Ренад Аляутдин

Фармакология может быть доступной. Иллюстрированное пособие для врачей и тех, кто хочет ими стать

© Аляутдинов Р. Н., текст, 2024

© ООО «Издательство «Эксмо», 2024

* * *

Введение

При анализе зубных камней неандертальцев, живших в пещере Эль-Сидрон 50000 лет назад, выяснилось, что их диета включала тысячелистник и ромашку, горькие на вкус растения с небольшой питательной ценностью. По итогам более раннего исследования той же группы было определено, что у неандертальцев в Эль-Сидроне был ген вкуса горьких веществ. Неандертальцы сочли бы эти растения горькими, поэтому вполне вероятно, что эти травы были выбраны по причинам, отличным от вкуса. Невозможно точно сказать, с какой целью неандертальцы ели побеги тысячелистника и ромашки, но сегодня люди используют их как лекарственные растения.

Фармакология – это фундаментальная наука, которая вышла на передний план современной медицины за счет грандиозных успехов и достижений XX–XXI века в области сохранения здоровья и спасения жизней людей. Фармакология изучает лекарственные средства (ЛС) и их влияние на жизненные процессы. ЛС – это вещества или их комбинации, которые применяют для лечения, диагностики и профилактики заболеваний. К ЛС относятся фармацевтические субстанции и лекарственные препараты.

Время возникновения фармакологии как науки во многом зависит от точки зрения самого читателя. ЛС, созданные на основе растений, тканей животных, минералов, описаны в древнем Египте, Китае, Центральной Азии в 2000-х годах до нашей эры. Хорошо известен вклад в развитие лекарственной терапии Гиппократа, Цельса, Авиценны. Тем не менее существует мнение, что фармакология – наука очень молодая, существующая менее 150 лет, и она появилась благодаря возможности выделять чистые соединения и использовать научные методы исследований. Ниже приведены некоторые важнейшие вехи в развитии фармакологии и имена великих ученых, совершивших эти открытия.

Таблица 1. Развитие фармакологии с течением времени

Наименования ЛП. Лекарственные средства имеют несколько типов наименований. Как правило, это международное непатентованное наименование (МНН), торговое наименование и химическое наименование. МНН ЛС – уникальное наименование фармацевтической субстанции, рекомендованное Всемирной организацией здравоохранения (ВОЗ). Будучи уникальными именами, МНН должны различаться по звучанию и написанию и их нельзя путать с другими общеупотребительными именами (в качестве примера приведу МНН ЛП амоксициллин). Важная особенность системы МНН заключается в том, что названия фармакологически родственных веществ демонстрируют свое родство с использованием общей «основы» в наименовании. Так, например, ЛП группы пенициллина имеют в конце наименования сочетание «-циллин» (амоксициллин, ампициллин, оксациллин); блокаторы ангиотензиновых рецепторов – «-сартан» (валсартан, телмисартан).

Торговое наименование ЛС – наименование лекарственного средства, присвоенное его разработчиком (одно из торговых наименований амоксициллина – амоксил).

Химическое наименование ЛС – название, которое присваивается в соответствии с требованиями Международного союза по чистой и прикладной химии (IUPAC); химическое наименование амоксициллина [2S[2альфа5альфа,ббета(S*)]]-6-[[Амино-(4гидроксифенил) ацетил] амино]-3,3-диметил-7-ок-со-4-тиа-1-азабицикол [3.2.0] гептан-2карбоновая кислота.

Создание лекарственных средств. Источниками получения ЛС являются лекарственные растения (так получают морфин, сердечные гликозиды, атропин), ткани и органы животных (ферментные препараты панкреатин, гидролизат белков мозга церебролизин), продукты жизнедеятельности человека (гонадотропин хорионический получают из мочи беременных женщин), микроорганизмы (антибиотики), генномодифицированные микроорганизмы (продуценты инсулинов, других белковых препаратов), химический синтез низко- и высокомолекулярных соединений.

От идеи создания ЛС до его регистрации проходит около 10 лет. Вначале определяется мишень для ЛС, которую, как правило, открывают патофизиологи или молекулярные биологи. Долгое время для создания экспериментальной молекулы будущего лекарства использовали и до сих пор используют известные эндогенные соединения и на основе их структуры создаются новые лекарственные препараты. Так, например, по аналогии с молекулой гистамина были созданы ангистаминные средства – блокаторы гистаминовых рецепторов. В настоящее время, когда структура многих белков в организме известна, формулу нового лекарства рассчитывают с помощью компьютерных программ (in silico): посредством моделирования создается молекула, которая будет взаимодействовать с активными центрами белковой мишени. После завершения химического синтеза начинается доклинический этап исследований на моделях in vivo, а сейчас все чаще – на клеточных моделях in vitro, с целью выяснения механизма действия и эффективности. Важное значение имеет оценка безопасности будущего лекарства. После трагедии, связанной с применением талидомида в 1961 году ВОЗ учредила Программу по международному мониторингу за безопасностью ЛС. Талидомидовая трагедия положила начало международному фармакологическому надзору. В период с 1956 по 1961 год ЛС «Талидомид» было разрекламировано как идеальное седативное средство, в том числе для беременных. Это лекарство было разрешено в 56 странах. Однако талидомид обладал способностью вызывать врожденные уродства, то есть обладал так называемым тератогенным действием. В тот период времени родились от 8 до 12 тысяч младенцев с деформациями конечностей. Сейчас установлено, что талидомид является антагонистом эндотелиального фактора роста, стимулирующего рост сосудов. Блокада фактора роста приводила к тому, что наиболее длинные сосудистые ветви, расположенные в конечностях, не формировались, а значит, не формировались и сами конечности. Но тогда об этом никто не знал.

Согласно международным требованиям ЛС до его регистрации исследуют вначале на животных или клеточных моделях in vitro. На этом этапе оценивают различные виды токсического действия (тератогенность, эмбрио-, генотоксичность, канцерогенез и т. д.). Затем проводят клинические исследования (КИ) в 3 этапа: 1-я фаза исследования проводится на 20–100 здоровых испытуемых с целью изучения переносимости ЛС, его фармакокинетики, на этой стадии могут быть обнаружены часто возникающие нежелательные реакции. Во второй фазе КИ участвуют несколько сотен пациентов с заболеванием, для лечения которого было создано ЛС. На этом этапе оценивается, эффективно ли новое лекарство. Третья фаза КИ проводится на контингенте, насчитывающем до нескольких тысяч пациентов, с целью определения эффективности ЛС (его пользы) и его безопасности, т. е. способности вызывать нежелательные воздействия (оценка степени риска). В том случае, если соотношение польза/риск оптимально и превышает этот показатель у ранее существовавших средств, новое ЛС получает право на жизнь.

Если ЛП проходит все этапы дорегистрационных клинических исследований, почему в процессе гражданского оборота ЛП возникают новые побочные действия? Дело в том, что при клиническом дорегистрационном исследовании ЛП на нескольких тысячах пациентов невозможно выявить побочные эффекты, которые встречаются редко, однако могут быть очень опасными (часто это гепатотоксичность, нефротоксичность). В связи с этим исследование безопасности ЛП проводится на протяжении всей его жизни. С этой целью уполномоченные органы страны и производители отслеживают сообщения о нежелательных реакциях на ЛС в научной литературе, социальных сетях, а также предлагают врачам, провизорам, пациентам информировать о таких случаях, заполнив специальное извещение о побочном действии.

Вопросы

1. Кроме термина «ЛС», употребляются термины «фармацевтическая субстанция» и «лекарственный препарат». Как они соотносятся между собой?

Фармацевтическая субстанция – это тип лекарственного средства в виде одного или нескольких обладающих фармакологической активностью действующих веществ вне зависимости от природы происхождения, предназначенных для производства, изготовления лекарственных препаратов. Именно фармацевтическая субстанция определяет эффективность ЛС.

Лекарственные препараты (ЛП) – это ЛС в виде лекарственных форм – таблеток, капсул, растворов, мазей и т. д.

2. Часто в прессе можно встретить понятия «ЖНВЛП», «орфанные лекарственные препараты». Что это такое?

ЖНВЛП – перечень жизненно необходимых и важнейших лекарственных препаратов, утверждаемый Правительством Российской Федерации, обеспечивающих приоритетные потребности здравоохранения.

Орфанные лекарственные препараты – это ЛП, предназначенные исключительно для диагностики или патогенетического лечения (лечения, направленного на механизм развития заболевания, но не симптомов) редких (орфанных) заболеваний. Список орфанных заболеваний формируется Министерством здравоохранения России.

3. Какая разница между оригинальным и воспроизведенным ЛП (генериком или дженериком)?

Оригинальный лекарственный препарат – лекарственный препарат с новым действующим веществом, который зарегистрирован первым в Российской Федерации или в других государствах на основании результатов доклинических исследований лекарственных средств и клинических исследований лекарственных препаратов, подтверждающих его качество, эффективность и безопасность. Оригинальный лекарственный препарат имеет патентную защиту, максимальный срок которой может составлять 20 лет. В течение этого времени ни одна другая компания не может производить или продавать этот ЛП.

Когда оригинальное ЛС теряет эксклюзивность, появляется возможность подать заявку на регистрацию и производство этого ЛС другими производителями. Воспроизведенный ЛП (генерик) имеет эквивалентный оригинальному ЛП качественный и количественный состав действующих веществ в эквивалентной лекарственной форме. Он намного дешевле оригинального, поскольку второму производителю не нужно возмещать затраты на открытие новой молекулы, разработку, доклинические и клинические исследования этого ЛП.

Общая фармакология

Общая фармакология изучает основные закономерности взаимодействия организма и ЛС, характерные для всех лекарств, и подразделяется на два основных раздела: фармакокинетику и фармакодинамику.

Фармакокинетика изучает факторы, определяющие концентрацию лекарств в жидкостях и тканях организма во времени и включает такие процессы, как всасывание, распределение, метаболизм и выведение лекарств (сокращенно ADME), то есть фармакокинетика – это то, что организм делает с лекарством.

Фармакодинамика изучает механизмы действия ЛС, влияние лекарств на рецепторы-мишени и ткани. Если коротко, то фармакодинамика – это то, что лекарство делает с организмом.

Фармакокинетика

Концентрация ЛС в тканях организма напрямую зависит от процессов всасывания (абсорбции), распределения, метаболизма и выведения (экскреции) лекарств.

Всасывание (абсорбция) определяет механизмы движения ЛС от места введения до кровотока (некоторые виды введения составляют исключение, например, введение в спинномозговой канал).

Механизмы всасывания ЛС

1. Пассивная (простая) диффузия (трансцеллюлярный транспорт). При этом виде всасывания ЛС движется по градиенту из области высокой концентрации лекарства (просвет кишечника, место инъекции) в область с низкой концентрацией (плазма крови). Для того чтобы абсорбироваться, ЛС должно пройти липидные мембраны клетки, растворившись в них. Это возможно только для небольших липофильных, но не гидрофильных веществ (рис. 1). Пассивная диффузия не требует затрат энергии. Этот механизм абсорбции характерен для кишечника, сосудов головного мозга.

Вопрос

Какие факторы в совокупности определяют проникновение через липидные мембраны?

Рис. 1. Механизмы всасывания лекарственных средств. (Пояснения в тексте.)

Скорость пассивной диффузии веществ через мембраны зависит от липофильности, молекулярной массы (обратно пропорциональной квадратному корню молекулярной массы), формы молекулы вещества, температуры среды, толщины и площади мембраны, через которую проникает ЛС. Все эти факторы учитываются законом Фика, согласно которому:

dQ / dt = (С1–С2) × площадь мембраны ×

коэффициент диффузии / толщина мембраны,

где dQ/dt – скорость диффузии, (С1–С2) – градиент концентрации. Коэффициент диффузии в основном определяется степенью липофильности вещества.

2. Облегченная диффузия – это диффузия, которая поддерживается (облегчается) мембранными транспортными каналами. Эти каналы представляют собой гликопротеины, которые позволяют молекулам преодолевать мембрану (см. рис. 1).

Они почти всегда специфичны либо для определенной молекулы, либо для определенного типа молекулы (в случае ионного канала), и поэтому они тесно связаны с определенными физиологическими функциями. Например, канал GLUT4 обеспечивает вход в клетку путем облегченной диффузии гидрофильной молекулы глюкозы (из-за высокой гидрофильности глюкоза самостоятельно не может проникнуть через липидную клеточную мембрану).

Транспорт при облегченной диффузии является пассивным, насыщаемым и определяется числом переносчиков.

3. Фильтрация (парацеллюлярный транспорт). Парацеллюлярный транспорт – это перемещение ЛС через межклеточные пространства между эндотелиальными или эпителиальными клетками. Поскольку перемещение молекул ЛС происходит за счет градиента концентрации, расход энергии отсутствует. Этот вид всасывания не требует специфического переносчика. Парацеллюлярная диффузия играет незначительную роль в абсорбции ЛС из кишечника, но имеет принципиально важное значение для движения в сосудах. Исключение составляют сосуды головного мозга, где между эндотелиальными клетками имеются плотные контакты, формирующие гематоэнцефалический барьер (ГЭБ).

4. Активный транспорт – это процесс переноса веществ через клеточную мембрану с помощью специфического переносчика, сопровождающийся расходом энергии АТФ (рис. 1). В отличие от других видов транспорта, активный транспорт возможен против градиента концентрации. Этот вид транспорта, как и облегченная диффузия, насыщаем, так как число переносчиков ограничено.

Таблица 2. Сравнительная характеристика путей абсорбции ЛС

Вопрос

Активный транспорт выглядит очень эффективным путем доставки веществ в клетку. Часто ли он используется для доставки ЛС?

Увы, нет. Специфический переносчик в организме «заточен» на транспорт определенных молекул, поэтому ЛС должно быть структурно очень близко этим веществам или быть ими. В практической медицине можно привести в качестве примера противопаркинсоническое ЛС «Леводопа», являющееся аминокислотой. Всасывание леводопы из кишечника осуществляется транспортером аминокислот, предназначенным для их всасывания в процессе пищеварения.

Механизмы всасывания ЛС зависят от пути введения. Выделяют энтеральные и парентеральные пути введения.

Энтеральные пути введения. К энтеральным путям относят введение под язык, буккальное, внутрь (перорально), через зонд в желудок или двенадцатиперстную кишку, в прямую кишку (ректально). Наиболее часто используют введение ЛС внутрь (в лекарственных формах: таблетки, капсулы, растворимые гранулы, настои, микстуры и т. д.). Чтобы абсорбироваться из ЖКТ, лекарство, принимаемое внутрь, должно выдерживать воздействие низкого pH в желудке и ферментов. Пептидные препараты (например, инсулин) особенно подвержены ферментативному разрушению и практически не принимаются перорально.

Слизистая оболочка полости рта имеет тонкий эпителий и богатую васкуляризацию, что способствует всасыванию; однако контакт обычно слишком короткий, а площадь слизистой мала для существенного всасывания ЛС. Для использования этого пути введения ЛС помещают между десной и щекой (буккальное введение) или под язык (сублингвальное введение), в этом случае контакт сохраняется дольше, усиливая абсорбцию. Важное преимущество сублигвального и буккального введений – это возможность избежать первичного всасывания в систему воротной вены и последующего метаболизма в печени. Однако небольшая поверхность всасывания ограничивает применение этого способа введения.

Всасывание ЛС в некоторой степени возможно в желудке, но основным местом всасывания является кишечник. Это обусловлено тем, что площадь всасывания в кишечнике, благодаря ворсинкам слизистой, очень большая, во много раз превосходит площадь слизистой ротовой полости и желудка. Важной особенностью клеток эпителия кишечника (энтероцитов) является наличие плотных контактов, которые фактически перекрывают проход веществ между энтероцитами, предотвращая парацеллюлярный транспорт, поэтому основной механизм всасывания в кишечнике – пассивная диффузия.

Обычно в желудке происходит интенсивный контакт между лекарством, принимаемым перорально, и жидкостями ЖКТ. Хотя желудок имеет относительно большую эпителиальную поверхность, его толстый слизистый слой и короткое время транзита ограничивают всасывание лекарств. Эти свойства желудка могут влиять на рецептуру лекарств и их поведение. Поскольку большая часть абсорбции происходит в тонкой кишке, опорожнение желудка часто является стадией, ограничивающей скорость всасывания. Пища, особенно жирная, замедляет опорожнение желудка (и скорость всасывания лекарств), что объясняет, почему прием некоторых лекарств натощак ускоряет всасывание. Лекарства, влияющие на опорожнение желудка (например, атропин), также влияют на скорость всасывания других лекарств. Пища может усиливать степень всасывания плохо растворимых препаратов (например, гризеофульвина), снижать ее для препаратов, разлагающихся в желудке (например, бензилпенициллина), или иметь незначительный эффект, или не иметь никакого эффекта.

Поскольку твердые лекарственные формы (например, таблетки, капсулы) должны раствориться до того, как произойдет всасывание, скорость растворения определяет доступность лекарства для всасывания. Растворение, если оно происходит медленнее, чем всасывание, становится стадией, ограничивающей скорость. Изменение состава лекарственных форм, физико-химических свойств активного вещества (соль, кристаллическая или аморфная форма) могут изменить скорость растворения и, таким образом, общую абсорбцию.

Лекарства, вводимые ректально (per rectum), действуют быстрее, чем при пероральном введении, и имеют более высокую биодоступность (которую определяют как часть введенной дозы ЛС, которая в неизмененном виде достигла системного кровотока, и обычно выражают в процентах). Причиной является отсутствие влияния кислоты желудка и ферментов кишечника, а также попадание части ЛС в кровь, минуя систему воротной вены. Ректальное всасывание приводит к тому, что большее количество препарата достигает системного кровообращения с меньшими изменениями в пути. Помимо того, что ректальное введение более эффективно, оно также уменьшает побочные эффекты некоторых лекарств, такие как раздражение слизистой желудка, тошнота и рвота. Этот путь введения удобен для введения ЛС в педиатрии, а также при невозможности принимать ЛС внутрь. Ректальное введение противопоказано после операции на прямой кишке или кишечнике, при ректальном кровотечении или пролапсе прямой кишки.

Таблица 3. Сравнительная характеристика энтеральных путей введения

Парентеральные пути введения. Основными путями парентерального введения являются внутривенный, внутримышечный, подкожный. Реже используются интраартериальный, внутрикостный, эпидуральный, интратекальный и т. д. Лекарства, вводимые внутривенно, попадают в системный кровоток напрямую. Биодоступность ЛС при этом пути введения составляет 100 % (рис. 2).

Подкожное введение – это тип инъекции в подкожный слой или подкожную клетчатку. Подкожная клетчатка – это слой кожи, лежащий ниже дермы и эпидермиса. Лекарство, вводимое путем подкожной инъекции, всасывается медленно в течение определенного периода времени, поскольку подкожный слой не содержит большого количества кровеносных сосудов.

Внутримышечная инъекция – это тип введения, при котором ЛС вводят в крупную мышцу. Мышцы богаты кровеносными сосудами. Следовательно, всасывание препарата происходит быстрее, чем при подкожном введении.

Внутривенное введение – это инъекция ЛС непосредственно в кровяное русло. Этот тип введения должен выполняться специалистами с соблюдением условий стерильности. Это наиболее эффективный и быстрый путь введения, биодоступность при этом пути введения составляет 100 %.

Парацеллюлярный транспорт является основным путем доставки ЛС при парентеральном введении, т. е. ЛС из места введения в сосуды, а затем из крови в ткани попадают через пространства (поры) между эндотелиальными клетками сосудов. Однако в сосудистой сети есть органы и ткани, в которых эндотелиальные клетки плотно прилегают друг к другу, не образуя пор. Более того, эндотелиальные клетки соединены между собой дополнительными «замками» – так называемыми плотными контактами. В этих местах сосудистая сеть образует барьеры для ЛС: гематоэнцефалический барьер, гематоофтальмический барьер, гематоплацентарный барьер. Через барьеры путем простой диффузии могут проникать только липофильные соединения.

Парентеральное введение ЛС технически сложнее энтерального. Для этого пути введения требуются условия асептики и антисептики, а также специальные навыки и/или обученный персонал.

Таблица 4. Сравнительная характеристика парентеральных путей введения

Распределение характеризует движение ЛС из сосудистого русла, распространение по органам и тканям, в том числе и в орган-мишень. Подчинено распределение тем же принципам, которые определяют всасывание лекарств (например, степень ионизации, липофильность, размер молекулы, рН окружающей среды и т. д.). В плазме крови многие ЛС неспецифически связываются с альбумином и другими белками. При этом связанные с белком ЛС не могут покинуть сосудистое русло, так как большие молекулы белков не способны преодолеть эндотелиальный барьер путем пассивной диффузии или фильтрации. Таким образом, создается своего рода депо. Очевидно, что пока лекарство неспецифически связано с белком, оно не может оказывать фармакологические действие, а также метаболизироваться. Если пациенту прописаны два и более ЛС, они могут конкурировать за места связывания на белках в плазме, вытесняя друг друга. Это может изменять фармакокинетику ЛС по сравнению с монотерапией.

Содержание ЛС в органах определяется в первую очередь степенью кровоснабжения. Лекарства будут быстрее распределяться по областям тела с обильным кровоснабжением (например, сердце, почки) по сравнению с областями, которые получают мало крови (например, кожа, жировая ткань). С другой стороны, как только липофильные лекарство достигает жировой ткани, оно может оставаться в ней в течение достаточно долгого времени, пока его концентрация в плазме не снизится и лекарство не сможет двигаться «по градиенту концентрации» обратно в кровоток.

Для анализа распределения ЛС в органах и тканях используется понятие «кажущийся объем распределения» – это показатель, который направлен на то, чтобы предсказать, насколько равномерно лекарство распределяется по организму. Кажущийся объем распределения, Vd, рассчитывают путем деления введенной дозы (мг) на концентрацию в плазме (мг/л).

Vd (л) = доза (мг) / C (мг/л)

Показатель Vd равен условному объему (компартменту), в котором ЛС должно распределиться, чтобы достичь существующей концентрации С в плазме крови. Лекарства с относительно небольшим Vd (например, 5 л) в основном остаются в плазме крови. Лекарства с Vd = 15 л распределяются по сосудистым и внеклеточным жидким компартментам. Такой показатель Vd характерен для небольших гидрофильных молекул, которые покидают сосудистое русло благодаря парацеллюлярному транспорту, но не могут попасть внутрь клеток через липидные мембраны их оболочек. Препараты с Vd>40 л обладают высокой липофильностью и распределяются по всем тканям организма (сосудистым, внеклеточным и внутриклеточным жидкостным компартментам).

На кажущийся объем распределения оказывает влияние связывание с белками плазмы и депонирование. Так, липофильные вещества (например, неингаляционное средство для наркоза тиопентал) перераспределяются из плазмы в жировую ткань и, накапливаясь там, значительно увеличивают значение Vd.

Биодоступность (f) – это показатель, описывающий поступление ЛС в системный кровоток при используемом пути введения по сравнению с внутривенным введением. Это часть введенного лекарственного вещества, достигшая системного кровотока относительно введенной дозы, выраженная в процентах. Препараты, вводимые внутривенно, имеют биодоступность 100 %.

Используя временной показатель, можно рассчитать площадь под кривой (AUC) на графике зависимости концентрации от времени. Отношение (AUC перорально /AUC в\в) x 100 позволяет определить биодоступность (f).

Рис. 2. Биодоступность (f) – это часть введенного лекарственного вещества, выраженная в процентах, достигшая системного кровотока относительно введенной дозы. (Пояснения в тексте.)

Метаболизм ЛС происходит подобно другим ксенобиотикам, попавшим в организм. ЛС метаболизируются во многих тканях, но преимущественно в печени, и этот процесс подразумевает превращение молекулы лекарства в легко выводимые метаболиты. Основная цель метаболизма лекарств – облегчение выведения чужеродных химических соединений за счет повышения их растворимости в воде (гидрофильности). Очевидно, что ферменты, метаболизирующие лекарства, развились как универсальная защита от чужеродных химических веществ, поступающих из окружающей среды.

Гидрофильные вещества легче выводятся с мочой, так как не подвергаются реабсорбции в почечных канальцах. При этом химические модификации в процессе метаболизма значительно чаще снижают, чем увеличивают фармакологическую активность ЛС. Метаболически активируемые, но исходно неактивные ЛС называются пролекарствами (например, активный метаболит антиагреганта клопидогрел образуется под воздействием фермента CYP2С19, входящего в систему микросомальных ферментов печени).

Некоторые ЛС в значительной степени или полностью инактивируются при первом прохождении через печень, в связи с чем их необходимо вводить сублингвально или парентерально. Так, биодоступность нитроглицерина при приеме внутрь составляет менее 1 % из-за эффекта первого прохождения через печень. Однако при сублингвальном приеме, при котором нитроглицерин всасывается, минуя воротную вену и печень, этот показатель возрастает до 38 %.

Основными эффекторами метаболизма лекарств являются ферменты цитохрома Р450 (CYP450) в печени.

Выделяют две основные фазы метаболизма. Большинство реакций фазы I осуществляют всего несколько монооксигеназ широкого спектра действия подсемейства CYP (цитохром Р450) 1–3, так называемых микросомальных ферментов печени. Наиболее часто в метаболизме ЛС участвует фермент CYP3A4. Фаза I метаболизма состоит из реакций восстановления, окисления или гидролиза. Реакции фазы I обычно превращают исходное лекарство в более полярный метаболит посредством образования групп – ОН, – NH2 или – SH.

Недостаточно полярные для элиминации препараты могут быть впоследствии (или первично) модифицированы ферментами фазы II, характеризующейся синтетическими реакциями. Наиболее частыми реакциями фазы II являются конъюгации с глюкуроновой кислотой. Кроме того, ЛС могут быть конъюгированы с глутатионом или глицином или модифицированы путем переноса метильных, ацетильных или сульфагрупп от соединений-доноров.

Выделяют два основных типа кинетики метаболизма лекарств. Кинетика нулевого порядка: скорость метаболизма и/или элиминации остается постоянной и не зависит от концентрации препарата в плазме в равновесном состоянии (Cплазма снижается линейно с течением времени).

Нулевой порядок – это метаболизм с ограниченной емкостью [этанол, фенитоин, аспирин (в высоких концентрациях)].

Кинетика первого порядка: скорость метаболизма и/или элиминации прямо пропорциональна концентрации препарата в плазме (Cплазма экспоненциально снижается с течением времени).

Первый порядок – это метаболизм, зависящий дозы (большинство ЛС; рис. 3).

Рис. 3. Типы кинетики метаболизма лекарственных средств. (Пояснения в тексте.) (* – период полувыведения, см. стр. 31)

Активность микросомальных ферментов печени может изменяться. Важной причиной снижения индивидуальной активности микросомальных ферментных систем являются инактивирующие мутации (полиморфизмы) генов, кодирующих микросомальные ферменты печени. Так, существуют аллели CYP2C19, кодирующие образование фермента со сниженной или отсутствующей функцией (обладатели таких полиморфизмов являются так называемыми слабыми метаболизаторами). У таких пациентов со сниженной активностью CYP2C19 при приеме пролекарства клопидогрела меньшее количество препарата переходит в активную форму, что проявляется его сниженной эффективностью. В результате возникает риск тромбоза коронарных сосудов на фоне формально правильно назначенных ЛС. Активность ферментов может снижаться на фоне препаратов, ингибирующих их активность (например, макролиды и коназолы), а также у пациентов с заболеваниями печени или недостаточным печеночным кровотоком. Метаболизм ЛС ускоряется у пациентов, получавших индукторы ферментов печени, метаболизирующих лекарственные препараты (фенобарбитал, зверобой продырявленный). Индукция и ингибирование метаболизма лекарств являются примерами фармакокинетических взаимодействий лекарств.

Скорость и интенсивность метаболизма ЛС варьирует не только среди пациентов, но даже у одного конкретного человека с течением времени (с этим связаны ограничения в дозах ЛП у детей и пациентов старше 60 лет).

Выведение, осуществляемое преимущественно почками, подразумевает удаление ЛС и его метаболитов из организма.

Почки являются основным (но не единственным) органом, выделяющим лекарство. Три компонента почечной экскреции: клубочковая фильтрация, секреция и реабсорбция – определяют скорость этого процесса. Лекарственные вещества, экскретируемые почками, попадают в мочу посредством клубочковой фильтрации. Кроме того, некоторые лекарственные средства выделяются в проксимальные канальцы переносчиками органических катионов и анионов. Липофильные препараты дополнительно секретируются в проксимальные канальцы посредством пассивной диффузии, так как они легко проникают через мембраны клеток нефрона.

Пассивная диффузия является основным механизмом реабсорбции лекарств из нефрона. В наименьшей степени реабсорбция характерна для гидрофильных, т. е. полярных или ионизированных препаратов, из-за их неспособности проникать через мембраны клеток нефрона. Уменьшение реабсорбции за счет увеличения гидрофильности является основной задачей печеночного метаболизма лекарств. Кроме того, физиологические или индуцированные изменения значения pH мочи изменяют реабсорбцию лекарственных средств, способных к ионизации. Например, случайная передозировка ацетилсалициловой кислоты (аспирина) лечится инфузией бикарбоната. Возникающее в результате ощелачивание мочи благоприятствует образованию ионизированной формы аспирина, которая не способна к реабсорбции путем пассивной диффузии, поэтому увеличивается скорость выведения ЛС.

У большинства людей почечная экскреция ЛС с возрастом снижается главным образом из-за физиологического снижения клубочковой фильтрации, а также в результате различных заболеваний почек. Во избежание токсичности, зависящей от накопления, у таких пациентов необходимо соответственно уменьшить дозу препаратов, выводимых с мочой и характеризующихся низким терапевтическим индексом. Усиление выведения ЛС, в свою очередь, наблюдается при уменьшении связывания с белками плазмы, поскольку только несвязанная фракция лекарственного средства подвергается фильтрации и секреции. Типичная ситуация – совместное введение двух препаратов, конкурирующих за одни и те же сайты связывания с белками плазмы (см. раздел «Распределение препаратов» выше). При нормальной функции почек избыток несвязанного ЛС быстро выводится из организма без накопления и токсичности.

Выделение ЛС и метаболитов с желчью (и, соответственно, с калом), выдыхаемым воздухом, слюной и грудным молоком играет значительно меньшую роль по сравнению с почечной эксрецией. Исключение составляет выведение летучих средств для наркоза с выдыхаемым воздухом. Особое внимание уделяется экскреции с грудным молоком, так как оно может накапливать алкалоиды и липофильные соединения и оказывать токсическое воздействие на младенца, находящегося на грудном вскармливании.

Клиренс ЛС (CL) является показателем скорости элиминации препарата. Это показатель объема плазмы, который очищается от препарата за единицу времени. Общий клиренс большинства лекарств представляет собой сумму клиренса, выводимого почками, и метаболизма в печени и других органах.

CL = Vd x Ke, где

Vd = объем распределения,

Ke = константа элиминации (Ke =0,693\t1/2),

CL = скорость выведения/концентрация в плазме.

Период полувыведения (t½) – это время, необходимое для того, чтобы концентрация препарата в плазме достигла половины своего исходного значения.

В клинической практике важным параметром является равновесная концентрация (steady state), т. е. динамическое равновесие между поступлением и выведением ЛС. При этом концентрация лекарства остается постоянной, потому что скорость выведения лекарства равна скорости введения лекарства.

При кинетике ЛС первого порядка

t½ = (0,693 х Vd) / CL,

где Vd – кажущийся объем распределения,

CL – клиренс ЛС.

Предположим, что мы вводим дозу ЛС каждый период полувыведения. Тогда

• После дозы 1 в конце интервала дозирования осталось 0,5 дозы. Это означает, что мы находимся в устойчивом состоянии на 50 %.

• После дозы 2 в организме находится 1,5 дозы, затем половина выводится, остается 0,75 дозы (75 % равновесного состояния).

• После дозы 3 в организме находится 1,75 дозы, затем половина выводится, остается 0,875 дозы (88 % равновесного состояния).

• После дозы 4 в организме находится 1,875 дозы, затем половина выводится, остается 0,9375 дозы (94 % равновесного состояния).

• После дозы 5 в организме находится 1,9375 дозы, затем половина выводится, остается 0,96875 (97 % устойчивого состояния).

Считается, что при 97 % система находится в приблизительно устойчивом состоянии, где скорость поступления равна скорости выведения одной дозы за интервал дозирования.

Дозы лекарственных веществ

Различают терапевтические, токсические и летальные дозы.

Терапевтические дозы подразделяются на

• минимальные терапевтические (действующие);

• средние терапевтические;

• высшие терапевтические.

Минимальные терапевтические (действующие) дозы (пороговые дозы) вызывают минимальный терапевтический эффект. Обычно они в 2–3 раза меньше средней терапевтической дозы.

Средние терапевтические дозы оказывают на большинство больных необходимое фармакотерапевтическое действие.

Ударная доза – доза, превышающая среднюю терапевтическую дозу.

С нее обычно начинают лечение противомикробными средствами (антибиотиками, сульфаниламидами) для быстрого создания высокой концентрации вещества в крови. После достижения определенного терапевтического эффекта назначают поддерживающие дозы.

При длительном применении ЛВ указывается его доза на курс лечения (курсовая доза).

Высшие терапевтические дозы – предельные дозы, превышение которых может привести к развитию токсических эффектов. Их назначают, если применение средних доз не оказывает желаемого действия.

Токсические дозы – дозы, оказывающие токсическое действие на организм.

Летальные дозы (от лат. letum – смерть) – дозы, вызывающие смертельный исход (определяется на стадии доклинических испытаний).

Диапазон доз от минимальной действующей до минимальной токсической определяется как широта терапевтического действия. Чем она больше, тем безопаснее применение ЛС.

Повторное введение лекарственных веществ

Повторные введения одного и того же ЛВ могут приводить к количественному (увеличение или уменьшение) и качественному изменению фармакологических эффектов.

Явления, возникающие при повторных введениях ЛС

Кумуляция (от лат. cumulatio – увеличение, скопление) – накопление в организме ЛВ или вызываемых им эффектов.

Материальная кумуляция – увеличение в крови и/или тканях содержания ЛВ после каждого последующего введения по сравнению с предыдущим. При повторных введениях могут накапливаться ЛВ, медленно инактивируемые и выводимые из организма, а также ЛВ, прочно связывающиеся с белками плазмы крови или депонирующиеся в тканях, например некоторые снотворные средства из группы барбитуратов, препараты наперстянки. Материальная кумуляция может быть причиной токсических эффектов, что необходимо учитывать при дозировании таких препаратов.

Функциональная кумуляция – усиление эффекта ЛВ при повторных введениях при отсутствии повышения его концентрации в крови и/или тканях. Этот вид кумуляции может возникать при длительных повторных приемах алкоголя. При развитии алкогольного психоза («белая горячка») у восприимчивых лиц бред и галлюцинации развиваются в то время, когда этиловый спирт уже метаболизировался и не определяется в организме.

Сенсибилизация. Многие ЛВ образуют комплексы с белками плазмы крови, которые приобретают при определенных условиях антигенные свойства. Это сопровождается образованием антител и сенсибилизацией организма. Повторное введение тех же ЛВ вызывает аллергические реакции. Часто такие реакции возникают при повторных введениях пенициллинов, прокаина, водорастворимых витаминов, сульфаниламидов.

Привыкание (толерантность, от лат. tolerantia – терпение) – уменьшение фармакологического эффекта ЛВ при его повторных введениях в той же дозе. При развитии привыкания для достижения прежнего эффекта необходимо увеличивать дозу ЛВ.

Привыкание к ЛВ, стимулирующим рецепторы (к агонистам рецепторов), может быть обусловлено снижением чувствительности (десенситизацией) рецепторов и/или уменьшением их плотности (количества).

Привыкание к некоторым ЛВ связано с изменением их фармакокинетики (уменьшением всасывания, увеличением скорости метаболизма и/или выведения). Так, основной причиной привыкания к фенобарбиталу считают активацию его метаболизма вследствие индукции ферментов печени, вызываемой самим фенобарбиталом.

Частный случай привыкания – тахифилаксия (от греч. tachys – быстрый, phylaxis – защита) – быстрое развитие привыкания при повторных введениях препарата через короткие промежутки времени (10–15 мин.).

Лекарственная зависимость. Это настоятельная потребность (непреодолимое стремление) в постоянном или периодически возобновляемом приеме определенного ЛВ или группы веществ. Вначале вещество принимают для достижения состояния эйфории, благополучия и комфорта, устранения тягостных переживаний, испытания новых ощущений. Однако через определенное время потребность в повторном приеме становится непреодолимой, что усугубляется синдромом отмены: возникновением при прекращении приема данного вещества тяжелого состояния, связанного с психическими и соматическими нарушениями (нарушениями функций органов и систем организма). Такое состояние обозначают термином «абстиненция» (от лат. abstinentia – воздержание).

Различают психическую и физическую лекарственную зависимость.

Психическая лекарственная зависимость характеризуется резким ухудшением настроения и эмоциональным дискомфортом, ощущением усталости при лишении препарата. Она возникает при применении кокаина и других психостимуляторов (амфетамина), галлюциногенов (диэтиламид лизергиновой кислоты, LSD-25), никотина, индийской конопли (анаша, гашиш, план, марихуана).

Физическая лекарственная зависимость характеризуется не только эмоциональным дискомфортом, но и возникновением синдрома абстиненции – состояния, включающего объективные и субъективные нарушения.

Физическая лекарственная зависимость развивается к опиоидам (героину, морфину), барбитуратам, бензодиазепинам, алкоголю (этиловому спирту).

Вопрос

Правильно ли я понял, что привыкание и лекарственная зависимость совсем не одно и то же?

Да, это так. Привыкание, снижение эффективности ЛС, с течением времени характерно при приеме многих групп лекарственных препаратов и может развиваться как на уровне синаптической передачи (эфедрин), так и на системном уровне (антигипертензивные средства). Лекарственная зависимость, непреодолимое желание к повторному приему ЛС характерна для небольшого числа ЛС, которые подлежат особому учету и должны назначаться в течение ограниченного времени. Возможно, смешение этих понятий связано с тем, что для опиоидов, вызывающих тяжелую лекарственную зависимость, характерно развитие зависимости и привыкания.

Фармакодинамика

Фармакодинамика – это изучение механизмов действия, посредством которого лекарства производят свои фармакологические эффекты.

Важнейшим разделом фармакодинамики является рецепторная теория, которая прошла долгий и сложный путь развития. Пауль Эрлих выдвинул постулат в отношении концепции рецепторов: corpora non agunt nisi ixata (вещества не действуют, пока не свяжутся), – и первым сравнил взаимодействие вещества и рецептора с ключом и замком. Уверенность в универсальности своей формулы остановила П. Эрлиха в шаге от открытия гематоэнцефалического барьера. Он ввел краситель метиленовый синий внутривенно мышам и обнаружил, что все органы, кроме мозга, окрасились в синий цвет. Он сделал вывод, что в мозге нет рецепторов к метиленовому синему. Лишь позже его ученик Э. Голдман ввел краситель в мозг мыши и увидел, что тот окрасился в синий цвет, а остальные органы – нет.

Основными субстратами для лекарственных средств в организме являются рецепторы, ферменты, транспортные системы и каналы.

Рецепторы, взаимодействующие с лекарственными средствами, представляют собой специализированные макромолекулы-мишени (в основном это белковые молекулы – липопротеины, гликопротеины, нуклеопротеины и др.), которые связываются с эндогенными медиаторами, гормонами, аутокоидами. Лекарственные средства, имеющие сродство (аффинитет) с этими рецепторами, действуют либо подобно эндогенным биологически активным веществам, либо блокируют их действие.

Рецептор выполняет двойственную роль: он должен распознать связывающуюся с ним молекулу и преобразовать полученный сигнал в ответ. В соответствии с этими задачами рецептор имеет распознающий домен и эффекторный домен. Образование комплекса ЛС – рецептор приводит к биологической реакции. Величина ответа пропорциональна количеству комплексов ЛС – рецептор.

Молекулы (например, ЛС, гормоны, медиаторы), которые связываются с рецептором, называются лигандами. Способность лиганда связываться с данным рецептором зависит от его сродства (аффинности) к рецептору, а способность активировать рецепторы и приводить к клеточному ответу зависит от внутренней активности лиганда. Сродство и активность лекарства определяются его химической структурой и не зависят друг от друга. Таким образом, степень, в которой лиганд способен вызывать возбуждение рецептора, ведущее к клеточному ответу, называется внутренней активностью.

Вопрос

Почему рецептор и лиганд связываются друг с другом?

Рецептор является белковой молекулой, состоящей из различных аминокислот, имеющих неоднородное электрическое поле. Это приводит к образованию структуры, имеющей уникальное расположение электрических зарядов. Соответственно, лиганд будет иметь противоположные заряды, позволяющие связаться с участком рецептора. В случае обратимой связи рецептор-лиганд взаимодействие обеспечивается ионными, водородными, гидрофобными, Ван-дер-Ваальсовыми силами. При необратимом связывании между рецептором и лигандом возникает ковалентная связь.

Лиганды в зависимости от результата связывания с рецептором делятся на агонисты и антагонисты.

Агонисты активируют рецепторы, вызывая желаемый ответ. Агонист, который вызывает максимальный ответ, называется полным агонистом, его внутренняя активность принимается за 1. Однако не все агонисты способны вызывать максимальный ответ. Если активность лигандов, например ЛС, меньше 1, такие ЛС называют частичными агонистами. Многие гормоны, медиаторы (например, ацетилхолин, гистамин, норадреналин) и ЛС (например, пилокарпин, ксилометазолин, бензодиазепины, окситоцин) действуют как агонисты.

Антагонисты – это группа ЛС, которые предотвращают активацию рецепторов. Предотвращение активации рецепторов может вызывать много фармакологических эффектов. Так, антагонисты усиливают клеточную функцию, если они блокируют действие какой-либо тормозной системы организма, которое обычно снижает клеточную функцию (так, блуждающий нерв угнетает активность синоатриального узла сердца и уменьшает частоту сердечных сокращений; атропин блокирует рецепторы, через которые осуществляется угнетение, и за счет этого увеличивает частоту сердечных сокращений). В то же время антагонисты снижают клеточную функцию, если они блокируют действие вещества, которое обычно повышает клеточную функцию (М-холиноблокатор атропин снижает стимулирующее действие ацетилхолина на секрецию слюнных желез, что приводит к снижению секреции и ощущению «сухости во рту»).

Выделяют несколько типов антагонистов.

Конкурентный антагонизм

Если агонист и антагонист конкурируют за связывание с одним и тем же рецептором, то антагонист называют конкурентным (блокатор). При этом взаимодействие агониста и антагониста дозозависимо: увеличение дозы агониста позволяет преодолеть блокаду, вызванную антагонистом, и получить прежний эффект при условии большей концентрации.

Рис. 4. Образование комплекса лекарство – рецептор приводит к биологической реакции. Величина ответа пропорциональна количеству комплексов лекарство – рецептор. Обычный способ представления взаимосвязи между концентрацией лекарственного средства и биологической реакцией – это кривая «доза (концентрация) – эффект». Пример конкурентного антагонизма. Агонист А вызывает определенный эффект. Если он вводится на фоне антагониста (В), то прежний 100 % эффект достигается в большей концентрации

Неконкурентный антагонизм

При этом виде антагонизма ЛС-антагонист связывается с участком рецептора, отличным от сайта связывания агониста, но изменяет структуру сайта связывания агониста и таким образом снижает сродство агониста. Практически при введении неконкурентного антагониста уменьшается число рецепторов, с которыми может связаться агонист. В результате эффективность агониста снижается, и увеличение концентрации агониста ее уже не восстановит.

Вопрос

Непонятно, куда исчезают рецепторы при неконкурентном антагонизме? Здесь написано, что их становится меньше.

Все рецепторы остаются на месте, но неконкурентный антагонист связывается с рецептором Х, а изменяет сродство рецептора Y к агонисту, который перестает с ним, рецептором Y, связываться. Поэтому даже если увеличить концентрацию агониста, эффект не возрастет, так как связаться с рецептором Y нет возможности.

Рис. 5. Неконкурентный антагонизм. Неконкурентный антагонист связывается с иным рецептором, чем рецептор агониста. При этом уменьшается число рецепторов, с которыми может связаться агонист

Функциональный (физиологический) антагонизм

При этом типе антагонизма две различные молекулы действуют на разные рецепторы и производят физиологически противоположные эффекты.

Согласно современным представлениям, рецептор существует в двух состояниях: Ra (активное) и Ri (неактивное), – которые находятся в равновесии, то есть рецепторы спонтанно (конститутивно) могут изменять свое состояние. В обычных условиях рецепторы предпочитают неактивное состояние Ri, поэтому равновесие без стимуляции сдвинуто в сторону неактивного состояния, и в отсутствие агониста сигнал не генерируется или генерируется очень слабый, т. е. рецептор не проявляет конститутивной активации.

Полный агонист связывается преимущественно с конформацией Ra и сдвигает равновесие в сторону преобладания Ra, что приводит к генерации ответа.

Частичный агонист, кроме сродства с Ra, обладает некоторым (меньшим) сродством с Ri и связывается с обеими формами рецептора, при этом равновесие смещается в сторону Ra, но в меньшей степени, чем в случае с полным агонистом. Очевидно, что ответ на частичный агонист не достигнет максимального значения даже при насыщающих концентрациях (часть рецепторов будет занята, но не активирована), в результате возникает субмаксимальный ответ.

Конкурентный антагонист связывается с Ra и Ri с одинаковым сродством, соответственно, при этом равновесие не нарушается и реакция не генерируется, но антагонист препятствует связыванию агониста Ra с рецептором, т. е. реакция на агонист снижается.

Инверсированный (обратный) агонист имеет высокое сродство с состоянием Ri, он стабилизирует рецептор в неактивной конформации, поэтому он будет уменьшать количество даже спонтанно активируемых рецепторов. Инверсированные агонисты применяют в основном как блокаторы рецепторов.

Рис. 6. А) Полный агонист вызывает зависящий от концентрации ЛС эффект. Увеличение концентрации агониста будет усиливать биологический ответ до тех пор, пока не будут заняты все доступные рецепторы. Б) Частичный агонист, несмотря на взаимодействие со всем пулом рецепторов, не может вызвать ответ, равный действию полного агониста. В) На фоне частичного агониста необходима более высокая концентрация полного агониста для получения максимального ответа. Таким образом, частичный агонист является антагонистом полного агониста

Вопрос

Получается, что частичный агонист при одновременном введении с полным агонистом уменьшает эффект последнего?

Да, это так. Частичный агонист может быть антагонистом полного агониста. Это видно на рис. 6. Наркотические анальгетики (опиоиды) при передозировке вызывают угнетение дыхания, что требует срочного введения антагонистов. До создания полных антагонистов опиоидов при отравлении ими с успехом применяли частичный агонист опиоидных рецепторов налорфин.

Для сравнительной оценки агонистов используют параметры «активность» и «эффективность». Активность – это мера дозы, необходимая для получения ответа. Эффективность – это максимальный ответ, который может вызвать ЛС. Например, ЛС А снижает артериальное давление на 20 мм рт. ст. в дозе 5 мг, а ЛС B снижает артериальное давление на 20 мм рт. ст. в дозе 10 мг. Препараты А и B обладают одинаковой эффективностью, но препарат А активнее.

Доза ЛС, вызывающая 50 % максимального ответа, обозначается как ED_50.

Вопрос

Зачем иметь несколько препаратов с разной активностью?

Почему не оставить самый активный?

Активность не единственный фактор, влияющий на выбор ЛП. Например, если препарат А имеет меньшую активность, чем препарат Б, но остается в организме дольше, это обеспечивает меньшую частоту приема и лучшую приверженность пациента к лечению.

Рис. 7. ЛС А и В обладают одинаковой эффективностью, но А активнее. ЛС С уступает А и В по активности и эффективности

Типы мишеней для ЛС

Каждая функционирующая молекула в организме является потенциальным местом действия ЛС. Мишени, посредством которых действуют ЛС, включают:

• рецепторы;

• ферменты;

• транспортные системы.

Рецепторная эпоха действия ЛС началась с выдвижения гипотезы рецепторов Паулем Эрлихом. Его знаменитую доктрину: corpora non agunt nisi ixata (вещества не действуют, если они не связаны), возможно, сегодня следует перефразировать: corpora no agunt quia ixata (вещества действуют, потому что они связываются). В настоящее время можно назвать лишь несколько ЛС, которые действуют, не связываясь с рецепторными структурами в организме (например, мочегонное средство маннитол, активированный уголь при отравлениях).

Рецепторы

Классы рецепторов

Рецепторы можно разделить на четыре основных класса.

• Ионные каналы (например, кальциевые каналы и их блокаторы).

• Рецепторы, связанные с G-белком (например, бета-блокаторы и адренергические рецепторы).

• Рецепторы тирозинкиназы (например, рецепторы инсулина).

• Внутриклеточные рецепторы (например, преднизолон и рецепторы глюкокортикоидов).

Лиганд-управляемые ионные каналы представляют собой белковый комплекс, расположенный в липидной мембране клетки, который обеспечивает открывание канала и вход или выход ионов в ответ на связывание рецептора с лигандом. Ионные каналы – это белковые комплексы, образующие поры, которые облегчают прохождение ионов через гидрофобные клеточные мембраны. Они присутствуют в плазматической мембране и мембранах внутриклеточных органелл всех клеток, выполняя важные физиологические функции, включая установление и формирование электрических сигналов, которые лежат в основе сокращения/расслабления мышц, передачи нейронных сигналов, высвобождения медиаторов, секреции гормонов, поддержания электролитного баланса и артериального давления. Например, ГАМК-А рецепторный комплекс содержит канал для ионов хлора, составленный пятью белковыми субъединицами (см. рис. 15). Открывание канала происходит при связывании с ГАМК-А рецепторами молекул ГАМК. При этом через канал внутрь клетки входят ионы хлора, вызывающие гиперполяризацию мембраны и торможение нейронов. Бензодиазепины являются аллостерическими модуляторами ГАМК-А рецепторов, т. е. они связываются с участком белковой молекулы рецептора, отличным от рецепторного, но при связывании с аллостерическим модулятором эти участки повышают сродство ГАМК-А рецептора с медиатором.

Потенциал-зависимые ионные каналы реагируют на изменения локального электрического мембранного потенциала и имеют важное значение для функции возбудимых клеток, таких как нейроны и мышечные клетки. Эти каналы являются ионоселективными, идентифицированными для каждого из основных физиологических ионов. Каждый тип канала также представляет собой мультимерный комплекс субъединиц, составляющих канал. Существует множество ЛС, механизм действия которых включает нарушение активности потенциал-зависимых каналов. Некоторые из основных классов лекарств обсуждаются ниже.

Местные анестетики являются блокаторами потенциалзависимых натриевых каналов. Так как каналы блокируются в неактивной фазе, проведение возбуждения по нервным волокнам прекращается.

Блокаторы кальциевых каналов (БКК) расслабляют клетки миокарда предсердий и желудочков, уменьшая вход Ca2+ в клетку. Примерами этого класса препаратов являются амлодипин, никардипин и нимодипин, которые используются для лечения гипертензии.

Рецепторы, связанные с G-белком (GPCR), представляют собой большое семейство мембранных рецепторов клеточной поверхности, которые имеют общую структуру и способ передачи сигналов. Все члены семейства GPCR имеют семь белковых сегментов, которые «прошивают» мембрану и передают сигналы внутри клетки через так называемые называемые G-белки.

G-белки представляют собой специализированные белки, обладающие способностью связывать нуклеотиды гуанозинтрифосфат (ГТФ) и гуанозиндифосфат (ГДФ).

G-белок является гетеротримерным и состоит из трех различных субъединиц: альфа (α), бета (β) и гамма (γ). В неактивном состоянии ГДФ связан с α-субъединицей G-белка. Агонист связывается с рецептором и вызывает клеточный ответ, включающий следующие этапы.

1. Лиганды связываются с внеклеточной частью рецептора, сопряженного с G-белком.

2. Связывание лиганда вызывает конформационные изменения в структуре рецептора, что приводит к высвобождению ГДФ из α-субъединицы G-белка.

3. Затем высвобожденный ГДФ заменяется на ГТФ. Это активирует G-белок, заставляя α-субъединицу и связанный ГТФ диссоциировать от трансмембранной части рецептора и β, и γ-субъединицы. Эти α-субъединицы взаимодействуют с соответствующими внутриклеточными эффекторами (например, аденилатциклаза, фосфолипаза С) и вызывают последующие эффекты, например открытие ионных каналов или регуляцию активности ферментов (рис. 8).

Рис. 8. Рецепторы, связанные с G-белком. (Пояснения в тексте.)

Выделяют следующие типы α-субъединицы:

• GS – стимулирует аденилатциклазу, которая катализирует образование цАМФ из АТФ. Это приводит к стимуляции цАМФ – зависимой протеинкиназы, стимулирующей фосфорилирование белков.

• Gi – ингибирует аденилатциклазу.

• GQ – стимулирует фосфолипазу С, которая превращает фосфатидилинозитол-бифосфат (PIP2) в инозитол-3 – фосфат (IP_3) и диацилглицерол (DAG). IP_3 открывает кальциевые каналы, а DAG активирует протеинкиназу С.

Связанные с ферментом (тирозинкиназой) рецепторы представляют собой рецепторы клеточной поверхности с внутриклеточными доменами, регулирующими активность ферментов.

Значимыми представителями этой группы являются рецепторные тирозинкиназы, широко распространенный в природе класс связанных с ферментами рецепторов. Функцией рецепторной тирозинкиназы является перенос фосфатных групп к аминокислоте тирозину в составе внутриклеточного домена рецептора. Процесс сопряжения, связывания агониста с рецептором внеклеточного домена и клеточным ответом включает следующие этапы.

1. Связывание агониста с рецепторами.

2. Димеризация рецепторов.

3. Присоединение фосфата к остаткам тирозина внутриклеточного домена.

4. Фосфорилирование других белков в сигнальных путях клетки.

Рецепторные тирозинкиназы имеют решающее значение для многих сигнальных процессов в организме. Они, к примеру, составляют инсулиновые рецепторы, TrkB-рецептор нейротрофического фактора головного мозга (BDN), фактора роста тромбоцитов (PDG). Тирозинкиназные рецепторы являются важными мишенями противоопухолевых средств (рис. 9).

Внутриклеточные рецепторы представляют собой рецепторные белки, находящиеся внутри клетки, обычно в цитоплазме или ядре. В большинстве случаев лиганды внутриклеточных рецепторов являются гидрофобными молекулами, способными проникать через липидный бислой цитоплазматической мембраны, чтобы достичь своих рецепторов (например, глюкокортикоиды).

В цитоплазме клетки свободные рецепторы связаны с белком теплового шока, который в это время закрывает ДНК-связывающий домен.

Рис. 9. Тирозинкиназный рецептор. (Пояснения в тексте.)

После связывания рецептора с лигандом белок теплового шока теряет связь с рецептором. Рецептор с лигандом димеризуется и проникает в ядро, где регулирует транскрипцию определенных генов (рис. 10).

Ферменты как мишень для ЛС

Большинство препаратов, которые взаимодействуют с ферментами, проявляют себя как ингибиторы, и многие из них конкурентные, поскольку они конкурируют за связывание с субстратом фермента, например, антихолинэстеразные средства обратимого действия связываются с ацетилхолинэстеразой так же, как ацетилхолин, но занимают активный центр этого фермента в сотни и тысячи раз дольше, чем ацетилхолин. Некоторые ингибиторы являются неконкурентными, связываясь с доменом связывания субстрата ковалентно, то есть блокируя фермент необратимо. Восстановление функции будет происходить за счет синтеза новых молекул. Так действует ацетилсалициловая кислота, необратимо блокирующая фермент циклооксигеназу, нарушая синтез простагландинов. Важно подчеркнуть, что мишенями для ЛС могут служить ферменты глистов, бактерий, простейших и вирусов.

Рис. 10. Внутриклеточный рецептор. (Пояснения в тексте.)

Транспортные системы как мишень ЛС

ЛС могут действовать на транспортные системы (транспортные белки), переносящие молекулы некоторых веществ или ионы через мембраны клеток. Например, трициклические антидепрессанты блокируют транспортные белки, обеспечивающие обратный нейрональный захват норадреналина и серотонина через пресинаптическую мембрану нервного окончания. Сердечные гликозиды блокируют Nа+-, К+-АТФазу мембран кардиомиоцитов, осуществляющую транспорт Nа+из клетки в обмен на К+.

Назначение и дозирование ЛС

Назначение лекарственных препаратов осуществляется медицинским работником по международному непатентованному наименованию (МНН), а при его отсутствии – по группировочному или химическому наименованию. В случае отсутствия международного непатентованного наименования и группировочного или химического наименования лекарственного препарата лекарственный препарат назначается медицинским работником по торговому наименованию. Как правило, выбор ЛС определяется стандартами медицинской помощи и/или клиническими рекомендациями.

Основное (главное) действие – это фармакологическая активность лекарственного средства, ради которой оно применяется в клинической практике с профилактической или лечебной целью при конкретном заболевании. Например, блокатор кальциевых каналов амлодипин вызывает расширение сосудов и снижает артериальное давление. Этот эффект является основным.

После всасывания ЛС в кровь развивается резорбтивное действие, обусловленное распространением лекарства с кровью по органам и тканям.

Следует иметь в виду, что хотя ЛС распространяется по всему организму, эффект возникнет только там, где есть восприимчивые к нему мишени.

Местное действие развивается при непосредственном контакте лекарства с тканями организма, например, с кожей, слизистыми оболочками. Это может быть как при местном применении ЛС (мази, кремы), так и при приеме внутрь (воздействие препаратов висмута на слизистую желудка при приеме в форме таблеток). Если ЛС обладают раздражающим действием, они могут оказывать действие при парентральном введении в месте введения (например, подкожная клетчатка, что может привести к развитию некроза.

Действие ЛС (скорость развития фармакологического эффекта, его выраженность, продолжительность и даже характер) зависит от дозы. Разовая доза (от греч. dosis – порция) – количество ЛВ на один прием. Дозы приводят в весовых или объемных единицах. Дозы можно выражать в виде количества вещества на 1 кг массы тела или на 1 м^2 поверхности тела (например, 1 мг/кг, 1 мг/м^2), что позволяет более точно дозировать препарат. Жидкие лекарственные препараты дозируют столовыми, десертными или чайными ложками, а также каплями. Дозы некоторых антибиотиков и гормонов выражают в единицах действия (ЕД). При увеличении дозы ЛВ его фармакологический эффект, как правило, усиливается и через определенное время достигает максимальной (постоянной) величины (Emax).

Побочное действие ЛС

Побочное действие – реакция организма, возникшая в связи с применением лекарственного препарата в дозах, рекомендуемых в инструкции по его применению для профилактики, диагностики, лечения заболевания или для реабилитации.

