Сборник

Сказки Змея Горыныча

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2024

В дремучем лесу в глубокой норе жил себе поживал Змей Горыныч.

Когда-то он вместе с другими змеями сильно проказничал на земле: огнём выжигал деревни и сёла, с богатырями дрался не на жизнь, а на смерть, детишек малых да баб до смерти пугал… Не любили его люди. Да оно и понятно: за что же злых проказников любить-то?

Прошло некоторое время, и понял Змей Горыныч, что плохо жить на свете, когда тебя никто не любит. Решил он стать добрым. Улетел в тридевятое царство, за высокие горы, забрался в глубокую нору и дал себе слово, что никогда и никого больше не обидит – ни зверя, ни человека. Слово своё сдержал. И теперь, когда солнышко садилось, к его норе безбоязненно сбегались лесные зверушки.

Очень они любили сказки про других змеев, которые рассказывал им Змей Горыныч.

Зорька, Вечорка и Полуночка

Жил-был в царстве-государстве король. Было у него три дочери красоты неописуемой. Король берёг их пуще глаза своего. Построил подземные палаты и посадил их туда, словно птичек в клетку, чтобы ветры на них не веяли, солнышко лучом не опалило.

Однажды вычитали королевны в одной книге, что есть чудный белый свет, и когда пришёл король навестить их, они тотчас начали его со слезами упрашивать:

– Государь ты наш батюшка! Выпусти нас на белый свет посмотреть, в зелёном саду погулять.

Король принялся было их отговаривать. Куда там! И слышать не хотят: чем больше отец отказывает, тем они пуще к нему пристают.

Нечего делать, согласился король.

Вышли прекрасные королевны в сад погулять, увидали и красное солнышко, и деревья, и цветы и несказанно обрадовались. Стали они в саду забавляться, бегать, смеяться.

Вдруг подхватило их буйным вихрем и унесло высоко-далеко – неведомо куда.

Мамки и няньки всполошились, побежали к королю докладывать. Король тотчас разослал во все стороны своих верных слуг: кто на след нападёт, тому посулил большую награду пожаловать.

Слуги ездили, ничего не проведали, с чем поехали – с тем назад и воротились.

Тогда король созвал большой совет, стал у бояр спрашивать, не возьмется ли кто разыскать его дочерей? Кто это дело сладит, за того любую королевну замуж отдаст и богатым приданым на всю жизнь наделит.

Раз спросил – бояре молчат, в другой – не отзываются, в третий – никто ни полслова!

Залился король горючими слезами и говорит:

– Видно, нет у меня, бедного-несчастного, ни друзей, ни заступников, ни слуг верных, преданных! Никто не хочет моему горю помочь-подсобить!

Велел по всему государству клич кликать: не выищется ли кто на такое дело из простых людей? Может быть, они посмелее царских слуг и царскую волю исполнят?

А в то самое время жила-была в одной деревне бедная вдова. Было у нее трое сыновей – сильных, могучих богатырей.

Все они родились в одну ночь: старший вечером, средний в полночь, а меньшой на утренней зоре. И назвали их поэтому Вечорка, Полуночка и Зорька. Как дошёл до них королевский клич, они тотчас взяли у матери благословение, собрались в путь и поехали в столичный град.

Приехали к королю, поклонились ему и молвили:

– Здравствуй, государь! Мы пришли к тебе не пир пировать, а службу служить. Позволь нам поехать твоих королевен разыскать.

– Благослови вас Господь, добры молодцы! Как зовут?

– Мы – три брата родные: Зорька, Вечорка и Полуночка.

– Чем же вас за будущую службу поблагодарить? – спрашивает король.

– Нам, государь, ничего не надо. Только не оставь нашей матушки, позаботься о ней, пока нас не будет.

Король поселил их матушку у себя во дворце и велел кормить и поить её с королевского стола, одевать-обувать из своих кладовых.

Отправились добрые молодцы в путь-дорогу.

Едут месяц, и другой, и третий и заехали в широкую пустынную степь. За той степью – дремучий лес, а у самого лесу стоит избушка.

Постучались в окошко – никто не отзывается, вошли в избушку – а там нет никого.

– Ну, братцы, останемся здесь на время, отдохнём с дороги, – говорит Вечорка.

Разделись, помолились Богу и легли спать.

Наутро меньшой брат Зорька говорит старшему брату Вечорке:

– Мы двое на охоту пойдём, а ты оставайся дома да приготовь нам обед. Побольше всего наготовь – усталые и голодные придём.

Старший брат согласился. Приготовил всё, как надобно, и лёг на лавочку отдохнуть.

Вдруг застучало, загремело – отворилась дверь, и вошёл в избу старичок с ноготок, борода с локоток. Глянул он сердито и закричал на Вечорку:

– Как посмел в моем доме хозяйничать?

Отвечает Вечорка:

– Прежде вырасти, а то тебя от земли не видать! Вот возьму щей ложку да хлеба крошку – все глаза тебе залеплю!

Старичок с ноготок ещё пуще озлобился:

– Я мал, да удал!

Схватил горбушку хлеба и давай Вечорку колотить. Чуть живого бросил под лавку, а сам съел готовый обед и ушёл в лес.

Вечорка обвязал голову тряпицею, лежит да охает.

Воротились братья, спрашивают:

– Что с тобой случилось?

– Эх, братцы, затопил я печку, да с великого жару разболелась у меня голова – весь день провалялся, не мог ни варить, ни жарить!

На другой день Зорька с Вечоркою на охоту пошли, а Полуночку дома оставили: пусть-де обед приготовит. Полуночка развёл огонь, приготовил обед и лёг на лавку.

Вдруг застучало, загремело – вошёл старичок сам с ноготок, борода с локоток и давай Полуночку бить-колотить, чуть совсем не убил! Потом съел обед и ушёл в лес.

Полуночка завязал платком голову, лежит под лавкою и охает. Вернулись братья, увидели брата и спрашивают:

– Что с тобой?

– Угорел, братцы! Всю головушку разломило, и обеда вам не приготовил.

На третий день старшие братья на охоту пошли, а Зорька дома остался. Приготовил вкусный обед, а как управился с хозяйством, лёг на лавочку отдохнуть.

Вдруг застучало, загремело – идёт во двор старичок сам с ноготок, борода с локоток, на голове целый стог сена тащит, а в руках большой чан воды несёт. Чан с водой поставил на землю, раскидал сено по двору и принялся овец считать. Видит – не хватает одного барана, рассердился, побежал в избушку, бросился на Зорьку и крепко ударил его по голове.

Зорька вскочил, ухватил старичка за длинную бороду и ну таскать во все стороны. Таскает да приговаривает:

– Не узнав броду, не суйся в воду!

Взмолился старичок:

– Смилуйся, могучий богатырь! Не предавай меня смерти, отпусти душу на покаяние.

Зорька вытащил его на двор, подвёл к дубовому столбу и в тот столб забил ему бороду большим железным клином. Затем воротился в избу, сидит да братьев дожидается.

Пришли братья с охоты и дивятся, что он невредим.

– Пойдёмте-ка, братцы, ведь я вашу беду поймал, к столбу привязал, – говорит Зорька.

Вышли братья на двор, смотрят – старичок с ноготок давно убежал, только половина бороды на столбе мотается. А где он бежал, там кровь лилась.

По тому следу добрались братья до глубокой пещеры. Зорька пошёл в лес, надрал лыка, свил из него верёвку и велел спустить себя под землю. Вечорка и Полуночка спустили его под землю. Очутился он на том свете, отвязался от верёвки и пошёл куда глаза глядят.

Шёл-шёл – видит: стоит медный дворец. Вошёл он во дворец, встречает его младшая королевна – краше цвета алого, белей снегу белого, и ласково спрашивает:

– Как зашёл сюда, добрый молодец, по воле аль по неволе.

– Твой родитель послал вас, королевен, разыскивать.

Она тотчас посадила его за стол, накормила-напоила и дала пузырёк с сильной водою:

– Испей-ка этой водицы, у тебя силы прибавится.

Зорька выпил из того пузырька и почуял в себе мощь великую. «Теперь, – думает, – хоть кого осилю!»

Тут поднялся буйный ветер, королевна испугалась:

– Сейчас, – говорит, – мой змей прилетит!

Спрятала королевна Зорьку в другой комнате.

