (2014). Effect of Resveratrol Administration on Metabolic Syndrome, Insulin Sensitivity, and Insulin Secretion. Metabolic Syndrome and Related Disorders, 12(10), 497–501. doi:10.1089/met.2014.0082

1018 Wu, Lingyun; Juurlink, Bernhard H. J. The impaired glutathione system and its upregulation by sulforaphane in vascular smooth muscle cells from spontaneously hypertensive rats, Journal of Hypertension: October 2001 – Volume 19 – Issue 10 – p 1819-1825

1019 Song, M.-Y., Kim, E.-K., Moon, W.-S., Park, J.-W., Kim, H.-J., So, H.-S., … Park, B.– H. (2009). Sulforaphane protects against cytokine- and streptozotocin-induced β-cell damage by suppressing the NF-κB pathway. Toxicology and Applied Pharmacology, 235(1), 57–67. doi:10.1016/j.taap.2008.11.007

1020 Rivera, L., Morón, R., Sánchez, M., Zarzuelo, A., & Galisteo, M. (2008). Quercetin Ameliorates Metabolic Syndrome and Improves the Inflammatory Status in Obese Zucker Rats. Obesity, 16(9), 2081–2087. doi:10.1038/oby.2008.315

1021 Pfeuffer, M., Auinger, A., Bley, U., Kraus-Stojanowic, I., Laue, C., Winkler, P., … Schrezenmeir, J. (2013). Effect of quercetin on traits of the metabolic syndrome, endothelial function and inflammation in men with different APOE isoforms. Nutrition, Metabolism and Cardiovascular Diseases, 23(5), 403–409. doi:10.1016/j.numecd.2011.08.010

1022 Padiya, R., Khatua, T. N., Bagul, P. K., Kuncha, M., & Banerjee, S. K. (2011). Garlic improves insulin sensitivity and associated metabolic syndromes in fructose fed rats. Nutrition & Metabolism, 8(1), 53. doi:10.1186/1743-7075-8-53

1023 Reinhart, K. M., Talati, R., White, C. M., & Coleman, C. I. (2009). The impact of garlic on lipid parameters: a systematic review and meta-analysis. Nutrition Research Reviews, 22(1), 39–48. doi:10.1017/s0954422409350003

1024 Gómez-Arbeláez с соавторами "Aged Garlic Extract Improves Adiponectin Levels in Subjects with Metabolic Syndrome: A Double-Blind, Placebo-Controlled, Randomized, Crossover Study", Mediators of Inflammation, vol. 2013, Article ID 285795, 6 pages, 2013. URL: https://doi.org/10.1155/2013/285795

1025 Wang, C., Harris, W. S., Chung, M., Lichtenstein, A. H., Balk, E. M., Kupelnick, B., … Lau, J. (2006). n–3 Fatty acids from fish or fish-oil supplements, but not α-linolenic acid, benefit cardiovascular disease outcomes in primary- and secondary-prevention studies: a systematic review. The American Journal of Clinical Nutrition, 84(1), 5–17. doi:10.1093/ajcn/84.1.5

1026 M. Ebrahimi, M. Ghayour- Mobarhan, S. Rezaiean, M. Hoseini, S.M.R. Parizade, F. Farhoudi, … G.A.A. Ferns. (2009). Omega-3 fatty acid supplements improve the cardiovascular risk profile of subjects with metabolic syndrome, including markers of inflammation and auto-immunity. Acta Cardiologica, (3), 321–327. URL: https://doi.org/10.2143/AC.64.3.2038016

1027 Gibson, T., & Jarrett, R. J. (1972). Diurnal variation in insulin sensitivity. Lancet (London, England), 2(7784), 947–948. URL: https://doi.org/10.1016/s0140-6736(72)92472-5

1028 Van Cauter, E., Polonsky, K. S., & Scheen, A. J. (1997). Roles of circadian rhythmicity and sleep in human glucose regulation. Endocrine reviews, 18(5), 716–738. URL: https://doi.org/10.1210/edrv.18.5.0317

1029 ROBERTS H. J. (1964). AFTERNOON GLUCOSE TOLERANCE TESTING: A KEY TO THE PATHOGENESIS, EARLY DIAGNOSIS AND PROGNOSIS OF DIABETOGENIC HYPERINSULINISM. Journal of the American Geriatrics Society, 12, 423–472. URL: https://doi.org/10.1111/j.1532–5415.1964.tb05730.x

1030 Ramracheya, R. D., Muller, D. S., Squires, P. E., Brereton, H., Sugden, D., Huang, G. C., Amiel, S. A., Jones, P. M., & Persaud, S. J. (2008). Function and expression of melatonin receptors on human pancreatic islets. Journal of pineal research, 44(3), 273–279. URL: https://doi.org/10.1111/j.1600-079X.2007.00523.x

1031 Holten, M. K., Zacho, M., Gaster, M., Juel, C., Wojtaszewski, J. F., & Dela, F. (2004). Strength training increases insulin-mediated glucose uptake, GLUT4 content, and insulin signaling in skeletal muscle in patients with type 2 diabetes. Diabetes, 53(2), 294–305. URL: https://doi.org/10.2337/diabetes.53.2.294

1032 Boden, G., Ruiz, J., Urbain, J. L., & Chen, X. (1996). Evidence for a circadian rhythm of insulin secretion. The American journal of physiology, 271(2 Pt 1), E246–E252. URL: https://doi.org/10.1152/ajpendo.1996.271.2.E246

1033 Saad, A., Dalla Man, C., Nandy, D. K., Levine, J. A., Bharucha, A. E., Rizza, R. A., Basu, R., Carter, R. E., Cobelli, C., Kudva, Y. C., & Basu, A. (2012). Diurnal pattern to insulin secretion and insulin action in healthy individuals. Diabetes, 61(11), 2691–2700. URL: https://doi.org/10.2337/db11-1478

1034 Morris, C. J., Yang, J. N., Garcia, J. I., Myers, S., Bozzi, I., Wang, W., Buxton, O. M., Shea, S. A., & Scheer, F. A. (2015). Endogenous circadian system and circadian misalignment impact glucose tolerance via separate mechanisms in humans. Proceedings of the National Academy of Sciences of the United States of America, 112(17), E2225– E2234. URL: https://doi.org/10.1073/pnas.1418955112

1035 Pulimeno, P., Mannic, T., Sage, D., Giovannoni, L., Salmon, P., Lemeille, S., GiryLaterriere, M., Unser, M., Bosco, D., Bauer, C., Morf, J., Halban, P., Philippe, J., & Dibner, C. (2013). Autonomous and self-sustained circadian oscillators displayed in human islet cells. Diabetologia, 56(3), 497–507. URL: https://doi.org/10.1007/s00125-012-2779-7

1036 Qian, J., Block, G. D., Colwell, C. S., & Matveyenko, A. V. (2013). Consequences of exposure to light at night on the pancreatic islet circadian clock and function in rats. Diabetes, 62(10), 3469–3478. URL: https://doi.org/10.2337/db12-1543

1037 Marcheva, B., Ramsey, K. M., Buhr, E. D., Kobayashi, Y., Su, H., Ko, C. H., Ivanova, G., Omura, C., Mo, S., Vitaterna, M. H., Lopez, J. P., Philipson, L. H., Bradfield, C. A., Crosby, S. D., JeBailey, L., Wang, X., Takahashi, J. S., & Bass, J. (2010). Disruption of the clock components CLOCK and BMAL1 leads to hypoinsulinaemia and diabetes. Nature, 466(7306), 627–631. URL: https://doi.org/10.1038/nature09253

1038 Wolff, G., & Esser, K. A. (2012). Scheduled exercise phase shifts the circadian clock in skeletal muscle. Medicine and science in sports and exercise, 44(9), 1663–1670. URL: https://doi.org/10.1249/MSS.0b013e318255cf4c

1039 Srikanthan, P. and Karlamangla, AS. (2011) 'Relative Muscle Mass Is Inversely Associated with Insulin Resistance and Prediabetes. Findings from The Third National Health and Nutrition Examination Survey', The Journal of Clinical Endocrinology & Metabolism, Volume 96, Issue 9, 1 September 2011, Pages 2898–2903.

1040 Reiser Raymond (1973). "Saturated fat in the diet and serum cholesterol concentration: a critical examination of the literature" (PDF). Am J Clin Nutr. 26: 524–555.

1041 Harcombe, Z., Baker, J. S., DiNicolantonio, J. J., Grace, F., & Davies, B. (2016). Evidence from randomised controlled trials does not support current dietary fat guidelines: a systematic review and meta-analysis. Open Heart, 3(2), e000409. doi:10.1136/openhrt- 2016-000409

1042 Harcombe, Z., Baker, J. S., Cooper, S. M., Davies, B., Sculthorpe, N., DiNicolantonio, J. J., & Grace, F. (2015). Evidence from randomised controlled trials did not support the introduction of dietary fat guidelines in 1977 and 1983: a systematic review and metaanalysis. Open Heart, 2(1), e000196. doi:10.1136/openhrt-2014-000196

1043 Siri-Tarino PW с соавторами (2010) 'Meta-analysis of prospective cohort studies evaluating the association of saturated fat with cardiovascular disease', Am J Clin Nutr. 2010 Mar;91(3):535-46.

1044 Wakai, K. с соавторами 'Dietary intakes of fat and total mortality among Japanese populations with a low fat intake: the Japan Collaborative Cohort (JACC) Study', Nutr Metab (Lond). 2014; 11: 12.

1045 Guasch-Ferré, M., Hu, F. B., Martínez-González, M. A., Fitó, M., Bulló, M., Estruch, R., … Salas-Salvadó, J. (2014). Olive oil intake and risk of cardiovascular disease and mortality in the PREDIMED Study. BMC Medicine, 12(1). doi:10.1186/1741-7015-12-78

1046 Nocella, C., Cammisotto, V., Fianchini, L., D'Amico, A., Novo, M., Castellani, V., Stefanini, L., Violi, F., & Carnevale, R. (2018). Extra Virgin Olive Oil and Cardiovascular Diseases: Benefits for Human Health. Endocrine, metabolic & immune disorders drug targets, 18(1), 4–13. URL: https://doi.org/10.2174/1871530317666171114121533

1047 Simopoulos, A. P., & DiNicolantonio, J. J. (2016). The importance of a balanced ω-6 to ω-3 ratio in the prevention and management of obesity. Open Heart, 3(2), e000385. doi:10.1136/openhrt-2015-000385

1048 DiNicolantonio, J. J., & O’Keefe, J. H. (2018). Omega-6 vegetable oils as a driver of coronary heart disease: the oxidized linoleic acid hypothesis. Open Heart, 5(2), e000898. doi:10.1136/openhrt-2018-000898

1049 DiNicolantonio, J. J., & O’Keefe, J. H. (2018). Importance of maintaining a low omega–6/omega–3 ratio for reducing inflammation. Open Heart, 5(2), e000946. doi:10.1136/openhrt-2018-000946

1050 Soysal, P., Arik, F., Smith, L., Jackson, S. E., & Isik, A. T. (2020). Inflammation, Frailty and Cardiovascular Disease. Frailty and Cardiovascular Diseases, 55–64. doi:10.1007/978-3-030-33330-0_7

1051 Willerson, J. T. (2004). Inflammation as a Cardiovascular Risk Factor. Circulation, 109(21_suppl_1), II–2–II–10. doi:10.1161/01.cir.0000129535.04194.38

1052 RAHEJA, B. S., SADIKOT, S. M., PHATAK, R. B., & RAO, M. B. (1993). Significance of the N-6/N-3 Ratio for Insulin Action in Diabetes. Annals of the New York Academy of Sciences, 683(1 Dietary Lipid), 258–271. doi:10.1111/j.1749–6632.1993.tb35715.x

1053 Simopoulos, A. P., & DiNicolantonio, J. J. (2016). The importance of a balanced ω-6 to ω-3 ratio in the prevention and management of obesity. Open Heart, 3(2), e000385. doi:10.1136/openhrt-2015-000385

1054 Calder, P. C. (2009). Polyunsaturated fatty acids and inflammatory processes: New twists in an old tale. Biochimie, 91(6), 791–795. doi:10.1016/j.biochi.2009.01.008

1055 Keys A, с соавторами (1963) 'CORONARY HEART DISEASE AMONG MINNESOTA BUSINESS AND PROFESSIONAL MEN FOLLOWED FIFTEEN YEARS', Circulation 1963 Sep;28:381-95.

1056 Ancel Keys (ed), Seven Countries: A multivariate analysis of death and coronary heart disease, 1980. Cambridge, Mass.: Harvard University Press.

1057 KEYS A. (1953). Atherosclerosis: a problem in newer public health. Journal of the Mount Sinai Hospital, New York, 20(2), 118–139.

1058 Yerushalmy, J., & Hilleboe, H. (1957). Fat in the diet and mortality from heart disease; a methodologic note. New York state journal of medicine, 57 14, 2343-54.

1059 Pett, Kahn, Willett, Katz (2017). "Ancel Keys and the Seven Countries Study: An Evidence-based Response to Revisionist Histories" (PDF). True Health Initiative.

1060 Steinberg D (1989). "The cholesterol controversy is over. Why did it take so long?". Circulation. 80(4): 1070–1078.

1061 Katz LN, Keys A, Gofman JW (1952). "Atherosclerosis. A Symposium: Introduction"(PDF). Circulation. 5: 98–100.

1062 AHRENS, E. H., Jr, BLANKENHORN, D. H., & TSALTAS, T. T. (1954). Effect on human serum lipids of substituting plant for animal fat in diet. Proceedings of the Society for Experimental Biology and Medicine. Society for Experimental Biology and Medicine (New York, N.Y.), 86(4), 872–878. URL: https://doi.org/10.3181/00379727-86-21260

1063 Ahrens, E., Insull, W., Blomstrand, R., Hirsch, J., Tsaltas, T., & Peterson, M. (1957). THE INFLUENCE OF DIETARY FATS ON SERUM-LIPID LEVELS IN MAN. The Lancet, 269(6976), 943–953. doi:10.1016/s0140-6736(57)91280-1

1064 Yudkin, J. (1964). DIETARY FAT AND DIETARY SUGAR IN RELATION TO ISCHÆMIC HEART-DISEASE AND DIABETES. The Lancet, 284(7349), 4–5. doi:10.1016/s0140-6736(64)90002-9

1065 Sarwar, N., Danesh, J., Eiriksdottir, G., Sigurdsson, G., Wareham, N., Bingham, S., … Gudnason, V. (2007). Triglycerides and the Risk of Coronary Heart Disease. Circulation, 115(4), 450–458. doi:10.1161/circulationaha.106.637793

1066 Hooper, L., Martin, N., Jimoh, O. F., Kirk, C., Foster, E., & Abdelhamid, A. S. (2020). Reduction in saturated fat intake for cardiovascular disease. Cochrane Database of Systematic Reviews. doi:10.1002/14651858.cd011737.pub2

1067 Ramsden, C. E., Hibbeln, J. R., & Majchrzak-Hong, S. F. (2011). All PUFAs Are Not Created Equal: Absence of CHD Benefit Specific to Linoleic Acid in Randomized Controlled Trials and Prospective Observational Cohorts. Healthy Agriculture, Healthy Nutrition, Healthy People, 30–43. doi:10.1159/000327789

1068 Blasbalg, T. L., Hibbeln, J. R., Ramsden, C. E., Majchrzak, S. F., & Rawlings, R. R. (2011). Changes in consumption of omega-3 and omega-6 fatty acids in the United States during the 20th century. The American Journal of Clinical Nutrition, 93(5), 950–962. doi:10.3945/ajcn.110.006643

1069 Nair U с соавторами (2007) 'Lipid peroxidation-induced DNA damage in cancer-prone inflammatory diseases: a review of published adduct types and levels in humans', Free Radic Biol Med. 2007 Oct 15;43(8):1109-20.

1070 Ghosh S с соавторами (2007) 'Cardiac proinflammatory pathways are altered with different dietary n-6 linoleic to n-3 α-linolenic acid ratios in normal, fat-fed pigs', American Journal of Physiology-Heart and Circulatory Physiology 2007 293:5, H2919-H2927.

1071 Harvard T.H. Chan, The Nutrition Source, 'Omega-3 Fatty Acids: An Essential Contribution', Accessed Online: URL: https://www.hsph.harvard.edu/nutritionsource/whatshould-you-eat/fats-and-cholesterol/types-of-fat/omega-3-fats/

1072 Gutiérrez, S., Svahn, S. L., & Johansson, M. E. (2019). Effects of Omega-3 Fatty Acids on Immune Cells. International Journal of Molecular Sciences, 20(20), 5028. doi:10.3390/ijms20205028

1073 Burdge, G. C., & Wootton, S. A. (2002). Conversion of α-linolenic acid to eicosapentaenoic, docosapentaenoic and docosahexaenoic acids in young women. British Journal of Nutrition, 88(4), 411–420. doi:10.1079/bjn2002689

1074 Garg, A (1998) 'High-monounsaturated-fat diets for patients with diabetes mellitus: a meta-analysis', Am J Clin Nutr. 1998 Mar;67(3 Suppl):577S-582S.

1075 Finucane, OM с соавторами (2015) 'Monounsaturated fatty acid-enriched high-fat diets impede adipose NLRP3 inflammasome-mediated IL-1β secretion and insulin resistance despite obesity', Diabetes. 2015 Jun;64(6):2116-28.

1076 DiNicolantonio, J. J., & O’Keefe, J. H. (2018). Importance of maintaining a low omega–6/omega–3 ratio for reducing inflammation. Open Heart, 5(2), e000946. doi:10.1136/openhrt-2018-000946

1077PM Kris-Etherton, Denise Shaffer Taylor, Shaomei Yu-Poth, Peter Huth, Kristin Moriarty, Valerie Fishell, Rebecca L Hargrove, Guixiang Zhao, Terry D Etherton; Polyunsaturated fatty acids in the food chain in the United States, The American Journal of Clinical Nutrition, Volume 71, Issue 1, 1 January 2000, Pages 179S–188S.

1078 Leaf A and Weber PC (1988) 'Cardiovascular effects of n-3 fatty acids', AGRIS, Accessed: http://agris.fao.org/agris-search/search.do?recordID=US8845581.

1079 Russo GL (2009) 'Dietary n-6 and n-3 polyunsaturated fatty acids: from biochemistry to clinical implications in cardiovascular prevention', Biochem Pharmacol. 2009 Mar 15;77(6):937-46.

1080 Simopoulos (1999) 'Essential fatty acids in health and chronic disease 1,2', American Journal of Clinical Nutrition 70(3 Suppl):560S-569S

1081 Hiza, HAB and Bente L (2007) 'Nutrient Content of the U.S. Food Supply, 1909–2004, A Summary Report', Center for Nutrition Policy and Promotion, Home Economics Research Report No. 57.

1082 DiNicolantonio, J. J., & O’Keefe, J. H. (2018). Omega-6 vegetable oils as a driver of coronary heart disease: the oxidized linoleic acid hypothesis. Open Heart, 5(2), e000898. doi:10.1136/openhrt-2018-000898

1083 Hodgson, J. M., Wahlqvist, M. L., Boxall, J. A., & Balazs, N. D. (1993). Can linoleic acid contribute to coronary artery disease? The American Journal of Clinical Nutrition, 58(2), 228–234. doi:10.1093/ajcn/58.2.228

1084 Best, K. P., Gold, M., Kennedy, D., Martin, J., & Makrides, M. (2016). Omega-3 longchain PUFA intake during pregnancy and allergic disease outcomes in the offspring: a systematic review and meta-analysis of observational studies and randomized controlled trials. The American Journal of Clinical Nutrition, 103(1), 128–143. doi:10.3945/ajcn.115.111104

1085 Guyenet, S. J., & Carlson, S. E. (2015). Increase in Adipose Tissue Linoleic Acid of US Adults in the Last Half Century. Advances in Nutrition, 6(6), 660–664. doi:10.3945/an.115.009944

1086 DiNicolantonio, J. J., & O’Keefe, J. H. (2018). Importance of maintaining a low omega–6/omega–3 ratio for reducing inflammation. Open Heart, 5(2), e000946. doi:10.1136/openhrt-2018-000946

1087 Yang, C. W., Lee, Y. Z., Hsu, H. Y., Shih, C., Chao, Y. S., Chang, H. Y., & Lee, S. J. (2017). Targeting Coronaviral Replication and Cellular JAK2 Mediated Dominant NF-κB Activation for Comprehensive and Ultimate Inhibition of Coronaviral Activity. Scientific reports, 7(1), 4105. URL: https://doi.org/10.1038/s41598-017-04203-9

1088 DiNicolantonio, J. J., & OKeefe, J. (2019). Importance of maintaining a low omega- 6/omega-3 ratio for reducing platelet aggregation, coagulation and thrombosis. Open Heart, 6(1), e001011. doi:10.1136/openhrt-2019-001011

1089 Cooper, I. D., Crofts, C. A. P., DiNicolantonio, J. J., Malhotra, A., Elliott, B., Kyriakidou, Y., & Brookler, K. H. (2020). Relationships between hyperinsulinaemia, magnesium, vitamin D, thrombosis and COVID-19: rationale for clinical management. Open Heart, 7(2), e001356. doi:10.1136/openhrt-2020-001356

1090 Chen, H., Wang, S., Zhao, Y., Luo, Y., Tong, H., & Su, L. (2018). Correlation analysis of omega-3 fatty acids and mortality of sepsis and sepsis-induced ARDS in adults: data from previous randomized controlled trials. Nutrition Journal, 17(1). doi:10.1186/s12937- 018-0356-8

1091 Körner, A., Schlegel, M., Theurer, J., Frohnmeyer, H., Adolph, M., Heijink, M., … Mirakaj, V. (2017). Resolution of inflammation and sepsis survival are improved by dietary Ω-3 fatty acids. Cell Death & Differentiation, 25(2), 421–431. doi:10.1038/cdd.2017.177

1092 Buechler, C., Pohl, R., & Aslanidis, C. (2017). Pro-Resolving Molecules–New Approaches to Treat Sepsis? International Journal of Molecular Sciences, 18(3), 476. doi:10.3390/ijms18030476

1093 Sierra, S., Lara-Villoslada, F., Comalada, M., Olivares, M., & Xaus, J. (2006). Dietary fish oil n–3 fatty acids increase regulatory cytokine production and exert anti-inflammatory effects in two murine models of inflammation. Lipids, 41(12), 1115–1125. doi:10.1007/s11745-006-5061-2

1094 Lachance, C., Segura, M., Dominguez-Punaro, M. C., Wojewodka, G., De Sanctis, J. B., Radzioch, D., & Gottschalk, M. (2014). Deregulated Balance of Omega-6 and Omega- 3 Polyunsaturated Fatty Acids following Infection by the Zoonotic Pathogen Streptococcus suis. Infection and Immunity, 82(5), 1778–1785. doi:10.1128/iai.01524-13

1095 Bagga, D., Wang, L., Farias-Eisner, R., Glaspy, J. A., & Reddy, S. T. (2003). Differential effects of prostaglandin derived from -6 and -3 polyunsaturated fatty acids on COX-2 expression and IL-6 secretion. Proceedings of the National Academy of Sciences, 100(4), 1751–1756. doi:10.1073/pnas.0334211100

1096 Lee, T. H., Hoover, R. L., Williams, J. D., Sperling, R. I., Ravalese, J., Spur, B. W., … Austen, K. F. (1985). Effect of Dietary Enrichment with Eicosapentaenoic and Docosahexaenoic Acids on in Vitro Neutrophil and Monocyte Leukotriene Generation and Neutrophil Function. New England Journal of Medicine, 312(19), 1217–1224. doi:10.1056/nejm198505093121903

1097 Endres, S., Ghorbani, R., Kelley, V. E., Georgilis, K., Lonnemann, G., van der Meer, J. W. M., … Dinarello, C. A. (1989). The Effect of Dietary Supplementation with n–3 Polyunsaturated Fatty Acids on the Synthesis of Interleukin-1 and Tumor Necrosis Factor by Mononuclear Cells. New England Journal of Medicine, 320(5), 265–271. doi:10.1056/nejm198902023200501

1098 Sperling, R. I., Benincaso, A. I., Knoell, C. T., Larkin, J. K., Austen, K. F., & Robinson, D. R. (1993). Dietary omega-3 polyunsaturated fatty acids inhibit phosphoinositide formation and chemotaxis in neutrophils. Journal of Clinical Investigation, 91(2), 651–660. doi:10.1172/jci116245

1099 Caughey, G. E., Mantzioris, E., Gibson, R. A., Cleland, L. G., & James, M. J. (1996). The effect on human tumor necrosis factor alpha and interleukin 1 beta production of diets enriched in n-3 fatty acids from vegetable oil or fish oil. The American Journal of Clinical Nutrition, 63(1), 116–122. doi:10.1093/ajcn/63.1.116

1100 Rees, D., Miles, E. A., Banerjee, T., Wells, S. J., Roynette, C. E., Wahle, K. W., & Calder, P. C. (2006). Dose-related effects of eicosapentaenoic acid on innate immune function in healthy humans: a comparison of young and older men. The American Journal of Clinical Nutrition, 83(2), 331–342. doi:10.1093/ajcn/83.2.331

1101 Meydani, S. N., Endres, S., Woods, M. M., Goldin, B. R., Soo, C., Morrill-Labrode, A., … Gorbach, S. L. (1991). Oral (n-3) Fatty Acid Supplementation Suppresses Cytokine Production and Lymphocyte Proliferation: Comparison between Young and Older Women. The Journal of Nutrition, 121(4), 547–555. doi:10.1093/jn/121.4.547

1102 von Schacky, C., Kiefl, R., Jendraschak, E., & Kaminski, W. E. (1993). n-3 fatty acids and cysteinyl-leukotriene formation in humans in vitro, ex vivo, and in vivo. The Journal of laboratory and clinical medicine, 121(2), 302–309.

1103 Gorjão, R., Verlengia, R., Lima, T. M. de, Soriano, F. G., Boaventura, M. F. C., Kanunfre, C. C., … Curi, R. (2006). Effect of docosahexaenoic acid-rich fish oil supplementation on human leukocyte function. Clinical Nutrition, 25(6), 923–938. doi:10.1016/j.clnu.2006.03.004

1104 Miles, E. A., Banerjee, T., Dooper, M. M. B. W., M’Rabet, L., Graus, Y. M. F., & Calder, P. C. (2004). The influence of different combinations of γ-linolenic acid, stearidonic acid and EPA on immune function in healthy young male subjects. British Journal of Nutrition, 91(6), 893–903. doi:10.1079/bjn20041131

1105 Gago-Dominguez, M., Jiang, X., & Castelao, J. E. (2007). Lipid peroxidation, oxidative stress genes and dietary factors in breast cancer protection: a hypothesis. Breast cancer research: BCR, 9(1), 201. URL: https://doi.org/10.1186/bcr1628

1106 Bowe, W. P., & Logan, A. C. (2010). Clinical implications of lipid peroxidation in acne vulgaris: old wine in new bottles. Lipids in Health and Disease, 9(1), 141. doi:10.1186/1476-511x-9-141

1107 Matsushita с соавторами (2015) 'T cell lipid peroxidation induces ferroptosis and prevents immunity to infection', J Exp Med. 2015 Apr 6; 212(4): 555–568. doi: 10.1084/jem.20140857

1108 Altavilla с соавторами (2001). Inhibition of Lipid Peroxidation Restores Impaired Vascular Endothelial Growth Factor Expression and Stimulates Wound Healing and Angiogenesis in the Genetically Diabetic Mouse. Diabetes, 50(3), 667–674. doi:10.2337/diabetes.50.3.667

1109 Barnard N с соавторами (2014) 'Saturated and trans fats and dementia: a systematic review', Neurobiology of Aging, Volume 35, Supplement 2, September 2014, Pages S65-S73.

1110 Pase CS с соавторами (2013) 'Influence of perinatal trans fat on behavioral responses and brain oxidative status of adolescent rats acutely exposed to stress', Neuroscience. 2013 Sep 5;247:242-52.

1111 Kinsella, J. E., Bruckner, G., Mai, J., & Shimp, J. (1981). Metabolism of trans fatty acids with emphasis on the effects of trans,trans-octadecadienoate on lipid composition, essential fatty acid, and prostaglandins: an overview. The American Journal of Clinical Nutrition, 34(10), 2307–2318. doi:10.1093/ajcn/34.10.2307

1112 Micha, R., & Mozaffarian, D. (2008). Trans fatty acids: Effects on cardiometabolic health and implications for policy. Prostaglandins, Leukotrienes and Essential Fatty Acids, 79(3–5), 147–152. doi:10.1016/j.plefa.2008.09.008

1113 Reiser Raymond (1973). "Saturated fat in the diet and serum cholesterol concentration: a critical examination of the literature" (PDF). Am J Clin Nutr. 26: 524–555.

1114 Nutrition Week Mar 22, 1991 21:12:2-3

1115 Zaloga, G. P., Harvey, K. A., Stillwell, W., & Siddiqui, R. (2006). TransFatty Acids and Coronary Heart Disease. Nutrition in Clinical Practice, 21(5), 505–512. doi:10.1177/0115426506021005505

1116 US FDA, Trans Fat, Accessed 2018: URL: https://www.fda.gov/food/ucm292278.htm

1117 Marchix, J., Choque, B., Kouba, M., Fautrel, A., Catheline, D., & Legrand, P. (2015). Excessive dietary linoleic acid induces proinflammatory markers in rats. The Journal of Nutritional Biochemistry, 26(12), 1434–1441. doi:10.1016/j.jnutbio.2015.07.010

1118 Moran, J. H., Mon, T., Hendrickson, T. L., Mitchell, L. A., & Grant, D. F. (2001). Defining Mechanisms of Toxicity for Linoleic Acid Monoepoxides and Diols in Sf-21 Cells. Chemical Research in Toxicology, 14(4), 431–437. doi:10.1021/tx000200o

1119 Montine, T. J., Amarnath, V., Martin, M. E., Strittmatter, W. J., & Graham, D. G. (1996). E-4-hydroxy-2-nonenal is cytotoxic and cross-links cytoskeletal proteins in P19 neuroglial cultures. The American journal of pathology, 148(1), 89–93.

1120 Mandal and Chatterjee (1980) 'Ultraviolet- and Sunlight-Induced Lipid Peroxidation in Liposomal Membrane', Radiation Research, Vol. 83, No. 2 (Aug., 1980), pp. 290–302.

1121 Kew, S., Banerjee, T., Minihane, A. M., Finnegan, Y. E., Williams, C. M., & Calder, P. C. (2003). Relation between the fatty acid composition of peripheral blood mononuclear cells and measures of immune cell function in healthy, free-living subjects aged 25–72 y. The American Journal of Clinical Nutrition, 77(5), 1278–1286. doi:10.1093/ajcn/77.5.1278

1122 Gutiérrez, S., Svahn, S. L., & Johansson, M. E. (2019). Effects of Omega-3 Fatty Acids on Immune Cells. International Journal of Molecular Sciences, 20(20), 5028. doi:10.3390/ijms20205028

1123 Gradinaru, D., Borsa, C., Ionescu, C., & Prada, G. I. (2015). Oxidized LDL and NO synthesis–Biomarkers of endothelial dysfunction and ageing. Mechanisms of Ageing and Development, 151, 101–113. doi:10.1016/j.mad.2015.03.003

1124 LAHOZ, C., ALONSO, R., ORDOVAS, J. M., LOPEZ-FARRE, A., DE OYA, M., & MATA, P. (1997). Effects of dietary fat saturation on eicosanoid production, platelet aggregation and blood pressure. European Journal of Clinical Investigation, 27(9), 780–787. doi:10.1046/j.1365–2362.1997.1860735.x

1125 Hennig, B., Toborek, M., & McClain, C. J. (2001). High-Energy Diets, Fatty Acids and Endothelial Cell Function: Implications for Atherosclerosis. Journal of the American College of Nutrition, 20(2), 97–105. doi:10.1080/07315724.2001.10719021

1126 Lopategi, A., López-Vicario, C., Alcaraz-Quiles, J., García-Alonso, V., Rius, B., Titos, E., & Clària, J. (2016). Role of bioactive lipid mediators in obese adipose tissue inflammation and endocrine dysfunction. Molecular and Cellular Endocrinology, 419, 44–59. doi:10.1016/j.mce.2015.09.033

1127 Clària, J., Nguyen, B. T., Madenci, A. L., Ozaki, C. K., & Serhan, C. N. (2013). Diversity of lipid mediators in human adipose tissue depots. American Journal of Physiology-Cell Physiology, 304(12), C1141–C1149. doi:10.1152/ajpcell.00351.2012

1128 White, P. J., Arita, M., Taguchi, R., Kang, J. X., & Marette, A. (2010). Transgenic Restoration of Long-Chain n-3 Fatty Acids in Insulin Target Tissues Improves Resolution Capacity and Alleviates Obesity-Linked Inflammation and Insulin Resistance in High-FatFed Mice. Diabetes, 59(12), 3066–3073. doi:10.2337/db10-0054

1129 Flachs, P., Rossmeisl, M., Kuda, O., & Kopecky, J. (2013). Stimulation of mitochondrial oxidative capacity in white fat independent of UCP1: A key to lean phenotype. Biochimica et Biophysica Acta (BBA) – Molecular and Cell Biology of Lipids, 1831(5), 986–1003. doi:10.1016/j.bbalip.2013.02.003

1130 Flachs, P., Mohamed-Ali, V., Horakova, O., Rossmeisl, M., Hosseinzadeh-Attar, M. J., Hensler, M., … Kopecky, J. (2006). Polyunsaturated fatty acids of marine origin induce adiponectin in mice fed a high-fat diet. Diabetologia, 49(2), 394–397. doi:10.1007/s00125-005-0053-y

1131 Hensler, M., Bardova, K., Jilkova, Z. M., Wahli, W., Meztger, D., Chambon, P., Kopecky, J., & Flachs, P. (2011). The inhibition of fat cell proliferation by n-3 fatty acids in dietary obese mice. Lipids in health and disease, 10, 128. URL: https://doi.org/10.1186/1476- 511X-10-128

1132 Ruzickova, J., Rossmeisl, M., Prazak, T., Flachs, P., Sponarova, J., Veck, M., Tvrzicka, E., Bryhn, M., & Kopecky, J. (2004). Omega-3 PUFA of marine origin limit diet-induced obesity in mice by reducing cellularity of adipose tissue. Lipids, 39(12), 1177–1185. URL: https://doi.org/10.1007/s11745-004-1345-9

1133 Hill JO, Peters JC, Lin D, et al. Lipid accumulation and body fat distribution is influenced by type of dietary fat fed to rats. Int J Obes Relat Metab Disord. 1993 Apr;17(4):223-36.

1134 Huang, X., Sjögren, P., Ärnlöv, J., Cederholm, T., Lind, L., Stenvinkel, P., … Carrero, J. J. (2013). Serum fatty acid patterns, insulin sensitivity and the metabolic syndrome in individuals with chronic kidney disease. Journal of Internal Medicine, 275(1), 71–83. doi:10.1111/joim.12130

1135 Warensjö, E., Sundström, J., Vessby, B., Cederholm, T., & Risérus, U. (2008). Markers of dietary fat quality and fatty acid desaturation as predictors of total and cardiovascular mortality: a population-based prospective study. The American Journal of Clinical Nutrition, 88(1), 203–209. doi:10.1093/ajcn/88.1.203

1136 De Goede, J., Verschuren, W. M. M., Boer, J. M. A., Verberne, L. D. M., Kromhout, D., & Geleijnse, J. M. (2013). N-6 and N-3 Fatty Acid Cholesteryl Esters in Relation to Fatal CHD in a Dutch Adult Population: A Nested Case-Control Study and Meta-Analysis. PLoS ONE, 8(5), e59408. doi:10.1371/journal.pone.0059408

1137 Fernandez-Real, J.-M., Broch, M., Vendrell, J., & Ricart, W. (2003). Insulin Resistance, Inflammation, and Serum Fatty Acid Composition. Diabetes Care, 26(5), 1362–1368. doi:10.2337/diacare.26.5.1362

1138 Miettinen, T. A., Naukkarinen, V., Huttunen, J. K., Mattila, S., & Kumlin, T. (1982). Fatty-acid composition of serum lipids predicts myocardial infarction. BMJ, 285(6347), 993–996. doi:10.1136/bmj.285.6347.993

1139 Wu, J. H. Y., Lemaitre, R. N., King, I. B., Song, X., Psaty, B. M., Siscovick, D. S., & Mozaffarian, D. (2014). Circulating Omega-6 Polyunsaturated Fatty Acids and Total and Cause-Specific Mortality. Circulation, 130(15), 1245–1253. doi:10.1161/circulationaha.114.011590

1140 Lecerf, JM and de Lorgeril, M (2011) 'Dietary cholesterol: from physiology to cardiovascular risk', British Journal of Nutrition (2011), 106, 6–14.

1141 Fernández-Friera с соавторами (2017). Normal LDL–Cholesterol Levels Are Associated With Subclinical Atherosclerosis in the Absence of Risk Factors. Journal of the American College of Cardiology, 70(24), 2979–2991. doi:10.1016/j.jacc.2017.10.024

1142 University of California – Los Angeles. (2009, January 13). Most Heart Attack Patients' Cholesterol Levels Did Not Indicate Cardiac Risk. ScienceDaily. Retrieved March 31, 2020 from www.sciencedaily.com/releases/2009/01/090112130653.htm

1143 Nago N с соавторами (2011) 'Low cholesterol is associated with mortality from stroke, heart disease, and cancer: the Jichi Medical School Cohort Study', J Epidemiol. 2011;21(1):67–74.

1144 Bae JM с соавторами (2012) 'Low Cholesterol is Associated with Mortality from Cardiovascular Diseases: A Dynamic Cohort Study in Korean Adults', J Korean Med Sci. 2012 Jan; 27(1): 58–63.

1145 Parthasarathy S с соавторами (2012) 'Oxidized Low-Density Lipoprotein', Methods Mol Biol. 2010; 610: 403–417.

1146 Salonen, J. T., Korpela, H., Salonen, R., Nyyssonen, K., Yla-Herttuala, S., Yamamoto, R., … Witztum, J. L. (1992). Autoantibody against oxidised LDL and progression of carotid atherosclerosis. The Lancet, 339(8798), 883–887. doi:10.1016/0140- 6736(92)90926-t

1147 Holvoet, P., Stassen, J.-M., Van Cleemput, J., Collen, D., & Vanhaecke, J. (1998). Oxidized Low Density Lipoproteins in Patients With Transplant-Associated Coronary Artery Disease. Arteriosclerosis, Thrombosis, and Vascular Biology, 18(1), 100–107. doi:10.1161/01.atv.18.1.100

1148 Holvoet, P., Vanhaecke, J., Janssens, S., Van de Werf, F., & Collen, D. (1998). Oxidized LDL and Malondialdehyde-Modified LDL in Patients With Acute Coronary Syndromes and Stable Coronary Artery Disease. Circulation, 98(15), 1487–1494. doi:10.1161/01.cir.98.15.1487

1149 Silaste, M.-L., Rantala, M., Alfthan, G., Aro, A., Witztum, J. L., Kesäniemi, Y. A., & Hörkkö, S. (2004). Changes in Dietary Fat Intake Alter Plasma Levels of Oxidized LowDensity Lipoprotein and Lipoprotein(a). Arteriosclerosis, Thrombosis, and Vascular Biology, 24(3), 498–503. doi:10.1161/01.atv.0000118012.64932.f4

1150 Vanderlaan PA с соавторами (2009) 'VLDL best predicts aortic root atherosclerosis in LDL receptor deficient mice', J Lipid Res. 2009 Mar; 50(3): 376–385.

1151 Rizzo, M., & Berneis, K. (2006). Low-density lipoprotein size and cardiovascular risk assessment. QJM: An International Journal of Medicine, 99(1), 1–14. doi:10.1093/qjmed/hci154

1152 Jira, W., Spiteller, G., Carson, W., & Schramm, A. (1998). Strong increase in hydroxy fatty acids derived from linoleic acid in human low density lipoproteins of atherosclerotic patients. Chemistry and Physics of Lipids, 91(1), 1–11. doi:10.1016/s0009- 3084(97)00095-9

1153 Haberland, M. E., Fogelman, A. M., & Edwards, P. A. (1982). Specificity of receptormediated recognition of malondialdehyde-modified low density lipoproteins. Proceedings of the National Academy of Sciences, 79(6), 1712–1716. doi:10.1073/pnas.79.6.1712

1154 Haberland ME, Olch CL, Folgelman AM. Role of lysines in mediating interaction of modified low density lipoproteins with the scavenger receptor of human monocyte macrophages. J Biol Chem 1984;259:11305–11.

1155 Francis, G. A. (2000). High density lipoprotein oxidation: in vitro susceptibility and potential in vivo consequences. Biochimica et Biophysica Acta (BBA) – Molecular and Cell Biology of Lipids, 1483(2), 217–235. doi:10.1016/s1388-1981(99)00181-x

1156 Reaven, P., Parthasarathy, S., Grasse, B. J., Miller, E., Steinberg, D., & Witztum, J. L. (1993). Effects of oleate-rich and linoleate-rich diets on the susceptibility of low density lipoprotein to oxidative modification in mildly hypercholesterolemic subjects. Journal of Clinical Investigation, 91(2), 668–676. doi:10.1172/jci116247

1157 Belkner, J., Wiesner, R., Kühn, H., & Lankin, V. Z. (1991). The oxygenation of cholesterol esters by the reticulocyte lipoxygenase. FEBS Letters, 279(1), 110–114. doi:10.1016/0014-5793(91)80263-3

1158 Mehta, A., Virani, S. S., Ayers, C. R., Sun, W., Hoogeveen, R. C., Rohatgi, A., … Khera, A. (2020). Lipoprotein(a) and Family History Predict Cardiovascular Disease Risk. Journal of the American College of Cardiology, 76(7), 781–793. doi:10.1016/j.jacc.2020.06.040

1159 Dreon, D. M., Fernstrom, H. A., Campos, H., Blanche, P., Williams, P. T., & Krauss, R. M. (1998). Change in dietary saturated fat intake is correlated with change in mass of large low-density-lipoprotein particles in men. The American Journal of Clinical Nutrition, 67(5), 828–836. doi:10.1093/ajcn/67.5.828

1160 Dreon, D. M., Fernstrom, H. A., Williams, P. T., & Krauss, R. M. (1999). A very-lowfat diet is not associated with improved lipoprotein profiles in men with a predominance of large, low-density lipoproteins. The American Journal of Clinical Nutrition, 69(3), 411–418. doi:10.1093/ajcn/69.3.411

1161 Parodi, P. W. (2009). Has the association between saturated fatty acids, serum cholesterol and coronary heart disease been over emphasized? International Dairy Journal, 19(6–7), 345–361. doi:10.1016/j.idairyj.2009.01.001

1162 Mustad, V. A., Ellsworth, J. L., Cooper, A. D., Kris-Etherton, P. M., & Etherton, T. D. (1996). Dietary linoleic acid increases and palmitic acid decreases hepatic LDL receptor protein and mRNA abundance in young pigs. Journal of lipid research, 37(11), 2310–2323.

1163 Fernandez, M. L., & West, K. L. (2005). Mechanisms by which Dietary Fatty Acids Modulate Plasma Lipids. The Journal of Nutrition, 135(9), 2075–2078. doi:10.1093/jn/135.9.2075

1164 Dubois C с соавторами (1994) 'Effects of increasing amounts of dietary cholesterol on postprandial lipemia and lipoproteins in human subjects', J Lipid Res. 1994 Nov;35(11):1993–2007.

1165 Lecerf, J., & De Lorgeril, M. (2011). Dietary cholesterol: From physiology to cardiovascular risk. British Journal of Nutrition, 106(1), 6-14.

1166 Dias, C. B., Garg, R., Wood, L. G., & Garg, M. L. (2014). Saturated fat consumption may not be the main cause of increased blood lipid levels. Medical Hypotheses, 82(2), 187–195. doi:10.1016/j.mehy.2013.11.036

1167 Kanner J. (2007). Dietary advanced lipid oxidation endproducts are risk factors to human health. Molecular nutrition & food research, 51(9), 1094–1101. URL: https://doi.org/10.1002/mnfr.200600303

1168 Aviram, M., & Eias, K. (1993). Dietary Olive Oil Reduces Low-Density Lipoprotein Uptake by Macrophages and Decreases the Susceptibility of the Lipoprotein to Undergo Lipid Peroxidation. Annals of Nutrition and Metabolism, 37(2), 75–84. doi:10.1159/000177753

1169 Loffredo, L., Perri, L., Di Castelnuovo, A., Iacoviello, L., De Gaetano, G., & Violi, F. (2015). Supplementation with vitamin E alone is associated with reduced myocardial infarction: A meta-analysis. Nutrition, Metabolism and Cardiovascular Diseases, 25(4), 354–363. doi:10.1016/j.numecd.2015.01.008

1170 Huang с соавторами (2002) 'Effects of vitamin C and vitamin E on in vivo lipid peroxidation: results of a randomized controlled trial', The American Journal of Clinical Nutrition, Volume 76, Issue 3, September 2002, Pages 549–555, URL: https://doi.org/10.1093/ajcn/76.3.549

1171 Kanter с соавторами (1993). Effects of an antioxidant vitamin mixture on lipid peroxidation at rest and postexercise. Journal of applied physiology (Bethesda, Md.: 1985), 74(2), 965–969. URL: https://doi.org/10.1152/jappl.1993.74.2.965

1172 Myers, J. (2003). Exercise and Cardiovascular Health. Circulation, 107(1). doi:10.1161/01.cir.0000048890.59383.8d

1173 Jaarin, K., & Kamisah, Y. (2012). Repeatedly Heated Vegetable Oils and Lipid Peroxidation. Lipid Peroxidation. doi:10.5772/46076

1174 Doll, S. and Conrad, M. (2017), Iron and ferroptosis: A still ill-defined liaison. IUBMB Life, 69: 423–434. doi:10.1002/iub.1616

1175 Lee HS, Cui L, Li Y, Choi JS, Choi J-H, Li Z, et al. (2016) Correction: Influence of Light Emitting Diode-Derived Blue Light Overexposure on Mouse Ocular Surface. PLoS ONE 11(11): e0167671. URL: https://doi.org/10.1371/journal.pone.0167671

1176 Torti, S. V., & Torti, F. M. (2013). Iron and cancer: more ore to be mined. Nature reviews. Cancer, 13(5), 342–355. URL: https://doi.org/10.1038/nrc3495

1177 Fleming, R. E., & Ponka, P. (2012). Iron overload in human disease. The New England journal of medicine, 366(4), 348–359. URL: https://doi.org/10.1056/NEJMra1004967

1178 Höhn, A., Jung, T., Grimm, S., & Grune, T. (2010). Lipofuscin-bound iron is a major intracellular source of oxidants: role in senescent cells. Free radical biology & medicine, 48(8), 1100–1108. URL: https://doi.org/10.1016/j.freeradbiomed.2010.01.030

1179 DiNicolantonio, J. J., Mangan, D., & O’Keefe, J. H. (2018). Copper deficiency may be a leading cause of ischaemic heart disease. Open Heart, 5(2), e000784. doi:10.1136/openhrt-2018-000784

1180 Chisté с соавторами (2014) 'Carotenoids inhibit lipid peroxidation and hemoglobin oxidation, but not the depletion of glutathione induced by ROS in human erythrocytes', Life Sciences, Volume 99, Issues 1–2, 18 March 2014, Pages 52–60.