Существует несколько различных типов побочных реакций:

• нежелательные реакции, связанные с дозой ЛС, вызывают особую озабоченность, когда препараты имеют узкий терапевтический диапазон (например, кровотечение при приеме пероральных антикоагулянтов). Побочные реакции могут быть вызваны снижением выведения препарата у пациентов с нарушением функции почек или печени или взаимодействием лекарственных средств. Например, человек, принимающий лекарство для снижения высокого артериального давления, может чувствовать головокружение или головную боль, если лекарство слишком сильно снижает кровяное давление;

• аллергические реакции на лекарственные средства не зависят от дозы, но требуют предварительного воздействия лекарственного средства. Аллергические реакции развиваются, когда иммунная система организма вырабатывает неадекватную реакцию на лекарство (называемую сенсибилизацией). После сенсибилизации человека последующее воздействие препарата вызывает один из нескольких различных типов аллергической реакции. Иногда врачи проводят кожные пробы, чтобы предсказать аллергические реакции на лекарства;

• идиосинкразические побочные реакции – это неожиданные нежелательные реакции, которые не связаны с дозой или аллергией. Они возникают у небольшого процента пациентов, получающих лекарство. Как правило, под идиосинкразией понимают генетически детерминированные аномальные реакции на лекарство, но не все идиосинкразические реакции имеют фармакогенетическую причину. Примеры таких побочных реакций на лекарства включают кожные поражения, анемию, снижение количества лейкоцитов, нефротоксичность, гепатотоксичность.

Некоторые нежелательные реакции на лекарства связаны с механизмом действия ЛС и могут быть предсказуемыми. Например, раздражение желудка и кровотечение часто возникают у людей, регулярно принимающих аспирин или другие нестероидные противовоспалительные препараты (НПВП). Причина в том, что эти лекарства снижают выработку простагландинов, которые помогают защитить слизистую желудка от соляной кислоты.

Частная фармакология

Лекарственные средства, влияющие на нервную систему (нейротропные лекарственные средства)

Синаптическая передача является основой деятельности нервных клеток и включает высвобождение нейромедиаторов, которые переносят информацию от пресинаптического – передающего – нейрона к постсинаптической – принимающей – клетке.

Рис. 11. Факторы, влияющие на проведение возбуждения в синапсе

Синапсы образуются между нервными окончаниями – пресинаптическими окончаниями аксонов (передающего нейрона) и телом клетки или дендритами принимающего нейрона. Внутри окончания аксона находится множество синаптических пузырьков. Это связанные с мембраной сферы, заполненные молекулами нейромедиаторов. Когда потенциал действия или нервный импульс достигает окончания аксона, он активирует потенциал-зависимые кальциевые каналы в клеточной мембране.

Са2+, который присутствует в гораздо большей концентрации вне нейрона, чем внутри, устремляется внутрь клетки.

Са2+ обеспечивает высвобождение нейромедиатора в синаптическую щель. Молекулы нейромедиатора диффундируют через синаптическую щель и связываются с рецепторными белками постсинаптической клетки. Активация постсинаптических рецепторов приводит к открытию или закрытию ионных каналов в клеточной мембране. Это может быть деполяризация или гиперполяризация – в зависимости от задействованных ионов.

В некоторых случаях эти эффекты на поведение канала прямые: рецептор представляет собой управляемый лигандом ионный канал. В других случаях рецептор сам по себе не является ионным каналом, а активирует ионные каналы через сигнальный путь.

Лекарственные средства, влияющие на вегетативную нервную систему

Нервная система анатомически делится на центральную нервную систему (ЦНС: головной и спинной мозг) и периферическую нервную систему (ПНС: нервные ткани вне ЦНС). Функционально нервную систему можно разделить на два основных отдела: вегетативную и соматическую.

Вегетативная нервная система (ВНС) в значительной степени независима (автономна) в том смысле, что ее деятельность не находится под непосредственным сознательным контролем. Эта система связана, в первую очередь, с контролем и интеграцией висцеральных функций, необходимых для жизни, таких как артериальное давление, сердечный выброс, распределение кровотока и пищеварение. Вегетативная нервная система состоит из функционально различных двух частей: симпатической, отвечающей за реакции типа «борись или беги», и парасимпатической, обеспечивающей функции типа «пищеварение и расслабление».

Двигательная часть соматической нервной системы в значительной степени связана с сознательно контролируемыми функциями, такими как движение, дыхание и поза. В соматической нервной системе эта эфферентная часть состоит из одного нейрона, иннервирующего скелетную мышцу.

Вегетативная нервная система, в отличие от соматической, состоит из двух последовательно расположенных нейронов. Тела первых нейронов находятся в ЦНС. Их аксоны, именуемые преганглионарными волокнами, заканчиваются в вегетативных ганглиях, где образуют синаптические контакты со вторыми, ганглионарными нейронами. Передача возбуждения в ганглиях осуществляется с помощью медиатора ацетилхолина, поэтому она называется холинергической, а рецепторы на постсинаптической мембране постганглионарного нейрона называются холинорецепторами. Эти рецепторы, помимо ацетилхолина, возбуждаются также никотином, поэтому называются холинергическими никотиночувствительными рецепторами (н-холинорецепторами).

Аксоны ганглионарных нейронов, называемые постганглионарными волокнами, формируют синаптические контакты с клетками иннервируемых (эффекторных) органов (рис. 12). Исключение составляет вегетативная иннервация хромаффинных клеток мозгового вещества надпочечников, эмбриогенетически родственных нейронам симпатических ганглиев. Эти клетки иннервируются только преганглионарными нервными волокнами.

Центры симпатической иннервации расположены в боковых рогах грудного и поясничного отделов спинного мозга. Ганглии нервной симпатической системы локализованы вне иннервируемых органов – в симпатических стволах, расположенных по обе стороны позвоночника (симпатический ствол) и в симпатических узлах (например, чревное сплетение). Вследствие этих анатомических особенностей строения в симпатической системе преганглионарные волокна короче постганглионарных (см. рис. 12).

Рис. 12. Схема вегетативной иннервации. (Пояснения в тексте.)

В парасимпатической нервной системе ганглии расположены вблизи органов, поэтому преганглионарные волокна этой системы длинные, а постганглионарные – короткие.

Основное различие между симпатической и парасимпатической нервной системой заключается в том, что в симпатической системе передача возбуждения с постганглионарного волокна на эффекторный орган осуществляется с помощью медиатора норадреналина (адренергическая передача), а в парасимпатической – посредством ацетилхолина (холинергическая передача).

Лекарственные средства, регулирующие функции парасимпатической нервной системы

Центры парасимпатической системы расположены в среднем, продолговатом мозге и крестцовом отделе спинного мозга. Парасимпатические ганглии в основном локализованы в непосредственной близости или внутри эффекторных органов (интрамуральные ганглии), поэтому преганглионарные волокна длиннее постганглионарных (см. рис. 12). В парасимпатической системе медиатором в пре- и постганглионарных волокнах является ацетилхолин.

В холинергическом синапсе синтезированный АЦХ накапливается в везикулах пресинаптических окончаний. Пришедшее по нервному волокну возбуждение вызывает деполяризацию мембраны нервного окончания, открытие потенциал-зависимых кальциевых каналов и вход ионов кальция в пресинаптическое окончание. Ионы кальция в пресинаптическом окончании стимулируют выделение АЦХ в синаптическую щель. После взаимодействия АЦХ с холинорецепторами этот медиатор, в отличие от моноаминов (норадреналин, серотонин, дофамин), не подвергается обратному нейрональному захвату, а разрушается ферментом ацетилхолинэстеразой.

Основные эффекты возбуждения парасимпатической иннервации:

• сужение зрачков (миоз) вследствие сокращения круговой мышцы радужки;

• спазм аккомодации (зрение устанавливается на ближнюю точку видения) вследствие сокращения цилиарной (ресничной) мышцы;

• уменьшение ЧСС (тормозящее действие блуждающего нерва);

• уменьшение скорости проведения импульсов по атриовентрикулярному узлу (ухудшение атриовентрикулярной проводимости);

• снижение сократимости предсердий (но не желудочков, так как в желудочках нет холинергической иннервации);

• повышение тонуса бронхов;

• повышение тонуса гладких мышц ЖКТ, мочевого пузыря (при этом тонус сфинктеров снижается), миометрия;

• увеличение секреции бронхиальных желез, пищеварительных желез (слюнных желез, желез ЖКТ), слезных и носоглоточных желез.

Таблица 5. Расположенные на эффекторных органах холинергические рецепторы

Холинергические рецепторы неоднородны и подразделяются в зависимости от чувствительности к эталонным соединениям (мускарин и никотин) на никотиновые (Н) холинорецепторы, расположенные в ганглиях и нервно-мышечных окончаниях, и мускариновые (М) холинорецепторы, расположенные в постганглионарных синапсах на эффекторных органах. М-холинорецепторы включают 3 подгруппы – М_1-М_3, – расположенные в различных органах (всего выделено 5 подтипов М-холинорецепторов, однако практическое значение имеют первые три).

Классификация холиномиметиков

Стимуляция передачи возбуждения в холинергических синапсах возможна двумя путями: с помощью прямых агонистов холинорецепторов, называемых холиномиметиками, и за счет ингибирования фермента ацетилхолинэстеразы. Блокада фермента приведет к накоплению собственного ацетилхолина в синаптической щели и стимуляции холинорецепторов.

В соответствии с типами холинорецепторов выделяют следующие группы холиномиметиков:

М-холиномиметики

Пилокарпин – алкалоид, обладающим прямым М-холиномиметическим действием. В медицинской практике используется его миотическое (способность вызывать сужение зрачка, миоз) действие. При передозировке повышает секрецию пищеварительных, бронхиальных и потовых желез, тонус гладких мышц бронхов, кишечника, желчного и мочевого пузыря, матки.

Миотическое действие пилокарпина оказывает антиглаукомный эффект. Глаукома относится к тяжелым офтальмологическим состояниям и характеризуется повышением внутриглазного давления. В норме ресничное тело глаза продуцирует водянистую влагу, которая через угол передней камеры глаза дренируется в шлеммов канал. Дисбаланс возникает при нарушении отведения этой жидкости через трабекулярную сеть передней камеры (открытоугольная глаукома) или при закрытии угла передней камеры (закрытоугольная глаукома). Пилокарпин вызывает сокращение циркулярной мышцы радужной оболочки глаза, это приводит к оттягиванию корня радужки и увеличению угла передней камеры глаза. При этом повышается проницаемость трабекулярной зоны и улучшается отток водянистой влаги из глаза, что приводит к снижению внутриглазного давления. При введении в конъюнктивальный мешок не оказывает резорбтивного действия.

Пилокарпин применяют при остром приступе закрытоугольной глаукомы, вторичной глаукоме, первичной открытоугольной глаукоме.

Цевимелин представляет собой М-холиномиметик, который действует как агонист холинергических М_1 и М_3 рецепторов. Применяется для лечения симптомов сухости во рту (ксеростомия) при болезни Шегрена. М_1-рецепторы расположены в секреторных железах (экзокринных железах, таких как слюнные и потовые железы), и их активация приводит к увеличению секреции секреторных желез. М_3-рецепторы обнаружены на гладких мышцах, и их активация обычно приводит к сокращению гладких мышц и увеличению секреции слюнных желез. Как следствие, выделение слюны увеличивается и симптомы сухости во рту облегчаются.

Н-холиномиметики

Цитизин – алкалоид, возбуждающий Н-холинорецепторы симпатических и парасимпатических ганглиев, а также мозгового слоя надпочечников и каротидных клубочков. Используется нечасто для стимуляции дыхания при отравлении угарным газом и асфиксии новорожденных (в основном в тех случаях, когда невозможно провести искусственную вентиляцию легких). Цитизин входит в состав ЛС, применяемых для облегчения отвыкания от курения.

Варениклин – частичный агонист α4β2- и полный агонист α3β4-и α7-никотиновых рецепторов, используется как средство для отвыкания от курения. Степень активации Н-холинорецепторов варениклином ниже, чем при введении никотина, поэтому дофамин высвобождается на 40–60 % меньше, чем в ответ на никотин. Это обеспечивает курящему чувство комфорта без проявлений абстиненции при отсутствии никотина.

М, Н-холиномиметики

Карбахол является синтетическим производным холина, сходным с ацетилхолином, подобно которому возбуждает М- и Н-холинорецепторы. Карбахол не разрушается ацетилхолинэстеразой, поэтому действует более продолжительно. По активности в 100 превосходит ацетилхолин. Применяется как миотическое средство для снижения внутриглазного давления.

Антихолинэстеразные средства

Антихолинэстеразные средства ингибируют ацетилхолинэстеразу – фермент, гидролизующий ацетилхолин в синаптической щели и холинэстеразу плазмы крови (бутирилхолинэстеразу). Ингибирование ацетилхолинэстеразы в холинергических синапсах приводит к повышению концентрации ацетилхолина в синаптической щели, вследствие чего значительно усиливается и удлиняется действие ацетилхолина. Таким образом, все эффекты антихолинэстеразных средств вызваны эндогенным ацетилхолином.

Таблица 6. Классификация антихолинэстеразных средств

Антихолинэстеразные препараты вызывают эффекты, эквивалентные стимуляции холинергической системы, в частности, стимуляцию ответов мускариновых рецепторов в эффекторных органах.

Неостигмин является четвертичным аммониевым соединением, за счет карбамильной группы связывается с анионным участком ацетилхолинэстеразы. Начало его действия развивается через 1 мин., максимальный эффект наступает через 10 мин., продолжительность действия – 20–30 мин. Возможно применение неостигмина при миастении гравис (аутоиммунное заболевание, при котором образуются антитела к Н-холинорецепторам скелетных мышц, вследствие чего уменьшается их количество; проявляется мышечной слабостью и повышенной утомляемостью скелетных мышц) и при послеоперационной атонии кишечника и мочевого пузыря, а также для восстановления нервно-мышечной передачи после применения миорелаксантов. Побочные эффекты неостигмина связаны со стимуляцией М-холинорецепторов: тошнота, рвота, диарея, гиперсаливация, брадикардия, снижение АД, повышение тонуса бронхов. Для устранения этих симптомов можно использовать атропин. Четвертичные аммониевые основания, к которым относится неостигмин, полярны и не проникают через ГЭБ в ЦНС.

Физостигмин – натуральный алкалоид, получаемый из калабарской фасоли. Он не содержит четвертичной аммониевой группы и проникает через гематоэнцефалический барьер. Используется для устранения центральной антихолинергической токсичности, вызванной передозировкой антихолинергических препаратов (атропин).

Донепезил проникает через ГЭБ и за счет блокады ацетилхолинэстеразы стимулирует холинергическую передачу в коре головного мозга, что вызывает улучшение когнитивных функций и уменьшает симптомы болезни Альцгеймера, которые могут включать апатию, агрессию, спутанность сознания и психоз. Донепезил не является патогномоничным средством от деменции, но может помочь при таких симптомах, как забывчивость или спутанность сознания. Обычно донепезил начинает действовать через месяц, но у некоторых людей это может занять больше времени. Наиболее распространенными побочными эффектами донепезила являются диарея, головные боли и тошнота.

При отравлении инсектицидами и фосфорорганическими соединениями возникают симптомы дисфункции холинергической системы из-за ингибирования ацетилхолинэстеразы и, как следствие, активации М- и Н-холинергических рецепторов.

Симптомы активации мускариновых холинергических рецепторов: слюноотделение, слезотечение, мочеиспускание, дефекация, рвота, суженные (точечные) зрачки (миоз), бронхорея и свистящее дыхание, брадикардия.

Симптомы активации никотиновых холинергических рецепторов: тахикардия, слабость и фасцикуляции мышц, потливость, боли в животе.

Отравляющие вещества нервно-паралитического действия, используемые в химическом оружии, такие как табун, зарин, VX и зоман, являются антихолинэстеразами высокой активности. Они вызывают практически необратимую инактивацию ацетилхолинэстеразы путем алкилфосфорилирования. В качестве специфической терапии эффективны антидоты: атропин и препараты группы оксимов. Атропин вводят болюсно до тех пор, пока не будет достигнут полный антимускариновый эффект (т. е. покраснение сухой кожи, расширение зрачков, частота сердечных сокращений >80 уд./мин.). Оксимы (пралидоксим) действуют путем реактивации ацетилхолинэстеразы, конкурируя с антихолинэстеразными средствами за связывание с ее активными сайтами. Необходимо раннее введение оксимов. Их следует вводить до образования необратимых связей между антихолинэстеразным агентом и ацетилхолинэстеразой.

Вопрос

Правильно ли я понял, что антихолинэстеразные средства сами по себе не влияют на холинергические рецепторы?

Да, это верно. Без ацетилхолина антихолинэстеразные средства практически не проявляют холиномиметических свойств.

Лекарственные средства, угнетающие холинергическую передачу

Антихолинергические препараты (холиноблокаторы) – это препараты, которые ингибируют активность медиатора ацетилхолина (АХ) в синапсах как центральной, так и периферической нервной системы. При этом эти препараты ингибируют действия парасимпатической нервной системы посредством селективной блокады связывания АХ с его рецепторами в нейронах. Функции, находящиеся под контролем парасимпатической нервной системы, включают непроизвольную активность гладких мышц, расположенных в желудочно-кишечном тракте, легких, мочевыводящих путях и других областях тела. Препараты с антихолинергической активностью используют для лечения респираторных заболеваний (астмы, ХОБЛ), болезни Паркинсона, сердечно-сосудистых заболеваний, императивного недержания мочи, психических расстройств, депрессии, аллергии и в офтальмологии.

Антихолинергические препараты являются конкурентными антагонистами АХ на уровне рецепторов холинергической системы.

В холинергической системе выделяют два типа рецепторов:

I – сопряженные с плазматической мембраной мускариновые рецепторы, связанные с G-белком;

II – никотиновые рецепторы с лиганд-управляемыми ионными каналами. Никотиновые рецепторы обнаружены в постганглионарных нейронах вегетативной нервной системы и на двигательной концевой пластинке нервно-мышечного синапса.

Мускариновые рецепторы присутствуют на клетках органов-мишеней парасимпатической нервной системы и потовых железах симпатической нервной системы. Препараты с антихолинергической активностью преимущественно воздействуют на мускариновые рецепторы.

Таблица 7. Классификация холиноблокаторов

М-холиноблокаторы блокируют М-холинорецепторы, локализованные на мембране клеток эффекторных органов, препятствуя их взаимодействию с ацетилхолином. Поскольку М-холинорецепторы располагаются в органах и тканях, получающих парасимпатическую иннервацию, М-холиноблокаторы, устраняя ее влияние, вызывают эффекты, противоположные эффектам возбуждения парасимпатической нервной системы.

М-холиноблокаторы вызывают:

• расширение зрачков (мидриаз);

• паралич аккомодации (глаз устанавливается на дальнюю точку видения);

• повышение ЧСС (тахикардию);

• повышение атриовентрикулярной проводимости;

• снижение тонуса гладких мышц бронхов;

• снижение тонуса и моторики ЖКТ и мочевого пузыря;

• уменьшение секреции бронхиальных и пищеварительных желез.

Атропин блокирует М_1-, М_2– и М_3-подтипы холинорецепторов и устраняет влияние парасимпатической иннервации на периферические органы и ЦНС. Уменьшает секрецию слюнных, желудочных, бронхиальных, потовых желез. Снижает тонус гладких мышц внутренних органов (в том числе бронхов, органов пищеварительной системы, уретры, мочевого пузыря), уменьшает моторику ЖКТ. Центральным антихолинергическим действием объясняется способность атропина устранять тремор при болезни Паркинсона.

Показания для применения атропина:

• спазм гладкомышечных органов ЖКТ, язвенная болезнь желудка (в фазе обострения) и двенадцатиперстной кишки (в фазе обострения), острый панкреатит;

• гиперсаливация (паркинсонизм, отравление солями тяжелых металлов, при стоматологических вмешательствах);

• почечная колика, печеночная колика;

• бронхоспазм;

• ларингоспазм (профилактика);

• AV-блокада, брадикардия;

• премедикация перед хирургическими операциями;

• отравления М-холиномиметиками и антихолинэстеразными веществами (обратимого и необратимого действия).

Побочное действие

Со стороны органов чувств: мидриаз, фотофобия, паралич аккомодации, повышение внутриглазного давления.

Со стороны сердечно-сосудистой системы: синусовая тахикардия, усугубление ишемии миокарда из-за чрезмерной тахикардии, желудочковая тахикардия и фибрилляция желудочков.

Со стороны пищеварительной системы: сухость во рту, запор, атопия кишечника.

Со стороны мочевыделительной системы: затруднение мочеиспускания, атония мочевого пузыря.

Скополамин (l-гиосцин) – алкалоид, содержащийся в тех же растениях, что и атропин, по химической структуре близок к атропину. Периферические эффекты скополамина сходны с эффектами атропина. В то же время центральные эффекты существенно различаются. Скополамин, в отличие от атропина, в терапевтических дозах оказывает выраженное угнетающее действие на ЦНС. Обычно это проявляется в виде общего успокоения, сонливости. Кроме того, скополамин вызывает выраженную амнезию (ухудшение памяти).

Н-холиноблокаторы

Существуют два типа Н-холинорецепторов, расположенных в ганглиях и нервно-мышечных синапсах. Оба типа рецепторов относятся к лиганд-зависимым ионным каналам, однако наличие структурных различий позволяет использовать специфические лиганды для каждого из этих рецепторов. В соответствии с расположением рецепторов выделяют ганглиоблокаторы и миорелаксанты (курареподобные средства).

Ганглиоблокаторы являются эффективными антигипертензивными средствами, однако практически не используются из-за значительного числа побочных эффектов.

Миорелаксанты (блокаторы нервно-мышечной передачи; курареподобные средства). Миорелаксанты обычно используют для блокады нервно-мышечной передачи во время хирургической операции и требуют интубации и искусственной вентиляции легких. Нервномышечные блокаторы действуют, препятствуя передаче нервных импульсов в нервно-мышечном соединении, синапсе между двигательным нейроном и мышечной клеткой. Они блокируют действие медиатора ацетилхолина, который вызывает сокращение мышц. По механизму действия делятся на деполяризующие и антидеполяризующие (недеполяризующие) миорелаксанты.

Недеполяризующие миорелаксанты действуют как конкурентные антагонисты ацетилхолиновых рецепторов на концевой пластинке двигательного синапса скелетных мышц. Они связываются с этими рецепторами, не активируя их, блокируя связывание ацетилхолина и, соответственно, предотвращая мышечное сокращение. К препаратам этого класса относятся средней продолжительности действия атракурий, рокуроний, векуроний и длительного действия панкуроний. Антагонистами недеполяризующих миорелаксантов являются антихолинэстеразные средства.

Деполяризующие миорелаксанты действуют как агонисты рецепторов ацетилхолина. Они связываются с рецепторами и вызывают начальную деполяризацию (подергивание мышц), после которой мышца не может реагировать на дополнительные нервные импульсы, что приводит к устойчивому мышечному параличу. Примером деполяризующего нервно-мышечного блокатора является миорелаксант короткого действия сукцинилхолин. Антихолинэстеразные средства усиливают действие сукцинилхолина.

Лекарственные средства, регулирующие функции симпатической нервной системы

Адреномиметики, симпатомиметики. Адреноблокаторы, симпатолитики

Симпатическая нервная система (СНС) является вторым, наряду с парасимпатической нервной системой (ПНС), отделом вегетативной нервной системы (ВНС). Обе системы в основном работают независимо от сознания, регулируя многие функции и части тела, часто вызывая противоположные эффекты. Если ПНС контролирует реакции «отдыхай и переваривай», то СНС управляет реакциями типа «борись или беги». Основным конечным эффектом СНС является подготовка организма к физической активности, стрессу.

СНС имеет такое же, как ПНС, двухнейронное строение. Центры симпатической иннервации располагаются в торако-люмбальном отделе спинного мозга и представлены телами симпатических нейронов. Аксоны этих нейронов выходят через боковые рога спинного мозга и заканчиваются на телах ганглионарных нейронов симпатического ствола, расположенного рядом со спинным мозгом (это преганглионарные волокна). Аксоны ганглионарных нейронов СНС, расположенные в симпатическом стволе, формируют длинные постганглионарные волокна, которые заканчиваются у эффекторных органов.

Спинномозговые нервы C2-C8 обеспечивают симпатическую иннервацию головы, шеи, верхних конечностей и грудной клетки. Спинномозговые нервы T1-L2 определяют симпатическую иннервацию туловища, а также участвуют в составе нервов, иннервирующих внутренние органы брюшной полости. Спинномозговые нервы L3-C0 осуществляют симпатическую иннервацию нижних конечностей.

Ганглии симпатической системы не отличаются от ганглиев ПНС, строение ганглионарных н-холинорецепторов в ПНС и СНС одинаковое. Поэтому ганглиоблокаторы угнетают передачу возбуждения как в СНС, так и в ПНС.

Главное отличие в нейрофизиологическом строении СНС от ПНС в том, что в СНС синапс между постганглионарным волокном и эффекторным органом является адренергическим, то есть медиатор в этом синапсе – норадреналин. Таким образом, функции СНС регулируются ЛС, влияющими на адренергическую передачу.

Эффекты при возбуждении СНС

• Расширение (увеличение) зрачков

• Увеличение секреции ренина

• Увеличение частоты сердечных сокращений, сократимости, проводимости, возбудимости проводящей системы сердца

• Расслабление мышц бронхов

• Повышение уровня глюкозы в крови

• Повышение свертываемости крови

• Замедление процессов пищеварения

• Снижение моторики и сокращение сфинктеров ЖКТ

• Сокращение желчного пузыря

В мочевом пузыре происходит расслабление мышцы детрузора и сокращение сфинктера уретры.

В соответствии с характером взаимодействия с адренергическими рецепторами и, как следствие, фармакологическими свойствами ЛС выделяют адреномиметики, возбуждающие адренорецепторы и адренблокаторы, угнетающие адренергическую передачу.

Таблица 8. Фармакологические реакции при возбуждении и блокаде адренорецепторов

Адреномиметики

Адренергические препараты представляют собой широкий класс лекарств, которые связываются с адренергическими рецепторами. К этим рецепторам относятся: альфа-1, альфа-2, бета-1, бета-2, бета-3. Адренергические препараты связываются с одним или несколькими подтипами этих рецепторов, вызывая соответствующие эффекты. Адренергические препараты классифицируются на основе типов рецепторов, с которыми они связываются.

Таблица 9. Классификация адреномиметиков

Агонисты альфа-1 адренорецепторов

Фенилэфрин

Стимулирует постсинаптические альфа-адренорецепторы. Вызывает сужение артериол, повышение АД (с возможной рефлекторной брадикардией), повышение ОПСС. Уменьшает кровоток – почечный, кожный, органов брюшной полости и конечностей. Суживает легочные сосуды и повышает давление в легочной артерии. Как вазоконстриктор оказывает антиконгестивное действие: уменьшает отек и гиперемию слизистой оболочки носа. При местном применении в офтальмологии вызывает расширение зрачка, улучшает отток внутриглазной жидкости и сужает сосуды конъюнктивы. Так как фенилэфрин оказывает незначительное воздействие на цилиарную мышцу, мидриаз возникает без циклоплегии. Мидриаз сохраняется в течение 4–6 ч.

Эпинефрин (адреналин)

Оказывает выраженное влияние на сердечно-сосудистую систему. Увеличивает частоту и силу сердечных сокращений, ударный и минутный объем сердца. Улучшает атрио-венрикулярную проводимость, повышает автоматизм. Увеличивает потребность миокарда в кислороде. Вызывает сужение сосудов органов брюшной полости, кожи, слизистых оболочек, в меньшей степени – скелетных мышц. Повышает АД (главным образом систолическое), в высоких дозах повышает ОПСС. Прессорный эффект может вызвать кратковременное рефлекторное замедление ЧСС.

Эпинефрин расслабляет гладкие мышцы бронхов, понижает тонус и моторику ЖКТ, расширяет зрачки, способствует понижению внутриглазного давления. Вызывает гипергликемию и повышает содержание в плазме свободных жирных кислот.

Агонисты альфа-2 адренорецепторов

Метилдопа

В ЦНС превращается в метилнорадреналин, агонист аль-фа-2 адренорецепторов. Стимуляция этих рецепторов в стволе головного мозга приводит к снижению симпатической регуляции. Является препаратом выбора для лечения гестационной гипертензии.

Клонидин

Применяется для лечения артериальной гипертензии, открытоугольной глаукомы (в некоторых странах для лечения синдрома дефицита внимания и гиперактивности (СДВГ).

Дексмедетомидин

Этот препарат показан для седативного действия в отделении интенсивной терапии и не вызывает угнетения дыхания.

Агонисты бета-1 адренорецепторов

Добутамин показан для лечения кардиогенного шока и сердечной недостаточности. Пациентам в состоянии шока требуется гемодинамическая поддержка. Для лечения используются вазопрессоры (например, норадреналин), кардиотоники (например, добутамин).

Агонисты бета-2 адренорецепторов

Бронхолитики (сальбутамол, салметерол) применяются для лечения обструктивных заболеваний легких, таких как бронхиальная астма, хроническая обструктивная болезнь легких (ХОБЛ).

Бета-2-адреномиметик гексопреналин используется как токолитик, лекарственное средство для предотвращения преждевременных родов.

Агонисты бета-3 адренорецепторов

Мирабегрон

Этот препарат показан для лечения гиперактивного мочевого пузыря, например, недержания и частоты мочеиспускания. Он также показан для лечения нейрогенной гиперактивности детрузора у детей (старше 3 лет).

Неселективные агонисты адренорецепторов

Норадреналин показан для лечения шока и гипотонии.

Адреналин показан при аллергических реакциях немедленного типа, бронхитальной астме, асистолии, кровотечениях (как сосудосуживающее средство), артериальной гипотензии, полной атриовентрикулярной блокаде, для пролонгации действия местных анестетиков в стоматологии.

Дофамин

Показан для лечения гипотонии, брадикардии и остановки сердца за счет кардиотонического действия.

Адренергические антагонисты (адреноблокаторы) – соединения, угнетающие действие адреналина (эпинефрина), норадреналина (норэпинефрина) и других катехоламинов, контролирующих вегетативную регуляцию и некоторые функции ЦНС. Адреноблокаторы – высокоэффективные лекарственные средства, широко используемые при лечении заболеваний сердца. Их физиологические эффекты включают расширение кровеносных сосудов, что снижает кровяное давление и замедляет частоту сердечных сокращений.

Адреноблокаторы

Таблица 10. Классификация адреноблокаторов

Антагонисты альфа-1-адренергических рецепторов (также называемые альфа-блокаторами)

Представляют собой ЛС, ингибирующие сокращение гладких мышц сосудов. Их основное применение – гипертония и симптоматическая доброкачественная гипертрофия предстательной железы. Однако в настоящее время альфа-1-адреноблокаторы рекомендуются только в качестве дополнительной терапии гипертонии. Поскольку неселективные альфа-1-адренергические антагонисты вызывают расслабление гладких мышц как в артериолах (альфа-1b-рецепторы), так и в шейке мочевого пузыря и предстательной железе (альфа-1а-рецепторы), они также эффективны при терапии симптомов обструкции мочевыводящих путей, обусловленной доброкачественной гипертрофией предстательной железы. Альфа-1-адренергические антагонисты, используемые в клинической практике при доброкачественной гипертрофии предстательной железы и симптомах задержки мочеиспускания, включают три неселективных препарата – теразозин, доксазозин и альфузозин, а также селективный альфа-1-адренергический антагонист тамсулозин. Селективные препараты способны снижать тонус шейки мочевого пузыря с меньшим риском гипотонии.

Альфа-2-адреноблокаторы в основном используются в исследованиях, но находят ограниченное клиническое применение.

Бета-адреноблокаторы делятся на β_1, β_2 и β_3-блокаторы. β_1 – адренблокаторы имеют широкое применение в клинической медицине.

Бета-адреноблокаторы

Делятся на неселективные (β_1; β_2) и β_2-селективные. Неселективные агенты связываются как с бета-1, так и с бета-2-рецепторами и вызывают антагонистические эффекты, влияя на оба типа рецепторов (пропранолол). Селективные блокаторы бета-1-рецепторов, такие как атенолол, бисопролол, метопролол, связываются только с бета-1-рецепторами; следовательно, они не влияют на β_2-рецепторы бронхов, они кардиоселективны.

ЛС, оказывающие непрямое влияние на функцию адренергической передачи

Симпатомиметик эфедрин напрямую связывается как с альфа-, так и с бета-рецепторами; однако его основной механизм действия определяется ингибированием обратного захвата норадреналина нейронами и выделения большего количества норадреналина из везикул-хранилищ. Это действие позволяет норэпинефрину дольше оставаться в синапсе, связывая постсинаптические альфа- и бета-рецепторы.

Указанный непрямой механизм действия эфедрина приводит к повышению артериального давления и увеличению частоты сердечных сокращений из-за способности норадреналина связываться с альфа- и бета-рецепторами.

Стимуляция альфа-1-адренергических рецепторов гладких мышц в сосудистой сети приводит к повышению системного сосудистого сопротивления и, следовательно, систолического и диастолического артериального давления. Стимуляция бета-1-рецепторов вызывает положительное хронотропное (тахикардия) и инотропное (повышение сократимости) действие сердца. Стимуляция бета-2-адренергических рецепторов в бронхах приводит к бронходилатации при введении эфедрина, хотя она не так выражена, как его сердечно-сосудистые эффекты.

Эфедрин может вызывать учащенное сердцебиение, головную боль, головокружение, тошноту, рвоту, беспокойство и тревогу у находящихся в сознании пациентов. Эфедрин также является аритмогенным, и врачи должны соблюдать осторожность при назначении его пациентам, предрасположенным к аритмиям, или при приеме других аритмогенных препаратов, особенно наперстянки.

Симпатолитик (адреноблокатор непрямого действия) резерпин нарушает хранение норадреналина в пресинаптических везикулах. Антигипертензивное действие резерпина является результатом его способности истощать запасы катехоламинов в окончаниях периферических симпатических нервов. Механизм действия резерпина заключается в ингибировании насоса АТФ/ Mg 2+, ответственного за перенос нейромедиаторов в везикулы-хранилища, расположенные в пресинаптическом окончании. Нейромедиаторы, которые не секвестрируются в пузырьках-хранилищах, легко метаболизируются моноаминоксидазой (МАО), вызывая снижение уровня катехоламинов.

Резерпин используется для лечения артериальной гипертензии и относится к классу лекарств, называемых алкалоидами раувольфии. В настоящее время используется лишь в составе комбинированных лекарственных средств.

Лекарственные средства, устраняющие болевой синдром

Большинство заболеваний вызывает боль. Способность диагностировать различные заболевания в значительной степени зависит от знания различных качеств и причин боли. Боль является защитным механизмом, предохраняющим органы и ткани от повреждения. Чувствительность и реактивность к вредным раздражителям необходимы для благополучия и выживания организма. Таким образом, боль сигнализирует: «Немедленно выйдите из этой ситуации». Известно, что люди, врожденно нечувствительные к боли, легко травмируются и в большинстве случаев умирают в раннем возрасте.

В 1906 году физиолог Чарльз Шеррингтон ввел понятие ноцицептора. Термин «ноцицептор» произошел от латинского nocere, что означает «причинять вред» или «наносить ущерб».

Ноцицепторы, которые часто называют болевыми рецепторами, представляют собой свободные нервные окончания, расположенные по всему телу, включая кожу, мышцы, суставы, кости и внутренние органы. Они играют ключевую роль в ощущении и реакции на боль. Основное назначение ноцицептора – реагировать на повреждение тела путем передачи сигналов в спинной и головной мозг. Выделяют механические, температурные, химические, полимодальные ноцицепторы.

Различные вызывающие боль химические вещества активируют или сенсибилизируют первичные афферентные ноцицепторы. Некоторые из них, такие как ионы калия, гистамин и серотонин, могут высвобождаться поврежденными тканевыми клетками или циркулирующими клетками крови, которые мигрируют из кровеносных сосудов в область повреждения ткани. Другие химические вещества, такие как брадикинин, простагландины и лейкотриены, синтезируются ферментами, активируемыми при повреждении тканей.

Ноцицепторы передают болевую информацию в спинной мозг по двум типам афферентных нервных волокон. Первый тип – это аксоны волокон типа А дельта, представляющие собой волокна, окруженные миелиновой оболочкой. Миелин позволяет нервным сигналам (потенциалам действия) быстро перемещаться вдоль нервного волокна. Второй тип – аксоны С-волокон, у которых миелиновая оболочка отсутствует, и поэтому у них скорость распространения импульсов по волокну ниже. Из-за разницы в скорости передачи между А- и С-волокнами болевые сигналы от А-волокон раньше достигают спинного мозга. В результате после острой травмы человек испытывает боль в две фазы: одну – за счет волокон А дельта и вторую – за счет С-волокон.

Таким образом, первичные афферентные ноцицепторы передают импульсы в спинной мозг. В спинном мозге первичные афферентные волокна образуют синапсы с нервными клетками второго порядка в дорсальных рогах серого вещества и выделяют медиаторы субстанцию Р и соматостатин, а также аминокислоты, такие как глутаминовая или аспарагиновая кислота. Аксоны этих клеток второго порядка переходят на противоположную сторону спинного мозга и проецируются к стволу головного мозга и таламусу. На таламическом уровне болевые пути заканчиваются в вентрокаудальном и медиальном ядрах. Нейроны вентрокаудального таламуса проецируются непосредственно в соматосенсорную кору.

Местные анестетики

Наконечник стрелы из бедра он

Вырезал острым ножом и, теплой водою отмывши

Черную кровь, порошком из целебного горького корня

Рану присыпал, в руках растерев.

Порошок этот боли

Все прекратил. И рана подсохла.

И кровь унялася.

Гомер, «Илиада», Песнь XI

Использованный Патроклом в «Илиаде» горький корень для лечения раны Еврипила – это тысячелистник, обладающий местноанестезирующей активностью. В настоящее время в некоторых рекомендациях стоматологов можно встретить тысячелистник как средство при зубной боли.

Местные анестетики (МА) подавляют все виды чувствительности, в том числе и болевую, блокируя потенциал-зависимые Na+-каналы, расположенные в нервных волокнах и, таким образом, блокируют передачу болевых импульсов.

Основным механизмом распространения потенциалов действия по нервному волокну является последовательное открывание потенциал-зависимых натриевых каналов в ответ на «пришедшую» деполяризацию. Этот процесс начинается с рецепторов (ноцицепторов), затем распространяется по афферентным нервным волокнам в спинной мозг, где возбуждает центральные звенья ноцицептивной системы.

Существуют три конформационных состояния Na+-каналов возбудимых тканей: покоя (закрытое), открытое и инактивированное. В состоянии покоя мембранный потенциал составляет примерно -70 мВ. В этом состоянии канал не пропускает внутрь ионы натрия. Во время деполяризации натриевые каналы открываются, что обеспечивает быстрый приток положительно заряженных ионнов натрия внутрь по электрическому и химическому градиентам. Это приводит к деполяризации мембраны и последующей инактивации каналов. Из инактивированного состояния канал восстанавливается в состояние покоя только за счет реполяризации клеточной мембраны.

Рис. 13. Механизм действия местных анестетиков. Липофильная молекула местного анестетика проникает в нервное волокно и изнутри блокирует потенциал-зависимый натриевый канал в инактивированном состоянии

Липофильные неионизированные молекулы местного анестетика из внеклеточной жидкости проходят через фосфолипидную мембрану нейронов внутрь волокна. Внутри волокна за счет изменения рН молекулы МА диссоциируют. Ионизированная форма МА обратимо связывается с потенциал-зависимыми Na+-каналами. Связанный местный анестетик стабилизирует инактивированное состояние рецептора, предотвращая дальнейшую нейрональную передачу. Таким образом, возбуждение по волокну не может далее распространяться.

Местные анестетики представляют собой водорастворимые соли липофильных ароматических радикалов. В состав местных анестетиков входят три компонента: липофильная ароматическая группа, промежуточное звено и гидрофильная аминогруппа (рис. 14). В зависимости от промежуточного звена МА подразделяются на две группы: сложные эфиры и амиды. Строение промежуточной алифатической цепочки имеет значение для продолжительности действия местного анестетика. Поскольку эфирные связи легче гидролизуются, сложные эфиры (прокаин) оказывают более короткое действие, чем амиды (лидокаин).

Рис. 14. Строение молекулы местных анестетиков

МА действуют на все типы нервных волокон, и в первую очередь блокируются мелкие нервные волокна (чувствительные, вегетативные); позже нарушается проводимость более крупных двигательных нервов. Среди одинаковых по диаметру волокон быстрее блокируются те, активность которых выше. Чувствительные волокна возбуждаются чаще, чем двигательные, поэтому блокируются быстрее. Это объясняется тем, что при более частом возбуждении вероятность связывания анестетика с каналом в инактивированном состоянии выше (так называемый зависимый от применения блок – use-dependent block).

МА можно применять для различных типов местной анестезии:

• терминальной – путем нанесения на слизистые оболочки;

• инфильтрационной – за счет введения МА в мягкие ткани области предполагаемой хирургической манипуляции;

• проводниковой – за счет инфильтрации тканей рядом со стволом крупного нерва;

• эпидуральной – путем введения местного анестетика в эпидуральное пространство, не затрагивая твердую мозговую оболочку;

• спинальной (интратекальной), при которой местный анестетик в процессе люмбальной пункции вводится в субарахноидальное пространство;

• внутривенной регионарной анестезии.

Таблица 11. Классификация местных анестетиков

Местные анестетики различаются по активности, токсичности, продолжительности действия, растворимости в воде и способности проникать через слизистые оболочки. Обычно они эффективны при быстром начале действия (от нескольких секунд до нескольких минут) и действуют в течение 1–2 часов.

Всасывание местных анестетиков в кровоток снижает их концентрацию в месте введения и устраняет их локальное действие. Одновременное введение МА с сосудосуживающими средствами может удвоить продолжительность действия. Обычно с этой целью используется адреналин в концентрациях 1:200 000 или 1:100000.

Сосудосуживающих средств следует избегать при блокаде нервов пальцев, носа или полового члена, у пациентов с сердечными заболеваниями и при терапии антидепрессантами.

Поскольку местные анестетики – слабые основания, степень их проникновения через мембрану зависит от рН среды (чем ниже рН, тем большая часть вещества находится в ионизированной форме и не проникает внутрь аксона). Поэтому эффективность местных анестетиков снижается в кислой среде (с пониженным рН), в частности, в очаге воспаления.

Вопрос

Почему основным путем использования МА является локальное введение в ткани?

Это позволяет создать высокие концентрации МА локально, в области тех нервных структур, зону иннервации которых необходимо анестезировать. При системном введении создание таких высоких локальных концентраций невозможно.

Побочные эффекты местных анестетиков в первую очередь обусловлены их системным действием, вызванным всасыванием в большой круг кровообращения из места введения. Чувствительные к МА структуры расположены в ЦНС, сердечно-сосудистой системе.

Местные анестетики часто вызывают стимуляцию ЦНС (беспокойство, тремор и эйфорию), за которой следует торможение (сонливость и седативный эффект). Другие симптомы токсичности местных анестетиков включают головную боль, парестезии и тошноту. Более высокие концентрации могут вызвать судороги с последующей комой.

Неблагоприятные сердечно-сосудистые эффекты включают гипотензию и сердечную депрессию. Большинство местных анестетиков являются сосудорасширяющими средствами, и они также блокируют влияние симпатической нервной системы. Многие местные анестетики обладают антиаритмической активностью, но токсические уровни местных анестетиков угнетают проводимость в проводящей системе сердца, что может вызвать тахиаритмию, характеризующуюся широким комплексом QRS. Местные анестетики могут потенцировать действие нервно-мышечных блокаторов курареподобных средств (например, атракуриум) и должны использоваться с большой осторожностью у пациентов с миастенией.

Аллергические реакции на местные анестетики встречаются довольно часто. Пациенты, которые неоднократно применяли местные анестетики, особенно восприимчивы к сенсибилизации. МА, относящиеся к сложным эфирам, чаще вызывают реакции гиперчувствительности, чем анестетики амидного типа. Это связано с тем, что эти анестетики (например, хлорпрокаин) метаболизируются до ПАБК, которая может вызывать аллергические реакции. Пациенты с аллергией на анестетик эфирного типа обычно переносят анестетик амидного типа.

Общие анестетики (средства для наркоза)

А коли меня-то куда? В голову – так все кончено; а ежели в ногу, то отрежут, и я попрошу, чтобы непременно с хлороформом, – и я могу еще жив остаться.

Л. Н. Толстой, «Севастопольские рассказы»

Наркоз (общая анестезия) – это контролируемое медикаментозное бессознательное состояние, сопровождаемое полным отсутствием восприятия всех ощущений. Глубина наркоза, необходимая для хирургических вмешательств, может быть достигнута путем применения различных препаратов по отдельности или, чаще, в комбинации.

Таблица 12. Выделяют две группы средств для наркоза: ингаляционные и неингаляционные (инъекционные) средства

Ингаляционные анестетики представляют собой в нормальных условиях жидкости или газы. Жидкости превращаются путем испарения в газ для быстрого всасывания и выведения из малого круга кровообращения. Эти ЛС всасываются в альвеолах, и концентрация анестетика в мозге напрямую связана с альвеолярной концентрацией.

Ингаляционные агенты обычно используют для поддержания наркоза или, реже, введения в наркоз. Ключевым показателем для этих препаратов является минимальная альвеолярная концентрация (МАК), при которой предотвращается движение у 50 % пациентов в ответ на болезненный раздражитель, такой как хирургический разрез.

Галотан относится к фторсодержащим алифатическим соединениям. Это бесцветная, прозрачная, подвижная, легко летучая жидкость со специфическим запахом. Галотан является сильнодействующим анестетиком с плавной индукцией без выраженного возбуждения и незначительным раздражающим действием. Обладает мышечно-расслабляющим действием, однако недостаточным для абдоминальной хирургии, в связи с чем его комбинируют с динитрогена оксидом и мышечными релаксантами.

При применении галотана развиваются некоторые побочные эффекты. Препарат снижает сократимость миокарда, вызывает брадикардию (результат стимуляции центра блуждающего нерва). Возможно снижение АД из-за угнетения сосудодвигательного центра, симпатических ганглиев, а также прямого миотропного воздействия. Галотан сенсибилизирует миокард к катехоламинам – адреналину и норадреналину. В связи с этим введение эпинефрина и норэпинефрина на фоне галотанового наркоза может привести к нарушениям сердечного ритма. Считается, что галотан может образовывать токсичные метаболиты и оказывать гепатотоксическое действие.

Галотан исторически был широко используемым агентом, но в настоящее время заменяется другими галогенированными агентами, такими как севофлуран.

Севофлуран и десфлуран – негорючие, летучие галогенсодержащие агенты, которые являются полностью фторированными аналогами изофлурана. Севофлуран обеспечивает более плавную индукцию в наркоз, быстрое его развитие, вызывает меньшую депрессию миокарда и обладает менее значительным аритмогенным потенциалом, чем галотан.

Севофлуран – сильнодействующий и быстродействующий ингаляционный анестетик. Его низкая растворимость в тканях и крови, а также высокая эффективность позволяют лучше контролировать глубину анестезии и обеспечивают быстрое восстановление после прекращения введения. Побочные эффекты: тошнота и рвота, возможна двигательная активность во время стадии возбуждения, угнетение дыхания, тахикардия. Применение севофлурана редко связано с гепатотоксичностью.

Изофлуран менее эффективен, чем галотан, однако обладает выраженным действием на расслабление мышц. Его связь с гепатотоксичностью меньше, чем у галотана. К противопоказаниям относят чувствительность к галогенсодержащим соединениям. Побочные действия: угнетение дыхания, артериальная гипотензия.

Галогенированные летучие анестетики являются мощными триггерами злокачественной гипертермии (ЗГ), и их следует избегать у пациентов с ЗГ в личном или семейном анамнезе из-за высокого риска смертности, связанного с ЗГ. Злокачественная гипертермия является наследственным генетическим заболеванием, возникающим в результате аномалии рианодинового рецептора в мышечной ткани. ЗГ вызывается летучими анестетиками и сукцинилхолином, приводит к мышечной ригидности, рабдомиолизу, повышению температуры, ацидозу, органной недостаточности и, возможно, смерти. ЗГ лечат дантроленом.

Динитрогена оксид (закись азота; N_2O) представляет собой негалогенированный агент без запаха, который можно комбинировать с галогенизированным анестетиком для ускорения индукции. N_2O не горит, но может поддерживать горение, в первую очередь, если доставляется с высокой концентрацией кислорода; поэтому следует избегать его использования при лазерной эндоскопии. В анестезиологии используют смесь 80 % динитрогена оксида и 20 % кислорода, эффект достигает начального уровня стадии хирургического наркоза; обычно применяют в комбинации с другими, более активными средствами для наркоза и миорелаксантами. Прекращение ингаляции приводит к быстрому пробуждению без явлений последействия. Имеет высокую анальгезирующую активность. Увеличивает частоту сердечных сокращений, вызывает сужение периферических сосудов, может повышать внутричерепное давление, угнетает дыхание.

Ксенон – инертный газ, обеспечивающий вследствие очень низкого коэффициента распределения кровь/газ быстрое развитие наркоза с высокой степенью анальгезии. Не оказывает токсического действия и не влияет на сократимость миокарда.

Внутривенные анестетики используют в основном для индукции и могут применяться отдельно для анестезии при коротких оперативных вмешательствах. Они оказывают быстрое действие, которое, однако, может быть связано с гипотензией и апноэ.

Этомидат является средством для индукции в наркоз, вызывающим быстрое восстановление без последействий. Не обладает анальгетической активностью, что вызывает необходимость его комбинирования с наркотическими анальгетиками. Во время индукции он вызывает меньшую гипотензию, чем тиопентал и пропофол. Боль при инъекции можно уменьшить, выполняя инъекцию в более крупную вену или назначив опиоидный анальгетик непосредственно перед индукцией. Он угнетает стероидогенез в коре надпочечников, что приводит к снижению содержания гидрокортизона и альдостерона в плазме крови даже после однократного введения препарата. Длительное введение этомидата может привести к недостаточности коры надпочечников, поэтому его не следует использовать для поддерживающей анестезии.

Тиопентал натрий является наиболее широко используемым внутривенным анестетиком, обеспечивающим надежную индукцию наркоза. Он лишен обезболивающего эффекта и начинает действовать быстро (10–30 секунд), но может потребовать больше времени (до 2 мин.) у пациентов с сердечными заболеваниями или шоком. Продолжительность действия тиопентала натрия около 15 мин. Перераспределение в тканях обусловливает короткий сон и повторное пробуждение больного. Повторные введения тиопентала приводят к кумуляции.

Пропофол вызывает такую же быструю анестезию, как и тиопентал. Пропофол лишен анальгетических свойств, поэтому его часто комбинируют с наркотическими анальгетиками. В месте инъекции может ощущаться боль, в редких случаях возможно развитие флебита или тромбоза. При внутривенном введении пропофол вызывает быстрое развитие наркоза (через 30–40 сек.) с минимальной стадией возбуждения. Возможно кратковременное угнетение дыхания. Пробуждение быстрое (сознание восстанавливается через 4 мин.). Продолжительность наркоза после однократного введения – 3–10 мин. Наркоз можно поддерживать постоянным проведением инфузии пропофола в сочетании с опиоидами и/или другими ингаляционными анестетиками. Были сообщения о судорогах или непроизвольных движениях во время индукции или выхода из анестезии, индуцированной пропофолом. Выход из наркоза пропофолом происходит быстрее, чем после тиопентала.

Кетамин можно вводить как внутривенно, так и внутримышечно. Требуется 1 минута, чтобы вызвать состояние седации, амнезии и обезболивания. Кетамин применяют как для вводного наркоза, так и самостоятельно для обезболивания при кратковременных болезненных процедурах. При введении кетамина возникают выраженная анальгезия, легкий снотворный эффект, амнезия (потеря памяти) с сохранением самостоятельного дыхания, мышечного тонуса, гортанного, глоточного и кашлевого рефлексов; сознание утрачивается лишь частично. Вызывает галлюцинации, повышение мышечного тонуса, тахикардию, увеличивает сократимость миокарда. Галлюцинации и психотические последствия являются недостатками, которые можно уменьшить, если также использовать бензодиазепины, например, диазепам. Восстановление после наркоза происходит относительно медленно.

Анальгезирующие средства (анальгетики)

Клинический случай. Мать годовалого мальчика обратилась в поликлинику, она заявила, что у ребенка некоторое время режутся зубы, и он кусает и повреждает язык. Ребенка осмотрели, на языке обнаружены зажившие рваные раны. Ребенка также осмотрела стоматологическая бригада, которая отметила, что прикусывание языка может быть нормальным поведением в этом возрасте.

Через 14 месяцев ребенок поступил в клинику вместе с родителями с припухлостью на левой руке. Родители сообщили, что не знают о каких-либо травмах и только что заметили опухшую руку ребенка. Никаких жалоб на боль или плача у ребенка не было. При осмотре у ребенка обнаружили перелом локтевой кости, произошедший несколько дней назад. Поскольку ребенок не проявлял никаких признаков беспокойства, родители не знали о травме и не обращались к врачу ранее. Отец ребенка сообщил семейному врачу (который общался с ними на их родном языке), что у некоторых членов семьи в их стране есть аналогичная проблема – переломы костей без болевых ощущений. Эта информация была передана педиатрической бригаде, которая соответственно провела дальнейшее расследование, включавшее генетическое тестирование, что привело к постановке диагноза. Ребенку поставили диагноз врожденной сенсорной нейропатии с ангидрозом (врожденная нечувствительность к боли с ангидрозом Свенсона). У родителей оказался кровнородственный брак, что могло стать причиной возникновения рецессивных синдромов. Через восемнадцать месяцев после постановки диагноза у пары родился второй ребенок (девочка), у которой также было диагностировано то же заболевание.

Боль – это неприятное сенсорное событие, сопровождаемое эмоциональным переживанием, которое предупреждает человека о фактическом или потенциальном повреждении тканей. Это повреждение может быть вызвано воздействием химических, механических или термических раздражителей (например, кислот, давления, уколов и высокой или низкой температуры) либо наличием патологического процесса (например, опухоли, мышечного спазма, воспаления, повреждения нервов). Действие указанных факторов трансформируется в болевой сигнал, который активирует ноцицепторы сенсорных нейронов. Хотя боль выполняет защитную функцию, предупреждая человека о наличии проблемы со здоровьем, ее чрезмерная выраженность часто приводит к дополнительным страданиям. Для купирования боли используют препараты нескольких фармакологических групп, облегчающие боль, которые объединены в группу анальгетиков.

Классификация анальгетиков

Анальгезирующие средства преимущественно центрального действия:

• опиоидные (наркотические) анальгетики – агонисты опиоидных рецепторов у опиаты – морфин, кодеин;

• опиоиды – фентанил, суфентанил, тримепиридин;

• частичные агонисты – бупренорфин;

• агонисты-антагонисты – буторфанол, налбуфин;

• неопиоидные анальгетики центрального действия – клонидин, дексмедетомидин, амитриптилин, габапентин, прегабалин, карбамазепин, ацетаминофен;

• анальгетики смешанного действия (опиоидный и неопиоидный компоненты) – трамадол;

Анальгезирующие средства преимущественно периферического действия:

• нестероидные противовоспалительные средства (сведения о них представлены в главе «Противовоспалительные средства»).

Опиоидные (наркотические) анальгетики

Опиум и его производные использовали на протяжении веков. Находки окаменелых семян опийного мака, датируемые 30 000-летним периодом, позволяют предположить, что опиум использовался еще неандертальцами. В 1799 году Фридрих Сертюрнер выделил основное действующее вещество опиума, которое он назвал морфином. Морфин и другие опиоидные препараты действуют на эндогенную опиоидергическую систему, которая не только участвует в установлении болевого порога (контроль афферентного входа) и контроле ноцицептивной информации, но также влияет на функции желудочно-кишечного тракта, эндокринной и вегетативной систем.

Морфин и кодеин являются природными опиатами, содержащимися в растении мак Papaver somniferum. Опий (смесь алкалоидов опия), морфин и кодеин вызывают схожие эффекты, но с разной силой действия. Химические изменения в структуре морфина привели к созданию полусинтетических опиоидов. Примерами таких соединений являются гидрокодон, оксикодон, бупренорфин, налорфин, налоксон, диацетилморфин (героин).

Синтетические опиоиды представляют собой химически разнообразные соединения, полностью производимые в лабораторных условиях. В эту группу входят фентанил, аналоги фентанила, метадон.

Анальгетическое действие морфина и всех опиоидов опосредуется через эндогенную опиоидергическую систему, основу которой составляют опиоидные рецепторы. Выделяют 3 вида опиоидных рецепторов: µ (мю), δ (дельта) и κ (каппа).

Таблица 13. Классификация опиоидных рецепторов

Опиоидные рецепторы являются частью опиоидергической системы организма и представляют собой состоящие из семи трансмембранных доменов структуры, связанные с белками Gi/Go. Они активируются как эндогенными опиоидными пептидами (энкефалины и эндорфины), так и экзогенно введенными природными, синтетическими или полусинтетическими опиоидами, такими как морфин и фентанил. Мю-, каппа- и дельта-опиоидные рецепторы обеспечивают анальгезию спинально и супраспинально.

В спинном мозге активация опиоидных рецепторов приводит к ингибированию в клетке посредством белка Gαi аденилатциклазы, как следствие, к уменьшению концентрации циклического аденозинмонофосфата, увеличению К+-проводимости и снижению Са2+-проводимости. В результате концентрация К+и Са2+ в нейроне снижается. Это приводит к нарушению пресинаптического высвобождения нейромедиаторов ноцицепции (глутамат, субстанция Р) из окончаний первичных афферентных волокон малого диаметра, а также постсинаптической гиперполяризации мембран ноцицептивных нейронов дорсального рога (торможению этих нейронов).

В организме существуют опиоидные механизмы, которые подавляют передачу боли на уровне спинного мозга посредством нисходящего торможения из головного мозга. Теория контроля афферентного входа боли (теория контроля афферентных ворот) была предложена Р. Мелзаком и П. Уоллом в 1965 году для описания процесса тормозной модуляции боли на уровне спинного мозга.

Согласно теории контроля афферентного входа, существует система нисходящего торможения болевых путей. Околоводопроводное серое вещество (PAG) в среднем мозге и ростральный вентромедиальный продолговатый мозг (RVM) являются двумя важными областями мозга, участвующими в нисходящей тормозной модуляции. Оба эти центра содержат высокие концентрации опиоидных рецепторов и эндогенных опиоидов, которые активируют эту систему. Нисходящие тормозные пути подходят к нейронам спинного мозга и подавляют передачу боли. На уровне спинного мозга эти пути являются моноаминергическими и используют норадреналин и серотонин в качестве нейромедиаторов.

Вопрос

Почему, когда мы ударяемся, то для облегчения боли потираем ушибленное место?

Афферентные стимулы неболевого типа (например, при потирании кожи) поступают в ЦНС по миелинизированным Aβ-волокнам, которые в спинном мозге активируют ингибирующие нейроны. Болевые стимулы поступают в спинной мозг по миелинизированным Аδ-волокнам (быстрая боль) и немиелинизированным С-волокнам (медленная боль). Эти стимулы проходят в головной мозг, не активируя ингибирующие нейроны в спинном мозге. При потирании ушибленного места мы тактильно активируем Aβ-волокна безболезненными стимулами, что приводит к возбуждению тормозных интернейронов в дорсальном роге, вызывая угнетение болевых сигналов, передаваемых через C-волокна.