Прилетел трёхглавый змей, ударился о сырую землю, обернулся молодцем и закричал:

– А! Русским духом пахнет… Кто у тебя в гостях?

– Кому у меня быть? Ты по Руси летал, там русского духу набрался – оттого и здесь тебе чудится.

Змей запросил есть и пить. Королевна принесла ему разных кушаний и напитков, а в те напитки подсыпала сонного зелья.

Змей наелся-напился, повалился на кровать и заснул крепким сном.

Королевна вызвала Зорьку. Тот вышел, размахнулся мечом и отрубил змею все три головы. Потом разложил костёр, сжёг змея поганого и пустил пепел по чистому полю.

– Теперь прощай, королевна! Пойду искать твоих сестёр, как твой отец приказал. А как найду их – за тобой вернусь. Все вместе к твоему отцу и воротимся! – сказал Зорька и отправился в путь-дорогу.

Шёл-шёл – видит серебряный дворец, а во дворце живёт средняя королевна. Зорька убил тут шестиглавого змея и пошёл дальше.

Долго ли, коротко ли – добрался он до золотого дворца. В том дворце жила старшая королевна, а сторожил её змей о двенадцати головах. Но и тут сумел Зорька победить змея и освободил королевну из заключения.

Она обрадовалась, стала домой собираться. Но перед тем, как в путь-дорогу отправиться, вышла она на широкий двор, махнула красным платочком – золотое царство свернулось и в яичко поместилось.

Взяла королевна то яичко, положила в карман и пошла с Зорькою-богатырём за своими родными сестрицами.

А сестрицы-кудесницы то же самое сделали: скатали свои царства в яички, забрали с собой и отправились к выходу из пещеры.

Там они покричали-пошумели – Вечорка с Полуночкой и вытащили своего брата с трёмя королевнами на белый свет.

Приехали они все вместе в своё государство.

Взмахнула тут младшая королевна платочком, бросила медное яичко оземь, и развернулось перед ними медное королевство.

Потом средняя королевна взмахнула платочком, бросила серебряное яичко, и развернулось вокруг серебряное королевство.

Тут и старшая взмахнула платочком, золотое яичко ударила оземь, и развернулось вокруг царство золотое.

Король без ума от счастья был, так обрадовался, что и рассказать нельзя. Приказал он обвенчать Зорьку, Вечорку и Полуночку со своими дочерьми. А в завещании приказал после своей смерти сделать Зорьку своим наследником.

Царь-медведь

В тридесятом царстве, в тридевятом государстве жили-были царь с царицей. Только вот детей у них не было.

Однажды собрался царь на охоту, поехал в дальние леса.

В полдень, когда солнце припекло, захотелось царю пить. Нашёл он заброшенный колодец, зачерпнул водицы, и вдруг хвать его кто-то за бороду. Был это царь-медведь.

– Коли хочешь выпить из моего колодца, – говорит царь-медведь, – так дай обещание, что отдашь мне то, чего дома не знаешь!

– Чего я дома не знаю? – спрашивает царь. – Лучше я тебе стадо коров отдам или табун лошадей, только дай напиться.

– Нет, царь, воды можешь напиться, коли дашь то, чего дома не знаешь!

– Ну хорошо, будь по-твоему! – согласился царь, напился и поехал домой.

Дома его встретила радостная жена и говорит:

– Пока ты на охоту ездил, послал нам Господь деток – Ивана-царевича и Марью-царевну!

Заплакал тут царь горючими слезами.

– Что же ты плачешь, ведь радоваться надо, что у нас теперь дети есть? – спрашивает царица.

– Как же мне не плакать, ведь я отдал то, чего дома не знал, царю-медведю! – отвечает царь.

Рассказал он царице, что с ним на охоте приключилось. Царица и говорит:

– Не отдадим мы ему наших деток, давай лучше их спрячем.

Приказал царь вырыть глубокое подземелье, построить там царские покои, нанести всяческих запасов. И стали Иван-царевич и Марья-царевна жить в подземелье.

Много ли времени прошло, мало ли, состарились царь с царицей и умерли.

Как-то приходит во дворец царь-медведь за детьми. Надоело ему ждать обещанного. Во дворце пусто, ни царя, ни царицы, ни слуг. Походил царь-медведь по дворцу и увидел в стене долото. Спрашивает царь-медведь:

– Долото, долото, расскажи мне про царских детей!

– Выйди во двор и брось меня, куда упаду, там и рой землю.

Так царь-медведь и сделал. Долото воткнулось в землю прямо в том месте, где подземелье было построено. Стал царь-медведь землю рыть, откопал дверь в подземелье и нашёл царских детей: Ивана-царевича и Марью-царевну. Взял он их и понёс домой.

Принёс царь-медведь детей под высочайшие горы. Куда ни глянешь, одни горы вокруг, ничего больше не видно.

Заплакали дети, стали просить есть.

– Сейчас побегу вам за едой, – говорит царь-медведь, – а вы пока здесь сидите, отдыхайте.

Откуда ни возьмись прилетает к детям сокол и говорит:

– Хотите, я спасу вас от царя-медведя? Садитесь мне на спину, мы улетим в дальние края.

Дети сели ему на спину, но не успел сокол взлететь, вернулся царь-медведь, ударил лапами, высек огонь и опалил соколу крылья. Не смог сокол улететь, опустился на землю.

Царь-медведь и говорит:

– А, так вы от меня убежать хотели? Теперь я вас съем!

– Не ешь нас, царь-медведь! Мы тебе верой служить будем!

Простил их царь-медведь и понёс дальше к себе домой.

Долго ли шли, коротко, запросили дети есть. Посадил царь-медведь их на траву, а сам побежал еды добывать. Только ушёл, прилетел к детям орёл и говорит:

– Хотите, я спасу вас от царя-медведя? Садитесь мне на спину, мы улетим в дальние края.

Дети сели орлу на спину, но только взлетели в облака, как вернулся царь-медведь, увидел он, что дети от него опять сбежали. Рассердился, хлопнул лапами, и взвился огонь до самых небес.

Опалил огонь крылья орлу, спустился орёл на землю и посадил Ивана-царевича и Марью-царевну на траву.

Царь-медведь опять захотел их съесть, да опять упросили его дети простить их в последний раз. Понёс он их к себе домой.

Только снова дети запросили есть, и пришлось царю-медведю идти за едой. Как ушёл царь-медведь, так появился откуда ни возьмись бычок – золотой бочок. Он и говорит детям:

– Садитесь на меня, я смогу вас от царя-медведя спасти. Выньте у меня из левого уха костяной гребешок, а из правого уха шёлковый рушник. Как будет нас царь-медведь догонять, бросайте сначала гребешок, а потом и рушник.

Сели дети на бычка, и поскакал он изо всех сил.

Вернулся царь-медведь, увидел он, что дети от него опять сбежали, и бросился в погоню.

Смотрят дети: царь-медведь нагонять их стал.

Тогда Иван-царевич бросил гребешок за спину, и вырос за ними дремучий-дремучий лес. Стал царь-медведь пробираться сквозь лес, а бычок побежал ещё быстрее.

Наконец опять царь-медведь стал их нагонять.

Тут ударил бычок копытами о землю и забросал царю-медведю землёй глаза. Бросился царь-медведь глаза мыть, а бычок побежал дальше.

Снова стал царь-медведь их нагонять. Тогда Иван-царевич махнул рушником за спиной, стало за ними широкое-широкое море. Царь-медведь подбежал к морю, постоял немного да воротился к себе.

А бычок прибежал на полянку – там избушка стоит. И говорит он детям:

– Вот вам дом, здесь хорошо вам будет. А сейчас зарежьте меня и бросьте в костёр. Пепел мой посейте на трёх грядках. Из первой грядки конь появится. Тебе на нём ездить, Иван-царевич. На второй грядке собачка появится. Она с тобой, Иван-царевич, на охоту ходить будет. А на третьей грядке вырастет яблонька. За ней пусть Марья-царевна ухаживает.

Иван-царевич и Марья-царевна заплакали – полюбили они бычка. А бычок на своём стоит:

– Сделайте, как я сказал!

Послушали его Иван-царевич и Марья-царевна, и всё сталось, как бычок сказывал. Из первой грядки богатырский конь появился, из второй собачка, а на третьей – яблонька выросла с золотыми яблочками.

Как-то раз отправился Иван-царевич на охоту, а Марья-царевна пошла на море стирать бельё.

