Разлом 7: Два мира

Глава 01

Хозяин второго этажа.

Мы так и замерли, таращась друг на друга. То, что передо мной голая сочная женщина, пусть и слегка прикрытая поднимающимся паром, нисколько не возбудило меня. Наоборот, кровь у меня в венах будто застыла. Если Чума не слабее, чем Война, то даже со всеми апами уровней и получением нового оружия я не думаю, что справлюсь с ней в одиночку.

Чума вышла из ступора, инстинктивно прикрылась руками и отпрыгнула назад, во взгляде появилась враждебность.

— Мертвое воинство! — услышал я ее крик.

Тень ее удлинилась, а затем из нее поднялись рыцари в черных доспехах, в их глазах горит зеленое пламя.

Я стремительно взлетел в воздух, надеясь спастись там. Но тут, помимо воинов, появились лучники, которые выпустили в мою сторону стрелы, что метнулись подобно черным молниям. Я сделал вираж, но уклониться от всех не смог, пара порезала ноги и одна задела плечо.

Чума тем временем подбежала к камню на краю горячего источника — там лежат одежда и доспехи. «Тим, у нас тут гости!» — внезапно сообщила Ласка.

«У меня тоже!»

«Тоже? Как бы то ни было, тут Иллин с Эшемом и Ларсом».

Альвы? Какого дьявола они тут делают?

«Но есть еще проблема, они вбежали к нам через щель и, похоже, хозяин этажа заметил это».

Словно подтверждая ее слова, раздался мощный грохот, пещера затряслась, с потолка посыпался песок. Чума на миг замерла, оглянулась в сторону выхода. Словно получив сигнал, ее лучники прекратили стрельбу, и все призванные черные воины оглянулись в сторону, откуда донесся звук.

Вновь раздался грохот, а затем треск. Я оглянулся в сторону звука. Вдалеке увидел поднявшуюся пыль и вывалившиеся камни. А затем из пыли выпрыгнул голем.

До него метров двести, но он тут же установил со мной зрительный контакт.

Раздался рев, а затем монстр, громко грохоча, помчался в мою сторону.

— Тим! — раздались голоса внизу.

Из-за ближайших камней выскочили Ласка, Морок и Свечка, а за ними синеглазые и черноволосые альвы — колдунья Иллин, лучник Эшем и воин Ларс, орудующий двуручным мечом.

Они как выскочили, так и затормозили, увидев черное воинство, состоящее из полутора десятков рыцарей и восьми лучников, а затем их взгляды направились на уже облачившуюся в черные платье и плащ Чуму, держащую в руках большой посох с металлическим черепом на конце, в глазницах которого два драгоценных камня, источающие зеленый свет.

— Чума⁈ — воскликнули альвы, первыми вскинув луки.

Тут же сориентировалась и Ласка, подняв топоры и направив взгляд на Чуму.

Но никто не успел наброситься друг на друга, потому что топот стремительно приблизился, а затем к нам выпрыгнул Эмертрон — голем хаоса и хозяин второго этажа.

— Чума, ты намерена с нами драться или убьем его⁈ — резко прокричал я.

Генерал короля демонов глянула на меня, быстро нахмурилась, затем, поджав губы, кивнула и произнесла:

— Нет. Отложим это. Осторожней, эта тварь опасна!

Ну, мы и сами это знаем. Видимо, даже Чума не смогла справиться с ним, иначе не оказалась бы в этой пещере с единственным выходом, ведущим как раз к этому голему. Вероятно, она так же, как и мы, нарвалась на него и, поняв, что не победит — сбежала сюда.

— Иллин, Эшем, Ларс, сейчас мы заключаем временное перемирие с Чумой и бьемся против голема. Ясно⁈

Голем тем временем решил не дожидаться, когда мы разберемся и, подпрыгнув, обрушился на альвов. Те прыснули в разные стороны. От грохота удара приземлившегося тяжелого тела затряслась вся пещера, а пол под ногами монстра пошел трещинами.

И это стало решающим моментом. Мы, не сговариваясь, начали действовать сообща. Чума сделала театральный жест в сторону голема и ее черные воины, быстро взяв противника в полукруг, атаковали со всех сторон, а лучники выпустили стрелы. Одновременно с этим атаковали и мы.

Я метнул гравитационный разрыв, Морок и Эшем выпустили стрелы, а Ласка метнулась в атаку.

Обычно, когда на тебя налетают со всех сторон, ты зажимаешься и пытаешься как-то защититься, отступаешь назад, чтобы уменьшить число противников, которые атакуют тебя, только вот у голема были другие планы. Он рванул вперед, одним взмахом руки разметав воинов и оказавшись перед Чумой. Я тем временем перенаправил заклинание гравитационного разрыва. Несмотря на то, что черный шарик движется стремительно, даже ему в моменте не удается угнаться за големом — слишком уж быстро тот передвигается.

Мощный кулак ударил вниз, но в этот миг под девушкой из тени вылезла черная виверна, и тут же взмыла вверх. Удар пришелся в пустое место.

Мое же заклинание врезалось в голову монстра, пространство исказилось, а над големом появилась цифра — 151 200.

Голем взревел то ли от боли, то ли от обиды, развернулся, и горящие глаза мгновенно нашли меня. По телу прошлась волна холода, я рванул было вверх и назад, только это не помогло. Монстр сорвался и помчался ко мне как комета. Я даже не успел сделать хоть какой-нибудь вираж, как мощный удар снес меня. От боли потемнело в глазах. Ребра жалобно хрустнули, во рту скопилась кровь, а уши забило, словно залило водой.

Получено 38 400 урона.

Я кашлянул кровью, тряхнул головой и наконец, смог разглядеть окружение. Я все еще в воздухе, но метрах в пятидесяти от битвы. Благодаря тому, что все это время мог летать, не упал на землю. Если бы это случилось, то, уверен, что монстр следующей парой ударов просто добил бы меня. А так я улетел от его атаки, он же, приземлившись и не увидев меня поблизости, переключился на моих товарищей.

Эта тварь слишком быстра и сильна. У нас есть только два выхода: попытаться сбежать, но кто-то из нас в этом случае умрет, а учитывая, как он быстр, погибнуть могут многие, либо победить. Только как это осуществить, пока непонятно.

Выпив зелье, я подлетел ближе, как раз в тот момент, когда очередной черный рыцарь, вызванный Чумой, был раздавлен. Сама она на виверне, что, кстати, летает не так быстро, как это делаю я, взлетела под потолок, и в ее руке появилась черная дымка. Она выпустила ее в сторону твари. Голем резко развернулся и выдохнул из пасти длинную струю пламени, что разрезала и уничтожила дымку, а заодно резанула по голове виверны, спалив ее начисто и оставив лишь обгоревший обрубок шеи. Девушка охнула и полетела вниз вместе со своим питомцем.

Эмертрон явно собирался добить ее, но в этот момент Ларс и Ласка одновременно напали с двух сторон. Двуручный меч ударил монстра по ноге, но оставил лишь неглубокую зазубрину и высек искры, а вот топоры хорошо так вошли, но перерубить толстенную ногу, естественно, не смогли.

Голем резко крутанулся, расставив руки. Ласка успела отпрыгнуть, а вот Ларс нет. Мощная каменная рука с хрустом ударила альва сбоку, парень отлетел на несколько метров и врезался в сталагмит, после чего обессиленно сполз на землю.

Я подлетел ближе, как раз в момент, как он начал раскручиваться и отправил Ларса в полет, и выпустил гравитационный разрыв, но сделал это как всегда мимо, чтобы монстр заранее не почувствовал опасность. Увидев, что один из противников обездвижен, голем приготовился напасть на него, не обращая внимания на черные стрелы, а также стрелы Эшема и Морока, что бьются об каменное тело, но наносят жалкие 1000 с копейками урона. Впрочем, стрелы Морока наносят в три раза больший, но даже так это все равно что укол иголкой.

Стоило заклинанию оказаться рядом с головой монстра, я резко перенаправил его. Голем только дернулся в попытке увернуться от опасной атаки, но было слишком поздно. Черный шарик ударил в висок, пространство исказилось, раздался хруст камня, и в месте удара появились трещины.

Монстр взревел, тут же нашел меня взглядом и исчез. Я судорожно выбросил руку с перчаткой вперед и использовал ударную волну. В этот момент монстр оказался передо мной. Мощный удар сжатого воздуха как от взрыва бомбы сильно замедлил его, так что когда он врезался в меня, то сила удара была намного меньше, чем раньше.

Я взвыл от боли, пролетел несколько метров и замер, ища взглядом противника.

Получено 11 500 урона

Монстр, пролетев следом еще несколько метров остановился на мгновение, после чего и начал падать. Я, зарычав рванул за ним вниз, но заклинание не использую, чтобы противник не ощущал опасности. Какая опасность от человека, падающего вниз для здоровенного каменного монстра? Ну врежусь в него, да только больше себе урона нанесу.

Впрочем, монстр не стал недооценивать меня, так что стоило мне рвануть вниз, как краем глаза заметил стремительно метнувшуюся ко мне руку.

Яркий луч заклинания ударил в нее, пробить не смог, но словно оттолкнул в сторону, кулак пронесся мимо меня, я смог сблизиться с падающим монстром и использовать гравитационный прокол. Часть головы вогнулась внутрь, вновь раздался треск камня. Я хищно улыбнулся, и в этот миг мощный удар слева отбросил в сторону. Было чувство, что меня словно снесло грузовиком.

Получено 29 300 урона

Левая рука, в которую пришлась большая часть удара, хрустнула и неестественно изогнулась, а боль молнией стрельнула в голову и спину, заставив напрячься мышцы и выгнуться.

К сожалению, мои атаки не столько нанесли какой-то серьезный урон, сколько раззадорили его. Монстр взревел и выпустил пламя. Я резко метнулся вниз, уходя от атаки. Тем временем подскочила Ласка и хотела было рубануть его по ноге, но голем почувствовал опасность и просто пнул в ответ. Контратака была такой быстрой, что девушка не успела среагировать и, получив удар в грудь, пулей улетела в противоположную сторону. Все-таки то, что монстр имеет пятиметровый рост, дает его конечностям довольно большой радиус атаки.

Видимо решив, что Ласка — не главная его проблема, монстр решил-таки переключиться на назойливую мошкару в виде оставшихся в небольшом количестве черных рыцарей и лучников. Удар, еще удар, затем третий. От грохота затряслась вся пещера.

Тем временем Свечка подбежала к Ларсу и оттащила его подальше, одновременно используя лечение. Парень кашлянул кровью, поморщился, слабо двинул рукой. Похоже, в бой он вернется еще нескоро, если вообще вернется.

— Эй, призванный. Ты у них тут главный? Думай, что делать будем, — услышал я крик Чумы.

Обернулся. Она стоит недалеко.

— У меня осталось мало маны. Большую часть потратила, пока шла по этим коридорам. Я надеялась отдохнуть здесь какое-то время и, восполнив силы, либо убить это чудовище, либо просто сбежать, но вы приперлись и смешали мне все планы.

Я скрипнул зубами, хотел сказать, что мы сами тут оказались не по своей воле, но пререкаться нет времени. Нужно быстро придумать, как завалить эту тварь. Если у Чумы мало маны, значит сильно рассчитывать на нее не стоит.

— Нужно как-то ограничить его движения. Он слишком быстрый. У тебя есть какие-то подходящие заклинания? — спустившись, спросил я, продолжая наблюдать, как темные воины Чумы один за другим уничтожаются.

Генерал короля демонов решила, видимо, потянуть время, потому что остатки ее призванных воинов стали разбегаться и вместо малополезных атак, стали стараться не дать, противнику убить себя слишком быстро, тем самым давая нам больше времени на обдумывание стратегии.

— Я некромант, могу использовать мертвецов, правда мою армию погребло под завалом на лестнице, когда на нее прибежал хозяин первого этажа, и пришлось с ним биться там. Есть еще проклятья разного рода, только на голема это все не подействует.

Не думал, что генерал короля демонов может быть таким бесполезным. А может быть, она просто не хочет использовать свои козыри.

— Но что-то из атакующих заклинаний у тебя есть? Если мы так и будем держать козыри в рукаве, то все погибнем.

Чума отвела взгляд.

— Есть одно эффективное заклинание, но если я его использую, то у меня почти не останется маны, и после победы над големом вы убьете меня.

Я глянул на Чуму. Наши взгляды встретились.

— Я клянусь, что дам тебе уйти и не дам альвам тебя и пальцем тронуть. Помоги нам и себе.

Несколько мгновений Чума вглядывалась в меня, затем вздохнула, откинула прядь черных волос со лба, а красные глаза словно стали ярче.

— Хорошо, я доверюсь тебе. У меня хватит сил на это заклинание только на тридцать секунд. Атакуйте монстра так же и отвлекайте, чтобы он не мог уклоняться.

— Понял.

Я взлетел, поморщился от боли в руке. Из-за перелома она плохо двигается, впрочем, чудо то, что вообще могу ей двигать. Так что могу использовать перчатку на ней с встроенными заклинаниями гравитационного прокола и ударной волны.

«Ласка, как дела?»

«Я подлечилась зельем, так что все нормально».

«Свечка, как дела у Ларса?»

«Альвы залечиваются сложнее, чем аватары. Он еще плохо себя чувствует».

«Морок, Ласка, сейчас Чума использует сильное заклинание, но ей нужно, чтобы мы отвлекали монстра и мешали ему уклоняться. Передайте это альвам рядом с вами — Иллин и Эшему».

«Поняли», — одновременно ответили Ласка и Морок.

Эмертрон тем временем пинком буквально разнес черного воина, а затем, резко развернувшись, выпустил струю пламени и сжег черного лучника. На этом призванные воины закончились. Вообще, голем не так уж и глуп, он решил использовать привычную и рабочую тактику — сначала покончить с самыми слабыми, чтобы не мешали разбираться с теми, кто посильнее, и так по восходящей, что в принципе правильно, ведь со слабыми разобраться можно очень быстро. А если сначала сосредоточишься на сильных, то пока будешь их бить, будешь получать урон не только от сильных, но и от слабых, не говоря о том, что они просто будут мешать одолеть сильных противников.

Чума резко выдохнула, а затем ее глаза стали темными как ночь — полностью исчезла радужка и белок. От глаз в разные стороны потянулись черные паутинки вен, а затем за ее спиной появились призрачные, словно сотканные из тумана, крылья. Она взмахнули ими и взлетела на несколько метров. От ее тела отделилась белая душа, очертаниями чем-то напоминающая ее, а затем еще одна и еще. Шесть душ застыли рядом с ней. Белесые, полупрозрачные, с жуткими лицами и когтистыми руками.

Миг, и монстры рванули вперед. Одновременно с этим атаковали и мы.

Ласка налетела с другой стороны, взмахнула топорами, но тут же отпрыгнула. И вовремя: нога монстра стремительно ударила в ее сторону. Но так как девушка заранее начала отпрыгивать, видимо, учтя прошлый опыт, то в этот раз атака ее не задела. Морок и Эшем выглянули из-за огромного булыжника, выпустили стрелы. Монстр отмахнулся рукой, а тем временем мой черный шарик оказался у его затылка. Я резко перенаправил заклинание.

Монстр обиженно взревел, над головой у него поднялась привычная цифра 151 200 урона. Голем развернулся ко мне и сразу выпустил пламя, но не струей, а широкой волной. В последний миг я поднырнул под ней, а вот призраки Чумы прошли, не получив урона, а затем атаковали голема. Тот сразу почувствовал опасность, попытался уклониться, но тут атаковала Ласка, ударив топорами по ноге. Монстр пошатнулся и не смог нормально уклониться. Призраки, издав пронзительный визг, врезались в его тело и прошли насквозь, казалось, не нанеся урона, но в этот миг пламенные глаза Эмертрона ярко вспыхнули, и раздался мощный рев.

Приглядевшись, я увидел, что в местах, где прошли призраки, камень потемнел и появились мелкие трещины. Призраки, описав круг, вновь устремились к голему с разных сторон.

Тот, видимо поняв, что ничто на них не действует, попытался уклониться. Я метнулся к нему, выпуская град заклинаний. Сейчас неважно попаду или нет, нужно заставить его почувствовать опасность и уклоняться и от моих атак. Эшем и Морок стали выпускать стрелы с другой стороны. Ласка вновь подлетела к нему и нанесла удар. А с другой стороны Иллин выпустила мощный луч света, что ударил монстра в бочину.

Эмертрон взревел, выпустил в мою сторону очередную волну пламени, походу уничтожая летящие к нему гравитационные разрывы, крутанул руками. Ласка вскрикнула от боли, ее тело улетело в сторону и с такой силой ударилось о сталагмит, что сломало его. Я резко затормозил и нырнул вниз, но поздно, пламя ожгло спину, а я получил еще 4 300 урона. Одновременно с этим я выставил руку вперед и выпустил другое, заранее приготовленное заклинание — гравитационное проклятье.

Несмотря на наши неудачные действия, нам удалось главное — не дать ему уклониться от атаки Чумы. Призраки налетели на монстра, тот взмахнул рукой, пытаясь отбиться, но задеть призраков не смог. Они вновь прошли сквозь его тело, вышли с разных сторон, разлетелись и, описав дугу, снова полетели к нему. Движутся они относительно медленно, но благодаря нам, а также наложенному гравитационному проклятью, голем не может вовремя уклониться от атаки.

«Ласка, ты как?»

' Терпимо'.

Я глянул на ее уровень очков жизни — у девушки осталась только половина.

Внезапно мощный рев разнесся по округе. По голему пошли трещины, затем он словно взорвался изнутри, мелкие каменные осколки разлетелись в стороны, а сам голем словно стал больше. Теперь камень, из которого он состоит, не простой, а покрыт зелеными прожилками, словно венами, по которым течет огонь хаоса.

' Это вторая стадия!'

Между каждой атакой призраков Чумы проходит секунд десять — видимо, она разделяет свое сознание между призраками и пытается ими управлять одновременно, что довольно сложно, поэтому, несмотря на мощь и неотвратимость атаки, она довольно медленна и требует подготовки. Чума сказала, что ей хватит маны на тридцать секунд, а значит, эта атака будет последняя. Если сейчас мы не убьем монстра, то придется добивать его без помощи Чумы, и когда он будет во второй стадии.

— Чума, используй призраков и атакуй правую ногу. И еще, лови! — прокричал я, извлек из инвентаря пузырек с зельем регенерации маны и бросил его женщине.

Затем рванул вперед.

' Ребята, отвлекаем его, нужно дать Чуме провести последнюю атаку'.

Я вновь нарочно атаковал открыто, одновременно с этим со спины атаковала Ласка, заодно отрезая путь к отступлению, если бы он попробовал это сделать. Слева ударил луч света и стрелы. Голем выдохнул пламя, сметая мои заклинания, только на этот раз волна и ее скорость оказались больше и быстрее. Я даже не успел дернуться, как меня поглотило зеленое пламя. Было чувство, что одним движением все оголенные участки кожи словно со всей силы чиркнули наждачной бумагой. Я сжал зубы, сдерживая крик. В логе появилось сообщение о получении 7 820 урона.

Пламя исчезло, и я увидел, как Ласку отбросило ударом, а она так и не смогла ранить монстра. Его скорость и мощь явно увеличились, потому что, даже находясь под гравитационным проклятьем, он оказался быстрее девушки. Одновременно с этим ударом над ним появились несколько зеленых шаров, а затем зеленые мощные, похожие на лазер, лучи ударили в сторону лучников и колдуньи. Один попал в грудь Эшема, пробив насквозь. Альв с хрипом повалился на пол, Мороку повезло больше — ему прошило ключицу, но даже так его очки жизни уменьшились на четверть. Он быстро подскочил к товарищу и оттащил его за камень. Иллин взвыла от боли, когда луч пронзил бедро.

И в этот миг призраки ударили в ногу голему и прошли сквозь нее. Все они вошли на одном уровне, но с разных сторон. Там, где они прошли, камень почернел, а зеленые прожилки померкли.

Стоило призракам выйти, как они тут же исчезли. Я оглянулся. Чума рухнула вниз и, приземлившись на ноги, чуть не упала. Отошла в сторону и, бессильно опустившись на пол, жадно присосалась к зелью.

Если она полноценный житель этого мира, а никакой не аватар, в таком случае точно так же, как это происходит при приеме зелий регенерации очков жизни, мана восстановится не сразу, а постепенно, правда, значительно быстрее, чем при естественной регенерации.

Голем грозно взревел, резко развернулся в сторону Чумы, и в этот миг раздался мощный хруст. В том месте ноги, через которое прошли призраки, камень лопнул, и часть ноги отделилась. Голем нелепо замахал руками и повалился набок.

Уверен, у хозяина второго этажа явно должно быть очков жизни больше, чем у того же босса арахната, миллионов десять — не меньше. Получается, что атаки Чумы настолько сильны, что не только вывели его во вторую стадию, так еще настолько сократили очки жизни, что стало возможным отрезать одну из конечностей, чего бы не получилось сделать при высоком показателе очков жизни в силу особых правил этого мира, схожих с игровыми. Я рванул было вперед, но монстр сработал на опережение: над ним образовались зеленые шары, и лучи ударили в мою сторону. Я попытался уклониться, но не получилось. Один луч задел плечо, другой прожег бедро, а третий ударил в грудь. И пусть нагрудник он прожечь не смог, но раскалил его в месте атаки так, что с другой стороны металл прожег поддоспешник и поджарил кожу.

' Тим, живой?'

' Да. Сама как?' — написал я, шипя от боли и отлетая в сторону.

Монстр тем временем поднялся, чуть изменил положение тела и замер на одной ноге.

' Пока нормально, только ребра болят'.

' Тим, тут этот альв… я оттащил его, но, похоже, он мертв'.

Я сжал кулаки.

' Ребята, нужно продолжать. Монстр без одной ноги, мы можем его одолеть. Делаем следующим образом, вы атакуете с разных сторон, но делаете это так, чтобы в случае его контратаки он не попал по вам. Не пытайтесь нанести урон, просто заставьте его поверить, что вы серьезно атакуете, и тем самым отвлеките его внимание. Атаковать буду я'.

Я быстро нырнул за один из камней. Мощный зеленый луч прошелся над головой, верхушку камня срезало, и она рухнула прямо перед моим лицом.

Выждав секунду, вылетел из укрытия, с помощью перчатки создал гравитационный разрыв и захватил его. Ласка атаковала монстра с одной стороны, а Морок выскочил с другой и выпустил стрелу.

Голем, балансируя на одной ноге, развернул голову к парню и выдохнул зеленое пламя, другой же рукой взмахнул, резко обрушил вниз, словно пытаясь прихлопнуть Ласку, но девушка вовремя отпрыгнула. Стоило кулаку с грохотом врезаться в землю, как от места удара в стороны разошлись трещины, затем они вспыхнули зеленым светом, и через миг из них вырвалось зеленое пламя.

' Ого! К его обычным физическим атакам добавился хаос! Ласка, будь аккуратней, одной такой атакой он может и убить'.

' Поняла'.

Пока ребята его отвлекали, я отправил заклинание, и как только оно поравнялось с монстром, резко перенаправил его. Тварь дернулась, но уклониться не успела. Еще сто пятьдесят тысяч урона прошло по нему.

Голем взревел, а затем, оттолкнувшись одной ногой, стремительно бросился в мою сторону. Даже без одной ноги он продолжает прыгать с феноменальной скоростью, почти не уступая той, которая была у него при наличии обеих ног. И всё же он стал двигаться немного медленнее, чем раньше, хотя изменения были не настолько значительными, как можно было ожидать. Ведь потеряв одну ногу, человек обычно теряет половину своей способности к прыжкам. А здесь уменьшение произошло лишь на 10%. Возможно, это из-за того, что он голем, а не человек и полагается не на мышцы, а на магию, и еще возможно из-за того, что вошел во вторую стадию, на которой у него увеличилась сила.

Как бы то ни было, я успел среагировать, в последний миг направил руку и использовал ударную волну.

И вновь это не остановило монстра, а лишь замедлило его полет. Сильный удар каменным кулаком, сотряс все мое тело. Следом вырвалось зеленое пламя и поглотило меня, а затем я почувствовал, что лечу, но это ощущение не продолжалось долго. Мощный удар чуть не выбил дух из тела.

Получено 16 800 урона.

Больше, чем в прошлый раз в похожей ситуации, но это, видимо, связано с тем, что помимо физического урона идет еще и магический от пламени хаоса.

Перед глазами все расплывается. Я тряхнул головой, пытаясь прийти в себя. Наконец округа стала четче, и я увидел монстра. Наши взгляды встретились, пламя в его глазницах вспыхнуло, он чуть присел, собираясь вновь прыгнуть на меня, но в этот миг слева ударил луч света, попав монстру в плечо.

Голем взревел так, что, кажется, затряслась пещера. Он резко развернулся и прыгнул на Иллин. Девушка метнулась прочь, кулак монстра ударился об то место, где она только что была, пол раскололся, и из разлома вырвалось пламя.

Тяжело дыша и чувствуя боль во всем теле, я сформировал новый гравитационный разрыв, и направил заклинание вперед.

Тем временем стрелы Морока врезались в голову твари одна за другой, только монстр даже не пытается уклоняться, словно вовсе не замечает их. Его яростный взгляд проследил за убегающей Иллин, и над головой вновь возникли зеленые шары. Только вот выстрелить он не успел, так как я резко перенаправил черный шарик прямо ему в голову.

Пространство исказилось, голова монстра дернулась, а зеленые шары пропали. Я услышал слабый треск, а на голове появилась трещина, что пересекла одну из глазниц.

Монстр развернулся ко мне, а в этот миг его атаковала Ласка. Он почувствовал чужое присутствие, резко ударил, но девушка уклонилась, а затем еще один луч ударил уже голему в грудь.

Я сделал вираж и залетел за сталактит, свисающий с потолка как огромная сосулька. Сформировал гравитационный разрыв, выглянул из-за укрытия и, убедившись, что противник не смотрит на меня, метнул заклинание вперед. После чего по привычной схеме перенаправил.

Опять треск и очередная трещина на голове. Монстр, взревев, выпустил изо рта пламя в мою сторону, заставив уклоняться, ударил кулаком, но на этот раз не пытался пришлепнуть, а сделал широкий замах, чем смог достать Ласку. Девушку отбросило на десяток шагов, а сам голем стремительно бросился к Иллин. Я рванул было следом, но внезапно над головой хозяина этажа возникли сферы, и в мою сторону ударили зеленые лучи. Я попытался уклониться, но получилось не очень. Один луч ударил в плечо, другой попал в ногу.

Сжав зубы, застонал. По всему телу словно прошелся электрический заряд, а от моих очков жизни осталась треть. Не будь у меня высокой магической защиты, то уже бы погиб.

Монстр тем временем нагнал улепетывающую Иллин, рука грозно поднялась над головой, готовая обрушиться вниз. Внезапно рядом с рукой появились призраки и одновременно прошли сквозь нее со всех сторон. Монстр нанес резкий удар, но только по пути часть руки в том месте, где прошли призраки, отделилась и улетела в сторону, а обрубок лишь замер в паре метров от зажмурившейся и приготовившейся к удару Иллин.

— Вы, альвы, такие бесполезные, что приходится вас спасать, — прохрипела Чума, упала на колени и призраки вновь исчезли.

Я рванул со всей скорости. Монстр с удивлением посмотрел на обрубок, словно не понимая, что произошло, но тут же почувствовал опасность, резко развернулся, я выбросил руку вперед. Мощное пламя метнулось мне навстречу. Тем временем над головой появились лучи и ударили в разные стороны, попав по Иллин, подскочившей и рубанувшей по оставшейся ноге, Ласке, Мороку и Чуме.

Жар обдал тело, я сжался от боли, но вместо того, чтобы рвануть вниз, продолжил лететь вперед. Полоска жизней стремительно стала сокращаться, в логе боя появились пусть и небольшие цифры — в несколько тысяч урона, но они побежали так быстро, что оставшиеся сорок тысяч очков жизни почти полностью исчерпались. Я выставил руку вперед и использовал ударную волну в упор.

Пламя тут же исчезло, от мощного удара голову голема запрокинуло назад, а нижняя челюсть треснула и развалилась.

— Умри! — выкрикнул я и вновь использовал ударную волну, другую руку направил ниже и стал выстреливать гравитационными разрывами.

Монстр взревел, огромная культя ударила снизу. Я сжал зубы, ожидая удара и с сожалением понимая, что, несмотря на все жертвы, не успел нанести достаточно урона. Будь в моем распоряжении еще несколько мгновений, все могло бы поменяться.

Внезапно черная тень пронеслась снизу, раздался резкий звон, а затем часть руки монстра отделилась и полетела прочь. Я увидел, как раненая Ласка после мощного удара топорами, развернулась в воздухе и, падая, улыбнулась кровавой улыбкой. Я улыбнулся в ответ.

Гравитационные разрывы стали попадать один за другим, искажая пространство. Камень затрещал, стал откалываться, и я второй перчаткой вновь использовал ударную волну. Мощный удар воздуха как от взрыва бомбы, ударил в голову монстра, и она с оглушительным треском разлетелась на кусочки.

Хозяин второго этажа — Эмертрон, убит.

Получено: 6 425 000 героического опыта, 50 000 000 зен.

* * *

Иллин сидит у костра подавленная и мрачная. Рядом с ней перебинтованный и оклемавшийся Ларс, а в стороне лежит закутанное в полотно тело Эшема. Лучник не пережил атаку, что прожгла его сердце, он умер практически мгновенно.

Я глянул на руки, их все еще слегка трясет. Бой закончился буквально минут десять назад.

Свечка, Ласка и Морок обследуют тело голема. После его смерти мы получили множество уровней, а с ними и полное исцеление.

Я обернулся к стоящей в стороне Чуме. Она все еще слаба, но мана быстро восстанавливается и уже скоро генерал короля демонов будет полна сил.

— Я ухожу. Надеюсь, препятствий вы мне чинить не станете? — спросила Чума, когда я подошел к ней.

— Нет. Ты помогла нам в бою, хотя не обязана была и могла бы попытаться сбежать.

— Могла бы, просто на миг во мне сыграл инстинкт или просто воспоминания прошлого, когда мы вот так большой группой ходили на мощных монстров и побеждали их. Как бы то ни было, мы помогли друг другу. И все же, думаю, девочка-альв разозлится на тебя, если дашь мне спокойно уйти. Все-таки мы уже давно воюем, и отпускать меня — не слишком правильно. Ведь есть такой шанс расправиться с одним из генералов, верно?

— Я сам этим займусь. К тому же, мне кажется, что ты сильнее и Смерти, и Войны. А значит, мы можем и не справиться.

Чума усмехнулась, а ее объемная грудь, спрятанная за тканью робы, чуть шевельнулась. Я заметил, что она поймала мой взгляд, прищурилась и специально выгнулась так, что грудь натянула ткань.

— Но, прежде чем ты уйдешь, я хочу тебя кое о чем спросить.

— Ну?

— Почему ты выбрал аватар женщины?

Несколько секунд Чума непонимающе смотрела на меня.

— В смысле?

— Ну, мы же все играли в Алион-онлайн. И обычно мужчины выбирали мужские модельки. Почему ты выбрал женскую модельку, или выбрала… как лучше к тебе обращаться?

— Я не понимаю вопроса. Я женщина, потому что женщина. Когда Сол призвал нас в этот мир, я уже была такой.

Я несколько раз моргнул. Что-то тут явно не так. Бывает такое, что вроде обсуждаете одно и то же, но словно разные вещи.

— Подожди минутку. Этот мир — компьютерная симуляция. Виртуальная ММОПРГ Алион-онлайн. В свое время и ты, и я вошли в эту игру и играли до закрытия серверов. А сейчас этот мир каким-то образом материализовался, открылся разлом, но большинство людей сюда все еще заходит, как в обычную игру — с помощью виртуальных капсул, появляясь в этом мире в виде аватаров. Но сейчас вообще пол и внешность выбирать нельзя, как это было раньше.

Взгляд Чумы застыл.

— Ну же! Ты был раньше Лечильником, а твое настоящее имя в реальном мире — Сергей Вершков. Более того, я теперь не понимаю, как ты можешь существовать в двух разных состояниях. Ведь ты жив в реальном мире, пусть и потерял память после аварии, но также ты существуешь еще и в этом мире…

Я заткнулся, потому что Чума побледнела, быстро задышала, ее взгляд стал диким, а на лбу заблестели бусинки пота. Генерал смерти отступила, сжала руками виски, и вдруг из ее носа потекла кровь.

— Мы… Я… Мое имя Лечильник. Мы были призваны Солом тысячу лет назад. И после великой битвы нас не вернули назад и обманули. Мы остались заперты в этом мире… Какие аватары? Какая игра? Какой Сергей Вершков⁈ — прокричала она.

Глава 02

Ложные убеждения.

— Эй, ты в порядке? — спросил я, сделав шаг и протянув руку.

— Не прикасайся! — резко крикнула Чума, отмахнувшись и отступив на шаг.

Я оглянулся. Ласка, обыскивающая голема, обернулась в нашу сторону, с подозрением глянула на меня.

«Что там у вас?».

«Все сложно. Но сейчас не могу объяснить».

— Значит, вы не влезали в ви-капсулу и не заходили просто в игру? — уточнил я, начиная понимать, кто же такие эти генералы короля демонов.

Чума продолжает тяжело и быстро дышать. Пальцами вытерла кровь, посмотрела на меня, затем мотнула головой.

— Нет. Нас призвали в этот мир, как в какой-нибудь книжке или фильме. А после победы над богами хаоса, мы так и остались в этом мире, получив в довесок проклятье бессмертия…

— Все не так…

Я рассказал о своем опыте игры в Алион-онлайн, о том, что известно обо всех из их группы. По крайней мере, то досье, что передали мне.

— Не понимаю, — произнесла Чума.

Она успела успокоиться, взгляд стал мрачным и задумчивым, пальцы потерли подбородок.

— Что?

— Всего не понимаю. Если все так, как ты говоришь, тогда кто я и остальные генералы?

Я пожевал губами, раздумывая, после чего произнес:

— Это всего лишь предположение, но все же, я думаю, что оно близко к правде: раньше Алион-онлайн был лишь игрой, но что-то случилось, возможно, из-за этих квантовых компьютеров и сетей, но каким-то образом он сформировался как параллельный мир. А потом из этого виртуального мира открылся разлом в наш мир. И в тот момент из компьютерного кода материализовалась параллельная вселенная, и вся ее история создания и существования как будто этот виртуальный мир просуществовал миллиарды лет, как и наша вселенная. В том числе и этот мир и вы. Вы не реальные люди из нашего мира и не аватары, а существа этого мира, созданные в момент его зарождения.

— Этого не может быть. Как минимум Алион мир имеет тысячелетнюю историю, и я сама прожила тут тысячу лет.

— Но как ты можешь это подтвердить? Своей памятью? В нашем мире есть полное досье на всех вас, так называемых генералов. И главное доказательство в том, что я не только играл в «Алион-онлайн» и стал одним из пяти выживших в последнем эвенте, но и носил никнейм «Бессмертный красный дракон». Ваш король демонов — это мой аватар во времена игры в Алион-онлайн.

Чума замерла, затем отстранилась, окинула меня взглядом с ног до головы.

— Этого всего не может быть. Если это правда, то получается, ты прав. Наш мир создан недавно, мы просто созданы по образу аватаров в игре и никакие не призванные герои.

— Поэтому вы не можете поднимать уровни, как это можем мы, — добавил я.

— Но как же так? Как же мои воспоминания, как же вся история этого мира?

— А представь, что сейчас сделали твой клон и вложили в него твою память. Он был бы в полной уверенности, что прожил много лет. Хотя в реальности был создан день назад.

Лицо Чумы побледнело, на ее лице отразилась смесь гнева и ужаса. Но оно и понятно, не каждый день тебе говорят, что твоя жизнь и твой мир всего лишь вымысел и ложь. Впрочем, так можно сказать и про мой так называемый реальный мир. Может, слова из всяких библейских книг о том, что нашему миру дай бог шесть тысяч лет, — это правда? А все доказательства миллиардов лет существования вселенной — всего лишь наше заблуждение. Что стоит создать под слоем земли скелеты древних существ, а на следующий день запустить симуляцию уже с людьми, которые будут находить древние останки, которым «миллионы лет» и будут уверены, что миру — миллиарды. Так можно и засомневаться во вчерашнем дне. Просыпаясь с утра, как можно быть уверенным, что ты прожил десятки лет, что твоей цивилизации тысячи лет, а твоему миру миллиарды, если единственное доказательство — это твоя личная память? Может ты и весь мир был только создан, а тебе дарована память о прошлом. И это никак не проверишь.

— Я тебе не верю. Это не может быть правдой.

— Твое право, — пожав плечами, сказал я. — По крайней мере, я уже нашел правду и разгадал вашу природу.

Чума несколько мгновений рассматривала меня, затем отвернулась, подняла руку, пару раз сжала, словно проверяя, реальна она или нет.

— Я ухожу. Надеюсь, чинить препятствия сейчас вы мне не намерены?

— Нет. Как и сказал. Ты помогла нам, так что я не буду пытаться драться с тобой. Куда, кстати, направляешься?

Она мгновение раздумывала, говорить мне или нет, но затем произнесла:

— Дальше вниз. Твои слова сбили меня с толку, но думаю, что смогу найти хоть какие-то ответы в глубине.

— Почему ты так уверена?

— Мы что на допросе? Хватит вопросов. Я ухожу. И помни, при следующей встрече я не буду столь мила.

— Учту.

Чума кивнула, а затем пошла прочь. Я же вернулся к костру, через пять минут вернулись Ласка с Мороком и Свечкой.

— Ну? — спросила Ласка.

Я присел и быстро рассказал все, что знаю про ситуацию с Чумой и о прочем. Заметил, что Иллин и Ларс вышли и раздумий, посматривают в нашу сторону и прислушиваются.

— Так ты ее отпустил? — спросила Иллин, когда я завершил пересказ разговора.

— Это все, что тебя интересует? Ну, если так, то да. Нам не по силам пока что ее победить, да и просто нападать было бы неправильно — все-таки мы вместе сражались, и если бы не ее помощь, то погибли. Атаковать человека, с которым секунду назад насмерть сражался вместе плечом к плечу — в высшей степени подло.

Иллин поджала губы, но ничего не сказала. С одной стороны, могу ее понять — такой шанс убить Чуму, одного из генералов короля демонов, с другой же, поступить подло, что ей не позволяет ее воспитание и врожденное благородство альвов.

— Ладно. Сейчас, думаю, у нас нет времени на разговоры. Все отдохнули? Пора в путь.

На самом деле с момента убийства голема прошло минут пятнадцать. По идее нужно подольше посидеть перевести дух, но на это нет времени. Потому что по какой-то причине, даже после смерти монстра, телепортация все еще запрещена, а у нас с Лаской не активен выход из сети.

— Кстати, Иллин, как вы тут оказались? — спросил я.

— Ну, мы увидели Чуму и попытались последовать за ней, но внезапно за нами рванул Мебус. Это монстр, больше похожий на морскую звезду, только лучей у него десять, и они длиннее, а еще у него множество глаз и огромный рот. Он был хозяином первого этажа. Мы попытались проскочить мимо — но ничего не получилось, тогда рванули к лестнице. На наше счастье, Чума не заметила нас, ее внимание сразу привлек Мебус. Она схлестнулось с ним на лестнице, потеряла кучу мертвецов, что привела с собой, а затем в пылу боя потолок обрушился. Мы оказались на втором этаже, чудом избежав обвала, как и Чума, что сразу скрылись. А вот Мебус вернулся видимо на первый этаж.

Вот значит, как оно было. Мы переглянулись с Лаской.

«Значит, обвал произошел из-за Чумы. А те монстры, что столпились у него, оказывается, пожирали мертвецов из армии Чумы, что были убиты во второй раз и брошены госпожой», — написал я.

«Ну, одной загадкой меньше, только от этого ни тепло, ни холодно».

— Значит, вы скитались по второму этажу. Подозреваю, что лестницу на первый этаж не нашли?

— Верно. Но нашли на третий. Даже две. А еще в одной небольшой пещере мы нашли разлом.

— Можешь подробнее рассказать про весь ваш маршрут по подземелью, в какие пещеры входили, что видели? — посерьезнев, быстро попросил я.

Иллин и Ларс стали рассказывать, дополняя друг друга.

По мере рассказа на карте второго этажа появляются очертания пещер, которые выделяются серым цветом, что отличает их от цветных, которые мы исследовали лично и словно подчеркивает, что сведения о них основаны на словах, а чтобы сделать их цветными, нужно исследовать лично. Впрочем, так даже удобнее, не запутаемся с маршрутом.

На миг глянул в сторону Морока и Свечки. Лица ребят при словах о выходе из разлома тут же просветлели. Мы знаем маршрут, самый опасный монстр подземелья убит, а времени еще несколько часов, так что хватит с запасом, а выйдя из разлома, они сразу смогут разлогиниться и вылезти из капсул.

Когда альвы закончили рассказ, я с удивлением глянул на карту. Мы сами исследовали южную половину второго уровня, и вот сейчас нам открылась половина северной. Альвы оказались более хаотичны в поисках выходов, так что часто залезали на известные нам участки, но, благо, исследовали много тех пещер, в которых мы еще не побывали. Так что фактически исследовано три четверти всего этажа.

Как только они все рассказали, мы быстро собрались в путь. Альвы понесли тело товарища на быстро сооруженных носилках. Я хотел предложить свою помощь и использовать телекинез, но Иллин отказалась, сказав, что это будет ограничивать меня в случае внезапного нападения. Я хотел было возразить, но тут же захлопнул рот, ведь девушка права. Я могу использовать телекинез не дальше пятнадцати метров, так что и правда буду ограничен в бою, так что придется держать тело где-то поблизости с собой. Конечно, в бою его можно просто бросить, но мало ли, какой монстр подкрадется и стащит его. Мертвецу-то конечно уже все-равно, а вот мне перед Иллин и Лансом будет неловко.

Мы выбрались из пещеры, где в первый раз встретили голема и пошли по длинному тоннелю к следующей.

Попутно я распределил полученные статы. Теперь у меня 172 уровень, как и у Ласки. Морок и Свечка имеют по 167 уровню. Если задуматься, то прошло меньше дня, а мы так стремительно прокачались. Правда за это нам пришлось расправиться с ульем, затем убить двух боссов второго этажа бездны, а до кучи еще и хозяина второго этажа. Понятно, что последнего мы убили лишь благодаря помощи Чумы, и таких тварей по-хорошему нужно бить группой в десять человек, в составе которой будет и сильнейшая четверка — Шестерня, Медок, Вишня и Трюк, хотя опыт в этом случае разделится не как у нас на четверых, а на десятерых. Но нам повезло.

Убедившись, что пока нет опасности, я быстро открыл характеристики и распределил статы.

Тим.

Маг порядка 172 уровень.

Очки жизни — 107 021

Очки маны — 54 135

Телосложение — 134

Ловкость — 114

Духовная сила — 1045

Модификатор магического урона — 6240%

Модификатор физического урона — 260%

Модификатор магической защиты — 3890%

Модификатор уклонения — 220%

Шанс критической атаки — 220%

Магическая защита — 5750

Физическая защита — 2730

Доступные очки характеристик — 0

Пассивные бонусы:

Все атаки против хаоса +250%

Урон магии порядка +150%

+250% к силе заклинаний огня, воздуха, воды, земли

+25% к лечению от лечащих заклинаний и зелий. −10% времени отката заклинания.

Уменьшение времени действия негативных эффектов на 25%.

Урон от огня и огненных заклинаний уменьшается на 15%. Время действия отрицательных эффектов от огненных заклинаний — таких как горение — уменьшается на 20%

Шанс нанести критический урон заклинаниями — 25%.

25% шанс того, что ваше обездвиживающее заклинание продлится вдвое дольше.

25% шанс того, что наложенные вами отрицательные эффекты продлятся вдвое дольше.

Урон от заклинаний воды уменьшается на 15%.

Время действия отрицательных эффектов от заклинаний, связанных с водой — таких как заморозка — уменьшается на 20%

Мастер алхимик 2ур. +300% к силе зелий.

Оружейник будущего +500% к силе оружий.

Наконец мои очки жизни вышли за порог в 100 000, что не может не радовать. А еще радует то, что в трупе голема обнаружились три камня, которые подходят для усиления предметов качества артефакт, два использовала на кольцах Ласка, один я использовал на своем амулете «камне возрождения». Сила, заключенная в камне, была такова, что позволила поднять мой артефакт сразу до 60 уровня.

И теперь он выглядит так:

«Камень возрождения» — амулет.

Уровень — 60.

Качество: Артефакт.

При смерти носителя возрождает его в диапазоне от 10 секунд до 4 минуты — по выбору владельца. Если владелец не выберет время в течение 8 секунд, то возрождение осуществится через 1 минуту. Откат заклинания 2 дня 12 часов.

+12000 очков жизни, +12000 очков маны, +600% к скорости регенерации маны.

+60 ко всем характеристикам.

+100% к урону против хаоса.

По сути, все его свойства удвоились по сравнению с 30 уровнем. И теперь откат возрождения составляет всего два с половиной дня. Интересно, на максимальном 900 уровне он будет позволять мне перерождаться без отката? Было бы здорово, но что-то не верится, что может существовать такая сила.

Вздохнув, я закрыл окно характеристик. Их можно просматривать бесконечно, любуясь статами, но мы все еще в бездне и пусть одолели хозяина второго этажа — это не значит, что нужно расслабляться и отвлекаться.

Путешествие по пещерам прошло сносно. Мы уже как-то попривыкли к местным монстрам, да и стали сильнее. А может, еще сыграл роль тот фактор, что самое сильное существо на этаже уничтожено, опасаться некого, и теперь на всех, кто все-таки нам попадался по пути, мы нападали смело, дерзко и с задоринкой, убивая тварей быстро и без каких-либо ранений. Так что через час мы вошли в нужную нам пещеру. Она в диаметре где-то метров сорок с двумя выходами. Повсюду привычные камни, сталактиты и сталагмиты, между которыми проходят тропы. Из стен и потолка выпирают куски кварца, испускающие зеленый свет.

В центре я увидел сияющий синим цветом разрыв в пространстве высотой где-то метра два. Мы было поспешили к нему, но внезапно Ласка подняла руку.

«Что там?»

«Впереди, метрах в десяти от нас, как раз рядом с разломом, хамелеон».

Я пригляделся, но различить его не смог. Примечательно, что Ласка раньше подобных тварей едва замечала, а тут обнаружила с такого приличного расстояния. То ли опыта набралась, то ли за счет набранных уровней и вкачанных в ловкость очков повысила восприятие.

Я сформировал гравитационный разрыв. Девушка тем временем прошла вперед. Внезапно на фоне груды камней началось движение, раскрылась огромная пасть, и вперед выстрелил язык. Но он попал лишь в пустое пространство. Ласка уже оказалась на монстре, топоры ударили по загривку. Я направил заклинание рядом с мордой, а затем резко изменил направление его движения. Черный шарик пулей влетел в открытый рот, который тут же закрылся. Тварь взбрыкнула, пытаясь стряхнуть девушку. Ласка подлетела в воздух, сделала сальто и вновь приземлилась на спину. Монстру бы извернуться и сбросить ее, но в этот миг мое заклинание сработало, и гигантский хамелеон забыл про девушку. Он открыл пасть, на пол выплеснулась кровь, а пещера наполнилась пищанием. Ласка тем временем вновь обрушила топоры. В этот миг в глаз монстра влетела стрела и вошла по оперение. Брызнула темная кровь, и монстр завертелся в агонии.

Через несколько секунд все было кончено. Мы получили очки героического опыта, но на фоне того, что уже имели — это была капля в море.

Первыми из разлома вышли Морок и Свечка.

«Ну, что там?»

' Мы в какой-то пещере', — написала Свечка.

' Но тут уже можно разлогиниться'.

' Хорошо, вылезайте из капсул'.

Их иконки тут же стали серыми. Это означало, что ребята вышли из аватаров. Ласка вышла следующей, за ней альвы. После того как Боги Хаоса начали использовать неизвестную технику, которая стирает грань между мирами, все существа получили возможность свободно перемещаться из разлома в реальный мир и обратно. Более того, разломы пространства теперь появились не только в сети, но и в разных частях реального мира.

Даже обычные люди без создания аватара и того, чтобы ложиться в ви-капсулу, могут теперь попасть в Алион, просто пройдя через пространственный разлом. Это же касается и монстров.

Я оглянулся и только после этого перешагнул через «порог».

На миг меня окружило синее сияние, после чего я оказался в небольшой пещере. Справа глухая стена, слева виднеется яркое пятно выхода. Пещера небольшая где-то с однокомнатную квартиру. В ней сухо и даже тепло. Снаружи периодически завывает ветер, врываясь внутрь пещеры с пылью и песком, а также очередным потоком теплого воздуха.

— Итак, осталось понять, где мы, — произнесла Ласка.

Я открыл карту, с помощью чипа уловил сигнал от спутников позиционирования, после чего на карте появилась красная точка.

— Мы в горах южной Америки.

— Далековато нас занесло, — присвистнув, сказала Ласка.

— До ближайшего супергорода несколько тысяч километров, но плохо то, что он сейчас занят враждебными нам силами. А до Азии-2 больше десяти тысяч километров. Никто сюда спасательный самолет не пришлет, к сожалению. Можно самим полететь, но это займет несколько дней и не факт, что нам дадут залететь в город и мы не столкнемся ни с кем из врагов по пути.

— Значит, придется вернуться в бездну и искать подъем? — уточнила Ласка.

— Ну, осталось не так уж и много мест, где он может быть. И все же, мне интересно, почему даже после убийства хозяина этажа мы не смогли телепортироваться.

— Возможно, в самой бездне есть нечто настолько могущественное, что уже на втором этаже чувствуется его влияние? — предположила девушка.

— Так, Иллин, Ларс, сейчас мы тут хорошенько отдохнем, после чего придется вернуться в бездну и искать подъем на первый этаж.

— Хорошо, — кивнув, сказала девушка.

— Есть хотите? — поинтересовалась Ласка.

— Угу. Не помешало бы.

Они стали спешно разводить костер. А я в это время связался с Шестерней. Выслушав мой доклад, он ответил:

' Мы уже получили частичное представление о том, что с вами случилось, от Свечки. Теперь все более-менее понятно. Заставили вы нас поволноваться. Я уже собирался отправлять поисковую группу'.

' Главное, что вы целы'.

' Ладно, сейчас я вам скину полную карту первого этажа. Прикинете, где есть вторая лестница и возвращайтесь. Поможем альвам выбраться, а потом отправимся на второй этаж. Лагерь разобьем как раз рядом с разломом, заодно посмотрим, куда это он ведет'.

Спустя полчаса, когда альвы отдохнули и поели наспех приготовленной похлебки из овощей и мясного бульона с добавлением какой-то альвовской каши, которая, по итогу, несмотря на непривлекательный вид, оказалась довольно неплоха на вкус, мы вернулись в разлом.

Глава 03

Определение личности.

До пещеры, в которой предположительно должна быть лестница, ведущая на первый этаж, мы добрались через полчаса. Благо, находилась не так далеко. Проскользнув мимо группы рратов и попутно убив парочку, мы поднялись по лестнице. Наверху нас встретила группа, посланная Шестерней.

Пройдя зачищенные от тварей пещеры, мы попали в лагерь.

Шестерня со скорбным выражением лица встретил альвов и выразил им соболезнование. Причем в его словах я не почувствовал фальши или наигранности. Знаете, бывает такое, когда какие-то политики и дипломаты вроде делают грустную мину и выражают соболезнование, но прямо чувствуешь, что им на самом деле плевать, а грустные лица они делают, потому что «так надо». Ну, тут Шестерню понять можно, все-таки погибший — из группы Иллин. Мы встретили их, как только высадились на мертвый континент, и они здорово нам помогли. Возможно, не повстречай мы Иллин, Ларса и Эшема, то погибли бы там.

После этого с отрядом, хотя мы в нем особо и не нуждались — ведь пещеры уже зачищены от монстров — дошли до выхода, где нас встретил небольшой лагерь альвов, что дожидались, когда мы покинем бездну, чтобы по тайным тропам проводить обратно. Среди альвов заметил Сельви — все такая же суровая, мускулистая и решительная. Девушка заметила, меня чуть поправила повязку на глазу, словно пытаясь прикрыть еще и шрам, улыбнулась мне, помахала рукой, отчего в этот момент я покрылся холодным потом, потому что почувствовал обжигающий взгляд Ласки. Сельви подошла поздороваться, но заметила Иллин и Ларса, несущих завернутого в ткань Эшема. Улыбка слетела с губ Сельви, тени на лице словно стали резче.

— К погибшим у другого входа теперь еще добавился разведчик, — прошептала она, пальцы сжали древко копья. — Несите вон в ту палатку.

Она проводила альвов.

Мы развернулись и собирались уже спускаться обратно, как нас догнал женский окрик.

Иллин подбежала ко мне и тихо произнесла:

— Тим, не доверяй Чуме. Помни, что она столетиями воевала с нами. Она нам не друг и не союзник, так что не испытывай ложного чувства дружбы. В следующий раз, когда встретите ее, попытайтесь убить. Смерть еще одного генерала короля демонов сильно облегчит нам жизнь.

— Я услышал тебя, — сказал я.

— Береги себя, — прошептала она.

Я развернулся и начал спуск вниз.

— Гляжу, ты популярен среди альвов, — заметила Ласка нейтральным тоном.

— Да и ты в целом популярна среди мужчин. Мы такие красивые, да?

Девушка поджала губы, нахмурилась, но не смогла удержать грозное выражение на лице, улыбнулась и, чуть качнувшись, ткнула меня плечом в плечо.

— Дурак ты, Тим, — буркнула она.

Дурак, да? Вот так вот. Почему дурак — непонятно. Впрочем, пусть ее. Я улыбнулся и обнял девушку за плечи, заметив, как идущие впереди двое парней из гильдии, отправленные Шестерней с нами, лишь завистливо покосились на меня, но, заметив взгляд, тут же отвернулись.

* * *

Стук сердца. Бум-бум.

Я открыл глаза. Вокруг сплошная чернота. Попытался встать, но понял, что подо мной нет опоры, а сам я словно в воде — движения мои медленные, плавные и даются с большим усилием, чем если бы двигался на суше.

Сознание плывет, словно я пьян.

Где я? Я же вроде лег спать? Да, точно, это же сон. Внезапно впереди я увидел легкий зеленый огонек. Он стал приближаться и увеличиваться в размерах. Внезапно пламя изменило форму, приняв человеческий облик. Точнее, так я подумал сначала, но затем понял, что передо мной демон хаоса. Он обнажен до пояса, тело мускулистое, кожа серая, ближе к землистому цвету. Короткие черные волосы, уши длинные с заостренными кончиками, из головы торчат два изогнутых черных рога. Глаза яркие, золотистого цвета, словно из расплавленного металла, зрачки вытянуты.

— Кто ты? — спросил я, почувствовав, как по спине пробежал холод.

Мощное давление силы обрушилось на меня. Появилось чувство, будто я оказался перед Абаддоном.

Демон не ответил, продолжая приближаться. Я попытался отодвинуться, но тело не повинуется.

— Не подходи ко мне!

Я поднял руку, но заметил, что перчаток нет. Тогда просто направил ману в руку. Перед ней появился гравитационный разрыв. Демон остановился, ухмыльнулся.

— Зачем ты пытаешься себя убить? — раздался холодный, спокойный и низкий голос.

— Что? — спросил я, моргнул глазами и похолодел, потому что вместо демона впереди стою я с вытянутой рукой, черным шариком, захваченным телекинезом, готовый выстрелить вперед.

Я опустил взгляд и увидел свое мускулистое тело, поднял руки с черными когтями к глазам, затем, не веря, глянул вперед. Я, стоящий впереди, ухмыльнулся, развеял заклинание и опустил руку.

— Я пробудился, — произнес я, и тот я, что стоит передо мной.

Попытался дернуться, но тело демона не подчиняется.

— Уже скоро я получу второй шанс…

Я вздрогнул и открыл глаза. Рот жадно хватает воздух. Слева почувствовал шевеление, а затем резкое движение. Ласка вскочила, отбежала на середину палатки, выхватила топоры и с диким взглядом огляделась.

— Тим? — уточнила она, видимо, еще не понимая, проснулась или все еще спит.

— Тоже плохой сон? — спросил я.

Девушка выдохнула и опустила топоры, затем их окутал свет, и они исчезли, убравшись в инвентарь. Ласка подошла, села рядом и прикрыла глаза ладонью.

— Бред какой-то.

— Тебе снилась Лилит? — уточнил я.

Ласка вздрогнула, оглянулась.

— Значит и тебе тоже?

— Да. Мне снился Люцифер, и во сне я стал им.

На некоторое время повисло молчание, затем Ласка произнесла:

— Тела аватаров сделаны из демонов хаоса. Так гласит теория. Поэтому все проходчики, уничтожая кристаллы хаоса и подвергаясь воздействию выброса энергии хаоса в момент уничтожения, получают бонусы к искусству хаоса, хотя изначально они вроде как являются бойцами порядка.

— Но только мы видим эти сны и воспоминания, — заметил я.

— Возможно, это связано с тем, что мы уничтожили оригинальные тела и переродились, слившись с аватарами. Тим, мы точно все еще те, кем были раньше, до того как открылся разлом?

У меня мороз пробежался по коже.

— Что ты хочешь сказать?

— Мы же теперь вроде как состоим из пикселей. Наши тела — тела аватаров. Вдруг, когда тела аватаров были уничтожены одновременно с нашими, твой камень восстановления не слил наши тела, а восстановил аватары, как и заложено, но просто с нашими воспоминаниями, а мы думаем, что мы все еще Тим и Ласка. А еще может быть так, что он, пусть и в человеческих телах, возродил бога хаоса Люцифера и демона хаоса первого круга Лилит, и потому их воспоминания начинают возвращаться.

Я сжал челюсти. Слова девушки ошеломили меня.

— А может, воспоминания Лилит и Люцифера уже в полной мере пробудились, но мы не даем своим истинным личностям взять верх, блокируя эту память, потому что все еще считаем себя Тимом и Лаской и выбираем их память как основу наших личностей.

— Я… я не знаю, — произнес я с тяжелым сердцем. — Я не знаю…

Я обнял девушку за плечи и прижал к себе. Так мы просидели некоторое время в темноте палатки. За ней слышится слабый треск костра, периодически приходят дозорные.

Мы с Лаской решили ночевать в разломе, потому что разницы нет — в реальном мы мире или в виртуальном. Но вот же что странно: в виртуальном я чувствую себя как-то более безопасно, даже с учетом того, что мы в бездне. Наверное, это связано с тем, что в недавнем прошлом в реальном мире приходилось постоянно скрываться и прятаться, а опасность ждала на каждом углу, тогда как в Алионе я чувствовал себя более свободно.

Хотя после высказанных Лаской предположений может быть и так, что этот мир стал мне теперь просто роднее.

Я глянул на девушку. Если она права, и мы просто Лилит и Люцифер, унаследовавшие воспоминания Ласки и Тима, то что вообще есть личность человеческая? Просто набор воспоминаний или что-то большее? Если убийце и маньяку полностью стереть память под ноль, а затем записать другую личность, с иными взглядами и воспоминаниями, воспитанием и восприятием мира, будет ли он добросовестным гражданином, либо однажды его неумолимо начнет тянуть совершить преступление и, однажды совершив его, вновь станет убийцей и маньяком, чувствуя кайф от отнимания чужой жизни? Если это так, то тогда мы в ближайшее время сможем определить, мы все еще Тим и Ласка или возродившиеся Лилит и Люцифер.

— Ладно, давай завтракать, раз уж проснулись, — предложил я.

Ласка вздохнула, с неохотой отлипла от меня и поднялась.

— Да, пойдем. Костер вроде горит, разогреем себе что-нибудь.

Раньше я не обращал особого внимания, но сейчас, глядя на пламя, вижу, что оно имеет зеленоватые оттенки. Вероятно, я настолько привык к зеленому цвету от кристаллов, что долгое время как-то не замечал этого, но после жуткого сна, видимо, стал особенно чувствителен к необычным явлениям и заметил, что пламя имеет неестественный цвет.

Справа слегка вспыхнул свет. Я оглянулся. В метре от нас появилась привычная фигура здоровяка в тяжелых доспехах.

— О, Тим, Ласка, вы уже проснулись, — сказал Шестерня.

— Да, только что. Как дела на большой земле?

Парень усмехнулся такому определению, но веселое настроение тут же пропало, и он посерьезнел.

— Появляется все больше разрывов пространства в самых разных местах. При существующей тенденции через пару недель слияние миров закончится. И нам нужно как-то остановить этот процесс.

— Времени у нас немного, — произнесла Ласка, нанизав мясо на вертел и повесив его над пламенем костра.

— Хуже всего то, что нет никаких зацепок. Хакеры сейчас то и дело штурмуют базы данных корпоратов и всевозможные сервера, но пока успехов нет. Также пытаемся как-то справится с сознанием Альберта, возможно, он знает что-то, но даже с пришедшими из разлома магами пока не получается снять блокирующее его память заклинание.

— А что по линии фронта? — спросил я.

— После того как мы отбили вражеские атаки, то с помощью резервов контратаковали. Поначалу удалось прорвать оборону в нескольких местах, почти удалось окружить пару группировок, но в итоге противник тоже ввел в бой резервы и остановил прорывы, с потерями вражеские части отошли из почти захлопнувшихся котлов. Так что мы смогли отвоевать несколько районов, но ничего стратегически важного. Сейчас происходят боестолкновения, но в основном локального характера, чаще ротные бои с небольшой поддержкой орков и бронетехники. Враг, получив по зубам и понеся крупные потери, видимо, решил перейти в оборону. Нам бы наступать, но сил на это нет. А всё, что нужно корпоратам и демонам хаоса, — дождаться момента, когда миры сольются. По крайней мере, так предполагают в штабе.

— Почему им так важно слить миры? — спросила Ласка.

— Я не знаю, — признался Шестерня. — Наверное, чтобы легче было переместить свои войска и разгромить нас либо начать экспансию в нашей вселенной. Возможно, считают, что ее легче захватить и уже с помощью ее ресурсов победить в своей вселенной. Но даже если мы не знаем, каких целей добивается враг, главное — это не допустить, чтобы он реализовал свои планы. Так что прокачка прокачкой, но будьте готовы в любой момент отвлечься. Сейчас мы считаемся элитным отрядом, и если найдется информация по поводу того, как прервать слияние, то на это отправят нас.

— Хорошо.

— Ну вот и ладненько. А теперь по поводу сегодняшнего дня. Я дам вам группу, будете помогать им зачищать пещеры номер тридцать два, тридцать три и тридцать четыре. Только на этот раз без происшествий типа нынешнего.

— Постараемся, — ответил я.

* * *

Второй этаж мы зачищали целый день. Для максимального увеличения опыта мы с Лаской были в отдельной группе, а подопечные в своей. Мы наносили монстру максимальный ущерб, а затем ребята из второй группы добивали, получая весь опыт и не деля его на нас. Мы с Лаской и так слишком сильно прокачались, поэтому надо дать прокачаться и другим. Спустя пару часов мы зачистили первую пещеру. Поскольку зачистки идут группами по четыре пять человек, то на каждую группу нужно по несколько пещер. Вторая оказалась той, где на лестнице произошел обвал. Мы уже в свое время зачистили ее от рратов, но, придя сегодня, обнаружили новую группу монстров, что сбежались пожирать тела мертвецов, которых Чума в свое время использовала в качестве личной армии. Так как после обвала те были сильно повреждены, она их бросила, и теперь запах гниющего мяса привлекает монстров из других пещер.

Кстати, по поводу хозяина первого этажа ребята обмолвились, что его убили уже всем кланом.

— Значит, он все-таки смог уйти из-под обвала, — задумчиво заметила Ласка.

— Ну, если он не уступал по скорости хозяину второго этажа, то это не такая уж и непосильная задача, — заметил я.

Зачищали мы пещеры до вечера. Подопечные взяли несколько уровней, после чего мы вернулись в лагерь у разлома.

Засыпал я в тревожных чувствах, но в эту ночь сон был обычный.

На следующее утро мы двинулись к пещере, в которой расположилась лестница, ведущая на третий этаж.

Всем кланом мы вошли в просторную пещеру. Зачистили ее еще вчера, так что особо опасаться вроде нечего, но все равно пара ассасинов рванула вперед. Все потому, что вчера вечером несколько человек ходили на первый этаж и в паре пещер обнаружили врагов. Вроде пещеры были точно зачищены, но, похоже, появились новые монстры. То, что бездна наполнена хаосом — не секрет. И, видимо, тут есть такой сильный источник, что он быстро обращает в опаснейших монстров только что забредших насекомых и прочих тварей. Либо подобно кристаллу хаоса, создает портал, откуда вылезают новые твари.

Как бы то ни было, факт остается фактом: монстры появляются вновь, и уже вскоре вроде бы зачищенные пещеры опять наполняются опасной живностью.

«Чисто».

Мы поспешили к центру комнаты, где расположилась огромная дыра и винтовая лестница по ее краям, ведущая вниз.

Уже подходя к лестнице, я заметил слабоватый зеленоватый свет, льющийся из глубин. Сердце чуть дрогнуло, и я почувствовал неприятное волнение, которое бывает, когда предчувствуешь приближение чего-то плохого, но не можешь понять, чего.

Мы спешно двинулись вниз, каменные ступеньки бодро застучали под ботинками. Первыми вниз бесшумными тенями унеслись ассасины.

«Врагов нет, но тут есть кое-что другое», — последовал спустя минут десять доклад.

' Что?' — спросил Шестерня.

' Третий этаж совсем не то, что мы ожидали, но это лучше увидеть вам самим'.

Мы пошли бодрее, но все равно спуск занял почти пятнадцать минут. Наконец зеленый свет стал еще ярче, лестница сделала последний виток и впереди появился широкий проход. Мы выскочили из него и замерли.

Мы оказались в пещере невероятных размеров, которую можно сравнить с подземным миром, диаметром в десятки километров, а может и большое — конца пещеры не видно. В ней есть огромные каменные острова, парящие над пустотой. Все они расположены на разных высотах и только тех что вижу около двух десятков, а ведь есть еще. На них растут удивительные растения, напоминающие светящиеся зелёным огромные папоротники. Также здесь можно увидеть гигантские грибы размером с частный дом, шляпки которых тоже излучают зелёный свет. Между островами перекинуты каменные мосты.

Я поднял голову. Потолок где-то в километре над нами и в его центре торчит огромный зеленый кристалл размером с многоэтажный дом. Зеленый свет от него настолько ярок, что его света хватает, чтобы осветить огромную пещеру.

Мы замерли на небольшом островке, позади нас каменная круглая башня, внутри которой винтовая лестница. Башня уходит вверх и сливается с потолком.

Внезапно среди тишины зала раздался отдаленный рев. Я глянул в сторону звука на зависший метрах в пятистах от нас остров. Из леса папоротников внезапно вышла фигура. Я приблизил изображение и смог различить прямоходящего ящера, который лишь миг постоял на краю леса, а затем, развернувшись, скрылся в нем.

— Похоже, на этом этаже мы попали во времена динозавров, — сказал я.

— Огромный парк юрского периода, — пробурчал Шестерня.

— Ну что, куда пойдем, глава? — спросил один из ассасинов. — Или останемся здесь? На этом островке есть выход из разлома. Вон там за поворотом.

Шестерня раскрыл было рот, но в этот миг раздался мощный раскатистый рев.

У меня мурашки выступили на коже. Где-то из мглы в паре километров от нас вверх взмыла тень и расправила крылья. Я с ужасом увидел огромного дракона. Шкура у него сероватого каменного цвета, а глаза ярко-зеленые без зрачков.

Но не это привлекло мое внимание больше всего. Приблизив изображение, я смог увидеть надпись над его головой:

Хозяин третьего этажа. Каменный дракон хаоса — Асфарот.

Глава 04

Бездна — третий этаж.

Мы замерли, затаив дыхание. В общем чате пошли какие-то сообщения, но я не обратил на них внимания, потому что всё внимание захватил летающий монстр. До дракона два километра, но даже с такого расстояния чувствуется его мощь, от которой словно прижимает к земле, все тело парализует, а на лбу выступает холодный пот. Асфарот мощно взмахнул крыльями и стремительно стал удаляться прочь, вскоре огромная фигура уменьшилась до размера точки, а потом и вовсе исчезла вдали.

— Эта тварь опасна, — прошептал Шестерня. — Если встретите, то бегите со всех ног прочь.

Впрочем, его предупреждение было излишним, все прекрасно ощутили эту мощь на себе, и никто не горит желанием сразиться. Впрочем, думаю, рано или поздно нам придется это сделать, потому что с него можно получить много опыта и, возможно, даже материалов для прокачки артефактов.

— Итак, сейчас сформируем несколько групп и отправим разведку, а остальные пока обустроят временный лагерь. В идеале нужно найти тут разлом и у него устроить главный лагерь. Если он есть на втором этаже, то, возможно, есть и тут.

Шесть ассасинов, трое охотников с луками и три дуэлянта, в число которых вошла и Ласка, разделившись на три группы, отправились осматривать наш остров. О разведке других пока речи не идет. Мы же начали обустраивать наш лагерь. Часть воинов поспешили обратно на второй этаж и через некоторое время вернулись с камнями в инвентарях, которые извлекли и стали приспособлять для баррикад. Другие в это время взялись за лопаты и кирки, став делать ров. Я поначалу тоже поработал киркой, вспомнив первые дни игры и то, как мой бывший друг из корпоратов очень ругался на то, что я не только выбрал самый бесполезный класс в игре, но еще и влил в магическую силу все очки характеристик, вместо того чтобы влить в телосложение, из-за чего на меня налагались такие штрафы при работе киркой, что ни о каком заработке в шахтах речи не шло. Иронично, что спустя столько времени я все-таки пришел к тому, что работаю пусть и не в шахте, но в пещере и киркой.

Впрочем, спустившиеся с булыжниками воины освободили меня от черновой работы. Мои заклинания телекинеза очень облегчили всем жизнь с установкой камней. Даже если прямо сейчас где-то недалеко отсюда найдется разлом, все равно какие-никакие укрепления здесь сделать нужно. Лестница — запасная база и точка обороны.

Через час вернулись разведчики. Доложили, что на нашем острове нет никого, но есть остатки крови, поломаны растения и имеются следы от лап, что стало тревожным звоночком.

— Если их кто-то убил, то где трупы? — спросил Шестерня, заслушав доклад.

— Возможно, просто утащили хищники.

— Те обычно жрут на месте. Впрочем, если их тут нет, тогда ладно. Разлома на острове нет?

— Нет.

— Ясно. Что можете сказать по растениям?

— Огромные древовидные папоротники. Вполне себе могут сойти за строительный материал, — ответила Ласка.

Я подслушиваю их одним ухом, укладывая очередной булыжник. Стена уже дошла до пяти метров высоты. Прочная и тяжелая. С нее лучникам удобно будет поливать врагов, и в случае чего можно укрыться от атаки типа пламени или кислоты. Да и монстрам, какими бы сильными они ни были, просто так прорваться не удастся — придется разносить стену. Не думаю, что это будет проблемой, но на некоторое время задержит тварей, а это нам и нужно. Стена не столько для защиты, сколько для того, чтобы выиграть время.

— Так, народ, первый пост готов? Тогда разведка на отдыхе, остальные к мосту. Возьмите топоры, будем сооружать еще один форпост, только из папоротника.

Ребята встретили это без особого энтузиазма, но никто спорить не стал — все понимают, без укреплений будет тяжело.

Мы двинулись в путь, рубя папоротник и не только заготавливая бревна для форпоста, но еще и расчищая путь и создавая удобную дорогу от крепостенки у лестницы до моста.

Пока шли, несколько раз нам попались гигантские грибы высотой под три-четыре метра, с толстыми ножками. Подле них и в стороне растут грибы поменьше. Шляпки широкие и источают слабый зеленоватый свет, как будто состоят из фосфора.

— Интересно, а тут ночь вообще бывает? — спросила идущая рядом Точка.

Я поднял взгляд. Огромный кристалл кварца, свисающий с потолка, чем-то по яркости напоминает солнце. Хотя только напоминает, потому что, если глядеть не на него, а на округу, то его света не хватает. По уровню освещенности пещера примерно как поверхность в вечернее время прямо во время захода солнца. Так что встречаются здесь и глубокие тени, и в глубине чащи скапливается кромешная тьма. Но по сравнению со вторым этажом тут по-настоящему ярко и светло.

— Кто знает, — пожав плечами, ответил я.

— Посмотрите на эти следы! — услышал я голос одного из воинов.

На земле впереди цепочка отпечатков трехпалых лап, и, судя по вдавленным перед кончиками пальцев точкам, очень когтистых.

— Кто бы это мог оставить? — раздался шепот.

— Может, кто-то типа того дракона. У него тоже вроде как лапы с тремя пальцами, — предположил другой воин.

— Вот только этого нам не хватало — еще с одним драконом встретиться! — услышал я девичий шепот.

— Не дрейфьте, разведчики никого не нашли. К тому же вряд ли тут найдется кто-то еще такой же сильный, как тот Асфарот. Все-таки он хозяин этажа, а эти твари будут лишь немногим сильнее, чем те, с которыми сражались на втором этаже. Помните, что разница между первым и вторым хоть и была, но не колоссальная, — резонно заметил воин, что сделал предположение о том, чьи это могут быть следы.

— Ладно, давайте не будем задерживаться, — сказал Шестерня.

Вскоре мы подошли к каменному мосту. Теперь вблизи он кажется значительно шире и массивней. Так-то по нему могут проехать аж три машины в ряд.

На постройку форта потратили еще несколько часов, но несмотря на то, что он деревянный, выглядит внушительней, стены толще и выше, по бокам вышки для дозорных. Уже здесь поставили палатки, а также организовали небольшую кузницу для ремонта доспехов и оружия. Несколько алхимиков вместе со мной приготовили по предоставленным рецептам специальный раствор и нанесли его на стены. Он увеличил сопротивление огню и возгоранию в целом, а еще и добавил крепости, так что бревенчатую стену теперь довольно непросто поджечь и сломать. Здесь же сделали и двери.

Форт поставили в начале моста, а не на том конце, чтобы легче было обороняться. Бить монстров, что бегут по мосту, намного легче — все атакуют с одной стороны и видны как на ладони. Тогда как на той стороне пришлось бы еще и лес расчищать.

— Этот форт будет нашей временной базой, пока не найдем разлом, — сказал Шестерня, когда все собрались в форте.

— Если найдем, — уточнил один из ассасинов.

— Верно, если найдем. Первой задачей будет зачистить остров впереди. Так что сейчас составим группы и поделим остров на зоны для каждой из команд.

Я глянул на карту, остров по площади где-то в три квадратных километра — что немного для такой толпы, как наша, но с этого острова уже есть несколько мостов на соседние, и основная прокачка начнется, когда каждая из команд будет зачищать по острову.

— Ласка и Тим, вам в команду этих троих, пойдете зачищать сектор А-2.

Остров на карте пусть и имеет очертания, но сам покрыт черным «туманом войны», поверх которого проведены линии, делящие остров на сектора. Один из них замигал, показывая, что это место — наша ответственность.

— Ну что ж, все распределены, будьте осторожней.

* * *

Четверо человек остались в форте. Остальные же, разделившись, направились по указанным координатам.

С нами пошли Точка, Упырь и еще один парень — целитель под ником Визирь. Среднего роста здоровяк с мощными руками, подбородком и широкой спиной. Ряса целителя на нем выглядит нелепо, как и тонкий посох в мощных руках. Но мир разлома несколько отличается от нашего, в частности тем, что аватары не соответствуют внешности. В первую очередь они делаются по образу реальных людей, а вот характеристики на внешность почти не влияют. У меня или у Ласки больше телосложения, чем у Визиря, и в любом силовом соревновании он проиграет, только вот внешне он выглядит как верзила, способный поднимать танки, а мы же худенькие, и конкретно меня, кажется, может ветром сдуть. Хотя, конечно, аватары не всегда являются точной копией пользователя. Если ты старик, то тебя делают таким, каким ты был в молодости и расцвете сил, а если у тебя не хватает части конечностей или они заменены на киборгинизированные, те тоже заменяются обратно живыми тканями. Потому Шестерня выглядит совсем не так, как в реале, а Альберт в разломе, вместо того чтобы так и быть стариком, в виде аватара выглядел молодым, полным сил парнем, что и сломало его, заставив переметнуться на сторону хаоса. Человек всю жизнь мечтал о полетах к звездам, но, состарившись, понял, что это недостижимо, и тут появился разлом и Боги Хаоса, и сначала он получил возможность вновь почувствовать себя молодым, а потом пришли демоны и сделали ему такое предложение, от которого он не смог отказаться. К тому же, считая нас объективно слабее, Альберт, взвесив все за и против, понял, что нам не победить, а примкнув к хаосу, он сможет осуществить свою мечту, сделал ставку на победу Богов Хаоса. И пусть теперь он схвачен, но пока все идет к тому, что он поставил на верную сторону. И мы здесь, в бездне, чтобы переломить ситуацию и получить возможность победить.