Таким образом, опиоиды действуют как пресинаптически, так и постсинаптически, оказывая анальгезирующее действие. Пресинаптически опиоиды блокируют кальциевые каналы ноцицептивных афферентных нервов, ингибируя высвобождение нейротрансмиттеров, таких как вещество Р и глутамат, которые способствуют ноцицепции. Постсинаптически опиоиды открывают калиевые каналы, которые гиперполяризуют необходимые клеточные мембраны, увеличивая потенциал действия для генерации ноцицептивной передачи.

Морфин является стандартом сравнения опиоидных анальгетиков. В основном его используют для лечения сильной боли, связанной с травмой, инфарктом миокарда и при инкурабельных злокачественных новообразованиях. У пациентов с инфарктом миокарда он облегчает боль и беспокойство, а также расширяет коронарные артерии и снижает потребность миокарда в кислороде. Морфин доступен как в инъекционных, так и в пероральных формах, включая препараты длительного действия. При пероральном введении препарата требуются более высокие дозы, чем при парентеральном введении. Основным метаболитом морфина является 3-глюкуронид, который фармакологически неактивен. Также образуется значительное количество метаболита 6-глюкуронида, который более активен, чем морфин, и имеет более длительный период полувыведения. Следовательно, метаболит 6-глюкуронид вносит значительный вклад в анальгетическую эффективность морфина. Морфин выводится преимущественно с мочой в виде глюкуронидов. Небольшое количество выводится с желчью и участвует в энтерогепатической циркуляции.

Побочные эффекты морфина

Эйфория – возникновение приятных ощущений и немотивированного состояния свободы от тревог и проблем. При этом возникает чувство комфорта и устраняются чувства голода, жажды и др.

Лекарственная зависимость (психическая и физическая) развивается при повторных приемах морфина. Желание повторного приема морфина сначала связано с вызываемой морфином эйфорией. Затем развивается физическая зависимость, проявляющаяся абстинентным синдромом. Явления абстиненции возникают при отмене морфина: сначала слезотечение, насморк, потливость, «гусиная кожа», затем беспокойство, тахикардия, тремор, тошнота, рвота, диарея, сильные боли в животе, спине и др.

Угнетение дыхания связано в основном со снижением чувствительности дыхательного центра к двуокиси углерода и зависит от дозы. Дыхание становится редким и глубоким при введении даже терапевтических доз морфина. Для восстановления дыхания используют антагонисты опиоидных рецепторов – налоксон и налтрексон.

Миоз (сужение зрачков) – характерный диагностический признак приема морфина – возникает в результате возбуждения центра глазодвигательного нерва. Привыкание в отношении миоза развивается медленно.

Брадикардия возникает вследствие повышения тонуса центра блуждающих нервов.

Тошнота и рвота (усиливающиеся при движении) развиваются за счет стимуляции рецепторов пусковой (триггерной) зоны рвотного центра, расположенной на дне IV желудочка мозга. Непосредственно рвотный центр морфин угнетает.

Влияние на продукцию гормонов: повышение продукции пролактина, антидиуретического гормона (вазопрессина), гормона роста, что связано со стимуляцией центров в гипоталамусе; усиление выделения вазопрессина приводит к уменьшению диуреза; снижается секреция гонадотропных гормонов, адренокортикотропного гормона, а также тестостерона и гидрокортизона.

Снижение температуры тела ниже нормы (независимо от исходного уровня). Эффект связан с угнетением центра теплорегуляции в гипоталамусе и снижением теплопродукции.

Повышение тонуса скелетных мышц (преимущественно мышц-сгибателей и дыхательных мышц). Эффект реализуется на уровне спинного мозга.

Стимуляция выделения гистамина приводит к расширению сосудов кожи и конъюнктивы глаз, крапивнице. У больных бронхиальной астмой морфин может вызвать бронхоспазм (повышение тонуса бронхов связано с действием на опиоидные рецепторы бронхиальных мышц).

Снижение пропульсивной моторики желудка и кишечника, повышение тонуса сфинктеров кишечника, уменьшение секреции поджелудочной железы и выделения желчи (вследствие повышения тонуса сфинктера Одди и желчных протоков) нарушают продвижение содержимого по кишечнику и приводят к развитию обстипации (запора). Вследствие повышения тонуса гладких мышц желчевыводящих путей могут возникнуть спастические боли (колики).

Повышение под действием морфина тонуса мочеточников может вызвать приступ почечной колики, а повышение тонуса сфинктеров уретры – задержку мочеиспускания.

Фентанил относится к высокоэффективным синтетическим опиоидным агонистам. Фентанил и его производные, включая суфентанил, альфентанил и ремифентанил, являются наиболее мощными опиоидами.

Благодаря высокой эффективности и липофильности фентанил включен в состав трансдермального кожного пластыря длительного действия для обеспечения постоянного обезболивания у пациентов с тяжелой или хронической болью. Он также доступен для лечения тяжелой боли в виде спреев. Его применяют парентерально до и после операции, а также в качестве дополнения к общей анестезии. Фентанил вызывает меньшую тошноту, чем морфин, но часто связан с ригидностью мышц туловища при использовании в качестве дополнения к парентеральной анестезии.

Альфентанил и ремифентанил используются как часть процедур анестезии и доступны для внутривенного введения. Ремифентанил используется для краткосрочных процедур и амбулаторных операций, поскольку считается, что он обладает сверхбыстрым началом действия.

Буторфанол – агонист-антагонист опиоидных рецепторов (стимулирует κ-рецепторы и является антагонистом μ-рецепторов). Применяют для премедикации перед хирургическими операциями, во время операций и для послеоперационного обезболивания. В меньшей степени, чем морфин, угнетает дыхание, меньше вызывает риск лекарственной зависимости. Так же, как пентазоцин, буторфанол повышает давление в легочной артерии и увеличивает работу сердца, в связи с чем его не рекомендуют применять при инфаркте миокарда.

Налоксон – полный конкурентный антагонист μ-, δ- и κ-рецепторов. Наибольшее сродство налоксон имеет к μ-опиоидным рецепторам, что позволяет конкурировать с опиодами за места связывания с соответствующими рецепторами, устраняя их эффекты в организме. Собственной фармакологической активностью не обладает. Применяется для устранения действия опиоидов при передозировке и угнетении дыхания, вызванного опиоидами. Налоксон неэффективен при угнетении дыхания, вызванного неопиоидными препаратами. Продолжительность действия в зависимости от дозы составляет от 45 мин. до 4 ч.

Налтрексон является полным антагонистом опиоидных рецепторов, наиболее эффективен в отношении μ- и κ-рецепторов. Обладает большей продолжительностью действия, чем налоксон.

Трамадол – анальгетик смешанного действия. Он является агонистом мю-опиоидных рецепторов, за счет чего производит подобное морфину действие на головной и спинной мозг, а также ингибирует обратный захват серотонина и норадреналина нейронами, вследствие чего активирует ингибирующие ноцицептивные механизмы в спинном мозге. Трициклические антидепрессанты и другие ингибиторы обратного захвата моноаминов в ЦНС также обладают обезболивающим эффектом за счет этих механизмов. Таким образом, анальгетический эффект трамадола лишь частично ингибируется опиоидными антагонистами, такими как налоксон. Трамадол назначают перорально для лечения умеренной боли. При его использовании есть опасность возникновения лекарственной зависимости. Трамадол практически не вызывает угнетения сердечно-сосудистой и респираторной систем. Препарат снижает порог судорожной готовности, а риск возникновения судорог увеличивается, если трамадол применяется одновременно с антидепрессантами.

Неопиоидные анальгетики центрального действия

Неопиоидные анальгетики центрального действия представляют неоднородную группу ЛС, вызывающих анальгезию за счет иных, чем опиоидергические, механизмов в ЦНС. Как отмечалось выше, адренорецепторы в дорсальных рогах спинного мозга оказывают мощное ингибирующее действие на передачу боли. Это осуществляется через альфа-2-адренергические рецепторы, и этот эффект можно использовать с помощью таких препаратов, как клонидин и дексмедетомидин, которые являются эффективными агонистами этих рецепторов. У них есть ряд преимуществ перед опиоидами, заключающихся в том, что при их использовании не наблюдается угнетения дыхания и реже возникает тошнота, нет риска возникновения лекарственной зависимости.

Механизм анальгетического действия других ЛС этой группы окончательно не изучен. Однако известно, что эти ЛС могут активировать ГАМК-ергическую и серотонинергическую передачу в ЦНС, возможно, активируя нисходящие тормозные влияния.

Ацетаминофен (парацетамол) – неопиоидный анальгетик и жаропонижающее средство, используемое для лечения боли и лихорадки. Применяется в качестве монотерапии при легкой и умеренной боли или в сочетании с опиоидным анальгетиком при сильной боли. Как и НПВП, ацетаминофен обладает обезболивающими и жаропонижающими свойствами. Однако доказано, что ацетаминофен не обладает периферическими противовоспалительными свойствами. Ацетаминофен может ингибировать циклооксигеназу (ЦОГ) в центральной нервной системе, но не в периферических тканях. Считается, что снижение активности пути ЦОГ под действием ацетаминофена ингибирует синтез простагландинов в центральной нервной системе, что приводит к его обезболивающему и жаропонижающему действию. Анальгетические свойства могут быть обусловлены стимулирующим действием на нисходящие серотонинергические пути в ЦНС. В других исследованиях установлено, что ацетаминофен или один из его метаболитов также могут активировать каннабиноидную систему.

Гепатотоксичность, возникающая при использовании ацетаминофена, обычно коррелирует с высокими дозами ацетаминофена, превышающими рекомендуемую максимальную дозу. Этот эффект может возникать, к примеру, при приеме более одного лекарственного препарата, содержащего ацетаминофен в качестве ингредиента.

Снотворные средства

Не спать ночью – значит каждую минуту сознавать себя ненормальным, а потому я с нетерпением жду утра и дня, когда я имею право не спать. Проходит много томительного времени, прежде чем на дворе закричит петух. Это мой первый благовеститель. Как только он прокричит, я уже знаю, что через час внизу проснется швейцар и, сердито кашляя, пойдет зачем-то вверх по лестнице. А потом за окнами начнет мало-помалу бледнеть воздух, раздадутся на улице голоса…

А. П. Чехов, «Скучная история»

Бессонница – это расстройство сна, характеризующееся трудностями засыпания, недостаточной продолжительностью сна или слишком ранним пробуждением по утрам. Люди с бессонницей могут чувствовать усталость или сонливость в дневное время, что может ухудшить выполнение повседневных задач. Другие симптомы, которые могут возникнуть при бессоннице, включают головную боль, раздражительность, трудности с концентрацией внимания, нарушение координации и ухудшение памяти. На характер сна могут влиять многие факторы, такие как пожилой возраст, нежелательная среда для сна (например, чрезмерный шум, свет), нерегулярный сон (например, частые поездки в разные часовые пояса, рабочие смены) и употребление продуктов, содержащих кофеин и никотин (например, чай, кофе, курение сигарет). Кроме того, бессонницу могут вызывать стрессовые события, медицинские состояния (например, хроническая боль и хронический кашель), психические состояния (например, тревога, депрессия) и некоторые ЛС (псевдоэфедрин, теофиллин).

Снотворные ЛС относятся к классу препаратов, угнетающих функцию ЦНС, вызывая седативный эффект и сон. Этот класс ЛС включает бензодиазепины, небензодиазепиновые снотворные (Z-препараты), барбитураты, агонисты мелатонина, а также некоторые ЛС из других групп, обладающие выраженным седативным действием. Большинство седативно-снотворных средств действуют на ГАМК-ергическую передачу, усиливая угнетение возбудимости нейронов, кроме агонистов мелатонина, которые действуют на гипоталамические мелатониновые рецепторы. Макромолекулярный комплекс ГАМК-хлорный канал является одним из наиболее универсальных механизмов, реагирующих на лекарственные препараты в организме.

Классификация снотворных средств

• Бензодиазепины у короткого действия (t1\2 1–12 ч.) – триазолам, мидазолам;

• средней продолжительности действия (t1\2 12–40 ч.) – темазепам, оксазепам;

• длительного действия (t1\2 >40 ч.) – диазепам, клоназепам.

• Небензодиазепиновые агонисты бензодиазепиновых рецепторов (Z-препараты) – золпидем, залеплон, эсзопиклон.

• Барбитураты – фенобарбитал.

• Блокаторы Н1-рецепторов – доксиламин.

• Агонисты мелатониновых рецепторов – рамелтеон.

• Антагонисты орексиновых рецепторов – суворексант.

Бензодиазепины

Бензодиазепины являются наиболее часто используемыми снотворными средствами. Они оказывают седативный/снотворный эффект, повышая эффективность ГАМК-ергической передачи за счет аллостерического воздействия на рецепторы гамма-аминомасляной кислоты (ГАМК), основного тормозного нейромедиатора в ЦНС. Основная изоформа ГАМК-рецептора, встречающаяся во многих областях мозга, включает пять субъединиц и состоит из двух α1-субъединиц, двух β2-субъединиц и одной γ2-субъединицы. В этой изоформе два сайта связывания ГАМК расположены между соседними субъединицами α1 и β2, а карман связывания бензодиазепинов (BZ-участок ГАМК-рецептора) – между субъединицей α1 и субъединицей γ2. Субъединицы формируют центральный ионный хлорный канал. При связывании ГАМК с рецепторами этот ионный канал открывается, что приводит к возникновению направленного внутрь клетки тока отрицательно заряженных ионов хлора. Это приводит к гиперполяризации клеточной мембраны и торможению нейронов. ГАМК-А рецептор связан с аллостерическим рецепторным участком, с которым имеют сродство бензодиазепины, так называемый бензодиазепиновый сайт. Его стимуляция бензодиазепинами вызывает конформационные изменения ГАМК-рецептора, способствуя повышению его чувствительности к ГАМК, соответственно с усилением влияния ГАМК на ионные хлоридные каналы. При этом увеличивается частота открывания хлоридных каналов, в клетку поступает больше ионов хлора, возникает гиперполяризация мембраны с торможением нейрональной активности. Связывание бензодиазепинов и препаратов, таких как золпидем, происходит в одном месте между α- и γ-субъединицами, облегчая процесс открытия хлоридного канала. Антагонист бензодиазепинов флумазенил так же связывается с ним.

Рис. 15. Пять белковых субъединиц формируют хлоридный канал. ГАМК вызывает открывание этого канала для входа отрицательно заряженных ионов хлора и последующую гиперполярпизацию мембраны

Таким образом, бензодиазепины являются позитивными аллостерическими модуляторами ГАМК-А рецепторов. Бензодиазепины не заменяют ГАМК, а усиливают действие ГАМК аллостерически, не активируя непосредственно ГАМК-рецепторы. Усиление проводимости ионов хлора, вызванное взаимодействием бензодиазепинов с ГАМК, проявляется в виде увеличения частоты открытия каналов.

Свойства бензодиазепинов:

• седативное/снотворное действие;

• анксиолитическое действие;

• мышечное расслабляющее;

• противосудорожное;

• амнестическое.

Показания к назначению бензодиазепинов:

• бессонница;

• тревожные расстройства;

• эпилепсия;

• при спастических состояниях;

• в анестезиологической практике.

Побочные эффекты бензодиазепинов:

• антероградная амнезия;

• спутанность сознания;

• остаточное седативное действие (например, сонливость);

• снижение координациим;

• повышенный риск травм (особенно при использовании бензодиазепинов у пожилых людей);

• феномен отдачи;

• риск передозировки;

• толерантность;

• зависимость (ЛС короткого действия связаны с более высоким риском зависимости).

Общее влияние бензодиазепинов на сон:

• уменьшается латентный период наступления сна (время засыпания);

• увеличивается продолжительность второй стадии медленноволнового сна;

• уменьшается продолжительность фазы быстрого движения глаз;

• уменьшается продолжительность четвертой стадии медленноволнового сна.

Бензодиазепины короткого действия (триазолам, мидазепам) используются в качестве снотворных при нарушении засыпания, поскольку у них меньше вероятность вызвать последействие на следующий день. Бензодиазепины средней продолжительности и длительного действия (темазепам, оксазепам) показаны пациентам, недовольным качеством сна (например, раннее пробуждение), и когда необходим анксиолитический эффект в течение дня. В связи с развитием толерантности, зависимости и абстинентного синдрома бензодиазепины рекомендуется принимать в течение как можно более короткого срока, который не должен превышать 4 недели.

Небензодиазепиновые агонисты BZ-сайта

Золпидем взаимодействует с теми же рецепторами, что и бензодиазепины. Обладает такими же седативными свойствами, как и бензодиазепины, но по сравнению с ним обладает очень слабыми анксиолитическими и миорелаксирующими свойствами. Золпидем имеет быстрое начало и короткую продолжительность действия, но мало доказательств того, что он имеет преимущество перед бензодиазепинами короткого действия в отношении последействия, способности вызывать привыкание, симптомы отмены или зависимость. Точно так же важно, чтобы лечение не превышало 4 недель.

Залеплон – производное пиразолопиримидина, взаимодействует с местами связывания бензодиазепинов ГАМК-А рецепторов. Используется для лечения транзиторной бессонницы в течение 7–10 дней.

Эсзопиклон имеет структуру, отличную от бензодиазепинов, но является агонистом бензодиазепиновых рецепторов. Обладает гипнотическими, анксиолитическими и амнестическими свойствами благодаря высокому сродству с бензодиазепиновыми рецепторами в головном мозге. Он имеет короткое действие и реже вызывает последействие, чем бензодиазепины короткого действия. Лечение эсзопиклоном не рекомендуется продолжать более 4 недель.

При передозировке бензодиазепины способны вызвать тяжелое угнетение ЦНС. Антагонистом бензодиазепинов и Z-препаратов является флумазенил, который конкурентно блокирует BZ-рецепторы и устраняет седативное действие (например, при выведении из наркоза), а также восстанавливает дыхание и сознание при передозировке бензодиазепинов.

Барбитураты и ЛП других фармакологических групп

Барбитураты также облегчают действие ГАМК в различных участках ЦНС, но, в отличие от бензодиазепинов, они увеличивают длительность открытия хлоридных каналов, вызванного ГАМК. В высоких концентрациях барбитураты могут также оказывать ГАМК-миметическое действие, непосредственно активируя хлоридные каналы.

Фенобарбитал – длительно действующий барбитурат, оказывающий снотворное, седативное и противоэпилептическое действие. В основном фенобарбитал применяют при эпилепсии. В качестве снотворного средства имеет ограниченное применение.

Некоторые седативные антигистаминные препараты, такие как доксиламин, возможно использовать как снотворное. Они могут вызвать сонливость на следующий день, и пациентам не следует управлять транспортными средствами или работать с механизмами после приема этих лекарств. Седативное действие антигистаминных препаратов может уменьшиться через несколько дней продолжения лечения.

Агонист МТ1 рецепторов рамелтеон используется для помощи пациентам с бессонницей при затруднении засыпания, в частности, при смене часовых поясов. Рамелтеон относится к классу препаратов, называемых агонистами рецепторов мелатонина (МТ1- и МТ2-рецепторы). Он действует аналогично мелатонину, который необходим для нормального сна. Часто используется при бессоннице во время трансмеридианальных путешествий.

Антагонист орексиновых рецепторов OX1R и OX2R суворексант оказывает свое фармакологическое действие путем ингибирования связывания нейропептидов орексин А и В, которые продуцируются нейронами латерального гипоталамуса. Эти нейроны контролируют центры мозга, способствующие бодрствованию, особенно во время двигательной активности, и прекращают активирующее действие во время сна. Ингибируя стимуляцию этой системы, суворексант вызывает снижение поддержки бодрствования, но не оказывает прямого стимулирующего сон эффекта.

Таблица 14. Виды снотворных и их побочные эффекты

Противоэпилептические средства

Известно, что припадки эпилепсии, собственно, самая падучая, приходят мгновенно. В это мгновение вдруг чрезвычайно искажается лицо, особенно взгляд. Конвульсии и судороги овладевают всем телом и всеми чертами лица. Страшный, невообразимый и ни на что не похожий вопль вырывается из груди; в этом вопле вдруг исчезает как бы все человеческое, и никак невозможно, по крайней мере, очень трудно наблюдателю вообразить и допустить, что это кричит этот же самый человек.

Ф. М. Достоевский, «Идиот»

Эпилепсия – хроническое неинфекционное заболевание головного мозга, характеризующееся повторяющимися судорогами, которые представляют собой короткие эпизоды непроизвольных движений. Эти движения могут затрагивать часть тела (фокальные) или все тело (генерализованные) и иногда сопровождаются потерей сознания и контроля функций кишечника или мочевого пузыря. Эпизоды судорог являются результатом чрезмерных электрических разрядов в группе клеток головного мозга. Местом таких разрядов могут быть разные участки мозга, поэтому непроизвольные движения возникают в разных частях тела. Приступы могут варьировать от кратчайших провалов внимания или мышечных подергиваний до тяжелых и длительных судорог. Приступы также могут различаться по частоте: от одного раза в год до нескольких в день.

Когда судороги возникают в результате активности только одной области мозга, их называют фокальными судорогами.

Эти приступы делятся на две категории.

Фокальные приступы с сохранением осознанности, т. е. без потери сознания. Они могут изменять эмоции или изменять то, как вещи выглядят, пахнут, осязаются, имеют вкус или звучат. Некоторые люди испытывают дежавю.

Фокальные припадки с нарушением сознания включают изменение или потерю сознания (осознанности).

Приступы, поражающие все области мозга, называются генерализованными припадками.

К генерализованным припадкам относятся:

• отсутствие судорог. Абсансы, ранее известные как «малые припадки», обычно наблюдаются у детей. Симптомы включают взгляд в пространство с незначительными движениями тела или без них. Движения могут включать моргание глаз или причмокивание губами и длятся всего 5–10 секунд;

• тонические судороги. Они вызывают ригидность мышц и могут влиять на сознание. Эти припадки обычно поражают мышцы спины, рук и ног и могут привести к падению на землю;

• атонические судороги вызывают потерю мышечного контроля. Поскольку чаще всего они поражают ноги, это часто приводит к внезапному коллапсу или падению на землю;

• клонические судороги связаны с повторяющимися или ритмичными подергиваниями мышц. Эти припадки обычно поражают шею, лицо и руки;

• миоклонические судороги обычно проявляются как внезапные короткие подергивания, вызванные периодическими сокращениями мышц, и обычно поражают верхнюю часть тела, руки и ноги;

• тонико-клонические судороги, ранее известные как большие эпилептические припадки, являются наиболее драматичным типом эпилептических припадков. Они могут вызвать внезапную потерю сознания, тонические и клонические судороги. Иногда они вызывают потерю контроля над мочевым пузырем или прикусывание языка.

Рис. 16. Эпилептические припадки, возникающие в результате патологической нейрональной активности в одной области мозга, называются фокальными. Приступы, поражающие все области мозга, называются генерализованными припадками

Патофизиология эпилепсии и судорог гетерогенна, что объясняет множество различных типов судорожных расстройств. Однако одной общей чертой эпилепсии является нарушение баланса между возбуждающим (за счет глутаматергической передачи) и тормозным (за счет ГАМК-ергической передачи) действием на синаптическом уровне, что может привести к судорожной активности. По итогам экспериментальных исследований, антагонисты ГАМКа-А рецепторов и агонисты глутаматных рецепторов (NMDA, AMPA, каинатные) могут вызывать судорожную активность у нормальных животных. В ходе дальнейших исследований установлено, что судорожные волны на ЭЭГ у пациентов с эпилепсией связаны с выраженной деполяризацией мембран нейронов в очаге поражения. В нормальных условиях возбуждающая синаптическая активность жестко регулируется тормозными интернейронами; однако генетическая мутация, травма, аномальное развитие или ряд других отклонений нарушают эту регуляцию, что приводит к гипервозбудимости корковых сетей.

Противоэпилептические (противосудорожные) препараты применяют для профилактики припадков у пациентов с эпилепсией. В момент эпилептического припадка медикаментозная терапия не принесет результата. Лишь при эпилептическом статусе – серии повторяющихся клонико-тонических судорог, необходима противосудорожная терапия во время припадка. Правильно подобранная противосудорожная терапия обеспечивает адекватный контроль приступов примерно у двух третей пациентов. При разработке терапевтической стратегии предпочтительнее использовать один препарат, так как у пациентов меньше риск развития побочных эффектов, кроме того, противоэпилептические средства часто оказывают перекрестное действие на метаболизм другого препарата.

Противоэпилептические средства классифицируют по механизмам действия:

• ингибирование Na-зависимых потенциалов действия – фенитоин, карбамазепин, ламотриджин, топирамат, зонисамид, лакозамид;

• ингибирование потенциалозависимых Ca2+-каналов;

• блокирование глутаматергической передачи – фелбамат, перампанел ламотриджин;

• усиление ГАМК-ергической передачи – бензодиазепины и барбитураты;

• увеличение содержания ГАМК в синаптических структурах – вальпроевая кислота, габапентин, тиагабин;

• ингибирование кальциевых Т-типа каналов в таламических нейронах – этосуксимид и вальпроевая кислота.

Фенитоин (дифенилгидантоин), зарегистрированный в 1938 году, был сразу же признан прорывом в противосудорожной терапии, поскольку он подавлял судороги, не вызывая при этом седативного эффекта.

Фенитоин является эффективным противосудорожным средством в отношении тонико-клонических и парциальных припадков. Механизмом действия при терапевтических концентрациях в плазме является снижение устойчивой высокочастотной активности нейронов, вызванное обратимым связыванием фенитоина с инактивированными Na+-каналами. Фенитоин задерживает процесс восстановления нейронов – переключение натриевых каналов из рефрактерного инактивированного состояния «закрытый» в реагирующую на деполяризацию конфигурацию, которая необходима для повторной генерации потенциала действия. Связывание фенитоина с инактивированными Na+-каналами зависит от частоты и потенциала, поэтому оно становится сильнее по мере увеличения деполяризации нейронов и частоты возбуждения. Эти свойства идеально подходят для противосудорожной активности, поскольку высокочастотные нейрональные разряды характерны для судорожных расстройств. Этим объясняется слабое седативное действие блокаторов натриевых каналов. Среди побочных эффектов наиболее часто, у 10–30 % процентов пациентов, отмечается гиперплазия десен. Отмечают также атаксию, нистагм и дискоординацию движений.

Карбамазепин, подобно фенитоину, блокирует инактивированные потенциал-зависимые натриевые каналы, а также снижает ток ионов Ca2+ и Na+ через нейрональную мембрану. Метаболит карбамазепина, 10,11-эпоксикарбамазепин, также ограничивает устойчивые повторяющиеся импульсы в нейронах, что может способствовать проявлению противосудорожных свойств карбамазепина.

Ламотриджин ингибирует приток Na+ в быстро активирующиеся нейроны, задерживая восстановление Na+-каналов из инактивированного состояния. Также было показано, что препарат ингибирует синаптическое высвобождение глутамата из срезов коры головного мозга крыс. Ламотриджин одобрен для монотерапии у взрослых с парциальными припадками и в качестве дополнительной терапии у пациентов старше 2 лет с парциальными припадками, вторично генерализованными припадками и генерализованными припадками при синдроме Леннокса – Гасто.

Фелбамат эффективен при рефрактерных парциальных припадках и в качестве дополнительной терапии у детей при судорогах, связанных с синдромом Леннокса – Гасто, – заболеванием, устойчивым к большинству противоэпилептических препаратов. Однако фелбамат может вызывать апластическую анемию и острую печеночную недостаточность, поэтому он рекомендован только в случаях, когда эпилепсия настолько тяжелая, что риски его применения считаются приемлемыми. Фелбамат ингибирует реакции, вызванные NMDA, и усиливает реакции, вызванные ГАМК, в культивируемых нейронах. Этот двойной эффект на возбуждающую и тормозную систему в ЦНС определяет эффективность фелбамата.

Перампанел – препарат, одобренный для лечения парциальных припадков. Это неконкурентный ингибитор АМРА-рецептора, возбуждающего глутаматного рецептора. Сообщалось о серьезных психических побочных эффектах, а также головокружении и других побочных эффектах со стороны ЦНС.

ГАМК-ергические механизмы способствуют предрасположенности к судорогам, что было показано на многочисленных моделях эпилепсии у животных. Нарушение ГАМК-ергической функции может наблюдаться у крыс, мышей, песчанок и павианов, генетически предрасположенных к эпилепсии.

Показано, что концентрация ГАМК в спинномозговой жидкости снижена у пациентов с эпилепсией. Антагонисты ГАМК-рецепторов (бикукуллин, пикротоксин) являются сильнодействующими судорожными средствами, в то время как средства, усиливающие ГАМК-ергическую передачу в головном мозге, обладают противосудорожным действием.

Бензодиазепины. Большинство бензодиазепинов обладают противосудорожными свойствами, но этот класс препаратов используется преимущественно как седативные или анксиолитические средства.

Для лечения эпилепсии основными используемыми бензодиазепинами являются диазепам, клоназепам, клоразепат, мидазолам и лоразепам. Основная противосудорожная активность бензодиазепинов обусловлена усилением ГАМК-ергических влияний в головном мозге. Бензодиазепины не влияют непосредственно на ГАМКа-А рецепторы, а действуют как положительные аллостерические модуляторы этих рецепторов, связываясь со специфическим сайтом бензодиазепинов. При связывании бензодиазепины в неседативных дозах увеличивают частоту активации рецепторов ГАМКа-А и связанного с этим открытия Cl--каналов. В более высоких дозах, подобных тем, которые назначаются для лечения острого эпилептического статуса, бензодиазепины могут снижать устойчивые высокочастотные импульсы в нейронах.

Барбитураты. Фенобарбитал – один из старейших, наиболее эффективных и доступных противосудорожных препаратов. Однако из-за его седативного эффекта и появления новых противоэпилептических средств использование фенобарбитала для лечения судорожных расстройств уменьшилось.

Примидон, близкий по химическому строению к фенобарбиталу барбитурат, проявляет более выраженную противосудорожную активность, но используется нечасто.

Барбитураты являются депрессантами ЦНС и оказывают выраженное ингибирующее действие на повторяющуюся активность нейронов в путях ЦНС. Они усиливают связывание ГАМК с постсинаптическим ГАМК-А рецепторами и увеличивают время открытия ГАМК-активируемых Cl--каналов. Барбитураты также могут активировать каналы Cl– независимо от ГАМК. Угнетение возбуждающего действия глутамата (возможно, каинатных и АМРА-рецепторов) также может быть основным противоэпилептическим механизмом. Другие механизмы, похоже, играют меньшую роль. Барбитураты блокируют трансклеточный транспорт Na+ и K+, что может объяснить их мембраностабилизирующие свойства. Подобно фенитоину, барбитураты нарушают функцию Са2+-каналов и ингибируют поступление Са2+ в пресинаптические нервные окончания.

Фенобарбитал эффективен в отношении различных форм генерализованных тонико-клонических и фокальных припадков. Примидон используется при генерализованных и фокальных припадках, особенно резистентных к другим препаратам.

Вальпроевая кислота представляет собой простую карбоновую кислоту с разветвленной цепью, благодаря нескольким механизмам действия обладает широким спектром противоэпилептического действия.

Подобно фенитоину и карбамазепину, вальпроевая кислота снижает устойчивую высокочастотную активность нейронов путем стабилизации неактивного состояния потенциал-зависимых Na+-каналов. Предполагается, что вальпроевая кислота связывает другой участок на канале Na+, чем фенитоин, но конечный результат аналогичен. Вальпроевая кислота – слабый ингибитор ГАМК-трансаминазы, первого фермента катаболического пути ГАМК, и более мощным ингибитором следующего фермента – янтарной полуальдегиддегидрогеназы. Вальпроевая кислота также может увеличить уровень ГАМК в мозге путем стимуляции декарбоксилазы глутаминовой кислоты, основного синтетического фермента ГАМК. Вальпроевая кислота эффективна при абсансах за счет ингибирования кальциевых каналов Т-типа, что, подобно этосуксимиду, снижает содержание Са2+ в нейронах. Помимо судорог, вальпроевая кислота одобрена для лечения биполярного расстройства, а ее форма пролонгированного действия дивалпроекс одобрена для профилактики мигрени.

Этосуксимид используется для лечения абсансов у детей. Механизм действия этосуксимида точно не установлен, однако его введение приводит к дозозависимому ингибированию низкопороговых токов Са2+ в кальциевые каналы Т-типа. Низкопороговые токи Са2+ являются важным фактором поведения нейронов таламуса, а таламус, как известно, играет важную роль в генерации спайк-волновых ритмов частотой 3 Гц, которые характеризуют абсансы. Этосуксимид предотвращает абсансы примерно у 50 % пациентов и снижает их частоту еще у 40–45 %. В результате он является препаратом выбора при фармакологическом лечении абсансов. Однако он неэффективен в отношении тонико-клинических судорог.

Габапентин связывается с α2δ-субъединицей кальциевого канала L-типа, что приводит к ингибированию в нейронах деполяризующих токов. Габапентин эффективен при фокальных судорогах, в том числе со вторичной генерализацией. Кроме того, в виду того, что субъединица α2δ кальциевых каналов присутствует в периферических нервах, это позволяет использовать габапентин при хронической боли.

Противопаркинсонические средства

…Ты чего дрожишь, милейший?

Лорд Сей: Дрожу я от недуга, не от страха.

Шекспир, «Король Генрих VI»

Болезнь Паркинсона (БП) – распространенное нейродегенеративное заболевание, патофизиологической основой которого является гибель дофаминергических нейронов в области компактной части (pars compacta) черной субстанции. Это приводит к классическим двигательным симптомам паркинсонизма: брадикинезии, мышечной ригидности и тремору покоя. В головном мозге существует значительный резерв дофаминергических нейронов, потому симптомы заболевания часто не проявляются до тех пор, пока около 60–80 % дофаминергических нейронов не дегенерируют. Хотя точный механизм, ответственный за гибель клеток, неизвестен, возраст является единственным наиболее постоянным фактором риска. Как следствие, пациенты с БП, как правило, пожилые, и распространенность среди лиц старше 65 лет составляет примерно 1 %. БП вызывает нарушения функции не только экстрапирамидной нервной системы – это полисистемное неврологическое расстройство, вызывающее инвалидизирующие моторные, нейропсихиатрические и вегетативные дисфункции.

Болезнь Паркинсона развивается как дисбаланс между дофаминергическими и холинергическими функциями в ЦНС. Основными путями терапии БП является восстановление баланса между дофаминергическим и холинергическим влиянием.

Рис. 17. Основой патогенеза болезни Паркинсона является деградация дофаминергических нейронов в черной субстанции головного мозга, что приводит к дисбалансу между дофаминергической и холинергической системами

Классификация противопаркинсонических средств

ЛС, стимулирующие дофаминергическую передачу в головном мозге:

• предшественники дофамина – леводопа (применяется в комбинации с ингибиторами периферической ДОФА-декарбоксилазы), карбидопа, бенсеразид;

• агонисты дофаминовых рецепторов – апоморфин, ропинерол, ротиготин.

ЛС, блокирующие разрушение эндогенного дофамина:

• ингибиторы моноаминоксидазы B – селегилин;

• ингибиторы катехол-О-метилтрансферазы – энтакапон, толкапон.

ЛС, ингибирующие холинергическую передачу в головном мозге

• тригексифенидил.

Поскольку преобладающая патофизиологическая причина БП – недостаток дофамина в черной субстанции, основным принципом терапии БП является увеличение содержания дофамина в ЦНС за счет введения его извне. Однако дофамин не проникает через гематоэнцефалический барьер (ГЭБ). Это связано с его полярностью и гидрофильностью (не может проникнуть путем пассивной диффузии), и он не имеет специфического транспортера для облегченной диффузии или активного транспорта. В связи с этим назначают предшественник дофамина леводопу, который путем активного транспорта всасывается из ЖКТ и проникает через ГЭБ в ЦНС, где превращается в дофамин под действием фермента дофа-декарбоксилазы. Вместе с тем этот фермент присутствует в стенке кишечника и плазме крови, что приводит к превращению леводопы в дофамин в периферических тканях. Образующийся таким путем дофамин вызывает на периферии побочные эффекты, а кроме того, при этом сокращается пул леводопы, который мог бы проникнуть в мозг для синтеза эндогенного дофамина. В этой связи леводопа всегда назначается с ингибитором дофа-декарбоксилазы периферического действия (DDI) карбидопой или бенсеразидом (не проникающими через ГЭБ) для защиты леводопы от ферментативного разрушения и предотвращения периферических дофаминергических побочных эффектов, таких как тахикардия, аритмии, тошнота и рвота.

Другая группа ЛС, стимулирующих дофаминенергическую передачу, – агонисты дофаминовых рецепторов – непосредственно возбуждает дофаминовые рецепторы в неостриатуме. Неселективные агонисты D1- и D2-рецепторов – перголид, бромокриптин, прамипексол. Препараты этой группы проявляют большую активность в отношении дофаминовых D2-рецепторов (прамипексол стимулирует D2- и D3-рецепторы).

Перголид и бромокриптин относят к производным алкалоидов спорыньи.

Бромокриптин и перголид в основном применяют в сочетании с леводопой, когда не удается получить удовлетворительные результаты, а также в случае возникновения синдрома «включения/ выключения», при котором происходит быстрое восстановление симптомов болезни, связанное с флуктуацией эффективности используемых ЛС.

Прамипексол по эффективности превосходит бромокриптин. Препарат назначают как в виде монотерапии, так и в сочетании с леводопой. По продолжительности действия агонисты дофаминовых рецепторов превосходят леводопу.

Для повышения эффективности леводопы, помимо ингибиторов ДОФА-декарбоксилазы, одновременно с леводопой назначают энтакапон, ингибитор катехол-о-метилтрансферазы (КОМТ), фермента, разрушающего леводопу. Энтакапон не проникает через ГЭБ и снижает скорость метаболизма леводопы в периферических тканях, особенно в условиях компенсаторного повышения активности периферической КОМТ. В итоге поступление леводопы в ЦНС повышается. Блокада КОМТ позволяет снизить дозу леводопы. Полагают, что применение ингибиторов КОМТ уменьшает выраженность синдрома «включения/выключения».

Толкапон, подобно энтакапону, блокирует КОМТ, однако он проникает в мозг, уменьшая метаболизм дофамина в ЦНС.

Селегилин – селективный необратимый ингибитор моноаминоксидазы типа B. Он используется у пациентов с недавно диагностированной болезнью Паркинсона для увеличения содержания дофамина в нейронах за счет предотвращения их ферментативного разрушения МАО В. Это может замедлить прогрессирование клинических проявлений заболевания и отсрочить потребность в терапии леводопой. Селегилин также можно комбинировать с леводопой при прогрессирующем заболевании.

Тригексифенидил – центральный холиноблокатор, блокирует М1-холинорецепторы неостриатума, уменьшая симптомы паркинсонизма. Препарат оказывает умеренное противопаркинсоническое действие – преимущественно уменьшает тремор и мышечную ригидность, мало влияя на брадикинезию.

Таблица 15. ЛС против болезни Паркинсона

Вопрос

Мне непонятно: если в основе болезни Паркинсона лежит дефицит дофамина в мозге, почему его нельзя применять для лечения? Почему леводопу, из которой образуется дофамин, можно?

Дофамин является гидрофильным соединением, поэтому путем простой диффузии не всасывается из кишечника и не проникает через гематоэнцефалический барьер. Для леводопы в кишечнике и сосудах головного мозга есть специальный транспортер ароматических аминокислот, который переносит это ЛС соответственно из кишечника в кровь и из крови в мозг, где и образуется дофамин.

Анксиолитические средства

Ощущается это как червячок, который копошится внутри, вызывая беспокойство и напряжение. Этот червяк сцепился со мной. Нестрашный, просто ужасно назойливый. Он вызывает страх, причем неизвестно за что. Но словно что-то должно непременно случиться, прямо сейчас или чуть попозже. Но я не знаю, что именно. Какая-то беда произойдет, и я ничего не смогу сделать. И возникает страх умереть.

И. Туманов «Тревога»

Психологические, поведенческие и физиологические реакции, характеризующие тревогу, могут принимать различные формы. Как правило, тревога сопровождается повышенной настороженностью, двигательным напряжением и вегетативной гиперактивностью. Тревога может возникать в результате пугающих обстоятельств, с которыми, возможно, придется иметь дело (ситуационная тревога) или быть вторичной по отношению к органическим заболеваниям. Несмотря на то что тревога имеет тенденцию к самоограничению, кратковременное применение седативных и снотворных средств может быть целесообразным лечением этого состояния.

Анксиолитические средства – это ЛС, которые воздействуют на ЦНС, уменьшая тревогу, улучшая сон или оказывая успокаивающее действие.

Бензодиазепины являются основным классом препаратов, подпадающих под эту категорию. Хотя существует более двадцати производных бензодиазепинов, только некоторые из них одобрены для лечения тревожных расстройств (алпразолам, клоназепам, диазепам и лоразепам) или панических расстройств (например, алпразолам). Бензодиазепины в основном используют для лечения генерализованного тревожного расстройства, социального тревожного расстройства и панического расстройства (см. главу «Снотворные средства»).

Показаниями для назначения бензодиазепинов являются тревожные состояния, неврозы, сопровождаемые чувством тревоги, опасности, беспокойства, напряжения, ухудшением сна, раздражительностью, а также соматическими нарушениями; смешанные тревожно-депрессивные состояния; невротические реактивно-депрессивные состояния, сопровождающиеся снижением настроения, потерей интереса к окружающему, беспокойством, потерей сна, снижением аппетита, соматическими нарушениями; тревожные состояния и невротические депрессии, развившиеся на фоне соматических заболеваний; панические расстройства.

Побочные эффекты со стороны ЦНС: сонливость, чувство усталости, головокружение, снижение способности к концентрации внимания, атаксия, дезориентация, неустойчивость походки, замедление психических и двигательных реакций, что ограничивает возможность управления транспортными средствами. В отдельных случаях возможны парадоксальные реакции (агрессивные вспышки, спутанность сознания, психомоторное возбуждение, страх, суицидальные мысли). Основной проблемой при использовании бензодиазепинов является лекарственная зависимость, в связи с чем курс терапии должен быть максимально коротким.

Барбитураты – это более старый класс ЛС, которые также использовали по этим показаниям; однако барбитураты имеют узкий терапевтический индекс (диапазон доз от эффективных до проявления токсичности) и с большей вероятностью вызывают угнетение дыхания, кому и даже смерть, а потому редко используются по этим показаниям.

Буспирон обладает избирательным анксиолитическим действием, и его фармакологические характеристики отличаются от других анксиолитиков. Буспирон снимает тревогу, не вызывая заметного седативного, снотворного эффектов. В отличие от бензодиазепинов, препарат не обладает противосудорожными или миорелаксирующими свойствами. Буспирон не взаимодействует напрямую с ГАМК-ергическими системами. Он может проявлять свои анксиолитические эффекты, действуя как частичный агонист 5-HT1A-рецепторов головного мозга, но он также имеет сродство с дофаминовыми рецепторами D2 головного мозга. У пациентов, получавших буспирон, при резком прекращении приема препарата не наблюдается признаков синдрома отмены. В отличие от бензодиазепинов, анксиолитические эффекты буспирона проявляются через 3–4 недели, что делает препарат непригодным для лечения острых тревожных состояний. Буспирон вызывает меньше психомоторных нарушений, чем бензодиазепины, и не влияет на навыки вождения. Препарат не потенцирует действие обычных седативно-снотворных средств, этанола или трициклических антидепрессантов; и пожилые пациенты, по-видимому, не более чувствительны к его действиям. Побочные эффекты: могут возникать неспецифические боли в груди, тахикардия, учащенное сердцебиение, головокружение, нервозность, головная боль, шум в ушах, желудочно-кишечные расстройства, парестезии и дозозависимое сужение зрачков.

В качестве ЛС для лечения панических расстройств используют противосудорожные средства (габапентин и прегабалин), антидепрессанты (моклобемид, имипрамин, селективные ингибиторы обратного нейронального захвата серотонина, бета-адреноблокатор пропранолол).

Антидепрессанты

Гамлет: О, если б ты, моя тугая плоть,

Могла растаять, сгинуть, испариться!

О, если бы предвечный не занес

В грехи самоубийство! Боже! Боже!

Каким ничтожным, плоским и тупым

Мне кажется весь свет в своих стремленьях!

О мерзость! Как невыполотый сад,

Дай волю травам, зарастет бурьяном…

У. Шекспир, «Гамлет»

Депрессивное расстройство (депрессия) включает в себя депрессивное настроение, потерю чувства удовольствия, интереса к различным видам деятельности в течение длительного периода времени. Это состояние является распространенным психическим расстройством, во всем мире примерно 5 % взрослого населения страдают депрессией. Это может влиять на все аспекты жизни, включая отношения с семьей и обществом.

Считается, что нарушение обмена нейромедиаторов, особенно моноаминов, играют решающую роль в этиологии депрессии. Серотонин (5-НТ) широко распространен в нервной системе, и его дефицит может привести к депрессии, фобиям, тревоге и другим психическим расстройствам. У пациентов с депрессией могут быть низкие уровни 5-HT в мозге и измененные 5-HT-рецепторы, либо их функции, такие как регуляция в сторону повышения 5-HT_2-рецепторов и понижения 5-HT1A-рецепторов. Существует три возможных механизма, ответственных за нарушение функции 5-HT1A при депрессии: социальная изоляция, снижающая 5-HT_1-передачу, 5-HT_2-рецепторы, ингибирующие 5-HT_1-передачу, и гиперкортизолемия, ингибирующая нейромедиаторную функцию этих рецепторов. Эндогенные белки, такие как нейротрофический фактор головного мозга BDN и нейротрофин-3, связаны с развитием и функцией 5-HT-нейронов в головном мозге. Не исключено косвенное воздействие антидепрессантов на активность этих факторов.

В головном мозге дофамин (ДА) – доминирующий медиатор, который регулирует поведение и является предшественником адреналина и норадреналина. В многочисленных исследованиях на людях и животных показано, что депрессия и дофаминовая передача тесно связаны в ЦНС.

Глутамат является основным возбуждающим медиатором в ЦНС и способствует в головном мозге синаптической пластичности, когнитивной деятельности, мотивационному и эмоциональному поведению. Убедительные данные свидетельствуют о том, что депрессия связана с глутаматной системой. Исследователи обнаружили повышенный уровень глутамата в крови, спинномозговой жидкости и головном мозге пациентов с депрессией, а также нарушения структуры N-метил-D-аспартатного (NMDA) рецептора в головном мозге.

Гиперактивность гипоталамо-гипофизарно-надпочечниковой (ГГН) оси часто присутствует при психонейроэндокринологических исследованиях большой депрессии. Кроме того, воспалительные цитокины и эндогенные метаболиты участвуют в механизмах депрессии. Важно иметь в виду, что кишечный микробиом играет критическую роль при депрессии, влияя на ось кишечник – мозг.

Лечение депрессии комплексное, включает психологические методы и лекарственную терапию, основанную на применении антидепрессантов. Современные антидепрессанты изменяют уровни группы моноаминергических медиаторов в головном мозге. Известно, что некоторые медиаторы, такие как серотонин, норадреналин и дофамин, могут улучшать настроение и эмоции. Повышение уровня моноаминергической передачи, восстановление синаптической передачи в гиппокампе – это постепенный процесс, поэтому большинству людей может потребоваться прием антидепрессантов в течение двух-четырех недель, прежде чем они заметят какое-либо улучшение своих симптомов.

Классы антидепрессантов:

• трициклические антидепрессанты – амитриптилин, кломипрамин, имипрамин и нортриптилин;

• ингибиторы моноаминоксидазы – моклобемид, пирлиндол (пиразидол);

• селективные ингибиторы обратного захвата серотонина – пароксетин, флуоксетин, сертралин, циталопрам и эсциталопрам;

• ингибиторы обратного захвата серотонина и норадреналина – дулоксетин, венлафаксин и десвенлафаксин;

• атипичные антидепрессанты – тразодон, эскетамин.

Трициклические антидепрессанты (ТЦА) используют в течение многих лет. ТЦА конкурентно блокируют транспортную систему пресинаптических окончаний, обеспечивающую обратный нейрональный захват норадреналина, серотонина и дофамина, при этом медиаторы более продолжительное время находятся в синаптической щели, стимулируя постсинаптические рецепторы. ТЦА обычно не рекомендуются в качестве терапии первой линии при депрессии, поскольку они вызывают многочисленные побочные эффекты, связанные с М-холиноблокирующей и α-адреноблокирующей активностью, поэтому для них характерны такие побочные эффекты, как нарушение аккомодации, сухость во рту, тахикардия, запор, задержка мочеиспускания, снижение АД.

Ингибиторы моноаминоксидазы (ИМАО) моклобемид и пирлиндол обратимо избирательно блокируют МАО типа А, фермент, разрушающий норадреналин и серотонин. Это приводит к временному нарушению метаболизма и накоплению моноаминов (серотонина, норадреналина, дофамина) в пресинаптических окончаниях. Антидепрессивное действие ИМАО сопровождается психостимулирующим эффектом: улучшается настроение, увеличивается психическая и двигательная активность, повышается способность к концентрации внимания. ИМАО улучшают сон у больных, страдающих депрессиями с нарушениями сна. По эффективности при типичных эндогенных депрессиях несколько уступает трициклическим антидепрессантам. Клинический эффект ИМАО развивается к концу 1-й недели лечения, обычно уже в первые дни приема отмечается выраженное активирующее действие. Препарат этой группы – моклобемид – обладает гепатотоксичностью. Ингибиторы МАО, как правило, используют, если другие типы антидепрессантов неэффективны.

Селективные ингибиторы обратного захвата серотонина (СИОЗС) относятся к наиболее часто назначаемому классу антидепрессантов. Механизм их действия связан с блокадой транспортеров пресинаптических окончаний, обеспечивающих обратный нейрональный захват серотонина. Эти ЛС более безопасны и обычно вызывают меньше побочных эффектов, чем другие типы антидепрессантов.

Пароксетин считается наиболее эффективным ингибитором обратного захвата серотонина из всех известных препаратов с подобным механизмом действия. Антидепрессивное действие препарата при его регулярном приеме развивается в среднем через 10–14 дней, в сравнении с трициклическими антидепрессантами оказывает менее выраженное М-холиноблокирующее действие и незначительный антигистаминный эффект. На фоне лечения пароксетином наблюдают уменьшение состояния тревоги, депрессии и расстройства сна. Показаниями для применения препарата считают тяжелые депрессивные расстройства. К побочным эффектам, характерным для пароксетина, относят тошноту, головную боль, кожный зуд, крайне редко – нарушение аккомодации, расширение зрачков, тахикардию.

Ингибиторы обратного захвата серотонина и норадреналина (СИОЗСН) – дулоксетин, венлафаксин – были разработаны с целью создания более эффективных антидепрессантов. Однако в настоящее время нет доказательств того, что СИОЗСН имеют лучший клинический результат при лечении депрессии, чем СИОЗС. Одни пациенты лучше реагируют на СИОЗС, в то время как другие лучше реагируют на СИОЗСН.

Атипичные антидепрессанты. Их называют атипичными антидепрессантами, потому что они не вписываются ни в одну из категорий антидепрессантов.

Тразодон наряду с серотонинергическими действует на различные рецепторы, включая гистаминовые и адренергические, что отличает его от других антидепрессантов, действующих на узкий спектр медиаторов. В отличие от ряда других антидепрессантов, тразодон не вызывает сексуальных расстройств и нарушения сна.

Эскетамин представляет собой S-энантиомер кетамина (который является рацематом), более эффективный в отношении глутаматного рецептора NMDA. Относится к неселективным неконкурентным антагонистам NMDA-рецепторов, блокада которых приводит к усилению нейротрофических влияний и восстановлению синаптических функций, нарушение которых в гиппокампе характерно для депрессии. Устраняет симптомы депрессии в гораздо более короткие сроки, чем классические антидепрессанты, такие как, например, селективные ингибиторы обратного захвата серотонина. Так, при применении эскетамина значительная часть пациентов испытывала значительное улучшение уже через 4 ч. после приема.

Вопрос

Почему антидепрессанты начинают действовать через 2 недели после начала лечения?

Имеются убедительные данные, что при депрессии развивается дегенерация нейронов гипоталамуса, снижается их число, количество синаптических связей. Современные антидепрессанты вызывают регенерацию нейронов этой области, включая механизмы факторов роста. На восстановление цитоархитектоники гипоталамуса требуется время.

Таблица 16. Побочные эффекты антидепрессантов

Антипсихотические средства (нейролептики)

Рано утром, до восхода солнца к хозяйке пришли печники. Иван Дмитрич хорошо знал, что они пришли затем, чтобы перекладывать в кухне печь, но страх подсказал ему, что это полицейские, переодетые печниками. Он потихоньку вышел из квартиры и, охваченный ужасом, без шапки и сюртука, побежал по улице. За ним с лаем гнались собаки, кричал где-то позади мужик, в ушах свистел воздух, и Ивану Дмитричу казалось, что насилие всего мира скопилось за его спиной и гонится за ним. Его задержали, привели домой и послали хозяйку за доктором. Доктор Андрей Ефимыч, о котором речь впереди, прописал холодные примочки на голову и лавровишневые капли, грустно покачал головой и ушел, сказав хозяйке, что уж больше он не придет, потому что не следует мешать людям сходить с ума. Так как дома не на что было жить и лечиться, то скоро Ивана Дмитрича отправили в больницу и положили его там в палате для венерических больных. Он не спал по ночам, капризничал и беспокоил больных, и скоро, по распоряжению Андрея Ефимыча, был переведен в палату № 6. Через год в городе уже совершенно забыли про Ивана Дмитрича, и книги его, сваленные хозяйкой в сани под навесом, были растасканы мальчишками.

А. П. Чехов, «Палата № 6»

Антипсихотические средства (нейролептики) способны уменьшать выраженность симптомов психоза при различных состояниях, включая шизофрению, биполярное расстройство, психотическую депрессию, психозы, связанные с деменцией, и психозы, вызванные лекарственными препаратами. Антипсихотические средства также называют нейролептиками, потому что они подавляют двигательную активность и эмоциональное выражение.

Под термином «психоз» понимают разнообразные психические расстройства, характеризующиеся неспособностью отличать реальность от бреда (ложных убеждений), различные виды галлюцинаций, обычно слуховые или зрительные (иногда тактильные или обонятельные), грубо дезорганизованное мышление. Шизофрения представляет собой особый вид психоза, характеризующийся выраженным нарушением мышления и восприятия. Это наиболее распространенное психотическое расстройство, встречающееся примерно у 1 % населения и являющееся причиной примерно половины длительных госпитализаций в психиатрические учреждения. Вместе с тем следует иметь в виду, что психоз возникает и при других заболеваниях.

Существуют различные теории развития шизофрении. Считается, что это заболевание является расстройством развития нервной системы и предполагает наличие структурных и функциональных изменений в головном мозге у некоторых пациентов даже внутриутробно, или что они развиваются в детстве и подростковом возрасте. При этом заболевании рассматриваются нарушения функционирования дофаминергической, серотонинергической или глутаматергической систем головного мозга.

Для подбора эффективной терапии целесообразно выделить симптомы шизофрении «позитивные» (плюс к норме) – бред, галлюцинации – и «негативные» (дефицитарные по отношению к норме) – апатию, снижение мотивации, эмоциональную индифферентность, бедность речи, агедонию (снижение способности испытывать удовольствие), асоциальность.

Антипсихотические средства традиционно делят на нейролептики первого поколения (ранее известные как «типичные» нейролептики) и нейролептики второго поколения (ранее называемые «атипичными» нейролептиками). Вызываемые типичными нейролептиками экстрапирамидные побочные эффекты (т. е. острая дистония, акатизия, лекарственный паркинсонизм и поздняя дискинезия) привели к созданию препаратов второго поколения, которые в значительно меньшей степени вызывают экстрапирамидные расстройства. Эти различия, обусловленные их профилями рецепторов-мишеней, привели к тому, что нейролептики второго поколения были помечены как «атипичные».

Классификация антипсихотических средств

Антипсихотические средства первого поколения являются антагонистами D2-дофаминовых рецепторов. Они вызывают развитие экстрапирамидных расстройств, таких как лекарственный паркинсонизм, акатизия и поздняя дискинезия, в связи с чем их называют типичными нейролептиками. Фенотиазины – хлорпромазин, трифлуоперазин, перфеназин; бутирофеноны – галоперидол; тиоксантены – тиотиксен, хлорпротиксен.

Антипсихотические средства второго поколения относятся к антагонистам серотониновых и D2-дофаминовых рецепторов и известны как атипичные нейролептики, так как вызывают экстрапирамидные расстройства в значительно меньшей степени, чем типичные нейролептики.

К ним относятся рисперидон, оланзапин, кветиапин, зипразидон, арипипразол, клозапин.

Антагонизм к D2-дофаминовым рецепторам в головном мозге является общим фармакодинамическим свойством всех антипсихотических средств; это привело к гипотезе о том, что шизофрения связана с нарушением регуляции дофаминергических связей с избыточной дофаминергической активностью в мезолимбическом пути (что приводит к положительным симптомам психоза) и снижением дофаминергической передачи сигналов в мезокортикальном пути (что приводит к негативным симптомам). Доказательства дофаминовой гипотезы исходят не только из эффективности антагонистов D2-рецепторов, но также из эффектов агонистов этих рецепторов, таких как амфетамин, провоцирующих психоз, и эффектов препаратов, истощающих запасы дофамина в пресинаптических окончаниях, таких как резерпин, не уменьшающих психотические симптомы.

Показано, что антипсихотическое действие развивается, когда более 65 % D2-рецепторов полосатого тела мозга заняты ЛС, но дальнейшее увеличение уровня D2-блокады не связано с повышением антипсихотической эффективности; скорее, это приводит к возникновению экстрапирамидных побочных эффектов и гиперпролактинемии.

Свойства «типичных» нейролептиков

• Антипсихотическое действие – эффективно устраняют позитивную симптоматику психоза и практически не влияют на негативную симптоматику и когнитивные нарушения.

• Экстрапирамидные нарушения – лекарственный паркинсонизм, острая дистония, акатизия и поздняя дискинезия.

• Увеличивают секрецию пролактина – вызывают галакторею у женщин и гинекомастию у мужчин.

• Снижают секрецию гормона роста, вызывая и другие гормональные нарушения.

• Противорвотное действие

• При однократном приеме снижают тонус скелетной мускулатуры и двигательную активность.

• Понижают температуру тела, угнетая центр терморегуляции, увеличивая теплоотдачу за счет расширения кровеносных сосудов кожи.

• Потенцируют действие средств для наркоза, снотворных, наркотических анальгетиков, что используется для нейролептанальгезии.

• Атропиноподобное действие, обусловленное влиянием на вегетативную иннервацию.

• Гипотензия как результат адреноблокирующего влияния.

• Блокада периферических гистаминовых рецепторов

«Атипичные» нейролептики эффективны в отношении продуктивной симптоматики психозов и активны в отношении негативной симптоматики и когнитивных расстройств. Препараты этой группы в меньшей степени вызывают экстрапирамидные расстройства. Механизм антипсихотического действия атипичных нейролептиков до конца неясен. Для большинства этих нейролептиков (за исключением арипипразола, карипразина) характерна блокада D2-рецепторов. Не исключено, что антипсихотическое действие связано с блокадой серотониновых рецепторов подтипа 5НТ2А.