А на другом берегу моря в это же время появился дракон о шести головах. Увидел он Марью-царевну, обернулся прекрасным молодцем и закричал ей:

– Красна девица, здравствуй!

– Здравствуй, добрый молодец! – ответила ему Марья-царевна.

– Коли был бы мост через море, то перешёл бы я на другой берег и женился на тебе.

Марья-царевна махнула волшебным рушником, и через море перекинулся мост. Молодец перешёл к Марье-царевне, обратился в змея и уволок Марью-царевну в своё царство.

Вернулся Иван-царевич с охоты домой, а Марьи-царевны нет. Поехал он её искать.

Ехал, ехал, смотрит на пригорке стоит избушка на курьих ножках. Зашёл он в избушку, а там Баба Яга – костяная нога сидит.

– Фу-фу, русским духом пахнет! Давно в гости ко мне никто не захаживал! – говорит Баба Яга. – Кто такой ко мне пожаловал?

– Это я, Иван-царевич. Еду по свету, свою сестрицу ищу. Может, знаешь, где её найти?

– А как не знать, – отвечает Баба Яга. – Унёс её змей о шести головах. А живёт он в змеином царстве, что на той стороне моря. Ты воротись к себе домой, сорви с яблоньки три веточки. Сплети из них плётку и ступай за море. А как вызовешь змея на бой, так стегани его этой плёткой.

Вернулся Иван-царевич домой и сделал всё, как велела Баба Яга. А потом пустился на другой берег моря и как закричит:

– Эй, змей, выходи на бой. У тебя моя сестрица Марья-царевна, пришёл я её освободить.

Змей рассмеялся громовым смехом и отвечает:

– Готовься к смерти, Иван-царевич, тебе меня не одолеть!

Стали они вдвоём биться. А Иван-царевич улучил минутку, достал плеть и стеганул ею змея. В ту же минуту змей исчез, а в темнице, где была Марья-царевна, распахнулись все двери.

Забрал Иван-царевич сестрицу, и зажили они счастливо.

Змей Горыныч и царская дочь

В некотором царстве, в некотором государстве жил-был царь, и было у него три сына, все трое – богатыри.

Скучно им во дворце день-деньской сидеть, решили они на охоту поехать. Пришли к отцу и говорят:

– Свет наш, государь-батюшка, благослови нас, мы на охоту поедем.

Благословил их царь, и отправились братья в разные стороны.

Попал младший сын на поляну, а там вокруг мёртвой лошади собрались звери и шумят о чём-то.

Поднялся сокол, прилетел к царевичу и говорит:

– Иван-царевич, помоги нам разделить эту лошадь! Она здесь лежит уже много лет, мы всё спорим, а как поделить – не знаем.

Царевич слез со своего коня и разделил таким образом: зверям – кости, птицам – мясо, змеям – кожу, муравьям – голову.

– Спасибо, Иван-царевич! – сказал сокол. – За то, что ты нам помог, сможешь превращаться в ясного сокола и в муравья всякий раз, когда захочешь.

Обернулся Иван-царевич ясным соколом и полетел в тридесятое государство. А половина этого государства располагалась в хрустальной горе.

Прилетел он прямо во дворец, обернулся добрым молодцем и спрашивает царских слуг:

– Не возьмёт ли ваш государь меня на службу?

– Такого молодца, конечно, возьмёт.

Стал Иван-царевич служить у царя. Полюбился он государевой дочери, и попросила она своего отца:

– Батюшка, позволь мне с Иваном-царевичем на хрустальной горе погулять.

Царь отпустил их и приказал Ивану-царевичу глаз с царевны не спускать, чтобы не случилось с ней какого несчастья.

Подъехали они к хрустальной горе. Вдруг прямо перед ними выскочила золотая козочка. Стала царевна умолять Ивана-царевича поймать эту козочку.

Иван-царевич побежал за козочкой, но не догнал, а когда вернулся, царевны и след простыл. Искал он её, кликал, но всё напрасно. Пропала государева дочка.

Что царю сказать? Как ему на глаза показаться? Нарядился он стариком так, что даже отец с матерью не признали бы. Пришёл к царю во дворец, поклонился и говорит:

– Царь-батюшка, возьми меня пастухом, стадо пасти.

– Хорошо, будь пастухом, – отвечает царь. – Если прилетит змей о трёх головах, дай ему три коровы, если о шести головах – шесть коров, а если о двенадцати головах, то отдай ему двенадцать коров.

Стал Иван-царевич стадо пасти.

Вдруг летит змей о трёх головах и кричит:

– Эй, Иван-царевич, тебе бы, такому богатырю, с врагом сражаться, а ты стадо пасёшь. Ну-ка, пригони мне трёх коров!

– Много же ты хочешь, – отвечает Иван-царевич, – я и то в суточки ем по одной уточке, а ты трёх коров запросил. Не будет тебе ни одной!

Рассердился змей и схватил шесть коров. Иван-царевич обернулся ясным соколом, догнал трёхголового змея и заклевал его.

Вернулся вечером во дворец, а государь спрашивает:

– Ну что, прилетал трёхголовый змей, дал ты ему трёх коров?

– Змей прилетал, но коров ему я не дал, – ответил пастух.

На другой день стал Иван-царевич стадо своё пасти на лугу, где трава сочнее. В полдень прилетает змей о шести головах и просит шесть коров.

– Много же ты хочешь, – говорит ему Иван-царевич, – я и то в суточки ем по одной уточке, а ты шесть коров захотел. Не будет тебе ни одной!

Разгневался змей и схватил двенадцать коров. А Иван-царевич обернулся ясным соколом, догнал чудище шестиголовое и заклевал его.

Поздно вечером обернулся царевич муравьём и залез в хрустальную гору. Видит: в хрустальной горе сидит царевна и горько плачет.

– Здравствуй, – говорит Иван-царевич, – как ты сюда попала? И почему плачешь?

– Меня унёс змей о двенадцати головах, когда ты побежал за золотой козочкой. А плачу я оттого, что не хочу быть пленницей чудовища ужасного, а хочу к батюшке, к матушке.

– Как же тебя спасти? – спрашивает царевич.

– Если сыщется такой богатырь, – молвила царевна, – который победит змея о двенадцати головах, то я буду свободна.

– Потерпи немного, – отвечает ей царевич, – завтра в полдень он сам ко мне прилетит, и ты будешь свободна.

Вылез царевич из той горы, а с утра погнал своё стадо пастись.

В полдень прилетел змей о двенадцати головах, схватил двенадцать коров и хотел улететь со своей добычей. Но Иван-царевич превратился в ясного сокола, догнал чудище и стал с ним сражаться. Долго они бились, но Иван-царевич одолел гада. И стала царевна свободна.

Вывел он её из хрустальной горы и привёл к отцу.

Государь обрадовался и говорит Ивану-царевичу:

– Добрый молодец, будь моей дочери мужем, а мне любимым сыном.

И стали они жить-поживать, добра наживать.

Марья Моревна

За тридевять земель, за тридесять морей жил-был Иван-царевич. Было у него три сестры красавицы. Родители у них умерли, жили они вчетвером дружно и счастливо.

Как-то раз разыгралась на улице буря. Гром гремит, молнии сверкают. Тут окно в царском дворце открылось, и влетел в зал ясный сокол. Ударился он об пол и обратился в добра молодца.

Поклонился он Ивану-царевичу до земли и говорит:

– Прилетел я сватать твою старшую сестру.

Иван-царевич отвечает:

– Коли она против тебя ничего не имеет, женись на ней, дам тебе своё согласие.

Старшая сестра согласилась за ясного сокола замуж пойти. Сыграли свадьбу, и унёс её в своё царство ясный сокол.

Год проходит, как опять на земле Ивана-царевича буря разыгралась. Гром грохочет, молнии сверкают. Раскрылось окно в дворцовом зале, и залетел туда ястреб. Ударился ястреб оземь и обратился в добра молодца.

Поклонился он Ивану-царевичу и говорит:

– Пришёл я сватать твою среднюю сестру, Иван-царевич.

– Коли люб ты моей сестрице, то противиться вашей свадьбе не буду, – отвечает Иван-царевич.

Средняя сестра согласилась выйти за добра молодца. Сыграли свадьбу на другой день, и унёс её ястреб к себе в царство. Остался Иван-царевич с младшей сестрицей.