1181 Zhang с соавторами (1991). Carotenoids enhance gap junctional communication and inhibit lipid peroxidation in C3H/10T1/2 cells: relationship to their cancer chemopreventive action. Carcinogenesis, 12(11), 2109–2114. URL: https://doi.org/10.1093/carcin/12.11.2109

1182 McNulty с соавторами (2007). Differential effects of carotenoids on lipid peroxidation due to membrane interactions: X-ray diffraction analysis. Biochimica et Biophysica Acta (BBA) – Biomembranes, 1768(1), 167–174. doi:10.1016/j.bbamem.2006.09.010

1183 Lu с соавторами (2006). Preventive effects of Spirulina platensis on skeletal muscle damage under exercise-induced oxidative stress. European journal of applied physiology, 98(2), 220–226. URL: https://doi.org/10.1007/s00421-006-0263-0

1184 Ould Amara-Leffad, L., Ramdane, H., Nekhoul, K., Ouznadji, A., & Koceir, E. A. (2018). Spirulina effect on modulation of toxins provided by food, impact on hepatic and renal functions. Archives of Physiology and Biochemistry, 125(2), 184–194. doi:10.1080/13813455.2018.1444059

1185 Onuegbo с соавторами (2018) 'Consumption of Soymilk Reduces Lipid Peroxidation But May Lower Micronutrient Status in Apparently Healthy Individuals' Journal of Medicinal FoodVol. 21, No. 5, URL: https://doi.org/10.1089/jmf.2017.0094

1186 Jabbari с соавторами (2005). Comparison between swallowing and chewing of garlic on levels of serum lipids, cyclosporine, creatinine and lipid peroxidation in Renal Transplant Recipients, Lipids in Health and Disease, 4(1), 11. doi:10.1186/1476-511x-4-11

1187 Reddy, A. C., & Lokesh, B. R. (1994). Effect of dietary turmeric (Curcuma longa) on iron-induced lipid peroxidation in the rat liver. Food and chemical toxicology: an international journal published for the British Industrial Biological Research Association, 32(3), 279–283. URL: https://doi.org/10.1016/0278-6915(94)90201-1

1188 Ji Z. (2010). Targeting DNA damage and repair by curcumin. Breast cancer: basic and clinical research, 4, 1–3.

1189 Spasov, A. A., Zheltova, A. A., & Kharitonov, M. V. (2012). Rossiiskii fiziologicheskii zhurnal imeni I.M. Sechenova, 98(7), 915–923.

1190 Kumar, B. P., & Shivakumar, K. (1997). Depressed antioxidant defense in rat heart in experimental magnesium deficiency implications for the pathogenesis of myocardial lesions. Biological Trace Element Research, 60(1–2), 139–144. doi:10.1007/bf02783317

1191 Wiles, M. E., Wagner, T. L., & Weglicki, W. B. (1996). Effect of acute magnesium deficiency (MgD) on aortic endothelial cell (EC) oxidant production. Life Sciences, 60(3), 221–236. doi:10.1016/s0024-3205(96)00619-4

1192 Zheltova, A. A., Kharitonova, M. V., Iezhitsa, I. N., & Spasov, A. A. (2016). Magnesium deficiency and oxidative stress: an update. BioMedicine, 6(4). doi:10.7603/s40681-016-0020-6

1193 DiNicolantonio, J. J., O’Keefe, J. H., & Wilson, W. (2018). Subclinical magnesium deficiency: a principal driver of cardiovascular disease and a public health crisis. Open Heart, 5(1), e000668. doi:10.1136/openhrt-2017-000668

1194 Kanner, J., Selhub, J., Shpaizer, A., Rabkin, B., Shacham, I., & Tirosh, O. (2017). Redox homeostasis in stomach medium by foods: The Postprandial Oxidative Stress Index (POSI) for balancing nutrition and human health. Redox Biology, 12, 929–936. doi:10.1016/j.redox.2017.04.029

1195 Li, Z., Henning, S. M., Zhang, Y., Rahnama, N., Zerlin, A., Thames, G., … Heber, D. (2013). Decrease of postprandial endothelial dysfunction by spice mix added to high-fat hamburger meat in men with Type 2 diabetes mellitus. Diabetic Medicine, 30(5), 590–595. doi:10.1111/dme.12120

1196 Kanner, J. (2007). Dietary advanced lipid oxidation endproducts are risk factors to human health. Molecular Nutrition & Food Research, 51(9), 1094–1101. doi:10.1002/mnfr.200600303

1197 Skulas-Ray, A. C., Kris-Etherton, P. M., Teeter, D. L., Chen, C.-Y. O., Vanden Heuvel, J. P., & West, S. G. (2011). A High Antioxidant Spice Blend Attenuates Postprandial Insulin and Triglyceride Responses and Increases Some Plasma Measures of Antioxidant Activity in Healthy, Overweight Men. The Journal of Nutrition, 141(8), 1451–1457. doi:10.3945/jn.111.138966

1198 Li, Z., Henning, S. M., Zhang, Y., Zerlin, A., Li, L., Gao, K., … Heber, D. (2010). Antioxidant-rich spice added to hamburger meat during cooking results in reduced meat, plasma, and urine malondialdehyde concentrations. The American Journal of Clinical Nutrition, 91(5), 1180–1184. doi:10.3945/ajcn.2009.28526

1199 Zhang, H., Zhang, H., Troise, A. D., & Fogliano, V. (2019). Melanoidins from Coffee, Cocoa, and Bread Are Able to Scavenge α-Dicarbonyl Compounds under Simulated Physiological Conditions. Journal of Agricultural and Food Chemistry, 67(39), 10921– 10929. doi:10.1021/acs.jafc.9b03744

1200 Sirota с соавторами (2013) 'Coffee polyphenols protect human plasma from postprandial carbonyl modifications', Molecular Nutrition & Food Research 57(5).

1201 Urquiaga, I., Troncoso, D., Mackenna, M., Urzúa, C., Pérez, D., Dicenta, S., … Rigotti, A. (2018). The Consumption of Beef Burgers Prepared with Wine Grape Pomace Flour Improves Fasting Glucose, Plasma Antioxidant Levels, and Oxidative Damage Markers in Humans: A Controlled Trial. Nutrients, 10(10), 1388. doi:10.3390/nu10101388

1202 Basu, A., Newman, E. D., Bryant, A. L., Lyons, T. J., & Betts, N. M. (2013). Pomegranate Polyphenols Lower Lipid Peroxidation in Adults with Type 2 Diabetes but Have No Effects in Healthy Volunteers: A Pilot Study. Journal of Nutrition and Metabolism, 2013, 1–7. doi:10.1155/2013/708381

1203 Basu, A., Sanchez, K., Leyva, M. J., Wu, M., Betts, N. M., Aston, C. E., & Lyons, T. J. (2010). Green Tea Supplementation Affects Body Weight, Lipids, and Lipid Peroxidation in Obese Subjects with Metabolic Syndrome. Journal of the American College of Nutrition, 29(1), 31–40. doi:10.1080/07315724.2010.10719814

1204 Tagliazucchi, D. (2015). Melanoidins from Coffee and Lipid Peroxidation. Coffee in Health and Disease Prevention, 859–867. doi:10.1016/b978-0-12-409517-5.00095-4

1205 Devasagayam, T. P., Kamat, J. P., Mohan, H., & Kesavan, P. C. (1996). Caffeine as an antioxidant: inhibition of lipid peroxidation induced by reactive oxygen species. Biochimica et biophysica acta, 1282(1), 63–70. URL: https://doi.org/10.1016/0005- 2736(96)00040-5

1206 Zeb, A., & Rahman, S. U. (2017). Protective effects of dietary glycine and glutamic acid toward the toxic effects of oxidized mustard oil in rabbits. Food & Function, 8(1), 429–436. doi:10.1039/c6fo01329e

1207 Zhong, Z., Jones, S., & Thurman, R. G. (1996). Glycine minimizes reperfusion injury in a low-flow, reflow liver perfusion model in the rat. American Journal of PhysiologyGastrointestinal and Liver Physiology, 270(2), G332–G338. doi:10.1152/ajpgi.1996.270.2.g332

1208 Bloomer, R. J., Tschume, L. C., & Smith, W. A. (2009). Glycine Propionyl-L-carnitine Modulates Lipid Peroxidation and Nitric Oxide in Human Subjects. International Journal for Vitamin and Nutrition Research, 79(3), 131–141. doi:10.1024/0300-9831.79.3.131

1209 McCarty с соавторами (2019) 'Activated Glycine Receptors May Decrease Endosomal NADPH Oxidase Activity by Opposing ClC-3-Mediated Efflux of Chloride from Endosomes', Medical Hypotheses 123, DOI: 10.1016/j.mehy.2019.01.012 1210 Gannon с соавторами (2002) 'The metabolic response to ingested glycine', The American Journal of Clinical Nutrition, Volume 76, Issue 6, December 2002, Pages 1302–1307, URL: https://doi.org/10.1093/ajcn/76.6.1302

1211 Münzel с соавторами (2008). "Pathophysiology, diagnosis and prognostic implications of endothelial dysfunction". Annals of Medicine. 40 (3): 180–96.

1212 Maruhashi, T; Kihara, Y; Higashi, Y (2018). "Assessment of endothelium-independent vasodilation: From methodology to clinical perspectives". Journal of Hypertension. 36 (7): 1460–1467.

1213 Briasoulis с соавторами (Apr 2012). "Endothelial dysfunction and atherosclerosis: focus on novel therapeutic approaches". Recent Pat Cardiovasc Drug Discov. 7 (1): 21–32.

1214 RAHEJA, B. S., SADIKOT, S. M., PHATAK, R. B., & RAO, M. B. (1993). Significance of the N-6/N-3 Ratio for Insulin Action in Diabetes. Annals of the New York Academy of Sciences, 683(1 Dietary Lipid), 258–271. doi:10.1111/j.1749–6632.1993.tb35715.x

1215 Simopoulos (1999) 'Essential fatty acids in health and chronic disease 1,2', American Journal of Clinical Nutrition 70(3 Suppl):560S-569S

1216 PM Kris-Etherton, Denise Shaffer Taylor, Shaomei Yu-Poth, Peter Huth, Kristin Moriarty, Valerie Fishell, Rebecca L Hargrove, Guixiang Zhao, Terry D Etherton; Polyunsaturated fatty acids in the food chain in the United States, The American Journal of Clinical Nutrition, Volume 71, Issue 1, 1 January 2000, Pages 179S–188S.

1217 Kris-Etherton, P., Taylor, D. S., Yu-Poth, S., Huth, P., Moriarty, K., Fishell, V., … Etherton, T. D. (2000). Polyunsaturated fatty acids in the food chain in the United States. The American Journal of Clinical Nutrition, 71(1), 179S–188S. doi:10.1093/ajcn/71.1.179s

1218 Eaton, S. B., Eaton III, S. B., Sinclair, A. J., Cordain, L., & Mann, N. J. (1998). Dietary Intake of Long-Chain Polyunsaturated Fatty Acids during the Paleolithic. The Return of W3 Fatty Acids into the Food Supply, 12–23. doi:10.1159/000059672

1219 Singh, R. B., Demeester, F., & Wilczynska, A. (2010). The tsim tsoum approaches for prevention of cardiovascular disease. Cardiology research and practice, 2010, 824938. URL: https://doi.org/10.4061/2010/824938

1220 Kuipers, R. S., Luxwolda, M. F., Janneke Dijck-Brouwer, D. A., Eaton, S. B., Crawford, M. A., Cordain, L., & Muskiet, F. A. J. (2010). Estimated macronutrient and fatty acid intakes from an East African Paleolithic diet. British Journal of Nutrition, 104(11), 1666–1687. doi:10.1017/s0007114510002679

1221 Rodriguez-Leyva, D., Bassett, C. M. C., McCullough, R., & Pierce, G. N. (2010). The cardiovascular effects of flaxseed and its omega-3 fatty acid, alpha-linolenic acid. Canadian Journal of Cardiology, 26(9), 489–496. doi:10.1016/s0828-282x(10)70455-4

1222 Eaton, S. B., Eaton III, S. B., Sinclair, A. J., Cordain, L., & Mann, N. J. (1998). Dietary Intake of Long-Chain Polyunsaturated Fatty Acids during the Paleolithic. The Return of W3 Fatty Acids into the Food Supply, 12–23. doi:10.1159/000059672

1223 Sprecher H. Dietary w3 and w6 fatty acids: biological effects and nutritional essentiality. NATO Series A, Life Sciences. 1989 Jan:69–79.

1224 Cordain, L., Watkins, B., Florant, G., Kelher, M., Rogers, L., & Li, Y. (2002). Fatty acid analysis of wild ruminant tissues: evolutionary implications for reducing diet-related chronic disease. European Journal of Clinical Nutrition, 56(3), 181–191. doi:10.1038/sj.ejcn.1601307

1225 Kuipers, R. S., Luxwolda, M. F., Janneke Dijck-Brouwer, D. A., Eaton, S. B., Crawford, M. A., Cordain, L., & Muskiet, F. A. J. (2010). Estimated macronutrient and fatty acid intakes from an East African Paleolithic diet. British Journal of Nutrition, 104(11), 1666–1687. doi:10.1017/s0007114510002679

1226 Eaton, S. B., Eaton III, S. B., Sinclair, A. J., Cordain, L., & Mann, N. J. (1998). Dietary Intake of Long-Chain Polyunsaturated Fatty Acids during the Paleolithic. The Return of W3 Fatty Acids into the Food Supply, 12–23. doi:10.1159/000059672

1227 DeFilippis, A. P., & Sperling, L. S. (2006). Understanding omega-3’s. American Heart Journal, 151(3), 564–570. doi:10.1016/j.ahj.2005.03.051

1228 Wells, HF, Buzby JC. Dietary assessment of major trends in U.S. food consumption, 1970–2005. ERS Report Summary. 2008 Mar.

1229 Hite, A. H., Feinman, R. D., Guzman, G. E., Satin, M., Schoenfeld, P. A., & Wood, R. J. (2010). In the face of contradictory evidence: Report of the Dietary Guidelines for Americans Committee. Nutrition, 26(10), 915–924. doi:10.1016/j.nut.2010.08.012

1230 Food and Drug Administration, HHS (2003). Food labeling: trans fatty acids in nutrition labeling, nutrient content claims, and health claims. Final rule. Federal register, 68(133), 41433–41506.

1231 LEE, K. W., LEE, H. J., CHO, H. Y., & KIM, Y. J. (2005). Role of the Conjugated Linoleic Acid in the Prevention of Cancer. Critical Reviews in Food Science and Nutrition, 45(2), 135–144. doi:10.1080/10408690490911800

1232 Wang, Y., Jacome-Sosa, M. M., Ruth, M. R., Goruk, S. D., Reaney, M. J., Glimm, D. R., … Proctor, S. D. (2009). Trans-11 Vaccenic Acid Reduces Hepatic Lipogenesis and Chylomicron Secretion in JCR: LA-cp Rats. The Journal of Nutrition, 139(11), 2049–2054. doi:10.3945/jn.109.109488

1233 Singh, R. B., DeMeester, F., & Wilczynska, A. (2010). The Tsim Tsoum Approaches for Prevention of Cardiovascular Disease. Cardiology Research and Practice, 2010, 1–18. doi:10.4061/2010/824938

1234 Kromhout с соавторами (1985). The inverse relation between fish consumption and 20-year mortality from coronary heart disease. The New England journal of medicine, 312(19), 1205–1209. URL: https://doi.org/10.1056/NEJM198505093121901

1235 Oomen с соавторами (2000). Fish consumption and coronary heart disease mortality in Finland, Italy, and The Netherlands. American journal of epidemiology, 151(10), 999–1006. URL: https://doi.org/10.1093/oxfordjournals.aje.a010144

1236 Keli, S. O., Feskens, E. J., & Kromhout, D. (1994). Fish consumption and risk of stroke. The Zutphen Study. Stroke, 25(2), 328–332. URL: https://doi.org/10.1161/01.str.25.2.328

1237 Hooper с соавторами (2006). Risks and benefits of omega 3 fats for mortality, cardiovascular disease, and cancer: systematic review. BMJ (Clinical research ed.), 332(7544), 752–760. URL: https://doi.org/10.1136/bmj.38755.366331.2F

1238 De Lorgeril, M., Salen, P., Defaye, P., & Rabaeus, M. (2013). Recent findings on the health effects of omega-3 fatty acids and statins, and their interactions: do statins inhibitomega-3? BMC Medicine, 11(1). doi:10.1186/1741-7015-11-5

1239 Kromhout, D., Bosschieter, E. B., & Coulander, C. de L. (1985). The Inverse Relation between Fish Consumption and 20-Year Mortality from Coronary Heart Disease. New England Journal of Medicine, 312(19), 1205–1209. doi:10.1056/nejm198505093121901

1240 Asfandyar K. Niazi, J. J. D. (2013). Explaining the Recent Fish Oil Trial “Failures.” Journal of Glycomics & Lipidomics, 03(01). doi:10.4172/2153-0637.1000e112

1241 Burr, M. L., Gilbert, J. F., Holliday, R. M., Elwood, P. C., Fehily, A. M., Rogers, S., … Deadman, N. M. (1989). EFFECTS OF CHANGES IN FAT, FISH, AND FIBRE INTAKES ON DEATH AND MYOCARDIAL REINFARCTION: DIET AND REINFARCTION TRIAL (DART). The Lancet, 334(8666), 757–761. doi:10.1016/s0140- 6736(89)90828-3

1242 Burr, M. L., Sweetham, P. M., & Fehily, A. M. (1994). Diet and reinfarction. European heart journal, 15(8), 1152–1153. URL: https://doi.org/10.1093/oxfordjournals.eurheartj.a060645

1243 Marchioli, R., Barzi, F., Bomba, E., Chieffo, C., Di Gregorio, D., Di Mascio, R., … Valagussa, F. (2002). Early Protection Against Sudden Death by n-3 Polyunsaturated Fatty Acids After Myocardial Infarction. Circulation, 105(16), 1897–1903. doi:10.1161/01.cir.0000014682.14181.f2

1244 Dietary supplementation with n-3 polyunsaturated fatty acids and vitamin E after myocardial infarction: results of the GISSI-Prevenzione trial. Gruppo Italiano per lo Studio della Sopravvivenza nell'Infarto miocardico. (1999). Lancet (London, England), 354(9177), 447–455.

1245 GISSI-HF investigators. (2008). Effect of n-3 polyunsaturated fatty acids in patients with chronic heart failure (the GISSI-HF trial): a randomised, double-blind, placebocontrolled trial. The Lancet, 372(9645), 1223–1230. doi:10.1016/s0140-6736(08)61239-8

1246 Einvik, G., Klemsdal, T. O., Sandvik, L., & Hjerkinn, E. M. (2010). A randomized clinical trial on n-3 polyunsaturated fatty acids supplementation and all-cause mortality in elderly men at high cardiovascular risk. European journal of cardiovascular prevention and rehabilitation: official journal of the European Society of Cardiology, Working Groups on Epidemiology & Prevention and Cardiac Rehabilitation and Exercise Physiology, 17(5), 588–592. URL: https://doi.org/10.1097/HJR.0b013e328339cc70

1247 Peskin B. Plants vs. fish: why plants win. Aging Matters Magazine. 2015;1:6-11.

1248 Norwegian Scientific Committee for Food Safety (2011) 'Description of the processes in the value chain and risk assessment of decomposition substances and oxidation products in fish oils', Opinion of Steering Committee of the Norwegian Scientific Committee for Food Safety, 08-504-4-final, Accessed Online: URL: https://web.archive.org/web/20160909213119/http://english.vkm.no/dav/0fd42c8b08.pdf

1249 Consumerlab.com (2018) 'Fish Oil and Omega-3 and -7 Supplements Review (Including Krill, Algae, Calamari, and Sea Buckthorn)', Product Reviews, Accessed Online: URL: https://www.consumerlab.com/reviews/fish_oil_supplements_review/omega3/

1250 Ulven с соавторами (2010). Metabolic Effects of Krill Oil are Essentially Similar to Those of Fish Oil but at Lower Dose of EPA and DHA, in Healthy Volunteers. Lipids, 46(1), 37–46. doi:10.1007/s11745-010-3490-4

1251 Martin с соавторами (2010). Intestinal digestion of fish oils and ω-3 concentrates under in vitro conditions. European Journal of Lipid Science and Technology, 112(12), 1315–1322. doi:10.1002/ejlt.201000329

1252 Lu с соавторами (2006). Preventive effects of Spirulina platensis on skeletal muscle damage under exercise-induced oxidative stress. European journal of applied physiology, 98(2), 220–226. URL: https://doi.org/10.1007/s00421-006-0263-0

1253 Queiroz с соавторами (2003). Protective effects of Chlorella vulgaris in lead-exposed mice infected with Listeria monocytogenes. International immunopharmacology, 3(6), 889–900. URL: https://doi.org/10.1016/S1567-5769(03)00082-1

1254 Simopoulos, A. P., Leaf, A., & Salem, N., Jr (1999). Essentiality of and recommended dietary intakes for omega-6 and omega-3 fatty acids. Annals of nutrition & metabolism, 43(2), 127–130. URL: https://doi.org/10.1159/000012777

1255 Harris, W. S., & von Schacky, C. (2004). The Omega-3 Index: a new risk factor for death from coronary heart disease? Preventive Medicine, 39(1), 212–220. doi:10.1016/j.ypmed.2004.02.030

1256 Laukkanen, T., Khan, H., Zaccardi, F., & Laukkanen, J. A. (2015). Association Between Sauna Bathing and Fatal Cardiovascular and All-Cause Mortality Events. JAMA Internal Medicine, 175(4), 542. doi:10.1001/jamainternmed.2014.8187

1257 Shaw Stewart, P. D. (2016). Seasonality and selective trends in viral acute respiratory tract infections. Medical Hypotheses, 86, 104–119. doi:10.1016/j.mehy.2015.11.005

1258 Hope-Simpson RE. Discussion on the common cold. Proc R Soc Med 1958;51 (4):267– 71.

1259 Heikkinen T, Järvinen A. The common cold. Lancet 2003;361(9351):51–9.

1260 Hajat S, Bird W, Haines A. Cold weather and GP consultations for respiratory conditions by elderly people in 16 locations in the UK. Eur J Epidemiol 2004;19 (10):959– 68.

1261 Du Prel, J., Puppe, W., Gröndahl, B., Knuf, M., Weigl, J. A. I., Schaaff, F., & Schmitt, H. (2009). Are Meteorological Parameters Associated with Acute Respiratory Tract Infections? Clinical Infectious Diseases, 49(6), 861–868. doi:10.1086/605435

1262 Kasahara, A. K., Singh, R. J., & Noymer, A. (2013). Vitamin D (25OHD) Serum Seasonality in the United States. PLoS ONE, 8(6), e65785. doi:10.1371/journal.pone.0065785

1263 Evans SS, Repasky EA, Fisher DT. Fever and the thermal regulation of immunity: the immune system feels the heat. Nat Rev Immunol 2015;15:335-49.

1264 Kluger MJ. Fever. Pediatrics 1980;66:720-4.

1265 Earn DJ, Andrews PW, Bolker BM. Population-level effects of suppressing fever. Proc Biol Sci 2014;281:20132570.

1266 Schulman CI, Namias N, Doherty J, et al. The effect of antipyretic therapy upon outcomes in critically ill patients: a randomized, prospective study. Surg Infect (Larchmt) 2005;6:369-75.

1267 DOWNING, J. F., MARTINEZ-VALDEZ, H., ELIZONDO, R. S., WALKER, E. B., & TAYLOR, M. W. (1988). Hyperthermia in Humans Enhances Interferon-γ Synthesis and Alters the Peripheral Lymphocyte Population. Journal of Interferon Research, 8(2), 143–150. doi:10.1089/jir.1988.8.143

1268 TOMIYAMA, C., WATANABE, M., HONMA, T., INADA, A., HAYAKAWA, T., RYUFUKU, M., & ABO, T. (2015). The effect of repetitive mild hyperthermia on body temperature, the autonomic nervous system, and innate and adaptive immunity. Biomedical Research, 36(2), 135–142. doi:10.2220/biomedres.36.135

1269 Hirayama E, Atagi H, Hiraki A, et al. Heat shock protein 70 is related to thermal inhibition of nuclear export of the influenza virus ribonucleoprotein complex. J Virol 2004;78:1263-70.

1270 Conti C, De Marco A, Mastromarino P, et al. Antiviral effect of hyperthermic treatment in rhinovirus infection. Antimicrob Agents Chemother 1999;43:822-9.

1271 Li G, Zhang J, Tong X, et al. Heat shock protein 70 inhibits the activity of Influenza A virus ribonucleoprotein and blocks the replication of virus in vitro and in vivo. PLoS One 2011;6:e16546.

1272 Ryan M, Levy MM. Clinical review: fever in intensive care unit patients. Crit Care 2003;7:221-5.

1273 Chan-Yeung, M. (2003). Outbreak of severe acute respiratory syndrome in Hong Kong Special Administrative Region: case report. BMJ, 326(7394), 850–852. doi:10.1136/bmj.326.7394.850

1274 WHO 'First data on stability and resistance of SARS coronavirus compiled by members of WHO laboratory network', Emergencies preparedness, response, Accessed Online 16th March at URL: https://www.who.int/csr/sars/survival_2003_05_04/en/

1275 Evans SS, Repasky EA, Fisher DT. Fever and the thermal regulation of immunity: the immune system feels the heat. Nat Rev Immunol 2015;15:335-49.

1276 Wojda I, Taszlow P. Heat shock affects host-pathogen interaction in Galleria mellonella infected with Bacillus thuringiensis. J Insect Physiol 2013;59:894–905.

1277 Taszlow P, Wojda I. Changes in the hemolymph protein profiles in Galleria mellonella infected with Bacillus thuringiensis involve apolipophorin III. The effect of heat shock. Arch Insect Biochem Physiol 2015;88:123-43.

1278 Axelrod YK, Diringer MN. Temperature management in acute neurologic disorders. Crit Care Clin 2006;22:767-85; abstract x.

1279 Sund-Levander, M., Forsberg, C., & Wahren, L. K. (2002). Normal oral, rectal, tympanic and axillary body temperature in adult men and women: a systematic literature review. Scandinavian Journal of Caring Sciences, 16(2), 122–128. doi:10.1046/j.1471–6712.2002.00069.x

1280 Nietzsche, F. (1889) ‘Twilight of the Idols or, How to Philosophize with a Hammer’, Leipzig, (1990 Penguin Classics ed.)

1281 Hannuksela, M. L. & Ellahham, S. Benefits and risks of sauna bathing. The American journal of medicine 110, 118–126 (2001).

1282 CDC, NCHS. Underlying Cause of Death 1999–2013 on CDC WONDER Online Database, released 2015. Data are from the Multiple Cause of Death Files, 1999–2013, as compiled from data provided by the 57 vital statistics jurisdictions through the Vital Statistics Cooperative Program. Accessed Dec 21, 2018.

1283 Laukkanen T, Khan H, Zaccardi F, Laukkanen JA. Association Between Sauna Bathing and Fatal Cardiovascular and All-Cause Mortality Events. JAMA Intern Med. 2015;175(4):542–548. doi:10.1001/jamainternmed.2014.8187

1284 The JAMA Network Journals. (2015, February 23). Sauna use associated with reduced risk of cardiac, all-cause mortality. ScienceDaily. Retrieved October 18, 2020 from www.sciencedaily.com/releases/2015/02/150223122602.htm

1285 Kokura, S. et al. Whole body hyperthermia improves obesity-induced insulin resistance in diabetic mice. International journal of hyperthermia: the of icial journal of European Society for Hyperthermic Oncology, North American Hyperthermia Group 23, 259–265, doi:10.1080/02656730601176824 (2007)

1286 Biro, S., Masuda, A., Kihara, T., & Tei, C. (2003). Clinical Implications of Thermal Therapy in Lifestyle-Related Diseases. Experimental Biology and Medicine, 228(10), 1245–1249. doi:10.1177/153537020322801023

1287 Tanjaniina Laukkanen, Setor Kunutsor, Jussi Kauhanen, Jari Antero Laukkanen, Sauna bathing is inversely associated with dementia and Alzheimer's disease in middle-aged Finnish men, Age and Ageing, Volume 46, Issue 2, March 2017, Pages 245–249, URL: https://doi.org/10.1093/ageing/afw212

1288 Santoro (2000) 'Heat shock factors and the control of the stress response', Biochemical Pharmacology, Volume 59, Issue 1, 1 January 2000, Pages 55–63.

1289 Selsby, J. T. et al. Intermittent hyperthermia enhances skeletal muscle regrowth and attenuates oxidative damage following reloading. J Appl Physiol (1985) 102, 1702–1707, doi:10.1152/japplphysiol.00722.2006 (2007).

1290 Naito, H. et al. Heat stress attenuates skeletal muscle atrophy in hindlimb-unweighted rats. J Appl Physiol 88, 359–363 (2000).

1291 Guo, S., Wharton, W., Moseley, P., & Shi, H. (2007). Heat shock protein 70 regulates cellular redox status by modulating glutathione-related enzyme activities. Cell Stress & Chaperones, 12(3), 245. doi:10.1379/csc-265.1

1292 Fan с соавторами (2005) 'Novel Cardioprotective Role of a Small Heat-Shock Protein, Hsp20, Against Ischemia/Reperfusion Injury', Circulation. 2005;111:1792–1799,

1293 McLemore с соавторами (2005) 'Role of the Small Heat Shock Proteins in Regulating Vascular Smooth Muscle Tone', VOLUME 201, ISSUE 1, P30-36, JULY 01, 2005, DOI: URL: https://doi.org/10.1016/j.jamcollsurg.2005.03.017

1294 Khazaeli, A. A., Tatar, M., Pletcher, S. D. & Curtsinger, J. W. Heat-induced longevity extension in Drosophila. I. Heat treatment, mortality, and thermotolerance. The journals of gerontology. Series A, Biological sciences and medical sciences 52, B48-52 (1997).

1295 Lithgow, G. J., White, T. M., Melov, S. & Johnson, T. E. Thermotolerance and extended life-span conferred by single-gene mutations and induced by thermal stress. Proceedings of the National Academy of Sciences of the United States of America 92, 7540–7544 (1995)

1296 Tatar, M., Khazaeli, A. A. & Curtsinger, J. W. Chaperoning extended life. Nature 390, 30, doi:10.1038/36237 (1997).

1297 Pilch, W., Pokora, I., Szyguła, Z., Pałka, T., Pilch, P., Cisoń, T., … Wiecha, S. (2013). Effect of a Single Finnish Sauna Session on White Blood Cell Profile and Cortisol Levels in Athletes and Non-Athletes. Journal of Human Kinetics, 39(1), 127–135. doi:10.2478/hukin-2013-0075

1298 Crinnion W. J. (2011). Sauna as a valuable clinical tool for cardiovascular, autoimmune, toxicant- induced and other chronic health problems. Alternative medicine review: a journal of clinical therapeutic, 16(3), 215–225.

1299 Hartmann A. [Asiatic flu in 1957; sauna baths as prophylactic measure]. Hippokrates 1958;29:153-4.

1300 Kunutsor SK, Laukkanen T, Laukkanen JA. Sauna bathing reduces the risk of respiratory diseases: a long-term prospective cohort study. Eur J Epidemiol 2017;32:1107-11.

1301 Kunutsor SK, Laukkanen T, Laukkanen JA. Frequent sauna bathing may reduce the risk of pneumonia in middle-aged Caucasian men: The KIHD prospective cohort study. Respir Med 2017;132:161-3.

1302 Brenke R. [Not Available]. Forschende Komplementarmedizin (2006) 2015;22:320-5.

1303 URL: https://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/?term=asiatic+flu+sauna

1304 Laurent H. Control of typhus fever in Finland during World War II. Vesalius 2009;15:71-9.

1305 Ernst E, Pecho E, Wirz P, et al. Regular sauna bathing and the incidence of common colds. Ann Med 1990;22:225-7.

1306 Xue J, Fan X, Yu J, et al. Short-Term Heat Shock Affects Host-Virus Interaction in Mice Infected with Highly Pathogenic Avian Influenza Virus H5N1. Frontiers in microbiology 2016;7:924.

1307 Pillai PS, Molony RD, Martinod K, et al. Mx1 reveals innate pathways to antiviral resistance and lethal influenza disease. Science 2016;352:463-6.

1308 Chang CC, Wu JM. Modulation of antiviral activity of interferon and 2',5'– oligoadenylate synthetase gene expression by mild hyperthermia (39.5 degrees C) in cultured human cells. J Biol Chem 1991;266:4605-12.

1309 Payne J, Nair MP, Ambrus JL, et al. Mild hyperthermia modulates biological activities of interferons. Int J Hyperthermia 2000;16:492–507.

1310 Pilch W, Pokora I, Szygula Z, et al. Effect of a single finnish sauna session on white blood cell profile and cortisol levels in athletes and non-athletes. Journal of human kinetics 2013;39:127-35.

1311 Zhu LL, Gao XH, Qi R, et al. Local hyperthermia could induce antiviral activity by endogenous interferon-dependent pathway in condyloma acuminata. Antiviral Res 2010;88:187-92.

1312 McCarty MF, DiNicolantonio JJ. Nutraceuticals have potential for boosting the type 1 interferon response to RNA viruses including influenza and coronavirus. Prog Cardiovasc Dis 2020.

1313 Weber F, Mirazimi A. Interferon and cytokine responses to Crimean Congo hemorrhagic fever virus; an emerging and neglected viral zonoosis. Cytokine Growth Factor Rev 2008;19:395–404.

1314 Hou, Y. C.; Janczuk, A.; Wang, P. G. (1999). "Current trends in the development of nitric oxide donors". Current Pharmaceutical Design. 5 (6): 417–441. PMID 10390607.

1315 Akerstrom S, Mousavi-Jazi M, Klingstrom J, et al. Nitric oxide inhibits the replication cycle of severe acute respiratory syndrome coronavirus. J Virol 2005;79:1966-9.

1316 Akerstrom S, Gunalan V, Keng CT, et al. Dual effect of nitric oxide on SARS-CoV replication: viral RNA production and palmitoylation of the S protein are affected. Virology 2009;395:1–9.

1317 Chen L, Liu P, Gao H, et al. Inhalation of nitric oxide in the treatment of severe acute respiratory syndrome: a rescue trial in Beijing. Clin Infect Dis 2004;39:1531-5.

1318 Gryka D, Pilch WB, Czerwinska-Ledwig OM, et al. The influence of Finnish sauna treatments on the concentrations of nitric oxide, 3-nitrotyrosine and selected markers of oxidative status in training and non-training men. Int J Occup Med Environ Health 2020;33:173-85.

1319 Huang PH, Chen JW, Lin CP, et al. Far infra-red therapy promotes ischemia-induced angiogenesis in diabetic mice and restores high glucose-suppressed endothelial progenitor cell functions. Cardiovasc Diabetol 2012;11:99.

1320 Ikeda Y, Biro S, Kamogawa Y, et al. Repeated sauna therapy increases arterial endothelial nitric oxide synthase expression and nitric oxide production in cardiomyopathic hamsters. Circ J 2005;69:722-9.

1321 Lin CC, Liu XM, Peyton K, et al. Far infrared therapy inhibits vascular endothelial inflammation via the induction of heme oxygenase-1. Arterioscler Thromb Vasc Biol 2008;28:739-45.

1322 Brunt VE, Eymann TM, Francisco MA, et al. Passive heat therapy improves cutaneous microvascular function in sedentary humans via improved nitric oxide-dependent dilation. Journal of applied physiology (Bethesda, Md: 1985) 2016;121:716-23.

1323 Wu F, Szczepaniak WS, Shiva S, et al. Nox2-dependent glutathionylation of endothelial NOS leads to uncoupled superoxide production and endothelial barrier dysfunction in acute lung injury. Am J Physiol Lung Cell Mol Physiol 2014;307:L987-97.

1324 Ihori H, Nozawa T, Sobajima M, et al. Waon therapy attenuates cardiac hypertrophy and promotes myocardial capillary growth in hypertensive rats: a comparative study with fluvastatin. Heart Vessels 2016;31:1361-9.

1325 Hooper PL. Hot-tub therapy for type 2 diabetes mellitus. N Engl J Med 1999;341:924-5.

1326 Biro S, Masuda A, Kihara T, et al. Clinical implications of thermal therapy in lifestylerelated diseases. Exp Biol Med (Maywood) 2003;228:1245-9.

1327 Beever R. The effects of repeated thermal therapy on quality of life in patients with type II diabetes mellitus. J Altern Complement Med 2010;16:677-81.

1328 Tei C, Horikiri Y, Park JC, et al. [Effects of hot water bath or sauna on patients with congestive heart failure: acute hemodynamic improvement by thermal vasodilation]. J Cardiol 1994;24:175-83.

1329 Tei C, Horikiri Y, Park JC, et al. Acute hemodynamic improvement by thermal vasodilation in congestive heart failure. Circulation 1995;91:2582-90.

1330 Laukkanen T, Kunutsor SK, Zaccardi F, et al. Acute effects of sauna bathing on cardiovascular function. J Hum Hypertens 2018;32:129-38.

1331 Gayda M, Bosquet L, Paillard F, et al. Effects of sauna alone versus postexercise sauna baths on short-term heart rate variability in patients with untreated hypertension. J Cardiopulm Rehabil Prev 2012;32:147-54.

1332 Laukkanen T, Lipponen J, Kunutsor SK, et al. Recovery from sauna bathing favorably modulates cardiac autonomic nervous system. Complement Ther Med 2019;45:190-7.

1333 Lee E, Laukkanen T, Kunutsor SK, et al. Sauna exposure leads to improved arterial compliance: Findings from a non-randomised experimental study. European journal of preventive cardiology 2018;25:130-8.

1334 Prupis (2016) '92 % of World's Population Breathes Toxic Air', EcoWatch, Accessed Online: URL: https://www.ecowatch.com/who-air-pollution-2020969888.html

1335 Lee YM, Kim KS, Jacobs DR, Jr., et al. Persistent organic pollutants in adipose tissue should be considered in obesity research. Obes Rev 2017;18:129-39.

1336 Genuis SJ, Lane K, Birkholz D. Human Elimination of Organochlorine Pesticides: Blood, Urine, and Sweat Study. BioMed research international 2016;2016:1624643.

1337 Kerr K, Morse G, Graves D, et al. A Detoxification Intervention for Gulf War Illness: A Pilot Randomized Controlled Trial. Int J Environ Res Public Health 2019;16.

1338 Ye, T., Tu, W., & Xu, G. (2013). Hot bath for the treatment of chronic renal failure. Renal Failure, 36(1), 126–130. doi:10.3109/0886022x.2013.832318

1339 Sears, M. E., Kerr, K. J., & Bray, R. I. (2012). Arsenic, Cadmium, Lead, and Mercury in Sweat: A Systematic Review. Journal of Environmental and Public Health, 2012, 1–10. doi:10.1155/2012/184745

1340 Genuis SJ, Birkholz D, Rodushkin I, et al. Blood, urine, and sweat (BUS) study: monitoring and elimination of bioaccumulated toxic elements. Arch Environ Contam Toxicol 2011;61:344-57.

1341 Genuis SJ, Beesoon S, Lobo RA, et al. Human elimination of phthalate compounds: blood, urine, and sweat (BUS) study. TheScientificWorldJournal 2012;2012:615068.

1342 Genuis SK, Birkholz D, Genuis SJ. Human Excretion of Polybrominated Diphenyl Ether Flame Retardants: Blood, Urine, and Sweat Study. BioMed research international 2017;2017:3676089.

1343 Genuis SJ, Beesoon S, Birkholz D, et al. Human excretion of bisphenol A: blood, urine, and sweat (BUS) study. J Environ Public Health 2012;2012:185731.

1344 Genuis SJ, Beesoon S, Birkholz D. Biomonitoring and Elimination of Perfluorinated Compounds and Polychlorinated Biphenyls through Perspiration: Blood, Urine, and Sweat Study. ISRN toxicology 2013;2013:483832.

1345 Rea WJ. A Large Case-series of Successful Treatment of Patients Exposed to Mold and Mycotoxin. Clin Ther 2018;40:889-93.

1346 Podstawski, R., Borysławski, K., Laukkanen, J. A., Clark, C., & Choszcz, D. (2019). The effect of prolonged thermal stress on the physiological parameters of young, sedentary men and the correlations with somatic features and body composition parameters. Homo: internationale Zeitschrift fur die vergleichende Forschung am Menschen, 70(2), 119–128. URL: https://doi.org/10.1127/homo/2019/1016

1347 Pilch, W., Pokora, I., Szyguła, Z., Pałka, T., Pilch, P., Cisoń, T., Malik, L., & Wiecha, S. (2013). Effect of a single finnish sauna session on white blood cell profile and cortisol levels in athletes and non-athletes. Journal of human kinetics, 39, 127–135. URL: https://doi.org/10.2478/hukin-2013-0075

1348 Hsu YH, Chen YC, Chen TH, et al. Far-infrared therapy induces the nuclear translocation of PLZF which inhibits VEGF-induced proliferation in human umbilical vein endothelial cells. PLoS One 2012;7:e30674.

1349 Pach D, Knochel B, Ludtke R, et al. Visiting a sauna: does inhaling hot dry air reduce common cold symptoms? A randomised controlled trial. Med J Aust 2010;193:730-4.

1350 Tyrrell D, Barrow I, Arthur J. Local hyperthermia benefits natural and experimental common colds. BMJ 1989;298:1280-3.

1351 Phadtare S. (2004). Recent developments in bacterial cold-shock response. Current issues in molecular biology, 6(2), 125–136.

1352 Lindquist, J. A., & Mertens, P. R. (2018). Cold shock proteins: from cellular mechanisms to pathophysiology and disease. Cell communication and signaling: CCS, 16(1), 63. URL: https://doi.org/10.1186/s12964-018-0274-6

1353 Jones, P. G., & Inouye, M. (1994). The cold-shock response-a hot topic. Molecular microbiology, 11(5), 811–818. URL: https://doi.org/10.1111/j.1365–2958.1994.tb00359.x

1354 Wolffe, A. P., Tafuri, S., Ranjan, M., & Familari, M. (1992). The Y-box factors: a family of nucleic acid binding proteins conserved from Escherichia coli to man. The New biologist, 4(4), 290–298.

1355 Wistow G (April 1990). "Cold shock and DNA binding" (PDF). Nature. 344 (6269): 823–4. doi:10.1038/344823c0.

1356 Lage, H., Surowiak, P., & Holm, P. S. (2008). YB-1 als potenzielles Ziel für die Tumortherapie [YB-1 as a potential target in cancer therapy]. Der Pathologe, 29 Suppl 2, 187–190. URL: https://doi.org/10.1007/s00292-008-1030-2

1357 Anderson, E. C., & Catnaigh, P. Ó. (2015). Regulation of the expression and activity of Unr in mammalian cells. Biochemical Society transactions, 43(6), 1241–1246. URL: https://doi.org/10.1042/BST20150165

1358 Fan, L., Jones, S. N., Padden, C., Shen, Q., & Newburger, P. E. (2006). Nuclease sensitive element binding protein 1 gene disruption results in early embryonic lethality. Journal of cellular biochemistry, 99(1), 140–145. URL: https://doi.org/10.1002/jcb.20911

1359 Elatmani, H., Dormoy-Raclet, V., Dubus, P., Dautry, F., Chazaud, C., & JacqueminSablon, H. (2011). The RNA-binding protein Unr prevents mouse embryonic stem cells differentiation toward the primitive endoderm lineage. Stem cells (Dayton, Ohio), 29(10), 1504–1516. URL: https://doi.org/10.1002/stem.712

1360 URL: https://clinmedjournals.org/articles/ijnn/international-journal-of-neurology-andneurotherapy-ijnn-3-053.pdf

1361 Jacobs, SE; Berg, M; Hunt, R; Tarnow-Mordi, WO; Inder, TE; Davis, PG (31 January 2013). "Cooling for newborns with hypoxic ischaemic encephalopathy". The Cochrane Database of Systematic Reviews. 1 (1): CD003311. doi:10.1002/14651858.CD003311.pub3.

1362 Hirvonen, H. E., Mikkelsson, M. K., Kautiainen, H., Pohjolainen, T. H., & LeirisaloRepo, M. (2006). Effectiveness of different cryotherapies on pain and disease activity in active rheumatoid arthritis. A randomised single blinded controlled trial. Clinical and experimental rheumatology, 24(3), 295–301.

1363 Hinkka, H., Väättänen, S., Ala-Peijari, S., & Nummi, T. (2016). Effects of cold mist shower on patients with inflammatory arthritis: a crossover controlled clinical trial. Scandinavian Journal of Rheumatology, 46(3), 206–209. doi:10.1080/03009742.2016.1199733

1364 Lichtenbelt с соавторами (2009) 'Cold-Activated Brown Adipose Tissue in Healthy Men', N Engl J Med 2009; 360:1500–1508, DOI: 10.1056/NEJMoa0808718

1365 Saito, M. (2013). Brown Adipose Tissue as a Regulator of Energy Expenditure and Body Fat in Humans. Diabetes & Metabolism Journal, 37(1), 22. doi:10.4093/dmj.2013.37.1.22

1366 Nie с соавторами (2015) 'Cold exposure stimulates lipid metabolism, induces inflammatory response in the adipose tissue of mice and promotes the osteogenic differentiation of BMMSCs via the p38 MAPK pathway in vitro', Int J Clin Exp Pathol. 2015; 8(9): 10875– 10886.

1367 Dempersmier, J., Sambeat, A., Gulyaeva, O., Paul, S. M., Hudak, C. S. S., Raposo, H. F., … Sul, H. S. (2015). Cold-Inducible Zfp516 Activates UCP1 Transcription to Promote Browning of White Fat and Development of Brown Fat. Molecular Cell, 57(2), 235–246. doi:10.1016/j.molcel.2014.12.005

1368 Hanssen, M. J. W., van der Lans, A. A. J. J., Brans, B., Hoeks, J., Jardon, K. M. C., Schaart, G., … van Marken Lichtenbelt, W. D. (2015). Short-term Cold Acclimation Recruits Brown Adipose Tissue in Obese Humans. Diabetes, 65(5), 1179–1189. doi:10.2337/db15-1372

1369 Acosta, F. M., Martinez-Tellez, B., Sanchez-Delgado, G., A. Alcantara, J. M., AcostaManzano, P., Morales-Artacho, A. J., & R. Ruiz, J. (2018). Physiological responses to acute cold exposure in young lean men. PLOS ONE, 13(5), e0196543. doi:10.1371/journal.pone.0196543

1370 Keipert, S. с соавторами (2013) 'Skeletal muscle uncoupling-induced longevity in mice is linked to increased substrate metabolism and induction of the endogenous antioxidant defense system', The American Physiological Society, Vol 304(5), p E495-E506.

1371 Brand, MD. (2000) 'Uncoupling to survive? The role of mitochondrial inefficiency in ageing', Experimental Gerontology, Vol 35(6–7), p 811–820.