Ласка идет впереди, посматривает по сторонам.

Мимо нас проплывают огромные папоротники, иногда попадаются грибы размером как с дом, так и с собачью будку. Глядя на них, сразу хочется узнать, съедобны ли, впрочем, пробовать я бы не стал, дебафф «диарея» мне сейчас точно ни к чему.

Лес наполнен звуками, треском, отдаленным криком птиц. Периодически доносится звериное рычание, от которого мурашки бегут по спине, но врагов мы пока не встретили.

Наконец, судя по карте, мы достигли сектора, который предстоит зачистить.

— В первую очередь, давайте пойдем в центр, там будет отправная точка, я взлечу и осмотрю округу, — предложил я.

Никто возражать не стал. Ласка двинулась вперед, я же привычно полетел на доске позади нее, следом Точка и Упырь, прикрывающие Визиря.

Внезапно Ласка замерла, посмотрела под ноги, затем медленно по сторонам. Я внутренне напрягся, направил ману в руки.

«Что такое?» — отправил ей сообщение.

«Следы, но необычные».

Я приблизился. На земле еле заметные отпечатки лап, похожие на кошачьи, только значительно больше.

«Вон смотри, идут оттуда, а здесь обрываются, но нет ни крови, ни чего бы то ни было».

Она указала пальцем вправо. Приглядевшись, заметил цепочку следов, петляющих между стволами папоротников.

— Тим, Ласка, сверху! — раздался крик Упыря.

Парень вскинул лук и выпустил стрелу. Мы же с Лаской, не сговариваясь, прыснули в стороны и вовремя. Огромное тело бухнулось вниз, аж земля чуть задрожала. Я оглянулся. В нескольких метрах от меня замер огромный кот размером со слона, мощные лапы, желто-зеленый окрас с черными полосками, чем-то похожий на тигра, но на шкуре помимо полосок есть и неровные черные овалы, и просто пятна, словно он помесь тигра и леопарда. У монстра торчат два длинных толстых клыка, а над головой розовым цветом написано:

Мечезуб бездны

Справа в боку у мечезуба застряла стрела, но она едва вошла в тело, так что вряд ли смогла нанести хоть сколько-то урона. Морда монстра задергалась, появился оскал, а по округе пронесся мощный рык. Все зубы, в том числе длинные и острые клыки темного цвета, что говорит о наличии в костях монстра адамантия. Когти на лапах полностью черные и пускают блики.

Хищник несколько мгновений всматривался в нас, а затем, резко развернувшись, прыгнул в мою сторону, в мгновение ока преодолев разделяющее нас расстояние. Лапа ударила справа, я просто выставил руку в перчатке. Заклинание «Ударная волна» было подобно мощному поезду, что на полном ходу сбил мечезуба.

Монстр, жалобно вякнув, улетел обратно с той же скоростью, с какой и прыгнул. Лапа, завершавшая удар, так и не смогла меня достать, из-за того что монстра отбросило назад, и лишь когти пронеслись перед лицом.

Монстра с силой ударило о ствол, раздался треск, переломанный папоротник с хрустом повалился на землю. Мечезуб вскочил, но движения его уже не так бодры, как раньше, из пасти течет кровь, что каплями срывается и падает вниз.

Стрела прилетела слева, мечезуб было дернулся, но поздно, она вошла чуть ниже уха. Упырь явно метил в глаз, но монстр успел среагировать, пусть его это полностью и не спасло. Тем временем Ласка налетела с другой стороны. Топоры ударили по лапе, брызнула кровь, монстр рыкнул, извернулся, атаковал другой лапой, но девушка вовремя отпрыгнула. Я сформировал гравитационный разрыв, захватил его с помощью телекинеза, а затем метнул в мечезуба. Тому в бок уже влетели еще несколько стрел. Монстр, прихрамывая, попытался избежать атаки, но с другой стороны на него уже налетела Точка, булава ударила в бок, и пусть гигантская кошка извернулась, отчего булава попала лишь по касательной, но потеряла время и не смогла уклониться от моей атаки. Треск раздираемой шкуры разнесся по округе, кровь выплеснулась из разорванного бока. Монстр взревел от боли, но тут его атаковала Ласка, подрубив уже раненую лапу и отрубив, наконец, ее. Тут и стрела от Упыря залетела в глаз. Мечезуб повалился на землю, Точка, подпрыгнув, обрушилась сверху, булава ударила в голову, черепушка оглушительно треснула, монстр вздрогнул всем телом и замер.

Мечезуб бездны убит.

Получено: 5 140 героического опыта. 2 500 000 зен.

Я вздохнул. Не так уж и много получили. С другой стороны, за какого-нибудь громового жука я получал в четыре раза меньше, и это притом, что тогда нас в группе было четверо, а сейчас опыт делится на пятерых.

— Не такой уж он и сильный, — заметила Ласка.

— Просто мы стали слишком сильными, — отозвался я.

— Это он не слабый-то? — выдохнула Точка. — Без вас мы бы долго с ним провозились.

Я глянул на Ласку таким взглядом, что, мол, вот я же говорил. Девушка лишь пожала плечами.

— Ладно, пойдемте дальше. Надеюсь, мы и дальше будем справляться так же легко.

Дальше Ласка смотрела не только по сторонам, но и вверх, как и я. Так что мы заранее заметили еще одного мечезуба, что замер на верхушке папоротника, готовый спрыгнуть вниз. Я метнул в него гравитационный разрыв, заставив спрыгнуть, а затем началась рутинная работа. Классический кайт монстра — один проходчик атакует, монстр отвлекается на него, пытается достать и отомстить, а с другой стороны уже атакует другой боец, мечезуб переключается на него, нападает третий.

Справились мы медленнее, но это потому, что в первом бою мечезуб, налетев на меня, получил ударной волной, здесь же шанса нанести такой сокрушающий удар не представилось. Впрочем, это никак не помешало нам победить.

Пару раз мы наткнулись на следы, похожие на следы ящериц.

Наконец, спустя минут десять, мы достигли нужной точки. Ребята встали в круг, а я медленно взлетел вверх.

Остров оказался как на ладони. Можно взлететь и повыше, но мало ли какие тут звери обитают, и среди них вполне могут быть летающие. Не говоря о том, что где-то тут ошивается дракон. Какое у него зрение — неизвестно. Вдруг он может прекрасно видеть на десятки километров, заметит меня и прилетит. Туман войны на карте развеялся, появились гигантские папоротники и грибы. Остров почти без возвышенностей, плоский, как тарелка. И единственной загадкой остается, за счет чего он висит в воздухе и не падает.

С высоты я смог заметить то тут, то там крадущихся мечезубов. Я уже собирался спуститься, как заметил, что справа метрах в двадцати среди папоротников прошло что-то новое, что-то, чего раньше не видел. Монстр не особо скрывается, идет спокойно, но уверенно в нашу сторону.

' Тим, кто-то приближается'.

' Уже вижу', — ответил я.

Я смог-таки разглядеть его. Высокий прямоходящий ящер, с большой головой и челюстью, с длинным хвостом и короткими передними лапками. Над головой его красуется надпись:

Альфазавр бездны

Я рванул вниз, ребята уже встали в стойки. Монстр, ступая так тяжело, что потряхивает землю, выскочил из-за папоротника. Высотой с двухэтажный дом, с огромной пастью, усеянной рядом черных зубов. Покрыт зеленой чешуей, настолько плотной, что кажется, будто перед нами ходячий танк, хотя куда там танку, этот монстр по ощущению прочнее его.

— В стороны! Окружаем его и кайтим по старой схеме, — скомандовал я. — Точка, сосредоточься на защите Визиря.

Монстр раскрыл пасть, а затем пронзительно взревел. Этот рев был больше похож на скрежет металла — сильный, пронзительный, до неприятных мурашек.

— Атакуем!

Я рванул вперед, монстр резко развернулся и прыгнул настолько быстро, что я даже не успел выставить руку с перчаткой. Пришлось резко затормозить и рвануть назад. Огромная пасть щелкнула прямо перед лицом. Динозавр с грохотом упал на землю и тут же крутанулся вокруг себя. Ласка подпрыгнула, пропустив хвост под собой, но оказалось, что монстр не лыком шит, и этот удар преследовал цель не сбить девушку, а именно заставить ее подпрыгнуть и оказаться в ситуации, когда она не сможет уклониться. Альфазавр изогнулся с невероятной для его тела скоростью, шея вытянулась, и девушка с ужасом увидела, как к ней приблизилась огромная раскрытая пасть.

Глава 05

Проклятье бездны.

Я метнул гравитационный разрыв, но видел, что не успеваю. Ласка оказалась в пасти, а затем монстр резко сжал ее. Точнее, попытался. Раздался звон. Топоры девушки уперлись в верхние черные из-за наличия в них адамантия зубы, сама она уперлась ногами в нижнюю челюсть и, напрягшись, не дает пасти сомкнуться.

Гравитационный разрыв ударил альфазавра в затылок, пространство исказилось, шкура лопнула, и брызнула зеленая кровь. Монстр взревел и тем самым перестал сжимать пасть, Ласка тут же выпрыгнула и, сделав сальто, приземлилась на ноги.

— Ох, блин, тут мечезуб! — раздался слева вскрик Точки, а затем по округе пронесся тяжелый удар металла.

Я оглянулся. Визирь, согнувшись, упал на колено и прижал руку к разодранному животу, сквозь пальцы сочится кровь. Он использовал заклинание — появился свет, и рана стала стремительно затягиваться. Перед ним замерла Точка, подняв щит, в который уперлась одна из лап мечезуба. Девушка быстро выдохнула и резким движением оттолкнула лапу, а затем, размахнувшись, ударила булавой, но огромный кот успел отпрыгнуть.

«Дерьмо, Упырь, помоги им, мы с Лаской займемся альфазавром».

Лучник тут же метнулся в сторону мечезуба, выпуская одну стрелу за другой. Я бросил на мечезуба гравитационное проклятье, его лапы на миг подогнулись, а глаза расшились, но огромный кот быстро пришел в себя, вновь стал пытать уклоняться и атаковать.

Я же направил перчатку в огромного ящера, выстрелив гравитационным разрывом, но специально направил его немного в сторону от него. Использовать на него проклятье не получится, потому что, несмотря на все преимущества заклинания, я могу использовать только одно, и, пока проклятье действует на кого-то, новое на другого монстра наложить не могу. Альфазавр пришел в себя и рванул в сторону Ласки. Девушка отпрыгнула в сторону и нырнула за папоротник. Огромная пасть сомкнулась на стволе, раздался треск, и дерево переломилось. Ящер поднял голову, а затем, раскрыв пасть, выплюнул куски древесины.

Мое заклинание тем временем подлетело к нему, а затем резко изменило направление и ударило в висок. Треск, выплескивающаяся кровь и рев. Монстр замотал головой, один из глаз закрылся, а кровь от него стекает по морде. Ласка тут же воспользовалась замешательством, подбежала и со всей силы ударила топорами, но не по ноге, а по пальцам. Девушка прекрасно понимает, что монстра быстро не убить, но чтобы легче было с ним справиться, нужно ограничить возможность двигаться, только вот он еще не получил достаточно урона, чтобы девушка смогла перерубить ему ногу, а вот отрубить пару пальцев — вполне возможно.

Монстр взревел, резко нагнулся и попытался укусить девушку, только вот на правой лапе у него вместо трех пальцев остался один, потому при резкой попытке извернуться и укусить Ласку динозавр потерял равновесие и, промахнувшись, повалился на землю.

Я выпустил сразу очередь из заклинаний гравитационного разрыва. Черные шарики ударили в бочину. Альфазавр попытался в последний момент извернуться, но было поздно. Последовали один за другим несколько попаданий, раздался треск раздираемой шкуры и хруста костей.

Монстр задрыгался в конвульсиях, пытаясь подняться. Наконец ему удалось найти опору, он тут же вскочил, ломанулся прочь, снося папоротники, но Ласка не дала ему уйти, ловко прыгнула на хвост, с него забежала на спину и нанесла быстрый удар по шее двумя топорами с использованием усиливающих перчаток. Голова монстра отделилась, из шеи фонтаном брызнула кровь, но даже лишившись головы, альфазавр пробежал еще метров десять, прежде чем ноги подогнулись, и он упал, а нам пришло сообщение о получении 6 168 очков опыта.

К моему удивлению, Упырь и Точка вполне себе справляются с мечезубом. Тот хромает на одну лапу, шкура истыкана стрелами, и шерсть слиплась от крови. Монстр порыкивает уже не так грозно, а вот лучник и девушка-воин выглядят бодрячком, но, возможно, это еще и из-за того, что Визирь их подлечивает и накладывает баффы. Ну, еще и мой дебафф играет не последнюю роль, монстр имеет сейчас вес, в пять раз превышающий собственный, и даже при нечеловеческой силе его скорость ощутимо упала.

Позади мечезуба появился Упырь и почти в упор всадил стрелу. Монстр взвизгнул, подпрыгнул на месте, развернулся к лучнику, и в этот момент Точка прыгнула вперед, а ее булава обрушилась на голову монстра.

От удара огромный кот вздрогнул всем телом, но не погиб, махнул лапой, попав по тут же подставленному щиту, после чего, поняв, что его ждет только смерть, как и альфазавр, попытался ретироваться. Но в этот момент Упырь выпустил еще одну стрелу, она ударила в лапу, та подогнулась, и вместо мощного прыжка монстр плюхнулся на месте. Вскочил, но одна лапа перестала двигаться, так что убежать у мечезуба не получилось. Точка вновь воспользовалась тем, что он отвлекся, и нанесла сокрушительный удар. Нам пришло сообщение о получении очков опыта и зен.

— Фух, неплохо начали. Визирь, ты цел? — спросил я подлетая.

— Нормально, просто отвлекся, а этот зверь появился внезапно.

— Простите, я виновата, вы доверили мне защиту целителя, а я не уберегла, — сжав булаву и понурив голову, прошептала Точка.

— Впредь будь внимательней. Когда вернемся в форт, доложишь о случившемся Шестерне и попросишь наказания. Понятно?

— Да, — подняв взгляд, и более решительно произнесла девушка.

Хорошо, что она осознает ошибку, чувствует вину и глубоко и искренне раскаивается. Конечно, уже за это можно было бы ее простить, но в таких случаях я считаю, что наказание, пусть и не слишком суровое, а больше символическое, все же нужно давать, чтобы и остальные видели, что за ошибкой следует наказание. Это укрепляет дисциплину. Да и в целом некоторые люди настолько ощущают чувство вины, что даже самое простое наказание или поручение дает им психологическое освобождение, а если не наказать, то чувство вины так и будет терзать их. Точка как раз из таких. Я уже скинул сообщение Шестерне в личку, так что он в курсе произошедшего и придумает наказание.

Я осмотрел ребят, потом глянул на убитого мечезуба и стрелу, торчащую в ноге.

— Кстати, Упырь, а что это ты такого сделал, что он захромал?

— Атака по уязвимым местам. Я могу перебить артерию и вызвать сильное кровотечение или попасть в глаз и ослепить, а в этом случае я перебил сухожилие. Но надо понимать, что такое срабатывает только когда у противника мало очков жизни — это что-то типа того, как Ласка отрубает конечности. Если у противника миллион очков жизни, а ударом Ласка наносит десять тысяч урона, то при ударе по руке, каким бы сокрушительным он ни был, отрубить ее она не сможет, а вот если у противника останется от миллиона пятьдесят тысяч, то таким ударом уже можно отрубить руку. Так и у меня работает, я смог перебить ему сухожилие, потому что мечезуб был серьезно ранен.

Я удивленно покачал головой. Не слышал о таком, впрочем, раньше меня особо дела лучников и не интересовали.

— Ладно, никому подлечиться не нужно? — спросил я.

Ребята осмотрели друг друга.

— Да вроде нет, — ответила Ласка за всех.

— Хорошо, тогда действуем следующим образом…

Я вывел для ребят карту, а конкретно — квадрат, который мы должны зачистить, после чего дал мысленную команду, и квадрат был поделен на четыре. Каждый — площадью в несколько десятков тысяч квадратных метров. Конечно, цифра в десять тысяч квадратных метров звучит солидно, но на деле это всего лишь квадрат со сторонами сто на сто метров. Что и говорить — остров длиной в три километра и шириной в один имеет площадь в три квадратных километра или три миллиона квадратных метров.

— Итак, начнем с северо-восточного квадрата, после пойдем на юг, потом на запад и закончим на севере.

Ребята кивнули, и мы двинулись в путь.

Нового динозавра мы нашли спустя три минуты. Обогнув крупный гриб, чья ножка в ширину и высоту была размером с дом, мы вышли на небольшую полянку. Ласка тут же замерла и подала знак. Я сначала не понял, что случилось, а затем впереди среди зелени увидел лежащего динозавра. Тот заметил нас и резво вскочил. Он в полтора раза ниже, чем альфазавр. Над его головой написано «куррезавр». Голова не такая массивная и более вытянутая, похожая чем-то на крокодилью, на затылке гребешок, передние лапы длиннее, но все равно выглядят как рудимент.

Мы приготовились к бою, но монстр внезапно сорвался с места и мгновенно оказался перед нами. Тот альфазавр был быстрый, а этот в разы быстрее. Его пасть раскрылась, вперед выскочила Точка и подставила щит. Монстр прикусил его, но раскусить не смог, девушка с размаху ударила булавой. Динозавр успел отпрыгнуть назад и избежать удара булавы, но отпрыгнул он как раз к вставшей позади Ласке. Девушка ударила топорами, брызнула кровь. Куррезавр завизжал, резко развернулся, и в этот момент ему в шею прилетела стрела, а затем сверху обрушился черный шарик. Первый шок от стремительной атаки монстра прошел, и мы, собравшись, атаковали и быстро забили его.

Опыта, к нашему удивлению, получили столько же, сколько и за альфазавра.

По мере продвижения и зачистки мы встретили еще нескольких мечезубов и куррезавров, а также монстров поменьше, даже парочку травоядных, что пожирали листья папоротника, доставая до них благодаря вытянутой, как у жирафа, шее. Трогать этих не стали — ввиду отсутствия опасности. Кстати, видели одного такого свежеобглоданного до костей, и по следам, ведущим от него, нашли еще одного альфазавра, после чего расправились и с ним. От него вели следы, по которым вы выследили других динозавров. Их было трое, каждый размером с быка, ловкие и быстрые. Но мы расправились и с ними, получив за каждого опыта, как за половину мечезуба. И после этого первый квадрат был полностью осмотрен и очищен от монстров.

Затем перешли в следующий. Там монстров было поменьше.

На полную зачистку всего назначенного нам сектора ушло почти шесть часов. Можно было быстрее, но мы отдыхали, наблюдая за природой. Я с Лаской еще поели. И даже так в форт мы вернулись одними из первых.

— Третий этаж оказался не таким уж и трудным, — заметил Упырь.

— Нам просто в кои-то веки повезло не нарваться на элитного монстра или, того хуже, на босса.

Я просмотрел лог боя. За время зачистки мы убили двадцать два мечезуба, восемь альфазавров, пятнадцать куррезавров и шесть стаек мелких динозавров по три особи. В сумме это дало 285 784 очка опыта. Имевший до этого всего лишь 115 уровень Визирь неплохо так прокачался. Да и имеющие 143 и 145 уровни Точка и Упырь тоже неплохо поднялись. Мне же, чтобы апнуть 173 уровень, этого не хватило, и это притом, что больше 400 000 уже было накоплено. Просто для следующего уровня мне нужно в сумме 810 000 опыта, что очень много. Будь мы с Лаской вдвоем, то, наверное, легко бы набрали уровень, а то и два, но ничего не поделаешь.

Впрочем, островов тут много, так что, когда все зачистим, то, глядишь, не один, а несколько уровней возьму. В идеале хотя бы 180 уровня достичь.

— И все же было бы намного быстрее, если бы не было этого дебаффа, — сказала Точка.

— Верно-верно, как-то даже непривычно себя чувствую, словно с дополнительным рюкзаком, полным камней, бегаю, — подтвердил Визирь.

Мы с Лаской переглянулись.

— Какой дебафф? — спросил я.

— В смысле, какой? Ну, когда спустились, на всех же наложился.

Я быстро открыл сообщения чата и прокрутил наверх. Помню, что, когда спустились, были какие-то сообщения в чате, но я не обращал на них внимания, потому что весь был поглощен драконом.

И правда, стоило пролистать историю, как наткнулся на следующее сообщение от одного из согильдийцев:

«Это у всех так или только у меня наложился дебафф».

«Ага, у меня тоже».

«И у меня».

«Это из-за этого дракона?»

' Не знаю'.

И так одно за другим.

Ласка подняла на меня взгляд, бровки нахмурила, губы плотно сжались.

— А у всех дебафф одинаковый? Какой вот у вас? — спросил я.

Ребята недоуменно переглянулись.

— Да. Тяжесть бездны — минус пять процентов от всех статов. Причем надпись зеленым цветом предполагает, что это какой-то дебафф именно хаосом. И чем ниже будем спускаться — ближе к источнику хаоса, тем сильнее дебафф будет. А у вас что, не так?

— Нет, точно такой же. Просто подумал, что у всех он разный. Из-за дракона особо чат не читал.

Упырь рассмеялся и тут же переключился в разговоре на другую тему, а вот Визирь как-то странно на нас посмотрел, но его отвлекла Точка.

' И что это может значить?' — написала мне Ласка личное сообщение.

' Без понятия. Может, дебафф отсутствует потому что мы особенные и слиты из реальности и виртуальности?' — предположил я.

' Не знаю'.

Я глянул на беззаботно смеющегося у костра Упыря, что произносит очередную шутку и поглядывает на смущенно хихикающую Точку. Не то чтобы я им не доверял, но не хочу давать повода для беспокойства и подозрений. Слишком ужесточился и усложнился мир. Среди людей находятся предатели, да что уж там, еще полгода назад или около того в гильдии произошел конфликт, когда Шестерня с верными ему проходчиками сражался с агентами корпоратов, внедрившимися в ряды гильдии. И многие из тех, кто тогда сражался, и сейчас остался с ним, стали подозрительными. Как вон тот Визирь. Не хочу, чтобы среди согильдийцев пошла молва, что раз на нас не действует дебафф бездны, то что-то тут нечисто. Мне только недоверия и вражды не хватало.

Что-то странное стало происходить с нами, как только спустились сюда. Сначала этот сон странный, теперь вот отсутствие дебаффв, как у других. Еще Чума эта. Что она тут ищет? Что скрывает бездна?

— О, Тим, Ласка, уже вернулись? — раздался бодрый голос Шестерни.

Он подошел к нам, снял шлем, стер пот со лба, глянул на Точку, которая тут же подобралась и стала серьезной.

— Как видишь. Зачистили свой район и вернулись.

— Это хорошо, потому что вы нужны мне. Мы отправимся ненадолго в реальный мир.

— Тогда нам придется выйти на поверхность, потому что при проходе через разлом мы оказываемся в каких-то диких местах, а не рядом с капсулой как вы.

— Не проблема. В общем, тогда идите выбирайтесь, и как только сможете — выходите из сети.

Мы с Лаской переглянулись. Интересно, зачем мы понадобились ему? Но раз не хочет говорить, сейчас, то лучше тогда не спрашивать.

Мы спешно собрались и двинулись в обратный путь. Конечно же, не пешком, а на шкуре, на которой использовал телекинез — лететь быстрее, чем пешком пробираться по тропам.

Первой была лестница наверх, пролетели мы ее очень быстро, дальше промчались по знакомым пещерам, не опасаясь, что на нас кто-то нападет, ибо этаж только что был зачищен, впрочем, минимальные меры предосторожности все же приняли. А вот на первом этаже Ласка было навострилась, потому что мало ли тут монстры опять появились, но, как оказалось, в этом нет нужды. На первом этаже иконка выхода из сети стала активной, и мы наконец смогли покинуть Алион.

* * *

Вернулись в то место, из которого и вошли в сеть. Я побаивался, что раз мы прошли на втором этаже через разлом, то это засчитается за выход, а правило выхода из разлома простое: откуда вошел, там и появился при выходе. Так что, поскольку мы прошли через разлом и оказались в пещере где-то в Южной Америке, а потом через этот же проход вошли обратно в «Алион», то могли там же и оказаться после выхода из сети, но обошлось.

Привычная комната, кровать. Внутри какое-то чувство ностальгии, словно мы тут не были сто лет. ' Тим, Ласка, вы уже вернулись? Подъезжайте в штаб'.

У меня засосало под ложечкой. Что же такого могло случиться, что мы понадобились срочно в главном штабе? Что-то пошло не так?

Выбравшись из здания, мы полетели в сторону главного здания полицейского управления, в котором и находится штаб. Надо сказать, что город изменился. Появились патрули, на улицах стало сильно меньше бездомных бродяг, нищих и наркоманов. И пусть все еще ходят люди, работают кофейни и рестораны, но нет такого ощущения праздника и расслабленной размеренной жизни, а в воздухе царит напряжение, которое передается и людям. Периодически слышны сирены машин скорой помощи, что везут тяжелораненых из переполненных госпиталей на передовой глубже в супергород.

Наконец мы подлетели к штабу. Охрана сверила наши личности и, отдав честь, пропустила, уточнив, куда нужно идти.

Спустившись в подземное помещение, больше похожее на бункер, мы подошли к двери. Створки с легким шипением разошлись в стороны, и мы оказались в просторном помещении, заполненном столами, за которыми сидят офицеры. Перед ними огромный экран с изображениями с камер видеонаблюдения, установленных на разведывательных дронах. В центре помещения огромный стол, над которым трехмерная голограмма города. Вокруг уже стоят десятки людей в погонах, а также политики: мэр, глава здравоохранения, глава полиции и другие. Чуть в стороне замер парень в кожаной куртке и джинсах, одна рука и нога заменены на киборгинизированные конечности, как и часть головы и челюсть. Рядом с ним застыла Вишня. Девушка одета в легкое платье. Ослепительно улыбнулась нам и помахала рукой. Вообще, эти двое выглядят контрастно на фоне серьёзных людей в пиджаках, впрочем, и мы так же.

— Что тут за собрание? — шепотом спросил я, подойдя к Шестерне.

— Сейчас все узнаешь, как подойдут остальные главы гильдий.

— Хорошо.

Вскоре дверь вновь открылась, и в помещение вошли еще несколько человек, также в обычной уличной одежде. Военные поглядывают с привычной брезгливостью, но на этот раз все-таки принимают нас не в штыки — понимают, насколько ценны аватары и те, кто ими управляет, не говоря о том, что мы доказали, что можем предлагать дельные идеи. Впрочем, прямо откровенной брезгливости тоже сильно убавилось по сравнению с прошлым разом. Вижу много новых лиц. Похоже, Генштаб сильно перетрясли и появилось очень много молодых генералов, которые более открыты ко всему новому. Последними пришли три высоких альва, которых раньше не видел, — командиры тех частей, что помогают нам тут, в реальном мире.

— Итак, господа, начнем наше срочное совещание. Для начала я хочу заслушать доклады о состоянии войск…

Я честно старался не зевать, слыша перечисление номеров бригад, отчет о состоянии техники и личного состава, но было трудно. И всё же я смог понять, что мы с трудом держим оборону — враг вовсю пользуется численным и производственным преимуществом, осуществляя штурмы позиций и истощая наши резервы.

— Если коротко, то у нас есть сорок полностью готовых бригад, три гильдии с общей численностью в сто аватаров и пять тысяч альвов — это весь резерв сил, которые мы можем выделить, чтобы атаковать, — уточнил мэр.

— Простите, о какой атаке идет речь? — спросил я.

— Мы собираемся нанести мощный удар, прорваться к главному штабу врага. Слом обороны и полный захват города. Ваша задача, кстати, господа проходчики, будет состоять в том, чтобы убить наместника Богов Хаоса, лорда-демона Хаоса первого круга Берита вместе с его свитой. Это ключевая задача. Надеюсь, вы справитесь.

Я глянул на Шестерню, тот вздохнул и кивнул головой, мол все так. Остальные приглашенные главы гильдий выглядят растерянно, в глазах читается страх.

— Это невозможно, — сказал я.

В помещении повисла тишина.

— Что, простите?

— Это невозможно. Сейчас мы не способны победить даже лорда-демона Хаоса второго круга с его свитой из лордов-демонов третьего. Берит будет не один, и с ним будут лорды-демоны второго круга, а есть еще Война и его орки, что тоже сильны.

Лица присутствующих побледнели.

— Тогда нам конец, — прошептал мэр.

— Почему? — спросил я. — Не стоит спешить с операцией. Дайте нам время прокачаться и со временем мы наберем нужную силу.

Мэр Алексей, вздохнул, достал платочек, стер пот со лба и произнес:

— Именно времени у нас и нет. По последним данным, гигантский разлом, что появился в Австралии, начал расширяться, как и некоторые другие, в иных частях света. По расчетам ученых, уже через пять дней наши миры полностью сольются. Так что мы на грани поражения.

Глава 06

Рыбалка юрского периода.

Совещание продлилось еще где-то часа два. Нам иногда задавали вопросы относительно нашей силы и возможностей, чтобы как можно лучше составить план. Я слушал, и, несмотря на то что общение было предметным — план корректировали, рассчитывали силы и всё остальное, — у меня сложилось впечатление, что они в отчаянии. Нет, никто не паниковал, все были серьезны и собраны, план составляли с уверенностью и вдумчиво, только я чувствовал, что никто не верит в его реализацию. Это как с умным видом посылать штурмовые батальоны при поддержке артиллерии и танков на прорыв фронта, прекрасно понимая, что просто отправляешь солдат на мясо и ничего из этого не выйдет, только выбора иного нет. В разлом мы вернулись не с самыми радужными вестями. Шестерня по обычаю собрал всех и сообщил новости, к каким силам мы прикомандированы и как и куда будем наносить удар.

— Пять дней, — прошептал кто-то из собравшихся. Но это был шепот того типа, что его услышали все.

— Это в лучшем случае, — пробурчал Упырь.

Взгляды некоторых присутствующих направились на него. Стоящая рядом с лучником Точка смутилась, будто это на нее смотрят, а не на напарника. Или уже мужа? Ну, в разломе они точно обручились, чтобы опыт не резался и иметь возможность телепортироваться друг к другу.

— Так что сейчас наша задача, как и до этого, качаться и морально готовиться. Чем выше уровни у нас будут через пять дней, тем больше вероятность выжить в последующей отчаянной бойне. Выжить, да. Похоже, нам только это и остается.

— Я уже отдал распоряжение о переносе ви-капсул. У каждого они будут располагаться в тайных убежищах по всему городу с отдельным электропитанием. Каждая ви-капсула будет подключаться через несколько узлов, чтобы никто не мог даже случайно вычислить ее местоположения. На этом все. Готовимся к продолжению зачистки. Разойтись.

Этот остров мы фактически зачистили, может, пропустили пару-тройку монстров, но, в общем и целом, остров пуст. Так что пора перебираться на другой — вопрос только куда?

Мы с Лаской, Точкой, Упырем и Визирем стали подбирать следующее место. Нужно выбрать один из островов и обозначить квадрат, который будем зачищать, чтобы не конфликтовать с другими группами и не мешать качаться.

В этот момент к Шестерне пришли разведчики с докладом. Странно, почему они не воспользовались чатом, а решили доложить лично, но сразу вспомнил, что у нас не работают телепорты, а связь, если мы далеко отходим, прерывается. К тому же оказалось, что ребята нашли босса, а рядом с ним…

— Да, выход из разлома, — подтвердил один из разведчиков, когда Шестерня переспросил.

— Отлично, удача благоволит нам! Теперь не нужно тратить по часу времени, поднимаясь на этажи вверх и вниз.

— Но там босс, вы же слышали, да? — уточнил один из разведчиков.

— Ничего. Пока еще не все разбрелись, так что объявляю новый сбор и подготовку. Для начала расчистим к нему путь, а потом посмотрим, на что он способен.

Шестерня, взявшись за любимое дело, отодвинул все переживания на задний план. Последний бросок будет, но будет не сегодня, а сегодня нужно насладиться игрой. И хотя это не совсем игра, но механики те же, условности те же, разве что умереть можно по-настоящему, ну так от этого и играть веселее.

Местоположение разлома оказалось на соседнем острове, что расположился восточнее. Разведчики указали точное место, а также места обитания босса.

Спустя полчаса план был готов, и мы всей гильдией двинулись вперед. Я уже и не помню, когда в последний раз мы всем составом гильдии участвовали в настоящем рейде.

От одного острова к другому ведет все такая же каменная дорожка шириной в шесть метров. Только тут она идет под уклоном, потому что остров находится выше нашего. Огромный, он словно парит в воздухе, поддерживаемый неведомой силой.

Разведчики уже пробрались на него и сообщают об опасностях. Они обнаружили нескольких мечезубов и куррезавров, но атаковать пока не стали, дожидаясь нас. Красные точки на карте обозначают монстров и это позволяет следить за их передвижением.

Как только мы оказались на острове, тут же начали зачистку. Так как нас слишком много, опыта дают самые крохи. Но именно сражаясь в такой большой группе, я узнал про еще одну особенность получения опыта — предельное минимальное значение. Вдвоем, когда убиваешь монстра — опыт делится напополам, впятером — на пятерых, вдесятером — соответственно, на десятерых. Но когда уже человек одиннадцать, то опыта приходит столько же, сколько и в бою вдесятером. Я как-то вспомнил, что почти не сражался в группах больше десяти человек, а когда сражался, то либо группы были разделены, либо не сильно обращал внимание на величину получаемого опыта, либо убивали уникального монстра и сколько с него должно было дать опыта — не знал, и не ведал, что получаемый в большой группе опыт делится максимум на десять. И заметил это только сейчас, когда ожидал получить лишь крохи опыта, а по итогу его начислилось лишь в два раза меньше, чем когда убивали мечезубов впятером. Хотя это приятная особенность, но все равно убивать монстров даже впятером, особенно если вы их легко убиваете и вдвоем, невыгодно, а в группе из десяти и более — подавно, потому что для прокачки нужно убить в десять раз больше монстров. Но все же особенность приятная. Значит, с босса получим не крохи, а хоть какое-то вменяемое количество очков опыта.

Мы шли по острову, словно чума, уничтожая все живое на своем пути. Слово «геноцид», наверное, лучше всего бы подошло к творящемуся. Десятки и сотни монстров пали под нашими мечами, стрелами и магией. Самое интересное, что в реальном бою мне удалось поучаствовать раза два, в основном монстров убивали раньше, чем я успевал подлететь. То есть разведчики обнаруживали монстра, тут же подключался авангард, и когда я подлетал — всё уже было кончено.

Так что к месту, где расположился разлом, мы подошли довольно быстро. За это время очков опыта, даже несмотря на то, что за каждого монстра падала лишь десятая часть, мне накапало на пол-уровня.

Мы замерли за деревьями. Впереди открылось озеро, в центре которого островок, десять на десять метров, а в его центре разлом.

— И где враг? — спросил Шестерня.

— В воде, — прошептал один из разведчиков.

И словно подтверждая его слова, вода будто взорвалась, и наружу показалась огромная голова с удлиненной шеей.

Над монстром красным цветом написано:

Аквазавр

— Не хватало нам только Лох-несского чудовища, — прошептал один из парней.

Я оглянулся.

— Кого?

— Еще до глобального потепления, было такое поверие. В Шотландии было такое озеро — Лох Несс. И вот там, говорят, обитало чудовище, похожее на подводного динозавра. Его так и прозвали — Лох-несское чудовище.

— И что, никто не заинтересовался и не изучил озеро вдоль и поперек? — спросил кто-то.

— Не знаю. Но люди прошлого были странными. Верили в снежных людей, бермудские треугольники и вот в такие Лох-0несские чудовища, хотя подтверждения существования их кроме чьих-то свидетельств не было.

— Так, оставить разговоры. Давайте думать, как его валить. Это босс, и пусть выглядит не так впечатляюще, нельзя его недооценивать, все-таки это босс третьего этажа, — прошептал Шестерня.

Мы отступили в глубь леса, оставив лишь разведчиков.

— Нужно узнать, хоть какие у него атаки и как он действует, — произнесла Вишня на общем совете.

Я кивнул. Предложение логичное.

— Все бы хорошо, только эта тварь в воде. И как ее убивать, еще не известно.

Я потер подбородок, а затем, глянув на Шестерню, произнес:

— У меня есть идея.

В этот миг Ласка, сдавленно засмеялась, прикрывшись ладошкой. Она настолько привыкла, что после этих слов от меня исходят безумные, но, главное, рабочие идеи, что только эта фраза уже вызывает у нее взрыв веселья.

Шестерня ухмыльнулся и произнес:

— Ну, давай, излагай.

* * *

Я завис над лесом, с напряжением наблюдая, как разведчики осторожно поднесли плот с истерзанным и кровоточащим телом мечезуба на нем к водной глади. На самом деле, я мог бы попытаться и самостоятельно это сделать с помощью телекинеза, но, боюсь, у монстра может оказаться хорошее зрение или чуткий слух, и, заметив меня, он тут же вылезет и выпустит какую-нибудь струю пламени хаоса, и, не дай бог, попадет по плоту — считай, часы работы насмарку. Потому этим делом занялись специализирующиеся на скрытности ассасины. Они бесшумно и с использованием скиллов скрытности подобрались к озеру, неся плот на плечах. Осторожно опустив его на водную гладь, они чуть подтолкнули его к центру озера, после чего стремительно и бесшумно, как тени, отбежали на десяток шагов, легли и, замерев, стали наблюдать за результатом.

Плот медленно плывет, от него в разные стороны расходятся волны, кровь монстра стекает по доскам. Внезапно в стороне взбурлила вода, а через миг возник небольшой водяной горб, который стремительно понесся к плоту, через миг появился гребень. Вода резко взмыла в воздух, словно произошел подводный взрыв, и огромная голова с широко раскрытой пастью метнулась к мечезубу. Стоило острым зубам сомкнуться на туше, как та мгновенно распухла, ее разорвало, и мощный поток пламени ударил во все стороны. Огонь охватил монстра, быстро превратившись в дым. Я рванул вперед.

Лучники выпустили стрелы, что с хлопком, преодолев звуковой барьер, влетели в дым, создав завихрения. Яркий зеленый свет осветил дым изнутри, а затем вперед ударило зеленое пламя, пронеслось двадцать метров и ударилось об опушку леса, где засели лучники. Огонь стремительно побежал по деревьям, сами же стрелки вовремя отпрыгнули. Тем временем дым развеялся. К моему удивлению, голова монстра почти не пострадала, хотя взрывчатка сработала практически у него во рту, правда, все же некоторые следы повреждений есть — часть зубов обломана, и кровь стекает по нижней челюсти.

Похоже, кучи взрывчатки, что я наделал за несколько часов, оказалось недостаточно, чтобы не то что убить монстра, а хотя бы нанести серьезное ранение. Но у нас имеется и запасной план.

Я помчался на полной скорости к разъяренному аквазавру, нужно действовать быстро и не дать ему уйти под воду. Тот тем временем выпустил еще одну огненную струю по рванувшим было к нему ассасинам, заставив парней отпрыгнуть. На земле осталась проплавленная черта, пышущая жаром и красная от сплавившейся земли и мелких камней, превратившихся в лаву.

Я залетел к монстру сбоку из, казалось бы, слепой зоны, но аквазавр почувствовал меня и резко развернулся. Огромная пасть приблизилась с такой скоростью, что я даже моргнуть не успел, как меня накрыла тень, подо мной появился язык, а надо мной нёбо. Сжав зубы, я спешно задействовал заранее открытый инвентарь. Передо мной появилась огромная заостренная с двух сторон железяка из адамантия, толщиной с ногу, один конец уперся в язык, второй в нёбо. А затем монстр сомкнул челюсти, не успев понять, что в его рту появилось кое-что новое. Мощный хруст пробиваемой кожи и костей заставил мурашки пробежаться по коже. Еще на стадии планирования мы предусмотрели вариант, что даже после столь большого количества взрывчатки монстр может не умереть, и основной задачей тогда станет не дать ему уйти под воду. Острия, пробив челюсти твари, застряли благодаря зазубринам и шипам. Монстр, почувствовав боль и не успев сжать челюсти до конца, тут же попытался раскрыть пасть, раздался оглушительный рев боли. Я рванул из пасти, ухватившись за конец толстой цепи, что присоединена к стержню. Бросил его уже застывшим на берегу Шестерне, Точке, Медку и Трюку, а также остальным воинам, основным атрибутом которых является телосложение. Они схватились за цепь.

Тем временем аквазавр рванул было прочь, но цепь натянулась, парни и девушки, каждый из которых физически настолько сильны, что могут спокойно поднять небольшой грузовой автомобиль под десять тонн весом, уперлись в землю ногами, а затем рванули цепь на себя. Монстра дернуло, потащило по воде к берегу. Если бы можно было коротко назвать представшее передо мной действо, то я бы наименовал его «рыбалкой юрского периода».

Монстр завизжал и задрыгался, подняв тучу брызг. Лучники стали разряжать в тушу стрелы, и я от них не отстал, прицелившись и выпустив из перчатки очередь гравитационных разрывов. Подключились и другие маги, выпуская разные стихийные заклинания. Его шкура трещит, зеленая кровь выплескивается в воду.

Несмотря на все брыкания, ребята упорно тянут его на берег. Но какая же прочная тварь и с каким огромным количеством очков жизни! До сих пор после целой череды разнообразных попаданий она осталась жива. Сколько же у нее очков жизни? Явно не меньше десяти миллионов, а то и все двадцать!

Дружно выдохнув, ребята с силой вытянули монстра на берег и потащили по земле подальше от воды. В этот миг со всех сторон налетели ассасины и дуэлянты, присоединившись к атаке. Мне стало тяжелее проводить беспорядочные атаки гравитационными разрывами, так что я переключился на их прицельное использование, но успел сделать лишь два выстрела, как внезапно в горле монстра заклокотало пламя, а затем резко вырвалось вперед. Мощный поток ударил в сторону тянувших за цепь ребят. Те отпрыгнули в стороны. Но монстр не перестал выпускать пламя. Его напор даже усилился. Стержень и цепи из адамантия раскалились, я увидел, как потек металл. Какой же жар твари пришлось выдать, чтобы расплавить такой стержень.

В итоге через несколько мгновений нужный результат оказался достигнут. Цепь со звоном упала на землю, а следом за ней из пасти длинной тягучей нитью с огромной каплей на конце упал расплавленный адамантий. В пасти монстра остались два не соединенных друг с другом штыря. Он резко с хлопком закрыл рот, кончики штыря ударились друг о друга, и сила удара была такой высокой, что торчащие с другой стороны острия вылетели из челюстей. Монстр вновь раскрыл пасть, из двух дыр, оставленных штырями, течет кровь, но в целом можно сказать, что от главной опасности тварь избавилась.

Все это произошло всего за несколько секунд, а затем аквазавр ударил хвостом, отгоняя ассасинов и дуэлянтов, неуклюже развернулся и выпустил пламя в других противников.

Стрелы ударили в бок. Несколько заклинаний прилетело в спину и по лапам, оканчивающимся огромными плавниками. Только аквазавр не обратил на это внимания, он поднял голову, а затем издал резкий писк настолько пронзительный и мощный, что заложило уши. Я сжал зубы и закрыл уши руками.

Наложен отрицательный эффект — дезориентация, −90% к ловкости. Длительность 5 секунд.

Поскольку стат ловкость отвечает и за такие вещи, как зрение, слух, осязание, ориентацию в пространстве и реакцию, то от такого дебаффа у меня натурально поплыло перед глазами. Мало того что я потерялся в пространстве, так еще и все раскачивается, словно я пьяный, а в ушах словно вата. Я потряс головой. Наконец эффект пропал, я смог различить валяющихся на земле парней и девчонок с зажатыми ушами. Они, шокированные и с непонимающими взглядами, медленно поднялись с земли.

Тем временем глаза аквазавра словно загорелись. Он раскрыл пасть, и зеленое пламя ударило по ребятам. Некоторые успели среагировать, а другие загорелись. Тут же на помощь подошли целители. Я уже приготовился к привычной атаке, как внезапно со стороны опушки раздался рык. Через миг на поле выскочило несколько куррезавров, а еще через секунду, проломившись сквозь папоротник, ворвалась пара альфазавров.

«Дерьмо, так и думал, что нужно было сначала полностью зачистить остров», — появилось сообщение от Шестерни.

«Поздно горевать об упущениях. Что делать будем?» — написала Вишня.

«Трюк, Медок, берите командование над всеми, держите оборону, мочите монстров и не подпускайте к нам. Я, Вишня, Тим, Ласка, Упырь и Точка, добьем босса».

Я рванул вниз, видя, как аквазавр неуклюже пытается развернуться, разрыхляя землю вокруг себя. Монстр почувствовал опасность, голова повернулась в мою сторону, из пасти вылетело пламя, я рванул в сторону, но огонь быстро догнал меня, подпалил руку и ногу. Я зарычал от боли, появилась надпись о получении периодического урона в 4 000 в секунду. Попытался уйти от атаки, но пламя не отпускает, монстр прекрасно видит мои движения и направляет огонь. Я рванул в сторону, став облетать его.

В какой-то момент монстр достиг предела того, насколько может поворачивать голову, и пламя отстало. Я, чувствуя жуткое жжение в руке, ноге и части бока, хотел было открыть инвентарь, но тут внезапно почувствовал прохладу, боль отступила, и очки жизни стали восстанавливаться. Оглянувшись, увидел неподалеку Вишню, что направила посох в мою сторону.

Шестерня и Точка, подняв щиты, встали на пути монстра, не давая тому пройти к воде. Упырь выпустил стрелу с одной стороны, Ласка атаковала с другой.

Аквазавр завертелся, попытался укусить девушку, но промазал. Вообще его движения стали замедленнее, видимо, сказываются раны. Вероятно, его вторая фаза, которая должна усиливать, на самом деле просто призывает монстров на помощь. И именно так становится сложнее его победить, но мы купировали помощь, просто задерживая ее отрядами гильдии.

Я переместился, метнул черный шарик и в последний момент перенаправил в голову монстру. Пространство исказилось, кожа лопнула и извернулась, выплеснулась кровь. Было это похоже на то, словно небольшая петарда взорвалась под кожей.

Монстр отчаянно завизжал, развернулся и плюнул пламенем, но я тут же рванул в другую сторону. Аквазавр не смог повернуть голову дальше ста восьмидесяти градусов, так что я быстро ушел от потока пламени. Он хотел развернуться, но тут слева ударила Ласка, потом прилетела стрела, потом атаковал Шестерня и обрушила булаву Точка.

Монстр заметался в отчаянии, пытаясь хоть кого-то поймать, но мы грамотно нападаем и отпрыгиваем, а его ограниченная подвижность не дает хоть как-то наказать хотя бы одного из нас.

' Быстрее! Нам бы ваша помощь не помешала. Тут слишком много противников', — написал Трюк.

Я глянул в сторону сражающихся с динозаврами согильдийцев. Уже с десяток лежат позади с разными ранениями, кровь алеет на земле, а над ранеными встали целители. Остальные ребята сдерживают натиск, пытаются биться и не дают разрушить строй, но монстры напирают и напирают, места погибших тут же занимают новые, выбегающие из леса.

' Поспешим, а то парням и правда тяжело', — написал Шестерня.

Мы продолжили атаковать, кайтить монстра, уклоняться от атаки и вновь нападать. Только вот аквазавр не спешит умирать.

Я сжал зубы. Нужно спешить, но тварь держится из последних сил, и продолжает огрызаться. Я попытался выпустить очередь из гравитационных разрывов, но монстр, почувствовав серьезную опасность, не обратил внимания на то, что его в этот момент больно атаковала Ласка, повернулся к летящим заклинаниям и выпустил пламя. Я чертыхнулся, видя, как почти с десяток гравитационных разрывов сработали, так и не достав до противника.

Мне не хочется тратить заряды в другой печатке, но, похоже, выбора нет.

Подгадав момент, я резко спикировал вниз прямо на спину аквазавру. Тварь было попыталась меня укусить, но я сел в основании шеи, из-за чего у нее ничего не получилось. Монстр заметался из стороны в сторону, но сбросить меня тоже не получилось — оно и понятно, я ведь не сижу на нем, а просто левитирую на доске в паре миллиметрах от шеи. Выставив руку вперед, я использовал гравитационный прокол, затем еще один и еще. Монстр громко завизжал, лопнула кожа, на меня брызнуло кровью.

Внезапно позади меня раздался мощный треск. Я оглянулся. Спина аквазавра словно раскрылась, брызнула зеленая кровь, а наружу высунулись привычные щупальца похожие на паучьи лапки.

Глава 07

Охота на дракона. Часть 1.

Третья фаза. Значит, мы сняли ему где-то две трети очков жизни. С одной стороны, хорошо, но с другой, учитывая, как долго мы выбивали эти две трети, оставшаяся треть — это ещё очень приличное число, не говоря о том, что босс усилился.

Высунувшиеся огромные и толстые щупальца мгновенно уперлись в землю, а в следующий миг монстр резко подпрыгнул. Я не успел среагировать, и его спина врезалась в мою доску. От удара меня отбросило в сторону. Кувыркаясь в воздухе, как подбитый истребитель, я отлетел на десяток метров и только после этого смог остановить вращение.

Монстр тем временем после небольшого полета начал падать вниз. Я рванул следом. С такими лапами аквазавр легко может забежать в воду, погрузиться на дно озера, и поди достань его. А после того, как он излечится, то опять нападет, и придется вновь сражаться, только не факт, что монстр вновь попадется на приманку с взрывчаткой или даст себя поймать, так что нельзя дать ему сейчас уйти, и победить сейчас.

Аквазавр, приземлившись, рванул было к берегу, но ему наперерез выскочил Шестерня. Голова динозавра стремительно приблизилась, огромная пасть раскрылась, но тут слева подскочила Точка, булава с силой ударила по морде, так что голову мотнуло в сторону. На миг монстр оказался дезориентирован, чем воспользовался Шестерня, нанеся быстрый удар мечом. Широкая рана появилась на морде противника, кровь плеснула на землю. Тем временем несколько стрел ударили в бок, а сверху на спину прыгнула Ласка и с размаху всадила топоры.

Я подлетел и приготовился атаковать, но в этот момент аквазавр, взревев, резко оттолкнулся и прыгнул. Поднявшись на высоту метров так в пятнадцать, он по дуге начал пикировать вниз, прямо в озеро. Я чертыхнулся и рванул следом. Монстр с громким плеском плюхнулся в воду, подняв тонну брызг и запустив в разные стороны волны. Я увидел, что Ласка все еще на его спине, а через миг вода сомкнулась над ее головой. Монстр мгновенно ушел под воду, и я без раздумий понесся следом.

Мощный удар об воду, моя скорость резко замедлилась, но все еще оказалась достаточно высокой. Я, как стремительная торпеда, понесся за монстром. Сопротивление воды на такой скорости настолько сильно, что мне кажется, будто я пытаюсь протиснуться сквозь каменную стену. Ласка все еще на спине монстра, что стремительно опускается на дно озера в надежде, что уж там-то он сможет пересидеть.

Благо мы оказались не в каком-нибудь океане, где глубина может составлять до нескольких километров, а в озере на висящем в воздухе острове. Так что уже через сотню метров появилось дно. Аквазавр опустился на дно, подняв тучу песка, но я смог различить сидящую на спине девушку. Песок поднимается все выше, завихряется и вот-вот скроет монстра, но от меня ему не скрыться, как бы глубоко не зарылся, потому что точка на карте, обозначающая положение Ласки, поможет мне сориентироваться. Потому, когда Аквазавр под завесой песка начал перемещаться в сторону, я рванул следом. Он успел переместиться метров на десять. Я, пронзив тучу из песка, увидел огромную спину, торчащие щупальца и Ласку, ухватившуюся за одно из щупалец правой рукой, а в левой держащую топор.

Монстр почувствовал меня, резко развернулся. Пасть рванула ко мне, я сделал вираж, но не до конца, острые зубы сомкнулись на ноге, боль острой пикой пронзила ногу от пятки до бедра, перед глазами побелело.

Получено 12 300 урона.

Я вслепую вытянул руку, использовал гравитационный прокол. Раздался приглушенный визг, пасть раскрылась. Моя красная и зеленая кровь монстра соприкоснулись, смешались, закрутившись вихрем. Ласка тем временем нанесла удар по щупальцу. Даже с такого расстояния я услышал отчетливый хруст.

Аквазавр развернул голову в сторону девушки, попытался ее куснуть, но Ласка ловко оттолкнулась ногами от тела и стремительно скользнула в сторону. Я тем временем налетел на монстра с другой стороны и ударил гравитационным проколом. Несмотря на то, что мы в воде, движения мои быстрее, чем у этого чудища. Из-за его габаритов даже в родной среде он неуклюж. На поверхности с этими щупальцами он был бы явно ловчее, но, видимо, решил отступить, полагая, что не сможет победить. Однако не тут-то было, мы последовали за ним, разрушив его план.

Внимание, вам не хватает воздуха. Наложен эффект удушения. −50% к ловкости. Каждую секунду ваши очки жизни уменьшаются на 500.

Я почувствовал, как внутри словно все сжимается, хочется вздохнуть, но вокруг лишь вода, перед глазами на миг аж потемнело, а в голове зашумело и появилась легкая дезориентация. Разумным было бы всплыть, но тогда аквазавр выживет. Нет, сейчас идеальный шанс, и нельзя его упускать.

Я, все еще чувствуя жуткий дискомфорт, жжение и сдавливание в груди, а также головокружение, дал мысленную команду, и доска рванула вперед. Тело монстра приблизилось, но в этот миг слева налетел хвост, от мощного удара выбило остатки кислорода, я хлебнул воды, и меня тут же скрючило. Хочется кашлять, ощущение от воды в легких наимерзейшее, грудь будто сдавило, а мне захотелось кашлять и тошнить одновременно, организм всеми попытками инстинктивно попытался вытолкнуть воду из организма. Я сжал пальцы в кулаки, так что руки затрясло, рванул вперед. Увидел приближающуюся пасть, но внезапно сбоку налетела Ласка, топоры ударили в челюсть монстра, голову откинуло прочь. Моя перчатка направилась в горло, и я использовал прокол. Кожа лопнула так, словно в горле взорвалась граната. Кровь и обрывки кожи ударили мне навстречу. Монстр вновь размахнулся, попытался ударить хвостом, но, как и в прошлый раз, Ласка, оттолкнувшись от тела противника, ударила по хвосту топором и с использованием встроенных в перчатки заклинаний, усиливающих ее атаки. Тем временем мой гравитационный прокол опять ударил в горло. Сверху надвинулась пасть, острые зубы сжались с двух сторон, заскрежетали о броню. У меня почти потемнело перед глазами, желающий вырваться кашель пытается скручивать тело, а жажда свежего воздуха настолько жжет и сжимает легкие, что хочется расцарапать горло. Я, терпя всю эту боль, вновь использовал гравитационный прокол, затем еще. Давление челюстей внезапно ослабло, но я не остановился и использовал еще один заряд. Тут голова монстра вздрогнула от удара топоров. Я еще раз использовал прокол. И тут появилось сообщение.

Аквазавр убит.

* * *

На поверхность меня вытащила Ласка, которая за счет того, что больше очков вкачивала в телосложение и ловкость, может задерживать дыхание под водой на большее время. К тому же ей не досталось хвостом, который выбил бы остатки воздуха из легких, а вместо них попала вода. Стоило мне выплыть, как я выполз на берег и добрую минуту откашливался. Ко мне тут же подскочила Вишня. Шестерня, Точка и Упырь и остальные бойцы гильдии все еще сражаются с динозаврами, правда, их поток уже сократился. Новые из леса не появляются, а те, что на поляне, быстро умирают один за другим.

Оставшееся время мы дочищали остров от монстров, а затем обустраивали лагерь на островке вокруг выхода из разлома. День выдался тяжелым, но продуктивным. Я апнул еще два уровня, в основном за убийство босса, но и сотни убитых динозавров, что прибежали на крик аквазавра, тоже внесли свой вклад в это дело.

Так что к вечеру измотанные и уставшие мы с Лаской повалились спать. В лагере остались с десяток человек, в основном мастеров, что занялись ремонтом снаряги, да дозорные. Ну и мы.

Я спал. Это точно был сон, и я прекрасно это осознавал. И в то же время он был донельзя реалистичен. Я замер под потолком пещеры. Внизу простираются знакомые острова, что висят под действием неведомой силы. И хоть это был тот сон, когда ты понимаешь, что спишь и можешь управлять его течением осознанно, отчего такие сны называются «осознанными», я по какой-то причине не мог двинуться.

Внезапно мое тело само понеслось вниз и в сторону. Полет продолжился минут десять, пока внезапно я не увидел впереди небольшой островок. В центре него расположилась поляна, окруженная огромными папоротниками. И на поляне я увидел знакомую женщину. Черные длинные волосы, алые губы и алые, как кровь, глаза, над которыми тонкими черными линиями изогнулись брови. Чума стоит в огромной магической печати, нарисованной на поляне. Круг, внутри которого еще один, между ними разные символы и знаки, внутри второго круга вписана пятигранная звезда, уже внутри которой сложена огромная груда костей, что достигает высоты в три этажа. Я увидел среди них и огромные кости, и кости помельче, а также черепа, напоминающие как черепа мечезубов, так и куррезавров и альфазавров. Сколько тут костей местных монстров, понять трудно, но явно больше десятка.

Я осторожно завис над деревьями позади девушки, которая настолько сосредоточилась, что не замечает меня.

Девушка сложила руки перед грудью в молитвенный знак, а затем печать вспыхнула фиолетовым пламенем. Кости в центре задрожали, начали перемещаться. Затем я заметил, что некоторые приняли форму головы, другие лап, а затем скрученное существо распрямилось, и вместо бесформенной груды костей передо мной предстал огромный костяной дракон. В глазницах зажглось фиолетовое пламя, оно же охватило костяные крылья и протянулось между костями, заменив собой кожу и образовав крылья, как у обычного дракона.

Мое тело опять начало двигаться, я опустился между деревьями и спрятался за одним из них. Чума обернулась, несколько мгновений щурилась, но я затаился и скрыл свое присутствие. Не заметив ничего подозрительного, она отвернулась, а затем, резко подпрыгнув, приземлилась на спину дракона как раз между крыльями.

Монстр, утробно зарычав, взмахнул крыльями. Мощный поток ветра прижал траву, заставил подняться тучу пыли и мелких камней с ветками. Дракон, чуть присев, резко оттолкнулся и взмыл в воздух. Близстоящие папоротники закачались, возмущенно зашумели листвой, словно жалуясь, что нарушили их покой.

Я тихо взмыл и, держась на приличном расстоянии, последовал за Чумой.

Прошло меньше минуты, как внезапно пещеру огласил мощный вой. На одном из островов у края пещеры затряслись деревья, верхушки раздались в стороны, и в воздух взлетел хозяин этажа, каменный дракон хаоса — Асфарот.

Мощными взмахами он подлетел к костяному дракону, что сделал вираж и развернулся лицом к противнику. Пасть Асфарота раскрылась, и из нее вылетела мощная зеленая струя пламени. В ответ костяной дракон тоже раскрыл пасть, и навстречу зеленому пламени полетело темно-фиолетовое, почти черное. Они встретились на середине пути, мощная вспышка осветила округу. Как две столкнувшиеся волны, они брызнули в разные стороны. И, казалось, силы равны, никто не мог пересилить, но это длилось недолго, постепенно пламя Асфарота истончилось, а он явно выдохся, тогда как не чувствующий усталости костяной дракон продолжил выдыхать пламя с прежней силой. Истончившееся зеленое пламя не смогло сдерживать фиолетовое, и то стало пересиливать, приближаясь все ближе и ближе к морде хозяина этажа. В какой-то момент монстр понял бедственность положения и, резко закрыв пасть, попытался метнуться в сторону, но уклониться не получилось, фиолетовый огонь прошелся по серой, словно сделанной из камня, шкуре.

Понимая, что магией костяного дракона не одолеть, Асфарот рванул вверх, мгновенно сократив расстояние, передние лапы уцепились за кости, огромная пасть с хрустом разгрызла грудь. Костяной дракон попытался сопротивляться, схватил противника в ответ, но силы костяных пальцев оказалось недостаточно, чтобы хоть как-то навредить хозяину этажа, который очередным укусом прогрыз здоровенную дыру в грудной клетке.

Костяной дракон, быстро поняв бесполезность попыток оторвать противника, просто раскрыл пасть и выдохнул пламя, что резануло по спине Асфарота. Тот яростно зарычал, но не отцепился, а стал сильнее вжираться, с хрустом разгрызая противника. И, казалось, он начинает побеждать, даже несмотря на то, что по спине проходит фиолетовое пламя, но внезапно в воздухе появились призраки. Точно такие же, какие в свое время атаковали хозяина первого этажа. Они ударили в одну из лап дракона. Раздался хруст, лапа отделилась от тела и, разбрызгивая кровь, медленно полетела вниз. Дракон, лишившись одной лапы, повис, болтаясь из стороны в сторону. В это время фиолетовое пламя полностью переключилось на крыло. И через несколько мгновений оно отделилось от тела, словно срезали лазером. Асфарот жалобно зарычал, разжал когти и медленно спикировал вниз, огромная туша с треском врезалась в папоротники. Костяной же дракон, взмахнув крыльями, взмыл выше и помчался к окраине пещеры. Вниз сыплются кости, он сам еле взмахивает крыльями, словно на последнем издыхании. Полетев следом, я через несколько мгновений увидел цель путешествия. В стене пещеры расположился огромный проход, дракон взмахнул крыльями из последних сил и влетел в него. Бухнувшись о землю, он рассыпался на кости.

Чума, тяжело дыша, посмотрела на погибшего дракона, затем легким движением стерла пот со лба и углубилась в пещеру. Подлетев ближе, я увидел в глубине винтовую лестницу, уходящую вниз. Медленно развернувшись, я помчался прочь. Острова подо мной стали сменяться один за другим. Внезапно впереди заметил знакомый остров с озером, в центре которого вокруг разлома разместился наш лагерь.

Я приземлился на край острова и почувствовал что-то неладное. Тело двинулось вперед, не подчиняясь моей воле.

Это опасно, точно опасно! Нужно срочно проснуться!

Двое часовых заметили движение, вскочили, один вытащил меч и поднял щит, другой натянул лук.- Стой, демон хаоса! — прокричал один. — Тревога.

— О, человек. Поднимаешь на меня меч. Хочешь сразиться? Что ж, это твой выбор! — прохрипел я холодным и слегка довольным, оттого что так сложилось, голосом.

Нужно срочно проснуться, проснуться!

Парень с мечом вскинул щит, прыгнул в мою сторону. Я поднял руку, с пальца сорвался зеленый луч. Точно такой же, каким при первой встрече выстрелил в меня Абаддон, убив за одну атаку. Зеленый луч пробил щит, затем нагрудник, сердце и вышел из левой лопатки. Парень словно споткнулся, ноги его заплелись, и он рухнул на землю.

Стрела лучника ударила в грудь, но боли почти не было, разве что сравнимая с укусом комара. Я уже собирался атаковать противника, но внезапно позади него опустилась знакомая фигурка демоницы. Мгновение, и голова парня отделилась от тела.

— Лилит, — прошептали мои губы.

— Люцифер…

Я резко открыл глаза, судорожно вздохнул, приняв сидячую позу. Рядом вскочила Ласка. Мы переглянулись. Я дрожащей ладонью стер пот со лба и только сейчас услышал крики.

Мы выскочили из лагеря. Но не успел я пройти и пары шагов, как увидел толпу ребят, что стоят рядом с двумя телами дозорных.

* * *

Шестерня замер с каменным лицом, когда я полностью пересказал свой сон. Трюк и Медок переглянулись и машинально почесали затылки. Вишня поджала губы и сложила руки на груди. Остальных тут нет, так что беседа ведется в узком кругу.

— Оставим пока хозяина этажа, давайте подытожим насчет вас. Аватары всех проходчиков, как мы знаем, сделаны из тел демонов хаоса, а конкретно ваши из тел бывшего Бога хаоса Люцифера и его подчиненной, любовницы и демона-лорда первого круга — Лилит. Вы не первый раз видите странные сны, ранее о прошлом, а сегодня о настоящем. И вы были Лилит и Люцифером — демонами, что пришли к лагерю и убили Шифтанутого и Молнию.

— Все так. Мы не могли управлять телами, но были в них и ощущали как свои.

Присутствующие переглянулись.

— Я не знаю, что с нами происходит. Более того дебафф бездны на нас не действует.

— И что будем делать? — спросила Вишня.

— Изолировать не вариант, — произнес Медок. — Но повторение подобных снов чревато опасностью.

— Вопрос, скорее, в другом. Что-то вышло из Тима во время сна. Или он, находясь во сне, проник в кого-то? Это началось сейчас, здесь, в бездне. Тут ощущается большой объем хаоса. Страшно представить, какого размера кристалл там, внизу, стоит.

— Так что там по Тиму и Ласке? — спросил Трюк.

— Я не думаю, что это они. Потому что если предположить, что, ложась спать, они как-то превращаются в демонов и идут убивать — не выдерживает критики, — сказала Вишня, — потому что если бы это было так, то они бы не успели так быстро вернуться в палатку. А также, если виноват хаос, что тут разлит, и он заставляет неосознанно брать тела под контроль, то почему на остальных это не действует? Мы точно такие же аватары.

— Может, потому что Тим и Ласка слились со своими, а мы управляем. Да и кто тут ложится спать? — пробурчал Медок.

— М-да, ситуация действительно серьезная. Я вам верю, но вот вряд ли поверят ребята, — сказал Шестерня. — Все и так постоянно на нервах, а если узнают о том, что случилось, то…

— Шестерня, мы должны дойти до дна, причем как можно быстрее, — сказал я. — Я чувствую, что там нас ждут все разгадки, а еще важно, чтобы Чума туда не добралась первой. Она что-то знает.

— Тим, ты же понимаешь, что нам нужно прокачиваться, а не гнаться за Чумой? — уточнил Трюк. — Через пять дней, точнее уже меньше, наша планета будет полностью поглощена разломом.

— Тогда мы пойдем вдвоем.

— Это самоубийство, — возразила Вишня.

— Тогда мы поможем, — бодро сказал Шестерня. — Трюк, Медок, вы как мои замы останетесь с гильдией и будете руководить. Я же, как самый сильный, отправлюсь с Тимом. Возможно, Чума собирается получить какое-то преимущество для предстоящего решающего сражения, и сорвать ее планы — значит, облегчить нам задачу.

— Ты уверен? — спросила Вишня.

— Ребята в прокачке справятся и без нас. К тому же мы убьем хозяина этажа. Если верить сну, то сейчас дракон лежит без крыла и без одной лапы, раненый и истощенный, а это наш шанс победить его. Так что сейчас объявляем общий сбор и идем на дракона.

Словно почувствовав облегчение, что не нужно думать над серьезными и гнетущими вопросами, а просто и привычно надрать задницу одному из монстров, бородатые близнецы Трюк и Медок вскочили со своих мест и проследовали к выходу.

Мы также последовали наружу.

Шестерня дал распоряжение, и уже через пять минут все бойцы гильдии «Первая Волна» встали перед лидером. Лица мрачные, все еще переживают потерю двух товарищей. Я сжал челюсти, отвел взгляд, не имея сил смотреть на ребят. Я знаю, что не виноват, но в то же время есть гадкое чувство, что это сделало мое тело, которое подчинила просыпающаяся во мне личность Бога Хаоса. Ответов нет, но они могут появиться, когда мы достигнем дна бездны. И это подтверждается тем, что странные сны стали глубже и материалистичнее, когда мы попали сюда, а также тем, что дебафф бездны на нас не действует.

— Ребята, возможно, некоторые из вас, у кого развито восприятие, слышали, как сегодня незадолго до нападения демонов хаоса и смерти ребят, издалека доносились крики? — спросил он и, не дожидаясь ответа, продолжил: — Так вот, по полученным сведениям, хозяин этажа сейчас сильно ранен. И это наш шанс. Готовьтесь, мы идем убивать дракона.

Глава 08

Охота на дракона. Часть 2.

Повторять ошибку, как это было с Аквазавром, никто не собирался, потому мы сначала отправились на разведку. Я полетел в качестве таксиста, на огромной шкуре долетел почти до края пещеры, ориентируясь по памяти, после чего спустил группу вниз, а сам отлетел в сторону, приземлился и стал ждать. От меня как от разведчика толку ноль, но вот в качестве перевозчика — самое то. Ребятам не пришлось целый день путешествовать по островам, обходя опасности и группы монстров, буквально за полчаса по воздуху добрались до нужного острова без приключений. Правда, было парочку раз, когда я видел птеродактилей, что летали над верхушками деревьев. Точнее, эти монстры назывались по-другому и выглядели чуточку иначе, но общее ощущение осталось как от тех самых летающих динозавров из детского мультика, с широкими кожистыми крыльями и длинными мордами.

Пока ребята обшаривали местность, я вновь погрузился в неприятные мысли. Как бы ни гнал от себя эти образы, но сон яркой картинкой возвращается вновь. Знаете, бывают в жизни такие вещи, как позорные или просто неприятные случаи, о которых хотел бы не думать и вообще забыть, но мозг с завидной регулярностью, словно издеваясь, выуживает из омута воспоминаний именно эти эпизоды.

Я вновь вернулся к тому моменту во сне, когда прилетел на базу. В тот миг, когда дозорные проявили ко мне враждебность, я почувствовал радость, словно в этот момент некие внутренние установки, ограничивающие меня, были сняты. Это состояние можно сравнить с тем, в каком пребывает, к примеру, маньяк, устроившийся в полицию, которому хочется убивать людей, но нельзя это делать. И тут внезапно задержанный проявляет по отношению к нему агрессию, и всё, теперь у маньяка есть повод убить его, и закон будет на его стороне, так что можно наконец не сдерживаться и просто выпустить обойму, глядя, как окровавленный человек дергается в муках. Точно такое же чувство «я» испытал в тот момент, когда стоящий в дозоре парень под ником Шифтанутый поднял на меня меч.

Я поднял руку к глазам, сжал и разжал кулак.

— Ведь это не я сделал, правда? — прошептал я.

— Что сделал? — раздался внезапный вопрос.

Я чуть не подпрыгнул на месте. Из-за ближайшего дерева вышел один из разведчиков, ассасин под ником Кинжальчик. Он использует в бою два кинжала, сам одет в плотную одежду. Но не стоит такого недооценивать. Кинжалы сделаны из адамантия, и у них встроенные заклинания, в одном мощное электрическое, в другом огненное, а также у ассасинов есть особое зрение, позволяющее им видеть самые уязвимые точки противника, и скрытность, позволяющая к этим местам быстро и незаметно подобраться. Так что, несмотря на такие малые размеры кинжалов, наносят они ими урон дай боже, да еще и критический. Следом вышли еще несколько ассасинов и двое лучников с подклассом — охотник.

— Да ничего. Как там?

— Остров пуст, место обитания дракона нашли. Похоже, он и правда тяжело ранен. Одного крыла нет, как и раны. Но монстр жив, — сказал Кинжальчик.

— Тогда двое возвращаются и следят. В бой не вступать, в случае чего — ретироваться. Остальные вместе со мной возвращаются с докладом.

С одной стороны, оставлять разведчиков тут — не самое лучшее дело, улететь они не смогут, поэтому в случае чего бежать им придется на своих двоих, через десятки полных монстров островов. С другой же стороны, они ассасины, их не так-то просто заметить, ибо они специализируются на скрытности и имеют для этого скиллы. На острове только дракон, но летать он не может и вообще сидит, и пытается оправиться от ран. Тем более мы отлучаемся ненадолго, так что не думаю, что с ребятами что-то случится.

Вернувшись в лагерь, мы заслушали подробный доклад от разведчиков, как обстоят дела с драконом. Вообще в идеале мне бы нужно было пойти с ребятами и с помощью чипа записать то, что вижу, или хотя бы сделать снимки, чтобы было наглядней, но разведчики рассказали и описали обстановку так подробно, что и этого хватило для составления плана.

— Значит, он в небольшой пещере? — уточнил Шестерня.

— Да.

— Тим, что насчет попробовать взрывчатку?

— Если даже двадцать килограмм не так уж сильно ранили того аквазавра, то просто подкинутые в пещеру, тем более не нанесут много урона, потому что хозяин этажа и прочнее и очков жизни у него больше. К тому же — он дракон, не удивлюсь, если у него повышенная защита от огня. Так что напалм тут тоже не сработает.

— Значит, все дело в количестве взрывчатки.

— Да, но даже если я смогу сделать, условно говоря, сто килограмм — нужно все это еще как-то к нему незаметно доставить, что уже кажется невозможным, ведь необходимо как-то подкатить к нему несколько бочек с взрывчаткой, а эти твари могут чувствовать опасность. Так что даже если мы незаметно подкатим их, он, почувствовав опасность, среагирует. Но самое главное — я не сделаю сто килограмм. Даже на аквазавра мне потребовалось время и просто огромное число ингредиентов. У нас столько сейчас тупо нет, как нет и времени их добывать и делать взрывчатку. Нет, я могу это сделать, но потребуется день, а то и полтора, а время у нас ограничено.

— М-да, тут ты прав, — почесав затылок, согласился Шестерня.

Учитывая, что профессию оружейника я прокачал до максимума, а алхимия прокачивается с трудом, можно считать, что в плане мощности взрывчатки я достиг потолка. А монстры тем временем все прочнее и имеют больше очков жизни. Значит, время всяких ядер с взрывчатым веществом, базук и прочего прошло. Нужно придумывать новое оружие или создавать новый, более мощный тип взрывчатки. Но это дела будущего, сейчас же лучше сосредоточиться на насущном.

— Нужно воспользоваться тем, что он в пещере, — произнес Шестерня. — Зажмем его у входа. Летать он не может, а значит, если расставим бойцов со щитами перед выходом, лишим его маневра.

Стоящие со щитами Трюк, Медок, Точка и прочие воины кивнули.

— Хиллеры будут постоянно следить за здоровьем танков, а еще ставить магические барьеры, чтобы в случае, если начнет плеваться огнем, наши бойцы смогли пережить эту атаку. Основной же урон будут наносить лучники — охотники и стрелки, — сказал он, затем глянул в мою сторону и добавил: — И боевые маги тоже. Конечно, рано или поздно он вырвется, так что дуэлянты и ассасины будут на подхвате, как вырвется, они начнут атаковать и отвлекать его на себя, не давая возможности напасть на стрелков и охотников.

Долго времени корпеть над планом не было, так что, еще немного обсудив детали, мы засобирались в путь. Мне вновь предстояло стать таксистом, ибо до дракона нужно преодолеть десятки островов. Идти на своих двоих, зачищая по пути монстров, займет слишком много времени, так что отправляемся по воздуху.

Я поднял первую партию бойцов, и мы помчались к крайнему острову, где отлеживается хозяин этажа.

— Надеюсь, когда мы просадим этой твари хп, у нее из спины не вылезут щупальца, — услышал я бурчание одного из бойцов, пока летели.

— Это не такая уж и проблема. Главное, чтобы крылья не отрастил, а то нам тогда кранты, — сказал я.

На некоторое время повисло молчание, а затем один из парней спросил:

— Тим, а каково это быть и аватаром и человеком одновременно?

— Как бы тебе сказать. Вот ты себя сейчас как ощущаешь? Как будто это твое тело?

— Ну да, — кивнув, ответил он.

— Ну вот так и ощущаю. У меня нет капсулы. А мое тело, несмотря на то что цифровое, полно возможностей и необычайной мощи.

А также оно таит опасность, ибо сделано из останков бога хаоса, только этого им знать ни к чему.

— А почему ты вдруг задался этим вопросом?

Ребята переглянулись, и говоривший, молодой парень с черными волосами и серыми глазами, с луком за спиной, ответил:

— Ну, ведь идет слияние миров. Потому поговаривают, что все станут аватарами, а наша планета оцифруется.

— Это если мы проиграем и не предотвратим катастрофу, — уточнил я.

— Верно. И все же…

— И все же, даже если произойдет слияние миров, это не значит, что все люди автоматически станут аватарами. И почему вы думаете, что только наш мир пострадает? Может, наоборот, Алион станет материальным, как и живущие там. — Было бы неплохо, — услышал я девичий голос.

— Лучше сосредоточьтесь на текущей задаче. И вообще, какая разница, что произойдет, если мы проиграем?

Парень лишь хмыкнул, остальные отвели взгляды. Похоже, они как-то подзабыли, что на нас всех объявлена охота, и что как только боги хаоса победят, то нам останется только прятаться где-то в пещерах в безлюдной местности, надеясь, что нас там никогда не найдут. И то не факт, что это получится.