Ещё через год опять на землю Ивана-царевича буря пришла, пострашнее первых двух. Да и тут повторилось всё, как раньше. Только в залу дворцовую филин влетел.

Ударился он оземь и превратился в прекрасного юношу. Поклонился он Ивану-царевичу и стал сватать меньшую сестрицу. Не стал Иван-царевич долго тянуть – третью свадьбу сыграли, и унёс филин в своё царство меньшую сестрицу.

Остался Иван-царевич один в своем царстве-государстве. Прожил он так год: на охоту ходил, пиры устраивал, к соседям в гости ездил. Да всё равно заскучал без сестриц. Решил он наведаться к ним в гости. А куда ехать, не знает. Снарядил коня и поехал куда глаза глядят.

Ехал он, ехал, вдруг перед ним поле открылось широкое. А на поле том, куда ни глянь, дружина побитая лежит – бой недавно был.

Стал Иван-царевич кликать, есть ли кто живой.

Отозвался ему витязь раненый:

– Есть среди нас и живые, только раненые.

– А кто же дружину такую знатную разбил? – спрашивает Иван-царевич.

– Краса-царевна Марья Моревна разбила нашу дружину, – отвечает витязь.

Поехал Иван-царевич дальше, и через день, два ли видит – в поле шатры шёлковые раскинулись. Подъехал Иван-царевич ближе, а это войско Марьи Моревны стоит, а сама она его приветствовать вышла:

– Здравствуй, Иван-царевич! Куда едешь? По добру или по злому умыслу?

– Еду я своих сестриц навестить, да пока не знаю, где их искать.

– Оставайся у меня отдохнуть, – говорит Марья Моревна, – а отдохнёшь, поедешь дальше.

Иван-царевич остался отдохнуть. И так ему Марья Моревна понравилась! Да и он Марье Моревне полюбился. Решили они свадьбу сыграть.

А после свадьбы увезла Марья Моревна Ивана-царевича в своё царство, и стали они там жить.

Год живут, второй, третий, как собралась Марья Моревна войной идти на соседнее царство. Собрала она войско, а Ивану-царевичу говорит:

– Оставляю на тебя царство своё, всё хозяйство. Береги всё, смотри за всем, только в подземелье за железную дверь никогда не заглядывай!

Отправилась Марья Моревна воевать, а Иван-царевич наказ нарушил и побежал в подземелье посмотреть, что за железной дверью находится.

Открыл он все засовы, заглянул туда и обмер.

Стоит у стены ста цепями прикованный Кощей Бессмертный. Худой, бледный, весь изнемог.

Увидел он Ивана-царевича и просит:

– Погоди дверь запирать, дай хотя бы воды напиться, я уж три года как не пил.

Иван-царевич принёс Кощею воды, тот напился, только мало ему показалось. Попросил ещё. Так Иван-царевич ему три ведра принёс. Кощей все вёдра выпил и силу свою вернул.

Разорвал он разом все сто цепей и говорит:

– Спасибо, что службу сослужил и меня освободил. Теперь заберу я Марью Моревну в своё царство Кощеево, век жену свою не увидишь.

Сказал так и исчез. А сам догнал войско Марьи Моревны, подхватил её и унёс в своё царство.

Загрустил Иван-царевич, расплакался, да делать нечего. Стал собираться в путь-дорогу – Марью Моревну из плена вызволять. Сел на коня и поехал куда глаза глядят.

День ехал, два ли, вдруг видит – перед ним красивый дворец стоит. Вокруг дворца изгородь кованая, а на воротах ясный сокол сидит. Подлетел сокол к Ивану-царевичу, ударился оземь и превратился в добра молодца. Оказалось, что это муж старшей сестры царевича.

Обрадовался Иван-царевич, обнял зятя своего, стал рассказывать, что с ним приключилось. Тут и сестра старшая услыхала, что гости пожаловали, а уж как увидела брата, так не было предела её радости.

Погостил Иван-царевич у сестры пару дней да стал в дорогу собираться, Марью Моревну искать.

– Тяжело тебе будет отыскать Кощеево царство, – говорит ясный сокол. – На всякий случай оставь нам свою золотую ложку.

Иван-царевич оставил ясному соколу золотую ложку и пустился в путь.

День ехал, два ли, вдруг видит – перед ним дворец стоит, красивее прежнего. Вокруг дворца изгородь серебряная, а на серебряных воротах ястреб сидит.

Ударился ястреб оземь и обратился в добра молодца. Смотрит Иван-царевич, а это муж его средней сестры. То-то радости было, что наконец свиделись!

Погостил Иван-царевич и у средней сестры, да надо было отправляться дальше в путь на поиски Марьи Моревны.

– На всякий случай оставь нам свою золотую булавку, – попросил ястреб.

Оставил Иван-царевич булавку ястребу, а сам дальше поехал.

День ехал, два ли, вдруг видит – перед ним дворец стоит, еще красивее прежнего. Вокруг дворца изгородь золотая вьётся, а на воротах филин сидит.

Слетел филин навстречу Ивану-царевичу, ударился оземь и обратился в красивого юношу. Смотрит Иван-царевич, а это его зять, муж младшей сестрицы. Обрадовались они встрече, пир затеяли.

Погостил Иван-царевич у них пару дней да засобирался в дорогу за Марьей Моревной. А филин ему и говорит:

– Оставь нам на память твою золотую трубку.

Иван-царевич трубку оставил, сам сел на коня и дальше поехал.

Не прошло и трёх дней пути, как выехал он на поляну, а на ней дворец стоит. У дворца того Марья Моревна гуляет, мамками-няньками окружена. Увидела она Ивана-царевича, бросилась ему на шею, расплакалась:

– Что ж ты, милый мой, меня не послушался, Кощея Бессмертного отпустил?

Покаялся Иван-царевич, повинился и говорит Марье Моревне:

– Садись на коня, поедем отсюда, авось Кощей нас не догонит!

Села Марья Моревна на коня, поскакали они в своё царство.

А Кощей Бессмертный тем временем царство своё облетал. Возвращается он домой, а конь под ним спотыкается.

Кощей спрашивает коня:

– Чем тебе дорога не мила, что идёшь-спотыкаешься?

– Иван-царевич к тебе во дворец пожаловал, Марью Моревну увёз.

– Догонишь ли их? – спрашивает Кощей.

– А что ж не догнать, они ещё не далеко уехали, – отвечает ему конь.

Пустились они в погоню. Не прошло и получаса, как Ивана-царевича нагнали.

– Эй, Иван-царевич, стой! – закричал Кощей Бессмертный. – На этот раз прощу тебя, раз ты меня из плена вызволил. Но если ещё раз за Марьей Моревной пожалуешь, не сносить тебе головы!

Подхватил Кощей Марью Моревну на руки и унёс в своё царство.

Загоревал Иван-царевич: как же ему жену свою спасти? Через пару дней пошёл он опять в Кощеево царство, во дворец. Марья Моревна его увидела, обрадовалась, но говорит:

– Зачем ты пришёл, Иван-царевич? Ведь если Кощей узнает, не сносить тебе головы!

– Пусть не сносить, зато с тобой хоть часок побуду! Без тебя мне свет не мил.

Схватил Иван-царевич свою жену – и на коня. Понеслись они через леса, через поля. Тут время пришло и Кощею домой возвращаться. Едет он дорогою, а конь опять спотыкается.

– Что ж ты, конь мой, плетёшься, спотыкаешься? Аль случилось что? – спрашивает Кощей у коня.

– Случилось, Кощеюшка, что Иван-царевич к тебе в гости пожаловал и Марью Моревну увёз, – отвечает конь.

– Придётся догнать нам его, конь мой верный!

Полетел Кощеев конь через поля, леса, луга – не прошло и получаса, как нагнал Ивана-царевича. Захватил Кощей Ивана-царевича в плен, привёз во дворец и велел казнить. А Марью Моревну запер в высокой башне и никого к ней не пускал.

Казнили Ивана-царевича, а тело в бочку замуровали и по морю плыть пустили.

А зятья Ивана-царевича в одночасье вдруг посмотрели на памятные подарки – ложку, булавку и трубку. Видят, а они плесенью подёрнулись, туманом затянулись. Собрались зятья вместе и полетели искать Ивана-царевича.

Сокол летал высоко-высоко, он и углядел в море бочку. Вытащили они её на берег, открыли, а там и правда Иван-царевич, да только мёртвый.