1372 Jedema, H. P., Gold, S. J., Gonzalez-Burgos, G., Sved, A. F., Tobe, B. J., Wensel, T., & Grace, A. A. (2008). Chronic cold exposure increases RGS7 expression and decreases alpha(2)-autoreceptor-mediated inhibition of noradrenergic locus coeruleus neurons. The European journal of neuroscience, 27(9), 2433–2443. URL: https://doi.org/10.1111/j.1460–9568.2008.06208.x

1373 Rymaszewska, J., Ramsey, D., & Chładzińska-Kiejna, S. (2008). Whole-body cryotherapy as adjunct treatment of depressive and anxiety disorders. Archivum Immunologiae et Therapiae Experimentalis, 56(1), 63–68. doi:10.1007/s00005-008-0006-5

1374 Imbeault, P., Dépault, I., & Haman, F. (2009). Cold exposure increases adiponectin levels in men. Metabolism: clinical and experimental, 58(4), 552–559. URL: https://doi.org/10.1016/j.metabol.2008.11.017

1375 Schrauwen, P., & van Marken Lichtenbelt, W. D. (2016). Combatting type 2 diabetes by turning up the heat. Diabetologia, 59(11), 2269–2279. doi:10.1007/s00125-016-4068-3

1376 Hanssen, M. J. W., Hoeks, J., Brans, B., van der Lans, A. A. J. J., Schaart, G., van den Driessche, J. J., … Schrauwen, P. (2015). Short-term cold acclimation improves insulin sensitivity in patients with type 2 diabetes mellitus. Nature Medicine, 21(8), 863–865. doi:10.1038/nm.3891

1377 Siems, W. G., van Kuijk, F. J., Maass, R., & Brenke, R. (1994). Uric acid and glutathione levels during short-term whole body cold exposure. Free radical biology & medicine, 16(3), 299–305. URL: https://doi.org/10.1016/0891-5849(94)90030-2

1378 Lubkowska, A., Bryczkowska, I., Gutowska, I., Rotter, I., Marczuk, N., BaranowskaBosiacka, I., & Banfi, G. (2019). The Effects of Swimming Training in Cold Water on Antioxidant Enzyme Activity and Lipid Peroxidation in Erythrocytes of Male and Female Aged Rats. International Journal of Environmental Research and Public Health, 16(4), 647. doi:10.3390/ijerph16040647

1379 Janský, L., Pospíšilová, D., Honzová, S., Uličný, B., Šrámek, P., Zeman, V., & Kamínková, J. (1996). Immune system of cold-exposed and cold-adapted humans. European Journal of Applied Physiology and Occupational Physiology, 72–72(5–6), 445–450. doi:10.1007/bf00242274

1380 Buijze с соавторами (2016) 'The Effect of Cold Showering on Health and Work: A Randomized Controlled Trial', PLoS One. 2016; 11(9): e0161749.

1381 Miquel, J., Lundgren, P. R., Bensch, K. G., & Atlan, H. (1976). Effects of temperature on the life span, vitality and fine structure of Drosophila melanogaster. Mechanisms of Ageing and Development, 5, 347–370. doi:10.1016/0047-6374(76)90034-8

1382 Van Voorhies, W. A., & Ward, S. (1999). Genetic and environmental conditions that increase longevity in Caenorhabditis elegans decrease metabolic rate. Proceedings of the National Academy of Sciences of the United States of America, 96(20), 11399–11403. URL: https://doi.org/10.1073/pnas.96.20.11399

1383 Schniepp с соавторами (2002) 'The effects of cold-water immersion on power output and heart rate in elite cyclists', J Strength Cond Res. 2002 Nov;16(4):561-6.

1384 Roberts, L. A., Raastad, T., Markworth, J. F., Figueiredo, V. C., Egner, I. M., Shield, A., … Peake, J. M. (2015). Post-exercise cold water immersion attenuates acute anabolic signalling and long-term adaptations in muscle to strength training. The Journal of Physiology, 593(18), 4285–4301. doi:10.1113/jp270570

1385 Pedersen, B. K., & Hoffman-Goetz, L. (2000). Exercise and the Immune System: Regulation, Integration, and Adaptation. Physiological Reviews, 80(3), 1055–1081. doi:10.1152/physrev.2000.80.3.1055

1386 National Institutes of Health (2008) 'Flu Virus Fortified In Colder Weather', NIH Research Matters, March 10, 2008, Accessed Online: URL: https://www.nih.gov/newsevents/nih-research-matters/flu-virus-fortified-colder-weather

1387 Lowen, A. C., & Steel, J. (2014). Roles of Humidity and Temperature in Shaping Influenza Seasonality. Journal of Virology, 88(14), 7692–7695. doi:10.1128/jvi.03544-13

1388 Jacobs, S. E., Lamson, D. M., St. George, K., & Walsh, T. J. (2013). Human Rhinoviruses. Clinical Microbiology Reviews, 26(1), 135–162. doi:10.1128/cmr.00077-12

1389 Celestyna Mila-Kierzenkowska, Alina Woźniak, Michał Szpinda, Tomasz Boraczyński, Bartosz Woźniak, Paweł Rajewski & Paweł Sutkowy (2012) Effects of thermal stress on the activity of selected lysosomal enzymes in blood of experienced and novice winter swimmers, Scandinavian Journal of Clinical and Laboratory Investigation, 72:8, 635–641, DOI: 10.3109/00365513.2012.727214

1390 Neutelings, T., Lambert, C. A., Nusgens, B. V., & Colige, A. C. (2013). Effects of mild cold shock (25 ℃) followed by warming up at 37 ℃ on the cellular stress response. PloS one, 8(7), e69687. URL: https://doi.org/10.1371/journal.pone.0069687

1391 Tanida, I., Minematsu-Ikeguchi, N., Ueno, T., & Kominami, E. (2005). Lysosomal turnover, but not a cellular level, of endogenous LC3 is a marker for autophagy. Autophagy, 1(2), 84–91. URL: https://doi.org/10.4161/auto.1.2.1697

1392 Viardot, A., Lord, R. V., & Samaras, K. (2010). The Effects of Weight Loss and Gastric Banding on the Innate and Adaptive Immune System in Type 2 Diabetes and Prediabetes. The Journal of Clinical Endocrinology & Metabolism, 95(6), 2845–2850. doi:10.1210/jc.2009-2371

1393 Katona, P. & Katona-Apte, J. (2008). The Interaction between Nutrition and Infection. Clinical Infectious Diseases 46 (10): 1582–1588.

1394 Gombart, A. F., Pierre, A., & Maggini, S. (2020). A Review of Micronutrients and the Immune System-Working in Harmony to Reduce the Risk of Infection. Nutrients, 12(1), 236. URL: https://doi.org/10.3390/nu12010236

1395 Derbyshire, E., & Delange, J. (2020). COVID-19: is there a role for immunonutrition, particularly in the over 65s? BMJ Nutrition, Prevention & Health, 3(1), 100–105. doi:10.1136/bmjnph-2020-000071

1396 Bailey, R. & West Jr, K. & Black, R. (2015). The epidemiology of global micronutrient deficiencies. Annals of Nutrition and Metabolism 66 (Suppl. 2): 22–33.

1397 Zhou, W. & Zuo, X. & Li, J. & Yu, Z. (2016). Effects of nutrition intervention on the nutritional status and outcomes of pediatric patients with pneumonia. Minerva Pediatrica 68 (1): 5-10.

1398 Aranow, C. (2011). Vitamin D and the immune system. Journal of Investigative Medicine 59 (6): 881–886.

1399 Illescas-Montes, R., Melguizo-Rodríguez, L., Ruiz, C., & Costela-Ruiz, V. J. (2019). Vitamin D and autoimmune diseases. Life sciences, 233, 116744. URL: https://doi.org/10.1016/j.lfs.2019.116744

1400 Wang, T.-T., Tavera-Mendoza, L. E., Laperriere, D., Libby, E., Burton MacLeod, N., Nagai, Y., … White, J. H. (2005). Large-Scale in Silico and Microarray-Based Identification of Direct 1,25-Dihydroxyvitamin D3 Target Genes. Molecular Endocrinology, 19(11), 2685–2695. doi:10.1210/me.2005-0106

1401 Takeuti, F., Guimaraes, F., & Guimaraes, P. (2018). Applications of vitamin D in sepsis prevention. Discovery medicine, 25(140), 291–297.

1402 Schwalfenberg GK. A review of the critical role of vitamin D in the functioning of the immune system and the clinical implications of vitamin D deficiency. Mol Nutr Food Res. 2011;55(1):96-108. doi:10.1002/mnfr.201000174

1403 Rook GA, Steele J, Fraher L, et al. Vitamin D3, gamma interferon, and control of proliferation of Mycobacterium tuberculosis by human monocytes. Immunology. 1986;57(1):159–163.

1404 Rook GA, Steele J, Ainsworth M, Champion BR. Activation of macrophages to inhibit proliferation of Mycobacterium tuberculosis: comparison of the effects of recombinant gamma-interferon on human monocytes and murine peritoneal macrophages. Immunology. 1986;59(3):333–338.

1405 Liu, P. T. (2006). Toll-Like Receptor Triggering of a Vitamin D-Mediated Human Antimicrobial Response. Science, 311(5768), 1770–1773. doi:10.1126/science.1123933

1406 Wang TT, Nestel FP, Bourdeau V, et al. Cutting edge: 1,25-dihydroxyvitamin D3 is a direct inducer of antimicrobial peptide gene expression [published correction appears in J Immunol. 2004 Nov 15;173(10):following 6489. Hanrahan, JH [corrected to Hanrahan, JW]]. J Immunol. 2004;173(5):2909–2912. doi:10.4049/jimmunol.173.5.2909

1407 Yim S, Dhawan P, Ragunath C, Christakos S, Diamond G. Induction of cathelicidin in normal and CF bronchial epithelial cells by 1,25-dihydroxyvitamin D(3). J Cyst Fibros. 2007;6(6):403–410. doi:10.1016/j.jcf.2007.03.003

1408 Ginde, A. & Mansbach, J. & Camargo, C. Jr. (2009). Association between serum 25- hydroxyvitamin D level and upper respiratory tract infection in the Third National Health and Nutrition Examination Survey. Archives of Internal Medicine 169 (4): 384–390.

1409 Bergman, P. & Lindh, Å. & Björkhem-Bergman, L. & Lindh, J. (2013). Vitamin D and respiratory tract infections: a systematic review and meta-analysis of randomized controlled trials. PloS one 8 (6): e65835.

1410 Martineau, A. et al. (2017). Vitamin D supplementation to prevent acute respiratory tract infections: systematic review and meta-analysis of individual participant data. BMJ 356: i6583.

1411 Martineau с соавторами (2017). Vitamin D supplementation to prevent acute respiratory tract infections: systematic review and meta-analysis of individual participant data. BMJ (Clinical research ed.), 356, i6583. URL: https://doi.org/10.1136/bmj.i6583

1412 Bjelakovic G, Gluud LL, Nikolova D, et al. Vitamin D supplementation for prevention of mortality in adults. Cochrane Database Syst Rev. 2014;(1):CD007470. Published 2014 Jan 10. doi:10.1002/14651858.CD007470.pub3

1413 Schwalfenberg (2015) 'Vitamin D for influenza', Can Fam Physician. 2015 Jun; 61(6): 507.

1414 Cannell JJ, Vieth R, Umhau JC, et al. Epidemic influenza and vitamin D. Epidemiol Infect. 2006;134(6):1129–1140. doi:10.1017/S0950268806007175

1415 Urashima, M. et al. (2010). Randomized trial of vitamin D supplementation to prevent seasonal influenza A in schoolchildren. The American Journal of Clinical Nutrition 91 (5): 1255–1260.

1416 Urashima M, Segawa T, Okazaki M, Kurihara M, Wada Y, Ida H. Randomized trial of vitamin D supplementation to prevent seasonal influenza A in schoolchildren. Am J Clin Nutr. 2010;91(5):1255–1260. doi:10.3945/ajcn.2009.29094

1417 Bener, A., Ehlayel, M., Bener, H., & Hamid, Q. (2014). The impact of Vitamin D deficiency on asthma, allergic rhinitis and wheezing in children: An emerging public health problem. Journal of Family and Community Medicine, 21(3), 154. doi:10.4103/2230- 8229.142967

1418 Kaufman, H. W., Niles, J. K., Kroll, M. H., Bi, C., & Holick, M. F. (2020). SARSCoV-2 positivity rates associated with circulating 25-hydroxyvitamin D levels. PLOS ONE, 15(9), e0239252. doi:10.1371/journal.pone.0239252

1419 Grant WB, Lahore H, McDonnell SL, et al. Evidence that Vitamin D Supplementation Could Reduce Risk of Influenza and COVID-19 Infections and Deaths. Nutrients. 2020;12(4):E988. Published 2020 Apr 2. doi:10.3390/nu12040988

1420 Hathcock, J. N., Shao, A., Vieth, R., & Heaney, R. (2007). Risk assessment for vitamin D. The American Journal of Clinical Nutrition, 85(1), 6–18. doi:10.1093/ajcn/85.1.6

1421 Nair, R. & Maseeh, A. (2012). Vitamin D: The "sunshine" vitamin. Journal of Pharmacology & Pharmacotherapeutics 3 (2): 118–126.

1422 Scheiermann, C. & Kunisaki, Y. & Frenette, P. (2013). Circadian control of the immune system. Nature reviews. Immunology 13 (3): 190–198.

1423 Labrecque, N. & Cermakian, N. (2015). Circadian Clocks in the Immune System. Journal of Biological Rhythms 30 (4): 277–290. Review.

1424 Lu, Z., Chen, T. C., Zhang, A., Persons, K. S., Kohn, N., Berkowitz, R., Martinello, S., & Holick, M. F. (2007). An evaluation of the vitamin D3 content in fish: Is the vitamin D content adequate to satisfy the dietary requirement for vitamin D?. The Journal of steroid biochemistry and molecular biology, 103(3–5), 642–644. URL: https://doi.org/10.1016/j.jsbmb.2006.12.010

1425 SELF Nutrition Data (2018) 'Fish, herring, Atlantic, raw, Nutrition Facts and Calories', Accessed Oct 19th 2020 Online: URL: https://nutritiondata.self.com/facts/finfish-and-shellfishproducts/4065/2

1426 Kühn, J., Schutkowski, A., Kluge, H., Hirche, F., & Stangl, G. I. (2014). Free-range farming: a natural alternative to produce vitamin D-enriched eggs. Nutrition (Burbank, Los Angeles County, Calif.), 30(4), 481–484. URL: https://doi.org/10.1016/j.nut.2013.10.002

1427 Urbain, P., Singler, F., Ihorst, G., Biesalski, H. K., & Bertz, H. (2011). Bioavailability of vitamin D₂ from UV-B-irradiated button mushrooms in healthy adults deficient in serum 25-hydroxyvitamin D: a randomized controlled trial. European journal of clinical nutrition, 65(8), 965–971. URL: https://doi.org/10.1038/ejcn.2011.53

1428 Hauschka P. V. (1986). Osteocalcin: the vitamin K-dependent Ca2+-binding protein of bone matrix. Haemostasis, 16(3–4), 258–272. URL: https://doi.org/10.1159/000215298

1429 Shea, M. K., & Holden, R. M. (2012). Vitamin K Status and Vascular Calcification: Evidence from Observational and Clinical Studies. Advances in Nutrition, 3(2), 158–165. doi:10.3945/an.111.001644

1430 Pérez-Barrios, C., Hernández-Álvarez, E., Blanco–Navarro, I., Pérez-Sacristán, B., & Granado-Lorencio, F. (2016). Prevalence of hypercalcemia related to hypervitaminosis D in clinical practice. Clinical Nutrition, 35(6), 1354–1358. doi:10.1016/j.clnu.2016.02.017

1431 Shea, M. K., & Holden, R. M. (2012). Vitamin K Status and Vascular Calcification: Evidence from Observational and Clinical Studies. Advances in Nutrition, 3(2), 158–165. doi:10.3945/an.111.001644

1432 Shea с соавторами (2009). Vitamin K supplementation and progression of coronary artery calcium in older men and women. The American Journal of Clinical Nutrition, 89(6), 1799–1807. doi:10.3945/ajcn.2008.27338

1433 Dofferhoff, A. S. M., Piscaer, I., Schurgers, L. J., Walk, J., van den Ouweland, J. M. W., Hackeng, T. M., … Janssen, R. (2020). Reduced Vitamin K Status as A Potentially Modifiable Prognostic Risk Factor in COVID-19. doi:10.20944/preprints202004.0457.v1

1434 Shea, M. K., Dallal, G. E., Dawson-Hughes, B., Ordovas, J. M., O’Donnell, C. J., Gundberg, C. M., … Booth, S. L. (2008). Vitamin K, circulating cytokines, and bone mineral density in older men and women. The American Journal of Clinical Nutrition, 88(2), 356–363. doi:10.1093/ajcn/88.2.356

1435 Namazi, N., Larijani, B., & Azadbakht, L. (2019). Vitamin K and the Immune System. Nutrition and Immunity, 75–79. doi:10.1007/978-3-030-16073-9_4

1436 Tam, M., Gómez, S., González-Gross, M., & Marcos, A. (2003). Possible roles of magnesium on the immune system. European Journal of Clinical Nutrition, 57(10), 1193–1197. doi:10.1038/sj.ejcn.1601689

1437 Weglicki, W. B., Phillips, T. M., Freedman, A. M., Cassidy, M. M., & Dickens, B. F. (1992). Magnesium-deficiency elevates circulating levels of inflammatory cytokines and endothelin. Molecular and Cellular Biochemistry, 110(2), 169–173. doi:10.1007/bf02454195

1438 Malpuech-Brugère C, Kuryszko J, Nowacki W, et al. Early morphological and immunological alterations in the spleen during magnesium deficiency in the rat. Magnesium Research. 1998 Sep;11(3):161–169.

1439 Malpuech-Brugère, C., Nowacki, W., Daveau, M., Gueux, E., Linard, C., Rock, E., … Rayssiguier, Y. (2000). Inflammatory response following acute magnesium deficiency in the rat. Biochimica et Biophysica Acta (BBA) – Molecular Basis of Disease, 1501(2–3), 91–98. doi:10.1016/s0925-4439(00)00018-1

1440 Malpuech-Brugère, C., Nowacki, W., Gueux, E., Kuryszko, J., Rock, E., Rayssiguier, Y., & Mazur, A. (1999). Accelerated thymus involution in magnesium-deficient rats is related to enhanced apoptosis and sensitivity to oxidative stress. The British journal of nutrition, 81(5), 405–411.

1441 Uwitonze, A. M., & Razzaque, M. S. (2018). Role of Magnesium in Vitamin D Activation and Function. The Journal of the American Osteopathic Association, 118(3), 181. doi:10.7556/jaoa.2018.037

1442 RUDE, R. K., ADAMS, J. S., RYZEN, E., ENDRES, D. B., NIIMI, H., HORST, R. L., … SINGER, F. R. (1985). Low Serum Concentrations of 1,25-Dihydroxyvitamin D in Human Magnesium Deficiency. The Journal of Clinical Endocrinology & Metabolism, 61(5), 933–940. doi:10.1210/jcem-61-5-933

1443 Reddy, V., & Sivakumar, B. (1974). MAGNESIUM-DEPENDENT VITAMIN-DRESISTANT RICKETS. The Lancet, 303(7864), 963–965. doi:10.1016/s0140- 6736(74)91265-3

1444 Dai, Q., Zhu, X., Manson, J. E., Song, Y., Li, X., Franke, A. A., … Shrubsole, M. J. (2018). Magnesium status and supplementation influence vitamin D status and metabolism: results from a randomized trial. The American Journal of Clinical Nutrition, 108(6), 1249–1258. doi:10.1093/ajcn/nqy274

1445 Van Ballegooijen, A. J., Pilz, S., Tomaschitz, A., Grübler, M. R., & Verheyen, N. (2017). The Synergistic Interplay between Vitamins D and K for Bone and Cardiovascular Health: A Narrative Review. International Journal of Endocrinology, 2017, 1–12. doi:10.1155/2017/7454376

1446 Sobczak, A. I. S., Phoenix, F. A., Pitt, S. J., Ajjan, R. A., & Stewart, A. J. (2020). Reduced Plasma Magnesium Levels in Type-1 Diabetes Associate with Prothrombotic Changes in Fibrin Clotting and Fibrinolysis. Thrombosis and Haemostasis, 120(02), 243–252. doi:10.1055/s-0039-3402808

1447 Çiçek, G., Açikgoz, S. K., Yayla, Ç., Kundi, H., & İleri, M. (2016). Magnesium as a predictor of acute stent thrombosis in patients with ST-segment elevation myocardial infarction who underwent primary angioplasty. Coronary Artery Disease, 27(1), 47–51. doi:10.1097/mca.0000000000000318

1448 Gromova, O. A., Torshin, I. Y., Kobalava, Z. D., Sorokina, M. A., Villevalde, S. V., Galochkin, S. A., Gogoleva, I. V., Gracheva, O. N., Grishina, T. R., Gromov, A. N., Egorova, E. Y., Kalacheva, A. G., Malyavskaya, S. I., Meraĭ, I. A., & Semenov, V. A. (2018). Kardiologiia, (4), 22–35.

1449 Rukshin, V., Shah, P. K., Cercek, B., Finkelstein, A., Tsang, V., & Kaul, S. (2002). Comparative Antithrombotic Effects of Magnesium Sulfate and the Platelet Glycoprotein IIb/IIIa Inhibitors Tirofiban and Eptifibatide in a Canine Model of Stent Thrombosis. Circulation, 105(16), 1970–1975. doi:10.1161/01.cir.0000014612.88433.62

1450 Shechter, M., Merz, C. N. B., Rude, R. K., Paul Labrador, M. J., Meisel, S. R., Shah, P. K., & Kaul, S. (2000). Low intracellular magnesium levels promote platelet-dependent thrombosis in patients with coronary artery disease. American Heart Journal, 140(2), 212–218. doi:10.1067/mhj.2000.107553

1451 Shen, M. Y., Sheu, J. R., Hsiao, G., Lee, Y. M., & en, M. H. (2003). Antithrombotic Effects of Magnesium Sulfate in In Vivo Experiments. International Journal of Hematology, 77(4), 414–419. doi:10.1007/bf02982655

1452 Wolf, F. I., Trapani, V., Simonacci, M., Ferré, S., & Maier, J. A. (2008). Magnesium deficiency and endothelial dysfunction: is oxidative stress involved?. Magnesium research, 21(1), 58–64.

1453 Shechter, M., Sharir, M., Labrador, M. J. P., Forrester, J., Silver, B., & Bairey Merz, C. N. (2000). Oral Magnesium Therapy Improves Endothelial Function in Patients With Coronary Artery Disease. Circulation, 102(19), 2353–2358. doi:10.1161/01.cir.102.19.2353

1454 Donald R. Davis, Melvin D. Epp & Hugh D. Riordan (2004) Changes in USDA Food Composition Data for 43 Garden Crops, 1950 to 1999, Journal of the American College of Nutrition, 23:6, 669–682, DOI: 10.1080/07315724.2004.10719409

1455 Thomas D. (2007). The mineral depletion of foods available to us as a nation (1940–2002)-a review of the 6th Edition of McCance and Widdowson. Nutrition and health, 19(1–2), 21–55. URL: https://doi.org/10.1177/026010600701900205

1456 Mayer, A. (1997), "Historical changes in the mineral content of fruits and vegetables", British Food Journal, Vol. 99 No. 6, pp. 207–211. URL: https://doi.org/10.1108/00070709710181540

1457 World Health Organization. Calcium and Magnesium in Drinking Water: Public health significance. Geneva: World Health Organization Press; 2009.

1458 Tinggi, U. (2008). Selenium: its role as antioxidant in human health. Environmental Health and Preventive Medicine 13 (2): 102–108.

1459 Sedighi et al. (2014) ‘Effect of selenium supplementation on glutathione peroxidase enzyme activity in patients with chronic kidney disease: a randomized clinical trial.’ Nephrourol Mon. 2014 May 4;6(3):e17945. doi: 10.5812/ numonthly. 17945.

1460 Schwarz, K. (1996). Oxidative stress during viral infection: A review. Free Radical Biology and Medicine 21 (5): 641–649.

1461 Guillin, O. & Vindry, C. & Ohlmann, T. & Chavatte, L. (2019). Selenium, selenoproteins and viral infection. Nutrients 11 (9): 2101.

1462 Beck, M. A., Nelson, H. K., Shi, Q., Van Dael, P., Schiffrin, E. J., Blum, S., Barclay, D., & Levander, O. A. (2001). Selenium deficiency increases the pathology of an influenza virus infection. FASEB journal: official publication of the Federation of American Societies for Experimental Biology, 15(8), 1481–1483.

1463 Moya, M. et al. (2013). Potentially-toxic and essential elements profile of AH1N1 patients in Mexico City. Scientific Reports 3: 1284.

1464 Hawkes, W. C., Kelley, D. S., & Taylor, P. C. (2001). The Effects of Dietary Selenium on the Immune System in Healthy Men. Biological Trace Element Research, 81(3), 189–213. doi:10.1385/bter:81:3:189

1465 Nelson, H. K., Shi, Q., Van Dael, P., Schiffrin, E. J., Blum, S., Barclay, D., Levander, O. A., & Beck, M. A. (2001). Host nutritional selenium status as a driving force for influenza virus mutations. FASEB journal: official publication of the Federation of American Societies for Experimental Biology, 15(10), 1846–1848.

1466 Kiremidjian-Schumacher, L., Roy, M., Wishe, H. I., Cohen, M. W., & Stotzky, G. (1994). Supplementation with selenium and human immune cell functions. Biological Trace Element Research, 41(1–2), 115–127. doi:10.1007/bf02917222

1467 Brummer, M., Hayes, S., Adams, A. A., Horohov, D. W., Dawson, K. A., & Lawrence, L. M. (2013). The effect of selenium supplementation on vaccination response and immune function in adult horses1. Journal of Animal Science, 91(8), 3702–3715. doi:10.2527/jas.2012-5819

1468 URL: https://academic.oup.com/ajcn/article/94/2/658S/4597973

1469 Green HN, Mellanby E. VITAMIN A AS AN ANTI–INFECTIVE AGENT. Br Med J. 1928;2(3537):691–696. doi:10.1136/bmj.2.3537.691

1470 Chang HK, Hou WS. Retinoic acid modulates interferon-γ production by hepatic natural killer T cells via phosphatase 2A and the extracellular signal-regulated kinase pathway. J Interferon Cytokine Res. 2015;35(3):200–212. doi:10.1089/jir.2014.0098

1471 Klebanoff CA, Spencer SP, Torabi-Parizi P, et al. Retinoic acid controls the homeostasis of pre-cDC-derived splenic and intestinal dendritic cells. J Exp Med. 2013;210(10):1961–1976. doi:10.1084/jem.20122508

1472 Worbs T, Hammerschmidt SI, Förster R. Dendritic cell migration in health and disease. Nat Rev Immunol. 2017;17(1):30–48. doi:10.1038/nri.2016.116

1473 Heine G, Hollstein T, Treptow S, Radbruch A, Worm M. 9-cis retinoic acid modulates the type I allergic immune response. J Allergy Clin Immunol. 2018;141(2):650–658.e5. doi:10.1016/j.jaci.2017.03.046

1474 Kiss I, Rühl R, Szegezdi E, et al. Retinoid receptor-activating ligands are produced within the mouse thymus during postnatal development. Eur J Immunol. 2008;38(1):147–155. doi:10.1002/eji.200737342

1475 van Bennekum AM, Wong Yen Kong LR, Gijbels MJ, et al. Mitogen response of B cells, but not T cells, is impaired in adult vitamin A-deficient rats [published correction appears in J Nutr 1992 Mar;122(3):588]. J Nutr. 1991;121(12):1960–1968. doi:10.1093/jn/121.12.1960

1476 Kuwata, T., Wang, I.-M., Tamura, T., Ponnamperuma, R. M., Levine, R., Holmes, K. L., … Ozato, K. (2000). Vitamin A deficiency in mice causes a systemic expansion of myeloid cells. Blood, 95(11), 3349–3356. doi:10.1182/blood.v95.11.3349.011k46_3349_3356

1477 Van Bennekum, A. M., Kong, L. R. W. Y., Gijbels, M. J. J., Tielen, F. J., Roholl, P. J. M., Brouwer, A., & Hendriks, H. F. J. (1991). Mitogen Response of B Cells, but not T Cells, is Impaired in Adult Vitamin A-Deficient Rats. The Journal of Nutrition, 121(12), 1960–1968. doi:10.1093/jn/121.12.1960

1478 Hussey, G. D., & Klein, M. (1990). A Randomized, Controlled Trial of Vitamin A in Children with Severe Measles. New England Journal of Medicine, 323(3), 160–164. doi:10.1056/nejm199007193230304

1479 McCullough FS, Northrop-Clewes CA, Thurnham DI. The effect of vitamin A on epithelial integrity. Proc Nutr Soc. 1999;58(2):289–293. doi:10.1017/s0029665199000403

1480 Wang JL, Swartz-Basile DA, Rubin DC, Levin MS. Retinoic acid stimulates early cellular proliferation in the adapting remnant rat small intestine after partial resection. J Nutr. 1997;127(7):1297–1303. doi:10.1093/jn/127.7.1297

1481 van de Pavert SA, Ferreira M, Domingues RG, et al. Maternal retinoids control type 3 innate lymphoid cells and set the offspring immunity. Nature. 2014;508(7494):123–127. doi:10.1038/nature13158

1482 Aibana O, Franke MF, Huang CC, et al. Impact of Vitamin A and Carotenoids on the Risk of Tuberculosis Progression. Clin Infect Dis. 2017;65(6):900–909. doi:10.1093/cid/cix476

1483 Ramachandran G, Santha T, Garg R, et al. Vitamin A levels in sputum-positive pulmonary tuberculosis patients in comparison with household contacts and healthy 'normals'. Int J Tuberc Lung Dis. 2004;8(9):1130–1133.

1484 Mugusi FM, Rusizoka O, Habib N, Fawzi W. Vitamin A status of patients presenting with pulmonary tuberculosis and asymptomatic HIV-infected individuals, Dar es Salaam, Tanzania. Int J Tuberc Lung Dis. 2003;7(8):804–807.

1485 Anand PK, Kaul D, Sharma M. Synergistic action of vitamin D and retinoic acid restricts invasion of macrophages by pathogenic mycobacteria. J Microbiol Immunol Infect. 2008;41(1):17–25.

1486 Campa A, Baum MK, Bussmann H, et al. The effect of micronutrient supplementation on active TB incidence early in HIV infection in Botswana. Nutr Diet Suppl. 2017;2017(9):37–45. doi:10.2147/NDS.S123545

1487 Patel, S., & Vajdy, M. (2015). Induction of cellular and molecular immunomodulatory pathways by vitamin A and flavonoids. Expert opinion on biological therapy, 15(10), 1411–1428. URL: https://doi.org/10.1517/14712598.2015.1066331

1488 Hu N, Li QB, Zou SY. Zhongguo Dang Dai Er Ke Za Zhi. 2018;20(2):146–153.

1489 Mayo-Wilson, E., Imdad, A., Herzer, K., Yakoob, M. Y., & Bhutta, Z. A. (2011). Vitamin A supplements for preventing mortality, illness, and blindness in children aged under 5: systematic review and meta-analysis. BMJ, 343(aug25 1), d5094–d5094. doi:10.1136/bmj.d5094

1490 Fisker AB, Bale C, Rodrigues A, et al. High-dose vitamin A with vaccination after 6 months of age: a randomized trial. Pediatrics. 2014;134(3):e739-e748. doi:10.1542/peds.2014-0550

1491 Beare-Rogers, J. L. (1984). Recommended nutrient intakes (RNI) for canadians. Canadian Institute of Food Science and Technology Journal, 17(1), xx. doi:10.1016/s0315- 5463(84)72296-6

1492 Stephensen CB. Vitamin A, infection, and immune function. Annu Rev Nutr. 2001;21:167–192. doi:10.1146/annurev.nutr.21.1.167

1493 Mawson, A. R. (2013). Role of Fat-Soluble Vitamins A and D in the Pathogenesis of Influenza: A New Perspective. ISRN Infectious Diseases, 2013, 1–26. doi:10.5402/2013/246737

1494 Grotto, I., Mimouni, M., Gdalevich, M., & Mimouni, D. (2003). Vitamin A supplementation and childhood morbidity from diarrhea and respiratory infections: A meta-analysis. The Journal of Pediatrics, 142(3), 297–304. doi:10.1067/mpd.2003.116

1495 P. Ghazal, J. LeBlanc, and A. Angulo, “Vitamin A regulation of viral growth,” Reviews in Medical Virology, vol. 7, pp. 21–34, 1997.

1496 Kopec, R. E., Cooperstone, J. L., Schweiggert, R. M., Young, G. S., Harrison, E. H., Francis, D. M., Clinton, S. K., & Schwartz, S. J. (2014). Avocado consumption enhances human postprandial provitamin A absorption and conversion from a novel high-β-carotene tomato sauce and from carrots. The Journal of nutrition, 144(8), 1158–1166. URL: https://doi.org/10.3945/jn.113.187674

1497 Azaïs-Braesco, V., & Pascal, G. (2000). Vitamin A in pregnancy: requirements and safety limits. The American journal of clinical nutrition, 71(5 Suppl), 1325S–33S. URL: https://doi.org/10.1093/ajcn/71.5.1325s

1498 Clark, I., & Bassett, C. A. L. (1962). THE AMELIORATION OF HYPERVITAMINOSIS D IN RATS WITH VITAMIN A. The Journal of Experimental Medicine, 115(1), 147–156. doi:10.1084/jem.115.1.147

1499 Myhre, A. M., Carlsen, M. H., Bøhn, S. K., Wold, H. L., Laake, P., & Blomhoff, R. (2003). Water-miscible, emulsified, and solid forms of retinol supplements are more toxic than oil-based preparations. The American Journal of Clinical Nutrition, 78(6), 1152–1159. doi:10.1093/ajcn/78.6.1152

1500 Schlueter, A. K., & Johnston, C. S. (2011). Vitamin C: Overview and Update. Journal of Evidence-Based Complementary & Alternative Medicine, 16(1), 49–57. doi:10.1177/1533210110392951

1501 Drouin, G. & Godin, J.-R. & Page, B. (2011). The Genetics of Vitamin C Loss in Vertebrates. Current Genomics 12 (5): 371–378.

1502 Lenton, K. et al. (2003). Vitamin C augments lymphocyte glutathione in subjects with ascorbate deficiency. The American Journal of Clinical Nutrition 77 (1): 189–195.

1503 Halpner, A. D., Handelman, G. J., Harris, J. M., Belmont, C. A., & Blumberg, J. B. (1998). Protection by Vitamin C of Loss of Vitamin E in Cultured Rat Hepatocytes. Archives of Biochemistry and Biophysics, 359(2), 305–309. doi:10.1006/abbi.1998.0914

1504 Schlueter, A. K., & Johnston, C. S. (2011). Vitamin C: Overview and Update. Journal of Evidence-Based Complementary & Alternative Medicine, 16(1), 49–57. doi:10.1177/1533210110392951

1505 Hemilä, H. (1999). Vitamin C supplementation and common cold symptoms: factors affecting the magnitude of the benefit. Medical Hypotheses, 52(2), 171–178. doi:10.1054/mehy.1997.0639

1506 Hunt, C., Chakravorty, N. K., Annan, G., Habibzadeh, N., & Schorah, C. J. (1994). The clinical effects of vitamin C supplementation in elderly hospitalised patients with acute respiratory infections. International journal for vitamin and nutrition research. Internationale Zeitschrift fur Vitamin- und Ernahrungsforschung. Journal international de vitaminologie et de nutrition, 64(3), 212–219.

1507 Arabi, Y. M., Fowler, R., & Hayden, F. G. (2020). Critical care management of adults with community-acquired severe respiratory viral infection. Intensive Care Medicine, 46(2), 315–328. doi:10.1007/s00134-020-05943-5

1508 Fowler, A. A., Truwit, J. D., Hite, R. D., Morris, P. E., DeWilde, C., Priday, A., … Halquist, M. (2019). Effect of Vitamin C Infusion on Organ Failure and Biomarkers of Inflammation and Vascular Injury in Patients With Sepsis and Severe Acute Respiratory Failure. JAMA, 322(13), 1261. doi:10.1001/jama.2019.11825

1509 Hemilä, H., & Chalker, E. (2013). Vitamin C for preventing and treating the common cold. Cochrane Database of Systematic Reviews 31 (1): CD000980.

1510 Peters, E. M., Goetzsche, J. M., Grobbelaar, B., & Noakes, T. D. (1993). Vitamin C supplementation reduces the incidence of postrace symptoms of upper-respiratory-tract infection in ultramarathon runners. The American Journal of Clinical Nutrition, 57(2), 170–174. doi:10.1093/ajcn/57.2.170

1511 Hemilä, H. & Chalker, E. (2020). Vitamin C may reduce the duration of mechanical ventilation in critically ill patients: a meta-regression analysis. Journal of Intensive Care 8 (1): 15.

1512 Cai, Y. et al. (2015). A new mechanism of vitamin C effects on A/FM/1/47 (H1N1) virus-induced pneumonia in restraint-stressed mice. BioMed Research International 2015: 675149.

1513 Schlueter, A. K., & Johnston, C. S. (2011). Vitamin C: Overview and Update. Journal of Evidence-Based Complementary & Alternative Medicine, 16(1), 49–57. doi:10.1177/1533210110392951

1514 Andersen, H., Elberling, J., & Arendt-Nielsen, L. (2014). Human Surrogate Models of Histaminergic and Non-histaminergic Itch. Acta Dermato Venereologica, 0. doi:10.2340/00015555-2146

1515 Zampeli, E., & Tiligada, E. (2009). The role of histamine H4 receptor in immune and inflammatory disorders. British Journal of Pharmacology, 157(1), 24–33. doi:10.1111/j.1476–5381.2009.00151.x

1516 Johnston, C. S., Martin, L. J., & Cai, X. (1992). Antihistamine effect of supplemental ascorbic acid and neutrophil chemotaxis. Journal of the American College of Nutrition, 11(2), 172–176.

1517 Mikkelsen, K., & Apostolopoulos, V. (2019). Vitamin B1, B2, B3, B5, and B6 and the Immune System. Nutrition and Immunity, 115–125. doi:10.1007/978-3-030-16073-9_7

1518 Zhang, L., & Liu, Y. (2020). Potential interventions for novel coronavirus in China: A systematic review. Journal of Medical Virology, 92(5), 479–490. doi:10.1002/jmv.25707

1519 Carella Angelo Michele, Benvenuto Angelo, Lagattolla Valeria, Marinelli Teresa, De Luca Pasquale, Ciavarrella Giuseppe, … Benvenuto Mario. (2020). Vitamin supplements in the Era of SARS-Cov2 pandemic. GSC Biological and Pharmaceutical Sciences, 11(2), 007–019. doi:10.30574/gscbps.2020.11.2.0114

1520 Axelrod, A. E. (1981). Role of the B Vitamins in the Immune Response. Diet and Resistance to Disease, 93–106. doi:10.1007/978-1-4615-9200-6_5

1521 Kelly G. S. (1999). Nutritional and botanical interventions to assist with the adaptation to stress. Alternative medicine review: a journal of clinical therapeutic, 4(4), 249–265.

1522 Mikkelsen, K., & Apostolopoulos, V. (2019). Vitamin B1, B2, B3, B5, and B6 and the Immune System. Nutrition and Immunity, 115–125. doi:10.1007/978-3-030-16073-9_7

1523 Rabbani, N., Alam, S. S., Riaz, S., Larkin, J. R., Akhtar, M. W., Shafi, T., & Thornalley, P. J. (2008). High-dose thiamine therapy for patients with type 2 diabetes and microalbuminuria: a randomised, double-blind placebo-controlled pilot study. Diabetologia, 52(2), 208–212. doi:10.1007/s00125-008-1224-4

1524 Pletsityi, A. D. (1979). Changes in activity of some mechanisms of specific and nonspecific immunity in vitamin B1 deficiency. Bulletin of Experimental Biology and Medicine, 88(1), 741–743. doi:10.1007/bf00804782

1525 Thakur, K., Tomar, S. K., Singh, A. K., Mandal, S., & Arora, S. (2017). Riboflavin and health: A review of recent human research. Critical Reviews in Food Science and Nutrition, 57(17), 3650–3660. doi:10.1080/10408398.2016.1145104

1526 Naghashpour, M., Amani, R., Nutr, R., Nematpour, S., & Haghighizadeh, M. H. (2011). Riboflavin Status and Its Association with Serum hs-CRP Levels among Clinical Nurses with Depression. Journal of the American College of Nutrition, 30(5), 340–347. doi:10.1080/07315724.2011.10719977

1527 Naghashpour, M., Amani, R., Sarkaki, A., Ghadiri, A., Samarbafzadeh, A., Jafarirad, S., & Malehi, A. S. (2016). Brain-derived neurotrophic and immunologic factors: beneficial effects of riboflavin on motor disability in murine model of multiple sclerosis. Iranian journal of basic medical sciences, 19(4), 439–448.

1528 Yonemura, S., Doane, S., Keil, S., Goodrich, R., Pidcoke, H., & Cardoso, M. (2017). Improving the safety of whole blood-derived transfusion products with a riboflavin-based pathogen reduction technology. Blood transfusion = Trasfusione del sangue, 15(4), 357–364. URL: https://doi.org/10.2450/2017.0320-16

1529 Ragan, I., Hartson, L., Pidcoke, H., Bowen, R., & Goodrich, R. (2020). Pathogen reduction of SARS-CoV-2 virus in plasma and whole blood using riboflavin and UV light. PLOS ONE, 15(5), e0233947. doi:10.1371/journal.pone.0233947

1530 Mazur-Bialy, A. I., & Pocheć, E. (2015). HMGB1 Inhibition During Zymosan-Induced Inflammation: The Potential Therapeutic Action of Riboflavin. Archivum Immunologiae et Therapiae Experimentalis, 64(2), 171–176. doi:10.1007/s00005-015-0366-6

1531 Pinto, J. T., & Zempleni, J. (2016). Riboflavin. Advances in Nutrition, 7(5), 973–975. doi:10.3945/an.116.012716

1532 Mikkelsen, K., Stojanovska, L., Prakash, M., & Apostolopoulos, V. (2017). The effects of vitamin B on the immune/cytokine network and their involvement in depression. Maturitas, 96, 58–71. doi:10.1016/j.maturitas.2016.11.012

1533 Mikkelsen, K., Stojanovska, L., & Apostolopoulos, V. (2016). The Effects of Vitamin B in Depression. Current Medicinal Chemistry, 23(38), 4317–4337. doi:10.2174/0929867323666160920110810

1534 Mikkelsen, K., & Apostolopoulos, V. (2018). B Vitamins and Ageing. Biochemistry and Cell Biology of Ageing: Part I Biomedical Science, 451–470. doi:10.1007/978-981- 13-2835-0_15

1535 Boden, W. E., Sidhu, M. S., & Toth, P. P. (2013). The Therapeutic Role of Niacin in Dyslipidemia Management. Journal of Cardiovascular Pharmacology and Therapeutics, 19(2), 141–158. doi:10.1177/1074248413514481

1536 Hill, L. J., & Williams, A. C. (2017). Meat Intake and the Dose of Vitamin B3 – Nicotinamide: Cause of the Causes of Disease Transitions, Health Divides, and Health Futures?. International journal of tryptophan research: IJTR, 10, 1178646917704662. URL: https://doi.org/10.1177/1178646917704662

1537 Zhou, S.-S., Li, D., Sun, W.-P., Guo, M., Lun, Y.-Z., Zhou, Y.-M., … Li, Z.-N. (2009). Nicotinamide overload may play a role in the developmentof type 2 diabetes. World Journal of Gastroenterology, 15(45), 5674. doi:10.3748/wjg.15.5674

1538 Tahiliani, A. G., & Beinlich, C. J. (1991). Pantothenic acid in health and disease. Vitamins and hormones, 46, 165–228. URL: https://doi.org/10.1016/s0083-6729(08)60684-6

1539 Passali, D., Passali, F. M., Loglisci, M., Cambi, J., & Bellussi, L. M. (2015). Efficacy and safety of a medical device in reducing nasal obstruction in allergic children. Minerva pediatrica, 67(3), 239–243.

1540 URL: https://nutritiondata.self.com/facts/beef-products/3470/2

1541 Merete, C., Falcon, L. M., & Tucker, K. L. (2008). Vitamin B6 is associated with depressive symptomatology in Massachusetts elders. Journal of the American College of Nutrition, 27(3), 421–427. URL: https://doi.org/10.1080/07315724.2008.10719720

1542 Selhub, J., Byun, A., Liu, Z., Mason, J. B., Bronson, R. T., & Crott, J. W. (2013). Dietary vitamin B6 intake modulates colonic inflammation in the IL10–/– model of inflammatory bowel disease. The Journal of Nutritional Biochemistry, 24(12), 2138–2143. doi:10.1016/j.jnutbio.2013.08.005

1543 Lengyel, C. O., Whiting, S. J., & Zello, G. A. (2008). Nutrient Inadequacies Among Elderly Residents Of Long-term Care Facilities. Canadian Journal of Dietetic Practice and Research, 69(2), 82–88. doi:10.3148/69.2.2008.82

1544 Lotto, V., Choi, S.-W., & Friso, S. (2011). Vitamin B6: a challenging link between nutrition and inflammation in CVD. British Journal of Nutrition, 106(2), 183–195. doi:10.1017/s0007114511000407

1545 Desbarats, J. Pyridoxal 5'-phosphate to mitigate immune dysregulation and coagulopathy in COVID-19. Preprints 2020, 2020050144 (doi:10.20944/preprints202005.0144.v1).

1546 Desbarats, J. Pyridoxal 5'-phosphate to mitigate immune dysregulation and coagulopathy in COVID-19. Preprints 2020, 2020050144 (doi: 10.20944/preprints202005.0144.v1).