К наиболее частым побочным эффектам антипсихотических средств относят лекарственный паркинсонизм, неусидчивость (акатизия), позднюю дискинезию, сонливость, головокружение при смене положения, головную боль, затуманенное зрение, сухость во рту, запор, задержку мочи у пожилых пациентов, нарушения половой функции.

Вопрос

Все указанные побочные эффекты антипсихотических средств связаны с блокадой дофаминовых рецепторов?

Нет, для блокады дофаминергической передачи характерны лекарственный паркинсонизм, акатизия и дискинезия. Многие побочные эффекты антипсихотиков обусловлены М-холиноблокирующими свойствами (затуманенное зрение, сухость во рту, запор, задержка мочи у пожилых пациентов).

Лекарственные средства, влияющие на органы дыхания

Палочками я отмечала каждый приступ кашля, чтобы знать, сколько их было за день.

Заборчики делались все длиннее, а Сережа худел и бледнел.

Н. Д. Шаховская-Шик, «Рассказы о детях»

Противокашлевые средства

Противокашлевые средства представляют собой гетерогенный класс соединений, которые ослабляют кашель посредством либо центрального, либо периферического механизма, либо их комбинации.

Кашель – защитный рефлекс, возникающий в ответ на раздражение слизистой оболочки дыхательных путей. Вызывается раздражением чувствительных рецепторов языкоглоточного и блуждающего нервов, иннервирующих слизистые оболочки нижней части глотки, гортани, трахеи и мелких дыхательных путей дыхательной системы. Затем рецепторы передают сигнал в кашлевой центр в головном мозге, который запускает рефлекторную двигательную реакцию, приводящую к сокращению мышц, закрывающих голосовую щель (голосовые связки), и сокращению мышц выдоха. Результатом является внезапное повышение внутригрудного давления с последующим расслаблением голосовых связок, что приводит к быстрому изгнанию воздуха.

Противокашлевые средства следует назначать только при сухом, раздражающем кашле, не связанном с выделением слизи. Подавление продуктивного кашля или кашля с выделением слизи, вызванного некоторыми респираторными заболеваниями, противокашлевыми средствами может быть опасным.

По механизму действия выделяют две группы противокашлевых средств.

• Противокашлевые препараты центрального действия: ненаркотического типа – глауцин, бутамират, декстрометорфан; наркотического типа – кодеин, гидрокодон.

• Противокашлевые препараты периферического действия – преноксдиазин.

Глауцин – противокашлевое средство центрального действия, алкалоид растения Мачек желтый (Glaucium flavum). В отличие от кодеина, не угнетает дыхательный центр, не снижает двигательную активность кишечника; при длительном применении не вызывает лекарственной зависимости и привыкания. Обладает адреноблокирующими свойствами, может вызвать понижение АД.

Бутамират. В ходе гидролиза в организме он образует два метатаболита (2-фенилмасляную кислоту и диэтиламиноэтоксиэтанол), обладающих противокашлевой активностью. Оказывает бронхолитическое и противовоспалительное действие.

Бутамирата цитрат оказывает противокашлевое действие, но ни химически, ни фармакологически не связан с опиоидными алкалоидами. Считается, что бутамирата цитрат является препаратом центрального действия, но точный механизм действия неизвестен. Оказывает неспецифическое антихолинергическое и бронхоспазмолитическое действие, улучшая дыхательную функцию.

Бутамират не вызывает толерантности или зависимости. Имеет широкий терапевтический индекс; он хорошо переносится в высоких дозах и подходит для облегчения кашля у детей и взрослых.

Декстрометорфан угнетает кашлевой центр в головном мозге, повышая порог кашлевого рефлекса. Точный механизм влияния на кашлевой центр не установлен. Декстрометорфан, например, является антагонистом N-метил-d-аспартата (NMDA), хотя неизвестно, какой вклад это действие вносит в противокашлевые эффекты. Очень высокие дозы декстрометорфана могут вызывать диссоциативные эффекты, подобные наблюдаемым при приеме фенциклидина, что связано с воздействием на NMDA-рецепторы.

Кодеин – алкалоид опия, по структуре метилморфин, обладает выраженным противокашлевым, а также анальгезирующим действием. Противокашлевый эффект кодеина обусловлен снижением возбудимости центра кашлевого рефлекса и дыхательного центра за счет стимуляции опиоидных рецепторов в продолговатом мозге. Является эффективным противокашлевым средством в более низких дозах, чем требуется для обезболивания. Поэтому некоторые из наиболее важных побочных эффектов кодеина, такие как угнетение дыхания, обычно не проявляются при противокашлевой дозе. При длительном применении вызывает запор, привыкание и лекарственную зависимость.

Преноксдиазин – противокашлевое средство периферического действия. Оказывает анестезирующее влияние на слизистую оболочку дыхательных путей и некоторое бронхолитическое действие. Не угнетает дыхание, не вызывает привыкания и лекарственной зависимости. При хронических бронхитах отмечено противовоспалительное действие преноксдиазина. Длительность противокашлевого эффекта – 3–4 ч.

Отхаркивающие и муколитические средства

Отхаркивающие средства действуют за счет увеличения объема секрета в дыхательных путях, что, в свою очередь, облегчает удаление мокроты из дыхательных путей. Обычно используемыми отхаркивающими средствами являются соли аммония, гвайфенезин, ипекакуана, термопсис и цитрат натрия. Механизм действия отхаркивающих средств связан с тем, что при приеме внутрь раздражение рецепторов желудка рефлекторно вызывает усиление секреции бронхиальных желез, что вызывает снижение вязкости мокроты и облегчает ее отхождение. В этой связи многие отхаркивающие средства также обладают рвотным действием за счет раздражения слизистой желудка.

Муколитические средства включают ацетилцистеин, карбоцистеин, бромгексин и ряд ферментных препаратов – дорназу альфа, трипсин, химотрипсин, рибонуклеазу.

Муколитики – препараты, относящиеся к классу мукоактивных средств. Они воздействуют на слизистый слой, выстилающий дыхательные пути. Секрет бронхиальных желез является первой линией защиты от патогенов. Его работа также влечет за собой защиту эпителия от раздражающих агентов, в нем находится набор белков, таких как иммуноглобулины, различные гликопротеины и даже некоторые антимикробные ферменты, такие как лизоцим. Полимерные гелеобразующие муцины в основном определяют биофизические свойства слизи. Этот слой очень хорошо защищает от бактерий благодаря ингибированию роста бактерий и предотвращению образования биопленки. Отхаркиваемый слизистый секрет называется мокротой.

N-ацетилцистеин содержит в структуре сульфгидрильные группы, которые разрывают дисульфидные связи гликопротеинов мокроты, вызывая их деполимеризацию, что приводит к снижению вязкости и адгезивности мокроты. Муциновые полимеры, определяющие вязкость мокроты, имеют в своей структуре остатки цистеина. Дисульфидные связи закрепляются на этих остатках, что приводит к сшиванию полимера. Свободная тиольная группа в структуре ацетилцистеина гидролизует дисульфидные связи, присоединенные к цистеиновым остаткам. Эта реакция нарушает трехмерную структуру мокроты. Наряду с отмеченным выше муколитическим действием N-ацетилцистеин также обладает противовоспалительными и антиоксидантными свойствами.

Ацетилцистеин (внутривенно)является антидотом при передозировке парацетамола и практически на 100 % эффективен в предотвращении повреждения печени, если его вводить в течение 8 часов после передозировки. Его эффективность в качестве специфического антидота при отравлении парацетамолом основана главным образом на способности стимулировать синтез глутатиона. Глутатион необходим в метаболизме NAPQI (токсичный метаболит парацетамола). Ацетилцистеин является предшественником цистеина, он гидролизуется внутриклеточно до цистеина, который пополняет запасы глутатиона. Ацетилцистеин также поставляет тиоловые группы, которые могут напрямую связываться с NAPQI в гепатоцитах и превращать в нетоксичный сульфат путем конъюгации. По истечении этого времени эффективность существенно падает, оставляя лишь очень ограниченный промежуток времени для успешного предотвращения серьезной гепатотоксичности.

Карбоцистеин благодаря муколитическому действию карбоцистеин значительно уменьшает вязкость мокроты, кашель, одышку и утомляемость. Кроме того, он предотвращает легочные инфекции, уменьшая накопление слизи в дыхательных путях. Он обладает противовоспалительной активностью in vitro, в некоторой степени продемонстрированным действием в отношении свободных радикалов. Увеличивает объем мокроты, вызывая таким образом дополнительный отхаркивающий эффект. Он безопасен и эффективен при бронхиальной астме, так как не раздражает дыхательные пути. Он может быть показан при обострении ХОБЛ благодаря способности значительно снижать бактериальную нагрузку в дыхательных путях таких пациентов.

Бромгексин – муколитическое средство, применяемое при различных респираторных заболеваниях, связанных с повышенной секрецией слизи. Он получен из растения Adhatoda vasica. Снижает вязкость бронхиального секрета за счет деполяризации содержащихся в нем кислых полисахаридов и стимуляции секреторных клеток слизистой оболочки бронхов, вырабатывающих секрет, содержащий нейтральные полисахариды.

Дорназа-альфа относится к ДНК-азам, обладает противовоспалительным и антибактериальным свойствами. Стойкий секрет, образующийся в дыхательных путях при муковисцидозе, частично возникает из-за гибели лейкоцитов, реагирующих на инфекцию и воспаление дыхательных путей. ДНК этих умирающих клеток способствует повышению вязкости секрета и является субстратом для деградации дорназой-альфа.

Средства для лечения бронхиальной астмы

… на его беду, Лугареция оставила на стуле у него в комнате одеяло, которым я пользовался вместо седла, когда ездил верхом. В середине ночи мы все вдруг проснулись от шума. Можно было подумать, что где-то душили целую свору ищеек. Еще не очнувшись от сна, мы сошлись в комнате Майкла и увидели, как он хрипит и задыхается, и по лицу его градом катится пот. Марго побежала греть чайник, Ларри отправился за коньяком, Лесли стал открывать окна, а мама снова уложила Майкла в постель и, так как он был теперь весь в холодном поту, заботливо накрыла его тем самым одеялом. К нашему удивлению, несмотря на все принятые меры, Майклу стало хуже. Пока он еще мог говорить, мы задавали ему вопросы об этом недуге и его причинах… Между приступами удушья Майкл объяснил нам, что у него аллергия только к трем вещам: пыльце сирени, кошкам и лошадям.

Дж. Даррелл, «Моя семья и другие животные»

Бронхиальная астма (БА) характеризуется повторяющимися эпизодами обструкции дыхательных путей, которые проходят либо спонтанно, либо после приема лекарств, и обычно связаны с гиперреактивностью бронхов и признаками хронического воспаления дыхательных путей. БА представляет собой гетерогенную группу состояний, которые приводят к рецидивирующей обратимой бронхиальной обструкции. Хотя заболевание может начаться в любом возрасте, первые симптомы в большинстве случаев проявляются в детстве. БА имеет отчетливый генетический компонент, и по итогам полногеномных ассоциативных исследований выявлены вариации в нескольких генах, которые немного повышают риск заболевания. БА может быть связана с повышенной восприимчивостью к вирусным инфекциям. Пока нет проверенной стратегии профилактики; однако тот факт, что воздействие микробных продуктов в раннем возрасте, особенно в загородных условиях, по-видимому, защищает от астмы, дает надежду на то, что аналоги такого воздействия могут быть использованы для предотвращения заболевания. Генетические и иммунологические исследования указывают на дефектные реакции резидентных клеток легких, особенно связанных с эпителием слизистой оболочки, как на решающие элементы патогенеза астмы.

Астма гистологически характеризуется наличием хронического воспаления дыхательных путей. Бронхи утолщены за счет сочетания отека, гиперплазии гладких мышц бронхиальной стенки и увеличения размеров слизистых желез, связанных с дыхательными путями. В эозинофилах образуются кристаллические гранулы, называемые кристаллами Шарко-Лейдена. В мокроте наблюдаются спиралевидные слизистые пробки (спирали Куршмана).

Классическая аллергическая астма опосредуется иммуноглобулинами (IgE), вырабатываемыми в ответ на воздействие чужеродных белков, таких как от клещей домашней пыли, тараканов, перхоти животных, плесени и пыльцы. Кроме указанных аллергических триггеров астмы, выделяют и неаллергические, такие как вирусные инфекции, воздействие табачного дыма, холодного воздуха, физических упражнений. Указанные факторы вызывают каскад событий, ведущих к хроническому воспалению дыхательных путей. Астма непосредственно связана с иммунными реакциями Т-хелперов типа 2 (Th2), что типично для атопических состояний. Повышенные уровни клеток Th2 в дыхательных путях высвобождают специфические цитокины, включая интерлейкин (IL)-4, IL-5, IL-9 и IL-13, и способствуют эозинофильному воспалению, а также продукции иммуноглобулина E (IgE). Продукция IgE, в свою очередь, вызывает высвобождение медиаторов воспаления, таких как гистамин и цистеинил лейкотриены, которые вызывают бронхоспазм (сокращение гладкой мускулатуры дыхательных путей), отек и повышенную секрецию слизи.

Медиаторы и цитокины, высвобождаемые во время ранней фазы иммунного ответа на провоцирующий триггер, способствуют дальнейшему распространению воспалительной реакции (поздняя фаза астматического ответа), что приводит к прогрессирующему воспалению дыхательных путей и гиперреактивности бронхов. Со временем ремоделирование дыхательных путей, которое происходит при частых обострениях астмы, приводит к большему снижению функции легких и более тяжелой обструкции дыхательных путей.

Основной целью лечения астмы является достижение и поддержание контроля над заболеванием для предотвращения обострений (внезапного и/или прогрессирующего ухудшения симптомов астмы, которые часто требуют немедленной медицинской помощи и/или применения пероральной стероидной терапии) и снижения риска заболеваемости и смертности. Другими целями терапии являются минимизация частоты и тяжести симптомов астмы, снижение потребности в препаратах для облегчения симптомов, нормализация физической активности и улучшение функции легких, а также общего качества жизни.

Выделяют несколько групп ЛС, применяемых при бронхиальной астме.

Бронхолитические средства:

• средства, стимулирующие β2-адренорецепторы

• короткого действия – салбутамол, тербуталин, фенотерол;

• длительного действия – формотерол, салметерол;

• средства, блокирующие М-холинорецепторы – ипратропия бромид, тиотропий;

• метилксантины (спазмолитики миотропного действия) – теофиллин, теобромин.

Средства с противовоспалительным и противоаллергическим действием:

• препараты глюкокортикоидов – беклометазон, будесонид, флутиказон, мометазон;

• стабилизаторы мембран тучных клеток – кромоглициевая ислота, недокромил;

• антагонисты лейкотриеновых рецепторов – монтелукаст, зафирлукаст;

• препараты моноклональных антител к IgE – омализумаб;

• антагонисты ИЛ-5 для лечения эозинофильной астмы – меполизумаб, бенрализумаб.

Бронхолитики – это препараты, которые расширяют дыхательные пути, расслабляя гладкую мускулатуру бронхов. Они облегчают дыхание при бронхоспазме как при бронхиальной астме, так при других заболеваниях легких.

Бронхолитики включают бета2-агонисты короткого действия, такие как салбутамол, бета2-агонисты длительного действия (такие как салметерол, формотерол), антихолинергические средства (например, ипратропия бромид) и препараты миотропного действия (теофиллин).

Бронхолитики короткого действия используют для быстрого облегчения симптомов астмы, а бронхолитики длительного действия – регулярно для контроля симптомов астмы. Ингаляционные быстродействующие бета2-агонисты предпочтительны для купирования острых симптомов и должны назначаться всем пациентам с астмой. При связывании бета2-агониста с рецептором аденилатциклаза активируется посредством Gs белка, что приводит к повышению уровня клеточного цАМФ и активации протеинкиназы А. Действие этой киназы приводит к расслаблению гладких мышц бронхов двумя путями. Активация калиевых и инактивация кальциевых каналов приводит к снижению содержания ионизированного кальция. Снижение фосфорилирования миозина достигается за счет повышения активности фосфатазы легких цепей миозина.

Серьезной проблемой длительного применения β2-адреномиметиков является формирование толерантности. Она обусловлена снижением количества (down-регуляция) и чувствительности (десенситизация) β2-адренорецепторов бронхов к соответствующим агонистам.

Салбутамол используют ингаляционно для купирования приступов бронхиальной астмы, в том числе при обострении бронхиальной астмы тяжелого течения, предотвращения приступов бронхоспазма, связанных с воздействием аллергена или вызванных физической нагрузкой. После применения сальбутамола его действие развивается быстро, начало эффекта – через 5 минут, максимум – через 30–90 мин., продолжительность действия составляет 4–6 часов.

Побочные эффекты при использовании салбутамола: тахикардия, гипергликемия, гипокалиемия, тремор, головная боль, нечасто – ишемия миокарда, сильное сердцебиение (пальпитация), очень редко – аритмии, включая мерцательную аритмию, суправентрикулярную тахикардию и экстрасистолию. Возможны реакции гиперчувствительности, включая ангионевротический отек, крапивницу.

Фенотерол – селективный бета2-адреномиметик, при ингаляционном введении начинает действовать через несколько минут после введения, продолжительность действия – 3–5 часов. Действие усиливается при приеме β-адренергических средств, антихолинергических средств, ИМАО, ТЦА и производных ксантина (например, теофиллина)

Формотерол ингаляционно используется для предотвращения приступов астмы или хронической обструктивной болезни легких, но не для купирования уже начавшегося приступа. Оптимальным применением формотерола является профилактика бронхоспазма при физической нагрузке или при неизбежном контакте с установленным аллергеном. Продолжительность действия формотерола составляет 12 ч.

Холинергическая система в бронхах представлена М_1-, М_2– и М_3-холинорецепторами. М_1-рецепторы экспрессируются эпителиальными клетками, где они играют модулирующую роль в секреции электролитов и воды. М_2-рецепторы экспрессируются нейронами, где они функционируют как ауторецепторы, ингибируя высвобождение ацетилхолина как из преганглионарных нервов, так и из окончаний парасимпатических нервов. М_3-рецепторы, являются доминирующим подтипом рецепторов в регуляции секреции слизи из подслизистых желез и сокращении гладкой мускулатуры дыхательных путей. М_3-рецепторы связаны с подсемейством Gq-белков, из которых Gαq экспрессируется в гладких мышцах дыхательных путей. Активация G-белка приводит к Gαq-опосредованной стимуляции фосфолипазы-C, которая вызывает превращение PIP2 в два вторичных мессенджера – инозитол-1,4,5-трифосфат (IP3) и диацилглицерол (DAG). Затем IP3 диффундирует в цитозоль и увеличивает высвобождение Ca2+ из саркоплазматического ретикулума. Повышение свободного внутриклеточного Ca2+ затем увеличивает проводимость рианодиновых каналов, что в конечном счете приводит к значительному увеличению концентрации внутриклеточного Ca2+ и, как следствие, сокращению гладких мышц бронхов. Таким образом, мускариновые М_3-рецепторы являются основной мишенью для бронхолитиков из группы М-холиноблокирующих средств.

Ипратропия бромид ингибирует М_3-мускариновые рецепторы, что приводит к расслаблению гладкой мускулатуры бронхов и бронходилатации за счет снижения влияния блуждающего нерва. Начало действия при ингаляционном применении обычно наступает через 15–30 мин. и длится от трех до пяти часов. Ипратропий более эффективен при купировании бронхоконстрикции, связанной с ХОБЛ, чем при бронхиальной астме.

Побочные эффекты: сухость во рту, запор, тахикардия, сердцебиение, аритмии, тошнота и рвота, головные боли, головокружение, мидриаз, повышение внутриглазного давления, задержка мочи.

Тиотропий – бронходилататор длительного действия, применяемый при лечении ХОБЛ и бронхиальной астмы. Тиотропий действует на все типы (М_1 – М_5) мускариновых рецепторов, но в дыхательных путях принципиально блокирующее влияние оказывает на М_3-рецепторы, что вызывает расслабление гладкой мускулатуры и расширение бронхов. Бронхолитическое действие зависит от дозы и сохраняется в течение 24 ч. Значительная продолжительность действия обусловлена медленной диссоциацией тиотропия от М_3-рецепторов. Побочные эффекты сходны с ипратропия бромидом и обозначаются термином «атропиноподобное» действие.

Для метилксантинов было предложено несколько механизмов действия, но ни один из них не принят окончательно. Показано, что в высоких концентрациях они ингибируют несколько типов фосфодиэстеразы (ФДЭ) in vitro, повышая концентрацию внутриклеточного цАМФ и, в некоторых тканях, цГМФ. Циклический АМФ регулирует многие клеточные функции, включая расслабление гладкой мускулатуры и снижение иммунной и воспалительной активности специфических клеток. Из различных идентифицированных изоформ ФДЭ ингибирование ФДЭ-3, по-видимому, больше всего связано с расслаблением гладкой мускулатуры дыхательных путей, а ингибирование ФДЭ-4 – с ингибированием высвобождения цитокинов и хемокинов, что снижает миграцию и активацию иммунных клеток. Другой предполагаемый механизм бронхолитического действия препаратов этого класса – ингибирование аденозиновых рецепторов на поверхности клеток. Третий предполагаемый механизм действия теофиллина – усиление деацетилирования гистонов. Бронходилатация, вызываемая метилксантинами, является основным терапевтическим действием при бронхиальной астме. Толерантность не развивается, но побочные эффекты, особенно со стороны ЦНС, ограничивают дозу метилксантинов. Помимо воздействия на гладкую мускулатуру дыхательных путей, эти средства ингибируют антиген-индуцированное высвобождение гистамина из легочной ткани.

Все метилксантины вызывают умеренную стимуляцию функции ЦНС и ослабление чувства утомления. Метилксантины оказывают положительное хронотропное и инотропное действие на сердце. Клиническое выражение этого влияния на сердечно-сосудистую систему имеет индивидуальные вариации. Потребление напитков, содержащих метилксантины, обычно вызывает легкую тахикардию, увеличение сердечного выброса, увеличение периферического сопротивления, что может потенциально незначительно повышать артериальное давление. Высокие дозы этих препаратов расслабляют сосуды за исключением сосудов головного мозга, где они вызывают их сокращение.

Теофиллин. Среди ксантинов наиболее эффективным бронхолитиком является теофиллин. Он устраняет обструкцию дыхательных путей при приступе астмы и уменьшает тяжесть симптомов у пациентов с хронической астмой. Однако высокая эффективность и безопасность других препаратов, особенно ингаляционных β2-агонистов и ингаляционных кортикостероидов, а также токсичность и необходимость мониторинга концентрации теофиллина в крови сделали его резервным препаратом при лечении бронхиальной астмы.

Глюкокортикостероиды (ГК) являются терапией первой линии для контроля воспаления дыхательных путей при астме. Они связываются с внутриклеточными глюкокортикоидными рецепторами, вызывая усиление экспрессии противовоспалительных генов и подавление активации провоспалительных генов, в частности, в астматических дыхательных путях.

ГК действуют через геномные и негеномные механизмы. Угнетение воспаления дыхательных путей в основном связано с геномным механизмом. Геномные механизмы обусловлены связыванием глюкокортикоидов с глюкокортикоидными рецепторами (ГР) в цитоплазме и транслокацией комплекса ГК/ГР в ядро. В ядре комплекс ГК/ГР модифицирует транскрипцию специфических генов за счет прямого связывания с ДНК или инактивации фактора транскрипции. Ингаляционные глюкокортикоиды подавляют воспаление в дыхательных путях, активируя противовоспалительные гены, отключая экспрессию воспалительных генов и ингибируя воспалительные клетки.

Негеномные действия опосредуются специфическим взаимодействием с мембраносвязанными или цитоплазматическими глюкокортикоидными рецепторами или неспецифическим взаимодействием с клеточной мембраной. При этом ГК усиливают передачу бета2-адренергических сигналов за счет увеличения экспрессии и функции бета2-рецепторов.

Краткосрочные эффекты ГК заключаются в снижении вазодилатации и проницаемости капилляров, а также в уменьшении миграции лейкоцитов в очаги воспаления. ГК, связывающиеся с ГР, опосредуют изменения в экспрессии генов, которые приводят к множественным последующим эффектам в течение нескольких часов или дней.

Глюкокортикоиды ингибируют апоптоз нейтрофилов; ингибируют фосфолипазу А2, что снижает образование производных арахидоновой кислоты (простагландинов и лейкотриенов); они ингибируют N-каппа B и другие воспалительные факторы транскрипции; они способствуют активизации противовоспалительных генов, таких как интерлейкин 10.

Меньшие дозы ГК оказывают противовоспалительное действие, а более высокие дозы – иммунодепрессивное. Высокие дозы глюкокортикоидов в течение длительного периода времени связываются с минералокортикоидными рецепторами, повышая уровень натрия и снижая уровень калия.

Применение ГК для лечения бронхиальной астмы показывает их эффективность в улучшении всех показателей контроля астмы: тяжести симптомов, тестов калибра дыхательных путей и реактивности бронхов, частоты обострений и качества жизни. Из-за тяжелых побочных эффектов при длительном применении пероральные и парентеральные кортикостероиды предназначены для пациентов, которым требуется неотложное лечение, т. е. тем, у кого не наступило адекватное улучшение при применении бронходилататоров или у которых наблюдается ухудшение симптомов, несмотря на поддерживающую терапию. Ингаляционное лечение – наиболее эффективный способ избежать системных побочных эффектов терапии кортикостероидами.

Беклометазон применяют главным образом для профилактики приступов бронхоспазма, он эффективен только при регулярном применении. Эффект развивается постепенно и достигает максимума на 5–7-е сутки от начала использования. Обладает выраженным противоаллергическим, противовоспалительным и противоотечным действием. Уменьшает эозинофильную инфильтрацию легочной ткани, снижает гиперреактивность бронхов, улучшает показатели функции внешнего дыхания, восстанавливает чувствительность бронхов к бронхолитическим средствам. Применяют 2–4 раза в сутки. Побочные эффекты: дисфония (изменение или охриплость голоса), чувство жжения в зеве и гортани, крайне редко – парадоксальный бронхоспазм. При длительном применении может развиться кандидамикоз ротовой полости и глотки.

Будесонид – кортикостероид, используемый для лечения бронихальной астмы, ХОБЛ, сенной лихорадки и других видов аллергии. По фармакологическим свойствам и применению сходен с беклометазоном, но имеет ряд отличий. Будесонид имеет более продолжительное действие, в связи с этим его применяют 1–2 раза в сутки.

Мометазон при ингаляционном применении обладает низкой биодоступностью (10 % у пациентов с бронхиальной астмой). Это обусловлено низким всасыванием с поверхности бронхов и высоким пресистемным метаболизмом. Фармакотерапевтическое действие при бронхиальной астме начинается через 24 ч. и нарастает постепенно, достигая максимума в течение 1–2 нед. Назначается обычно 1 раз в сутки, в вечернее время (доза и кратность применения могут увеличиваться при тяжелом течении заболевания). Помимо бронхиальной астмы, используется ингаляционно при ХОБЛ, интраназально при аллергическом рините и полипозе носовой полости.

Кромоглициевая кислота (кромогликат или кромолин натрия) – синтетическое соединение, ингибирует вызванные антигенами бронхоспазмы и используется для лечения бронхиальной астмы и аллергического ринита. Является противовоспалительным средством, предотвращает активацию и дегрануляцию тучных клеток и выделение гистамина путем ингибирования в клетке транспорта хлоридов и протеинкиназы С. Кромоглициевая кислота также может ингибировать хемотаксис нейтрофилов и NADPH-оксидазу нейтрофилов, индуцированную свободными радикалами.

Клинически кромолин неэффективен при лечении острых приступов астмы, включая астматический статус. Он действует исключительно как профилактическое средство при лечении хронических симптомов бронхиальной астмы. Максимальная эффективность достигается после 4 недель лечения.

Недокромил по свойствам сходен с кромоглициевой кислотой, но имеет отличную химическую структуру. Применяют ингаляционно, в системный кровоток всасывается 8–17 % вещества. Используют как средство профилактики бронхоспазма при бронхиальной астме.

Основным показанием к применению антагонистов лейкотриеновых рецепторов является лечение хронической астмы. Лейкотриены синтезируются из арахидоновой кислоты под действием 5-липоксигеназы во многих воспалительных клетках дыхательных путей. Арахидоновая кислота высвобождается из фосфолипидов клеточной мембраны в основном с помощью фосфолипазы А2. Циклооксигеназный путь вырабатывает тромбоксан и простагландины из арахидоновой кислоты. Кортикостероиды ингибируют фосфолипазу А2 и последующий синтез эйкозаноидных медиаторов воспаления, включая как простагландины, так и лейкотриены. Нестероидные противовоспалительные препараты, такие как аспирин, ингибируют циклооксигеназу.

Зилеутон ингибирует 5-липоксигеназу.

Монтелукаст, зафирлукаст – антагонисты цистеинил-лейкотриеновых рецепторов. Показания к их применению – профилактика и длительное лечение астмы, предотвращение бронхоспазма, вызванного физической нагрузкой, и облегчение симптомов аллергического ринита. Лейкотриены являются эйкозаноидными медиаторами воспаления, производными арахидоновой кислоты. Существует две группы лейкотриенов: одна с аминокислотными остатками, а другая – без них. Цистеиниллейкотриены (LTC4, LTD4 и LTE4) связываются с цистеиниллейкотриеновыми рецепторами (CysLT1 и CysLT2), что приводит к бронхоспазму, повышению сосудистой проницаемости, рекрутированию эозинофилов и хроническому воспалению. Доказано, что эозинофилы служат основным источником цистеинил лейкотриенов, а цистеинил лейкотриены очень важны для рекрутирования эозинофилов.

Омализумаб представляет собой гуманизированное моноклональное антитело IgG1/к, которое связывается с c-фрагментом иммуноглобулина IgE. Таким образом, он ингибирует основной медиатор пути реакции I типа. Связывая свободные молекулы IgE в кровотоке, он ингибирует активацию тучных клеток и базофилов. В результате количество рецепторов IgE на поверхности этих клеток со временем снижается, что считается критическим компонентом клинической эффективности препарата. Омализумаб также ингибирует связывание IgE с низкоаффинным рецептором IgE (fcεRI). Омализумаб используется при тяжелой аллергической астме и при хронической крапивнице. Препарат безопасен для длительного применения в отношении онкологической безопасности и может безопасно использоваться во время беременности и при лечении детей.

Эозинофильная астма признана важным подфенотипом астмы на основании картины воспалительного клеточного инфильтрата в дыхательных путях. При эозинофильной астме количество эозинофилов увеличивается в крови, легочной ткани и мокроте, выделяемой из дыхательных путей. Эозинофилы накапливаются в очагах аллергического воспаления, способствуют развитию бронхиальной астмы. Они высвобождают ряд медиаторов, в том числе специфические гранулярные белки, такие как главный основной белок (MBP), радикальные формы кислорода, цитокины, такие как гранулоцитарно-макрофагальный колониестимулирующий фактор (GM-CSF) и интерлейкин IL-8, и липидные медиаторы, такие как цистеинил лейкотриены (CysLT). Эозинофильная астма может быть связана с повышенной тяжестью астмы, атопией, поздним началом заболевания и резистентностью к стероидам.

Интерлейкин 5 (IL-5) играет центральную патогенную роль в дифференцировке, рекрутировании, выживании и дегрануляции эозинофилов. Следовательно, IL-5 является мишенью для дополнительной биологической терапии, основанной либо на ингибировании IL-5 (меполизумаб), либо на блокаде его рецептора (бенрализумаб).

Биологическим препаратом для лечения эозинофильной бронхиальной астмы является меполизумаб, антитело, связывающее IL-5 и предотвращающее его взаимодействие с рецептором IL-5 на эозинофилах. Эта блокада сигнала IL-5 снижает популяцию эозинофилов у пациентов с эозинофильной астмой, что приводит к клиническому улучшению.

Бенрализумаб представляет собой моноклональное антитело, нацеленное на α-субъединицу рецептора IL-5. Рандомизированные клинические исследования показали эффективность и безопасность препарата у пациентов с тяжелой астмой и повышенным уровнем эозинофилов.

Лекарственные средства, влияющие на сердечно-сосудистую систему

Мимо нас с автомобилем шествует большой активный пенсионер Григорий Миронович. Он идет, не боясь ветра, отдуваясь апоплексическим здоровьем.

Л. Лиходеев, «Я и мой автомобиль»

Антигипертензивные средства

Артериальная гипертензия (АГ) считается одной из ведущих причин роста сердечно-сосудистых заболеваний. Патогенез артериальной гипертензии является многофакторным и весьма сложен. Почки являются одновременно органом, способствующим гипертоническому процессу, и органом-мишенью, а заболевание включает взаимодействие многих систем органов и многочисленных механизмов независимых или взаимозависимых путей. Важнейшие факторы, которые играют важную роль в патогенезе артериальной (АГ) гипертензии, включают генетику, активацию нейрогормональных систем, таких как симпатическая нервная система и ренин-ангиотензин-альдостероновая система (РААС), ожирение, повышенное потребление соли с пищей.

Снижение артериального давления уменьшает риск сердечно-сосудистых заболеваний; поддержание систолического артериального давления ниже 130 мм рт. ст. достоверно предотвращает осложнения у пациентов с сердечной недостаточностью, сахарным диабетом, ишемической болезнью сердца, инсультом и другими сердечно-сосудистыми заболеваниями.

Нормальное артериальное давление (АД) – систолическое АД<120, диастолическое АД<80.

Повышенное АД – систолическое АД составляет от 120 до 130, а диастолическое АД<80.

Стадия 1 АГ – систолическое АД от 130 до 139 или диастолическое АД от 80 до 89.

Стадия 2 АГ – систолическое АД>140 или диастолическое >90.

Гипертонические кризы – систолическое АД>180 и/или диастолическое АД >120.

Основные принципы лечения первичной гипертензии:

• уменьшение объема циркулирующей крови (что снижает центральное венозное давление и сердечный выброс);

• уменьшение системного сосудистого сопротивления;

• уменьшение сердечного выброса за счет снижения частоты сердечных сокращений и ударного объема.

В соответствии с клиническими рекомендациями по лечению АГ наиболее целесообразно начинать лечение со следующих групп антигипертензивных средств:

• ингибиторы ангиотензинпревращающего фермента (иАПФ) – каптоприл, лизиноприл, рамиприл, эналаприл, фозиноприл;

• блокаторы рецепторов ангиотензина (БРА) – валсартан, кандесартан, ирбесартан, олмесартан и телмисартан;

• диуретики тиазидного ряда – гидрохлоротиазид, хлорталидон, индапамид;

• блокаторы кальциевых каналов (БКК) – нифедипин, амлодипин;

• β-адреноблокаторы (β-АБ) – пропранолол, метопролол, атенолол, небиволол.

Спектр антигипертензивных средств значительно шире. Представленные ниже средства используют при неэффективности или противопоказаниях для применения ЛС из основной группы.

Антигипертензивные средства нейротропного действия:

• α-адреноблокирующие средства – празозин, теразозин, доксазозин;

• средства, понижающие тонус вазомоторных центров, – клонидин, моксонидин, метилдопа.

Ингибиторы ренина:

• алискирен.

ЛС, снижающие активность ренин-ангиотензин-альдостероновой системы

Ренин-ангиотензин-альдостероновая система (РААС) – важный регулятор объема крови, электролитного баланса и системного сосудистого сопротивления. Помимо основных физиологических функций, РААС играет значительную роль в патофизиологических состояниях артериальной гипертензии, сердечной недостаточности, других сердечно-сосудистых и почечных заболеваниях.

Юкстагломерулярные (ЮГ) клетки, присутствующие в приносящих артериолах почек, содержат проренин. Активация ЮГ вызывает расщепление проренина до ренина. Активный ренин хранится в гранулах ЮГ клеток и высвобождается в кровоток при нарушении почечной перфузии или симпатической активации посредством бета1-адренорецепторов. Ренин, являющийся пептидазой, выделяется в кровь и выполняет первый этап активации РААС за счет превращения ангитензиногена в ангиотензин I. Это соединение не обладает биологической активностью, но является предшественником ангиотензина II. Превращение ангиотензина I в ангиотензин II осуществляется ангиотензинпревращающим ферментом (АПФ). Этот фермент экспрессируется на плазматических мембранах эндотелиальных клеток сосудов, преимущественно в малом круге кровообращения. Он отщепляет две аминокислоты от С-конца ангиотензина I с образованием пептида ангиотензина II, который является основным медиатором физиологических эффектов РААС, включая влияние на артериальное давление, регуляцию объема крови и секрецию альдостерона. Период полувыведения ангиотензина II в кровотоке очень короткий, менее 60 секунд.

В организме ангиотензин II за счет активации АТ1-рецепторов вызывает повышение тонуса сосудов (артериол), увеличивает секрецию альдостерона, в результате чего увеличивается реабсорбция ионов натрия в проксимальных извитых канальцах, как следствие, повышается реабсорбция воды и увеличивается объем циркулирующей крови; происходит активация симпатической нервной системы и выделение вазопрессина.

Ангиотензин II опосредует свое действие через связанные с G-белком мембранные АТ1-рецепторы.

Таким образом, РААС – ключевая система реализации гипертензивного действия. В этой связи ЛС, угнетающие активность РААС, являются важнейшими антигипертензивными средствами.

Ингибиторы ангиотензинпревращающего фермента

Ингибиторы АПФ обладают выраженным антигипертензивным действием за счет блокады образования ангиотензина II. Вследствие блокады АПФ они блокируют переход неактивного ангиотензина I в активный ангиотензин II. Кроме ангитензина I, АПФ также метаболизирует брадикинин. ИАПФ, блокируя его разрушение, повышают уровень брадикинина в крови, что может способствовать сосудорасширяющему действию иАПФ. В то же время повышение уровня брадикинина является причиной неприятного побочного эффекта иАПФ – сухого кашля, возникающего примерно у 10 % пациентов. С бранидикинином связывают возникновение ангионевротического отека, который встречается у 0,1–0,2 % пациентов. У пациентов с артериальной гипертензией, вызванной двусторонним стенозом почечных артерий, при применении иАПФ может развиться почечная недостаточность. Причина в том, что повышенный уровень циркулирующего и внутрипочечного ангиотензина II в этом состоянии сужает эфферентную артериолу в большей степени, чем афферентную артериолу в нефроне, что помогает поддерживать клубочковое капиллярное давление и фильтрацию. Устранение этого сужения путем блокирования образования циркулирующего и внутрипочечного ангиотензина II может вызвать резкое падение скорости клубочковой фильтрации. Ингибиторы АПФ противопоказаны при беременности, а также при ангионевротическом отеке в анамнезе.

Каптоприл. Механизм его антигипертензивного действия связан с конкурентным ингибированием активности АПФ, что приводит к снижению скорости превращения ангиотензина I в ангиотензин II. Кроме того, каптоприл оказывает влияние на кинин-калликреиновую систему, препятствуя разрушению брадикинина. Гипотензивный эффект не зависит от активности ренина плазмы, снижение АД отмечают при нормальной и даже сниженной концентрации гормона, что обусловлено воздействием на тканевую РААС. Каптоприл увеличивает коронарный и почечный кровоток. Показаниями для применения каптоприла являются артериальная гипертензия (в том числе реноваскулярная), хроническая сердечная недостаточность (в составе комбинированной терапии), нарушения функции левого желудочка после перенесенного инфаркта миокарда у пациентов, находящихся в клинически стабильном состоянии, диабетическая нефропатия при сахарном диабете I типа.

Благодаря сосудорасширяющему действию, каптоприл уменьшает ОПСС (постнагрузку), повышает минутный объем сердца и толерантность к нагрузке. При длительном применении уменьшает выраженность гипертрофии миокарда левого желудочка, предотвращает прогрессирование сердечной недостаточности и замедляет развитие дилатации левого желудочка. Способствует снижению содержания натрия у пациентов с хронической сердечной недостаточностью. Расширяет артерии в большей степени, чем вены. Улучшает кровоснабжение ишемизированного миокарда. Уменьшает агрегацию тромбоцитов. Понижает тонус выносящих артериол клубочков почек, улучшая внутриклубочковую гемодинамику, препятствует развитию диабетической нефропатии. Длительность действия каптоприла 5–6 часов, препарат назначают 2–3 раза в сутки.

Побочные эффекты: сухой кашель, головокружение, головная боль, чувство усталости, ортостатическая гипотензия, гиперкалиемия.

Лизиноприл медленно всасывается из ЖКТ, максимальная концентрация препарата в плазме крови достигается через 7 ч. Назначается 1 раз в сутки в одно и то же время.

Эналаприл является пролекарством, из которого в организме образуется активный метаболит эналаприлат. Назначается 1 раз в сутки в одно и то же время.

Рамиприл, подобно эналаприлу, является пролекарством, из которого в организме образуется активный метаболит рамиприлат. При приеме внутрь максимальная концентрация в плазме крови достигается через 2–4 ч., препарат назначается 1–2 раза в сутки.

Блокаторы ангиотензиновых рецепторов

Эти ЛС имеют очень схожие эффекты с иАПФ и используются по тем же показаниям (гипертония, сердечная недостаточность, постинфарктный период). Однако их механизм действия отличается от иАПФ, которые ингибируют образование ангиотензина II. БРА являются антагонистами рецепторов ангиотензина II типа 1 (AT1) в кровеносных сосудах и других тканях, таких как сердце. Эти рецепторы связаны с белком Gq и сигнальным путем IP3, активация которого стимулирует сокращение гладкой мускулатуры сосудов. Поскольку БРА не ингибируют действие АПФ, они не вызывают повышения уровня брадикинина и не вызывают таких побочных эффектов, как кашель и ангионевротический отек.

Подобно ингибиторам АПФ, БРА

• расширяют артерии и вены и снижают артериальное давление, преднагрузку и постнагрузку на сердце;

• понижают активацию симпатической адренергической активности, блокируя эффекты ангиотензина II;

• уменьшают объем циркулирующей крови за счет блокирования действия ангиотензина II в почках (натрийуретический и диуретический эффекты);

• блокируют стимулирующее действие ангиотензина II на секрецию альдостерона;

• ингибируют высвобождение антидиуретического гормона (вазопрессина);

• предотвращают ремоделирование сердца и сосудов, связанное с хронической гипертензией, сердечной недостаточностью и инфарктом миокарда.

БРА используют для лечения гипертонии и сердечной недостаточности.

Как класс препаратов, БРА имеют относительно низкую частоту побочных эффектов и хорошо переносятся. Поскольку они не повышают уровень брадикинина, как ингибиторы АПФ, частота сухого кашля и ангионевротического отека ниже, чем при применении ингибиторов АПФ. Использование БРА может привести к гиперкалиемии, как это происходит при применении ингибиторов АПФ, особенно у пациентов, принимающих калийсберегающие диуретики. У пациентов с двусторонним стенозом почечных артерий при назначении БРА может развиться почечная недостаточность. БРА противопоказаны при беременности.

Валсартан – специфический антагонист рецепторов ангиотензина II. Оказывает избирательное антагонистическое действие на AT1-рецепторы, которые ответственны за реализацию эффектов ангиотензина II. Сродство валсартана с AT1-рецепторами примерно в 20 000 раз выше, чем с AT2-рецепторами. Вследствие блокады AT1-рецепторов в плазме повышается концентрация ангиотензина II, который может стимулировать незаблокированные AT2-рецепторы. Не ингибирует АПФ. Не оказывает влияния на уровень общего холестерина, ТГ, глюкозы и мочевой кислоты в плазме крови. Начало антигипертензивного действия валсартана после его применения внутрь в однократной дозе наблюдается в течение 2 ч. после приема, максимальный эффект достигается в течение 4–6 ч. Назначается 1–2 раза в сутки.

Кандесартан блокирует АТ1-рецепторы, что приводит к уменьшению биологических эффектов ангиотензина II (опосредованных рецепторами данного типа), в том числе сосудосуживающего действия, стимулирующего влияние на высвобождение альдостерона, регуляцию солевого и водного гомеостаза и стимуляцию клеточного роста. Назначается внутрь 1 раз в сутки.

Телмисартан обладает очень высоким сродством с АТ1-подтипом рецепторов. Избирательно и длительно связываясь с рецепторами, телмисартан вытесняет ангиотензин II из связи с АТ1-рецепторами. Назначается 1 раз в сутки.

Тиазидные диуретики

Тиазиды (гидрохлоротиазид) и тиазидоподобные (хлорталидон, индапамид) диуретики являются препаратами первой линии для лечения артериальной гипертензии. Тиазидные диуретики могут использоваться в качестве терапии при АГ отдельно или в комбинации с другими антигипертензивными препаратами независимо от расы и во всех возрастных группах, если только у пациента нет признаков хронического заболевания почек, при котором показаны иАПФ или БРА II. Тиазидные диуретики действуют на эпителий почечных канальцев на уровне дистальных извитых канальцев и собирательных трубочек. В клетках эпителия дистальных извитых канальцев они ингибируют ко-транспортер ионов натрия и хлорида (NCC; Na+/Cl – cotransporter), расположенный в обращенной в просвет канальца мембране эпителиоцита.

Тиазидные диуретики также увеличивают реабсорбцию кальция в дистальных канальцах. Снижая концентрацию натрия в эпителиальных клетках канальцев, они косвенно повышают активность базолатерального антипортера Na+/Ca2+, который для поддержания внутриклеточного уровня Na+ способствует выходу Ca2+ из эпителиальных клеток в интерстиций почек. При этом внутриклеточная концентрация Са2+ снижается, что позволяет большему количеству Са2+ из просвета канальцев проникать в эпителиальные клетки через апикальные Са-селективные каналы TRPV5.

Тиазиды и тиазидоподобные средства менее эффективны, чем петлевые диуретики (препятствуют реабсорбции около 6–8 % натрия). Они действуют медленно, но имеют бо́льшую продолжительность действия, чем петлевые диуретики.

Механизм гипотензивного действия тиазидных диуретиков обусловлен уменьшением объема циркулирующей крови, снижением концентрации ионов натрия в стенке сосудов и, как следствие, уменьшением ее отека, собственным сосудорасширяющим действием, не связанным с мочегонным эффектом.

Побочные эффекты. Тиазидные диуретики вызывают гиперлипидемию, повышение уровня глюкозы в крови, гиперурикемию, что может спровоцировать острый приступ подагры. Среди электролитных нарушений важно отметить риск гипокалиемии, гипомагниемии и гипонатриемии.

Гидрохлоротиазид по структуре относится к тиазидным диуретикам. При приеме внутрь всасывается быстро, но не полно. Антигипертензивное действие проявляется в течение 3–4 дней и достигает максимума в течение 3–4 недель. После отмены препарата антигипертензивный эффект может сохраняться в течение 1 недели.

Индапамид – тиазидоподобный диуретик (в структуре молекулы отсутствует структура бензотиадиазина). При приеме внутрь быстро и полно абсорбируется, максимальная концентрация в плазме крови достигается через 1–2 ч. после приема обычной лекарственной формы и через 12 ч. после приема таблеток пролонгированного действия. При приеме в дозе 2,5 мг/сутки он практически не оказывает диуретического действия, однако вызывает снижение ОПСС и АД за счет миотропного компонента действия. Антигипертензивное действие после однократного применения продолжается в течение 24 ч. При регулярном применении антигипертензивное действие нарастает в течение 1–2 нед. и достигает максимума к 8–12-й неделе.

Хлорталидон – тиазидоподобный диуретик длительного действия. Относится к диуретикам средней эффективности. Диуретический эффект начинается через 2 ч., достигает максимума через 12 ч. и продолжается до 72 ч. Вызывает снижение повышенного АД. Гипотензивный эффект развивается постепенно, достигая максимума через 2–4 нед. после начала лечения. Кроме того, хлорталидон снижает полиурию у больных с несахарным диабетом, хотя механизм его действия не выяснен.

Блокаторы кальциевых каналов

Блокаторы кальциевых каналов (БКК) связываются с кальциевыми каналами L-типа на гладких мышцах сосудов, сердечных миоцитах и ткани сердечных узлов (синусовом и атриовентрикулярном узлах). Эти каналы регулируют поступление кальция в клетки. В гладких мышцах сосудов и сердечных миоцитах вход кальция в клетку стимулирует мышечное сокращение; в узлах ионы кальция играют важную роль в токах водителя ритма и в фазе 0 потенциала действия. За счет блокады входа кальция в клетку БКК вызывают расслабление гладкой мускулатуры сосудов и вазодилатацию, снижение сократимости миокарда (отрицательное инотропное действие), снижение частоты сердечных сокращений (отрицательное хронотропное действие) и снижение скорости проводимости (отрицательное дромотропное действие), особенно в атриовентрикулярном узле.

БКК применяют при лечении артериальной гипертензии, стенокардии и сердечных аритмий. Препараты этой группы вызывают расслабление гладкой мускулатуры сосудов, снижают системное сосудистое сопротивление, в результате чего снижается артериальное давление. Эти препараты, в первую очередь, воздействуют на резистентные артериальные сосуды с минимальным влиянием на емкостные сосуды вен. Некоторые БКК также снижают частоту сердечных сокращений и сократительную способность, что может привести к снижению сердечного выброса и снижению артериального давления.

Нифедипин – производное дигидропиридина, блокатор медленных кальциевых каналов L-типа. Тормозит поступление кальция в кардиомиоциты и клетки гладкой мускулатуры сосудов. Оказывает антиангинальное и антигипертензивное действие. Снижает тонус гладкой мускулатуры сосудов. Расширяет коронарные и периферические артерии, снижает ОПСС, АД и незначительно – сократимость миокарда, уменьшает постнагрузку и потребность миокарда в кислороде. Улучшает коронарный кровоток. Практически не обладает антиаритмической активностью. Не угнетает проводимость миокарда. Назначается внутрь 2–3 раза в сутки. Обладает эффектом первого прохождения через печень. Препараты нифедипина пролонгированного действия назначают 1 раз в сутки.

Амлодипин – производное дигидропиридина, блокатор медленных кальциевых каналов. Оказывает антиангинальное и гипотензивное действие. За счет блокады кальциевых каналов снижает вход ионов кальция в клетку (в большей степени в гладкомышечные клетки сосудов, чем в кардиомиоциты). Антиангинальное действие обусловлено расширением коронарных и периферических артерий и артериол; при стенокардии снижает выраженность ишемии миокарда; расширяя периферические артериолы, снижает ОПСС; уменьшает преднагрузку на сердце, потребность миокарда в кислороде. Расширяет главные коронарные артерии и артериолы в неизмененных и ишемизированных зонах миокарда, увеличивает поступление кислорода в миокард (особенно при вазоспастической стенокардии); предотвращает развитие спазма коронарных артерий (в том числе вызванного курением). У больных стенокардией разовая суточная доза повышает толерантность к физической нагрузке, задерживает развитие очередного приступа стенокардии и ишемической депрессии сегмента ST; снижает частоту приступов стенокардии и потребление нитроглицерина. Амлодипин оказывает длительный дозозависимый гипотензивный эффект, который обусловлен прямым вазодилатирующим влиянием на гладкие мышцы сосудов. При артериальной гипертензии разовая суточная доза амлодипина обеспечивает клинически значимое снижение АД на протяжении 24 ч. Уменьшает степень гипертрофии миокарда левого желудочка.

Бета-адреноблокаторы

Бета-блокаторы используются для лечения гипертонии, стенокардии, инфаркта миокарда, аритмии и сердечной недостаточности.

Препараты этой группы связываются с бета-адренорецепторами и предотвращают их активацию норадреналином и адреналином, нарушая таким образом симпатические влияния на органы.

Рис. 18. Бета-адреноблокаторы предотвращают активацию бета-адренорецепторов эпинефрином и норэпинефрином

Бета-блокаторы первого поколения (пропранолол) неселективны, то есть они блокируют как β1-, так и β2-адренорецепторы.

Бета-блокаторы второго поколения (атенолол, метопролол) более избирательно действуют на сердце, поскольку они относительно селективны в отношении β1-адренорецепторов. Важно отметить, что эта относительная селективность снижается при более высоких дозах препарата.

Наконец, бета-адреноблокаторы третьего поколения (небиволол) – это препараты, которые наряду с блокадой β1-адренорецепторов дополнительно обладают сосудорасширяющим действием за счет блокады альфа-адренорецепторов сосудов или способствуют выработке оксида азота.

Антигипертензивное действие бета-адреноблокаторов обусловлено несколькими факторами. Они снижают артериальное давление за счет снижения сердечного выброса. Развитие гипертензии связано с повышением тонуса сосудов, увеличением объема циркулирующей крови и сердечного выброса. Таким образом, снижение сердечного выброса с помощью бета-блокаторов может быть эффективным методом лечения артериальной гипертензии, особенно в комбинации с диуретиками. Однократное введение бета-блокаторов незначительно снижает артериальное давление из-за увеличения системного сосудистого сопротивления. Длительное лечение бета-адреноблокаторами снижает артериальное давление в большей степени благодаря уменьшению высвобождения ренина почками (высвобождение которого частично регулируется β1-адренорецепторами в почках). Снижение уровня ренина в плазме приводит к уменьшению уровня ангиотензина II и альдостерона, что увеличивает выведение натрия и воды почками и дополнительно снижает артериальное давление. Артериальная гипертензия у некоторых больных обусловлена эмоциональным напряжением, вызывающим усиление симпатической активности. Бета-блокаторы могут быть очень эффективны у таких пациентов.

Побочные действия бета-блокаторов: бронхоспазм, холодные конечности, усталость, увеличение веса, депрессия, одышка, нарушение засыпания. Препараты этой группы могут маскировать гипогликемию при сахарном диабете, увеличивают уровень триглицеридов и уменьшают содержание в крови липопротеинов высокой плотности.

Пропранолол – неселективный бета1-, бета2-адреноблокатор. При однократном применении пропранолол снижает АД в основном за счет уменьшения сердечного выброса (уменьшения силы и частоты сокращений сердца), однако тонус сосудов и ОПСС повышаются вследствие блокады β2-адренорецепторов. Стабильное снижение тонуса сосудов и АД при систематическом применении пропранолола объясняют несколькими причинами: уменьшением минутного объема крови (снижается сила и частота сердечных сокращений); снижением (на 60 %) выделения ренина юкстагломерулярными клетками почек, в результате чего снижается синтез ангиотензина II; восстановлением барорецепторного депрессорного рефлекса (при гипертонической болезни этот рефлекс подавлен вследствие снижения чувствительности барорецепторов дуги аорты); уменьшением выделения норадреналина окончаниями адренергических волокон (вследствие блокады пресинаптических β2-адренорецепторов); угнетением центральных звеньев симпатической регуляции сосудистого тонуса.

Кардиоселективные средства метопролол и атенолол – наиболее широко используемые при лечении артериальной гипертензии β1-блокаторы. Метопролол и пропанолол с примерно одинаковой эффективностью блокируют стимуляцию β1-адренорецепторов в сердце, но эффективность метопролола в отношении блокирования β2-рецепторов в 50–100 раз меньше, чем у пропанолола. Такая относительная кардиоселективность может быть полезна при лечении пациентов с артериальной гипертензией, которые также страдают от астмы, диабета или заболевания периферических сосудов. Хотя кардиоселективность не является полной, метопролол в меньшей степени, чем пропанолол, вызывает бронхоспазм в дозах, которые дают равнозначное угнетение ответов β1-адренорецепторов.

Антигипертензивные средства разных фармакологических групп

Празозин, теразозин и доксазозин оказывают большинство своих антигипертензивных эффектов за счет блокады α1-адренорецепторов в артериолах и венулах. Эти средства вызывают меньшую рефлекторную тахикардию при снижении артериального давления, чем неселективные α-адреноблокаторы.

Таблица 17. Показания к применению бета-адреноблокаторов

ГБ – гипертоническая болезнь, ИМ – инфаркт миокарда, СН – сердечная недостаточность

Альфа-адреноблокаторы снижают артериальное давление, расширяя как резистентные, так и емкостные сосуды. Артериальное давление снижается больше в положении стоя, чем в положении лежа на спине. При назначении без мочегонных средств на фоне блокаторов α1-рецепторов в организме задерживаются вода и натрия хлорид. Препараты более эффективны при использовании в комбинации с другими средствами, такими как β-блокаторы и диуретики, чем при использовании в виде монотерапии. В связи с их позитивным воздействием на мужчин с гиперплазией предстательной железы и симптомами обструкции мочевого пузыря эти препараты используются главным образом у мужчин с сопутствующей гипертензией и доброкачественной гиперплазией предстательной железы.

Клонидин – антигипертензивное средство центрального действия. Механизм действия клонидина обусловлен стимуляцией постсинаптических α_2-адренорецепторов и I_1-имидазолиновых рецепторов, которые тормозят активность нейронов центральных структур симпатической системы, сосудодвигательного центра продолговатого мозга, что приводит к уменьшению активирующего влияния на сердце и сосуды. Гипотензивный эффект обусловлен снижением ОПСС, уменьшением ЧСС и сердечного выброса. При быстром в/в введении возможно кратковременное повышение АД, обусловленное стимуляцией постсинаптических адренорецепторов сосудов. Увеличивает почечный кровоток; повышает тонус сосудов мозга, уменьшает мозговой кровоток; оказывает выраженное седативное действие. Клонидин потенцирует действие снотворных средств наркотического типа и этанола. При резком прекращении приема клонидина возникает синдром отмены, который может выразиться в развитии гипертензивного криза. В этой связи отмену препарата производят с постепенным снижением дозы в течение 7–10 дней. Из других свойств клонидина следует отметить способность снижать внутриглазное давление за счет уменьшения секреции внутриглазной жидкости (применяют в виде глазных капель при открытоугольной форме глаукомы), а также центральное болеутоляющее действие (применяют в качестве неопиоидного анальгетика центрального действия).

Побочные действия: сухость во рту, усталость, слабость, головная боль, нервозность, нарушение сексуальной функции.

Метилдопа представляет собой аналог леводопы и превращается в α-метилдофамин и α-метилнорадреналин, который накапливается в адренергических нервных везикулах, где он заменяет норадреналин и высвобождается при стимуляции нервов для взаимодействия с постсинаптическими адренорецепторами.

Антигипертензивное действие метилдопы, по-видимому, обусловлено стимуляцией центральных α2-адренорецепторов α-метилнорадреналином или α-метилдофамином, обладающих высоким аффинитетом к этим рецепторам. Снижает артериальное давление в основном за счет уменьшения периферического сосудистого сопротивления с уменьшением частоты сердечных сокращений и сердечного выброса. Метилдопа является препаратом выбора при беременности.

Моксонидин – производное имидазолина, агонист I_1-имидазолиновых рецепторов. Эти рецепторы расположены на нейронах ядра солитарного тракта, контролирующих симпатическую регуляцию и оказывают тормозное влияние на симпатическую активность. Продолжительность действия моксонидина составляет более 12 ч. Моксонидин применяют для систематического лечения АГ, при этом суточную дозу (0,4 мг) делят на два приема.

Из побочных эффектов отмечают седативное действие, слабость, утомляемость, сухость во рту, ангионевротический отек, синдром отмены.

Алискирен – прямой ингибитор ренина. Снижает артериальное давление за счет инактивации ренина, что препятствует развитию каскада событий, приводящих к активации ангиотензина II. Алискирен применяют для лечения артериальной гипертензии у детей старше 6 лет и взрослых. Этот препарат также можно использовать в сочетании с антигипертензивными средствами, такими как блокаторы кальциевых каналов и тиазиды.