Слетал ястреб за живой водой, а филин за мёртвой. Окропили Ивана-царевича сначала мёртвой водой – и все раны у него затянулись, а потом брызнули живой водой – он и вздохнул.

– Ах, как долго я спал! – проговорил Иван-царевич.

Видит: вокруг него зятья собрались, дивится:

– Что такое случилось?

– Если бы не мы, пришлось бы тебе, Иван-царевич, совсем худо, – отвечают ему зятья. – Казнил тебя Кощей Бессмертный и бросил твоё тело в море. Идём теперь к нам в гости.

– Как же я могу в гости идти, коли моя жена ненаглядная у Кощея в плену томится? – спрашивает Иван-царевич.

Вернулся Иван-царевич в дом Кощея Бессмертного к Марье Моревне. Та обрадовалась, что муж её жив и невредим. А Иван-царевич ей и говорит:

– Узнай у Кощея, что у него за конь быстрый да как он его получил. Попробую и я там же взять, чтобы тебя из плена освободить.

Марья Моревна улучила подходящий момент и стала у Кощея допытываться о коне. А Кощей ей и говорит:

– За высокими горами, за синими морями, за горящей рекой живет Баба Яга – костяная нога. Есть у неё волшебная лошадь, на которой она вокруг всего мира летает. А у лошади той рождаются всё больше необычные жеребцы. Давным-давно служил я у неё пастухом и выслужил такого жеребчика.

– А как же ты через горящую реку переплыл?

– Есть у меня такой перстень. Если его вниз камнем повернуть, так через любую реку мост прокладывается. А как камнем вверх повернуть, так этот мост рушится.

Стала Марья Моревна перстень тот искать, чтобы Ивану-царевичу передать. А как нашла, рассказала ему всё. И отправился Иван-царевич к Бабе Яге.

Долго шёл Иван-царевич, проголодался. Смотрит: птица сидит красоты необыкновенной со своими птенчиками. Он птице и говорит:

– Возьму-ка я у тебя одного птенчика, больно уж есть хочется!

А птица ему и говорит:

– Не губи моего малыша, я тебе ещё пригожусь.

Пошёл дальше Иван-царевич и вдруг заметил на дереве пчелиное дупло. Захотел он мёда попробовать, а пчела ему и говорит:

– Не бери нашего мёда, Иван-царевич! Я тебе ещё пригожусь.

Не стал Иван-царевич мёда пробовать, пошёл голодный дальше. Вдруг навстречу ему тигрица выходит с тигрёнком.

– Ну хоть тигрёнка съем, – говорит Иван-царевич.

А тигрица ему и говорит:

– Не ешь моего тигрёночка, Иван-царевич, я тебе ещё пригожусь!

И отправился Иван-царевич голодный к Бабе Яге – костяной ноге.

Долго ли, коротко ли, подошёл Иван-царевич к горящей реке.

Вынул из кармана Кощеев перстень, надел на палец, повернул вниз камнем – и через горящую реку перекинулся высокий мост. Пробежал Иван-царевич через мост, повернул перстень на пальце вверх камнем – мост исчез.

Посмотрел вокруг – посреди поляны дом стоит, вокруг него изгородь из пик. На одиннадцати пиках головы человечьи нанизаны, а двенадцатая пика пока пустая.

Вошёл Иван-царевич в избу, а там сидит Баба Яга – костяная нога.

– Здравствуй, Баба Яга! – говорит Иван-царевич.

– Здравствуй, Иван-царевич! – отвечает ему Баба Яга. – Что ищешь в наших краях?

– Пришёл к тебе на службу наняться, хочу жеребёночка волшебного заслужить!

– Что ж, коли хочешь служить, так мешать не буду. Служба у меня длится три дня. Пойдёшь пасти моих волшебных кобылиц. Коли сумеешь ни одной не потерять, подарю тебе волшебного жеребёночка, а коли хоть одну потеряешь – твоя голова с плеч долой.

Ударили по рукам, Баба Яга Ивана-царевича накормила-напоила, спать уложила.

А наутро пошёл Иван-царевич волшебных кобылиц пасти.

Только вышел на равнину, не успел и глазом моргнуть, как лошади пропали из виду. Заплакал Иван-царевич горючими слезами, и одолел его сон. А как солнце садиться стало, будит его голос:

– Проснись, Иван-царевич, да быстрее к Бабе Яге возвращайся! Волшебные кобылицы уже давно в конюшне стоят!

Проснулся Иван-царевич, смотрит, а это птица необыкновенной красоты с ним разговаривает. Поблагодарил её за помощь и вернулся к Бабе Яге – костяной ноге.

А та шумит – разгневалась на своих кобылиц:

– Эх, вы! Ивана-царевича провести не смогли?

– Как же его провести, если на нас со всего света птицы налетели и давай клевать! Еле успели дома схорониться.

На другой день пошёл Иван-царевич кобылиц в горы пасти. Не успел взойти на гору, как волшебные кобылицы разбежались и пропали.

Расплакался Иван-царевич горючими слезами, и опять его сон одолел.

А как стало солнце садиться, услышал он голос:

– Проснись, Иван-царевич, да быстрее к Бабе Яге возвращайся! Волшебные кобылицы уже давно в конюшне стоят!

Проснулся Иван-царевич, смотрит, а это тигрица с ним разговаривает.

Вернулся Иван-царевич к Бабе Яге, слышит, как она пуще прежнего кобылиц распекает:

– Что ж вы от Ивана-царевича никак не спрячетесь? Зачем домой вернулись?

– Не могли мы спрятаться! Дикие звери со всего света сбежались, мы еле живы остались.

– Спрячьтесь завтра в синее море – Иван-царевич там вас уж точно не найдёт! – посоветовала Баба Яга своим кобылицам.

На третий день, чуть забрезжил рассвет, вышел Иван-царевич пасти кобылиц в последний раз. Не успел он и глазом моргнуть, как лошади исчезли.

Отчаялся Иван-царевич, плачет, горючими слезами заливается. Вдруг слышит у самого уха тоненький голосок:

– Не бойся, Иван-царевич, я тебе помогу кобылиц домой собрать.

Смотрит Иван-царевич, а это пчела из дикого улья.

– Только смотри, Иван-царевич, как к Бабе Яге вернёшься, на глаза ей не показывайся. Беги в конюшню и в яслях найдёшь грязного жеребёночка. Хватай его и беги прочь со всех ног.

Иван-царевич к Бабе Яге вернулся и сделал всё, как велела пчела. Оседлал грязного жеребёночка и поскакал во весь опор. К горящей реке подъехал, перстень перевернул вниз камнем – перекинулся через реку мост.

Переехал царевич на другую сторону, а за ним уже Баба Яга – костяная нога в погоню бросилась. Летит в ступе, метлой погоняет.

Подлетела к горящей реке, видит – мост высокий на другой берег перекинулся. Удивилась Баба Яга и пошла посмотреть, что ж это за чудо такое? А как на мосту оказалась, Иван-царевич перстень вверх камнем повернул. Мост разрушился, а Баба Яга в горящую реку упала и сгорела.

Иван-царевич стал своего жеребёнка на лучших лугах пасти. Немало времени прошло, но вырос из жеребёнка красивый статный конь.

Поехал Иван-царевич к Марье Моревне в Кощеево царство. Пока Кощей Бессмертный своё царство облетал, посадил Иван-царевич свою жену на коня и пустился вскачь.

Вечером Кощей повернул домой, а конь под ним не идёт, а только с ноги на ногу переминается.

– Что случилось, почему стоишь? – спрашивает его Кощей.

А конь богатырский ему и отвечает:

– Увёз Марью Моревну Иван-царевич!

– Так догнать надобно! – говорит Кощей.

– А догнать сложно, ведь у Ивана-царевича конь лучше меня.

– Всё равно гони, авось нагоним! – закричал Кощей и пустился за Иваном-царевичем вдогонку.

Нагнал Кощей Бессмертный Ивана-царевича, но не успел и слова сказать, как конь Ивана-царевича с размаху зашиб Кощея.

Посадил Иван-царевич Марью Моревну на Кощеева коня, сам остался на своём, и поехали они в родное царство-государство.

Встретили их с радостью, пир устроили на весь мир. Стали они потом жить-поживать, беды не знать.

И я там был, мёд-пиво пил, по усам текло, а в рот не попало.