1547 Mikkelsen, K., Prakash, M. D., Kuol, N., Nurgali, K., Stojanovska, L., & Apostolopoulos, V. (2019). Anti-Tumor Effects of Vitamin B2, B6 and B9 in Promonocytic Lymphoma Cells. International journal of molecular sciences, 20(15), 3763. URL: https://doi.org/10.3390/ijms20153763

1548 Maintz and Bieber (2006) 'Histamine intolerance in clinical practice', Deutsches Arzteblatt 103(51):A3477-3483.

1549 Li, H.-B., Tong, J., Zhu, S., Batista, P. J., Duffy, E. E., Zhao, J., … Flavell, R. A. (2017). m6A mRNA methylation controls T cell homeostasis by targeting the IL- 7/STAT5/SOCS pathways. Nature, 548(7667), 338–342. doi:10.1038/nature23450

1550 Richardson B. (2003). DNA methylation and autoimmune disease. Clinical immunology (Orlando, Fla.), 109(1), 72–79. URL: https://doi.org/10.1016/s1521- 6616(03)00206-7

1551 Smith, A. D., & Refsum, H. (2016). Homocysteine, B Vitamins, and Cognitive Impairment. Annual Review of Nutrition, 36(1), 211–239. doi:10.1146/annurev-nutr- 071715-050947

1552 McRae M. P. (2013). Betaine supplementation decreases plasma homocysteine in healthy adult participants: a meta-analysis. Journal of chiropractic medicine, 12(1), 20–25. URL: https://doi.org/10.1016/j.jcm.2012.11.001

1553 Hustad S, Schneede J, Ueland PM. Riboflavin and Methylenetetrahydrofolate Reductase. In: Madame Curie Bioscience Database [Internet]. Austin (TX): Landes Bioscience; 2000–2013. Available from: URL: https://www.ncbi.nlm.nih.gov/books/NBK6145/

1554 McNulty, H., Dowey, L. R. C., Strain, J. J., Dunne, A., Ward, M., Molloy, A. M., … Scott, J. M. (2006). Riboflavin Lowers Homocysteine in Individuals Homozygous for theMTHFR677C→T Polymorphism. Circulation, 113(1), 74–80. doi:10.1161/circulationaha.105.580332

1555 Mikkelsen, K., Stojanovska, L., Prakash, M., & Apostolopoulos, V. (2017). The effects of vitamin B on the immune/cytokine network and their involvement in depression. Maturitas, 96, 58–71. doi:10.1016/j.maturitas.2016.11.012

1556 Wolffenbuttel, B. H. R., Wouters, H. J. C. M., Heiner-Fokkema, M. R., & van der Klauw, M. M. (2019). The Many Faces of Cobalamin (Vitamin B12) Deficiency. Mayo Clinic Proceedings: Innovations, Quality & Outcomes, 3(2), 200–214. doi:10.1016/j.mayocpiqo.2019.03.002

1557 Craig W. J. (2009). Health effects of vegan diets. The American journal of clinical nutrition, 89(5), 1627S–1633S. URL: https://doi.org/10.3945/ajcn.2009.26736N

1558 Sun, Y., Lai, M. S., & Lu, C. J. (2005). Effectiveness of vitamin B12 on diabetic neuropathy: systematic review of clinical controlled trials. Acta neurologica Taiwanica, 14(2), 48–54.

1559 Lopes Monyck Jeane dos Santos. (2020). Can vitamin B12 be an adjuvant to COVID- 19 treatment? GSC Biological and Pharmaceutical Sciences, 11(3), 001–005 doi:10.30574/gscbps.2020.11.3.0155

1560 Tan, C. W., Ho, L. P., Kalimuddin, S., Cherng, B. P. Z., Teh, Y. E., Thien, S. Y., … Ng, H. J. (2020). A cohort study to evaluate the effect of combination Vitamin D, Magnesium and Vitamin B12 (DMB) on progression to severe outcome in older COVID- 19 patients. doi:10.1101/2020.06.01.20112334

1561 Prasad, A. S. (2008). Zinc in Human Health: Effect of Zinc on Immune Cells. Molecular Medicine, 14(5–6), 353–357. doi:10.2119/2008-00033.prasad

1562 McCall, K. & Huang, C. & Fierke, C. (2000). Function and mechanism of zinc metalloenzymes. The Journal of Nutrition 130 (5): 1437S–1446S.

1563 Berg, J. (1990). Zinc fingers and other metal-binding domains. Receptor 29: 31.

1564 Barnett, J. & Hamer, D. & Meydani, S. (2010). Low zinc status: a new risk factor for pneumonia in the elderly? Nutrition Reviews 68 (1): 30–37.

1565 Plum, L. & Rink, L. & Haase, H. (2010). The essential toxin: impact of zinc on human health. International Journal of Environmental Research and Public Health 7 (4): 1342–1365.

1566 Hemilä, H. & Chalker, E. (2017). Zinc for preventing and treating the common cold. Cochrane Database of Systematic Reviews 2017 (9): CD012808.

1567 Allan, G. & Arroll, B. (2014). Prevention and treatment of the common cold: making sense of the evidence. CMAJ 186 (3): 190–199.

1568 Te Velthuis с соавторами (2010). Zn2+ Inhibits Coronavirus and Arterivirus RNA Polymerase Activity In Vitro and Zinc Ionophores Block the Replication of These Viruses in Cell Culture. PLoS Pathogens, 6(11), e1001176. doi:10.1371/journal.ppat.1001176

1569 Prasad, A. S., Beck, F. W., Bao, B., Fitzgerald, J. T., Snell, D. C., Steinberg, J. D., & Cardozo, L. J. (2007). Zinc supplementation decreases incidence of infections in the elderly: effect of zinc on generation of cytokines and oxidative stress. The American Journal of Clinical Nutrition, 85(3), 837–844. doi:10.1093/ajcn/85.3.837

1570 Rucker, R. B., Kosonen, T., Clegg, M. S., Mitchell, A. E., Rucker, B. R., Uriu-Hare, J. Y., & Keen, C. L. (1998). Copper, lysyl oxidase, and extracellular matrix protein cross linking. The American Journal of Clinical Nutrition, 67(5), 996S–1002S. doi:10.1093/ajcn/67.5.996s

1571 Harris, E. D., Rayton, J. K., Balthrop, J. E., Di Silvestro, R. A., & Garcia-de-Quevedo, M. (2008). Copper and the Synthesis of Elastin and Collagen. Ciba Foundation Symposium 79 – Biological Roles of Copper, 163–182. doi:10.1002/9780470720622.ch9

1572 Brosnan, J. T. (2003). Interorgan Amino Acid Transport and its Regulation. The Journal of Nutrition, 133(6), 2068S–2072S. doi:10.1093/jn/133.6.2068s

1573 Cruzat с соавторами (2018). Glutamine: Metabolism and Immune Function Supplementation and Clinical Translation. Nutrients 10 (11): 1564.

1574 Newsholme, P. (2001). Why Is L-Glutamine Metabolism Important to Cells of the Immune System in Health, Postinjury, Surgery or Infection?2. The Journal of Nutrition, 131(9), 2515S–2522S. doi:10.1093/jn/131.9.2515s

1575 Calder, P. & Yaqoob, P. (1999). Glutamine and the immune system. Amino Acids 17 (3): 227–241. Review.

1576 Chang, W-K. & Yang, K. & Shaio, M.-F. (1999). Effect of Glutamine on Th1 and Th2 Cytokine Responses of Human Peripheral Blood Mononuclear Cells. Clinical Immunology 93 (3): 294–301.

1577 Zhou, Q. et al. (2019). Randomised placebo-controlled trial of dietary glutamine supplements for postinfectious irritable bowel syndrome. Gut 68 (6): 996–1002.

1578 Rao, R., & Samak, G. (2012). Role of Glutamine in Protection of Intestinal Epithelial Tight Junctions. Journal of Epithelial Biology & Pharmacology 5 (Suppl 1-M7): 47–54.

1579 URL: https://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/16702336

1580 Grimble, R. (2006). The effects of sulfur amino acid intake on immune function in humans. The Journal of Nutrition 136 (6 Suppl): 1660S–1665S.

1581 Bogaards, J. J. P., Verhagen, H., Willems, M. I., Poppel, G. van, & Bladeren, P. J. va. (1994). Consumption of Brussels sprouts results in elevated α-class glutathione Stransferase levels in human blood plasma. Carcinogenesis, 15(5), 1073–1075. doi:10.1093/carcin/15.5.1073

1582 Doleman, J. et al. (2017). The contribution of alliaceous and cruciferous vegetables to dietary sulphur intake. Food chemistry 234: 38–45.

1583 Cuadrado, A., Pajares, M., Benito, C., Jiménez-Villegas, J., Escoll, M., FernándezGinés, R., … Dinkova-Kostova, A. T. (2020). Can Activation of NRF2 Be a Strategy against COVID-19? Trends in Pharmacological Sciences, 41(9), 598–610. doi:10.1016/j.tips.2020.07.003

1584 URL: https://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/1574445/

1585 Di Lullo, G. A., Sweeney, S. M., Körkkö, J., Ala-Kokko, L., & San Antonio, J. D. (2001). Mapping the Ligand-binding Sites and Disease-associated Mutations on the Most Abundant Protein in the Human, Type I Collagen. Journal of Biological Chemistry, 277(6), 4223–4231. doi:10.1074/jbc.m110709200

1586 Birbrair, A., Zhang, T., Files, D., Mannava, S., Smith, T., Wang, Z.-M., … Delbono, O. (2014). Type-1 pericytes accumulate after tissue injury and produce collagen in an organ-dependent manner. Stem Cell Research & Therapy, 5(6), 122. doi:10.1186/scrt512

1587 Oliveira, S. M., Ringshia, R. A., Legeros, R. Z., Clark, E., Yost, M. J., Terracio, L., & Teixeira, C. C. (2010). An improved collagen scaffold for skeletal regeneration. Journal of biomedical materials research. Part A, 94(2), 371–379. URL: https://doi.org/10.1002/jbm.a.32694

1588 González-Ortiz, M., Medina-Santillán, R., Martínez-Abundis, E., & Reynoso von Drateln, C. (2001). Effect of Glycine on Insulin Secretion and Action in Healthy FirstDegree Relatives of Type 2 Diabetes Mellitus Patients. Hormone and Metabolic Research, 33(6), 358–360. doi:10.1055/s-2001-15421

1589 Ng, W, & Tate, M. & Brooks, A. & Reading, P. (2012). Soluble host defense lectins in innate immunity to influenza virus. Journal of Biomedicine & Biotechnology 2012: 732191.

1590 Casals с соавторами (2018). The Role of Collectins and Galectins in Lung Innate Immune Defense. Frontiers in Immunology 9: 1998.

1591 Holmskov, U. (2000). Collectins and collectin receptors in innate immunity. APMIS Supplementum 100: 1–59.

1592 Park, J., & Schwartz. (2012). Ingestion of BioCell Collagen&reg;, a novel hydrolyzed chicken sternal cartilage extract; enhanced blood microcirculation and reduced facial aging signs. Clinical Interventions in Aging, 267. doi:10.2147/cia.s32836

1593 Miller, R.A., Buehner, G., Chang, Y., Harper, J.M., Sigler, R. and Smith-Wheelock, M. (2005), Methionine-deficient diet extends mouse lifespan, slows immune and lens aging, alters glucose, T4, IGF-I and insulin levels, and increases hepatocyte MIF levels and stress resistance. Aging Cell, 4: 119–125. doi:10.1111/j.1474–9726.2005.00152.x

1594 López-Torres, M., & Barja, G. (2008). Lowered methionine ingestion as responsible for the decrease in rodent mitochondrial oxidative stress in protein and dietary restriction possible implications for humans. Biochimica et biophysica acta, 1780(11), 1337–1347. URL: https://doi.org/10.1016/j.bbagen.2008.01.007

1595 Brind, J., Malloy, V., Augie, I., Caliendo, N., Vogelman, J.H., Zimmerman, J.A. and Orentreich, N. (2011), Dietary glycine supplementation mimics lifespan extension by dietary methionine restriction in Fisher 344 rats. The FASEB Journal, 25: 528.2-528.2. doi:10.1096/fasebj.25.1_supplement.528.2

1596 Alcock, R. D., Shaw, G. C., & Burke, L. M. (2019). Bone Broth Unlikely to Provide Reliable Concentrations of Collagen Precursors Compared With Supplemental Sources of Collagen Used in Collagen Research. International Journal of Sport Nutrition and Exercise Metabolism, 29(3), 265–272. doi:10.1123/ijsnem.2018-0139

1597 Hida, A., Hasegawa, Y., Mekata, Y., Usuda, M., Masuda, Y., Kawano, H., & Kawano, Y. (2012). Effects of Egg White Protein Supplementation on Muscle Strength and Serum Free Amino Acid Concentrations. Nutrients, 4(10), 1504–1517. doi:10.3390/nu4101504

1598 De Luca, C., Mikhal’chik, E. V., Suprun, M. V., Papacharalambous, M., Truhanov, A. I., & Korkina, L. G. (2016). Skin Antiageing and Systemic Redox Effects of Supplementation with Marine Collagen Peptides and Plant-Derived Antioxidants: A Single-Blind Case-Control Clinical Study. Oxidative Medicine and Cellular Longevity, 2016, 1–14. doi:10.1155/2016/4389410

1599 Pullar, J. M., Carr, A. C., & Vissers, M. (2017). The Roles of Vitamin C in Skin Health. Nutrients, 9(8), 866. URL: https://doi.org/10.3390/nu9080866

1600 Sanchez, L., Calvo, M., & Brock, J. H. (1992). Biological role of lactoferrin. Archives of Disease in Childhood, 67(5), 657–661. doi:10.1136/adc.67.5.657

1601 Roxas, M. & Jurenka, J. (2007). Colds and influenza: a review of diagnosis and conventional, botanical, and nutritional considerations. Alternative Medicine Reviews 12 (1): 25–48.

1602 Berlutti, F. et al. (2011). Antiviral properties of lactoferrin-a natural immunity molecule. Molecules (Basel, Switzerland) 16 (8): 6992–7018.

1603 Wakabayashi, H. et al. (2014). Lactoferrin for prevention of common viral infections. Journal of Infection and Chemotherapy 20 (11): 666–671.

1604 Scala, M. et al. (2017). Lactoferrin-derived Peptides Active towards Influenza: Identification of Three Potent Tetrapeptide Inhibitors. Scientific Reports 7 (1): 10593.

1605 Tasala, T. et al. (2018). Concentration-dependent Activation of Inflammatory/Antiinflammatory Functions of Macrophages by Hydrolyzed Whey Protein. Anticancer Research 38 (7): 4299–4304.

1606 Fujita, R., Iimuro, S., Shinozaki, T., Sakamaki, K., Uemura, Y., Takeuchi, A., Matsuyama, Y., & Ohashi, Y. (2013). Decreased duration of acute upper respiratory tract infections with daily intake of fermented milk: a multicenter, double-blinded, randomized comparative study in users of day care facilities for the elderly population. American journal of infection control, 41(12), 1231–1235. URL: https://doi.org/10.1016/j.ajic.2013.04.005

1607 Hosseini, B. et al. (2018). Effects of fruit and vegetable consumption on inflammatory biomarkers and immune cell populations: a systematic literature review and meta-analysis. The American Journal of Clinical Nutrition 108 (1): 136–155.

1608 Gibson, A. et al. (2012). Effect of fruit and vegetable consumption on immune function in older people: a randomized controlled trial. The American Journal of Clinical Nutrition 96 (6): 1429–1436.

1609 Ozdal, T. et al. (2016). The Reciprocal Interactions between Polyphenols and Gut Microbiota and Effects on Bioaccessibility. Nutrients 8 (2): 78.

1610 Zakay-Rones, Z. & Thom, E. & Wollan, T. & Wadstein, J. (2004). Randomized Study of the Efficacy and Safety of Oral Elderberry Extract in the Treatment of Influenza A and B Virus Infections. Journal of International Medical Research 32 (2): 132–140.

1611 Ulbricht, C. et al. (2014). An Evidence-Based Systematic Review of Elderberry and Elderflower (Sambucus nigra) by the Natural Standard Research Collaboration. Journal of Dietary Supplements 11 (1): 80–120.

1612 Hawkins, J., Baker, C., Cherry, L., & Dunne, E. (2019). Black elderberry (Sambucus nigra) supplementation effectively treats upper respiratory symptoms: A meta-analysis of randomized, controlled clinical trials. Complementary Therapies in Medicine, 42, 361–365. doi:10.1016/j.ctim.2018.12.004

1613 Yan, F. & Polk, D. (2011). Probiotics and immune health. Current Opinion in Gastroenterology 27 (6): 496–501.

1614 Rezac, S. & Kok, C. & Heermann, M. & Hutkins, R. (2018). Fermented Foods as a Dietary Source of Live Organisms. Frontiers in Microbiology 9: 1785.

1615 Olivares, M. et al. (2008). Dietary deprivation of fermented foods causes a fall in innate immune response. Lactic acid bacteria can counteract the immunological effect of this deprivation. Journal of Dairy Research 73 (4): 492–498.

1616 Cani с соавторами (2014) 'Glucose metabolism: Focus on gut microbiota, the endocannabinoid system and beyond', DIABETES & METABOLISM, Vol 40 – № 4, P. 246–257 – septembre 2014.

1617 Lei, W.-T., Shih, P.-C., Liu, S.-J., Lin, C.-Y., & Yeh, T.-L. (2017). Effect of Probiotics and Prebiotics on Immune Response to Influenza Vaccination in Adults: A Systematic Review and Meta-Analysis of Randomized Controlled Trials. Nutrients, 9(11), 1175. doi:10.3390/nu9111175

1618 Lehtoranta, L. & Pitkäranta, A. & Korpela, R. (2014). Probiotics in respiratory virus infections. European Journal of Clinical Microbiology and Infectious Diseases 33 (8): 1289–1302. Review.

1619 Miller, L. E., Lehtoranta, L., & Lehtinen, M. J. (2019). Short-term probiotic supplementation enhances cellular immune function in healthy elderly: systematic review and meta-analysis of controlled studies. Nutrition Research, 64, 1–8. doi:10.1016/j.nutres.2018.12.011

1620 Pregliasco, F. et al. (2008). A new chance of preventing winter diseases by the administration of synbiotic formulations. Journal of Clinical Gastroenterology 42 (Suppl 3 Pt 2): S224–S33.

1621 Lefevre, M. et al. (2015). Probiotic strain Bacillus subtilis CU1 stimulates immune system of elderly during common infectious disease period: a randomized, double-blind placebo-controlled study. Immunity and Ageing 12 (1): 24.

1622 de Vos, P. et al. (2017). Lactobacillus plantarum Strains Can Enhance Human Mucosal and Systemic Immunity and Prevent Non-steroidal Anti-inflammatory Drug Induced Reduction in T Regulatory Cells. Frontiers in immunology 8: 1000.

1623 Tilg, H., & Kaser, A. (2011). Gut microbiome, obesity, and metabolic dysfunction. Journal of Clinical Investigation, 121(6), 2126–2132. doi:10.1172/jci58109

1624 Gao, C., Rao, M., Huang, W., Wan, Q., Yan, P., Long, Y., … Xu, Y. (2019). Resistant starch ameliorated insulin resistant in patients of type 2 diabetes with obesity: a systematic review and meta-analysis. Lipids in Health and Disease, 18(1). doi:10.1186/s12944-019- 1127-z

1625 Samal, L., Chaturvedi, V. B., Saikumar, G., Somvanshi, R., & Pattanaik, A. K. (2014). Prebiotic potential of Jerusalem artichoke (Helianthus tuberosusL.) in Wistar rats: effects of levels of supplementation on hindgut fermentation, intestinal morphology, blood metabolites and immune response. Journal of the Science of Food and Agriculture, 95(8), 1689–1696. doi:10.1002/jsfa.6873

1626 Kumar, V. P., Prashanth, K. V. H., & Venkatesh, Y. P. (2015). Structural analyses and immunomodulatory properties of fructo-oligosaccharides from onion (Allium cepa). Carbohydrate Polymers, 117, 115–122. doi:10.1016/j.carbpol.2014.09.039

1627 Bianchini, F. & Vainio, H. (2001). Allium vegetables and organosulfur compounds: do they help prevent cancer? Environmental Health Perspectives 109 (9): 893–902.

1628 Iciek, M. & Kwiecień, I. & Włodek, L. (2009). Biological properties of garlic and garlic-derived organosulfur compounds. Environmental and Molecular Mutagenesis 50 (3): 247–265.

1629 Guo, N. et al. (1993). Demonstration of the anti-viral activity of garlic extract against human cytomegalovirus in vitro. Chinese Medicine Journal (Engl) 106 (2): 93–96.

1630 Harris, J. & Cottrell, S. & Plummer, S. & Lloyd, D. (2001). Antimicrobial properties of Allium sativum (garlic). Applied Microbiology and Biotechnology 57 (3): 282–286.

1631 Kyo, E. & Uda, N. & Kasuga, S. & Itakura, Y. (2001). Immunomodulatory effects of aged garlic extract. The Journal of Nutrition 131 (3s): 1075s–1079s.

1632 Tran, G-B. & Pham, T-V. & Trinh, N-N. (2018). Black Garlic and Its Therapeutic Benefits. In: Medicinal Plants – Use in Prevention and Treatment of Diseases. intechopen.85042.

1633 Kim, M. et al. (2014). Aged black garlic exerts anti-inflammatory effects by decreasing no and proinflammatory cytokine production with less cytoxicity in LPS-stimulated raw 264.7 macrophages and LPS-induced septicemia mice. Journal of Medicinal Food 17 (10): 1057–1063.

1634 Rodriguez-Garcia, I. et al. (2016). Oregano Essential Oil as an Antimicrobial and Antioxidant Additive in Food Products. Critical Reviews in Food Science and Nutrition 5 (10): 1717–1727

1635 Liu, Q. et al. (2017). Antibacterial and Antifungal Activities of Spices. International Journal of Molecular Aciences 18 (6): 1283.

1636 Mokhtar, M. et al. (2017). Antimicrobial activity of selected polyphenols and capsaicinoids identified in pepper (Capsicum annuum L.) and their possible mode of interaction. Current Microbiology 74 (11): 1253–1260.

1637 Marini, E. & Magi, G. & Mingoia, M. & Pugnaloni, A. & Facinelli, B. (2015). Antimicrobial and anti-virulence activity of capsaicin against erythromycin-resistant, cellinvasive group a streptococci. Frontiers in Microbiology 6: 1281.

1638 Forester, S. & Lambert, J. (2011). The role of antioxidant versus pro-oxidant effects of green tea polyphenols in cancer prevention. Molecular Nutrition & Food Research 55 (6): 844–854.

1639 Chen, D. et al. (2008). Tea polyphenols, their biological effects and potential molecular targets. Histology and Histopathology 23 (4): 487–496.

1640 Reygaert, W. (2014). The antimicrobial possibilities of green tea. Frontiers in Microbiology 5: 434.

1641 Song, J.-M., Lee, K.-H., & Seong, B.-L. (2005). Antiviral effect of catechins in green tea on influenza virus. Antiviral Research, 68(2), 66–74. doi:10.1016/j.antiviral.2005.06.010

1642 Maddocks, S. & Jenkins, R. (2013). Honey: a sweet solution to the growing problem of antimicrobial resistance? Future Microbiology 8 (11): 1419–1429. Review.

1643 Mandal, M. & Mandal, S. (2011). Honey: its medicinal property and antibacterial activity. Asian Pacific Journal of Tropical Biomedicine 1 (2): 154.

1644 Komosinska-Vassev с соавторами (2015). Bee pollen: chemical composition and therapeutic application. Evidence-based Complementary and Alternative Medicine 2015: 297425.

1645 Paul, I. M. (2007). Effect of Honey, Dextromethorphan, and No Treatment on Nocturnal Cough and Sleep Quality for Coughing Children and Their Parents. Archives of Pediatrics & Adolescent Medicine, 161(12), 1140.

1646 Tanzi, M. & Gabay, M. (2002). Association between honey consumption and infant botulism. Pharmacotherapy 22 (11): 1479–1483. Review.

1647 Sender R, Fuchs S, Milo R (2016) Revised Estimates for the Number of Human and Bacteria Cells in the Body. PLoS Biol 14(8): e1002533. URL: https://doi.org/10.1371/journal.pbio.1002533

1648 Rietschel ET, Kirikae T, Schade FU, Mamat U, Schmidt G, Loppnow H, Ulmer AJ, Zähringer U, Seydel U, Di Padova F (1994). "Bacterial endotoxin: molecular relationships of structure to activity and function". FASEB J. 8 (2): 217–25.

1649 Rietschel, E. T., Kirikae, T., Schade, F. U., Mamat, U., Schmidt, G., Loppnow, H., … Brade, H. (1994). Bacterial endotoxin: molecular relationships of structure to activity and function. The FASEB Journal, 8(2), 217–225. doi:10.1096/fasebj.8.2.8119492

1650 Beutler, B., & Cerami, A. (1988). Tumor Necrosis, Cachexia, Shock, and Inflammation: A Common Mediator. Annual Review of Biochemistry, 57(1), 505–518. doi:10.1146/annurev.bi.57.070188.002445

1651 Epstein, F. H., & Parrillo, J. E. (1993). Pathogenetic Mechanisms of Septic Shock. New England Journal of Medicine, 328(20), 1471–1477. doi:10.1056/nejm199305203282008

1652 Bernard, G. R., Vincent, J.-L., Laterre, P.-F., LaRosa, S. P., Dhainaut, J.-F., LopezRodriguez, A., … Fisher, C. J. (2001). Efficacy and Safety of Recombinant Human Activated Protein C for Severe Sepsis. New England Journal of Medicine, 344(10), 699–709. doi:10.1056/nejm200103083441001

1653 Opal SM (2010). Endotoxins and other sepsis triggers. Contrib Nephrol. Contributions to Nephrology. 167. pp. 14–24.

1654 Moran AP, Prendergast MM, Appelmelk BJ (1996). "Molecular mimicry of host structures by bacterial lipopolysaccharides and its contribution to disease". FEMS Immunol. Med. Microbiol. 16 (2): 105–15.

1655 Chastain, E. M. L., & Miller, S. D. (2011). Molecular mimicry as an inducing trigger for CNS autoimmune demyelinating disease. Immunological Reviews, 245(1), 227–238. doi:10.1111/j.1600-065x.2011.01076.x

1656 Amedei, A., Bergman, M. P., Appelmelk, B. J., Azzurri, A., Benagiano, M., Tamburini, C., van der Zee, R., Telford, J. L., Vandenbroucke-Grauls, C. M., D'Elios, M. M., & Del Prete, G. (2003). Molecular mimicry between Helicobacter pylori antigens and H+, K+ – adenosine triphosphatase in human gastric autoimmunity. The Journal of experimental medicine, 198(8), 1147–1156. URL: https://doi.org/10.1084/jem.20030530

1657 Ceccanti, M., Attili, A., Balducci, G., Attilia, F., Giacomelli, S., Rotondo, C., … Attilia, M. L. (2006). Acute Alcoholic Hepatitis. Journal of Clinical Gastroenterology, 40(9), 833–841. doi:10.1097/01.mcg.0000225570.04773.5d

1658 Rao, R. (2009). Endotoxemia and gut barrier dysfunction in alcoholic liver disease. Hepatology, 50(2), 638–644. doi:10.1002/hep.23009

1659 Parlesak, A., Schäfer, C., Schütz, T., Bode, J. C., & Bode, C. (2000). Increased intestinal permeability to macromolecules and endotoxemia in patients with chronic alcohol abuse in different stages of alcohol-induced liver disease. Journal of Hepatology, 32(5), 742–747. doi:10.1016/s0168-8278(00)80242-1

1660 Ikejima, K., Qu, W., Stachlewitz, R. F., & Thurman, R. G. (1997). Kupffer cells contain a glycine-gated chloride channel. American Journal of Physiology-Gastrointestinal and Liver Physiology, 272(6), G1581–G1586. doi:10.1152/ajpgi.1997.272.6.g1581

1661 Zhou, X., Han, D., Xu, R., Wu, H., Qu, C., Wang, F., Wang, X., & Zhao, Y. (2016). Glycine protects against high sucrose and high fat-induced non-alcoholic steatohepatitis in rats. Oncotarget, 7(49), 80223–80237. URL: https://doi.org/10.18632/oncotarget.12831

1662 McCarty, M. F., & DiNicolantonio, J. J. (2014). The cardiometabolic benefits of glycine: Is glycine an “antidote” to dietary fructose? Open Heart, 1(1), e000103. doi:10.1136/openhrt-2014-000103

1663 Moreno-Navarrete JM, Ortega F, Serino M, Luche E, Waget A, Pardo G, Salvador J, Ricart W, Frühbeck G, Burcelin R, Fernández-Real JM (2012). "Circulating lipopolysaccharide-binding protein (LBP) as a marker of obesity-related insulin resistance". Int J Obes (Lond). 36 (11): 1442–9.

1664 Cani PD, Amar J, Iglesias MA, Poggi M, Knauf C, Bastelica D, Neyrinck AM, Fava F, Tuohy KM, Chabo C, Waget A, Delmée E, Cousin B, Sulpice T, Chamontin B, Ferrières J, Tanti JF, Gibson GR, Casteilla L, Delzenne NM, Alessi MC, Burcelin R (2007). "Metabolic endotoxemia initiates obesity and insulin resistance". Diabetes. 56 (7): 1761– 72.

1665 Lepper PM, Schumann C, Triantafilou K, Rasche FM, Schuster T, Frank H, Schneider EM, Triantafilou M, von Eynatten M (2007). "Association of lipopolysaccharide-binding protein and coronary artery disease in men". J. Am. Coll. Cardiol. 50 (1): 25–31.

1666 Rietschel, E. T., Kirikae, T., Schade, F. U., Mamat, U., Schmidt, G., Loppnow, H., … Brade, H. (1994). Bacterial endotoxin: molecular relationships of structure to activity and function. The FASEB Journal, 8(2), 217–225. doi:10.1096/fasebj.8.2.8119492

1667 Larsson, L., Szponar, B., Ridha, B., Pehrson, C., Dutkiewicz, J., Krysinska-Traczyk, E., & Sitkowska, J. (2008). Identification of bacterial and fungal components in tobacco and tobacco smoke. Tobacco Induced Diseases, 4(1), 4. doi:10.1186/1617-9625-4-4

1668 Li, J., Moturi, K. R., Wang, L., Zhang, K., & Yu, C. (2019). Gut derived-endotoxin contributes to inflammation in severe ischemic acute kidney injury. BMC Nephrology, 20(1). doi:10.1186/s12882-018-1199-4

1669 Rahiman, F., & Pool, E. J. (2013). THEIN VITROEFFECTS OF ARTIFICIAL AND NATURAL SWEETENERS ON THE IMMUNE SYSTEM USING WHOLE BLOOD CULTURE ASSAYS. Journal of Immunoassay and Immunochemistry, 35(1), 26–36. doi:10.1080/15321819.2013.784197

1670 Haskå, G., & Nystrand, R. (1979). Determination of endotoxins in sugar with the Limulus test. Applied and environmental microbiology, 38(6), 1078–1080. URL: https://doi.org/10.1128/AEM.38.6.1078–1080.1979

1671 Ruiz-Ojeda, F. J., Plaza-Díaz, J., Sáez-Lara, M. J., & Gil, A. (2019). Effects of Sweeteners on the Gut Microbiota: A Review of Experimental Studies and Clinical Trials. Advances in Nutrition, 10(suppl_1), S31–S48. doi:10.1093/advances/nmy037

1672 Suez, J., Korem, T., Zeevi, D., Zilberman-Schapira, G., Thaiss, C. A., Maza, O., … Elinav, E. (2014). Artificial sweeteners induce glucose intolerance by altering the gut microbiota. Nature, 514(7521), 181–186. doi:10.1038/nature13793

1673 Metzger, B. T., Barnes, D. M., & Reed, J. D. (2008). Purple Carrot (Daucus carota L.) Polyacetylenes Decrease Lipopolysaccharide-Induced Expression of Inflammatory Proteins in Macrophage and Endothelial Cells. Journal of Agricultural and Food Chemistry, 56(10), 3554–3560. doi:10.1021/jf073494t

1674 Olejnik, A., Kowalska, K., Kidoń, M., Czapski, J., Rychlik, J., Olkowicz, M., & Dembczyński, R. (2016). Purple carrot anthocyanins suppress lipopolysaccharide-induced inflammation in the co-culture of intestinal Caco-2 and macrophage RAW264.7 cells. Food & Function, 7(1), 557–564. doi:10.1039/c5fo00890e

1675 Ogbolu, D. O., Oni, A. A., Daini, O. A., & Oloko, A. P. (2007). In VitroAntimicrobial Properties of Coconut Oil onCandidaSpecies in Ibadan, Nigeria. Journal of Medicinal Food, 10(2), 384–387. doi:10.1089/jmf.2006.1209

1676 He, W., Han, H., Wang, W., & Gao, B. (2011). Anti-influenza virus effect of aqueous extracts from dandelion. Virology Journal, 8(1), 538. doi:10.1186/1743-422x-8-538

1677 Ankri, S., & Mirelman, D. (1999). Antimicrobial properties of allicin from garlic. Microbes and Infection, 1(2), 125–129. doi:10.1016/s1286-4579(99)80003-3

1678 Li, G., Ma, X., Deng, L., Zhao, X., Wei, Y., Gao, Z., … Sun, C. (2015). Fresh Garlic Extract Enhances the Antimicrobial Activities of Antibiotics on Resistant Strains in Vitro. Jundishapur Journal of Microbiology, 8(3). doi:10.5812/jjm.14814

1679 Kalitnik, A. A., Karetin, Y. A., Kravchenko, A. O., Khasina, E. I., & Yermak, I. M. (2017). Influence of carrageenan on cytokine production and cellular activity of mouse peritoneal macrophages and its effect on experimental endotoxemia. Journal of Biomedical Materials Research Part A, 105(5), 1549–1557. doi:10.1002/jbm.a.36015

1680 Huang, C. B., Alimova, Y., Myers, T. M., & Ebersole, J. L. (2011). Short- and mediumchain fatty acids exhibit antimicrobial activity for oral microorganisms. Archives of Oral Biology, 56(7), 650–654. doi:10.1016/j.archoralbio.2011.01.011

1681 MAEKAWA, L. E., VALERA, M. C., OLIVEIRA, L. D. de, CARVALHO, C. A. T., CAMARGO, C. H. R., & JORGE, A. O. C. (2013). Effect of Zingiber officinale and propolis on microorganisms and endotoxins in root canals. Journal of Applied Oral Science, 21(1), 25–31. doi:10.1590/1678-7757201302129

1682 Wijnker с соавторами (2006) 'Antimicrobial properties of salt (NaCl) used for the preservation of natural casings', Food Microbiology, Volume 23, Issue 7, October 2006, Pages 657–662.

1683 McCarty, M. F., & DiNicolantonio, J. J. (2014). The cardiometabolic benefits of glycine: Is glycine an “antidote” to dietary fructose? Open Heart, 1(1), e000103. doi:10.1136/openhrt-2014-000103

1684 Nzeako, B. C., Al-Kharousi, Z. S., & Al-Mahrooqui, Z. (2006). Antimicrobial activities of clove and thyme extracts. Sultan Qaboos University medical journal, 6(1), 33–39.

1685 Mišurcová, L., Škrovánková, S., Samek, D., Ambrožová, J., & Machů, L. (2012). Health Benefits of Algal Polysaccharides in Human Nutrition. Advances in Food and Nutrition Research Volume 66, 75–145. doi:10.1016/b978-0-12-394597-6.00003-3

1686 Wang, I.-K., Wu, Y.-Y., Yang, Y.-F., Ting, I.-W., Lin, C.-C., Yen, T.-H., … Lin, H.– C. (2015). The effect of probiotics on serum levels of cytokine and endotoxin in peritoneal dialysis patients: a randomised, double-blind, placebo-controlled trial. Beneficial Microbes, 6(4), 423–430. doi:10.3920/bm2014.0088

1687 Sabico с соавторами (2017) 'Effects of a multi-strain probiotic supplement for 12 weeks in circulating endotoxin levels and cardiometabolic profiles of medication naïve T2DM patients: A randomized clinical trial', Journal of Translational Medicine 15(1), DOI: 10.1186/s12967-017-1354-x

1688 McFarlin, B. K., Henning, A. L., Bowman, E. M., Gary, M. A., & Carbajal, K. M. (2017). Oral spore-based probiotic supplementation was associated with reduced incidence of post-prandial dietary endotoxin, triglycerides, and disease risk biomarkers. World Journal of Gastrointestinal Pathophysiology, 8(3), 117. doi:10.4291/wjgp.v8.i3.117

1689 Zhang с соавторами (2008). Alcohol abuse, immunosuppression, and pulmonary infection. Current Drug Abuse Reviews 1 (1): 56–67. Review.

1690 Calabrese, E. & Baldwin, L. (2001). U-shaped dose-responses in biology, toxicology, and public health. Annual Reviews in Public Health 22: 15–33. Review.

1691 Ng, C. et al. (2014). Heated vegetable oils and cardiovascular disease risk factors. Vascular Pharmacology 61 (1): 1–9.

1692 Maszewska, M. et al. (2018). Oxidative Stability of Selected Edible Oils. Molecules (Basel, Switzerland) 23 (7): 1746.

1693 Yamagishi, S. et al. (2012). Role of advanced glycation end products (AGEs) and oxidative stress in vascular complications in diabetes. Biochimica et Biophysica Acta 1820 (5): 663–671.

1694 de Punder, K. & Pruimboom, L. (2013). The dietary intake of wheat and other cereal grains and their role in inflammation. Nutrients 5 (3): 771–787.

1695 Drago с соавторами (2006). Gliadin, zonulin and gut permeability: Effects on celiac and nonceliac intestinal mucosa and intestinal cell lines. Scandinavian Journal of Gastroenterology, 41(4), 408–419. doi:10.1080/00365520500235334

1696 Fasano, A. (2011). Zonulin and Its Regulation of Intestinal Barrier Function: The Biological Door to Inflammation, Autoimmunity, and Cancer. Physiological Reviews, 91(1), 151–175. doi:10.1152/physrev.00003.2008

1697 Fasano с соавторами (2000). Zonulin, a newly discovered modulator of intestinal permeability, and its expression in coeliac disease. The Lancet, 355(9214), 1518–1519. doi:10.1016/s0140-6736(00)02169-3

1698 Roszkowska с соавторами (2019). Non-Celiac Gluten Sensitivity: A Review. Medicina (Kaunas, Lithuania) 55 (6): 222.

1699 Nionelli, L. & Rizzello, C. (2016). Sourdough-Based Biotechnologies for the Production of Gluten-Free Foods. Foods (Basel, Switzerland) 5 (3): 65.

1700 Greco, L. et al. (2011). Safety for patients with celiac disease of baked goods made of wheat flour hydrolyzed during food processing. Clinical Gastroenterology and Hepatology 9 (1): 24–29.

1701 Spreadbury, I. (2012). Comparison with ancestral diets suggests dense acellular carbohydrates promote an inflammatory microbiota, and may be the primary dietary cause of leptin resistance and obesity. Diabetes Metabolic Syndrome and Obesity: Targets and Therapy 5: 175–189.

1702 Buyken A. et al. (2010). Carbohydrate nutrition and inflammatory disease mortality in older adults. The American Journal of Clinical Nutrition 92 (3): 634–643.

1703 Dickinson с соавторами (2008). High-glycemic index carbohydrate increases nuclear factorkappaB activation in mononuclear cells of young, lean healthy subjects. The American Journal of Clinical Nutrition 87 (5): 1188–1193.

1704 Alagawany, M. et al. (2019). Omega-3 and Omega-6 Fatty Acids in Poultry Nutrition: Effect on Production Performance and Health. Animals: an open access journal from MDPI 9 (8): 573.

1705 USDA. (2015). Epidemiologic and Other Analyses of HPAI-Affected Poultry Flocks: June 15, 2015 Report. URL: https://www.aphis.usda.gov/animal_health/animal_dis_spec/poultry/downloads/Epidemiologic-Analysis-June-15-2015.pdf [date of reference: 11.02.2020]

1706 Joosen, A. et al. (2009). Effect of processed and red meat on endogenous nitrosation and DNA damage. Carcinogenesis 30 (8): 1402–1407.

1707 Song, P. & Wu, L. & Guan, W. (2015). Dietary Nitrates, Nitrites, and Nitrosamines Intake and the Risk of Gastric Cancer: A Meta-Analysis. Nutrients 7 (12): 9872–9895.

1708 Estevez с соавторами (2019). Emerging Marine Biotoxins in Seafood from European Coasts: Incidence and Analytical Challenges. Foods (Basel, Switzerland) 8 (5): 149.

1709 Foran, J. et al. (2005). Quantitative analysis of the benefits and risks of consuming farmed and wild salmon. The Journal of Nutrition 135 (11): 2639–2643.

1710 Hu, X. et al. (2019). Environmental Cadmium Enhances Lung Injury by Respiratory Syncytial Virus Infection. The American Journal of Pathology 189(8): 1513–1525.

1711 Bach, L., Sonne, C., Rigét, F. F., Dietz, R., & Asmund, G. (2014). A simple method to reduce the risk of cadmium exposure from consumption of Iceland scallops (Chlamys islandica) fished in Greenland. Environment international, 69, 100–103. URL: https://doi.org/10.1016/j.envint.2014.04.008

1712 Bendell L. I. (2009). Survey of levels of cadmium in oysters, mussels, clams and scallops from the Pacific Northwest coast of Canada. Food additives & contaminants. Part B, Surveillance, 2(2), 131–139. URL: https://doi.org/10.1080/19440040903367765

1713 Bendell L. I. (2010). Cadmium in shellfish: the British Columbia, Canada experience-a mini-review. Toxicology letters, 198(1), 7–12. URL: https://doi.org/10.1016/j.toxlet.2010.04.012

1714 Sherlock, J. C. (1986). Cadmium in foods and the diet. Experientia Supplementum, 110–114. doi:10.1007/978-3-0348-7238-6_14

1715 Wallace, T. C., McBurney, M., & Fulgoni, V. L., 3rd (2014). Multivitamin/mineral supplement contribution to micronutrient intakes in the United States, 2007–2010. Journal of the American College of Nutrition, 33(2), 94–102. URL: https://doi.org/10.1080/07315724.2013.846806

1716 Donald R. Davis, Melvin D. Epp & Hugh D. Riordan (2004) Changes in USDA Food Composition Data for 43 Garden Crops, 1950 to 1999, Journal of the American College of Nutrition, 23:6, 669–682, DOI: 10.1080/07315724.2004.10719409

1717 Thomas D. (2007). The mineral depletion of foods available to us as a nation (1940–2002)-a review of the 6th Edition of McCance and Widdowson. Nutrition and health, 19(1–2), 21–55. URL: https://doi.org/10.1177/026010600701900205

1718 Mayer, A. (1997), "Historical changes in the mineral content of fruits and vegetables", British Food Journal, Vol. 99 No. 6, pp. 207–211. URL: https://doi.org/10.1108/00070709710181540

1719 Davis, D.R. (2011). Impact of Breeding and Yield on Fruit, Vegetable, and Grain Nutrient Content. In Breeding for Fruit Quality (eds M.A. Jenks and P.J. Bebeli). doi:10.1002/9780470959350.ch6

1720 Garvin, D.F., Welch, R.M. and Finley, J.W. (2006), Historical shifts in the seed mineral micronutrient concentration of US hard red winter wheat germplasm. J. Sci. Food Agric., 86: 2213–2220. doi:10.1002/jsfa.2601

1721 Farnham, M.W., Keinath, A.P. and Grusak, M.A. (2011), Mineral Concentration of Broccoli Florets in Relation to Year of Cultivar Release. Crop Science, 51: 2721–2727. doi:10.2135/cropsci2010.09.0556

1722 Zhu с соавторами (2018) 'Carbon dioxide (CO2) levels this century will alter the protein, micronutrients, and vitamin content of rice grains with potential health consequences for the poorest rice-dependent countries', Science Advances 23 May 2018: Vol. 4, no. 5, eaaq1012, DOI: 10.1126/sciadv.aaq1012

1723 Loladze (2014) 'Hidden shift of the ionome of plants exposed to elevated CO2 depletes minerals at the base of human nutrition', eLife 2014;3:e02245 DOI: 10.7554/eLife.02245

1724 World Health Organization. Calcium and Magnesium in Drinking Water: Public health significance. Geneva: World Health Organization Press; 2009.