После переброски первой группы я сразу отправился за второй. Во время полета опять увидел динозавра, похожего на птеродактиля. Хорошо, что он меня не заметил — летел я высоко, он же лишь чуть поднялся над деревьями одного из островов.

В течение нескольких часов из основного лагеря были перевезены все бойцы. Мы собрались на окраине острова. Тем временем разведчики, следящие за состоянием дракона, сообщили, что все в порядке, и Асфарот не покидал своего убежища.

Шестерня вышел вперед. Высокий и могучий, как гора, он улыбнулся и произнес:

— Вперед, ребята! Поохотимся на дракона!

* * *

Я неспешно пролетел вперед и завис в двадцати метрах над поляной. Вместе со мной на шкуре застыли Шестеря, Точка, Медок и Трюк. Внизу гуща леса, но есть небольшой участок, расчищенный драконом от гигантского папоротника, здесь небольшой холмик, метров семь в высоту, со здоровенным проходом, уходящим вглубь острова. И где-то там залег самый опасный монстр этажа.

Еще на стадии планирования мы поняли, что в случае, если воины побегут или даже просто попытаются приблизиться к поляне, то из-за низкого показателя ловкости чуткие уши монстра могут уловить то, как они идут, задевают кусты, траву и листья папоротников, и он может выбраться заранее. Потому был реализован альтернативный план. Все ребята с высокой ловкостью — стрелки, охотники, дуэлянты и ассасины подойдут поближе, а вот воины останутся на приличном расстоянии. Я же на шкуре подвезу самых сильных, что первыми и должны будут сдержать натиск дракона, пока не подоспеют остальные.

«Пятисекундная готовность!» — написал Шестерня в общем чате.

Конечно, стоящие метрах в пятидесяти-семидесяти от поляны воины, не могли увидеть это сообщение, но им его по цепочке передали ассасины, так что несмотря на это условное «поле подавления», что не дает телепортироваться или передавать сообщения тем, кто находится далеко, все в гильдии, так или иначе, получили сообщение от главы.

' Начинаем!'

Резко оттолкнувшись, все четверо спрыгнули вниз. Стремительно набрав скорость, они с тяжелым стуком приземлились перед пещерой, ботинки аж на несколько пальцев погрузились в глубь почвы. Но эти ребята с большим показателем телосложения, из-за чего кости, мышцы и сухожилия их аватаров невероятно крепкие, выдержали бы прыжок и со стометровой высоты, а может и больше. Раздался громкий рык, а затем из пещеры стремительно выпрыгнул дракон. Но ребята двинулись вперед, выставив щиты. Здоровенная туша врезалась в них, раздался скрежет когтей и зубов, все четверо уперлись в землю, но даже так их немного протащило назад, оставив глубокие борозды от вдавившихся в почву ног. На руку нам сыграли несколько факторов: то, что пещера идет под уклоном, и то, что у монстра длинная туша — он не может ни перепрыгнуть через ребят, ибо ему тупо мешает потолок пещеры, ни переступить через них ввиду отсутствия одной лапы. Если бы он попытается это сделать и оторвет оставшуюся переднюю лапу от земли, то сразу рухнет на пузо.

Тем временем из леса вокруг вылетели стрелы. Они ударили со всех сторон. Некоторые отлетели от прочнейшей шкуры, другие впились. И от тех, и от других, в момент попадания в разные стороны побежали электрические разряды. Помимо более жесткой тетивы, что требует невероятных усилий для натягивания, но посылает стрелу со скоростью, превышавшей порой даже скорость пули, выпущенной из винтовки, а также прочности и тяжести стрелы и металла наконечника, встроенная магия — это еще одно усиление стрелков и охотников. Конечно, тратить магические стрелы никому не хочется — они очень дорогие. Так что в основном лучники обходятся обычными, а урон повышают еще из-за точности и скорости атак, но когда все эти ресурсы повышения урона исчерпаны, в ход идет последнее усиление. И сейчас, в бою против хозяина этажа, они использовали магические стрелы. В первой волне с встроенной магией молнии, чтобы попытаться парализовать монстра, хотя бы на пару секунд, сбить его ярость и не дать расшвырять воинов.

Я поднял руку, встав в позу метателя копья. В ладони появилось грозовое копье. Сжав его, я вытянул левую руку, используя ее словно прицел, а затем, резко выдохнув, метнул заклинание в монстра. Наверное, вот так, метая молнии с небес, я похож на Зевса. Грозовое копье стремительно преодолело расстояние до дракона. Тот почувствовал опасность, но, зажатый у выхода из пещеры, он не имеет маневра. Попытался уклониться, только ничего не получилось. Копье ударило в бок, вспыхнуло и ударило мелкими разрядами в стороны, что побежали по шкуре, изгибаясь так, будто прыгают по ней, как плоский камень, запущенный по водной глади.

Дракон взревел, над головой поднялась цифра 66 750, что оказалась значительно меньше ожидаемой. Само заклинание наносит 250 базового урона, плюс 8800% — модификатор магического урона, плюс 250% урона по тварям хаоса и плюс 250% к силе заклинаний воздуха, к которым относится молния. Должно быть вдвое больше. Значит, у дракона настолько высокое сопротивление магии, что это снижает силу получаемых заклинаний на 50%.

Я решил проверить, относится ли это к магии порядка или только к заклинаниям стихий. Сформировал гравитационный разрыв и, подхватив телекинезом, метнул в замершую тварь, движения которой удалось-таки сковать множеством попаданий стрел с заклинаниями молнии. Гравитационный разрыв ударил в голову монстра, пространство привычно стянулось, а затем резко расширилось, словно взорвалось, исказив изображение головы монстра. Поднялась цифра в 33375.

Ясно. Даже заклинания порядка наносят вполовину меньше урона.

Тем временем из леса выскочили еще воины, и со всей скоростью помчались к четверке, что еле сдерживает ярость дракона. Асфарот вышел из оцепенения, огромная пасть раскрылась, и в воинов ударило зеленое пламя. Внезапно перед ними возникли один за другим прозрачные купола, огонь врезался в них и растекся по куполам, от мест ударов в разные стороны побежали радужные всполохи. Наконец подключились целители.

Лучники не перестают один за другим выпускать стрелы, что, попадая в монстра, выпускают мощные разряды. В этот момент со стороны леса вылетели огненные шары и ледяные копья магов.

Поначалу я хотел экономить заряд в перчатке на всякий случай, но какого черта? Сейчас дракон не может маневрировать, и сейчас самый подходящий для этого случай. Я, сменив шкуру на привычную доску, направил перчатку в сторону монстра. Черные шары полетели в него со скоростью пуль, один за другим, как из пулемета.

Заклинания стали попадать одно за другим, срабатывать, нанося монстру урон, но бомбежка не могла продолжаться долго. Дракон, мощно зарычав и бросив попытки вырваться из пещеры, особенно после того, как еще с десяток воинов присоединились к битве, резко поднял морду вверх. В потолок ударило зеленое пламя, и тут же вниз стал капать расплавленный камень и земля, а затем зеленое пламя, пробив холм насквозь, ударило вверх. Дракон, продолжая терпеть урон от попадающих в него заклинаний и стрел, стал медленно перемещать пламя, которое начало разрезать вершину холма. Воины, поняв, что задумал Асфарот, рванули вперед, стали бить по телу, но дракон продолжает сосредоточенно выжигать верхушку холма, не обращая внимания на раны и боль.

Наконец разрез опустился до выхода из пещеры. Асфарот чуть присел, а затем подпрыгнул. Спина с мощью ударилась в узкий по меркам тела разрез. Холм вздрогнул, часть потолка справа и слева от разреза, не выдержав удара, рухнула вниз, еще больше увеличив дыру вверху. Дракон еще раз прыгнул, и на этот раз удар был настолько мощный, что верхушка холма словно взорвалась. Кучи земли и камня взлетели в воздух и, разлетевшись по дуге, упали в стороне. Сквозь оседающую пыль я увидел тело дракона. Теперь дыра настолько велика, что он легко может в нее пролезть, чем Асфарот и воспользовался. Мощная туша стремительно взвилась в воздух, а потом произошло то, чего никто не мог ожидать. Он взмахнул одним крылом, а затем зеленое пламя сформировало второе крыло. И монстр, вместо того чтобы упасть, завис в воздухе, чуть покачиваясь в такт взмахам. У меня сердце упало в район желудка.

Ну да, я как-то и забыл, что крылья не способны поднять такую тушу и служат лишь проводником магии, позволяющей драконам летать. И по факту, таким проводником может выступить всё что угодно, хоть крыло из пламени. Возможно, и сам Асфарот об этом не догадывался, но, оказавшись в критической ситуации, придумал такой финт.

Битва с драконом быстро пошла не по плану.

Глава 09

Охота на дракона. Часть 3.

Мой взгляд и взгляд монстра встретились. Его вытянутые как у змеи зрачки сузились, у меня же по спине пошел холодок.

«Тим, быстро спускайся, прячемся. За дракона возьмемся тогда позже, нужно пересматривать план», — появилось сообщение от Шестерни.

«Не получится. Мы его разозлили, если сейчас попытаемся убежать — он не даст нам этого. К тому же в следующий раз он будет полностью здоров. Он и так не оправился от прошлых ран, а мы смогли нанести много новых. Мы победим его сейчас или уже никогда».

Но главное — это то, что он начал летать, а значит, не даст нам пройти дальше. Путь на четвертый этаж будет закрыт, и нам придется как-то прорываться, как это уже сделала Чума.

Монстр взмахнул крыльями, а затем мгновенно оказался передо мной, Его огромная пасть раскрылась, я рванул назад и вверх. Челюсти лязгнули подо мной, а монстр промчался дальше метров на десять и, чуть взмахнув крыльями, резко развернулся. Снизу ударили стрелы, попали по брюху. Асфарот издал пронзительный вой, а затем стремительно спикировал вниз, лучники и маги рванули в стороны, дракон же нацелился на одного из убегающих, раскрыл пасть и рухнул сверху. Парень не успел уклониться и оказался прижат к земле лапой. Голова монстра приблизилась к парню, острые зубы сомкнулись на верхней половине.

Раздался пронзительный крик, хруст и треск.

«Бейте его, бейте! Иначе он сейчас разорвет Винстона!»

Магия и стрелы обрушились на него со всех сторон, а также воины, дуэлянты и ассасины. Я стрелой спикировал следом, выставив руку и выпустив десятки гравитационных разрывов. Заклинания ударили по всей длине его спины, искажая пространство. Монстр не выдержал всех атак, разжал челюсти и, выгнувшись, взвыл, а затем резко взмахнул крыльями. Поднялась туча пыли. Не ожидавших столь мощной волны воздуха, как от ударной волны после взрыва бомбы, ребят откинуло на несколько шагов.

Дракон в мгновение ока оказался передо мной, я даже среагировать не успел, как лапа схватила меня и сжала, причем вместе с руками, прижав их к бокам. Тварь, несмотря на раны, все еще слишком быстра. На меня надвинулась тень, спереди и сзади стремительно приблизились зубы и впились в тело, пробив нагрудник.

Получено 30 000 урона.

Вы получаете периодический урон 10 000 в секунду.

Монстр начал качать головой и тянуть на себя, пытаясь меня разорвать. От боли захотелось кричать, но я сжал зубы, а затем медленно развернул руку ладонью вперед, направив ее на лапу монстра, и тут же стал выпускать один гравитационный прокол за другим. Лапа то тут, то там начала деформироваться, лопнула шкура, брызнула кровь, а затем после очередной атаки раздался хруст, и часть кости высунулась наружу.

Асфарот раскрыл пасть и громко завизжал. Хватка ослабла, и я смог вырваться. Получив свободу, я тут же направил перчатку и использовал «ударную волну». Голову монстра отбросило назад. Я же поспешил разорвать расстояние, достав зелье лечения и быстро выпив жидкость. Полоска очков жизни с четверти заполнилась почти до максимума.

Асфарот, взмахнув крыльями, метнулся вверх, и пущенные снизу стрелы пронзили лишь пустое пространство.

Какая же жирная эта тварь, столько очков жизни! Даже с учетом уменьшения урона в два раза, я влил уже уйму заклинаний, но ему словно бы плевать. Хотя лапу я ему все-таки сломал.

' Тим, ты как, вырвался?' — внезапно появилось в общем чате сообщение от Кинжальчика.

' Да', — ответил я.

Я глянул на монстра и внезапно увидел двух ассасинов на его спине, которые выглянули, чтобы посмотреть, что там внизу. Но увидел я не только их, там оказалась еще и Ласка. Похоже, когда монстр прижал Винстона к земле и попытался разорвать, эти трое решили запрыгнуть на спину и атаковать ее.

Дракон тем временем извернулся в воздухе и вновь обрушился вниз. Ребята, наученные опытом, сразу прыснули в стороны под защиту деревьев — там сложнее прижать и тем более укусить.

Туша дракона, с хрустом разламывая папоротник, бухнулась на землю. Пасть раскрылась, нырнула вперед, раздался крик, и я увидел, как одного из парней — воина — ему удалось-таки поймать.

Мы хотели обрушиться со всей мощью, но дракон внезапно взлетел, и вся магия и стрелы прошли мимо.

Я помчался следом, сформировал заклинание, используя телекинез, метнул его рядом с монстром и в последний миг перенаправил в брюхо.

Только вот все оказалось напрасно. Асфарот словно даже не обратил на это внимания, продолжая подниматься под потолок. Тем временем парень, которого челюстями пытается перекусить дракон, рыча от боли, перехватил меч обеими руками и с силой всадил острие в морду, пробив чешую и погрузив оружие на пару пальцев.

Дракон зарычал, сжал челюсти сильнее и пару раз мотнул головой. Парень охнул, меч вырвался из раны и из разжавшихся от боли пальцев.

' Тим, Ласка, Кинжальчик, Бес, сделайте что-нибудь. У Ковша осталось половина очков жизни! Лучники, продолжайте стрелять, пытайтесь подбить эту тварь!'

Дракон не останавливается ни на секунду, извивается, летает туда-сюда. Он, похоже, придумал прекрасную тактику — зачем атаковать, стоя на земле и получая урон, если можно выхватить одного и спокойно убить в воздухе, когда никто не мешает.

Я увидел, как ребят мотает на спине. Они пытаются атаковать, но монстр каждый раз делает крутой вираж, и потому им приходится цепляться за шкуру, вместо того чтобы атаковать.

Еще один черный шар ударил монстра в бок. В месте удара лопнула шкура и выплеснулась кровь, но дракон даже не обратил на это внимания.

Я сжал кулаки, лихорадочно пытаясь что-то придумать.

Даже если разжать ему зубы, он может просто выплюнуть струю пламени и добить падающего парня…

Внезапно одна мысль поразила мое сознание. А почему дракон, умея плеваться огнем, не использует его? Взгляд направился на летающую тварь, остановился на огненном крыле. Вот же оно! Он создал крыло из пламени, а еще постоянно использует магию для полета на обоих крыльях. Он просто не может больше использовать одновременно заклинаний!

«Ласка, Кинжальчик, Бес, слушайте меня. Сейчас я смогу его замедлить. Атакуйте крыло, и отрубите его ему!»

Я на максимальной скорости рванул к монстру, направил в руку ману, а затем выпустил гравитационное проклятье, увеличив вес Асфарота.

Монстр вздрогнул и ухнул вниз, быстро затрепетал крыльями пытаясь стабилизировать полет.

Ребята рванули вперед, топоры Ласки, кинжалы Кинжальчика и короткая катана Беса ударили в основание крыла.

Монстр же, яростно махая крыльями, начал тяжелый взлет. Тем временем снизу ударили стрелы, наконец попав по застывшей твари.

Я рванул к ребятам на помощь.

Ранее я не хотел использовать это заклинание, потому что берег его на непредвиденный случай, ибо Асфарот — высокоуровневый босс с повышенной защитой от магии, так что на нем заклинание действовало бы даже не минуту, как на обычных боссах, а секунд тридцать, а потом десять минут нельзя было бы накладывать на него новое проклятье.

Я подлетел к основанию крыла, вытянул перчатку. Из-за атак ребят крыло уже неплохо подрублено, зеленая кровь потоком льется из ран.

Дракон, наконец, привык к повышенной тяжести, сильнее взмахнул крыльями и взвился в небо, тут же сделав разворот. Увлекшиеся и почувствовавшие, что скоро отрубят крыло, ребята охнули и сорвались вниз. Я же в последний миг, в том числе и из-за того, что могу летать, ухватился за крыло. Высота тут метров тридцать, так что с тем запасом хп, прокачанным телосложением и ловкостью, они отделаются лишь легкими ушибами, а потому лететь и пытаться всех поймать, не имеет смысла. Сейчас лучше сосредоточиться на задаче по отрубанию монстру крыла.

Перчатка направилась на глубокие прорубки оставленные ребятами, гравитационный прокол ударил вперед. Пространство исказилось, раздался треск. Крыло наполовину оторвалось, брызнула кровь, но монстр продолжает безумно им махать. Я вновь атаковал. Дракон лишь зарычал, завертелся в воздухе, но я крепко держусь за крыло. Вновь удар гравитационным проколом, затем еще одним. Заряда в перчатке все меньше, но крыло уже оторвалось на две трети.

В этот момент гравитационное проклятье престало действовать. Монстр свободно взмахнул крыльями и рванул с невероятной скоростью. Меня резко отбросило назад. Заклинание, которое должно было попасть в крыло, лишь скользнуло по нему. Ветер ударил в лицо и завыл в ушах. Дракон резко затормозил, и меня бросило вперед, а затем монстр перевернулся, окончательно сбросив меня с себя. Только я не собирался сдаваться, тут же мысленно направив доску вперед, мгновенно вернулся к крылу и схватился за чешую рядом. Дракон вновь рванул вперед, но на этот раз я был готов. Используя телекинез на доске, я компенсировал резкое ускорение, и, в отличие от прошлого раза, меня не отбросило назад и не оторвало от него, как в прошлый раз. Приблизившись к основанию, крыла, я направил перчатку и использовал гравитационный прокол. Раздался хруст, крыло резко откинулось назад, крепясь к телу лишь тонким слоем кожи в пару пальцев толщиной. Дракон зарычал, закрутился в воздухе и начал пикировать вниз, я использовал ударную волну. Мощная воздушная подушка с силой взрыва бомбы врезалась в болтающееся крыло. Раздался треск, и через миг крыло оторвалось.

Я тут же рванул в сторону. И вовремя. Дракон с грохотом ударился об землю, я же замер в нескольких метрах над землей, тяжело дыша и стирая пот со лба.

Ребята поспешили к месту падения.

Асфарот резко поднялся и взревел. Крыло, созданное из пламени хаоса, исчезло. Как я и подумал, он не может использовать больше трех заклинаний одновременно. Потому одно — на создание крыла, и по одному заклинанию полета на каждое из крыльев. И поэтому он не дышал пламенем.

Лучники сходу стали выпускать стрелы. Я же сформировал новый гравитационный разрыв.

Дракон выгнулся, раздался рев, от которого задрожала земля. Яркое пламя осветило округу. Монстра окутал зеленый огонь настолько плотный и мощный, что даже стоя в нескольких метрах от него, я почувствовал, что мана, текущая по моему телу, готова вот-вот вспыхнуть.

Несколько заклинаний врезались в зеленое пламя, оно тут же окутало и сожгло их, так и не дав навредить дракону.

Монстр тем временем встал на три лапы и резко ударил хвостом, снося папоротники. Лучники спешно спрыгнули на землю. Подбежавшие было воины и ассасины пригнулись, пропустив атаку над собой. Дракон развернулся, из открытой пасти ударило зеленое пламя.

«Победа близка! Это третья фаза, он почти убит. Давайте поднажмем. Лучники!»

Стрелы влетели в пламя, и пусть оно сразу охватило их, но, в отличие от заклинаний, стрелам удалось достичь шкуры.

Пользуясь тем, что дракон отвлекся, а также понимая, что заклинания на него пока не действуют, я рванул к валяющемуся на земле парню под ником Ковш, которому довелось угодить в пасть дракона, попутно заполняя перчатки маной, ибо они успели разрядиться.

Я подлетел ближе, холод тронул сердце. У Ковша откушена нижняя половина тела, внутренности на земле, а сам он побелел, взгляд остекленел.

Мои челюсти сжались так, что заболели зубы. Вот дерьмо. Мы пришли в это место прокачиваться, а не терять бойцов. Помимо тех двоих, которых «я» убил, теперь еще и Ковш тоже погиб фактически по моей вине. Ведь это я подбил всех идти сюда, это я предложил продолжать атаковать его, даже когда ситуация резко изменилась, и он смог летать без одного крыла.

Я развернулся, сформировал гравитационный разрыв и метнул его в дракона. Монстр даже не стал уклоняться и отвлекаться от воинов, которых отгонял лапой и хвостом. Плотное пламя чуть подалось вперед и выгнулось, черный шарик врезался в него и стал замедляться, словно попал в какое-то подобие батута. Замедлив полет черного шара, пламя затем обволокло его, и тот словно растворился.

Я оскалился. Да что с этим драконом? У него и так была защита от заклинаний, а теперь вообще плотное пламя, которое сжигает любую магию.

Я рванул вперед, монстр внезапно резко обернулся, когтистая лапа налетела на меня справа. Мощный удар заставил содрогнуться все тело. Я со скоростью пули влетел в папоротник.

Получено 13 420 урона.

Я сплюнул кровь, взлетел и сформировал гравитационный разрыв. Если это пламя хаоса выступает в роли брони, то чтобы пробить ее, нужно запустить заклинание с большей скоростью.

Асфарот тем временем сделал прыжок и ударил по воинам. Те подняли щиты, раздался звон, ребята с трудом сдержали атаку. Со сторон попытались напасть ассасины и дуэлянты, но дракон тут же крутанулся и ударил хвостом, заставив отпрыгнуть атакующих, а заодно второй раз ударил по воинам. Эта атака была так сильна, что отбросила даже их. Лучники выпустили стрелы, но те, пройдя через оболочку из пламени, потеряли магические свойства.

Черный шарик тем временем подлетел на расстояние в несколько метров от монстра, а затем я тут же пульнул его в тело противника. На этот раз я применил телекинез, который встроен в перчатку. Из-за того, что это оружие создал я — оружейник будущего, сила встроенных заклинаний возрастает на 300%. Если я сам при помощи телекинеза могу запустить гравитационный разрыв со скоростью пистолетной пули, то встроенный в перчатку запускает его со скоростью винтовочной.

За счет внезапной и быстрой атаки слой пламени даже не успел вытянуться и создать «батут». Черный шар мгновенно прошел сквозь пламя и ударился о шкуру. Пространство исказилось, чешуя в том месте лопнула, и брызнула кровь. Более того, зеленое пламя в том месте на миг развеялось.

Дракон резко развернулся и с яростью бросился в мою сторону. Я взлетел как можно выше, мощные когти снесли несколько папоротников, а затем Асфарот отвлекся на подскочивших к нему других бойцов.

Я сформировал еще один гравитационный разрыв, метнул и опять нанес урон, пусть и не настолько большой, как рассчитывал — всего чуть больше пятидесяти тысяч. Видимо, даже так быстро пролетая сквозь пламя хаоса, заклинание теряет часть мощи, а оставшуюся еще ослабляет естественная защита от магии у дракона.

Асфарот тем временем резко развернулся, наши взгляды встретились, его пасть раскрылась, и из нее вырвалось пламя. Я резко метнулся в сторону и полетел по кругу так, чтобы дракону пришлось поворачивать голову. Пламя почти коснулось меня, но тут Асфарот остановил поворот ввиду того, что, поворачивая голову дальше, можно просто свернуть шею.

Я в ответку метнул еще заклинание и опять удачно. Монстр же, поняв, что пытаться поразить летающего меня слишком долго, а то и невозможно, переключился на тех, кто не способен этого делать. Сначала он попытался атаковать ассасинов, резко прыгнув и разинув пасть, но те быстро отпрыгнули. Если бы у дракона были все четыре лапы — наверное, его движения были бы значительно быстрее, ну а так, его зубы, громко клацнув, никого не задели.

Дракон впал в ярость, стал бросаться из стороны в сторону, плеваться огнем и бить хвостом. Попытался напасть на лучников, но на пути встали воины, выставив щиты и блокировав его продвижение. Тогда Асфарот выплюнул пламя, но перед лучниками возникли магические барьеры, что на несколько секунд сдержали огонь и позволили ребятам отбежать.

Когда Асфарот упал, лишившись второго крыла, он оказался в лесу огромных папоротников, но короткая битва на земле превратила место падения в крупное с сожженными папоротниками поле. Так что стрелкам и магам приходится отходить все дальше, чтобы не быть перед монстром как на ладони.

Очередной гравитационный разрыв врезался в шкуру, нанеся несколько десятков тысяч урона, только вот такое чувство, что дракону плевать. Сколько уже очков жизни мы отняли и сколько было отнято предыдущей битвой с Чумой? Явно несколько десятков миллионов. Почему же тогда он до сих пор такой резкий и сильный, почему мы не убили его? Сколько там очков жизни? Пятьдесят миллионов, что ли?

Если так продолжится, то закончатся стрелы и выносливость, как у воинов, так и у остальных бойцов, и мана у магов. Уже видно, как воины с трудом сдерживают яростные атаки. Ассасины же вообще только занимаются отвлечением — нанести хоть какой-то урон не получается — пламя слишком толстое, и даже если погрузить в него руку, чтобы кинжал достал до шкуры, то получишь урона едва ли не больше, чем нанесешь. Только дуэлянты с длинными мечами или топорами, да воины — наносят хоть какой-то урон. Маги бесполезны, стрелы тоже теряют часть своих свойств, и все выглядит так, словно пытаются с помощью сухого гороха из рогаток пробить толстую кожу слона.

— Ну давай, умри уже, — прошипел я сквозь зубы, залетев опять за спину и вновь бросив гравитационный разрыв.

Сердце у меня тревожно бьется. Если все выдохнутся, то дракон рано или поздно опять кого-то выхватит и убьет. Я и так косвенно повинен в смерти уже троих человек. И я предложил продолжать его бить, так что все последующие смерти тоже будут на моей совести. Черт, как я мог так облажаться? Почему то, что скрыто в глубине бездны, настолько сильно тревожит и манит меня, что я готов вот так, пренебрегая опасностью, прикладывать все усилия и использовать все средства, чтобы добраться до него? Это неправильно. Нельзя ради личных целей и устремлений класть на алтарь жизни других. Максимум, чем можно рисковать ради личной выгоды, — только своей жизнью.

Дракон, видимо, отчаявшись либо впав в окончательное безумие, рванул на воинов, стал бить хвостом, лапой, дышать пламенем, налегая на бойцов всей своей мощью, чего раньше не делал, не отвлекаясь на лучников или магов, на ассасинов и дуэлянтов и даже на мои атаки. Он просто стал бить воинов. Лапой, хвостом, лапой, хвостом, выдохнул пламя, разбив магическую защиту, попытался куснуть, но воины сомкнули ряды, и зубы лишь скользнули по щитам, однако это не заставило дракона отступить. Он вновь и вновь стал наносить удары, сосредоточившись на одном лишь участке. И внезапно это принесло успех. Один из парней, видимо, потратив всю выносливость, отступил на шаг после очередного удара и упал на колено. Дракон тут же воспользовался этим и ударил лапой по соседу парня, так как удар пришелся не в щит, а в бок, парень охнул и отлетел, а дракон нырнул вперед и, разметав строй, резко прыгнул на лучников у деревьев. Раньше он уже прыгал на лучников, но так как ему приходилось перепрыгивать через воинов, то делал он прыжки по дуге, и они оказывались не такими быстрыми — лучники разбегались, а воины быстро нагоняли дракона и вновь обступали, не давая рвануть за разбежавшимися следом. Сейчас же все произошло по-иному. Теперь он, прорвав оборону, рванул напрямую, как стрела, мгновенно преодолев расстояние, разделяющее его и лучников. Ребята рванули в стороны. Одна охотница, сидевшая на папоротнике — так удобней вести стрельбу прямой наводкой — прыгнула в сторону, оказавшись в воздухе. Дракон повернул голову, и струя зеленого пламени устремилась к ней. Уклониться в воздухе она, естественно, не смогла. Магический щит на миг встал между ней и пламенем, но тут же разбился, и девушка скрылась в пламени.

Черт, только еще одной смерти не хватало!

Я рванул к ней, понимая, что когда лучница приземлится, то уже превратиться в угольки, а если и нет, то дракон дожжет ее на земле.

Время, кажется, замедлилось, движения вокруг меня стали тягучими. Встроенный в мою голову чип, проанализировав траекторию полета лучницы, спроецировал, в каком месте пламени она должна находиться. Я влетел туда на полной скорости, нанес мощный удар в плечо девушки, и та пулей вылетела из огня. Я же от удара резко замедлился и пусть тоже вылетел из-под струи, но дракон мгновенно среагировал, голова повернулась, и пламя накрыло меня. Все тело ожгло болью, словно с меня содрали кожу и плеснули кислотой.

Я хотел было метнуться в сторону, но понял, что не чувствую опоры, а заклинание телекинеза не действует. С холодком осознал, что мою металлическую доску просто расплавило.

Перчатки и штаны загорелись, и пусть они магические и не испарятся так же, как доска, но их прочность стала стремительно уменьшаться. Я сжал зубы, видя, как полоска очков жизни сокращается. Нагрудник раскалился и спек всю кожу на груди, жар добрался до костей, я буквально ощутил себя как цыпленок в духовке.

Внезапно время словно замерло. Жар исчез. Я всё соображаю и вижу, но двинуться не могу. Через мгновение ощутил себя словно везде — в каждой части всей бездны. Я воздух, я стены, я наполняющий ее хаос.

Я почувствовал, как из головы выросли рога, ногти на пальцах удлинились и превратились в когти.

Время вновь вернулось в естественный поток. Я все так же нахожусь в струе пламени. В этот миг почва ударила в ноги — мое короткое падение, длившееся пару секунд, но при этом показавшееся вечностью, закончилось. Пламя все так же бьет в мою сторону, но не обжигает.

Изменен статус с «сродни хаосу», на «владыка хаоса»

Все атаки против хаоса — +100%

Вы получаете на 25% больше урона от заклинаний порядка.

Добавлен новый параметр — энергия хаоса. 6000 единиц.

Получены умения:

Щит хаоса — снижение силы заклинаний, проходящих сквозь него на 20%. Потребление — 100 энергии хаоса на создание, 5 энергии хаоса в секунду на поддержание.

Дыхание хаоса — выпускание плотного и сильного потока пламени хаоса. Стандартный урон — 200, Потребление энергии хаоса — 20 в секунду.

Подавление хаоса — если противник не настолько близок к хаосу как вы, то вы можете подавить его энергию хаоса.

Все это высветилось у меня перед глазами. Я глянул на последний пункт. А затем поднял взгляд. Пламя все еще поливает меня, но внутри возникло чувство, что все под контролем. Я вытянул руку, а затем резко сжал кулак и использовал «подавление хаоса». Я словно стал сродни этому пламени, а точнее, это будто оно стало частью меня. Это было ощущение похожее на то, когда я управляю рукой или ногой. Огонь мгновенно прекратился. Дракон замер, помотал головой, попытался выдохнуть пламя, но ничего не получилось. Я же ухмыльнулся и взмахнул рукой, словно отмахиваюсь от надоедливой мухи. На Асфарота слева словно подул ветер. Пламя, покрывающее его тело, выгнулось в сторону, а затем его словно сдуло. Огонь распался на мелкие фрагменты, что тут же исчезли, оставив дракона без защиты.

— Теперь тебе точно конец, — произнес я более грубым и непривычным для меня голосом.

Глава 10

Бездна — 4 этаж.

Я оглянулся. В стороне замерли бойцы и лучники, напрочь позабыв про дракона, все взгляды направлены на меня. В глазах шок, лица белые. Впрочем, и я себя чувствую растерянным.

Дракон громко взревел, словно от обиды, что лишился возможности использовать огонь хаоса. Я тут же направил взгляд и почувствовал в нем хаос, словно мы стали едины. Будто вся сила хаоса, что струится в нем, стала, в том числе, и моей, будто невидимые каналы нас соединяют. Больше похоже на то, как если бы наши кровеносные системы связали и мое сердце прокачивало бы кровь не только по моему телу, но и по его.

«Он лишился покрова, и не может использовать хаос. Нападем — это наш шанс добить его!» — появилось сообщение Шестерни.

Проходчики словно вышли из оцепенения. Воины рванули к дракону со всех сторон, лучники вновь выпустили стрелы, и на этот раз их магию хаос не смог поглотить. Потому, ударившись в тело и пробив чешую, одни стрелы раскалились и взорвались мощным концентрированным пламенем, что устремилось в рану, пытаясь прожечь как можно глубже, другие выпустили электрические разряды, от третьих поднялись цветки, но не простые, их корни вросли в тело монстра и стали испускать постоянный яд.

Подтянулись ассасины, и дуэлянты и запрыгнули на монстра. Тот закружился, стал бить хвостом и лапами, но он явно все еще обескуражен тем, что с него спал покров хаоса и энергия хаоса перестала подчиняться. Движения Асфарота стали какими-то замедленными и импульсивными, нет уже той чистой ярости и мощи.

Я сформировал заклинание и метнул в тело. Монстр окружен со всех сторон, и вырваться у него не получается. Я думал, что он прыгнет, но тут заметил, что задняя левая лапа вся в крови и дракон почти не опирается на нее.

Гравитационный разрыв ударил ему в грудь, пространство исказилось, шкура треснула вместе с чешуей, кровь выплеснулась на землю. Ассасины и дуэлянты продолжают безжалостно кромсать монстра. Даже воины перестали просто сдерживать атаки, и сами начали атаковать. Стрелы уже плотно утыкали тело дракона, заклинания бьют одно за другим.

Асфарот вновь взвыл, но на этот раз как-то устало и жалобно. Выгнувшись, он бухнулся брюхом о землю, голова упала, а взгляд медленно потух, веки опустились, и всем нам пришло сообщение:

Хозяин третьего этажа — Асфарот, мертв.

Получено: 12 850 000 героического опыта. 20 000 000 зен.

Я выдохнул и сел на землю, чувствуя как облегчение, так и опустошение. Связь с драконом, а точнее, с его энергией хаоса, исчезла. Скосил взгляд на когти. Затем левой рукой коснулся рогов на голове. Как-то неприятно себя с ними чувствую. Может, их можно как-то убрать. Я попытался представить, что втягиваю их, но ничего не получилось.

Черт, как это убрать-то? Я что, теперь всегда буду таким? Нет, так нельзя. Может, можно сделать что-то с энергией хаоса, что струится по мне одновременно с маной.

Я мысленно представил, как останавливаю течение этой новой для меня энергии, что ощущается как потоки жара, затем заставил ее стечься к животу и сжаться.

Режим «владыки хаоса» деактивирован.

Я вздрогнул, почувствовал, как когти втянулись и вновь превратились в ногти, став привычной длины. То же самое случилось и с рогами, они словно втянулись внутрь головы. Все мои параметры откатились, я вновь имею статус «сродни хаосу», наношу против хаоса не 100% урона, а всего лишь 50%, и сам при этом не получаю повышенный урон от магии порядка. Счетчик с энергией хаоса стал серым и неактивным, но никуда не делся, то же самое произошло и с новообретенными скиллами — типа подавления хаоса, щита и дыхания. Они никуда не пропали, но в меню стали неактивными.

Значит, я могу этот режим активировать по желанию. Это хорошо, а то чувствую себя как-то неуютно. Я все еще помню тот сон, вдруг именно в этом режиме, или более продвинутой его версии, я и убил ребят?

Я помотал головой, отбрасывая неприятные мысли, от которых сердце тревожно сжимается и чувствуется прямо физическая боль в груди.

Лучший способ отвлечься от неприятных мыслей — переключиться на что-то другое. Так что я открыл характеристики.

За убийство хозяина этажа я в итоге получил аж 10 уровней, что подняло меня с 174 до 184. И сейчас у меня имеется 80 свободных очков характеристик. По шесть очков я вкинул в телосложение и ловкость, доведя базовый показатель до 60, а суммарно с бонусами от предметов там получилось 140 и 120 телосложения и ловкости соответственно. Из оставшихся 68 очков 65 кинул в духовную силу, а 3 очка оставил про запас.

Естественно, мы разделали дракона. Люди, занимающиеся готовкой, использовали его мясо и часть внутренних органов для приготовления высококачественной пищи, что, в отличие от зелий, не дает такой мощный прирост к характеристикам, но зато эффект постоянен. То есть, один раз съев похлебку из такого редкого драконьего мяса, можно получить постоянную прибавку к телосложению, а сердце дракона даст дополнительный бонус. Правда, действует это один лишь раз, и, съев еще одну порцию, прибавки не получишь. Так что после того, как повара обработали мясо, избавили его от энергии хаоса и приготовили нам еду, я в итоге получил еще плюс 10 очков телосложения и 3% к защите от урона магией и хаосом, что вроде и немного, но почему бы и нет? И, естественно, в сердце дракона обнаружили камни силы, что годились для усиления легендарных предметов. Мне досталось аж четыре камушка. Хотелось один использовать на нагруднике, но я решил все вложить в амулет, ибо он со мной много времени и его способность к возрождению слишком читерна, чтобы ее не прокачивать. Тем более нагрудник у меня и так 100 уровня, а вот амулет всего 60. После использования камней он улучшился до 100.

«Камень возрождения» — амулет.

Уровень — 100

Качество: Артефакт.

При смерти носителя, возрождает его в диапазоне от 10 секунд до 10 минут — по выбору владельца. Если владелец не выберет время в течение 8 секунд, то возрождение осуществится через 1 минуту. Откат заклинания 1 день 16 часов.

+20000 очков жизни

+20000 очков маны

+1000% к скорости регенерации маны.

+100 ко всем характеристикам.

+200% к урону против хаоса.

Раньше диапазон выбора времени возрождения был от 10 секунд до 4 минут, теперь же до 10 минут. Это полезно, когда не нужно возрождаться слишком быстро. Откат сократился — тоже приятно. Как и прибавка к остальным бонусам. Теперь мои характеристики с добавлением всех надбавок с предметов, геммов, прокачек и прочего выглядят следующим образом:

Тим.

Маг порядка 184 уровень.

Очки жизни — 117 462

Очки маны — 62 240

Энергия хаоса — 6000

Телосложение — 190

Ловкость — 160

Духовная сила — 1150

Модификатор магического урона — 7050%

Модификатор физического урона — 380%

Модификатор магической защиты — 3950%

Модификатор уклонения — 320%

Шанс критической атаки — 320%

Магическая защита — 5650

Физическая защита — 2630

Доступные очки характеристик — 3

Активируемый бонус:

Владыка хаоса.

Изменение статуса с «сродни хаосу», на «владыка хаоса»

Все атаки против хаоса — +100%

Вы получаете на 25% больше урона от заклинаний порядка.

Пассивные бонусы:

Сродни хаосу: все атаки против хаоса +50%

Герой порядка: +50% к силе магии порядка

От предметов и геммов:

+300% против хаоса

+100% к силе магии порядка

+250% к силе заклинаний стихий

-10% отката заклинаний

+2400% к регенерации маны

+100% к регенерации жизни

Уменьшение времени действия негативных эффектов на 25%

+25% к силе лечения

Шанс нанести крит урон заклинаниями — 25%. Критический урон — удвоение силы атаки заклинанием. 25% шанс того, что обездвиживающее заклинание продлится вдвое дольше. 25% шанс того, что отрицательные эффекты продлятся вдвое дольше.

Урон от заклинаний воды уменьшается на 15%. Время действия отрицательных эффектов от заклинаний, связанных с водой, уменьшается на 20%

Урон от огня уменьшается на 15%. Время действия отрицательных эффектов от огненных заклинаний уменьшается на 20%

+3% к защите от урона магией и хаосом

Мастер алхимик 2 ур. +300% к силе зелий.

Оружейник будущего +500% к силе оружий.

Огромный столбик. С непривычки можно потеряться. Впрочем, я в детстве играл и в игры, где столбики были куда больше, не говоря про стены текста, дополнительные параметры, титулы, которые давали дополнительно пассивное усиление, и многое другое. Так что для меня подобное дело привычное.

Закончив с распределением и осмотром статов, я почувствовал себя чуть легче.

«Общий сбор», — появилось сообщение от Шестерни.

Я почувствовал, как в животе словно появился тяжелый, холодный и склизкий камень.

Сжав зубы, я оглянулся на Ласку, девушка кивнула мне, в случае чего, мы всегда можем сбежать. Точнее сбегу я, взлетев в воздух, а она телепортируется ко мне.

Я подошел к собравшейся толпе ребят. При виде меня они посторонились, образовав проход к стоящему в центре Шестерне. Взгляды настороженные, пугливые и некоторые даже враждебные.

— Итак, ребята, я собрал вас здесь, чтобы сообщить, что я, Тим, Ласка и Вишня — уходим на глубину. Медок остается за главного, его зам — Трюк.

На лицах присутствующих появилось замешательство. Они стали переглядываться.

— Как вы знаете, Чума ушла глубже. Мы не можем дать ей заполучить то, что она ищет. С другой стороны, и прокачку остановить не можем. Пробиваться же всей толпой — слишком долго. Мы же, как самые прокачанные и сильные в гильдии, сможем проскочить и попытаться помешать ей. Потому что, как предполагает Тим, — сказал он и мотнул подбородком в мою сторону, — в глубине есть что-то, что очень нужно ей, и непосредственно ее командиру — королю демонов. Возможно, это как-то связано с происходящим слиянием миров. Поэтому мы обязаны помешать ей это получить. Ваша же задача — прокачаться как можно больше. Как только поймете, что прокачка замедлилась, переходите на следующий этаж, но будьте внимательны и осторожны, нам нужно, чтобы вы прокачались, а не погибли.

На этих словах я почувствовал, что сердце словно сдавило, а перед глазами опять предстал располовиненный парень под ником Ковш.

— И еще, будьте внимательны друг к другу. Тела наших аватаров состоят из тел и энергии демонов хаоса. У многих из вас есть пассивки «сродни хаосу» или что-то подобное, так что послеживайте друг за другом. Кто-то из вас может обратиться частично в демона хаоса, как это сегодня произошло с Тимом, а с ним могут пробудиться и его воспоминания, а может даже и личность. Тим смог сдержать эту силу и даже контролировать, но не факт, что у всех так получится. Так что обращайте на это особое внимание.

То, как он спокойно и уверенно сказал это, заставило присутствующих ослабить бдительность. Я перестал ощущать враждебные взгляды, а некоторые сменились даже на заинтересованные и сочувствующие.

— Ладно, Тим. Мы на трехчасовой отдых, как вернемся, сразу отправимся.

— Понял.

Я неспешно вернул всех в лагерь к разрыву пространства, после чего Шестерня и Вишня покинули разлом, а я развел в стороне костер и стал варить зелья, чтобы восполнить запасы. Также кузнец, разложив походную кузню, сделал мне новую металлическую вытянутую платформу, похожую на доску для сноуборда — с двумя мощными ремнями и креплениями, чтобы даже если она перевернется, я не упал.

Разведя костер и поставив чан, я стал наблюдать за тем, как закипает жидкость.

Ласка села рядом, положила голову мне на плечо.

— Мне тревожно, Тим. Этот сон не дает покоя. И то, что ты сегодня на миг стал похож на демона хаоса, только пугает сильнее. Вдруг мы и правда превратились в демонов, потеряли контроль над телами и убили дозорных?

— Если бы это было так, то как бы мы успели незаметно вернуться в палатки, преобразиться обратно и проснуться после этого? — задал я вопрос.

— Считаешь, это не мы?

— Не знаю. Но у меня сильное предчувствие, что мы это узнаем, когда спустимся на последний этаж бездны.

— Как бы это не обернулось только в худшую сторону.

Я ничего не ответил, а только обнял ее за плечи.

* * *

Мы вступили в огромную пещеру и начали спуск вниз. Я ожидал оказаться в привычной темноте, но от стен, потолка и ступенек идет пусть и слабый, но все же свет зеленого цвета.

Ласка, как всегда, на разведке идет на виток впереди нас — на достаточном расстоянии, чтобы заметить монстра раньше и предупредить, и чтобы при этом наш шум не смог потревожить тварь.

Благодаря модифицированным с помощью геммов из разлома вирт-капсулам, а также встроенным медицинским приборам, Шестерня и Вишня могут находиться в разломе тридцать шесть часов. За это время на следующем этаже нам минимум нужно найти разрыв пространства. В крайнем случае придется возвращаться обратно на третий уровень, чего, конечно, делать не хочется.

Спуск оказался намного более долгим, чем со второго уровня на третий. Было чувство, будто мы прошли пару-тройку километров в глубь.

Если просуммировать, на сколько километров мы спускались до этого с других этажей, то получится, что мы находимся уже на шестикилометровой глубине. И это чувствуется — появился дебафф «повышенное давление», что увеличил расход выносливости и снизил ловкость на 10% и это только у нас с Лаской, а ведь у Шестерни и Вишни работает еще дебафф бездны. Но нет, как говорится, худа без добра, потому что в связи с повышенной сложностью нам дали и увеличение получаемого опыта на 50%. Как я понял, эта надбавка идет уже сверх того, что я получаю. То есть условно за монстра дают 10 героических очков, за счет зелий памяти этот показатель вырастает на 25600% и становится равным 2570. Затем он делится на четверых, и получается 643 опыта. На самом деле, 642,5, но обычно опыт округляется, и если округлить, то будет 643. А затем вот это число увеличивается на 50%, и получается 965.

Неплохо, учитывая, что и опыта за монстров тут будет намного больше 10.

«Я дошла до выхода», — появилось сообщение от Ласки.

«Что там?»

«Как бы вам сказать. Леса, поля и реки. Вам лучше самим все увидеть».

Мы поспешили спуститься, полностью забыв про осторожность. Лестница сделала очередной поворот, впереди появилась огромная арка, яркая от света. Мы рванули к ней, свет надвинулся, на миг накрыл нас, а затем словно раздался в стороны, и мы оказались на просторной поляне.

Впереди высится лес, потолок расположился где-то в километре над нами, видны облака, что плывут кучками, а также огромный кристалл, что светит зеленым светом настолько ярко, что больно глазам.

Шагах в пятидесяти начинается опушка, и если на третьем этаже была достаточно высокая влажность в воздухе и это ощущалось, то здесь суше.

— Я поднимусь повыше, — сказал я.

Под ногами материализовалась новенькая доска. Ну, это условное название, так как она не из дерева, а из адамантия — надеюсь, что если в следующий раз попаду под поток пламени, то она не расплавится моментально, как это случилось со стальной.

Я осторожно поднялся в воздух, использовав на ней телекинез, а на себе невидимость — мало ли кто засел в лесу и что у него на уме.

Поднявшись метров на сто, я увидел невероятное зрелище — бескрайнюю землю с холмами и реками, полями и лесами. Справа и слева не видно стен, что их скрывает — туман или дымка — непонятно с такого расстояния. Чип дал примерную оценку расстояния до границы видимости в пятьдесят километров — это в одну сторону, столько же в другую и вперед, а сама земля закругляется. Если бы не потолок, то мне бы показалось, что мы на поверхности.

' Ну что там?' — спросил Шестерня.

Я сделал короткое описание. Затем глянул вперед.

' Так, стоп, там есть что-то еще'.

' Что?'

Я взлетел чуть выше, и поле километрах в десяти стало виднее. Увидел я также речушку, пролегающую через него, деревянные домики, и дорогу, уходящую в лес. Поднявшись еще выше и проследив за дорогой, я увидел каменную крепостенку с пятиметровыми стенами и башнями, лишь немного выше окружающих деревьев. Более того, увеличив изображение, я смог различить двигающиеся фигурки, похожие на человеческие, в деревне и в самой крепости.

С помощью чипа я сделал видеозапись, а затем вставил ее в чат группы и переслал остальным.

— Первый этаж был с какими-то примитивными насекомыми, второй с мелкими грызунами, пауками и прочей нечистью, на третьем папоротники и динозавры с млекопитающими хищниками или выглядящими так. А тут уже более привычный ландшафт и поселения с крепостью, — пробормотал Шестерня.

— Надеюсь, это последний этаж, — сказала Вишня. — Не хочется, чтобы на пятом мы попали в какую-нибудь современность наподобие нашей, только с магией и оружием, усиленным им. Тим уже показал, насколько подобное оружие может быть опасно.

Я кивнул. Не просто так существует навык — оружейник будущего — значит, оружие будущего можно создать, а если тут будут существа из «будущего», то с соответствующим оружием они будут крайне опасны.

— Так, давайте определимся с порядком действий, — произнес Шестерня.

Но начать он не успел, внезапно Ласка выпрямилась, в руках материализовались топоры.

— Кто-то идет.

Через мгновение из-за деревьев выехали четверо человек. Точнее, так показалось, но, приблизив изображение, я сразу понял, что это не совсем люди.

Глава 11

Серафимы.

Все четверо восседают на трех животных. Сами животные, используемые в качестве ездовых, похожи на варанов, только значительно массивнее, и с более длинными и мощными лапами. Ездоки внешне напоминают людей, одеты, правда, скудно — на них только кожаные штаны и ботинки, торсы открыты. Кожа темно-землистого цвета выглядит такой прочной, что, кажется, и пулей ее не пробить. Лица грубые, но очертаниями похожи на человеческие. Глаза ярко-зеленые, зрачки вертикальные, уши остроконечные, а из спин торчат… Я бы хотел сказать привычные щупальца, но они непривычные. Обычно у тварей, пораженных хаосом, щупальца, вырываясь из спины, выглядят инородно, они тонкие и острые, похожие на паучьи лапки. Здесь же эти щупальца покрыты кожей и кажутся естественной частью тела, более того, на их кончиках заостренные металлические накладки из темного металла, даже в зеленом свете кристалла отливающие фиолетовым — адамантия. Волосы у них темного цвета. У всадника, что ближе к нам, с боков все выбрито, волосы остались только сверху и сзади, где они и собраны в длинную, сегментированную металлическими кольцами через разные промежутки, косу. Из-за спины у него выглядывает рукоять двуручного меча. Соседний с ним воин вооружен щитом и булавой, еще один с луком, и последний держит в руках посох с темным камнем на конце. Они подъехали ближе и замерли в двадцати шагах от нас. Над головами у них красным написано — «Серафим». Интересное название. Над ящерами тоже надпись — «Ящер». Просто и лаконично.

Шестерня мгновенно выступил вперед, подняв щит, чуть правее встала Ласка, Вишня подняла посох.

— Исчадия верха, отступите назад и покиньте наши земли, иначе вас ждет смерть, — прокричал воин с двуручником за спиной, выехав чуть вперед и всем видом показывая, что он главный.

Хм, говорят они на всеобщем языке. Удобно.

— С кем мы говорим? — спросил Шестерня.

— Я глава стражей входа, Асм. А теперь убирайтесь.

Шестерня нахмурился, но тут вперед выступила Вишня:

— К сожалению, мы не можем этого сделать. Но мы можем попробовать договориться. Нам всего лишь нужен другой такой же проход, только ведущий вниз. Мы не задержимся на ваших землях, и всё, что нам будет нужно, — это дойти до прохода и спуститься ниже. Это все…

— Довольно! Священные земли не будут осквернены поступью исчадий верха. Не хотите убираться, так умрите!

Его меч с шелестом покинул ножны, второй боец тоже обнажил оружие. Я мгновенно взлетел. Лучник стремительно натянул тетиву лука и тут же поймал меня в фокус. Я рванул было в сторону, но у противника словно автонаведение. Он резко отпустил тетиву, и я даже не смог различить полета стрелы, только резко ударило в плечо. Меня развернуло в воздухе, и краем глаза увидел торчащую в плече стрелу. Рука взорвалась болью, что, обжигая, словно кислота, стремительно растеклась в разные стороны. Было чувство, словно руку раздавили под прессом, превратив в единый пульсирующий болью кусок.

Получено 8320 урона.

Я сжал зубы. Ни фига себе урончик!

Лучник на этом не успокоился, став посылать стрелу за стрелой, а сам рванул по полю в сторону. Еще один боец, сидевший позади него, спрыгнул с ящера. Воины тем временем метнулись к Шестерне и Ласке. Главный обрушил двуручник на Шестерню, второй же попытался проскользнуть мимо дуэлянтки прямо к Вишне, но Ласка рванула наперерез и навязала бой. Ящеры оказались не просто ездовыми животными, а пытались кусать и даже стали плеваться зеленым пламенем. Оба всадника атакуют не только мечом, но и щупальцами с надетыми на них острыми наконечниками из адамантия. Последний же из группы противников, который спрыгнул с ящера лучника, — маг с посохом — замер, окончание посоха засветилось, а затем небольшой зеленый свет покрыл Асма и его товарища, после чего они резко ускорились, а удары стали сильнее. Такой же свет покрыл и лучника.

Он стал выпускать одну стрелу за другой, я, начав маневрировать, направил в него перчатку. Другое плечо дернуло, болью взорвалась нога и живот, как раз чуть ниже брони, у самого бедра, и еще стрела отскочила от нагрудника. Почти трети очков жизни как не бывало.

Черный шарик тем временем достиг всадника, тот, почувствовав опасность, стукнул пятками, заставив ящера отпрыгнуть в сторону, только вот у меня самонаводящийся снаряд. Чёрный шарик метнулся за ним, но и всадник оказался непрост. Ящер заметался с огромной скоростью, а сам лучник тоже начал изгибаться. Каждый раз шар пролетал мимо, и мне приходилось мысленно разворачивать его. Я оскалился и рванул вниз, перестав пытаться попасть гравитационным разрывом и просто став мотать его из стороны в сторону и атаковать противника, но на этот раз не особо точно целясь, что облегчило жизнь лучнику, он стал уверенней уклоняться и отпрыгивать. Я направил шарик со всей скоростью ему в спину. Ящер прыгнул вперед, парень, все это время глядевший за спину и контролирующий расстояние заклинания до него, чтобы вовремя отдать команду ящеру и заставить его отпрыгнуть, на миг обернулся. Его глаза расширились, потому что я оказался буквально в метре перед ним. Ящер отреагировал быстрее, но так как он все еще в прыжке, единственное, что мог сделать в этот момент, — это выплюнуть пламя, что он и попытался сделать. Пасть раскрылась, в глотке заклокотало пламя, только в этот момент я уже направил на противника перчатку. Ударная волна врезалась в голову монстру, заставив ее запрокинуться, а также снесла всадника, и как раз на летящий позади гравитационный разрыв.

Я хотел было рвануть вперед и добить парня, но ездовой ящер, отлетев всего на пару шагов, тут же развернулся и прыгнул на меня. Огромная пасть раскрылась, и пламя ударило вперед. Я метнулся в сторону, огонь ударился о землю, моментально превратив ее в лаву, а меня даже на расстоянии догнал жар, и по открытой коже словно провезли наждачной бумагой. У ящера разбита морда, кровь идет из пасти, но он все еще боеспособен и бодр, отлетевший же лучник, получив удар еще и гравитационным разрывом, с трудом встал на четвереньки, дышит тяжело, изо рта капает кровь, на спине кожа порвана, и течет темно-зеленая кровь, чем-то напоминающая зеленку. Одно из щупалец обвисло и не двигается.

Внезапно парень покрылся сиянием, как и ящер, что не отстает от меня и, как злющий пес, подпрыгивает, но не пытается укусить, а выплевывает пламя. Ездовой монстр, зараза, так подгадывает расстояние, что мои ударные волны просто не могут до него достать, как и прокол, а от выпущенных впопыхах разрывов он либо уворачивается, либо выпускает огонь. Эта тварь оказалась более верткой и быстрой, чем динозавры на третьем уровне, что неудивительно.

Лучник тем временем оправился и поднялся, кровь перестала течь, а сам он выглядит бодрее. Я, проведя очередную неудачную атаку по ящеру, покосился в сторону стоящего в стороне целителя. Засранец бафает и лечит союзников, отчего их еще сложнее убить. Этот бой намного сложнее, чем бои с насекомыми, монстрами и динозаврами, что были этажами выше, и не только потому, что противники каждый сильнее, чем монстры, но еще и потому, что они разумны, действуют слаженно, помогая друг другу, и не инстинктивно, а расчетливо. А это значит, что если для победы потребуется чем-то пожертвовать, вплоть до своей жизни, — каждый из них это сделает, чего животному не даст инстинкт самосохранения. Воистину, разум — сильнейшее оружие.

Лучник, оклемавшись, сразу стал выпускать в меня стрелы, я взлетел было выше, но число стрел тут же возросло. Получив пару ранений, я вновь спустился ниже и пусть попал под атаки ящера, но он стал мешать лучнику — тот явно боится задеть питомца.

Я хотел было попробовать подлететь к стрелку, но ящер атаковал меня, выпрыгнув наперерез, и стоило мне отлететь в сторону, как лучник сразу воспользоваться тем, что питомец не мешает, и атаковал меня.

Ящер тем временем выглядит всё бодрее и бодрее. И это хреново. Даже если смогу подловить его и ранить, при этом у меня даже есть план, как это сделать, то монстра моя атака не убьет — нужно как минимум несколько, но он просто отбежит, а потом получит лечение от целителя, к тому же и он, и лучник получили как баффы, так и усиление магической защиты. Так что все мои усилия будут просто нивелированы, а второй раз такую же атаку не проведу. И это не говоря о том, что целитель также хилит и других, что сражаются с Лаской и Шестерней.

В этот момент я почувствовал, как меня окутало легкое тепло, очки жизни восстановились, а боль утихла. Да, у нас тоже есть целитель.

Я попытался вновь атаковать, но ничего не получилось, а вот стрела противника больно скользнула по плечу, оставив рану.

Я сжал зубы. У меня есть план, как преодолеть преграду в виде ящера, и достать этого лучника, только вот боюсь, что даже нанеся обоим урон, не убью их, а целитель тут же вылечит их, и второй раз этот маневр может не сработать. Остается только одно — завалить целителя. Вообще, основа любого пвп между группами игроков — вынести в первую очередь саппортов.

Сделав вид, что собираюсь атаковать, я вновь сагрил на себя ящера, что, прыгнув, загородил собой лучника и тем самым ухудшил ему обзор, после чего открыл пасть и выплюнул пламя. Я рванул в сторону к целителю. У того широко раскрылись глаза, лицо побелело, он попытался рвануть в сторону леса, но смог сделать только шаг, после чего его ноги внезапно подогнулись. Я ухмыльнулся, гравитационное проклятье застало его врасплох. Наложи я его чуть раньше, он успел бы привыкнуть к увеличившемуся весу и смог бы сбежать. Это было похоже на то, как если бы ты привык подниматься по ступенькам, прилагая определенное усилие, чтобы поднять ногу и поставить на ступеньку выше, но внезапно в один момент твои тряпичные ботинки при помощи магии подменили на свинцовые. Только ты этого не заметил и как обычно двинул корпус вперед, попытался поставить ногу на следующую ступеньку, приложив привычное усилие, но тут ощутил, что нога тяжелее и поднялась она лишь на треть нужной высоты из-за недостаточного приложения усилия, носок врезался в ступеньку, и ты от неожиданности охнул и повалился вперед. Похожее произошло и с целителем.

Повалившись на четвереньки, он несколько мгновений не понимал, что происходит, затем ощерился и резко вскочил.

Я тем временем, получив несколько чувствительных тычков в спину от стрел и создав земляную стену, чтобы не получить больше, налетел на целителя, схватил его и взмыл вверх, одновременно отменив гравитационное проклятье. Перчатку сразу направил ему в грудь и стал один за другим использовать гравитационные проколы.

Целитель взвыл, изо рта на меня выплеснулась кровь, но умирать он не спешит. Оно и понятно — он маг, а значит, магической защиты у него завались, и мощные проколы, которые сильно бы ранили того же воина, для этого парня не настолько опасны, не говоря о том, что очков жизни у него значительно больше, чем у тех же монстров с третьего этажа.

В полете я развернулся так, чтобы лучник внизу не мог нормально стрелять в меня и при этом не попасть в товарища. Частота выстрелов резко упала, лучник продолжает пытаться ранить меня, но на этот раз тщательно выцеливает. Только вот я с каждым мгновением все выше, и попадать по мне все сложнее.

— Стой, отпусти меня! — захрипел целитель.

Все же несмотря на то, что мои заклинания в перчатках наносят кучу урона, против магов с высокой магической защитой они не так эффективны, однако у меня на этот случай есть кое-что другое. Мы уже поднялись на километр, внизу плывут облака. Целитель пытается вырваться, его щупальца ударили в меня с разных сторон, но почти не нанесли урона. Уверен, будь тут какой-нибудь воин, его щупальца хорошо меня ранили бы из-за высокой прокачки силы.

Я резко развернулся и повис вниз головой. Половина заряда перчатки уже потрачена, так что урона я нанес немало. Щупальца продолжают неприятно бить, парень пытается вырваться, но, видимо, он всё вкачивал в духовную силу, не как я, потому у него ничего не получается.

— Не дергайся, сейчас отпущу, — пообещал я, после чего дал команду, и мы резко рванули вниз.

Воздух засвистел в ушах, а земля стала стремительно приближаться.

— Что ты делаешь, мы же разобьемся! — в панике закричал целитель.

— Не мы, а ты.

Я резко двинул руками и отпустил его, тем самым добавив скорости к его падению, заодно наложив гравитационное проклятье, чтобы при падении его вес был значительно больше реального. Сам же тут же чуть притормозил и открыл инвентарь. Нашел взглядом ранее изготовленные снаряды для базуки. У целителя высокая магическая защита, а вот физической почти нет, поэтому и падение с огромной скоростью, и попадание снаряда из базуки нанесут ему серьезный урон.

Я увидел, как целитель, падая, наложил на себя лечение, чтобы хоть как-то оправиться от полученных ран, только вот взлет, а затем последующее падение вниз составили лишь несколько десятков секунд, и большую часть времени он лишь панически дергался и пытался выбраться, а к самолечению приступил, только когда я его отпустил, вот только времени у него почти не осталось. Снаряд вылетел со скоростью пули, мгновенно догнав падающее тело. Раздался мощный взрыв, пламя и дым охватили целителя, из которого он, правда, сразу вылетел с еще большим ускорением. Я метнул второй снаряд. Целитель тем временем с огромной скоростью врезался в землю. Его тело вдавило в землю с огромной силой, от удара в разные стороны разошлась волна воздуха, подняв пыль, а затем сверху прилетел еще и снаряд, словно желая вбить его поглубже. Раздался новый грохот, и в этот момент прилетел третий, после чего наконец пришло сообщение:

Серафим убит.

Получено: 192 750 очков, 2 500 000 зен.

Я, уже готовый отправить следующий снаряд, остановился и убрал его в инвентарь.

Ни фига себе, как много опыта дали! Если убрать бафф этажа, который увеличивает получаемый конечный опыт в 1,5 раза, разделение на четверых и убрать прибавку от зелья памяти, то за него должны были дать 2 000 очков, что в двадцать раз больше, чем давали за мечезуба на третьем уровне. Впрочем, эти противники и ощущаются значительно опасней, и не только за счет личной силы и больших очков жизни, но и за счет кооперации.

Стрела с силой врезалась в шею, пробила ее и вылетела с другой стороны. Я захрипел от боли, горячая кровь потекла вниз, наполнила ключицу, перелилась через нее и потекла вниз по груди, тут же впитываясь в поддоспешник.

Получено 14 400 урона

Как-то я забыл про этого засранца. Я резко спикировал вниз, еще одна стрела задела плечо, другая со звоном чиркнула по доспеху сбоку, не нанеся урона. Я тут же почувствовал, как тепло окутало меня, а очки жизни стали восстанавливаться, пусть и не так быстро, как хотелось бы, но приятно, что Вишня следит за нашим состоянием. Правда, у Ласки всего лишь половина хп, но вот у Шестерни две трети. Нужно быстро разобраться с лучником и помочь ребятам.

Я нарочито прямо рванул к лучнику, тот выпустил стрелу, а затем стал отбегать, справа на меня тут же налетел ящер, пасть раскрылась, в глубине заклокотало пламя. Я ухмыльнулся, а затем активировал режим «повелителя хаоса». На лбу выросли рога, кожа чуть покраснела, а сам я почувствовал, что словно вдохнул полной грудью свежего, чуть прохладного горного воздуха. Между мной и пламенем внутри пасти твари словно образовалась связь, будто оно стало частью меня — новой рукой или ногой. Я мысленно словно сжал кулак, и пламя, вместо того, чтобы вырваться мощным потоком, сжалось, а затем исчезло. В глазах монстра метнулось удивление, а я же, направив на него перчатку, использовал ударную волну. Лишенный магической защиты и устойчивости монстр получил урон, и его тут же подбросило в воздух. Я направил другую перчатку и стал пулеметом выпускать гравитационные разрывы в сторону стремительно улетающей и кувыркающейся туши, без прицеливания — потому что оно не нужно, ибо уклониться тварь никак не сможет. Монстр в полете раскрыл пасть, желая выплюнуть навстречу черным шарикам пламя, но оно просто не образовалось в его глубине.

Пытаясь помешать мне, лучник выпустил несколько стрел, но внезапно между ним и мной выросла земляная стена. Стрелы пробили ее, но потеряли скорость и пробивную силу, так что ударили пусть и больно, но терпимо. А последующие стрелы просто пролетели мимо ввиду того, что из-за стены меня не видно и непонятно, куда целиться, чтобы попасть. Лучник быстро понял бесперспективность таких атак, потому метнулся в сторону, оббегая стену, но было уже поздно. Черные шарики ударили один за другим в тело монстра. Лишенное магической защиты и регенерации хп, оно получило колоссальный урон. Будь в команде целитель, ящер бы выжил и, приземлившись, отбежал и был бы отхилен, но без целителя у монстра не осталось и шанса. И если первые четыре черных шара, ударив и исказив пространство, только порвали кожу, то пятый врезался в лапу и просто оторвал ее — урона по твари к этому моменту прошло столько, что ее очки жизни снизились до той критической отметки, при которой такие ранения начинают калечить. Шестой шар разорвал пузо, из которого на лету стали вылетать внутренности, а седьмой врезался в голову в тот момент, когда тварь как раз приземлилась на землю. Пространство расширилось, и голова твари, с треском лопнув, разлетелась зелеными ошметками в разные стороны.

Глава 12

Встреча.

Мне пришло сообщение:

Ящер убит.

Получено: 96 375 опыта, 1 500 000 зен.

Стрела больно ударила в бедро, я захрипел и яростно глянул на лучника. Наши взгляды встретились, на лице у него сначала появилось удивление, которое тут же сменилось страхом, видимо, из-за моей резкой смены внешности.

Я рванул в его сторону. Противник выпустил еще стрелу, а затем, видимо вспомнив, что случилось с другом, помчался было в сторону и так бодро скакнул, что даже без ящера мне бы пришлось попотеть, чтобы догнать его, но уже в следующий шаг он еле поднял ногу, запнулся за камень, охнул и упал на колени. Гравитационное проклятье и тут помогло мне.

Я налетел как вихрь, ударная волна врезалась в бочину и отправила парня в короткий полет, я последовал за ним, выпустив на ходу гравитационные разрывы. На третьем попадании короткий полет парня закончился, и он с тяжелым стуком врезался в дерево, от мощного удара оно треснуло, с хрустом ломаемых веток повалилось вниз.

Парень с трудом поднялся, изо рта течет кровь, самого его качает из стороны в сторону. Я оказался перед ним, ударил гравитационным проколом. Противник взвыл. Даже не пытаясь натянуть тетиву, просто ударил луком. Я чувствительно получил по голове, так что кожу слегка порвало и вниз по щеке потекла кровь. Я зашипел, увидев сообщение о получении урона чуть более тысячи, и вновь контратаковал гравитационным проколом. Парень опять вскрикнул, из разорванной на груди кожи хлынула кровь, но сдаваться он не собирался и ударил щупальцами. И этот удар я прочувствовал по-настоящему, потому что в отличие от целителя у него больше развита физическая сила и ловкость. Один шип с острием больно ударил в голову, расцарапав висок, другой вонзился в ключицу, третий и четвертый — в плечи, а пятый с шестым — в ноги, я же опять ударил проколом.

Тем временем другой рукой он выхватил стрелу из колчана и ткнул ею вперед. Одновременно с этим я нанес очередной удар проколом. Острие стрелы замерло у меня перед глазом, я сжал зубы, замерев и даже перестав дышать, затем его рука со стрелой ослабла и упала вниз, повиснув вдоль тела. Воздух с шипением вышел сквозь мои зубы, я все еще направляю перчатку на парня, готовясь нанести очередной удар, но взгляд его остекленел, изо рта и ран на теле течет зеленая кровь.

Серафим убит.

Получено: 192 750 очков, 2 500 000 зен.

Я вырвал щупальца из ног и отступил назад. Быстро извлек из инвентаря зелье лечения, одним махом выпил и, развернувшись, помчался к ребятам на помощь.

Ласка и Шестерня до сих пор бьются с воинами и их ящерами. Монстры помогают хозяевам, выплевывая пламя, но благодаря баффам на магическую защиту и лечению, Шестерня и Ласка держатся. Отбиваются, свапаются местами и помогают друг другу. То Шестерня отобьет атаку и не даст одному из противников ударить Ласку, то девушка развернется и атакой топорами заставит отпрыгнуть ящера с всадником от Шестерни, который отвлекся на другого противника и открылся.

Но даже так ребята в основном обороняются, почти никак не контратакуя. Лоб Ласки блестит от пота, она и Шестерня дышат тяжело, отбиваются с трудом и в основном сосредоточены на том, чтобы не подпустить противников к Вишне.

«Я иду, приготовьтесь к контратаке!» — написал я, одновременно отключая режим владыки хаоса, и рванул к ним.

С помощью перчатки я сформировал гравитационный разрыв и метнул его, но не во врагов, а мимо и только в последний миг, перенаправил его в воина с двуручником. Тот почувствовал опасность, задержал атаку и дернулся было в сторону, но было поздно.

Черный шарик ударил в бедро, пространство расширилось, а так как радиус поражения заклинания — один метр, то атака задела и ездового ящера. Тот дернулся, взвизгнул от боли. Шестерня воспользовался тем, что я ранил и отвлек противника, прыгнул вперед и обрушил меч. Тем временем второй всадник хотел было поспешить к товарищу, чтобы помочь ему, но Ласка резко атаковала, заставив его остановиться и вскинуть щит. Я создал очередной шарик, захватил его с помощью телекинеза и метнул в сторону бойца, с которым схлестнулась Ласка, в последний момент привычной мысленной командой перенаправил его и ударил в спину противнику. Тот выгнулся, взвыв от боли. Ласка попыталась воспользоваться этим моментом, но ящер, защищая хозяина, изрыгнул пламя, девушка отпрыгнула в сторону, огонь лишь слегка задел ее, заставив поморщиться, и она в отместку саданула по башке монстра топором.

Шестерня нанес противнику с двуручником широкую рану на груди, но тот словно ее не заметил, оглянулся и, увидев, что целитель и лучник мертвы, бросил злобный взгляд на меня. В мгновение ока он спрыгнул с ящера и метнулся в мою сторону. Монстр же загородил рванувшему было следом Шестерне путь.

Воин, которого, насколько помню, зовут Асм, с такой скоростью помчался ко мне, что я даже дернуться не успел — правда, и не собирался. Я успел среагировать на его атаку, когда между нами оставалось лишь три шага и противник уже взмахнул мечом, готовясь обрушить его на меня. Гравитационное проклятье подействовало на него, застав врасплох. Уверен — попытайся я использовать ударную волну или гравитационный прокол, он успел бы среагировать и уклониться, только вот от проклятья не уклонишься. Асм запнулся об кочку, потому что не смог достаточно высоко поднять ногу, и, охнув, стал заваливаться вперед. В его глазах появился ужас, когда я быстро выставил руку с перчаткой вперед, но сделать он ничего, в силу того что падал, не успел. Гравитационный прокол ударил в голову, я услышал хруст и треск, но голова противника выдержала, только кожа лопнула, а из носа и уголков глаз потекла кровь, следующий удар я произвел уже в спину из-за того, что тело противника упало на землю. Он тут же вскочил и отпрыгнул на несколько шагов, но я ожидал подобного, потому заранее помчался вперед. Мы оба оказались в воздухе, только в отличие от меня, Асм не может уклониться. Я использовал ударную волну, одновременно с этим сверху обрушился меч противника. Он врезался в левую ключицу. А затем Асма словно сдуло, и меч вылетел из раны, так и не углубившись.

Левая рука у меня онемела и повисла, от боли на миг перед глазами словно вспыхнула яркая искра от сварки. Я выдохнул, прочитав сообщение о получении почти десяти тысяч урона. Противник же отлетел на несколько метров, его несколько раз перевернуло в воздухе и приложило об землю, но он тут же вскочил, яростный взгляд направился на меня. Лицо у него разбито и в крови, сам дышит тяжело, его слегка шатает. Асм собирался было вновь прыгнуть в мою сторону, но внезапно позади него появился Шестерня. Меч с легким хрустом пробил позвоночник и вышел из груди. Взгляд Асма остекленел, он замер на несколько мгновений, после чего глаза закатились, ноги подогнулись, и он рухнул на землю.

Серафим убит.

Получено: 192 750 очков, 2 500 000 зен.

Получен новый уровень.

Получены очки — 20.

Я не стал заниматься распределением очков, потому что сейчас не время.

Глянув в лог, увидел, что в пылу боя не заметил появление сообщения о том, что еще один ездовой ящер пал. Лишившись всадника, он, видимо, стал достаточно легкой мишенью для Шестерни.

Уже вдвоем мы атаковали последнего противника, придя на помощь порядком измотанной и израненной Ласке.

В первую очередь мы атаковали ездового ящера. Парень пытался сопротивляться, но против численного преимущества не попрешь. Так что после очередного черного шарика ящер взвизгнул, попытался отпрыгнуть, но сломанная от попадания заклинания нога подогнулась, и монстр упал на брюхо. Ласка атаковала парня, Шестерня же обрушил удар на шею ящеру, голова которого отделилась от тела, а мне пришло сообщение о получении очков опыта и зен.

Парень вскрикнул, упав на землю. Вскочил и стал отбиваться от стремительных атак Ласки и Шестерни с двух сторон, используя не только щит и меч, но и щупальца с надетыми на них шипами из адамантия. Только это не сильно ему помогло. Мой очередной гравитационный разрыв врезался ему в бок. Парень вскрикнул, кожу на боку разодрало, выплеснулась зеленая кровь. Ласка нанесла мощный удар, выбив меч из рук парня, Шестерня обрушил меч. Парень вскинул щит, раздался тяжелый звон, руку со щитом отбросило в сторону, противник же не удержался на ногах и опустился на колено и замер, глядя на застывшее у шеи лезвие меча. Ласка с хищным оскалом и блеском в глазах явно вошла в раж и набросилась на парня с топорами.

— Постой, нет, Ласка! — резко выставив руку, как шлагбаумом преградив путь девушке, резко произнес Шестерня. — Он нужен живым.

Девушка, тяжело и мощно дыша, разве что пар не выпуская из ноздрей, медленно пришла в себя и опустила топоры. Я подошел ближе.

— Тим, сними с его щупалец наконечники из адамантия. Повезло тебе, парень. Нам нужен был один из вас, чтобы получше узнать об окрестностях.

— Я ничего не скажу, лучше убейте меня.

— Непременно, но после того, как ты все расскажешь. А ты расскажешь, не беспокойся.

С этими словами он перехватил меч и резко саданул парню в висок, тот повалился на землю без сознания. Видимо его очки жизни так низко опустились, что подобный удар, пусть и от бойца с главным параметром телосложения, вырубил его. А может Шестерня еще и дополнительно использовал какой-нибудь оглушающий скилл.

Шестерня извлек из инвентаря тряпку и, сделав кляп, запихал в рот. После чего мы крепко связали, как парня, так и его щупальца — попарно.

— Так уводим его отсюда, а то тут грохотало знатно, особенно взрывчатка Тима, так что хрен знает, кто еще придет. Трупы я занесу на лестницу на пару витков, чтобы не валялись так открыто. Ласка, позаботься о следах боя. Все, конечно, убрать не получится, но кровь присыпать землей можно. Давайте, в ритме вальса. Тим, взлети наверх, посмотри, не идет ли кто еще, и прикинь, куда лучше отступить нам — поищи место потише и подальше от поселений. Вишня, следи за пленником, он должен по идее проваляться без сознания минут двадцать. Но если вдруг очнется, сразу напиши.

Я поднялся в воздух, быстро осмотрел пространство. Вперед идти не имеет смысла — там деревня, а дальше вообще крепость. Справа холмы.

Я взлетел чуть выше и увидел, что за холмами открывается еще одна деревня. Повернулся налево — там густые леса и холмы, но признаков жизни не видно.

— Ну что там? — спросил Шестерня, когда я спустился.

Он нашел довольно быстрый способ убрать мертвецов — просто перекидал их к входу на этаж, а затем закинул внутрь на такую высоту, что для того, чтобы увидеть тела, нужно подойти вплотную к лестнице.