Кощей Бессмертный

За горами, за долами было царство-государство, и жили в нём царь, царица и три их сына. Но случилась беда, похитил царицу Кощей Бессмертный. Старший и средний сын отправились матушку свою искать да пропали без вести.

Стал в дорогу собираться и младший сын – Иван-царевич: заказал оружие, а вот коня ладного всё никак найти не мог. Как-то пошёл он в город, да откуда ни возьмись появилась рядом старуха и говорит:

– Иди за мной и найдёшь то, что хочешь.

Пошли они вместе. Долго шли и пришли к высокому холму. Показала ему старуха железную дверь и говорит:

– Ступай туда! Найдёшь там, что ищешь.

Сбил Иван-царевич с двери замки пудовые, дверь открыл, а там конь богатырский, цепями прикованный, стоит, храпит, чует, что хозяин пожаловал. Оседлал Иван-царевич коня, поблагодарил старуху и отправился матушку искать.

Долго ехал, вдруг видит – впереди гора огромная, а рядом братья ездят, что делать не знают. У горы камень лежит, а на камне написано: «Коли хочешь путь найти, сдвинь меня – и путь свободен».

Иван-царевич камень сдвинул, гора перед ним расступилась и пропустила внутрь. А братья остались его перед горой дожидаться.

Долго ли, коротко ли, наконец добрался Иван-царевич до терема расписного. В тереме царевна сидит, которую Кощей Бессмертный похитил из соседнего царства. Царевна приняла гостя, напоила, накормила, обо всём расспросила.

– Трудная у тебя задача – матушку найти. Кощей сильный, убьёт он тебя. А вот коли сможешь меч его поднять, может, и найдёшь матушку свою.

Посмотрел Иван-царевич на меч Кощеев, схватил его и вверх подбросил.

– Ступай, Иван-царевич, вызволи нас из плена Кощеева, – попросила его царевна.

Пошёл Иван-царевич дальше. Долго ли, коротко ли, видит: впереди другой терем стоит. А в окошке – матушка, на дорогу смотрит. Увидела она сына младшего, обрадовалась, в терем впустила и от Кощея спрятала.

Только Кощей прилетел, как давай с ним разговоры разные вести, а под конец и спрашивает:

– А где, Кощеюшка, смерть твоя находится? Не верю я, что бессмертный ты.

– Бессмертный, – отвечает Кощей. – Смерть моя находится в синем море-окияне, посреди острова. На острове дуб растёт, у дуба сундук спрятан. В сундуке том заяц сидит, в зайце утка, в утке яйцо. А в яйце смерть моя прячется.

Обрадовался Иван-царевич, что матушка так ловко выведала тайну Кощееву, и стал собираться в путь, смерть Кощееву искать.

Долго пришлось ему идти. Проголодался, а есть нечего. Тут выскочил ему навстречу лисёнок. Только захотел Иван-царевич его убить, как появилась лисица-мать и человеческим голосом говорит:

– Пощади сыночка моего, я тебе пригожусь.

Отпустил Иван-царевич лисёнка.

Вдруг видит – сокол летит. Только стрелять собрался, как сокол ему кричит:

– Не убивай меня, царевич, я тебе пригожусь.

Подивился Иван-царевич, не стал стрелять.

Тут и море-окиян показалось. Спустился Иван-царевич на берег, как вдруг ему под ноги выскочил из воды маленький щучонок.

Только хотел Иван-царевич щучонка схватить, как из воды показалась щука и говорит:

– Помоги моему малышу обратно в море попасть. Отплачу тебе за это службой верною.

Поднял Иван-царевич щучонка и забросил в море.

Тут и остров посреди моря увидел, а на нём дуб гигантский. Стал он думку думать, как на остров добраться, а щука изловчилась да мостом к острову и перекинулась.

Перебрался Иван-царевич на остров, подошёл к дубу и увидел сундук, цепями прикованный. Разорвал цепи, открыл сундук, а из него как заяц выскочит и наутёк!

Опечалился Иван-царевич. Вдруг появилась лиса, поймала зайца, принесла Ивану-царевичу и говорит:

– За то, что пожалел ты моего детёныша, и я тебе службу верную сослужила.

Взял Иван-царевич зайца и вытряхнул из него утку.

Не успел глазом моргнуть, а утка – в небо.

Опечалился Иван-царевич. Вдруг видит: наперерез утке летит соколик знакомый, поймал её и сел перед Иваном-царевичем:

– Вот тебе утка, царевич. Спасибо, что пожалел меня тогда, – сказал сокол.

Взял Иван-царевич утку, достал яйцо, да неудачно. Яйцо выскользнуло и в море упало.

Но тут вода забурлила, и показалась щука. Нашла она яйцо на дне моря и принесла Ивану-царевичу.

Вернулся Иван-царевич в Кощеево царство к матушке и спрятался. А когда Кощей к ней пожаловал, достал Иван-царевич яйцо, разбил его, и упала ему на ладонь стальная игла. Стал он эту иглу переламывать, а Кощею худо сделалось.

Переломил Иван-царевич иглу, и Кощея не стало.

Отправились они с матушкой домой. По дороге и царевну забрали. Вышли к горе, где братья дожидаются. Тут царевна и говорит:

– Не сердись, Иван-царевич! Но забыла я в Кощеевом царстве три вещицы нужные: платье свадебное, туфли волшебные и перстень драгоценный. Вернись ко мне в дом за ними!

Пошёл Иван-царевич, а братья ход в горе завалили, мать и царевну увезли домой.

Суть да дело, решил старший сын жениться на царевне. Стали к свадьбе готовиться, только царевна просит, чтобы обязательно платье было необыкновенное, туфли невиданные да перстень драгоценный.

Между тем Иван-царевич в царстве Кощеевом вещицы забрал, хотел выйти, а ход из горы завален валунами. Повернул он тогда кольцо драгоценное, тут богатыри из земли выскочили, проход освободили и исчезли.

Вернулся Иван-царевич в город, остановился у знакомой старушки, все новости разузнал и говорит:

– Вот тебе платье свадебное и туфли, что царевна просит. Отдай во дворец, а про меня молчи.

А когда день свадьбы назначили, переоделся Иван-царевич в царское платье, взял перстень волшебный и отправился на венчание. Подошёл к царевне, протянул ей перстень и спрашивает:

– Не этот ли перстень искала?

Царевна обрадовалась, что Иван-царевич вернулся, взяла у него перстень и говорит:

– Вот мой суженый, вот за кого замуж пойду. Он меня и матушку свою из плена Кощеева вызволил.

Тут и царь подоспел, а как увидел сына младшего, аж прослезился. Узнал всю правду: и как братья себя повели, и какой Иван-царевич герой оказался. Поженил он молодых, а старшего и среднего сыновей прогнал.

Чудо-юдо

Жили-были старик и старуха, и было у них три сына. Напало на их землю чудо-юдо поганое и захотело людей истребить, города и сёла спалить. Собрались сыновья с чудом-юдом сразиться. Взяли братья мечи булатные, котомки с хлебом, сели на добрых коней и поехали.

Подъехали к реке Смородине, к Калинову мосту, видят – лежат по берегу кости человеческие.

– Ну, братцы, – говорит младший Иван, – давайте по очереди на дозор ходить, чтоб чудо-юдо через Калинов мост не пропустить.

Отправился на дозор старший брат. Никого не видать, ничего не слыхать. Лёг под куст и заснул крепко, захрапел громко.

За полночь взял Иван меч и тоже отправился к реке.

Смотрит – под кустом старший брат спит. Не стал его будить, а спрятался под Калинов мост.

Вдруг на реке воды взволновались – выезжает чудо-юдо о шести головах. Выехал на середину Калинова моста – конь под ним споткнулся, чёрный ворон на плече встрепенулся, позади чёрный пёс ощетинился.

Говорит чудо-юдо шестиголовое:

– Чуете, что Иван – крестьянский сын здесь? Так он ещё не родился, а если и родился – так на бой не сгодился.

Вышел тут Иван, и стали они биться.

Иван с одного размаху сшиб чудо-юду три головы, а со второго ещё три. Сам же в избушку вернулся.

На другую ночь отправился в дозор средний брат. Походил он, посмотрел и заснул в кустах. За полночь Иван пошёл к реке Смородине. Спрятался под Калинов мост и стал караулить. Вдруг на реке воды взволновались – выезжает чудо-юдо девятиголовое. Только на Калинов мост въехал – конь под ним споткнулся, чёрный ворон на плече встрепенулся, позади чёрный пёс ощетинился.