1725 Seelig M, Rosanoff A. The Magnesium Factor. New York: Avery; 2003.

1726 Dean C. The Magnesium Miracle. New York: Ballantine Books; 2007.

1727 Sahota O. (2014). Understanding vitamin D deficiency. Age and ageing, 43(5), 589–591. URL: https://doi.org/10.1093/ageing/afu104

1728 Forrest, K. Y., & Stuhldreher, W. L. (2011). Prevalence and correlates of vitamin D deficiency in US adults. Nutrition research (New York, N.Y.), 31(1), 48–54. URL: https://doi.org/10.1016/j.nutres.2010.12.001

1729 Holick (2006) 'High Prevalence of Vitamin D Inadequacy and Implications for Health', Mayo Clinic Proceedings, REVIEW| VOLUME 81, ISSUE 3, P353-373, MARCH 01, 2006. DOI: URL: https://doi.org/10.4065/81.3.353

1730 Michael F Holick, Sunlight and vitamin D for bone health and prevention of autoimmune diseases, cancers, and cardiovascular disease, The American Journal of Clinical Nutrition, Volume 80, Issue 6, December 2004, Pages 1678S–1688S, URL: https://doi.org/10.1093/ajcn/80.6.1678S

1731 Mangoo-Karim, R., Da Silva Abreu, J., Yanev, G. P., Perez, N. N., Stubbs, J. R., & Wetmore, J. B. (2015). Ergocalciferol versus Cholecalciferol for Nutritional Vitamin D Replacement in CKD. Nephron, 130(2), 99–104. URL: https://doi.org/10.1159/000430813

1732 Shieh, A., Chun, R. F., Ma, C., Witzel, S., Meyer, B., Rafison, B., Swinkels, L., Huijs, T., Pepkowitz, S., Holmquist, B., Hewison, M., & Adams, J. S. (2016). Effects of HighDose Vitamin D2 Versus D3 on Total and Free 25-Hydroxyvitamin D and Markers of Calcium Balance. The Journal of clinical endocrinology and metabolism, 101(8), 3070–3078. URL: https://doi.org/10.1210/jc.2016-1871

1733 Daroux, M., Shenouda, M., Bacri, J. L., Lemaitre, V., Vanhille, P., & Bataille, P. (2013). Vitamin D2 versus vitamin D3 supplementation in hemodialysis patients: a comparative pilot study. Journal of nephrology, 26(1), 152–157. URL: https://doi.org/10.5301/jn.5000123

1734 Holick, M. F., MacLaughlin, J. A., Clark, M. B., Holick, S. A., Potts, J. T., Jr, Anderson, R. R., Blank, I. H., Parrish, J. A., & Elias, P. (1980). Photosynthesis of previtamin D3 in human skin and the physiologic consequences. Science (New York, N.Y.), 210(4466), 203–205. URL: https://doi.org/10.1126/science.6251551

1735 Wang, T. J., Pencina, M. J., Booth, S. L., Jacques, P. F., Ingelsson, E., Lanier, K., Benjamin, E. J., D'Agostino, R. B., Wolf, M., & Vasan, R. S. (2008). Vitamin D deficiency and risk of cardiovascular disease. Circulation, 117(4), 503–511. URL: https://doi.org/10.1161/CIRCULATIONAHA.107.706127

1736 Urashima, M., Segawa, T., Okazaki, M., Kurihara, M., Wada, Y., & Ida, H. (2010). Randomized trial of vitamin D supplementation to prevent seasonal influenza A in schoolchildren. The American journal of clinical nutrition, 91(5), 1255–1260. URL: https://doi.org/10.3945/ajcn.2009.29094

1737 Munger KL, Levin LI, Hollis BW, Howard NS, Ascherio A. Serum 25- Hydroxyvitamin D Levels and Risk of Multiple Sclerosis. JAMA. 2006;296(23):2832–2838. doi:10.1001/jama.296.23.2832

1738 Jorde, R., Sneve, M., Figenschau, Y., Svartberg, J. and Waterloo, K. (2008), Effects of vitamin D supplementation on symptoms of depression in overweight and obese subjects: randomized double blind trial. Journal of Internal Medicine, 264: 599–609. doi:10.1111/j.1365–2796.2008.02008.x

1739 Armstrong, D.J., Meenagh, G.K., Bickle, I. et al. Vitamin D deficiency is associated with anxiety and depression in fibromyalgia. Clin Rheumatol 26, 551–554 (2007). URL: https://doi.org/10.1007/s10067-006-0348-5

1740 Lappe, J. M., Travers-Gustafson, D., Davies, K. M., Recker, R. R., & Heaney, R. P. (2007). Vitamin D and calcium supplementation reduces cancer risk: results of a randomized trial. The American journal of clinical nutrition, 85(6), 1586–1591. URL: https://doi.org/10.1093/ajcn/85.6.1586

1741 Hyppönen, E., Läärä, E., Reunanen, A., Järvelin, M. R., & Virtanen, S. M. (2001). Intake of vitamin D and risk of type 1 diabetes: a birth-cohort study. Lancet (London, England), 358(9292), 1500–1503. URL: https://doi.org/10.1016/S0140-6736(01)06580-1

1742 Major, G., Alarie, F., Doré, J., & Tremblay, A. (2008). Calcium plus vitamin D supplementation and fat mass loss in female very low-calcium consumers: Potential link with a calcium-specific appetite control. British Journal of Nutrition, 101(5), 659–663. doi:10.1017/S0007114508030808

1743 Rizzoli, R., Boonen, S., Brandi, M. L., Bruyère, O., Cooper, C., Kanis, J. A., Kaufman, J. M., Ringe, J. D., Weryha, G., & Reginster, J. Y. (2013). Vitamin D supplementation in elderly or postmenopausal women: a 2013 update of the 2008 recommendations from the European Society for Clinical and Economic Aspects of Osteoporosis and Osteoarthritis (ESCEO). Current medical research and opinion, 29(4), 305–313. URL: https://doi.org/10.1185/03007995.2013.766162

1744 Tomlinson, P. B., Joseph, C., & Angioi, M. (2015). Effects of vitamin D supplementation on upper and lower body muscle strength levels in healthy individuals. A systematic review with meta-analysis. Journal of science and medicine in sport, 18(5), 575–580. URL: https://doi.org/10.1016/j.jsams.2014.07.022

1745 Schöttker с соавторами (2014) 'Vitamin D and mortality: meta-analysis of individual participant data from a large consortium of cohort studies from Europe and the United States', BMJ 2014; 348 doi: URL: https://doi.org/10.1136/bmj.g3656

1746 Theodoratou с соавторами (2014) 'Vitamin D and multiple health outcomes: umbrella review of systematic reviews and meta-analyses of observational studies and randomised trials', BMJ 2014; 348 doi: URL: https://doi.org/10.1136/bmj.g2035

1747 Ringe, J. D., & Kipshoven, C. (2012). Vitamin D-insufficiency. DermatoEndocrinology, 4(1), 72–80. doi:10.4161/derm.19829

1748 WebMD (2020) 'Vitamin D Deficiency', WebMD Medical Reference Reviewed by Christine Mikstas, RD, LD on July 28, 2020, Accessed Online: URL: https://www.webmd.com/diet/guide/vitamin-d-deficiency#2

1749 Okereke, O. I., & Singh, A. (2016). The role of vitamin D in the prevention of late-life depression. Journal of affective disorders, 198, 1–14. URL: https://doi.org/10.1016/j.jad.2016.03.022

1750 Johnson, K., & Sattari, M. (2015). Vitamin D deficiency and fatigue: an unusual presentation. SpringerPlus, 4, 584. URL: https://doi.org/10.1186/s40064-015-1376-x

1751 Ding, J., Kwan, P., Ma, Z., Iwashina, T., Wang, J., Shankowsky, H. A., & Tredget, E. E. (2016). Synergistic effect of vitamin D and low concentration of transforming growth factor beta 1, a potential role in dermal wound healing. Burns: journal of the International Society for Burn Injuries, 42(6), 1277–1286. URL: https://doi.org/10.1016/j.burns.2016.03.009

1752 Malloy, P. J., & Feldman, D. (2011). The role of vitamin D receptor mutations in the development of alopecia. Molecular and cellular endocrinology, 347(1–2), 90–96. URL: https://doi.org/10.1016/j.mce.2011.05.045

1753 Bener, A., & Saleh, N. M. (2015). Low vitamin D, and bone mineral density with depressive symptoms burden in menopausal and postmenopausal women. Journal of midlife health, 6(3), 108–114. URL: https://doi.org/10.4103/0976-7800.165590

1754 Aksu Cerman, A., Sarikaya Solak, S., & Kivanc Altunay, I. (2014). Vitamin D deficiency in alopecia areata. The British journal of dermatology, 170(6), 1299–1304. URL: https://doi.org/10.1111/bjd.12980

1755 Masood, H., Narang, A. P., Bhat, I. A., & Shah, G. N. (1989). Persistent limb pain and raised serum alkaline phosphatase the earliest markers of subclinical hypovitaminosis D in Kashmir. Indian journal of physiology and pharmacology, 33(4), 259–261.

1756 Wortsman J, Matsuoka LY, Chen TC, Lu Z, Holick MF. Decreased bioavailability of vitamin D in obesity [published correction appears in Am J Clin Nutr. 2003 May;77(5):1342]. Am J Clin Nutr. 2000;72(3):690–693. doi:10.1093/ajcn/72.3.690

1757 Masterjohn C. (2007). Vitamin D toxicity redefined: vitamin K and the molecular mechanism. Medical hypotheses, 68(5), 1026–1034. URL: https://doi.org/10.1016/j.mehy.2006.09.051

1758 Hathcock, J. N., Shao, A., Vieth, R., & Heaney, R. (2007). Risk assessment for vitamin D. The American journal of clinical nutrition, 85(1), 6–18. URL: https://doi.org/10.1093/ajcn/85.1.6

1759 Li, F.-Y., Lenardo, M. J., & Chaigne-Delalande, B. (2011). Loss of MAGT1 abrogates the Mg2+ flux required for T cell signaling and leads to a novel human primary immunodeficiency. Magnesium Research, 24(3), 109–114. doi:10.1684/mrh.2011.0286

1760 Chaigne-Delalande, B., Li, F.-Y., O’Connor, G. M., Lukacs, M. J., Jiang, P., Zheng, L., … Lenardo, M. J. (2013). Mg2+ Regulates Cytotoxic Functions of NK and CD8 T Cells in Chronic EBV Infection Through NKG2D. Science, 341(6142), 186–191. doi:10.1126/science.1240094

1761 Chaigne-Delalande, B., Li, F.-Y., O’Connor, G. M., Lukacs, M. J., Jiang, P., Zheng, L., … Lenardo, M. J. (2013). Mg2+ Regulates Cytotoxic Functions of NK and CD8 T Cells in Chronic EBV Infection Through NKG2D. Science, 341(6142), 186–191. doi:10.1126/science.1240094

1762 Wiles, M. E., Wagner, T. L., & Weglicki, W. B. (1996). Effect of acute magnesium deficiency (MgD) on aortic endothelial cell (EC) oxidant production. Life Sciences, 60(3), 221–236. doi:10.1016/s0024-3205(96)00619-4

1763 Gromova, O. A., Torshin, I. Y., Kobalava, Z. D., Sorokina, M. A., … Villevalde, S. V. (2018). Deficit of Magnesium and States of Hypercoagulation: Intellectual Analysis of Data Obtained From a Sample of Patients Aged 18–50 years From Medical and Preventive Facilities in Russia. Kardiologiia, 17(4), 22–35. doi:10.18087/cardio.2018.4.10106

1764 Çiçek, G., Açikgoz, S. K., Yayla, Ç., Kundi, H., & İleri, M. (2016). Magnesium as a predictor of acute stent thrombosis in patients with ST-segment elevation myocardial infarction who underwent primary angioplasty. Coronary Artery Disease, 27(1), 47–51. doi:10.1097/mca.0000000000000318

1765 Shen, M. Y., Sheu, J. R., Hsiao, G., Lee, Y. M., & en, M. H. (2003). Antithrombotic Effects of Magnesium Sulfate in In Vivo Experiments. International Journal of Hematology, 77(4), 414–419. doi:10.1007/bf02982655

1766 Veronese, N., Watutantrige-Fernando, S., Luchini, C., Solmi, M., Sartore, G., Sergi, G., Manzato, E., Barbagallo, M., Maggi, S., & Stubbs, B. (2016). Effect of magnesium supplementation on glucose metabolism in people with or at risk of diabetes: a systematic review and meta-analysis of double-blind randomized controlled trials. European journal of clinical nutrition, 70(12), 1354–1359. URL: https://doi.org/10.1038/ejcn.2016.154

1767 Rosique-Esteban, N., Guasch-Ferré, M., Hernández-Alonso, P., & Salas-Salvadó, J. (2018). Dietary Magnesium and Cardiovascular Disease: A Review with Emphasis in Epidemiological Studies. Nutrients, 10(2), 168. doi:10.3390/nu10020168

1768 De Baaij, J. H. F., Hoenderop, J. G. J., & Bindels, R. J. M. (2015). Magnesium in Man: Implications for Health and Disease. Physiological Reviews, 95(1), 1–46. doi:10.1152/physrev.00012.2014

1769 Singewald, N., Sinner, C., Hetzenauer, A., Sartori, S. B., & Murck, H. (2004). Magnesium-deficient diet alters depression- and anxiety-related behavior in mice– influence of desipramine and Hypericum perforatum extract. Neuropharmacology, 47(8), 1189–1197. doi:10.1016/j.neuropharm.2004.08.010

1770 Boyle, N.B.; Lawton, C.; Dye, L. The Effects of Magnesium Supplementation on Subjective Anxiety and Stress–A Systematic Review. Nutrients 2017, 9, 429.

1771 Sartori, S. B., Whittle, N., Hetzenauer, A., & Singewald, N. (2012). Magnesium deficiency induces anxiety and HPA axis dysregulation: Modulation by therapeutic drug treatment. Neuropharmacology, 62(1), 304–312. doi:10.1016/j.neuropharm.2011.07.027

1772 Kirkland, A., Sarlo, G., & Holton, K. (2018). The Role of Magnesium in Neurological Disorders. Nutrients, 10(6), 730. doi:10.3390/nu10060730

1773 Heiden, A., Frey, R., Presslich, O., Blasbichler, T., Smetana, R., & Kasper, S. (1999). Treatment of severe mania with intravenous magnesium sulphate as a supplementary therapy. Psychiatry Research, 89(3), 239–246. doi:10.1016/s0165-1781(99)00107-9

1774 Chouinard, G., Beauclair, L., Geiser, R., & Etienne, P. (1990). A pilot study of magnesium aspartate hydrochloride (Magnesiocard®) as a mood stabilizer for rapid cycling bipolar affective disorder patients. Progress in Neuro-Psychopharmacology and Biological Psychiatry, 14(2), 171–180. doi:10.1016/0278-5846(90)90099-3

1775 Mauskop, A., & Altura, B. M. (1998). Role of magnesium in the pathogenesis and treatment of migraines. Clinical neuroscience (New York, N.Y.), 5(1), 24–27.

1776 Poleszak E. (2008). Benzodiazepine/GABA(A) receptors are involved in magnesiuminduced anxiolytic-like behavior in mice. Pharmacological reports: PR, 60(4), 483–489.

1777 Swaminathan R. (2003). Magnesium metabolism and its disorders. The Clinical biochemist. Reviews, 24(2), 47–66.

1778 Abbasi с соавторами (2012) 'The effect of magnesium supplementation on primary insomnia in elderly: A double-blind placebo-controlled clinical trial', J Res Med Sci. 2012 Dec;17(12):1161-9.

1779 Galland L. (1991). Magnesium, stress and neuropsychiatric disorders. Magnesium and trace elements, 10(2–4), 287–301.

1780 Kim, C., & Cha, Y. N. (2014). Taurine chloramine produced from taurine under inflammation provides anti-inflammatory and cytoprotective effects. Amino acids, 46(1), 89–100. URL: https://doi.org/10.1007/s00726-013-1545-6

1781 White (2019) 'What Are the Benefits of a Salt Water Gargle?', Healthline, Accessed Online: URL: https://www.healthline.com/health/salt-water-gargle

1782 Emamian, M. H., Hassani, A. M., & Fateh, M. (2013). Respiratory Tract Infections and its Preventive Measures among Hajj Pilgrims, 2010: A Nested Case Control Study. International journal of preventive medicine, 4(9), 1030–1035.

1783 Ramalingam, S., Graham, C., Dove, J. et al. A pilot, open labelled, randomized controlled trial of hypertonic saline nasal irrigation and gargling for the common cold. Sci Rep 9, 1015 (2019). URL: https://doi.org/10.1038/s41598-018-37703-3

1784 Rabago, D., & Zgierska, A. (2009). Saline nasal irrigation for upper respiratory conditions. American family physician, 80(10), 1117–1119.

1785 Horowitz, S. (2010). Salt Cave Therapy: Rediscovering the Benefits of an Old Preservative. Alternative and Complementary Therapies, 16(3), 158–162. doi:10.1089/act.2010.16302

1786 Salt Therapy Association (2019) 'Dry Salt Therapy (Halotherapy) Reference & Resource Guide', www.SaltTherapyAssociation.org, Accessed Online: URL: https://www.salttherapyassociation.org/images/STA-Reference-and-Resources-Guide- 022719-Small.pdf

1787 Horowitz, S. (2010). Salt Cave Therapy: Rediscovering the Benefits of an Old Preservative. Alternative and Complementary Therapies, 16(3), 158–162. doi:10.1089/act.2010.16302

1788 Rashleigh R, Smith S, Roberts N. A review of halotherapy for chronic obstructive pulmonary disease. Int J Chron Obstruct Pulmon Dis. 2014;9(1):239-246

1789 CHERVINSKAYA, A. V., & ZILBER, N. A. (1995). Halotherapy for Treatment of Respiratory Diseases. Journal of Aerosol Medicine, 8(3), 221–232. doi:10.1089/jam.1995.8.221

1790 Khan, S. Y., & O’Driscoll, B. R. (2004). Is nebulized saline a placebo in COPD? BMC Pulmonary Medicine, 4(1). doi:10.1186/1471-2466-4-9

1791 Hedman, J., Hugg, T., Sandell, J., & Haahtela, T. (2006). The effect of salt chamber treatment on bronchial hyperresponsiveness in asthmatics. Allergy, 61(5), 605–610. doi:10.1111/j.1398–9995.2006.01073.x

1792 Bar-Yoseph, R., Kugelman, N., Livnat, G., Gur, M., Hakim, F., Nir, V., & Bentur, L. (2016). Halotherapy as asthma treatment in children: A randomized, controlled, prospective pilot study. Pediatric Pulmonology, 52(5), 580–587. doi:10.1002/ppul.23621

1793 Gelardi, M., Iannuzzi, L., Greco Miani, A., Cazzaniga, S., Naldi, L., De Luca, C., & Quaranta, N. (2013). Double-blind placebo-controlled randomized clinical trial on the efficacy of Aerosal® in the treatment of sub-obstructive adenotonsillar hypertrophy and related diseases. International Journal of Pediatric Otorhinolaryngology, 77(11), 1818–1824. doi:10.1016/j.ijporl.2013.08.013

1794 Maliavin, A. G., Filiaeva, I., Umakhanova, M. M., & Chervinskaia, A. V. (2004). Galoterapiia-novyĭ sposob lecheniia bakterial'nogo vaginoza [Halotherapy-a new treatment of bacterial vaginosis]. Voprosy kurortologii, fizioterapii, i lechebnoi fizicheskoi kultury, (3), 35–37.

1795 Nurov, I. (2010). Immunologic features of speleotherapy in patients with chronic obstructive pulmonary disease. Medical and Health Science Journal, 2, 44–47. doi:10.15208/mhsj.2010.22

1796 Endre L. (2015). A szárazsó-belégzéssel történő kezelés elméleti alapjai és gyakorlati haszna [Theoretical basis and clinical benefits of dry salt inhalation therapy]. Orvosi hetilap, 156(41), 1643–1652. URL: https://doi.org/10.1556/650.2015.30267

1797 Pompella с соавторами (2003) 'The changing faces of glutathione, a cellular protagonist', Biochemical Pharmacology, Volume 66, Issue 8, 15 October 2003, Pages 1499–1503.

1798 SCHOLZ, R.W., GRAHAM, K.S., GUMPRICHT, E. and REDDY, C.C. (1989), Mechanism of Interaction of Vitamin E and Glutathione in the Protection against Membrane Lipid Peroxidation. Annals of the New York Academy of Sciences, 570: 514–517. doi:10.1111/j.1749–6632.1989.tb14973.x

1799 Dentico, P., Volpe, A., Buongiorno, R., Grattagliano, I., Altomare, E., Tantimonaco, G., Scotto, G., Sacco, R., & Schiraldi, O. (1995). Il glutatione nella terapia delle epatopatie croniche steatosiche [Glutathione in the treatment of chronic fatty liver diseases]. Recenti progressi in medicina, 86(7–8), 290–293.

1800 Perricone, C., De Carolis, C., & Perricone, R. (2009). Glutathione: a key player in autoimmunity. Autoimmunity reviews, 8(8), 697–701. URL: https://doi.org/10.1016/j.autrev.2009.02.020

1801 McKinley-Barnard, S., Andre, T., Morita, M., & Willoughby, D. S. (2015). Combined L-citrulline and glutathione supplementation increases the concentration of markers indicative of nitric oxide synthesis. Journal of the International Society of Sports Nutrition, 12, 27. URL: https://doi.org/10.1186/s12970-015-0086-7

1802 Arosio с соавторами (2002) 'Effect of Glutathione Infusion on Leg Arterial Circulation, Cutaneous Microcirculation, and Pain-Free Walking Distance in Patients With Peripheral Obstructive Arterial Disease: A Randomized, Double-Blind, Placebo-Controlled Trial', Mayo Clinic Preceedings, VOLUME 77, ISSUE 8, P754-759, AUGUST 01, 2002.

1803 Ware, L. B., Magarik, J. A., Wickersham, N., Cunningham, G., Rice, T. W., Christman, B. W., … Summar, M. L. (2013). Low plasma citrulline levels are associated with acute respiratory distress syndrome in patients with severe sepsis. Critical Care, 17(1), R10. doi:10.1186/cc11934

1804 Wijnands, K. A., Castermans, T. M., Hommen, M. P., Meesters, D. M., & Poeze, M. (2015). Arginine and citrulline and the immune response in sepsis. Nutrients, 7(3), 1426–1463. URL: https://doi.org/10.3390/nu7031426

1805 Hall, (1999), The role of glutathione in the regulation of apoptosis. European Journal of Clinical Investigation, 29: 238–245. doi:10.1046/j.1365–2362.1999.00447.x

1806 Yeh, M. Y., Burnham, E. L., Moss, M., & Brown, L. A. (2007). Chronic alcoholism alters systemic and pulmonary glutathione redox status. American journal of respiratory and critical care medicine, 176(3), 270–276. URL: https://doi.org/10.1164/rccm.200611- 1722OC

1807 Mathangi, D. C., Shyamala, R., & Subhashini, A. S. (2012). Effect of REM sleep deprivation on the antioxidant status in the brain of Wistar rats. Annals of neurosciences, 19(4), 161–164. URL: https://doi.org/10.5214/ans.0972.7531.190405

1808 Hultberg, B., Andersson, A., & Isaksson, A. (2002). Lipoic acid increases glutathione production and enhances the effect of mercury in human cell lines. Toxicology, 175(1–3), 103–110. URL: https://doi.org/10.1016/s0300-483x(02)00060-4

1809 Paschalis, V., Theodorou, A. A., Margaritelis, N. V., Kyparos, A., & Nikolaidis, M. G. (2018). N-acetylcysteine supplementation increases exercise performance and reduces oxidative stress only in individuals with low levels of glutathione. Free radical biology & medicine, 115, 288–297. URL: https://doi.org/10.1016/j.freeradbiomed.2017.12.007

1810 Sinha, R., Sinha, I., Calcagnotto, A., Trushin, N., Haley, J. S., Schell, T. D., & Richie, J. P., Jr (2018). Oral supplementation with liposomal glutathione elevates body stores of glutathione and markers of immune function. European journal of clinical nutrition, 72(1), 105–111. URL: https://doi.org/10.1038/ejcn.2017.132

1811 Sonthalia, S., Jha, A. K., Lallas, A., Jain, G., & Jakhar, D. (2018). Glutathione for skin lightening: a regnant myth or evidence-based verity?. Dermatology practical & conceptual, 8(1), 15–21. URL: https://doi.org/10.5826/dpc.0801a04

1812 Horowitz, R. I., Freeman, P. R., & Bruzzese, J. (2020). Efficacy of glutathione therapy in relieving dyspnea associated with COVID-19 pneumonia: A report of 2 cases. Respiratory Medicine Case Reports, 30, 101063. doi:10.1016/j.rmcr.2020.101063

1813 McCarty, M. F., & DiNicolantonio, J. J. (2020). Nutraceuticals have potential for boosting the type 1 interferon response to RNA viruses including influenza and coronavirus. Progress in Cardiovascular Diseases, 63(3), 383–385. doi:10.1016/j.pcad.2020.02.007

1814 DiNicolantonio, J. J., & McCarty, M. (2020). Thrombotic complications of COVID- 19 may reflect an upregulation of endothelial tissue factor expression that is contingent on activation of endosomal NADPH oxidase. Open Heart, 7(1), e001337. doi:10.1136/openhrt-2020-001337

1815 Cantó с соавторами (2015) 'NAD+ Metabolism and the Control of Energy Homeostasis: A Balancing Act between Mitochondria and the Nucleus', Cell Metabolism 22, July 7, http://dx.doi.org/10.1016/j.cmet.2015.05.023

1816 Johnson, S., & Imai, S. I. (2018). NAD + biosynthesis, aging, and disease. F1000Research, 7, 132. URL: https://doi.org/10.12688/f1000research.12120.1

1817 Massudi H, Grant R, Braidy N, Guest J, Farnsworth B, Guillemin GJ (2012) AgeAssociated Changes In Oxidative Stress and NAD+ Metabolism In Human Tissue. PLoS ONE 7(7): e42357. URL: https://doi.org/10.1371/journal.pone.0042357

1818 Billingham, L. K., & Chandel, N. S. (2019). NAD-biosynthetic pathways regulate innate immunity. Nature Immunology, 20(4), 380–382. doi:10.1038/s41590-019-0353-x

1819 Bruzzone, S., Fruscione, F., Morando, S., Ferrando, T., Poggi, A., Garuti, A., … Nencioni, A. (2009). Catastrophic NAD+ Depletion in Activated T Lymphocytes through Nampt Inhibition Reduces Demyelination and Disability in EAE. PLoS ONE, 4(11), e7897. doi:10.1371/journal.pone.0007897

1820 Tullius, S. G., Biefer, H. R. C., Li, S., Trachtenberg, A. J., Edtinger, K., Quante, M., … ElKhal, A. (2014). NAD+ protects against EAE by regulating CD4+ T-cell differentiation. Nature Communications, 5(1). doi:10.1038/ncomms6101

1821 Elkhal, A., Rodriguez Cetina Biefer, H., Heinbokel, T., Uehara, H., Quante, M., Seyda, M., … Tullius, S. G. (2016). NAD+ regulates Treg cell fate and promotes allograft survival via a systemic IL-10 production that is CD4+ CD25+ Foxp3+ T cells independent. Scientific Reports, 6(1). doi:10.1038/srep22325

1822 Bhat, S. A., Iqbal, I. K., & Kumar, A. (2016). Imaging the NADH (НАДH):NAD+ Homeostasis for Understanding the Metabolic Response of Mycobacterium to Physiologically Relevant Stresses. Frontiers in Cellular and Infection Microbiology, 6. doi:10.3389/fcimb.2016.00145

1823 Heer, C. D., Sanderson, D. J., Alhammad, Y. M. O., Schmidt, M. S., Trammell, S. A. J., Perlman, S., … Brenner, C. (2020). Coronavirus and PARP expression dysregulate the NAD Metabolome: a potentially actionable component of innate immunity. doi:10.1101/2020.04.17.047480

1824 Cameron, A. M., Castoldi, A., Sanin, D. E., Flachsmann, L. J., Field, C. S., Puleston, D. J., … Pearce, E. J. (2019). Inflammatory macrophage dependence on NAD+ salvage is a consequence of reactive oxygen species–mediated DNA damage. Nature Immunology, 20(4), 420–432. doi:10.1038/s41590-019-0336-y

1825 Caito, S. W., & Aschner, M. (2016). NAD+Supplementation Attenuates Methylmercury Dopaminergic and Mitochondrial Toxicity in Caenorhabditis Elegans. Toxicological Sciences, 151(1), 139–149. doi:10.1093/toxsci/kfw030

1826 Schultz and Sinclair (2016) 'Why NAD+ Declines during Aging: It’s Destroyed', Cell Metab. 2016 Jun 14; 23(6): 965–966.

1827 Tirumurugaan с соавторами (2008) 'Regulation of the cd38 promoter in human airway smooth muscle cells by TNF-alpha and dexamethasone', Respir Res. 2008 Mar 14;9:26.

1828 Grahnert, A., Grahnert, A., Klein, C., Schilling, E., Wehrhahn, J., & Hauschildt, S. (2010). Review: NAD + : A modulator of immune functions. Innate Immunity, 17(2), 212–233. doi:10.1177/1753425910361989

1829 Escande, C., Nin, V., Price, N. L., Capellini, V., Gomes, A. P., Barbosa, M. T., O'Neil, L., White, T. A., Sinclair, D. A., & Chini, E. N. (2013). Flavonoid apigenin is an inhibitor of the NAD+ ase CD38: implications for cellular NAD+ metabolism, protein acetylation, and treatment of metabolic syndrome. Diabetes, 62(4), 1084–1093. URL: https://doi.org/10.2337/db12-1139

1830 Zhou, C. -C., Yang, X., Hua, X., Liu, J., Fan, M. -B., Li, G. -Q., Song, J., Xu, T. -Y., Li, Z. -Y., Guan, Y. -F., Wang, P., and Miao, C. -Y. (2016) Hepatic NAD+ deficiency as a therapeutic target for non-alcoholic fatty liver disease in ageing. British Journal of Pharmacology, 173: 2352–2368. doi: 10.1111/bph.13513.

1831 Massudi, H., Grant, R., Braidy, N., Guest, J., Farnsworth, B., & Guillemin, G. J. (2012). Age-associated changes in oxidative stress and NAD+ metabolism in human tissue. PloS one, 7(7), e42357. URL: https://doi.org/10.1371/journal.pone.0042357

1832 Rodriguez Cetina Biefer, H., Vasudevan, A., & Elkhal, A. (2017). Aspects of Tryptophan and Nicotinamide Adenine Dinucleotide in Immunity: A New Twist in an Old Tale. International Journal of Tryptophan Research, 10, 117864691771349. doi:10.1177/1178646917713491

1833 Bandeira, L. G., Bortolot, B. S., Cecatto, M. J., Monte-Alto-Costa, A., & RomanaSouza, B. (2015). Exogenous Tryptophan Promotes Cutaneous Wound Healing of Chronically Stressed Mice through Inhibition of TNF-α and IDO Activation. PLOS ONE, 10(6), e0128439. doi:10.1371/journal.pone.0128439

1834 Bogan, K. L., & Brenner, C. (2008). Nicotinic acid, nicotinamide, and nicotinamide riboside: a molecular evaluation of NAD+ precursor vitamins in human nutrition. Annual review of nutrition, 28, 115–130. URL: https://doi.org/10.1146/annurev.nutr.28.061807.155443

1835 Gross, C. J., & Henderson, L. M. (1983). Digestion and absorption of NAD by the small intestine of the rat. The Journal of nutrition, 113(2), 412–420. URL: https://doi.org/10.1093/jn/113.2.412

1836 Gong, B., Pan, Y., Vempati, P., Zhao, W., Knable, L., Ho, L., Wang, J., Sastre, M., Ono, K., Sauve, A. A., & Pasinetti, G. M. (2013). Nicotinamide riboside restores cognition through an upregulation of proliferator-activated receptor-γ coactivator 1α regulated β- secretase 1 degradation and mitochondrial gene expression in Alzheimer's mouse models. Neurobiology of aging, 34(6), 1581–1588. URL: https://doi.org/10.1016/j.neurobiolaging.2012.12.005

1837 Trammell с соавторами (2016). Nicotinamide riboside is uniquely and orally bioavailable in mice and humans. Nature communications, 7, 12948. URL: https://doi.org/10.1038/ncomms12948

1838 Trammell с соавторами (2016). Nicotinamide riboside is uniquely and orally bioavailable in mice and humans. Nature communications, 7, 12948. URL: https://doi.org/10.1038/ncomms12948

1839 Cantó с соавторами (2012). The NAD(+) precursor nicotinamide riboside enhances oxidative metabolism and protects against high-fat diet-induced obesity. Cell metabolism, 15(6), 838–847. URL: https://doi.org/10.1016/j.cmet.2012.04.022

1840 Gomes с соавторами (2013). Declining NAD(+) induces a pseudohypoxic state disrupting nuclear-mitochondrial communication during aging. Cell, 155(7), 1624–1638. URL: https://doi.org/10.1016/j.cell.2013.11.037

1841 Mills с соавторами (2016). Long-Term Administration of Nicotinamide Mononucleotide Mitigates Age-Associated Physiological Decline in Mice. Cell metabolism, 24(6), 795–806. URL: https://doi.org/10.1016/j.cmet.2016.09.013

1842 Trammell с соавторами (2016). Nicotinamide riboside is uniquely and orally bioavailable in mice and humans. Nature communications, 7, 12948. URL: https://doi.org/10.1038/ncomms12948

1843 Conze, D., Crespo-Barreto, J., & Kruger, C. (2016). Safety assessment of nicotinamide riboside, a form of vitamin B3. Human & Experimental Toxicology, 35(11), 1149–1160. URL: https://doi.org/10.1177/0960327115626254

1844 FDA (2015) 'Expert Panel Statement for Niagen™ (Nicotinamide Riboside Chloride)', Accessed Online: URL: https://www.fda.gov/files/food/published/GRAS-Notice-000635- Nicotinamide-riboside-chloride.pdf

1845 Conze, D., Brenner, C., & Kruger, C. L. (2019). Safety and Metabolism of Long-term Administration of NIAGEN (Nicotinamide Riboside Chloride) in a Randomized, DoubleBlind, Placebo-controlled Clinical Trial of Healthy Overweight Adults. Scientific reports, 9(1), 9772. URL: https://doi.org/10.1038/s41598-019-46120-z

1846 Easlon (2018) 'Fermentation and Regeneration of NAD+', UC Davis Biological Sciences (BIS 2A), Introduction to Biology: Essentials of Life on Earth, Winter 2018, Accessed Online: URL: https://bio.libretexts.org/Courses/University_of_California_Davis/BIS_2A%3A_Introduc tory_Biology_(Easlon)/Readings/09.3%3A_Fermentation_and_Regeneration_of_NAD

1847 Maalouf с соавторами (2007) 'Ketones inhibit mitochondrial production of reactive oxygen species production following glutamate excitotoxicity by increasing NADH (НАДH) oxidation', Neuroscience, Volume 145, Issue 1, 2 March 2007, Pages 256–264.

1848 Fulco, M., Cen, Y., Zhao, P., Hoffman, E. P., McBurney, M. W., Sauve, A. A., & Sartorelli, V. (2008). Glucose restriction inhibits skeletal myoblast differentiation by activating SIRT1 through AMPK-mediated regulation of Nampt. Developmental cell, 14(5), 661–673. URL: https://doi.org/10.1016/j.devcel.2008.02.004

1849 Fulco, M., Cen, Y., Zhao, P., Hoffman, E. P., McBurney, M. W., Sauve, A. A., & Sartorelli, V. (2008). Glucose restriction inhibits skeletal myoblast differentiation by activating SIRT1 through AMPK-mediated regulation of Nampt. Developmental cell, 14(5), 661–673. URL: https://doi.org/10.1016/j.devcel.2008.02.004

1850 Caton с соавторами (2011) 'Fructose induces gluconeogenesis and lipogenesis through a SIRT1- dependent mechanism', Journal of Endocrinology, Volume 208: Issue 3, p 273–283.

1851 Yang с соавторами (2007) 'Nutrient-Sensitive Mitochondrial NAD+ Levels Dictate Cell Survival', Cell, Volume 130, Issue 6, 21 September 2007, Pages 1095–1107.

1852 Hayashida, S., Arimoto, A., Kuramoto, Y. et al. Fasting promotes the expression of SIRT1, an NAD+-dependent protein deacetylase, via activation of PPARα in mice. Mol Cell Biochem 339, 285–292 (2010). URL: https://doi.org/10.1007/s11010-010-0391-z

1853 Chen, D., Bruno, J., Easlon, E., Lin, S. J., Cheng, H. L., Alt, F. W., & Guarente, L. (2008). Tissue-specific regulation of SIRT1 by calorie restriction. Genes & development, 22(13), 1753–1757. URL: https://doi.org/10.1101/gad.1650608

1854 Brandauer, J., Vienberg, S. G., Andersen, M. A., Ringholm, S., Risis, S., Larsen, P. S., … Treebak, J. T. (2013). AMP-activated protein kinase regulates nicotinamide phosphoribosyl transferase expression in skeletal muscle. The Journal of Physiology, 591(20), 5207–5220. doi:10.1113/jphysiol.2013.259515

1855 Anderson, R. M., Bitterman, K. J., Wood, J. G., Medvedik, O., & Sinclair, D. A. (2003). Nicotinamide and PNC1 govern lifespan extension by calorie restriction in Saccharomyces cerevisiae. Nature, 423(6936), 181–185. URL: https://doi.org/10.1038/nature01578

1856 Cantó, C., Jiang, L. Q., Deshmukh, A. S., Mataki, C., Coste, A., Lagouge, M., Zierath, J. R., & Auwerx, J. (2010). Interdependence of AMPK and SIRT1 for metabolic adaptation to fasting and exercise in skeletal muscle. Cell metabolism, 11(3), 213–219. URL: https://doi.org/10.1016/j.cmet.2010.02.006

1857 Costford, S. R., Bajpeyi, S., Pasarica, M., Albarado, D. C., Thomas, S. C., Xie, H., Church, T. S., Jubrias, S. A., Conley, K. E., & Smith, S. R. (2010). Skeletal muscle NAMPT is induced by exercise in humans. American journal of physiology. Endocrinology and metabolism, 298(1), E117–E126. URL: https://doi.org/10.1152/ajpendo.00318.2009

1858 Raynes, Rachel Rene, "SIRT1 Regulation of the Heat Shock Response in an HSF1- Dependent Manner and the Impact of Caloric Restriction" (2013). Graduate Theses and Dissertations.

1859 Jöbsis, F. F., & Stainsby, W. N. (1968). Oxidation of NADH (НАДH) during contractions of circulated mammalian skeletal muscle. Respiration physiology, 4(3), 292–300. URL: https://doi.org/10.1016/0034-5687(68)90035-2

1860 Boshoff, H. I. M., Xu, X., Tahlan, K., Dowd, C. S., Pethe, K., Camacho, L. R., … Barry, C. E. (2008). Biosynthesis and Recycling of Nicotinamide Cofactors inMycobacterium tuberculosis. Journal of Biological Chemistry, 283(28), 19329–19341. doi:10.1074/jbc.m800694200

1861 Mesquita, I., Varela, P., Belinha, A., Gaifem, J., Laforge, M., Vergnes, B., … Silvestre, R. (2015). Exploring NAD+ metabolism in host–pathogen interactions. Cellular and Molecular Life Sciences, 73(6), 1225–1236. doi:10.1007/s00018-015-2119-4

1862 Beste, D. J., Hooper, T., Stewart, G., Bonde, B., Avignone-Rossa, C., Bushell, M. E., … McFadden, J. (2007). GSMN-TB: a web-based genome-scale network model of Mycobacterium tuberculosis metabolism. Genome Biology, 8(5), R89. doi:10.1186/gb- 2007-8-5-r89

1863 Vilchèze, C., Weinrick, B., Wong, K.-W., Chen, B., & Jacobs, Jr, W. R. (2010). NAD+auxotrophy is bacteriocidal for the tubercle bacilli. Molecular Microbiology, 76(2), 365–377. doi:10.1111/j.1365–2958.2010.07099.x

1864 Yang, S.-C., Tseng, C.-H., Wang, P.-W., Lu, P.-L., Weng, Y.-H., Yen, F.-L., & Fang, J.-Y. (2017). Pterostilbene, a Methoxylated Resveratrol Derivative, Efficiently Eradicates Planktonic, Biofilm, and Intracellular MRSA by Topical Application. Frontiers in Microbiology, 8. doi:10.3389/fmicb.2017.01103

1865 Hwang, E. S., & Song, S. B. (2017). Nicotinamide is an inhibitor of SIRT1 in vitro, but can be a stimulator in cells. Cellular and Molecular Life Sciences, 74(18), 3347–3362. doi:10.1007/s00018-017-2527-8

1866 Kouhpayeh, S., Shariati, L., Boshtam, M., Rahimmanesh, I., Mirian, M., Zeinalian, M., … Khanahmad, H. (2020). The Molecular Story of COVID-19; NAD+ Depletion Addresses All Questions in this Infection. doi:10.20944/preprints202003.0346.v1

1867 Brekhman, I. I.; Dardymov, I. V. (1969). "New Substances of Plant Origin which Increase Nonspecific Resistance". Annual Review of Pharmacology. 9: 419–430. doi:10.1146/annurev.pa.09.040169.002223.

1868 European Medicines Agency (2008) “Reflection Paper on the Adaptogenic Concept" (PDF). Committee on Herbal Medicinal Products. 8 May 2008.

1869 Balandaykin, M. & Zmitrovich, I. (2015). Review on Chaga medicinal mushroom, Inonotus obliquus (Higher Basidiomycetes): Realm of medicinal applications and approaches on estimating its resource potential. International Journal of Medicinal Mushrooms 17 (2): 95–104.

1870 Won, D. et al. (2011). Immunostimulating activity by polysaccharides isolated from fruiting body of Inonotus obliquus. Molecules and Cells 31 (2): 165–173.

1871 Kim, Y.-R. (2005). Mycobiology, 33, 158–162. URL: https://doi.org/10.4489/MYCO.2005.33.3.158

1872 Choi, S. Y., Hur, S. J., An, C. S., Jeon, Y. H., Jeoung, Y. J., Bak, J. P., & Lim, B. O. (2010). Anti-Inflammatory Effects ofInonotus obliquusin Colitis Induced by Dextran Sodium Sulfate. Journal of Biomedicine and Biotechnology, 2010, 1–5. doi:10.1155/2010/943516

1873 Kikuchi (2014) “Chaga mushroom-induced oxalate nephropathy”. Clinical Nephrology 81(6):440–444.

1874 Gao Y с соавторами (2003) 'Effects of ganopoly (a Ganoderma lucidum polysaccharide extract) on the immune functions in advanced-stage cancer patients', Immunol Invest. 2003 Aug;32(3):201-15.

1875 Bao PP с соавторами (2012) 'Ginseng and Ganoderma lucidum use after breast cancer diagnosis and quality of life: a report from the Shanghai Breast Cancer Survival Study', PLoS One. 2012;7(6):e39343.

1876 Boh, B. & Berovic, M. & Zhang, J. & Zhi-Bin, L. (2007). Ganoderma lucidum and its pharmaceutically active compounds. Biotechnology Annual Review 13: 265–301.

1877 Lin, Z. (2005). Cellular and molecular mechanisms of immuno-modulation by Ganoderma lucidum. Journal of Pharmacological Sciences 99 (2): 144–153. Review.

1878 Dudhgaonkar, S. & Thyagarajan, A. & Sliva, D. (2009). Suppression of the inflammatory response by triterpenes isolated from the mushroom Ganoderma lucidum. International immunopharmacology 9 (11): 1272–1280.

1879 Finimundy с соавторами (2014) A Review on General Nutritional Compounds and Pharmacological Properties of the Lentinula edodes Mushroom. Food and Nutrition Sciences, 5, 1095–1105.

1880 Dai, X. et al. (2015). Consuming Lentinula edodes (Shiitake) mushrooms daily improves human immunity: A randomized dietary intervention in healthy young adults. Journal of the American College of Nutrition 34 (6): 478–487.

1881 Hsieh с соавторами (2002). Effects of extracts of Coriolus versicolor (I'm-Yunity™) on cellcycle progression and expression of interleukins-1β,-6, and-8 in Promyelocytic HL-60 leukemic cells and mitogenically stimulated and nonstimulated human lymphocytes. The Journal of Alternative & Complementary Medicine 8 (5): 591–602.

1882 Torkelson, C. et al. (2012). Phase 1 clinical trial of Trametes versicolor in women with breast cancer. ISRN Oncology 2012: 251632.

1883 Janjušević, L. et al. (2017). The lignicolous fungus Trametes versicolor (L.) Lloyd (1920): a promising natural source of antiradical and AChE inhibitory agents. Journal of Enzyme Inhibition and Medicinal Chemistry 32 (1): 355–362.

1884 Blagodatski, A. et al. (2018). Medicinal mushrooms as an attractive new source of natural compounds for future cancer therapy. Oncotarget 9 (49): 29259–29274.

1885 Lu, H. et al. (2011). TLR2 agonist PSK activates human NK cells and enhances the antitumor effect of HER2-targeted monoclonal antibody therapy. Clinical Cancer Research 17 (21): 6742–6753.

1886 Matijašević, D. et al. (2016). The Antibacterial Activity of Coriolus versicolor Methanol Extract and Its Effect on Ultrastructural Changes of Staphylococcus aureus and Salmonella Enteritidis. Frontiers in Microbiology 7: 1226.

1887 Davis, L. & Kuttan, G. (2002). Effect of Withania somnifera on cell mediated immune responses in mice. Journal of Experimental & Clinical Cancer Research 21 (4): 585–590.

1888 Malik, F. et al. (2007). A standardized root extract of Withania somnifera and its major constituent withanolide-A elicit humoral and cell-mediated immune responses by up regulation of Th1-dominant polarization in BALB/c mice. Life Sciences 80 (16): 1525–1538.

1889 Chandrasekhar, K. & Kapoor, J. & Anishetty, S. (2012). A prospective, randomized double-blind, placebo-controlled study of safety and efficacy of a high-concentration fullspectrum extract of ashwagandha root in reducing stress and anxiety in adults. Indian Journal of Psychological Medicine 34 (3): 255–262.

1890 Andrade с соавторами (2000). A double-blind, placebo-controlled evaluation of the anxiolytic efficacy of an ethanolic extract of withania somnifera. Indian Journal of Psychiatry 42 (3): 295–301.

1891 Mikolai, J. et al. (2009). In vivo effects of ashwagandha (Withania somnifera) extract on the activation of lymphocytes. The Journal of Alternative and Complementary Medicine 15 (4): 423–430. Mikolai, J. et al. (2009). In vivo effects of ashwagandha (Withania somnifera) extract on the activation of lymphocytes. The Journal of Alternative and Complementary Medicine 15 (4): 423–430.

1892 Kang, S. & Min, H. (2012). Ginseng, the 'Immunity Boost': The Effects of Panax ginseng on Immune System. Journal of Ginseng Research 36 (4): 354–368.

1893 Park с соавторами (2012). Potentiation of antioxidative and anti-inflammatory properties of cultured wild ginseng root extract through probiotic fermentation. Journal of Pharmacy and Pharmacology, 65(3), 457–464. doi:10.1111/jphp.12004

1894 de Andrade с соавторами (2007) 'Study of the efficacy of Korean Red Ginseng in the treatment of erectile dysfunction', Asian J Androl. 2007 Mar;9(2):241-4. Epub 2006 Jul 11.

1895 Ellis, J. M., & Reddy, P. (2002). Effects of Panax Ginseng on Quality of Life. Annals of Pharmacotherapy, 36(3), 375–379. doi:10.1345/aph.1a245

1896 Reay, J. L., Kennedy, D. O., & Scholey, A. B. (2005). Single doses of Panax ginseng (G115) reduce blood glucose levels and improve cognitive performance during sustained mental activity. Journal of Psychopharmacology, 19(4), 357–365. doi:10.1177/0269881105053286

1897 Karuppiah, P., & Rajaram, S. (2012). Antibacterial effect of Allium sativum cloves and Zingiber officinale rhizomes against multiple-drug resistant clinical pathogens. Asian Pacific Journal of Tropical Biomedicine, 2(8), 597–601. doi:10.1016/s2221- 1691(12)60104-x

1898 Mashhadi, N. et al. (2013). Anti-oxidative and anti-inflammatory effects of ginger in health and physical activity: review of current evidence. International Journal of Preventive Medicine 4 (Suppl 1): S36–S42.

1899 Wang с соавторами (2014) 'Biological properties of 6-gingerol: a brief review', Nat Prod Commun. 2014 Jul;9(7):1027-30.

1900 Black с соавторами (2010) 'Ginger (Zingiber officinale) reduces muscle pain caused by eccentric exercise', J Pain. 2010 Sep;11(9):894–903. doi: 10.1016/j.jpain.2009.12.013. Epub 2010 Apr 24.

1901 Altman с соавторами (2001) 'Effects of a ginger extract on knee pain in patients with osteoarthritis', Arthritis Rheum. 2001 Nov;44(11):2531-8.

1902 Ozgoli, G., Goli, M., & Moattar, F. (2009). Comparison of Effects of Ginger, Mefenamic Acid, and Ibuprofen on Pain in Women with Primary Dysmenorrhea. The Journal of Alternative and Complementary Medicine, 15(2), 129–132. doi:10.1089/acm.2008.0311

1903 Zhu, J., Chen, H., Song, Z., Wang, X., & Sun, Z. (2018). Effects of Ginger (Zingiber officinale Roscoe) on Type 2 Diabetes Mellitus and Components of the Metabolic Syndrome: A Systematic Review and Meta-Analysis of Randomized Controlled Trials. Evidence-Based Complementary and Alternative Medicine, 2018, 1–11. doi:10.1155/2018/5692962

1904 Alizadeh-Navaei с соавторами (2008) 'Investigation of the effect of ginger on the lipid levels. A double blind controlled clinical trial', Saudi Med J. 2008 Sep;29(9):1280-4.

1905 Hewlings, S. & Kalman, D. (2017). Curcumin: A Review of Its' Effects on Human Health. Foods (Basel, Switzerland) 6 (10): 92.

1906 Biswas, S. K., McClure, D., Jimenez, L. A., Megson, I. L., & Rahman, I. (2005). Curcumin induces glutathione biosynthesis and inhibits NF-kappaB activation and interleukin-8 release in alveolar epithelial cells: mechanism of free radical scavenging activity. Antioxidants & redox signaling, 7(1–2), 32–41. URL: https://doi.org/10.1089/ars.2005.7.32

1907 Moghadamtousi, S. et al. (2014). A review on antibacterial, antiviral, and antifungal activity of curcumin. Biomed Research International 2014: 186864.

1908 Auyeung, K. & Han, Q. & Ko, J. (2016). Astragalus membranaceus: a review of its protection against inflammation and gastrointestinal cancers. The American Journal of Chinese Medicine 44 (01): 1–22.

1909 Brush, J. et al. (2006). The effect of Echinacea purpurea, Astragalus membranaceus and Glycyrrhiza glabra on CD69 expression and immune cell activation in humans. Phytotherapy Research 20 (8): 687–695.

1910 Qin с соавторами (2012). Astragalus membranaceus extract activates immune response in macrophages via heparanase. Molecules (Basel, Switzerland) 17 (6): 7232–7240.