Я описал все, что увидел, Шестерня кивнул, а затем выдал решение:

— Выбора особого нет, идемте направо, заберемся в леса поглубже, и когда найдем удобное место, то обоснуемся и начнем допрос. В первую очередь нам нужно узнать, где на этаже портал и есть ли он вообще.

— По логике должен быть, — сказала Вишня. — На всех остальных-то есть.

— Хорошо, если так. А второе, что нужно узнать, — где лестница на следующий этаж. Чума пришла сильно раньше нас, возможно, она уже спустилась ниже — нужно догнать ее.

Пленника уложили на шкуру, и я понес его с помощью телекинеза. Ласка, как всегда, пошла вперед, периодически останавливаясь и прислушиваясь или принюхиваясь.

Лес встретил нас прохладой и влажностью. Здесь в основном преобладают деревья со стволами небольшого диаметра, которые даже Ласка в состоянии обхватить, в высоту они также невелики — редко больше восьми метров. Стволы практически лишены веток — они расположены в основном наверху, где образуют густую крону — яркости света от кристалла недостаточно, чтобы сравниться с солнцем, потому деревья стремятся впитать через листья как можно больше света. В то же время из-за этого тут почти нет травы и кустов, а вокруг царит сумрак. Сами деревья стоят на значительном расстоянии друг от друга, что позволяет передвигаться довольно комфортно.

Что самое интересное — в общей сложности мы уже спустились где-то на четыре, а то и пять километров под землю. Но пока испытываем на себе лишь повышенную гравитацию, что отображается в виде дебаффа, ненамного понижающего некоторые характеристики. Только вот под землей не только выше давление, но и сильнее жар. На земле уже на трехкилометровой глубине пекло такое, что ничто живое выжить не может, тогда как тут не так. Впрочем, мир тут другой, и законы у него иные. Просто все вокруг настолько реальное, что и воспринимаешь это как нашу реальность. Этот мир — цифровой мир, построенный на данных. И если в описании не прописано, что на трехкилометровой глубине должна быть жара — ее не будет. Можно, конечно, построить цифровую модель на основе законов нашего мира, но, похоже, когда Сол с командой создавали этот мир — они особо не парились. Для нас же, тех, кто живет в реальном мире, в мире физических законов — сложно вообразить, как такое возможно вообще — чтобы все функционировало в соответствии с данными, а не по законам физики. Но факт есть факт, и в этом смысле сложно понять, какой мир лучше.

С одной стороны, наш мир, который был построен на жестких принципах и физических законах, и всё, ему не было нужно прописывать что-то еще. Достаточно было задать правильные параметры, и он сам стал формироваться — сами появились звезды, звездные системы, галактики, у звездных систем планеты, эти планеты эволюционировали, и на них появилась жизнь, и все это произошло без внешнего вмешательства, просто были жестко настроены законы нашего мира. Измени хоть один параметр на чуть-чуть, и вся конструкция рассыпалась бы, и наша вселенная перестала бы существовать. С другой стороны — этот цифровой мир. В нем все прописывается, как и каким образом та или иная вещь функционирует, и в этом плане создавать этот мир в сто раз сложнее — приходится все делать вручную либо генерировать зачастую одинаковые места, персонажей и строения. Но это делает мир разлома более устойчивым, более вариативным. Другие планеты можно делать какими угодно, со своими местечковыми «законами», магией и прочим.

Мы же с Лаской иные — цифровые существа, построенные из данных, но на основе физических принципов реального мира, путем их имитации, а значит, мы имеем возможность обходить их. Интересно, если бы наша вселенная так же оцифровалась и пусть формально работала бы по физическим законам, но в силу того, что стала данными — смогла бы эти законы нарушать без последствий: превышать скорость света, например? А может, это и есть конечная цель Богов хаоса — слить не Алион и Землю, а обе вселенные? Что-то мне подсказывает, что этого точно нельзя допустить.

«Стойте», — написала Ласка.

Я тут же напрягся, поднял перчатку, а также направил ману в руки. Перчатки я успел перезарядить, но все же лишними заклинания не только из перчаток, но и созданные мною — точно не будут.

' Что там, кто-то идет?'

' Нет, чую трупный запах… О, боже! Фу!'.

Мы осторожно и тихо, насколько это возможно, подошли к девушке. Нашим взглядам предстал скелет неизвестного животного с коротким туловищем и выгнутой в районе лопаток спиной. У монстра мощные челюсти и острые зубы. Он практически полностью обглодан, только небольшие гниющие кусочки мяса и жил висят на костях.

— Смотрите сюда, — шепнула Ласка.

Мы пригляделись. В позвоночнике, как раз в месте между тазобедренным суставом и грудной клеткой, отсутствует позвонок. По обгрызенному состоянию двух других можно предположить, что кто-то напал на монстра, отгрыз позвонок и потом, обглодав до костей, ушел.

— Следов сражения нет. Есть только следы одинокого путника. То есть этот монстр был убит одной атакой, — сказала Ласка, затем повернулась направо и добавила: — Монстр шел с той стороны, следы еле заметны — скорее даже крался, но вот тот, кто прошел тут — заметил его. Вот тут следы прерываются, значит, монстр прыгнул и пролетел почти три метра до дерева. Во время полета видимо его и убили.

— Убить фактически одной атакой, — сказал Шестерня. — Такой противник опасен.

— Думаешь, это босс или хозяин этажа? — спросила Вишня.

Похоже на то, потому что твари, обитающие на этом этаже, явно не слабее, а, скорее всего, сильнее тех, что были выше, а значит, тот, кто убил этого монстра за одну атаку, чудовищно силен.

— Куда ведут следы убийцы монстра? — спросил Шестерня.

— Вон в ту сторону, — прошептала Ласка, кивнув в направлении чуть левее нас.

— Отлично, тогда идем правее.

Мы двинулись прочь, стараясь опять же не шуметь и надеясь на то, что не встретимся лицом к лицу с тем, кто убил этого монстра.

Спустя какое-то время Ласка опять остановилась.

— Легкий запах серы. И душнее стало, да и влажнее, — сказала она.

— Геотермальный источник? — предположила Вишня. — Хотя, учитывая, как глубоко мы под землей — почему бы и нет?

— Гео… что? — спросил Шестерня.

— Подземная вода, подогретая лавой и выходящая на поверхность.

— Эх, неужели можем искупаться? — воодушевленно прошептала Ласка.

— Тогда идемте быстрее. Там и лагерь тогда разобьем.

— Чур, девочки первые купаются, — предупредила Вишня.

Мы пошли бодрее. Ну, я полетел, а остальные пошли.

— Вон, — прошептала Ласка, двинувшись быстрее.

Впереди между деревьями замаячила полянка, посреди которой расположился крупный водоем, от которого поднимается пар, рядом с ним большие камни, словно принесенные сюда, чтобы огородить водоем.

Первой из леса вышла Ласка, а затем мы и замерли у края. Оказавшись рядом с водой, мы почувствовали накатывающие волны тепла. Так-то тут под землей и так не холодно, но рядом с водоемом мы словно оказались в бане.

— Да уж, местечко неплохое. Главное, чтобы нас тут никто из монстров не нашел, — произнес Шестерня.

Внезапно впереди раздался плеск. От одного из камней, стоящих прямо в воде, в разные стороны пошла рябь. Из-за камня вышла высокая обнаженная девушка. Ее большие черные волосы сейчас заплетены в узел, изогнутые черные брови поднялись в удивлении на середину лба, алые губы чуть приоткрылись, красные, как кровь, глаза, кажется, вот-вот выпадут из орбит. Внезапно справа и слева в нескольких шагах от нас со скрипом вышли два здоровенных скелета в три метра в высоту, с костями толщиной раза в три превышающими обычные человеческие, в темных глазницах горит зеленый огонь. На них черные доспехи, в костяных руках по черному треугольному щиту и мечу, а над головами надпись красным:

Рыцарь смерти

Видимо, по причине того, что они мертвы, а потому не дышали, не двигались, и вообще спрятались за деревьями — Ласка их и не заметила.

— Не думала, что мы так скоро встретимся вновь, — произнесла Чума.

Глава 13

Союз.

Я направил в руку ману, одновременно приготовился взлететь и использовать перчатки, которые уже зарядил, пока шли по лесу. Внутри всё сжалось, я обречённо понял, что если сейчас сразимся, то сто процентов проиграем. На этот раз Чума не выглядит уставшей, а победить противника, который в одиночку сможет победить хозяина третьего этажа бездны, при нашей нынешней силе невозможно. Попробовать отвлечь на себя и дать сбежать остальным? У меня есть возрождение, и я могу установить время возрождения вплоть до десяти минут после смерти. Нет. Этот вариант лучше приберечь напоследок, когда другого выхода не будет.

Сейчас же можно попробовать кое-что другое.

— Здравствуй… Сергей, — чуть покосившись на замерших рыцарей смерти, произнес я.

Чума, тем временем выбравшаяся на берег и уже накинувшая платье, замерла, нахмурилась и глянула на меня злобно и растерянно.

— Я — Чума.

— Верно, а еще человек, игравший в Алион онлайн под ником Лечильник, в реальном мире имеющий имя Сергей Вершков, — сказал я.

На миг у Чумы пропал дар речи, она отвела взгляд, пытаясь собраться с мыслями.

Все верно. Есть способ избежать сражения или хотя бы отсрочить его — привести противника в замешательство, выйдя за рамки привычного поведения и выбив его тем самым из колеи.

— А, нет, Сергей все еще живет в нашем мире. А еще он, как и я, играл давным-давно в Алион онлайн. Чума, ответь, ты разобралась в том, кто ты есть?

Несколько мгновений мы глядели друг другу в глаза.

— Чего ты добиваешься, Тим? — спросила, наконец, она.

— Просто хочу пока поговорить. Положение, в котором мы все находимся, уникально. Ведь ты и остальные призванные Солом просто жаждали отомстить ему за то, что не вернул назад, оставив в этом мире. Но, как мы уже выяснили, этот мир был создан не тысячу лет назад, и твои воспоминания о проведенном в нем тысячелетии являются искусственными. Ты никогда не была частью нашего мира, никто на самом деле тебя не призывал, а значит, и мстить Солу не имеет смысла.

Чума оскалилась, зрачки сузились, а глаза раскрылись больше, отчего она стала похожа на разъяренную кошку.

— Ты все врешь. Этого не может быть, у меня есть воспоминания. Ты меня не обманешь!

— Значит, ты веришь, что была всегда девушкой, что попала в этот мир именно в том образе в котором сегодня предстала перед нами? — спросил я.

Ласка, Шестерня и Вишня замерли, поглядывая на огромных скелетов-рыцарей или как их проще называют — рыцарей смерти, готовых в любой момент отражать атаку.

— Хорошо. Что ты помнишь из прошлой жизни, до того, как перенеслась в наш мир? Воспоминания детства? Юности? Жизнь в супергороде?

— Что… я… помню?

Она нахмурилась, на скулах заиграли желваки, а на лице появилась растерянность.

— Подозреваю лишь обрывки образов. Улицы, здания и прочее. Лица родителей, но своего отражения в зеркале не помнишь? Друзей и подруг?

— Хватит, прекрати!

Я двинулся вперед, скелет качнулся в мою сторону, но не напал. Я же оказался в шаге от нее.

— А ваш Король Демонов «Бессмертный красный дракон» — это мой аватар. Мой никнейм. Ты же помнишь ваше с ним общение? О чем он говорил? Чем увлекался? Какая у него была любимая еда, когда вы только познакомились перед решающим сражением? Каким он был после? Я могу назвать все.

Я начал перечислять еду, увлечения и все то, что мне было присуще, когда я был еще мальчишкой и когда как раз играл в Алион онлайн.

— Ну как?

— Откуда тебе все это известно?

— Тебе не казалось, что у него странные увлечения? Такой здоровый мужик, а увлечения и вкусы как у ребенка? Тебе тогда это не показалось странным? Все потому, что когда я играл в Алион — я был еще школьником. И несмотря на взрослую аватарку, внутри нее был ребенок. И потому такой характер остался у Короля Демонов, когда сформировался этот параллельный мир, со всеми персонажами, игроками и прочим.

Чума отступила и опустилась на землю.

— Вспомни, какие у тебя были увлечения. Какие предпочтения в пище, какие ты словечки говорил вначале. Твой игрок был мужчиной и его архетип был записан в тебя. Тебе ведь нравились девушки, что еще?

Чума подняла отчаянный взгляд.

— Я говорил о себе в мужском роде. По крайней мере, так было первое время, судя по моим «воспоминаниям». Потом, спустя годы, я изменилась. Но я никогда об этом не задумывалась. Мне казалось, что все так и должно быть, что все нормально. Что же тогда получается?

— Как я и сказал, была игра «Алион онлайн», в нее играли люди. А потом она закрылась. В последние дни ее функционирования на серверах был масштабный эвент со сражением против Богов Хаоса. После этого сервера закрылись. А потом внезапно сформировался этот параллельный мир с игровыми условностями.

На некоторое время повисло молчание.

— Я все еще тебе не верю, — произнесла Чума, но при этом рыцари смерти отошли от ребят и скрылись за деревьями. — Я собираюсь перекусить.

Чума отошла в сторону, я заметил небольшую ямку, в которой сложен хворост. Девушка щелкнула пальцами, и хворост вспыхнул зеленым пламенем. Рядом с костром у корней дерева лежит небольшая сумка. Наклонившись, Чума извлекла круглый гладкий камень с нарисованными на нем рунами. Они засветились, и через миг появился кусок мяса, с которого капает зеленая кровь, а также небольшой чугунный котел.

«Идемте», — написал я.

Мы подошли к костру и расположились рядом. Чума же тем временем вставила палки в землю и подвесила котел над костром, залив водой и бросив мясо. После извлекла пузырьки с разной жидкостью и стала один за другим выливать в воду. Раздалось шипение, бульканье, в воздух поднялся зеленоватый дым.

— Мы, может, и вступили в союз с богами Хаоса, но мясо, пропитанное хаосом, для меня все еще вредно, — заметив мой взгляд, пояснила Чума.

Теперь понятно, кто превратил ящера в скелет, там в лесу.

— Гляжу, у вас пленник? — спросила она.

Шкура, на которой лежит связанный серафим, вылетела из леса и приземлилась рядом со мной. Парень уже очнулся, смотрит затравленно, но вырваться не пытается.

— Да, — ответил я. — Так что насчет ранее сказанного. Что думаешь?

— Я не хочу об этом говорить. Я все еще подчиненная Короля Демонов и все еще выполняю его приказ. Все твои доказательства лишь косвенные. Я не верю… не хочу верить в то, что ты говоришь, потому что если это правда, то моя жизнь сплошная ложь.

— Значит, мы по-прежнему враги? — уточнил Шестерня.

— Пока да.

«Что будем делать?» — написала Вишня.

«Попробуем напасть, когда отвлечется?» — это уже Ласка.

«Нет, даже внезапное нападение не принесет нам победы. Она слишком сильна. И уверен, что подсознательно тоже ожидает нападения», — написал Шестерня.

Я склонен с ним согласиться.

«В идеале, мы должны уйти отсюда живыми и первыми добраться до следующего этажа. Наша задача не сражаться с ней, а опередить ее в поисках того, что скрыто в глубине», — написал уже я.

— Раз мы враги, почему тогда не нападаешь? — спросила Ласка.

Я глянул на девушку. Рискованный вопрос, как раз может спровоцировать нападение.

— Во-первых, твои, Тим, слова привели меня в замешательство. Во-вторых, мне понадобится помощь. И кроме вас тут ее никто оказать не сможет.

— Помощь?

— Да. Даже мне с моей силой не справиться с хозяином этажа и всеми его приспешниками вместе взятыми. Один на один я, думаю, справилась бы, а вот когда ему помогают десятки и сотни воинов, магов и прочее — уже сложнее. А попасть на следующий этаж, минуя хозяина — не получится. Я уже попробовала.

Я повел плечами. Быстрая эта Чума, всего на день нас опередила, а уже попыталась прорваться на следующий этаж. Получись это у нее, и мы бы ее в жизнь не догнали бы.

— Вы же достаточно сильны, раз смогли завалить пусть и раненого мною, но все еще сильного дракона — хозяина третьего этажа. Так что предлагаю заключить временный союз.

Ну, победили мы не вчетвером, а всей гильдией. Но говорить об этом ей, думаю, не стоит. Вдруг посчитает, что тогда от нас мало проку, и просто передумает и попытается убить.

— А какой нам в этом резон? — спросил я.

— Ну, вы же тоже хотите попасть на этаж ниже? А без моей помощи ничего не получится. На самом деле я и сама могу прорваться, но на это потребуется неделя, а может и больше. А хочется побыстрее. А когда окажемся на следующем этаже, то наш временный союз будет завершен. Захотите — можете сразиться со мной тогда. Ну, так как? Кстати, я смогу разговорить этого паренька, причем он не солжет и все расскажет.

«Ей нельзя доверять, но и без нас она доберется до нижних этажей, возможно, мы ошиблись и то, что там хранится, никак не связано с слиянием двух миров и не нужно для этого», — написал Шестерня.

«Мы можем просто отказаться и идти качаться, а потом отправиться на решающий бой. Так будет даже лучше, чем тратить время на попытки прорваться и, по сути, помогать Чуме в выполнении ее миссии».

«Только вот даст ли она нам сбежать — вот в чем вопрос», — резонно заметил я.

' И что ты думаешь по этому поводу, Тим?'

' Я думаю, что мы можем вступить в союз. Нужно еще пообщаться с ней, я чувствую слабину и уверен, что зерна сомнений, что я посеял в ней, дадут всходы. Она точно попытается поговорить с Королем Демонов о том, о чем мы говорили с ней'.

' Это ведь не главная причина?' — спросила Ласка.

' Да, я все еще хочу попасть ниже. Я чувствую, что должен. Не просто так мы видели тот «сон», не просто так произошли в моем теле изменения. Мы должны добраться до дна Бездны, даже если при этом придется временно заключить союз с Чумой'.

Наши взгляды с Шестерней встретились. Несколько секунд мы смотрели друг на друга, не мигая. Чума же тем временем помешивала воду в котле, закинула травы и овощей.

' Хорошо, Тим, я доверюсь твоему чутью'.

— Мы согласны. Мы заключим с тобой временный союз, — ответил Шестерня.

— Отлично. Значит, сейчас я перекушу и займусь пленником.

С этими словами она вернулась к котлу, попутно задействовав камень. В ее руке появилась глубокая тарелка, здоровый кусок вареного мяса плюхнулся в нее, затем Чума добавила воды и, усевшись, стала с аппетитом есть.

* * *

— Вы ничшехо не топхотесь! Я ничшехо не скаху! — прошепелявил парень.

Дурак, поняв, что его сейчас будут допрашивать с помощью магии, откусил себе язык, чтобы истечь кровью и умереть. Его показатель очков здоровья был еще низким, после боя, так что все получилось. Только он не учел, что у нас есть Вишня, которая с помощью заклинания просто вылечила его. Так что умереть он не умер, а с частью языка распрощался, вот теперь и говорит так, что его очень трудно понять. Впрочем, по словам Чумы — это не будет проблемой.

Парень лежит крепко связанный в центре большого круга, в котором мы по указанию Чумы чертим знаки и символы.

— Так, здоровяк, аккуратней эту линию. Чем точнее будет рисунок, тем лучше и дольше эффект.

— Я Шестерня, — пробурчал парень, но носком затер линию и прочертил новую.

— Так, отлично. Теперь отойдите.

Мы вышли из круга, а вот Чума наоборот зашла в него. В руке появился длинный кинжал с серебристой ручкой и черепом на конце. Чума рывком перевернула тело парня на спину и одним движением вогнала кинжал в грудь по рукоять.

Я даже вздрогнул от неожиданности. Парень изогнулся, захрипел, его мелко затрясло, глаза его закатились. В глазах черепка на рукояти вспыхнуло фиолетовое пламя. Фиолетовым вспыхнул и магический круг. Через миг парень, хрипло выдохнув, упал и перестал двигаться.

— Может его тогда стоило сразу убить? — пробурчала Вишня.

И хоть она сказала это себе под нос, Чума услышала ее, обернулась.

— Нужно это делать в магической печати, с помощью специального магического кинжала и в момент заклинания, потому что если сделать заранее — то душа успеет отойти от тела, а нам этого не надо.

После короткого объяснения Чума подняла руки, пламя вокруг усилилось, а затем от тела парня отделилась зеленоватая прозрачная проекция. Взгляд удивленный, руками потрогал грудь, но, не обнаружив кинжала, огляделся и тут заметил лежащее на земле бездыханное тело. В панике рванул вверх, но врезался в невидимую преграду.

— Не дергайся, — прохрипела Чума.

Из символов по краям круга резко метнулись фиолетовые полупрозрачные щупальца, схватили душу за руки и за ноги. Девушка протянула руку в сторону, на ладони появилось зеленое пламя. Душа попыталась вырваться, дернулась, но щупальца держат крепко. Стоило ладони девушки коснуться лба, как на нем появилась фиолетовая магическая печать — пятигранная перевернутая звезда с магическими рунами над каждой вершиной.

— Ну что ж. Теперь можем задавать вопросы — он не сможет соврать. У нас десять минут.

Шестерня вышел и стал задавать короткие конкретные вопросы. Когда парень пытался уйти в пространные размышления, он тут же прерывал его и возвращал к теме. Всего уровень имеет ширину и длину примерно в сто километров, а площадь — десять тысяч квадратных километров. Цифра кажется огромной только до того, как понимаешь, что это капля в море. К примеру, площадь Супергорода «Азия-2» приближается к миллиону квадратных километров.

Всего на таких просторах около пяти десятков мелких сел в пару сотен жителей. Пять крупных деревень под несколько тысяч жителей и крупный город на шесть тысяч жителей с крепостью в центре нее, где правит великий король Вак.

— Двадцать пять тысяч особей, — прошептала Вишня.

Всего войско великого короля насчитывает тысячу бойцов, из которых половина — это простые воины, еще две сотни лучников, сотня лекарей и сто боевых магов. Оставшаяся сотня — герои — воины исключительной силы и доблести. Самый великий воин — король Вак.

— Теперь следующий вопрос. Вы охраняли тут лестницу от существ сверху, так?

— Да.

— Есть ли еще где-то лестница ведущая вниз?

— Есть, я уже говорила… — сказала Чума.

— Да, она расположена в крепости. Король Ван является ее стражем.

— Хорошо, есть еще вопрос. Есть ли где-то в вашем царстве сияющая расщелина в воздухе?

— Нет, — ответила душа.

— И даже слухов никаких. Например, закрытые места, куда запрещено ходить большинству жителей? — вновь задал вопрос Шестерня.

— Есть одно. Великий храм магов. Туда запрещен вход простым людям. Говорят, там место силы и знаний.

— Давай лучше вернемся к обсуждению крепости. Нам нужно понять, как туда попасть.

К сожалению, мы слишком многого ожидали от простого солдата. Более того, он большую часть службы провел как страж лестницы. Так что ни об устройстве замка, ни о том, как его охраняют, естественно, не знал.

— Так, у нас есть еще минуты три, — сказала Чума. — Есть что-то еще, что хотели бы узнать?

Я задумался. Учитывая численность, даже если придется иметь дело только с простыми солдатами — нам не прорваться. Мы и один на один еле можем справиться с простыми бойцами, так что нечего и думать о том, чтобы победить. По крайней мере, нам нужна своя армия.

— У вас кто-то восставал против власти короля?

— Да. Революционер Ужг. Несколько лет назад его и всех лидеров восстания приговорили к пяти годам пыток, и после этого к смертной казни. Всех рядовых повстанцев обратили в рабов и отправили в рудники.

Я ухмыльнулся. Возможно, это случайность, а возможно, «игровая условность». В любой игре есть что-то подобное. Типа герой попадает в безвыходную ситуацию, но тут игра предоставляет возможность пройти. В обычных приключенческих, где нужно лазить по древним гробницам, всегда будет путь, по которому можно добраться до сокровищ — повернуть какую-нибудь ручку, чтобы появился путь через препятствия, или ухватиться за так удобно расположившийся уступ. В стратегиях же существуют всякие повстанцы, недовольные или еще какая-либо сила.

Хотя я, возможно, слишком проникся мыслью о том, что это мир игры и тут действуют игровые законы. Все-таки он еще и реален, а в реальности, даже в нашей, всегда найдутся те, кто не будут подчиняться законам, или те, кто пойдут против существующей власти, крича лозунги о свободе и равенстве, но на самом деле просто желая по-быстрому устроить передел власти, забрав ее себе.

Я уточнил, где расположена тюрьма, и оказалось, что она недалеко от великого храма магов. Также он указал его примерное месторасположение относительно лестницы, ведущей наверх, с которой мы спустились на этот этаж. Если от нее идти на северо-восток, то ближе к стене будет крупный холм, на котором и расположился храм, а в полумиле от него у быстрой реки — тюрьма. Далее я расспросил про тюрьму, но и тут парень мало что смог сказать.

Наконец в какой-то момент печать перестала светиться, щупальца исчезли, и душа наконец смогла рвануть вверх и растворилась в воздухе.

— Итак, вы все что нужно узнали? — спросила Чума.

— Да. Нашей первой целью будет тюрьма, где держат этого Ужга. — сказал я, глянув на Шестерню. Тот кивнул.

— Зачем? — удивилась Чума. — Мы же должны просто идти к главному городу, там выцепить того, кто лучше знает об охране замка и атаковать.

— И что? Мы все равно не сможем прорваться, а даже если прорвемся, то не факт, что за нами не отправятся в погоню. Вак — будучи хозяином этажа — намного сильнее того же Асфарота, а его приближенные воины численностью в сотню тоже не слабы. Так что одни мы не прорвемся.

— Даже с вашей помощью ничего не получится? Зачем тогда вы мне.

— Затем, что мы все же прорвемся. Просто нужно использовать этих революционеров. Их целая тысяча — вызволим лидера и заключим союз. Мы помогаем ему захватить власть, он помогает прорваться на этаж ниже.

— Очень нужно еще кому-то тут помогать… — пробурчала Чума.

— Не обязательно. Главное, чтобы он считал, что мы помогаем ему, — сказала Вишня. — Необходимо, чтобы повстанцы вытянули из города основные силы, а с остатками в замке мы можем справиться или вообще незаметно пробраться на лестницу и пройти дальше.

Несколько секунд Чума смотрела на нас, затем выдохнула и произнесла:

— Ладно, будем действовать по-вашему плану.

Мы быстро свернули лагерь и двинулись в нужном направлении. Иногда я взлетаю, наложив на себя невидимость и осматриваю окрестность, прикидывая маршрут, чтобы не нарваться на очередное село.

— Слушай, Чума. А что такого внутри этой бездны, за каким артефактом или вещью тебя послали сюда? — спросил я, подлетев к ней, после очередной разведки.

Девушка, восседая на сложенных костяных руках одного из рыцарей смерти, как на троне, глянула на меня. Я не думал, что она ответит на такой вопрос, но через некоторое время она внезапно произнесла:

— Меня послали не за вещью. Я пришла сюда убить хозяина бездны — того, кто ее создал, — сказала она.

Глава 14

Единственное желание.

Я удивленно глянул на нее. С одной стороны, кажется, будто она говорит это искренне, но почему-то не верится в это. Убить? Зачем? Почему?

— Это была личная просьба богов Хаоса. И они попросили сделать это до двадцатого числа, — тем временем закончила Чума.

Мы с Шестерней переглянулись. Двадцатое число — это как раз день, в который, по расчетам наших ученых, оба мира окончательно сольются. Похоже, я был прав, и это задание как-то связано с происходящим в нашем мире. Но убить хозяина. Как он с этим связан? И почему?

— Даже не спрашивай, зачем, — словно прочитав мои мысли, сказала Чума. — Я сама не знаю. Мне просто отдали приказ — вот и делаю.

«Чего боги Хаоса добиваются? Ведь это место очевидно пропитано хаосом, но почему-то они хотят убить местного создателя подземелья», — написал Шестерня.

Идет он в пяти шагах от нас, и прекрасно слышит разговор.

— А сил у тебя хватит ли? Если приходится на четвертом этаже прибегать к чужой помощи, думаешь, сможешь победить того, кто это подземелье создал? — спросил я.

Чума глянула на меня, ухмыльнулась и сказала:

— Да.

По ее тону и взгляду, я понял, что расспрашивать дальше бесполезно — она ничего не расскажет. Видимо, у нее есть еще какой-то секретный прием, раз решила, что сможет победить. И, вероятно, у него ограниченное применение, раз уже не использовала его для того, чтобы прорваться на пятый этаж. Что ж, будем иметь в виду.

Я скинул в общий чат свои соображения, после чего вновь взлетел и проверил маршрут.

Шли мы почти шесть часов и благодаря разведке Ласки избежали всех патрулей, а за счет того, что я мог просматривать округу, обошли все села стороной.

Наш план не так уж и сложен. Сначала освободить лидеров повстанцев и предложить им союз. Затем, пока они начнут подготовку к вызволению товарищей из рудников, мы нападем на великий храм магов. Надеюсь, там найдем выход из разлома, и Шестерне с Вишней не придется возвращаться на третий этаж.

Лес оборвался резко. Мы замерли на опушке, прячась за деревьями. Впереди стоит небольшая крепость. На башне перед ней двое дозорных. В руках по луку, из спины торчат обтянутые кожей щупальца. Уверен, это когда-то были люди, но под воздействием хаоса они постепенно менялись, как это случилось с альвами под воздействием силы порядка. К тому же они живут при повышенной силе тяжести, что изначально делает их сильнее, чем обычные люди. Ну и близость к невероятно сильному источнику хаоса не только исказила их внешность, но и сделала нереально сильными.

— Итак, нужно устранить лучников, после чего проникнуть в крепость. Желательно сделать все тихо. Если поднимется тревога, то будут лишние проблемы. Не хватало, чтобы еще маги из храма пришли сюда, — сказал Шестерня.

Храм, кстати, в полукилометре отсюда. Возможно, смертников не только пытают, но еще и проводят эксперименты.

— Я могу использовать духов, но не факт, что дозорные не успеют поднять тревогу. Да и потом я некоторое время не смогу использовать заклинание, а оно еще может понадобиться, к тому же оно очень мощное, чтобы тратить их на двух рядовых.

— Тогда это сделаю я, — сказал я.

— Что-то опять придумал?

— Ага.

Я вернулся в глубь леса, наложил на себя невидимость и рванул вверх. Вылетев из кроны деревьев и начав набирать высоту, я оглянулся, но лучники на башне ведут себя как обычно. Уверен, вылети поближе, они бы засекли меня, а так мне удалось незаметно подняться на пять сотен метров, затем я полетел к башне и, зависнув над ней, стал плавно спускаться.

Дозорные о чем-то болтают, смеются, иногда посматривают по сторонам, но больше просто болтают. Видимо, служба у них довольно спокойная, потому и расслабились.

Опускаюсь я плавно, даже затаил дыхание, чтобы не услышали. Округлая башня с зубцами все ближе, выходом из нее служит деревянная крышка в центре, но во время атаки противники не успеют ее поднять и тем более протиснуться. Забавно, что башня должна служить как защита, но в данном случае она для них будет ловушкой.

Я медленно опустился и замер в пятнадцати метрах от них. На мне все еще невидимость, но уверен, если они поднимут головы, то все равно увидят меня, пусть и не четко, но заметят.

Раскрыв руку с перчаткой, направил ее вниз. Сердце колотится как сумасшедшее, я затаил дыхание, а затем отдал мысленную команду.

Черные шарики рванули один за другим вниз. Я выпустил их как из пулемета, и помчались они со скоростью пули, мгновенно преодолев разделяющее меня и противников расстояние.

За миг до того, как по ним пройдет атака, оба встрепенулись, синхронно подняли взгляд вверх и тут же получили по первому заклинанию сразу в головы, затем по телам и по плечам. Первые достигшие дозорных заклинания сработали, пространство стало искажаться, брызнула кровь. Монстры метнулись в стороны, пытаясь уйти из-под атаки, но спины врезались в зубцы стен, а даже промазав, шарики, имея радиус поражения в один метр, все равно достали до противников. Они оказались словно под дождем.

В последний миг один вскинул лук, пытаясь отбивать им заклинания, только даже так, отбив лишь два, он все равно оказался в их зоне поражения, не говоря про те, что прорвались и попали по телу или упали рядом. Второй схватился за зубец и попытался перепрыгнуть. Вообще, если бы они с товарищем отпрыгнули в разные стороны башни, то у него бы это получилось, потому что мне пришлось бы то в одну сторону направлять заклинания, то в другую, потому что радиуса поражения не хватило бы, чтобы достать из одного края башни до другого. А так часть заклинаний, что попали по телу товарища, достали и его, нанеся достаточно урона, чтобы опустить очки жизни настолько низко, что очередное заклинание, попавшее по руке, которой ухватился за зубец, чтобы перемахнуть через него, просто разорвало ее. Пальцы разлетелись в стороны, кровь ярко брызнула. Лучник хотел вскрикнуть, но тут еще один шарик прилетел в голову и, сработав, разорвал лицо и нижнюю челюсть, кровь хлынула в горло, и до раздалось лишь бульканье. Десятки заклинаний сработали за пару секунд одно за другим, и тела противников буквально разорвало на части, кровь забрызгала всю крышу.

Мне пришло сообщение о смерти двух серафимов и получении еще 385 500 очков опыта.

Я спустился ниже, направил руку в сторону крышки, ожидая, что судьба устроит подлянку и всё, как всегда, пойдет не по плану: из башни внезапно вынырнет любопытный стражник, увидит кровищу и куски тел и поднимет-таки тревогу.

Пока товарищи быстро пересекали поле и прятались за башней, я не сводил взгляда с крышки. Затем мы одновременно вошли в башню. Подняв крышку, я увидел винтовую лестницу, стремительно рванул по ней вниз на металлической доске, и где-то через два витка влетел в просторную комнату. В центре нее стол, за ним сидят двое серафимов и играют в кости.

Заметив меня, они мгновенно вскочили с мест. В этот миг с другой стороны появились Шестерня и Ласка.

Я наложил проклятье и одновременно из перчатки послал в их сторону ударную волну. Помещение оказалось небольшим, так что уклониться они не смогли, и мощным ударом их просто отправило в сторону Ласки и Шестерни. Стол разлетелся на куски, но из-за того, что мы в помещении, то если бы кто-то и оказался снаружи, то услышал бы лишь слабый треск и стук, а в тюрьме и вообще ничего не услышат — слабый звук остановит стена тюрьмы.

Девушка и парень резко ударили. Топоры и меч врезались в летящих серафимов, правда крепость их тел невероятно высока, а очков жизни снято не так много, потому даже прямой удар острия меча Шестерни, не пронзил насквозь, но их полет они остановили и урона прилично нанесли.

Монстры, захрипев, рванули вперед и развернулись, встав спина к спине, один напротив меня, другой — напротив Ласки и Шестерни.

— Кавардак, — услышали мы какой-то в этот раз холодный и отстраненный голос Чумы.

Девушка как раз показалась на лестнице, от нее в сторону противников метнулся черный туман, мгновенно охватив их в кольцо.

Один из них резко выпрямился и раскрыв глаза стал таращиться на меня. Продолжалось это мгновение, потому как затем он резко поднял руку вверх, а потом просто рванул вправо. Другой противник тоже внезапно начал приседать как лягушка.

— Атакуйте, пока они не поняли, что происходит! — произнесла Чума.

Мы рванули на противников.

Я выбросил руку вперед, использовав гравитационный прокол. Серафим просто резко закрыл глаза. Почему он это сделал, я так и не понял, но мое заклинание спокойно пронзило тело. Шестерня и Ласка тем временем с двух сторон навалились на второго, обрушив град ударов. Он, вместо того чтобы отбиваться, просто повернулся спиной.

Я вновь использовал заклинание, на этот раз противник просто присел с закрытыми глазами, и вместо того, чтобы угодить в живот, заклинание как раз пришлось в лоб. В нем появилось конусообразное углубление, тогда как затылок вытянулся. Раздался треск, словно рвали ткань, кожа лопнула, брызнула кровь, и из уголков закрытых глаз потекла кровь.

Противник внезапно размахнулся и нанес удар. Я отпрянул назад, в последний миг успев среагировать на удар, клинок со скрежетом прошелся по нагруднику. А затем все в такой же сидячей позе и с закрытыми глазами он ударил щупальцами, но из-за того, что не видит меня, промазал. Я же залетел сбоку и вновь использовал прокол.

— Умри, сволочь! — только и прохрипел противник, после чего резко выпрямился, но так и не уклонился от моей атаки.

Гравитационный прокол пришелся в плечо. Резкий хруст донесся до ушей, руку вывернуло, кожа лопнула и из нее выглянула кость, кровь брызнула мне навстречу.

В этот миг пришло сообщение о смерти серафима и начислении 192 750 очков опыта. Но мой все еще жив, а значит, это Шестерня с Лаской нарубили одного.

Серафим вновь атаковал меня, все еще с закрытыми глазами. Меч скользнул по боку. Если бы он видел меня, то мне пришлось бы худо, а так мне удалось в последний миг уклониться. Следом ударили щупальца, с тяжелым стуком острия врезались в нагрудник, меня отбросило и ударило об стену. В этот миг позади противника появились Шестерня и Ласка. У девушки лицо забрызгано кровью, но при этом губы растянулись в безумной улыбке маньяка. Серафим, видимо, почувствовал их, но вместо того, чтобы развернуться, резко открыл глаза.

Топор Ласки врубился в шею, меч Шестерни в спину. Раздался хруст и треск, острие вышло из груди, а голова лихо слетела с шеи. Пролетев несколько метров, она ударилась об стену, отскочила и, еще немного пролетев, упала по дуге на пол, пару раз подскочив, как мячик.

— Хе-хе-хе, они так смешно кривлялись, — прикрыв ротик рукой и чуть похихикав, сказала Чума.

— Что ты с ними сделала? — поинтересовалась Ласка.

— Действительно, что же? — хитро улыбнувшись, произнесла Чума.

— Судя по названию — кавардак — а потом их нелепым действиям, этот дебафф путает сигналы мозга или что-то типа того? — уточнил я. — Противник хочет ударить, но вместо этого садится, хочет двинуться вправо, но закрывает глаза, хочет закричать, но вместо этого приседает и так далее. Я прав?

— Кто знает, — усмехнувшись, загадочно ответила она.

«Опасная вещь», — написал Шестерня. — ' Надо запомнить. Если все-таки придется с ней столкнуться, то будем знать про этот дебафф'.

— А где твои рыцари смерти? — поинтересовался Шестерня.

— Снаружи, спрятались за башней, чтобы из окон тюрьмы, буде кто выглянет, не заметил. Заодно вашего целителя охраняют.

— Хорошо, тогда обыщите помещение и трупы. Возможно, вход в тюрьму закрыт, а тут можем найти…

— Ключи, — закончила Ласка и, наклонившись к одному из серафимов, аккуратно подцепила с пояса связку ключей.

Шестерня поднял брови.

— Да, все так. Тогда пойдемте.

Я полетел следом.

Спустившись, мы подошли к краю башни, Ласка осторожно выглянула. Убедившись, что в окнах никого, позвала нас. Мы встали справа и слева от массивной деревянной двери. В ней есть еще небольшая дверь из металла с замочной скважиной.

— Предлагаю атаковать двумя группами. Вы идете первыми, ищете заключенных, мы идем второй группой и зачищаем, чтобы к нам никто в спину не забежал, — прошептала Чума.

— Хорошо, — кивнув, согласился Шестерня, посмотрел на Вишню, та тут же наложила на нас баффы, затем он глянул на Ласку и кивнул.

Девушка ловко подскочила к дверце, глянула в замочную щель, пальчики тут же перебрали ключи, один из них нырнул внутрь, со щелчком провернулся, девушка рванула за ручку и открыла дверь. Первым влетел Шестерня, следом я, потом Ласка и Вишня.

Охранник, сидевший на стуле, вскочил, и, тут же вскинув меч, принял удар Шестерни, я в это же время атаковал его в бок гравитационным проколом, но не из перчатки. Серафим захрипел, с силой оттолкнул меч Шестерни, попытался контратаковать, но тут с другой стороны появилась Ласка, ударили топоры. Острые щупальца попытались остановить атаку, но простые наконечники пусть и из адамантия, не смогли остановить магические топоры, да еще и с усиленным за счет боевых перчаток ударом. Лезвия врезались в ключицу, следом снова ударил Шестерня, и вновь его клинок со звоном встретился с клинком монстра — тот не собирался сдаваться. Откат после использования заклинания прошел, и я вновь атаковал. Зажатый с трех сторон нами и с четвертой стеной, серафим не смог уклониться. Получив гравитационным проколом, он взвыл, выгнулся и тут же получил от Ласки и Шестерни еще по удару.

Серафим убит.

Получено: 192 750 очков, 2 500 000 зен.

Получен новый уровень.

Получены 4 очка характеристик.

Быстро. Я еще с прошлого раза не распределил очки, а тут новые. Надо будет после боя заняться распределением.

Расправившись с врагом, Шестерня и Ласка подскочили к двери. Главная дверь закрыта на большой деревянный засов. Выдвинув его, они толкнули дверь, створки с тяжелым скрипом раскрылись, внутрь вошли два высоких рыцаря смерти.

Впереди из-за угла коридора внезапно появился серафим. Увидев нас, он широко раскрыл глаза от удивления. Наверное, в первый раз видит людей. Затем его взгляд обратился на изрубленного и залитого зеленой кровью товарища, легкие уже было набрали воздуха, но тут справа и слева появились огромные скелеты в броне и с тяжелыми мечами и щитами. Рыцари смерти оказались невероятно быстрыми для мертвецов. Они молниеносно атаковали врага, обрушив на него всю мощь. Серафим попытался оказать сопротивление. И будь против него один противник, то, возможно, это получилось бы, но за двумя атакующими синхронно и с двух сторон он поспеть не смог. Потому после пяти попаданий, очередной удар меча отрубил щупальце, другой — ногу, серафим упал на пол, заливая его кровью, закричал от боли, но крик тут же прервался, так как меч воткнулся в грудь и лишил его жизни. Глядя на то, как быстро и легко рыцари смерти разобрались с серафимом, у меня мороз пробежался по спине. По сути, их сила сопоставима с нашей.

Естественно, опыта мы не получили. Во мне проснулась жаба, захотелось убить всех местных монстров, чтобы не терять столько опыта, но я отогнал ее, потому что сейчас важнее выполнить дело, чем получить лишний уровень — а это еще успеется.

Мы всей группой подбежали к коридору. Слева в его конце увидели лестницу, уходящую наверх, справа вниз.

— Думаю, заключенных держат внизу, так что вы направо, а я налево, — сказала Чума.

Шестерня кивнул и махнул нам рукой.

Мы помчались по коридору. Справа время от времени мелькают небольшие узкие окна, на стенах между ними по держателю для факелов. Слева же проскакивают двери, ведущие в другие помещения. Когда мы подбегаем к очередной такой, Ласка осторожно открывает, заглядывает внутрь и, убедившись, что помещение пустует, она дает нам знак, и мы бежим дальше.

Внезапно по зданию пронесся колокольный звон. Дверь в трех шагах от нас тут же открылась, и из помещения выскочили двое стражников, на ходу пристегивая мечи. Увидев нас, они резко затормозили, выхватили оружие, и вовремя, потому что мы тут же атаковали.

На этот раз я не стал мелочиться и использовал ударную волну из перчатки. Увернуться в коридоре от такой широкой атаки у противников не получилось, потому их сбило с ног. Следом прыгнули Ласка и Шестерня. С противниками мы разобрались за двадцать секунд. Они еще пытались сопротивляться, но так как были ранены и находились в численном меньшинстве, их сопротивление было быстро сломлено, и серафимы были убиты.

Наконец мы добежали до лестницы, ступеньки гулко застучали под ботинками Шестерни — двигаться скрытно уже не имеет смысла, нужно как можно быстрее вызволить из заточения повстанцев и бежать, пока на звук тревоги не пришли какие-нибудь маги из расположенного недалеко храма. В конце короткого спуска нас встретила деревянная дверь.

Пока все идет чересчур гладко. Неужели хотя бы раз все пройдет без неожиданностей?

Ласка мгновенно подобрала нужный ключ. Щелчок, дверь раскрылась. Мы оказались в темном помещении. Я тут же надел прибор ночного видения. Пространство окрасилось в зеленоватые оттенки. Быстро нашел факел, что висит в пяти шагах на противоположной от входа стене. Справа и слева небольшие камеры с решетками. Я выхватил факел, с помощью огненного заклинания поджег его, и, несмотря на то, что использовал обычный огонь, факел загорелся зеленым пламенем — но так всегда бывает с огнем, когда он горит в месте, где есть сильное влияние хаоса.

Подняв факел над головой, осветил помещение сильнее.

— Сюда, он здесь! — произнесла Ласка.

Мы подошли к одной из камер, слева на ней железная табличка, на которой написано — Ужг.

— Ужг, мы пришли вызволить тебя и заключить договор, — произнес Шестерня.

В этот миг пламя отогнало тьму, и нашим взорам предстал худощавый серафим — буквально кожа да кости, заросший, как бомж, лишенный щупалец на спине, с заросшими надрезами на руках и ногах — указывающими, что там были подрезаны жилы, и теперь он ни кистями, ни ступнями двигаться не может. Взгляд Ужга пустой, глаза помутнели.

— Ужг? — уже неуверенно спросил Шестерня.

Услышав свое имя, серафим медленно поднял взгляд. Это был взгляд абсолютно сломанного человека, из которого словно высосали душу. Человека, которому уже наплевать на все и всех, ему уже ничего не нужно от жизни.

Я сжал зубы. Ну да, и правда, все шло слишком гладко, а вот и подвох. Похоже, годы истязаний привели его в такое состояние, что быть лидером повстанцев он уже не может, а даже если бы он и хотел, лишенный щупалец и не имеющий возможности двигать руками и ногами — он такой себе глава революционеров. Уверен, что и остальные лидеры в других камерах не лучше.

А затем тихо произнес:

— Все мертвы. Жена, дети, родители. Весь мой род. Мне уже ничего не нужно, прошу, хватит пыток. Убейте меня.

Гениальный план вызволить лидеров повстанцев, а затем самих повстанцев и с помощью их атаковать столицу и прорваться на следующий этаж мгновенно провалился.

Глава 15

Схожесть.

Остальные лидеры повстанцев оказались в не лучшем состоянии. Гноящиеся раны, по всем телам следы от ожогов, все они худые и изнеможденные, лишенные части сухожилий и без щупалец. Взгляд каждого отражает лишь безразличие.

— И что будем делать? — спросила Вишня.

— Для начала вытащим их отсюда, — ответил я.

— Ты что-то придумал? — поинтересовался Шестерня.

— Нет, но размышлять над тем, что с ними делать, мне тут точно не хочется. Лучше на свежем воздухе.

Серафимы не сопротивлялись, просто как безвольные куклы дали себя поднять и нести. Вытащив всех на свежий воздух, мы положили их на землю, Ласка быстро вбежала на вышку, огляделась, после чего пришло сообщение:

«Никого».

Я выдохнул. Похоже, несмотря на то что некоторое время звонил тревожный колокол, к тюрьме никто не спешил на помощь. Возможно, из-за того, что звон был непродолжительным, то могли решить, что либо кто-то зазвонил по ошибке, либо смогли справиться с возникшей проблемой своими силами. По крайней мере, из храма магов к нам точно никто не спешит.

— Это и есть лидеры повстанцев и их глава? — спросила Чума, выйдя из здания.

— Ты уже всех перебила? — спросил я.

— Сомневаешься.

— Нет.

Она подошла к сидящим на земле серафимам. Взяла руку одного, посмотрела на раны.

— Перерезаны сухожилия. Причем давно. Даже магией лечения не восстановить, к тому же не факт, что ваша магия лечения подействует на детей хаоса, кем, несомненно, эти существа являются. Эй, парни, у вас есть реальный шанс отомстить тем, кто сделал с вами такое. Как насчет этого?

Ужг, даже не глядя на нее, с трудом разлепил губы и прошептал:

— Просто убейте меня, я больше ничего не хочу.

— Похоже, как-то их использовать не получится, — сказал Шестерня. — Вишня, у тебя есть какое-нибудь заклинание, может, можно прочистить их разум или что-то типа того, приободрить, поменять настроение, пробудить желание мести?

— Нет, такого нет, — помотав головой, так что светлые волосы заколыхались, переливаясь в зелёном свете местного светила, ответила девушка.

— Жаль, — произнес Шестерня и поджал губы, от чего те, тонкие и бледные, стали незаметны, словно их и вовсе нет.

— Тогда нам нужно придумать что-то иное, — заключила Чума, задумчиво потерев подбородок.

— Слушай Чума, а ведь поднятые тобою мертвецы не обязательно должны быть скелетами? — уточнил я.

— Нет… — медленно, чуть растягивая звуки, произнесла она, внимательно глядя на меня.

— И мертвецы движутся не силой мышц, а силой магии?

Она несколько мгновений смотрела на меня, а затем усмехнулась:

— Похоже, я поняла. Значит, предлагаешь так их использовать? В принципе, теоретически то, на что ты намекаешь, вполне осуществимо: зомби, но не простые, а особые. Двигаются быстро и ловко, полностью подчинены воле и, если у них сохранились голосовые связки, могут говорить нормально.

— А эти зомби внешне будут выглядеть как живые?

— Ну, если отмыть кровь и прикрыть раны, то да.

— А как же запах гниения? — спросила Вишня, слегка поморщившись от осознания, что придется соседствовать с ожившими трупами.

— Гниение обычно присутствует, если поднимаешь умерших пару недель. И когда зомби подняты — то они перестают дальше гнить — этому препятствует магия. В противном случае армия зомби со временем бы сгнила, — пояснила Чума.

— Отлично. Шестерня помоги их добить.

Можно было бы и Ласку подключить, но у нее топоры и раны от них будет сложнее скрыть.

— Какой у тебя циничный подход, Тим. Поднять зомби, подчинить их волю, обмануть повстанцев, подсунув им мертвых лидеров как живых. Они-то будут думать, что лидеры все еще разделяют их идеалы и ведут их на борьбу за справедливость, а в реальности они лишь мертвые куклы, которыми управляют кукловоды и вкладывают в их уста нужные фразы и смыслы.

— Как в реальной жизни с политиками или борцами с тиранией за светлое будущее своей страны, — пробурчал я.

Чума широко улыбнулась, а взгляд стал слегка безумным.

— Знаешь, ты очень похож в мыслях и поступках на него. Думая над этим, окажись король демонов в такой ситуации, он бы выбрал точно такой же путь решения проблемы.

— Ну да, он ведь моя проекция с моим характером и мыслями.

— Хм…

Перед тем как убить, мы узнали имена каждого из лидеров повстанцев. Благо они никак не сопротивлялись и не пытались обманывать. Также я выудил некоторые подробности об их жизни и в целом об их личностях, записав в отдельный раздел в памяти чипа. Чтобы повстанцы легче поверили, что перед ними их лидеры, мы должны иметь о них хотя бы минимум информации.

После этого я встал напротив одного из повстанцев, направил ману в руку и затем использовал гравитационный прокол на груди. Раздался хруст костей, кожа лопнула, на землю выплеснулась зеленая кровь, сам повстанец вздрогнул, кашлянул кровью, глаза закатились, и он повалился на землю.

Серафим убит.

Получено: 192 750 очков, 2 500 000 зен.

Серафим убит.

Получено: 192 750 очков, 2 500 000 зен.

Серафим убит.

Получено: 192 750 очков, 2 500 000 зен.

Серафим убит.

Получено: 192 750 очков, 2 500 000 зен.

Я подошел к главному повстанцу. На миг его взгляд прояснился, а затем я услышал шепот:

— Спасибо.

Заклинание ударило его в грудь в районе сердца.

Герой-Серафим убит.

Получено: 1 920 750 очков, 6 500 000 зен.

Получен новый уровень.

Я удивленно поднял брови. Значит, лидер повстанцев был элитным противником. Правда, все они умерли с одного заклинания или, в случае Шестерни, с одного удара мечом. Видимо, истязания были настолько жестокими, что они находились на грани жизни и смерти.

Чума встала напротив трупов, подняла руки, с них сорвался фиолетовый туман. Он превратился в тугие струйки, что вошли в ноздри и уши. Тела выгнулись, глаза широко раскрылись, но лишь на миг, затем серафимы успокоились.

— Поднимитесь, — скомандовала Чума.

Серафимы разом поднялись и при этом им не помешали перерезанные сухожилия. Теперь их тела двигаются посредствам магии.

— Смотри, — ткнув меня локтем и кивнув в сторону лидера, сказала Чума, а затем еле слышно прошептала: — Я Ужг, глава повстанцев.

Центральный зомби серафимов раскрыл рот и одновременно с Чумой произнес эти слова сильным холодным голосом, присущим лидеру.

— И ты так можешь управлять всеми? — спросил Шестерня.

— Конечно. Правда, по очереди. Так что, возможно, будет выглядеть немного странно, если эти

серафимы будут говорить один за другим, не перебивая и не перекрикивая, — ответила Чума.

— Ничего, думаю, с этим справимся. Нам долго управлять ими не нужно. Просто освободить заключенных повстанцев, вооружить и заставить напасть на столицу. А пока они разбираются друг с другом, мы проскользнем на следующий этаж, — сказал я. — Ладно, с этим разобрались, теперь нападем на храм магов. Времени у нас мало, так что всё нужно сделать в быстром темпе, пока в главном городе серафимов не поняли, что происходит что-то не то.

Я обернулся к башне, встретился взглядом с зелеными глазами Ласки, махнул рукой, девушка кивнула, рыжие волосы чуть колыхнулись, создав ощущение пламени, после чего она просто перемахнула через зубцы башни и, стремительно снизившись, приземлилась на ноги почти бесшумно.

В этот миг со стороны входа в тюрьму послышались тяжелые шаги. Я было напрягся, но тут увидел силуэты рыцарей смерти и расслабился. Те вышли, держа в руках горы оружия.

— Я посчитала, что раз мы будем вооружать повстанцев, то оружие тюремных надзирателей нам не помешает. Тут было тридцать вооруженных бойцов, плюс еще в арсенале хранился запас оружия еще человек на шестьдесят.

Рыцари смерти сложили оружие в груду на опушке и накрыли его тканью, после чего мы двинулись к храму.

Ласка, как всегда, в разведку отправилась на разведку. Тропинку нашли довольно быстро. Не сомневаюсь, что над заключенными ставили магические эксперименты, так что наличие тропики не стало чем-то удивительным.

— Знаешь, а вот так, в профиль, ты даже внешне начинаешь напоминать короля, — произнесла Чума.

Я только сейчас заметил, что она рядом. Рыцарь смерти даром что огромный, при желании может идти достаточно тихо. Сидящая на его огромных костяных ладонях Чума слегка улыбнулась и прищурилась.

— Тебе кажется, — попытался разуверить ее я.

— Нет. Уж поверь, я много раз видела его лицо без привычного шлема.

— Много раз?

— Да, в постели.

Я почувствовал, как мороз пробежался по коже.

— Правда, он в последние несколько лет совсем охладел ко мне, а в последний год стал мрачным и замкнутым.

Она откинулась назад, так что грудь чуть приподнялась, направила печальный взгляд куда-то вдаль.

— Слушай, раз ты так похож на него и, как говоришь, он был твоей проекцией в этом мире и унаследовал твой характер, образ мышления и прочее, может подскажешь, что во мне не так? — она повернулась всем телом и чуть наклонилась, так что теперь можно было увидеть ложбинку, а мощная грудь под действием усиленной гравитации опустилась ниже, натянув ткань черного платья. Я усилием воли поднял взгляд на ее лицо.

— Вряд ли. Что касается меня, то я знаю, что ты была аватаром мужчины, к тому же сейчас до сих пор живого. И вот это стало бы останавливающим фактором на сто процентов.

— Фи, какая разница, кто сидит за кулисами? Кто управляет красивой женщиной? Разве не важнее то, что перед тобой?

— Возможно, я немного старомоден, но для меня важно, — серьезно ответил я, заметив, что Ласка обернулась в нашу сторону и подозрительно сощурилась.

— Но теперь-то я стопроцентная женщина, к тому же, как ты и сказал, я была создана вместе с этим миром, а значит, можно сказать, что я изначально создана женщиной. Так что, может, попробуешь представить? — прищурившись и дразняще улыбнувшись, спросила она.

— У меня слабая фантазия.

— Вот что-что, а с фантазией у короля всегда было всё хорошо, значит, и у тебя так же, — с усмешкой сообщила она. Видимо, разговор ей надоел, потому отдала приказ, и рыцарь смерти отошел в сторону. Значит, Король Демонов очень похож на меня. Интересно. Хотелось бы с ним встретиться лично, может, мы сможем найти общий язык, и удастся переманить его на свою сторону. В борьбе с демонами хаоса такой союзник нам бы точно не помешал.

Я взлетел, чтобы проверить окрестности, после чего, убедившись, что вокруг опасностей не наблюдается, спустился обратно и открыл меню персонажа. Я уже 187 уровня. В графе свободных очков характеристик стоит число 27. Надо бы распределить. Тем более так удобно получается — по единичке в телосложение и ловкость, и двадцать пять в дух. С этой мыслью я раскидал очки и закрыл меню.

* * *

Великий храм магов совсем не оправдывает своего названия. Может, для местных он действительно выглядит величественно, но для нас, видевших храмы покруче, — совсем нет.

Головное здание больше чем-то похоже на обычную церковь. Две башни по краям заканчиваются остроконечными крышами. Здание в высоту метров восемь, башни на два метра выше его. Вот место, где оно расположилось, выглядит более эпичным — край обрыва, а рядом красивый водопад.

Вблизи от входа находится крупное дерево, подле него скамейка, на которой сидит серафим в дутых черного цвета, покрытых мелкими блестками штанах. Голову его покрывает остроконечная шляпа, но самое главное — у него есть длинная рубаха с рукавами. Хотя у всех воинов, что мы встречали, торс был открытым.

Это единственное дерево, растущее возле храма, в основном тут только поле со скошенной травой и от леса до храма почти четыре десятка шагов.

— Что нам в этом храме нужно? — спросила Чума.

— Здесь, возможно, есть выход в наш мир. Он нужен, чтобы Шестерня и Вишня смогли передохнуть, иначе у них может произойти перегруз мозга. Они в этом мире в виде авторов, а реальные тела находятся в капсулах, и их мозг подвергается сильным нагрузкам.

— Хм, понятно, — произнесла Чума таким тоном, которым обычно люди говорят, когда ничего не поняли, но не хотят показывать это, боясь прослыть глупыми.

— Раз так, давайте подумаем, как будем штурмовать… — сказал Шестерня.

— Нечего думать. Это место изолировано. Если маги по уровню сил как обычные воины, просто вместо мечей и копий атакуют магией, то бояться нечего. С нашей силой мы сможем перебить их без проблем. Так что предлагаю не думать и не тормозить, а просто атаковать напролом, застав врасплох и перебить всех, — предложила Чума.

— В принципе, можно… — сказал я.

— Нет, — вмешалась Ласка, встав при этом между мной и Чумой. — Тут, возможно, есть запасные выходы, и пока мы атакуем с одной стороны, с другой могут выбежать несколько магов и отправиться за подмогой. Так что для начала нужно провести разведку. И если есть несколько входов в храм, то нужно разделиться и атаковать со всех входов.

— Что ж, тогда проводите разведку, я тут подожду, — состроив скучающее выражение лица, сказала Чума.

Мы с Лаской двинулись на разведку. Она хотела идти одна, но я настоял, чтобы пошли вместе, потому что в случае чего вдвоем отбиваться от нападения будет намного сподручней. На крайний случай подхвачу ее и сможем улететь.

Обойдя храм, мы увидели, что сбоку у него есть пристройка с ездовыми ящерами. Как раз от нее идет еще один вход в храм. В пристройке видны два десятка ящеров, что жадно пьют воду из общего длинного корыта, похожего на поилку.

«Ни фига у них ящеров!» — заметила Ласка.

«Видимо, господа маги не привыкли ходить пешком», — написал я.

Я заметил среди ящеров фигуру серафима. Он быстро накидал мяса ящерам, после чего проследовал к входу и, открыв дверь, скрылся внутри. Мы прошли еще немного в сторону, чтобы заглянуть с другого угла, благо пристройка сделана так, что можно увидеть, что там происходит внутри. Убедившись, что никого, кроме ящеров, нет, я написал в чат про боковой вход. Отошли мы недалеко, потому Шестерня получил мое сообщение.

' Тогда делаем так, вы нападете там, а мы атакуем через главный. Ящеров просто не трогайте'. — Написал Шестерня.

' Поняли тебя'

' Тогда начинаем!'.

Мы рванули вперед. Ветер мощной стеной ударил в лицо, засвистел в ушах, вход стремительно приблизился. Я заметил, как слева к сидящему магу подскочили рыцари смерти. Маг вскочил, попытался использовать заклинание, но мечи уже обрушились на него со всех сторон. Следом подбежал Шестерня и присоединился к мертвецам. Я услышал слабый вскрик и стон, в стороны полетели отрубленные щупальца, конечности, а под конец упала голова. Подпрыгнув пару раз, она прокатилась пару шагов и врезалась в корни дерева.

Ящеры, увидев нас, заволновались, но, поскольку хозяев, что приказали бы атаковать, нет, то они лишь с тревогой проследили за нами.

Девушка рывком открыла дверь и рванула внутрь. Я пролетел следом. Мы оказались в длинном широком коридоре. На стенах картины и высушенные черепа разных животных, справа и слева большие двери, ведущие в разные помещения. На полу постелена длинная ковровая дорожка, а с высокого потолка свисают люстры с испускающими зеленый свет кристаллами. Ширина коридора такова, что спокойно могут пройти плечом к плечу четыре человека. У меня появилось нехорошее предчувствие. Обернувшись, позади я увидел лишь стену.

— Разве справа не должны быть видны окна? — спросила Ласка. — Почему тогда двери?

— Тебе вообще не кажется, что внутри здание само по себе больше, чем казалось снаружи? Смотри, какой широкий и длинный коридор, не говоря про величину этих помещений справа и слева.

— Где мы оказались?

— Ну, мы все еще в храме. Возможно, тут применена какая-нибудь пространственная магия, поэтому внутри здания храм шире и больше, чем кажется снаружи.

— Ты что-нибудь знаешь об этой пространственной магии? — поинтересовалась Ласка.

— Не факт, что вообще такая магия существует, — ответил я.

Глаза девушки стали круглыми, поэтому я решил пояснить:

— Я просто предположил. То есть я не знаю, что это, но в разных фильмах про магию и играх бывали такие штуки, как пространственная магия, — когда предмет или здание кажутся снаружи маленькими, а внутри имеют просто огромное пространство. К тому же помнишь, у Чумы был камень, из которого она извлекала всякие предметы. Наверняка это что-то типа карманного пространства, как и у нас. А раз есть такая вещь, то и что-то типа пространственной магии должно быть. Ладно. Раз уж мы сюда попали, давай углубимся и найдем то, что ищем.

Мы двинулись по коридору и остановились у первой же двери. Ласка рванула ее на себя. Внутри оказалась небольшая пыльная, поросшая паутиной кладовка с ящиками, полками с пустыми банками, несколько швабр.

Внезапно с противоположной от кладовки стороны с легким скрипом открылась дверь, и оттуда выскочил серафим, спешно надевая шляпу. Я тут же наставил на него руку с перчаткой. Серафим как раз поднял голову, увидел нас, но среагировать уже не успел. Ударная волна врезалась ему в грудь, с силой прижала к двери, та треснула, слетела с петель, и маг влетел обратно в помещение — небольшую комнатушку без окон, пять на пять шагов, с кроватью, письменным столом, на котором расположилась небольшая лампа с зеленым кристаллом внутри, и со всего маху врезался в стену.

Ласка залетела следом, топоры с силой ударили по магу. Тот взвыл от боли, в руках у него сверкнула молния и ударила по девушке. Ее выгнуло, мелкие молнии побежали по телу. Я увидел, как в левом верхнем углу, там, где отображаются иконки и очки жизни сопартийцев, напротив Ласки замигал значок в виде молнии, а ее иконка стала серой, и влетел следом. Маг вылупился на меня, но сейчас у него задержка перед применением следующего заклинания, которая есть у всех — минимум одна секунда, — чем я и воспользовался. Гравитационный прокол ударил его в грудь. Серафим захрипел, изо рта выплеснулась кровь.

«Я парализована и не могу двигаться еще пять секунд», — написала девушка.

Я кивнул, направив на противника перчатку и практически сразу после первого, выдав второй прокол на этот раз в голову. Зеленая кровь выплеснулась из ноздрей, из ушей, потекла из глаз. Серафим, покачиваясь, поднялся, попытался прорваться, но в узкой комнате мы с Лаской заняли всё пространство, отрезав пути к отступлению. Тогда в его руках загорелось зеленое пламя, но я не дал ему завершить заклинание, нанеся следующий удар проколом. Раздался треск костей, тело противника вздрогнуло и обмякло.

Серафим убит.

Получено: 771 000 очков, 10 000 000 зен.

Достойно. Поскольку Шестерня с Вишней, видимо, далеко, то мы не делим с ними очков опыта, а так как мы с Лаской женаты, то у нас опыт также не делится, и мы каждый получаем его в полном объеме. Ласка наконец смогла двигаться, мотнула головой и повела плечами.

— Это опасно. Если у них все маги такие — обладающие возможностью наложения разных эффектов, то сражаться с толпой таких будет проблематично. Даже если шанс наложения 20%, то когда по тебе пуляют пять-десять заклинаний подряд, одно-таки застанит, — произнесла Ласка.

— Проблема в том, что это маги, а значит, у них хорошая магическая защита. Даже после ударной волны и твоих атак топорами мне пришлось использовать аж три прокола, чтобы добить его. Ладно, двигаемся дальше.

Ласка кивнула и двинулась к выходу первой, осторожно выглянула в коридор, проверяя, не выбежал ли кто на шум. Надо бы, конечно, сначала осмотреть убитого на наличие каких-нибудь полезных предметов, геммов и прочего, но это подождет. Сначала зачистим храм, а потом уже будем осматривать убитых.

Внезапно раздался протяжный вой, настолько сильный, что, кажется, затряслись стены.

— Вторжение! Всем собраться в главном зале! — раздался следом громоподобный голос.

Я сжал челюсти. Похоже, убивать их по одному-двум все-таки не получится.

Глава 16

Магия печати.

Сердце заколотилось быстрее, словно мне реально в кровь впрыснули адреналин. Но мое тело пусть и имитирует тело из материи, но оно цифровое, так что никакого адреналина нет, но вот имитация его действия — пожалуйста.

Мы выпрыгнули в коридор, Ласка тут же подскочила к следующей двери и вовремя, потому что она распахнулась, и оттуда выскочил заспанный маг, на ходу поправляя шляпу. Топоры ударили в голову и шею. Серафим вскрикнул от боли, кровь зелеными брызгами легла на стены и пол. Взлетев, я сделал сальто над Лаской, и оказавшись вверх ногами прямо над головой мага, использовал гравитационный прокол. Противника выгнуло от боли, по коридору пронесся стон. Топоры девушки с силой ударили по щупальцам, раздался хруст, и они упали на пол.

«Ласка назад, сейчас я его отброшу на тебя!»

Девушка тут же отпрыгнула, а я, завершив вираж и оказавшись сбоку от мага, выставил перчатку и мгновенно использовал ударную волну. Мага отбросило в сторону со скоростью пушечного ядра. Топоры ударили сверху вниз. Девушка рубанула с такой силой, что тело серафима буквально пригвоздило к земле.

Серафим убит.

Получено: 771 000 очков, 10 000 000 зен.

Получен новый уровень

Доступны 4 очка характеристик.

Интересно, что серафимов не делят на всяких магов, лучников и воинов. Разве что есть особенные, а так все в своей категории равны. Как и люди. Ну, я так думаю, потому что за убийство людей опыта не дают, что странно.

Весь бой занял пять секунд. Мы застали противника врасплох и каждой атакой наносили огромный урон, поэтому он даже не успел ничего понять. С прошлым было не так, потому что, вбив его обратно в комнату, мы тем самым дали ему мгновения, чтобы прийти в себя, чем он и воспользовался. Я услышал скрип открываемых дверей и повернулся на звук. Впереди еще из трех помещений вышли три мага, так же спешно одеваясь на ходу. Тут же краем глаза они заметили нас и резко развернулись.

— Враги! — воскликнул ближайший.

Я сжал зубы и тут же скастовал земляную стену. Куб земли вырос перед нами, отгородив от врагов, но в следующий миг взорвался изнутри. Мощное пламя вырвалось наружу, раскидав землю. Волна жара ударила в грудь, меня даже чуть отбросило назад. Один из противников, быстро сообразив, что происходит, тут же выбросил огненный шар, который проник в земляную стену и силой своего взрыва разрушил ее. Ласка промчалась мимо меня, и как раз в этот миг из разбухающего пламени вырвался еще один огненный шар, видимо, пущенный другим магом следом. Я пригнулся, заклинание прошло над головой и взорвалось позади, ярко осветив округу зеленым.

Я дал мысленную команду и взмыл под потолок. Ласка как раз стремительно подлетела к первому магу, пользуясь секундным окном, топоры ударили по нему, я же тем временем сформировал свой огненный шар и запулил с помощью телекинеза в двух других, что спешат к товарищу. Один из них резко затормозил, кончик жезла в его руках засветился, а затем перед серафимами возник полупрозрачный, словно сделанный из мутного стекла, магический щит из шестигранников. Шар ударился в него и ярко вспыхнул огнем. В разные стороны от места удара пошли радужные волны, а сами шестигранники покрылись трещинами, но не разбились.

Значит, это целитель. Понятно, почему огненных шаров было только два.

Второй Серафим промчался мимо товарища, руки вытянулись в мою сторону, а затем его словно окутал белый туман, что тут же метнулся в мою сторону, извиваясь, как змея. И только в этот миг я увидел, что он блестит и переливается, потому что состоит из мелких частичек льда. Я рванул вверх, но туман стремительно помчался за мной и, несмотря на мою скорость, мгновенно догнал. Будь мы на просторе, может, мне и удалось бы как-то увернуться от него, но в пусть и широком коридоре места для маневра не хватило.

Ледяной туман с осколками льда накрыл меня, начал кружить, мелкие льдинки стали больно царапать кожу, как будто наждачкой, холод побежал по телу, и я словно начал превращаться в кубик льда.

Попытался вырваться, но заклинание, словно живое, последовало за мной и не дало этого сделать. Полоска очков жизни пусть и неспешно, но начала сокращаться. Если бы не высокая магическая защита, то, наверное, этот ледяной ветер разорвал бы меня на части.

Я зарычал, а затем направил ману в руки. Ветер завертелся в ладонях, резко вытянулся вверх, раздался в стороны, и передо мной закружил мощный смерч. Ледяной поток рванул в его сторону, и воздушный смерч тут же превратился в ледяной. Я наконец смог увидеть округу, лицо вражеского мага, направлявшего ледяной поток, напряглось, на лбу заблестел пот, но, как он ни старался, его заклинание не смогло противостоять засасывающей силе смерча. Я ухмыльнулся и направил смерч в них. Огромная стена ледяного воздуха, наполненного блестящими мелкими и острыми как бритва льдинками, быстро поползла по комнате к магу и целителю, увлекая за собой всё, что попадалось на пути: от мелких камней и светильников до дверей и ковров. Я стиснул зубы, активируя телекинез на полную мощность, чтобы удержаться на месте и не быть втянутым в этот смерч. Оглянувшись, увидел, как Ласка лихо снесла голову противнику, а затем нырнула в соседнюю комнату, дабы не быть унесённой вихрем. Я же получил сообщение:

Серафим убит.

Получено: 771 000 очков, 10 000 000 зен.

Целитель и маг попытались сбежать, но у них не хватило сил, смерч всосал их в себя и пошел дальше вперед. Одна из дверей впереди распахнулась, и оттуда выскочил еще один серафим. Увидел смерч, глаза широко раскрылись, а затем его потянуло в сторону бушующего ледяного ветра. Он вскрикнул в ужасе, уцепился за дверной косяк, тело его вытянуло, смерч коснулся ног, поглотил их и, словно невидимой рукой, уцепившись за них, с силой рванул мага на себя. Пальцы его разжались, и серафим тут же скрылся в буре.

В глубине бушующего смерча появился радужный блеск.

«Ласка, сейчас действие смерча прекратится».

' Поняла'.

Девушка выглянула из комнаты, топоры наготове. Можно конечно создать еще один смерч, но главная проблема этого заклинания в том, что само по себе оно почти не наносит урона, к тому же противник явно придумает способ освободиться быстрее, да и убивать их таким образом слишком долго, а нам нужно как можно быстрее добраться до центра и соединиться с Шестерней, Вишней и Чумой.

Внутри смерча еще раз сверкнуло, ветер начал стихать, а льдинки опадать и тут же таять. Ласка рванула вперед. Стоило магам, тяжело дыша, с множеством мелких рваных ран выйти, как девушка с хищной улыбкой налетела на них, обрушив топоры. Я рванул следом за ней, нашел взглядом целителя, что с шипением накладывает на себя и союзников лечение, и, пользуясь тем, что маги отвлеклись на девушку, налетел на него. Тот запоздало заметил меня, так что что-то предпринять не успел. Я схватил его за горло и взлетел под потолок. Он попытался брыкаться, но, несмотря на то что он серафим, силенок у него поменьше, чем у меня. Оказалось, что я всё-таки не зря прокачивал телосложение. Понятное дело, будь на его месте воин или лучник, то он успешно вырвался бы, но целителя я смог удержать. Перчатка направилась в живот, а затем гравитационные проколы стали бить одно за другим, пронзая тело, как острые клинки, нанося быстрые и смертельные удары. Парень взвыл, щупальца ударили по мне с разных сторон, но, в отличие от воинов, у него они не оснащены острыми металлическими накладками, потому нанести хоть какого-то урона оказались неспособны. В отчаянии он стал лечить себя, но пусть у него и повышенная магическая защита, однако я наношу слишком быстро и много урона — спасибо тому, что за счет перчатки это происходит без отката.

Над головой услышал хрип, парень кашлянул кровью, глаза закатились, а после еще одного удара гравитационным проколом раздался треск, нижняя часть тела отделилась и полетела вниз, за ней упали внутренности и устремился поток зеленой крови.

Серафим убит.

Получено: 771 000 очков, 10 000 000 зен.

Получен новый уровень. Получены 4 очка характеристик

Всего доступны 8 очков характеристик.

Я отбросил труп и тут же развернулся к Ласке. Маги оклемались после первой безумной атаки девушки, разошлись в стороны и контратаковали. Молния ярко блеснула, но ударила лишь в пустое пространство — девушка ловко отпрыгнула. Только противники явно умеют работать в команде и знают о слабостях — а именно минимальной задержке перед применением очередного заклинания, так что бьют по очереди, не давая Ласке приблизиться. Огненный шар ударил в сторону девушки, она ловко отпрыгнула к стене. В стороне вспыхнуло пламя, мощная волна жара ткнула ее в бок, заставив отшатнуться, а затем стена зашевелилась. Ласка отпрыгнула, и вовремя, потому что из стены резко ударили каменные шипы, острия чуть задели плечо и щеку, оставив на последней мелкий порез. Я спикировал как метеорит, разве что шлейфа позади себя не оставил. Маг, что стоял справа, заметил меня и крикнул товарищу. Тот обернулся, но было поздно, ударная волна с силой врезала по нему. Мага отбросило к Ласке. Я обернулся ко второму, выставил перчатку вперед, выпустил град из черных шаров. Маг метнулся в сторону, но недостаточно быстро, моя атака настигла его.

— Нравилось направлять на меня свой вихрь? Почувствуй на себе, каково это быть постоянно под заклинанием! — прокричал я.

Шарики ударили и по магу, и рядом в стену и пол, но за счет радиуса поражения достали до него. Раздался хруст, серафима стало выгибать, рука, в которую попало одно из заклинаний, изогнулась, треснула, кости пробили кожу. Другое заклинание подломило ногу, третье исказило и сломало челюсть. После всех попаданий серафим был похож на человека, попавшего в камнедробилку. Бесформенной грудой мяса и костей он свалился на пол, в разные стороны поползла лужа крови.

Серафим убит.

Получено: 771 000 очков, 10 000 000 зен.

Серафим убит.

Получено: 771 000 очков, 10 000 000 зен.

Я оглянулся. Ласка добила своего противника. Что ж, мы теперь 189 уровня, а до 190 осталось буквально 268 591 очков опыта. А вообще для 190 уровня всего требуется 2 040 000 очков героического опыта, что кажется безумным. Без зелий я бы, наверное, года два прокачивал всё это. Но времени распределять очки или осматривать трупы нет. Мы рванули вперед, периодически заглядывая в двери, но в комнатах пусто.