– Иван – крестьянский сын здесь? Так он ещё не родился, а если и родился – так на бой не сгодился!

Выскочил Иван – крестьянский сын из-под Калинова моста, махнул булатным мечом раз и снёс у чуда-юда шесть голов. А чудо-юдо ударил – по колена Ивана в сырую землю вогнал. Размахнулся Иван во второй раз и срубил остальные головы. Сам в избушку вернулся, лёг и заснул.

На третью ночь собрался идти в дозор сам Иван.

– На страшный бой иду, а вы, братцы, ночь не спите, а как услышите мой свист – выпустите моего коня и сами ко мне на помощь спешите.

Только пошло время за полночь, выезжает чудо-юдо двенадцатиголовое. Все двенадцать его голов свистят, огнём-пламенем пышут.

Размахнулся Иван острым мечом и срубил чуду-юду три головы. Чудо-юдо подхватил эти головы, чиркнул по ним своим огненным пальцем – и тотчас все головы приросли.

Плохо пришлось Ивану: чудо-юдо свистом его оглушает, огнём обжигает. Бросил Иван правую рукавицу в избушку, где братья его дожидались. Рукавица все стёкла выбила, а братья спят, ничего не слышат.

Собрался ещё раз Иван с силами, размахнулся и срубил чуду-юду девять голов. Чудо-юдо головы опять подхватил, чиркнул огненным пальцем, и они приросли. Бросился он на Ивана и вогнал его в землю по самые плечи. Снял Иван тогда шапку и бросил в избушку. Избушка чуть не рассыпалась по брёвнышку. Тут только братья проснулись, поняли, в чём дело. Бросились они на конюшню, спустили Иванова коня и сами побежали на помощь.

Конь прискакал, стал чудо-юдо ногами топтать, а Иван – крестьянский сын выбрался из земли и отрубил чуду-юду огненный палец, а после и все головы.

Привели его братья в избушку, накормили, напоили и спать уложили.

Рано утром Иван проснулся и направился на другой берег реки Смородины к чудо-юдовым каменным палатам. Подошёл к открытому окну и стал слушать – не замышляют ли здесь ещё чего?

Смотрит – сидят в палатах три чудо-юдовы жены да мать – старая змея.

– Отомщу я Ивану за моего мужа! Забегу вперёд, когда он с братьями домой возвращаться будет, напущу жары, а сама обернусь колодцем. Захотят они воды испить и с первого же глотка лопнут! – старшая говорит.

– А я забегу вперёд и обернусь яблоней. Захотят они по яблочку съесть – тут их и разорвёт на мелкие частички! – сказала вторая.

– А я, – говорит третья, – напущу на них сон да дрёму, а сама забегу вперёд и обернусь мягким ковром с шёлковыми подушками. Захотят братья полежать, отдохнуть – тут-то их и спалит огнём!

– А если вы их не сгубите, то завтра сама догоню их и проглочу, – отвечает им старая мать-змея.

Выслушал Иван это и вернулся к братьям.

Собрались братья и поехали домой. Замучила их жажда. А тут – стоит колодец, в колодце серебряный ковшик плавает.

– Давай, братец, остановимся, холодной водицы попьём и коней напоим, – говорят они Ивану.

А Иван соскочил с коня, начал этот колодец мечом рубить. Завыл колодец, заревел дурным голосом. Вдруг спустился туман, жара спала, и пить больше не хочется.

Поехали они дальше. Растёт у дороги яблонька. Висят на ней яблоки спелые да румяные. Братья хотели было яблочки рвать, а Иван забежал вперёд и давай яблоню мечом рубить. Завыла яблоня.

Едут дальше. Сильно утомились. А на поле лежит ковёр мягкий, на нём подушки пуховые.

– Полежим на ковре, отдохнём немного! – говорят братья.

А Иван подошёл к ковру и давай мечом его да подушки рубить.

– И колодец, и яблонька, и ковёр этот – всё чудо-юдовы жёны были. Хотели они нас погубить, да сами и погибли! – говорит Иван.

Вдруг небо потемнело, ветер завыл, загудел – летит за ними старая змея. Пасть широко раскрыла, хочет Ивана с братьями проглотить. Вытащили молодцы из котомок по пуду соли и бросили змее в пасть. Обрадовалась змея – думала, что Ивана с братьями захватила. А как поняла, что её обманули, кинулась в погоню.

Иван с братьями в кузницу спрятались. Двенадцать кузнецов закрыли за ними двенадцать железных дверей на двенадцать кованых замков.

Подлетела змея к кузнице и кричит:

– Кузнецы, отдайте мне Ивана с братьями!

– Пролижи языком двенадцать железных дверей, тогда и возьмёшь! – кузнецы ей в ответ.

Змея лизала-лизала – одиннадцать дверей пролизала. Осталась всего одна. Устала она, села отдохнуть. Тут Иван выскочил из кузницы, схватил её и ударил мечом. Рассыпалась она прахом, и с тех пор чуды-юды да змеи в том краю повывелись.

Лихо одноглазое

Жил кузнец припеваючи, никакого лиха не знал.

– Что это, – говорит кузнец, – никакого лиха на веку своём в глаза не видал? Хоть посмотреть бы, какое там такое лихо есть на свете.

Вот пошёл кузнец лиха искать.

Шёл-шёл, зашёл в дремучий лес: ночь близко, а ночевать негде и есть хочется. Смотрит по сторонам и видит – неподалёку стоит большая изба.

Постучал – никто не отзывается; отворил дверь, вошёл – пусто в избе, грязно и нехорошо.

От страха и забыл кузнец, что у него в кармане на ужин горбушка хлеба припасена. Забрался испуганный кузнец на печь и лёг спать не ужинавши.

Стал было уже засыпать кузнец, как дверь отворилась, и вошло в избу целое стадо баранов, а за ними Лихо – баба огромная, страшная, об одном глазе.

Огляделась Лихо по сторонам и говорит:

– Э, да у меня, никак, гости! Будет мне чем поужинать, давненько я человеческого мяса не едала.

Стащила Лихо кузнеца с печи, словно ребёнка малого, и спрашивает:

– Кто ты таков, добрый человек?

– Кузнец.

– А что умеешь ковать?

– Да всё умею.

– Скуй мне глаз, а то, видишь, у меня один.

– Изволь, – говорит кузнец. – Я бы тебе выковал новый глаз. Да есть ли у тебя верёвки? Надо тебя связать, а то ты не дашься.

Лихо принесла толстую верёвку. Кузнец связал её, нашёл в избе железный шкворень, раскалил его в печи добела, поставил бабке на глаз да как ударит по шкворню молотком – так глаз и зашипел.

Повернулась Лихо, разорвала верёвку, вскочила как бешеная, села на порог и крикнула:

– Что ты наделал, злодей! Ты ослепил меня на второй глаз! Теперь уж ты живой не уйдёшь от меня!

Пуще прежнего испугался кузнец, сидит в углу ни жив, ни мёртв. Так всю ночку и просидел.

Поутру стала Лихо выпускать баранов пастись да всё по одному; пощупает – точно ли баран, схватит за спину да и выбросит за дверь.

Кузнец вывернул свой тулуп шерстью вверх, надел в рукава и пошёл на четвереньках. Лихо пощупала – баран; схватила кузнеца за спину да и выкинула из избы…

Вскочил кузнец и побежал домой что есть силы.

По дороге встретил соседей, они его и спрашивают:

– Отчего это, сосед, ты за одну ночь поседел?

– У Лиха переночевал, – говорит кузнец. – Знаю я теперь, что такое лихо: и есть хочется, да не ешь, и спать хочется, да не спишь.

Злой великан

В тридевятом царстве, в тридесятом государстве жили-были старик со старухой. Были у них две внучки. Жили все дружно, любили друг друга, горя не знали.

Засеял как-то старик поле фасолью и послал одну внучку посевы сторожить.

На беду в ту пору бродил по лесу грозный великан Одноглаз, сам кривой, нос горбом, чуб торчит, во лбу один глаз горит. Лицо морщится, борода топорщится. На одной ноге скачет, никогда не плачет. Был этот великан глупым и жестоким.

Любил людям свою дружбу выказывать. Да только дружба эта оборачивалась всем горем. Как встретит человека, так и давай его изо всех сил колотить.