1911 Hosseinzadeh, H., & Nassiri-Asl, M. (2015). Pharmacological Effects of Glycyrrhizaspp. and Its Bioactive Constituents: Update and Review. Phytotherapy Research, 29(12), 1868–1886. doi:10.1002/ptr.5487

1912 Hajiaghamohammadi, A. A., Zargar, A., Oveisi, S., Samimi, R., & Reisian, S. (2016). To evaluate of the effect of adding licorice to the standard treatment regimen of Helicobacter pylori. The Brazilian Journal of Infectious Diseases, 20(6), 534–538. doi:10.1016/j.bjid.2016.07.015

1913 Guo с соавторами (2015) 'Promotion of regulatory T cell induction by immunomodulatory herbal medicine licorice and its two constituents', Sci Rep. 2015; 5: 14046.

1914 JY с соавторами (2013) '[Anti-virus research of triterpenoids in licorice].' Bing Du Xue Bao. 2013 Nov;29(6):673-9.

1915 Traboulsi, H., Cloutier, A., Boyapelly, K., Bonin, M.-A., Marsault, É., Cantin, A. M., & Richter, M. V. (2015). The Flavonoid Isoliquiritigenin Reduces Lung Inflammation and Mouse Morbidity during Influenza Virus Infection. Antimicrobial Agents and Chemotherapy, 59(10), 6317–6327. doi:10.1128/aac.01098-15

1916 Traboulsi, H. et al. (2015). The Flavonoid Isoliquiritigenin Reduces Lung Inflammation and Mouse Morbidity during Influenza Virus Infection. Antimicrobial Agents and Chemotherapy 59 (10): 6317–6327.

1917 Cinatl, J. et al. (2003). Glycyrrhizin, an active component of liquorice roots, and replication of SARS-associated coronavirus. The Lancet 361 (9374): 2045–2046.

1918 Ozturk с соавторами (2013) 'Polymorphic ventricular tachycardia (Torsades de pointes) due to licorice root tea', Turk Kardiyoloji Dernegi arsivi: Turk Kardiyoloji Derneginin yayin organidir 41(3):241–244, DOI: 10.1016/S0167-5273(12)70487-4

1919 Penn State Hershey Milton S. Hershey Medical Center. 'Licorice', Accessed Online: http://pennstatehershey.adam.com/content.aspx?productid=107&pid=33&gid=000262

1920 Cheng с соавторами (2013). Antioxidant and hepatoprotective effects of Schisandra chinensis pollen extract on CCl4-induced acute liver damage in mice. Food and Chemical Toxicology, 55, 234–240. doi:10.1016/j.fct.2012.11.022

1921 Park, J. Y., & Kim, K. H. (2016). A randomized, double-blind, placebo-controlled trial of Schisandra chinensis for menopausal symptoms. Climacteric, 19(6), 574–580. doi:10.1080/13697137.2016.1238453

1922 Zhang с соавторами (2017). The influence of Schisandrin B on a model of Alzheimer’s disease using β-amyloid protein Aβ1-42-mediated damage in SH-SY5Y neuronal cell line and underlying mechanisms. Journal of Toxicology and Environmental Health, Part A, 80(22), 1199–1205. doi:10.1080/15287394.2017.1367133

1923 Yan с соавторами (2016). The effect of Schisandra chinensis extracts on depression by noradrenergic, dopaminergic, GABAergic and glutamatergic systems in the forced swim test in mice. Food & Function, 7(6), 2811–2819. doi:10.1039/c6fo00328a

1924 Coppin с соавторами (2013). Determination of flavonoids by LC/MS and anti-inflammatory activity in Moringa oleifera. Journal of Functional Foods, 5(4), 1892–1899. doi:10.1016/j.jff.2013.09.010

1925 Mbikay, M. (2012). Therapeutic Potential of Moringa oleifera Leaves in Chronic Hyperglycemia and Dyslipidemia: A Review. Frontiers in Pharmacology, 3. doi:10.3389/fphar.2012.00024

1926 Chattopadhyay с соавторами (2010). Protective Role of Moringa oleifera (Sajina) Seed on Arsenic-Induced Hepatocellular Degeneration in Female Albino Rats. Biological Trace Element Research, 142(2), 200–212. doi:10.1007/s12011-010-8761-7

1927 Ouédraogo с соавторами (2013) 'Protective effect of Moringa oleifera leaves against gentamicin-induced nephrotoxicity in rabbits', Experimental and Toxicologic Pathology, Volume 65, Issue 3, March 2013, Pages 335–339.

1928 Karadi, R. V., Gadge, N. B., Alagawadi, K. R., & Savadi, R. V. (2006). Effect of Moringa oleifera Lam. root-wood on ethylene glycol induced urolithiasis in rats. Journal of Ethnopharmacology, 105(1–2), 306–311. doi:10.1016/j.jep.2005.11.004

1929 Ingale and Gandhi (2016) 'Effect of aqueous extract of Moringa oleifera leaves on pharmacological models of epilepsy and anxiety in mice', International Journal of Epilepsy 2016; 03(01): 012–019, DOI: 10.1016/j.ijep.2016.02.001

1930 TAHILIANI, P., & KAR, A. (2000). ROLE OF MORINGA OLEIFERA LEAF EXTRACT IN THE REGULATION OF THYROID HORMONE STATUS IN ADULT MALE AND FEMALE RATS. Pharmacological Research, 41(3), 319–323. doi:10.1006/phrs.1999.0587

1931 Yamani, H. A., Pang, E. C., Mantri, N., & Deighton, M. A. (2016). Antimicrobial Activity of Tulsi (Ocimum tenuiflorum) Essential Oil and Their Major Constituents against Three Species of Bacteria. Frontiers in Microbiology, 7. doi:10.3389/fmicb.2016.00681

1932 Cohen and Jamshidi (2017) 'The Clinical Efficacy and Safety of Tulsi in Humans: A Systematic Review of the Literature', Hindawi, Evidence-Based Complementary and Alternative Medicine, Volume 2017 |Article ID 9217567 | 13 pages | URL: https://doi.org/10.1155/2017/9217567

1933 Chaurasia, A. (2015). Tulsi-A Promising herb in dentistry. Journal of oral medicine, 1, 21–23.

1934 Hu, X.-Y., Wu, R.-H., Logue, M., Blondel, C., Lai, L. Y. W., Stuart, B., … Lewith, G. (2017). Andrographis paniculata (Chuān Xīn Lián) for symptomatic relief of acute respiratory tract infections in adults and children: A systematic review and meta-analysis. PLOS ONE, 12(8), e0181780. doi:10.1371/journal.pone.0181780

1935 Saxena, R. C., Singh, R., Kumar, P., Yadav, S. C., Negi, M. P., Saxena, V. S., Joshua, A. J., Vijayabalaji, V., Goudar, K. S., Venkateshwarlu, K., & Amit, A. (2010). A randomized double blind placebo controlled clinical evaluation of extract of Andrographis paniculata (KalmCold) in patients with uncomplicated upper respiratory tract infection. Phytomedicine: international journal of phytotherapy and phytopharmacology, 17(3–4), 178–185. URL: https://doi.org/10.1016/j.phymed.2009.12.001

1936 Wang, X., Zheng, B., Ashraf, U., Zhang, H., Cao, C., Li, Q., … Ye, J. (2020). Artemisinin inhibits the replication of flaviviruses by promoting the type I interferon production. Antiviral Research, 179, 104810. doi:10.1016/j.antiviral.2020.104810

1937 Prymula, R. et al. (2009). Effect of prophylactic paracetamol administration at time of vaccination on febrile reactions and antibody responses in children: two open-label, randomised controlled trials. The Lancet 374 (9698): 1339–1350.

1938 Voiriot, G. et al. (2019). Risks Related to the Use of Non-Steroidal Anti-Inflammatory Drugs in Community-Acquired Pneumonia in Adult and Pediatric Patients. Journal of Clinical Medicine 8 (6): 786.

1939 Earn, D. & Andrews, P. & Bolker, B. (2014). Population-level effects of suppressing fever. Proceedings. Biological Sciences 281 (1778): 20132570.

1940 Chavance, M. & Herbeth, B. & Lemoine, A. & Zhu, B. (1993). Does multivitamin supplementation prevent infections in healthy elderly subjects? A controlled trial. International Journal of Vitamin & Nutrition Research 63 (1): 11–16.

1941 El-Kadiki, A. & Sutton, A. (2005). Role of multivitamins and mineral supplements in preventing infections in elderly people: systematic review and meta-analysis of randomized controlled trials. BMJ 330 (7496): 871.

1942 Barringer с соавторами (2003). Effect of a multivitamin and mineral supplement on infection and quality of life. A randomized, double-blind, placebo-controlled trial. Annals of Internal Medicine 138 (5): 365–371.

1943 Barrett, B. (2003). Medicinal properties of Echinacea: A critical review. Phytomedicine 10 (1): 66–86.

1944 Karsch-Völk, M. et al. (2014). Echinacea for preventing and treating the common cold. The Cochrane Database of Systematic Reviews 2 (2): CD000530.

1945 Vernacchio, L. & Kelly, J. & Kaufman, D. & Mitchell, A. (2008). Pseudoephedrine Use Among US Children, 1999–2006: Results From the Slone Survey. Pediatrics 122(6): 1299–1304.

1946 Hutton, N. et al. (1991). Effectiveness of an antihistamine-decongestant combination for young children with the common cold: A randomized, controlled clinical trial. The Journal of Pediatrics 118 (1): 125–130.

1947 Paul, I. (2004). Effect of Dextromethorphan, Diphenhydramine, and Placebo on Nocturnal Cough and Sleep Quality for Coughing Children and Their Parents. Pediatrics 114 (1): e85–e90.

1948 Aw, D., Silva, A. B., & Palmer, D. B. (2007). Immunosenescence: emerging challenges for an ageing population. Immunology, 120(4), 435–446. URL: https://doi.org/10.1111/j.1365–2567.2007.02555.x

1949 Pangrazzi, L., & Weinberger, B. (2020). T cells, aging and senescence. Experimental Gerontology, 134, 110887. doi:10.1016/j.exger.2020.110887

1950 Lord, J. M., Butcher, S., Killampali, V., Lascelles, D., & Salmon, M. (2001). Neutrophil ageing and immunesenescence. Mechanisms of ageing and development, 122(14), 1521–1535. URL: https://doi.org/10.1016/s0047-6374(01)00285-8

1951 Childs, B., Durik, M., Baker, D. et al. Cellular senescence in aging and age-related disease: from mechanisms to therapy. Nat Med 21, 1424–1435 (2015). URL: https://doi.org/10.1038/nm.4000

1952 Campisi J. (2013). Aging, cellular senescence, and cancer. Annual review of physiology, 75, 685–705. URL: https://doi.org/10.1146/annurev-physiol-030212-183653

1953 Collado с соавторами (2007) 'Cellular Senescence in Cancer and Aging', Cell, VOLUME 130, ISSUE 2, P223-233, JULY 27, 2007, VOLUME 130, ISSUE 2, P223-233, JULY 27, 2007

1954 Bernstein, H; Payne, CM; Bernstein, C; Garewal, H; Dvorak, K (2008). "Cancer and aging as consequences of un-repaired DNA damage.". In Kimura, Honoka; Suzuki, Aoi (eds.). New Research on DNA Damage. Nova Science Publishers. pp. 1–47.

1955 Holmes, G. E., Bernstein, C., & Bernstein, H. (1992). Oxidative and other DNA damages as the basis of aging: a review. Mutation Research/DNAging, 275(3–6), 305–315. doi:10.1016/0921-8734(92)90034-m

1956 Weindruch R, Sohal RS. Caloric intake and aging. N Engl J Med 1997;337:986-94.

1957 Mattison, J. A., Roth, G. S., Beasley, T. M., Tilmont, E. M., Handy, A. M., Herbert, R. L., Longo, D. L., Allison, D. B., Young, J. E., Bryant, M., Barnard, D., Ward, W. F., Qi, W., Ingram, D. K., & de Cabo, R. (2012). Impact of caloric restriction on health and survival in rhesus monkeys from the NIA study. Nature, 489(7415), 318–321. URL: https://doi.org/10.1038/nature11432

1958 Morselli, E., Maiuri, M. C., Markaki, M., Megalou, E., Pasparaki, A., Palikaras, K., Criollo, A., Galluzzi, L., Malik, S. A., Vitale, I., Michaud, M., Madeo, F., Tavernarakis, N., & Kroemer, G. (2010). Caloric restriction and resveratrol promote longevity through the Sirtuin-1-dependent induction of autophagy. Cell death & disease, 1(1), e10. URL: https://doi.org/10.1038/cddis.2009.8

1959 Narita с соавторами (2011) 'Spatial Coupling of mTOR and Autophagy Augments Secretory Phenotypes', Science 20 May 2011: Vol. 332, Issue 6032, pp. 966–970, DOI: 10.1126/science.1205407

1960 García-Prat, L., Martínez-Vicente, M., Perdiguero, E., Ortet, L., Rodríguez-Ubreva, J., Rebollo, E., Ruiz-Bonilla, V., Gutarra, S., Ballestar, E., Serrano, A. L., Sandri, M., & Muñoz-Cánoves, P. (2016). Autophagy maintains stemness by preventing senescence. Nature, 529(7584), 37–42. URL: https://doi.org/10.1038/nature16187

1961 Jiao, J., & Demontis, F. (2017). Skeletal muscle autophagy and its role in sarcopenia and organismal aging. Current opinion in pharmacology, 34, 1–6. URL: https://doi.org/10.1016/j.coph.2017.03.009

1962 Martinez-Lopez, N., Athonvarangkul, D., & Singh, R. (2015). Autophagy and aging. Advances in experimental medicine and biology, 847, 73–87. URL: https://doi.org/10.1007/978- 1-4939-2404-2_3

1963 Jiao, J., & Demontis, F. (2017). Skeletal muscle autophagy and its role in sarcopenia and organismal aging. Current opinion in pharmacology, 34, 1–6. URL: https://doi.org/10.1016/j.coph.2017.03.009

1964 Shi, L., Zhang, T., Zhou, Y., Zeng, X., Ran, L., Zhang, Q., Zhu, J., & Mi, M. (2015). Dihydromyricetin improves skeletal muscle insulin sensitivity by inducing autophagy via the AMPK-PGC-1α-Sirt3 signaling pathway. Endocrine, 50(2), 378–389. URL: https://doi.org/10.1007/s12020-015-0599-5

1965 Takagi, A., Kume, S., Kondo, M. et al. Mammalian autophagy is essential for hepatic and renal ketogenesis during starvation. Sci Rep 6, 18944 (2016). URL: https://doi.org/10.1038/srep18944

1966 Korolchuk, V. I., Miwa, S., Carroll, B., & von Zglinicki, T. (2017). Mitochondria in Cell Senescence: Is Mitophagy the Weakest Link?. EBioMedicine, 21, 7–13. URL: https://doi.org/10.1016/j.ebiom.2017.03.020

1967 HAYFLICK, L., & MOORHEAD, P. S. (1961). The serial cultivation of human diploid cell strains. Experimental cell research, 25, 585–621. URL: https://doi.org/10.1016/0014- 4827(61)90192-6

1968 Malaquin с соавторами (2016) 'Keeping the senescence secretome under control: Molecular reins on the senescence-associated secretory phenotype', Experimental Gerontology, Volume 82, September 2016, Pages 39–49.

1969 Fukushima, Y., Minato, N. & Hattori, M. The impact of senescence-associated T cells on immunosenescence and age-related disorders. Inflamm Regener 38, 24 (2018). URL: https://doi.org/10.1186/s41232-018-0082-9

1970 Barbé-Tuana, F., Funchal, G., Schmitz, C.R.R. et al. The interplay between immunosenescence and age-related diseases. Semin Immunopathol (2020). URL: https://doi.org/10.1007/s00281-020-00806-z

1971 Lee с соавторами (2019) 'Senescent T Cells Predict the Development of Hyperglycemia in Humans', Diabetes 2019 Jan; 68(1): 156–162., URL: https://doi.org/10.2337/db17-1218

1972 Covre с соавторами (2019) 'Circulating Senescent T Cells Are Linked to Systemic Inflammation and Lesion Size During Human Cutaneous Leishmaniasis', Front. Immunol., 04 January 2019 | URL: https://doi.org/10.3389/fimmu.2018.03001

1973 Pantsulaia с соавторами (2016) 'Senescent endothelial cells: Potential modulators of immunosenescence and ageing', Ageing Research Reviews, Volume 29, August 2016, Pages 13–25.

1974 Gnani, D, Crippa, S, della Volpe, L, et al. An early-senescence state in aged mesenchymal stromal cells contributes to hematopoietic stem and progenitor cell clonogenic impairment through the activation of a pro-inflammatory program. Aging Cell. 2019; 18:e12933. URL: https://doi.org/10.1111/acel.12933

1975 Ogrodnik с соавторами (2019) 'Obesity-Induced Cellular Senescence Drives Anxiety and Impairs Neurogenesis', Cell Metabolism, Volume 29, Issue 5, 7 May 2019, Pages 1061–1077.e8

1976 URL: https://www.nature.com/articles/s41467-018-07825-3

1977 Linton с соавторами (2006) 'T cell function in the aged: Lessons learned from animal models', Clinical and Applied Immunology Reviews, Volume 6, Issue 2, March–April 2006, Pages 73-97

1978 Hadrup, S. R., Strindhall, J., Køllgaard, T., Seremet, T., Johansson, B., Pawelec, G., thor Straten, P., & Wikby, A. (2006). Longitudinal studies of clonally expanded CD8 T cells reveal a repertoire shrinkage predicting mortality and an increased number of dysfunctional cytomegalovirus-specific T cells in the very elderly. Journal of immunology (Baltimore, Md.: 1950), 176(4), 2645–2653. URL: https://doi.org/10.4049/jimmunol.176.4.2645

1979 Lefebvre, J. S., Maue, A. C., Eaton, S. M., Lanthier, P. A., Tighe, M., & Haynes, L. (2012). The aged microenvironment contributes to the age-related functional defects of CD4 T cells in mice. Aging cell, 11(5), 732–740. URL: https://doi.org/10.1111/j.1474–9726.2012.00836.x

1980 Mocchegiani, E., & Malavolta, M. (2004). NK and NKT cell functions in immunosenescence. Aging cell, 3(4), 177–184. URL: https://doi.org/10.1111/j.1474–9728.2004.00107.x

1981 Ouyang, Q., Wagner, W. M., Voehringer, D., Wikby, A., Klatt, T., Walter, S., … Pawelec, G. (2003). Age-associated accumulation of CMV-specific CD8+ T cells expressing the inhibitory killer cell lectin-like receptor G1 (KLRG1). Experimental Gerontology, 38(8), 911–920. doi:10.1016/s0531-5565(03)00134-7

1982 Murciano, C., Villamón, E., Yáñez, A., O'Connor, J. E., Gozalbo, D., & Gil, M. L. (2006). Impaired immune response to Candida albicans in aged mice. Journal of medical microbiology, 55(Pt 12), 1649–1656. URL: https://doi.org/10.1099/jmm.0.46740-0

1983 Kuilman с соавторами (2008) 'Oncogene-Induced Senescence Relayed by an InterleukinDependent Inflammatory Network', Cell, VOLUME 133, ISSUE 6, P1019-1031, JUNE 13, 2008, DOI: URL: https://doi.org/10.1016/j.cell.2008.03.039

1984 Jiang, H., Ju, Z., & Rudolph, K. L. (2007). Telomere shortening and ageing. Zeitschrift fur Gerontologie und Geriatrie, 40(5), 314–324. URL: https://doi.org/10.1007/s00391-007-0480-0

1985 d'Adda di Fagagna F. (2008). Living on a break: cellular senescence as a DNA-damage response. Nature reviews. Cancer, 8(7), 512–522. URL: https://doi.org/10.1038/nrc2440

1986 Surget S, Khoury MP, Bourdon J. Uncovering the role of p53 splice variants in human malignancy: a clinical perspective. Onco Targets Ther. 2014;7:57-68

1987 Kitada, K., Nakano, D., Ohsaki, H., Hitomi, H., Minamino, T., Yatabe, J., Felder, R. A., Mori, H., Masaki, T., Kobori, H., & Nishiyama, A. (2014). Hyperglycemia causes cellular senescence via a SGLT2- and p21-dependent pathway in proximal tubules in the early stage of diabetic nephropathy. Journal of diabetes and its complications, 28(5), 604–611. URL: https://doi.org/10.1016/j.jdiacomp.2014.05.010

1988 Zhang, P., Wang, Q., Nie, L., Zhu, R., Zhou, X., Zhao, P., Ji, N., Liang, X., Ding, Y., Yuan, Q., & Wang, Q. (2019). Hyperglycemia-induced inflamm-aging accelerates gingival senescence via NLRC4 phosphorylation. The Journal of biological chemistry, 294(49), 18807–18819. URL: https://doi.org/10.1074/jbc.RA119.010648

1989 Prattichizzo с соавторами (2018) 'Short-term sustained hyperglycaemia fosters an archetypal senescence-associated secretory phenotype in endothelial cells and macrophages', Redox Biology, Volume 15, May 2018, Pages 170–181.

1990 Laberge, R. M., Sun, Y., Orjalo, A. V., Patil, C. K., Freund, A., Zhou, L., Curran, S. C., Davalos, A. R., Wilson-Edell, K. A., Liu, S., Limbad, C., Demaria, M., Li, P., Hubbard, G. B., Ikeno, Y., Javors, M., Desprez, P. Y., Benz, C. C., Kapahi, P., Nelson, P. S., … Campisi, J. (2015). MTOR regulates the pro-tumorigenic senescence-associated secretory phenotype by promoting IL1A translation. Nature cell biology, 17(8), 1049–1061. URL: https://doi.org/10.1038/ncb3195

1991 Bourgeois, B. and Madl, T. (2018), Regulation of cellular senescence via the FOXO4- p53 axis. FEBS Lett, 592: 2083–2097. doi:10.1002/1873-3468.13057

1992 Baar, M. P., Brandt, R., Putavet, D. A., Klein, J., Derks, K., Bourgeois, B., Stryeck, S., Rijksen, Y., van Willigenburg, H., Feijtel, D. A., van der Pluijm, I., Essers, J., van Cappellen, W. A., van IJcken, W. F., Houtsmuller, A. B., Pothof, J., de Bruin, R., Madl, T., Hoeijmakers, J., Campisi, J., … de Keizer, P. (2017). Targeted Apoptosis of Senescent Cells Restores Tissue Homeostasis in Response to Chemotoxicity and Aging. Cell, 169(1), 132–147.e16. URL: https://doi.org/10.1016/j.cell.2017.02.031

1993 Imae, M., Fu, Z., Yoshida, A., Noguchi, T., & Kato, H. (2003). Nutritional and hormonal factors control the gene expression of FoxOs, the mammalian homologues of DAF-16. Journal of molecular endocrinology, 30(2), 253–262. URL: https://doi.org/10.1677/jme.0.0300253

1994 Duan (2013) 'Sirtuins: from metabolic regulation to brain aging', Front. Aging Neurosci., 23 July 2013 | URL: https://doi.org/10.3389/fnagi.2013.00036

1995 Palacios, O. M., Carmona, J. J., Michan, S., Chen, K. Y., Manabe, Y., Ward, J. L., 3rd, Goodyear, L. J., & Tong, Q. (2009). Diet and exercise signals regulate SIRT3 and activate AMPK and PGC-1alpha in skeletal muscle. Aging, 1(9), 771–783. URL: https://doi.org/10.18632/aging.100075

1996 Ropelle с соавторами (2009) 'Acute exercise modulates the Foxo1/PGC-1α pathway', J Physiol 587.9 (2009) pp 2069–2076.

1997 Sanchez A. M. (2015). FoxO transcription factors and endurance training: a role for FoxO1 and FoxO3 in exercise-induced angiogenesis. The Journal of physiology, 593(2), 363–364. URL: https://doi.org/10.1113/jphysiol.2014.285999

1998 Powers, S. K., & Jackson, M. J. (2008). Exercise-induced oxidative stress: cellular mechanisms and impact on muscle force production. Physiological reviews, 88(4), 1243–1276. URL: https://doi.org/10.1152/physrev.00031.2007

1999 Donovan, M. R., & Marr, M. T., 2nd (2016). dFOXO Activates Large and Small Heat Shock Protein Genes in Response to Oxidative Stress to Maintain Proteostasis in Drosophila. The Journal of biological chemistry, 291(36), 19042–19050. URL: https://doi.org/10.1074/jbc.M116.723049

2000 Shimazu, T., Hirschey, M. D., Newman, J., He, W., Shirakawa, K., Le Moan, N., Grueter, C. A., Lim, H., Saunders, L. R., Stevens, R. D., Newgard, C. B., Farese, R. V., Jr, de Cabo, R., Ulrich, S., Akassoglou, K., & Verdin, E. (2013). Suppression of oxidative stress by β-hydroxybutyrate, an endogenous histone deacetylase inhibitor. Science (New York, N.Y.), 339(6116), 211–214. URL: https://doi.org/10.1126/science.1227166

2001 Han с соавторами (2018) 'β-Hydroxybutyrate Prevents Vascular Senescence through hnRNP A1-Mediated Upregulation of Oct4', Cell, VOLUME 71, ISSUE 6, P1064-1078.E5, SEPTEMBER 20, 2018, DOI: URL: https://doi.org/10.1016/j.molcel.2018.07.036

2002 Pesheva (2019) 'Exercise, fasting help cells shed defective proteins', The Harvard Gazette, HEALTH & MEDICINE, Accessed Online: URL: https://news.harvard.edu/gazette/story/2019/02/exercise-fasting shown-to-help-cellsshed-defective-proteins/

2003 Rojas-Morales с соавторами (2019) 'Fasting reduces oxidative stress, mitochondrial dysfunction and fibrosis induced by renal ischemia-reperfusion injury', Free Radical Biology and Medicine, Volume 135, 1 May 2019, Pages 60–67.

2004 Minuzzi, L. G., Rama, L., Chupel, M. U., Rosado, F., Dos Santos, J. V., Simpson, R., Martinho, A., Paiva, A., & Teixeira, A. M. (2018). Effects of lifelong training on senescence and mobilization of T lymphocytes in response to acute exercise. Exercise immunology review, 24, 72–84.

2005 He, C., Sumpter, R., Jr, & Levine, B. (2012). Exercise induces autophagy in peripheral tissues and in the brain. Autophagy, 8(10), 1548–1551. URL: https://doi.org/10.4161/auto.21327

2006 Penke, B., Bogár, F., Crul, T., Sántha, M., Tóth, M. E., & Vígh, L. (2018). Heat Shock Proteins and Autophagy Pathways in Neuroprotection: from Molecular Bases to Pharmacological Interventions. International journal of molecular sciences, 19(1), 325. URL: https://doi.org/10.3390/ijms19010325

2007 Nonn, L., Peng, L., Feldman, D., & Peehl, D. M. (2006). Inhibition of p38 by vitamin D reduces interleukin-6 production in normal prostate cells via mitogen-activated protein kinase phosphatase 5: implications for prostate cancer prevention by vitamin D. Cancer research, 66(8), 4516–4524. URL: https://doi.org/10.1158/0008-5472.CAN-05-3796

2008 Winzen, R. (1999). The p38 MAP kinase pathway signals for cytokine-induced mRNA stabilization via MAP kinase-activated protein kinase 2 and an AU-rich region-targeted mechanism. The EMBO Journal, 18(18), 4969–4980. doi:10.1093/emboj/18.18.4969

2009 Shah, N. C., Shah, G. J., Li, Z., Jiang, X. C., Altura, B. T., & Altura, B. M. (2014). Short-term magnesium deficiency downregulates telomerase, upregulates neutral sphingomyelinase and induces oxidative DNA damage in cardiovascular tissues: relevance to atherogenesis, cardiovascular diseases and aging. International journal of clinical and experimental medicine, 7(3), 497–514.

2010 Bienkowski (2015) 'Heavy Metal May Age Cells Prematurely', Scientific American, Environmental Health News, January 6, 2015, Accessed Online: URL: https://www.scientificamerican.com/article/heavy-metal-may-age-cells-prematurely/

2011 Song, Y., Leonard, S. W., Traber, M. G., & Ho, E. (2009). Zinc Deficiency Affects DNA Damage, Oxidative Stress, Antioxidant Defenses, and DNA Repair in Rats. The Journal of Nutrition, 139(9), 1626–1631. doi:10.3945/jn.109.106369

2012 Sharif, R., Thomas, P., Zalewski, P. and Fenech, M. (2015), Zinc supplementation influences genomic stability biomarkers, antioxidant activity, and zinc transporter genes in an elderly Australian population with low zinc status. Mol. Nutr. Food Res., 59: 1200–1212. doi:10.1002/mnfr.201400784

2013 Song, Y., Leonard, S. W., Traber, M. G., & Ho, E. (2009). Zinc Deficiency Affects DNA Damage, Oxidative Stress, Antioxidant Defenses, and DNA Repair in Rats. The Journal of Nutrition, 139(9), 1626–1631. doi:10.3945/jn.109.106369

2014 DiNicolantonio, J. J., Mangan, D., & O'Keefe, J. H. (2018). Copper deficiency may be a leading cause of ischaemic heart disease. Open heart, 5(2), e000784. URL: https://doi.org/10.1136/openhrt-2018-000784

2015 Childs, B. G., Durik, M., Baker, D. J., & van Deursen, J. M. (2015). Cellular senescence in aging and age-related disease: from mechanisms to therapy. Nature medicine, 21(12), 1424–1435. URL: https://doi.org/10.1038/nm.4000

2016 Anderson, R., Lagnado, A., Maggiorani, D., Walaszczyk, A., Dookun, E., Chapman, J., Birch, J., Salmonowicz, H., Ogrodnik, M., Jurk, D., Proctor, C., Correia-Melo, C., Victorelli, S., Fielder, E., Berlinguer-Palmini, R., Owens, A., Greaves, L. C., Kolsky, K. L., Parini, A., Douin-Echinard, V., … Passos, J. F. (2019). Length-independent telomere damage drives post-mitotic cardiomyocyte senescence. The EMBO journal, 38(5), e100492. URL: https://doi.org/10.15252/embj.2018100492

2017 Zhang, P., Kishimoto, Y., Grammatikakis, I., Gottimukkala, K., Cutler, R. G., Zhang, S., Abdelmohsen, K., Bohr, V. A., Misra Sen, J., Gorospe, M., & Mattson, M. P. (2019). Senolytic therapy alleviates Aβ-associated oligodendrocyte progenitor cell senescence and cognitive deficits in an Alzheimer's disease model. Nature neuroscience, 22(5), 719–728. URL: https://doi.org/10.1038/s41593-019-0372-9

2018 Justice, J. N., Nambiar, A. M., Tchkonia, T., LeBrasseur, N. K., Pascual, R., Hashmi, S. K., Prata, L., Masternak, M. M., Kritchevsky, S. B., Musi, N., & Kirkland, J. L. (2019). Senolytics in idiopathic pulmonary fibrosis: Results from a first-in-human, open-label, pilot study. EBioMedicine, 40, 554–563. URL: https://doi.org/10.1016/j.ebiom.2018.12.052

2019 Guo с соавторами (2014) 'The berry constituents quercetin, kaempferol, and pterostilbene synergistically attenuate reactive oxygen species: Involvement of the Nrf2-ARE signaling pathway', Food and Chemical Toxicology, Volume 72, October 2014, Pages 303–311.

2020 Zhu, Y., Tchkonia, T., Pirtskhalava, T., Gower, A. C., Ding, H., Giorgadze, N., Palmer, A. K., Ikeno, Y., Hubbard, G. B., Lenburg, M., O'Hara, S. P., LaRusso, N. F., Miller, J. D., Roos, C. M., Verzosa, G. C., LeBrasseur, N. K., Wren, J. D., Farr, J. N., Khosla, S., Stout, M. B., … Kirkland, J. L. (2015). The Achilles' heel of senescent cells: from transcriptome to senolytic drugs. Aging cell, 14(4), 644–658. URL: https://doi.org/10.1111/acel.12344

2021 Zhu, Y., Doornebal, E. J., Pirtskhalava, T., Giorgadze, N., Wentworth, M., FuhrmannStroissnigg, H., Niedernhofer, L. J., Robbins, P. D., Tchkonia, T., & Kirkland, J. L. (2017). New agents that target senescent cells: the flavone, fisetin, and the BCL–XL inhibitors, A1331852 and A1155463. Aging, 9(3), 955–963. URL: https://doi.org/10.18632/aging.101202

2022 Khan с соавторами (2013) 'Fisetin: A Dietary Antioxidant for Health Promotion', Antioxidants & Redox SignalingVol. 19, No. 2.

2023 Ozsvari, B., Nuttall, J. R., Sotgia, F., & Lisanti, M. P. (2018). Azithromycin and Roxithromycin define a new family of "senolytic" drugs that target senescent human fibroblasts. Aging, 10(11), 3294–3307. URL: https://doi.org/10.18632/aging.101633

2024 Wang, Y., Chang, J., Liu, X., Zhang, X., Zhang, S., Zhang, X., Zhou, D., & Zheng, G. (2016). Discovery of piperlongumine as a potential novel lead for the development of senolytic agents. Aging, 8(11), 2915–2926. URL: https://doi.org/10.18632/aging.101100

2025 Kumar, R., Sharma, A., Kumari, A., Gulati, A., Padwad, Y., & Sharma, R. (2018). Epigallocatechin gallate suppresses premature senescence of preadipocytes by inhibition of PI3K/Akt/mTOR pathway and induces senescent cell death by regulation of Bax/Bcl-2 pathway. Biogerontology, 20(2), 171–189. doi:10.1007/s10522-018-9785-1

2026 Na and Surh (2008) 'Modulation of Nrf2-mediated antioxidant and detoxifying enzyme induction by the green tea polyphenol EGCG', Food and Chemical Toxicology, Volume 46, Issue 4, April 2008, Pages 1271–1278.

2027 Belguise с соавторами (2007) 'Activation of FOXO3a by the Green Tea Polyphenol Epigallocatechin-3-Gallate Induces Estrogen Receptor α Expression Reversing Invasive Phenotype of Breast Cancer Cells', Cancer Res June 15 2007 (67) (12) 5763–5770; DOI: 10.1158/0008-5472.CAN-06-4327

2028 Han X, Zhang J, Xue X, et al. Theaflavin ameliorates ionizing radiation-induced hematopoietic injury via the NRF2 pathway. Free Radic Biol Med. 2017 Dec;113:59–70.

2029 Sun L, Wang X. Effects of allicin on both telomerase activity and apoptosis in gastric cancer SGC-7901 cells. World J Gastroenterol 2003; 9(9): 1930-1934

2030 Kim, S., Han, J., Kim, N., Lee, S.K., Cho, D.H., Choi, M…. Lee, J.E. (2012). Effect of berberine on p53 expression by TPA in breast cancer cells. Oncology Reports, 27, 210–215. URL: https://doi.org/10.3892/or.2011.1480

2031 Kanra с соавторами (2006) 'Infection and anorexia.', Turk J Pediatr. 2006 Oct-Dec;48(4):279- 87.

2032 Adamo, S. A. (2005). Parasitic suppression of feeding in the tobacco hornworm, Manduca sexta: Parallels with feeding depression after an immune challenge. Archives of Insect Biochemistry and Physiology, 60(4), 185–197. doi:10.1002/arch.20068

2033 EXTON, M. S. (1997). Infection-Induced Anorexia: Active Host Defence Strategy. Appetite, 29(3), 369–383. doi:10.1006/appe.1997.0116

2034 LeGrand, E. K. (2000). Why infection-induced anorexia? The case for enhanced apoptosis of infected cells. Medical Hypotheses, 54(4), 597–602. doi:10.1054/mehy.1999.0903

2035 Cheng, C.-W., Adams, G. B., Perin, L., Wei, M., Zhou, X., Lam, B. S., … Longo, V. D. (2014). Prolonged Fasting Reduces IGF-1/PKA to Promote Hematopoietic-Stem-CellBased Regeneration and Reverse Immunosuppression. Cell Stem Cell, 14(6), 810–823. doi:10.1016/j.stem.2014.04.014

2036 Panda S. (2016). Circadian physiology of metabolism. Science (New York, N.Y.), 354(6315), 1008–1015. URL: https://doi.org/10.1126/science.aah4967

2037 de Cabo с соавторами (2018) 'A time to fast', Science, Vol. 362, Issue 6416, pp. 770–775.

2038 Longo, V. D., & Mattson, M. P. (2014). Fasting: Molecular Mechanisms and Clinical Applications. Cell Metabolism, 19(2), 181–192. doi:10.1016/j.cmet.2013.12.008

2039 Hayashida, S., Arimoto, A., Kuramoto, Y., Kozako, T., Honda, S., Shimeno, H., & Soeda, S. (2010). Fasting promotes the expression of SIRT1, an NAD+-dependent protein deacetylase, via activation of PPARα in mice. Molecular and Cellular Biochemistry, 339(1–2), 285–292. doi:10.1007/s11010-010-0391-z

2040 Koyuncu, E., Budayeva, H. G., Miteva, Y. V., Ricci, D. P., Silhavy, T. J., Shenk, T., & Cristea, I. M. (2014). Sirtuins Are Evolutionarily Conserved Viral Restriction Factors. mBio, 5(6). doi:10.1128/mbio.02249-14

2041 Palamara, A. T., Nencioni, L., Aquilano, K., De Chiara, G., Hernandez, L., Cozzolino, F., … Garaci, E. (2005). Inhibition of Influenza A Virus Replication by Resveratrol. The Journal of Infectious Diseases, 191(10), 1719–1729. doi:10.1086/429694

2042 de Cabo с соавторами (2018) 'Daily Fasting Improves Health and Survival in Male Mice Independent of Diet Composition and Calories', Cell Metabolism, VOLUME 29, ISSUE 1, P221-228.E3, JANUARY 08, 2019.

2043 NIH/National Institute on Aging. "Longer daily fasting times improve health and longevity in mice: Benefits seen regardless of calorie intake, diet composition in new study." ScienceDaily. www.sciencedaily.com/releases/2018/09/180906123305.htm (accessed January 17, 2020).

2044 Deretic V. (2006). Autophagy as an immune defense mechanism. Current opinion in immunology, 18(4), 375–382. URL: https://doi.org/10.1016/j.coi.2006.05.019

2045 Levine, B., & Deretic, V. (2007). Unveiling the roles of autophagy in innate and adaptive immunity. Nature reviews. Immunology, 7(10), 767–777. URL: https://doi.org/10.1038/nri2161

2046 Germic, N., Frangez, Z., Yousefi, S. et al. Regulation of the innate immune system by autophagy: monocytes, macrophages, dendritic cells and antigen presentation. Cell Death Differ 26, 715–727 (2019). URL: https://doi.org/10.1038/s41418-019-0297-6

2047 Deretic, V., & Levine, B. (2009). Autophagy, immunity, and microbial adaptations. Cell host & microbe, 5(6), 527–549. URL: https://doi.org/10.1016/j.chom.2009.05.016

2048 Saitoh, T., & Akira, S. (2010). Regulation of innate immune responses by autophagyrelated proteins. The Journal of cell biology, 189(6), 925–935. URL: https://doi.org/10.1083/jcb.201002021

2049 Franco, L. H., Fleuri, A., Pellison, N. C., Quirino, G., Horta, C. V., de Carvalho, R., Oliveira, S. C., & Zamboni, D. S. (2017). Autophagy downstream of endosomal Toll-like receptor signaling in macrophages is a key mechanism for resistance to Leishmania major infection. The Journal of biological chemistry, 292(32), 13087–13096. URL: https://doi.org/10.1074/jbc.M117.780981

2050 Mihalache, C. C., Yousefi, S., Conus, S., Villiger, P. M., Schneider, E. M., & Simon, H. U. (2011). Inflammation-associated autophagy-related programmed necrotic death of human neutrophils characterized by organelle fusion events. Journal of immunology (Baltimore, Md.: 1950), 186(11), 6532–6542. URL: https://doi.org/10.4049/jimmunol.1004055

2051 Wang, D. C., Wang, X., & Chen, C. (2016). Effects of anti-human T lymphocyte immune globulins in patients: new or old. Journal of cellular and molecular medicine, 20(9), 1796–1799. URL: https://doi.org/10.1111/jcmm.12860

2052 Hosogi, S., Kusuzaki, K., Inui, T., Wang, X., & Marunaka, Y. (2014). Cytosolic chloride ion is a key factor in lysosomal acidification and function of autophagy in human gastric cancer cell. Journal of cellular and molecular medicine, 18(6), 1124–1133. URL: https://doi.org/10.1111/jcmm.12257

2053 Lee, H. K., Lund, J. M., Ramanathan, B., Mizushima, N., & Iwasaki, A. (2007). Autophagy-dependent viral recognition by plasmacytoid dendritic cells. Science (New York, N.Y.), 315(5817), 1398–1401. URL: https://doi.org/10.1126/science.1136880

2054 Saitoh, T., Fujita, N., Jang, M. H., Uematsu, S., Yang, B. G., Satoh, T., Omori, H., Noda, T., Yamamoto, N., Komatsu, M., Tanaka, K., Kawai, T., Tsujimura, T., Takeuchi, O., Yoshimori, T., & Akira, S. (2008). Loss of the autophagy protein Atg16L1 enhances endotoxin-induced IL-1beta production. Nature, 456(7219), 264–268. URL: https://doi.org/10.1038/nature07383

2055 Mostowy, S., Sancho-Shimizu, V., Hamon, M. A., Simeone, R., Brosch, R., Johansen, T., & Cossart, P. (2011). p62 and NDP52 proteins target intracytosolic Shigella and Listeria to different autophagy pathways. The Journal of biological chemistry, 286(30), 26987– 26995. URL: https://doi.org/10.1074/jbc.M111.223610

2056 Xiao, B., Goh, J. Y., Xiao, L., Xian, H., Lim, K. L., & Liou, Y. C. (2017). Reactive oxygen species trigger Parkin/PINK1 pathway-dependent mitophagy by inducing mitochondrial recruitment of Parkin. The Journal of biological chemistry, 292(40), 16697– 16708. URL: https://doi.org/10.1074/jbc.M117.787739

2057 Zhou, R., Yazdi, A. S., Menu, P., & Tschopp, J. (2011). A role for mitochondria in NLRP3 inflammasome activation. Nature, 469(7329), 221–225. URL: https://doi.org/10.1038/nature09663

2058 Shi, C. S., Shenderov, K., Huang, N. N., Kabat, J., Abu-Asab, M., Fitzgerald, K. A., Sher, A., & Kehrl, J. H. (2012). Activation of autophagy by inflammatory signals limits IL-1β production by targeting ubiquitinated inflammasomes for destruction. Nature immunology, 13(3), 255–263. URL: https://doi.org/10.1038/ni.2215

2059 Yoshizaki, T., Kusunoki, C., Kondo, M., Yasuda, M., Kume, S., Morino, K., Sekine, O., Ugi, S., Uzu, T., Nishio, Y., Kashiwagi, A., & Maegawa, H. (2012). Autophagy regulates inflammation in adipocytes. Biochemical and biophysical research communications, 417(1), 352–357. URL: https://doi.org/10.1016/j.bbrc.2011.11.114

2060 Luciani, A., Villella, V. R., Esposito, S., Brunetti-Pierri, N., Medina, D., Settembre, C., Gavina, M., Pulze, L., Giardino, I., Pettoello-Mantovani, M., D'Apolito, M., Guido, S., Masliah, E., Spencer, B., Quaratino, S., Raia, V., Ballabio, A., & Maiuri, L. (2010). Defective CFTR induces aggresome formation and lung inflammation in cystic fibrosis through ROS-mediated autophagy inhibition. Nature cell biology, 12(9), 863–875. URL: https://doi.org/10.1038/ncb2090

2061 Lemasters, J. J., Nieminen, A. L., Qian, T., Trost, L. C., Elmore, S. P., Nishimura, Y., Crowe, R. A., Cascio, W. E., Bradham, C. A., Brenner, D. A., & Herman, B. (1998). The mitochondrial permeability transition in cell death: a common mechanism in necrosis, apoptosis and autophagy. Biochimica et biophysica acta, 1366(1–2), 177–196 URL: https://doi.org/10.1016/s0005-2728(98)00112-1

2062 Hönscheid, P., Datta, K., & Muders, M. H. (2014). Autophagy: detection, regulation and its role in cancer and therapy response. International journal of radiation biology, 90(8), 628–635. URL: https://doi.org/10.3109/09553002.2014.907932

2063 Cheong H. (2015). Integrating autophagy and metabolism in cancer. Archives of pharmacal research, 38(3), 358–371. URL: https://doi.org/10.1007/s12272-015-0562-2

2064 Catalano, M., D'Alessandro, G., Lepore, F., Corazzari, M., Caldarola, S., Valacca, C., Faienza, F., Esposito, V., Limatola, C., Cecconi, F., & Di Bartolomeo, S. (2015). Autophagy induction impairs migration and invasion by reversing EMT in glioblastoma cells. Molecular oncology, 9(8), 1612–1625. URL: https://doi.org/10.1016/j.molonc.2015.04.016

2065 Riehle C, Wende AR, Sena S, Pires KM, Pereira RO, Zhu Y, et al. Insulin receptor substrate signaling suppresses neonatal autophagy in the heart. J Clin Invest 2013; 123: 5319–5333.