Так мы добрались до конца коридора. Массивная дверь со скрипом поддалась нажиму Ласки, после чего мы выскочили в просторный холл. Напротив нас такая же дверь, справа массивная двустворчатая, слева лестница вниз, справа в стороне от двери, прижимаясь к стене, расположилась лестница, ведущая наверх.

— Куда теперь? — спросила Ласка.

В этот миг дверь впереди распахнулась. Я напрягся. Внутрь зала влетело тело серафима, разбрызгивая кровь. А следом вышел рыцарь смерти с окровавленным клинком. Щит у него подправлен, в некоторых местах кости почернели, но в целом ничего серьезного. Из-за него, грациозно ступая и постукивая каблуками, вышла Чума. Увидев нас, она ухмыльнулась.

Я не успел ничего спросить, как дверь наверху, к которой ведет лестница, слетела с петель, и оттуда вышел тяжело дышащий Шестерня вместе с еще одним рыцарем смерти и Вишней. Они спешно спустились по лестнице.

— Похоже, все в сборе. Осталась только вон та дверь, ведущая в главный зал, — сказала Чума, кивнув направо.

— А слева это выход? — уточнила Ласка.

— Да.

— Здание значительно больше, чем казалось снаружи, — прохрипел Шестерня, выпрямился и, вытерев пот, подошел ближе.

Видимо, из-за большого внутреннего пространства мы оказались настолько далеко друг от друга, что не могли передавать сообщения и не получали опыт за убийство. Возможно, так даже лучше. Так как что Шестерня и Вишня, что я и Ласка — женаты, а значит, когда убиваем вдвоем, то опыт передается в полном объеме. Так что в будущем нам лучше фармить попарно. Впрочем, это уже после того, как доберемся до дна бездны.

— Там в главной комнате есть и ваш разрыв пространства, и восемь магов, что успели сбежать.

— Откуда ты знаешь? — спросила Ласка.

Чума усмехнулась, а затем посмотрела в сторону двери. Внезапно из стены выглянул призрак серафима, измученный, с множеством порезов. Видимо, погиб он в жестоком бою.

— Мой разведчик, — представила его нам Чума. — Я всегда контролировала их местонахождение, так что если бы попытались сбежать, то не дала.

Мы подошли к двери. Шестерня размахнулся, с силой ударил ногой, но внезапно перед дверью появилась светло-синяя сияющая восьмигранная звезда, заключенная в того же цвета круг. Парня оттолкнуло назад. Он с удивлением посмотрел на дверь.

— А вот это интересно, — прошептала Чума. — Похоже, среди них есть кто-то владеющий редким искусством магической печати.

— Магической печати? Что это? — спросила Вишня.

— Ты целитель и не знаешь? Впрочем, вы, видимо, еще не дошли до следующей ветки развития магии. Раз вы встречались со Смертью, то знаете, что он еще и призыватель, так?

Мы кивнули.

— Так вот, в ветке целителей помимо призывателей есть еще один тип магов — некроманты. И когда выбираешь эту ветку и постепенно развиваешь ее, то тебе становятся доступны и другие виды магии. Я не буду вдаваться в подробности, но один из этих видов — магия печатей. Появляется возможность создавать печати из магии с разными, непривычными свойствами. Например, данная печать перенаправляет силу удара обратно. Конечно, у нее есть предел, и достаточно мощную атаку она не сможет перенаправить, тут всё зависит от поставившего печать и того, кто проводит атаку.

— Значит, поставивший ее — некромант?

— Не обязательно. На самом деле это умение доступно и для призывателей, и для некромантов, но есть некоторые разделы, которые может освоить только некромант, а есть те, которые только призыватель.

Я поглядел на дверь, тут же припомнил удар Шестерни и магический круг, появившийся на его пути.

— Эти печати чем-то похожи на магические ловушки, — заметил я.

— Верно. Ловушки и прочее — это примитивные печати, но назвать их полноценными магическими печатями тоже нельзя. Это как лук и винтовка — и то и другое стрелковое оружие, но разница очевидна, — сказала Чума.

— Слушай, а ты ведь, получается, можешь не только накладывать, но и снимать печати? — спросил я.

— Верно.

— А печати бывают разные? Например, запечатывающие память или запрещающие что-то говорить? — спросила Ласка, на миг стрельнув в мою сторону глазами.

Я еле заметно кивнул. Хороший вопрос.

— Да. Это, кстати, моя специализация — печати, действующие на разум и тело, у меня получаются лучше всего. Например, есть печать, которая, если наложить на живот девушки чуть ниже пупка, будет всегда вызывать у нее безумное половое влечение, и она станет ненасытной. А есть другая печать, которая, если наложить ее на мужчину, убьет у него всякое желание половой близости. Такие несмертельные, но коварные и крайне неприятные печати, особенно когда они накладываются на пары — мужа и жену. Ха-ха-ха, довольно интересно наблюдать за женой, изнывающей от похоти, и мужем, не могущим дать ей желанного. В конце концов, это только вопрос времени, когда она начнет изменять… Впрочем, это неважно.

— И много ты печатей наложила?

— В последний год много, причем накладывала в основном на память и на людей из… вашего мира. Корпораты многих сотрудников приводили.

Мы переглянулись.

— А разве не демоны хаоса накладывали подобные печати? — осторожно спросил Шестерня.

Уже подошедшая к двери и протянувшая к ней руку Чума оглянулась и засмеялась.

— Нет, конечно. Ты видел их? Сама природа хаоса — это антимагия. Разрушение всего сущего — вот что такое хаос. Ничего созидательного, а тем более такого тонкого и сложного искусства, как магия печати. Ладно, не отвлекайте меня, мне нужно понять структуру этой печати, тогда смогу снять без применения грубой силы.

С пальцев некроманта сорвалась фиолетовая дымка, уплотнилась, превратившись в тонкие нити, что, изогнувшись, приблизились к двери. Тут же вспыхнула печать с восьмигранной звездой, заключенной в круг, нити чуть замерли, а затем стремительно впились в печать, стали обвивать её.

— Вот, значит, оно как? Я думала, это будет сложнее. Печать эффективная и мощная, но довольно примитивная. Чего еще ожидать от таких примитивов? — пробормотала Чума.

Она ухмыльнулась, раздался треск, а затем печать со звоном как от разбившегося бокала, разлетелась на мелкие осколки.

— Отлично, пусть открыт, — ухмыльнувшись, произнесла Чума.

Рыцари смерти подскочили к двери и одновременно толкнули их плечом. Раздался треск, двери просто слетели с петель, а рыцари ввалились внутрь и тут же подняли щиты. Несколько огненных шаров ударили по ним, вырвалось мощное зеленоватое пламя, что на миг поглотило и скелетов.

— Ждали нас. Вперед, пока у них откат заклинаний и задержка между применением! — прохрипел Шестерня и первый рванул в атаку.

Глава 17

Архимаг и Герой.

За ним с топорами наперевес пулей метнулась Ласка, а затем рванул и я. Скелеты, выдержав первую атаку, тоже прыгнули на магов.

Ворвавшись внутрь, я оказался в огромном зале. Справа и слева стеллажи и шкафы с книгами, рядом с ними круглые столы, на которых валяются раскрытые книги и свитки с чернилами и кистями, похожими на те, что обычно использовались в китайской и японской письменности. В центре зала, окруженный небольшим металлическим заборчиком по пояс в высоту, сияет пространственный разрыв.

Восемь магов застыли перед заборчиком, смотрят на нас с ненавистью. Все в обычных робах, кроме одного, одетого в дорогую, отливающую фиолетовым, в большой темно-фиолетовой остроконечной шляпе с широкими полями, усеянной золотистыми звездами.

— Вы совершили крупную ошибку, ворвавшись сюда! Вы все умрете! — прокричал серафим в шляпе. Торчащие из его спины щупальца грозно вытянулись, как передние лапки паука, предупреждающего о готовности напасть.

Шестерня встал в один ряд со скелетами. Видимо, маги оказались не настолько глупыми, и когда рыцари смерти ворвались, то атаковали только четверо, и теперь, когда у этих четверых идет задержка перед применением следующего заклинания, четверо других сформировали огненные шары и запустили по ворвавшимся. Так, закидывая заклинаниями по очереди, они рассчитывают держать нас под постоянными атаками, чтобы не дать подойти.

Шестерня и рыцарь смерти, принимая атаки на щиты, стали медленно двигаться к магам. После огненных шаров те выпустили молнии. Я уже и забыл, что такое откат заклинаний — по крайней мере, боевых. Ведь помимо того, что существует задержка между применением, составляющая одну секунду, сами по себе заклинания имеют откат — время, после которого их можно вновь применять, а также время каста — время, которое требуется на использование заклинания. Это объясняется тем, что разные заклинания требуют разный объем маны, а чтобы скопить этот объем, нужно перегнать его по телу, что тоже занимает время. С помощью зелий я смог снизить объем, требующийся на заклинания, а также увеличить скорость движения ее по телу, потому у меня каст заклинания происходит мгновенно, как и его откат, а вот у серафимов, видимо, нет, потому что следующим заклинанием после огненного шара была молния. Хотя, возможно, они, просто поняв, что огненные шары не работают, решили попробовать что-то другое?

Извиваясь, как змеи, толстые светящиеся молнии ударили в щиты. Точнее, попытались. Но в этот миг перед Шестерней и рыцарями смерти возникли сияющие барьеры, созданные из полупрозрачных шестигранников. Вишня подняла посох и закусила губу, напряженно вглядываясь вперед. От атак магов по барьерам пошли всполохи, а через миг они, лопнув, раскололись на мелкие части, но задачу свою выполнили, приняв на себя удар.

Я взлетел под потолок и оттуда выпустил поочередно пять гравитационных разрывов. Черные шарики подобно пулям устремились вниз. Я опять не тратил время на захват их телекинезом, да и сделать управляемым можно только одно заклинание, потому с помощью телекинеза просто разгонял один, затем создавал другой черный шар и вновь пулял им. Маги, почувствовав опасность, прыгнули в стороны, избежав атаки, но моей задачей было разбить их строй. Ласка подскочила к ближайшему, что отошел далеко от товарищей, тот как раз закончил уклоняться от моей атаки и потому поздно заметил появление девушки. Топоры обрушились на него. В последний миг он подставил щупальца и смог заблокировать одно лезвие, второе же врезалось в плечо. Маг закричал, обрубок щупальца упал на пол.

— Призыв! Великий ползун! — взревел маг в фиолетовом.

Ясно, значит, он призыватель. Только сейчас я обратил на надпись над его головой: «серафим архимаг».

Перед ним появилась магическая печать, и из нее вылез огромный змей.

— Я займусь этим магом, — произнесла Чума.

Она прыгнула вперед, следом за ней выпрыгнул рыцарь смерти. Один из магов направил на нее руки, но Чума резко выбросила руку в его сторону. С пальцев сорвался черный туман и накрыл его.

— Безмолвие! — резко произнесла она.

В этот же миг огненный шар в его руках, готовый сорваться вперед, уменьшился и угас. Глаза серафима широко раскрылись, он сжал и разжал пальцы. Я сглотнул, почувствовав, как в горле пересохло. Чума очень опасна. Похоже, она может накладывать заклинания, на время лишающие человека возможности колдовать.

Шестерня подскочил к нему, тут же обрушил град ударов. Его товарищ, стоящий рядом, хотел было атаковать, но к нему подпрыгнул второй рыцарь смерти.

Я налетел на еще одного мага, тот обернулся, почувствовав меня, вскинул руку, но с моей перчатки уже сорвалась ударная волна. Он, вскрикнув, отправился в полет.

Еще один маг выпустил в Ласку, что месит другого, заклинание — поток ледяного ветра с мелкими и острыми как бритва льдинками, но Вишня сработала четко, заметив и выставив на пути заклинания магический щит. Мощный ледяной поток. Потом ударился в щит и разбился.

Вновь сделав вираж и уклонившись от огненного шара, я попутно атаковал отлетевшего мага, выбросив руку вперед. Мощный удар гравитационного прокола заставил его выгнуться и кашлянуть кровью.

Слева тем временем раздался грохот. Я оглянулся. Призыватель, летая на огромной летучей мыши, с ужасом глянул на призванную ранее змею, что теперь валяется бездыханной с огромной раной, из которой вытекает зеленая кровь.

Несмотря на то, что магов больше, они постепенно терпят поражение. Тот, на которого наложили безмолвие, уже упал, и Шестерня нанес ему добивающий удар.

Серафим убит.

Получено: 192 750 очков, 2 500 000 зен.

Я попал по магу гравитационным разрывом, которым управлял с помощью телекинеза, тот выгнулся, а затем повалился на землю и умер.

Серафим убит.

Получено: 192 750 очков, 2 500 000 зен.

Получен новый уровень. Получены 20 очков характеристик

Всего доступны 28 очков характеристик.

— Сюда! Быстрее! — раздался крик.

Я оглянулся. Из разрыва пространства выскочил серафим, а затем оттуда выпрыгнули шестеро воинов с мечами наперевес. Последним вышел высокий воин, на голову выше остальных и шире в плечах. В руках у него большой боевой молот, полностью сделанный из адамантия, а над головой надпись красным — герой-серафим.

* * *

Мой взгляд приковал к себе огромный молот, черный, здоровый, как каменный блок. Не только сам молот, но и «древко» к нему сделано из адамантия. Встретить такое уникальное оружие, созданное с таким количеством металла, среди людей этого мира очень сложно. Не то чтобы это такой редкий металл в мире Алиона, но проблема в том, что в местах его залежей обычно обитают опасные монстры, потому в королевствах в основном используют сталь или мифрил. Но, естественно, серафимы несравнимо сильнее даже не просто людей, но и альвов, так что монстры, живущие в шахтах или поблизости с месторождением адамантия, для них не проблема, потому повсеместное использование серафимами оружия из этого металла неудивительно.

Ситуация мгновенно перевернулась с ног на голову. Только у нас было преимущество, и мы побеждали, как внезапно теперь уже перевес на стороне противника.

— Отступаем к выходу! — взревел Шестерня. — Чума, отводи рыцарей с нами, пусть прикроют меня! Чума кивнула. Тем временем герой подпрыгнул к Шестерне, огромный молот со свистом, как падающая авиабомба, обрушился сверху. Парень поднял щит, раздался тяжелый звон и хруст. От мощи удара Шестерня аж на сантиметр погрузился в каменный пол, как будто он вовсе не из камня, а из песка. Рыцари смерти встали по бокам от него, вскинули щиты. Я метнул огненный шар в толпу врагов, только вот вошедшие воины, не в пример более ловкие, чем маги, прыснули в разные стороны, и пламя, вспыхнув, так и не задело никого. Но главное я сделал — помешал приблизиться к нашим бойцам, тем самым дав несколько секунд для отступления.

Ласка подбежала и встала в ряд, после чего все воины заняли дверной проем. Вишня и Чума позади, мы над ними. Мы успели убить троих магов, так что не всё так плохо. Также тяжело ранены и истекают кровью еще двое. Маги ударили новыми партиями заклинаний, Шестерня и рыцари смерти прикрылись щитами, Ласку же прикрыла Вишня, создав магический барьер. Серафим-архимаг, все еще находясь на спине огромной летучей мыши, вскинул руку, на земле под ним образовалась магическая печать, ярко вспыхнул свет, и на ее месте появился огромный жук-рогач с блестящим и, кажется, непробиваемым панцирем.

Воины тем временем навалились на нас со всех сторон. И только за счет того, что мы встали в полукруг у дверного проема, они не смогли прорваться и окружить. Атакуют яростно и жестоко, не давая и мгновения на контратаку. Шестерня с хрипом принимает удары молота, весь щит уже во вмятинах и погнут, а герой атакует с хищным оскалом и так мощно, словно желает вбить Шестерню в пол, как гвоздь. Маги бьют поверх голов воинов. Я бросаю огненные шары и гравитационные разрывы, но, несмотря на то что достаю по магам, пока какого-то смертельного урона не нанес. Раненных же вообще оттащили в другую часть зала, выведя из-под радиуса их атак.

Тем временем призванный жук развернулся к нам, над рогом засветился яркий свет, а затем ударил толстый зеленый луч. Рыцарь смерти вскинул щит, луч ударился в него. Место удара мгновенно покраснело, затем стало белым, потек металл, и луч пробился дальше, уперся в нагрудник, пробив и его, затем прожег кости. После этого рыцарь смерти повалился на землю, а серафимы набросились на него и стали добивать.

— Дерьмо. Ладно, я возьму на себя магов, расправьтесь с воинами, — прокричала Чума. — Какие же вы слабые!

Она резко прыгнула вперед, приземлилась на плечо второго рыцаря смерти и, оттолкнувшись, подпрыгнула до потолка, раскинула руки в стороны и прокричала:

— Лучше бы вы просто дали себя убить, но раз хотите битвы — я вам ее устрою!

Внезапно из стен вылетели четверо призраков, двое набросилась на магов, другие на воинов, заставив их отвлечься.

Оставшиеся двое магов направили было руки в сторону девушки, но тут убитые ранее нами серафимы протяжно завыли, поднялись и бросились на товарищей. В итоге Чума и архимаг остались один на один. Есть, конечно, еще двое магов, которых отнесли в другую часть помещения, но они слишком тяжело ранены, чтобы принимать участие в бою.

Архимаг резко прокричал команду, жук направил в сторону Чумы рога. Девушка как раз приземлилась. Энергия скопилась на роге, Чума ухмыльнулась и выбросила в сторону жука руку. Тут же сизый, как от сигарет, туман сгустился перед мордой монстра. В этот миг луч ударил вперед, пробив в тумане маленький тоннельчик, только вот из-за того, что монстр потерял Чуму из вида, попасть по ней так и не смог.

Чума тем временем сместилась в сторону. Архимаг заорал, поднял руку вверх, над головой появились десятки печатей, а затем из них вырвались летучие мыши, каждая размером с баскетбольный мяч и размахом крыльев в метр с лишним.

Чума коснулась рукой камня, в котором хранятся вещи, тот засветился, и в руке у нее появился черный клинок. Одновременно с этим она вскинула руку, что-то громко произнесла, и из земли позади нее поднялась душа, что тут же вселилась в ее тело. Мои глаза широко раскрылись, а челюсть чуть не отвалилась, когда Чума исчезла, а затем появилась в другом месте, и рой мышей пролетел мимо, но девушка на этом не остановилась, подпрыгнула к жуку, меч из адамантия с хрустом пробил панцирь. Мыши тем временем сделали разворот и вновь бросились на Чуму. Она резко развернулась. Меч закрутился с такой скоростью, что словно создал сияющий купол, который окружил девушку. Мыши налетели на него, брызнула кровь, в разные стороны полетели обрубки тел, крылья, головы. Такая сила у мага кажется невероятной, но я тут же вспомнил, что в свое время пережил что-то похожее. Когда впервые встретился с демоном хаоса в гробнице одного из воинов порядка, то после освобождения его души та на миг вселилась в меня и подарила невероятную мощь, подняв мои характеристики. А Чума, видимо, сделала это с одной из душ принудительно, причем взяла душу воина, чтобы компенсировать свои недостатки в виде слабого физического урона и низкой ловкости. Тем временем двое магов, что до этого лежали полумертвые, вскочили как живые. Ну да, тут нечему удивляться, ведь призыватель — это продвинутая ветка целительства, так что он может и исцелять, и накладывать баффы. Правда, Чуму это никак не смутило. Продолжая крутить мечом, она направила в одного руку, сизый туман накрыл его, внезапно дикая ярость охватила мага, лицо его исказилось, покрылось вздувшимися кровеносными сосудами, а затем он обратил злобный взор на товарища и без промедлений ударил по нему магией.

Я выпустил очередной черный шарик. Поскольку мы сражаемся в строю и полном контакте, то пришлось отказаться от поливания врагов градом магических атак и сделать их более точечными, а для этого от начала и до конца приходится управлять ими с помощью телекинеза. Стоя полукругом у выхода из зала, мы сделали так, что, несмотря на численное преимущество, нам пока удается сдерживать атаки. Двое противников вообще отбиваются от налетающей на них парочки призванных Чумой призраков.

Один из противников обрушил меч, но рыцарь смерти принял удар на щит, после чего сам выбросил руку с клинком. Воин отшатнулся, меч пронзил лишь воздух, а в этот миг, стоявший до этого за спиной воина его товарищ прыгнул в атаку. Рыцарь смерти вскинул щит, меч со скрежетом прошелся по нему. Мой шарик тем временем опустился, оказавшись рядом с отступившим бойцом, я мысленно отдал приказ, он резко изменил направление и влетел в затылок. Пространство расширилось, но так как воин отступил, уступив место товарищу, то рыцарь смерти не попал в радиус атаки заклинания, а вот товарищу как раз попало по спине. Раздался вскрик. Воин зашипел, схватившись за затылок. И тот серафим, что атаковал рыцаря смерти, также выгнулся, взвыв от боли, чем мертвец и воспользовался, обрушив на него меч. Однако противник оказался опытным, щупальце метнулось вперед и со звоном встретилось с клинком.

Если так и продолжим сдерживать атаки, мои заклинания рано или поздно добьют противников. По крайней мере, так можно было бы сделать, если бы не одно но. И это «но» — герой-серафим.

Боец с мощным молотом продолжает без устали напирать на Шестерню. От ударов тот еле держится на ногах, щит весь измят, в нескольких местах его пробило до дыр. Если бы не лечение и не баффы Вишни, то Шестерня уже давно бы свалился. Из-за этого Ласке тяжелей, потому что ее, сменяя друг друга, атакуют двое противников. Я помогаю ей тоже, закидывая заклинания, но даже так ее уже успели достать несколько раз — пару раз мечом и раз шесть щупальцами с заостренными насадками из адамантия.

Очередной удар молота заставил Шестерню отступить на полшага. Если серафиму-герою удастся пробить брешь в нашем строю, то остальные воины ворвутся, и мы реально окажемся в опасной ситуации.

Я сжал зубы, а затем сформировал черный шарик с помощью перчатки и подхватив его встроенным в перчатки телекинезом, направил в воинов слева. В другой руке сформировал еще один шарик уже сам, подкинул, и после секундной задержки, применив на него телекинез, направил на противников справа, что сражаются с Лаской. Как только атаковал, дождался выкриков боли, после чего тут же рванул наверх. Этого мгновения передышки, что я дал Ласке и рыцарю смерти, должно хватить, чтобы выстоять без моей поддержки, пока буду сосредоточен на помощи Шестерне. Подлетев под потолок, я сделал вираж и замер, как паук, что готовится наброситься на жертву, ну или как кобра.

Герой-серафим с мощным выдохом ударил по щиту Шестерни. Раздался звон, и измолоченный щит упал на землю. Я тут же рванул вниз. И как раз в тот миг, как герой-серафим занес молот над головой, я схватил молот прямо за рукоятку и рванул вверх. Потеряв опору, серафим так и не смог нанести удар, смешно заболтал ногами, еще не понимая, что произошло.

Наконец поднял голову вверх, в глазах его растерянность, но стоило увидеть меня, как сощурился и оскалился. Шестерня тем временем воспользовался ситуацией, выбросил меч вперед, острие ударило в живот. Серафим захрипел, стал дергаться, но я крепко держу молот даже одной рукой — спасибо прокачанному телосложению и баффам, наложенным Вишней. Другую руку я направил на серафима. Встроенный в перчатку гравитационный прокол ударил прямо в голову беспомощно висящего противника. Он зарычал от боли, нос хрустнул, губы изодрало, с подбородка закапала кровь. Шестерня тем временем нанес второй удар. Кажется, что прошла вечность, но все действия: захват молота, подъем в воздух и наши с Шестерней атаки — длились лишь мгновения.

Зарычав больше не от боли, а от обиды и чувства стыда, серафим подтянулся по рукояти, щупальца ударили по мне, в ноги, в плечо, один скользнул по щеке. Побежали сообщения о получении урона. Он небольшой, всего в несколько тысяч, но серафим может атаковать очень быстро, и, поскольку щупалец шесть, то даже мои почти сто тысяч очков здоровья быстро сойдут на нет.

Я ударил еще одним проколом, а затем резко рванул вверх, закружился во все стороны, пытаясь сбросить противника. Серафим выпучил глаза, вцепился в рукоять, продолжая бить щупальцами. Я же в ответ бью гравитационными проколами прямо по рукам. Один, два, но пальцы противника никак не разжимаются, да, кожа обдирается, зеленая кровь струйками стекает по рукам, но видимого урона не заметно. Заряд в перчатках должен вот-вот кончиться, а нужно сохранить его для других. Сколько же очков жизни у этого серафима-героя, раз столько попаданий не подвели его к критической черте, за которой подобные ранения сопровождаются переломами или отрывом рук.

Противник успел просадить мне очки жизни до половины, и я, понимая, что так продолжаться не может, завертелся как волчок и заметил, что пальцы серафима-героя начинают скользить из-за крови. Впрочем, скользят они недостаточно быстро, чтобы надеяться, что у меня получится его сбросить до того, как очки жизни дойдут до нуля.

«Шестерня, сейчас я спикирую вниз, и брошу его на тебя, попробуй заколоть!»

' Понял'.

Я резко закружился в воздухе и стремительно помчался вниз. Шестерня отбил меч одного из воинов, а затем поднял взгляд и чуть присел. Я со всей доступной скоростью направил серафима-героя на Шестерню, словно пытаясь заколотить им своего товарища. Шестерня резко вскинул клинок, ударив на противоходе. Раздался хруст. Меч легко вошел в плоть, острие выглянуло из груди. Серафима выгнуло, пальцы разжались, а я смог выхватить молот, взлететь и тут же убрать его в инвентарь.

Герой сжал зубы, щупальца вытянулись и впились в пол. Обретя опору, он резко поднялся и тут же отпрыгнул, а клинок выскользнул из раны.

Сжав и разжав пустые руки, он вскинул голову, на лице гнев, я улыбнулся и, отсалютовав одной рукой, в другой сформировал огненный шар и метнул в него.

Чума тем временем уже расправилась с тремя магами, еще один при смерти. Уничтожен также и жук. Сама она насылает проклятья, накладывает дебаффы, временно запрещающие колдовать, оживляет мертвецов, заставляя атаковать товарищей. Призыватель с выражением полного отчаяния на лице вызвал какого-то неведомого монстра, помесь ящера и волка, размером с легковой автомобиль. Шерсть у него блестящая, словно сделана из адамантия или, по крайней мере, имеет его в своем составе.

Герой тем временем отпрыгнул от огненного шара, легко выйдя из радиуса атаки, но движения его уже не столь стремительны, не говоря о том, что он лишился оружия. Теперь даже без щита Шестерне должно быть полегче.

Я налетел на воинов, что атаковали Ласку, им бы атаковать всем разом, но рядом с ней Шестерня — так, что никак не обойти, а его атаковать не получается, потому что с ним сражается герой-серафим. Я в полной мере смог понять, как зачастую всего несколько десятков рыцарей могли месяцами удерживать крепости от многократно превосходящих их армий. Что толку от большого числа бойцов, когда узкие помещения не дают возможности реализовать превосходство в численности?

Сформировал по одному черному шару: один с помощью перчатки, другой сам, — и метнул в серафима, дожидающегося своей очереди для атаки. Оба заклинания зависли над головой противника, а затем, повинуясь моей команде, резко спикировали вниз. Пространство в районе головы исказилось. Серафим вскинул голову и захрипел, из ноздрей и ушей выплеснулась кровь, он упал на одно колено. Я тем временем уже выпустил с помощью перчатки еще одно заклинание, конечно, сделал это не напрямую, а завел заклинание за спину, после чего резко ускорил. Серафим повернулся ко мне, желая атаковать, но внезапно почувствовал опасность, только было слишком поздно. В его глазах только успела появиться тревога, как заклинание ударило в спину.

Ласка провела серию атак. Сражавшийся с ней серафим, и полагавшийся до этого на товарища, отбил топоры щупальцами, провел рискованную контратаку, после чего оттянулся назад, ожидая, что товарищ не даст Ласке прыгнуть следом, но тот не пришел на помощь. Топор Ласки с легким свистом рассек воздух и обрушился на врага. Разбрызгивая кровь, кисть с зажатым в ней мечом красиво взлетела в воздух и, сделав пару оборотов, шлепнулась на землю. Меч упал рядом с ней. Серафим взвыл и схватился за обрубок. Раненые товарищи наконец поспешили на помощь, один тут же встал между ним и Лаской, оттеснив девушку обратно.

Герой-серафим, уклонившись от меча Шестерни, подскочил к упавшему клинку подчиненного, схватил его и тут же рванул обратно, обрушив на Шестерню град ударов, как щупальцами, так и мечом, заставив того вновь уйти в глухую оборону.

Я собирался броситься на помощь, но внезапно краем глаза заметил, как рыцарь смерти опустился на одно колено. Измочаленный щит валяется в стороне. В этот момент серафим, весь покрытый кровью, атаковал мертвеца. Меч обрушился на голову, черепушка с хрустом раскололась, и скелет повалился на пол. Товарищ серафима валяется чуть в стороне. Значит, рыцарь смерти, сражаясь против двоих, смог одного убить, конечно, не без моей помощи — всё-таки несколько заклинаний достали их и нанесли серьезные раны, но даже так впечатляет. Сила мертвецов велика. Интересно, сколько таких бойцов может поднять и контролировать Чума?

Двое других бойцов, что сражались с призраками, смогли их одолеть. Я думал, что призраки неуязвимы для физических атак, но, с другой стороны, если они наносят физический урон, то и по ним он должен проходить. Но опять-таки, как они могут проходить сквозь стены? Ну, наверное, об этом лучше спросить Чуму, а сейчас просто принять факт, что призраки были повержены. Да, для этого серафимам пришлось приложить массу усилий. Они покрыты ранами, у одного отсутствует щупальце, но все еще способны сражаться.

Шестерня захрипел, отступил на шаг, его очки хп уменьшились на одну шестую, но тут же восстановились обратно. Несмотря на то, что герой-серафим ранен, он все еще продолжает напирать. Все-таки один на один справиться с элитными монстрами этого этажа мы пока не способны. Если бы не Вишня, то Шестерня уже был бы мертв. Хочется ему помочь, но с уничтожением призраков и рыцаря смерти у нас нарисовалась другая проблема, требующая срочных действий.

Серафимы, обрадовавшись, что теперь препятствия нет, рванули было в образовавшуюся брешь в обороне, но я сразу использовал земляную стену. Она мгновенно выросла на их пути. Я же подлетел и, выставив перчатку вперед, использовал ударную волну. И вовремя. Потому что, увидев препятствие, серафимы просто решили запрыгнуть на него и сделали это, видимо, одновременно с использованием мной заклинания, потому что я успел увидеть удивленные и полные страха лица противников, когда они подпрыгнули и почти приземлились на стену. Из-за того, что они оказались в полете, уклониться от моей атаки не смогли, а потому мощная волна спрессованного воздуха врезалась в них и буквально сдула на десяток шагов, припечатав к стене.

Серафим убит.

Получено: 192 750 очков, 2 500 000 зен.

Они сползли по стене, затем двое, шатаясь, поднялись, а третий, что непосредственно сражался с рыцарем смерти, так и остался лежать. Я рванул к ним, сформировав с помощью перчатки гравитационный разрыв и захватив его телекинезом. Пока они ранены, нужно добивать, и тогда можно считать, что победа у нас в кармане. Серафимы прыгнули в разные стороны. Тот, что прыгнул вправо, резко затормозил, потому что внезапно увидел перед глазами застывший черный шарик, который тут же метнулся в него. Пространство исказилось, раздался треск, в разные стороны плеснуло кровью и осколками костей. Обезглавленный серафим упал на колени, качнулся из стороны в сторону и плюхнулся на бок.

Серафим убит.

Получено: 192 750 очков, 2 500 000 зен.

Я тем временем рванул наперерез второму серафиму. Увидев смерть товарищей, он, кажется, полностью потерял мотивацию к сражению, но оставлять его в живых у меня в планах нет. Не то чтобы я был кровожадным, просто отпускать его — значит, дать возможность предупредить о происходящем власти, чего допустить точно нельзя. В столице до самого последнего момента не должны знать о готовящемся нападении.

Понимая, что убежать не получается, он резко развернулся и отчаянно прыгнул в мою сторону, но из-за полученных ран это получилось не так быстро.

— Умри! — с хрипом взревел он, щупальца приготовились к атаке, меч поднялся над головой. Ударная волна смела его, как ураган сметает стог сена. Было чувство, что его сбил невидимый тепловоз на полной скорости. Тело с силой впечатало в стену, от места удара в разные стороны побежали трещины. Парня выгнуло, изо рта выплеснулась кровь, глаза закатились, и мне пришло сообщение:

Серафим убит.

Получено: 192 750 очков, 2 500 000 зен.

Когда-то давно зен были важны, но сейчас их скопилось столько, что даже не знаю, на что их тратить. Я, наверное, уже один из самых богатых людей в Алионе. Как бы то ни было, сейчас не время об этом думать. Я развернулся и приготовился броситься на помощь Ласке, но это оказалось лишним. Девушка лихим ударом с использованием усиления, встроенного в перчатки, нанесла удар по серафиму. Топор с хрустом попал в ключицу, пробил ее и прошел дальше, разрезав тело почти до живота. Монстр качнулся и повалился на землю. С хищным выражением лица девушка обернулась к другому противнику, до этого лишенному кисти. Тот затравленно оглянулся на серафима-героя, что продолжает сражаться с Шестерней. Лицо серафима исказилось, он закричал и присел, готовясь прыгнуть на Ласку, щупальца угрожающе поднялись, блеснув адамантиевыми наконечниками. Девушка усмехнулась, а затем ее тело растянулось в пространстве и, на миг исчезнув, появилось перед противником. Серафим вздрогнул, отшатнулся, щупальца судорожно ударили по девушке, та крутанулась, блеснули лезвия топоров, и щупальца один за другим упали на пол. Серафим с ужасом покосился на окровавленные обрубки, его лицо исказилось от боли и ярости, уцелевшая рука рванулась было к девушке, но в этот миг топор ударил его в шею, и голова, отделившись, полетела в сторону.

Серафим убит.

Получено: 192 750 очков, 2 500 000 зен.

Герой-серафим тем временем взмахнул мечом, желая нанести удар Шестерне, но в этот миг рядом бухнулась голова, он покосился, затем поднял взгляд. Несколько секунд он не понимал, что происходит, а потом увидел убитых воинов. Глаза его медленно раскрылись, в них появился ужас. Затем глянул на меня. Я опустился пониже, приготовив заклинание. Герой-серафим заметил за моей спиной валяющихся бойцов, после этого судорожно обернулся и увидел, как Чума с хрустом вбила клинок в грудь призывателя. Маг захрипел и осел на пол. Все остальные маги также убиты.

— Ну, вот ты и остался один, — произнес я. — Будешь сопротивляться?

Взгляд серафима-героя потемнел.

— Я буду сражаться до конца и не посрамлю…

— Да-да, заткнись уже и умри, — раздался скучающий голос Чумы.

Она оказалась позади воина, черный туман накрыл его, ослепив. Серафим дернулся, пытаясь уйти от атаки, но, лишившись зрения, на мгновение оказался дезориентирован, потому клинок все же попал ему по ребрам. Серафим зашипел, но в этот миг слева появилась Ласка, топоры с силой ударили в голову и спину. Раздался хруст и треск, а затем вскрик, кровь плеснулась на пол. Топоры пусть и нанесли раны, но неглубокие: один лишь на полпальца вошел в череп, другой в плечо. Я налетел с другой стороны, гравитационный прокол врезался в плечо и пробил все тело насквозь. Еще один хруст, тело противника выгнулось, изо рта выплеснулась кровь.

Шестерня с выдохом подпрыгнул, клинок ударил серафима-героя в грудь, и ушел по рукоять. Противник вздрогнул и, выдохнув, обмяк.

Герой-серафим убит.

Получено: 1 920 750 очков, 6 500 000 зен.

Получен новый уровень.

Я, тяжело выдохнув, огляделся. Вокруг разруха, кровища и мертвецы, сами мы измотаны, но в целом нападение на храм можно считать удачным.

И с этой частью плана мы справились.

Глава 18

Великие личи.

— Держи, — произнес я и протянул деревянную миску с дымящимся в ней супом.

Ласка взяла, придвинулась поближе, уперевшись плечом в мое, после чего начала есть. Тепло ее плеча передалось мне, от чего сердце застучало быстрее. Я взял вторую миску и черпаком перелил в нее суп из котелка.

Если бы нынешние хозяева были живы, то ужаснулись бы от такого вандализма — мы развели костер прямо перед выходом из разлома. Но иначе никак. Вдруг оттуда опять выйдут серафимы, а мы будем где-то в другом месте и не узнаем об этом. Так что пришлось готовить еду прямо тут, где еще недавно было продолжительное сражение. Правда, сейчас чуть чище — трупы сложены в другое помещение, а кровь немного отмыта. Конечно, есть еще места, заляпанные застывшей темно-зеленой жидкостью, похожие на то, как будто пролили зеленку, следы гари, да зарубы на столах и шкафах, но в целом выглядит не так плохо, как сразу после боя. Шестерня и Вишня вышли, чтобы отдохнуть. Чума отправилась обратно в тюрьму, сказав, что у нее есть там некоторые дела. Ну и пусть. Заодно проверит, не приходил ли туда кто, и если нагрянут, то упокоит.

Мы успели вздремнуть, дежуря по очереди, и от нечего делать посмотреть местные записи. Храм построили в этом месте как раз из-за разрыва в пространстве, чтобы заодно изучать его. Но только недавно появилась возможность проходить в него. Так что те выскочившие серафимы-воины с героем были как раз первой экспедицией, призванной исследовать новый мир.

— Тим.

— Что?

— Как ты думаешь, а у нас вообще могут быть дети, и какие они будут?

От неожиданности я поперхнулся, закашлял, на глазах выступили слезы. Девушка чуть отстранилась, не мешая мне прокашляться.

— С чего вдруг такие вопросы? — сипло спросил я, после того как откашлялся.

— Не знаю, просто задумалась об этом. Я ведь могу забеременеть? Или нет? Вообще ведь все это когда-нибудь кончится, и мы наконец сможем зажить мирной жизнью.

Я слегка мотнул головой, словно разминая шею, затем поднес ложку к губам. Горячий говяжий суп заполнил рот.

С одной стороны, мы ходим по краю, человечество на грани поражения, и строить планы глупо. С другой же, почему бы и нет? Нужно верить в победу.

— Сложный вопрос, — наконец произнес я. — Нам еще нужно понять, кто мы и что мы, а уже затем думать о чем-то большем. Мы ведь уже и не совсем люди, но и не совсем из цифры сделаны, принадлежим обоим мирам и ни одному одновременно, словно и правда находимся в состоянии некой суперпозиции, как сказал Альберт.

Я припомнил старика, который изначально помогал мне, но потом переметнулся на сторону богов хаоса, не сумев побороть искушение вновь стать молодым и получить возможность исследовать космос, о чем мечтал.

— Ты прав. Не говоря о том, что изначально тела наших аватаров вообще состояли из тел демонов хаоса, — вздохнув, согласилась Ласка. — Так что в нас намешано черт-те что.

Девушка быстро доела, после чего повела плечами, словно озябла, и, придвинувшись, положила голову на мое плечо. Я чуть повернул голову и поцеловал возлюбленную в макушку.

— Не беспокойся, мы со всем разберемся. Ну а раз уж разговор об этом зашел, то кого бы ты хотела, мальчика или девочку?

Ласка улыбнулась и хотела было ответить, но внезапно разрыв в пространстве засветился и перед ним появились Шестерня и Вишня. Оба бодрые и полные сил.

— Тим, Ласка, мы вернулись. Как вы тут?

— Ничего необычного не происходило, — ответил я, встав с места.

— А Чума где?

— Отправилась зачем-то в тюрьму, — пожав плечами, сказала Ласка. — Вроде как должна вернуться скоро.

— Хорошо. Тогда ждем, когда вернется, и отправляемся в рудники, где остальные повстанцы.

Он сел рядом с костром, протянул руки к зеленоватому пламени, хотя в помещении нормальная температура.

— Как там на «большой земле»? — спросил я.

— Плохо. Мало того что слияние продолжается и открывается все больше и больше порталов, так еще и противник активно восстанавливает боеспособность — перебрасываются подкрепления из других супергородов. Сейчас численное преимущество за ними. Если бы не тысячи аватаров и помощь альвов, то мы бы уже проиграли. Хорошо, что Боги хаоса не делают новых аватаров, то ли в силу того, что они будут создаваться из тел демонов хаоса, то ли боятся, что однажды те, кого они вырастили, могут, набравшись силы, переметнуться и обратить свое оружие против них. Либо есть еще какая-то причина. Армия же короля демонов понесла довольно ощутимые потери и пока зализывает раны и не может помочь основным силам. Но даже так, имея просто численное преимущество в несколько раз, они провели несколько пусть и локальных, но успешных наступлений, выбив нас из некоторых кварталов и заставив откатиться на новые рубежи обороны. Правда, их потери были огромны, но, как понимаете, набрать еще людей для пополнения с шести-то городов они точно смогут.

— А смогут ли? — уточнила Ласка. — Не думаю, что много кто горит желанием идти воевать. Даже с помощью денег нелегко заставить людей воевать, а когда и потери огромны, и война уже длится черт знает сколько времени, да и цели ее далеко не благородны, то это и вообще становится невыполнимой задачей. Шила в мешке не утаишь. Даже несмотря на тотальную пропаганду и доминирование в информационной сфере, информация о том, что Боги Хаоса захватили власть и стремятся завоевать наш мир, так или иначе дошла до огромного числа людей. Не только у нас были проходчики, но и в тех городах. И многие еще живы. Да и благодаря нашим хакерам удается взламывать сеть и вбрасывать правдивую информацию. А призвав орков и прочих чудищ в наш мир для усиления, демоны хаоса только подтвердили наши утверждения, и даже скептики по ту сторону признали, что все это правда. И теперь информационная обработка идет не в том русле, что «все это ложь распространяемая сумасшедшими конспирологами», их пропагандисты быстро поменяли ее направление и теперь убеждают людей, что сражаться с могущественными существами, имеющими огромные армии, не имеет смысла — все равно проиграем, что лучше подчиниться, и тогда будем жить как раньше, а то и лучше.

Я усмехнулся. Так и дурят людям головы, без тени сомнения и угрызений совести мгновенно меняя информационную повестку.

— В общем, крайний срок — два дня. Уже на третий начинаем операцию. Если здесь, в подземелье, ничего не найдем, то возвращаемся к прокачке уровней и потом отправляемся в решающий бой.

Я кивнул, но внутри все сжалось. Чувство того, что планируемая операция будет дорогой в один конец, только усилилось.

Вишня села рядом с Шестерней и тихо вздохнула. Похоже, она разделяет мои чувства, но выбора у нас особого нет. Либо победим — либо погибнем.

— Прям парочки влюбленные, — раздался голос Чумы.

Она вошла через центральную дверь. Позади нее высятся пятеро серафимов, а позади них — семь рыцарей смерти.

Она глянула на нас с Лаской, поджала губы, а затем произнесла:

— Тим, помоги мне, достань трупы всех магов. Я пока начерчу знаки, положишь в них по телу. Нам

надо увеличить нашу боевую мощь, особенно перед тем, как соваться и освобождать заключенных.

Я вздохнул, возиться с трупами не самое приятное, но делать нечего. Пока шел, открыл окно характеристик, раскидал полученные очки. По одному в телосложение и ловкость, двадцать пять в духовную силу, а оставшийся не стал распределять.

Тим.

Маг порядка 190 уровень.

Очки жизни — 117 908

Очки маны — 62 297

Энергия хаоса — 6000

Телосложение — 192

Ловкость — 162

Духовная сила — 1200

Модификатор магического урона — 7150%

Модификатор физического урона — 380%

Модификатор магической защиты — 4050%

Модификатор уклонения — 320%

Шанс критической атаки — 320%

Магическая защита — 5650

Физическая защита — 2630

Даже чистые статы выглядят внушительно. А ведь есть еще целый ворох пассивок и прочей мишуры, что нехило так усиливает.

Как бы то ни было, несмотря на то, как все внушительно выглядит, я все еще не способен сражаться один на один с Чумой, особенно когда у нее есть доступ к мертвецам и возможность поднимать рыцарей смерти.

Принеся все трупы, я стал раскладывать их по комнате, как раз в тех местах, где Чума начертила большие магические круги.

— Ложи по два, — попросила она.

Я пожал плечами и стал делать так, как сказала. Шестерня, кряхтя как старик, поднялся и присоединился ко мне. Тут же подскочила со своего места и Ласка. И только Вишня осталась на месте.

— Так, все разложили? А теперь отойдите, сейчас покажу кое-что.

Чума подняла руки вверх. В руках у нее небольшой жезл с черепом на конце. Из его глазниц ударил яркий фиолетовый свет, темно-фиолетовый туман вырвался из раскрытых челюстей, медленно спустился на пол, чуть отпружинил, будто и не туман вовсе, а окрашенная вата, стал медленно растекаться в стороны. Стоило ему накрыть лежащие на магических печатях тела, как печати вспыхнули. Раздался хруст, тела начали сливаться, изменяться, кости ломаются, обломки соединяются друг с другом. Один за другим стали подниматься высокие человекоподобные мертвецы. Над каждым я увидел надпись красным:

Великий лич

Монстры встают один за другим. Всего было поднято пятнадцать штук.

Я оглянулся на рыцарей смерти, наверняка это не все. Видимо, в тюрьме она делала то же самое — складывала воинов и создавала новых бойцов.

— И много ты таких можешь поднять? — спросил я.

— Поднять не проблема, а вот удерживать под контролем — это тяжелее. И чем больше войско мертвецов, тем слабее некромант из-за того, что постоянно поддерживает связь с монстрами, управляет ими и подпитывает своей маной. Я могу удержать до сотни рыцарей смерти, а вот обычных зомби — многие десятки тысяч. Правда, простые зомби и скелеты по силам уступают обычному здоровому человеку, и единственное преимущество — их убить сложнее.

Значит, рыцарь смерти эквивалентен минимум сотне зомби. Я глянул в сторону Вишни. Девушка с брезгливостью посматривает на мертвецов. Нет, когда она получит трехсотый уровень, явно выберет ветку призывания, нежели некромантии. И еще кое-что странное для меня — это откровенность Чумы. Стоит мне задать вопрос, и она как будто честно отвечает. Не боится выдавать информацию противнику, потому что считает, что это никак не поможет нам ее победить или есть что-то еще?

— Чума, — резко окликнул ее я.

— Да? — резко обернувшись, откликнулась она.

Слишком резко, слишком быстро. Вероятно, она и правда неосознанно воспринимает меня как короля демонов. Ведь психотип тот же и повадки, потому неудивительно, что ей стало казаться, что и внешне мы похожи, хотя, если правильно помню свой аватар в игре «Алион онлайн», то это совсем не так. В общем, если принять всю совокупность факторов, то для нее я почти как король демонов.

Видимо, она сама осознала это, нахмурилась, и более сдержано переспросила:

— Что ты хотел…Тим?

— Ты закончила приготовления? Если да, то пора выступать. У нас не так уж и много времени.

Чума поджала губы и кивнула.

— Хорошо, тогда в путь.

* * *

Звон от стука кирок разносится по округе. И даже находясь в сотне с лишним шагов, мы прекрасно его слышим. Впереди просторное поле без единого намека на травинку. Большая крепость из бревен замерла перед стеной этажа закрыв собой вход в пещеру. Из-за частокола поднимается дым от кузниц. С земли не видно, но если подняться чуть вверх, то можно увидеть, что из пещеры на тачках вывозят адамантиевую руду.

Шли мы досюда часов пять. Хоть делали это бодро, но приходилось огибать села. Один раз даже убили серафима, забредшего в лес. Можно было бы его отпустить, но тогда он раструбил бы о том, что в их землях чужаки, а нам не нужно, чтобы нас искали по лесам. Фактор внезапности — важная вещь. Хотя не думаю, что он будет прям внезапным. Все-таки Чума успела тут покуролесить и нападала на замок, так что там к ее возможному повторному нападению готовы. Да и, как мы успели узнать, пропажу стражи врат тоже заметили. Как-то мы останавливались у дороги, и мимо прошел отряд серафимов. По обрывкам разговоров я понял, что их послали к подъему на третий этаж и что о смерти бойцов уже известно, но предполагают, что это как раз Чума сбежала, убив охранников. Так что это для нас даже лучше. Да и в целом то, что часть войск отсылают от столицы, нам только на руку. Вообще идеально было бы, чтобы, когда освободим повстанцев, в столице узнали об атаке на тюрьму и храм и послали туда войска, а также часть войск отправили бы по лесам искать тех, кто это сделал. И тогда мы бы смогли напасть на ослабленную столицу. План хороший, но от его реализации мы отказались, потому что сложно прогнозировать действия врага — они вполне себе могут, наоборот, стянуть все силы к столице.

Я глянул на часы. Из сорока восьми часов, что отмерил Шестерня, осталось сорок три. За это время мы должны опуститься на самое дно бездны. Вопрос только в том, сколько еще этажей осталось. Надеюсь, что если прорвемся здесь, то ниже спуститься получится легче. Единственное, что меня успокаивает — это то, что Чума в таком же положении. Ей нужно выполнить задание до того же срока, так что тот факт, что она не переживает, означает, что следующий этаж — последний.

— Мы готовы? — спросил я.

— Не знаю как вы, но я готова, — ответила Чума.

Я глянул на Шестерню, тот кивнул.

— Главное помни, что зомбяков-предводителей нужно выставить на общее обозрение, чтобы выглядело так, будто это они ведут за собой.

— Знаю, — буркнула она.

— Тогда вперед, — скомандовал Шестерня.

Атаковать решили в лоб. Защитные сооружения тут несерьезные. Всего по нашим оценкам там около полутора сотен стражников, только вот их основная задача не столько защищать крепость от внешнего врага, сколько препятствовать побегу. Так что никто особо нападения не ждет, тем более такого массированного, какое задумали мы. Часть охраны и вообще находится внутри пещеры, надзирая за заключенными.

Первыми в атаку пошли двадцать пять рыцарей смерти, следом за ними пятнадцать личей. Ну так-то рыцарей двадцать четыре, один служит передвижным троном для Чумы. Я рванул вверх. Ласка, Шестерня и Вишня помчались следом за рыцарями смерти.

Заметили нас сразу, но не сразу оценили опасность — все-таки когда год за годом отсутствует какая-либо опасность нападения со стороны леса, это расслабляет стражу, так что в первые мгновения никто не понял, что происходит, что за существа бегут на них. А потом было уже поздно, потому что времени, чтобы добежать до стены, рыцарям смерти потребовалось всего несколько секунд. Что такое сто-сто пятьдесят шагов для могучих существ из разлома? Да и нам с прокачанной ловкостью эту стометровку можно преодолеть за тройку секунд — особенно для Ласки.

За пятьдесят шагов личи резко затормозили, вскинули руки и посохи. Один за другим мощные огненные шары помчались в сторону бревенчатой стены. Вспышки взрывов озарили округу, и только после этого зазвонил тревожный колокол.

Я спикировал вниз, к одной из деревянных вышек. Лучник, стоящий на ней и уже готовившийся выстрелить, вскинул голову, в его глазах появился страх и понимание того, что избежать атаки не получится, разве что попытаться выпрыгнуть, но один фиг я лечу быстрее, чем он свободно падает. Ударная волна врезалась в противника. Мощный удар разломал вышку на куски и снес парня. Тот на огромной скорости врезался в землю перед стеной. Я же рванул к другой вышке. В ногу больно кольнуло. Я сжал зубы, резко крутанулся в воздухе, мимо пронеслись ещё несколько стрел, одна впилась в плечо. Несколько лучников на стене, увидев, что я сделал с вышкой, решили сначала расправиться со мной. Я хотел уже взлетать, чтобы уйти из радиуса атаки, как вдруг внезапно несколько огненных шаров, выпущенных личами, ударили по лучникам.

Я оглянулся, на миг встретился взглядом с Чумой, та ухмыльнулась, а я рванул вперед к вышке.

Глава 19

Сила слова.

Пока летел, глянул налево. В городке суета, заключенных с кандалами на руках и ногах спешно заводят в бараки. Из пещеры выскакивают солдаты, бегут к стенам.

Я налетел на вышку и точно так же ударной волной разнес ее в щепки и сбросил лучника.

Тем временем после очередного удара огненными шарами часть стены обрушилась, появились бреши, в которые тут же вломились рыцари смерти. Если бы противник был готов к нападению, то у образовавшихся брешей тут же появились бы бойцы и не дали рыцарям смерти пройти дальше, но этого не произошло. Поэтому рыцари, объединившись, стали быстро расправляться с одинокими бойцами. У противника видна полная дезорганизация. Неготовность к подобному сражению проявляется во всех действиях, как командования, так и солдат. Рыцари дружно нападают толпой на одиночек, быстро изрубая их. Попытки нескольких бойцов объединиться и дать отпор ни к чему не привели, ибо действовали они недружно, не понимая действий друг друга, тогда как у рыцарей смерти с взаимопониманием проблем не было. Тем временем в прорыв влетели Ласка и Шестерня, а следом за ними личи, Чума и, конечно же, пятеро предводителей повстанцев. Как я и просил Чуму, они, взбежав на стену, начали размахивать мечами, вставать в пафосные позы и выкрикивать команды, создавая впечатление, что именно они командуют всей атакой.

Группу серафимов зажали пятеро рыцарей смерти. Те, прижавшись к стене и выстроившись полукругом, держат оборону. Я завис над ними и выставил перчатку. Черные шарики вылетели вниз как из пулемета. Серафимы почувствовали опасность, вскинули головы, но уклониться не могут — стоят толпой и со всех сторон зажаты рыцарями смерти. Заклинания сработали одно за другим, раздались жуткие хрусты: у противников лопаются головы, кожа на теле, из которой выплескивается кровь, изгибаются руки, кости прорывают кожу. Через несколько мгновений внизу осталось лишь что-то наподобие мясного фарша, залитого зеленкой.

Получив очки опыта, я взглядом нашел Ласку. Та дерется на стене с серафимом. Взгляд ее горит, широкая улыбка блестит рядом белых зубов, топоры обрушиваются на противника с феноменальной скоростью, заставляя того задействовать для защиты не только меч, но и щупальца.

Я направил черный шарик за спину противнику, и когда тот оказался рядом, отправил сообщение Ласке и атаковал.

Девушка отпрыгнула на шаг, черный шарик врезался в спину противнику, пространство исказилось, серафим выгнулся, изо рта вырвался крик, но тут же превратился в бульканье, и он откашлял кровь, что фонтанчиком ударила вверх. Ласка тут же прыгнула вперед, топор с силой ударил в открытое горло, вновь брызнула кровь, серафим свалился со стены, ударился о землю и задрыгался. Кровь толчками выплескивается из раны. Он попытался остановить кровь, зажав рану руками, но безуспешно. Через несколько мгновений серафим замер, а мне пришло сообщение о смерти.

Девушка тем временем рванула дальше.

Зашедшие личи направили посохи в сторону центра города. Оттуда как раз, загнав заключенных в бараки, бегут в нашу сторону несколько десятков солдат под предводительством крупного воина, облаченного в цельный доспех — такое вижу впервые.

— Добивайте тех, кто на стене, я этих задержу, — прокричала Чума.

Вперед выступили десять рыцарей смерти. Сомкнув щиты, они перекрыли центральную дорогу. Личи стали выпускать один огненный шар за другим, те по дуге обрушились на спешащих в нашу сторону серафимов.

Оживленные Чумой лидеры повстанцев тем временем помогают и Ласке, и Шестерне. Как сказала Чума, сила зомби также зависит и от силы существа, из которого оно создано. Да, они все же слабее, чем живые, но зато и убить их сложнее. Так что, нападая на живых серафимов вдвоем на одного, они способны справиться. И это хорошо, потому что было бы плохо, если бы кто-то из освобождаемых сейчас повстанцев задумался над тем, почему их лидеры настолько слабы, что не принимают участие в бою. А так заметить слабость очень трудно, да и если заметят, что лидеры немного слабее обычных воинов, все это можно будет списать на годы пыток, которые, естественно, сказались на физической силе. Я, как какой-нибудь бомбардировщик, продолжил летать над стенами и помогать то Ласке, то Шестерне, сбрасывая вниз заклинания.

Шестерня, зарубив с моей помощью серафима, разогнулся, устало выдохнул и на миг оглянулся в сторону городка, чтобы оценить обстановку и посмотреть, как там рыцари смерти с Чумой держатся.

«Тим, смотри!»

Я оглянулся. Двери бараков сорвало с петель, из них вылетели несколько серафимов с мечами, а затем толпа, закованная в цепи. Заключенные, видя нападение и то, что стража не выдерживает нашего давления, решили, что это их шанс, которым надо воспользоваться. Охранников осталось минимальное количество, потому они подняли бунт. Толпа быстро забила охрану, после чего, похватав оружие, рванула в сторону сражающихся с рыцарями смерти серафимов. Те три десятка воинов, что отчаянно пытаются пробиться через плотно стоящий ряд из десяти рыцарей смерти, которых поддерживает десяток личей и Чума, насылающая проклинающие и ослабляющие заклинания, быстро оказались в критическом состоянии. Сотни серафимов, пусть и закованных в цепи, атаковали со спины.

«Похоже, победа будет за нами без особых проблем», — написал я.

' Хорошо, тогда продолжаем зачищать стены!'

Шестерня, Ласка, Вишня, я и двое рыцарей смерти двинулись по стене в одну сторону, а отряд из трех рыцарей смерти и пяти личей — в другую. Организованного сопротивления не осталось, потому выскакивающие на нас по одному-двум серафимы убиваются мгновенно.

Я вздохнул. Похоже, тут проблем не возникнет, и мы и правда одержим победу. Надеюсь, хоть где-то все пройдет гладко.

* * *

В воздухе застыло напряжение. Я готовлюсь в любой момент рвануть вверх, схватив Ласку и Вишню, — Шестерня телепортируется к нам с помощью навыка, полученного от того, что женился на Вишне. Что там будет с Чумой — справится как-нибудь сама.

Мою нервозность можно понять, потому что перед нами застыло чуть больше девяти сотен серафимов. Смотрят исподлобья на рыцарей смерти, иногда поднимают взгляд на стоящих на стене глав повстанцев.

— Ужг, зачем ты опять пришел? Зачем напал на место нашего заключения? И кого ты с собой привел?

Спрятавшаяся за рыцарем смерти Чума зашевелила губами, и управляемая ей марионетка, которой стал после поднятия из мёртвых предводитель повстанцев, громко заговорила:

— Слушайте и внемлите, мы вновь пойдем в бой…

— Зачем?

— К чему это?

— Мы ведь уже проиграли один раз.

— Уж лучше такая жизнь, чем умереть…

Крики в толпе нарастают. Это пока не приобрело всеобщий масштаб, но по мрачным лицам серафимов видно, что они не горят энтузиазмом.

— Лучше собраться и сбежать, чем идти и самоубиваться об столицу!

Чума нахмурилась, пожевала губами, но сказать ей нечего, девушка оглянулась на меня, словно ища помощи.

Я сжал зубы, сделал шаг.

— Можешь сделать так, чтобы я говорил его губами? — спросил я.

— Ну, теоретически можно.

— Хорошо, давай.

Палец коснулся горла, я почувствовал, словно туда вкололи ледяную иглу, губы похолодели, я даже перестал их чувствовать, словно они отмерли.

— Можешь говорить.

Я глянул в сторону серафимов, ропот нарастает.

— Это правда то, чего вы хотите⁈ — резко прокричал Ужг. — После всех тех лет унижений, после всего того, что с вами и вашими семьями сделали? Вы забыли, почему мы взяли в руки оружие? Мы же хотели сделать этот мир лучше!

На миг ропот утих, вперед вышел грузный серафим, глянул исподлобья и спросил.

— Да, мы хотели, но проиграли и вдоволь натерпелись. И коль уж у нас появился шанс освободиться, то почему мы должны опять идти сражаться?

Я сжал челюсти, сделал вдох и выдох. Нужно найти какие-то подходящие для них слова.

— Посмотрите на себя! Унижены, разбиты и растоптаны. Разве такими мы были? Вспомните все, что было раньше. Вспомните, какими мы были. Как от нас дрожали от страха, как мы чувствовали, что готовы свернуть горы. Вспомните, как мы мечтали о лучшем будущем. Неужели мы все это хотим предать? Вы хотите сказать, что все это было зря?

Я сжал кулаки. Чувствую себя, как будто и правда являюсь этим самым серафимом, которому досадно видеть отчаявшихся и сломленных товарищей.

— Разве вас не злит, что с вами сделали? Разве вы считаете справедливым то, что мы наказаны, растоптаны и унижены за то, что пытались сделать мир лучше? Вы готовы просто встать на колени перед тираном и признать его волю после всего, что он сделал в прошлом и после того, что он сделал с нами⁈ Разве вы не желаете отомстить?

На лицах некоторых появилось замешательство, кто-то опустил голову.

— Души наших павших товарищей смотрят на нас. Что мы ответим им? Что они умерли зря? Мы готовы позорно склонить голову? А как после смерти мы посмотрим им в глаза? Я ВАС СПРАШИВАЮ⁈

Крик Ужга пронесся над затихшей площадью.

— Наша честь и наша гордость, смерти наших товарищей — все это тот груз, который лежит на нас. Мы не можем просто так сбросить его! Не можем встать на колени! Мы обязаны взять волю в кулак и сражаться вновь. Жизнь прячущихся от тирана крыс — не для нас! То, что мы опять свободны — это ЗНАК СУДЬБЫ! Мы прошли это испытание болью и унижением, не сломились и теперь судьба дает нам шанс на победу! МЫ СМОЖЕМ ЭТО СДЕЛАТЬ, ИБО САМА СУДЬБА НА НАШЕЙ СТОРОНЕ!

Во взглядах серафимов зажегся огонь, кто-то поднял вверх сжатые кулаки.

— Отомстим тирану и свергнем его! — взревел один из глав повстанцев, стоящих рядом с Ужгом.

Я глянул на Чуму, та ухмыльнулась и чуть кивнула.

— МЕСТЬ И ЧЕСТЬ! — взревел управляемый мной Ужг.

Этот клич разом подхватили десятки человек. Затем я вновь выкрикнул эту фразу и вторили мне уже сотни. На третий крик вся округа заполнилась мощным единым кличем, от которого, кажется, сотряслись здания вокруг, а у меня даже побежали мурашки:

— МЕСТЬ И ЧЕСТЬ!

* * *

В тюремном шахтерском городке слышен звон. Местные кузни работают в полную силу, с помощью магии и особых магических камней разогревая адамантиевую руду и ударами молота превращая ее в клинки. Также сюда было переправлено все оружие, что мы добыли в тюрьме.

Нас восприняли с настороженностью, но в целом нормально, а особенно когда я сварил укрепляющих зелий, то ко мне как к алхимику и зельевару отнеслись даже с уважением. Я представил нас губами Ужга как союзников с других этажей, наплел с три короба про то, что Вак — местный глава серафимов и, по-видимому, хозяин этажа — стал посылать экспедиции на верхние этажи, наткнулся на наше место проживания и теперь грозит нам уничтожением. Потому мы пришли помочь повстанцам свергнуть Вака и установить крепкий мир.

— Ужг, но я все равно не доверяю этим иноэтажцам, — произнес тот здоровяк, что был на площади главным моим оппонентом, а сейчас возглавляет приданную ему сотню бойцов.

На миг в комнате для совещаний повисла тишина, даже огонь в лампе чуть поутих и словно сжался от страха.

— Не беспокойся, мы просто их используем. Как только победим — необязательно исполнять их условия и договор.

Когда я это произнес, находясь при этом физически в другом здании, но благодаря Чуме видя глазами Ужга, слыша его ушами и имея возможность говорить его ртом, то заметил, как остальные воины осклабились.

— Что ж, прости. Просто мы уже засомневались, а не стал ли ты марионеткой.

— Я, марионеткой⁈ — театрально взревел я.

Серафим отпрянул, тут же поднял руки и щупальца вверх, демонстрируя полное смирение и сожаление.

— Прости, я не хотел тебя оскорбить.

Я несколько секунд смотрел на него, потом выдохнул и произнес:

— Ладно. Прощаю, потому что понимаю, что ты… да и все вы слегка нервничаете из-за столь резкой смены событий. Еще какие-то вопросы?

— Нет.

— Тогда идите, готовьте подразделения. Через пять часов выступаем.

— А стоит ли торопиться, многим бойцам нужно отдохнуть, да и прийти в норму?

— Не беспокойся. За отдых ответит человек. Он сварит бодрящие и восстанавливающие зелья. А что до остального, то Вак пока не знает о случившемся. И это наш шанс на внезапную атаку, когда противник не готов. В прошлый раз мы подняли пожар восстания, но дали Ваку время подготовиться, что и привело к разгрому. Сейчас же наша атака будет внезапной.

Примерно всё так и произошло. Так что теперь я доваривал очередной чан. Вообще все оказалось намного проще, чем я ожидал. Достаточно было сварить зелье лечения, но из аналогичных ингредиентов, просто без удаления из них хаоса, и это подействовало. Выпив порцию, уставшие и израненные от постоянных побоев кнутами и металлическими прутьями серафимы распрямлялись, вдыхали полной грудью.

Пять часов — это не так уж и много для подготовки и отдыха, но это не важно. Главное — направить серафимов на столицу, атаковать и отвлечь большую часть сил, а самим напасть и прорваться на следующий этаж, а дальше будь что будет.

Доготовив зелья, я отошел к бараку и уселся на небольшую лавочку.

Впереди проходят воины. Десятки серафимов уже стоят уже на стенах, часть проломов спешно залатали. Так что, если кто подойдет к городку, не поймет, что тут произошло нападение, и заключенные освободились. Точнее говоря, поймут, но только уже когда войдут внутрь, но тут уж мы их не отпустим. Так что о том, что в тюремном шахтерском городке произошел бунт, еще долго не узнают.

После того как мы обчистили еще и местный арсенал, то у нас набралось оружия на семь сотен бойцов — конечно, все оно разнообразное. Кому-то досталось копье, кому-то меч, а кто-то взял в руки лук. И все по одному экземпляру, хотя обычно на одного воина полагается минимум по паре мечей — вдруг один сломается. Но мы-то идем не в долгий поход, а в единственный штурм.

— Умеешь ты мотивировать, — раздался шепот.

Я оглянулся. Чума подошла ко мне справа, переставляя ноги так, что бедра виляют из стороны в сторону.

— Не совсем. Кое-какие ключевые слова и подсказки я получил благодаря чипу.

— Чипу?

— Да. У меня встроенный в надбровную дугу чип, и после определенных событий он словно стал частью меня. Я часто им пользуюсь, чтобы залезть в сеть и узнать всякие новости или какие-нибудь технические характеристики тех или иных предметов и многое другое. Но из-за постоянного подавления я на всякий случай скачал большую базу данных прямо в него. История, философия и прочее. А встроенные ИИ алгоритмы помогли мне с речью. Проанализировав уровень развития серафимов, ИИ нашел в истории аналогичный уровень развития человечества и составил примерный психологический портрет воина: что ему чуждо, что привлекательно, какие темы и слова найдут в нем отклик. Вот на основе этого я и создал речь. Ну и ключевая фраза «месть и честь» — довольно крутая и емкая кричалка. Как раз для таких масс. С этими словами они пойдут в бой. Чума усмехнулась и покачала головой.

— Да. Конечно, удобная вещь. Впрочем, это просто удобный инструмент, который лишь подсказал и указал направление, а все остальное продумал и произнес ты.

— Ну да.

Я, прищурившись, глянул на нее.

— К чему ты клонишь?

— Просто ты все так вдохновенно и искренне произнес. Меня это заворожило. Я словно увидела короля. Его умение подобрать слова, чтобы зажечь сердца, и в то же время холодный расчет и жестокость.

— Жестокость? — переспросил я.

— Да, или скрытую безразличность и расчетливость. Постой, неужели ты сам этого не заметил.

— Не заметил чего? — спросил я, почувствовав, как холодок прошелся по спине.

— Ну как же. Ведь мы собираемся бросить этих серафимов на столицу в самоубийственную атаку, чтобы отвлечь силы врага. Они борются за честь, борются за павших товарищей, за светлое будущее, и ты все это сказал в своей речи, вдохновил их так, будто сам в это веришь и сам участвуешь. Но тебе же плевать. Главное — воодушевить их и отправить на убой ради своих личных целей, никак не связанных с их светлым будущим. Именно такое жесткое и холодное желание под маской страстной и благородной цели восхитило меня. Ты и король и правда словно один и тот же человек.

Она развернулась и ушла, оставив меня в смятении. Голова чуть закружилась, а почва ушла из-под ног. Ведь я действительно совершаю однозначно злодейский поступок. Причем сделал это спокойно, без каких-либо угрызений совести, словно так оно и надо. Неужели и правда я Люцифер просто с памятью погибшего человека по имени Тим?

Я поднялся, хотел было пройтись, но тут заметил справа движение. Оглянувшись, только и успел увидеть, как шагах в тридцати незнакомая девушка шмыгнула в переулок. Поглядев по сторонам, я понял, что никто этого не заметил.

Встав на доску, я использовал телекинез и быстро полетел к переулку. Заглянул за угол. Небольшой переулок заканчивается тупиком, и там в темноте, стоя ко мне спиной, застыла незнакомка.

Я осторожно влетел, но она, тут же почувствовав мое присутствие, обернулась. У меня по телу пробежал жар, а чувство опасности буквально завопило. У девушки черные волосы, подстриженные под каре, небольшие аккуратные рожки выступают изо лба. Большие алого цвета глаза с черными вытянутыми зрачками обрамлены длинными ресницами. Аккуратный носик и небольшие губки. Одета она в черное платье, стянутое поясом на талии, подчеркивающим ее узость. Золотые сережки и кольца блестят даже в полумраке переулка. Кожа бледновата для демона хаоса, пальцы заканчиваются черными коготками, что заменяют ногти.

— А я думала, меня никто не заметил, — произнесла она обвораживающим и донельзя знакомым голосом, что, проникнув в уши, словно волной распространился по телу и кольнул в сердце.

В горле у меня мгновенно пересохло. Я понял, кто передо мной. И система, словно отвечая на мою догадку, высветила над головой незнакомки надпись красным:

Лорд-демон хаоса первого круга(?). Лилит.

Глава 20

Лобовая атака.

— Человек, ты зря пошел за мной, — произнесла демон.

У меня внутри все похолодело, но я вспомнил, что есть камень возрождения и что даже если меня убьют, то смогу возродиться через некоторое время. Возможно, даже лучше, что она наткнулась на меня, а не на Шестерню или Вишню. Убьет меня и, удовлетворив жажду убийства, исчезнет. Хотя стоп. Это же так же, как было, когда мне снилось, что я демон хаоса и убил одного из охранников лагеря. Там тоже присутствовала Лилит, а когда я проснулся и поговорил об этом с Лаской, она сказала, что была в этом сне в образе Лилит.

— Ласка, это ведь ты? — спросил я.

— Что?

Лилит замерла на миг, затем нахмурилась.

— Ласка, ты спишь! Проснись, это плохой сон! — резко произнес я.

Демон хаоса оскалилась, тряхнула головой.

— Не заговаривай мне зубы, человек.

Пахнуло опасностью, Лилит приготовилась атаковать. Я внутренне уже приготовился к тому, что меня порвут, но тут голову озарила идея. Я в одно мгновение активировал режим владыки хаоса. Выросли рога, кожа чуть сменила цвет.

— Постой. Я…

— Люцифер? — удивленно спросила Лилит, перебив меня.

Ее брови поднялись, а ротик приоткрылся, но через миг она нахмурилась и пробормотала:

— Но как…?

Внезапно девушка вздрогнула, поморщилась, словно от головной боли, отступила на шаг. Ладони сжали виски.

— Нет, стой… еще рано…

Внезапно ее тело подернулось, словно является голограммой, а через миг распалось на фрагменты и рассеялось, полностью исчезнув.

— Что это было? — прошептал я, деактивируя режим и выходя из переулка.

«Ласка, ты спишь?»

«Что за странные вопросы? Но ты прав, я немного прикорнула».

«И ты помнишь, о чем был сон?»

Несколько мгновений она ничего не отвечала.

' Обрывками, но сейчас, вспоминая… я, похоже, опять была демоном хаоса'.

' И что ты помнишь во сне?'

' Куда-то шла, с кем-то говорила, но все расплывчато. А почему ты спрашиваешь… постой, ты видел что-то?'.

Я несколько секунд обдумывал сказанное, а затем быстро описал ей все, что только что произошло со мной. Минуту от нее не поступало сообщений, а затем она вышла из небольшого здания, что расположилось неподалеку, взглядом нашла меня и подошла.

— Это было здесь?

— Угу, — ответил я и развернулся в сторону переулка.

Девушка медленно вошла, огляделась.

— Да, теперь, глядя на это, могу сказать, что что-то такое я видела во сне. Но я полностью себя не контролировала. Точнее не так, это трудно объяснить, я словно была иной личностью и действовала осознанно, но не как Ласка, оказавшаяся в теле демона, а как именно Лилит. Как если бы мне стерли память, записали в нее новую личность, и я действовала в соответствии с ней. Однако теперь, когда я вновь стала собой и вспоминаю свой сон, мне начинает казаться, что я не могла контролировать свои действия и была заперта в теле демона. Но, как я уже говорила, это не совсем так.

— Подобные вещи напрягают. Она ведь исчезла, когда ты проснулась, или ты проснулась, когда она исчезла. Так что, возможно, мы правы, и всё это проявление наших демонических тел…

— Есть только одна загвоздка. Я все это время была в комнате, и если бы это было проявлением демонического тела, то Лилит бы не растворилась в воздухе, а поменяла форму и стала мной.

— Тоже верно.

Мы некоторое время постояли, обдумывая произошедшее.

— Знаешь, возможно, мы не просто так сюда пришли. И, возможно, не просто так стали появляться эти особые сны, где мы иные личности, — сказала Ласка. — Возможно, мы как-то связаны с этой бездной, не зря, как говоришь, есть такое чувство, что ответы найдем, когда спустимся на дно.

— Надеюсь, мы при этом не найдем себе проблем.

Ласка усмехнулась.

— А разве когда-то было иначе?

— И то верно, — хмыкнув, согласился я. — Только, как всегда, выбора нет. Выбор между сражением и возможной гибелью и выбор сдаться и потом быть убитым — это не выбор. Ладно, пойдем. Мне нужно восполнить запасы взрывчатки и еще кое-что сделать.

— Оружие?

— Угу, Шестерня набрал камней хранения и попросил сделать. Конечно, заготовки уже сейчас будут готовы, но использовать оружие пока будет нельзя — нужно подождать, пока не получим такой же генератор, как у тебя, так что только когда попадем в реальный мир, доделаем.

— А у кого ты заказал?

— У кузнецов. Среди повстанцев оказалось немало таких, кто хорош в ковке. Сейчас они спешно куют мечи и копья, чтобы довооружить тех, кому не хватило оружия из запасов лагеря и тюрьмы, что мы принесли с собой. Я им зелья для ковки и закалки сделал, а они в ответ по моей просьбе выкуют кое-какие предметы, из которых я и сделаю вам новые усиления.

Мы развернулись и двинулись к выходу из переулка. Надеюсь, мой разговор с Лилит и мое превращение никто не видел, хотелось бы подобное оставить подольше в тайне. Стоило нам подойти к выходу из переулка, как я, подняв взгляд, увидел, как в окне здания напротив мелькнула фигура Чумы.

* * *

Передовые отряды разведки подошли к столице, попутно пленив и связав несколько охотников, что вышли добыть еды в лесу, как раз по пути нашего маршрута. Естественно, их убивать не стали. Мы бы это сделали, но сейчас мы союзники повстанцев, которые хотят спасти свою страну, а убийство невинных крестьян противоречит смыслу всего повстанческого движения. Так что их связали и оставили одного бойца, который развяжет путы спустя пару часов, как раз когда начнется штурм столицы, когда осведомленность крестьян уже не будет представлять никакой опасности.

Времени у нас осталось тридцать часов. Пятичасовой сон и подготовка, а потом почти восемь часов — поход до столицы. Для обычных людей такой марш-бросок потом потребовал бы отдыха, но серафимы шли налегке, да и они во много раз сильнее и выносливее обычного человека, так что такой поход по лесам почти не отнял у них сил — такая себе разминка перед боем.

Мы замерли у опушки, впереди просторные поля с растущими на них незнакомыми овощами, напоминающими капусту, скрещенную со свеклой. До города где-то километр расстояния, которое войско будет преодолевать бегом. Учитывая силу и скорость серафимов, они смогут преодолеть это расстояние где-то за минуту, при этом почти не нарушая строй, дабы одной мощной волной обрушиться на стены.