Средства, применяемые при ишемической болезни сердца

Птица, спящая в его груди, вдруг проснулась и превратилась в хищного коршуна, который забил тугими крыльями, стремясь вырваться из тесной клетки. Разъяренное существо царапало его грудь клювом и когтями, и Фокс стал задыхаться от боли и страха. Бешеное трепетание, метание из стороны в сторону и тяжесть, навалившаяся ему на грудь, порождали невыразимый страх, острая боль отдавалась в затылке. Ему хотелось разодрать себе грудь, сломать хрупкие ребра, чтобы выпустить наружу этот ужас. Про себя он кричал и рыдал, стремясь заполнить страшную пустоту воплями мучительной агонии. Но он не мог даже пошевельнуться.

М. Уилсон, «Живи с молнией»

Ишемическая болезнь сердца (ИБС), также называемая коронарной недостаточностью, стенокардией, – термин, обозначающий синдром, вызванный сужением коронарных артерий, снабжающих кровью сердечную мышцу. Хотя сужение может быть вызвано тромбом или спазмом кровеносного сосуда, чаще всего оно вызвано образованием атеросклеротических бляшек, образующихся при атеросклерозе. Большинство людей с вначале небольшим (менее 50 %) сужением просвета сосудов на ранних стадиях ИБС не испытывают симптомов ограничения кровотока. Однако по мере прогрессирования атеросклероза, особенно если его не лечить, могут появиться симптомы заболевания. Они чаще всего возникают во время физической нагрузки или эмоционального стресса, когда увеличивается потребность в кислороде, переносимом кровью.

Дискомфорт, возникающий, при дефиците кислорода в сердечной мышце, называется стенокардией. Это клинический синдром, характеризующийся неприятными ощущениями или болью в груди, челюсти, плече, спине или руках, которые обычно усиливается при физической нагрузке или эмоциональном стрессе и быстро проходят после отдыха или приема нитроглицерина. Стенокардия обычно возникает у пациентов с ИБС, но также может возникать у лиц с пороками клапанов, гипертрофической кардиомиопатией и неконтролируемой артериальной гипертензией. Нечасто у пациентов с нормальными коронарными артериями может возникать стенокардия, связанная с коронарным спазмом (вазоспастическая стенокардия) или дисфункцией эндотелия (микроваскулярная стенокардия). Стенокардия возникает, когда сердечная нагрузка и результирующая потребность миокарда в кислороде превышают способность коронарных артерий поставлять достаточное количество насыщенной кислородом крови.

Рис. 19. Сужение просвета коронарного сосуда, вызванное атерокслеротической бляшкой, тромбом или спазмом, нарушает кровоснабжение миокарда, что приводит к гипоксии ишемизированного участка

Таблица 18. Лекарственная терапия стенокардии

Нитроглицерин является мощным релаксантом гладкой мускулатуры и сосудорасширяющим средством. Его основные мишени находятся в периферическом сосудистом русле, особенно в венозной (емкостной) системе, а также в коронарных кровеносных сосудах. Даже при выраженном атеросклерозе пораженные сосуды могут расширяться в тех областях, где нет атеросклеротических бляшек.

Известно, что нитроглицерин является донатором NO, эндотелиального релаксирующего фактора, который выделяется в системный кровоток эндотелиоцитами капилляров в ответ на гипоксию. Из крови он поступает в гладкомышечные волокна как емкостных, так и резистивных сосудов, где, частично преобразуясь в S-нитрозотиолы, активирует цитозольную гуанилатциклазу, способствуя накоплению циклического гуанозинмонофосфата. Это приводит к снижению содержания кальция в цитозоле гладкомышечных клеток и расслаблению гладких мышц сосудов. Нитроглицерин снижает систолическое АД, общее периферическое сосудистое сопротивление за счет снижения тонуса резистивных сосудов (артерий) и расширяет емкостные сосуды (вены), уменьшая венозный возврат крови и напряжение стенки миокарда, что является основными факторами, определяющим потребность миокарда в кислороде. Нитроглицерин активирует коллатеральное кровообращение, перенаправляя оксигенированную кровь в зону ишемии.

Назначают нитроглицерин сублингвально при остром приступе или для профилактики перед прогнозируемой стрессовой ситуацией или физической нагрузкой (следует иметь в виду, что при приеме внутрь нитроглицерин разрушается при первом прохождении через печень на 99 %). Резкое облегчение обычно наступает в течение 1,5–3 мин., достигает максимума примерно через 5 мин. и продолжается до 30 мин. Дозу можно повторять до 3 раз, если облегчение неполное. Пациенты должны всегда носить с собой нитроглицерин в таблетках или аэрозольном спрее для немедленного применения в начале приступа стенокардии. Таблетки следует хранить в плотно закрытой светонепроницаемой стеклянной таре, чтобы сохранить их активность.

Антиагреганты за счет различных механизмов угнетают агрегацию тромбоцитов. Ацетилсалициловая кислота необратимо ингибирует циклооксигеназу, что приводит к нарушению синтеза тромбоксана в тромбоцитах и угнетению их агрегации. Тромбоциты не имеют ядра, поэтому необратимое ингибировали синтеза тромбоксана остается до конца жизни тромбоцита (около 5 дней). Этим обусловлено длительное действие ацетилсалициловой кислоты.

Другие антиагреганты (например, клопидогрел, прасугрел и тикагрелор) блокируют агрегацию тромбоцитов, уменьшают связывание аденозиндифосфата (АДФ) с P2Y12-рецепторами на тромбоцитах и последующую активацию рецепторов гликопротеина IIb/IIIa под действием АДФ. Эти препараты могут снизить риск ишемических событий (инфаркт миокарда, внезапная смерть), но наиболее эффективны при приеме с ацетилсалициловой кислотой.

Бета-блокаторы уменьшают симптоматику стенокардии и предотвращают инфаркт и внезапную смерть эффективнее, чем другие препараты. Бета-блокаторы угнетают симпатическую стимуляцию сердца и за счет блокады β1-рецепторов сердца снижают систолическое АД, частоту сердечных сокращений, сократительную способность и сердечный выброс, уменьшая потребность миокарда в кислороде и повышая толерантность к физической нагрузке. Бета-блокаторы также повышают порог фибрилляции желудочков. Большинство пациентов хорошо переносят эти препараты. Дозу титруют вверх по мере необходимости до тех пор, пока она не станет ограничиваться брадикардией или побочными эффектами (бронхоспазм). Для уменьшения риска возникновения бронхоспазма (например, страдающим бронхиальной астмой) целесообразно использовать кардиоселективные бета-блокаторы (например, метопролол, атенолол, бисопролол). Пациентам, которые не переносят бета-блокаторы, назначают блокаторы кальциевых каналов с отрицательным хронотропным эффектом (например, дилтиазем, верапамил).

Нитраты длительного действия используются, если симптомы сохраняются после максимальной дозы бета-блокаторов. Пероральные нитраты включают изосорбида динитрат и мононитрат (активный метаболит динитрата). Они имеют латентный период 10–15 мин.; их эффект длится от 4 до 6 часов. Накожные пластыри с нитроглицерином конкурируют с препаратами изосорбида. Пластыри медленно высвобождают нитроглицерин, обеспечивая его пролонгированное действие; переносимость физических нагрузок улучшается через 4 ч. после применения пластыря и снижается через 18–24 ч. К нитратам может развиться толерантность, особенно при постоянной концентрации в плазме. Для нитроглицерина интервал в 8–10 ч. бывает достаточен для восстановления активности. Изосорбид может потребовать 12-часового интервала.

Блокаторы кальциевых каналов могут использоваться, если симптомы сохраняются, несмотря на прием нитратов, или если нитраты не переносятся. Блокаторы кальциевых каналов особенно эффективны при наличии гипертензии или спазма коронарных сосудов (вариантная стенокардия). Различные типы блокаторов кальциевых каналов имеют разные эффекты.

Дигидропиридины (например, нифедипин, амлодипин, фелодипин) не имеют хронотропных эффектов и существенно различаются по своим отрицательным инотропным эффектам.

Дигидропиридины короткого действия могут вызывать рефлекторную тахикардию и связаны с повышенной смертностью у пациентов с ИБС; их не следует использовать для лечения стабильной стенокардии.

Препараты дигидропиридинов длительного действия вызывают менее выраженную тахикардию; они чаще всего используются с бета-блокаторами.

Среди дигидропиридинов длительного действия амлодипин обладает самым слабым отрицательным инотропным действием; его можно использовать у пациентов с систолической дисфункцией левого желудочка.

Дилтиазем и верапамил, так называемые недигидропиридиновые блокаторы кальциевых каналов, обладают отрицательными хронотропными и инотропными эффектами. Их можно использовать отдельно у пациентов с непереносимостью бета-блокаторов или астмой и нормальной систолической функцией левого желудочка, но они могут увеличить сердечно-сосудистую смертность у пациентов с систолической дисфункцией левого желудочка.

Ранолазин блокирует медленные натриевые каналы в миокарде желудочков, действует путем уменьшения позднего тока натрия (INa), который облегчает проникновение кальция через натриево-кальциевый обменник. Снижение внутриклеточной концентрации кальция, связанное с применением ранолазина, уменьшает диастолическое напряжение и сократительную способность сердца. Поскольку ранолазин также может удлинять интервал QTc, его обычно назначают пациентам, у которых симптомы сохраняются несмотря на оптимальное лечение другими антиангинальными препаратами. Головокружение, головная боль, запор и тошнота являются наиболее частыми побочными эффектами.

Ивабрадин является ингибитором синусового узла за счет блокады входящего потока натрия/калия в f-каналах (funny) клеток синусового узла, снижая частоту сердечных сокращений без угнетения сократительной способности миокарда. Его можно использовать для симптоматического лечения хронической стабильной стенокардии у пациентов с нормальным синусовым ритмом, которые не могут принимать бета-адреноблокаторы, или в комбинации с бета-адреноблокаторами у пациентов, недостаточно контролируемых только бета-адреноблокаторами, с частотой сердечных сокращений >60 уд./мин.

Антиаритмические средства

Эта ночь бесконечна была,

Я не смел, я боялся уснуть:

Два мучительно-черных крыла

Тяжело мне ложились на грудь.

На призывы ж тех крыльев в ответ

Трепетал, замирая, птенец,

И не знал я, придет ли рассвет

Или это уж полный конец…

И. Ф. Анненский, «Утро»

Нормальный сердечный ритм генерируется и управляется спонтанной активацией пейсмекерных клеток синоатриального (СА) узла, расположенного в задней стенке правого предсердия. В покое синусно-атриальный ритм и, следовательно, частота сердечных сокращений, генерируемых СА-узлом, обычно составляет 60–80 ударов в минуту. Активность СА узла находится под контролем вегетативной нервной системы. Эфферентные волокна блуждающего нерва, иннервирующие СА-узел, высвобождают ацетилхолин, который связывается с М_2-рецепторами на клетках СA узла, вызывая снижение скорости возбуждения и, следовательно, частоты импульсов, направляемых в проводящую систему сердца. Симпатические нервы выделяют норадреналин, который связывается с бета1-адренорецепторами клеток СA узла и стимулируют частоту импульсов, вызывая тахикардию. Синусовый узел генерирует импульсы с наиболее высокой частотой во всей проводящей системе. За счет этого генерация импульсов нижерасположенных элементов проводящей системы подавляется («обнуляется») из-за более высокого уровня автоматизма синусового узла.

При нормальном синусовом ритме импульсы, генерируемые СА-узлом, возбуждают предсердия и через атриовентрикулярный (АВ) узел проходят в желудочки через пучок Гиса, который разветвляется на левую и правую ножки, переходя далее в волокна Пуркинье, которые подходят к кардиомиоцитам желудочков. В норме при этом последовательно возникают сокращения предсердий, а затем желудочков.

Рис. 20. Потенциал действия одиночной клетки миокарда желудочка: 1 – быстрая деполяризация; 2 – начальная быстрая реполяризация; 3 – медленная реполяризация (плато); 4 – конечная быстрая реполяризация. Стрелками показаны преобладающие потоки ионов, ответственных за формирование различных фаз потенциала действия

1-я фаза – быстрая деполяризация – обусловлена последовательным открытием быстрых натриевых и медленных натрий-кальциевых каналов. Быстрые натриевые каналы открываются при деполяризации мебраны до уровня -70 мВ и закрываются при деполяризации мембраны до -40 мВ. Натрий-кальциевые каналы открываются при деполяризации мембраны до -40 мВ и закрываются при исчезновении поляризации мембраны. За счет открытия этих каналов происходит реверсия потенциала мембраны до + 30–40 мВ.

2-я фаза – начальная быстрая реполяризация – обусловлена повышением проницаемости мембраны для ионов хлора.

3-я фаза – медленная реполяризация или плато – обусловлена взаимодействием двух ионных токов: медленного натрий-кальциевого (деполяризующего) и медленного калиевого (реполяризующего) через специальные медленные калиевые каналы (каналы аномального выпрямления).

4-я фаза – конечная быстрая реполяризация. Эта фаза обусловлена закрытием кальциевых каналов и активацией быстрых калиевых каналов.

Аритмии классифицируют по локализации:

• наджелудочковые, или суправентрикулярные, когда источник расположен выше АВ узла;

• желудочковые, или вентрикулярные. Их источник находится в ножках и разветвлениях пучка Гиса, волокнах Пуркинье и рабочем миокарде желудочков;

По влиянию на ЧСС:

• брадисистолические (протекающие со снижением ЧСС ниже 60 уд./мин.);

• тахисистолические (протекающие с повышением ЧСС);

По механизму развития:

• блокады (развиваются в результате снижения проводимости);

• экстрасистолии (развиваются в результате повышения автоматизма);

• аритмии повторного входа (reentry-аритмии, они развиваются в результате нарушения проводимости).

Классификация антиаритмических средств

Средства, применяемые при тахиаритмиях и экстрасистолии

• Класс I: антиаритмические средства класса I ингибируют быстрые Na- каналы в неузловых тканях миокарда и подразделяются на 3 категории (А, В и С) в зависимости от скорости их диссоциации от натриевых каналов. Все препараты этого класса в разной степени степени снижают скорость проводимости за счет замедления фазы 0 (деполяризации).

• Класс II: препараты класса II представляют собой бета-блокаторы, которые воздействуют преимущественно на синусно-атриальный (СА) и атриовентрикулярные (АВ) узлы, где они снижают скорость автоматизма, замедляют скорость проведения и увеличивают рефрактерность.

• Класс III: препараты этого класса в основном представляют собой блокаторы калиевых каналов, которые увеличивают продолжительность потенциала действия и рефрактерность в тканях с медленными и быстрыми каналами.

• Класс IV: этот класс препаратов представляет собой недигидропиридиновые блокаторы кальциевых каналов, которые подавляют кальций-зависимые потенциалы действия в тканях с медленными каналами и таким образом снижают скорость автоматизма, замедляют скорость проведения и увеличивают рефрактерность.

Средства из других групп (неклассифицированные препараты)

• Дигоксин повышает тонус блуждающего нерва, замедляя АВ-узловую проводимость и рефрактерный период, укорачивает предсердные и желудочковые рефрактерные периоды.

• Аденозин замедляет или блокирует проводимость АВ-узла и может купировать тахиаритмии, зависящие от АВ-проводимости.

• Ивабрадин ингибирует funny-ток СА-узла и замедляет скорость формирования импульса СА-узла.

Средства, применяемые при брадиаритмиях и блокадах

• М-холиноблокаторы;

• β_1-адреномиметики

Класс I

Различия между подгруппами класса I

Каждая подгруппа различается по степени блокады натриевых каналов. Помимо воздействия на фазу 0 потенциала действия, блокаторы натриевых каналов также могут изменять продолжительность потенциала действия и эффективный рефрактерный период (ERP) – период времени, когда новый потенциал действия не может быть инициирован.

Класс IА – хинидин, дизопирамид, прокаинамид

ЛС этой группы имеют умеренную скорость блокады натриевых каналов; замедляют скорость развития потенциала действия (быстрой деполяризации) и замедляют проводимость; блокируют калиевые каналы, что замедляет выход ионов калия и удлиняет реполяризацию; удлиняют продолжительность потенциала действия, увеличивают эффективный рефрактерный период и удлиняют интервал QT; обладают М-холиноблокирующей активностью, вызывают увеличение ЧСС и улучшают АВ-проводимость; снижают сократимость миокарда.

Хинидин угнетает транспорт ионов натрия через быстрые натриевые каналы клеточной мембраны кардиомиоцитов, снижает максимальную скорость деполяризации (фаза 0), увеличивает продолжительность потенциала действия и эффективного рефрактерного периода; снижает возбудимость миокарда, автоматизм и проводимость в предсердиях, АВ-узле, пучке Гиса и волокнах Пуркинье; оказывает М-холиноблокирующее действие, уменьшает сократительную активность миокарда, может вызвать снижение АД.

Антиаритмическое действие этого препарата объясняется воздействием на натриевые каналы, например, в волокнах Пуркинье. Полагают, что отрицательный инотропный эффект является результатом угнетения образования энергии в митохондриях. Снижение скорости проведения возбуждения связано с влиянием на процесс деполяризации. Угнетение проводимости под влиянием хинидина проявляется на ЭКГ расширением комплекса QRS, замедление реполяризации выражается в удлинении интервала QT. В токсических дозах повышает автоматизм волокон Пуркинье. Блокируя М-холинорецепторы, улучшает АВ-проводимость.

Хинидин показан для лечения и профилактической терапии фибрилляции/трепетания предсердий, а также для профилактики документально подтвержденных рецидивирующих желудочковых аритмий. Он также используется при лечении синдрома Бругада, синдрома короткого интервала QT и идиопатической фибрилляции желудочков.

Из-за серьезных побочных эффектов, таких как проаритмическое действие, препараты класса 1А обычно зарезервированы для угрожающих жизни аритмий, таких как желудочковые аритмии, предсердные аритмии, синдром Вольфа – Паркинсона – Уайта (прокаинамид), синдром Бругада (хинидин).

Общие побочные эффекты: проаритмический, удлинение интервала QT и риск развития аритмии по типу «пируэт» (torsades de pointes), расширение комплекса QRS, повышение проводимости АВ-узла, увеличение ЧСС у пациентов с неконтролируемой мерцательной аритмией, гипотония, отрицательное инотропное действие, удлинение действия миорелаксантов.

Класс IВ – лидокаин, мексилетин, фенитоин

Препараты класса IB имеют быструю кинетику, т. е. быстро связываются и диссоциируют от потенциал-зависимых натриевых каналов; они проявляют свои электрофизиологические эффекты только при высокой частоте сердечных сокращений. Таким образом, ЭКГ, полученная при нормальном ритме с нормальной частотой, обычно не показывает признаков замедления проводимости. ЭРП не изменяется или немного укорачивается. Препараты класса IB не являются сильнодействующими антиаритмическими средствами и оказывают минимальное воздействие на предсердия, они не блокируют напрямую калиевые каналы.

Препараты класса IB применяют для подавления желудочковых тахиаритмий (желудочковой тахикардии, фибрилляции желудочков) и желудочковых экстрасистол.

Лидокаин, прототип в группе 1B, – один из наименее кардиотоксичных из используемых блокаторов натриевых каналов. Проаритмические эффекты, включая угнетение синусового узла, ухудшение проводимости и желудочковые аритмии, при применении лидокаина встречаются редко. В больших дозах, особенно у пациентов с предшествующей сердечной недостаточностью, лидокаин может вызывать гипотензию, частично за счет угнетения сократительной способности миокарда.

Наиболее частые побочные эффекты лидокаина, как и других местных анестетиков, носят неврологический характер: парестезии, тремор, тошнота центрального происхождения, головокружение, нарушения слуха, невнятная речь и судороги. Это чаще всего происходит у пожилых или других уязвимых пациентов или при слишком быстром болюсном введении препарата.

Фенитоин редко используют как противоаритмическое средство, в основном при аритмиях, вызванных сердечными гликозидами.

Применяется как противоэпилептическое средство. Его характерным побочным эффектом является гиперпластический гингивит.

Класс IС – флекаинид, пропафенон

Отличительной особенностью действия этих ЛС является резко выраженное (максимальное среди всех представителей I класса) угнетение фазы 0 в тканях с «быстрым ответом» (рабочие кардиомиоциты предсердий и желудочков, система Гиса – Пуркинье) в отсутствие выраженного влияния на длительность их потенциала действия. Вследствие этого значительно замедляется проведение электрического импульса в системе Гиса – Пуркинье, миокарде предсердий и желудочков, при том что продолжительность рефрактерных периодов этих тканей практически не изменяется. Кроме того, ЛС этого класса блокируют кальциевые каналы, т. е. замедляют деполяризацию и скорость проведения в тканях с «медленным ответом», какими являются СА- и АВ-узлы, при этом существенно угнетаются возбудимость и автоматизм.

ЛС этой группы используют для лечения пароксизмальной фибрилляции предсердий, предотвращения предсердных и желудочковых тахиаритмий.

Пропафенон используется для лечения желудочковых тахисистолий.

Класс II – бета-адреноблокаторы

Бета-адреноблокаторы устраняют влияние симпатической нервной системы на бета1-рецепторы сердца. Антиаритмическое действие бета-блокаторов является результатом снижения активности СА-узла, замедления проводимости по АВ-узлу и рефрактерность. В результате 4-я фаза сердечного цикла удлиняется.

Бета-адреноблокаторы подразделяются на неселективные (пропранолол), блокирующие не только бета1-рецепторы сердца, но и бета2-адренорецепторы бронхов, и кардиоселективные (атенолол, бисопролол, метопролол).

Антиаритмические ЛС II класса показаны при фибрилляции и трепетании предсердий, суправентрикулярных тахиаритмиях, желудочковых аритмиях.

Побочные действия. Бета-адреноблокаторы могут вызвать брадикардию, гипотензию, сердечную недостаточность, бронхоспазм, нарушения углеводного обмена, гиперлипидемию, задержку жидкости.

Класс III – блокаторы калиевых каналов

Этот класс антиаритмических средств включает амиодарон, дронедарон, соталол, ибутилид. Основной механизм действия – блокада калиевых каналов, что приводит к удлинению реполяризации. Кроме того, некоторые представители этого класса могут блокировать натриевые, кальциевые каналы (амиодарон), а также адренергические рецепторы (амиодарон, соталол).

Эти ЛС применяют при предсердных и желудочковых аритмиях. Вследствие того, что ЛС этого класса удлиняют интервал QТ, возможно возникновение аритмий по типу «пируэт» (torsades de pointes).

Амиодарон – антиаритмический препарат III класса, показанный для лечения рецидивирующей гемодинамически нестабильной желудочковой тахикардии и рецидивирующей фибрилляции желудочков. Он блокирует токи калия, вызывающие реполяризацию сердечной мышцы во время третьей фазы потенциала действия сердца. В результате амиодарон увеличивает продолжительность потенциала действия, а также эффективный рефрактерный период сердечных клеток (миоцитов). Следовательно, снижается возбудимость клеток сердечной мышцы, что предотвращает и лечит нарушения сердечного ритма.

В отличие от других представителей класса антиаритмических препаратов III класса, амиодарон влияет также на бета-адренорецепторы, натриевые и кальциевые каналы. Эти действия иногда могут приводить к нежелательным эффектам, таким как гипотензия, брадикардия и желудочковая тахикардия типа «пируэт». Наконец, было обнаружено, что амиодарон связывается с рецепторами щитовидной железы из-за содержания в нем йода, что приводит к индуцированному амиодароном гипотиреозу или тиреотоксикозу.

Показания для назначения амиодарона: лечение и профилактика пароксизмальных нарушений ритма: угрожающие жизни желудочковые аритмии (в том числе желудочковая тахикардия), профилактика фибрилляции желудочков (в том числе после кардиоверсии), суправентрикулярные аритмии, в том числе пароксизм мерцания и трепетания предсердий; предсердная и желудочковая экстрасистолия; аритмии на фоне коронарной недостаточности или хронической сердечной недостаточности, парасистолия, желудочковые аритмии у больных с миокардитом Шагаса.

Побочные действия: синусовая брадикардия (рефрактерная к М-холиноблокаторам), AВ-блокада, при длительном применении – прогрессирование хронической сердечной недостаточности, желудочковая аритмия типа «пируэт», развитие гипо- или гипертиреоидизма, кашель, одышка, интерстициальная пневмония или альвеолит, фиброз легких, при длительном применении – периферическая нейропатия, тремор, нарушение памяти, сна, экстрапирамидные проявления, атаксия, неврит зрительного нерва, отложение липофусцина в эпителии роговицы (если отложения значительные и частично заполняют зрачок, возникают жалобы на светящиеся точки или пелену перед глазами при ярком свете), микроотслойка сетчатки.

Дронедарон – антиаритмический препарат класса III, который восстанавливает нормальный синусовый ритм у пациентов с пароксизмальной или персистирующей мерцательной аритмией. Подобно амиодарону, дронедарон представляет собой блокатор натриевых, калиевых и кальциевых ионных каналов и ингибирует β-адренорецепторы.

Соталол показан для лечения угрожающих жизни желудочковых аритмий и поддержания нормального синусового ритма у пациентов с фибрилляцией или трепетанием предсердий. Соталол является конкурентным ингибитором быстрых калиевых каналов. Это ингибирование удлиняет продолжительность потенциалов действия и рефрактерный период в предсердиях и желудочках. L-соталол обладает также блокирующей активностью в отношении бета-адренергических рецепторов, что еще больше продлевает потенциалы действия.

Ибутилид – антиаритмический препарат III класса, применяемый для коррекции мерцательной аритмии и трепетания предсердий, который можно рассматривать как альтернативу кардиоверсии. Ибутилид удлиняет продолжительность потенциала действия и увеличивает как предсердную, так и желудочковую рефрактерность.

Класс IV – недигидропиридиновые блокаторы кальциевых каналов (БКК)

Антиаритмические свойства БКК связаны с их способностью подавлять возбуждение аберрантных участков водителя ритма в сердце и их способностью снижать скорость проводимости и продлевать реполяризацию, особенно в атриовентрикулярном узле. Это воздействие на атриовентрикулярный узел помогает блокировать механизмы re-entry, что может вызвать наджелудочковую тахикардию.

«Недигидропиридиновые» БКК включают верапамил (класс фенилалкиламинов) и дилтиазем (класс бензотиазепинов). Верапамил относительно селективен в отношении миокарда и менее эффективен в качестве системного сосудорасширяющего средства. Он эффективен при лечении стенокардии (за счет снижения потребности миокарда в кислороде и купирования спазма коронарных сосудов) и аритмии. Дилтиазем занимает промежуточное положение между верапамилом и дигидропиридинами по своей селективности в отношении кальциевых каналов сосудов. Обладая как влиянием на синусовый узел, так и сосудорасширяющим действием, дилтиазем может снижать артериальное давление, не вызывая рефлекторной стимуляции сердца, типичной для дигидропиридинов.

Побочные действия. Кардиоселективные «недигидропиридиновые» БКК могут вызывать чрезмерную брадикардию, нарушение проводимости (например, блокаду атриовентрикулярного узла) и снижение сократительной способности сердца. Таким образом, пациентам с ранее существовавшей брадикардией, дефектами проводимости или сердечной недостаточностью, вызванной систолической дисфункцией, не следует назначать кардиоселективные недигидропиридины. БКК, особенно «недигидропиридиновые», не следует назначать пациентам, принимающим бета-блокаторы, поскольку бета-блокаторы также угнетают электрическую и механическую активность сердца, и поэтому добавление БКК усиливает эффекты бета-блокаторов.

Лекарственные средства для лечения сердечной недостаточности

Уильям Уитеринг однажды встретил свою пациентку с тяжелой сердечной недостаточностью, которую длительное время лечил без особого успеха, в отличном физическом состоянии прогуливающейся по рынку. Он спросил, как ей удалось этого достичь? Пациентка ответила, что принимает травяной сбор от отеков. У. Уитеринг определил, что действующим началом этого сбора является наперстянка. Его первый опыт применения этого лекарственного растения оказался успешным, Уитеринг сообщил о выздоровлении больной с выраженными отеками. До этого наперстянка применялась в официальной медицине с середины XVI в. только в качестве рвотного средства. Десятилетнее изучение фармакотерапевтических свойств наперстянки Уитеринг завершил публикацией знаменитой монографии в 1785 г. «Трактат о наперстянке и некоторых возможностях ее применения в медицине», где подробно изложены показания (при определенных формах отеков; он уже был близок к пониманию того, что это отеки, вызванные сердечной недостаточностью) и противопоказания к ее применению, способ введения и дозировка (ему удалось стандартизовать препараты листьев наперстянки). С этого началось более широкое ее применение в медицине. В то же время, наблюдая и анализируя побочное действие наперстянки, Уитеринг писал: «Нет ничего удивительного в том, что больные отказываются принимать такое лекарство, а врачи боятся его выписывать».

Сердечная недостаточность может быть определена как неспособность сердца обеспечить адекватный сердечный выброс и доставку кислорода для удовлетворения метаболических потребностей организма.

Наиболее частой причиной сердечной недостаточности является ишемическая болезнь сердца (ИБС). ИБС снижает коронарный кровоток и доставку кислорода к миокарду. Это приводит к гипоксии миокарда и нарушению его функции. Другой распространенной причиной сердечной недостаточности является инфаркт миокарда, который является исходом ИБС. Инфарктная ткань не поддерживает насосную функцию миокарда, поэтому общая работа сердца снижается. Кроме того, неинфарктные области должны компенсировать потерю функции, что приводит к недостаточности неинфарктного миокарда. Пороки клапанов увеличивают нагрузку на миокард, что впоследствии приводит к декомпенсации. Идиопатические, бактериальные или вирусные кардиомиопатии также могут привести к сердечной недостаточности. Миокардит повреждает сердце и может привести к нарушению его функции.

У здорового человека перегрузка крови в желудочках по закону Франка – Старлинга вызывает увеличение мышечного сокращения, что приводит к увеличению сердечного выброса. Однако при сердечной недостаточности этот механизм выходит из строя из-за ослабления сердечной мышцы, что приводит к неспособности сердца перекачивать достаточное количество крови. Чтобы компенсировать снижение сердечного выброса, частота сердечных сокращений увеличивается. Это ухудшает ситуацию, поскольку приводит к увеличению работы сердца и требует большего кровоснабжения. В норме сердце должно иметь возможность справляться с нормальными метаболическими потребностями, а также с повышенными нагрузками, например во время физических упражнений. При сердечной недостаточности этот резерв снижен. Ударный объем уменьшается, по мере того как развивается сердечная недостаточность.

Со временем сердце начинает увеличиваться. Этот процесс называется гипертрофией. Первоначально волокна сердечной мышцы увеличиваются в размерах, чтобы улучшить сократительную способность, но со временем они становятся слишком жесткими и неподатливыми, чтобы приносить какую-либо пользу. Давление крови в артериях падает, и приток крови к почкам уменьшается, гипоксия является сигналом для активации ренин-ангиотензин-альдостероновой системы (РААС). Стимуляция РААС приводит к повышению концентрации ренина, ангиотензина II и альдостерона в плазме. Ангиотензин II является мощным вазоконстриктором почечной (эфферентных артериол) и системной циркуляции и способствует высвобождению альдостерона. Это приводит к задержке натрия и воды и увеличению экскреции калия. Кроме того, ангиотензин II оказывает важное влияние на кардиомиоциты и может способствовать эндотелиальной дисфункции, которая характерна для хронической сердечной недостаточности.

Симпатическая нервная система активируется при сердечной недостаточности через барорецепторы низкого и высокого давления в качестве раннего компенсаторного механизма, который обеспечивает инотропную поддержку и поддерживает сердечный выброс. Однако хроническая симпатическая активация оказывает кардиотоксическое действие.

Предсердный натрийуретический пептид (ANP) высвобождается из предсердий в ответ на растяжение предсердий кровью, которую ослабленные желудочки не успевают перекачать, что приводит к натрийурезу и вазодилатации. У человека мозговой натрийуретический пептид также высвобождается в сердце, преимущественно в желудочках, и его действие сходно с действием предсердного натрийуретического пептида.

Таким образом, при тяжелой хронической сердечной недостаточности повышены концентрации ренина, ангиотензина II, альдостерона, норадреналина и предсердного натрийуретического пептида. Концентрация различных нейроэндокринных маркеров в плазме коррелирует как с тяжестью сердечной недостаточности, так и с долгосрочным прогнозом. Указанные факторы увеличивают содержание ионов натрия и воды, что приводит к возрастанию объема циркулирующей крови. Этот фактор еще больше повышает нагрузку на сердце, вызывая возникновение патологического круга, при котором чередующиеся факторы вызывают прогрессирование сердечной недостаточности. Длительный венозный застой, приводящий к экстравазации жидкости в интерстициальное пространство, провоцирует увеличение внутрисосудистого объема, появляются признаки застоя, такие как увеличение массы тела, одышка и генерализованные отеки.

Лекарственные средства, применяемые при сердечной недостаточности

• Кардиотонические средства

• Ингибиторы ангиотензинпревращающего фермента (АПФ)

• Блокаторы рецепторов ангиотензина II (БРА)

• Антагонисты альдостерона

• Бета-адреноблокаторы

• Ингибитор рецепторов ангиотензина/неприлизина (ИРАН)

• Ингибиторы натрий-глюкозного котранспортера 2-го типа (ИНГК-2)

В случае длительной или хронической сердечной недостаточности лечение направлено на предотвращение обострений сердечной недостаточности и уменьшение симптомов заболевания.

При острой сердечной недостаточности можно использовать высокоэффективные диуретики для уменьшения отека и облегчения недостаточности, например фуросемид. При хронической сердечной недостаточности могут быть назначены фуросемид, этакриновая кислота или другие мочегонные, такие как гидрохлоротиазид.

Кардиотонические средства

Кардиотонические средства ограниченно используют в терапии ХСН, но исторически это была первая группа ЛС для лечения ХСН, поэтому они открывают раздел лекарственной терапии ХСН.

Сердечные гликозиды (дигоксин, ланатозид Ц) оказывают положительное инотропное действие, т. е. устраняют основную причину развития сердечной недостаточности. Мишенью сердечных гликозидов в кардиомиоците является транспортный фермент – магнийзависимая К+/Na+-АТФаза, которая осуществляет активный обменный транспорт (антипорт) Na+ и К+ в соотношении 3:2 (Na+ выводится из кардиомиоцита, а К+ активно транспортируется в кардиомиоцит). Сердечные гликозиды связываются с тиоловыми группами альфа-субъединицы К+-, Na+-АТФазы, нарушая ее транспортную функцию. В результате внутриклеточная концентрация ионов натрия повышается, а ионов калия – снижается. Увеличение концентрации Na+ в кардиомиоцитах вызывает деполяризацию мембран кардиомиоцитов и приводит к открытию потенциал-зависимых кальциевых каналов, повышая концентрацию внутриклеточного кальция. Наряду с этим нарушается функция Na+/Са2+-антипорта, который в норме обменивает ионы кальция на ионы натрия. При повышении концентрации ионов натрия в цитоплазме транспортной системе труднее закачивать их дополнительно для обмена на ионы кальция, в результате в клетке увеличивается концентрация ионов кальция. Это приводит к высвобождению дополнительного количества ионов кальция из саркоплазматического ретикулума. Ионы кальция блокируют тропомиозин, ингибитор взаимодействия актина и миозина. За счет этого увеличивается ассоциация актина и миозина и повышается сила сердечных сокращений. Положительный инотропный эффект приводит к усилению и укорочению систолы, в результате чего увеличивается сердечный выброс.

За счет стимуляции ядра блуждающего нерва сердечные гликозиды оказывают отрицательный хронотропный эффект (брадикардия) и отрицательный дромотропный эффект (снижение проводимости). Важное внекардиальное действие сердечных гликозидов – увеличение диуреза – связывают с блокадой К/NаАТФазы в почках.

Вопрос:

Я не очень понял, почему блокада К+/Na+-АТФазы увеличивает сократимость миокарда?

Мембраны клеток миокарда поляризованы, что достигается созданием разницы концентраций ионов калия и натрия между цитоплазмой кардиомиоцитов и внеклеточной средой. Важную роль в этом играет К+/Na+-АТФаза. Блокада этого транспортера приводит к деполяризации мембраны. Деполяризация мембраны облегчает открывание потенциал-зависимых кальциевых каналов и увеличивает вход кальция в клетки. Непрямым механизмом увеличения концентрации ионов кальция является затруднение работы Са2+/Na+-обменника в мембране кардиомиоцитов. Этот обменник выкачивает ионы кальция в обмен на ионы натрия, но в условиях повышенной концентрации ионов натрия в цитоплазме выполнить этот обмен сложнее.

Общие показания к применению сердечных гликозидов (дигоксин) – сердечная недостаточность (хроническая и острая) и тахисистолическая форма мерцательной аритмии.

Особенность фармакокинетики сердечных гликозидов (кумуляция в организме) приводит к их накоплению в токсических дозах. Гликозидная интоксикация проявляется кардиальными и экстракардиальными нарушениями. К кардиальным проявлениям относят желудочковую экстрасистолию и атриовентрикулярную блокаду. Желудочковые экстрасистолы возникают в результате повышения автоматизма, вызываемого гипокалиемией и гиперкальциемией. Желудочковые экстрасистолы могут протекать по принципу бигеминии (экстрасистола после каждого нормального сердечного сокращения) или тригеминии. Атриовентрикулярная блокада (частичная или полная) – результат отрицательного дромотропного действия, обусловленного усилением вагусных влияний на сердце. Наиболее частая причина смерти при интоксикации сердечными гликозидами – фибрилляция желудочков (беспорядочные несинхронные сокращения отдельных пучков мышечных волокон с частотой 450–600 в минуту, быстро приводящие к асистолии – остановке сердца).

При интоксикации гликозидами наперстянки специфическим антидотом служит препарат антител (fab-фрагменты) к дигоксину. При желудочковых экстрасистолиях применяют блокаторы натриевых каналов класса IB (фенитоин, лидокаин), так как они действуют избирательно на желудочки, снижая автоматизм и не снижая сократимость и атриовентрикулярную проводимость.

Кардиотонические средства негликозидной структуры Агонисты β1-адренорецепторов

Добутамин – β1-адреномиметик, активирует Gs-белки, которые увеличивают активность аденилатциклазы. В результате увеличивается образование цАМФ из АТФ, который активирует цАМФ-зависимые протеинкиназы, способствующие открытию кальциевых каналов. Это повышает вход Са2+ в кардиомиоциты и усиливает выход Са2+ из саркоплазматического ретикулума. Увеличивается сила сердечных сокращений (при этом ЧСС, автоматизм и проводимость увеличиваются в меньшей степени). Добутамин вводят внутривенно капельно (или с использованием инфузионного насоса).

Дофаминомиметики

Допамин – дофаминомиметик, предшественник норадреналина. Его кардиотоническое действие, как и у добутамина, обусловлено стимуляцией β1-адренорецепторов.

Сенситайзеры кальция

Левосимендан повышает чувствительность миофибрилл сердца к ионам кальция. Эта группа отличается от описанных выше групп кардиотонических средств тем, что не увеличивает внутриклеточную концентрацию Са2+ и таким образом в меньшей степени способствует возникновению аритмий, обусловленных гиперкальцийгистией (поздняя постдеполяризация). Левосимендан связывается с N-концевой частью тропонина С, повышая его аффинитет к ионам Са2+. При этом ингибирование тропонина С и увеличение сократительной активности миофиламентов происходят без увеличения концентрации кальция в кардиомиоцитах. Взаимодействие левосимендана с тропонином С осуществляется только в период систолы. Таким образом, левосимендан, повышая интенсивность систолы, не препятствует полному расслаблению желудочков в диастолу.

Ингибиторы АПФ – эналаприл, каптоприл и лизиноприл – снижают артериальное давление, расширяют кровеносные сосуды, а также предотвращают ремоделирование или увеличение сердца, наблюдаемое при сердечной недостаточности. Ингибиторы ангиотензинпревращающего фермента (АПФ) уменьшают сердечную недостаточность, уменьшая постнагрузку, преднагрузку и систолическое напряжение стенки, что приводит к увеличению сердечного выброса без какого-либо увеличения частоты сердечных сокращений. Способствует выведению солей за счет увеличения почечного кровотока и снижения продукции альдостерона и антидиуретического гормона, уменьшению гипертрофии сердечных миоцитов (ангиотензин II также отвечает за гипертрофию сосудистых тканей).

Блокаторы ангиотензиновых рецепторов (БРА) – лозартан, валсартан и кандесартан – действуют аналогично ингибиторам АПФ. Блокада рецепторов ангиотензина приводит к подавлению активности РААС. Комбинированный препарат БРА с ингибиторами неприлизина содержит валсартан и сакубитрил (ингибитор неприлизина). Подобная комбинация ЛВ одновременно стимулирует систему предсердного натрийуретического пептида и тормозит РААС. Предсердный натрийуретический пептид вырабатывается в предсердиях, оказывает действие, противоположное действию РААС. Этот фактор разрушается неприлизином (нейтральной эндопептидазой). Ингибирование неприлизина приводит к увеличению количества эндогенного предсердного натрийуретического пептида в системном кровотоке.

Диуретики. Применение этой группы препаратов обоснованно только у пациентов с признаками застоя и развившимся в связи с ним отечным синдромом. Выводя избыток жидкости из организма, диуретики уменьшают отеки, улучшают клиническую картину и снижают риск повторных госпитализаций. Выбор диуретика и его доза зависят от степени задержки жидкости. Типичные побочные эффекты тиазидных и тиазидоподобных диуретиков – гипокалиемия, гипомагниемия, гиперурикемия (задержка в организме солей мочевой кислоты и обусловленные этим подагрические боли).

Среди диуретиков выделяется группа антагонистов альдостерона, (спиронолактон, эплеренон). Антагонисты рецепторов альдостерона представляют собой класс препаратов, которые блокируют эффекты альдостерона. Альдостерон является основным минералокортикоидным гормоном в организме и вырабатывается в коре надпочечников, он увеличивает реабсорбцию натрия почками и выведение ионов водорода и калия. Антагонисты рецепторов альдостерона блокируют эффекты альдостерона, предотвращая реабсорбцию натрия, что способствует уменьшению объема циркулирующей крови и уменьшает нагрузку на сердце.

Бета-блокаторы эффективны у пациентов с систолической дисфункцией (метопролон, бисопролол, небиволол и карведилол). Они ингибируют β1-адренорецепторы в сердце, снижают частоту и силу сокращений, что уменьшает потребность миокарда в кислороде, восстанавливая баланс потребность/доставка. Это приводит к уменьшению гибернации кардиомиоцитов и восстановлению их способности к сокращению. В результате происходит увеличение сердечного выброса, уменьшение гибели кардиомиоцитов (как путем некроза, так и путем апоптоза), замедление гипертрофии и ремоделирования миокарда. В результате уменьшается прогрессирование ХСН.

Брадикардические средства (ивабрадин) избирательно уменьшают ЧСС, не снижая сократительную активность миокарда, за счет этого уменьшается работа сердца. При ХСН этот препарат рекомендован пациентам, имеющим противопоказания к применению β-АБ. Применение ивабрадина снижает смертность и уменьшает частоту госпитализаций.

Антикоагулянты при ХСН применяют с целью профилактики тромбоэмболических осложнений. Их причиной может быть образование внутрисердечного тромба при фибрилляции предсердий или тромбоз глубоких вен нижних конечностей. Риск тромбообразования возрастает при применении диуретиков. Антикоагулянты не назначают пациентам с синусовым ритмом без признаков внутрисердечного тромба, так как в этом случае они не снижают риск тромбоэмболий, но увеличивают риск кровотечений. Предпочтительными являются ингибиторы фактора Ха (ривароксабан, апиксабан) и фракционированные гепарины (эноксапарин натрия).

Диуретики

Баланс жидкости в организме относится к прецизионным процессам и обеспечивается работой ряда органов и систем и физиологических факторов, таких как регуляция жажды, гормональная регуляция (вазопрессин и натрийуретические пептиды), управление кровоснабжением кожи, гемодинамические изменения и почечный контроль экскреции соли и воды. Объем жидкости, находящейся в организме, контролируется, в первую очередь, почками. Это происходит благодаря способности почек контролировать реабсорбцию и выведение натрия и хлоридов, поскольку количества натрия, хлоридов и воды в организме тщательно сбалансированы. Таким образом, если из организма выводятся натрий и хлор, то выводится и вода. И наоборот, если натрий и хлорид задерживаются в организме, то же происходит и с водой. Почечная экскреция с мочой также обеспечивает выведение, помимо воды, продуктов метаболизма и избытка электролитов, поддерживая гомеостаз жидкости. Электролиты играют важнейшую роль в работе почек и формировании мочи, потому что баланс жидкости во многом определяется балансом электролитов.

Диуретики – это класс препаратов, которые увеличивают образование и объем мочи (диурез – это объем мочи, образуемый за определенный промежуток времени). Можно сказать, что диуретики по механизму действия – это блокаторы транспортных систем реабсорции натрия хлорида, находящихся в эпителиоцитах различных отделов почечных канальцев (за исключением осмотических диуретиков, которые сами повышают осмотическое давление и, как следствие, препятствуют реабсорбции воды).

Показаниями для назначения диуретиков являются отеки при заболеваниях почек, отек легких, цирроз печени, артериальная гипертензия, сердечная недостаточность, глаукома, отеки различной этиологии.

Классификация диуретиков

• Ингибиторы карбоангидразы (ацетазоламид) усиливают выведение ионов натрия, калия, бикарбоната и воды из почечных канальцев.

• Петлевые диуретики (фуросемид, этакриновая кислота) являются наиболее эффективными диуретиками, они усиливают элиминацию натрия и хлоридов за счет блокады транспортной системы. Высокая эффективность петлевых диуретиков обусловлена локализацией их действия.

• Тиазидные диуретики (гидрохлоротиазид) и тиазидоподобные (индапамид, хлорталидон) ингибируют реабсорбцию натрия и хлоридов в дистальных извитых канальцах почек.

• Калийсберегающие диуретики:

• антагонисты альдостерона – спиронолактон, эплеренон;

• ЛС, влияющие на эпителий почечных канальцев (триамтерен) снижают реабсорбцию натрия в дистальных канальцах, уменьшая секрецию калия. Это связано с тем, что в дистальных канальцах калий выделяется с мочой на фоне реабсорбции натрия.

• Осмотические диуретики (маннитол) представляют собой низкомолекулярные вещества, которые фильтруются из крови и попадают в канальцы, где присутствуют в высоких концентрациях.

Ацетазоламид неконкурентно блокирует карбоангидразу в цитоплазме и в направленной в просвет стенке эпителиоцитов проксимальных почечных канальцев, что приводит к нарушению реабсорбции Na+, HCO3+ и воды. Хотя ацетазоламид воздействует на проксимальную часть почечных канальцев, где реабсорбируется большая часть ионов Na+, в дистальных отделах развиваются компенсаторные процессы для реабсорбции повышенного количества дистально доставленных ионов Na+. Эти процессы включают механизмы реабсорбции Na+ в петле Генле и дистальных извитых канальцах (DCT), чем объясняется невысокая диуретическая активность этой группы мочегонных. Блокада карбоангидразы вызывает потерю ионов HCO3+ с мочой, что приводит к метаболическому ацидозу.

Ацетазоламид уменьшает продукцию внутриглазной жидкости, что связано с ингибированием карбоангидразы, содержащейся в ресничном теле (это приводит к снижению внутриглазного давления), а также уменьшает продукцию спинномозговой жидкости. Недостаточная эффективность ограничивает применение препарата в качестве мочегонного средства. Ацетазоламид применяют при глаукоме (так же используют и другой ингибитор карбоангидразы – дорзоламид), при повышенном внутричерепном давлении, горной болезни, эпилепсии.

Фуросемид действует путем блокирования каналов NKCC2, расположенных на просветной (апикальной) мембране толстого сегмента восходящей части петли Генле. Каждый петлевой диуретик имеет особую химическую структуру, но все они представляют собой анионы, блокирующие сайт связывания хлоридов трансмембранного рецептора NKCC2. Блокирование действия NKCC2 приводит к ингибированию реабсорбции Na+, K+ и 2Cl-.

Показаниями для назначения петлевых диуретиков являются острый отек легких; другие состояния, связанные с отеками (сердечная недостаточность, цирроз печени); гипертонический криз; тяжелая форма гипертонической болезни; преэклампсия; гиперкальциемия; ангионевротический отек.

Побочные эффекты петлевых диуретиков: гипокалиемия; гипомагниемия; гиперурикемия (в связи со снижением секреции мочевой кислоты в проксимальных канальцах и уменьшением объема циркулирующей жидкости); обратимая ототоксичность; гипергликемия; гиперлипидемия.

Гидрохлоротиазид угнетает реабсорбцию ионов Na+ и Cl– (сочетанный транспорт) через апикальную мембрану в начальной части дистальных канальцев за счет блокады сайта связывания хлоридов транспортной системы NCC (Na+-Cl--cotransporter) и таким образом способствует выведению этих ионов и воды. Гидрохлоротиазид и тиазидоподобные диуретики относятся к высокоэффективным антигипертензивным средствам, поскольку они снижают АД при длительном применении независимо от выраженности диуретического действия. Предполагается, что это происходит за счет прямой эндотелиальной или опосредованной гладкими мышцами сосудов вазодилатации (вероятно, путем изменения регуляции обмена Ca2+). Помимо обычных для диуретиков показаний, гидрохлоротиазид применяют при несахарном диабете (уменьшает диурез, механизм действия неясен) и мочекаменной болезни (за счет снижения содержания Са2+ в почечном фильтрате препятствует образованию нерастворимых кальциевых солей).

К побочным эффектам гидрохлоротиазида относят тошноту, слабость, гипокалиемию, гипомагниемию, гиперурикемию, гипергликемию.

Спиронолактон относится к классу антагонистов минералокортикоидных рецепторов и является неселективным антагонистом андрогеновых и гестагеновых рецепторов. Альдостерон, компонент ренин-ангиотензин-альдостероновой системы, взаимодействует со своими рецепторами в дистальных канальцах и собирательных трубочках и вызывает реабсорбцию натрия и секрецию калия. Альдостерон действует на эпителий почечных канальцев, связываясь с минералокортикоидными рецепторами. Комплекс рецептора и связанного гормона воздействует на генетический (ядерный) аппарат клеток-мишеней, в результате чего увеличивается синтез натриевых каналов эпителиоцитов собирательных трубочек, что приводит к увеличению реабсорбции ионов натрия, которые обмениваются на выводимые ионы калия. В результате блокады альдостероновых рецепторов не происходит реабсорбция натрия и задержка воды, а наблюдается задержка калия в организме. При лечении вульгарных угрей спиронолактон снижает выработку кожного сала за счет блокирования связывания дигидротестостерона с андрогенными рецепторами.

Характерные побочные эффекты спиронолактона: гиперкалиемия, увеличение молочных желез, мастодиния (болезненные ощущения со стороны молочных желез), бесплодие у женщин, гинекомастия и снижение либидо у мужчин.

Триамтерен и амилорид – прямые ингибиторы канала реабсорбции Na+ в эндотелиоцитах собирательных трубочек. Триамтерен метаболизируется в печени, но почечная экскреция является основным путем выведения активной формы и метаболитов.

Маннитол, в отличие от других средств, не нарушает механизмы реабсорбции электролитов, а его основное диуретическое действие обусловлено повышением осмолярности в просвете эпителия почечных канальцев. Маннитол представляет собой свободно фильтрующийся неметаболизирующийся сахар, который повышает осмоляльность как плазмы, так и жидкости почечных канальцев, вызывая осмотический диурез. Помимо диуретического действия, маннитол оказывает дегидратирующее действие, повышает осмоляльность сыворотки крови и, поскольку он не проникает через гематоэнцефалический барьер, вызывает положительный осмотический градиент крови и спинномозговой жидкости, что приводит к дегидратации головного мозга (не влияя на мозговой кровоток) – эффекту, необходимому для снижения внутричерепного давления. Маннитол плохо реабсорбируется и ингибирует функцию концентрации мочи, привлекая воду в собирательные трубочки.

Побочные эффекты: слабость, сухость во рту, тахикардия, возможны судорожные реакции.

Гиполипидемические средства

Майкл С. Браун и Джозеф Л. Гольдштейн своими открытиями произвели революцию в наших знаниях о регуляции метаболизма холестерина и лечении заболеваний, вызванных аномально повышенным уровнем холестерина в крови. Они обнаружили, что клетки на своей поверхности имеют рецепторы, которые опосредуют поглощение холестеринсодержащих частиц, называемых липопротеинами низкой плотности (ЛПНП), которые циркулируют в кровотоке. Браун и Гольдштейн обнаружили, что основным механизмом тяжелой наследственной семейной гиперхолестеринемии является полное или частичное отсутствие функциональных рецепторов ЛПНП. У нормальных людей поглощение пищевого холестерина подавляет собственный синтез холестерина клетками. Как следствие, количество рецепторов ЛПНП на поверхности клеток снижается. Открытия Брауна и Гольдштейна привели к новым принципам лечения и профилактики атеросклероза.

НОБЕЛЕВСКАЯ АССАМБЛЕЯ ПРИ КАРОЛИНСКОМ ИНСТИТУТЕ, пресс-релиз, 1985 г.

Гиперлипидемия подразделяется на два основных типа: первичная (семейная) и вторичная (приобретенная) гиперлипидемия. Первичная гиперлипидемия возникает из-за множества генетических нарушений, которые пациент может унаследовать при рождении, в то время как вторичная гиперлипидемия обычно возникает как следствие нездорового питания, приема некоторых ЛС, заболеваний (например, гипотиреоз, неконтролируемый диабет).

Холестерин – липид, необходимый для клеточных мембран, синтеза желчных кислот и стероидных гормонов, который, однако при этом в наибольшей степени вовлечен в процесс атерогенеза. В организме холестерин транспортируется в помощью липопротеинов. Его происхождение двояко: около 25 % имеет экзогенное происхождение, то есть поступает с пищей, особенно животного происхождения, а 75 % – результат эндогенного синтеза в печени.

Атеросклеротические поражения возникают в результате транспорта через слой эндотелиальных клеток и накопления липопротеинов низкой плотности (ЛПНП) плазмы во внеклеточном матриксе субэндотелиального пространства. Оказавшись в стенке артерии, ЛПНП подвергается химической модификации посредством окисления и неферментативного гликирования. Окисленные ЛПНП привлекают моноциты в стенку артерии. Затем эти моноциты трансформируются в макрофаги, которые усиливают окисление ЛПНП. Макрофаги поглощают окисленный холестерин и превращаются в «пенистые клетки», которые откладываются на стенках сосудов. Многократное повреждение и восстановление в атеросклеротической бляшке в конечном итоге приводит к образованию фиброзной оболочки, защищающей основное ядро из липидов, коллагена, кальция и воспалительных клеток, таких как Т-лимфоциты. Поддержание фиброзной бляшки имеет решающее значение для предотвращения разрыва бляшки и последующего коронарного тромбоза.

Начальные методы лечения сосредоточены на изменении диеты и образа жизни с возможным добавлением гиполипидемических препаратов, если это необходимо. Пациенты с легкой гиперлипидемией и низким риском атеросклеротических сердечно-сосудистых заболеваний должны сосредоточиться на диете с низким содержанием жиров и углеводов и физической активности от умеренной до высокой (рекомендуется 30 минут в день 5–6 дней в неделю). Решение о начале фармакологического лечения зависит от возраста, тяжести заболевания и наличия других факторов риска, в том числе сердечно-сосудистых заболеваний.

Принципы гиполипидемической терапии

Из просвета кишечника холестерин транспортируется в клетки эпителия кишечника специфическим носителем NPC1L1. В клетках эпителия кишечника образуются хиломикроны, содержащие эфиры холестерина и триглицериды. Затем хиломикроны через лимфатическую систему поступают в кровь. В кровеносных сосудах мышц липопротеинлипаза удаляет из хиломикронов жирные кислоты и глицерин. Остатки хиломикронов (ремнанты), содержащие преимущественно эфиры холестерина, путем рецептор-опосредованного транспорта доставляются в печень. Печень является главным регулятором содержания холестерина в организме. Регуляция уровня холестерина ЛПНП обеспечивается с помощью специфических ЛПНП-рецепторов, экспрессируемых на поверхности гепатоцитов. Количество этих рецепторов на поверхности гепатоцита определяется содержанием холестерина в клетке. При низком содержании холестерина за счет активации фактора транскрипции увеличивается синтез ЛПНП-рецепторов, которые перемещаются на поверхность гепатоцитов, захватывают богатые холестерином ЛПНП из плазмы, снижая таким образом их содержание в крови. Комплекс ЛПНП-рецептор подвергается эндоцитозу, затем ЛПНП утилизируется, а рецептор возвращается обратно. В плазме крови присутствуют белковые молекулы пропротеиновой конвертазы субтилизин/кексин9 (PCSK9), которые связываются с рецептором ЛПНП. В этом случае при эндоцитозе утилизируется не только молекула ЛПНП, но и сам рецептор, уменьшая таким образом интенсивность захвата ЛПНП из крови.

Классификация гиполипидемических средств

• Ингибиторы 3-гидрокси-3-метилглутарилкоэнзима А редуктазы (ГМГ-КоА), статины (симвастатин, аторвастатин, розувастатин, флувастатин)

• Ингибиторы АТФ-цитратлиаза (бемпедоевая кислота)

• Ингибиторы синтеза холестерина (эзетимиб)

• Ингибиторы PCSK9 (алирокумаб, эволокумаб, инклисиран)

Статины (симвастатин, аторвастатин, розувастатин, флувастатин) – препараты первой линии при лечении гиперхолестеринемии, они блокируют синтез холестерина за счет ингибирования 3-гидрокси-3-метилглутарилкоэнзима А редуктазы (ГМГ-КоА) на стадии, которая ограничивает скорость всего процесса синтеза. В гепатоците снижение продукции клеточного ХС индуцирует активацию фактора транскрипции белка SREBP. Активация этого белка вызывает увеличение продукции рецепторов ЛПНП и размещение их на поверхности гепатоцитов, что приводит к увеличению рецептор-зависимого эндоцитоза атерогенных липопротеинов. В результате снижается уровень холестерина ЛПНП и повышается уровень холестерина ЛПВП в плазме крови. Считается, что антиатеросклеротическое действие статинов обусловлено не только их гиполипидемическим эффектом, но и рядом других, так называемых плейотропных эффектов (влияние на стенки сосудов, противовоспалительное действие).

Метаболизм статинов обеспечивается микросомальными ферментами печени, в частности симвастатина и аторвастатина – CYP3A4, а розувастатина и флувастатина – CYP2C9.

Побочные эффекты: диспепсические расстройства, бессонница, головная боль, эритема кожи, сыпь. Зависимый от дозы побочный эффект – гепатотоксичность, – как правило, сопровождается повышением уровня трансаминаз. Побочным действием, иногда ограничивающим приверженность лечению или даже требующим прекращения приема статинов, является влияние на мышечную систему. Мышечные симптомы, связанные со статинами, варьируют по степени тяжести от легкой до умеренной мышечной боли, слабости или утомляемости до потенциально опасного для жизни рабдомиолиза. Рабдомиолиз – самый редкий и наиболее серьезный побочный эффект, связанный с лечением статинами, и определяется как мышечная боль, сопровождаемая повышением уровня креатининфосфокиназы >10 раз выше верхней границы нормы и признаками нарушения функции почек.