2066 Levine B. (2005). Eating oneself and uninvited guests: autophagy-related pathways in cellular defense. Cell, 120(2), 159–162. URL: https://doi.org/10.1016/j.cell.2005.01.005

2067 Choi, Y., Bowman, J.W. & Jung, J.U. Autophagy during viral infection – a doubleedged sword. Nat Rev Microbiol 16, 341–354 (2018). URL: https://doi.org/10.1038/s41579-018- 0003-6

2068 Nakagawa, I., Amano, A., Mizushima, N., Yamamoto, A., Yamaguchi, H., Kamimoto, T., Nara, A., Funao, J., Nakata, M., Tsuda, K., Hamada, S., & Yoshimori, T. (2004). Autophagy defends cells against invading group A Streptococcus. Science (New York, N.Y.), 306(5698), 1037–1040. URL: https://doi.org/10.1126/science.1103966

2069 Gutierrez, M. G., Master, S. S., Singh, S. B., Taylor, G. A., Colombo, M. I., & Deretic, V. (2004). Autophagy is a defense mechanism inhibiting BCG and Mycobacterium tuberculosis survival in infected macrophages. Cell, 119(6), 753–766. URL: https://doi.org/10.1016/j.cell.2004.11.038

2070 Birmingham, C. L., Smith, A. C., Bakowski, M. A., Yoshimori, T., & Brumell, J. H. (2006). Autophagy controls Salmonella infection in response to damage to the Salmonellacontaining vacuole. The Journal of biological chemistry, 281(16), 11374–11383. URL: https://doi.org/10.1074/jbc.M509157200

2071 Py, B. F., Lipinski, M. M., & Yuan, J. (2007). Autophagy limits Listeria monocytogenes intracellular growth in the early phase of primary infection. Autophagy, 3(2), 117–125. URL: https://doi.org/10.4161/auto.3618

2072 Gutierrez, M. G., Saka, H. A., Chinen, I., Zoppino, F. C., Yoshimori, T., Bocco, J. L., & Colombo, M. I. (2007). Protective role of autophagy against Vibrio cholerae cytolysin, a pore-forming toxin from V. cholerae. Proceedings of the National Academy of Sciences of the United States of America, 104(6), 1829–1834. URL: https://doi.org/10.1073/pnas.0601437104

2073 Tan, Y. K., Kusuma, C. M., St John, L. J., Vu, H. A., Alibek, K., & Wu, A. (2009). Induction of autophagy by anthrax lethal toxin. Biochemical and biophysical research communications, 379(2), 293–297. URL: https://doi.org/10.1016/j.bbrc.2008.12.048

2074 Terebiznik, M. R., Raju, D., Vázquez, C. L., Torbricki, K., Kulkarni, R., Blanke, S. R., Yoshimori, T., Colombo, M. I., & Jones, N. L. (2009). Effect of Helicobacter pylori's vacuolating cytotoxin on the autophagy pathway in gastric epithelial cells. Autophagy, 5(3), 370–379. URL: https://doi.org/10.4161/auto.5.3.7663

2075 Sinha, S., Colbert, C. L., Becker, N., Wei, Y., & Levine, B. (2008). Molecular basis of the regulation of Beclin 1-dependent autophagy by the gamma-herpesvirus 68 Bcl-2 homolog M11. Autophagy, 4(8), 989–997. URL: https://doi.org/10.4161/auto.6803

2076 Zhou, D., & Spector, S. A. (2008). Human immunodeficiency virus type-1 infection inhibits autophagy. AIDS (London, England), 22(6), 695–699. URL: https://doi.org/10.1097/QAD.0b013e3282f4a836

2077 Chaumorcel, M., Souquère, S., Pierron, G., Codogno, P., & Esclatine, A. (2008). Human cytomegalovirus controls a new autophagy-dependent cellular antiviral defense mechanism. Autophagy, 4(1), 46–53. URL: https://doi.org/10.4161/auto.5184

2078 Wong, J., Zhang, J., Si, X., Gao, G., Mao, I., McManus, B. M., & Luo, H. (2008). Autophagosome supports coxsackievirus B3 replication in host cells. Journal of virology, 82(18), 9143–9153. URL: https://doi.org/10.1128/JVI.00641-08

2079 Zhang, R., Chi, X., Wang, S., Qi, B., Yu, X., & Chen, J. L. (2014). The regulation of autophagy by influenza A virus. BioMed research international, 2014, 498083. URL: https://doi.org/10.1155/2014/498083

2080 Ait-Goughoulte, M., Kanda, T., Meyer, K., Ryerse, J. S., Ray, R. B., & Ray, R. (2007). Hepatitis C Virus Genotype 1a Growth and Induction of Autophagy. Journal of Virology, 82(5), 2241–2249. doi:10.1128/jvi.02093-07

2081 Liang с соавторами (1998) 'Protection against fatal Sindbis virus encephalitis by beclin, a novel Bcl-2-interacting protein', J Virol. 1998 Nov;72(11):8586-96.

2082 Staring, J., von Castelmur, E., Blomen, V. A., van den Hengel, L. G., Brockmann, M., Baggen, J., … Brummelkamp, T. R. (2017). PLA2G16 represents a switch between entry and clearance of Picornaviridae. Nature, 541(7637), 412–416. doi:10.1038/nature21032

2083 Shi, J., Wong, J., Piesik, P., Fung, G., Zhang, J., Jagdeo, J., … Luo, H. (2013). Cleavage of sequestosome 1/p62 by an enteroviral protease results in disrupted selective autophagy and impaired NFKB signaling. Autophagy, 9(10), 1591–1603. doi:10.4161/auto.26059

2084 Maier, H., & Britton, P. (2012). Involvement of Autophagy in Coronavirus Replication. Viruses, 4(12), 3440–3451. doi:10.3390/v4123440

2085 Cottam, E. M., Whelband, M. C., & Wileman, T. (2014). Coronavirus NSP6 restricts autophagosome expansion. Autophagy, 10(8), 1426–1441. doi:10.4161/auto.29309

2086 Gassen, N. C., Niemeyer, D., Muth, D., Corman, V. M., Martinelli, S., Gassen, A., … Rein, T. (2019). SKP2 attenuates autophagy through Beclin1-ubiquitination and its inhibition reduces MERS-Coronavirus infection. Nature Communications, 10(1). doi:10.1038/s41467-019-13659-4

2087 Heaton, N. S., & Randall, G. (2010). Dengue Virus-Induced Autophagy Regulates Lipid Metabolism. Cell Host & Microbe, 8(5), 422–432. doi:10.1016/j.chom.2010.10.006

2088 Racanelli, A. C., Kikkers, S. A., Choi, A. M. K., & Cloonan, S. M. (2018). Autophagy and inflammation in chronic respiratory disease. Autophagy, 14(2), 221–232. doi:10.1080/15548627.2017.1389823

2089 Racanelli, A. C., Kikkers, S. A., Choi, A., & Cloonan, S. M. (2018). Autophagy and inflammation in chronic respiratory disease. Autophagy, 14(2), 221–232. URL: https://doi.org/10.1080/15548627.2017.1389823

2090 Luciani, A., Villella, V. R., Esposito, S., Brunetti-Pierri, N., Medina, D., Settembre, C., Gavina, M., Pulze, L., Giardino, I., Pettoello-Mantovani, M., D'Apolito, M., Guido, S., Masliah, E., Spencer, B., Quaratino, S., Raia, V., Ballabio, A., & Maiuri, L. (2010). Defective CFTR induces aggresome formation and lung inflammation in cystic fibrosis through ROS-mediated autophagy inhibition. Nature cell biology, 12(9), 863–875. URL: https://doi.org/10.1038/ncb2090

2091 Abdulrahman, B. A., Khweek, A. A., Akhter, A., Caution, K., Kotrange, S., Abdelaziz, D. H., Newland, C., Rosales-Reyes, R., Kopp, B., McCoy, K., Montione, R., Schlesinger, L. S., Gavrilin, M. A., Wewers, M. D., Valvano, M. A., & Amer, A. O. (2011). Autophagy stimulation by rapamycin suppresses lung inflammation and infection by Burkholderia cenocepacia in a model of cystic fibrosis. Autophagy, 7(11), 1359–1370. URL: https://doi.org/10.4161/auto.7.11.17660

2092 Mi, S., Li, Z., Yang, H. Z., Liu, H., Wang, J. P., Ma, Y. G., Wang, X. X., Liu, H. Z., Sun, W., & Hu, Z. W. (2011). Blocking IL-17A promotes the resolution of pulmonary inflammation and fibrosis via TGF-beta1-dependent and -independent mechanisms. Journal of immunology (Baltimore, Md.: 1950), 187(6), 3003–3014. URL: https://doi.org/10.4049/jimmunol.1004081

2093 Monick, M. M., Powers, L. S., Walters, K., Lovan, N., Zhang, M., Gerke, A., Hansdottir, S., & Hunninghake, G. W. (2010). Identification of an autophagy defect in smokers' alveolar macrophages. Journal of immunology (Baltimore, Md.: 1950), 185(9), 5425–5435. URL: https://doi.org/10.4049/jimmunol.1001603

2094 Ryter, S. W., Lee, S. J., & Choi, A. M. (2010). Autophagy in cigarette smoke-induced chronic obstructive pulmonary disease. Expert review of respiratory medicine, 4(5), 573–584. URL: https://doi.org/10.1586/ers.10.61

2095 Gutierrez, M. G., Master, S. S., Singh, S. B., Taylor, G. A., Colombo, M. I., & Deretic, V. (2004). Autophagy is a defense mechanism inhibiting BCG and Mycobacterium tuberculosis survival in infected macrophages. Cell, 119(6), 753–766. URL: https://doi.org/10.1016/j.cell.2004.11.038

2096 Singh, S. B., Davis, A. S., Taylor, G. A., & Deretic, V. (2006). Human IRGM induces autophagy to eliminate intracellular mycobacteria. Science (New York, N.Y.), 313(5792), 1438–1441. URL: https://doi.org/10.1126/science.1129577

2097 Parkhitko, A., Myachina, F., Morrison, T. A., Hindi, K. M., Auricchio, N., Karbowniczek, M., Wu, J. J., Finkel, T., Kwiatkowski, D. J., Yu, J. J., & Henske, E. P. (2011). Tumorigenesis in tuberous sclerosis complex is autophagy and p62/sequestosome 1 (SQSTM1)-dependent. Proceedings of the National Academy of Sciences of the United States of America, 108(30), 12455–12460. URL: https://doi.org/10.1073/pnas.1104361108

2098 Lee, H. K., Lund, J. M., Ramanathan, B., Mizushima, N., & Iwasaki, A. (2007). Autophagy-dependent viral recognition by plasmacytoid dendritic cells. Science (New York, N.Y.), 315(5817), 1398–1401. URL: https://doi.org/10.1126/science.1136880

2099 Saitoh, T., Fujita, N., Jang, M. H., Uematsu, S., Yang, B. G., Satoh, T., Omori, H., Noda, T., Yamamoto, N., Komatsu, M., Tanaka, K., Kawai, T., Tsujimura, T., Takeuchi, O., Yoshimori, T., & Akira, S. (2008). Loss of the autophagy protein Atg16L1 enhances endotoxin-induced IL-1beta production. Nature, 456(7219), 264–268. URL: https://doi.org/10.1038/nature07383

2100 Cheng, C.-W., Adams, G. B., Perin, L., Wei, M., Zhou, X., Lam, B. S., … Longo, V. D. (2014). Prolonged Fasting Reduces IGF-1/PKA to Promote Hematopoietic-Stem-CellBased Regeneration and Reverse Immunosuppression. Cell Stem Cell, 14(6), 810–823. doi:10.1016/j.stem.2014.04.014

2101 Jordan, S., Tung, N., Casanova-Acebes, M., Chang, C., Cantoni, C., Zhang, D., … Merad, M. (2019). Dietary Intake Regulates the Circulating Inflammatory Monocyte Pool. Cell, 178(5), 1102–1114.e17. doi:10.1016/j.cell.2019.07.050

2102 Wang, A., Huen, S. C., Luan, H. H., Yu, S., Zhang, C., Gallezot, J.-D., … Medzhitov, R. (2016). Opposing Effects of Fasting Metabolism on Tissue Tolerance in Bacterial and Viral Inflammation. Cell, 166(6), 1512–1525.e12. doi:10.1016/j.cell.2016.07.026

2103 Nagai, M., Noguchi, R., Takahashi, D., Morikawa, T., Koshida, K., Komiyama, S., … Hase, K. (2019). Fasting-Refeeding Impacts Immune Cell Dynamics and Mucosal Immune Responses. Cell, 178(5), 1072–1087.e14. doi:10.1016/j.cell.2019.07.047

2104 Collins, N., Han, S.-J., Enamorado, M., Link, V. M., Huang, B., Moseman, E. A., … Belkaid, Y. (2019). The Bone Marrow Protects and Optimizes Immunological Memory during Dietary Restriction. Cell, 178(5), 1088–1101.e15. doi:10.1016/j.cell.2019.07.049

2105 Wang, A., Huen, S. C., Luan, H. H., Yu, S., Zhang, C., Gallezot, J.-D., … Medzhitov, R. (2016). Opposing Effects of Fasting Metabolism on Tissue Tolerance in Bacterial and Viral Inflammation. Cell, 166(6), 1512–1525.e12. doi:10.1016/j.cell.2016.07.026

2106 Murray, M. J., & Murray, A. B. (1979). Anorexia of infection as a mechanism of host defense. The American Journal of Clinical Nutrition, 32(3), 593–596. doi:10.1093/ajcn/32.3.593

2107 Cahill, G. F. (2006). Fuel Metabolism in Starvation. Annual Review of Nutrition, 26(1), 1–22. doi:10.1146/annurev.nutr.26.061505.111258

2108 Rapoport с соавторами (1965) 'Metabolic studies in prolonged fasting: I. Inorganic metabolism and kidney function', Metabolism, Volume 14, Issue 1, January 1965, Pages 31–46.

2109 Consolazio, C. F., Matoush, L. O., Johnson, H. L., Nelson, R. A., & Krzywicki, H. J. (1967). Metabolic aspects of acute starvation in normal humans (10 days). The American journal of clinical nutrition, 20(7), 672–683. URL: https://doi.org/10.1093/ajcn/20.7.672

2110 Anderson, E., & Durstine, J. L. (2019). Physical activity, exercise, and chronic diseases: A brief review. Sports Medicine and Health Science, 1(1), 3–10. doi:10.1016/j.smhs.2019.08.006

2111 Pall, M. & Levine, S. (2015). Nrf2, a master regulator of detoxification and also antioxidant, anti-inflammatory and other cytoprotective mechanisms, is raised by health promoting factors. Sheng Li Xue Bao 67 (1): 1–18.

2112 Antunes с соавторами (2016) 'Arterial thickness and immunometabolism: the mediating role of chronic exercise', Curr Cardiol Rev, 12 (2016), pp. 47–51.

2113 Estaki с соавторами (2016). Cardiorespiratory fitness as a predictor of intestinal microbial diversity and distinct metagenomic functions. Microbiome, 4(1). doi:10.1186/s40168-016-0189-7

2114 Nieman (1999) 'Exercise, Infection, and Immunity: Practical Applications', In Military Strategies for Sustainment of Nutrition and Immune Function in the Field. Washington (DC): National Academies Press (US); 1999. 17, Exercise, Infection, and Immunity: Practical Applications. Available from: URL: https://www.ncbi.nlm.nih.gov/books/NBK230961/

2115 Pedersen, B. K., & Febbraio, M. A. (2008). Muscle as an Endocrine Organ: Focus on Muscle-Derived Interleukin-6. Physiological Reviews, 88(4), 1379–1406. doi:10.1152/physrev.90100.2007

2116 Schnyder, S., & Handschin, C. (2015). Skeletal muscle as an endocrine organ: PGC- 1α, myokines and exercise. Bone, 80, 115–125. doi:10.1016/j.bone.2015.02.008

2117 Wu, J., Weisshaar, N., Hotz-Wagenblatt, A., Madi, A., Ma, S., Mieg, A., … Cui, G. (2020). Skeletal muscle antagonizes antiviral CD8+ T cell exhaustion. Science Advances, 6(24), eaba3458. doi:10.1126/sciadv.aba3458

2118 Delezie, J., & Handschin, C. (2018). Endocrine Crosstalk Between Skeletal Muscle and the Brain. Frontiers in neurology, 9, 698. URL: https://doi.org/10.3389/fneur.2018.00698

2119 Karsenty, G., & Olson, E. N. (2016). Bone and Muscle Endocrine Functions: Unexpected Paradigms of Inter-organ Communication. Cell, 164(6), 1248–1256. doi:10.1016/j.cell.2016.02.043

2120 Duggal, N. A., Niemiro, G., Harridge, S. D. R., Simpson, R. J., & Lord, J. M. (2019). Can physical activity ameliorate immunosenescence and thereby reduce age-related multi morbidity? Nature Reviews Immunology, 19(9), 563–572. doi:10.1038/s41577-019-0177- 9

2121 Van Dijk, J. G. B., & Matson, K. D. (2016). Ecological Immunology through the Lens of Exercise Immunology: New Perspective on the Links between Physical Activity and Immune Function and Disease Susceptibility in Wild Animals. Integrative and Comparative Biology, 56(2), 290–303. doi:10.1093/icb/icw045

2122 Shephard (2010) 'Development of the discipline of exercise immunology', Exerc Immunol Rev, 16 (2010), pp. 194-222

2123 Nieman, D. C., & Wentz, L. M. (2019). The compelling link between physical activity and the body’s defense system. Journal of Sport and Health Science, 8(3), 201–217. doi:10.1016/j.jshs.2018.09.009

2124 Antunes с соавторами (2016) 'Arterial thickness and immunometabolism: The mediating role of chronic exercise', Current Cardiology Reviews, Volume 12, Issue 1, 2016, Pages 47–51.

2125 Lancaster, G. I., & Febbraio, M. A. (2014). The immunomodulating role of exercise in metabolic disease. Trends in Immunology, 35(6), 262–269. doi:10.1016/j.it.2014.02.008

2126 Millet, G. Y., Martin, V., & Temesi, J. (2018). The role of the nervous system in neuromuscular fatigue induced by ultra-endurance exercise. Applied Physiology, Nutrition, and Metabolism, 43(11), 1151–1157. doi:10.1139/apnm-2018-0161

2127 Shinkai с соавторами (1997) 'Aging, exercise, training, and the immune system', Exerc Immunol Rev, 3 (1997), pp. 68–95.

2128 Nieman, D. C., Gillitt, N. D., Sha, W., Esposito, D., & Ramamoorthy, S. (2018). Metabolic recovery from heavy exertion following banana compared to sugar beverage or water only ingestion: A randomized, crossover trial. PLOS ONE, 13(3), e0194843. doi:10.1371/journal.pone.0194843

2129 Nieman, D. C., & Wentz, L. M. (2019). The compelling link between physical activity and the body’s defense system. Journal of Sport and Health Science, 8(3), 201–217. doi:10.1016/j.jshs.2018.09.009

2130 Kohut, M. L., Arntson, B. A., Lee, W., Rozeboom, K., Yoon, K.-J., Cunnick, J. E., & McElhaney, J. (2004). Moderate exercise improves antibody response to influenza immunization in older adults. Vaccine, 22(17–18), 2298–2306. doi:10.1016/j.vaccine.2003.11.023

2131 Grande, A. J., Reid, H., Thomas, E. E., Nunan, D., & Foster, C. (2016). Exercise prior to influenza vaccination for limiting influenza incidence and its related complications in adults. Cochrane Database of Systematic Reviews. doi:10.1002/14651858.cd011857.pub2

2132 Karstoft с соавторами (2016). 'Exercise and type 2 diabetes: focus on metabolism and inflammation', Immunology & Cell Biology, 94(2). doi:10.1111/imcb.2016.94.issue-2

2133 Pedersen, B. K. (2017). Anti-inflammatory effects of exercise: role in diabetes and cardiovascular disease. European Journal of Clinical Investigation, 47(8), 600–611. doi:10.1111/eci.12781

2134 Mackinnon, L. T., Chick, T. W., van As, A., & Tomasi, T. B. (1987). The Effect of Exercise on Secretory and Natural Immunity. Advances in Experimental Medicine and Biology, 869–876. doi:10.1007/978-1-4684-5344-7_102

2135 Cardillo с соавторами (2017). Synthetic Lethality Exploitation by an Anti–Trop-2-SN-38 Antibody–Drug Conjugate, IMMU-132, Plus PARP Inhibitors inBRCA1/2–wild-type Triple-Negative Breast Cancer. Clinical Cancer Research, 23(13), 3405–3415. doi:10.1158/1078-0432.ccr-16-2401

2136 Barrett, B. et al. (2012). Meditation or exercise for preventing acute respiratory infection: a randomized controlled trial. Annals of Family Medicine 10 (4): 337–346.

2137 Williams, P. T. (2014). Dose–Response Relationship between Exercise and Respiratory Disease Mortality. Medicine & Science in Sports & Exercise, 46(4), 711–717. doi:10.1249/mss.0000000000000142

2138 Wong, C.-M., Lai, H.-K., Ou, C.-Q., Ho, S.-Y., Chan, K.-P., Thach, T.-Q., … Peiris, J. S. M. (2008). Is Exercise Protective Against Influenza-Associated Mortality? PLoS ONE, 3(5), e2108. doi:10.1371/journal.pone.0002108

2139 Folsom с соавторами (2001) 'Exercise alters the immune response to equine influenza virus and increases susceptibility to infection', Equine Vet J, 33 (2001), pp. 664–669.

2140 Fitzgerald, L. (1991). Overtraining increases the susceptibility to infection. International Journal of Sports Medicine 12 (Suppl 1): S5–S8.

2141 Simpson, R. J., Kunz, H., Agha, N., & Graff, R. (2015). Exercise and the Regulation of Immune Functions. Molecular and Cellular Regulation of Adaptation to Exercise, 355–380. doi:10.1016/bs.pmbts.2015.08.001

2142 NIEMAN, D. C., HENSON, D. A., AUSTIN, M. D., & BROWN, V. A. (2005). Immune Response to a 30-Minute Walk. Medicine & Science in Sports & Exercise, 37(1), 57–62. doi:10.1249/01.mss.0000149808.38194.21

2143 Koelwyn с соавторами (2015) 'Exercise in Regulation of Inflammation-Immune Axis Function in Cancer Initiation and Progression', Oncology (Williston Park). 2015 Dec; 29(12): 214800.

2144 Bigley, A. B., Spielmann, G., LaVoy, E. C. P., & Simpson, R. J. (2013). Can exerciserelated improvements in immunity influence cancer prevention and prognosis in the elderly? Maturitas, 76(1), 51–56. doi:10.1016/j.maturitas.2013.06.010

2145 Antunes с соавторами (2016) 'Arterial thickness and immunometabolism: the mediating role of chronic exercise', Curr Cardiol Rev, 12 (2016), pp. 47–51.

2146 Larrabee (1902) ‘Leukocytosis after violent exercise’ J Med Res (NS), 7 (1902), pp. 76-82

2147 Nieman с соавторами (1990) 'Infectious episodes in runners before and after the Los Angeles Marathon', J Sports Med Phys Fitness, 30 (1990), pp. 316-328

2148 Pedersen с соавторами (1988), 'Modulation of Natural Killer Cell Activity in Peripheral Blood by Physical Exercise', Scandinavian Journal of Immunology, 27(6). doi:10.1111/sji.1988.27.issue-6

2149 Tvede с соавторами (1989) 'Effect of Physical Exercise on Blood Mononuclear Cell Subpopulations and in Vitro Proliferative Responses', Scandinavian Journal of Immunology, Volume 29, Issue 3, March 1989, Pages 383–389.

2150 Nieman, D. C., Gillitt, N. D., Sha, W., Meaney, M. P., John, C., Pappan, K. L., & Kinchen, J. M. (2015). Metabolomics-Based Analysis of Banana and Pear Ingestion on Exercise Performance and Recovery. Journal of Proteome Research, 14(12), 5367–5377. doi:10.1021/acs.jproteome.5b00909

2151 Ahmed M, Henson DA, Sanderson MC, Nieman DC, Gillitt ND, Lila MA. 2014. The protective effects of a polyphenol-enriched protein powder on exercise-induced susceptibility to virus infection. Phytother. Res. 28: 1829–36

2152 Nieman, D. C., Gillitt, N. D., Sha, W., Esposito, D., & Ramamoorthy, S. (2018). Metabolic recovery from heavy exertion following banana compared to sugar beverage or water only ingestion: A randomized, crossover trial. PLOS ONE, 13(3), e0194843. doi:10.1371/journal.pone.0194843

2153 Simpson RJ, Campbell JP, Gleeson M, et al. Can exercise affect immune function to increase susceptibility to infection?. Exerc Immunol Rev. 2020;26:8-22.

2154 Wentz, L. M., Ward, M. D., Potter, C., Oliver, S. J., Jackson, S., Izard, R. M., … Walsh, N. P. (2018). Increased Risk of Upper Respiratory Infection in Military Recruits Who Report Sleeping Less Than 6 h per night. Military Medicine, 183(11–12), e699–e704. doi:10.1093/milmed/usy090

2155 Timpka, T., Jacobsson, J., Bargoria, V., Périard, J. D., Racinais, S., Ronsen, O., … Alonso, J.-M. (2016). Preparticipation predictors for championship injury and illness: cohort study at the Beijing 2015 International Association of Athletics Federations World Championships. British Journal of Sports Medicine, 51(4), 271–276. doi:10.1136/bjsports- 2016-096580

2156 Segerstrom, S. & Miller, G. (2004). Psychological stress and the human immune system: a meta-analytic study of 30 years of inquiry. Psychological Bulletin 130 (4): 601–630.

2157 Dhabhar, F. (2014). Effects of stress on immune function: the good, the bad, and the beautiful. Immunologic Research 58 (2–3): 193–210.

2158 Baričević, I. & Nedić, O. & Anna Nikolić, J. & Nedeljković, J. (2004). The insulinlike growth factor system in the circulation of patients with viral infections. Clinical Chemistry and Laboratory Medicine (CCLM) 42 (10): 1127–1131.

2159 Simon, H. B. (1984). The Immunology of Exercise. JAMA, 252(19), 2735. doi:10.1001/jama.1984.03350190037016

2160 Nieman (2000) 'Is infection risk linked to exercise workload?', Med Sci Sports Exerc, 32 (Suppl. 7) (2000), pp. S406-S411

2161 Nieman, D. C., Henson, D. A., Austin, M. D., & Sha, W. (2010). Upper respiratory tract infection is reduced in physically fit and active adults. British Journal of Sports Medicine, 45(12), 987–992. doi:10.1136/bjsm.2010.077875

2162 Schwellnus, M., Soligard, T., Alonso, J.-M., Bahr, R., Clarsen, B., Dijkstra, H. P., … Engebretsen, L. (2016). How much is too much? (Part 2) International Olympic Committee consensus statement on load in sport and risk of illness. British Journal of Sports Medicine, 50(17), 1043–1052. doi:10.1136/bjsports-2016-096572

2163 Fisher A. L. (2004). Of worms and women: sarcopenia and its role in disability and mortality. Journal of the American Geriatrics Society, 52(7), 1185–1190. URL: https://doi.org/10.1111/j.1532–5415.2004.52320.x

2164 Hughes, V. A., Frontera, W. R., Roubenoff, R., Evans, W. J., & Singh, M. A. F. (2002). Longitudinal changes in body composition in older men and women: role of body weight change and physical activity. The American Journal of Clinical Nutrition, 76(2), 473–481. doi:10.1093/ajcn/76.2.473

2165 Goodpaster, BH. (2006) 'The loss of skeletal muscle strength, mass, and quality in older adults: the health, aging and body composition study', The Journals of Gerontology. Series A, Biological Sciences and Medical Sciences, Vol 61(10), p 1059–1064.

2166 Keller, K., & Engelhardt, M. (2014). Strength and muscle mass loss with aging process. Age and strength loss. Muscles, ligaments and tendons journal, 3(4), 346–350.

2167 Metter с соавторами (2002). Skeletal muscle strength as a predictor of all-cause mortality in healthy men. The journals of gerontology. Series A, Biological sciences and medical sciences, 57(10), B359–B365. URL: https://doi.org/10.1093/gerona/57.10.b359

2168 Fleg, JL. с соавторами (2005) 'Accelerated longitudinal decline of aerobic capacity in healthy older adults', Circulation, Vol 112(5), p 674–682.

2169 Studenski, S. (2011). Gait Speed and Survival in Older Adults. JAMA, 305(1), 50. doi:10.1001/jama.2010.1923

2170 Abellan Van Kan с соавторами (2009). Gait speed at usual pace as a predictor of adverse outcomes in community-dwelling older people an International Academy on Nutrition and Aging (IANA) Task Force. The Journal of Nutrition, Health & Aging, 13(10), 881–889. doi:10.1007/s12603-009-0246-z

2171 Miller, B. F., Baehr, L. M., Musci, R. V., Reid, J. J., Peelor, F. F., Hamilton, K. L., & Bodine, S. C. (2019). Muscle-specific changes in protein synthesis with aging and reloading after disuse atrophy. Journal of Cachexia, Sarcopenia and Muscle, 10(6), 1195–1209. doi:10.1002/jcsm.12470

2172 Scott, D., de Courten, B., & Ebeling, P. R. (2016). Sarcopenia: a potential cause and consequence of type 2 diabetes in Australia's ageing population?. The Medical journal of Australia, 205(7), 329–333. URL: https://doi.org/10.5694/mja16.00446

2173 O’Neill, E. D., Wilding, J. P. H., Kahn, C. R., Van Remmen, H., McArdle, A., Jackson, M. J., & Close, G. L. (2010). Absence of insulin signalling in skeletal muscle is associated with reduced muscle mass and function: evidence for decreased protein synthesis and not increased degradation. AGE, 32(2), 209–222. doi:10.1007/s11357-009-9125-0

2174 Petersen, K. F., Dufour, S., & Shulman, G. I. (2005). Decreased Insulin-Stimulated ATP Synthesis and Phosphate Transport in Muscle of Insulin-Resistant Offspring of Type 2 Diabetic Parents. PLoS Medicine, 2(9), e233. doi:10.1371/journal.pmed.0020233

2175 Kimball, S. R., O’Malley, J. P., Anthony, J. C., Crozier, S. J., & Jefferson, L. S. (2004). Assessment of biomarkers of protein anabolism in skeletal muscle during the life span of the rat: sarcopenia despite elevated protein synthesis. American Journal of PhysiologyEndocrinology and Metabolism, 287(4), E772–E780. doi:10.1152/ajpendo.00535.2003

2176 Lang, C. H., Pruznak, A. M., Nystrom, G. J., & Vary, T. C. (2009). Alcohol-induced decrease in muscle protein synthesis associated with increased binding of mTOR and raptor: Comparable effects in young and mature rats. Nutrition & Metabolism, 6(1), 4. doi:10.1186/1743-7075-6-4

2177 Hasten, DL. с соавторами (2000) 'Resistance exercise acutely increases MHC and mixed muscle protein synthesis rates in 78–84 and 23–32 yr olds', Americal Journal of Physiology. Endocrinology and Metabolism, Vol 278(4), E620-626.

2178 West, DW. с соавторами (2011) 'Rapid aminoacidemia enhances myofibrillar protein synthesis and anabolic intramuscular signaling responses after resistance exercise', Americal Journal of Clinical Nutrition, Vol 94(3), p 795–803.

2179 Srikanthan, P. and Karlamangla, AS. (2011) 'Relative Muscle Mass Is Inversely Associated with Insulin Resistance and Prediabetes. Findings from The Third National Health and Nutrition Examination Survey', The Journal of Clinical Endocrinology & Metabolism, Volume 96, Issue 9, 1 September 2011, Pages 2898–2903.

2180 Alway с соавторами (2017). Mitochondria Initiate and Regulate Sarcopenia. Exercise and sport sciences reviews, 45(2), 58–69. URL: https://doi.org/10.1249/JES.0000000000000101

2181 Fan с соавторами (2016). Autophagy as a Potential Target for Sarcopenia. Journal of cellular physiology, 231(7), 1450–1459. URL: https://doi.org/10.1002/jcp.25260

2182 He, C., Sumpter, Jr., R., & Levine, B. (2012). Exercise induces autophagy in peripheral tissues and in the brain. Autophagy, 8(10), 1548–1551. doi:10.4161/auto.21327

2183 Hentilä, J., Ahtiainen, J. P., Paulsen, G., Raastad, T., Häkkinen, K., Mero, A. A., & Hulmi, J. J. (2018). Autophagy is induced by resistance exercise in young men, but unfolded protein response is induced regardless of age. Acta physiologica (Oxford, England), 224(1), e13069. URL: https://doi.org/10.1111/apha.13069

2184 Luo, L., Lu, A. M., Wang, Y., Hong, A., Chen, Y., Hu, J., Li, X., & Qin, Z. H. (2013). Chronic resistance training activates autophagy and reduces apoptosis of muscle cells by modulating IGF-1 and its receptors, Akt/mTOR and Akt/FOXO3a signaling in aged rats. Experimental gerontology, 48(4), 427–436. URL: https://doi.org/10.1016/j.exger.2013.02.009

2185 Feng с соавторами (2011). Mitochondrial dynamic remodeling in strenuous exercise-induced muscle and mitochondrial dysfunction: Regulatory effects of hydroxytyrosol. Free Radical Biology and Medicine, 50(10), 1437–1446. doi:10.1016/j.freeradbiomed.2011.03.001

2186 Volaklis, KA. с соавторами (2015) 'Muscular strength as a strong predictor of mortality: A narrative review', European Journal of Internal Medicine, Vol 26(5), p 303–310.

2187 Kraschnewski, JL. с соавторами (2016) 'Is strength training associated with mortality benefits? A 15year cohort study of US older adults', Prev Med, Vol 87, p 121–127.

2188 Goodpaster, BH. с соавторами (1985) 'Attenuation of skeletal muscle and strength in the elderly: The Health ABC Study', Journal of Applied Physiology (1985), Vol 90(6), p 2157–2165.

2189 Caelle, MC. and Fernandez, ML. (2010) 'Effects of resistance training on the inflammatory response', Nutrition Research and Practice, Vol 4(4), p 259–269.

2190 Bautmans, I. с соавторами (2009) 'Sarcopenia and functional decline: pathophysiology, prevention and therapy', Vol 64(4), p 303–316.

2191 Watson, S. L., Weeks, B. K., Weis, L. J., Harding, A. T., Horan, S. A., & Beck, B. R. (2018). High-Intensity Resistance and Impact Training Improves Bone Mineral Density and Physical Function in Postmenopausal Women With Osteopenia and Osteoporosis: The LIFTMOR Randomized Controlled Trial. Journal of bone and mineral research: the official journal of the American Society for Bone and Mineral Research, 33(2), 211–220. URL: https://doi.org/10.1002/jbmr.3284

2192 Westcott W. L. (2012). Resistance training is medicine: effects of strength training on health. Current sports medicine reports, 11(4), 209–216. URL: https://doi.org/10.1249/JSR.0b013e31825dabb8

2193 Sayer, AA. and Kirkwood, T. (2015) 'Grip strength and mortality: a biomarker of ageing?', The Lancet, Vol 386(9990), p 226–227.

2194 Leong, DP. с соавторами (2015) 'Prognostic value of grip strength: findings from the Prospective Urban Rural Epidemiology (PURE) study', Lancet, Vol 386(9990), p 266–273.

2195 Kim, Y. с соавторами (2017) 'Independent and joint associations of grip strength and adiposity with all-cause and cardiovascular disease mortality in 403,199 adults: the UK Biobank study', American Journal of Clinical Nutrition, Vol 106(3), p 773–782.

2196 Bouchard, DR. с соавторами (2011) 'Association between muscle mass, leg strength, and fat mass with physical function in older adults: influence of age and sex', Journal of Aging and Health, Vol 23(2), p 313–328.

2197 Zebis, MK. с соавторами (2011) 'Implementation of neck/shoulder exercises for pain relief among industrial workers: a randomized controlled trial', BMC Musculoskeletal Disorders, Vol 12, p 205.

2198 Pereira, LM. с соавторами (2012) 'Comparing the Pilates method with no exercise or lumbar stabilization for pain and functionality in patients with chronic low back pain: systematic review and meta-analysis', Clinical Rehabilitation, Vol 26(1), p 10–20.

2199 Schoenfeld, B. J. (2010). The Mechanisms of Muscle Hypertrophy and Their Application to Resistance Training. Journal of Strength and Conditioning Research, 24(10), 2857–2872. doi:10.1519/jsc.0b013e3181e840f3

2200 Garber с соавторами (2011). Quantity and Quality of Exercise for Developing and Maintaining Cardiorespiratory, Musculoskeletal, and Neuromotor Fitness in Apparently Healthy Adults. Medicine & Science in Sports & Exercise, 43(7), 1334–1359. doi:10.1249/mss.0b013e318213fefb

2201 Slysz с соавторами (2016) 'The efficacy of blood flow restricted exercise: A systematic review & meta-analysis', Journal of Science and Medicine in Sports, Volume 19, Issue 8, Pages 669–675. DOI: URL: https://doi.org/10.1016/j.jsams.2015.09.005

2202 Loenneke с соавторами (2015) Exercise with Blood Flow Restriction: An Updated EvidenceBased Approach for Enhanced Muscular Development. Sports Medicine, 45 (3). pp. 313–325.

2203 Biazon, T., Ugrinowitsch, C., Soligon, S. D., Oliveira, R. M., Bergamasco, J. G., Borghi-Silva, A., & Libardi, C. A. (2019). The Association Between Muscle Deoxygenation and Muscle Hypertrophy to Blood Flow Restricted Training Performed at High and Low Loads. Frontiers in physiology, 10, 446. URL: https://doi.org/10.3389/fphys.2019.00446

2204 Yang с соавторами (2016) 'Effects of KAATSU Training on proliferation and differentiation of goat bone marrow mesenchymal stem cells', Chinese Journal of Laboratory Diagnosis, Vol. 20, No. 8, P.1240.

2205 Takarada с соавторами (2000) 'Rapid increase in plasma growth hormone after low-intensity resistance exercise with vascular occlusion', J. Appl. Physiol, 88: 61–65, 2000.

2206 Satoh (2011) 'Kaatsu Training: Application to Metabolic Syndrome', Int. J. KAATSU Training Res. 2011; 7: 7-12.

2207 Morita с соавторами (2010) 'Effects of blood flow restriction on cerebral blood flow during a single arm-curl resistance exercise', Int. J. KAATSU Training Res. 2010; 6: 9-12.

2208 Anderson, J. E. (2000). A Role for Nitric Oxide in Muscle Repair: Nitric Oxide– mediated Activation of Muscle Satellite Cells. Molecular Biology of the Cell, 11(5), 1859–1874. doi:10.1091/mbc.11.5.1859

2209 'KAATSU Leads to Secretion of Vascular Endothelial Cell Growth Factor', Data from the University of Tokyo Medical School Hospital’s 22nd Century Medical Center, Accessed Online: URL: https://www.kaatsuglobal.com/Assets/Files/Files/99.%20KAATSU%20Leads%20to%20Secretion%20of20Vascular%20Endothelial%20Cell%20Growth%20Factor-2.pdf

2210 Patterson, S. D., Hughes, L., Head, P., Warmington, S., & Brandner, C. (2017). Blood flow restriction training: a novel approach to augment clinical rehabilitation: how to do it. British Journal of Sports Medicine, 51(23), 1648–1649. doi:10.1136/bjsports-2017-097738

2211 Reis, J. F., Fatela, P., Mendonca, G. V., Vaz, J. R., Valamatos, M. J., Infante, J., … Alves, F. B. (2019). Tissue Oxygenation in Response to Different Relative Levels of Blood-Flow Restricted Exercise. Frontiers in Physiology, 10. doi:10.3389/fphys.2019.00407

2212 Schoenfeld BJ с соавторами (2016) 'Effects of Resistance Training Frequency on Measures of Muscle Hypertrophy: A Systematic Review and Meta-Analysis', Sports Med, Vol 46(11), p 1689–1697.

2213 Schoenfeld BJ с соавторами (2015) 'Influence of Resistance Training Frequency on Muscular Adaptations in Well-Trained Men', J Strength Cond Res, Vol 29(7), p 1821-9.

2214 Anthony с соавторами (2007). Feeding meals containing soy or whey protein after exercise stimulates protein synthesis and translation initiation in the skeletal muscle of male rats. The Journal of nutrition, 137(2), 357–362. URL: https://doi.org/10.1093/jn/137.2.357

2215 Layman, D. K., Anthony, T. G., Rasmussen, B. B., Adams, S. H., Lynch, C. J., Brinkworth, G. D., & Davis, T. A. (2015). Defining meal requirements for protein to optimize metabolic roles of amino acids. The American Journal of Clinical Nutrition, 101(6), 1330S–1338S. doi:10.3945/ajcn.114.084053

2216 Lemon, PW (2000) 'Beyond the zone: protein needs of active individuals', J Am Coll Nutr, Vol 19(5 Suppl), p 513S-521S.

2217 Campbell, W. W., Trappe, T. A., Wolfe, R. R., & Evans, W. J. (2001). The recommended dietary allowance for protein may not be adequate for older people to maintain skeletal muscle. The journals of gerontology. Series A, Biological sciences and medical sciences, 56(6), M373–M380. URL: https://doi.org/10.1093/gerona/56.6.m373

2218 Wolfe R. R. (2012). The role of dietary protein in optimizing muscle mass, function and health outcomes in older individuals. The British journal of nutrition, 108 Suppl 2, S88–S93. URL: https://doi.org/10.1017/S0007114512002590

2219 Wycherley, T. P., Moran, L. J., Clifton, P. M., Noakes, M., & Brinkworth, G. D. (2012). Effects of energy-restricted high-protein, low-fat compared with standard-protein, low-fat diets: a meta-analysis of randomized controlled trials. The American journal of clinical nutrition, 96(6), 1281–1298. URL: https://doi.org/10.3945/ajcn.112.044321

2220 Wycherley, T. P., Moran, L. J., Clifton, P. M., Noakes, M., & Brinkworth, G. D. (2012). Effects of energy-restricted high-protein, low-fat compared with standard-protein, low-fat diets: a meta-analysis of randomized controlled trials. The American journal of clinical nutrition, 96(6), 1281–1298. URL: https://doi.org/10.3945/ajcn.112.044321

2221 Kerstetter, J. E., Kenny, A. M., & Insogna, K. L. (2011). Dietary protein and skeletal health: a review of recent human research. Current opinion in lipidology, 22(1), 16–20. URL: https://doi.org/10.1097/MOL.0b013e3283419441

2222 Bonjour J. P. (2005). Dietary protein: an essential nutrient for bone health. Journal of the American College of Nutrition, 24(6 Suppl), 526S–36S. URL: https://doi.org/10.1080/07315724.2005.10719501

2223 Frankenfield D. (2006). Energy expenditure and protein requirements after traumatic injury. Nutrition in clinical practice: official publication of the American Society for Parenteral and Enteral Nutrition, 21(5), 430–437. URL: https://doi.org/10.1177/0115426506021005430

2224 Dietary protein for athletes: From requirements to optimum adaptation. Phillips SM, Van Loon LJ. J Sports Sci. 2011;29 Suppl 1:S29-38.

2225 Loren Cordain, Janette Brand Miller, S Boyd Eaton, Neil Mann, Susanne HA Holt, John D Speth; Plant-animal subsistence ratios and macronutrient energy estimations in worldwide hunter-gatherer diets, The American Journal of Clinical Nutrition, Volume 71, Issue 3, 1 March 2000, Pages 682–692

2226 Bell с соавторами (2020) 'Overreaching and overtraining in strength sports and resistance training: A scoping review', Journal of Sports Sciences, Volume 38, 2020 – Issue 16, URL: https://doi.org/10.1080/02640414.2020.1763077

2227 Peake с соавторами (2015). Modulating exercise-induced hormesis: Does less equal more?. Journal of applied physiology (Bethesda, Md.: 1985), 119(3), 172–189. URL: https://doi.org/10.1152/japplphysiol.01055.2014

2228 Merry, T. L., & Ristow, M. (2016). Do antioxidant supplements interfere with skeletal muscle adaptation to exercise training? The Journal of Physiology, 594(18), 5135–5147. doi:10.1113/jp270654

2229 Paulsen с соавторами (2014). Vitamin C and E supplementation alters protein signalling after a strength training session, but not muscle growth during 10 weeks of training. The Journal of Physiology, 592(24), 5391–5408. doi:10.1113/jphysiol.2014.279950

2230 Clifford с соавторами (2019). The effects of vitamin C and E on exercise-induced physiological adaptations: a systematic review and Meta-analysis of randomized controlled trials. Critical Reviews in Food Science and Nutrition, 1–11. doi:10.1080/10408398.2019.1703642

2231 Braakhuis, A. J. (2012). Effect of Vitamin C Supplements on Physical Performance. Current Sports Medicine Reports, 11(4), 180–184. doi:10.1249/jsr.0b013e31825e19cd

2232 Kleiger с соавторами (1987) 'Decreased heart rate variability and its association with increased mortality after acute myocardial infarction', Am J Cardiol. 1987 Feb 1;59(4):256-62.

2233 Kloter с соавторами (2018) 'Heart Rate Variability as a Prognostic Factor for Cancer Survival – A Systematic Review', Front Physiol. 2018; 9: 623.

2234 Mølgaard с соавторами (1991) 'Attenuated 24-h heart rate variability in apparently healthy subjects, subsequently suffering sudden cardiac death', Clin Auton Res. 1991 Sep;1(3):233-7.

2235 De Souza с соавторами (2014) 'Risk evaluation of diabetes mellitus by relation of chaotic globals to HRV', Complexity, Volume20, Issue3, January/February 2015, Pages 84–92.

2236 Mani с соавторами (2008) 'Decreased heart rate variability in patients with cirrhosis relates to the presence and degree of hepatic encephalopathy', Am J Physiol Gastrointest Liver Physiol. 2009 Feb; 296(2): G330–G338.

2237 Kleiger, R. E., Miller, J. P., Bigger, J. T., & Moss, A. J. (1987). Decreased heart rate variability and its association with increased mortality after acute myocardial infarction. The American Journal of Cardiology, 59(4), 256–262. doi:10.1016/0002-9149(87)90795- 8

2238 Leicht, A. S., Halliday, A., Sinclair, W. H., D’Auria, S., Buchheit, M., Kenny, G. P., & Stanley, J. (2018). Heart rate variability responses to acute and repeated postexercise sauna in trained cyclists. Applied Physiology, Nutrition, and Metabolism, 43(7), 704–710. doi:10.1139/apnm-2017-0581

2239 Kihara, T., Biro, S., Ikeda, Y., Fukudome, T., Shinsato, T., Masuda, A., … Tei, C. (2004). Effects of Repeated Sauna Treatment on Ventricular Arrhythmias in Patients With Chronic Heart Failure. Circulation Journal, 68(12), 1146–1151. doi:10.1253/circj.68.1146

2240 Gayda, M., Paillard, F., Sosner, P., Juneau, M., Garzon, M., Gonzalez, M., … Nigam, A. (2012). Effects of Sauna Alone and Postexercise Sauna Baths on Blood Pressure and Hemodynamic Variables in Patients With Untreated Hypertension. The Journal of Clinical Hypertension, 14(8), 553–560. doi:10.1111/j.1751–7176.2012.00637.x

2241 Laukkanen, T., Lipponen, J., Kunutsor, S. K., Zaccardi, F., Araújo, C. G. S., Mäkikallio, T. H., … Laukkanen, J. A. (2019). Recovery from sauna bathing favorably modulates cardiac autonomic nervous system. Complementary Therapies in Medicine, 45, 190–197. doi:10.1016/j.ctim.2019.06.011

2242 Schirato с соавторами (2020) 'Association Between Heart Rate Variability and DecompressionInduced Physiological Stress', Front. Physiol., 03 July 2020 | URL: https://doi.org/10.3389/fphys.2020.00743

2243 Korach, Marion; Sharshar, Tarek MD; Jarrin, Irène; Fouillot, Jean-Pierre MD; Raphaël, Jean-Claude MD; Gajdos, Philippe MD; Annane, Djillali MD, PhD Cardiac variability in critically ill adults: Influence of sepsis, Critical Care Medicine: July 2001 – Volume 29 – Issue 7 – p 1380-1385

2244 Ahmad, S., Ramsay, T., Huebsch, L., Flanagan, S., McDiarmid, S., Batkin, I., … Seely, A. J. E. (2009). Continuous Multi-Parameter Heart Rate Variability Analysis Heralds Onset of Sepsis in Adults. PLoS ONE, 4(8), e6642. doi:10.1371/journal.pone.0006642

2245 ARONSON, D., MITTLEMAN, M. A., & BURGER, A. J. (2001). Interleukin-6 Levels are Inversely Correlated with Heart Rate Variability in Patients with Decompensated Heart Failure. Journal of Cardiovascular Electrophysiology, 12(3), 294–300. doi:10.1046/j.1540–8167.2001.00294.x

2246 Araújo, F., Antelmi, I., Pereira, A. C., Latorre, M. do R. D. O., Grupi, C. J., Krieger, J. E., & Mansur, A. J. (2006). Lower heart rate variability is associated with higher serum high-sensitivity C-reactive protein concentration in healthy individuals aged 46 years or more. International Journal of Cardiology, 107(3), 333–337. doi:10.1016/j.ijcard.2005.03.044

2247 Brosschot с соавторами (2007) 'Daily worry is related to low heart rate variability during waking and the subsequent nocturnal sleep period', Int J Psychophysiol. 2007 Jan;63(1):39–47. Epub 2006 Oct 3.