Я гляжу глазами главы повстанцев. Чума решила, что я для этой роли подойду лучше. Хоть это делаю не первый раз, все еще непривычно ощущать себя одновременно в двух разных местах, видеть и своими глазами, и глазами управляемого мной мертвеца. Благо, что двигаться не надо — тело двигается само после получения мысленного приказа.

— Все подошли, предводитель, — раздался шепот.

Я дал команду обернуться. Взгляду предстали сотни серафимов, застывших между деревьями. Почти тысяча вооруженных бойцов кажется большой силой, но армия, расквартированная сейчас в столице, больше. Да, там солдаты находятся не в одном месте, и при удачной атаке, накатив на стены волной, можно успеть захватить ее. Вражеская армия будет дезорганизована, этим можно воспользоваться, войдя в город и атаковав мощным ударным кулаком. Но рано или поздно защитники придут в себя и если не остановят в городе, то уже на вторых стенах, окружающих замок, точно. Эта атака будет обречена на провал, но она и не должна была привести к победе. Их задача — отвлечь силы обороны, мы же прорвемся с другой стороны и попадем в замок.

— Раз все готовы, то начинаем, как и оговорено в плане. Вэт.

Один из серафимов быстро подошел, и показал песочные часы.

— Сколько уже прошло оборотов? — спросил я губами Ужга.

— Десять.

— Значит, через три они начнут атаку. Тогда мы ждем четыре, — ухмыльнувшись, сказал я.

— Что? Но ведь…

— Да, мы договаривались атаковать одновременно, но зачем? Пусть чужаки отвлекут на себя побольше внимания, а уже после атакуем мы.

Серафимы понимающе переглянулись, кое-кто заулыбался. Наверное, даже подумали о том, какой у них хитрый лидер. Хотя заметил и тех, кто колеблется, а то и вовсе неодобрительно посматривает на «меня».

Циничность всей ситуации в том, что я, изображая хитрого вождя, просто обманываю их, ведь это мы собираемся так поступить. И когда эти ребята с воодушевлением бросятся в самоубийственную атаку, веря, что все будет хорошо, потому что их удар неожиданный и большая часть противников отвлечена нашим ударом, по сути, сами будут выполнять задачу по отвлечению. Я бы мог не говорить серафимам о том, что «мы» будем атаковать после того, как атакуют «союзники» и отвлекут внимание на себя, но все же сделал это, чтобы воодушевить, дать понять, что они понесут меньше потерь.

Я медленно обвел их взглядом. Вон один со шрамами в виде крестов — у него были жена и дочь, которых казнили как пособников повстанца. Чуть правее невысокий серафим с луком — его жену изнасиловали и убили пьяные стражи. Он пытался восстановить справедливость, но суд был на стороне солдат. Именно это и сподвигло его присоединиться к восстанию.

Если так подумать, то у каждого тут своя история и мотивы. Только вот мне на это наплевать. При разговоре с ними через Ужга сыплю высокопарными словами, мотивирующими речами, призываю вспомнить о долге, о чести, о том, что дело наше правое, но я просто цинично использую этих воинов, брошу их в мясорубку ради личной цели. Наверное, и в истории моего мира были такие люди, которые свергали правительства под правильными и красивыми лозунгами, заставляя людей верить, что все будет по-другому, что восторжествует справедливость, а в реальности они действовали под чужим управлением, а те, кто ими управлял, имели совсем иные цели. Можно управлять трупом и обманывать людей, но точно так же можно управлять и человеком, причем зачастую так, что он тоже будет уверен, что ведет народ к светлому будущему, а добрые дяди из-за границы просто желают его стране добра и процветания. Наверное, в мире розовых пони и дружбомагии так бы и было, но реальный мир суров, и никто не будет страдать альтруизмом, особенно на уровне стран. Сделать богатой и процветающей чужую страну? Это приведет к бедности или уменьшению богатства твоей. Ресурсы ограничены, рынки сбыта ограничены, и всё вокруг взаимосвязано, так что если где-то стало больше, то где-то станет меньше. Так что ты либо делишься, и все живут ровно, либо забираешь больше и живешь лучше, а остальные тебя не волнуют. И я ни за что не поверю, что кто-то, живущий богато, вдруг откажется от всего этого, чтобы все вокруг зажили хорошо. И это про отдельных личностей я так уверен, что уж говорить про страны.

Тем временем следящий за часами вынул крепление, перевернул часы и вновь закрепил. Я приказал Ужгу отойти в сторону и, приняв задумчивую позу, закрыл глаза и сделал вид, что сосредотачиваюсь. Передав управление обратно Чуме, я разогнулся и огляделся. Рыцари смерти замерли, готовые броситься в любой момент, Шестерня чуть в стороне с Вишней и Лаской сидят под деревом. Наш боевой отряд встал на противоположной стороне. Если серафимы будут атаковать с востока, то мы с запада.

— Сколько еще осталось? — спросил Шестерня, когда я подошел.

— Три оборота, и они начнут.

— Пятнадцать минут, значит. Мы же атакуем спустя пять минут?

— Верно. Так что готовьтесь.

Я уже успел полетать над столицей. Подниматься пришлось почти к своду пещеры — не хотелось, чтобы кто-то внизу меня заметил. И если на поверхности на высоте в километр плавают облака, и я мог быть заметен на их фоне, то вот летая под сводом, я просто сливаюсь с ним. Сверху я смог оценить обстановку, благодаря возможностям чипа проанализировать число воинов, приблизить изображение, чтобы найти переулки, по которым лучше пройти. Плюс кое-что предоставили нам повстанцы, и еще кое-что мы нашли в библиотеке храма магов, конечно, не без подсказки одного из сведущих в этом деле повстанцев, так что место, где мы должны будем атаковать, более-менее известно.

До городских стен почти километр. На атакуемом участке где-то около пяти десятков воинов, еще в городском секторе рядом с местом атаки несколько патрулей и казармы. Всего на помощь к защитникам стен могут прийти в ближайшие минуты атаки до сотни бойцов. И еще почти четыре сотни минут через десять с северной и южной части. И если и этого будет недостаточно, то дополнительно подтянутся около пяти сотен бойцов — лучников и воинов, парочка героев и с десяток магов.

Если правильно помню, то войско великого короля и насчитывает где-то тысячу человек, но это само войско без ополчения, без стражей в таких местах, как тюрьма или рудники адамантия с заключенными. То, что мы собрали равную по численности армию из бывших повстанцев, уже дает огромные шансы на успех. Так что когда повстанцы атакуют стены, то большая часть войска будет ими скована. Не думаю, что повстанцам, которые только вчера смогли освободиться от многолетнего заключения, даже при равной численности удастся победить войско великого короля, не говоря о том, что при атаке крепостей обычно соотношение потерь обороняющихся и атакующих один к десяти. Хотя это в классической войне, где нападающие долго бегут к стенам под обстрелами лучников, а затем лезут по лестницам, которые защитники спихивают, сверху льют раскаленным маслом или смолой, бросают булыжники. Сила же серафимов такова, что на трех-четырехметровую высоту они смогут просто запрыгнуть, но даже так все равно потери будут не в пользу атакующих. Однако нам и не нужна их победа, главное, чтобы большая часть армии короля не мешала нам.

Я глянул на часы. Сейчас как раз время нашей атаки.

Я извлек из инвентаря два десятка ядер, встал на опушку и, схватив первое с помощью телекинеза, приподнялся. Введя данные в чип, я дождался расчета результатов, после чего перед моим взором появилась красная дуга, обозначающая полёт ядра. Я чуть изменил угол, дуга выгнулась, чуть правее сверху появилась карта города, и красной точкой отметилось место, куда ядро приземлится. Я чуть скорректировал угол — нужно, чтобы оно приземлилось на бараки у южной стены, и, вздохнув, метнул ядро.

Оно пулей улетело вверх, стремительно уменьшившись до размера точки, почти коснулось облаков и, на миг зависнув, начало полет вниз. Я тем временем захватил следующее, потом еще одно и еще, запуская ядра одно за другим, затем скорректировал цели и стал закидывать уже бараки у северной стены.

В этот момент я увидел легкую вспышку, взмывший в воздух дым и куски древесины. Затем вновь вспыхнуло, еще один раз и еще. Через несколько мгновений до нас донеслись отдаленные звуки хлопков, а в месте падения снарядов стал подниматься густой черный дым. Снаряды были не обычные, а с напалмом. Тем временем и на правые бараки стали падать одно за другим ядра и взрываться. Я понимаю, что прям много урона тамошним воинам не нанесу, но это делается в первую очередь для того, чтобы устроить панику, отвлечь врагов, а еще…

Я вновь взял под контроль тело Ужга. Даже с закрытыми глазами услышал, как засуетились серафимы, кто-то начал возбужденно говорить. Открыв глаза, заметил, как некоторые из них тычут пальцами в сторону столицы.

Приказал главе повстанцев встать.

— Что происходит? — спросил «я».

Командир, там это, пожар и слышны хлопки.

Я обернулся. Несколько мгновений вглядывался.

— Сколько оборотов прошло?

— Три с половиной.

— А они уже прорвались в город? Отлично, тогда атакуем сейчас же! Как раз все силы бросят на них, и пока будут разбираться, мы прорвем оборону стены!

Да, это была еще одна цель почему я устроил ту атаку. Уверить что у серафимов-повстанцев все идет по плану, даже более того «союзники» превзошли все ожидания и прорвались в город, а значит атака повстанцев будет максимально удачной — силы тирана отвлечены и не ожидают массированной атаки. Так что серафимы пойдут в бой уверенные, что вражеские силы отвлечены, и что победа — это не что-то эфемерное и недостижимое, а реальное и может достаться им, нужно лишь руку протянуть.

Я обернулся, поднял руку с мечом.

— Вперед, братья! Сегодня мы свергнем тирана! Месть и честь!

— Месть и честь! — хором откликнулись все остальные.

После чего вся армада начала высыпать из леса на поле, несколько секунд первые ряды выстраивались, а затем бросились единой волной в атаку. За ними пошли следующие и следующие. Штурм столицы начался.

* * *

Я вернулся в свое тело. Резко поднялся.

— Они пошли в атаку, — сообщил я.

— Тогда готовимся. Атакуем через пять минут, как и планировали. Они как раз начнут штурм стен, стража в городе очнется и массой двинется к ним, — сказал Шестерня, вставая со своего места.

— Полагаюсь на тебя, Тим, — улыбнувшись и подойдя ко мне, произнесла Чума.

Ласка подозрительно посмотрела на меня, но ничего не сказала, Чума заметила этот взгляд, хитро улыбнулась и подошла ближе. Я чуть отстранился, посмотрел на нее укоризненно. Чума вздохнула и всем видом показала, что я дурак и испортил такую хорошую шутку, хотя мог бы подыграть. Знаю я, чем такие шутки кончаются. Да и в каждой подобной шутке есть лишь доля шутки. Практически никогда женщина не будет даже в шутливой форме флиртовать с тем, кто ей не нравится и с кем она потенциально не могла бы построить отношения, особенно на глазах у другой девушки.

— Алекс. Не вырывайся далеко вперед, — прошептала Вишня, подходя к Шестерне.

— Мари не беспокойся, с тобой рядом будет Ласка.

— Я не про это, а про то, что если далеко уйдешь, то я не смогу накинуть на тебя лечение, — поджав губы, сказала Вишня.

— Прости. Ладно, я буду осторожен и буду держаться поближе.

— Ты всегда так говоришь…

Я отошел чуть подальше, чтобы не подслушивать их. Давно заметил, что когда они наедине, то обращаются друг к другу по именам.

Подойдя к опушке, я расстелил на земле шкуру. Позади послышались тяжелые шаги, и через мгновение рядом со мной встал рыцарь смерти со сложенными руками, на которых сидит Чума. Рядом с ним встали еще трое рыцарей и трое личей.

— Все готово? — спросила Чума.

— Да, можете вставать.

Мертвецы быстро переместились на шкуру, и я задействовал встроенный в перчатку телекинез. Шкура вздрогнула и начала подъем. Одновременно с наземной атакой мы решили сбросить десант, состоящий из нескольких рыцарей смерти и личей, вместе с Чумой, который должен будет захватить врата и открыть их, впустив основных бойцов. Конечно, можно не заморачиваться — и так сможем прорваться, но для нас в первую очередь важна скорость, ибо неизвестно, как быстро повстанцы будут перебиты, не говоря о том, что в какой-то момент они могут просто развернуться и дать деру. И тогда все войско, что сейчас отвлечено на них, нападет уже на нас.

Я так же использовал телекинез на доске, только не с помощью перчатки, а уже сам скастовал заклинание. Ветер засвистел в ушах, земля быстро удалилась и деревья уменьшились в размерах. Мертвецы на шкуре стоят твердо, чуть покачиваются. Сейчас я могу нести максимум до двух тонн груза, но общий вес группы бойцов, что взяла с собой Чума, меньше одной тонны. Можно было бы и больше, но они не поместятся на шкуре, да и скорость полета уменьшится значительно, а это важный элемент — нам нужно подлететь как можно быстрее.

Поднявшись на полкилометра, я глянул вниз, мертвецы и ребята застыли у опушки, готовые в любой момент выйти и броситься в атаку. Я вздохнул и дал доске и шкуре мысленную команду лететь вперед.

Мы помчались к стене.

Глава 21

Стремительный прорыв.

Я глянул вперед. Мы сейчас на той высоте, что можно рассмотреть весь город. В южной и северной его частях до сих пор продолжается пожар, но большая часть войск ручейками по переулкам стремится к восточной части. Бой там уже вовсю идет на стене, часть ее уже захватили, что, кстати, неожиданно. Я думал, повстанцы будут просто накатываться волна за волной и нести потери, а они даже сумели закрепиться. Порою мотивация и желание отомстить творят чудесные вещи: не считаясь с потерями, рвясь вперед, получая раны и героически умирая, повстанцы совершают настоящий подвиг.

Со стен нас заметили не сразу — спасибо тому переполоху, что мы устроили ранее в черте города, а также, конечно, атаке повстанцев.

Один из лучников на стене поначалу увидел бегущих по полю рыцарей смерти и проходчиков и закричал, привлекая внимание товарищей. Мы как раз зависли над стеной, и я начал спуск. Парочка стражей почувствовала неладное, они вскинули головы и заорали, увидев спускающуюся шкуру, но было поздно. С высоты в пятьдесят метров рыцари смерти и личи просто сиганули вниз. Для них падение с такой высоты даже хоть какого-то урона не нанесет. Я же быстро убрал шкуру в инвентарь и рванул в сторону, мимо просвистела стрела.

Скелеты и личи с грохотом приземлились на стену, выстроились в боевой порядок — по два рыцаря спереди и сзади, в центре личи и Чума. От девушки тут же в разные стороны рванули призраки, что чуть ли не парой атак стали отрывать пытавшимся их разрезать серафимам руки и ноги.

Я рванул вперед, сбрасывая вниз ядра. Поспешившие за отрядом мертвецов воины резко затормозили. Ядра упали перед ними, вспыхнуло пламя напалма. Да, подобное вряд ли нанесет много урона, и если бы серафимы просто рванули вперед, то уже бы догнали отряд Чумы, причем почти не потратив очков жизни, но тут свою роль сыграл инстинкт, что на подсознании заставляет опасаться огня. Так что они остановились, отступили назад. В это время Чума с отрядом дошли до спуска со стены как раз рядом с вратами.

Я направил руку и выпустил поток заклинаний, заставив воинов отпрыгнуть назад.

Ткнуло в бедро, боль стрельнула по ноге, ушла в бок и затем в голову, словно схватили и дернули за единый нерв. Не обратив внимания на сообщение о потере очков жизни, я сделал вираж, спрятавшись за дым от напалма.

Тем временем рыцари смерти и личи, бегущие по полю, добежали до врат, которые тут же открылись. Чума, окруженная мертвецами, перед которыми валяется десяток тел серафимов, взмахнула рукой, и ворвавшиеся внутрь мертвецы разделились на две группы и рванули на стену. Можно, конечно, забить и рвануть сразу к замку, но тогда придется оставить часть рыцарей смерти для прикрытия, чтобы во время атаки главной крепости не получить удар в спину от пришедших в себя и перегруппировавшихся стражников западных ворот.

Две группы пошли в разные стороны по стене. Внизу же под ней, Чума создала еще несколько групп по два рыцаря смерти и два лича и направила их в переулки. Оставшихся разделила на две группы, одну возглавила сама, вторая же отправилась с Шестерней, Вишней и Лаской. Обе группы пошли по площади под стенами, начав уничтожать тех воинов, что спустились с нее, дабы попытаться выбить прорвавшиеся в город вражеские войска.

Я стал летать над головами, помогая то тем, то другим, то третьим, атакуя и бойцов на площади, и тех, кто прибегал с улиц на подкрепление и вступал в сражение с заградительными группами, закидывал заклинания на стены, где вражеские воины, вступив в сражение с рыцарями смерти, не могли уклониться и получали сначала моим заклинанием, а потом мечами рыцарей.

В один момент на рыцарей выбежали трое бойцов, укрылись от заклинаний личей, после чего одновременно ударили и стали теснить мертвецов. Бойцы не только опытные, но и явно часто сражаются вместе. Я налетел на них со спины. Один, что по центру, обернулся, но ничего сделать не смог — уклониться на узкой стене, да еще когда рядом товарищи, невозможно. Ударная волна врезала в спины серафимам, их толкнуло вперед. Все трое потеряли равновесие, чем и воспользовались рыцари смерти. Мечи обрушились на упавших бойцов. Личи тоже не остались в стороне, выпустив по потоку зеленоватого пламени. Через несколько мгновений с серафимами было покончено, а я тем временем улетел в другую сторону помогать Ласке.

Взлетев повыше, оглянулся в сторону восточных стен, там продолжается заруба. После первого удачного наката и почти полного захвата западной стены дальнейшее продвижение повстанцев остановилось, столкнувшись с сопротивлением тренированных и хорошо вооруженных бойцов. Уже скоро очухавшиеся королевские войска начнут выдавливать повстанцев. У нас осталось немного времени, так что нужно спешить.

Спустя минут семь два отряда, что зачищали площадь перед стеной, взобрались на двух крайних точках западной стены, тем самым зажав в клещи оставшихся на стене серафимов. Те посчитали, что логичней будет попытаться прорваться через малочисленную группу рыцарей смерти и личей, нежели сражаться с ударившими в спину мощными группировками врага, но я, подлетев, смешал им все планы, атакуя заклинаниями и не давая полноценно сражаться с рыцарями смерти и личами. Так что буквально спустя пару минут все было кончено.

Я вновь глянул на сражающихся в другой части города. Повстанцы тоже уперлись и отчаянно держатся, отбивая контратаки. Если сейчас мы с личами и рыцарями смерти ударим в спину королевским войскам, то сможем рассечь войско короля и склонить чашу весов в сторону повстанцев.

— Тим, — раздался голос Чумы, — ты готов?

Рыцари смерти уже собрались в ударный отряд, там же стоят и личи с Лаской, Вишней и Шестерней.

— Да, идемте!

В окнах соседних домов женщины-серафимы с детьми в страхе отпрянули от окон. Несколько мужчин, схватив плотницкие топоры и здоровые поварские тесаки, выпрыгнули было навстречу, но, увидев ряд рыцарей смерти, тут же растеряли всю храбрость и бросились прочь. Чума захохотала от такой перемены настроения противника, дала приказ, и личи отправили один за другим огненные шары вдогонку. Те стали взрываться за спинами, ударяя убегающих горячими волнами воздуха и словно плетью подгоняя их.

— Бегите, быстрее! Быстрее! — хохоча, прокричала она.

Дорога сделала несколько поворотов, и мы вышли к главному замку. Он расположился на холме, вокруг ров и стены. Последние в высоту метров пять. Если мы правильно рассчитали, то замок остались охранять только самые верные воины короля.

— Давай, Тим, — сказал Шестерня.

В крепости нас пока не заметили, потому что отряд не вышел из-за угла — мы лишь выглянули на миг. Да и большая часть внимания сейчас сосредоточена на том, что происходит с другой стороны.

Наложив на себя невидимость, я взмыл в воздух на огромной скорости, выжимая по максимуму. За чуть больше минуты долетел до свода, что находится на высоте где-то в два километра. Глянул вниз — замок стал маленьким, будто игрушечным, как и стена вокруг него. Чуть приблизив изображение, я извлёк из инвентаря заготовку — снаряд весом в триста килограмм, сделанный серафимами по моей просьбе из железа. Так как это была железная заготовка, то времени расплавить металл и отлить её потребовалось немного, в сравнении с адамантием, так что они согласились помочь мне и в этом. На самом деле железа в этом ядре немного, всего двадцать килограмм. Железная оболочка, внутри которой двести восемьдесят килограмм взрывчатки. На неё ушли все запасы, ну почти все — часть ушла на те снаряды с напалмом.

Я прищурился и дал чипу команду на расчет траектории. Как только он прочертил нужную линию, я использовал телекинез и метнул снаряд с начальной скоростью в 140 километров в час, что равняется тридцати девяти метрам в секунду.

Я рванул вниз, одновременно поглядывая на летящую болванку, полную взрывчатки. Снаряд размером с ядро как для бомбарды века так восемнадцатого-девятнадцатого, и вес соответствующий. Только вот у меня нет пушки, чтобы его запустить, и даже если бы метнул его с предельной для такого веса скоростью — в сто сорок километров в час, то оно бы, наверное, даже не долетело до стен — там метров пятьдесят. Можно было бы запустить по дуге, но тогда его могли вовремя заметить и чем-то сбить. Сейчас же, по моим расчетам, к моменту, когда ядро приблизится к крепости, его скорость будет равна почти двумстам метрам в секунду. Даже если кто-то его заметит, то сделать ничего не успеет. Также это послужит дополнительным разрушительным эффектом — шар в металлической оболочке весом в 300 кг на скорости 200 метров в секунду — это так-то до хрена. От удара и стену проломить может, но в нашем случае там практически сразу сработает взрывчатое вещество — тол. Благодаря алхимии у меня не обычный тол, а намного мощнее того, что есть в нашем мире, так что мощь ВВ в моем ядре равна почти тонне в тротиловом эквиваленте.

Ядро стремительно ускоряется, и я не поспеваю за ним. Крыши домов быстро приблизились, я оглянулся в сторону крепости, и в этот момент черная точка стремительно упала прямо на стену, на миг раздробив камень и углубившись, а затем из глубины вырвался огненный шар, расталкивая в стороны каменную кладку. Я рванул в переулок и вовремя, потому что в этот момент мощная ударная волна обрушилась на ближайшие строения. Земля затряслась под ногами, с треском выбило стекла в домах, часть крыш снесло, а затем с небес обрушился каменный град из обломков стены.

— Вперед-вперед! У нас мало времени! — взревел Шестерня, первым придя в себя.

Мы выскочили из-за домов и толпой помчались к крепости. В стене зияет огромная дыра. Я только сейчас заметил, что мне пришло сообщение о смерти нескольких серафимов, видимо, они оказались в эпицентре взрыва, в ином случае их крепкие тела с огромным числом очков жизни выдержали бы. Попадание трехсоткилограммового шара со скоростью в двести метров в секунду и последующая детонация взрывчатки, эквивалентной тонне тротила, не оставили им шансов.

Время начало обратный отсчет. Взрыв ощутил и услышал весь город, и тем более те, кто сейчас сражается с повстанцами. Если мы быстро не сможем убить короля, то королевская гвардия добьет повстанцев и отправится в замок, и тогда нам несдобровать — сбежать не получится.

Мы ворвались внутрь крепости, некоторые серафимы только-только выбрались из-под завалов, но на них тут же навалились по двое рыцарей смерти. Серафимы же с другой части стены еще не подбежали, но опять же из-за взрыва и уничтожения части стены, а также нашего стремительного прорыва, противники полностью дезорганизованы, нападают вдвоем-втроем.

Со стены сбежал мощный, на голову выше остальных, серафим, над его головой приписка — герой. Он ведет за собой отряд из десяти бойцов, кричит, раздавая команды и пытаясь организовать сопротивление.

Я спикировал вниз, использовав десяток гравитационных разрывов, выпуская их автоматной очередью. Группа резко затормозила. Вскинув головы, они увидели приближающиеся заклинания и прыснули в стороны, но из-за того, что до этого стояли в плотной группе, некоторые не успели, и по каждому прилетело по черному шарику. Пространство стало искажаться, землистого цвета кожа полопалась, забрызгивая зеленой кровью пространство, послышались стоны боли.

Несколько стрел больно тюкнули по нагруднику, а одна впилась в плечо, я зашипел, поглядел вперед. На стене застыли трое лучников, что, видимо, служат прикрытием тем воинам, которых повел вперед герой. Я прервал атаку и рванул вверх и в сторону.

В этот миг десять огненных шаров ударили по отпрыгнувшим воинам. Чума вообще какой-то монстр: управляет десятками рыцарей смерти и личами, следит за обстановкой и мгновенно реагирует, как будто у нее в голове компьютер, что успевает за всем уследить и всем раздать разные команды. Вот и сейчас мгновенно среагировала: как только я атаковал, она, увидев, что серафимы отпрыгивают, дала команду личам, и они ударили в те места, куда должны были приземлиться отпрыгнувшие. Так что когда их ноги коснулись земли, в них тут же врезались огненные шары.

Надо отдать должное вражеским воинам. Они всё же попытались как-то защититься: одни рубанули мечом, и тем самым заклинание активировалось в полутора метрах от них, другие попытались просто защититься, перевернув меч плашмя и попытавшись прикрыться им как щитом, третьи уклониться, но у них это не получилось — не хватило скорости.

Группа из пяти рыцарей смерти и пяти личей двинулась в сторону серафимов, начав быстро нападать и убивать раненых и обожженных, не давая им времени вновь собраться в группу. Ласка выпрыгнула вперед, пулей промчалась до героя, топоры обрушились на него сверху. Серафим вскинул двуручный меч. Раздался звон. Резко дернув мечом, он отбросил топоры и ударил в ответ. Девушка отпрыгнула, острие меча прошло в нескольких волосках от нее.

Я рванул было на помощь, как краем глаза заметил движение, резко сманеврировал, действуя на инстинктах, мимо пронеслись стрелы. Лучники точно не дадут мне отвлечься.

Внезапно я увидел, как Шестерня, растолкав сражавшихся на стене серафимов и рыцарей смерти, рванул с рыком вперед. Серафимы и хотели бы помчаться за ним, но в таком случае им в спины ударили бы рыцари смерти, так что им пришлось остаться и сражаться.

Лучники заметили мчащегося на них воина, вскинули луки, но тут снизу прилетели несколько огненных шаров. Стрелки в последний момент, почувствовав опасность, прыгнули вперед, уходя из-под атаки, прямо навстречу Шестерне. Меч парня ударил быстро и сильно, нанеся серьезную рану на груди одному из них. Двое других отпрыгнули и выстрелили в упор. Отремонтированный щит поднялся, и стрелы со звоном отлетели от него. Тем временем Вишня, ловко запрыгнув на зубцы стены, двумя прыжками обошла дерущихся воинов-серафимов и рыцарей смерти и помчалась с хмурым выражением лица к Шестерне на подмогу.

Я рванул к девушке, что отчаянно, но при этом с улыбкой на лице сражается с серафимом-героем. Порою Ласка слишком отрывается от реальности, полностью посвящая себя сражению. Впрочем, сейчас ее атака, поначалу показавшаяся мне безумной, уже таковой не кажется, потому что за героя дают много опыта. Мы сейчас получаем его меньше, потому что немалую часть серафимов убивают рыцари смерти и личи, а нам не только важно прорваться на следующий этаж, но и по возможности стать как можно сильнее — неизвестно, как еще там повернется и, может, нам и правда придется сражаться с Чумой.

Я налетел со спины, выбросил руку вперед и ударил гравитационным проколом. Внезапно серафим-герой присел, атака, что должна была поразить его в грудную часть, прошла над головой. Он резко развернулся и, вставая, нанес быстрый удар двуручным мечом наискось, я спешно отлетел назад, лезвие с силой чиркнуло по доспеху. Ласка в этот момент попыталась воспользоваться тем, что противник отвлекся, и атаковала его со спины, но внезапно два щупальца с надетыми на них остроконечными насадками из адамантия изогнулись в обратную сторону и отбили удары топоров, остальные вытянулись и попытались ранить девушку, но она вовремя отпрыгнула.

Я вновь налетел, атаковал ударной волной, но серафим-герой стремительно ушел в сторону от удара, который прошел дальше прямо в сторону Ласки. Глаза девушки раскрылись в удивлении, она тут же отпрыгнула назад, но даже так воздушная подушка, пусть и сильно ослабнув, ударила по ней и оттолкнула дальше. Пролетев пяток метров, Ласка приземлилась на ноги и проскользила еще пару метров.

Тем временем серафим-герой атаковал меня слева, я рванул вверх и вправо, острие меча больно рубануло по руке, теплая кровь тут же потекла из раны к пальцам. Я зарычал, сформировал гравитационный разрыв и, подхватив его с помощью телекинеза, рванул к противнику. Ласка тем временем вновь атаковала его чередой быстрых ударов, но серафим-герой отбил их все, после чего резко ткнул мечом. Ласка отпрыгнула, пытаясь уклониться. Раздался звон, клинок ударил об нагрудник, но пробить не смог, девушку отбросило на несколько шагов. Я тем временем метнул гравитационный разрыв, он как раз поравнялся с телом серафима. Тот резко обернулся в мою сторону, наши взгляды встретились, и я сделал легкий жест пальцем. Глаза противника раскрылись в удивлении, он скосил взгляд и увидел, как шарик ударил в бок. Пространство исказилось, из разорванного бока плеснула кровь.

В этот миг вновь напала Ласка. Серафим с легким стоном боли развернулся, отбил удары и хотел контратаковать. Но мой шарик вновь ударился в спину. Противника выгнуло, чем воспользовалась Ласка, и топоры обрушились на парня, пробив кожу на груди и погрузившись неглубоко в плоть.

— Тим, Ласка, быстрее! — раздался крик Шестерни. — У нас мало времени.

— Нужно разобраться с этим, — ответил я, наводя очередной гравитационный разрыв.

Серафим-герой взревел то ли от боли, то ли от обиды и набросился на Ласку, как берсерк. Я попал еще одним заклинанием, но противник словно забыл о боли или настолько сильно возжелал покончить с Лаской, что не обращает на это внимания.

Я рванул вперед, понимая, что обычными гравитационными разрывами буду еще долго его колупать, а так он загонит девушку в угол и начнет избивать. Но раз он не обращает внимания на мои атаки, то тогда мне будет проще.

Я подлетел почти в упор, направил руку в сторону противника. Серафим-герой, не останавливая напор, ударил мне щупальцами навстречу. Я извернулся, пропустив три, еще два ударили в бедро и по нагруднику, а третье почти ударило по перчатке, дабы отбросить ее в сторону, чтобы удар не прошел, но в этот миг справа от меня блеснул меч, раздался хруст, и щупальце, так и не достав до руки, упало на землю. Я использовал гравитационный прокол, одновременно глянув направо. Шестерня бодро улыбнулся, после чего нанес еще один удар.

Серафим-герой понял, что добить Ласку не успевает — мы убьем его раньше — с ревом обернулся по часовой стрелке, нанеся горизонтальный удар. Но Шестерня ловко подставил свой клинок. Раздался тяжелый звон и гул клинков. Серафим-герой удивленно глянул на здоровенного Шестерню. Видимо, впервые в жизни кто-то умудрился устоять после его удара.

Я нанес очередной гравитационный прокол. Серафим-герой вздрогнул, изо рта выплеснулась кровь и тут же налетела Ласка, перейдя в контратаку. Противник закрутился, нанося удары, но его движения чуть замедлились. Мы стали по очереди нападать с трех сторон. Серафим-герой рычит, отмахивается мечом, кровь плещет на камни, движения его становятся все более вялыми.

Я уклонился от очередной атаки, Шестерня улучил момент и с рыком прыгнул вперед. Меч вонзился в грудь серафиму. Тот вздрогнул, кашлянул зеленой кровью, из ослабевших пальцев выпал меч. Дрожа, руки поднялись и резко схватили Шестерню за горло, но сделать серафим ничего не успел, потому что сзади с глухим стуком ударил топор, погрузившись в голову. Глаза серафима закатились, ноги подогнулись, и он упал на землю. Мы получили по очередному уровню. Сколько их вообще, я не смотрел, да и времени на это нет. Главное, что мы мгновенно восстановили очки жизни и выносливость.

— Фух, эти элитные воины все же жесткие, — прохрипел Шестерня. — Ладно, идем внутрь.

Мы рванули к входу в донжон, у которого застыли Чума с двумя рыцарями смерти. Остальные справа и слева сражаются со стражами. Можно, конечно, продолжить биться и попытаться полностью зачистить крепость, но на это уйдет много времени, а к тому моменту, разгромив повстанцев, сюда подтянутся подкрепления.

Большая двустворчатая дверь со скрипом приоткрылась. Первыми рванули Ласка и Шестерня, затем Чума с рыцарями, мы с Вишней последние. Перед тем как закрыть дверь, я оглянулся. Рыцари смерти постепенно отступают, встав полукругом, их поддерживают личи, но серафимы отчаянно напирают, и рано или поздно они победят. За это время мы должны прорваться и сбежать на нижний этаж или убить хозяина этажа и спуститься ниже.

Замок внутри оказался довольно прост: каменные стены и пол, головы диковинных животных на стенах, факелы.

Мы помчались по коридору, открыли дверь и ввалившись в следующий. Справа и слева тянутся двери, а в конце вход в тронный зал, перекрытый крупной деревянной дверью, обитой железом. Справа и слева от нее застыли два воина. Увидев нас, они тут же опустили алебарды.

Мы подбежали, но рыцари смерти резко остановились в пяти шагах, а я метнул огненный шар. Вспыхнуло пламя, осветив округу. Из-за того, что уклоняться особо некуда, оба серафима попали под заклинание. Зарычав и поняв, что их так и будут расстреливать, они бросились в атаку. Алебарды со звоном ударили по щитам рыцарей смерти.

Ласка ловко перепрыгнула через дерущихся и оказалась за спиной одного из серафимов. Затем ее трюк повторил Шестерня, пусть у него получилось и не так элегантно. Рыцари смерти нанесли по удару, серафимы приняли мечи на металлические древки алебард, а тем временем в спину им ударили Ласка и Шестерня. Серафимов выгнуло от боли, один развернулся, а второй продолжил сражаться с рыцарями смерти. Бой не продлился и десяти секунд, численное преимущество, да и силовое тоже, сделали свое дело. Хотя не только в этом дело. Как обычно бывает с новыми опасными противниками в тех же ММОРПГ: поначалу сложно сражаться, не знаешь, что от них ждать, какие атаки применяют и сколько урона наносят. Но постепенно привыкаешь к движениям, поведению и тому, какие боевые навыки используют, и даже если твой персонаж не изменился в силе, уже придумываешь стратегию, как убивать монстров и делать это быстро. Вот и мы уже привыкли к действиям противников, и справляться с серафимами стало значительно проще.

Завалив противников, мы подбежали к дверям. Рыцари смерти синхронно ударили в них плечами. Раздался треск, а затем створки раскрылись, в сторону отлетел металлический засов вместе со скобами и здоровенными болтами. Засов из адамантия, и вряд ли его можно было сломать, только вот строители прикрепили скобы к деревянной двери, видимо, не подумав, что засов-то и не обязательно ломать, достаточно сильно ударить, чтобы скобы просто вырвало. Ну, видимо, такую дверь и системы защиты еще никогда не проверяли на прочность, а подобные неочевидные вещи не всегда можно предусмотреть. Думаю, после нас следующий глава этого замка поменяет деревянные двери на какие-нибудь адамантиевые. Впрочем, я уже даже знаю, как пробраться даже через такое препятствие — разрушить стену и сделать проход рядом с дверью.

Мы ворвались в просторный зал, площадью где-то с половину футбольного поля. Большие толстые колонны подпирают потолок, в центре зала трон, к которому от двери ведет красная ковровая дорожка. На троне восседает мускулистый здоровенный серафим. На голове у него полоска волос, в левом ухе золотая серьга, слева к трону приставлена секира. По бокам от трона стоят два мрачных серафима, над головой у каждого красуется надпись «Серафим-герой». Над головой же короля его имя красным:

Вак

Позади трона небольшое пространство и еще одна двустворчатая дверь.

— Чужаки. Как интересно. Тебя я помню самка, ты уже нападала. Ты опасна. А это новенькие. Привела подкрепление.

— Ты в меньшинстве, и перевес сил на нашей стороне, — Выйдя вперед, произнес Шестерня. — Дай нам пройти на нижний этаж, мы не станем тебя убивать.

Вак рассмеялся, медленно поднялся с трона, схватил секиру.

— Верно. Если вы не менее опасны, чем эта женщина, то у нас действительно проблемы, только в прошлый раз мы опасность недооценили, сейчас же наоборот.

— Тогда пропусти нас.

— Увы, нет. Мой священный долг — не только править народом, но и охранять спуск, ибо сказано в пророчестве: когда чужеземцы спустятся ниже, то наступит конец света. Я не могу этого допустить.

При этих его словах мы коротко переглянулись.

— Ладно. Возьмите на себя этих двух, а я займусь королем, — сказала Чума.

Раздался мощный треск, створки позади трона резко открылись и с хлопком ударились о стены. Из темного прохода вылетел клуб пыли, затем раздался противный клокочущий рык, настолько низкий и громкий, что пробрал до костей, заставив все сжаться внутри.

Тяжелой поступью на свет вышел трех с половиной метровый монстр, покрытый зелеными чешуйками. Он напоминает продукт скрещивания динозавра и человека, что-то типа гуманоидного ящера. На нем адамантиевый нагрудник, а в руках здоровенный двуручный меч. Кого-то подобного мы раньше уже встречали — это лазирады, но у них более звериная форма, что ли — вытянутая морда, хвост, а этот более гуманоидоподобный. Между ним и лазирадами такая же разница, как между человеком и обезьяной — вроде и те и другие приматы, но все же различия очевидны.

— Наш хранитель, наш великий господин, после нижайшей просьбы решил присоединиться к нам и ждал, когда вы придете, — произнес Вак, довольно улыбаясь. — Теперь вы все умрете.

Я почему-то забыл, что на этажах есть простые монстры, элитные боссы и, конечно же, хозяин этажа. Почему вы вообще решили, что именно Вак хозяин? Но нет, он всего лишь босс, а вот настоящий хозяин — это ящер.

Хозяин четвертого этажа, Меафид.

Глава 22

Хозяин четвертого этажа. Часть 1.

Порою задаешься вопросом, а что такое «удача»? Что это в представлении обычных людей? Событие, что спасает или дает прибыток здесь и сразу? Копнул лопатой и нашел клад. Купил билет и выиграл в лотерее. Попал в передрягу, но внезапно из-за угла появилась толпа знакомых, что просто проходили мимо, и они спасли тебя от проблем. А неудача — всё то же самое, но со знаком минус. Сундук оказался пустым, поставленные фишки на рулетке оказались не проигрышном числе, а знакомые не появились, и тебя отметелили в переулке. Проще говоря, удача в понимании большинства — это сиюминутное случайное положительное событие.

Но если посмотреть на длительные последствия таких событий, то иногда случается так, что удача может превратиться в неудачу и наоборот. Например, спортсмен-бегун сломал ногу так, что не смог бегать дальше и даже оказался прикованным к инвалидному креслу, но вследствие этого увлекся научной деятельностью и стал крупным ученым. Оглядываясь в прошлое, можно было бы отметить, что бегуном он был средним и чемпионом бы точно не стал, а вот став ученым, раскрыл свои таланты и стал известным в этой области. Обычно в таких случаях говорят, что «не было бы счастья, да несчастье помогло». То есть неудача привела к истинному счастью. И если рассматривать удачу под другим углом — что это что-то, что в итоге приводит к богатству, славе или просто к счастью, то разве такое событие, как перелом ноги, что заставил уйти из деятельности, в которой не светило каких-то перспектив, в деятельность, которая их принесла, — можно назвать неудачей? По логике — нет, но все равно перелом ноги назовут неудачей.

Можно, кстати, привести и обратный пример: человек, получивший мгновенный прибыток, например, выигравший в лотерее, впоследствии разругался из-за денег с родственниками и растратил их на всякие глупые покупки и в итоге стал одиноким и бедным. Так разве его победу можно назвать удачей? Наверное, многие скажут, что просто на моменте победы в лотерее он исчерпал удачу, а дальше пошли неудачи, вместо того чтобы признать, что именно победа и оказалась для него неудачей.

Так происходит потому, что люди живут настоящим и сиюминутным, возможно, в силу как раз скоротечности жизни.

Как бы то ни было, но я всё время почему-то считаю, что мы то и дело попадаем в передряги и нас преследуют неудачи. Планы рушатся внезапными неприятными сюрпризами, постоянно ходим по лезвию бритвы, но если взглянуть на в перспективе — мы всё еще живы. Если бы не та неудачная встреча с боссом слизней, когда я только-только попал в разлом, то мое восхождение вообще бы не началось — я бы не нашел в нем артефакта.

Я посмотрел на Меафида. Опасный, ужасный хозяин четвертого этажа бездны. Даже с хозяином третьего — драконом — пришлось туго, а с этим-то и подавно. Да, мы тоже с того момента стали чуть сильнее — только во время сегодняшнего штурма я получил два уровня и достиг 192-го, но хватит ли этого? Не уверен. Если поглядеть на эту ситуацию взором обычного человека — это явно наша неудача. Но лучше не впадать в уныние, кляня судьбу за очередную подлянку, а еще лучше подумать, что, возможно, это, наоборот, наша удача, которая в итоге приведет к еще большему профиту, но только в будущем, когда выкрутимся из нынешней ситуации.

— Переигрываем план. Чума, возьми на себя короля и свиту — с твоими силами ты быстро с ними справишься, а мы пока задержим хозяина четвертого этажа, — сухо сказал Шестерня, поднимая щит и меч.

— Не умрите, пока я расправляюсь с корольком, — хищно улыбнувшись, сказала она.

Мгновение мы смотрели друг на друга, а затем резко рванули навстречу врагам.

Рыцари смерти столкнулись с элитными серафимами, Чума же резко остановилась, а затем отпрыгнула назад и как раз вовремя — секира противника чуть не задела ее. В этот миг из пола справа и слева вылетели два призрака и схватили серафима за ноги, а Чума выдохнула фиолетовое облако.

Мы же рванули было к Меафиду, но тот тут же оказался перед Шестерней, я даже не успел понять, как это произошло. Только хлопок воздуха, как при преодолении звукового барьера подсказал, что противник все же не телепортировался, а просто стремительно переместился. Двуручник обрушился на Шестерню, раздался тяжелый звон и скрежет. Ноги парня подогнулись, он упал на колени, его буквально чуть не сложило, а из сочленений в доспехах вниз потекла кровь.

— ЛЕША! — в ужасе закричала Вишня.

Меафид повернулся к девушке, взмахнул мечом. Перед моими глазами пронеслось видение того, как быстрым рассекающим ударом он срубает ей голову. Ласка подскочила со спины, а я направил перчатку на врага, но с холодком понимаю, что ни я, ни она не успеваем ничего сделать. Меч стремительно ударил и… отскочил обратно, так и не коснувшись девушки.

— Сфера абсолютного отрицания, — прошептала Вишня. — Тим, быстрее помоги Шестерне, я смогу держать заклинание не больше тридцати секунд — слишком мощный монстр.

— Я в порядке, — откашливаясь, сказал Шестерня, поднялся, достал зелье лечения и лихо выпил его.

Уменьшившиеся было на четверть очки жизни вернулись в норму.

Меафид тем временем вновь взмахнул мечом и ударил по полупрозрачной сфере, но все с тем же результатом — меч опять отскочил от нее. Он оскалился, начал что-то говорить, но прелесть сферы в том, что она отрицает все. Так что ни звона меча, ни его ругательств мы не слышим.

Время быстро начало обратный отсчет.

Я рванул вперед и использовал заклинание земляной стены, затем чуть сместился, еще одно, и еще. Откат заклинаний одна секунда, так что я смог быстро окружить его первым слоем, затем вторым. Тут же соорудил второй этаж, полностью скрыв ящера. Из-за того, что он не маленький, пришлось окружать его не четырьмя, а пятью стенами, впрочем, и этого хватило. Глянув на время и увидев, что осталось пять секунд, я взлетел над сооружением, создал еще одну земляную стену прямо над дырой, затем еще и еще — замуровывая сверху. Создаваемые стены стали частично обрушаться, заполняя свободное пространство, а частично так и остались, опираясь на сферу. Но как только она исчезнет, кубометры песка обрушатся вниз.

Я остановил создание стены, когда осталось меньше секунды, и как только отсчет дошел до нуля, оставшаяся часть стены сверху рухнула вниз. Раздался грозный рык. Несколько секунд ничего не происходило, а затем вверх ударил поток зеленого пламени, что тут же расплавил песок. Пламя двинулось по кругу, вырезая дыру. Видимо, монстр сначала попытался просто растолкать песок, но снести стены из песка толщиной в четыре метра — задача не такая уж и простая, к тому же он изначально был стеснен со всех сторон. С разбегу, может быть, и снес, а вот так нет. И, видимо, решил прибегнуть к более радикальному методу. Как только часть песка сверху, оплавившись, стала осыпаться, а поток пламени исчез, я тут же стал выпускать черные шары, не целясь, — да это и не нужно.

Песок взорвался, вверх взметнулась туша монстра, на ходу получая удары моими заклинаниями. Пространство исказилось, Меафид издал протяжный вой, взгляд полный ненависти направился на меня.

Я инстинктивно рванул в сторону, в руке монстра появился сгусток зелёного пламени, которое он тут же бросил с невероятной скоростью. Пламя краем задело плечо, вспыхнуло, жаром обдало спину и затылок.

Получено 12 000 урона.

Я сжал зубы. Всего лишь чуть задело, а столько урона получил. И самое хреновое, что уклониться не получилось. Слишком быстро и точно метает. Я уверен, что успел попасть по нему как минимум полутора десятками гравитационных разрывов, и урона там должно быть под миллион, но Меафид выглядит так, словно не получил ни капли урона.

Монстр тем временем приземлился рядом со стеной, взглядом прошелся по округе, заприметил Вишню и хотел было прыгнуть к ней, но тут сбоку появилась Ласка. Топоры ударили со всей силы в бедро. Меафид взвыл, взмахнул мечом, желая разрубить девушку, но с другой стороны обрушился Шестерня, спрыгнув прямо с земляной стены. Вместо привычных меча и щита в его руках кувалда — та самая, которую в свое время отобрали у Серафима-героя. Она является легендарным оружием трехсотого уровня.

Меафид в последний момент резко отклонился назад, и кувалда просвистела мимо. А нога монстра с силой ударила Шестерню по животу, откинув в сторону. Парня сложило пополам, он упал, прокатился пару метров, но, остановившись, хрипя, с усилием поднялся.

Меафид тем временем вновь переключился на Ласку, которая опять попыталась его атаковать. Меч обрушился на девушку, что уже взмахнула топорами. Она почувствовала опасность, рванула прочь, но удар оказался слишком быстр, и острию удалось зацепить ее плечо и со скрежетом пройтись по нагруднику.

Я метнул гравитационный разрыв, как всегда, пользуясь тактикой — сначала приблизь заклинание и только потом атакуй, потому никак не смог помочь девушке, но вот как только гравитационный разрыв оказался рядом с противником, я резко его перенаправил. Монстр успел почувствовать опасность и, к моему удивлению, даже почти уклонился, резко извернувшись, и это при том, что заклинание полетело с расстояния в метр со скоростью пистолетной пули. Гравитационный разрыв чиркнул по спине и активировался, исказив пространство и нанеся монстру урон, только вот Меафид лишь поморщился, словно от неприятного, но в целом не нанесшего никакого урона тычка. Черт, да сколько у него очков жизни? Десять миллионов? Сто?

Шестерня опять бросился на Меафида с кувалдой наперевес, с другой стороны прыгнула Ласка. Меч хозяина этажа с силой врезался в доспехи Шестерни, отбросив его и даже несмотря на защиту снеся треть очков жизни. В Ласку же врезалась нога, отбросив ее. Я тем временем опять метнул заклинание, но взгляд монстра тут же уловил его, открылась жуткая пасть, и из нее вылетело пламя, что тут же уничтожило заклинание на подлете, а затем пламя сместилось, заставив меня резко рвануть прочь. Я сделал вираж, но все равно огонь задел бок, и, несмотря на всю магическую защиту, мне прилетело почти десять тысяч урона.

Такими темпами мы не продержимся и минуты. Нужно что-то кардинально менять. Конечно, можно понадеяться на то, что Чума справится за это время с серафимами, но что, если нет? Всегда нужно делать так, чтобы не полагаться и не зависеть от других. Причем в любых вопросах. Помощь должна облегчить выполнение задачи, но задача должна быть выполнена при любых раскладах — в том числе, если по каким-то причинам помощи не будет.

— Ничтожные смертные букашки, как вы смеете сопротивляться мне⁈ — взревел Меафид.

Ему хочется то рвануть и добить Ласку или Шестерню, то попытаться поймать меня. Да, то и дело у него получается доставать одного из нас, нанося серьезное ранение. Вишня лечит, но ее сил и скорости лечения недостаточно — слишком быстро и слишком большие ранения мы получаем. Зелья лечения быстро ушли в откат — принять следующее можно только через несколько минут после принятия первого.

После очередного удачного попадания заклинанием я в ответ получил в грудь мощный огненный шар из зелёного пламени. Оно взорвалось, окутав меня полностью. Жар был такой, словно меня опустили в чан с кипящим маслом.

Я рванул вверх, уходя из огненного ада, хотя это было не обязательно, ибо пламя перестало бы действовать через мгновение, но инстинкты взяли свое.

Очки жизни Ласки и Шестерни сократились до половины, мои же на треть, но это в силу того, что держусь на расстоянии и получаю урон только магией, к которой у меня имеется повышенная защита.

Чума все еще бьется с Ваком, рыцари смерти уже пали, но смогли забрать с собой одного из серафимов-героев. Так что Чума бьется теперь только с боссом и еще одним элитным воином, причем подняв убитого серафима-героя в виде трупа-помощника, призвав летающие черепа, накладывая разные дебаффы и проклятья. А когда противники добегают до нее, то она создает черные вихри и, исчезнув, появляется в другом месте. Посмотреть бы на ее бой полностью, чтобы увидеть, на что на самом деле способна и к чему уязвима, но времени отвлекаться нет.

Я попал очередным гравитационным разрывом, в ответ Меафид выдохнул поток пламени, задев только руку, но так, что боль от нее распространилась по всему телу. Жар и боль были такие, будто вместо костей появился раскаленный металл, что изнутри испек все мышцы, кровеносные сосуды и нервы. На миг от боли вспыхнуло перед глазами. Я вслепую сделал вираж.

Наконец боль поутихла, а зрение вернулось. Ласка атаковала, отвлекая противника от меня. Меафид ухмыльнулся и ловко отпрыгнул. Удивительно, но девушке с ее-то прокачкой почти всех очков в ловкость все равно не хватило скорости, чтобы догнать монстра. Шестерня решил воспользоваться тем, что здоровенный человекоподобный ящер отпрыгнул и находится в полете, потому тоже прыгнул и взмахнул кувалдой.

Он уже начал опускать молот на голову противника, как тот, почувствовав опасность и резко вскинув руку, ударил мечом за спину, попав Шестерне по руке. Раздался скрежет, Шестерню отправило в полет со скоростью пули. Он с грохотом врезался в пол, а Меафид, завершив прыжок, оказался в паре шагов перед ним.

Шестерня вскочил, морщась от боли, его отрубленная левая рука осталась валяться на полу, вместе с ней остался и молот.

«Вот дерьмо! Быстрее, Ласка!» — написал я и рванул вперед.

Меафид, громко зашипев, явно от удовольствия, не дал парню уйти, обрушив на него меч. В последний миг в правой руке Шестерни материализовался помятый щит. Раздался тяжелый звон, под тяжестью удара Шестерня упал на одно колено, простонал сквозь сжатые зубы.

Меафид вновь поднял меч, чтобы добить его, но в этот момент мы налетели с двух сторон. Я выпустил очередь из гравитационных разрывов. Меч ящера блеснул и мгновенно пронесся, разрубив все выпущенные заклинания и активировав их, пространство исказилось, так и не достав до противника. Острие клинка садануло даже мне по нагруднику. Меня отбросило на несколько метров. Одновременно с ударом мечом монстр развернул голову к Ласке и выпустил поток пламени. Девушка, так и не завершив атаку, отпрыгнула назад, а затем заметалась по залу. Зеленая струя пламени, петляя, устремилась за ней, пытаясь догнать.

Враг слишком быстрый и сильный, нужно как-то обездвижить его, чтобы была возможность наносить урон.

Я сформировал ледяной сгусток, метнул в противника. Ящер почувствовал опасность и по привычке попытался разрубить заклинание мечом, чтобы активировать его на расстоянии от себя. Только это была ошибка. Стоило лезвию разрубить сгусток, как по клинку метнулась ледяная волна, что тут же перекинулась на руку, мгновенно покрыв ее слоем льда, а после этого и накрыв все тело.

Правда, обрадоваться я не успел. Меньше чем за полсекунды лед треснул и опал.

Да как же тебя остановить то⁉

Я сжал зубы, выпустил еще одно заклинание, сделав вираж. Оглянулся на Шестерню. Тот, раскачиваясь, поднялся, под ногами натекла лужа крови, а от очков жизни осталась лишь четверть. Вишня уже наложила на него лечащее заклинание. Сама целительница побледнела, ее мана подходит к концу. Оно и понятно — ей постоянно приходится лечить нас на полную мощность, накладывая при этом всевозможные усиливающие баффы. Даже с условием, что она восполнила ману с помощью зелья, все равно ее запасы к этому моменту уже должны истощиться. Еще чуть-чуть, и мы останемся без лечения, после чего быстро умрем один за другим.

— Хэй! Глупый божок! — взревел я, рванув к Меафиду и выпустив несколько гравитационных разрывов.

Ящер развернулся, вертикальные глаза расширились, в них полыхнула ярость.

— Жалкий смертный! — взревел Меафид.

Я рванул прочь, сердце быстро-быстро заколотилось в груди, а внутри все сжалось, позади стремительно стал нарастать приближающийся топот. Я влетел в коридор, промчался еще метров двадцать, пока не почувствовал, что Меафид настиг меня. Резко рванул вверх, меч противника больно резанул по спине, и только броня спасла меня от серьезных последствий.

Сделав вираж, я оказался под потолком вниз головой. Выпустив несколько гравитационных разрывов, по дуге пошел вниз, переворачиваясь обратно. Монстр извернулся, уклоняясь от атак. Я тут же создал земляную стену, затем рванул вперед, проскользнув справа от монстра. Он ударил мечом, но внезапно тот врезался в стену. И пусть камни оказались для такого оружия не проблемой — он разрезал их как пластилин, но все же замедлили атаку, что позволило мне избежать ее и создать еще одну земляную стену. Одновременно с этим я выпустил несколько гравитационных разрывов из перчатки и вновь метнулся к монстру, только обходя его с другой стороны. Он вновь ударил в ярости, но ему опять помешала стена, а я создал еще одну земляную стену. Тем временем в коридор вбежали Ласка с Шестерней, парень сменил щит на меч, глядит мрачно и сосредоточенно. Позади них в проеме, не желая заходить, остановилась Вишня — ей, в принципе, и положено держаться позади всех. Я в третий раз попытался прорваться, но ящер сообразил, что пытаться достать меня мечом бесполезно, потому его рука схватила меня, пальцы крепко сжали горло, да так, что, кажется, вот-вот переломится шея. Я захрипел, дышать стало невозможно, легкие стали гореть, требуя кислорода, а перед глазами начало темнеть. Ящер тем временем отвел руку с мечом, собираясь острием пронзить меня.

Глава 23

Хозяин четвертого этажа. Часть 2.

Слева налетела Ласка, топоры было обрушились на противника, но тот резко ударил ногой девушку в живот, и та, пролетев пару метров, врезалась в стену. С другой стороны тем временем появился Шестерня, меч впился противнику в бок, попав как раз под доспех, клинок вошел лишь на глубину ладони, но этого хватило, чтобы Меафид взревел от боли, а хватка чуть ослабла. Я судорожно вздохнул, сознание очистилось, тут же направил ладонь на сжавшую меня руку. Тем временем Меафид обрушил меч, заставив Шестерню отпрыгнуть. Острие, высекая искры, со скрежетом прошлось по панцирю.

Я использовал встроенный в перчатки гравитационный прокол, он пронзил сжимающую меня руку. Затем еще один, и еще, и еще. Раздался треск кожи, плеснуло зеленой кровью. Меафид взвыл, тут же его пальцы ослабли, и я смог вырваться и рвануть прочь. Монстр рванул следом, но тут перед ним выросла еще одна земляная стена. Он врезался в нее, расшиб, прорвался, да только замедлился и сделал это не моментально, что дало мне возможность еще больше разорвать дистанцию. Ласка, воспользовавшись тем, что противник замедлился, тоже напала.

Я создал еще одну земляную стену, вылетел из-за нее, метнул в противника гравитационный разрыв и нырнул вниз за стену. Меч ударил, разрубая ее, но достать меня не смог. Я услышал рык злобы и обиды, сам рванул в сторону и создал еще стену, а затем еще.

В какой-то момент Меафид внезапно обнаружил, что находится в лабиринте из земляных стен, что противники выскакивают то из-за одной стены, то из-за другой. Перепрыгнуть через стены нельзя, в высоту они почти до потолка. Он попытался ударить плечом и разрушить одну, но она тут же осыпалась, чуть не погребя его.

— Мерзкие смертные, что вы задумали⁉ — взревел Меафид.

— Все то же, что и с самого начала — убить тебя, — прокричал я.

Можно, конечно, попытаться просто сбежать, но не факт, что он не последует за нами на нижние этажи, к тому же опыт за его убийство нам бы точно пригодился.

Высокий, широкий, с длинным двуручным мечом, Меафид оказался зажат со всех сторон. Сражаться просто в коридоре ему из-за габаритов и так было неудобно, а сейчас из-за земляных стен его положение ухудшилось в разы.

— Ваши уловки никак не помогут вам! — осознав свое положение, взревел он.

— Похоже, мы сразу во второй стадии принятия неизбежного — гнев, — прошептал я.

Пользуясь появившимся преимуществом, мы стали поочередно атаковать. Меафид завертелся, попробовал пробежать, но врезался в толстую земляную стену, она обрушилась, обездвижив его, чем мы и воспользовались. Я, подлетев в упор к голове, стал один за другим использовать гравитационные проколы, Ласка атаковала слева в шею, Шестерня приземлился на спину и воткнул меч. Монстр взревел, с усилием поднялся, и мы тут же брызнули в стороны. Яростный удар мечом разрезал лишь пустоту да завяз в еще одной земляной стене.

Я выскочил справа и выстрелил очередью из гравитационных проколов, проверив заодно заряды в перчатке — там осталась половина, а времени подзаряжать нет. Меафид, только-только попытавшийся ударить мечом Ласку, из-за стесненного пространства и препятствий повсюду попасть не смог. Почувствовал опасность, резко развернулся и хотел было дунуть пламенем по заклинаниям, но тут с рыком выскочил Шестерня и рубанул его по ноге. Монстр изогнулся, взревев от боли, шарики один за другим врезались в его тело и сработали, исказив пространство. Лопнула кожа, брызнула кровь.

Сколько очков жизни мы уже отняли у него? Пять, шесть, десять миллионов? Но, похоже, он даже не близок к тому порогу, когда от сильных атак начинаются критические ранения типа перелома костей, отрыва конечностей и прочего.

Ласка отвлекла противника внезапной атакой, я этим воспользовался и создал новую земляную стену взамен разрушенной. Приходится обновлять их, потому что Меафид, размахивая и круша всё вокруг, умудрился таким образом частично расчистить пространство, уменьшая наше преимущество.

В глазах ящера я прочитал чистую беспомощную ярость, как у человека, который хочет расправиться с обидчиком, но не может его достать.

Получив очередной болезненный удар от Шестерни, Меафид взревел, а затем раскрыл рот и выдохнул пламя прямо перед собой. Мощный поток зеленого огня мгновенно проплавил в земляной стене проход, затем в следующей и следующей. Меафид рванул вперед что есть мочи.

— Куда побежал, божок? — прокричал я.

Это было провокационно, но, видимо, инстинкт самосохранения, подсказавший ему, что если бой будет идти по заданному сценарию, то он проиграет, пересилил и заставил забыть о гордости.

— Боги так себя не ведут, — закричал я, помчавшись следом.

«Вишня убегай и прячься!» — написал Шестерня.

Мы вбежали обратно в зал. Меафид на миг остановился в центре. Где-то в стороне продолжают сражаться Чума и Вак. Девушка вовсю его теснит, у противника множество ран, на него нападают не только призраки, но еще и два бывших его подчиненных.

Можно было бы, конечно, засесть в коридоре и дождаться, когда Чума справится с королем, а потом уже вместе напасть на хозяина этажа. Только пока мы сидим, Меафид вполне себе может напасть на Чуму, и против двоих она может не справиться.

Мы медленно разошлись в стороны, беря самозваного бога в полукольцо. Он уже не спешит, видимо, не совсем зазнавшийся идиот. Получив хороший урон в коридоре, где он не мог ничего сделать, и мы атаковали его, как только хотели, Меафид перестал недооценивать нас и опасность, которую представляем.

— Мелкие смертные, я, бессмертный божественный страж Меафид, клянусь, что убью вас медленно и мучительно.

Я, пользуясь паузой, вовсю заряжаю перчатки. Начал это еще в тот момент, когда он стал прожигать себе проход из коридора, чтобы пробиться обратно в зал. Меафид направил взгляд на меня, видимо, не любит долгие и длинные речи, потому что в следующий миг резко расплылся в пространстве. Я ожидал чего-то подобного, потому тут же задействовал заклинание земляной стены, а сам нырнул вниз. Раздался глухой стук, песок ударил во все стороны, как от мощного взрыва. Меафид на полной скорости пробил стену, но я и не ожидал, что она его остановит, задача была замедлить, что у меня и получилось. Его яростный взгляд направился на меня, но тут слева появилась Ласка, а я выпустил вперед ледяной сгусток. На миг монстра сковал лед. И пусть он тут же разрушился, но это дало те самые мгновения, чтобы Ласка смогла опередить его. Топоры врезались в плечо, оставив две глубокие кровоточащие раны, а затем Ласка, легко оттолкнувшись от его тела, прыгнула в сторону. Меафид запоздало взмахнул мечом, и его острие не достало Ласку.

Я рванул прочь, пока Меафид вновь не переключил внимание на меня. Взлетев повыше, сделал вираж и, найдя взглядом противника, спикировал к нему. Меафид напал на Шестерню, Ласка подскочила с другой стороны. Монстр по привычке лягнул ногой, но девушка уже успела привыкнуть к такому приему, потому заранее рубанула топорами. Нога врезалась ей в живот, и одновременно с этим топоры врубились в ногу.

Меафид резко ударил мечом, но в этот миг ледяной сгусток влетел ему в спину, в мгновение ока покрыв монстра слоем льда. Меч за долю секунды застыл в нескольких пальцах от Шестерни, и тот успел этим воспользоваться, сместившись в сторону. Двуручный клинок рассек пустоту и погрузился в каменный пол. Шестерня же рубанул по запястью. Перерубить не смог, но оставил неприятную кровоточащую рану.

Вообще я заметил, что Меафид, пусть и ненамного, но стал медленнее. Видимо, полученные ранения всё же сыграли свою роль.

Но не только это помогает нам. Уже какое-то время посражавшись, мы смогли понять его стиль, войти в ритм, а также нашли эффективные способы атаки по нему, замедлению с помощью тех же земляных стен и ледяных сгустков, а также поняли, как он будет реагировать.

Правда, и нам непросто дается этот бой. Показатели маны у меня упали до половины, Ласка тоже потихоньку выматывается — ее выносливость из-за интенсивных атак и уклонений опустилась ниже пятидесяти процентов. И только Шестерня пока ещё бодр, но это у него в силу того, что развивал в основном телосложение и его показатель выносливости изначально чрезмерно высок.

Вишня же, передохнув, пока нам особо не нужно было лечение во время сражения в коридоре, частично регенерировала ману, но все равно ее мало. Благо уже скоро кулдаун на использование зелья, восстанавливающего ману, закончится.

Сделав вираж, я уклонился от огненной атаки, метнул в ответ гравитационный разрыв. Ласка тем временем подскочила к противнику, сделала вид, что атакует, но тут же отпрыгнула, и меч с грохотом опустился там, где она была секунду назад. Шестерня подскочил с другой стороны. Я дал команду заклинанию, и оно, пролетевшее было мимо, резко сместилось в сторону Меафида и врезалось в шею. Пространство исказилось, монстр взвыл и из-за пусть и неприятного, но внезапного укола боли ударил ногой запоздало, и потому Шестерня успел всадить клинок под доспех в районе почки. Мощный удар отбросил его в сторону, в этот миг Ласка вновь оказалась перед противником и рубанула по ноге, я же завис над противником и выпустил еще одно заклинание.

— Арррр! Грязные твари! Ничтожные букашки! Я уничтожу вас, разорву! — взревел Меафид, когда мое заклинание попало по нему, а Ласка рубанула по ноге.

Его зрачки сузились.

«Он переходит во вторую фазу! Будьте осторожны!» — написал Шестерня.

Его рык усилился настолько, что завибрировали стены, меч со звоном упал на пол, когти на ногах и руках удлинились и почернели. Ящер резко встал на четвереньки, взгляд у него безумный, в нем не чувствуется и капли разума, чистый инстинкт.

У меня холод прошелся по спине.

Он исчез, раздался хлопок преодоления звукового барьера. В следующий миг он появился перед Лаской, снес ее и, пробежав десяток метров, ударил об стену. Девушка вскрикнула, выгнулась, острые когти пробили ее тело в нескольких местах и буквально пригвоздили к стене. Очков жизни осталось четверть.

— Ласка! — закричал я, метнувшись к девушке.

Одновременно со мной помчался и Шестерня. Меафид развернулся на крик, увидел летящее в него заклинание, резко выдохнул поток пламени, что стал толще, чем был до этого. Я рванул в сторону, но оно быстро настигло меня. Я вскрикнул от боли, словно мне рывком содрали всю кожу. Очки жизни стали стремительно уменьшаться. Я сжал зубы, задействовал состояние — владыка хаоса. Почувствовал, как мое тело меняется — вырастают рога и ногти превращаются в когти. Пламя стало ощущаться как нечто знакомое, близкое и материальное, что можно взять и встряхнуть, как какой-нибудь канат. Попробовал мысленно ухватиться за него и прервать поток, но пламя не поддалось.

И внезапно оно исчезло. Шестерня, подлетев, ударил противника в плечо, тем самым через боль заставив отвлечься от меня. Меафид взревел, вырвал когти, которые впились в Ласку и пригвоздили ее к стене. Девушка упала вниз, а на стене остался кровавый след. Монстр развернулся и обрушил на Шестерню яростную атаку. Парень мгновенно сменил меч на щит, подставил его под шквал ударов. От каждого удара на пол сыплются искры, щит и так был покорежен, а теперь от каждого попадания от него стали отлетать куски.

Я, пытаясь отвлечь монстра, выпустил несколько гравитационных разрывов, Меафид повернул голову и, продолжая методично рвать когтями щит, выплюнул в меня пламя, заодно уничтожив мои заклинания.

Я рванул вверх и вправо, заходя противнику за спину, справедливо полагая, что Мефистофель не может поворачивать голову на сто восемьдесят градусов. Струя полоснула по ногам, но и уже было поднялась выше, но наконец я зашел за спину, и движение потока пламени резко остановилось, я вырвался и направил перчатку на противника. Несколько гравитационных разрывов полетело в сторону монстра.

Внезапно Меафид резко подпрыгнул, перевернувшись, и заклинания пролетели под ним. Его лапы уперлись в потолок, он громко рыкнул, затем, оттолкнувшись, налетел на меня. Я даже дернуться не успел, настолько все быстро произошло. Когти ударили в плечо. Руку пронзили одновременно и острая боль, и паралич. Через миг мы врезались в пол. Монстр навалился на меня, вторая рука поднялась, целя мне в шею.

Внезапно слева на Меафида налетел призрак, белесые с черными когтями руки впились в плечо, открылась пасть с таким же рядом черных зубов. Призрак попытался укусить, но Меафид, вырвав когти из моего плеча, ударил рукой. К моему удивлению, призрака отбросило. Надо будет у Чумы спросить, как это вообще работает — почему они могут проходить сквозь стены и в то же время получают ранения и отлетают от ударов.

Пользуясь тем, что монстр отвлекся, я опять взлетел. Тут же почувствовал волну тепла, а очки здоровья начали стремительно восполняться.

Оглянувшись, увидел Чуму, что стоит в паре десятков шагов. Рядом с ней оживленный труп короля Вака, а двое других валяются изрубленные в стороне. Сама девушка, несмотря на то, что ухмыляется, выглядит утомленной, на лбу блестит пот. Заметив мой взгляд, она подмигнула.

В этот миг Меафид набросился на нее. Тень девушки внезапно вытянулась, стала объемной, накрыла ее с головой. В этот миг когти ударили справа, но разрезали лишь тень, что распалась как туман. Справа шагах в двадцати тень на полу вытянулась, и из нее появилась Чума. Девушка вытянула в сторону самозваного бога руку. Несколько призраков рванули на него, так же его атаковал поднятый из мертвых Вак. Монстр взревел, крутанулся, Вака отбросило, а вот призраки на миг замерли, и когти беспрепятственно прошли сквозь них. Похоже, они имеют возможность переключаться между бесплотным состоянием и материальным. Когда им нужно атаковать, они как будто становятся материальными, а чтобы защититься от удара — бесплотными. Но если по ним ударить во время их атаки или просто ударить слишком быстро, чтобы они не успели принять бестелесную форму, то можно нанести урон. Похоже, это работает как-то так.

Монстр, потерявший рассудок и действующий чисто на инстинктах, резко развернулся, почувствовав, что бить нужно не призраков, а того, кто ими управляет и мгновенно преодолел расстояние до Чумы. Девушка опять покрылась тенью, когти монстра вновь рубанули лишь по пустоте. Чуть правее меня начала вытягиваться тень и принимать человеческий облик. Меафид, словно почувствовав это, резко развернулся и в мгновение ока преодолел разделяющее его и девушку расстояние. Я рванул ей на помощь. В момент, когда тень спала и Чума материализовалась, лапа монстра ударила. Ни уклониться, ни вновь уйти в тень она не успевала. Внезапно перед ней выросла земляная стена, лапа ударила в нее справа, и от мощного удара стена словно взорвалась. Я в этот момент, подлетев на полном ходу, подхватил ее за пояс и взмыл в воздух, после чего приземлился в десятке метров.

— Спасибо, Коро… — произнесла она, на миг запнулась и поправила себя: — Тим.

— Теперь мы квиты.

Она несколько мгновений пристально всматривалась в меня. Оно и понятно, впервые видит меня в такой форме — с рогами и измененными зрачками. А затем, опомнившись, резко произнесла:

— Эй, я вообще-то тебя от смерти спасла, а ты меня просто от ранения.

— Я бы не умер в той ситуации. Все, давай, помоги нам убить его.

Я взлетел в воздух.

— Я буду только накладывать дебаффы, у меня не так много маны осталось, — услышал я ее крик.

Монстр тем временем вновь прыгнул, на этот раз в сторону поднявшегося и слегка оклемавшегося Шестерни. Я метнул заклинание. С другой стороны подбежала Ласка и атаковала топорами. Сейчас, когда нас поддерживает Чума, нужно приложить максимум усилий и атаковать всей мощью.

Меафид почувствовал опасность и, резко развернувшись, атаковал Ласку. Девушка отпрыгнула назад, но когти все равно чиркнули по плечу. Если бы не передышка, что мы ей дали, когда отвлекли монстра, и не лечение Вишни, то этот удар мог бы даже отсечь руку, а так оставил только глубокий порез.

Гравитационный разрыв резко врезался в спину, монстр взвыл, развернулся ко мне и прыгнул, мгновенно оказавшись передо мной, и я тут же сбросил с пальцев заранее приготовленное заклинание.

— Гравитационное проклятье.

Меафид рыкнул от неожиданности, чуть присел, а удар нанести не смог, я же направил другую перчатку и использовал ударную волну. От мощного удара голову монстра запрокинуло назад, его даже приподняло и вернуло в прямоходящее положение.

В этот момент слева налетел черный туман. Меафид было дернулся, желая уйти, но все еще не успел привыкнуть к изменившемуся весу, потому черный туман окутал голову на уровне глаз. Шестерня тем временем подскочил и ударил клинком, всадив его на этот раз в бедро. Меафид, рыкнув, отмахнулся когтистой лапой. Раздался звон, и Шестерня, хрипя от боли, улетел на несколько метров, с силой и звоном приложившись спиной о каменный пол.

Я поглядел на наши показатели. У всех осталось по трети очков жизни, показатель маны у Вишни на нуле, у меня же осталась треть — но это только в силу того, что объем маны у меня больше из-за артефакта. Выносливости у Ласки осталась четверть, у Шестерни немногим больше.

' Мы на пределе. Либо наваливаемся всей мощью и давим его сейчас, либо надо бежать', — написал я.

' Тогда атакуем'. — принял решение Шестерня.

Глава 24

Хозяин четвертого этажа. Часть 3.

На таких боссах гравитационное проклятье держится лишь минуту. Прошло двадцать секунд. Времени осталось немного.

Мы атаковали одновременно.

Меафид, все еще ослепленный, зарычал и заметался. Ласка подскочила первая, ловко запрыгнула на спину. Меафид почувствовал это, с рыком чуть подпрыгнул и крутанулся в воздухе, пытаясь сбросить девушку. Ласка охнула и отлетела на несколько шагов. В этот момент монстр как раз встал на четыре лапы и, ориентируясь только на звук, рванул к девушке.

Я налетел сверху, ударная волна врезалась в спину, на лету сшибая противника, лапы подогнулись, и Меафид со всей силы приложился об камень, хорошенько проехавшись мордой. Еще несколько

десятков секунд назад я бы не смог провернуть против него такую атаку — сто процентов он бы либо увернулся, либо я даже догнать бы его не смог. Но она удалась из-за того, что его вес утроился, а также потому, что ему закрыли обзор, что тоже, несомненно, влияет на скорость передвижения, хотя и больше в психологическом плане — оказавшись в кромешной тьме, все инстинктивно не станут носиться как угорелые и, даже если побегут, будут неосознанно держать темп ниже процентов восьмидесяти от максимально возможного, а то и меньше.
Меафид вскочил, развернулся и выплюнул пламя вверх. Я рванул в сторону, и в этот момент подскочила Ласка и со всей силы рубанула противнику по лапе.

— Отойдите, чтобы вас не задело! — раздался крик Чумы.

Я оглянулся, от нее в сторону монстра потек сизый дым.

Ласка отпрыгнула, успев уклониться от яростного удара лапой. Сизый дым коснулся лап, побежал по телу. Я метнул тем временем гравитационный разрыв. Меафид прыгнул вправо, замер, сделал пару шумных вдохов, справедливо решив, что если врагов не слышно и не видно, то нужно хотя бы уловить их запахи. И в момент очередного мощного вздоха к его морде как раз и подобрался дым, который, как уж, ловко юркнул в носовые щели.

Меафид закашлял, захрипел, мое заклинание в этот момент резко ударило в спину. Пространство исказилось, треснула кожа, и плеснула зеленая кровь.

— Он проклят. Я ослабила его и дезориентировала, у него теперь ко всему прочему еще и галлюцинации. Но длиться это будет секунд тридцать. Поторопитесь! — услышал я голос Чумы.

— Навалимся! — прокричал Шестерня, заменяя щит на меч, и бросился к противнику.

Ласка и я тоже атаковали.

Подлетев справа, Шестерня рубанул по шее мечом. Меафид взревел, на пол закапала кровь. Он ударил когтями, но его атака оказалась слабовата и медлительна, и ударил-то он мимо Шестерни.

Дальше атаковала Ласка. Монстр крутанулся, попытавшись ее достать, но девушка отпрыгнула. Он рванул следом, но в силу наложенных дебаффов промахнулся, сместившись на два метра правее от Ласки, и ударил когтями по воздуху.

Подбежал Шестерня, рубанул хозяина этажа по лапе и тут же отпрыгнул, сменив меч на щит. Монстр с ревом развернулся, ударил лапой. Острые когти проскрежетали по щиту. Я резко опустился на спину монстру и, направив перчатку, использовал гравитационный прокол. Меафид взревел, подпрыгнул и крутанулся в воздухе, сбрасывая меня, только в отличие от Ласки я умею летать, так что чуть приподнялся, посмотрел, как противник перевернулся подо мной и вернулся в исходное положение, после чего я опять спустился и вновь атаковал.

Тем временем с двух сторон его так же атаковали Ласка и Шестерня.