Бродил великан по лесу да вышел в поле и увидел старикову внучку. Подошёл, да вместо того, чтобы поздороваться по-людски, стал девочку колотить. Девочка от испуга даже сознание потеряла.

Ждали её дома, но так и не дождались. Послал старик вторую внучку на поле посмотреть, что там и как.

Пошла и вторая внучка в поле. Как увидел её великан Одноглаз, подбежал к ней здороваться, да вдруг стал девочку колотить, она от испуга тоже сознание потеряла.

Старики ждали внучек дома, но так и не дождались. Рассердился старик на девочек, думал, что они заигрались, и послал старуху посмотреть, чем внучки заняты, где загуляли.

А старуха пришла в поле, видит – внучки побитые сидят и плачут. А как вышел великан Одноглаз опять в поле, так и бросилась на него старуха с кулаками. Только Одноглаз ничего не понял и старуху тоже побил.

Стали они втроём плакать и звать на помощь. А дед не стал долго дожидаться, сам отправился в поле посмотреть, что случилось. А как увидел плачущих старуху и внучек, так понял, чьих рук это дело, и решил великана Одноглаза наказать.

Отвёл дед старуху и внучек домой, вылечил их, а потом отправился в путь, чтобы отыскать дом Одноглаза.

Шёл он, шёл, вдруг слышит:

– Здорово, старик. Никак к Одноглазу идёшь?

Пригляделся старик, видит, сидит на брёвнышке селезень, одним глазом поглядывает.

– Это ты со мной разговариваешь? – удивился старик.

– Конечно, я. Возьми меня с собой. Мне великан глаз выбил. Я тебе дорогу покажу.

– Ну что ж, – отвечает старик, – пойдём вместе.

Идут они по дороге, разговаривают. Cмотрят, а поперёк дороги верёвочка лежит.

– Здравствуйте, дедушка и селезень! – говорит верёвочка, – куда вы идёте?

– Идём к великану биться, за старуху и внучек хотим отомстить, – отвечает старик.

– Возьмите меня с собой. Меня Одноглаз тоже обидел: разорвал на части.

– Хорошо, пойдём с нами, пригодишься великана связать, – отвечает старик.

Пошли втроём дальше. Вдруг под ноги им выкатилась скалка и спрашивает:

– Куда путь держите?

– Идём великана Одноглаза наказать.

– Возьмите меня с собой, он и меня обидел, – попросила скалка.

– Конечно, возьмём, – отвечает ей старик, – нам помощь любая нужна.

Пошли дальше. Посередине дороги орех лесной лежит и поскрипывает:

– Дедушка и честная компания! Куда идёте?

– Идём великана Одноглаза бить, за все его злодейства мстить! – отвечает старик.

– Так и я с вами пойду! Давно пора его наказать! – отвечает орех.

Старик подумал и говорит:

– Ты хоть и маленький, но ступай с нами, авось пригодишься. Чем больше нас будет, тем легче одолеть его.

Зашли в лес глухой, а там и великанов дом нашли.

Зашли внутрь – никого нет.

Орех сразу прыгнул в кадушку, скалку старик положил на подоконник, а верёвочка через порог легла.

Селезень на печку забрался, а старик спрятался в сенях.

Тут и великан Одноглаз подоспел. Стал дрова в печь кидать да огонь разжигать. А орех в кадке как заскрипит, как заверещит:

– Пришли тебя бить, пришли тебя бить!

– А ну, кадушка, замолчи, не то разрублю на кусочки, – рассердился великан Одноглаз.

А орех скрипит, не слушается. Только великан размахнулся, чтобы по кадушке ударить, а орех как выскочит да прямо в глаз великану и попал, единственный глаз и выбил.

Заревел великан Одноглаз от боли, бросился бежать да на пороге о верёвочку споткнулся и упал. Тут скалка на него прыгнула и давай охаживать! Селезень с печки слетел и ну клевать великана! Тут и старик из сеней выскочил и давай Одноглаза тузить!

Так друзья наказали великана Одноглаза за причинённые обиды.

Елена Премудрая

Служил солдат ночную службу на высокой-высокой башне, наверху которой была темница.

В полночь раздался голос:

– Солдат, я – дух нечистый, отпусти меня на волю. Когда же я тебе понадоблюсь, только позови, и я тебе помогу.

Солдат открыл темницу, и нечистый молнией метнулся прочь. «Что же я наделал? – подумал солдат. – От наказания мне теперь не уйти. Лучше убегу я со службы».

Шёл он долго, пока не выбился из сил. Сел солдат на дороге и заплакал:

– Эх, столько лет царю служил, а такое натворил. Дух нечистый попутал. А теперь с голоду помирать буду.

Вдруг откуда ни возьмись вылетел нечистый:

– Здравствуй, солдат! О чём горюешь?

– Эх, нечистый, уже третий день голодаю.

– Да разве это беда? – засмеялся нечистый дух, хлопнул в ладоши и появились кушанья и напитки. Накормил нечистый солдата, напоил, а потом и говорит:

– Иди, солдат, ко мне на службу. В моём доме тебе всего будет вдоволь. А работы немного – приглядывать за моими дочерьми.

Солдат согласился, и нечистый перенёс его в своё царство.

У нечистого было три дочери-красавицы. Велел им нечистый солдата кормить, поить, а сам улетел.

Солдату зажилось отменно: еды, питья много. Только одно его волновало – куда девицы каждую ночь пропадают. Как-то раз вечером притворился солдат, что крепко спит, а сам стал наблюдать за девицами. Видит: расстелили они шёлковый ковёр, ударились о него и превратились в красивых горлиц. А потом улетели в окно.

Солдат тоже ударился о ковёр, превратился в маленькую птичку и полетел следом.

Смотрит: горлицы сели на поляну. А с неба спустилась золотая колесница, в колеснице – Елена Премудрая. Вышла она на поляну, стала горлиц мудростям учить. А как закончила учить, сразу же уехала. Горлицы вернулись домой и превратились в девушек. Следом за ними и солдат вернулся. Девицы увидели его и говорят:

– Лучше бы ты, солдат, за нами не следил. Если Елена Премудрая узнает тебя, несдобровать тебе.

Но солдат решил и на следующую ночь опять Елену Премудрую увидеть. Обернулся птичкой, прилетел на луг, а когда Елена Премудрая собралась уезжать, полетел за её колесницей. Прилетела маленькая птичка в сад Елены Премудрой, села на дерево и стала петь красивые песни. Елена Премудрая заслушалась.

Елена Премудрая посадила птичку в клетку, а клетку повесила в своей спальне.

Но только Елена Премудрая уснула, птичка обернулась мухой, вылетела из клетки и превратилась в доброго молодца. Подошёл солдат к Елене Премудрой и крепко поцеловал её. Она проснулась, рассердилась и позвала великана с топором, чтобы тот отрубил солдату голову.

А солдат и говорит:

– Разреши мне напоследок песню спеть.

А как затянул солдат песню грустную, Елена Премудрая сама загрустила и говорит солдату:

– Спрячься от меня так, чтобы я не смогла тебя найти. Если за день не найду, стану твоей женой, а если найду, то не сносить тебе головы.

Вышел солдат из дворца, загрустил и говорит:

– Эх, нечистый дух, всё из-за тебя.

Тут ниоткуда появился нечистый и говорит:

– Не горюй, солдат, я тебе помогу.

Обернулся он коршуном, посадил себе солдата на спину и поднялся высоко в небо. А Елена Премудрая посмотрела в свою волшебную книгу и говорит:

– Вижу тебя, солдат, в небе.

Опечалился солдат пуще прежнего. А нечистый превратил солдата в иголку, пробрался во дворец и воткнул иголку в волшебную книгу.

Когда день закончился, взяла Елена Премудрая книгу, открыла, а книга ничего не показывает. Рассердилась Елена Премудрая и бросила книгу в печь. А иголка из книги выпала, ударилась об пол и обернулась солдатом.

– Ну что ж, ты меня обхитрил, – сказала Елена Премудрая. – Значит быть свадьбе.

В этот же вечер они обвенчались.

Content

Сборник
Сказки Змея Горыныча

Зорька, Вечорка и Полуночка

Царь-медведь

Змей Горыныч и царская дочь

Марья Моревна

Кощей Бессмертный

Чудо-юдо

Лихо одноглазое

Злой великан

Елена Премудрая