Вопрос

Правильно ли я понял, что статины блокируют синтез холестерина в гепатоците, а он компенсирует недостаток холестерина за счет увеличения захвата содержащих холестерин ЛПНП?

Да, верно. Стимуляция захвата ЛПНП из плазмы крови за счет увеличения плотности рецепторов к ЛПНП на поверхности гепатоцита является основным механизмом для большинства гиполипидемических средств.

Бемпедоевая кислота является пролекарством, которое требует активации в печени. Бемпедоевая кислота, подобно статинам, снижает уровень холестерина в гепатоцитах за счет блокады фермента, участвующего в синтезе холестерина на более ранней стадии, известный как АТФ-цитратлиаза. Механизм гиполипидемического действия подобен статинам: в ответ на снижение уровня внутриклеточного холестерина увеличивается синтез рецепторов ЛПНП, что способствует большей элиминации холестерина ЛПНП из крови. В отличие от статинов, бемпедоевая кислота оказывает свое действие только в гепатоцитах, поэтому вероятность побочных эффектов, связанных с влиянием на мышцы, гораздо ниже. Бемпедоевая кислота назначается при непереносимости статинов.

Эзетимиб – блокатор NPC1L1, снижает всасывание пищевого и билиарного холестерина из кишечника, что уменьшает количество кишечного холестерина, который доставляется в печень. Снижение уровня холестерина, доставляемого в печень, приводит к повышению активности печеночных рецепторов ЛПНП (липопротеинов низкой плотности), что приводит к увеличению клиренса холестерина ЛПНП. Эзетимиб используется в комбинации со статинами или бемпедоевой кислотой.

Ингибиторы связывания PCSK9 с рецептором ЛПНП

Белок PCSK9 регулирует разрушение рецептора ЛПНП при эндоцитозе в комплексе с ХС-ЛПНП. Вне клетки на поверхности гепатоцита PCSK9 связывается с нерецепторной для ЛПНП частью этого рецептора. Связь рецептора ЛПНП с PCSK9 предотвращает формирование его защитной конформации, предохраняющей от ферментативной деградации, что приводит к утилизации этого рецептора в эндосомах гепатоцита. Таким образом, рецепторы ЛПНП без связанного с ними PCSK9 со значительно большей вероятностью будут возвращены на клеточную поверхность гепатоцита. В конечном итоге это приведет к повышению плотности ЛПНП рецепторов и, как следствие, к увеличению поглощения ЛПНП гепатоцитами из плазмы крови.

В рамках стратегии ингибирования PCSK9 были разработаны моноклональные антитела эволокумаб и алирокумаб, которые связывают этот белок PCSK9, предотвращая разрушение рецепторов ЛПНП. Увеличение плотности рецепторов ЛПНП приводит к увеличению захвата ЛПНП и снижению уровня холестерина.

Эволокумаб представляет собой полностью гуманизированный моноклональный иммуноглобулин G2 (IgG2). После однократного применения максимальное угнетение функции циркулирующих PCSK9 развивается через 4 ч. Это приводит к постепенному (в течение 14–21 сут.) снижению в плазме крови ХС-ЛПНП. При регулярном применении уровень ХС-ЛПНП снижается на 57–72 % по отношению к исходному уровню. Применение эволокумаба не приводит к компенсаторному увеличению продукции PCSK9 и холестерина, а также не отмечается эффект рикошета (увеличение содержания PCSK9 и холестерина) после его отмены. В число возникающих побочных эффектов (у 1–10 % пациентов) входят инфекции верхних дыхательных путей, тошнота, артралгия, кожная сыпь и болезненность в месте инъекции.

Эволокумаб (как и алирокумаб) применяют в дополнение к терапии статинами или в комбинации с другими гиполипидемическими средствами при непереносимости статинов.

Инклисиран, подобно моноклональным антителам, нацелен на PCSK9, но имеет принципиально другой механизм действия. Он представляет собой синтетическую малую интерферирующую РНК (миРНК) длительного действия, блокирующую синтез PCSK9. Двухцепочечная миРНК, которая состоит из направляющей (антисмысловой) и несущей цепей, изначально конъюгирована с вектором для доставки в гепатоциты, связывающимся со специфическим рецептором на поверхности клетки. Комплекс рецептор – инклисиран проникает в эти клетки путем эндоцитоза. В гепатоците двухцепочечная миРНК медленно высвобождается в цитоплазму, а затем загружается в РНК-индуцированный комплекс сайленсинга (RNA-induced silencing complex, RISC), что сопровождается удалением смысловой цепи РНК. В дальнейшем антисмысловая цепь, связанная с RISC, связывается в цитоплазме с комплементарной последовательностью своей мишени – с мРНК PCSK9. При этом RISC использует активность каталитического слайсера, который расщепляет мРНК PCSK9, что снижает количество мРНК, доступной для трансляции. В результате образуется меньше молекул PCSK9, доступных для связывания рецепторов ЛПНП, сводя к минимуму их влияние на деградацию ЛПНП рецепторов. Уменьшение деградации этих рецепторов обеспечивает их более высокую плотность на клеточной поверхности, доступную для связывания и захвата ЛПНП, в результате чего снижается уровень ХС-ЛПНП в плазме.

Инклисиран вводят в дельтовидную мышцу вначале с интервалом 3 месяца, а затем – с интервалом 6 месяцев. Препарат применяют в дополнение к терапии статинами или в комбинации с другими гиполипидемическими средствами при непереносимости статинов.

Средства, влияющие на систему крови

Кровь является уникальной по функциям жидкостью, которая должна сохранять жидкое состояние при неповрежденных сосудах и обеспечивать герметичность сосудистого русла при его повреждении. Для осуществления этих функций в крови имеются мощные системы образования тромбов и их разрушения.

Антиагреганты

Антиагреганты – группа лекарственных средств, предотвращающих образование тромба путем угнетения агрегации тромбоцитов.

Тромбоциты представляют собой безъядерные клетки крови, которые образуются в результате фрагментации цитоплазмы мегакариоцитов костного мозга и имеют максимальную продолжительность жизни в кровотоке около 10 дней. Продукция тромбоцитов регулируется тромбопоэтином, который вырабатывается главным образом в печени, а также в костном мозге и почках. Тромбоциты обеспечивают циркулирующий источник хемокинов, цитокинов и факторов роста, которые предварительно формируются и упаковываются в гранулы для хранения. Активированные тромбоциты могут синтезировать простаноиды, в первую очередь тромбоксан А 2 (ТХА2), из арахидоновой кислоты, высвобождаемой из фосфолипидов мембран путем быстрой скоординированной активации фосфолипаз, циклооксигеназы (ЦОГ)-1 и тромбоксансинтазы.

Тромбоциты являются важными компонентами нормального гемостаза и ключевыми участниками при повреждении сосудистой стенки.

Тромбоциты имеют на поверхности рецепторы к коллагену, который появляется на внутренней поверхности сосуда при повреждении его интимы. Связавшись с коллагеном, тромбоциты запускают процесс активации: высвобождают вазоактивные и протромботические медиаторы, которые вызывают сужение сосудов и способствуют агрегации тромбоцитов, образуют агрегаты за счет активации IIb/IIIa рецепторов к фибриногену, которые фактически связывают между собой тромбоциты в сеть. Это влияет на первичный гемостаз и способствуют последующей коагуляции крови. Следует иметь в виду, что, хотя адгезию, активацию и агрегацию тромбоцитов можно рассматривать как физиологическую репаративную реакцию на повреждение сосудистой стенки, внезапное растрескивание или разрыв атеросклеротической бляшки также может привести к внутрипросветному тромбообразованию, сосудистым окклюзиям и последующей ишемии или инфаркту. Доступные антитромбоцитарные препараты нарушают один или несколько этапов процесса высвобождения и агрегации тромбоцитов и вызывают снижение риска тромбоза.

Адгезия и агрегация тромбоцитов может предотвращаться различными физиологическими механизмами, включая выработку эндотелиоцитами простациклина (PGI 2) и оксида азота.

Классификация антиагрегантов

• Средства, блокирующие синтез тромбоксана A2: ингибиторы ЦОГ – ацетилсалициловая кислота.

• Средства, препятствующие действию АДФ на тромбоциты, – клопидогрел, прасугрел, тикагрелор.

• Средства, ингибирующие фосфодиэстеразу тромбоцитов (повышают концентрацию цАМФ в тромбоцитах), – дипиридамол.

• Средства, блокирующие гликопротеиновые IIb/IIIa рецепторы к фибриногену:

• моноклональные антитела – абциксимаб;

• синтетические блокаторы гликопротеинов IIb/IIIa – эптифибатид, тирофибан.

• Средства, блокирующие тромбиновые рецепторы – ворапаксар.

Ацетилсалициловая кислота. Основной механизм действия ацетилсалициловой кислоты – способность ингибировать активность циклооксигеназ 1 и 2 (ЦОГ-1 и ЦОГ-2). Изоферменты ЦОГ катализируют первую стадию биосинтеза простаноидов – превращение арахидоновой кислоты в простагландин H2, который является непосредственным предшественником тромбоксана (TXA2) и простациклина (PGI2). Тромбоксан вырабатывается тромбоцитами и способствует их агрегации, а простациклин синтезируется эндотелиоцитами и препятствует адгезии и агрегации тромбоцитов.

Таким образом, тромбоциты человека и клетки эндотелия сосудов синтезируют PGH2 с образованием главным образом TXA2 и PGI2 соответственно. TXA2 индуцирует агрегацию тромбоцитов и вазоконстрикцию, тогда как PGI2 ингибирует агрегацию тромбоцитов и индуцирует вазодилатацию. Поскольку ТХА2 в основном является продуктом ЦОГ-1 (преимущественно в тромбоцитах), он очень чувствителен к ингибированию ацетилсалициловой кислотой (АК). АК является необратимым ингибитором фермента, т. е. блокирует фермент до конца его жизни. Принимая во внимание, что у тромбоцита нет ядра, то ЦОГ-1 блокируется до конца жизни тромбоцита.

Напротив, хотя синтез сосудистого PGI2 может осуществляться ЦОГ-1, его основным источником является ЦОГ-2 даже в физиологических условиях.

Молекулярный механизм ингибирования активности ЦОГ ацетилсалициловой кислотой связан с блокадой канала этого фермента в результате необратимого ацетилирования, предотвращая доступ арахидоновой кислоты к каталитическому центру фермента. Полное или почти полное ингибирование ЦОГ-1 тромбоцитов может быть достигнуто с помощью низких доз АК (75–150 мг), принимаемых один раз в день, потому что тромбоциты – безъядерные клетки, и необратимо заблокированный фермент остается неактивным до конца жизни клетки. Напротив, ингибирование ЦОГ-2-зависимых патофизиологических процессов (например, гипералгезии, воспаления) требует больших доз АК и гораздо более короткого интервала между приемами, поскольку содержащие ядро клетки быстро ресинтезируют фермент. Профиль пользы/риска АК зависит от дозы, поскольку токсичность для желудочно-кишечного тракта зависит от дозы. По итогам плацебо-контролируемых рандомизированных исследований показано, что АК является эффективным антитромботическим средством при длительном применении в дозах от 50 до 100 мг/сутки.

Основные побочные эффекты АК связаны с угнетением ЦОГ. При этом нарушается образование простагландина Е2 и простациклина I2, оказывающих антисекреторное и гастропротекторное действие. В результате даже при непродолжительном применении АК может вызвать повреждение эпителия желудка и двенадцатиперстной кишки (ульцерогенный эффект). Избирательное ингибирование ЦОГ приводит к активации липоксигеназного пути превращения арахидоновой кислоты и к образованию лейкотриенов, обладающих бронхоконстрикторными свойствами, что может провоцировать приступ у больных бронхиальной астмой (аспириновая астма). Кроме того, возможно развитие аспириновой триады (ринит, полипозный риносинусит, приступы удушья).

Тиенопиридины. Тиклопидин, клопидогрел и прасугрел представляют три поколения пероральных тиенопиридинов, которые селективно ингибируют АДФ-индуцированную агрегацию тромбоцитов. Все три тиенопиридина являются пролекарствами, которые должны пройти метаболическую активацию через микросомальную систему CYP450 печени для образования активных метаболитов, которые ингибируют пуринергические рецепторы тромбоцитов P2Y12.

АДФ, высвобождаемый в кровоток при активации тромбоцитов, стимулирует эти рецепторы, локализованные в мембране других тромбоцитов. В тромбоцитарных мембранах обнаружены пуринергические рецепторы, сопряженные с G-белками, обозначаемые как P2Y1- и P2Y12-рецепторы. P2Y12-рецепторы сопряжены с Gi-белками, ингибирующими аденилатциклазу. Через эти рецепторы АДФ вызывает угнетение аденилатциклазы и снижение уровня цАМФ, что приводит к повышению концентрации Са2+ в цитоплазме тромбоцитов и активации IIb – IIIa гликопротеиновых рецепторов, связывающих фибриноген и таким образом образующих агрегаты тромбоцитов.

Клопидогрел показан для снижения риска инфаркта миокарда у пациентов с острым коронарным синдромом (ОКС) без подъема сегмента ST, у пациентов с инфарктом миокарда – с подъемом сегмента ST, а также при недавно перенесенном ИМ, инсульте или установленном заболевании периферических артерий. Образованию активного метаболита клопидогрела способствуют несколько ферментных систем. CYP2C19 способствует примерно 50 % общего образования активного метаболита из клопидогрела и, таким образом, играет существенную роль в биоактивации клопидогрела, тогда как другие изоферменты вносят меньший вклад. Следует иметь в виду, что при полиморфизме гена, кодирующего этот фермент, содержание активного метаболита снижается, что приводит к уменьшению активности клопидогрела.

Активная форма представляет собой ингибитор агрегации тромбоцитов, который необратимо связывается с рецепторами АДФ P2Y12 на тромбоцитах. Это связывание предотвращает связывание АДФ с рецепторами P2Y12, активацию гликопротеинового комплекса GPIIb/IIIa и агрегацию тромбоцитов.

По сравнению с тиклопидином, использование клопидогрела сопряжено с меньшим риском возникновения такого серьезного осложнения, как нейтропения, реже возникает тромбоцитопения. В качестве редкого осложнения, как и при приеме тиклопидина, возможно развитие тромботической тромбоцитопенической пурпуры.

Прасугрел наиболее сильнодействующий из всех трех препаратов, имеет быстрое начало действия и превосходит эффективность клопидогрела у пациентов, перенесших коронарное стентирование.

Дипиридамол – производное пиримидопиримидина, обладающее сосудорасширяющими и антиагрегантными свойствами. Механизм действия дипиридамола как антиагреганта неоднозначен. Он ингибирует фосфодиэстеразу – фермент, расщепляющий циклический аденозинмонофосфат (АМФ) до 5›-АМФ, что приводит к внутритромбоцитарному накоплению циклического АМФ, ингибитора агрегации тромбоцитов. Кроме того, этот препарат является блокатором захвата аденозина, который связывается с A2-аденозиновыми рецепторами, стимулирует аденилциклазу тромбоцитов и увеличивает содержание цАМФ. Не исключена прямая стимуляция рецепторов I2.

Дипиридамол применяют в основном в качестве антиагреганта для профилактики тромбозов. Дипиридамол используют для профилактики ишемического инсульта, а также при заболеваниях периферических артерий (в основном в сочетании с АК, так как сам дипиридамол обладает слабым антиагрегантным действием).

Побочные эффекты. При применении дипиридамола возможны головная боль, головокружение, артериальная гипотензия, диспепсические явления, кожные сыпи.

Ингибиторы гликопротеиновых рецепторов тромбоцитов (абциксимаб, тирофтбан, эптифибатид). Эти ЛС действуют путем блокады гликопротеиновых рецепторов IIb/IIIa тромбоцитов к фибриногену, уменьшая агрегацию тромбоцитов, и чаще всего используются при остром коронарном синдроме. Эти препараты доступны только в форме внутривенного введения и поэтому используются в качестве краткосрочной терапии.

Абциксимаб представляет собой гуманизированный ab-фрагмент мышиного антитела, направленного против гликопротеиновых рецепторов IIb – IIIa. Тромбоцитопения возникает у 1–2 % пациентов, получавших абциксимаб. Риск тромбоцитопении увеличивается при повторном назначении абциксимаба. Считается, что тромбоцитопения опосредована антителами. В большинстве случаев тромбоцитопения разрешается после прекращения приема препарата. При необходимости можно провести переливание тромбоцитов.

Тирофибан представляет собой непептидное производное тирозина, которое избирательно связывается с гликопротеиновыми рецепторами IIb-IIIa. Период полувыведения тирофибана из плазмы составляет от 1,5 до 2 ч., а почечная и желчная экскреция способствует клиренсу тирофибана, при этом неизмененный тирофибан обнаруживается в моче и фекалиях. Коррекция дозы требуется у пациентов с почечной недостаточностью, но не у пациентов с заболеваниями печени.

Эптифибатид представляет собой синтетический циклический гептапептид с дисульфидной связью. Он создан по образцу аминокислотной последовательности, обнаруженной в дезинтегрине змеиного яда, полученном из Sistrurus miliarius barbouri (барбурина), и обладает высокой специфичностью в отношении гликопротеиновых рецепторов IIb-IIIa.

Антикоагулянты

Свертывание (коагуляция) крови – это последовательный процесс, включающий взаимодействие компонентов крови, называемый факторами свертывания крови. Всего существует 13 основных факторов свертывания крови, и каждому из них присвоена римская цифра от I до XIII. Коагуляция может быть инициирована путем активации двух отдельных путей, обозначенных как внешний и внутренний. Оба пути приводят к активации фактора Х (Ха), что характеризует собой начало так называемого общего пути свертывания крови, который приводит к образованию фибрина. Относящийся к протеазам Ха вызывает переход протромбина (фактор II) в тромбин (фактор IIa). Тромбин, в свою очередь, катализирует превращение фибриногена (фактора I) – растворимого белка плазмы – в длинные липкие нити нерастворимого белка, фибрина (фактор Ia). Нити фибрина образуют сетку, которая удерживает тромбоциты, клетки крови и плазму. Через несколько минут фибриновая сеть начинает сжиматься, выдавливая жидкое содержимое. Этот процесс, называемый ретракцией сгустка, является заключительным этапом коагуляции.

Антикоагулянты действуют на разные участки коагуляционного каскада. Некоторые действуют прямо, путем ингибирования ферментов, активирующих каскад, тогда как другие – опосредованно, связываясь с антитромбином III или угнетая синтез факторов свертывания в печени (зависимые от витамина К факторы).

Основные показания к антикоагулянтной терапии включают мерцательную аритмию, острый коронарный синдром, тромбоз глубоких вен, венозную тромбоэмболию и протезирование клапана сердца, замену тазобедренного и коленного сустава, фосфолипидный синдром.

Таблица 19. Классификация антикоагулянтов

Нефракционированный гепарин (средняя молекулярная масса фракций 15000Д). Механизм действия гепарина основан на его связывании с антитромбином III, который является естественным ингибитором активированных факторов свертывания крови: IIа (тромбина), IXa, Ха, XIa и XIIа. Гепарин натрия связывается антитромбином III и вызывает конформационные изменения в его молекуле. В результате ускоряется связывание антитромбина III с факторами свертывания крови IIа (тромбином), IXa, Ха, XIa и XIIа и блокируется их ферментативная активность, замедляется образование фибрина. Наибольшее значение для антикоагулянтного действия имеет связывание факторов IIa и Xa. Связывание гепарина натрия с антитромбином III имеет электростатическую природу и в значительной степени зависит от длины молекулы. Его действие начинается быстро, период полувыведения короткий, действие гепарина необходимо контролировать с помощью активированного частичного тромбопластинового времени (АЧТВ). Побочные эффекты гепарина: аллергические реакции, в том числе и тромбоцитопения; анафилактический шок; кровотечения. При возникновении кровотечений в качестве антагониста используют протамина сульфат, который блокирует активность нефракционированного гепарина.

Низкомолекулярные гепарины (средняя молекулярная масса фракций 4000–5000Д) – эноксапарин, дальтепарин, тинзапарин, надропарин. Они имеют более продолжительное действие и длительный период полувыведения. Механизм действия (активация антитромбина III) аналогичен гепарину, но вследствие меньшей длины молекулы они блокируют только фактор Ха. Не требуют столь тщательного контроля системы гемостаза. Возможно применение в амбулаторных условиях. Протамина сульфат показан при кровотечениях у пациентов, принимающих низкомолекулярный гепарин, хотя он не так эффективен, как при кровотечениях, связанных с нефракционированным гепарином.

Вопрос

Почему считается, что низкомолекулярный гепарин предпочтительнее нефракционированного гепарина?

Низкомолекулярный гепарин (НМГ) имеет преимущества перед нефракционированным гепарином в том, что у него лучше биодоступность и более длительный период полувыведения, упрощенное дозирование, предсказуемый антикоагулянтный ответ, меньший риск индуцированной тромбоцитопении и меньший риск остеопороза. Как и гепарин, НМГ проявляет свою антикоагулянтную активность путем активации антитромбина (АТ), однако, в отличие от нефракционированного гепарина, НМГ обеспечивает блокаду АТ только фактора Ха.

Прямые ингибиторы активированного тромбина – дабигатран и аргатробан – блокируют трансформацию тромбином фибриногена в фибрин. Антагонистом дабигатрана является идаруцизумаб, представляющий собой фрагмент моноклонального антитела против дабигатрана. Используется у пациентов, получающих дабигатран при возникновении опасного для жизни кровотечения.

Прямые ингибиторы фактора Ха – ривароксабан, апиксабан. Механизм их действия включает ингибирование перехода протромбина в тромбин за счет непосредственного связывания с фактором Ха. Антагонистом препаратов этой группы является андексанет альфа.

Варфарин – антикоагулянт непрямого действия, производное кумарина. Подавляет синтез витамин К-зависимых факторов свертывания крови (II, VII, IX и X) и антикоагулянтных протеинов C и S в печени. Начало противосвертывающего действия наблюдается через 36–72 ч. от начала приема препарата с развитием максимального эффекта на 5–7-й день от начала применения. После прекращения приема препарата восстановление активности витамин К-зависимых факторов свертывания крови происходит в течение 4–5 дней. Для остановки кровотечений, вызванных антикоагулянтами непрямого действия, следует вводить препараты витамина K1 (фитоменадион), а также концентрат протромбинового комплекса (содержит факторы II, VII, IX и X).

Лекарственные средства, влияющие на ЖКТ

Противорвотные средства

Тошнота и рвота – распространенные желудочно-кишечные расстройства, которые могут быть вызваны различными стимулами через центральную и/или периферическую нервную систему.

И тошнота, и рвота считаются защитными механизмами, когда опасные токсины, ЛС, бактерии, вирусы попадают в организм энтеральным или парентеральным путем, включая кровь, кожу и дыхательные пути.

В настоящее время используют несколько классов противорвотных средств.

• Антагонисты серотониновых рецепторов – ондансетрон, гранисетрон, доласетрон, палоносетрон. Механизм их действия заключается в блокировании взаимодействия серотонина с рецептором 5-HT_3. Доступны лекарственные формы для внутривенного и перорального введения. Наиболее опасный побочный эффект – удлинение интервала QTc, что может привести к возникновению сердечных аритмий, в том числе типа «пируэт». Побочные эффекты включают головную боль, головокружение и запор.

• Антихолинергическое средство скополамин, наиболее часто встречающееся лекарство этого класса, относится к М_1-холиноблокаторам. Он преимущественно используется для лечения укачивания или профилактически в периоперационных условиях. Побочные эффекты: сухость во рту, паралич аккомодации, сонливость, тахикардия, задержка мочеиспускания. Наиболее часто вводится трансдермально.

• Антагонисты дофаминовых рецепторов – метоклопрамид, домперидон – блокируют дофаминовые D_2-рецепторы в низких дозах, в более высоких дозах блокируют 5-HT_3-рецепторы. Метоклопрамид является наиболее распространенным ЛС этого класса и обычно используется в качестве стимулятора моторики ЖКТ с целью уменьшения тошноты и рвоты. Доступны формы для перорального и внутривенного введения. Проникает через ГЭБ. Побочные эффекты: может вызывать дистонию, позднюю дискинезию и акатизию.

Хлорпромазин относится к антагонистам D2-рецепторов area postrema, где локализуется хеморецепторная триггерная зона рвотного центра.

Побочные эффекты: головокружение, головная боль и экстрапирамидные симптомы, включая дистонию и позднюю дискинезию.

Дроперидол и галоперидол – высокоэффективные противорвотные средства. Использование этих ЛС ограничивают серьезные побочные эффекты: дозозависимое удлинение интервала QTc, которое требует осторожности у пациентов с известным или предполагаемым удлинением интервала QTc.

• Глюкокортикоиды. Механизм их действия не совсем ясен. Побочные эффекты незначительны при кратковременном применении и включают бессонницу, возбуждение и изменения настроения. Доступны лекарственные формы для перорального и внутривенного введения.

• Антигистаминные препараты. Это блокаторы H1-гистаминовых рецепторов дифенгидрамин, меклизин, прометазин. Седативный эффект является распространенным их побочным эффектом.

• Антагонисты нейрокининовых рецепторов. Апрепитант является селективным высокоаффинным антагонистом NK-1 рецептора нейрокинина. Предупреждает развитие рвоты, вызванной химиотерапевтическими средствами. Побочные эффекты включают головные боли и головокружение, возможны серьезные реакции гиперчувствительности, включая анафилаксию и анафилактический шок.

• Препараты каннабиноидов – набилон и дронабинол. Это относительно новая группа противорвотных ЛС, агонистов СВ1-и СВ2-рецепторов. Для них характерны серьезные побочные эффекты, такие как головокружение, гипотензия и дисфория, что ограничивает их использование в некоторых группах населения.

Лекарственные средства, применяемые при язве желудка

Доктор позвонил мне домой и сказал, что подозревает прободную язву желудка…

… я увидел больного примерно через полчаса. У него были сильные боли в верхней части живота. Давление упало, лицо было пепельно-серым, холодная испарина, состояние шока. Я распорядился сделать переливание крови и укол морфия. Живот был, «как доска», при пальпации определялся положительный симптом Блюмберга.

А. Хейли, «Окончательный диагноз»

Язвенная болезнь желудка характеризуется нарушением слизистой оболочки желудка вследствие секреции желудочного сока или пепсина, которые затем проникают в собственный мышечный слой слизистой оболочки.

Патогенез язвенной болезни можно рассматривать как комбинированный сценарий, предполагающий нарушение баланса между защитными факторами (слизисто-бикарбонатный слой, простагландины, клеточная регенерация, кровоток слизистой оболочки) и отягощающими факторами (соляная кислота, пепсин, этанол, соли желчных кислот, лекарственные препараты).

Вплоть до открытия H. pylori в 1982 году врачи связывали язвенную болезнь с образом жизни. Это могло включать в себя употребление острой пищей, курение, употребление алкогольных напитков и неспособность должным образом справляться с эмоциональным и личным стрессом. В статье, опубликованной в 1967 году, даже сообщалось, что пептические язвы появляются в семьях с доминантными и навязчивыми матерями.

Клиницисты считали, что эти факторы образа жизни приводят к перепроизводству желудочной кислоты, что в свою очередь вызывает образование язв. Из-за этого лечение язвенной болезни в то время ограничивалось соблюдением щадящей диеты, постельным режимом и приемом лекарств, которые блокировали выработку новой кислоты и нейтрализовали существующей кислоты. К сожалению, хотя эти агенты и облегчали симптомы, язвы часто возвращались. Болезнь носила выраженный сезонный характер (обострения весной и осенью).

В 1982 году два врача из Перта (Австралия) Робин Уоррен и Барри Маршалл наблюдали бактерии, связанные с изъязвленными и воспаленными участками кишечника человека, и начали исследовать их роль в заболеваниях. Эти ученые выделили бактерии из биоптатов желудка и назвали организм Helicobacter pylori. Уоррен и Маршалл опубликовали свою работу о значении P.pyloru в патогенезе язвы желудка в 1982 году и были удостоены Нобелевской премии по медицине в 2005 году за выдающийся вклад в эту область.

Среди этиологических факторов можно выделить инфицирование H. pylori, прием НПВП; причины, не связанные с указанными факторами: лекарственные препараты (глюкокортикоиды, фторурацил), синдром Золлингера – Эллисона, курение.

Существует тесная связь между инфекцией H. pylori и гастродуоденальными язвами. H. pylori вызывает воспалительную реакцию в слизистой оболочке желудка с индукцией эпителиальных цитокинов, преимущественно интерлейкинов 8 и 1β. Эта бактерия обладает очень высокой уреазной активностью, образуя аммиак для защиты от кислой желудочной среды. Выделение щелочного аммиака бактериями на поверхностном эпителии и в железах антрального отдела ингибирует восприятие истинного уровня кислотности D-клетками, что приводит к неадекватному высвобождению соматостатина и гипергастринемии. Аммиак вызывает образование токсичных комплексов, таких как хлорид аммония, которые вместе с бактериальными фосфолипазами А и С нарушают богатый фосфолипидами слой слизистой оболочки, поддерживающий гидратацию слизистой оболочки и целостность желудочного эпителиального барьера.

Метаплазия эпителия двенадцатиперстной кишки – важная предпосылка для колонизации H. pylori эпителия этого отдела ЖКТ, поскольку бактериальная колонизация является специфичной и исключительной для эпителиальных клеток желудка.

Классификация ЛС, применяемых при язве желудка

• Ингибиторы протонной помпы – омепразол, эзомепразол, лансопразол, пантопразол и рабепразол.

• Блокаторы H2-гистаминовых рецепторов – фамотидин, низатидин.

• Антацидные средства:

• всасывающиеся антацидные средства – магния оксид, магния карбонат, натрия гидрокарбонат, кальция карбонат;

• невсасывающиеся антацидные средства – алгелдрат, алгелдрат + магния гидроксид (Алмагель, Маалокс), магния трисиликат.

• Цитопротекторные средства – сукральфат, мизопростол.

• Препараты висмута: висмута трикалия дицитрат, висмута субсалцилат, висмута субнитрат.

Ингибиторы протонной помпы (ИПП) – омепразол, эзомепразол, лансопразол, пантопразол и рабепразол – представляют собой кислотолабильные пролекарства, которые вводят перорально в форме препаратов с замедленным высвобождением, покрытых кишечнорастворимой оболочкой для защиты от желудочного сока. После всасывания из кишечника препараты из сосудистой системы распределяются по всему организму, в том числе секреторным канальцам слизистой оболочки желудка, и превращаются в активные метаболиты, которые связываются с протонной помпой. Эти препараты в конечном итоге метаболизируются в неактивные соединения.

Активные метаболиты ИПП образуют ковалентную дисульфидную связь с остатком цистеина в протонной помпе (Н+, К+-АТФаза), расположенной в люминальной мембране париетальных клеток желудка. Препараты необратимо ингибируют протонную помпу и препятствуют секреции желудочного сока; вызывают дозозависимое ингибирование секреции желудочного сока до 95 %, а однократная доза может угнетать секрецию кислоты в течение 1–2 дней. ИПП более эффективны для снижения кислотности желудка, чем H_2-гистаминовые блокаторы. При длительном приеме (более года) ИПП могут вызывать гипомагниемию, остеопороз, поражения почек.

Блокаторы H_2-гистаминовых рецепторов – фамотидин, низатидин – используются для лечения состояний, связанных с избыточным кислотообразованием в желудке, включая диспепсию, язвенную болезнь и гастроэзофагеальную рефлюксную болезнь. Блокаторы H_2-гистаминовых рецепторов иногда используют в сочетании с блокатором H_1 для лечения аллергических реакций, когда больные не реагируют на H_1-блокаторы отдельно. Антагонисты Н_2-рецепторов конкурентно блокируют Н_2-рецепторы париетальных клеток желудка и подавляют базальную и стимулированную приемом пищи секрецию кислоты. Они высокоселективны и не влияют на Н_1– и Н_3-рецепторы.

Для лечения язвенной болезни Н_2-блокаторы назначают один или два раза в день в дозах, повышающих рН желудка выше 4 в течение не менее 13 часов в сутки. Рекомендуется давать разовую суточную дозу перед сном, чтобы обеспечить подавление секреции кислоты в течение всей ночи. По эффективности Н_2-гистаминовые блокаторы уступают ингибиторам протоновой помпы.

Антацидные средства нейтрализуют соляную кислоту в желудке.

Антацидные препараты химически нейтрализуют желудочную кислоту. Это повышает рН желудочно-кишечного тракта в достаточной степени, чтобы облегчить боль при диспепсии и кислотном расстройстве желудка и обеспечить заживление пептических язв. Наиболее часто используют карбонат кальция и комбинацию гидроксидов алюминия и магния. Эти вещества доступны в виде жевательных таблеток и жидких суспензий. При использовании отдельно гидроксид алюминия может вызывают запор, тогда как гидроксид магния часто вызывает диарею. Следовательно, комбинация гидроксидов алюминия и магния оказывает относительно нейтральное влияние на моторику ЖКТ. Карбонат кальция также может вызвать запор, а большие дозы карбоната кальция могут привести к восстановлению секреции кислоты. Антациды доступны без рецепта и обычно используются для лечения изжоги и диспепсии.

Цитопротекторные средства – сукральфат, мизопростол

Сукральфат применяют для лечения и профилактики язвенной болезни. Он представляет собой вязкий полимер октасульфата сахарозы и гидроксида алюминия. Этот сульфатированный полисахарид связывается с кратером язвы и эпителиальными клетками, за счет этого ингибирует катализируемый пепсином гидролиз белков слизистой оболочки. Сукральфат также стимулирует синтез простагландинов в клетках слизистой оболочки. Эти действия образуют защитный барьер для кислоты и пепсина и способствуют заживлению язв. Сукральфат назначают внутрь в виде таблеток или суспензии. Препарат практически не всасывается в кишечнике и в основном выводится с калом. Возможна абсорбция небольшого количества алюминия из препарата, поэтому сукральфат следует применять с осторожностью у пациентов с почечной недостаточностью. Сукральфат менее эффективен, чем ингибиторы секреции желудочного сока, и в основном используется как средство комбинированной терапии или у пациентов, которые не переносят Н2-блокаторы или ИПП. Может ухудшить всасывание дигоксина, фторхинолонов, кетоконазола, фенитоина.

В клинических исследованиях сукральфат использовали в качестве местного препарата для заживления нескольких типов эпителиальных ран, таких как язвы, воспалительный дерматит, мукозит и ожоговые раны. Заживление эпителиальных ран представляло собой последовательный организованный патофизиологический процесс, включающий гемостаз, воспалительную реакцию, пролиферацию клеток и ремоделирование тканей, что приводило к развитию грануляционной ткани и заполнению раневого пространства. В механизме действия сукральфата при заживлении эпителиальных ран важное значение отводится взаимодействию с факторами роста.

Мизопростол – аналог простагландина Е1. Подобно другим простагландинам, оказывает цитопротекторное действие, ингибируя секрецию желудочного сока, а также за счет стимуляции секреции слизи и бикарбоната. Показан для профилактики язвенной болезни желудка и двенадцатиперстной кишки у больных, принимающих НПВП в течение длительного периода.

Побочные эффекты: диарея, спазмы гладких мышц ЖКТ. Противопоказан при беременности.

Препараты висмута

Используют несколько соединений висмута: висмута субсалицилат, висмута субнитрат, а также висмута трикалия субцитрат. Висмута субцитрат производится в комбинации с метронидазолом и тетрациклином для лечения инфицирования H. pylori. Более 99 % висмута выводится с калом. Висмут обладает вяжущим действием, вызывает денатурацию белков на поверхности язвы и эрозии, создавая защитный слой от кислоты и пепсина. Он также может стимулировать секрецию простагландинов, слизи и бикарбонатов, обеспечивая цитопротекторное действие. Субсалицилат висмута снижает частоту дефекаций и уменьшает содержание воды в кале при острой инфекционной диарее. Висмут обладает прямым антимикробным действием и связывает энтеротоксины, что объясняет его преимущества в профилактике и лечении диареи путешественников. Соединения висмута обладают прямой антимикробной активностью в отношении H. pylori.

Препараты висмута используют в четырехкомпонентных схемах лечения эрадикации инфекции H. Pylori, например в комбинации с ИПП, тетрациклином и метронидазолом в течение 10–14 дней. Препараты висмута имеют хороший профиль безопасности, но вызывают окрашивание кала в черный цвет, что можно принять за мелену, характерную для желудочно-кишечного кровотечения.

Вопрос

Почему ингибиторы протонной помпы (ИПП) не следует использовать длительно?

Подавляя высвобождение соляной кислоты, ИПП повышают pH желудка, что может способствовать избыточному бактериальному росту, ведущему к колонизации трахеи и пневмонии. Считается, что ИПП могут нарушать функцию иммунных клеток, увеличивая риск инфекционных осложнений.

Слабительные средства

Классификация слабительных средств

• Увеличивающие объем каловых масс (пищевые волокна) – оболочки семян подорожника, метилцеллюлоза, слоевища ламинарии.

• Осмотические слабительные – сульфат магния, сульфат натрия, лактулоза, сорбитол, полиэтиленгликоль.

• Стимуляторы перистальтики – препараты алоэ, ревеня, крушины и сенны, натрия пикосульфат, бисакодил.

• Мягчительные средства (пластификаторы) и смазывающие средства – глицерол, масло миндальное, минеральное масло.

• Активаторы хлоридных каналов – любипростон, линаклотид.

• Слабительные при запорах, вызванных опиоидами, – метилналтрексона бромид и альвимопан.

Самый старый из существующих фармацевтических справочников – это египетский фармацевтический папирус XVI века до нашей эры, в котором в качестве основного объяснения болезней предлагается идея отравления организма веществами, выделяющимися в результате разложения отходов в кишечнике. В качестве слабительных средств в папирусе предлагались чеснок, укроп, кориандр, фикус сикомор.

Слабительные средства используют для лечения запоров (определяемых как появление твердого стула реже, чем обычно для пациента). Этиология запоров различна и может быть симптомом органического заболевания или побочным эффектом некоторых лекарственных препаратов (например, запор, вызванный опиоидами). Слабительные средства имеют клиническое значение при лечении синдрома раздраженного кишечника (СРК), в составе антигельминтной терапии или для очистки пищеварительного тракта перед оперативными вмешательствами и рентгенологическими процедурами.

Объемообразующие слабительные – оболочки семян подорожника, метилцеллюлоза, слоевища ламинарии – задерживают жидкость в стуле и увеличивают вес и консистенцию стула. С этой целью используют подорожник, пищевые волокна и метилцеллюлоза. Важно пить достаточное количество воды, чтобы эти наполнители работали. Недостаток воды, в свою очередь, приводит к вздутию живота и может вызвать непроходимость кишечника.

Осмотические слабительные – сульфат магния, сульфат натрия, лактулоза, сорбитол, полиэтиленгликоль – плохо всасываются из кишечника и за счет повышения осмотического давления вытягивают воду в просвет кишечника. Невсасывающиеся соли сульфаты магния и натрия действуют на всем протяжении кишечника, их используют при острых запорах, так как при длительном применении возможно нарушение электролитного баланса и развитие нефротоксического влияния ионов магния. Невсасывающиеся сахара локтулозу и сорбитол можно использовать для лечения хронических запоров. Кишечная микрофлора разлагает эти сахара, вызывая метеоризм.

Растворы для лаважа, содержащие полиэтиленгликоль (ПЭГ), обычно используют для полной очистки толстой кишки перед эндоскопическими процедурами желудочно-кишечного тракта. Эти сбалансированные изотонические растворы содержат инертный неабсорбируемый осмотически активный ПЭГ с сульфатом натрия, хлоридом натрия, бикарбонатом натрия и хлоридом калия. Раствор разработан таким образом, чтобы не происходило значительных сдвигов внутрисосудистой жидкости или электролитов. Поэтому он безопасен для всех пациентов.

Стимулирующие слабительные вызывают дефекацию с помощью ряда плохо изученных механизмов. К ним относятся прямая стимуляция энтеральной нервной системы и секреции электролитов и жидкости в толстой кишке.

Слабительные растительного происхождения – препараты алоэ, ревеня, крушины и сенны – содержат антрахиноны, которые в кишечнике под воздействием бактерий превращаются в активные формы и активируют нервные сплетения кишечной стенки, стимулируя перистальтику. Они плохо всасываются и после гидролиза в толстой кишке вызывают дефекацию через 6–12 часов при пероральном введении и в течение 2 часов при ректальном введении. Хроническое употребление приводит к характерной коричневой пигментации толстой кишки, известной как меланоз толстой кишки.

Синтетические слабительные средства – натрия пикосульфат, бисакодил – стимулируют мышечно-кишечное сплетение и сплетение Ауэрбаха, которые, в свою очередь, стимулируют секрецию и перистальтику кишечника. Послабляющий эффект развивается через 6–8 ч. В отличие от солевых слабительных, они действуют не на всем протяжении кишечника, а только в толстом его отделе.

Препараты этой группы обладают высокой эффективностью. В многоцентровом обсервационном исследовании, включавшем пациентов, проходящих колоноскопию, более 93,0 % пациентов, получавших препараты, содержащие пикосульфат натрия, сообщили об эффективности эффекта очищения толстой кишки.

Бисакодил оказывает слабительное действие, расщепляясь в щелочном содержимом кишечника и вызывая раздражение хеморецепторов. При приеме внутрь действует через 5–7 ч. При назначении в ректальных свечах эффект наступает в течение первого часа.

Натрия пикосульфат не всасывается в тонкой кишке. В ней под влиянием бактериальной флоры из препарата образуется свободный дифенол, который стимулирует хеморецепторы слизистой оболочки толстой кишки и усиливает ее перистальтику.

Стимулятор секреции хлоридов любипростон представляет собой производное простаноевой кислоты, предназначен для использования при хронических запорах и синдроме раздраженного кишечника (СРК) с преобладанием запоров. Он стимулирует хлоридные каналы 2-го типа (ClC-2) в тонкой кишке. Это увеличивает секрецию жидкости, богатой хлоридами, в кишечник, что стимулирует перистальтику кишечника и сокращает время кишечного транзита. Более чем у 50 % пациентов наблюдается опорожнение кишечника в течение 24 часов после приема одной дозы. По-видимому, при длительной терапии не происходит потери эффективности. После прекращения приема препарата запоры могут вернуться к прежней тяжести. Лубипростон может вызывать тошноту у 30 % пациентов из-за замедленного опорожнения желудка.

Линаклотид представляет собой пептид с минимальной абсорбцией из кишечника, который стимулирует секрецию хлоридов в кишечнике, активируя гуанилатциклазу-С на поверхности просвета кишечника. Это приводит к увеличению внутриклеточного и внеклеточного циклического гуанозинмонофосфата (цГМФ), что вызывает секрецию жидкости, богатой хлоридами, и ускорением кишечного транзита. Этот препарат приводит к увеличению частоты дефекаций в среднем на 1–2 раза в неделю, что обычно происходит в течение первой недели лечения. Применяется для лечения хронического запора. После отмены препарата частота дефекации возвращается к норме в течение 1 недели. Наиболее частый побочный эффект – диарея.

Слабительные при запорах, вызванных опиоидами

Острая и хроническая терапия опиоидами может вызвать запор за счет усиления непропульсивных сокращений толстой кишки, что приводит к увеличению времени транзита и увеличению всасывания воды из просвета кишечника. Эти эффекты в основном опосредованы μ-опиоидными рецепторами кишечника. Селективные антагонисты μ-опиоидных рецепторов метилналтрексона бромид и альвимопан плохо проникают через гематоэнцефалический барьер, они ингибируют периферические μ-опиоидные рецепторы, не влияя на анальгетический эффект, не воздействуя на ЦНС.

Антидиарейные средства

Агонисты опиоидных рецепторов

Как указывалось выше, опиоиды вызывают выраженную констипацию. Они повышают активность фазовой сегментации толстой кишки за счет ингибирования пресинаптических холинергических нервов в подслизистом и мышечно-кишечном сплетениях и приводят к увеличению времени транзита через толстую кишку и абсорбции воды. Они также уменьшают перистальтику толстой кишки и желудочно-ободочный рефлекс. Центральные эффекты опиоидов не позволяют использовать их как антидиарейные средства.

Лоперамид действует, замедляя перистальтику кишечника и влияя на движение воды и электролитов через кишечник. Лоперамид связывается с опиатными рецепторами в стенке кишечника. Он подавляет пропульсивную перистальтику и увеличивает время кишечного транзита. Лоперамид повышает тонус анального сфинктера, тем самым уменьшая недержание и позывы. Фармакодинамика Лоперамид удлиняет время транзита кишечного содержимого. Он уменьшает ежедневный объем фекалий, увеличивает вязкость и объемную плотность, а также уменьшает потерю жидкости и электролитов. Толерантности к противодиарейному эффекту не наблюдалось.

Лоперамид – безрецептурный опиоидный агонист, который не проникает через гематоэнцефалический барьер, не обладает обезболивающими свойствами и не вызывает лекарственную зависимость. Обычно его вводят в дозах 2 мг от одного до четырех раз в день.

Дифеноксилат – рецептурный агонист опиоидных рецепторов, не обладающий обезболивающими свойствами в стандартных дозах; однако более высокие дозы воздействуют на ЦНС, а длительное применение может привести к опиоидной зависимости. Коммерческие препараты обычно содержат небольшое количество атропина, чтобы предотвратить передозировку (2,5 мг дифеноксилата с 0,025 мг атропина). Антихолинергические свойства атропина могут способствовать антидиарейному действию.

Элуксадолин – рецептурный опиоидный агонист с высоким сродством с мю-рецептором (а также с низким сродством с дельта-рецептором). При пероральном приеме элуксадолин связывается с опиоидными рецепторами кишечника, что приводит к замедлению перистальтики. Элуксадолин одобрен для лечения пациентов с синдромом раздраженного кишечника. Он уменьшает сорбцию жидкости из пищевого содержимого в тонкой и толстой кишке.

Рацекадотрил – пролекарство, антисекреторное средство, в организме превращается в тиорфан – ингибитор энкефалиназы, разрушающей энкефалины в стенке кишечника. Препарат вызывает увеличение содержания эндогенных опиоидов в стенке кишечника, что приводит к снижению секреции желез кишечника и угнетению перистальтики.

Октреотид используется как антидиарейное средство при нейроэндокринных опухолях желудочно-кишечного тракта (карциноид, VIPoma), которые вызывают секреторную диарею и системные симптомы, такие как приливы и свистящее дыхание. У пациентов с запущенными симптоматическими опухолями, которые не могут быть полностью удалены хирургическим путем, октреотид уменьшает секреторную диарею и системные симптомы за счет ингибирования секреции гормонов и может замедлять прогрессирование опухоли. Октреотид ингибирует кишечную секрецию и оказывает дозозависимое действие на перистальтику кишечника. Эффективен в том числе для лечения диареи, вызванной ваготомией или демпинг-синдромом, а также диареи, вызванной синдромом короткой кишки или СПИДом.

Средства, влияющие на тонус и ритмические сокращения матки

Воспаленное, измученное лицо Кити с прилипшею к потному лицу прядью волос было обращено к нему и искало его взгляда. Поднятые руки просили его рук. Схватив потными руками его холодные руки, она стала прижимать их к своему лицу.

– Не уходи, не уходи! Я не боюсь, я не боюсь! – быстро говорила она. – Мама, возьмите сережки. Они мне мешают. Ты не боишься? Скоро, скоро, Лизавета Петровна…

Она говорила быстро, быстро и хотела улыбнуться. Но вдруг лицо ее исказилось, она оттолкнула его от себя.

– Нет, это ужасно! Я умру, умру! Поди, поди! – закричала она, и опять послышался тот же ни на что не похожий крик. Левин схватился за голову и выбежал из комнаты.

– Ничего, ничего, все хорошо! – проговорила ему вслед Долли.

Л. Н. Толстой, «Анна Каренина»

Средства, стимулирующие ритмические сокращения матки

Физиологические роды включают комплекс точно настроенных механизмов, определяющих переход мышечной активности матки из состояния покоя, характеризующегося одиночными несинхронизированными сокращениями во время беременности, в состояние координированных сокращений матки в момент созревания плода, сглаживание и последующее раскрытие шейки матки, чтобы позволить плоду выйти из матки во влагалище. Точные механизмы этих процессов все еще находятся в стадии изучения, включая вопрос о том, инициируются ли они матерью (в миометрии или плаценте) или плодом. Многие гормоны, в том числе эстрогены, прогестерон, простагландины, кортикотропин-рилизинг-гормон (CRH), релаксин и окситоцин, действуют параллельно и влияют на внутриклеточные процессы, инициируя начало родов. Важнейшая роль в процессе родов принадлежит окситоцину.

Окситоцин – нонапептидный гормон, образуется в гипоталамусе, но накапливается и выделяется задней долей гипофиза. Стимулом для выделения окситоцина является давление головы плода на шейку матки, что активирует заднюю долю гипофиза для секреции окситоцина в организме матери. Окситоцин затем доставляется кровью в матку, чтобы еще больше усилить маточные сокращения, и цикл повторяется по принципу положительной обратной связи.

В матке окситоцин воздействует на окситоциновые рецепторы, связанные с G-белком, и стимулирует повышение концентрации внутриклеточного кальция в миофибриллах матки, что приводит к их сокращению. Экзогенный окситоцин вызывает такую же реакцию женской репродуктивной системы, как и эндогенный окситоцин. Таким образом, окситоцин стимулирует ритмическую активность матки в период родов. Концентрация окситоцина в крови остается высокой в послеродовом периоде, что является естественной профилактикой послеродовых кровотечений: так миометрий сохраняет чувствительность к этому гормону в раннем послеродовом периоде. Окситоцин не только стимулирует сокращения матки, но также вызывает сокращения миоэпителиальных клеток в альвеолярных ходах молочных желез, что приводит к выделению молока из этих протоков и обеспечивает выброс молока.

Окситоцин в клинической практике используют с целью:

• возбуждения и стимуляции родовой деятельности при первичной и вторичной слабости родовой деятельности, необходимости досрочного родоразрешения в связи с гестозом, резус-конфликтом, внутриутробной гибелью плода; при переношенной беременности, преждевременном отхождении околоплодных вод, ведении родов в тазовом предлежании;

• профилактики и лечения гипотонических маточных кровотечений после медицинского или самопроизвольного аборта в I триместре или прерывания беременности во II триместре; в раннем послеродовом периоде и для ускорения послеродовой инволюции матки;

• усиления сократительной способности матки при кесаревом сечении (после удаления последа).

Общие побочные эффекты окситоцина: эритема в месте инъекции, усиление сокращений, более частые сокращения, тошнота, рвота, боль в животе и потеря аппетита. Серьезные побочные эффекты, которые требуют мониторинга после введения окситоцина, включают сердечные аритмии, судороги, анафилаксию, спутанность сознания, галлюцинации, резкое повышение артериального давления и нечеткость зрения. Высокие дозы окситоцина могут привести к разрыву матки.

Антагонистом окситоцина является атозибан, конкурентный блокатор окситоциновых рецепторов.

Окситоцин противопоказан при клинически узком тазе, рубцах на матке (после перенесенного кесарева сечения, операций на шейке матки), при неправильном положении или лицевом предлежании плода, артериальной гипертензии и почечной недостаточности у матери.

Динопростон – аналог простагландина Е – оказывает влияние на матку посредством прямой стимуляции миометрия, но точный механизм действия неизвестен. Один из возможных механизмов – увеличение транспорта кальция через клеточные мембраны. Динопростон также оказывает местное воздействие на шейку матки, включая ее размягчение, сглаживание и расширение. Используется перед родами в форме геля с целью ускорения так называемого созревания шейки матки.

Средства, снижающие тонус матки (токолитические средства)

Токолиз – это акушерская процедура, проводимая с использованием лекарственных препаратов с целью задержки родов у женщин с преждевременными схватками. Главная цель токолиза – продление беременности на срок от двух до семи дней. Это важно для обеспечения возможности применения схемы подготовки легких плода с помощью антенатального введения кортикостероидов и транспортировки матери в специализированный медицинский центр. Такая подготовка улучшает исходы родов. Токолиз применяют при преждевременных родах. Преждевременные роды – это роды до 37 недель беременности и после 20 недель.

В качестве токолитических средств используют следующие группы ЛС:

• Агонисты бета-адренорецепторов – гексопреналин.

• Блокаторы кальциевых каналов – нифедипин.

• Магния сульфат.

• Нестероидные противовоспалительные средства – индометацин.

• Ингибиторы окситоцина – атозибан.

Гексопреналин – селективный агонист β2-адренорецепторов. Активация β2-адренорецепторов вызывает увеличение содержания циклического АМФ в клетках миометрия, что приводит к расслаблению гладкой мускулатуры. Гексопреналин обладает выраженным и длительным действием, уменьшает частоту и силу сокращений матки. Применяется при угрозе преждевременного прерывания беременности или преждевременных родов с 20-й недели беременности. Эффективен при преждевременных родах в случае маточных сокращений без укорочения и расширения шейки матки; для торможения преждевременных схваток при наличии сглаженной шейки матки и/или раскрытии зева матки; для иммобилизации матки перед, во время и после наложения акушерских щипцов и перед кесаревым сечением. Следует учитывать, что при длительном применении развивается десенситизация бета2-адренорецепторов и эффективность препарата снижается.

Блокаторы кальциевых каналов подавляют поступление кальция в гладкую мускулатуру матки. Недостаток свободного кальция напрямую влияет на способность кальций-кальмодулина активировать киназы легкой цепи миозина.

Среди блокаторов кальциевых каналов наиболее часто с целью токолиза применяют нифедипин, который можно принимать перорально и сублингвально. Доказано, что сублингвальное введение нифедипина приводит к более быстрому эффекту.

При применении нифедипина нежелательные эффекты включают головную боль, головокружение, тошноту и гипотонию.

Не доказан риск для плода при использовании нифедипина для ведения преждевременных родов. Женщинам с подтвержденной гипотонией и другими сердечными заболеваниями следует применять нифедипин с большой осторожностью.

Сульфат магния. Механизм действия в отношении сокращений матки до конца не установлен; известно, что он ингибирует поступление кальция в гладкую мускулатуру матки. Он также оказывает сосудорасширяющее действие на кровеносные сосуды матки. Сульфат магния используется для нейропротекции при пре- и эклампсии. Не рекомендуется использовать сульфат магния в сочетании с блокаторами кальциевых каналов, за исключением нейропротекции, из-за риска угнетения дыхания матери. Существуют риски токсического действия магния, а побочные эффекты включают приливы, тошноту, снижение глубоких сухожильных рефлексов, нечеткость зрения и снижение сократительной способности сердца.

Индометацин наиболее часто из НПВС используется как токолитическое средство. Нестероидные противовоспалительные средства действуют путем ингибирования циклооксигеназы – фермента, ответственного за синтез простагландинов из арахидоновой кислоты. Простагландины имеют важное значение в регуляции тонуса матки. Важно учитывать, что индометацин также оказывает действие на желудочно-кишечный тракт, увеличивая риск образования язвы желудка. Противопоказан женщинам с нарушениями свертываемости крови, гастритом, повышенной чувствительностью к аспирину и печеночной недостаточностью в анамнезе. Индометацин может вызвать маловодие и преждевременное закрытие артериального протока.

Атозибан – конкурентный антагонист окситоциновых рецепторов. Применяется для отсрочки неизбежных преждевременных родов. Препарат вводят внутривенно. Побочные эффекты: тошнота, рвота, гипотензия.

Использование индометацина и нифедипина в качестве токолитиков относится к применению лекарственных препаратов по показаниям, неуказанным в инструкции (o-label). В лечебном учреждении для таких случаев должна быть разработана стандартная операционная процедура, которая, как правило, включает необходимость комиссионного принятия решения и информированного согласия пациентки.

Средства, повышающие тонус матки (утеротонические средства)

Послеродовое кровотечение является ведущей непосредственной причиной материнской смертности во всем мире, на его долю приходится до одной трети всех материнских смертей. Кроме того, оно остается важной причиной тяжелых осложнений (например, при переливании крови) и хирургических операций, включая гистерэктомию. Назначение утеротонических препаратов позволяет предотвратить и остановить послеродовые кровотечения.

Окситоцин – наиболее часто используемый утеротонический препарат. В малых дозах он вызывает ритмичные сокращения матки, которые по частоте, силе и продолжительности соответствуют наблюдаемым при спонтанных родах; однако в более высоких дозах он вызывает устойчивые тетанические сокращения матки. Он имеет короткий период полувыведения, примерно 3–5 мин. и может использоваться в виде инфузии для поддержания сокращения матки. При внутримышечном применении маточная активность может продолжаться 2–3 ч. Его нельзя вводить внутривенно в виде большого болюса, поскольку это может вызвать сильную гипотензию.

Эргометрин и метилэргометрин – алкалоиды спорыньи, которые повышают тонус мышц матки, вызывая непрерывные тетанические сокращения. Эти алкалоиды применяют для остановки маточных кровотечений при отсутствии беременности, ранних послеродовых кровотечениях и для инволюции матки после родов. Их кровоостанавливающее действие основано на механическом сжатии стенок сосудов при сокращении миометрия. Для ускорения родовой деятельности алкалоиды спорыньи не применяют, так как спазм миометрия вызовет асфиксию плода.

Побочные эффекты. Алкалоиды спорыньи вызывают головную боль, галлюцинации, боли в животе, тошноту и диарею. Строго противопоказаны при беременности.

Мизопростол – аналог простагландина Е1. Индуцирует сокращение гладких мышц миометрия и расширяет шейку матки. Повышает частоту и силу сокращений миометрия. Оказывает слабое стимулирующее действие на гладкую мускулатуру ЖКТ. Применяется в комбинации с мифепристоном для прерывания беременности на ранних сроках (до 42 дней аменореи). Мизопростол вызывает побочные эффекты: боль в животе, тошноту и рвоту, озноб и лихорадку.

Карбетоцин – синтетический аналог окситоцина длительного действия со свойствами агониста окситоциновых рецепторов. После внутривенной инъекции он вызывает тетанические сокращения матки, длящиеся примерно 6 мин., за которыми следуют ритмические сокращения в течение 60 мин. Профиль побочных эффектов аналогичен таковому у окситоцина.

Фармакология гормональных препаратов и их антагонистов

…наше тело управляется, если так можно выразиться, «рабочим самоуправлением». Рабочие – клетки – вырабатывают особые химические вещества, которые и называются «гормоны». Вот эти-то вещества и играют роль активных деятелей. Их значение в деле установления порядка и гармонии гораздо большее, чем значение мозга.

Почти все части человеческого тела вырабатывают гормоны, или, как мы иногда зовем их, «химические посланцы».

…До десяти лет этот гигант рос совершенно нормальным ребенком, а потом вдруг начал неудержимо тянуться вверх. Почему? Потому что у него передняя доля придатка мозга – гипофиза – начала развиваться слишком быстро или, как говорим мы, врачи, – это результат гиперфункции передней доли гипофиза.