Монстр взревел, но на этот раз в нем появились нотки обиды и даже страха. Я выпустил еще один гравитационный прокол, Ласка и Шестерня по очереди рубанули по лапе. Монстр сначала врезал в ответ Шестерне, но тот снова успешно блокировал щитом большую часть урона, Ласка же смогла уклониться.

Еще прокол, еще один. Из разорванной раны вверх плеснула кровь. Монстр выгнулся, лапа метнулась за спину. Я тут же отлетел, а Меафид развернулся и выпустил струю пламени, но мимо. Я же, поднырнув под атакой, вновь приблизился и направил руку в челюсть противнику. Гравитационный прокол исказил пространство, вогнув челюсть внутрь и конусом вытянув голову в районе затылка. Раздался хруст, челюсть искривилась, кости пробили кожу, а огненный поток прервался.

Монстр заверещал, лапа налетела справа от меня, мощный удар когтей пробил руку насквозь. Я сжал зубы, чтобы не закричать, а затем меня отправило в полет. Борясь с болью, я отдал мысленную команду, и металлическая доска резко рванула в сторону и вверх. Сделав вираж, я застыл под потолком. Ласка и Шестерня воспользовались тем, что монстр отвлекся на меня, подскочили и одновременно ударили по лапе. Парень с одной стороны, девушка с другой. Раздался хруст, и задняя лапа Меафида отлетела в сторону.

Монстр заверещал так, что на миг заложило уши.

Я рванул вниз к хозяину этажа. Внезапно с его глаз спала пелена. Я выставил руку с перчаткой вперед, противник пришел в себя все дебаффы спали, он резко повернулся в мою сторону. Лапа рванула было вперед, но внезапно двое призраков налетели и вцепились в нее. Монстр взвыл, а я оказался перед ним. Ударная волна с силой врезалась в лицо. От мощи удара Меафида приложило о землю. Он, зарычав, приподнялся, на полу осталась кровавая лужица, в которую потекла тонкая струйка с нижней челюсти. Он резко, насколько позволяли три оставшиеся конечности, крутанулся, призраки оторвались от него, а в следующий момент он крутанулся второй раз, рассекая когтями противников, после чего с ходу прыгнул в мою сторону. Меафид взмахнул лапой, я попытался отлететь, и это почти получилось, когти прошли рядом с пахом, отчего у меня всё сжалось, после чего зацепились за доску и разрубили ее.

— Ой-ей! — охнул я.

Меня замотало в воздухе, я не сразу сообразил, на какую из половин доски действует заклинание. Внезапно зал перед глазами перевернулся несколько раз, и я с силой ударился об пол. Вскочил, нашел взглядом Меафида. Он замер в десяти шагах от нас. Дышит тяжело, с хрипом, из отрубленной лапы все еще сочится кровь. И только сейчас я заметил, что к нему вернулся рассудок. Меафид чуть качнулся, но лапы сжались, когти впились в камень пола и не дали ему упасть. Монстр глянул на отрубленную лапу, потом на валяющийся в стороне меч и, видимо, понял, что от оружия нет толку.

— Мелкие смертные, как вы посмели такое сделать со мной?

Справа от меня встала Ласка, слева Шестерня и Вишня. Чума встала в трех метрах от нас, выпрямилась и всем видом пытается показать, что ни капельки не устала, правда при ней нет ни призраков, ни поднятых мертвецов, а сама дышит тяжело, пот блестит на лбу.

— Вы обязательно расплатитесь за это. Не думайте, что уйдете живыми!

Я напрягся. Монстр резко подпрыгнул, оказавшись под потолком. Когтистые лапы направились в нашу сторону. Между ним возникла зеленая точка, которая мгновенно выросла в огромный шар пламени.

— Испепеляющее солнце хаоса! — взревел Меафид.

У меня холод прошелся по спине.

— Бежим! — прокричал я.

Но было поздно, заклинание сорвалось и за секунду достигло пола рядом с нами. Эх, если бы у сферы абсолютного отрицания не было такого долгого отката, можно было бы ее сейчас использовать для защиты, но, увы, вновь использовать это заклинание Вишня сможет только на следующий день. Шар деформировался от удара, а потом лопнул, и поток пламени вырвался вперед и огромной волной накрыл нас и всю округу. Я взвыл от боли. Очки жизни стремительно стали сокращаться. Я все еще нахожусь в состоянии «владыки хаоса», потому чувствую пламя как нечто живое, что может быть частью меня. Я в отчаянной попытке попытался ухватить его и обуздать, но не получается, потому что слишком велика разница в силе между мной и использовавшим это заклинание Меафидом.

Внезапно справа я почувствовал что-то знакомое, что-то близкое и родное.

«Тим, со мной происходит что-то странное, я странно себя ощущаю, я чувствую пламя, что жжет нас, как будто оно живое!» — появилось сообщение от Ласки.

«Ты чувствуешь меня тоже? Быстро ориентируйся на это ощущение и пытайся схватить это пламя и подчинить!»

Я вновь сосредоточился и мысленно попытался остановить огонь. Внезапно почувствовал, словно кто-то встал за спиной, обнял и присоединился ко мне в этом действии. Мы вдвоем схватили пламя, и оно поддалось нам.

Огонь резко свернулся и собрался обратно в большую сферу.

Я увидел замедленно падающего вниз Меафида. Казалось, что мы находились в объятиях пламени как минимум секунд десять, но на самом деле прошла лишь секунда.

— Лови обратно! — прокричал я и метнул огонь в сторону Меафида.

Ласка последовала моему примеру и тоже приложила мысленное усилие. Шар ударил в падающего монстра, мощная вспышка осветила округу, шар раздался в разные стороны став больше в несколько раз и поглотив в себя Меафида, а через мгновение лопнул, превратившись в отдельные языки огня, что стали падать на пол и стены и постепенно затухать.

Обгорелый Меафид рухнул на пол, да так и замер.

Я осторожно подошел ближе. Ребята последовали за мной.

Обожженные веки Меафида приподнялись, глаза направились на Ласку. Я оглянулся, она в форме демона хаоса — белые изящные рога, большие алые глаза с вертикальным зрачком. Ногти превратились в черные длинные коготочки.

Мы переглянулись, Шестерня на миг задержал взгляд на Ласке, потом на мне, после чего отвернулся, а вот Чума продолжила откровенно разглядывать нас.

Мы осторожно подошли к Меафиду, готовые тут же атаковать, несмотря на почти полное истощение. Все тело Меафида обгорело. Видимо, его заклинание, когда мы перехватили его, видоизменилось, а возможно, и улучшилось, из-за чего весь жар и пламя, что должны были высвобождаться несколько секунд, высвободились в пару мгновений. Возможно, это связано с тем, что мы использовали его в состоянии владык хаоса. Я покосился еще раз на Ласку. Она и правда теперь чуть-чуть похожа на Лилит, что я видел во снах, только волосы все еще красные, как закат.

Веки Меафида поднялись. Я тут же направил на него перчатку, но монстр даже не шевельнулся, просто взгляд направился на меня и Ласку.

— Госпожа Лилит… это ведь вы… за что… в чем я провинился… и почему вы здесь…? — прохрипел он.

— Что там, на следующем этаже, — спросил я.

Меафид покосился на меня, но промолчал.

— Отвечай ему, — властно приказала Ласка.

— Ясно. Вы похожи, от вас идет то же, но это не они. Не создатели. Внизу вас ждет лишь хаос. Больше ничего не скажу.

Я использовал гравитационный прокол, голова монстра лопнула, тело чуть вздрогнуло и расслабилось.

Хозяин четвертого этажа, Меафид, мертв.

Получено 160 625 000 героического опыта. 100 000 000 зен.

Получен 227 уровень.

Доступно 261 очко характеристик.

* * *

Мои брови взлетели на середину лба. Я еще раз пересмотрел и убедился, что нет. Все точно. Сто шестьдесят миллионов очков героического опыта, что дало возможность скакнуть со 192 аж до 227 уровня — на тридцать пять уровней. Хороший прыжок.

С получением уровня я почувствовал прилив сил. К Шестерне вернулась рука, усталость у ребят как рукой сняло, а запас маны у Вишни вернулся к максимальному значению.

Чума посматривает на нас с опаской. Понимает, что если мы сейчас нападем, то вполне имеем шансы победить.

Я глянул еще раз в лог, где сообщили о полученных очках опыта. В принципе за хозяина этажа дали чуть больше десяти миллионов, но там дело было в том, что все это делилось на десять. Так за целого дракона можно было получить сто миллионов с лишним опыта. Меафид же явно сильнее дракона, потому неудивительно, что за него дадут больше опыта. Насколько могу посчитать, получается, что за него опыта дали в пять раз больше. И поскольку нас не вся гильдия, а всего лишь четыре человека то и опыт поровну распределился, между нами. Вот и вышло сто шестьдесят миллионов.

— Ладно, уходим, похоже, в замок идут, — сказал Шестерня.

Я прислушался. И правда, снаружи идет какая-то суета, слышен шум и доносятся крики.

— Там повстанцы штурмуют крепость. Почти всех моих мертвецов, что защищали вход, перебили, но и сами защитники крепости понесли потери, и сейчас, когда повстанцы добрались досюда, долго защищать крепость бойцы, преданные королю Ваку, не смогут. Так что уже скоро наши дружки-повстанцы будут здесь. И, похоже, они победили, — сказала Чума.

— Не думаю, что они после захвата власти поступят с нами справедливо и пригласят на пир в честь победы, — произнесла Ласка.

— Тогда уходим. Благо проход теперь свободен.

Я сделал шаг, но тут среди крови у тела Меафида заметил камень. Поднял его. От камушка повеяло такой мощью, что у меня мурашки прошли по телу.

— Что это? — спросил Шестерня.

— Камень, усиливающий предметы качества артефакт. Уберу его пока в инвентарь, после похода решим, кому его отдать, — ответил я.

Мы поспешили к лестнице. Шестерня отвлекся на мгновение и, подбежав к трупу Вака, забрал у него секиру, после чего мы начали спуск.

Лестница широкая, с крупными ступеньками, что должно быть удобно для подъема Меафида. Через три витка перед нами предстала крупная двустворчатая дверь. Ласка и Шестерня навалились плечами, после чего створки с легким скрипом открылись, и мы попали в просторный зал. На стенах горят зеленым факела. Вдалеке крупная кровать, слева проход, ведущий в небольшую комнату с каменным бассейном, из которого поднимается пар. В комнате есть крупный стол, на котором сейчас лежат разного рода фрукты, стоит открытая бутылка.

— Неплохо тут жил этот самозваный божок, — заметил я.

— Там еще проход. Не будем здесь задерживаться, — сказал Шестерня.

Пройдя через всю комнату, мы подошли к крупной металлической двери. Шестерня врезался плечом, но дверь не поддалась.

— Надо найти ключ, — сказала Вишня.

— Не надо, — произнесла Чума. — Тут не механический, а магический замок. Магическая печать и весьма сильная, надо сказать, но примитивная.

Чума вытянула руку, с пальцев сорвался черный дымок, а вокруг замочной скважины вспыхнула желтая шестиугольная звезда, заключенная в круг. Над каждым из углов небольшая надпись на неизвестном языке.

— Дайте мне минуту.

Я стал внимательно наблюдать за манипуляциями Чумы, она чуть шевелила пальцами и черные струйки изгибались и касались части печати, от которых она в месте прикосновения чуть вспыхивала.

Ласка встала рядом со мной, наблюдает с напряжением. Сейчас у нее привычный облик.

«Как себя чувствуешь?» — написал я ей личное сообщение.

«Отлично. Но что это такое было?»

«То же, что произошло и со мной. Наши тела сделаны из остатков демонов хаоса, а точнее из тел Люцифера и Лилит. Чем больше мы сражаемся с хаосом, тем сильнее пробуждаем воспоминания наших тел. И теперь пришли к тому, что они пусть и частично, но возвращаются в привычную форму. А еще порой пробуждается их память».

«Так получается, это все-таки мы убили тех товарищей? Из-за проснувшейся памяти?»

«Я не знаю», — ответил я. — ' Все это как-то слишком резко произошло. Ничего не было раньше, только всплывали обрывки воспоминаний, и тут внезапно мы стали превращаться, получили статус владык хаоса'.

' Это все из-за бездны. Как ты и сказал, мы как-то связаны с ней. Как только мы спустились, наши тела начали реагировать и чем ближе мы к дну, тем все больше они пробуждаются'.

' Похоже, ты права. Только как бы они полностью не проснулись и не заменили наши личности'.

' Не говори такого. Мне самой уже страшно'.

' Не поздно свернуть'.

' Нет, я все-таки хочу знать, кем мы являемся на самом деле'.

Печать внезапно ярко вспыхнула и исчезла. Дверь вздрогнула, чуть приоткрылась.

— Проход свободен, — сказала Чума.

Первым, как всегда, протиснулась Ласка, потом Шестерня. За дверью оказался еще один спуск.

— Подождите секунду, — попросила Чума, когда мы только начали спуск. — Надо позаботиться, чтобы наши «друзья» в порыве революционного опьянения не решили последовать за нами. По крайней мере, не сразу. Здоровяк помоги мне.

Шестерня оглянулся на нас, затем, вздохнув, поднялся и навалился на дверь, плотно закрыв ее. Чума коснулась пальцем металлической поверхности, обвела вокруг замочной скважины, и по мере того как она это делала, появлялись неизвестные светящиеся буквы, затем она сделала еще пару жестов, и внутри круга из слов появилась пятиконечная звезда, стороны которой тоже состоят из букв.

— Эта печать посложнее будет. Все, идемте.

Мы продолжили спуск. С каждой секундой становится прохладней, хотя по идее должно быть наоборот — чем глубже под землю, тем теплее.

Лестница сделала очередной поворот, и мы подошли к выходу. Температура, по моим ощущениям, была близка к нулю градусов. Мы вышли в темную пещеру. Небольшие, еле светящиеся зеленым кристаллы усеяли свод пещеры, отчего создалось впечатление ночного звездного неба.

— М-да… — только и смог произнести Шестерня.

Ну, его можно понять, ведь перед нами огромное пространство, в котором летают холодные, без единого признака жизни камни, мелкие и более крупные, похожие на островки. Они летают то выше, то ниже.

— Спускаясь по этажам бездны, мы увидели, как зарождалась жизнь, как она развивалась, в конце перейдя к разумной, и теперь мы видим то, чем все это заканчивается, — произнесла Чума. — Все зародилось из хаоса, и в хаос вернется. Добро пожаловать, господа. Мы спустились на дно бездны.

До слияния миров, осталось двадцать восемь часов.

Глава 25

Люцифер и Лилит.

— Что ж, думаю на этом наш маленький союз может быть расторгнуть, — сказала Чума.

Мы переглянулись. Только что за счет смерти Меафида, мы неплохо так прокачали уровни, да еще и получили полное исцеление, с восстановлением. У Шестерни вновь две руки, а мана у меня и Вишни полностью восстановилась. Так что есть вполне неплохие шансы победить Чуму, у которой мана еще не восстановилась. Она, похоже, тоже это понимает, потому слегка отступила задом, не сводя напряженного взгляда.

«Что, так и отпустим ее?» — спросила Вишня.

«Предлагаешь напасть на нее?» — поинтересовалась Ласка.

«Опасно. Мы стали сильнее, но они все еще сильнее нас. Да, устала, да, мало маны, но кто знает, какие у нее козыри в рукаве. Предлагаю пока повременить и дождаться момента, когда она решит напасть на хозяина бездны, а там посмотреть, что делать дальше. Мы еще не понимаем, если, конечно, она не соврала, зачем Боги Хаоса лично попросили короля демонов разобраться с хозяином бездны, для чего и была послана Чума. Вдруг это и в наших интересах? В конце концов, можем напасть на нее, когда будет сражаться с хозяином бездны, и убьем», — написал Шестерня.

— Что ж, приятно было посотрудничать. — сказал я.

— Да, мне тоже, — кивнув, произнесла она в ответ.

На миг Чума остановила на мне взгляд.

— Но если честно, что-то я устала. Давайте сначала поедим, отдохнем, а потом расстанемся, — сказала она.

Упоминание о еде словно услышал мой желудок, потому внезапно очнулся и заскулил как пес, выдавая постыдные звуки.

— Да, пожалуй, подкрепиться не помешает, — согласился Шестерня.

— Как с вашими мозгами — не перегрузятся? — спросила Ласка, извлекая из инвентаря небольшой столик и продукты.

— Нет, у нас еще есть часов десять, но на всякий случай нужно будет найти портал.

Я решил попутно заодно восполнить зелий, конечно, много сделать не получится — запасы ингредиентов исчерпаны, так что даже без ядер для базуки и мин останусь.

Разведя в сторонке костер, поставил греться чан с водой.

— Тим, а эта ваша с Лаской форма, что это такое? — подойдя ко мне, спросила Чума.

Я закинул пару ингредиентов и принялся помешивать жидкость, ставшую темно-красной, от которой начало нести железом и чесноком.

— Не знаю. Единственное, что можно сказать, каждый раз с уничтожением демонов хаоса и кристаллов хаоса, во всех проходчиках все сильнее пробуждается хаос и появляются его атрибуты, а так же присваиваются титулы: «сродни хаосу», «познавший хаос» и так далее. Вот мы с Лаской сейчас «владыки хаоса».

— Хм, интересно, — задумчиво потерев пальцами подбородок, сказала Чума.

Я покосился на нее. Знает ли она, что тела всех проходчиков так или иначе сделаны из тел демонов хаоса? Впрочем, ее-то тело как раз нет, она не игровой, а созданный персонаж: когда этот мир материализовался, она была создана в рамках этого мира и его истории, описанной в игре. И только мы, проходчики, берем себе новые тела-аватары, чтобы попасть в этот мир, а они уже как раз и созданы из тел демонов.

— А вы сами никак не ощущаете близости с хаосом?

— После стольких-то лет жизни на этом континенте? Ощущаем, конечно. Даже будучи героями полностью противостоять ему не получилось, — ответила Чума. — Правда, пока щупальца из спины не выросли. Но король может использовать магию хаоса. Однако он не превращается ни в кого, в отличие от вас.

Я начал закидывать магическую траву. От ее попадания в котел, раздалось шипение, стал подниматься пар, а вода забурлила.

Пока выдалась свободная минутка, я открыл параметры. Доступно для распределения 261 очко. Телосложение за счет еще давно съеденного супа на десять очков опережает ловкость. Мне как-то нравилось, что оба эти параметра были равны, так что, немного подумав, я закинул на десять очков в ловкость больше, чем в телосложение, правда в итоговом результате телосложение все равно опережает ловкость на 20 очков за счет вставленного в штаны гемма. Все остальное же закинул в духовную силу. Ну почти. Когда осталось 3 очка характеристик, я решил по одному закинуть еще в ловкость и телосложение, потому что не хотел портить красивую круглую цифру духовной силы.

Теперь мои характеристики выглядят следующим образом.

Тим.

Маг порядка — 227 уровень.

Очки жизни — 146 902

Очки маны — 66 612

Энергия хаоса — 6000

Телосложение — 201

Ловкость — 181

Духовная сила — 1430

Модификатор магического урона — 7610%

Модификатор физического урона — 400%

Модификатор магической защиты — 4510%

Модификатор уклонения — 360%

Шанс критической атаки — 360%

Магическая защита — 5650

Физическая защита — 2630

Доступные очки характеристик — 1

— Тим, это ведь правда, что существует человек, который играл в Алион онлайн и был под ником Чума? — внезапно спросила она.

— Да. Как и сказал. Но сейчас каким-то образом игровой, выдуманный мир, стал параллельной реальностью со своими законами и что еще хуже эта реальность сливается с нашей. Мы с Лаской умерли и переродились в половинчатом состоянии. Но знаешь, на какие мысли меня это наводит?

— Какие?

— А может, наш якобы реальный мир тоже чья-то фантазия? Мы, как и вы, думаем, что у нас тысячелетняя история, а реально он создан сто лет назад или вообще только вчера, а я сегодня проснулся в первый раз, и все воспоминания о прошлых днях — это просто встроенные воспоминания.

Чума повела плечами.

— Как-то становится жутко от таких мыслей.

— Так что не парься об этом. Я вот не парюсь.

— Ну, у тебя еще это не подтверждено…

— Это все равно ко мне и Ласке уже не относится. Я же сказал, что мы не обычные и являемся частью двух миров. И что теперь? Злиться, топать ножками на несправедливость мира к нам лично? Это ничего не изменит. Какие карты достались — теми и играй. Пытайся получить максимум выгоды.

— И в чем заключается максимум выгоды для вас?

— Прожить еще один день, — ответила Ласка, подойдя к нам, с подозрением косясь на Чуму.

Чума хмыкнула.

— Ясно всё с вами. Ну ладно, не буду мешать тебе готовить свои зелья, а то твоя женщина недобро на меня посматривает, опасается, что уведу у нее тебя… Может, и небеспочвенно, хи-хи.

Грациозно покачивая бедрами, она отошла в сторону, я же сосредоточился на приготовлении зелий. Добавил еще несколько ингредиентов, затем с помощью телекинеза поднял котел и поставил его в сторону остывать.

Внезапно меня охватило странное чувство, словно рядом появилось что-то, что является частью меня. Нет. Это чувство появилось еще в тот момент, когда мы только спустились в бездну, но оно было настолько слабо, что я едва улавливал его. Более того, даже когда это чувство стало нарастать по мере спуска ниже, я интерпретировал его иначе — думал, что меня просто манит к чему-то знакомому. Но, спустившись на последний этаж, понял, что это не просто что-то знакомое и близкое, а нечто, являющееся частью меня.

— Ты тоже это чувствуешь? — спросила Ласка.

Я оглянулся на девушку, лицо ее побелело. Я сжал кулаки и поднялся, испытывая тянущее чувство, словно внутри меня мощный магнит, а где-то там находится еще один с противоположной полярностью.

Ноги сами понесли меня вперед. Рядом пошла Ласка. Из головы выпорхнули все мысли, осталась лишь пустота и желание идти вперед.

Мы замерли у края пропасти, вниз ведет обрыв, скрытый тьмой. Есть ли у него дно? Учитывая, что мы в бездне — вряд ли. Какая-нибудь бездонная магическая пропасть.

Впереди летают обломки островов. От одного из них к нам тянется дорожка из летающих камней, по которой вполне можно пройти, правда иногда придется прыгать, потому что не все они парят вплотную друг к другу.

— Тим, Ласка? — раздался тревожный голос Шестерни позади.

Я застыл, все мышцы сковало. Появившееся чувство стремительно усилилось. Внезапно справа и слева вспыхнуло зеленое пламя. Рядом с Лаской появилась девушка с узкой талией и широкими бедрами, в легком черном платье. Черные, подстриженные под каре волосы, изо лба, причудливо изгибаясь, торчат небольшие белые рожки. Большие алые глаза с удлиненным зрачком, обрамленные пышными ресницами, оценивающе оглядели Ласку. Губки чуть изогнулись в улыбке. Она наклонила голову, словно любуясь девушкой, от этого движения качнулись золотые сережки в ушах. Рука с когтями на кончиках пальцев поднялась, чуть коснулась лица Ласки.

— Я боялся, что вы не придете. Трудно было завладеть вами на высоких этажах, но теперь, когда вы здесь, все будет легче, — раздался мужской голос с другой стороны.

Я оглянулся. Рядом со мной застыл высокий мускулистый демон хаоса с серой ближе к землянистому цвету кожей. Короткие черные волосы, острые уши, из головы торчат два черных изогнутых рога.

— Этого я чуть не убила, — произнесла девушка.

— Было бы неприятно. Как ты могла не узнать?

— Ну, внешне он очень отличается.

Мне надо бы испугаться, потому что над головой мужчины надпись: Бог Хаоса — Люцифер(???), а над головой у девушки демон-лорд первого ранга — Лилит(???). но все мои чувства словно исчезли.

— Забираем.

— А ну стоять! Отойдите от них! — взревел Шестерня.

Лилит обернулась, вытянула руку.

— Не мешайся, человек!

Мощный поток пламени ударил в его сторону. Парень спешно поднял щит, что мгновенно покраснел.

Внезапно несколько духов появились справа от Люцифера, вскинули призрачные мечи. Тот поморщился, стремительно схватил меня. Нас окружило зеленое пламя как раз в тот миг, как клинки призраков коснулись кожи Бога хаоса.

* * *

Оцепенение ослабло, я смог разлепить губы, даже шевельнуть пальцами и повернуть голову, но не более.

Мы оказались на просторном открытом стадионе, в древнегреческом стиле с каменными лавочками-сиденьями для зрителей.

Когда пламя развеялось, Люцифер и Лилит оставили нас и отошли в сторону. И пусть они находятся вне поля зрения, их присутствие я четко ощущаю — меня как магнитом тянет в ту сторону. Чувство времени я полностью потерял, так что не знаю, сколько здесь пролежал.

— Тим, — услышал я слабый голос Ласки.

— Очнулась? — задал я дурацкий вопрос, просто не зная, что еще сказать в такой ситуации. Да и думаю, что это неважно. В стрессовых ситуациях неважен смысл слов, главное — говорить с человеком, постоянный поток слов может отвлечь от страха.

— Да. Где мы?

— Не знаю. Но, судя по окружению, все еще на последнем этаже бездны.

— Тим, что с нами будет?

— Ну, пока нас не убили, и это хорошо. Мы для чего-то им нужны. Помнишь, Лилит сказала, что чуть не убила меня, и Люцифер сказал, что это было бы плохо. Значит, мы им нужны живыми.

— Но кто это? Ведь Люцифер и Лилит мертвы, мы это знаем. Мы видели их могилы, мы носим их доспехи. У нас тела, созданные из их плоти, и отсюда воспоминания об них.

— Я не знаю. Выглядят они точно так же, как Бог Хаоса и его возлюбленная, что я видел в снах-воспоминаниях. Но только у них рядом с именами были знаки вопроса. Что бы это могло означать?

— Гляжу, вы можете двигаться. Как проблематично. Даже наша близость и духовное подавление неспособно надолго полностью обездвижить вас, — раздался голос Люцифера рядом.

Я обернулся. Бог хаоса стоит в трех шагах от нас.

— Еще немного и двигаться начнете, но мы успеем.

— Что успеете? — спросил я напрямую.

— Не думаю, что скрывать имеет смысл — мы успеем все подготовить.

— К чему?

— К возвращению своих тел.

— Вы мертвы. Какие тела? — спросил я.

Люцифер усмехнулся.

— Как же мы мертвы, если мы перед вами?

— Люцифер и Лилит перешли на сторону порядка, — сказала Ласка.

— Верно. Было что-то такое. Но только вы знаете про баланс? Мир построен на нем. Хаос и порядок находятся в балансе. И если кто-то получает преимущество, то тут же, с другой стороны, появляется что-то, чтобы уравновесить его. Так что переход Бога хаоса и демона хаоса первого ранга на сторону порядка привел бы к тому, что хаос тоже усилился бы. И чтобы избежать этого, Люцифер и Лилит взрастили в себе силу порядка, а затем не уничтожили хаос, а отделили его и запечатали здесь. Они отказались от своего естества. Правда просто так такая мощь не может существовать без последствий для окружения отсюда и появилась бездна с уровнями, с мутировавшими монстрами и людьми. Хотя я отвлекся. И так, когда Люцифер и Лилит погибли, часть их сознания вернулась, и мы, как их старые личности прислужников хаоса, вновь ожили, правда, в виде бестелесных сущностей, не имеющих возможности выбраться из этого подземелья. Но на наше счастье, наши тела, пусть и с чужими душами, вновь появились в этом мире.

— Ты… собираешься забрать наши тела? — спросила Ласка.

— Да.

Внезапно яркая вспышка зеленого света осветила округу. Я с усилием чуть приподнялся и смог разглядеть, что светятся полосы, начерченные на земле. Они создают огромный магический круг с сотнями символов и сложными рисунками.

— Что ж, пора приступать, — раздался мягкий голос Лилит.

Она подошла к Ласке, а Люцифер встал напротив меня.

Я попытался дернуться, но тело все еще не подчиняется, более того оно само будто тянется к Люциферу.

Теперь понятно, почему рядом с их именами были знаки вопроса. Они всего лишь остаточная сила хаоса, обретшая сознание и считающая себя прошлой личностью. И слава богу, мы не убивали наших согильдийцев, просто, когда спали, ментально соединились с Люцифером и Лилит, и, видимо, это соединение позволило им выбраться с самого нижнего этажа.

Понятно и то, почему именно Чуму послали их убить — ведь, по сути, перед нами духи, а некромант как раз лучше всего справляется именно с такими врагами. Правда, это более могущественные духи, чем, возможно, предполагали противники. Но зачем, зачем боги хаоса попросили убить Лилит и Люцифера? Почему как-то не попытаться объединиться с бывшими товарищами? Месть за предательство или в этом есть что-то еще? Впрочем, какая сейчас разница, нужно как-то выбраться и не дать им завладеть нашими телами.

Я задергался сильнее, но двинуться не получается, будто я замотан веревкой с ног до головы.

— Не дергайтесь и наслаждайтесь процессом, — сказала Лилит.

Люцифер нагнулся ко мне. Когтистая рука с силой ударила вперед. Я вздрогнул. Но вместо того, чтобы пробить плоть, рука просто погрузилась в меня, вокруг места удара загорелось зеленое пламя, а я почувствовал, как будто меня что-то распирает изнутри. Как если бы переел, а также вздохнул еще полной грудью.

— Да! ДА! — выкрикнул Люцифер. — Получается!

Он нырнул глубже. Я теперь в полной мере ощутил себя воздушным шариком, который все сильнее и сильнее раздувает. Кажется, что еще чуть-чуть, и я просто лопну, разлетевшись ошметками плоти.

— Люцифер и Лилит вернулись в этот мир! — прокричал Люцифер и после этого с головой нырнул внутрь меня.

Мощное пламя вспыхнуло, я почувствовал, как изменилось мое тело, войдя в режим владыки хаоса. Более того, я сам оказался куда-то отодвинут в сторону. Было похоже на чувство, когда давным-давно я мысленно улетел куда-то далеко и оказался на собрании Богов хаоса, вселившись в тело одного из них. Тогда я мог только наблюдать его глазами, но не мог управлять телом.

— Непривычно тебя таким видеть, — произнесла Лилит голосом Ласки, подойдя справа.

— Ничего, привыкнем. К тому же уверен, что со временем эти тела чуть изменятся, став больше похожими на ранее привычные нам.

— Что теперь будем делать?

— Свяжемся с лояльными нам демонами хаоса, что раньше служили под нашим началом. Но для начала нужно подчинить полностью эти тела, уничтожить в них души этих людишек и извлечь их воспоминания. А это еще кто? — резко прервал свою речь и спросил Люцифер, обернувшись в сторону. На арену высыпали десятки людей. Я узнал Трюка, Медка, Упыря, Точку и остальных членов гильдии. Впереди Шестерня и Вишня, а чуть правее от них Чума с несколькими рыцарями смерти. Как они смогли все прийти? И сколько времени прошло, сколько им понадобилось на сбор? Впрочем, они потом об этом расскажут, так что над такими вопросами сейчас ломать голову не стоит. Лучше сосредоточиться на том, чтобы вернуть себе контроль над телом.

— Тим, Ласка? — удивленно спросил Шестерня, сделав шаг. — А где демоны хаоса.

— Не знаю. Мы очнулись здесь, и никого рядом не было, — спокойно произнес Люцифер, шагнув навстречу.

«Нет, нет, Шестерня, не подходи!» — мысленно взревел я.

Шестерня резко затормозил, нахмурился.

Ого, похоже, я могу все еще пользоваться некоторыми функциями интерфейса и передавать сообщения в общий чат.

— Эй, прекрати! — взревел Люцифер.

Я почувствовал, как меня летающего где-то в глубине тела, внезапно схватили огненные руки. И пусть я бестелесен, но внезапно резкая боль заставила мысленно вскрикнуть.

— Черт, подавить вас будет непросто. Особенно когда людишки будут мешать, — прохрипел Люцифер.

' Опасайтесь. Они захватили наши тела. Сражайтесь, не бойтесь, иначе они убьют вас!' — написал я.

' А как же вы?'.

' Не время для этого. Мы что-нибудь придумаем, сами не умрите!'

Шестерня кивнул. А через мгновение все бойцы подняли оружие, быстро стали брать нас в полукруг — Шестерня, видимо, раздал всем команды через чат.

Люцифер, поняв, что обхитрить не получится, а бороться и со мной внутри, и с противниками вокруг будет непросто, оставил меня в покое. Сам же глянул в сторону Шестерни.

— Ладно, тогда убьем вас всех. Лилит, готова?

— Да.

Ну нет, хрен ты убьешь моих друзей! А ну верни мое тело!

Люцифер мгновенно преодолел расстояние до Шестерни, взмахнул рукой, но мне удалось перехватить управление, и рука на миг замерла. Парень успел вскинуть щит, и только после этого когтистая лапа ударила по нему, и то не с полной силой. Но даже так на щите остались четыре царапины, а самого Шестерню отправило в полет.

Черт, если так продолжится, то эти два демона хаоса и правда убьют всех моих друзей!

Люцифер хотел было прыгнуть, но я опять на миг перехватил управление телом. Он замер.

— Не мешайся мне, человек! — взревел он.

Я уже почувствовал, как ко мне вновь приближаются огненные руки, чтобы опять причинить боль, но в этот миг справа и слева Люцифера атаковали рыцари смерти. Он зарычал, опять оставил меня в покое и взмахнул руками. Мощные огненные потоки удирали в разные стороны.

— Держись там, Тим. Надеюсь, твоя душа все еще цела, тогда я смогу помочь тебя освободить, — появившись перед Люцифером, произнесла Чума, пользуясь тем, что он отвлекся на ее мертвецов и, направив руку на Бога Хаоса, произнесла: — Проклятье слабости.

Глава 26

Тим и Ласка.

Несмотря на то, что я не могу управлять телом, мне полностью доступны все органы чувств — зрение, обоняние, осязание и прочее. Так что как только сизый туман, выпущенный Чумой почти в упор, накрыл меня, то в теле появилась слабость и такая усталость, как у шахтера после тяжелой смены.

— Ах ты гадина! — взревел Люцифер моими устами.

Его ярость была настолько яркой и сильной, что передалась и мне, словно я сам и разозлился. Тело бросило в жар, будто по венам потекло жидкое пламя.

Я поднял руки, в ладонях вспыхнуло пламя, которое сразу метнул в сторону Чумы. Девушка потемнела, пламя ударило в нее, охватило, но потемневшее тело просто опустилось в тень и пропало, а зеленый огонь исчез. Я оглянулся в поисках обидчицы. Она появилась из тени в двадцати шагах от меня. Я рванул вперед, за мгновение преодолев разделяющее нас расстояние. В глазах Чумы появилось удивление и страх. Видимо, она ожидала более сильный эффект от своего заклинания. Я направил на нее палец, из которого ударил тонкий зеленый луч, мгновенно пробив грудь Чуме. Девушка вздрогнула, кашлянула кровью.

— Убью тебя медленно, — пообещал я. — Я помню тебя. Когда я руководил вторжением в этот мир, то ты была одним из героев, призванных Солом.

— Что ты говоришь, Тим⁈ — услышал я рядом с собой возглас.

Оглянулся. На меня навалился Шестерня, врезал щитом, пытаясь сбить с ног. Я резко остановил его, а затем ладонью другой руки шлепнул по щиту с такой силой, что отбросил здоровяка на десяток метров. Он с лязгом ударился об пол, я же вновь развернулся к Чуме, но тут налетели несколько рыцарей смерти. Новая волна ярости поднялась из глубин души, ударила в голову, перед глазами появилась кровавая пелена.

— Не смейте мне мешать! — взревел я.

Я голой рукой схватился за меч рыцаря, а затем с силой рванул в сторону. Рыцарь смерти с лязгом врезался в товарища и оба отлетели в сторону. Черный туман ударил в мою сторону, я мгновенно сместился, уходя из-под проклятья.

Тут же появилась Точка, булава девушки обрушилась сверху, но ее движения слишком медленны. Я успел заметить ее, поднять палец и нацелиться на грудь в область сердца. Кончик пальца засветился зеленым, но внезапно в руку слева ударила стрела. Она не смогла пробить мою прочную кожу, но ей хватило силы отклонить руку. Луч ударил в сторону, лишь слегка задев бок девушки. Я тут же сместился, и медленно, для меня, конечно, опускающаяся булава прошла мимо. Я глянул в сторону, откуда был произведен выстрел, лучник под ником Упырь отпрыгнул назад, быстро разрывая расстояние.

— Тим, очнись! — раздался крик Шестерни.

— Тим? Я Люцифер! — взревел я.

В руке появился огонь, я метнул его в сторону Шестерни. Парень спешно поднял погнутый щит, огонь ударил в него и ярко вспыхнул, осветив пространство.

— Я же сказала, не пытайся, это бесполезно! — прокричала Чума. — Он почти поглотил его, так что ты не сможешь докричаться. Просто продолжайте отвлекать его, нужно ослабить его максимально, тогда моя печать сработает. Нужно вытащить души демонов из тел, тогда я смогу с ними справиться.

Черт, о чем они говорят? Вытащат что-то… кого-то? Что за бред? Как бы то ни было, со мной и правда что-то не так. Я точно помню, что моя мощь была на порядок выше, я должен был раскидать противников за одну секунду. Сейчас же ощущаю себя сильно слабее. Это из-за того, что моя плоть только-только вернулась ко мне? Да, скорее всего, так и есть. Значит, Лилит еще тяжелее.

Я обернулся, два десятка противников — лучники, мечники, маги — атакуют девушку.

Почувствовал приближение сзади, резко развернулся и выпустил поток пламени.

Медок вскинул щит, приняв поток пламени. Несмотря на то, что щит имеет грейд легендарного уровня и сделан из адамантия, тут же раскалился и потек, но работу свою сделал — защитил парня.

Я цыкнул: в былые времена этого слабака испарил бы такой атакой.

Трюк попытался воспользоваться тем, что я атаковал его брата, ударил мечом, но я поймал его другой рукой и резко ударил ногой. Справа налетел призрак, со спины атаковал Шестерня, а Чума вновь послала в мою сторону какой-то туман. Я сместился в сторону, уходя из-под проклятья, развернулся и выпустил луч в Шестерню, пробив его щит и доспехи. Призрак развернулся, ударил мечом. Одновременно с его ударом саданул рукой. Я знаю, что призраки бесплотны, но чтобы нанести урон, им приходится материализовываться, и потому, если контратаковать в момент удара, то можно их уничтожить.

Меч ударил в ключицу, боль неприятно стрельнула по телу, но не более того. Лезвие по итогу оставило лишь царапину. Мои когти разорвали призрака. Тот дернулся и рассеялся как туман.

Призрак убит.

Получено 202 300 героического опыта.

Я мгновение непонимающе смотрел на всплывшее перед глазами сообщение и цифры.

Опыт? Ах да, я могу получать опыт. Я и забыл. Как я такое вообще мог забыть? Внезапно перед глазами стремительно пронеслись картинки из прошлого. Рождение, школа, подворотни города, работа на мусорном заводе, работа курьером у наркоторговцев, а затем Разлом, аватары, артефакт, борьба с демонами хаоса.

Я зарычал, сжав ладонями виски. Что со мной такое? Я же Бог Хаоса — Люцифер!

На меня опять напрыгнуло несколько противников, но их движения даже для ослабленного меня оказались слишком медленными. Я нанес несколько ударов и выплюнул поток пламени, раскидав противников. Боковым зрением заметил стрелу, резко отклонился, она пролетела мимо глаз. Яркая вспышка боли в спине заставила меня взреветь. Я развернулся, нанеся удар рукой. Позади оказался призрак, но он уже успел ударить, а теперь опять стал бесплотным, потому кулак прошел как сквозь голограмму.

Я нашел взглядом Чуму. Девушка указала пальцем на землю, водит рукой, а на земле появляются разные символы. Даже с расстояния в двадцать шагов я ощутил мощные потоки маны, что она вливает в свой рисунок.

Девушка почувствовала, что я смотрю на нее, в беспокойстве подняла взгляд. В глазах появился страх. Я рванул к ней, заметил надвигающийся силуэт Шестерни слева, но так как движусь намного быстрее, чем противники, то он не успел помешать мне, оставшись позади и бессильно рубанув мечом по пустоте. Также я ловким движением отбил стрелу и оказался перед Чумой.

Она тут же потемнела. Я рубанул рукой, но ее фигура стала абсолютно черной, и от удара лишь подернулась как дымка, а затем осела и слилась с тенью.

Я резко развернулся, ища ее взглядом.

Внезапно я почувствовал, как ноги что-то обвило. Глянул вниз. Оказалось, что я стою посреди магической печати, которую она и рисовала, из нее вырвался сизый дым и, подобно веревкам, плотно обвил ноги до колена. Я зарычал, хотел было направить руки на путы из дыма, но внезапно из краев магического круга вырвались еще путы, оплели руки выше запястий, у предплечья, за бицепсы, другие обвились вокруг шеи и талии.

Я дернулся, но даже сдвинуться не смог. Если бы это были какие-нибудь простые адамантиевые путы, то даже в нынешнем ослабленном состоянии я бы смог вырваться, но эти оказались намного крепче. Я попал в ловушку из-за самоуверенности. Так всегда бывает: когда ты неимоверно силен, то перестаешь как-то всерьез воспринимать врагов, понимая, что можешь прихлопнуть их как мух, и не пытаешься проводить какие-то хитрые действия или хотя бы просто следить за их действиями, считая, что что бы противники ни сделали, ты сейчас просто грубой силой их сломаешь. И их сопротивление и то, что не получается раздавить быстро, вызывает не сомнение в собственных силах, что должно было бы привести к пересмотру стратегии действий, а только большую ярость и приложение больших сил, чтобы уничтожить посмевших сопротивляться силе и воле всемогущего.

Я напряг руки так, что вздулись вены, замычал, потянул со всей силы на себя.

— Давайте, пока он обездвижен! — закричала Чума и направила на меня руку.

Черный туман ударил в мою сторону, я сделал вдох, а затем выдохнул мощный поток зеленого пламени, что ударил в проклятье и развеял его. Но, видимо, Чума на это и рассчитывала, потому что теперь у меня появилась стандартная задержка между использованиями заклинаний, и потому справа и слева ко мне без опаски подскочили противники.

Ударили мечи, булава, прилетела стрела. Я взревел, но не столько от боли, сколько от унижения, что такие ничтожные существа смогли меня вообще поймать.

— Убью!

Я разжал кулаки, бросив бесполезные попытки разорвать путы. Хочется начать поливать огнем противников, чтобы отогнать их, но это неправильный путь. Нужно сдержать свою ярость и действовать разумней, иначе опять попадусь в их ловушку. Более того, уверен, что враги только и ждут, что начну их атаковать.

Я направил ладони вниз, а затем, использовав мощный поток пламени хаоса, ударил в магическую печать. Хаос — это антимагия, но при его слабости магия может сопротивляться, однако если сила хаоса превосходит по силе заклинание, то каким бы оно ни было — оно будет разрушено. Атакующие ли заклинания, проклятья или магические печати — не имеет значения.

Магическая печать ярко вспыхнула и с мощным хлопком погасла, часть ее рисунка на земле стерлась, а все плети исчезли.

— Думали, так просто меня взять? Знайте свое место, смертные! Перед вами Бог Хаоса — Люцифер!

Из спины у меня вспыхнули крылья из пламени. Я резко подпрыгнул и взлетел метров на двадцать.

— Пора показать вам, что бывает с теми, кто идет против меня! Губительный дождь!

Я поднял руку, несколько стрел ударили в плечо и бедро, еще одна отрикошетила от нагрудника. Легкая боль прошлась по телу, но никак не помешала и не остановила. Мощный поток зеленого пламени ударил вверх, с грохотом врезался в потолок, от чего затряслась вся пещера. Пламя побежало по потолку, осветив округу. Стало светло, как на поверхности днем. А затем от потолка начали отделяться каменные булыжники и падать, охваченные пламенем.

«Всем осторожней, под щиты. Маги, кастуйте защиту!» — появилось сообщение Шестерни в общем чате.

Я нахмурился. Опять какие-то надписи. Разве раньше такое было? Почему я это вижу? Ах да, у меня же есть интерфейс как у любого аватара. Аватара? Кого?

Перед глазами вновь появились картинки из воспоминаний.

Нет, отстань, не мешайся!

Я тряхнул головой и мрачно глянул на суетящихся внизу людишек.

Все так. Сейчас я уничтожу их, и все будет в порядке. Я стану собой.

Дождь из объятых пламенем булыжников обрушился вниз, каждый из них успел пролететь километр, так что они успели прилично разогнаться. Первый булыжник врезался в землю, раздался грохот, в воздух поднялось зеленое пламя, осколки, объятые огнем, разлетелись в стороны как пули. Затем упал еще, потом еще. Камни стали с грохотом ударяться о землю, создавая имитацию огненного дождя. Иногда они с тяжелым лязгом врезаются в щиты бойцов, нанося тем серьезные ранения, иногда уже горящие осколки огненной шрапнелью впиваются в ноги, спины и руки. Часть камней врезается в магические щиты, созданные целителями и накрывающие куполами некоторых более уязвимых к физическим атакам бойцов. Наблюдая за градом из огненных каменей, я опустился на землю и отменил заклинание огненных крыльев, потому что они потребляют слишком много энергии хаоса, а у меня в этом теле пока что ее не так уж и много.

В этом теле? Стоп, это же мое тело? Ну да, я вернул тело себе. Хотя откуда эти воспоминания? Эти мелкие сошки говорили, что я что-то там захватил. Что я какой-то там Тим.

Я сжал виски, зажмурился, отгоняя от себя мысли.

Наконец раскрыл глаза, передо мной призрак, и его меч уже летит на меня.

— Отстань от меня! — взревел я и ударил его в лицо.

— Продолжаем! Чем больше он потратит хаоса, тем легче будет докричаться до Тима, мы должны делать это быстрее, чтобы он не захватил его тело! — прокричала Чума, выпустив в мою сторону зеленый поток.

Я выдохнул пламя, что не только развеяло заклинание, но и продолжило лететь дальше. Перед девушкой выскочил рыцарь смерти, пламя ударило в щит, расплавило его, перекинулось на мертвеца и спалило его, но на этом выдохлось.

Я обнаружил себя окруженным восемью бойцами, что тут же прыгнули в атаку. Я завертелся, отбивая атаки и нанося урон атакующим. Им приходится атаковать только по трое — больше будут только толкаться и мешать друг другу.

Даже не задействуя магию, я легко отбиваю атаки голыми руками — перчатки снял, потому что мешаются и толку от них нет: они используют магию, основанную на порядке, для которой нужна мана.

Меч обрушился справа, я извернулся, пропустив его мимо себя, тут же ударил в ответ. Парень с хрипом улетел в сторону, я сразу обернулся и вовремя — как раз топор одного из согильдийцев и клинок Трюка достигли меня. Для меня противники движутся замедленно, словно мы под водой. Поймал меч одного, отбил рукой в сторону топор другого. Нога резко ударила вперед в нагрудник, слегка смяв его и отправив одного противника в полет, затем я чуть развернулся и, согнувшись, нанес боковой удар ногой в шлем Трюка. Забрало согнулось, брызнула кровь, голову парня откинуло назад, а его самого отбросило шагов на десять.

Я тем временем обернулся и, поймав за руку еще одного подоспевшего бойца, рванул в сторону, сбивая им другого, а затем, не отпуская, сформировал в руке пламя и ударил им в парня. Тот заорал, задергался, пытаясь вырваться или как-то уйти из потока огня. Я засмеялся. Внезапно сильный удар в затылок заставил вздрогнуть все тело, перед глазами вспыхнули искры, от чего я даже прервал заклинание. Хватка ослабла, парень смог вырваться и отпрыгнуть на несколько шагов. Перед ним встал Медок, закрыв его щитом, и тут же подскочила Вишня, наложив заклинание лечения.

Я резко развернулся, нанеся удар рукой. Она с силой ударилась о щит, так что слегка вогнула его. Точка охнула, качнулась в сторону. Моя нога стремительно ударила по противнице, ее отбросило на несколько шагов и провезло по земле. Я повернулся направо, выпустил поток пламени. Даже не видя Чумы, я заранее просчитал, что попытается воспользоваться тем, что я отвлекся, и наложит проклятье. Поэтому не удивился летящему в меня фиолетовому туману. Пламя сожгло его и ударило дальше в силуэт противника.

— Если хочешь наложить на меня проклятье, то нужно делать это ближе, с такого расстояния у тебя никогда не получится сделать это! — прокричал я.

Огонь ударил в фигуру, и только сейчас я понял, что силуэт, который просвечивал сквозь туман, принадлежит не Чуме, а призраку, который рванул было прочь, но пламя хаоса задело его и быстро охватило все призрачное тело. И пусть он развоплотился, но магии хаоса на это плевать — всё, что состоит из магии, будет поглощено и уничтожено хаосом.

Я быстро осмотрелся в поисках Чумы, но девушки нигде нет. Внезапно почувствовал, как ногу схватили.

— Спасибо за совет, я так и поступлю, — услышал я шепот.

Обернулся. Чума наполовину вылезла из моей тени. По ноге к голове стремительно поднялся жар, я ощутил слабость и озноб, перед глазами поплыло, стало тяжело дышать.

— Сволочь! — взревел я.

Рука стремительно нырнула вниз. Чума почти успела скрыться, но я схватил ее за волосы, рванул обратно и тут же перехватил другой рукой за горло. Справа подбежал Трюк, я ударил его ногой с криком:

— Не мешайся!

Парень только и успел, что подставить щит, после чего от мощного удара отлетел на несколько шагов.

— Тим, остановись. Вспомни, кто ты есть, не давай завладеть собой! — просипела Чума.

Я на миг замер. Перед глазами вновь побежали картинки.

Нет, сгиньте, не мешайте мне!

Я направил руку влево и выпустил поток пламени. Пытавшийся подобраться ближе Медок тоже прикрылся щитом, который мгновенно раскалился и потек. Парень взвыл, затряс рукой, пытаясь сбросить плавящийся и растекающийся, как парафиновая свечка, щит.

— Умри! — взревел я, морщась и моргая, пытаясь как-то избавиться от выступивших на глазах слез.

Глаза Чумы широко раскрылись, в глубине их появился ужас. Моя когтистая рука ударила в живот и пробила его. Девушка вздрогнула, изо рта потекла кровь, став капать с подбородка. Но она еще жива. Крепкая попалась, придется добивать. Я вырвал руку из раны, выплеснулась кровь.

Внезапно тяжелый удар меча пришелся в бедро. Боль электрическим разрядом пронеслась по всему телу. Я взвыл и обернулся. Рядом Шестерня, на лезвии меча моя кровь, он замедленно замахивается для следующего удара.

Чума тем временем ухватилась за мою руку, разжала сжимающие горло пальцы. Я хотел было ее атаковать, но внезапно слева налетел призрак, пришлось ударить его, а девушка тем временем втянулась в тень.

Я уклонился от атаки Шестерни, зарычал и, ухватив за край щита, резко рванул его, щит отлетел в сторону, со звоном ударился об землю. Я схватил парня за горло.

Внезапно я вспомнил первое появление Шестерни, Вишни, Медка и Трюка. Они тогда спасли меня от демона-лорда четвертого круга.

Перед взором побежали воспоминания, встречи, совместные сражения.

Откуда, откуда все это? Что это такое? Я Люцифер⁈ Если так, то откуда все это? Я же Бог Хаоса! Нет. Я Тим, что родился на земле, вырос, а потом в качестве аватара управлял этим телом, созданным из тела Бога Хаоса — Люцифера. После чего слился с ним.

Я Тим, и это мое тело!

Стой, нет, НЕТ! Оно мое, МОЕ!

Кто это говорит⁈

Ты говоришь!

Нет, это не я, убирайся из моего тела!

Я закричал, все тело пронзила боль. Ладони сжали виски.

— Уходи из моего тела. Нет, оно принадлежит мне! — закричал я.

— Тим, я помогу тебе! — раздался позади голос Чумы. — Эй, держите его за руки и за ноги, не давайте вырваться.

Ко мне с разных сторон подскочили ребята, схватили. Я дернулся так, что их повело, но они удержали меня. На плечи легли руки, я почувствовал, что в меня словно поникают холодные нити.

— Контроль души, — прошептала Чума. — Борись с ним, отторгай его, это твое тело! Одолей его своей волей!

Я почувствовал, как что-то липкое словно отделяется от меня. Стало тесно в теле, словно помимо меня в нем оказался кто-то еще.

— Нет, НЕТ! — взревел я.

Я вздрогнул, вновь ощутив себя собой. Нет, я и совсем недавно ощущал себя собой, но это было так, будто я был Люцифером. А теперь я вернулся к тому состоянию, словно находился в теле, но не мог им управлять.

Я почувствовал, как что-то теплое обволакивает меня и помогает двигаться, и я поддался этому чувству. Было ощущение, будто я надеваю свое тело на себя, как костюм. Мои духовные руки вошли в обычные и надели пальцы, как перчатки. Я чуть пошевелил ими и поразился, что полностью их контролирую.

Нет, это мое тело!

Я упорно продолжил возвращать контроль.

— Попался! — закричала Чума.

Я почувствовал, как внезапно становится все свободней, теснота резко пропала, я будто вздохнул полной грудью свежего воздуха, выйдя из жарко натопленной бани.

Скосив взгляд, увидел, как зеленое пламя, оплетенное фиолетовыми щупальцами, задрожало в нескольких метрах от меня.

— С возвращением, — сказала Чума.

Ребята, поглядывая на меня с опаской, медленно отпустили руки.

— Не тормозите, хватайте вторую. Она в девчонке. Тим, раз уж оклемался, помогай, — прокричала Чума. — Я теперь не могу атаковать — нужно эту держать.

— А чего не уничтожить? — спросил Медок.

— Меня хватит только на одно уничтожающее заклинание, ты чем слушал, когда мы обсуждали план? Короче, как хотите, но помогите Ласке избавиться от захватившего ее тела духа. Давай, Тим, это ведь твоя жена, ты сможешь это сделать. Ослабьте ее, обездвижьте и приведите сюда.

Я все еще пребываю в шоке от того, что случилось, но не время заниматься внутренними терзаниями, нужно делать дело. Потому я извлек из инвентаря перчатки и доску, после чего рванул в сторону битвы.

Ласка тем временем разошлась не на шутку. Половина из двух десятков бойцов, что с ней непосредственно сражались, валяются тут и там с серьезными ранами, их пытаются подлечить целители. Еще пять лучников тоже ранены, остальные бойцы, в основном ассасины и дуэлянты, продолжают сражаться с ней. Правда, и самой девушке порядком досталось — кровоточащие раны по всему телу. И это несмотря на то, что вселившаяся в нее душа Лилит далека от той силы, что была при жизни. Правда, скорее всего, это из-за того, что она не слилась с душой Ласки и не смогла полностью подчинить ее тело, если это случится, тогда она войдет в полную мощь. Даже сейчас, после прокачки в Бездне, я не уверен, что мы смогли бы всей гильдией одолеть лорда-демона хаоса первого круга.

Я подлетел ближе, сформировал гравитационный разрыв и замер. Атаковать любимого человека — это не то, что я мог бы себе представить даже в самой худшей ситуации. Я лучше себе нанесу рану, чем попытаюсь причинить Ласке боль. Но сейчас нужно, нужно это сделать ради нее.

Я сжал зубы.

Мы должны ее ослабить и схватить.

Нет, все не так. Не обязательно сражаться. Нужно просто заставить ее вспомнить, кто она есть! Мне же помогло именно это, а не какие-то там раны от ребят. Пока Люцифер был во мне, то и сколь-нибудь серьезных ран-то мне нанести никто толком не мог, но все равно я смог очнуться, смог отделиться. Что мне тогда помогло? Точно! Я вспомнил!

Я сжал кулаки и отменил заклинание. Теперь я знаю, что нужно делать.

' Отвлеките ее на мгновение, после чего отходите, я приведу ее в чувство!'

Пара ассасинов атаковали со спины, Ласка вовремя их почувствовала, крутанулась, нанося удары топорами. Один успел отскочить, а второй получил удар в ключицу, вскрикнул от боли. Я рванул вперед. Девушка почувствовала мое приближение и, резко развернувшись, ударила горизонтально. Я использовал гравитационное проклятье. И топор, что должен был прилететь мне сбоку прямо в висок, от внезапно увеличившегося веса опустился ниже и пролетел под подбородком.

Время в этот миг словно замедлилось, я увидел, как в глазах девушки появилось удивление. Мои руки потянулись вперед, желая ее обнять. На миг она снова стала прежней, но внезапно нахмурилась. Мощный удар ногой в челюсть подбросил меня вверх. Мир перевернулся, от боли перед глазами вспыхнуло так, будто перед лицом взорвался фейерверк.

Черт, я думал, что все рассчитал, но, оказывается, подобраться к ней будет не так просто… Стоп. Подобраться к ней?

Перед глазами прояснилось, я завис метрах в пяти. Развернулся. Ласка уже успела отпрыгнуть метров на десять, развернулась к трем дуэлянтам, что с опаской посматривают на нее.

Я медленно поднял руку. Под перчаткой на безымянном пальце у меня кольцо. Мы с ней муж и жена, а после бракосочетания, нам в игре выдали приятные бонусы и один из них — возможность телепортироваться к своей половинке.

Я раскрыл руки, как будто собираюсь обнять, и стал наблюдать, выжидая момент.

Дуэлянты напали одновременно. Ближайший сделал вид, что атакует, но в последний момент отскочил, и топор Ласки рассек лишь пустоту. Это отвлекло ее от другого дуэлянта, что воспользовался этим и нанес удар, но девушка внезапно развернулась и выдохнула пламя. И пусть топор парня попал ей в плечо, но сам дуэлянт закричал от боли и отпрыгнул, повалился на землю, пытаясь сбить зеленое пламя. К нему тут же подбежал целитель и с помощью заклинания сбил пламя.

Ласка хотела было прыгнуть на них, но пара стрел, прилетевших со стороны, заставила ее затормозить, а в следующий миг два других дуэлянта атаковали ее со спины. Ласка крутанулась, парни улетели в разные стороны, и в этот миг я использовал телепорт.

Глаза Ласки раскрылись в удивлении, когда я оказался прямо перед ней.

— Ласка, это я, Тим. Вспомни меня! — закричал я.

Девушка не могла ударить меня топорами, потому что только что использовала их против двух дуэлянтов, но я успел заметить, как она дернула ногой, собираясь нанести удар коленом, однако мои слова заставили ее замереть. Алые глаза с удлиненным зрачком вновь стали прежними — зеленого цвета. Но она тут же нахмурилась, и краснота стала возвращаться. В этот миг я смог обхватить ее и обнять, прижав к себе, а затем просто наклонился, и наши губы слились в поцелуе.

Брови девушки взлетели на середину лба. Она мгновение не понимала, что происходит, краснота стала отступать. Но Лилит, видимо, не собиралась сдаваться. Задергалась, пытаясь освободиться, но это дерганье было слабым, как бывает, когда девушка сопротивляется только для виду, чтобы показать, что она не такая, но все это сопротивление просто притворное, а сама она словно приглашает продолжать.

В какой-то момент ее сопротивление исчезло полностью. Лицо смягчилось, рога стали уменьшаться и истончаться, пока и вовсе не исчезли. Она убрала топоры в инвентарь, руки нежно обняли меня за шею.

Через несколько мгновений, девушка вздрогнула, а затем зеленое пламя вырвалось из ее тела.

— Доставляете же вы мне проблем. Сказала, же приведите ко мне, — услышал я в стороне ворчание Чумы.

Она направила руку на зеленое пламя, и фиолетовые щупальца опутали его.

Наш поцелуй тем временем закончился. Наши лица чуть отстранились, но мы продолжаем смотреть друг другу в глаза, на щечках девушки легкий румянец.

— Ласка, — прошептал я.

— Тим…

— Наконец ты очнулась.

Глава 27

Сафуил.

— Итак, как вы все сюда попали за столь короткое время? — спросил я Шестерню.

Чума впереди чертит большой магический круг для уничтожения пойманных душ. Справа и слева долечиваются ребята. Хорошо, что обошлось без смертей. Прошла буквально минута с того момента как мы смогли вытащить духа Лилит из тела Ласки.

— Как только вас унесли, мы хотели последовать за вами, но Чума сказала, что мы не справимся вдвоем, даже если она поможет. К тому же она предположила, что эти сущности попытаются захватить ваши тела.

Он оглянулся, затем чуть наклонился и продолжил:

— Это, видимо, из-за того, что ваши тела состоят из тех демонов, души которых мы нашли здесь.

— Остальные не знают? — спросил я.

— Я не стал рассказывать — слишком опасно. Многие могут начать не доверять вам и опасаться. Гильдия не переживет очередного раскола. Меньше знаешь — лучше спишь. Достаточно того, что я вам верю и верю в вас. Как бы то ни было, Чума предположила, что захват ваших тел будет небыстрым, и потому предложила разработать план, а также попробовать переместить сюда всех согильдийцев. Это оказалось проще, чем можно было представить. Из-за слияния миров не только местные существа могут попадать в наш мир через новые разломы, но и мы. Раньше разломы были только в сети, но из-за слияния миров они появились теперь и в ткани пространства. И, выходя из одного такого, нам, проходчикам, можно теперь выбрать: оказаться рядом со своей капсулой, как это бывает обычно, либо выйти там, где этот разрыв в пространстве находится на нашей планете. Так как в Бездне прорывы находятся на разных этажах, но в целом недалеко друг от друга, то и в нашем мире эти прорывы тоже оказались близко друг к другу. Чума в этом плане помогла, с помощью духов сначала нашла выход из разлома на этом этаже, а потом, когда мы из него вышли, нашла другие разрывы уже в нашем мире. Один из них как раз оказался на третьем этаже. Мы объяснили ребятам, что вас захватили владыки подземелий, которые хотят использовать ваши тела как оболочки, и что нужно вытащить их из вас. Собрались и пришли сюда.

Я глянул на Чуму. Девушка заметила мой взгляд, усмехнулась.

Правильно ли мы делаем, что помогаем ей уничтожить души Люцифера и Лилит? Это ведь то, что хотят Боги Хаоса. С другой стороны, если это не сделать, то, возможно, они — эти души — каким-то образом смогут повлиять на нас с Лаской. К тому же они повинны в смерти пары наших товарищей, и оставлять их смерти неотомщенными мы точно не имеем права.

— Все готово, — сказала Чума. — А теперь отойдите, сейчас я вам покажу заклинание «разрушитель душ».

Она уселась у магического круга, над которым зависли два крупных сгустка зеленого пламени связанные фиолетовыми нитями.

Чума коснулась края круга, ее руки покрылись чернотой, настолько плотной, что кажется, будто в пространстве просто сделали вырез в виде рук.

Все линии почернели, вытянулись, а затем начали скручиваться в черный вихрь.

— Разрушитель душ! — резко произнесла Чума.

Черный вихрь взвился вверх, врезавшись в пламя. Раздался мощный взрыв, от которого почва затряслась под ногами. В разные стороны ударили черные кольца, похожие на распространяющиеся по воде круги от попадания камня.

Чума тяжело выдохнула, похоже, истратив всю свою ману.

Я поднял взгляд.

— Что-то не так! — прокричал я.

Пламя не исчезло, да оба сгустка стали тусклее, но они все еще существуют.

— Что? — переспросила Чума, подняла взгляд и удивленно произнесла: — Этого не может быть, почему они все еще существуют? Никакая душа не выдержала бы этой атаки! Угх…

Она резко согнулась, словно от боли. Фиолетовые путы истончились, а затем и вовсе исчезли.

Я рванул вперед, понимая, что все пошло не по плану. И хуже того, у Чумы закончилась мана.

В этот миг оба пламени рванули навстречу друг друга, слились, став больше и ярче.

— Смертные, вы поплатитесь за то, что сотворили с нами, — раздались синхронные голоса Лилит и Люцифера.

Я направил перчатку, выпустил гравитационные разрывы, но пламя резко метнулось вниз, и впиталось в землю.

— Прости, Тим. Я облажалась, — произнесла Чума.

— Что, почему?

— Это были не души, как я думала. Это просто сила хаоса, с остаточными воспоминаниями, из-за которых она и обрела сознание и думала, что является душой и нужно просто вернуть свое тело. Но это не так. Я облажалась.

— Ну, если бы у тебя было больше маны, то после двух-трех таких атак, ты бы и их убила.

И чего вообще я ее утешаю? Впрочем, неважно, нужно теперь смотреть в оба. Эта хрень на свободе,

слилась с другой личностью и, похоже, вообще слетела с катушек.

— Шестерня, ребята, смотрите в оба, эта тварь может появиться в любом месте! — прокричал я.

Внезапно земля вздрогнула, вспучилась, а затем взорвалась. Во все стороны ударили комья, от ударной волны меня отбросило назад. На месте взрыва образовалась огромная яма, испускающая зеленый свет.

Из ее глубины резко взметнулась созданная из камней рука. Угловатая и грубая, она скреплена из десятков разных булыжников, в местах скрепления полыхает зеленое пламя. Затем появилась вторая рука, а через миг из ямы выпрыгнуло здоровенное тело метров шесть в высоту. Огромный каменный голем, лишь отдаленно напоминающий человека. В местах скрепления камней, как и с рукой, видно зеленое пламя. В глазницах вместо глаз лишь пламя, языки которого вырываются вверх, создавая жутковатое впечатление. Из головы выступают сделанные из камня рога.

— Я убью вас всех, смертные! — раздался мощный голос, не похожий ни на что ранее.

Над головой у него появилась надпись:

Хозяин бездны. Сафуил.

* * *

Монстр растопырил когтистые руки, из раскрытой пасти донесся мощный рев, от которого, кажется, затрясся весь зал.

Я сжал зубы. Нам только этого не хватало.

Сафуил оглядел округу, его взгляд остановился на все еще сидящей рядом с ним обессиленной Чуме. Лицо девушки побледнело. Я сначала было подумал, что ей нечего бояться, просто втянулась в тень и оказалась за сорок шагов отсюда, но вспомнил, что у нее закончилась мана.

Я резко рванул вперед.

Сафуил тем временем замахнулся кулаком.

— Хватайся! — закричал я.

Девушка обернулась, слабо вытянула руки. Я схватил ее, промчался вперед и почувствовал, как позади пронесся кулак. Было ощущение, что рядом пронеслась бетонная плита. Раздался тяжелый грохот, в спину ударили каменные осколки, я рванул на полной скорости.

Пролетев метров сто, я опустился рядом с другими ранеными. Все они успели потратить банки с зельями лечения и вновь получить раны в бою против меня и Ласки, и теперь у них кд на использование зелья лечения, потому целителям приходится несладко — их мало, а раненых целая куча и всем требуется помощь. Так что ребята залечатся и смогут присоединиться к бою минуты только через три-четыре.

— Оставайся здесь, — сказал я ей.

— Спасибо, Тим, — произнесла Чума. — Ты спас мою жизнь. Слушай, не пугайся его. Я уверена, что эта тварь должна была быть сильнее. Тем, что мы поймали те два сгустка хаоса и мой разрушитель душ, все-таки нанес серьезный урон, ослабив их. Так что эту тварь, пусть и кажется грозной, вы сможете победить.

Я кивнул, после чего развернулся и помчался к ребятам, которые уже взяли монстра в полукруг.

В общем-то логично. Если брать в расчет игровую логику, то мы сначала должны были сражаться со сгустками хаоса, думающими, что они Люцифер и Лилит. И когда бы мы их сильно потрепали, то они слились бы и создали этого Сафуила, но создали бы его пусть и из потрепанных, но все еще полных мощи сущностей. И то, что получилось сейчас — это, по сути, вторая фаза Хозяина Бездны, только сильно ослабленная.

«Шестерня, кайтим его и изматываем. Мы можем победить, Чума сказала, что он ослаблен сильно, так что это не полная его мощь».

«Понял. Трюк, Медок, заходите справа…»

Парень стал раздавать команды.

Сафуил взревел и не стал дожидаться, когда люди начнут его атаковать, потому бросился в атаку сам. Мгновенно оказавшись рядом с парой бойцов, он нанес мощный удар. Парни в последний момент успели среагировать и прыгнули в разные стороны.

Мощь и скорость этого Сафуила оказались не такими, какие должны быть у хозяина бездны — самого сильного монстра всего подземелья. Он близок по силе к хозяину четвертого этажа — Меафиду. Похоже, все так, как и сказала Чума, у нас есть все шансы победить. После боя с Меафидом мы получили новые уровни и стали сильнее, к тому же сейчас сражаемся не вчетвером, так что даже без Чумы у нас получится одолеть такого монстра.

Сафуил нанес очередной удар, так что по земле пошли трещины, в этот миг один из ассасинов напал на него сзади, быстрым прыжком оказавшись на спине. Острые кинжалы легендарного грейда, сделанные из адамантия, вошли в камень по рукоять, вспыхнули красным. От мест ударов прошли красные светящиеся прожилки, из которых резко ударил свет. Монстр выгнулся, взревел, а затем его рука рванула за спину. Парень, почувствовав опасность, резко отпрыгнул, но монстр либо этого ожидал, либо просто почувствовал и среагировал чисто на инстинктах, потому что тут же резко крутанулся и нанес удар другой рукой. Несколько лучников под предводительством Упыря выпустили стрелы, попали в руку, пытаясь сбить ее с траектории, но она оказалась настолько массивной, а удар быстрым, что ничего не получилось. Рука врезалась в ассасина сбоку, даже с такого расстояния я услышал хруст руки. Парень, словно бейсбольный мяч после удара битой, улетел далеко в сторону и, пролетев метров двадцать, врезался в камень.

Шестерня тем временем подскочил к монстру, вместо помятого щита и меча в руках у него появилась знакомая кувалда. Он с грохотом врезал ею по ноге монстра. Сафуил взревел, размахнулся другой. Я в этот момент налетел справа, вытянул руку, собираясь применить ударную волну, чтобы пошатнуть противника, отвлечь и не дать врезать Шестерне.

Голова Сафуила мгновенно повернулась ко мне, из открытой пасти стремительно ударило пламя как раз в тот момент, как я задействовал заклинание. Ударная волна на миг сбила пламя, но то обтекло ее, словно вода, обтекающая судно. В последний момент увидел, как голова Сафуила от удара лишь дернулась, да еще донесся тяжелый звон — монстр все-таки врезал Шестерне, и моя атака никак не помогла ему. В следующее мгновение меня накрыла волна огня.

Получено 15 300 урона.

Я сжал зубы, чтобы не закричать от боли. Рванул прочь, но огонь последовал за мной. Я задействовал режим «владыки хаоса». Попытался взять пламя под контроль, но оно не поддалось.

«Ласка, помоги взять огонь под контроль!»

«Поняла».

Через мгновение я почувствовал, словно девушка оказалась рядом. Мы вдвоем ухватили пламя, и поток резко остановился и закрутился, собираясь в огромный клубок.

Сафуил прервал атаку, замер на миг, не понимая, что происходит.

«Атакуем!»

Мы одновременно направили мысленно огненный шар в Сафуила. Он поздно сообразил, попытался отпрыгнуть, но заклинание ударило в плечо. Пламя вырвалось, охватив монстра, что тут же пронзительно завизжал от боли.

«Шестерня, ты как».

«Жить буду».

Я глянул на его очки жизни — осталось треть.

' Иди, лечись, потом вернешься. Ребята, тактика такая: кайтим его, атакуем с разных сторон, отвлекаем. Кого ранили — уходите лечиться, если зелье лечения в откате. Все, кто вылечились — в бой, будем брать его измором, пока он избивает одних, другие лечатся и меняют раненых. Мы с Лаской будем в случае чего удерживать его пламя хаоса и не давать атаковать, так что он будет использовать только физические атаки'.

Я видел, что некоторые с опаской посматривают на нас — все-таки наш вид изменился, и мы теперь больше похожи на тех, какими были, когда в нас вселился хаос. Понимаю, что они могут бояться, что мы снова потеряем над собой контроль и атакуем их. Но ничего не поделать, нельзя давать этой твари еще и огнем наносить урон.

Приняв лидерство, я стал летать над полем боя, выпуская заклинания по привычной схеме — сначала пускаю мимо, а когда заклинание оказывается рядом с монстром, резко перенаправляю его. Сафуил пару раз отвлекался на меня, ревя больше от ярости, чем от боли. Несмотря на солидный урон, все-таки мои заклинания не наносят ему такого уж большого урона. Если очков жизни у него столько же, сколько у Меафида, то даже выпустив все заряды гравитационного разрыва, я не смогу и трети хп ему снести, дай бог десятую часть. Пора, пора уже пересобрать перчатки, потому что прошлые были сделаны, когда у меня было только 5500% к модификатору силы заклинаний, а сейчас больше 7500%, не говоря про более сильные пассивки.

Ребята действуют по моей инструкции, атакуют по несколько человек и с разных сторон, лучники отвлекают и мешают монстру и также наносят какой-никакой урон. Ласка по моей просьбе атакует не так часто — мне нужно, чтобы она в любой момент помогла мне взять под контроль хаос, если, конечно, Сафуил попытается его опять использовать.

Сафуил в ярости крутанулся, двое согильдийцев — девушка и парень — не успели среагировать и разлетелись в стороны, а вот Точка успела вскинуть измятый после битвы со мной щит. От мощного удара ее отбросило на несколько шагов, а щит вогнулся еще сильнее, но, в отличие от других, она избежала ран.

Лучники выпустили очередную порцию стрел, отвлекая внимание монстра на себя, чем воспользовались братья Медок и Трюк, атаковав с разных сторон. И пусть Сафуил поздно их заметил, он все же успел взмахнуть рукой и мощным ударом отбросить Медка. Одновременно с ударом кулаком он повернул к Трюку голову, в раскрытой пасти заклокотало пламя.

' Ласка!'

' Вижу'.

Пламя вырвалось, но резко затормозило, так и не коснувшись Трюка, парень подбежал и всадил меч по рукоять в живот монстра. Пусть он и из камня, но легендарный меч из адамантия смог его пробить.

Мы тем временем свернули пламя и ударили им в лицо монстра. Тварь опять охватило зеленым огнем, Трюк же успешно отпрыгнул и избежал удара кулаком. Пользуясь тем, что монстр отвлекся, я выпустил очередь гравитационных разрывов.

Пространство исказилось в нескольких местах его спины. Сафуил взревел, а затем взмахнул двумя руками и с силой ударил по земле. Раздался мощный грохот, земля заходила ходуном, пошла трещинами. Сафуил запустил пальцы в одну из трещин, раздался хруст, а затем он вырвал кусок и резко крутанулся. Я даже понять ничего не успел, как булыжник весом в несколько десятков килограмм со скоростью пушечного снаряда влетел в меня.

От боли потемнело перед глазами, ветер засвистел в ушах, а через миг в спину ударило что-то твердое. Я плохо соображаю, что вообще происходит. Во рту кровь, в голове нет ни единой мысли, а перед взором плывет. В голове звон, звуки окружения пробиваются с трудом, и они такие тихие, словно уши заткнуты ватой.

Получено 25 000 урона.

Тяжёлый удар заставил землю подо мной вздрогнуть. Я моргнул, перед глазами наконец сформировалась чёткая картинка.

По спине пробежался холодок. Надо мной застыл Сафуил, огромный кулак поднялся, чтобы обрушить на меня удар.

Я вскинул руки, из обеих перчаток ударили заклинания. Из левой град гравитационных разрывов, из правой ударные волны, одна за другой.

Монстр взвыл, получив чувствительные удары магией, а затем резко ударил.

Здоровенный кулак в мгновение ока преодолел расстояние до меня. От мощного удара, меня словно вбило в землю. Я почувствовал себя гвоздем, который заколотили в доску.

Получено 35 000 урона.

Мое тело словно размазали тонким слоем. От удара словно пострадала каждая клеточка моего организма. Наверное, так себя и ощущает человек, которого переехали катком. Впрочем, он вряд ли что-то ощутит, потому что умрет мгновенно, но если бы мог, то именно что-то подобное и было бы.

Я сжал зубы и, преодолевая боль, поднял руки, чтобы вновь использовать заклинания в перчатках, но они оказались смяты, а сами руки сломаны в нескольких местах. Монстр взмахнул другой рукой.

Добивающий удар. Сейчас меня точно убьют.

Слева в Сафуила ударили стрелы, истыкали плечо. От каждой в разные стороны распространились электрические разряды. С другой стороны появился Шестерня, что в прыжке обрушил на монстра удар молота. Я почувствовал, как меня схватили за печи крепкие руки и рванули прочь.

— Стой, смертный! — взревел Сафуил, вскочил, ударом отбросил Шестерню и собирался помчаться за мной следом, но путь ему преградили несколько бойцов, а с двух сторон атаковали Ласка и еще один дуэлянт.

Место боя стремительно отдалилось, Сафуил уменьшился в размерах и теперь издалека кажется простым человеком, простые же люди стали мелкими, как насекомые.