2248 Nickel and Nachreiner (2003) 'Sensitivity and diagnosticity of the 0.1-Hz component of heart rate variability as an indicator of mental workload', Hum Factors. 2003 winter;45(4):575-90.

2249 Cohen с соавторами (1998) 'Analysis of heart rate variability in posttraumatic stress disorder patients in response to a trauma-related reminder.' Biol Psychiatry. 1998 Nov 15;44(10):1054-9.

2250 Van De Borne с соавторами (1999). Hyperinsulinemia produces cardiac vagal withdrawal and nonuniform sympathetic activation in normal subjects. American Journal of PhysiologyRegulatory, Integrative and Comparative Physiology, 276(1), R178–R183. doi:10.1152/ajpregu.1999.276.1.r178

2251 Jaiswal с соавторами (2012). Reduced Heart Rate Variability Among Youth With Type 1 Diabetes: The SEARCH CVD study. Diabetes Care, 36(1), 157–162. doi:10.2337/dc12- 0463

2252 Vaschillo с соавторами (2008). Heart rate variability response to alcohol, placebo, and emotional picture cue challenges: Effects of 0.1-Hz stimulation. Psychophysiology, 45(5), 847–858. doi:10.1111/j.1469–8986.2008.00673.x

2253 Williams с соавторами (2019). Heart rate variability and inflammation: A meta-analysis of human studies. Brain, Behavior, and Immunity, 80, 219–226. doi:10.1016/j.bbi.2019.03.009

2254 Cooper с соавторами (2015). Heart rate variability predicts levels of inflammatory markers: Evidence for the vagal anti-inflammatory pathway. Brain, Behavior, and Immunity, 49, 94–100. doi:10.1016/j.bbi.2014.12.017

2255 Jackowska с соавторами (2012) 'Sleep problems and heart rate variability over the working day', Journal of Sleep Research, 21(4). doi:10.1111/jsr.2012.21.issue-4

2256 Chua с соавторами (2012) 'Heart Rate Variability Can Be Used to Estimate Sleepiness-related Decrements in Psychomotor Vigilance during Total Sleep Deprivation', Sleep. 2012 Mar 1; 35(3): 325–334.

2257 Stein, P. K., & Pu, Y. (2012). Heart rate variability, sleep and sleep disorders. Sleep Medicine Reviews, 16(1), 47–66. doi:10.1016/j.smrv.2011.02.005

2258 Tuomainen, P., Peuhkurinen, K., Kettunen, R., & Rauramaa, R. (2005). Regular physical exercise, heart rate variability and turbulence in a 6-year randomized controlled trial in middle-aged men: The DNASCO study. Life Sciences, 77(21), 2723–2734. doi:10.1016/j.lfs.2005.05.023

2259 Poehling, Cory P. (2019) "The Effects of Submaximal and Maximal Exercise on Heart Rate Variability," International Journal of Exercise Science: Vol. 12: Iss. 2, Pages 9 – 14. Available at: URL: https://digitalcommons.wku.edu/ijes/vol12/iss2/1

2260 Cansel с соавторами (2014). The effects of Ramadan fasting on heart rate variability in healthy individuals: A prospective study. Anadolu Kardiyoloji Dergisi/The Anatolian Journal of Cardiology, 14(5), 413–416. doi:10.5152/akd.2014.5108

2261 Lutfi, M. F., & Elhakeem, R. F. (2016). Effect of Fasting Blood Glucose Level on Heart Rate Variability of Healthy Young Adults. PLOS ONE, 11(7), e0159820. doi:10.1371/journal.pone.0159820

2262 Mazurak с соавторами (2013). Effects of a 48-h fast on heart rate variability and cortisol levels in healthy female subjects. European Journal of Clinical Nutrition, 67(4), 401–406. doi:10.1038/ejcn.2013.32

2263 Laukkanen, T., Lipponen, J., Kunutsor, S. K., Zaccardi, F., Araújo, C. G. S., Mäkikallio, T. H., … Laukkanen, J. A. (2019). Recovery from sauna bathing favorably modulates cardiac autonomic nervous system. Complementary Therapies in Medicine, 45, 190–197. doi:10.1016/j.ctim.2019.06.011

2264 Laukkanen с соавторами (2015) 'Association Between Sauna Bathing and Fatal Cardiovascular and All-Cause Mortality Events', JAMA Intern Med. 2015;175(4):542–548.

2265 Van der Zwan с соавторами (2015). Physical Activity, Mindfulness Meditation, or Heart Rate Variability Biofeedback for Stress Reduction: A Randomized Controlled Trial. Applied Psychophysiology and Biofeedback, 40(4), 257–268. doi:10.1007/s10484-015-9293-x

2266 Tsai с соавторами (2014) 'Heart rate variability and meditation with breath suspension', Biomedical Research (2014) Volume 25, Issue 1.

2267 Cohen, M., & Tyagi, A. (2016). Yoga and heart rate variability: A comprehensive review of the literature. International Journal of Yoga, 9(2), 97. doi:10.4103/0973- 6131.183712

2268 Sutarto с соавторами (2012) 'Resonant breathing biofeedback training for stress reduction among manufacturing operators', Int J Occup Saf Ergon. 2012;18(4):549-61.

2269 Miller and Goss (2014) 'An Exploration of Physiological Responses to the Native American Flute', ISQRMM 2013, Athens, GA. ArXiv:1401.6004, January 24, 2014. 17 pages, Accessed Online: URL: https://www.flutopedia.com/refs/MillerGoss_2014_PhysioNAF_v2.pdf

2270 Vickhoff с соавторами (2013). Music structure determines heart rate variability of singers. Frontiers in Psychology, 4. doi:10.3389/fpsyg.2013.00334

2271 HORNYAK с соавторами (1991). SYMPATHETIC MUSCLE NERVE ACTIVITY DURING SLEEP IN MAN. Brain, 114(3), 1281–1295. doi:10.1093/brain/114.3.1281

2272 Vanoli с соавторами (1995) 'Heart Rate Variability During Specific Sleep Stages: A Comparison of Healthy Subjects With Patients After Myocardial Infarction', Circulation. 1995;91:1918–1922, URL: https://doi.org/10.1161/01.CIR.91.7.1918

2273 Korkmaz, A., Reiter, R. J., Topal, T., Manchester, L. C., Oter, S., & Tan, D.-X. (2009). Melatonin: An Established Antioxidant Worthy of Use in Clinical Trials. Molecular Medicine, 15(1–2), 43–50. doi:10.2119/molmed.2008.00117

2274 Ibarra-Coronado с соавторами (2015) 'The Bidirectional Relationship between Sleep and Immunity against Infections', Journal of Immunology Research, Volume 2015 |Article ID 678164 | 14 pages | URL: https://doi.org/10.1155/2015/678164

2275 Watson, N., Buchwald, D., Delrow, J., Altemeier, W., Vitiello, M., Pack, A., … Gharib, S. (2017). Transcriptional Signatures of Sleep Duration Discordance in Monozygotic Twins. Sleep, 40(1). doi:10.1093/sleep/zsw019

2276 Cohen, S., Doyle, W. J., Alper, C. M., Janicki-Deverts, D., & Turner, R. B. (2009). Sleep Habits and Susceptibility to the Common Cold. Archives of Internal Medicine, 169(1), 62. doi:10.1001/archinternmed.2008.505

2277Nagoshi E с соавторами (2004) 'Circadian Gene Expression in Individual Fibroblasts', Cell, VOLUME 119, ISSUE 5, P693-705.

2278 Garcia-Saenz, A. с соавторами (2018) 'Evaluating the Association between Artificial Light-atNight Exposure and Breast and Prostate Cancer Risk in Spain (MCC-Spain Study)', Environmental Health Perspectives, 126 (04).

2279 Farha, R.A. and Alefishat, E. (2018), 'Shift Work and the Risk of Cardiovascular Diseases and Metabolic Syndrome Among Jordanian Employees', Oman Med J. 2018 May; 33(3): 235–242.

2280 Vetter, C с соавторами (2016) 'Association between rotating night shift work and risk of coronary heart disease among women', JAMA. 2016 Apr 26; 315(16): 1726–1734.

2281 Erren, T. C., Falaturi, P., Morfeld, P., Knauth, P., Reiter, R. J., & Piekarski, C. (2010). Shift work and cancer: the evidence and the challenge. Deutsches Arzteblatt international, 107(38), 657–662. URL: https://doi.org/10.3238/arztebl.2010.0657

2282 Kondratov R. V. (2007). A role of the circadian system and circadian proteins in aging. Ageing research reviews, 6(1), 12–27. URL: https://doi.org/10.1016/j.arr.2007.02.003

2283 Kondratova, A. A., & Kondratov, R. V. (2012). The circadian clock and pathology of the ageing brain. Nature reviews. Neuroscience, 13(5), 325–335. URL: https://doi.org/10.1038/nrn3208

2284 Orozco-Solis, R., & Sassone-Corsi, P. (2014). Circadian clock: linking epigenetics to aging. Current opinion in genetics & development, 26, 66–72. URL: https://doi.org/10.1016/j.gde.2014.06.003

2285 Dimitrov, S., Lange, T., Gouttefangeas, C., Jensen, A. T. R., Szczepanski, M., Lehnnolz, J., … Besedovsky, L. (2019). Gαs-coupled receptor signaling and sleep regulate integrin activation of human antigen-specific T cells. Journal of Experimental Medicine, 216(3), 517–526. doi:10.1084/jem.20181169

2286 Klein (1993) 'Stress and infections', J Fla Med Assoc. 1993 Jun;80(6):409-11.

2287 Ackermann с соавторами (2012). Diurnal Rhythms in Blood Cell Populations and the Effect of Acute Sleep Deprivation in Healthy Young Men. Sleep, 35(7), 933–940. doi:10.5665/sleep.1954

2288 Irwin, M., Mascovich, A., Gillin, J. C., Willoughby, R., Pike, J., & Smith, T. L. (1994). Partial sleep deprivation reduces natural killer cell activity in humans. Psychosomatic Medicine, 56(6), 493–498. doi:10.1097/00006842-199411000-00004

2289 Prather с соавторами (2012) 'Sleep and Antibody Response to Hepatitis B Vaccination', Sleep. 2012 Aug 1; 35(8): 1063–1069.

2290 Lange, T., Perras, B., Fehm, H. L., & Born, J. (2003). Sleep Enhances the Human Antibody Response to Hepatitis A Vaccination. Psychosomatic Medicine, 65(5), 831–835. doi:10.1097/01.psy.0000091382.61178.f1

2291 Dickstein, J. (1999). Sleep, cytokines and immune function. Sleep Medicine Reviews, 3(3), 219–228. doi:10.1016/s1087-0792(99)90003-5

2292 Krueger (2008) 'The Role of Cytokines in Sleep Regulation', Curr Pharm Des. 2008; 14(32): 3408–3416.

2293 Opp, M. R. (2005). Cytokines and sleep. Sleep Medicine Reviews, 9(5), 355–364. doi:10.1016/j.smrv.2005.01.002

2294 Krueger, J. M., Walter, J., Dinarello, C. A., Wolff, S. M., & Chedid, L. (1984). Sleeppromoting effects of endogenous pyrogen (interleukin-1). American Journal of Physiology-Regulatory, Integrative and Comparative Physiology, 246(6), R994–R999. doi:10.1152/ajpregu.1984.246.6.r994

2295 Vgontzas, A. N., Papanicolaou, D. A., Bixler, E. O., Lotsikas, A., Zachman, K., Kales, A., … Chrousos, G. P. (1999). Circadian Interleukin-6 Secretion and Quantity and Depth of Sleep. The Journal of Clinical Endocrinology & Metabolism, 84(8), 2603–2607. doi:10.1210/jcem.84.8.5894

2296 Krueger, J. M., & Majde, J. A. (1994). Microbial Products and Cytokines in Sleep and Fever Regulation. Critical Reviews™ in Immunology, 14(3–4), 355–379. doi:10.1615/critrevimmunol.v14.i3-4.70

2297 Hui, L., Hua, F., Diandong, H., & Hong, Y. (2007). Effects of sleep and sleep deprivation on immunoglobulins and complement in humans. Brain, Behavior, and Immunity, 21(3), 308–310. doi:10.1016/j.bbi.2006.09.005

2298 Carrillo-Vico (2013). Melatonin: buffering the immune system. International Journal of Molecular Sciences 14 (4): 8638–8683.

2299 Asif, N. & Iqbal, R. & Nazir, C. (2017). Human immune system during sleep. American Journal of Clinical and Experimental Immunology 6 (6): 92–96.

2300 Besedovsky, L., Lange, T., & Born, J. (2011). Sleep and immune function. Pflügers Archiv – European Journal of Physiology, 463(1), 121–137. doi:10.1007/s00424-011- 1044-0

2301 Imeri, L., & Opp, M. R. (2009). How (and why) the immune system makes us sleep. Nature Reviews Neuroscience, 10(3), 199–210. doi:10.1038/nrn2576

2302 Reiter, R. J., Paredes, S. D., Manchester, L. C., & Tan, D.-X. (2009). Reducing oxidative/nitrosative stress: a newly-discovered genre for melatonin. Critical Reviews in Biochemistry and Molecular Biology, 44(4), 175–200. doi:10.1080/10409230903044914

2303 Sharman, K. G., Sharman, E. H., Yang, E., & Bondy, S. C. (2002). Dietary melatonin selectively reverses age-related changes in cortical cytokine mRNA levels, and their responses to an inflammatory stimulus. Neurobiology of Aging, 23(4), 633–638. doi:10.1016/s0197-4580(01)00329-3

2304 Deng, W. G., Tang, S. T., Tseng, H. P., & Wu, K. K. (2006). Melatonin suppresses macrophage cyclooxygenase-2 and inducible nitric oxide synthase expression by inhibiting p52 acetylation and binding. Blood, 108(2), 518–524. URL: https://doi.org/10.1182/blood-2005- 09-3691

2305 Harvard Medical School 'Harvard Heart Letter examines the costs of not getting enough sleep', Accessed Online: URL: https://www.health.harvard.edu/press_releases/sleep_deprivation_problem.htm

2306 Broussard с соавторами (2012) 'Impaired Insulin Signaling in Human Adipocytes After Experimental Sleep Restriction: A Randomized, Crossover Study. Ann Intern Med. 2012;157:549–557. doi: 10.7326/0003-4819-157-8-201210160-00005

2307 Holth с соавторами (2019) 'The sleep-wake cycle regulates brain interstitial fluid tau in mice and CSF tau in humans', Science 22 Feb 2019, Vol. 363, Issue 6429, pp. 880–884, DOI: 10.1126/science.aav2546.

2308 Collins (2019) 'Sleep loss encourages spread of toxic Alzheimer's protein', NIH Director's Blog, February 12, 2019, Accessed 11.07.19. URL: https://www.nia.nih.gov/news/sleep-loss-encourages-spread-toxic-alzheimers-protein

2309 Beyer (2019) 'A lack of deep sleep could indicate Alzheimer's development', Medical News Today, Monday 14 January 2019, Accessed Online: URL: https://www.medicalnewstoday.com/articles/324161.php

2310 Shearer, W. T., Reuben, J. M., Mullington, J. M., Price, N. J., Lee, B.-N., Smith, E. O., … Dinges, D. F. (2001). Soluble TNF-α receptor 1 and IL-6 plasma levels in humans subjected to the sleep deprivation model of spaceflight. Journal of Allergy and Clinical Immunology, 107(1), 165–170. doi:10.1067/mai.2001.112270

2311 Haack, M., Sanchez, E., & Mullington, J. M. (2007). Elevated Inflammatory Markers in Response to Prolonged Sleep Restriction Are Associated With Increased Pain Experience in Healthy Volunteers. Sleep, 30(9), 1145–1152. doi:10.1093/sleep/30.9.1145

2312 Meier-Ewert, H. K., Ridker, P. M., Rifai, N., Regan, M. M., Price, N. J., Dinges, D. F., & Mullington, J. M. (2004). Effect of sleep loss on C-Reactive protein, an inflammatory marker of cardiovascular risk. Journal of the American College of Cardiology, 43(4), 678–683. doi:10.1016/j.jacc.2003.07.050

2313 Vgontzas, A. N., Zoumakis, E., Bixler, E. O., Lin, H.-M., Follett, H., Kales, A., & Chrousos, G. P. (2004). Adverse Effects of Modest Sleep Restriction on Sleepiness, Performance, and Inflammatory Cytokines. The Journal of Clinical Endocrinology & Metabolism, 89(5), 2119–2126. doi:10.1210/jc.2003-031562

2314 Duffy, J. F., & Wright, K. P. (2005). Entrainment of the Human Circadian System by Light. Journal of Biological Rhythms, 20(4), 326–338.

2315 Cromie, William (1999). "Human Biological Clock Set Back an Hour". Harvard Gazette.

2316 Haus, E. (2007). Chronobiology in the endocrine system. Advanced Drug Delivery Reviews, 59(9-10), 985–1014. doi:10.1016/j.addr.2007.01.001

2317 Hattori, N. (2009). Expression, regulation and biological actions of growth hormone (GH) and ghrelin in the immune system. Growth Hormone & IGF Research, 19(3), 187–197. doi:10.1016/j.ghir.2008.12.001

2318 Elenkov, I. J., Kvetnansky, R., Hashiramoto, A., Bakalov, V. K., Link, A. A., Zachman, K., … Wilder, R. L. (2008). Low- versus High-Baseline Epinephrine Output Shapes Opposite Innate Cytokine Profiles: Presence of Lewis- and Fischer-Like Neurohormonal Immune Phenotypes in Humans? The Journal of Immunology, 181(3), 1737–1745. doi:10.4049/jimmunol.181.3.1737

2319 Petrovsky, N. (2001). Towards a unified model of neuroendocrine-immune interaction. Immunology and Cell Biology, 79(4), 350–357. doi:10.1046/j.1440–1711.2001.01029.x

2320 Scheff, J. D., Calvano, S. E., Lowry, S. F., & Androulakis, I. P. (2010). Modeling the influence of circadian rhythms on the acute inflammatory response. Journal of Theoretical Biology, 264(3), 1068–1076. doi:10.1016/j.jtbi.2010.03.026

2321 Gallucci, S., & Matzinger, P. (2001). Danger signals: SOS to the immune system. Current Opinion in Immunology, 13(1), 114–119. doi:10.1016/s0952-7915(00)00191-6

2322 Halberg (1963) 'Circadian (about twenty-four-hour) rhythms in experimental medicine', Proc R Soc Med. 1963 Apr;56:253-7.

2323 Keller, M., Mazuch, J., Abraham, U., Eom, G. D., Herzog, E. D., Volk, H.-D., … Maier, B. (2009). A circadian clock in macrophages controls inflammatory immune responses. Proceedings of the National Academy of Sciences, 106(50), 21407–21412. doi:10.1073/pnas.0906361106

2324 Bonacho, M… Cardinali, D… Castrillón, P., Cutrera, R… & Esquifino, A.. (2001). Aging-induced changes in 24-h rhythms of mitogenic responses, lymphocyte subset populations and neurotransmitter and amino acid content in rat submaxillary lymph nodes during Freund’s adjuvant arthritis. Experimental Gerontology, 36(2), 267–282. doi:10.1016/s0531-5565(00)00211-4

2325 Bollinger, T., Bollinger, A., Skrum, L., Dimitrov, S., Lange, T., & Solbach, W. (2009). Sleep-dependent activity of T cells and regulatory T cells. Clinical & Experimental Immunology, 155(2), 231–238. doi:10.1111/j.1365–2249.2008.03822.x

2326 Dimitrov, S., Benedict, C., Heutling, D., Westermann, J., Born, J., & Lange, T. (2009). Cortisol and epinephrine control opposing circadian rhythms in T cell subsets. Blood, 113(21), 5134–5143. doi:10.1182/blood-2008-11-190769

2327 Dickstein (2000) 'The relationship of lymphocytes in blood and in lymph to sleep/wake states in sheep', Sleep. 2000 Mar 15;23(2):185-90.

2328 Ma, D., Li, S., Molusky, M. M., & Lin, J. D. (2012). Circadian autophagy rhythm: a link between clock and metabolism?. Trends in endocrinology and metabolism: TEM, 23(7), 319–325. URL: https://doi.org/10.1016/j.tem.2012.03.004

2329 Valentinuzzi, V. S., Scarbrough, K., Takahashi, J. S., & Turek, F. W. (1997). Effects of aging on the circadian rhythm of wheel-running activity in C57BL/6 mice. American Journal of Physiology-Regulatory, Integrative and Comparative Physiology, 273(6), R1957–R1964. doi:10.1152/ajpregu.1997.273.6.r1957

2330 Yamazaki, S., Straume, M., Tei, H., Sakaki, Y., Menaker, M., & Block, G. D. (2002). Effects of aging on central and peripheral mammalian clocks. Proceedings of the National Academy of Sciences, 99(16), 10801–10806. doi:10.1073/pnas.152318499

2331 Kondratov, R. V. (2006). Early aging and age-related pathologies in mice deficient in BMAL1, the core componentof the circadian clock. Genes & Development, 20(14), 1868–1873. doi:10.1101/gad.1432206

2332 Carrier, J., Monk, T. H., Buysse, D. J., & Kupfer, D. J. (1997). Sleep and morningnesseveningness in the 'middle' years of life (20–59 y). Journal of sleep research, 6(4), 230–237. URL: https://doi.org/10.1111/j.1365–2869.1997.00230.x

2333 Roenneberg с соавторами (2007). Epidemiology of the human circadian clock. Sleep medicine reviews, 11(6), 429–438. URL: https://doi.org/10.1016/j.smrv.2007.07.005

2334 Carrier, J., Monk, T. H., Buysse, D. J., & Kupfer, D. J. (1997). Sleep and morningnesseveningness in the 'middle' years of life (20–59 y). Journal of sleep research, 6(4), 230–237. URL: https://doi.org/10.1111/j.1365–2869.1997.00230.x

2335 Duffy с соавторами (2002). Peak of circadian melatonin rhythm occurs later within the sleep of older subjects. American journal of physiology. Endocrinology and metabolism, 282(2), E297–E303. URL: https://doi.org/10.1152/ajpendo.00268.2001

2336 Dijk, D. J., Duffy, J. F., & Czeisler, C. A. (2000). Contribution of circadian physiology and sleep homeostasis to age-related changes in human sleep. Chronobiology international, 17(3), 285–311. URL: https://doi.org/10.1081/cbi-100101049

2337 Zhdanova с соавторами (2011). Aging of intrinsic circadian rhythms and sleep in a diurnal nonhuman primate, Macaca mulatta. Journal of biological rhythms, 26(2), 149–159. URL: https://doi.org/10.1177/0748730410395849

2338 Naylor с соавторами (1998). Effects of aging on sleep in the golden hamster. Sleep, 21(7), 687–693. URL: https://doi.org/10.1093/sleep/21.7.687

2339 Koh, K., Evans, J. M., Hendricks, J. C., & Sehgal, A. (2006). A Drosophila model for age-associated changes in sleep: wake cycles. Proceedings of the National Academy of Sciences of the United States of America, 103(37), 13843–13847. URL: https://doi.org/10.1073/pnas.0605903103

2340 Ohkubo, R., & Chen, D. (2017). Aging: rewiring the circadian clock. Nature Structural & Molecular Biology, 24(9), 687–688. doi:10.1038/nsmb.3461

2341 Masri S. (2015). Sirtuin-dependent clock control: new advances in metabolism, aging and cancer. Current opinion in clinical nutrition and metabolic care, 18(6), 521–527. URL: https://doi.org/10.1097/MCO.0000000000000219

2342 Asher с соавторами (2008). SIRT1 Regulates Circadian Clock Gene Expression through PER2 Deacetylation. Cell, 134(2), 317–328. doi:10.1016/j.cell.2008.06.050

2343 Satoh с соавторами (2013). Sirt1 extends life span and delays aging in mice through the regulation of Nk2 homeobox 1 in the DMH and LH. Cell metabolism, 18(3), 416–430. URL: https://doi.org/10.1016/j.cmet.2013.07.013

2344 Chang, H.-C., & Guarente, L. (2013). SIRT1 Mediates Central Circadian Control in the SCN by a Mechanism that Decays with Aging. Cell, 153(7), 1448–1460. doi:10.1016/j.cell.2013.05.027

2345 Hatori, M., Vollmers, C., Zarrinpar, A., DiTacchio, L., Bushong, E. A., Gill, S., … Panda, S. (2012). Time-Restricted Feeding without Reducing Caloric Intake Prevents Metabolic Diseases in Mice Fed a High-Fat Diet. Cell Metabolism, 15(6), 848–860. doi:10.1016/j.cmet.2012.04.019

2346 Moro, T., Tinsley, G., Bianco, A. et al. Effects of eight weeks of time-restricted feeding (16/8) on basal metabolism, maximal strength, body composition, inflammation, and cardiovascular risk factors in resistance-trained males. J Transl Med 14, 290 (2016). URL: https://doi.org/10.1186/s12967-016-1044-0

2347 Zare, A., Hajhashemi, M., Hassan, Z. M., Zarrin, S., Pourpak, Z., Moin, M., Salarilak, S., Masudi, S., & Shahabi, S. (2011). Effect of Ramadan fasting on serum heat shock protein 70 and serum lipid profile. Singapore medical journal, 52(7), 491–495.

2348 Rothschild, J., Hoddy, K. K., Jambazian, P., & Varady, K. A. (2014). Time-restricted feeding and risk of metabolic disease: a review of human and animal studies. Nutrition reviews, 72(5), 308–318. URL: https://doi.org/10.1111/nure.12104

2349 Jamshed, H., Beyl, R. A., Della Manna, D. L., Yang, E. S., Ravussin, E., & Peterson, C. M. (2019). Early Time-Restricted Feeding Improves 24-Hour Glucose Levels and Affects Markers of the Circadian Clock, Aging, and Autophagy in Humans. Nutrients, 11(6), 1234. URL: https://doi.org/10.3390/nu11061234

2350 Tahara, Y., Aoyama, S. & Shibata, S. The mammalian circadian clock and its entrainment by stress and exercise. J Physiol Sci 67, 1–10 (2017). URL: https://doi.org/10.1007/s12576-016-0450-7

2351 Touitou, Y., Selmaoui, B., Lambrozo, J., & Auzeby, A. (2002). Evaluation de l'effet des champs magnétiques (50 Hz) sur la sécrétion de mélatonine chez l'homme et le rat. Etude circadienne [Evaluation of the effect of magnetic fields on the secretion of melatonin in humans and rats. Circadian study]. Bulletin de l'Academie nationale de medecine, 186(9), 1625–1641.

2352 Buhr, E. D., Yoo, S.-H., & Takahashi, J. S. (2010). Temperature as a Universal Resetting Cue for Mammalian Circadian Oscillators. Science, 330(6002), 379–385. doi:10.1126/science.1195262

2353 Johnston J. D. (2014). Physiological responses to food intake throughout the day. Nutrition research reviews, 27(1), 107–118. URL: https://doi.org/10.1017/S0954422414000055

2354 Utiger (1992) 'Melatonin-the hormone of darkness', N Engl J Med. 1992 Nov 5;327(19):1377-9.

2355 Hardeland R. (2005). Antioxidative protection by melatonin: multiplicity of mechanisms from radical detoxification to radical avoidance. Endocrine, 27(2), 119–130. URL: https://doi.org/10.1385/endo:27:2:119

2356 Reiter, R. J., Acuña-Castroviejo, D., Tan, D. X., & Burkhardt, S. (2001). Free radicalmediated molecular damage. Mechanisms for the protective actions of melatonin in the central nervous system. Annals of the New York Academy of Sciences, 939, 200–215.

2357 Wurtman (2000) 'Age-Related Decreases in Melatonin Secretion–Clinical Consequences', The Journal of Clinical Endocrinology & Metabolism, Volume 85, Issue 6, 1 June 2000, Pages 2135–2136, URL: https://doi.org/10.1210/jcem.85.6.6660.

2358 Peuhkuri, K., Sihvola, N., & Korpela, R. (2012). Dietary factors and fluctuating levels of melatonin. Food & Nutrition Research, 56(1), 17252. doi:10.3402/fnr.v56i0.17252

2359 Hamon, M., Bourgoin, S., Héry, F., & Simonnet, G. (1978). Activation of tryptophan hydroxylase by adenosine triphosphate, magnesium, and calcium. Molecular pharmacology, 14(1), 99–110.

2360 Rondanelli, M., Opizzi, A., Monteferrario, F., Antoniello, N., Manni, R., & Klersy, C. (2011). The Effect of Melatonin, Magnesium, and Zinc on Primary Insomnia in Long-Term Care Facility Residents in Italy: A Double-Blind, Placebo-Controlled Clinical Trial. Journal of the American Geriatrics Society, 59(1), 82–90. doi:10.1111/j.1532–5415.2010.03232.x

2361 Markham, G. D., & Pajares, M. A. (2008). Structure-function relationships in methionine adenosyltransferases. Cellular and Molecular Life Sciences, 66(4), 636–648. doi:10.1007/s00018-008-8516-1

2362 Tähkämö, L., Partonen, T., & Pesonen, A.-K. (2018). Systematic review of light exposure impact on human circadian rhythm. Chronobiology International, 36(2), 151–170. doi:10.1080/07420528.2018.1527773

2363 Cheung IN с соавторами (2016) 'Morning and Evening Blue-Enriched Light Exposure Alters Metabolic Function in Normal Weight Adults', PLoS One. 2016 May 18;11(5):e0155601.

2364 Obayashi, K., Saeki, K., Iwamoto, J., Ikada, Y., & Kurumatani, N. (2014). Independent associations of exposure to evening light and nocturnal urinary melatonin excretion with diabetes in the elderly. Chronobiology international, 31(3), 394–400. URL: https://doi.org/10.3109/07420528.2013.864299

2365 Obayashi, K., Saeki, K., Iwamoto, J., Okamoto, N., Tomioka, K., Nezu, S., Ikada, Y., & Kurumatani, N. (2013). Exposure to light at night, nocturnal urinary melatonin excretion, and obesity/dyslipidemia in the elderly: a cross-sectional analysis of the HEIJO-KYO study. The Journal of clinical endocrinology and metabolism, 98(1), 337–344. URL: https://doi.org/10.1210/jc.2012-2874

2366 Falchi с соавторами (2011) 'Limiting the impact of light pollution on human health, environment and stellar visibility', J Environ Manage. 2011 Oct;92(10):2714-22. doi: 10.1016/j.jenvman.2011.06.029. Epub 2011 Jul 13.

2367 Gooley с соавторами (2011) 'Exposure to Room Light before Bedtime Suppresses Melatonin Onset and Shortens Melatonin Duration in Humans', J Clin Endocrinol Metab. 2011 Mar; 96(3): E463–E472.

2368 Hysing с соавторами (2014) 'Sleep and use of electronic devices in adolescence: results from a large population-based study BMJ Open 2015;5:e006748. doi: 10.1136/bmjopen-2014- 006748.

2369 Zhao с соавторами (2012). Red light and the sleep quality and endurance performance of Chinese female basketball players. Journal of athletic training, 47(6), 673–678. URL: https://doi.org/10.4085/1062-6050-47.6.08

2370 Skobowiat and Slominski (2015) 'Ultraviolet B (UVB) activates hypothalamicpituitary-adrenal (HPA) axis in C57BL/6 mice', J Invest Dermatol. 2015 Jun; 135(6): 1638–1648.

2371 Cui с соавторами (2007) 'Central role of p53 in the suntan response and pathologic hyperpigmentation.' Cell. 2007 Mar 9;128(5):853-64.

2372 Jones (2013) 'In U.S., 40 % Get Less Than Recommended Amount of Sleep', Gallup, WELL-BEING, DECEMBER 19, 2013, Accessed Online: URL: https://news.gallup.com/poll/166553/less-recommended-amount-sleep.aspx

2373 Cappuccio с соавторами (2010) 'Sleep duration and all-cause mortality: a systematic review and meta-analysis of prospective studies.' Sleep. 2010 May;33(5):585-92.

2374 Jike, M., Itani, O., Watanabe, N., Buysse, D. J., & Kaneita, Y. (2018). Long sleep duration and health outcomes: A systematic review, meta-analysis and meta-regression. Sleep Medicine Reviews, 39, 25–36. doi:10.1016/j.smrv.2017.06.011

2375 Mindell, J. A., Li, A. M., Sadeh, A., Kwon, R., & Goh, D. Y. (2015). Bedtime routines for young children: a dose-dependent association with sleep outcomes. Sleep, 38(5), 717–722. URL: https://doi.org/10.5665/sleep.4662

2376 Bailey, B. W., Allen, M. D., LeCheminant, J. D., Tucker, L. A., Errico, W. K., Christensen, W. F., & Hill, M. D. (2014). Objectively Measured Sleep Patterns in Young Adult Women and the Relationship to Adiposity. American Journal of Health Promotion, 29(1), 46–54. doi:10.4278/ajhp.121012-quan-500

2377 Falchi с соавторами (2011) 'Limiting the impact of light pollution on human health, environment and stellar visibility', J Environ Manage. 2011 Oct;92(10):2714-22. doi: 10.1016/j.jenvman.2011.06.029. Epub 2011 Jul 13.

2378 Mizuno (2012) 'Effects of thermal environment on sleep and circadian rhythm', J Physiol Anthropol. 2012; 31(1): 14.

2379 Lack с соавторами (2008) 'The relationship between insomnia and body temperatures', Sleep Medicine Reviews, Volume 12, Issue 4, August 2008, Pages 307–317.

2380 National Sleep Foundation 'The Ideal Temperature for Sleep', Accessed Online: URL: https://www.sleep.org/articles/temperature-for-sleep/

2381 Ngo с соавторами (2013) 'Auditory Closed-Loop Stimulation of the Sleep Slow Oscillation Enhances Memory', Neuron, VOLUME 78, ISSUE 3, P545-553, MAY 08, 2013.

2382 Zanobetti с соавторами (2010) 'Associations of PM10 with Sleep and Sleep-disordered Breathing in Adults from Seven U.S. Urban Areas', Am J Respir Crit Care Med. 2010 Sep 15; 182(6): 819–825.

2383 Abou-Khadra (2013) 'Association between PM₁₀ exposure and sleep of Egyptian school children.' Sleep Breath. 2013 May;17(2):653-7. doi: 10.1007/s11325-012-0738-7. Epub 2012 Jun 26.

2384 Wolverton с соавторами (September 1989). Interior landscape plants for indoor air pollution abatement (Report). NASA. NASA-TM-101766.

2385 Statland, B. E., & Demas, T. J. (1980). Serum caffeine half-lives. Healthy subjects vs. patients having alcoholic hepatic disease. American journal of clinical pathology, 73(3), 390–393. URL: https://doi.org/10.1093/ajcp/73.3.390

2386 Debono с соавторами (2009). Modified-release hydrocortisone to provide circadian cortisol profiles. The Journal of clinical endocrinology and metabolism, 94(5), 1548–1554. URL: https://doi.org/10.1210/jc.2008-2380

2387 Cornelis с соавторами (2006) 'Coffee, CYP1A2 genotype, and risk of myocardial infarction.' JAMA. 2006 Mar 8;295(10):1135-41.

2388 Palatini с соавторами (2009) 'CYP1A2 genotype modifies the association between coffee intake and the risk of hypertension.' J Hypertens. 2009 Aug;27(8):1594-601. doi: 10.1097/HJH.0b013e32832ba850.

2389 Banno с соавторами (2018) 'Exercise can improve sleep quality: a systematic review and metaanalysis', PeerJ. 2018; 6: e5172.

2390 Kovacevic с соавторами (2018) 'The effect of resistance exercise on sleep: A systematic review of randomized controlled trials', Sleep Medicine Reviews, Volume 39, June 2018, Pages 52–68.

2391 Fernstrom and Wurtman (1971) 'Brain serotonin content: physiological dependence on plasma tryptophan levels', Science. 1971 Jul 9;173(3992):149-52.

2392 Halson (2014) 'Sleep in Elite Athletes and Nutritional Interventions to Enhance Sleep', Sports Med. 2014; 44(Suppl 1): 13–23.

2393 Vitiello, M. V., Prinz, P. N., & Halter, J. B. (1983). Sodium-restricted diet increases nighttime plasma norepinephrine and impairs sleep patterns in man. The Journal of clinical endocrinology and metabolism, 56(3), 553–556. URL: https://doi.org/10.1210/jcem-56-3-553

2394 GOMI, T., SHIBUYA, Y., SAKURAI, J., HIRAWA, N., HASEGAWA, K., & IKEDA, T. (1998). Strict dietary sodium reduction worsens insulin sensitivity by increasing sympathetic nervous activity in patients with primary hypertension. American Journal of Hypertension, 11(9), 1048–1055. doi:10.1016/s0895-7061(98)00126-5

2395 Garg, R., Williams, G. H., Hurwitz, S., Brown, N. J., Hopkins, P. N., & Adler, G. K. (2011). Low-salt diet increases insulin resistance in healthy subjects. Metabolism: clinical and experimental, 60(7), 965–968. URL: https://doi.org/10.1016/j.metabol.2010.09.005

2396 Whaley-Connell, A., Johnson, M. S., & Sowers, J. R. (2010). Aldosterone: role in the cardiometabolic syndrome and resistant hypertension. Progress in cardiovascular diseases, 52(5), 401–409. URL: https://doi.org/10.1016/j.pcad.2009.12.004

2397 Galland L. (1991). Magnesium, stress and neuropsychiatric disorders. Magnesium and trace elements, 10(2–4), 287–301.

2398 Abbasi, B., Kimiagar, M., Sadeghniiat, K., Shirazi, M. M., Hedayati, M., & Rashidkhani, B. (2012). The effect of magnesium supplementation on primary insomnia in elderly: A double-blind placebo-controlled clinical trial. Journal of research in medical sciences: the official journal of Isfahan University of Medical Sciences, 17(12), 1161–1169.

2399 Dmitrašinović, G., Pešić, V., Stanić, D., Plećaš-Solarović, B., Dajak, M., & Ignjatović, S. (2016). ACTH, Cortisol and IL-6 Levels in Athletes following Magnesium Supplementation. Journal of medical biochemistry, 35(4), 375–384. URL: https://doi.org/10.1515/jomb-2016-0021

2400 National Sleep Foundation 'How Alcohol Affects the Quality–And Quantity–Of Sleep', Accessed Online URL: https://www.sleepfoundation.org/articles/how-alcohol-affectsquality-and-quantity-sleep

2401 Huber с соавторами (2003) 'Radio frequency electromagnetic field exposure in humans: Estimation of SAR distribution in the brain, effects on sleep and heart rate', BioElectroMagnetics, Volume 24, Issue 4, Pages 262–276.

2402 Kim с соавторами (2020). Effects of Recess Depth Under the Gate Area on the Vth-Shift for Fabricating Normally-Off Field Effect Transistors on AlGaN/GaN Heterostructures. Journal of Nanoscience and Nanotechnology, 20(7), 4170–4175. doi:10.1166/jnn.2020.17783

2403 Henz с соавторами (2018) 'Mobile Phone Chips Reduce Increases in EEG Brain Activity Induced by Mobile Phone-Emitted Electromagnetic Fields', Front Neurosci. 2018; 12: 190.

2404 Menigoz, W., Latz, T. T., Ely, R. A., Kamei, C., Melvin, G., & Sinatra, D. (2020). Integrative and lifestyle medicine strategies should include Earthing (grounding): Review of research evidence and clinical observations. EXPLORE, 16(3), 152–160. doi:10.1016/j.explore.2019.10.005

2405 Chevalier, G., Sinatra, S. T., Oschman, J. L., Sokal, K., & Sokal, P. (2012). Earthing: Health Implications of Reconnecting the Human Body to the Earth’s Surface Electrons. Journal of Environmental and Public Health, 2012, 1–8. doi:10.1155/2012/291541

2406 Reid, K., Van den Heuvel, C., & Dawson, D. (1996). Day-time melatonin administration: effects on core temperature and sleep onset latency. Journal of sleep research, 5(3), 150–154. URL: https://doi.org/10.1046/j.1365–2869.1996.t01-1-00006.x

2407 Dollins, A. B., Zhdanova, I. V., Wurtman, R. J., Lynch, H. J., & Deng, M. H. (1994). Effect of inducing nocturnal serum melatonin concentrations in daytime on sleep, mood, body temperature, and performance. Proceedings of the National Academy of Sciences of the United States of America, 91(5), 1824–1828. URL: https://doi.org/10.1073/pnas.91.5.1824

2408 Ferracioli-Oda, E., Qawasmi, A., & Bloch, M. H. (2013). Meta-analysis: melatonin for the treatment of primary sleep disorders. PloS one, 8(5), e63773. URL: https://doi.org/10.1371/journal.pone.0063773

2409 Andersen, L.P.H., Gögenur, I., Rosenberg, J. et al. The Safety of Melatonin in Humans. Clin Drug Investig 36, 169–175 (2016). URL: https://doi.org/10.1007/s40261-015-0368-5

2410 Matsumoto, M., Sack, R. L., Blood, M. L., & Lewy, A. J. (1997). The amplitude of endogenous melatonin production is not affected by melatonin treatment in humans. Journal of pineal research, 22(1), 42–44. URL: https://doi.org/10.1111/j.1600- 079x.1997.tb00301.x

2411 Hack, L. M., Lockley, S. W., Arendt, J., & Skene, D. J. (2003). The effects of low-dose 0.5-mg melatonin on the free-running circadian rhythms of blind subjects. Journal of biological rhythms, 18(5), 420–429. URL: https://doi.org/10.1177/0748730403256796

2412 Li с соавторами (2016). α-Pinene, linalool, and 1-octanol contribute to the topical antiinflammatory and analgesic activities of frankincense by inhibiting COX-2. Journal of Ethnopharmacology, 179, 22–26. doi:10.1016/j.jep.2015.12.039

2413 Li с соавторами (2007) 'Forest Bathing Enhances Human Natural Killer Activity and Expression of Anti-Cancer Proteins', International Journal of Immunopathology and Pharmacology, 3–8. URL: https://doi.org/10.1177/03946320070200S202

2414 Li с соавторами (2016). Effects of Forest Bathing on Cardiovascular and Metabolic Parameters in Middle-Aged Males. Evidence-Based Complementary and Alternative Medicine, 2016, 1–7. doi:10.1155/2016/2587381

2415 Ohtsuka с соавторами (1998). Shinrin-yoku (forest-air bathing and walking) effectively decreases blood glucose levels in diabetic patients. International Journal of Biometeorology, 41(3), 125–127. doi:10.1007/s004840050064

Сноски

1

Обычно испанский грипп сравнивают со свиным гриппом. – Прим. науч. ред.

2

Перечисленные методы лечения должны применяться в стационаре и только по медицинским показаниям. – Прим. науч. ред.

3

Энергия может быть получена не только путем сжигания жира, но также путем расщепления углеводов и белков. – Прим. науч. ред.

4

Данные по COVID-19 постоянно изменяются и пополняются за счет новых научных исследований, поэтому перед приемом какого-либо из перечисленных препаратов рекомендуется изучить актуальную доказательную базу по нему. Также необходимо посоветоваться с вашим лечащим врачом. – Прим. науч. ред.

5

Внутреннее физическое состояние, способствующее увеличению мышечной массы. – Прим. пер.

Content

Сиим Лэнд, Джеймс Диниколантонио
Код иммунитета. Как циркадные ритмы, питание и хронический стресс влияют на иммунное старение

Введение: Почему стоит беспокоиться об иммунной системе? Пандемия 2020: учебная тревога и суровое напоминание

Об авторах

Глава первая: Уроки прошлых пандемий и прогнозы на будущее

Как удалось победить испанский грипп

Пандемии XXI века и извлеченные из них уроки

Глава вторая: Основополагающие элементы иммунной системы и старение иммунитета

Классификация иммунной системы

Нарушения иммунной системы

Иммунная защита организма

Интерфероны и противовирусная защита

Иммунитет и стресс

Глава третья: Иммунитет и рак. Как они связаны?

Что происходит с организмом при онкологическом заболевании

Вероятные причины развития рака

Отто Варбург и что такое эффект Варбурга

Роль иммунитета в борьбе с раком

Воспаление и иммунодефицит из-за нехватки магния

Бета-глюканы

Глава четвертая: Как сверхактивная иммунная система приводит к развитию воспаления и аутоиммунных заболеваний

Что провоцирует аутоиммунные заболевания

Лечение аутоиммунной патологии

COVID-19 и сверхактивная иммунная система

Глава пятая: Резистентность к инсулину и иммунитет. Как понизить сахар крови и помочь иммунной системе

Метаболический синдром и резистентность к инсулину

Причины резистентности к инсулину и метаболического синдрома

Как улучшить состояние при метаболическом синдроме с помощью продуктов питания

Глава шестая: Как навести порядок в жирах и сбалансировать соотношение омега-6/3–жирных кислот, чтобы успокоить сверхактивную иммунную систему

Как жиры, вызывающие воспаление, нарушают процесс обмена веществ и ослабляют иммунитет

Холестерин и окисление липидов

Как сбалансировать омега-3- и омега-6-жирные кислоты

Глава седьмая: Воздействие высокими и низкими температурами для закалки иммунитета. Как убить вирусы теплом и остановить цитокиновый шторм холодом

Воздействие тепла и высокой температуры на инфекции

Польза гипертермии и сауны

Помогает ли парение вывести из организма токсины?

В чем разница между инфракрасной и традиционной сауной?

Воздействие низких температур и иммунитет

Глава восьмая: Питание и здоровье иммунной системы

Питательные вещества, необходимые иммунной системе

Продукты, которые укрепляют иммунную систему

Эндотоксины

Продукты, которые ослабляют иммунитет

Глава девятая: Сила нутриентов и нутрицевтиков для крепкого иммунитета

Зачем принимать добавки с витамином D?

Биологически активные добавки с магнием

Биологически активные добавки с глутатионом

Биологически активные добавки с NAD+

Адаптогены для повышения иммунитета

Глава десятая: Интервальное голодание, аутофагия и старение иммунитета. Как голодание влияет на иммунитет

Старение клеток и иммунной системы

Интервальное голодание и аутофагия с точки зрения иммунитета

Омоложение иммунитета: аутофагия и иммунный ответ

Аутофагия и вирусы

Нужно ли голодать во время болезни?

Типы интервального голодания

Глава одиннадцатая: Спорт и иммунитет. Когда физических нагрузок бывает слишком много, какие виды упражнений оптимально подходят для укрепления здоровья и когда лучше заниматься?

Физические упражнения и иммунная система

Мышечная масса и старение иммунитета

Силовые тренировки и наращивание мышечной массы

Белки и наращивание мышц

Восстановление после физических упражнений

Вариабельность сердечного ритма (HRV, ВСР)

Глава двенадцатая: Сон, циркадные ритмы и иммунная система

Как сон влияет на иммунитет

Циркадные ритмы и работа иммунной системы

Как начать высыпаться

Заключение

Библиография

Сноски