А. Беляев, «Человек, потерявший лицо», 1929 год

Лекарственные средства при нарушениях функции щитовидной железы

Щитовидная железа вырабатывает гормоны семейства йодтиронинов. Основным секреторным продуктом является тироксин (Т4) – неактивный прогормон трийодтиронина (Т3), активного гормона щитовидной железы. Т4 превращается в Т3 в периферических тканях, таких как печень и почки, под действием дейодиназы 1-го типа. В головном мозге Т4 превращается в активный Т3 под действием дейодиназы 2-го типа, продуцируемой глиальными клетками.

Тироксин и трийодтиронин образуются в фолликулярных клетках щитовидной железы. Ионизированный йод поступает в фолликулярные клетки с помощью Na+/I--транспортера. Основой для синтеза гормонов является тиреоглобулин, который образуется из аминокислот в тиреоцитах. Затем тиреоглобулин секретируется в просвет фолликула, где ферментативно с участием тиреопероксидазы (ТПО) происходит йодирование тирозина с образованием моно- и дийодтирозина.

После этого в присутствии ТПО йодиорованный тироксин конденсируется с образованием три- и тетрайодтиронина, оставаясь при этом в составе тиреоглобулина. В лизосомах тиреоглобулин ферментативно разрушается с образованием Т3 и Т4. Гормоны щитовидной железы затем высвобождаются из клетки в кровь. Они воздействует практически на все ядерные клетки в организме человека, в целом повышая их функцию и метаболизм. Транспорт Т3 и Т4 в крови обеспечивается тироксинсвязывающим глобулином (ТСГ), транстиретином и альбумином. ТСГ транспортирует две трети Т4. При достижении органа-мишени T3 и T4 могут диссоциировать от своего связывающего белка и проникать в клетки либо путем диффузии, либо с помощью специфического переносчика. Затем молекулы T3 связываются с ядерными альфа- или бета-рецепторами в соответствующей ткани, стимулируют факторы транскрипции и запускают экспрессию генов, что приводит к синтезу белков, необходимых для регуляции клеточного дыхания, термогенеза, клеточного роста и дифференцировки, а также метаболизма белков, углеводов и липидов. Тиреоидные гормоны расщепляются в печени путем сульфатирования и глюкуронирования и выделяются с желчью.

Гипотиреоз – это эндокринное заболевание, характеризующееся недостаточной выработкой гормонов щитовидной железы. Общие симптомы гипотиреоза включают непереносимость холода и увеличение веса из-за снижения основного обмена и термогенеза, депрессию, утомляемость, снижение периферических рефлексов и констипацию, что обусловлено снижением стимуляции центральной и периферической нервной системы. Наиболее частой причиной гипотиреоза в регионах с йодным дефицитом является тиреоидит Хашимото, приводящий к аутоиммунному разрушению щитовидной железы. На ранней стадии заболевания у пациента может развиться безболезненный, симметричный зоб. По мере развития воспаления фолликулы щитовидной железы повреждаются и могут разорваться. Разрыв фолликулов щитовидной железы у пациента может быть бессимптомным, но может наблюдаться так называемый хашитоксикоз (гормоны щитовидной железы из разорванных фолликулов вызывают симптомы гипертиреоза). По мере прогрессирования заболевания щитовидная железа может стать нормального размера или уменьшиться в зависимости от степени фиброза. В результате у больного могут развиться симптомы гипотиреоза. В дополнение к клеточно-опосредованному разрушению также вырабатываются антитиреоидные аутоантитела (антитиреоглобулин и анти-ТПО), что приводит к антителозависимой клеточно-опосредованной цитотоксичности. Тиреоидит Хашимото диагностируется с помощью УЗИ, обнаружения антител и тестирования функции щитовидной железы.

Лечение гипотиреоза – пример заместительной терапии при гормональной недостаточности.

Левотироксин натрия – натриевая соль левотироксина, синтетического левовращающего изомера тироксина (Т4), сходного с эндогенным гормоном. В периферических тканях левотироксин дейодируется дейодиназой с образованием трийодтиронина, который проникает в клетку и связывается с ядерными рецепторами гормонов щитовидной железы; активированный комплекс гормон-рецептор, в свою очередь, запускает экспрессию генов.

Лиотиронин (T3) также может использоваться в качестве заместительной терапии. Однако его высокая активность создает риск возникновения сердечных аритмий. Кроме того, период полувыведения Т3 значительно короче, чем у Т4. Лиотиронин является препаратом выбора при микседематозной коме.

Гипертиреоз – это эндокринное заболевание, характеризующееся избыточной выработкой гормонов щитовидной железы. В отличие от гипотиреоза, гипертиреоз часто вызывает непереносимость жары, потерю веса, беспокойство, гиперрефлексию и диарею, а также учащенное сердцебиение. Болезнь Грейвса является наиболее частой причиной гипертиреоза. Это аутоиммунное заболевание, вызванное выработкой антител к рецепторам ТТГ, которые стимулируют рост щитовидной железы и выделение гормонов щитовидной железы. У пациентов развивается аномально повышенный уровень Т4 и Т3 и снижение уровня ТТГ. Положительный тест на иммуноглобулин IgG к рецептору ТТГ подтверждает диагноз. IgG против рецептора ТТГ приводит к увеличению щитовидной железы. У пациентов часто проявляются симптомы гипертиреоза и диффузного зоба. Кроме того, антитела к рецептору ТТГ активируют орбитальные фибробласты, что приводит к пролиферации фибробластов и их дифференцировке в адипоциты. В результате увеличивается выработка гиалуроновой кислоты и гликозаминогликанов, что приводит к увеличению объема внутриорбитальной жировой и мышечной ткани. Это вызывает экзофтальм, ретракцию век и диплопию из-за проблем с подвижностью глаз. Повышенная стимуляция основного обмена, термогенеза, частоты сердечных сокращений в покое и сердечного выброса, а также центральной и периферической нервной систем приводит к наиболее распространенным симптомам.

Антитиреоидные средства

Тионамиды – метимазол, пропилтиоурацил – ингибируют ТПО, а за счет этого блокируют синтез гормонов щитовидной железы. И метимазол, и пропилтиоурацил (ПТУ) ингибируют ТПО, однако метимазол как антитиреоидный препарат в 10 раз более эффективен, чем пропилтиоурацил. В клетках щитовидной железы ТПО окисляет ионы йодида (I-) с образованием высокореакционноспособного йода, который затем ковалентно связывается с углеродом 3 или углеродом 5 остатков тирозина на тиреоглобулине и образует моно- (MIT) и дийодтирозин (DIT). TПO также отвечает за конъюгацию MIT и DIT с образованием трийодтиронина (T3) и тироксина (T4), которые являются двумя формами гормона щитовидной железы.

Показания для назначения метимазола:

• лечение гипертиреоза (длительное лечение может привести к ремиссии заболевания);

• для уменьшения степени гипертиреоза при подготовке к субтотальной тиреоидэктомии или терапии радиоактивным йодом.

Противопоказан беременным (категория риска D) и кормящим матерям, так как проникает через гематоплацентарный барьер и обнаруживается в грудном молоке.

Пациентам, получающим метимазол, требуется 3–8 недель, чтобы достичь эутиреоидного состояния, потому что он блокирует синтез нового гормона щитовидной железы, а любые уже сформированные Т3 и Т4, которые хранятся в щитовидной железе, должны быть секретированы и метаболизированы, прежде чем может произойти клиническое улучшение. Это справедливо и для пропилтиоурацила.

Побочные эффекты метимазола: часто возникает макулопапулезная сыпь; агранулоцитоз, который обычно обратим при отмене препарата.

Таким образом, метимазол и пропилтиоурацил являются основными ЛС лечения гипертиреоза. Они действуют путем ингибирования выработки гормонов щитовидной железы. В конечном итоге это приводит к снижению уровня трийодтиронина (Т3). При сравнении метимазола и пропилтиоурацила следует помнить о гепатотоксичности последнего, и это, безусловно, основная причина, по которой предпочтение отдается в пользу метимазола. Кроме того, метимазол имеет значительно более длительный период полувыведения (4–6 часов), в то время как период полувыведения пропилтиоурацила составляет около 60 мин, что потребует более частого приема препарата, соответственно, влияет на качество жизни и приверженность пациентов лечению.

Основная ситуация, когда пропилтиоурацил предпочтительнее метимазола, – это 1-й триместр беременности, так как риск воздействия на плод меньше у пропилтиоурацила.

Пропилтиоурацил, как и метимазол, предотвращает синтез гормонов щитовидной железы путем ингибирования ТПО. В отличие от метимазола, он ингибирует периферическое дейодирование (дейодиназа D1) Т3 до Т4. Показан для лечения тиреотоксикоза.

Побочные эффекты аналогичны метимазолу, но пропилтиоурацил реже вызывает агранулоцитоз, однако может вызывать потенциально фатальный гепатит. Пропилтиоурацил хуже проникает через плаценту и в грудное молоко, поэтому предпочтительнее при беременности.

Калия йодид за счет содержащегося в нем йода ингибирует высвобождение гормонов щитовидной железой. Его быстрое воздействие йода на состояние щитовидной железы проявляется в течение нескольких часов после начала терапии. Этот эффект может быть результатом ингибирования протеолиза тиреоглобулина (что необходимо для производства/экзоцитоза гормонов щитовидной железы). Кроме того, препятствует синтезу гормонов щитовидной железы путем ингибирования ТПО внутри щитовидной железы. Калия йодид (>5 мг) ингибирует симпортер Na+/I– и блокирует поглощение йодида и синтез гормонов щитовидной железы. Это снижает биосинтез гормонов щитовидной железы. Максимальный эффект йода на концентрацию гормонов щитовидной железы проявляется примерно через 10 дней лечения. Через 2–8 недель эффект йода снижается.

Показания: гипертиреоз и тиреоидный шторм. Быстрое начало действия по ингибированию высвобождения Т3 и Т4 делает соли йода средством для лечения тиреоидного криза. Используется перед операцией на щитовидной железе для уменьшения васкуляризации щитовидной железы. Противопоказан при беременности.

Побочные эффекты: акнеподобная сыпь, металлический привкус во рту, изъязвления слизистых оболочек.

Пропранолол за счет блокады симпатической нервной системы снижает симптоматику гипертиреоза, что используется в клинической практике. Блокирует переход Т4 в Т3, но это не имеет клинического значения.

Перхлорат калия ингибирует симпортер Na+/I– за счет конкуренции с гидом и блокирует поглощение йодида.

Лекарственные средства, применяемые для лечения сахарного диабета

Сахарный диабет (СД) – метаболическое заболевание, характеризующееся неадекватно повышенным уровнем глюкозы в крови. Основными подтипами являются сахарный диабет 1-го типа (СД1) и сахарный диабет 2-го типа (СД2). СД1 развивается уже в детском возрасте, в то время как считается, что СД2 возникает у людей среднего и пожилого возраста с длительной гипергликемией из-за неправильного образа жизни и неправильного питания. Патогенез СД1 и СД2 резко различается, поэтому каждый тип имеет различную этиологию, проявления и методы лечения.

СД1 характеризуется разрушением бета-клеток поджелудочной железы, как правило, в результате аутоиммунного процесса. Результат – полное разрушение бета-клеток и, как следствие, отсутствие или крайне низкий уровень собственного инсулина.

СД2 возникает в результате дисбаланса между уровнями инсулина и чувствительностью тканей к инсулину, что вызывает функциональный дефицит инсулина. Инсулинорезистентность имеет многофакторную основу, но обычно развивается из-за ожирения и старения.

Поскольку СД1 в первую очередь вызван дефицитом инсулина, введение инсулина посредством ежедневных инъекций или инсулиновой помпы является основой лечения.

Человеческий инсулин, также известный как обычный инсулин, – это форма инсулина короткого действия, используемая для лечения гипергликемии, вызванной диабетом 1-го и 2-го типа. Человеческий инсулин представляет собой пептидный гормон из 51 остатка, полученный с помощью технологии рекомбинантной ДНК путем вставки гена человеческого инсулина в геном бактерии Escherichia coli или Saccharomyces cerevisiae. Такая структура идентична нативному человеческому инсулину с двумя цепями аминокислот, ковалентно связанными дисульфидными связями. Инсулин способствует поглощению глюкозы и аминокислот мышечной и жировой тканями, а также другими тканями, кроме головного мозга и печени. Он также играет анаболическую роль в стимуляции синтеза гликогена, жирных кислот и белка. Инсулин ингибирует глюконеогенез в печени. В клетках инсулин связывается с инсулиновым рецептором (ИР), гетеротетрамерным белком, состоящим из двух внеклеточных альфа-единиц и двух трансмембранных бета-единиц, каждая из которых содержит домен тирозинкиназы. Связывание инсулина с альфа-субъединицей ИР стимулирует тирозинкиназную активность, присущую бета-субъединице рецептора. Связанный рецептор способен аутофосфорилировать и фосфорилировать многочисленные внутриклеточные субстраты, такие как белки субстратов инсулиновых рецепторов (IRS), Cbl, APS, Shc и Gab 1. Эти активированные белки, в свою очередь, приводят к активации нижестоящих сигнальных молекул, включая киназу PI3 и Akt. Akt увеличивает количество переносчиков глюкозы 4 (GLUT4) за счет их перемещения из цитоплазмы на поверхность клетки, а также протеинкиназы C (PKC), которая играет важнейшую роль в метаболизме и катаболизме глюкозы.

Таким образом, инсулин стимулирует перенос GLUT4 из внутриклеточных везикул-хранилищ на плазматическую мембрану. Инсулиновая стимуляция ускоряет скорость движения везикул, содержащих GLUT4, к клеточной мембране. Когда больше GLUT4 находится на плазматической мембране, больше глюкозы поступает в клетки без какого-либо изменения специфической активности GLUT4. Во время стимуляции инсулином GLUT4 не сохраняется статически в плазматической мембране, а постоянно рециркулирует. После удаления инсулина количество GLUT4 на плазматической мембране падает и скорость движения возвращается к базальному уровню.

Инсулин вызывает следующие эффекты в клетках

• Клетки печени: способствует гликогенезу, ингибирует глюконеогенез.

• Адипоциты: способствует липогенезу, ингибирует липолиз.

• Мышечные клетки: способствует гликогенезу и синтезу белка.

• Ингибирует катаболизм белков.

• Бета-клетки поджелудочной железы ингибируют высвобождение глюкагона.

Введение инсулина может осуществляться подкожно, внутривенно и внутримышечно. Путь введения обычно зависит от состояния пациента и условий.

Подкожный путь введения наиболее распространен и предпочтителен для большинства пациентов из-за простоты и удобства введения. Пациенты используют подкожный путь в виде инсулиновых шприцев, ручек и помп. Внутривенное введение инсулина используется в условиях стационара у пациентов с диабетическим кетоацидозом. Внутримышечно инсулин вводят редко, при этом используют концентрированный обычный инсулин. В 2014 году была одобрена ингаляционная форма инсулина.

Человеческий инсулин начинает проявлять свое действие в течение 30 мин. после подкожного введения, а пиковые уровни достигаются через 3–4 ч. после введения. Из-за относительно быстрого начала действия человеческий инсулин считается болюсным инсулином, поскольку он обеспечивает высокие уровни инсулина за короткий период времени, имитируя высвобождение эндогенного инсулина из поджелудочной железы после еды. Болюсный инсулин часто комбинируют с базальным инсулином длительного действия один раз в день, таким как инсулин детемир, инсулин деглудек и инсулин гларгин для обеспечения низких концентраций фонового инсулина, которые могут поддерживать стабильный уровень сахара в крови между приемами пищи или в течение ночи. Совместное использование базального и болюсного инсулина предназначено для имитации выработки эндогенного инсулина поджелудочной железой с целью избежать любых периодов гипогликемии.

В зависимости от продолжительности действия инсулины делятся на короткодействующие, среднедействующие и пролонгированные.

Инсулины ультракороткого действия – лизпро, глулизин и аспарт – начинают действие через 5–15 мин. и достигают пика через 30 мин. Продолжительность действия от 3 до 5 ч. Как правило, они вводятся перед едой и всегда используются вместе с инсулинами короткого или длительного действия для контроля уровня сахара в течение дня. По сути, они являются аналогами человеческого инсулина, в котором произведена замена отдельных аминокислот (указано в наименовании). Это сделано с целью укорочения латентного периода действия. Для человеческого инсулина латентный период составляет 30 мин.; это объясняется тем, что молекулы химически немодифицированного инсулина в растворе и в местах инъекций объединяются и образуют димеры и гексамеры, что замедляет всасывание ЛВ в системный кровоток и удлиняет латентный период, в то время как аналоги человеческого инсулина подобные комплексы не образуют.

Инсулин короткого действия – человеческий инсулин или обычный инсулин – начинает действовать через 30–40 мин. и достигает пика через 90–120 мин. Продолжительность действия от 6 до 8 ч. Пациенты принимают эти средства перед едой, а прием пищи необходим в течение 30 мин. после их введения во избежание гипогликемии.

Инсулины промежуточного действия – инсулин-изофан, нейтральный протамин Хагедорна – начинают действовать через 1–4 ч. и достигают пика через 4–8 ч. Дозировка – обычно два раза в день – помогает поддерживать уровень сахара в крови в течение суток. Инсулины промежуточного действия обладают меньшей растворимостью, поэтому медленнее всасываются из подкожной клетчатки, вследствие чего обладают более длительным эффектом. Пролонгирование действия препаратов этой группы достигается при синтезе методом преципитации инсулина с белком протамина сульфатом (иногда в присутствии ионов Zn2+ для стабилизации пространственной структуры молекул инсулина). В результате получают либо аморфный, либо кристаллический препарат. Образовавшаяся суспензия позволяет замедлить всасывание инсулина, создавая таким образом пролонгацию эффекта.

Инсулины длительного действия – гларгин и детемир – начинают действовать через 1–2 ч. Они обеспечивают эффект плато в течение 12–24 ч. Дозирование – обычно в вечернее время после еды. Их большая продолжительность действия помогает снизить частоту приема в течение дня. Инсулин гларгин плохо растворяется в нейтральной среде. Добавление двух молекул аргинина к карбоксильному концу B-цепи и замена глицина на аспарагин в 21-м положении привели к созданию аналога, хорошо растворимого в кислой среде, но преципитирующегося в нейтральной среде тканей подкожной клетчатки. В инсулине детемир к молекуле обычного человеческого инсулина добавлен остаток жирной кислоты, что усиливает связь с альбумином и пролонгирует действие препарата (пик практически отсутствует, так называемый плоский профиль).

При СД2 диета и физические упражнения могут быть адекватными методами лечения, особенно на начальном этапе. Другие методы лечения могут воздействовать на чувствительность к инсулину или повышать секрецию инсулина поджелудочной железой.

Классификация противодиабетических средств:

• бигуаниды (метформин);

• производные сульфонилмочевины

• I поколение – хлорпропамид, карбутамид, толазамид, толбутамид;

• II поколение – глибенкламид, гликлазид, глипизид, гликвидон;

• меглитиниды – натеглинид, репаглинид;

• ингибиторы альфа-глюкозидазы – акарбоза;

• тиазолидиндионы – пиоглитазон;

• агонисты глюкагоноподобного пептида-1 – эксенатид, лираглутид, семаглутид;

• ингибиторы дипептидилпептидазы IV (ДПП-4) – ситаглиптин, вилдаглиптин;

• ингибиторы натрий-глюкозного транспортера-2 (SGLT-2) – канаглифлозин, дапаглифлозин, эмпаглифлозин.

Метформин является первой линией назначаемых диабетических препаратов и работает путем снижения базального и постпрандиального уровня глюкозы в плазме. Введение инсулина также может быть необходимо для пациентов с СД2, особенно при неадекватном контроле уровня глюкозы на поздних стадиях заболевания. Метформин повышает активность печеночной аденозинмонофосфат-активируемой протеинкиназы, снижая печеночный глюконеогенез и липогенез и увеличивая опосредованное инсулином поглощение глюкозы мышцами.

Препараты сульфонилмочевины блокируют АТФ-зависимые калиевые каналы (KATФ-каналы) в бета-клетках поджелудочной железы; это приводит к деполяризации клеточной мембраны, открытию потенциал-зависимых кальциевых каналов, вызывая приток кальция и стимуляцию секреции инсулина. Кроме того, производные сульфонилмочевины восстанавливают чувствительность β-клеток к глюкозе, увеличивают плотность инсулиновых рецепторов в инсулинозависимых тканях, повышают чувствительность рецепторов к инсулину.

Хлорпропамид. Его гипогликемическое действие развивается в течение 1 ч. и продолжается 24–36 ч. после однократного применения. Обладает «тетурамоподобным» эффектом (угнетает альдегид дегидрогеназу, за счет этого останавливает окисление этилового спирта на стадии образования уксусного альдегида). Об этой особенности действия препарата следует оповещать больных и рекомендовать воздерживаться от приема спиртных напитков на время лечения.

Побочные эффекты: повышение аппетита, гипогликемия, при длительном применении – повышение смертности от заболеваний сердечно-сосудистой системы, парестезии, бессонница, головокружение, тошнота, рвота.

Меглитиниды действуют подобно производным сульфонилмочевины, регулируя чувствительные к аденозинтрифосфату калиевые каналы в бета-клетках поджелудочной железы, вызывая увеличение секреции инсулина.

Натеглинид. Максимальная концентрация препарата в плазме достигается менее чем через 1 ч. Выводится преимущественно с мочой (83 % принятой дозы) в течение 6 ч. после приема (t1/2 – около 1,5 ч.). Натеглинид применяют внутрь непосредственно перед приемом пищи (промежуток времени между приемом препарата и приемом пищи не должен превышать 30 мин).

Побочные эффекты: гипогликемия (симптомы – тремор, потливость, тахикардия, головокружение, слабость, повышение аппетита), повышение активности печеночных ферментов в крови, диспепсия, боли в животе, аллергические реакции (зуд, сыпь, крапивница).

Ингибиторы альфа-глюкозидазы конкурентно ингибируют ферменты альфа-глюкозидазы в клетках щеточной каймы кишечника, которые переваривают пищевой крахмал, ингибируя таким образом реабсорбцию полисахаридов и метаболизм сахарозы до глюкозы и фруктозы.

Акарбоза – обратимый ингибитор панкреатической α-амилазы и кишечной мембраносвязанной α-глюкозидазы. В результате алиментарные полисахариды не расщепляются до дисахаридов (угнетение α-амилазы), а дисахариды не расщепляются до моносахаридов (угнетение α-глюкозидазы). Таким образом нарушается образование и всасывание моносахаридов в кишечнике. Выраженной гипогликемии акарбоза не вызывает, но при назначении перед приемом пищи снижает постпрандиальную (после приема пищи) гипергликемию. Применяют чаще всего в комбинации с другими противодиабетическими средствами.

Побочные эффекты: метеоризм (у 20–30 % пациентов), диарея (у 3 % пациентов), боли в животе. Указанные эффекты связаны с тем, что оставшиеся в тонкой кишке углеводы ферментируются микрофлорой с выделением газа.

Акарбоза не вызывает гипогликемии (низкого уровня сахара в крови). Однако низкий уровень сахара в крови может возникнуть приеме акарбозы с другими противодиабетитескими средствами. Симптомы низкого уровня сахара в крови необходимо лечить до того, как они приведут к потере сознания. Гипергликемия (высокий уровень сахара в крови) может возникнуть в случае нарушения графика приема сахароснижающих препаратов или нарушений диеты.

Тиазолидиндионы активируют гамма-рецептор, активируемый пролифератором пероксисом (PPAR-γ), – ядерный рецептор, который повышает чувствительность к инсулину и, как следствие, периферическое поглощение глюкозы, а также повышает уровень адипонектина – цитокина, секретируемого жировой тканью, который не только увеличивает количество инсулиночувствительных адипоцитов, но также стимулирует окисление жирных кислот.

Пиоглитазон при применении внутрь быстро всасывается, максимальную концентрацию в плазме регистрируют через 2 ч., высокая концентрация в плазме крови сохраняется около 24 ч. Применяют внутрь 1 раз в сутки как в монотерапии, так и в комбинации с производными сульфонилмочевины, бигуанидами, препаратами инсулина.

Побочные эффекты: гипогликемия, отеки, анемия, снижение концентраций билирубина и печеночных ферментов.

Агонисты глюкагоноподобного пептида-1 (ГПП-1), известные как инкретиномиметики или аналоги ГПП-1, представляют собой класс ЛС, используемых для лечения сахарного диабета 2-го типа и, в некоторых случаях, ожирения. Наиболее изучены инкретиновые гормоны глюкагоноподобный пептид-1 и глюкозозависимый инсулинотропный полипептид (ГИП), стимулирующие секрецию инсулина. При диабете 2-го типа стимулирующее действие снижается или даже отсутствует, однако введение агонистов ГПП-1 извне может возобновить выделение инсулина. Преимущества этой формы терапии для лечения диабета 2-го типа включают задержку опорожнения желудка и ингибирование выработки глюкагона альфа-клетками поджелудочной железы при высоком уровне сахара в крови. Кроме того, агонисты рецептора ГПП-1 могут снижать апоптоз бета-клеток поджелудочной железы, способствуя их пролиферации. Инкретины инактивируются в крови дипептидилпептидазой-4 (ДПП-4).

Лираглутид – рекомбинантный аналог ГПП-1, обладает сродством и способностью возбуждать соответствующие рецепторы. Применяется в режиме монотерапии и при комбинировании с другими гипогликемическими средствами для достижения адекватного гликемического контроля и в качестве дополнения к низкокалорийной диете и повышенной физической нагрузке для коррекции массы тела у взрослых. Устойчив к ферментативному разрушению, t1/2 составляет 13 ч., поэтому вводится 1 раз в сутки.

Ингибиторы ДПП-4 ингибируют фермент дипептидилпептидазу 4 (ДПП-4), который разрушает в плазме крови глюкозозависимый инсулинотропный полипептид (ГИП) и глюкагоноподобный пептид 1 (ГПП-1). Таким образом, они обеспечивают контроль уровня глюкозы посредством множества эффектов, таких как снижение высвобождения глюкагона и увеличение глюкозозависимого высвобождения инсулина, уменьшение опорожнения желудка и повышение чувства сытости.

Ситаглиптин при приеме внутрь в дозе 100 мг быстро всасывается, биодоступность составляет 87 %. Метаболизируется в печени, выводится через почки и кишечник, t1/2 составляет 12,4 ч. Применяют при сахарном диабете 2-го типа как средство монотерапии или в комбинации с метформином внутрь 1 раз в сутки независимо от приема пищи.

Ингибиторы SGLT2 ингибируют натрий-глюкозный котранспортер 2 (SGLT-2) в проксимальных канальцах почечных клубочков, вызывая ингибирование 90 % реабсорбции глюкозы. Это приводит к глюкозурии у людей с диабетом, что, в свою очередь, снижает уровень глюкозы в плазме.

Канаглифлозин за счет блокады SGLT2 уменьшает реабсорбцию прошедшей фильтрацию глюкозы и снижает почечный порог для глюкозы со 180 до 70–90 мг/дл, повышая выведение глюкозы почками. Это приводит к снижению концентрации глюкозы в плазме крови за счет инсулиннезависимого механизма у пациентов с сахарным диабетом 2-го типа. Увеличение выведения глюкозы почками посредством ингибирования SGLT2 приводит также к осмотическому диурезу, вызывает снижение АД.

Побочные эффекты. Канаглифлозин, как и другие ингибиторы SGLT2, может вызывать повышение ЛПНП, увеличивать частоту инфекционных осложнений мочеполовой системы, снижать минерализацию костей, увеличивать частоту диабетической ампутации конечностей.

Гормональные средства стероидной структуры

К стероидным гормонам относят гормоны коры надпочечников (глюкокортикоиды и минералокортикоиды), а также женские и мужские половые гормоны. Все эти гормоны – физиологически активные вещества, производные циклопентанпергидрофенантрена. Предшественник всех стероидных гормонов в организме человека – прегненолон – синтезируется из холестерина. Стероидные гормоны взаимодействуют с соответствующими внутриклеточными рецепторами.

В коре надпочечников глюкокортикоиды синтезируются сетчатой и пучковой зонами, а минералокортикоиды (альдостерон и дезоксикортикостерон) – клубочковой зоной.

Кортизол, основной глюкокортикоид человека, синтезируется в пучковой зоне коры надпочечников из прегненолона. Прегненолон превращается в 17-альфа-гидроксипрогестерон, гидроксилируется CYP21A2 с образованием 11-дезоксикортизола, который, в свою очередь, превращается в кортизол с помощью CYP11B1. Превращение активного стероидного гормона кортизола в неактивный кортизон происходит во многих тканях, особенно в печени.

Минералокортикоиды (альдостерон) играют важную роль в регулировании концентрации солей, особенно натрия и калия, во внеклеточной жидкости. Недостаточность этих гормонов быстро приводит к опасным для жизни нарушениям баланса электролитов и жидкости. Основной мишенью альдостерона являются дистальные канальцы почек, где он стимулирует обмен ионов натрия и калия.

Выделяют три основных физиологических эффекта альдостерона.

• Увеличение резорбции натрия: потеря натрия с мочой снижается под влиянием альдостерона.

• Увеличение резорбции воды с последующим увеличением объема внеклеточной жидкости. Это осмотический эффект, непосредственно связанный с усилением резорбции натрия.

• Увеличение почечной экскреции калия.

Альдостерон стимулирует реабсорбцию ионов натрия в дистальных канальцах нефрона через специфические натриевые каналы и вызывает сопутствующую экскрецию ионов калия, магния и протонов с мочой. Он действует на эпителий почечных канальцев путем связывания с внутриклеточными рецепторами, называемыми минералокортикоидными рецепторами, которые подобны, но не идентичны глюкокортикоидным рецепторам. Комплекс рецептора и связанного гормона влияет на генетический (ядерный) аппарат клеток-мишеней и стимулирует синтез эпителиальных натриевых каналов. Он также оказывает действие на потовые, слюнные железы и толстую кишку, вызывая эффекты, идентичные наблюдаемым в дистальных канальцах почек. Основным эффектом является сохранение натрия в организме за счет стимуляции его резорбции или, в случае толстой кишки, абсорбции из просвета кишечника. Сохранение воды следует за сохранением ионов натрия.

При недостаточности минералокортикоидов используют флудрокортизон – сильнодействующий стероид, обладающий минералокортикоидными и глюкокортикоидными свойствами. Относится к наиболее часто применяемым средствам при минералокортикоидной недостаточности. Препарат используют (совместно с гидрокортизоном) как сохраняющее в организме ионы натрия ЛС при хронической надпочечниковой недостаточности.

Глюкокортикоиды

Глюкокортикоиды (ГК) являются стероидными гормонами, необходимыми для повседневного функционирования организма. Они участвуют в метаболизме, поддержании водно-электролитного баланса, иммунном ответе, сердечно-сосудистой функции, когнитивных функциях, размножении и развитии. ГК оказывают ингибирующее действие на широкий спектр воспалительных и иммунных реакций. Благодаря этому действию глюкокортикоиды чрезвычайно эффективны при лечении многих острых и хронических проявлений воспалительных, аутоиммунных заболеваний и аллергических реакций.

Классификация глюкокортикоидов

• Аналоги естественных гормонов – гидрокортизон.

• Синтетические производные гидрокортизона – преднизолон (преднизолона ацетат, преднизолона гемисукцинат), флуоцинолона ацетонид, преднизон, метилпреднизолон.

• Фторированные синтетические производные глюкокортикоидов – дексаметазон, триамцинолон.

• Глюкокортикоиды для местного применения – бетаметазон, клобетазол, метилпреднизолона ацепонат, мометазон, флуокортолон, флуметазон.

• Глюкокортикоиды для ингаляционного применения – беклометазон, будесонид, флунизолид, флутиказон.

Таблица 20. Сравнительная активность глюкокортикоидов и минералокортикоидов

Природные и синтетические глюкокортикоиды используются как при эндокринных, так и при неэндокринных заболеваниях.

В эндокринологической практике глюкокортикоиды назначают для установления диагноза и причины синдрома Кушинга и для лечения надпочечниковой недостаточности в качестве заместительной терапии.

ГК используют для лечения пациентов с воспалительными, аллергическими и иммунологическими заболеваниями. При хроническом течении эта терапия в супрафизиологических дозах имеет множество побочных эффектов, начиная от подавления гипоталамо-гипофизарно-надпочечниковой системы и синдрома Кушинга до инфекций и изменений психического статуса.

Кортизол (как и другие ГК) благодаря высокой липофильности легко проникает в клетку и связывается с глюкокортикоидным рецептором в цитоплазме, а затем комплекс гормон – рецептор перемещается в ядро, где он взаимодействует с ответным элементом ДНК и модулирует транскрипцию большого набора генов, что приводит к изменениям фенотипа клетки. Согласно анализу геномики, 29 % генов человека имеют элемент ответа на глюкокортикоиды, это объясняет огромное количество эффектов, которые глюкокортикоиды производят в организме.

Влияние на метаболизм

Название глюкокортикоидов происходит от ранних наблюдений, свидетельствующих о том, что эти гормоны участвуют в метаболизме глюкозы. Кортизол стимулирует несколько процессов, которые в совокупности служат для повышения и поддержания уровня глюкозы в крови:

• стимуляции глюконеогенеза, особенно в печени;

• усиления экспрессии ферментов, участвующих в глюконеогенезе, вероятно, что является наиболее известной метаболической функцией глюкокортикоидов;

• мобилизации аминокислот из внепеченочных тканей: они служат субстратами для глюконеогенеза;

• ингибирования поглощения глюкозы мышечной и жировой тканью;

• стимуляции расщепления жира в жировой ткани: жирные кислоты, высвобождаемые в результате липолиза, используются для производства энергии в таких тканях, как мышцы, а высвобождаемый глицерин обеспечивает еще один субстрат для глюконеогенеза.

Влияние на воспаление и иммунную функцию

Глюкокортикоиды обладают сильными противовоспалительными и иммунодепрессивными свойствами. Как следствие, глюкокортикоиды широко используются для лечения воспалительных состояний, таких как ревматоидный артрит и аутоиммунные заболевания. ГК нацелены на широкий спектр клеток, включая Т-лимфоциты, макрофаги, фибробласты, нейтрофилы, эозинофилы и базофилы. Ниже представлены эффекты глюкокортикоидов, обеспечивающие противовоспалительное и иммунодепрессивное действие:

• ингибирование адгезии нейтрофилов к эндотелиальным клеткам и демаргинация нейтрофилов из маргинального пула кровеносных сосудов, вызывающая нейтрофильный лейкоцитоз;

• снижение количества лимфоцитов, макрофагов, моноцитов, эозинофилов и базофилов (снижение миелопоэза и выхода из костного мозга, усиление апоптоза);

• снижение пролиферации фибробластов;

• снижение экспрессии рецепторов MHC–Class II и fc на макрофагах и моноцитах;

• снижение фагоцитоза и презентации антигена макрофагами;

• снижение продукции цитокинов макрофагами и лимфоцитами;

• снижение пролиферации фибробластов;

• снижение образования производных арахидоновой кислоты за счет стимуляции синтеза липокортина-А, который ингибирует фосфолипазу А2;

• ингибирование металлопротеиназ коллагеназы и стромелизина, которые в противном случае ответственны за деградацию хряща.

Таблица 21. Побочные действия глюкокортикоидов

Преднизолон – синтетический глюкокортикостероидный препарат, дегидрированный аналог гидрокортизона. Оказывает противовоспалительное, противоаллергическое, иммунодепрессивное, противошоковое действие, повышает чувствительность бета-адренорецепторов к эндогенным катехоламинам.

Взаимодействует с цитоплазматическими рецепторами глюкокортикостероидов с образованием комплекса, модулирующего синтез белков – регуляторов углеводного, белкового и жирового обмена, а также интерлейкинов, регулирующих воспалительную реакцию и иммунитет.

Противовоспалительное действие связано с угнетением высвобождения эозинофилами и тучными клетками медиаторов воспаления; индуцированием образования липокортинов и уменьшения количества тучных клеток, вырабатывающих гиалуроновую кислоту; с уменьшением проницаемости капилляров, стабилизацией клеточных мембран и мембран органелл (особенно лизосомальных). Действует на все этапы воспалительного процесса: ингибирует синтез простагландинов на уровне арахидоновой кислоты (липокортин угнетает фосфолипазу А2, подавляет высвобождение арахидоновой кислоты и ингибирует биосинтез эндоперекисей, лейкотриенов, способствующих процессам воспаления, аллергии и др.); синтез «провоспалительных цитокинов» (интерлейкин 1, фактор некроза опухоли альфа и др.); повышает устойчивость клеточных мембран к действию различных повреждающих факторов.

Иммунодепрессивное действие обусловлено вызываемой инволюцией лимфоидной ткани, угнетением пролиферации лимфоцитов (особенно Т-лимфоцитов), подавлением миграции В-лимфоцитов и взаимодействия Т- и В-лимфоцитов, торможением высвобождения цитокинов (интерлейкина 1 и интерлейкина 2; гамма-интерферона) из лимфоцитов и макрофагов и снижением образования антител.

Противоаллергическое действие развивается в результате снижения синтеза и секреции медиаторов аллергии, торможения высвобождения из сенсибилизированных тучных клеток и базофилов гистамина и других биологически активных веществ, уменьшения числа циркулирующих базофилов, подавления развития лимфоидной и соединительной ткани, уменьшения количества Т- и В-лимфоцитов, тучных клеток, снижения чувствительности эффекторных клеток к медиаторам аллергии, угнетения антителообразования, изменения иммунного ответа организма.

При обструктивных заболеваниях дыхательных путей действие обусловлено главным образом торможением воспалительных процессов, предупреждением или уменьшением выраженности отека слизистых оболочек бронхов, снижением эозинофильной инфильтрации подслизистого слоя эпителия бронхов и отложением в слизистой бронхов циркулирующих иммунных комплексов, а также торможением эрозирования и десквамации слизистой оболочки. Повышает чувствительность бета-адренорецепторов бронхов мелкого и среднего калибра к эндогенным катехоламинам и экзогенным симпатомиметикам, снижает вязкость слизи за счет уменьшения ее продукции.

Тормозит соединительнотканные реакции в ходе воспалительного процесса и снижает возможность образования рубцовой ткани.

Влияние на белковый обмен: уменьшает количество глобулинов в плазме крови, повышает синтез альбуминов в печени и почках (с повышением коэффициента альбумин/глобулин), снижает синтез и усиливает катаболизм белка в мышечной ткани.

Влияние на липидный обмен: повышает синтез высших жирных кислот и триглицеридов, перераспределяет жир (мобилизация из подкожной клетчатки конечностей и накопление жира преимущественно в области плечевого пояса, лица, живота), приводит к развитию гиперхолестеринемии.

Влияние на углеводный обмен: увеличивает абсорбцию углеводов из желудочно-кишечного тракта (ЖКТ); повышает активность глюкозо-6-фосфотазы (повышение поступления глюкозы из печени в кровь); увеличивает активность фосфоенолпируват-карбоксилазы и синтез аминотрансфераз (активация глюконеогенеза); способствует развитию гипергликемии.

Влияние на водно-электролитный обмен: задерживает натрий и воду в организме, стимулирует выведение калия (минералокортикоидная активность), снижает абсорбцию кальция из ЖКТ, вызывает «вымывание» кальция из костей и повышение его почечной экскреции, снижает минерализацию костной ткани.

Показания к применению

• Первичная и вторичная надпочечниковая недостаточность

• Острая надпочечниковая недостаточность

• Аллергические реакции (острые и тяжелые формы), анафилактоидные реакции, сывороточная болезнь

• Системные заболевания соединительной ткани: ревматоидный артрит, системная красная волчанка

• Шок (ожоговый, травматический, операционный, токсический, анафилактический, гемотрансфузионный) – при неэффективности сосудосуживающих средств, плазмозамещающих препаратов и другой симптоматической терапии

• Бронхиальная астма

• Необходимость уменьшения воспалительных явлений и предупреждение рубцовых сужений (при отравлении прижигающими жидкостями)

Побочные эффекты

Со стороны эндокринной системы: снижение толерантности к глюкозе, «стероидный» сахарный диабет или манифестация латентного сахарного диабета, угнетение функции надпочечников, синдром Иценко – Кушинга (лунообразное лицо, ожирение гипофизарного типа, гирсутизм, повышение артериального давления, дисменорея, аменорея, мышечная слабость, стрии), задержка полового развития у детей.

Нарушения со стороны желудочно-кишечного тракта: «стероидная» язва желудка и двенадцатиперстной кишки, эрозивный эзофагит, желудочно-кишечные кровотечения и перфорация стенки ЖКТ.

Со стороны сердечно-сосудистой системы: аритмии, повышение артериального давления, гиперкоагуляция, тромбозы.

Со стороны нервной системы: делирий, дезориентация, эйфория, галлюцинации, судороги.

Нарушения со стороны обмена веществ: повышенное выведение кальция, гипокальциемия, повышение массы тела, отрицательный азотистый баланс (повышенный распад белков), повышенное потоотделение. Обусловленные минералокортикоидной активностью: задержка жидкости и натрия (периферические отеки), гипернатриемия, гипокалиемический синдром (гипокалиемия, аритмия, миалгия или спазм мышц, необычная слабость и утомляемость).

Нарушения со стороны скелетно-мышечной и соединительной ткани: замедление роста и процессов окостенения у детей (преждевременное закрытие эпифизарных зон роста), остеопороз (очень редко – патологические переломы костей, асептический некроз головки плечевой и бедренной кости), разрыв сухожилий мышц, «стероидная» миопатия, снижение мышечной массы (атрофия).

Нарушения со стороны кожи и подкожных тканей: замедленное заживление ран, петехии, экхимозы, истончение кожи, гипер- или гипопигментация, «стероидные» угри, стрии, склонность к развитию пиодермии и кандидозов.

ГК для резорбтивного действия (преднизолон, дексаметазон, бетаметазон и др.) высокоэффективны при бронхиальной астме и заболеваниях кожи. Однако большое количество возникающих при этом побочных эффектов делает целесообразным использование препаратов глюкокортикоидов для местного введения: ингаляционного в форме аэрозолей или местного в мазях. К препаратам группы для местного применения относят беклометазон, флутиказон, флунизолид и будесонид. Эти препараты мало всасываются в системный кровоток и имеют высокие показатели пресистемной элиминации, вследствие чего удается избежать побочных эффектов, связанных с их резорбтивным действием.

Беклометазон выпускают в ингаляторах различных модификаций, содержащих дозированный аэрозоль и порошок для ингаляций. Применяют главным образом для профилактики приступов бронхоспазма, он эффективен только при регулярном применении. Эффект развивается постепенно и достигает максимума на 5–7-е сутки от начала использования. Обладает выраженным противоаллергическим, противовоспалительным и противоотечным действием. Уменьшает эозинофильную инфильтрацию легочной ткани, снижает гиперреактивность бронхов, улучшает показатели функции внешнего дыхания, восстанавливает чувствительность бронхов к бронхолитическим средствам. Применяют 2–4 раза в сутки. Поддерживающая доза – 100–200 мкг. Побочные действия – дисфония (изменение или охриплость голоса), чувство жжения в зеве и гортани, крайне редко – парадоксальный бронхоспазм. При длительном применении может развиться кандидамикоз ротовой полости и глотки. Кроме того, препараты беклометазона можно применять для лечения аллергического ринита.

Мометазон – синтетический ГК, обладающий противовоспалительным, противозудным и антиэкссудативным действием. ГК индуцируют выделение липокортинов, ингибирующих фосфолипазу А2, которые контролируют биосинтез таких медиаторов воспаления, как простагландины и лейкотриены, путем торможения высвобождения их общего предшественника – арахидоновой кислоты. Применяется для лечения дерматозов в форме мази и крема. Абсорбция крема «Мометазон» незначительна. Через 8 часов после нанесения на неповрежденную кожу в системном кровотоке обнаруживается лишь около 0,4 % препарата.

Побочные эффекты: раздражение и сухость кожи, ощущение жжения, зуд, фолликулит, гипертрихоз, угревая сыпь, гипопигментация, присоединение вторичной инфекции, признаки атрофии кожи, стрии, потница.

Половые гормоны

Основные половые стероидные гормоны включают эстрогены: эстрон (Е1), эстрадиол (Е2) и эстриол (Е3); гестагены, включая прогестерон; андрогены, наиболее важным среди них является тестостерон, который отвечает за регуляцию репродуктивных органов мужчин, а также за формирование вторичных половых признаков, включая рост костной массы и волос на теле. Тестостерон в основном вырабатывается надпочечниками и мужскими половыми железами из холестерина, и уровень его продукции существенно меняется с возрастом. Выброс половых гормонов регулируется гипоталамо-гипофизарно-гонадной системой. ГнРГ вызывает секрецию лютеинизирующего гормона (ЛГ) и фолликулостимулирующего гормона (ФСГ) в гипофизе, которые стимулируют высвобождение половых гормонов из репродуктивных органов.

Рис. 21. Половые гормоны

Таблица 22. Рецепторы половых гормонов

* селективные модуляторы эстрогеновых рецепторов

Эстрогены

Эстрогены модулируют развитие вторичных женских признаков, опосредуют репродукцию, менструальный цикл, сексуальное поведение и эмоциональный фон. Основными эстрогенами, вырабатываемыми организмом, являются эстрадиол, эстрон и эстриол. Яичник является основным источником эстрадиола. Его синтез в теке яичника начинается с ацетил-КоА и холестерина, из которых в несколько этапов образуется андроген андростендион. Он проникает через базальную мембрану в гранулезные клетки, где фермент CYP19 катализирует синтез Е2. Кроме того, Е2 также может быть синтезирован из тестостерона. Е2, являясь липофильной молекулой, проходит через клеточную мембрану путем пассивной диффузии и в цитоплазме связывается с внутриклеточными рецепторами эстрогенов. Биологически активный комплекс лиганд-рецептор индуцирует сложную последовательность событий: конформационных изменений рецептора с последующей димеризацией рецептора и прямой транслокации активированного комплекса лиганд-рецептор в ядро. Димеризованный рецепторный комплекс взаимодействует с несколькими коактиваторами ядерных рецепторов. Затем весь комплекс связывается со специфической последовательностью ДНК, эстроген-чувствительным элементом, чтобы стимулировать транскрипцию, что в конечном итоге приводит к синтезу новых белков. Эстрон и эстриол являются метаболитами эстрадиола и образуются в печени.

Эстрогены наиболее часто используют в составе оральных контрацептивов, в сочетании с прогестинами – для блокирования овуляции и предотвращения беременности. Кроме того, у женщин в постменопаузном периоде эстрогены могут применяться для уменьшения симптомов менопаузы и остеопороза. Заместительная гормональная терапия может замедлить потерю костной массы, но не способна обратить вспять существующий дефицит. Однако есть убедительные доказательства того, что риски заместительной терапии эстрогенами (такие как повышенный риск инсульта и рака молочной железы) могут перевешивать преимущества.

Наиболее распространенными побочными эффектами эстрогенов являются тошнота и рвота. Эстрогены также могут вызывать болезненность груди, гиперплазию эндометрия, гиперпигментацию, отек (задержку натрия и воды) и увеличение веса.

Селективные модуляторы эстрогеновых рецепторов (СМЭР) представляют собой группу нестероидных соединений, обладающих тканеселективными механизмами действия. Они действуют как частичные агонисты эстрогеновых рецепторов в одних тканях (например, в костной ткани) и антагонисты – в других (например, в клетках молочной железы).

Тамоксифен – конкурентный антагонист эстрогеновых рецепторов молочной железы, за счет этого подавляет рост опухолевых клеток эстрогензависимых опухолей. Является агонистом эстрогеновых рецепторов в костной ткани, где вызывает угнетение активности остеокластов. В эндометрии и миометрии тамоксифен оказывает агонистическое действие и вызывает пролиферацию тканей. Применяется для лечения и профилактики рака молочной железы у женщин в менопаузе, рака простаты у мужчин, менопаузальной вагинальной атрофии.

Побочные эффекты: приливы, риск развития рака эндометрия, риск тромбоэмболических осложнений.

Ралоксифен, в отличие от тамоксифена, является антагонистом эстрогеновых рецептров молочной железы и эндометрия. Применяется для профилактики рака молочной железы и профилактики остеопороза у пожилых пациентов.

Фитоэстрогены – это эстрогеноподобные вещества растительного происхождения. Механизм их действия сравним с СМЭР, поскольку они обладают свойствами тканеспецифического антагониста и агониста. Их эффект может зависеть от концентрации E2. Генистеин и даидзеин – два основных соединения, выделенные из соевых бобов, и принадлежат к группе изофлавоноидов.

Гестагены продуцируются у небеременных женщин гранулезными клетками желтого тела, а при беременности – в первом триместре в яичниках, а позже – плацентой. Основным прогестином в организме является прогестерон, который воздействует на внутриклеточные прогестероновые рецепторы. После овуляции лопнувший фолликул превращается в желтое тело, вырабатывающее прогестерон.

Прогестерон вызывает изменения во внутренних репродуктивных органах, необходимые для правильной имплантации зиготы, и ингибирует секрецию ФСГ и ЛГ, предотвращая развитие других фолликулов. Низкий уровень прогестерона связан с бесплодием, преждевременными родами и самопроизвольным абортом.

Синтетические производные прогестерона (прогестины) показаны при следующих состояниях:

• гормональная контрацепция;

• лечение аномальных маточных кровотечений;

• лечение эндометриоза;

• лечение рака эндометрия;

• заместительная гормональная терапия (предотвращение пролиферации эндометрия, вызванной эстрогенами).

Антагонист гестагенов мефипрестон используется для прерывания маточной беременности (до 42 дней аменореи), экстренной посткоитальной контрацепции.

Андрогены – семейство стероидных мужских половых гормонов, синтезируемых в клетках Лейдига семенников у мужчин и яичниками у женщин, а также корой надпочечников. Андрогены, к которым относят тестостерон, дигидротестостерон и андростендион, вызывают так называемый андрогенез – развитие вторичных мужских половых признаков у обоих полов.

Основным андрогеном у мужчин считается тестостерон. Дигидротестостерон является более активным андрогеном и образуется из тестостерона под воздействием фермента 5-a-редуктазы. Он внутриутробно вызывает дифференцировку полового члена, мошонки и предстательной железы, а в зрелом возрасте способствует гиперплазии предстательной железы.

У женщин андрогены также есть, но в более низких концентрациях и влияют на либидо и сексуальное возбуждение. Андростендион является предшественником эстрогенов как у мужчин, так и у женщин.

Тестостерон способствует формированию половых органов и развитию вторичных половых признаков у мужчин. При гипогонадизме различной этиологии экзогенный тестостерон восполняет дефицит эндогенного гормона. Оказывает также анаболическое действие: стимулирует синтез белка в организме, ускоряет кальцификацию костей. Вызывает задержку в организме азота, калия, кальция, серы, фосфатов, а также натрия, хлора, воды. Стимулирует эритропоэз. У женщин тестостерон вызывает угнетение гонадотропной функции.

Показания к применению:

• у мужчин – заместительная терапия при первичном и вторичном гипогонадизме (задержка полового созревания, гипопитуитаризм, посткастрационный синдром, евнухоидизм, олигоспермия);

• у женщин – прогрессирующий неоперабельный рак молочной железы.

Финастерид – ингибитор 5-альфа-редуктазы – фермента, который превращает тестостерон в более активный дигидротестостерон. Снижает содержание дигидротестостерона в крови и ткани предстательной железы. Угнетает стимулирующее действие дигидротестостерона на развитие аденомы предстательной железы.

Финастерид способствует уменьшению размеров гипертрофированной предстательной железы, улучшает ток мочи и уменьшает симптомы, связанные с доброкачественной гипертрофией простаты.

Противовоспалительные средства

– А что, пан Швейк, вы вполне здоровы?

– Совершенно здоров – так, пожалуй, сказать нельзя, ваша милость, у меня ревматизм, натираюсь оподельдоком.

Я. Гашек, «Похождения бравого солдата Швейка»

Воспаление – это реакция, вызванная повреждением тканей организма, представляет собой защитный механизм, который развился у высших организмов с целью локализовать и устранить действие повреждающего агента, а также удалить поврежденные ткани и начать процесс репарации. Воспаление включает высвобождение эйкозаноидов, липоксигеназ, лейкотриенов, множества цитокинов и хемокинов, а также очень сложное взаимодействие иммуноактивных клеток, включая эозинофилы, нейтрофилы, дендритные клетки, лимфоциты и их разновидности, а также макрофаги.

Факторы, которые могут стимулировать воспаление, включают микроорганизмы, физические агенты, химические вещества, неадекватные иммунологические реакции и гибель тканей. Инфекционные агенты, такие как вирусы и бактерии, являются наиболее распространенными индукторами воспаления. Вирусы вызывают воспаление, проникая в клетки организма и разрушая их; бактерии выделяют эндотоксины, которые могут инициировать воспаление. Физические травмы, ожоги, радиационные поражения и обморожения также могут повредить ткани.

Повреждающее воздействие влияет на клеточные мембраны, активируя лизосомальные ферменты лейкоцитов; затем арахидоновая кислота высвобождается из липидов мембран и служит субстратом для синтеза простагландинов.

Первые открытые простагландины были изолированы из семенной жидкости в 1935 году шведским физиологом Ульфом фон Эйлером и британским фармакологом М. В. Гольдблаттом и считались секретом простаты, что отражено в их названии.

Простагландины обнаруживаются в большинстве тканей и органов и синтезируются всеми, кроме лимфоцитов, ядросодержащими клетками из незаменимых жирных кислот: арахидоновой кислоты, гамма-линоленовой кислоты и эйкозапентаеновой кислоты. У человека арахидоновая кислота мобилизуется из глицерофосфолипидов клеточных мембран с помощью фосфолипазы А2. Последующая биотрансформация арахидоновой кислоты катализируется простагландин G2/H2-синтазой, что приводит к последовательному образованию простагландина G2 (PGG2) и простагландина H2 (PGH2) с помощью циклооксигеназы (ЦОГ). Тканеспецифические простагландинсинтазы конвертируют PGH2 в другие простагландины и тромбоксан, имеющие разные функции в разных тканях. Например, PGD2 участвует в регуляции сна и аллергических реакциях; PGF2 контролирует сокращение матки и бронхоконстрикцию, а тромбоксан А2 (TXA2) стимулирует сужение кровеносных сосудов и индуцирует агрегацию тромбоцитов. Простациклин (PGI2) расширяет кровеносные сосуды, ингибирует агрегацию тромбоцитов и может защитить от повреждения слизистой оболочки желудка; простагландин Е2 (PGE2) участвует в возникновении боли, воспаления и лихорадки, а также предотвращает повреждение желудка, ингибирует агрегацию тромбоцитов и может защитить от повреждения слизистой оболочки желудка.

Существуют две различных изоформы ЦОГ, которые регулируются и действуют по-разному. ЦОГ-1 конститутивно присутствует в большинстве тканей человека, действуя как фермент, регулирующий нормальные физиологические процессы, такие как поддержание целостности слизистой оболочки желудка, функции почек и агрегацию тромбоцитов, тогда как ЦОГ-2 не обнаруживается в большинстве тканей при нормальных физиологических условиях и избирательно синтезируется после воздействия медиаторов воспаления или травмы, вызывая последующие воспалительные реакции и опосредование боли.

Оба изофермента ЦОГ представляют собой мембраносвязанные белки с трехмерной структурой длинного узкого канала, заканчивающегося активным центром, и интернализуют молекулы арахидоновой кислоты, высвобождающиеся при повреждении мембраны.

Липоксигеназный путь метаболизма арахидоновой кислоты приводит к образованию лейкотриенов, которые оказывают мощное хемотаксическое действие на эозинофилы, нейтрофилы и макрофаги, способствуют бронхоспазму и изменению сосудистой проницаемости. При воспалении воздействие на мембраны нейтрофилов приводит к образованию свободных радикалов.

Следствием воздействия медиаторов воспаления является возникновение пяти основных признаков воспаления – покраснения (лат. rubor), жара (calor), отека (tumor), боли (dolor) и нарушения функции (function laesa).

Лечение пациентов с воспалением преследует две основные цели: во-первых, облегчение симптомов и поддержание функции, которые обычно являются основными постоянными жалобами. Для достижения этой первой цели основной терапией являются нестероидные противовоспалительные препараты (НПВП). Во-вторых, желательно замедление или остановка процессов, повреждающих ткани. Для достижения второй цели необходимы болезнь-модифицирующие препараты (БМП).

Классификация противовоспалительных средств

• Глюкокортикоиды.

• НПВС:

• неселективные ингибиторы ЦОГ необратимого действия – салицилаты (ацетилсалициловая кислота);

• неселективные ингибиторы ЦОГ обратимого действия – пиразолидины (фенилбутазон);

• производные уксусной кислоты – индометацин, диклофенак, кеторолак;

• пропионаты – ибупрофен, кетопрофен, напроксен;

• оксикамы – пироксикам, мелоксикам;

• фенаматы – мефенамовая кислота, мефенаминовая кислота;

• селективные ингибиторы ЦОГ-2 – коксибы (целекоксиб);

• преимущественные ингибиторы ЦОГ-2 – сульфонанилиды (нимесулид).

• Болезнь-модифицирующие противоревматические средства:

• синтетические – хлорохин, гидроксихлорохин, метотрексат, лефлуномид, азатиоприн, сульфасалазин;

• биологические:

• модулирующие Т-клетки – абатацепт;

• В-клеточные цитотоксические средства – ритуксимаб;

• антитела к рецептору IL-6 – тоцилизумаб;

• антагонисты рецептора ИЛ-1 – анакинра, канакинумаб;

• ингибиторы ФНО-α – этанерцепт, инфликсимаб.

Глюкокортикоиды (стероидные противовоспалительные средства) Противовоспалительное действие глюкокортикоидов в значительной степени обусловлено их влиянием на многие стадии и патогенетические механизмы воспаления – снижение проницаемости сосудов, экссудации, инфильтрации, активности фагоцитов. Основные механизмы действия глюкокортикоидов – угнетение активности фосфолипазы А2, что приводит к снижению продукции провоспалительных медиаторов – простагландинов и лейкотриенов. Наряду с этим для глюкокортикоидов характерны угнетение синтеза провоспалительных факторов (ИЛ-1, ФНО-α; ЦОГ-2) и стимуляция синтеза противовоспалительных факторов. В качестве противовоспалительных средств глюкокортикоиды применяют в основном для лечения аутоиммунных заболеваний, таких как ревматоидный артрит, системная красная волчанка, нейродермит, экзема.

Нестероидные противовоспалительные средства

НПВП широко используют в качестве анальгетиков, жаропонижающих и противовоспалительных средств. Их можно приобрести как без рецепта, так и по рецепту врача, и они являются одними из наиболее часто назначаемых и используемых лекарств во всем мире. НПВП обладают разными спектрами действия в отношении ЦОГ-1 и ЦОГ-2, от преимущественной блокады ЦОГ-1 (ацетилсациловая кислота) до избирательной блокады ЦОГ-2.

Основными свойствами НПВП являются:

• противовоспалительное действие;

• анальгетическое действие;

• жаропонижающее действие.