Меня притащили к раненым.

— Все, отдыхай, — раздался голос Трюка.

Я повернул голову, ища взглядом целителя.

— Эй, быстрее, помогите мне, — крикнул я.

— В порядке очереди, всем нужна помощь, — произнес парнишка под ником Хильчик.

Я сжал зубы. Все так, но если сейчас я не окажусь вновь на поле боя, то Сафуил сможет использовать хаос и ребятам станет значительно хуже, не говоря о том, что кто-то может умереть.

В общем чате появляются команды Шестерни, что вернулся полный сил и вновь взял командование над всеми.

Слева заметил движение. Обернулся в паре шагов от меня выздоровевшая лучница под ником Точная, проверяет лук и уже, видимо, собралась вновь присоединиться к битве.

— Эй, подойди сюда, — крикнул я ей.

Темнокожая девушка с недоумением обернулась ко мне.

— Быстрее! Вот, держи, наложи мне шины.

Я убрал перчатки в инвентарь, а взамен извлек пару запасных металлических заготовок под доски для полета, а также веревку.

— Просто приложи к руке и завяжи, мне только нужно вправить кости.

Девушка оглянулась на целителей, потом кивнула и, подойдя, приступила к работе. Приложив доску, она стала с силой привязывать к ней руку. Сломанные изогнутые кости с хрустом выпрямились. Я сжал до скрипа зубы, чтобы не взвыть.

Как только работа была выполнена, я извлек зелье и попросил помочь мне выпить его. Девушка аккуратно меня напоила. По телу прошло тепло, боль утихла. Я глубоко вздохнул, чувствуя, как прихожу в норму. На самом деле, если бы не руки, которые я выставил в направлении монстра, когда использовал заклинания, то было бы намного хуже. Мне бы сломали все лицо — уверен. А так руки послужили какой-никакой, но защитой. Правда из-за этого были сломаны перчатки и сами руки. И если последние можно либо вылечить с помощью целителей, либо, как сделал я, вправить кости и выпить зелье регенерации, то вот первые пришли в негодность.

Я вскочил на ноги.

— Эй, ты куда? — спросил Хильчик.

— Сражаться.

Я взлетел и со всей скоростью помчался к Сафуилу. Монстр тем временем отбросил одного из парней, тот пролетел несколько метров, упал на пол и еще несколько шагов прокатился по нему, после чего замер и так и не двигается. На полу под ним стала растекаться лужа крови. К нему подбежали товарищи, а другие бойцы напали, чтобы отвлечь Сафуила, только, видимо, тот понял нашу тактику по его изматыванию и решил, что оставлять раненого нельзя и нужно добить, иначе через несколько минут он вернется свежий и полный сил. Потому он бросился к раненому, в одно мгновение преодолев разделяющее их расстояние. Двое товарищей выставили щиты, прикрывая друга. Каменная нога с силой ударила по ним, парни полетели в разные стороны, словно футбольные мячики. Но работу они свою выполнили, дав мне нужные мгновения, чтобы долететь до монстра. Сафуил уже взмахнул рукой, как я, направив руку в его сторону, использовал «гравитационное проклятье».

Всё тело вздрогнуло, удар из-за резко потяжелевшей руки оказался неточным, и кулак врезался в метре от раненого. Сам монстр упал на колено. В этот миг подскочила Ласка, ловко запрыгнула на спину и со всей дури врезала топорами.

Один из ассасинов, подскочил к лежащему товарищу, схватил его и тут же метнулся прочь.

— Мелкие смертные, как вы смеете мешать мне? МНЕ! Сыну Лилит и Люцифера! — взревел он.

Секунда прошла, а потому я, подлетев ближе, использовал ударную волну. Голова монстра дернулась, по ней пошли трещины, на землю посыпались куски камня. Из трещин вырвалось зеленое пламя, а монстр взвыл еще сильнее. С усилием встал. Ласка тем временем еще пару раз рубанула по спине, его рука рванулась к девушке, но та ловко оттолкнулась от спины и прыгнула назад.

У меня дрогнуло сердце, потому что я знал, что последует за этим. Монстр резко развернулся, взмахнув рукой. В этот миг донесся грохот. Молот Шестерни со всей силы врезался в ногу Сафуила.

Монстр охнул, упал на колено, и в итоге удар так и не достиг Ласки.

«Бьем, бьем его!» — появилось сообщение от Шестерни.

Все, кто еще может драться, накинулись с разных сторон. Стрелы то и дело впиваются в тело Сафуила. Он взвыл, с натугой разогнулся, ударил вправо, затем влево, но атаки его стали вялыми как из-за большого числа повреждений и усталости, так и из-за действия моего проклятья. Бойцы вовремя успели отскочить, уйдя из-под атак.

Получив очередной удар кувалдой по голове, монстр захрипел, а затем изо всех щелей ударило зеленое пламя, голем покрылся, трещинами.

— В стороны! — закричал я и первым рванул прочь.

Через мгновение Сафуил ярко вспыхнул, а затем с грохотом взорвался. Горячая волна воздуха ударила мне в спину, с силой толкнув так, что у меня дернулась голова и лязгнули челюсти. В ушах зазвенело, а перед глазами поплыло.

Я развернулся посмотреть на последствия. На месте взрыва огромный клуб дыма, тут и там валяются ребята и девчонки, некоторые ранены серьезно, некоторые полегче.

' Ласка, цела?'

' Угу, ты вовремя предупредил, так что успела отпрыгнуть'.

По мере того, как дым и пыль стали оседать, я увидел в глубине его свечение.

' Всем готовность, похоже, босс перешел в третью фазу, сообщение о том, что он мертв еще не пришло', — написал я.

Да. Именно в третью. Как я заметил ранее, мир, будучи игровым, часто подчиняется игровым законам. Монстры, являющиеся боссами, имеют фазы. По мере роста сил их стало три. И так везде. Если есть подземелье, то у него будет босс, и у босса будут фазы.

И хозяин бездны не исключение. Сначала мы должны были сразиться с «душами» Лилит и Люцифера — это первая фаза. Как только нам удалось бы их ослабить, они должны были слиться воедино, а затем влиться в камень и породить нового монстра, ну или, условно говоря, перейти во вторую фазу — Сафуила, что и произошло. А теперь Сафуил перешел в третью фазу. В нашем случае, нам повезло, что он оказался слабее, чем это задумывалось, из-за того, что мы смогли поймать Лилит и Люцифера, и Чума их здорово ослабила.

Наконец пыль окончательно осела. В небольшом кратере застыло пламя хаоса в виде человеческой фигуры. Два черных провала в огне формируют глаза, еще один — широкий рот.

А над головой у него красуется надпись:

Хозяин бездны. «Ярость хаоса» Сафуил.

Глава 28

Замысел Богов Хаоса.

Мгновение он стоял, а затем резко исчез. Я вздрогнул, быстро осмотрелся. Сафуил оказался в двух десятках шагов у одного из парней. Тот вскинул щит, раздался тяжелый удар, парень стремительно улетел прочь, а Сафуил опять исчез, затем появился в противоположной стороне и вновь нанес удар уже лучнику, тоже отправив того в полет.

Быстрый, слишком быстрый и сильный! А ведь он еще и в неполной силе. Что был бы за монстр, если бы Чума не ослабила его своим заклинанием?

Вновь исчез и снова появился, еще один боец с криком улетел в сторону. Затем еще один. Я не могу даже уследить за противником — настолько быстро он движется. Такими темпами он сначала всех ранит и раскидает, а потом просто добьет.

Я сжал челюсти, бессильно наблюдая, как то один, то другой мой согильдиец отлетает.

— Эй, ты, иди сюда! Давай! — закричал Шестерня, который тоже, видимо, почувствовал бессилие.

Он поменял кувалду на меч и щит.

Я сформировал гравитационный разрыв, подкинул с помощью телекинеза, схватил, а затем пульнул в сторону Шестерни. Сафуил услышал крик, развернулся и тут же исчез, а через мгновение появился перед Шестерней. Парень ожидал это, потому заранее нанес удар, как только увидел, что Сафуил повернулся и исчез. Только вот противник успел заметить эту атаку, потому появился, стоя боком, и меч прошел мимо, но в этот миг прилетел выпущенный мною гравитационный разрыв. И даже так Сафуил сумел среагировать, от него отделилось пламя и ударило навстречу. Заклинание не долетело до него буквально метра. Удар пламенем хаоса был настолько быстрым, что что-то предпринять, чтобы перехватить пламя, я не успел. Пространство исказилось, но так и не задело монстра. Сафуил же резким боковым ударом смял щит Шестерне и отправил того в полет, а сам атаковал следующую жертву.

Я сжал зубы, пытаясь сообразить, как остановить наше скатывание в поражение в тот миг, когда мы почти победили.

Внезапно очевидная мысль поразила меня. Я даже удивился, почему не попробовал это сразу. Но это может сработать.

«Ласка быстрее ко мне, провоцируем его, а затем хватаем!»

Я спустился, Ласка мгновенно оказалась рядом.

— Сафуил, ты лишь бледная тень своих родителей! Слабак, иди к нам!

— Да как вы смеете, смертные⁈ — раздался рев.

Мое сердце бешено заколотилось, потому что если не получится, то у нас реально появятся проблемы.

Внезапно перед лицом вспыхнуло пламя. Перед нами застыло пламя хаоса в форме человека. Я тут же принял форму владыки хаоса и ощутил противника так, как будто он связан со мной невидимыми нитями. Кулак Сафуила замер возле моего лица.

— Что? — только и воскликнул он.

Я сглотнул, потому что осознал, что мой план чуть не провалился, если бы Сафуил не удивился и не остановил удар, то я бы уже улетел и попытка взять его под контроль провалилась.

«Вместе!»

Ласка тоже приняла форму владыки хаоса. Мы, словно соединившись невидимыми руками, объединили усилия.

— Ах вы…

Он не успел договорить, потому что в этот момент мы полностью взяли его тело под контроль, он было попытался дернуться, но ничего не вышло.

' Ребята, мы его сдерживаем, атакуйте, снимите ему столько очков жизни, сколько сможете!'

Я почувствовал, как энергия хаоса начинает быстро заканчиваться. Как только подойдет к нулю, я не смогу больше удерживать Сафуила. Он еще, зараза, дергается, пытаясь вырваться. Из-за этого я полностью концентрируюсь на его удержании, и потому использовать заклинания, чтобы наносить урон, не получается.

Как и сказала Чума, мы сражаемся не против душ, а просто против силы хаоса, а раз это так, то ею можно управлять. Конечно, все это стало возможно потому, что Чуме удалось ранее сильно ослабить хаос своим заклинанием, потому что сейчас нам даже вдвоем очень трудно его удерживать.

Все, кто могли стоять, подскочили к нам, стали наносить удары. Мечи, топоры, булавы легко проникают в огненное тело, но, несмотря на, казалось бы, странное дело — рубить огонь, — у них получается причинять урон. В принципе, логично, ведь если бы он не был материальным, то и сам не мог бы наносить удары, но его атаки были вполне себе осязаемыми — мяли щиты и наносили глубокие раны. Возможно, тут работает тот же принцип, что с призраками Чумы, и мы просто удачно поймали его во время его же атаки, когда он материализовывается, чтобы нанести физическое повреждение.

— Я убью, УБЬЮ ВАС! — вздрогнув от очередной атаки, завизжал «Ярость хаоса» Сафуил.

Он вновь задергался, пытаясь вырваться, но мы плотно держим, хотя осталось уже меньше трети энергии хаоса. Сражаемся с боссом по классике любой ММОРПГ — держим в постоянном стане, замедлении, не давая двинуться и нанести удар, пока согильдийцы вливают дамаг. Но Сафуил уже скоро сможет вырваться.

— Держите его крепче, — раздался голос Чумы, видимо, она уже восстановила часть маны.

Девушка появилась рядом, направила руку в сторону монстра.

— Готовься, теперь ты будешь чувствовать постоянную боль, от которой никак не избавиться. Посмотрим, насколько теперь ты будешь шустрым. Терзатель души!

Пепельный дым вырвался из ее рук, а затем стремительно дыхнул вперед, накрыл Сафуила и развеялся, только на пламени остались серые прожилки что опутали его, став похожими на кровеносные сосуды. Чума вытянула руку в сторону Сафуила, а затем резко сжала в кулак. Монстр выгнулся и взвыл от боли.

' Ребята, пять секунд, мы больше не можем его удерживать!'

Парни успели нанести еще по удару, а затем наша хватка исчезла и Сафуил смог отпрыгнуть, только если раньше он делал это моментально, то теперь его движения стали заметно медленнее. Раны, а также постоянная боль от заклинания Чумы, сильно ограничивают его скорость и силу. Настолько, что даже я могу уже различить движения.

— Ненавижу, уничтожу! — прохрипел он.

Ласка рванула вперед, он выбросил руку, девушка пригнулась, пропустив удар над головой, после чего резко нанесла боковой удар топорами, всадив их прямо в грудь монстра. Он хотел было выдохнуть в ответ пламя, но в этот миг сзади прилетела булава Точки в голову. Сафуил на миг отвлекся, и Ласка отпрыгнула на безопасное расстояние. Монстр резко развернулся, желая ударить по Точке с разворота, но тут появился Трюк и ударил мечом сверху, как раз по летящей руке. Меч прошел сквозь пламя, а затем рука просто оторвалась, и оторвавшаяся часть, упав на землю, вспыхнула и исчезла.

Сафуил взвыл, рванул было прочь, но ребята преградили путь к отступлению, несколько стрел вонзились в спину. Я сблизился и использовал гравитационный прокол. Сафуила выгнуло, а затем скрутило.

— Я… я не умру. Я… я убью вас всех, — раздался слабый голос.

Чума вновь сжала кулак. Сафуил пронзительно закричал, тут же появился Шестерня, молот обрушился на голову противника. Голова смялась, Сафуил упал на землю, ярко вспыхнул, заставив нас инстинктивно отпрянуть, а затем погас, оставив на земле лишь черный выжженный силуэт, в центре которого блестят разными цветами геммы и камни хранения.

Хозяин бездны убит.

Получено 1 927 500 000 очков героического опыта. Получено 200 000 000 зен.

Получен 306 уровень.

Не успел я удивиться, как вокруг в воздухе появился зеленый туман. Он разделился на две части, обе стремительно закрутились, превратившись в смерч, который стал более видимым из-за увеличившейся плотности. Но самое необычное в том, что центрами смерчей оказались мы с Лаской. Я хотел было прыгнуть прочь, но закрученный в смерч туман буквально влился в меня. Я почувствовал себя так, будто из душного помещения вышел на гору и прохладного свежего воздуха. Мощь прямо распирает меня изнутри.

И только сейчас заметил, что меня окружили ребята, подняв оружие.

— Эй, эй. Все в порядке, это все еще я, — произнес я, поднимая руки вверх.

Получен новый титул Бессмертный владыка хаоса.

Все атаки против хаоса +200%. Сила всех заклинаний хаос +200%.

— Ну, вот и все, похоже, мы победили, — раздался голос Чумы.

Я хотел что-то еще сказать, чтобы как-то разрядить обстановку, но внезапно земля под ногами затряслась, а с потока посыпалась каменная крошка.

* * *

Тряска усилилась. Мы переглянулись непонимающе, а вот лицо Чумы побледнело.

— Нужно срочно уходить! — прокричала Чума. — Лишившись создателя и хозяина бездны, бездна начинает разрушаться. Она и держалась только на его магии!

Внезапно тяжелый грохот раздался сверху, все вокруг заходило ходуном, с потолка посыпалась крошка.

— Первый этаж сложился, — сказала Чума.

— Тогда нужно спешить к выходу из разлома. Сюда, — сказал Шестерня.

— Нет. Постой, — прокричала Ласка. — Хозяин бездны повержен. Нет теперь блокирования телепортов. Посмотри на значки.

И правда, если глянуть в правый верхний угол, то блокировки нет.

— Понял, тогда все телепортируемася к ближайшему маяку!

Я развернулся к Чуме, извлек два свитка телепорта, один протянул ей.

— Нет, спасибо. Я с вами не пойду. Нам, увы, не по пути. О, второй этаж сложился.

По пещере разнесся очередной грохот.

— Тогда пора прощаться. Мы хорошо помогли друг другу, хотя я не уверен, правильно ли сделал, но благодаря смерти этой сущности хаоса, я тоже кое-что узнал.

— А ведь вы могли столько раз убить меня в минуты моей слабости, но не сделали этого. Более того, в бою с Сафуилом ты помог мне. Это так странно.

Я пожал плечами.

— Тим. Возможно, я бы хотела к вам присоединиться, но это вряд ли получится. К тому же моя клятва королю демонов все еще сильна. И все же я бы поступила неправильно, не отблагодарив тебя. Ты помог мне и даже спас и всегда действовал с уважением и благородством. У меня не так много чего есть, но если что-то хочешь, то проси.

Я на миг задумался.

— Мне нужно снять магическую печать блокирующую память или мозг — не знаю точно — у одного человека.

— Я не могу отправиться с тобой, но кое-что, конечно, сделаю.

Она извлекла небольшой камень, затем из пальца протянулась тонкая черная игла. Стремительными и элегантными движениями она нанесла магическую печать.

— Вот. Это мощный ключ. Я думаю, что раз ты говоришь про кого-то с печатью, этот кто-то ваш пленник и служит Богам хаоса, а печать, наложенная на него, скорее всего, моя, ведь я лучше всех умею это делать. Какая бы это печать ни была, чужая ли или моя, этот камень откроет ее. Он одноразовый. Бери и используй.

— Спасибо.

— Хех, возможно, я этим поступком наношу вред и себе и королю… но… так будет честно.

— У меня была точно такая же мысль, когда спасал тебя от удара, и когда в целом не нападал в минуты слабости.

Чума усмехнулась.

— Ты сама-то выберешься? Точно не нужен свиток телепорта?

— Не беспокойся, со мной все будет в порядке, — заверила она.

— Тогда, еще увидимся.

Я взял камень. Вновь раздался грохот уже ближе. Это, похоже, был уничтожен третий этаж. Остался четвертый и этот — последний. Забавно, что мы помогли Серафимам свергнуть тирана, а теперь вся их цивилизация будет уничтожена с обрушением бездны.

Я развернул свиток и использовал телепорт.

На миг меня окружил свет, а затем он тут же рассеялся. Я обнаружил себя посередине поселения альвов. Сами альвы начали выглядывать из домов с интересом. Ну еще бы — разом телепортировалась такая толпа.

— Похоже, все выбрались, — отметил Шестерня.

Я сел на землю, обхватив голову руками. Перед глазами поплыли разные картинки, в голове возникли чужие голоса. Воспоминания Люцифера накатили новой волной. Видимо, как раз из-за того, что поглотил часть остаточного хаоса, после того как убили Сафуила.

— Тим, Ласка, вы в порядке?

Я замер.

— Шестерня, нам нужно срочно поговорить, — сказал я.

— О чем?

— Я знаю, зачем Богам Хаоса понадобилось уничтожить хозяина бездны и зачем они сливают миры.

— Знаешь? Но откуда?

— Сейчас это неважно. Нужно спешить. Мир разлома держится на равновесии — хаос уравновешивает порядок. И хаос, и порядок — являются двумя сторонами одной монеты и отражением мыслей творца — разрушить ли созданное им творение, потому что оно несовершенно, или оставить. И силы равны. Если каким-то образом усиливается хаос, то и силы порядка усиливаются.

— И при чем тут слияние наших миров?

— А представь, что наши вселенные объединятся. Даже пусть и через узкий канал? В нашей вселенной не наблюдается никаких Богов хаоса и никакой силы хаоса. Но мы так или иначе упорядочены. А значит, чтобы сражаться с нами на равных, хаос усилится, и в своей вселенной Боги хаоса наконец получат преимущество. Их армии уже готовятся штурмовать сотни миров. Усилятся все: простые демоны, демоны-лорды и, конечно, сами Боги хаоса. Убийство хозяина бездны — тоже часть этого плана. Потому что не сделай они этого, то после слияния усиление распределилось бы поровну, и немалая часть ушла бы хозяину бездны.

— Мда, дела. Если все так, то будет очень плохо. Нужно что-то предпринять.

— И я знаю, что.

Я оглядел окруживших нас согильдийцев.

— Ну, не томи…

— У нас есть пленник — Альберт. Один из талантливых и ведущих ученых. Он еще при корпоратах работал над капсулами с геммами из разлома. Так что, уверен, он знает, с помощью каких штук происходит слияние миров и где они расположены.

— Но его память заблокирована, — заметил Шестерня.

Я улыбнулся шире и извлек из инвентаря переданный Чумой магический камень.

— А у меня есть ключик. Шестерня, позвони мэру и уговори его дать нам доступ к пленнику.

Лица присутствующих вытянулись, в глазах появилось удивление.

— Я сейчас же свяжусь с мэром, — быстро придя в себя, сказал Шестерня.

* * *

Добиться встречи с Альбертом оказалось довольно просто. Мэр Алексей очень лояльно относится к Шестерне и в целом ему доверяет, потому, когда мы сказали, что у нас, скорее всего, получится разблокировать его память, он сразу выдал пропуска и связался с тюрьмой, предупредив о нашем приходе.

Мы вновь прибыли на секретную базу.

— Тим, давно не виделись, — произнес с улыбкой Альберт.

Взгляд его усталый, измученный, хотя, как я слышал, его тут и кормят, и следят за здоровьем — не хотелось бы, чтобы ценный пленный умер.

Мы не стали в этот раз идти к его камере, а, наоборот, его привели в общую комнату для допросов, усадили в кресло.

— На этот раз мы с сюрпризом, — сказал я.

— И каким же?

Я молча извлек из инвентаря камень, что подарила мне Чума. На нем начертан сложный узор. Альберт заметил его. Улыбка медленно исчезла с его лица.

— Что это такое? — спросил он.

— Ключик.

Мы с Шестерней переглянулись, он кивнул, после чего я приложил камень к голове Альберта. Он попытался дернуться, но фиксирующие его ремни не дали этого сделать. Стоящие рядом охранники и пара сотрудников тюрьмы с беспокойством глянули на меня, но никаких действий не предприняли.

Печать ярко вспыхнула красным светом, Альберт вздрогнул, вытянулся и затрясся, словно по нему пропустили электрический ток.

По камню пошли трещины. Раздался легкий хлопок, осколки разлетелись в разные стороны, охранники было выхватили дубинки с электрошокерами, но Шестерня поднял механическую руку показывая, что все хорошо.

Альберт заморгал, пытаясь понять, что происходит. Он был похож на человека, который нахлебался воды, потерял сознание и его только-только откачали и привели в сознание.

— Зачем на самом деле Боги хаоса собираются слить миры? — спросил я.

Альберт нахмурился и замер. Затем посмотрел направо, потом налево, моргнул глазами.

— Ясно, ты знаешь ответ на этот вопрос, и знаешь, что из-за заклинания тебя должно было вырубить, но этого не произошло, — сделал вывод я. — В прошлый раз, вопрос, который касался секретов Богов хаоса, сразу выводил тебя из сознания.

Охрана переглянулась, Шестерня ухмыльнулся, а в глазах старика появился страх.

— Я вам все равно ничего не скажу, они убьют меня и вас.

— О, ты нам все расскажешь, хочешь того или нет. Но насчет конкретно этого вопроса можешь не беспокоиться, я знаю, зачем они это делают, зачем хотят соединить вселенные. За счет нарушения баланса они хотят увеличить свою мощь и мощь своих слуг.

— От… откуда ты это знаешь? — ошарашенно спросил Альберт.

— Это неважно. Важно то, что мы хотим узнать, как и с помощью чего они это делают и как это остановить, — сказал Шестерня.

— Это нельзя остановить!

— А мы попробуем. Господа. Ваш выход.

Двое работников тюрьмы отошли в угол, а затем с легким шуршанием и стуком подвезли ящик на колесиках. Сверху на нем куча проходочков, прикрепленных к крупному шлему.

Они быстро водрузили шлем на голову Альберта, который попытался сопротивляться, но у него опять ничего не получилось. Закрепив его, они нажали на ящичке несколько кнопок. Из него полился свет, образовав в паре метров экран, на котором замелькали разные изображения.

Затем один из охранников извлек инъекционный пистолет и, приставив к руке Альберта, нажал на курок. Раздался легкий звук, как будто прыснули духами и одновременно с этим нажали на степлер.

Через несколько секунд Альберт расслабился.

— Сыворотка подействовала. Теперь при конкретных вопросах ему легче будет концентрироваться на вещах, о которых мы спрашиваем. Шлем будет считывать его мозговые волны и визуализировать их. Мы раньше пробовали на нем это, но как только затрагивали заблокированную магией тему, он отключался, и какие-либо мыслительные процессы в нужном нам ключе переставали происходить, — объяснил один из мужчин.

— Хорошо. Тогда начнем. Время не ждет, — сказал Шестерня.

— Альберт. Покажите нам, с помощью чего Боги хаоса заставляют наши миры сливаться.

В следующие минуты допроса мы увидели многое. И энергоблоки, вливающие в кристаллы хаоса энергию, и сами кристаллы необычной формы, и огромные помещения с магическими печатями, а также с разными электронными приборами, магическими камнями. Магия и наука переплелись, чтобы создавать мощные источники магической энергии, что питали особые камни хаоса. Всего таких оказалось шесть по всей планете, причем четыре в разных местах на экваторе, и по одному на южном и северном полюсах. Уже от их работы создается мощная магическая печать, опоясывающая всю планету.

После окончания выуживания информации, мы отключили прибор. Шестерня быстро связался с мэром.

— Понял вас. Сейчас мы проанализируем визуальную информацию и определим точное местонахождение этих блоков. Готовьтесь, уже через час можно будет вылетать и отменять апокалипсис.

— Тогда мы возвращаемся на базу, — сказал Шестерня.

Мы переглянулись, кивнули и двинулись к выходу.

— Вы наивны, — раздался внезапно слабый голос Альберта. — Вы думаете, что мы в каком-нибудь кино, где герои из последних сих прорываются на базу плохих парней и уничтожают мегапушку или звезду смерти, после чего добро побеждает зло. Реальность — это не кино. Вы проиграете, потому что забываете, что вы сражаетесь не с какими-то плохими парнями. Вы сражаетесь против Богов.

— Если ты пытался этим нас остановить, то у тебя плохо получилось. Мы все равно пойдем, — сказала Ласка.

— Остановить? Нет. Просто предупреждаю, чтобы не разочаровывались.

Мы молча вышли из помещения.

До слияния миров осталось 20 часов.

Глава 29

Тайная база.

— Подлетное время десять минут, — раздалось сообщение.

Я глянул на время. Счетчик показывает, что до слияния миров осталось полтора часа. Восемь часов назад несколько скоростных вертолетов вылетели в разные точки планеты. Благодаря воспоминаниям Альберта удалось установить точное расположение всех шести кристаллов, что образуют гигантскую магическую печать и занимаются слиянием двух миров.

Очень надеюсь, что все вертолеты долетят, но даже если не все и мы уничтожим не все кристаллы, а половину, то это пусть и не остановит слияние, но резко затормозит его, и у нас будет время для повторной атаки. Сами же вертолеты чем хороши — являются гибридами. То есть взлетают и летают с помощью лопастей, но когда нужно ускориться — выдвигаются крылья, лопасти складываются, и вертолет переходит на реактивную тягу, разгоняясь вплоть до полутора тысяч километров в час. Впрочем, сейчас мы идем в сторону экватора на скорости всего лишь пятьсот километров в час. А вот те, что летят на северный и южный полюса, те да, мчатся на максимальной скорости.

Я глянул на новенькие перчатки, которые пересобрал совсем недавно, использовав часть камней, что выпали после убийства Сафуила. Новые перчатки намного сильнее, чем старые, потому что при их создании закладывал заклинания, имея намного большую магическую силу, чем при создании первых перчаток. После победы над Сафуилом я получил столько очков опыта, что пролетел почти 80 уровней и получил 306-й уровень. На нем мне предложили сменить класс, однако на выбор был лишь один вариант, так что и выбора-то фактически не было — остаться просто магом либо… стать магом упорядоченного хаоса. И я им стал. За это мне увеличили объем энергии хаоса аж на 14 000, а также появилось сообщение, что я могу использовать более продвинутые заклинания хаоса. То есть про эти заклинания я знал из-за поглощения остатков хаоса после смерти Сафуила. Когда они влились в наши с Лаской тела, с ними пришли обрывки воспоминаний, благодаря которым я смог понять план Богов хаоса, но также получил и знания о заклинаниях хаоса.

И теперь, когда я сменил класс, то могу использовать их: «огненные крылья», «гибельный луч», «сосредоточение хаоса».

Крылья потребляют 1000 энергии на создание и еще по 100 каждую минуту. В принципе, неплохая опция, если вдруг останусь без досок, а нужно лететь. Луч — ну, это просто выглядит как лазер зеленого цвета толщиной с палец, съедает 500 энергии хаоса, но при этом наносит аж 330 урона, и этот урон увеличивается пропорционально духовной силе, как происходит со всеми обычными заклинаниями. Это могло бы показаться странным и нелогичным, ведь магия хаоса — это же, по сути, антимагия, и то, что она зависит от духовной силы, которая влияет на усиление магии, неправильно. Но, видимо, это возможно из-за моего нового класса — маг упорядоченного хаоса. Третье заклинание — это огненный шар, но из пламени хаоса. Наносит 200 базового урона и 100 в радиусе 4 метров. Сила заклинания также скалируется от модификатора магического урона.

Но самое главное не это, а то, что заклинания хаоса используют независимую силу — энергию хаоса. И что самое важное, каст этих заклинаний не связан с обычными заклинаниями. Так что если я использую какое-то привычное заклинание — огненный шар, например, — то перед повторным применением приходится пережидать стандартную задержку — минимум 1 секунду. То есть даже если зельями ускорить пропускную способность каналов маны и текучесть маны и сократить время каста заклинания до минимума, то все равно нельзя пулять заклинаниями как из пулемета — всегда будет задержка перед очередным применением. И у магии хаоса тоже есть такая задержка. Только эти две задержки независимы друг от друга и относятся к своим направлениям. После применения магии хаоса задержка имеется только для применения следующей магии хаоса. Получается, что я могу теперь кастовать либо одновременно два заклинания — обычное и хаоса, либо пулять их по очереди. Так что теперь всех, кто попытается воспользоваться секундной задержкой перед применением мной следующего заклинания, ждет неприятный сюрприз.

За прибавку почти восьмидесяти уровней мне накинули огромное число очков характеристик — 582. 19 я закинул в телосложение и 39 в ловкость, чтобы уравнять их вновь. Все остальные же 524 очка закинул в духовную силу.

Теперь мои характеристики выглядят следующим образом:

Тим.

Уровень: 306

Маг упорядоченного хаоса.

Очки жизни — 154 755

Очки маны — 67 696

Энергия хаоса — 20 000

Телосложение — 220

Ловкость — 220

Духовная сила — 1954

Модификатор магического урона — 8658%

Модификатор физического урона — 440%

Модификатор магической защиты — 5558%

Модификатор уклонения — 440%

Шанс критической атаки — 440%

Магическая защита — 5650

Физическая защита — 2630

Доступные очки характеристик — 0

Хоть и звучит немного странно — маг упорядоченного хаоса, ведь хаос и порядок — две противоположности, но все же в мире разлома, как мне уже доводилось слышать легенды, обе эти силы, изначальные силы, начали влиять друг на друга. Порядок стал хаотизироваться, что привело к появлению разных существ и магических сил. А хаос стал упорядочиваться, что привело к формированию Богов и демонов хаоса. И ведущиеся в течение тысячелетий войны порядка и хаоса все больше и больше изменяли друг друга. И если изначально Боги хаоса стремились все уничтожить и привести к первозданному хаосу, то сейчас они захватывают миры и меняют их. Возможно, война хаоса и порядка — это отражение мыслей творца: с одной стороны, он полюбил созданный им мир, с другой — понял, что он несовершенен. И творец никак не определится, что лучше: уничтожить его, чтобы потом воссоздать новый или все-таки попытаться улучшить уже созданный. И если так, то изменение хаоса и порядка — это и изменение его мыслей. Возможно, в итоге мир разлома придет к объединению этих сил. Только вопрос в другом: кто встанет во главе нового миропорядка — Боги Хаоса или силы порядка. Мне бы лично хотелось, чтобы последние, потому что если это будут Боги хаоса, то они обязательно убьют меня за все те неприятности, что доставил им.

— Двухминутная готовность, отключаем реактивный режим, — раздалось сообщение.

Вертолет начал замедление, заработали лопасти, а рев реактивного двигателя стих. Лопасти сделаны по особой технологии и из особого материала, потому, несмотря на быстрое вращение, звук от их работы довольно тихий — по крайней мере, для вертолета.

Я прошелся по пустому пассажирскому отделению, подошел к двери. Из круглого окошка иллюминатора можно увидеть пустоши — огромные территории из высохшей земли, с редкими холмами, высохшими руслами рек и каньонами. Вертолет начал замедляться и снижаться. В какой-то момент он остановился, зависнув в воздухе, начал опускаться, внизу во все стороны стала разлетаться пыль и песок, одинокие колючие растения пригнулись к земле, мелкие животные тут же дали деру в разные стороны. Вертолет слегка качнулся, когда колеса коснулись земли.

— Все, мы прибыли, — раздался голос летчика.

— Можете возвращаться. Удачного полета, — попрощался я, нажал на пластину. Дверь чуть выдвинулась вперед и уехала в сторону, в лицо ударил жаркий сухой воздух.

— Спасибо, — крикнул пилот.

Я приземлился на ноги, пригнулся. Дверь автоматически закрылась, лопасти ускорили работу, и вертолет стал подниматься.

Спустя минуту вертолет скрылся, а я развернулся в противоположную сторону и открыл карту. Сейчас мне предстоит пройти до места назначения пару километров. Эх, если бы не уничтоженные мощности по тяжелому ракетостроению и ядерному оружию, то можно было бы запустить пару десятков боеголовок в этот район и просто разбомбить генератор магической энергии и кристалл хаоса, являющиеся основой магической печати, что сливает два мира.

Не успел я и шага сделать, как внезапно рядом со мной появился свет, и через миг материализовалась Ласка. Она воспользовалась нашей связью и решила телепортироваться ко мне напрямую.

— Могла бы и дождаться, когда я поставлю маяк.

— Ну уж нет, оставлять тебя одного как-то не хочется. Да и ловкости у тебя все-таки маловато, вдруг кого не заметишь и в итоге все запорешь.

Я вздохнул, но спорить не стал.

Мы спешно двинулись вперед. Ласка, как всегда, впереди с топорами наперевес. Перчатки я ей тоже заменил. Так как у меня сильно повысился модификатор магического урона, то и заклинания в ее перчатках теперь стали сильнее, и топоры при ударе стали еще тяжелее. Шестерне, Медку, Трюку и Точке тоже сделал по новой перчатке — только на это хватило времени, потому что к ним нужно было еще магические генераторы делать, чтобы перчатки подзаряжались автоматически без моей помощи. В них встроены упрощенные ударные волны, и теперь при ударе и активации заклинания, встроенного в перчатку, ударная волна вылетает, придавая руке в перчатке ускорение. Так что атаки ребят не только тяжелые и сильные, но еще и более быстрые. Надеюсь, им это поможет. Шестерня сейчас, наверное, как раз добрался до северного полюса, где расположена другая вражеская база, он поставит маяк и призовет в том числе и Вишню. Под их командованием часть ребят из нашей гильдии, часть из других будут штурмовать генератор с кристаллом хаоса. Точка с Упырем будут тоже на экваторе, но в другой его части, Медок и Трюк улетели на южный полюс и будут руководить операцией там.

Спустя двадцать минут мы подошли к крупному холму. Взобравшись на него, я чуть приподнял голову.

— Вот он, — прошептал я.

Впереди в двухстах шагах от нас крупный холм, в нем большие стальные двери, а перед дверьми стена с вышками и охраной. На вышках сторожат змееподобные монстры.

— Сабахи, — сказала Ласка. — Эти твари глазастые, так что просто так незаметно не подберешься.

По стенам же ходят орки.

— Приличная тут охрана, — заметил я. — Даже простых людей ставить не стали.

Мы быстро спустились обратно.

Тут наверняка по периметру должны летать дроны с функцией возможности увидеть даже аватаров, а также с функцией, позволяющей увидеть тех, кто находится под заклинанием невидимости. Наверное, поэтому меня высадили так далеко от места базы. Впрочем, тут Ласка, а теперь на трехсотом уровне у нее ловкости столько, что она даже муху сможет заметить в километре — чего уж говорить про дроны. Кстати, девушка тоже получила новый класс, вместо дуэлянта она стала гончей хаоса. Насколько слышал, обычно класс дуэлянта заменяется на «берсерка» или «чемпиона». Но, видимо, с ней произошло то же самое, что и со мной: из-за получения и слияния с большим количеством хаоса, а также учитывая уникальность наших тел, мы получили и уникальные классы.

Я открыл инвентарь, извлек сначала металлическую подставку, а затем большой кристалл. Вставив его в подставку, отправил в общий чат сообщение.

Легкие вспышки заполнили округу, и после каждой появляются бойцы из нашей гильдии или из других гильдий, что придали нам для усиления. Всего сто человек. Увы, это всё, что мы успеваем собрать для атаки. Переместить альвов не можем из-за постоянного давления на фронте, а большое количество обычных солдат — из-за недостатка транспортных вертолетов или свитков телепортации. Сто-двести солдат погоды не сделают, сюда нужно несколько тысяч минимум и с тяжелым вооружением, а времени у нас впритык. Так что штурм будет осуществляться только силами аватаров, как это ни прискорбно.

«Там за холмом наша цель. У нас не осталось времени на грамотную осаду и атаку, так что пойдем в лоб. Кто-то из вас погибнет, я, увы, не могу обещать, что все выживут, но если мы сейчас отступим, то миры сольются, и мало того, что само по себе это событие и его последствия непредсказуемы, так еще и демоны хаоса станут сильнее. Но мы не можем проиграть, не можем дать Богам хаоса поработить и уничтожить нас. А значит, мы победим. Я уверен! Вперед, братья!»

Нет ни криков, ни вздымания кулаков в воздух, но в глазах всех присутствующих я увидел решимость. Они все понимают, что если мы проиграем, то Боги хаоса придут за каждым выжившим.

Ребята стремительно вбежали на вершину холма, я взлетел, используя металлическую доску. На стенах уже суета — похоже, нас обнаружили-таки с помощью дронов. А возможно, услышали или спутники в реальном времени заметили передвижение вертолета и передали сообщение, а дальше после анализа они пришли к выводу о возможности атаки. Ну или, может быть, уже атакуются другие базы, и сюда передали сообщение, что атака может быть произведена и на эту базу. Как бы то ни было, причина не важна, просто придется принять тот факт, что наше нападение уже не будет внезапным.

Бойцы, дуэлянты и ассасины ринулись в атаку. Лучники же замерли на вершине, выпустили стрелы. Я рванул вперед.

Продавив песок перед стеной, поднялся десяток турелей с пушками калибра тридцать миллиметров. Дула осветились вспышками, раздался грохот выстрелов. Воины выбежали вперед и, сомкнув щиты, встретили град тяжелых пуль, что яркими искрами отскакивают от адамантиевой поверхности. Движение бойцов замедлилось, но не остановилось. С вышек сабахи стали выпускать стрелу за стрелой, также еще немало змееподобных монстров высыпало на сами стены. Несколько стрел влетели в турели, пробили их насквозь. Сквозь дыры я увидел, как сверкнуло электричество, пошел дымок, а сами турели перестали действовать.

Я налетел на одну из вышек. Сабах заметил меня, навел лук, в этот момент справа от него оказался гравитационный разрыв, который я выпустил заранее. Монстр в последний момент заметил его, отвлекся. Я дал команду, и заклинание резко ударило монстра в плечо. Сабах не успел даже дернуться, пространство исказилось, брызнула кровь, плечо монстра словно вывернуло наизнанку, рука повисла на клочке кожи, а над головой сабаха поднялась цифра 315 288. Монстр жалобно зашипел и упал на вышку. Мне сообщили о получении каких-то крох героического опыта. Когда-то не так давно орки и сабахи казались очень опасными монстрами, а теперь уничтожаются мной вот так легко, и даже опыта от них не получить совсем. Правда, это я просто стал так силен, ну еще, может, мои согильдийцы тоже ненамного отстали в силе, но их всего двадцать человек — остальные же из других гильдий, и их силы значительно ниже, так что для этих ребят и сабахи, и орки будут непростыми противниками.

Я рванул вдоль стены, направив вниз перчатку и выпуская заклинания одно за другим. Сабахи и орки, до этого наблюдавшие за нашими приближающимися бойцами, вскинули головы, засуетились. Пусть я и не целюсь, но когда на стене так мало места для маневра, то даже так выпущенные заклинания в кого-то да попадут.

Проредив противников, я долетел до второй вышки. Сабах обернулся ко мне, в глазах появился страх, но вскинуть лук я ему не дал, направив перчатку и использовав гравитационный прокол. Голова монстра взорвалась изнутри, забрызгав кровью округу. Тело качнулось, а затем бухнулось на пол.

Тем временем ребята добежали до стен. Пушки давно уже замолчали. Так что они с ходу начали штурм. Что такое даже четырехметровая стена для аватара двухсотого или даже трехсотого уровня? Воины и ассасины с дуэлянтами запрыгнули на стены. Орки и сабахи были прорежены мною и лучниками, так что мест, куда можно забраться, много. Воины быстро переместились на стены и, встав в круг, стали отбивать атаки орков, пытающихся сбросить их обратно.

Дверь, ведущая в бункер, тем временем заблокировалась, а перед ней скопились сотни орков, готовых умереть, но задержать нас. К стенам не спешат, понимая, что те уже потеряны. Ими командует здоровенный огр вдвое выше орков, в адамантиевой броне, с огромной дубинкой. Но опасности он не представляет, по крайней мере для меня, так как над головой у него надпись «яростный огр» серым цветом.

Наши взгляды встретились. Я вишу высоко, смотрю сверху вниз. И пусть, если подлечу к нему, буду на его фоне как годовалый ребенок на фоне взрослого, и огр прекрасно это понимает, но даже с такого расстояния я чувствую его страх.

Бойцы тем временем добили остатки противников. Спустились быстро вниз, встав в строй, но атаковать не спешат. На сами стены влетели лучники и целители.

«Лучники, огонь» — скомандовал я.

Стрелы с хлопком, обозначающим преодоление звукового барьера, ударили в сторону орков. Я выпустил огненный шар, забросив его, как баскетбольный мяч, в толпу врагов. Вспышка пламени осветила округу, раздались жалобные вскрики, в войске противника началась паника, несколько орков, горя, как факелы, стали бегать из стороны в сторону, еще двое упали и просто горят, чуть воя. Стрелы тем временем врезались в щиты, пробили их насквозь, и орки попадали на землю, воя от боли. А так как бойцы со щитами были только в первой линии, то следующие стрелы, прорвавшись в образовавшуюся брешь, стали бить по незащищенным бойцам. Один за другим они стали падать с криками боли. А лучники бьют и бьют. Я тоже закидываю заклинания.

Наконец огр, понимая, что их так быстро расстреляют, взревел и на незнакомом наречии обратился к оркам, после чего развернулся и бросился в атаку. Орки рванули за ним. Я метнулся наперерез. Слева заметил стремительно приближающуюся дубину, сделал резкий вираж. Мир перевернулся, дубина прошла подо мной. Моя рука направилась в морду чудовища, ударная волна врезалась в голову твари, огр вздрогнул всем телом, шлем смялся, изо всех щелей брызнула кровь и потекла по шее. Монстр пошатнулся, но устоял и вновь взмахнул дубиной. Я опять ловко уклонился, сделал вираж и, оказавшись за спиной, выпустил несколько гравитационных разрывов. Монстр резко развернулся, ударив дубиной, но я уже разорвал дистанцию, черные шарики ударили его в спину. Если бы огр не получил ударной волной несколько мгновений назад, то был бы свежее и сильнее и, возможно, успел бы дубиной снести гравитационные разрывы, а так заклинания, ударив одно за другим, исказили пространство в районе спины. И пусть огр закован в адамантиевую броню, мои гравитационные заклинания бьют сквозь нее. Монстр взвыл, выгнулся, а затем упал на колено.

Тем временем ребята остановили напор орков и перешли в контратаку, став давить монстров. Справа и

слева зашли дуэлянты и ассасины, беря противников в полукольцо. Лучники со стены бьют прямой наводкой, выбивая орков одного за другим. Число противников быстро сокращается.

Я рванул вперед, подлетел к спине огра. Тот словно ждал этого, резко развернулся и ударил рукой. Только я тоже предусмотрителен, потому заранее был готов и сразу направил перчатку в сторону возможного удара — благо из того положения, в котором он оказался, удар с разворота мог быть произведен только слева. Потому стоило ему дёрнуться и начать движение, как я тут же дал команду, и из перчатки вырвалась ударная волна. Так что его рука, не успев долететь до меня, столкнулась с мощным воздушным ударом, как от взрыва многотонной бомбы. Руку оторвало по локоть. Разбрызгивая кровь, она улетела в сторону. Монстр взвыл, глядя на кровоточащую культю. Я спокойно направил перчатку на него и ударил гравитационным проколом. Огр вздрогнул и повалился на землю.

Спустя полминуты были побиты и орки.

Мы поспешили к дверям. Огромные, они плотно закрыты, и вряд ли кто-то даст нам проникнуть за них. Нет даже намека на щель, чтобы хотя бы просунуть туда что-то и попытаться раздвинуть.

Я извлек лазерный резак, направил дуло на дверь, палец нажал на гашетку, яркий луч ударил в металлическую поверхность. Она мгновенно накалилась, но плавиться не спешит.

— Это не простая дверь, — произнес один из парней, подойдя ближе. — Смотри, под краской, это же адамантий.

Я еще несколько секунд пытался разрезать ее, но лазер идет очень туго — дверь слишком тугоплавкая и толстая — я буду целый час выпиливать проход, и только если у нас будет чем подзаряжать, потому что работы аккумулятора обычно хватает минут на двадцать непрерывной работы.

Я сжал зубы. Похоже, так не пойдет.

Ласка подошла и, размахнувшись, со всей силы рубанула топором. Раздался тяжелый звон, топор вошел в железо, но неглубоко.

— В принципе, можно расколупать, — сказала она.

— Слишком долго. Ну что ж, у меня есть кое-что, что я хотел опробовать.

Я направил палец в сторону двери, а затем использовал магию хаоса «Гибельный луч». Зеленый луч толщиной с палец ударил вперед, врезался в то же место, куда до этого бил лазер. Ярко вспыхнуло, от места удара стало периодически вырываться зеленое пламя и тут же тухнуть. Адамантий потек вниз. Я прервал заклинание, глянул внутрь и, убедившись, что луч пробил двери насквозь, вновь использовал его и на этот раз повел в сторону, вырезая проход. Благодаря модификатору магического урона и принятым зельям, что также увеличивают этот модификатор, луч вместо базового урона в 330 способен наносить 37 349. А если бы я бил по существам хаоса, то урон был бы сильнее, потому что у меня есть модификаторы урона хаоса, как бы это парадоксально ни казалось.

И пусть использование луча сжирает за право каста 500 энергии хаоса и потом по 50 каждую секунду, но использовать я могу его довольно долго, учитывая, что у меня 20 000 энергии хаоса. Но долго это делать и не потребовалось. Через сто секунд я опустил луч до пола. Большой кусок металла с меня ростом, качнувшись, с грохотом упал внутрь. Образовался такой проход, что я бы смог пройти в него, расставив руки в стороны.

«Вперед!»

Внутрь залетели сразу несколько мечников со щитами наперевес, затем лучники и целители, образовав своеобразную команду прорыва. Сразу внутри раздались выстрелы из турелей, а также рык орков и звон мечей. Я рванул следом, а потом за мной вбежала следующая группа.

За дверью оказался широкий коридор с высоким потолком. Справа и слева у каменных стен длинные балкончики, к ним примыкают лестницы. На балкончиках расположились сабахи, впереди стоят разбитые турели, в каждой по несколько стрел. Орки наседают на наших бойцов, пытаясь выбить их обратно, пока не зашло слишком много наших войск.

Я рванул вверх и затем к сабахам. Монстры отвлеклись на меня, выпустили стрелы, но те прошли мимо — все-таки им не сравниться с серафимами-стрелками. Тем временем наши парни выдохнули свободней и начали мощнее напирать на орков. Из вырезанного прохода в двери внутрь входит всё больше и больше бойцов.

Я метнул огненный шар, сабахи бросились в стороны, но я заранее использовал на нем телекинез, потому заклинание изменило траекторию полета и врезалось в спину уползающего полузмея получеловека. Мощный взрыв пламени осветил коридор.

Ребята с ревом стали напирать, орки дрогнули, начали пятиться, но в этот момент их зажали со всех сторон, а несколько дуэлянтов под предводительством Ласки отрезали путь к отступлению. Лучники перевели огонь на сабахов, помогая мне разбираться с ними.

Еще несколько минут и с орками было покончено.

Ребята из других гильдий дышат чаще, у некоторых на лицах выступил пот, но в целом держатся бодро. Я глянул на счетчик. Остался час. Нужно торопиться.

«Продолжаем, нет времени на отдых!»

Мы помчались по коридору к лифтам. Справа и слева промелькнули двери, но там простые служебные помещения — наш же путь лежит вниз.

Подбежав к дверям лифта, пощелкали панель управления, но она оказалась отключена, что логично, — никто не собирается облегчать нам путь. Один из воинов воткнул меч между дверьми, использовал оружие как рычаг, к нему подскочили товарищи, схватили за края. Со скрипом двери открылись. Парень высунул было голову, но внезапно отпрянул назад, мимо по шахте пронёсся лифт. Через миг раздался грохот.

— Дерьмо, они оборвали лифт и обрушили в шахту, заблокировав ее, — сказал парень. — Мы можем все же попытаться спуститься, но это будет долго, и если откроем двери, не факт, что нам удастся нормально прорваться — они могут быть забаррикадированы, и там стоят орки. С десяток орков с копьями просто не дадут нормально прорваться из шахты лифта в коридор.

— Придется пробиваться по лестнице, — сказал я.

Ступеньки бодро застучали под ногами бойцов. Благо лестница тут широкая, и по ней может пройти трое воинов плечо в плечо.

Лестница сделала пару поворотов, и мы выскочили в коридор. Справа и слева двери, ведущие в разные помещения. Впереди шагах в двадцати перекресток, а еще дальше лестница.

Мы рванули было по коридору, но тут двери помещений открылись, и оттуда выпрыгнули орки. Также из-за перекрестка тоже выскочили орки. Мы встали в круг, начали отбиваться.

В этот момент свет в коридоре погас, а затем загорелись красные лампы, раздался сигнал тревоги.

Орки падают под нашими ударами, но на замену им выбегают новые. Мы переступаем через убитых, медленно двигаясь по коридору, но враги продолжают выбегать и атаковать, таким образом ценой своих жизней задерживая нас. Я сжал зубы, еще пять минут прошли, а сколько идти до реактора — неизвестно. Если орки так и продолжат нападать постоянно, то мы вместо того, чтобы бежать, так и будем плестись.

Две минуты прошли, и мы наконец добрались до перекрестка, после чего строем двинулись к лестнице, со стороны которой тоже бегут отряды орков.

Кое-как мы добрались до нее и начали спускаться, при этом с двух сторон на нас налетают все новые и новые отряды противника. Да сколько их тут вообще? Несколько тысяч? Сколько мы уже перебили?

Я глянул на время, осталось пятьдесят минут.

«Так мы не успеем, тут еще с десяток этажей нужно пройти не меньше», — написала Ласка.

И она права.

«Пока спускаемся, я придумаю что-нибудь».

Еще минут десять мы потратили на то, чтобы спуститься на следующий этаж, где нас встретили новые отряды орков, а по лестнице сбегают другие.

«Так, слушайте мою команду. Встаньте в обороне и выманивайте их на себя».

Я быстро встал в середину строя. Направил палец вниз. Зеленый луч ударил в пол и легко — не в пример легче, чем дверь — прорезал его насквозь. Я быстро провел рукой, вырезая круг. Каменный круг с грохотом упал вниз.

' Тим, ты куда?'

' Я пойду вниз. Вы держите оборону и отвлекайте орков на себя'

' Я с тобой', — написала Ласка.

' Нет, останься с ребятами. Им нужен командир. Я же с помощью полета смогу быстро добраться до нужного места, а в коридоре в случае чего просто взлечу под потолок и облечу орков'.

' Тим, если увидишь, что врагов слишком много, не пытайся уничтожить реактор — дождись нас'.

' Хорошо', — ответил я и сиганул вниз.

Глава 30

Маг и Война.

Оказавшись на этаже ниже, быстро осмотревшись и поняв, что никого вокруг нет, использовал телекинез и смел обрушившийся каменный круг в сторону, после чего вырезал в полу отверстие и вновь спустился ниже. В коридорах я почти не задерживаюсь, спускаясь все ниже. Иногда слышу на очередном этаже топот ног спешащих на верхние этажи орков. На себя на всякий случай наложил невидимость.

Этаж, второй, третий. Наконец, спустя семь минут и пятнадцать этажей я оказался на последнем. Пытаясь прорезать проход вниз, я прожег пол на глубину десяти метров, но следующего этажа не обнаружил.

Быстро сиганул по коридору, прислушиваясь и присматриваясь. Вылетел на перекресток, справа открылась лестница, слева коридор, в конце которого массивная дверь, справа от нее еще по небольшой двери. Я поспешил к ней. До слияния миров осталось полчаса. Нужно спешить.

На ходу направил палец в сторону двери, готовясь использовать губительный луч. Внезапно двери справа и слева с шелестом открылись и из них выскочили два орка.

Я резко отлетел назад, топоры промелькнули мимо лица.

Над каждым из орков белым цветом надпись:

«Элитный орк-страж».

Ну да, не может быть такого, чтобы все было так просто.

— Зря вы напали на меня в коридоре, — произнес я.

Орки, вскинув щиты и топоры, прыгнули на меня. Я выставил руку вперед и использовал ударную волну. Орков отбросило назад, с силой приложив об дверь. Я резко подлетел к первому, у него помутнел взгляд. В последний момент он пришел в себя, оскалился, почувствовав опасность, но сделать ничего не успел. Гравитационный прокол ударил в грудь. Раздался хруст, кости вогнулись внутрь, пробив сердце. Орк вздрогнул, на губах появилась кровь. Его товарищ пришел в себя, вскочил, желая помочь другу, но в этот же миг в него слева налетел гравитационный разрыв, который я создал с помощью перчатки и послал в противника заранее. Черный шарик со стремительностью пули ударил в висок. Пространство расширилось, кожа лопнула, кости треснули, выплеснулась кровь, орк с воем упал на колени. Я развернулся, задержка между заклинаниями прошла, потому я направил руку на противника. Гравитационный прокол разорвал ему голову.

Я стал сильнее. Причем чудовищно сильнее. Между мной в начале похода в бездну и мной теперешним просто пропасть.

Губительный луч ударил в дверь. Я за минуту сделал в нем круговой прорез, пнул, выбив железку, и влетел внутрь.

За дверью оказался просторный зал радиусом метров в тридцать. В центре него огромный кристалл, а справа от него два здоровенных ящика. От ящиков в разные стороны уходят трубки и провода. Слышно гудение, как от трансформаторной трубки. Сам кристалл находится на постаменте, к которому снизу тянутся проводки от ящиков. Кристалл пульсирует зеленым светом. Также от него вверх в потолок ударяет зеленый столб.

Я сформировал гравитационный разрыв. Внезапно слева заметил движение. Тут же рванул прочь и бросил заклинание в сторону. Раздался легкий удар, противник остановился, вскинув щит. Гравитационный разрыв ударился в щит, пространство исказилось, но однобоко — только перед щитом.

— Такой щит я видел только у одного человека, — произнес я. — Вот мы и встретились вновь, Война.

* * *

Мужчина опустил щит. И пусть он в шлеме, глаза, что смотрят сквозь щель забрала — их я никогда не забуду. Из-за спины у него появились черные крылья — зная о моей способности к полетам, он решил, видимо, сразу активировать свою.

— Ну здравствуй, Тим, — произнес Война.

— Прости, я бы поболтал с тобой, но у меня дела, — сказал я, глянув на время — осталось двадцать пять минут.

— Я настаиваю.

Я резко направил руку в сторону кристалла, из перчатки вырвались черные шарики. Война размазался в пространстве, а через мгновение оказался на пути заклинаний и вскинул щит. Заклинания ударились одно за другим, стали срабатывать. Я резко поднял палец вверх и одно из заклинаний взлетело. Я заранее захватил его телекинезом, первые атаки были просто отвлекающим маневром. Направил его в сторону кристалла, но внезапно оно врезалось в преграду. Пространство исказилось, раздался треск, я увидел, как в воздухе появились трещины, и осколки стекла посыпались вниз.

— Ах ты хитрая крыса! — взревел Война и бросился на меня.

Я попытался отлететь в сторону, но меч все же достал, врезавшись в ключицу.

Получено: 17 290 урона

Я сжал зубы, рванул в сторону.

— Ты, конечно, молодец, но неужели думал, что всё будет так просто? Здесь стоит толстенное пуленепробиваемое стекло с добавлением адамантия и также с наложенными заклинаниями, усиливающими прочность, и несколькими также усиливающими прочность геммами. Не сомневаюсь, что если постараешься, то сможешь не только заставить его потрескаться, но и разбить, только предупреждаю: стоять и ждать, когда ты это сделаешь, я не буду.

— Ясно. Значит, нужно сначала победить тебя? — уточнил я.

— Хо-хо, примерно так. Но, ты и правда думаешь, что у тебя это получится?

— Посмотрим.

Он быстр и силен, но, в отличие от прошлого раза, я вижу его движения, а благодаря значительно увеличившемуся, по сравнению с прошлым разом, модификатору магического усиления, усилился и мой телекинез, а значит, и скорость полета.

Осталось двадцать две минуты. Нужно побыстрее с ним покончить.

— Начнем.

Я резко рванул в его сторону. В глазах Войны мелькнуло удивление, но он тут же пришел в себя, резко ударил навстречу. Я использовал гравитационное проклятье, и меч, вроде бы полетевший мне навстречу, опустился ниже, я же сам рванул вверх.

— Какого…? — удивленно воскликнул Война.

Я направил на противника перчатку. Война почувствовал опасность, вскинул щит. Гравитационный прокол врезался в щит и отрикошетил в сторону. В этот миг сбоку от тела Войны завис черный шарик, я резко направил его в противника. Заклинание я использовал в тот же миг, как рванул на противника, но бросил шарик в сторону и управлял им с помощью телекинеза.

Пространство исказилось. Над головой Войны поднялась цифра в 315 288. Всё-таки обновленные перчатки — это нечто. Мощь заключенных в них заклинаний удвоилась фактически в сравнении с прошлой модификацией. А уж в сравнении с предыдущей встречей с Войной — чуть ли не в четыре раза.

Противник отлетел назад, откашлянул, сквозь забрало выплеснулась кровь.

— Какого черта? — прохрипел он с натугой. — Откуда у тебя такая сила?

— Ну, много времени прошло. Я прокачался.

В его глазах я увидел удивление. Еще бы, если раньше он гонял меня, как кролика, то сейчас я совсем не уступаю ему в силе. Всё-таки он сильный, но слабее Чумы, а значит, шанс победить есть. Причем высокий. Странно, но когда его увидел, то не испугался. Возможно, подсознательно я сразу понял, что смогу его одолеть.

— Не зазнавайся! — взревел он.

Он стремительно сократил расстояние. Я тут же выдохнул пламя хаоса. Война инстинктивно вскинул щит, а я же рванул назад, разрывая дистанцию.

— Да что ты такое, еще и хаосом можешь пользоваться⁈

Осталось двадцать минут. Нужно торопиться.

Я выпустил несколько черных шариков, а сам рванул в сторону. Война вновь отбил их щитом, а затем резко сместился в сторону, я использовал гравитационный прокол, но попал лишь в пустое пространство. Война, пользуясь тем, что у меня задержка между заклинаниями, рванул вперед, но я опять выдохнул зеленое пламя, заставившее его прикрыться щитом.

— Поганец! — взревел он. — Сражайся честно!

— Прости, у меня нет для этого времени.

Ему и так тяжело угнаться за мной, а теперь еще действует и гравитационное проклятье. Я начал бросать гравитационные разрывы, управляя ими при помощи телекинеза, а сам атаковал с другой стороны и использовал как встроенную в другую перчатку магию, так и свою, а еще хаос. И, подгадав момент, вновь ударил разрывом. Война выгнулся от боли, зарычал.

Я продолжил атаки, просто засыпая его заклинаниями. Он, памятуя о возможной атаке со спины, в момент очередной атаки сместился в сторону, но я просто перенаправил шарик следом за ним. Меч обрушился сверху и смог разрубить заклинание, заставив его активироваться в паре метров от самого Войны.

Зеленый луч ударил вперед, пронзив ногу чуть ниже колена.

— Агрх…

Я опять смог поймать его. Можно было бы попытаться ударить гибельным лучом в голову или туловище, но тогда он мог бы успеть подставить щит.

Минута, две, три. Времени остается все меньше, но, как и орки, Война словно своей жизнью хочет выторговать время для работы генераторов. Только вот сейчас мои атаки сильнее, чем раньше, так что у него это не получится. Я убью его раньше.

После очередной комбинации атак я, получив контрудар мечом в бок, поморщился, но и сам смог просунуть руку с перчаткой под щит и использовать гравитационный прокол. Война вздрогнул, выплюнул кровь и отлетел назад. Я последовал за ним, желая добить быстрее.

— Ты за это ответишь! — резко взревел он.

Я вытянул руку, собираясь атаковать его заклинанием, но внезапно Война исчез. Через мгновение я почувствовал чужое присутствие, резко рванул вперед, но меч все-таки достал по спине.

Получено: 17 290 урона

Я зашипел от боли, резко развернулся. Увидел перед собой Войну, его крылья на кончиках пылают зеленым, в глазах тоже горит зеленое пламя.

— Поздравляю, ты заставил использовать эту силу. Познай же ярость берсерка. Все мои раны мгновенно залечились, а объем очков жизни удвоился, — прокричал он и нанес удар.

Я рванул назад, но в этот раз Война поспел за мной, несмотря на то что на нем все еще висит гравитационное проклятье.

Клинок неприятно порезал плечо, выпущенные мной в ответ заклинания не смогли его достать — от одного уклонился, а второе принял на щит.

— Гляжу, не только очки жизни у тебя удвоились, — произнес я.

— О да, в ярости моя сила и скорость тоже возрастают. Ты тоже стал намного сильнее с нашей прошлой встречи, но всё ещё недостаточно, чтобы победить меня один на один.

Я сжал зубы. Тут он прав. При его возросшей скорости, я вряд ли смогу нанести ему еще хотя бы столько же урона, а ведь нужно в два раза больше.

Тем временем осталось пятнадцать минут. Похоже, ничего не поделать, придется воспользоваться своим главным козырем.

— Ты недооцениваешь меня! — прокричал я и рванул в атаку.

Он вскинул щит, гравитационный прокол отрикошетил в сторону. Меч, блеснув, ударил мне навстречу, с хрустом пробил нагрудник и вошел в плоть.

Получено: 34 580 урона.

Я зарычал и использовал гравитационный прокол, встроенный в перчатку. Заклинание ударило в бок. Война выгнулся, захрипел от боли, но стерпел. Вырвал клинок и вновь собрался ударить, но я выдохнул пламя хаоса, и тело противника расплылось в пространстве. Я почувствовал, как Война снова появился за спиной, и тут же попытался использовать гравитационный прокол, не поворачиваясь, но, как и в прошлый раз, его отбил щит, а затем меч вонзился чуть ниже правой лопатки, и в этот миг из перчатки вновь ударил гравитационный прокол, но вниз прямо в ногу противника. Он принял предыдущее заклинание на щит, и потому просто не успел среагировать. Тем более я нанес удар в неприкрытую точку — по ноге.

Я рванул вперед и развернулся, с помощью перчатки сформировал гравитационный разрыв и подкинул его вверх, сам тем временем извлек зелье лечение и одним глотком лихо опустошил его. Треть потерянных очков жизни восстановилась.

— Опять свои трюки используешь. Теперь еще зелья⁈

Война мгновенно сократил расстояние между нами. Я ударил заклинанием, но оно было заблокировано, выдохнул пламя, но и на этот раз Война ловко развернулся и уклонился от него, после чего меч по рукоять вошел мне в живот. Я в этот миг выпустил заклинание гравитационного прокола по ногам, но щит его резко опустился.

— Я ждал этого трюка. Думаешь, меня так легко обмануть?

— Да.

В этот миг выпущенный мной ранее гравитационный разрыв, описав дугу, замер у спины Войны. Я отдал команду, и заклинание врезалось в спину противника между лопатками. Его выгнуло, но он тут же пришел в себя и, вырвав меч, снова нанес удар.

Мы столкнулись вновь, затем еще раз и еще. Каждый раз я находил новый способ ранить его, но и сам получал ранения, моя полоска жизни быстро сократилась почти до нуля.

— Не понимаю, зачем ты это делаешь, ведь ты умрешь быстрее меня? — с хрипом спросил Война.

Дышит он тяжело — еще бы, столько ран получил, но выглядит точно лучше меня. Я-то практически на грани жизни и смерти, и зелья в откате — не полечишься.

— Я просто не хочу убегать и проигрывать. Если убегу — то проиграю, да и Боги хаоса найдут и убьют меня. Так что какой смысл бежать, если так и так умру? Лучше уж погибнуть в бою.

— Вот как? Достойно. Что ж, тогда позволь подарить тебе славную смерть.

Он рванул в атаку, я выставил руку, ударил заклинанием, но он отбил его щитом. Я выдохнул пламя, но и от него противник уклонился, а затем его меч вошел мне в грудь в районе сердца. Я вздрогнул, видя, как очки жизни сократились до нуля, и в этот миг гравитационный разрыв подлетел к противнику со спины. Война резко развернулся и подставил щит. И именно в этот миг я ударил проколом из перчатки, поразив противника, после чего все вокруг поглотила чернота.

Вы умерли. Укажите время возрождения.

— Десять секунд.

— Вы будете возрождены через десять секунд

Эти десять секунд словно длились вечность, я мысленно подгонял счет и когда цифры показали четыре нуля, сжал кулаки.

В мгновение меня окружил свет, а затем я обнаружил себя лежащим на полу. В нескольких шагах от меня застыл Война, тяжело дыша и сплёвывая кровь.

Я как можно незаметнее поднял руку и выпустил из перчатки гравитационные проколы. Война резко развернулся в мою сторону, вскинул щит, принимая на него заклинания. Я же взлетел и выпустил гибельный луч в голень противника. В последний миг он убрал ногу, но я просто повел пальцем и луч догнал ее.

Война закричал от боли, за спиной вновь появились черные крылья, по краям вспыхнуло зеленое пламя, он резко взлетел.

— Ты… почему ты жив? — спросил он.

— Артефакт помог.

Он несколько мгновений смотрел на меня, затем ухмыльнулся.

— Ты до конца оказался бесчестным бойцом. Ты специально шел в размен, зная, что возродишься, но делал вид, что просто благородно дерешься до самой смерти. У тебя нет ни чести, ни достоинства.

— Как скажешь. Просто на мне висит груз ответственности за миллионы, а то и миллиарды жизней, так что мне нужно победить любым способом.

Он зарычал грозно и в тоже время отчаянно. Мы вновь сошлись и вновь обменялись ударами, только если для меня это просто оказалось болезненно и неприятно, то вот для Войны удар в руку гравитационным проколом оказался опасным. Раздался хруст, и рука неестественно изогнулась. Пальцы разжались на рукояти меча. Война взвыл от боли. Я же вырвал оружие из себя, и убрал в инвентарь. Но даже оставшись без меча и без одной действующей руки, Война попытался сопротивляться, ударил ногой, но и его удар сейчас получился более вялый и предсказуемый, потому я смог уйти от него, и ударил в ответ пламенем хаоса. Война вскинул щит, отбивая поток огня, что мне и было нужно. Ударная волна врезалась в бок, Войну смело, как листик ураганом. Он с силой ударился об землю, несколько раз перевернулся и, оказавшись на спине, просто раскинул руки и замер. Щит сорвало от удара, и сейчас он валяется в стороне. Я быстро подлетел и забрал его. Он явно тоже качества «артефакт».

Я подошел к Войне. Тот кашлянул кровью, взгляд его помутнел.

— Похоже, я проиграл.

— Угу.

— Добей меня.

— Неа. Ты нам потребуешься в качестве заложника.

После этого я развернулся к бронированному стеклу. Направил руку с перчаткой. Гравитационный прокол ударил по преграде. Раздался треск, посыпались куски стекла. Затем еще один прокол чуть правее. Трещины пошли по всей стеклянной стене. Еще заклинание. Еще. Времени осталось мало, нужно быстрее разрушить кристалл.

Наконец, после очередного заклинания, стеклянная стена не выдержала и лопнула, осыпавшись множеством осколков.

Я переступил через осколки, взгляд направился на кристалл, над перчаткой сформировался черный шарик, я захватил его с помощью телекинеза и метнул вперед. Гравитационный разрыв ударился об металлический ящик, от которого к кристаллу тянутся провода, расширился, раздался треск, металл лопнул, и сквозь трещины высыпали искры. Я метнул во второй ящик, он также затрещал, пошел белый дым. Последним я ударил по кристаллу. Стоило гравитационному разрыву коснуться поверхности, как пространство исказилось, раздался треск, и кристалл лопнул. Помещение тут же погрузилось в полумрак.

— Ну вот и все, — прошептал я.

Я открыл меню, сделал звонок. Шестерня ответил сразу. Перед моим внутренним взором появилось его улыбающееся лицо на фоне такого же зала с разбитым кристаллом и десятком бойцов позади него ликующими и обнимающимися.

«О, Тим, тоже с хорошим докладом?»

«А что уже кто-то докладывал».

' Да, Медок и Трюк, Точка и Упырь, у всех удачно все, у тебя, гляжу, тоже, хотя ты доложился последним. Я уже начал переживать'.

' Угу, пришлось повозиться, еле успели'

— Тим, — раздался крик.

Я обернулся. В зал вбежала Ласка и остальные ребята. Они глянули на разрушенный кристалл, затем на валяющегося еле живого Войну.

— Все в порядке. Мы успели.

' Там Ласка и остальные гляжу? Ладно, отдыхайте и возвращайтесь на базу с помощью телепортов, маяки уже настроены'.

— Мы справились. Хотя до конца буквально оставалось минут пять. Шестерня написал, что остальные тоже удачно разрушили кристаллы.

Ребята, услышав эту новость, радостно закричали, некоторые устало опустились на пол.

— Ха-ха-ха, — раздался хриплый смех.

Мы обернулись. Война, улыбается окровавленной улыбкой.

— Что смешного? — спросил я.

— Ваша радость смешна. И наивность.

У меня холодок прошелся по спине. Нет, мы, очевидно, победили, но почему от слов Войны возникло такое неприятное чувство?

— Что ты хочешь этим сказать? — спросила Ласка.

— То, что и сказал. Вы, видимо, вообразили себя героями книги или фильма, в котором у грозного злодея есть какая-то мега база, которая уничтожит мир. И вот главные герои проникают на нее и взрывают центральное ядро. Башня взрывается, и планы злодея разрушены. Силы добра победили, а силы зла посрамлены, — сказал он.

Говорит он медленно, с хрипотой и явно наслаждаясь производимым эффектом.

— Вы забываете, что мы не в счастливой истории про борьбу добра и зла. Мы в реальном мире… Хе-хе, пока что… Вы сражаетесь не с тупенькими злодеями из книг. Это война против Богов Хаоса. Неужели вы думали, что они не предусмотрели такую возможность? Неужели вы думали, что с их ресурсами и возможностями они не построят запасные базы на всякий случай, если вы вдруг прознаете про расположение этих и даже уничтожите их?

— Нет, ты блефуешь! — воскликнул кто-то из толпы.

— Скоро узнаете… вам не победить в этой войне…

Его взгляд потух.

Мне пришло сообщение о смерти и в качестве награды несколько миллионов героических очков, но я, оглушенный его словами, не обратил на это внимания.

— Телепортируемся! — приказал я.

Ребята быстро развернули свитки. Я тоже. На миг оказался в черном пространстве, а затем увидел два белоснежных светящихся кристалла — один ближе, другой дальше. Тот, что ближе — это новый маяк, что я поставил перед началом штурма, а тот, что сияет вдали — это как раз наш командный пункт. Если приглядеться, то вдалеке видны еще сияния — это маяки, которые ставили другие отряды при нападении на другие базы.

Мысленно выбрав нужный маяк, я почувствовал, как меня словно притянуло к нему. В этот миг вновь окружил яркий свет, и стоило ему погаснуть, как я обнаружил себя на площади перед главным полицейским участком.

Тут и там стоят веселые ребята, общаются, шутят и только те, кто прилетели со мной, выглядят тревожно, перешептываются. Я поискал взглядом Шестерню, обнаружив его, тут же рванул к нему.

— О, Тим…

— Нет времени. Быстрее к мэру. Нужно сообщить неприятную новость, — прокричал я.

— Что?

— Слушай его, у нас нет времени, — подскочив, произнесла Ласка.

Лицо Шестерни посуровело, мы рванули к входу в участок — являющийся главной базой сопротивления. Мне не хочется верить в слова Войны, но чувствую, что он не врал. Не врал.

— О, Шестерня, ребята. Как здорово. Вы как раз вовремя! Поздравляем с успешной… — произнес мэр, когда мы влетели в зал совещания.

В зале несколько работников, также за пультами управления сидят операторы, на огромной стене выведено изображение с десятка спутников, камер наблюдения и БПЛА.

— Нет. Включите изображения со спутников на главный экран! — приказал я.

Операторы растерянно посмотрели на мэра. Тот нахмурился и кивнул.

— Что происходит, только объясни, — попросил Алексей.

— Мы были наивны. Похоже, у Богов хаоса есть запасные генераторы, и они их включили, когда мы вывели основные из строя. Слияние миров не остановилось!

Лицо мэра побелело, он рухнул в кресло.

Внезапно земля под ногами дрогнула, пространство подернулось, словно вокруг голограмма, пошли полосы, справа у стены появились черные квадраты, как будто там показывается изображение, но сигнал нечеткий. Операторы стали переговариваться, опасливо оглядываться.

— Эй, смотрите, — закричал кто-то.

На одном изображении с низколетящего спутника мы увидели, как острова стали расползаться в стороны, а в образовавшемся пространстве появился новый крупный остров с городами.

Кровь отлила от лица, а в голове образовалась пустота. Вновь и вновь начали всплывать слова Альберта про нашу наивность и последние слова Войны, что эхом стали отражаться в мгновенно опустевшей голове.

Я бухнулся в близстоящее кресло.

Мы проиграли эту битву. Два мира… стали едины.

* * *

Мы замерли на крыше, наслаждаясь свежим ветром и открывшимся взору звездным небом. Оно то и дело подергивается, одни звезды исчезают, другие появляются. Два мира слились в один. В новостях показывают репортажи с мест, как в пустошах появились целые моря, острова и десятки городов с растерянными жителями разлома. Сама планета тоже увеличилась в размерах, став в диаметре раза в полтора больше. В Тихом океане вырос целый континент — тот самый, где живут альвы.

Ласка склонила голову, положив мне на плечо, я наклонился и потерся щекой об ее макушку.

— Мы проиграли очередную битву Богам хаоса, — произнесла она.

— Да, но война еще не проиграна. Мы все еще живы.

— И все же у меня плохое предчувствие. Как будто нас могут убить в любой момент, но просто хотят помучить. Все это наше сопротивление кажется бесполезным. Так или иначе, Боги хаоса добиваются своего.

Я сжал зубы. Хочется сказать ей что-то ободряющее, но вот беда — я абсолютно согласен с ее словами.

— И все же не все потеряно. Они не всесильны. Их можно убить.

— Только теперь из-за слияния миров две вселенных объединились, и Боги хаоса и демоны хаоса стали сильнее.

— Тогда мы тоже станем сильнее.

— Как?

Мои пальцы сжались в кулаки.

— Прокачаемся. А если этого не будет хватать, то воспользуемся тем, что наши тела тоже состоят из демонов хаоса. Если Богов хаоса это усилило, то и мы можем усилиться за счет этого, в нас тоже много хаоса.

Девушка подняла на меня удивленный взгляд. А я, сделав вдох, решительно сказал:

— Если это понадобится для победы над ними, тогда я сам стану Богом хаоса.

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN/прокси.

У нас есть Telegram-бот, для использования которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на «Анонимность».

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Разлом 7: Два мира

Content

Разлом 7: Два мира

Глава 01

Глава 02

Глава 03

Глава 04

Глава 05

Глава 06

Глава 07

Глава 08

Глава 09

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Nota bene