Противовоспалительное действие НПВП обусловлено обратимой или необратимой (ацетилсалициловая кислота) блокадой ЦОГ-2, фермента, ответственного за индуцируемый синтез простагландинов в области повреждения тканей. Они используются при ряде заболеваний, включая остеоартрит, ревматоидный артрит, анкилозирующий спондилит, бурсит, подагрический артрит, полиартикулярный ювенильный артрит, тендинит, теносиновит и другие заболевания ревматологического профиля. Хотя некоторые НПВП одобрены для лечения воспалительных артропатий, таких как ревматоидный артрит и анкилозирующий спондилит, они не изменяют течения заболевания и не предотвращают разрушения суставов и мягких тканей, которые являются частыми последствиями этих заболеваний. Таким образом, при лечении воспалительных артропатий НПВП используют в качестве дополнительной терапии, а БМП являются препаратами первой линии.

НПВП применяют как анальгетики при боли, вызванной причинами воспалительного характера, а также при острой боли легкой и умеренной степени при травмах скелетно-мышечной системы. Простагландины (ПГ) в очаге воспаления косвенно вызывают восприятие боли, сенсибилизируя ноцицепторы. Соответственно, анальгетическое действие НПВП обусловлено ингибированием циклооксигеназ и блокадой биосинтеза ПГ. Также НПВП эффективно уменьшают боль и отек, связанные с растяжениями и травмами мягких тканей. Ибупрофен и другие НПВП обычно используют при острой и хронической зубной и орофациальной боли. Следует иметь в виду, что НПВП неэффективны для лечения нейропатической боли.

Дисменорея является распространенным среди женщин состоянием, характеризующимся спазматическими болями в животе и высоким уровнем простагландинов (ПГ), которые, как известно, вызывают боль спастического характера. НПВП обычно используются для лечения дисменореи за счет ингибирования выработки ПГ при блокаде ЦОГ. Однако недостаточно доказательств для определения того, какой НПВП – наиболее безопасен и эффективен для этой цели.

Мигрень связана с сенсибилизацией периферических ноцицепторов и высвобождением нейропептидов, что приводит к нейрогенному воспалению и боли. НПВП могут быть эффективны при приступах мигрени, блокируя выработку ПГ в ЦНС, а их парентеральное введение полезно в ситуациях, требующих неотложной помощи, и при тяжелых приступах, которые не поддаются пероральному лечению. Среди НПВП ибупрофен, напроксен натрия, ацетилсалициловая кислота и диклофенак калия оказались в ряде случаев эффективными для лечения мигрени.

Жаропонижающее действие НПВП. Лихорадка – это состояние повышенной внутренней температуры, которое часто, но не обязательно, является частью защитной реакции на вторжение микроорганизмов, признанных «хозяином» патогенными или чужеродными. Фебрильная реакция, в которой лихорадка является лишь одним из компонентов, представляет собой сложную физиологическую реакцию на заболевание.

Жаропонижающие препараты можно разделить на три общие категории в зависимости от механизмов их действия. К ним относятся кортикостероиды, аспирин и другие НПВП, а также ацетаминофен. Каждый из них оказывает свое влияние на разные точки пути лихорадочной реакции.

Кортикостероиды обычно не используют для жаропонижающего действия, они подавляют лихорадку посредством блокады транскрипции пирогенных цитокинов. НПВП и ацетаминофен ингибируют ЦОГ-опосредованный синтез воспалительных тромбоксанов и простагландинов из арахидоновой кислоты. Не исключено ЦОГ-независимое жаропонижающее действие этих препаратов. В качестве жаропонижающих наиболее часто используют НПВП ибупрофен и аспирин, а также ацетаминофен – анальгетик без противовоспалительных свойств.

Аспирин в качестве противовоспалительного средства используют редко, чаще как антитромбоцитарное средство (т. е. в дозировке 81–325 мг один раз в сутки, 1 т/сут). Механизм действия: необратимая блокада ЦОГ тромбоцитов, нарушение синтеза тромбоксана. Клиническое применение аспирина снижает частоту транзиторных ишемических атак, нестабильной стенокардии, тромбоза коронарной артерии с инфарктом миокарда и тромбоза после коронарного шунтирования.

Таблица 22. Избирательность в отношении ЦОГ и фармакокинетические свойства некоторых нестероидных противовоспалительных препаратов

Ибупрофен оказывает анальгезирующее, жаропонижающее и противовоспалительное действие. Неизбирательно блокирует ЦОГ-1 и ЦОГ-2, что определяет его свойства и побочные действия. Показан при воспалительных заболеваниях суставов и позвоночника (в том числе при ревматоидном артрите, анкилозирующем спондилоартрите, остеоартрозе, подагрическом артрите); умеренном болевом синдроме различной этиологии (в том числе головной боли, мигрени, зубной боли, невралгии, миалгии, послеоперационных болях, посттравматических болях, первичной альгодисменорее); лихорадочном синдроме при простудных и инфекционных заболеваниях; предназначен для симптоматической терапии, уменьшения боли и воспаления на момент использования; на прогрессирование заболевания не влияет.

Наиболее типичные побочные эффекты: абдоминальные боли, тошнота, рвота, изжога, снижение аппетита, диарея, метеоризм, запор; редко – изъязвления слизистой оболочки ЖКТ, которые в ряде случаев осложняются перфорацией и кровотечениями.

Селективные ингибиторы ЦОГ-2, или коксибы были разработаны в стремлении ингибировать синтез простагландинов с помощью изофермента ЦОГ-2, который идет в местах воспаления, не влияя при этом на действие конститутивно активного жизненно важного изофермента ЦОГ-1. Ингибиторы ЦОГ-2 в обычных дозах не оказывают влияния на агрегацию тромбоцитов, которая опосредуется тромбоксаном, вырабатываемым изоферментом ЦОГ-1. Но они подавляют опосредованный ЦОГ-2 синтез простациклина в эндотелии сосудов. Соответственно, ингибиторы ЦОГ-2 не обладают кардиопротекторным действием традиционных неселективных НПВП. Ингибиторы ЦОГ-2 в рекомендуемых дозах вызывают почечную токсичность, аналогичную почечной токсичности, связанной с традиционными НПВП. Согласно клиническим данным, с ингибиторами ЦОГ-2 связана повышенная частота сердечно-сосудистых тромботических событий.

Целекоксиб является селективным ингибитором ЦОГ-2, благодаря этому блокирует образование воспалительных простаноидов. В терапевтических концентрациях у человека целекоксиб не ингибирует ЦОГ-1, следовательно, не оказывает влияния на простаноиды, синтезируемые за счет активации ЦОГ-1, что подтверждается отсутствием побочных явлений, обусловленных действием ЦОГ-1, особенно язвенных поражений желудка и двенадцатиперстной кишки. Применяется для симптоматического лечения остеоартроза, ревматоидного артрита и анкилозирующего спондилита; болевого синдрома (боли в спине, костно-мышечные, послеоперационные и другие виды боли); лечения первичной дисменореи.

Для целекоксиба как ингибитора ЦОГ-2 существует риск возникновения тромботических осложнений, в том числе инфаркта миокарда. Это связано с тем, что, в отличие о ацетилсалициловой кислоты, ингибиторы ЦОГ-2 не угнетают синтез тромбоксана в тромбоцитах, но угнетают синтез простациклина.

Побочные эффекты у всех НПВП, как правило, очень похожи.

ЦНС: головные боли, шум в ушах, головокружение и – редко – асептический менингит.

Сердечно-сосудистая система: задержка жидкости, гипертензия, отеки, в редких случаях – инфаркт миокарда и застойная сердечная недостаточность (ЗСН).

Желудочно-кишечный тракт: боль в животе, диспепсия, тошнота, рвота и – редко – язвы или кровотечения.

Гематология: в редких случаях – тромбоцитопения, нейтропения или даже апластическая анемия.

Печень: аномальные результаты функциональных проб печени и – в редких случаях – печеночная недостаточность.

Легкие: бронхиальная астма.

Кожа: все виды высыпаний, зуд.

Почки: почечная недостаточность, гиперкалиемия и протеинурия.

Болезнь-модифицирующие противоревматические средства (БМПС) – это неоднородная группа лекарственных препаратов, которые применяются при ревматоидном артрите с целью замедлить или остановить прогрессирование заболевания. Выделяют две группы БМПС. Синтетические БМПС (метотрексат, азатиоприн, хлорохин и гидроксихлорохин, циклофосфамид, циклоспорин, лефлуномид, мофетила микофенолат и сульфасалазин) являются низкомолекулярными соединениями и, как правило, относятся к иммунодепрессантам. Ко второй группе относятся высокомолекулярные биологические БМПС: модулирующие Т-клетки (абатацепт), В-клеточные цитотоксические средства (ритуксимаб), антитела к рецептору IL-6 (тоцилизумаб), ингибирующие IL-1-средства (анакинра, рилонацепт, канакинумаб).

Противоподагрические средства

Подагра – это наследственное метаболическое заболевание, при котором характерны повторяющиеся эпизоды острого артрита вследствие отложения урата натрия в суставах и хрящах. Подагра обычно связана с высоким уровнем мочевой кислоты в сыворотке (гиперурикемия) – плохо растворимого вещества, которое является основным конечным продуктом метаболизма пурина. Следует иметь в виду, что гиперурикемия может и не вызывать приступы подагры.

Лечение подагры можно разделить на профилактическое, направленое на предотвращение возникновения острых приступов подагры, и лечение этих приступов.

Для профилактики острого приступа подагры используют аллопуринол (аналог пурина), который является субстратом фермента ксантиноксидазы и ингибирует этот фермент, что приводит снижению образования мочевой кислоты. В результате подавления ксантиноксидазы происходит накопление ее субстратов – более растворимых ксантина и гипоксантина, которые не представляют риска в плане возникновения подагры.

Фебуксостат – активный и селективный непуриновый ингибитор ксантиноксидазы. Он снижает образование ксантина и мочевой кислоты, не влияя при этом на другие ферменты в метаболическом пути пурина или пиримидина.

Пробенецид относится к урикозурическим препаратам, используемым для уменьшения пула уратов в организме у пациентов с тофусной (тофусы – уплотнения подкожной клетчатки, возникающие при подагре) подагрой или у пациентов с учащающимися приступами подагры. Ингибирует активные транспортные сайты, отвечающие за реабсорбцию и секрецию в проксимальных почечных канальцах, вследствие чего фактическая реабсорбция мочевой кислоты в проксимальных канальцах уменьшается.

При остром приступе подагры применяется колхицин, который оказывает противовоспалительное действие благодаря связыванию с внутриклеточным белком тубулином, предотвращает его полимеризацию в микротрубочки и приводит к подавлению миграции лейкоцитов и фагоцитозу кристаллов мочевой кислоты. Кроме того, применяются противовоспалительные средства: глюкокортикоиды, ингибиторы интерлейкина 1, НПВП (кроме аспирина).

Иммунодепрессивные средства (иммунодепрессанты)

Иммунодепрессанты – это класс лекарств, которые подавляют или снижают интенсивность иммунного ответа в организме.

Классификация иммунодепрессантов

• Цитостатики:

• алкилирующие средства – циклофосфамид;

• антиметаболиты – азатиоприн, микофенолата мофетил.

• Глюкокортикоиды – преднизолон, дексаметазон.

• Селективные ингибиторы синтеза и действия цитокинов:

• ингибиторы кальцинейрина – циклоспорин, такролимус, сиролимус.

• Препараты моноклональных антител:

• антитела к ФНО-α – инфликсимаб, этанерцепт, адалимумаб;

• антитела к рецептору ИЛ-2 – даклизумаб, базиликсимаб;

• разные – иммуноглобулин антитимоцитарный (Тимоглобулин);

• муромонаб CD3 (OKT-3), алемтузумаб.

Циклофосфамид применяется в качестве цитотоксического средства с 1958 года и до сих пор остается одним из самых мощных иммунодепрессантов, особенно эффективен в качестве средства, вызывающего ремиссию при тяжелой системной красной волчанке и некротическом васкулите. Циклофосфамид относится к классу алкилирующих агентов. ДНК-алкилирующие эффекты циклофосфамида опосредованы преимущественно фосфорамидным ипритом и в меньшей степени другими активными метаболитами. Эти положительно заряженные реакционноспособные промежуточные метаболиты алкилируют нуклеофильные основания, что приводит к сшиванию ДНК и белков ДНК, разрывам ДНК и, как следствие, снижению синтеза ДНК и апоптозу. Эффекты циклофосфамида не ограничиваются исключительно пролиферирующими клетками или определенными типами клеток, что приводит к возникновению побочных эффектов – угнетению кроветворения, иммуносупрессии, активации латентной инфекции.

Азатиоприн – иммунодепрессант из группы антиметаболитов, структурный аналог аденина, гипоксантина и гуанина, входящих в состав нуклеиновых кислот. Благодаря структурному сходству, азатиоприн встраивается в синтезируемую цепь ДНК, останавливает ее дальнейший рост, за счет чего блокирует клеточное деление и пролиферацию тканей. Иммунодепрессивное действие азатиоприна направлено преимущественно на реакции замедленной гиперчувствительности и клеточную цитотоксичность. Подавляет реакцию тканевой несовместимости. В меньшей степени действует на синтез антител. Показан для профилактики реакции отторжения трансплантата (в составе комбинированной терапии); для лечения ревматоидного артрита, хронического активного гепатита, системной красной волчанки, неспецифического язвенного колита, дерматомиозита, миастении.

Циклоспорин является циклическим полипептидом, состоящим из 11 аминокислот. Оказывает избирательное действие на T-лимфоциты. Ингибирует активацию кальцийневрина лимфоцитов в фазе G0 или G1 клеточного цикла. Таким образом, предотвращается активация Т-лимфоцитов и, на клеточном уровне, антиген-зависимое высвобождение лимфокинов, включая интерлейкин 2 (фактор роста Т-лимфоцитов). Циклоспорин действует на лимфоциты специфично и обратимо. В отличие от цитостатиков, не подавляет гемопоэз и не влияет на функцию фагоцитов.

Показания для применения циклоспорина: необходимость подавления иммунитета после трансплантации почек, костного мозга, солидных органов, ревматоидный артрит, тяжелые формы псориаза и атопического дерматита, нефротический синдром.

Инфликсимаб – ингибитор ФНО-α. Является химерным мышино-человеческим моноклональным антителом. Обладает высоким аффинитетом к ФНО-α, который относится к цитокинам с широким спектром биологического действия, является также посредником воспалительного ответа и участвует в процессах модуляции иммунной системы. ФНО-α играет важную роль в развитии аутоиммунных и воспалительных заболеваний. Инфликсимаб быстро связывается и образует устойчивое соединение с обеими формами (растворимой и трансмембранной) человеческого ФНО-α, при этом происходит снижение функциональной активности ФНО-α.

Применяют инфликсимаб при болезни Крона, язвенном колите, ревматоидном и псориатическом артритах, анкилозирующем спондилите.

Даклизумаб – гуманизированное моноклональное мышиное антитело. Действует как антагонист рецепторов интерлейкина 2 путем связывания с альфа-цепью рецептора интерлейкина 2 на поверхности активированных Т-лимфоцитов. В результате специфического связывания антитела с антигеном происходит угнетение активности Т-лимфоцитов и вследствие этого угнетается иммунный ответ. Применяется для профилактики острого отторжения после трансплантации почек.

Химиотерапевтические средства

Основателем химиотерапии заслуженно считается Пауль Эрлих, который развивал идею «волшебной пули», способной поражать чужеродные клетки без вреда для организма. По словам Эрлиха, оптимальные химиотерапевтические средства должны сочетать «высокую паразитотропность с низкой органотропностью». В 1910 году им был создан первый химиотерапевтический препарат сальварсан для лечения сифилиса. Выделяют химиотерапию инфекционных заболеваний и химиотерапию злокачественных новообразований.

Принципы химиотерапии инфекционных заболеваний

• Идентификация возбудителя инфекционного заболевания является первоочередной задачей. Пока идет определение возбудителя, проводится эмпирическая терапия с учетом региональных рекомендаций по устойчивости микроорганизмов.

• Определение чувствительности выделенного возбудителя к противомикробной терапии.

• Проведение противомикробной терапии как можно в более ранние сроки.

• Выбор оптимального пути введения препарата и лекарственной формы – химиотерапевтического средства с возбудителем заболевания.

• Применение ударных доз в начале лечения. Необходимо соблюдать режим дозирования и длительность терапии.

• Определение оптимальной продолжительности антимикробной терапии. Необходимо доводить курс лечения до конца во избежание рецидива болезни или развития устойчивых штаммов микроорганизмов.

• Рациональная комбинированная химиотерапия. Сочетание антимикробных средств с разными механизмами действия повышает эффективность терапии и снижает риск развития устойчивости микробов к препаратам.

Антибиотики

Случай помогает подготовленному уму.

Луи Пастер

В 1928 году профессор-бактериолог Александр Флеминг заметил, что колонии бактерий, растущие на культуральной чашке, подверглись неблагоприятному воздействию плесени Penicillium notatum, что привело к гибели высеянных на среду бактерий. Иногда это открытие называют везением якобы оттого, что это были не целенаправленные эксперименты, а случайная находка. Однако надо иметь в виду, что до этого Флеминг уже провел успешные эксперименты в этой области и открыл бактерицидные свойства лизоцима. Поэтому он был готов сделать гениальный вывод из своего неожиданного наблюдения.

Есть несколько различных групп ЛС, которые могут ингибировать рост микроорганизмов. Для группового определения этих соединений обычно используют термины «противомикробные», «антибактериальные» и «антибиотики», и часто взаимозаменяемо, но между этими терминами есть важные различия.

Антимикробные средства – более широкий термин, включающий все агенты, действующие против микроорганизмов, а именно бактерий, грибов, вирусов и простейших.

Антибактериальные средства действуют только на бактерии. Этот термин определяет все соединения, действующие против бактерий, включая антибиотики. Кроме того, этот термин иногда используется для различных типов дезинфицирующих средств, которые не используются в качестве лекарств (таких как этиловый спирт или триклозан).

Рис. 22. Строение бактериальной стенки грамположительных и грамотрицательных микроорганизмов. Бактерии классифицируются по способности к окрашиванию кристаллическим фиолетовым красителем. Причина различия в окраске – разница в строении клеточной стенки

Клеточная стенка грамположительных бактерий состоит из толстых слоев пептидоглика. Клеточная стенка грамотрицательных бактерий состоит из тонких слоев пептидогликана.

При окрашивании по Граму грамположительные клетки сохраняют окраску фиолетового цвета.

При окрашивании по Граму грамотрицательные клетки не сохраняют окраску фиолетового цвета.

Грамположительные бактерии продуцируют экзотоксины. Грамотрицательные бактерии продуцируют эндотоксины.

Антибиотики – химические соединения, вырабатываемые живыми организмами, как правило, микроорганизмами, вызывающие гибель или угнетающие развитие других микроорганизмов. Антибиотики обычно синтезируются почвенными микроорганизмами и, вероятно, служат для них средством конкурентной борьбы.

Антибиотики классифицированы по нескольким признакам:

• по принципу действия на бактерий – на бактерицидные (вызывающие гибель бактерий) и бактериостатические (вызывающие угнетение роста бактерий);

• по воздействию на тип бактерий (грамположительные и грамотрицательные бактерии);

• по механизму действия (см. ниже);

• по химической структуре.

Рис. 23. Механизмы действия антибиотиков

Ингибиторы синтеза клеточной стенки

Основные представители этой группы – β-лактамные антибиотики (пенициллины и цефалоспорины) и гликопептиды. Бактериальные клеточные стенки представляют собой достаточно жесткую структуру и состоят из чередующихся пептидогликановых (муреиновых) звеньев N-ацетил-d-глюкозамина и N-ацетилмурамовой кислоты (NAM). Они сшиты через короткие пептиды амидными связями с d-аланиновой группой на NAM (см. рис. 23). Бактериальные ферменты (трансгликозилазы, транспептидазы, карбоксипептидазы, эндопептидазы), называемые пенициллинчувствительными ферментами или пенициллинсвязывающими белками, катализируют образование жесткой клеточной стенки путем включения новой единицы пептидогликана в существующую пептидогликановую оболочку.

β-лактамные антибиотики конкурентно ингибируют конечную реакцию транспептидации и таким образом предотвращают образование трехмерной жесткой клеточной стенки. Как следствие, внутреннее осмотическое давление бактерии вызывает лизис бактериальной клетки, потому что стенка больше не является эффективным барьером. Кроме того, β-лактамы блокируют ингибитор эндогенного бактериального аутолизина (N-ацетилмурамил-1 – аланинамидазу), который при активации вызывает лизис бактериальной клеточной стенки, инициируя гибель бактерии.

Пенициллины

Пенициллины имеют в структуре β-лактамное кольцо, которое отвечает за антибактериальную активность. β-лактамное кольцо взаимодействует с белками в бактериальной клетке, ответственными за последний этап сборки клеточной стенки.

Выделяют биосинтетические и полусинтетические пенициллины. Путем добавления определенных химических групп к молекуле получают несколько различных полусинтетических пенициллинов, различающихся по свойствам: например, по устойчивости к разрушению их ферментом β-лактамазой (фактором бактериальной устойчивости), который специфически разрывает β-лактамное кольцо, инактивируя антибиотик. Кроме того, с помощью химических модификаций можно изменять и расширять антибактериальный спектр активности и фармакологические свойства природных пенициллинов.

Разрушаемые β-лактамазой антибиотики можно сделать устойчивыми, комбинируя их с ингибиторами β-лактамазы, например клавулановой кислотой.

Природные пенициллины – бензилпенициллин, феноксиметилменициллин – действуют преимущественно на грамположительные бактерии. Они остаются препаратами выбора для лечения стрептококковой ангины, тонзиллита, эндокардита, вызванного некоторыми стрептококками, сифилиса, менингококковой инфекции.

Полусинтетические пенициллины за счет модификации молекулы биосинтетических пенициллинов получили новые свойства. Так, синтезированы устойчивые к пенициллиназе ЛС (оксациллин, клоксациллин и диклоксациллин).

Химические модификации позволили создать ЛС широкого спектра действия: ампициллин, амоксициллин, карбенициллин и тикарциллин. Эти пенициллины чувствительны к пенициллиназе, но они полезны при лечении инфекций мочевыводящих путей, вызванных грамотрицательными палочками, а также при лечении брюшного тифа и кишечных инфекций.

Пиперациллин уникален тем, что обладает большей активностью в отношении грамотрицательных бактерий, в том числе синегнойной палочки, бактерии, которая часто вызывает серьезные инфекции у людей с ослабленной иммунной системой.

Пенициллины самые безопасные из всех антибиотиков. Это идеальные химиотерапевтические средства, так как действуют на структуру, полностью отсутствующую в организме человека. Основная побочная реакция, связанная с их использованием, – гиперчувствительность с аллергическими реакциями в диапазоне от сыпи до бронхоспазма и анафилаксии. Более серьезные реакции встречаются редко.

Цефалоспорины

Механизм действия цефалоспоринов идентичен пенициллинам. Однако основная химическая структура пенициллинов и цефалоспоринов различается, что приводит к некоторой разнице в спектре антибактериальной активности.

Цефалоспорины первого поколения – цефазолин, цефалотин и цефалексин – обладают спектром антибактериальной активности, аналогичным описанным выше пенициллинам широкого спектра действия. Например, они эффективны против большинства стафилококков и стрептококков, а также устойчивых к пенициллину пневмококков.

Цефалоспорины второго поколения – цефамандол, цефаклор, цефотетан, цефокситин и цефуроксим – обладают расширенным антибактериальным спектром, который включает бо́льшую активность против некоторых видов грамотрицательных палочек. Таким образом, эти препараты активны в отношении Escherichia coli, Klebsiella и Proteus (хотя у некоторых штаммов этих микроорганизмов развилась резистентность к ним).

Цефалоспорины третьего поколения – цефтриаксон, цефиксим и цефтазидим – обладают повышенной активностью в отношении грамотрицательных микроорганизмов по сравнению с ЛС второго поколения. К этим препаратам чувствительны большинство видов Enterobacter, а также H. inulenzae и различные виды Neisseria.

Антибактериальный спектр соединений четвертого поколения (цефепим) подобен таковому у препаратов третьего поколения, но препараты четвертого поколения обладают большей устойчивостью к бета-лактамазам.

Карбапенемы – имипенем, меропенем

Карбапенемы – синтетические β-лактамные антибиотики. Характеризуются более высокой устойчивостью к действию β-лактамаз и обладают сверхшироким спектром антибактериального действия, включая грамположительные и грамотрицательные аэробы и анаэробы, а также штаммы, устойчивые к цефалоспоринам III и IV поколений. Благодаря структурному сходству с D-аланин-D-аланином, обеспечивают связывание со специфическими пенициллинсвязывающими белками; это приводит к угнетению транспептидазы, нарушению синтеза пептидогликана, повышению активности аутолитических ферментов клеточной стенки, что вызывает ее повреждение.

Карбапенемы применяют при тяжелых инфекциях (включая нозокомиальные), вызванных полирезистентными штаммами микроорганизмов, чаще – как антибиотики резерва.

Ингибиторы синтеза муреинового мономера (фосфомицин)

Фосфомицин угнетает образование мономеров муреина. Он необратимо блокирует конденсацию уридиндифосфат-N-ацетил-глюкозамина с фосфоэнолпируватом, угнетает синтез уридиндифосфат-NAM, ингибируя таким образом начальный этап образования мономеров пептидогликана клеточной стенки бактерий. Эффективен в отношении большинства грамположительных (энтерококки, стафилокки, стрептококки) и грамотрицательных возбудителей (кишечная палочка, штаммы Citrobacter, Enterobacter, Serratia, клебсиелла, Morganella morganii, Proteus mirabilis, Proteus vulgaris). Фосфомицин особенно эффективен в отношении грамотрицательных бактерий, вызывающих заболевания мочевыводящих путей, так как он выделяется с мочой в неизмененном виде.

Гликопептиды

Ванкомицин, антибиотик из группы гликопептидов, плохо всасывается из желудочно-кишечного тракта и обычно вводится внутривенно. Нарушает синтез клеточной стенки грамположительных бактерий. Он используется для лечения стафилококковых инфекций, вызванных штаммами, устойчивыми к различным пенициллинам.

Ингибиторы синтеза белков

Синтез белка катализируется рибосомами и цитоплазматическими факторами. Бактериальные рибосомы (70S) состоят из двух субъединиц (50S и 30S), содержащих рибосомальную РНК (рРНК) и рибосомальные белки: 30S связывает информационную РНК и начинает рибосомальный цикл (инициацию), тогда как 50S связывает производные транспортной РНК (тРНК) и контролирует удлинение. Образованию пептидной связи способствует каталитический центр 50S (пептидилтрансферазный центр), а растущая пептидная цепь (пептидил-тРНК), прикрепленная к донорному P-сайту, подвергается пептидному связыванию с аминоацил-тРНК в акцепторе.

Макролиды

Макролиды – эритромицин, олеандомицин, джозамицин, азитромицин и кларитромицин – класс антибиотиков, в основе химической структуры которых лежит макроциклическое лактонное кольцо, связанное с различными сахарами.

Антибиотики этой группы связываются с P-сайтом 50S-субъединицы рибосомы и ингибируют РНК-зависимый синтез белка путем блокады пептидилтрансферазы или ускорения диссоциации пептидил-тРНК от рибосомы. Таким образом, макролиды препятствуют образованию длинных полипептидов. По спектру антимикробного действия макролиды напоминают препараты бензилпенициллина, поэтому их можно использовать при наличии аллергических реакций на пенициллины. Макролиды применяют для лечения стрептококкового тонзиллофарингита, пневмонии (в том числе атипичной, вызванной микоплазмами, хламидиями и легионеллами), коклюша, дифтерии, скарлатины, инфекций кожи и мягких тканей, хламидиоза, микоплазменной инфекции, инфекций полости рта, для эрадикации H. pylori при язвенной болезни желудка и двенадцатиперстной кишки, при остеомиелите, для профилактики и лечения инфекций, обусловленных Mycobacterium avium (кларитромицин, азитромицин), а также с целью круглогодичной профилактики ревматизма (при аллергии на пенициллины).

Линкозамиды

В группу линкозамидов входят природный антибиотик линкомицин и его полусинтетический аналог клиндамицин.

Клиндамицин, подобно макролидам, аналогичным образом прикрепляется к той же субъединице 50S и может конкурировать с макролидами за этот сайт. Наиболее важные показания к применению клиндамицина – тяжелые анаэробные инфекции, вызванные бактероидами (B. ragilis и фузобактериями), а также лечение смешанных инфекций, связанных с другими анаэробами. Препарат эффективен в отношении возбудителя пневмоцистной пневмонии. В высоких дозах действует на токсоплазмы и плазмодии, поэтому в показания к применению входят хлорохин-резистентная тропическая малярия (в сочетании с хинином) и токсоплазмоз (в сочетании с пириметамином). Клиндамицин может вызывать развитие псевдомембранозного колита, разновидности суперинфекции, обусловленной Clostridium dififcile. Для линкозамидов и макролидов характерна перекрестная резистентность.

Тетрациклины

Тетрациклины – тетрациклин, доксициклин, миноциклин – относятся к антибиотикам широкого спектра с бактериостатическим действием на возбудителя. Они прикрепляются к 30S субъединице рибосомы и блокируют синтез рибосомного белка, ингибируя связывание тРНК с мРНК на рибосоме. Тетрациклины образуют хелатные соединения с двухвалентными катионами, в частности, с кальцием, железом, магнием и алюминием, что важно учитывать при приеме этих ЛС. Тетрациклины используют для лечения риккетсиозов (например, сыпной тиф), спирохетозов (боррелиоз – болезнь Лайма), Н. Pylori, иерсениозе, бруцеллезе, хламидиозе, сибирской язве. Противопоказаны детям младше 8 лет (кроме ингаляционной формы), так как применение тетрациклина у детей в период развития зубов может привести к необратимому изменению их цвета. Тетрациклины проходят через плаценту, проникают в эмбриональную циркуляцию, накапливаются в костях плода и при использовании в течение II-го или III-го триместра беременности могут вызывать перманентное окрашивание зубов плода.

Аминогликозиды

Аминогликозиды – стрептомицин, амикацин, гентамицин, канамицин – антибиотики широкого спектра действия, обладают зависимой от концентрации бактерицидной активностью. Аминогликозиды обычно назначают внутривенно, но могут вводить внутримышечно, если внутривенный доступ невозможен. Плохо абсорбируются при пероральном приеме, но хорошо всасываются через брюшину, плевральную полость и суставы, поврежденную кожу.

Аминогликозиды присоединяются к 30S-субъединице и ингибируют синтез рибосомных белков, но также могут индуцировать образование аномальных белков. Их назначают при тяжелых грамотрицательных бациллярных инфекциях (особенно вызванных Pseudomonas aeruginosa). Эти ЛС активны при большинстве грамотрицательных инфекций (нозокомиальной пневмонии, пиелонефрите, инфекциях органов малого таза, диабетической стопе, инфекционном эндокардите).

Стрептомицин используется при комбинированной терапии туберкулеза. В зависимости от возбудителя аминогликозиды комбинируют с бета-лактамными, гликопептидными или антианаэробными (клиндамицин, комбинация ингибиторов бета-лактамазы и пенициллина, цефалоспорины второго поколения, карбапенемы и хинолоны) антибиотиками. Ототоксическое и нефротоксическое действие – общие побочные эффекты, в разной степени выраженные у всех препаратов этой группы.

Хлорамфеникол – антибиотик широкого спектра действия, который эффективен против различных восприимчивых, в том числе тяжелых бактериальных инфекциях, но нечасто используется из-за высокого риска токсичности для костного мозга. Этот антибиотик широкого спектра действия угнетает синтез бактериального белка и имеет бактериостатическое действие. Он обратимо связывается с белком L16 50S-субъединицы бактериальных рибосом, предотвращает перенос аминокислот к растущим пептидным цепям (возможно, за счет подавления активности пептидилтрансферазы), ингибируя образование пептидных связей и последующий синтез белка. Используется при лечении брюшного тифа и холеры, так как высокоэффективен в отношении сальмонелл и вибрионов, а также уменьшает диарею. Его используют в глазных каплях или мазях для лечения бактериального конъюнктивита. Вызывает токсические реакции – так называемый серый синдром у младенцев (в том числе со смертельным исходом). Симптомы включают рвоту, прогрессирующий бледный цианоз, вазомоторный коллапс, часто сопровождающийся нерегулярным дыханием, и смерть в течение нескольких часов после появления этих симптомов.

Антибиотики, нарушающие целостность клеточной мембраны

Полимиксины (полимиксин В) по структуре похожи на эндогенные катионные антимикробные пептиды, продуцируемые эукариотами в качестве первой линии защиты от патогенов. Полимиксин с положительно заряженной свободной аминогруппой действует как катионный детергент, связывается и разрушает отрицательно заряженный липополисахарид внешней мембраны грамотрицательных бактерий, таким образом увеличивая проницаемость клеток. В результате это обеспечивает прохождение полимиксина (и других лекарств) в периплазматическое пространство. Антибиотики этой группы проявляют значительный ингибирующий эффект в отношении грамотрицательных бактериальных патогенов. В связи с тем, что полимиксины в первую очередь мембранотропные антибиотики, они проявляют ограниченную активность в отношении грамположительных патогенов, обладающих толстым слоем пептидогликана и не имеющих внешней мембраны. Взаимодействием с мембранами клеток в организме человека определяются токсические свойства этих антибиотиков. Полимиксин В активен в отношении большинства грамотрицательных бактерий: Escherichia coli, Enterobacter spp., Klebsiella spp., Haemophilus infulenzae, Bordetella pertussis, Salmonella spp., Shigella spp.; особенно активен в отношении Pseudomonas aeruginosa. К полимиксину B также чувствителен Vibrio cholerae (за исключением Vibrio cholerae eltor).

Антибиотики, нарушающие синтез нуклеиновых кислот

Фторхинолоны оказывают бактерицидное действие на бактерии, нарушают синтез ДНК, блокируя два фермента внутри бактериальной клетки: ДНК-гиразу и топоизомеразу IV, которые контролируют суперспирализацию ДНК и репликацию, рекомбинацию и репарацию ДНК. Эти ферменты необходимы для синтеза бактериальной ДНК. Оба этих фермента отсутствуют в клетках человека. Обладают высокой активностью за счет хорошего проникновения в ткани и полости организма.

ЛП первого поколения фторхинолонов относятся к фторхинолонам условно, так как не содержат атома фтора в молекуле (налидиксовая кислота). Фторхинолоны II поколения – ципрофлоксацин и офлоксацин – преимущественно активны в отношении грамотрицательных палочек. В дальнейшем были синтезированы препараты III поколения – спарфлоксацин, левофлоксацин и IV поколения – моксифлоксацин, гатифлоксацин. Создание новых препаратов определило расширение спектра их действия за счет включения грамположительных, анаэробных и атипичных возбудителей. Показания к применению: осложненные инфекции мочевыводящих путей, вызванные полирезистентной флорой; тяжелая гнойная хирургическая инфекция, вызванная грамотрицательной полирезистентной флорой и золотистым стафилококком; сепсис, перитонит, остеомиелит, менингит; инфекции кожи, мягких тканей, костей и суставов; тяжелые формы кишечных инфекций (брюшной тиф, холера, токсическая дизентерия), в комплексной терапии лекарственно-устойчивых форм туберкулеза.

В связи с повышенным риском серьезных побочных эффектов: удлинение интервала QT за счет блокады калиевых каналов, риска возникновения сердечных аритмий, развития тендита и разрыва сухожилий, повышения частоты резистентности – в настоящее время используются как препараты второй линии. Фторхинолоны противопоказаны при беременности и грудном вскармливании.

Таблица 23. Классы антибиотиков и механизмы действия

Побочные эффекты антибиотиков

Побочные эффекты антибиотиков могут варьировать от легких аллергических реакций до тяжелых и изнурительных нежелательных явлений. При правильном применении большинство антибиотиков относительно безопасны и имеют мало побочных эффектов. Тем не менее некоторые побочные эффекты могут препятствовать завершению курса даже при правильном применении.

Общие для всех классов антибиотиков побочные эффекты

• Кожная сыпь или другие аллергические реакции. Тяжелые аллергические реакции (ангионевротический отек, бронхоспазм, анафилактический шок)

• Кратковременная диарея

• Расстройство желудка, тошнота

• Потеря аппетита

• Грибковые (дрожжевые) вагинальные инфекции или стоматит

• Развитие устойчивости микроорганизмов

• Суперинфекция

Таблица 24. Побочные эффекты, характерные для отдельных классов антибиотиков

Устойчивость к антибактериальным препаратам

Устойчивость к антибиотикам – это процесс эволюции бактерий с целью выработки механизмов, препятствующих действию антибиотиков. Когда бактерии становятся устойчивыми к антибиотикам, это затрудняет лечение заболеваний и ограничивает возможности лечения. Альтернативные методы лечения могут быть дорогостоящими и в некоторых случаях токсичными.

Механизмы устойчивости к антибиотикам

• Выработка ферментов, разрушающих антибиотик.

• Предотвращение проникновения и элиминация антибиотика из бактериальной клетки:

• экспрессия/активация выкачивающих антибиотики (эффлюксных) транспортеров клеточной мембраны;

• снижение проницаемости бактериальной стенки для антибиотика.

• Изменение структуры внутриклеточных белков, которое приводит к нарушению связывания с ними антибиотиков.

• Блокада доступа антибиотиков к мишеням внутри бактериальной клетки.

Рис. 24. Механизмы развития устойчивости к антибиотикам

Синтетические антибактериальные лекарственные средства

Антибактериальной активностью обладают многие синтетические вещества из разных классов химических соединений. Наибольшую практическую ценность среди них представляют следующие группы препаратов.

Сульфаниламиды

• Сульфаниламиды для резорбтивного действия (хорошо всасывающиеся из ЖКТ):

• короткого действия (t1/2 <10 ч.) – сульфатиазол, сульфакарбамид (уросульфан), сульфадимидин;

• средней продолжительности действия (t1/2 = 10–24 ч.) – сульфадиазин, сульфаметоксазол;

• длительного действия (t1/2 = 24–48 ч.) – сульфадиметоксин;

• сверхдлительного действия (t1/2 >48 ч.) – сульфален.

• Сульфаниламиды, действующие в просвете кишечника (плохо всасывающиеся из ЖКТ) – фталилсульфатиазол, сульфагуанидин.

• Сульфаниламиды для местного применения – сульфацетамид, сульфадиазин серебра, сульфатиазол серебра.

Производные хинолона

• Нефторированные хинолоны – налидиксовая кислота, оксолиновая кислота, пипемидовая кислота.

• Производные нитрофурана – нитрофурал, нитрофурантоин, фурагин, фуразолидон.

• Производные 8-оксихинолина – нитроксолин, хиниофон.

• Оксазолидиноны – линезолид.

Сульфаниламиды и триметоприм ингибируют синтез фолиевой кислоты. Клетки млекопитающих не синтезируют фолиевую кислоту, а получают ее из окружающей среды. Сульфаниламиды являются структурными аналогами пара-аминобензойной кислоты (ПАБК) и блокируют превращение ПАБК в дигидрофолиевую кислоту за счет ингибирования синтетазы тетрагидроптероевой кислоты, которая имеет большее сродство к сульфаниламидам, чем ПАБК. Триметоприм блокирует следующую стадию синтеза фолиевой кислоты, ингибируя дигидрофолатредуктазу, которая катализирует превращение дигидрофолиевой кислоты в тетрагидрофолиевую кислоту. Имеют широкий спектр действия. Их используют при инфекциях дыхательных путей и ЛОР-органов, инфекциях желчевыводящих и мочевыводящих путей, инфекциях ЖКТ, токсоплазмозе и малярии в комбинации с пириметамином.

Производные хинолона

Нефторированные хинолоны эффективны преимущественно в отношении грамотрицательных бактерий (за исключением синегнойной палочки). Механизм действия – нарушение репликации ДНК, ингибирование фермента ДНК-гиразы. Препараты обладают бактерицидным характером действия. К препаратам данной группы быстро развивается устойчивость. Нефторированные хинолоны назначаются внутрь, выводятся с мочой в активной форме, создавая высокие концентрации в моче, и используются преимущественно при инфекциях мочевыводящих путей.

Производные нитрофурана

Спектр действия нитрофуранов широкий: многие грамотрицательные и грамположительные бактерии, в том числе устойчивые к антибиотикам, грибы рода Candida, простейшие (лямблии, трихомонады).

Показания к применению: нитрофурал в качестве антисептика для промывания ран и полостей; нитрофурантоин и фурагин – при инфекциях мочевыводящих путей; фуразолидон – при инфекциях ЖКТ, лямблиозе, трихомонозе.

Производные 8-оксихинолина обладают широким спектром антибактериальной, противопаразитарной, антипротозойной и противогрибковой активности. Механизм действия: ингибируют синтез ДНК, образуют комплексы с металлосодержащими ферментами микроорганизмов. Действуют бактериостатически.

Нитроксолин хорошо всасывается из ЖКТ и выделяется почками в неизмененном виде. Назначается 4 раза в день. Остальные препараты из ЖКТ практически не всасываются.

Показания к применению: нитроксолин – при инфекциях мочевыводящих путей. Препараты, не всасывающиеся из ЖКТ, – при инфекциях ЖКТ, дисбактериозе.

Оксазолидиноны (линезолид). Ингибируют синтез белка в бактериальной клетке на ранних этапах трансляции путем необратимого связывания 30S и 50S-субъединицами рибосом. Действует бактериостатически или бактерицидно в отношении высокочувствительных бактерий (стрептококки, бактероиды, клостридии).

Спектр действия распространяется на основные грамположительные микроорганизмы, включая метициллинрезистентные стафилококки, пенициллин- и макролидрезистентные пневмококки и ванкомицинрезистентные энтерококки. Менее активен в отношении грамотрицательных бактерий.

Применяется при госпитальной и внебольничной пневмонии, инфекциях кожи и мягких тканей.

Таблица 25. Побочные действия различных антибактериальных препаратов

Антипротозойные средства

Ровно шесть дней била меня неотступная ужасная полесская лихорадка. Днем недуг как будто бы затихал, и ко мне возвращалось сознание. Тогда, совершенно изнуренный болезнью, я еле-еле бродил по комнате с болью и слабостью в коленях; при каждом более сильном движении кровь приливала горячей волной к голове и застилала мраком все предметы перед моими глазами. Вечером же, обыкновенно часов около семи, как буря, налетал на меня приступ болезни, и я проводил на постели ужасную, длинную, как столетие, ночь, то трясясь под одеялом от холода, то пылая невыносимым жаром.

А. И. Куприн, «Олеся»

Простейшие – это одноклеточные организмы, которые проходят несколько стадий своего жизненного цикла; патогенные паразиты, по крайней мере, одну фазу цикла проводят в организме человека. Простейшие относятся к одноклеточным эукариотам, в отличие от бактерий, являющихся прокариотами. Примеры важных инфекционных заболеваний человека протозойной этиологии – малярия (Plasmodium spp.), токсоплазмоз (Toxoplasma gondii), африканская сонная болезнь (Trypanosoma brucei gambiense и rhodesiense), болезнь Шагаса (Trypanosoma cruzi), висцеральный и кожный лейшманиоз (Leishmania spp.), амебная дизентерия (Entamoeba histolytica), лямблиальная диарея (Giaardia lamblia) и трихоманоз (Trichomonas vaginalis). Противопротозойные средства – это ЛС, используемые при лечении заболеваний, вызываемых простейшими.

Противомалярийные средства

Малярийные плазмодии, простейшие рода Plasmodium, передаются человеку при укусах инфицированных самок комаров рода Anopheles на стадии спорозоитов, которые проникают в клетки печени, где они реплицируются, образуя мерозоиты. При разрыве инфицированного гепатоцита мерозоиты попадают в кровоток, где инфицируют эритроциты. Внутри эритроцита паразит развивается от кольцевой стадии до трофозоита, а затем до шизонта. Когда инфицированный эритроцит окончательно разрывается, высвобождаются мерозоиты, которые вновь внедряются в эритроциты. Некоторые внутриэритоцитарные кольцевые стадии развиваются до половых стадий (гаметоцитов). При попадании в организм комара жизненный цикл замыкается развитием паразита последовательно в гаметы, зиготы, оокинеты и, наконец, в спорозоиты.

Рис. 25. Цикл развития малярийного плазмодия

Классификация противомалярийных средств:

• шизонтицидные средства (действующие против эритроцитарной формы плазмодиев, шизонтов) – хлорохин, хинин, мефлохин, пириметамин, сульфадоксин, сульфоны, тетрациклины, артемизинин;

• гаметоцитоцидные (действующие против гамет, эти препараты уничтожают половые формы паразита в крови и предотвращают передачу инфекции комарам; их применяют для общественной профилактики). Хлорохин и хинин обладают гаметоцитоцидной активностью против P. vivax и P. malariae, но не против P. falciparum. Примахин обладает гаметоцитоцидной активностью в отношении всех плазмодиев, включая P. falciparum;

• тканевые шизонтициды для личной профилактики пириметамин и примахин. Эти препараты действуют на первичные тканевые формы плазмодиев, которые после роста в печени инициируют эритроцитарную стадию. Блокируя эту стадию, теоретически можно предотвратить дальнейшее развитие инфекции;

• тканевые шизонтициды для предотвращения рецидивов. Эти препараты действуют на гипнозоиты P. vivax и P. ovale в печени, которые вызывают рецидив симптомов при реактивации. Примахин является прототипом препарата; пириметамин также обладает такой активностью.

Хинин – алкалоид коры хинного дерева (известного как «лихорадочная кора»), произрастающего в Южной Америке. Он имеет красочную историю, насчитывающую более 350 лет. Монах-августинец из Лимы впервые описал целебные свойства порошка хинного дерева. Хинин действует как шизонтицид крови, хотя он также обладает гаметоцитоцидной активностью в отношении P. vivax и P. malariae. Поскольку это слабое основание, оно концентрируется в пищевых вакуолях P. falciparum. Считается, что он действует путем ингибирования гем-полимеразы, обеспечивая накопление ее цитотоксического субстрата – гема. Как шизонтицидный препарат он менее эффективен и более токсичен, чем хлорохин. Однако он занимает особое место в лечении тяжелой малярии, вызванной P. falciparum, в районах с известной устойчивостью к хлорохину.

Хлорохин ингибирует паразитарный фермент гем-полимеразу, который превращает токсичный гем в нетоксичный гемазоин. Это приводит к накоплению токсичного гема внутри паразита. Он также может нарушать синтез нуклеиновых кислот. Другие предполагаемые механизмы включают образование комплекса лекарство-гем, интеркаляцию лекарства с ДНК паразита. Высокоэффективен против эритроцитарных форм P. vivax, P. ovale и P. malariae, чувствительных штаммов P. falciparum и гаметоцитов P. vivax. Он быстро купирует острый приступ малярии, при этом у большинства пациентов лихорадка снижается в течение 24–48 часов.

Артемизинин, или Цинхаосу («цзин-хау-су») является активным компонентом китайской лекарственной травы Artemisia annua, используемой для лечения лихорадки в Китае более 1000 лет. Действует путем ингибирования кальций-АТФазы саркоплазматического ретикулума P. Это самое быстродействующее противомалярийное средство. Однако его использование в качестве монотерапии связано с высокой частотой рецидивов инфекции, что позволяет предположить, что для достижения максимальной эффективности может потребоваться комбинация с другими противомалярийными препаратами.

Он подавляет развитие трофозоитов и предотвращает прогрессирование заболевания.

ЛС для лечения других протозойных заболеваний

Примахин – единственный препарат, эффективный против печеночных форм всех плазмодиев, включая «спящие» стадии P. vivax и P. ovale. Кроме того, он действует против гаметоцитов.

Пириметамин ингибирует дигидрофолатредуктазу плазмодиев и блокирует биосинтез пуринов и пиримидинов, которые так необходимы для синтеза ДНК и размножения клеток. Это приводит к нарушению деления ядер в момент образования шизонтов в эритроцитах и печени.

Сульфадоксин ингибирует утилизацию пара-аминобензойной кислоты в синтезе дигидроптероевой кислоты. Таким образом, комбинация пириметамина и сульфаниламида обеспечивает двухэтапную синергетическую блокаду деления плазмодий.

Атоваквон плюс прогуанил: комбинация фиксированных доз атоваквона и прогуанила гидрохлорида (Маларон™) одобрена как для лечения, так и для профилактики малярии.

Тетрациклины могут использоваться при лечении устойчивой к лекарствам малярии, вызванной P. falciparum. Они действуют относительно медленно, и поэтому их всегда следует комбинировать с более быстродействующими препаратами, такими как хинин. Они противопоказаны детям до 8 лет и беременным женщинам из-за неблагоприятного воздействия на кости и зубы.

Амебиаз – кишечная инфекция, вызываемая Entamoeba histolytica. Его часто называют амебной дизентерией. Заболевание передается фекально-оральным путем. Амебиаз характеризуется легкой или быстро развивающейся диареей. Возбудитель из просвета кишечника может проникнуть во внекишечную ткань, в частности, в печень, и вызвать развитие абсцесса печени. Для лечения амебиаза используют метронидазол, который эффективен при лечении инфекций, вызванных Giardia lamblia и Trichomonas vaginalis, а также анаэробными бактериями. Препарат становится активным в восстановленном состоянии. Восстановление метронидазола до гидроксиметронидазола происходит у анаэробных простейших и бактерий при восстановлении ферродоксина ферментом ферродоксиноксидоредуктазой (ФОР). Затем ферродоксин может передать один электрон метронидазолу с образованием гидроксиметронидазола. ФОР не встречается в клетках млекопитающих. Соответствующим ФОР ферментом в клетках млекопитающих является пируватдекарбоксилаза, которая не способна создавать достаточно высокий восстановительный потенциал для восстановления метронидазола. Поэтому превращение метронидазола в гидроксиметронидазол не происходит в клетках млекопитающих, и, следовательно, препарат не может вызвать токсическое действие. Побочные эффекты обычно легкие, включая желудочно-кишечный дискомфорт, непереносимость алкоголя, головную боль и головокружение. Длительное применение метронидазола может привести к нейротоксическим последствиям, таким как периферическая нейропатия и судороги.

Трипаносомоз вызывается Trypanosoma, заражение ею провоцирует африканскую сонную болезнь и болезнь Шагаса.

Африканская сонная болезнь вызывается T. brucei gambiense и передается мухой цеце. Для этого состояния характерны вялость, продолжительный сон и даже возможна смерть.

Болезнь Шагаса вызывается T. cruzi и передается человеку через обыкновенную комнатную муху. Характеризуется тяжелой кардиомиопатией.

Меларсопрол применяют для лечения церебрального африканского трипаносомоза независимо от этиологического возбудителя. Меларсопрол – наиболее эффективное средство для эрадикации внутримозговых паразитов. При назначении меларсопрола необходимо тщательно оценивать соотношение польза/риск, поскольку распространены тяжелые и фатальные побочные эффекты, а применение меларсопрола для лечения сонной болезни оправдано только риском фатального исхода заболевания на поздней стадии. Основной побочный эффект – реактивная энцефалопатия наряду с изменением психического состояния, потерей сознания и судорогами. Другие побочные эффекты – периферическая полинейропатия, тремор, лихорадочные реакции и кожные осложнения, особенно если препарат вводился не строго внутривенно.

Эфлорнитин используется на поздней стадии трипаносомоза, вызванного T. brucei gambiense. Побочные эффекты менее серьезны, чем у меларсопрола. Наиболее распространенные побочные эффекты – обратимая лейкопения и анемия, возникающие в результате угнетения функции костного мозга и водянистой диареи. Судороги наблюдаются редко и как единичное явление.

Пентамидин применяют при лечении ранних стадий африканской сонной болезни и лейшманиоза, а также для лечения и профилактики пневмоцистной пневмонии у ВИЧ-инфицированных пациентов. Активность в отношении внутримозговых трипаносом низкая. Наиболее важный побочный эффект пентамидина – острая анафилактоидная реакция, сопровождаемая снижением артериального давления, головокружением, потерей сознания, одышкой, тахикардией и рвотой.

Противогрибковые средства

Заболеваемость и смертность, вызванные грибковыми инфекциями, превратились из редкой диковинки в серьезную глобальную проблему здравоохранения. Подавляющее большинство грибов, способных вызывать опасные для жизни инфекции, поражают людей с ослабленным иммунитетом. В последние десятилетия произошел резкий рост грибковых инфекций из-за значительного развития таких медицинских технологий, как химиотерапия при раке и иммуносупрессия при трансплантации органов, а также из-за распространенности ВИЧ-инфекции. Например, грибковые возбудители Candida albicans, Cryptococcus neoformans и Aspergillus fumigatus в совокупности способствуют более чем 1 миллиону человеческих смертей ежегодно.

Грибы являются эукариотами, как и их хозяева-люди, что ограничивает количество молекулярных мишеней, которые можно избирательно использовать для разработки лекарств без риска перекрестной токсичности. В основном это воздействие на эргостерол, незаменимый компонент клеточной мембраны грибов, выполняющий функции холестерина в мембранах человека. Современный арсенал противогрибковых средств, одобренных для лечения инвазивных инфекций, состоит преимущественно из трех классов противогрибковых средств, направленных против ограниченного числа клеточных процессов (антибиотики, эхинокандины и азолы).

Классификация противогрибковых средств основана на способах получения и химической структуре препаратов.

• Антибиотики:

• полиеновые антибиотики – амфотерицин В, нистатин, леворин, натамицин;

• гризеофульвин.

• Эхинокандины – каспофунгин, микафунгин и анидулафунгин.

• Азолы:

• производные имидазола – кетоконазол, клотримазол, миконазол, эконазол;

• производные триазола – флуконазол, итраконазол, вориконазол. Производные N-метилнафталина – тербинафин, нафтифин;

• производные ундециленовой кислоты – ундецин, цинкундан, микосептин;

• бис-четвертичные аммониевые соли – деквалиния хлорид;

• калия йодид.

Рис. 26. Механизмы действия противогрибковых средств

Полиеновые антибиотики – это амфифильные соединения, состоящие из гидрофобной полиеновой углеводородной цепи и гидрофильной полигидроксильной цепи. Считалось, что эти препараты осуществляют противогрибковое действие путем внедрения в эргостеролсодержащие мембраны, образуя трансмембранные каналы, которые вызывают утечку клеточных компонентов и в конечном итоге – клеточную смерть. Однако в недавних биофизических исследованиях установлено, что полиены действуют, скорее, как «эргостериновая губка», образуя крупные внемембранозные агрегаты, которые экстрагируют незаменимый мембранный липидный эргостерол из плазматической мембраны.

Амфотерицин В – антибиотик, продуцируемый Streptomyces nodosus. Обладает аффинитетом к эргостеролу мембран грибов в 500 раз выше, чем к холестерину клеточных мембран макроорганизма. Дополнительно к механизму взаимодействия с эргосторолом в процессе окисления амфотерицина В генерируются токсичные свободные радикалы, дестабилизирующие мембраны грибковых клеток. Препарат обладает широким спектром противогрибковой активности. В зависимости от концентрации препарата в биологических жидкостях и чувствительности грибков оказывает фунгистатическое или фунгицидное действие. Препарат применяют внутривенно капельно по жизненным показаниям при тяжелых формах системных микозов – системном кандидамикозе, кокцидиоидомикозе, криптококкозе, бластомикозе, гистоплазмозе, аспергиллезе. Лейшмании и амебы чувствительны к препарату, поэтому амфотерицин В может быть использован как средство второго ряда при висцеральном лейшманиозе и при амебном менингоэнцефалите, вызванном Naegleria fowleri. Наружно в виде мази 1–2 раза в сутки препарат применяют при поверхностном кандидамикозе кожи и слизистых оболочек. Амфотерицин В не всасывается из ЖКТ, поэтому его применяют внутрь при кандидозе кишечника.

Дифференциальное сродство связывания амфотерицина B с эргостеролом по сравнению с холестерином, мембранным стеролом человека, объясняет его селективность; однако амфотерицин B все-таки влияет на клетки млекопитающих, а нефротоксичность является распространенным побочным эффектом клинического применения, который можно несколько смягчить, используя амфотерицин В в липосомальной лекарственной форме. К другим побочным эффектам относят полинейропатию, тремор, судороги, тромбоцитопению. Амфотерицин В используют для лечения наиболее серьезных грибковых инфекций во многом благодаря его широкому спектру действия.

Нистатин и леворин применяют местно, они наиболее активно действуют на дрожжеподобные грибы рода Candida. Препараты применяют внутрь, так как они не всасываются из ЖКТ.

Натамицин – это полиеновый антибиотик, продуцируемый Streptomyces natalensis. Обладает широким спектром активности и фунгицидным характером действия. При местном применении эффективен преимущественно в отношении грибов рода Candida, дерматомицетов (Trichophyton, Microsporum, Epidermophyton), трихомонад. При приеме внутрь практически не всасывается из ЖКТ. Его применяют для лечения кандидомикозов кожи, слизистых оболочек полости рта и глотки, влагалища, кишечника, трихомонадного вульвовагинита, в качестве дополнительного средства при лечении дерматомикозов гризеофульвином.

Гризеофульвин – антибиотик, продуцируемый Penicillium griseofulvum. По химическому строению он отличается от полиеновых антибиотиков. Гризеофульвин обладает узким спектром активности (грибы-дерматофиты) и эффективен только при дерматомикозах. Гризеофульвин угнетает митоз в клетках грибков. В микротрубочках грибов препарат взаимодействует с тубулином и белком, связанным с микротрубочками, и нарушает формирование веретена деления. Гризеофульвин накапливается в кератинсодержащих клетках кожи, волос и ногтей, прочно связывается с вновь образованным кератином, предотвращая поражение грибком новых формирующихся клеток. Постепенно происходит слущивание инфицированных клеток и их полная замена. Лечебный эффект развивается медленно. Принимают внутрь при поражениях кожи, волос и ногтей.

Азольные противогрибковые средства включают соединения как с имидазольными, так и с триазольными фрагментами. Они являются наиболее широко используемым классом противогрибковых средств в клинической практике из-за их впечатляющего профиля безопасности и доступности как для перорального, так и для внутривенного введения. Так, вориконазол является препаратом выбора при аспергиллезе, поскольку он превосходит амфотерицин B в прямом клиническом исследовании. Азолы состоят из пятичленного азотсодержащего гетероциклического фрагмента, который связывается с атомом железа в гемовой группе, расположенной в активном центре мишени – ланостерин-14-α-демети-лазы. Связывание азола блокирует деметилирование ланостерола, что приводит к истощению запасов эргостерола и накоплению токсичных промежуточных продуктов стерина, что в конечном итоге препятствует клеточному росту. Большинство противогрибковых имидазолов (кетоконазол, клотримазол, миконазол, эконазол) выпускаются для местного применения из-за проблем с токсичностью или биодоступностью, которые ограничивают их потенциал в качестве системных агентов. Препаратами, разрешенными для лечения инвазивных грибковых заболеваний, являются триазолы, в том числе флуконазол, итраконазол, позаконазол, вориконазол и изавуконазол. Они эффективны при системных микозах: кандидамикозе, криптококкозе, аспергиллезе, бластомикозе, гистоплазмозе, кокцидиоидомикозе, паракокцидиоидозе, а также при дерматомикозах.

Для клинического применения доступны три эхинокандина: каспофунгин, микафунгин и анидулафунгин. Эти соединения представляют собой циклические гексапептиды, которые действуют как неконкурентные ингибиторы (1,3)-β-d-глюкансинтазы – фермента, участвующего в синтезе клеточной стенки. (1,3)-β-d-глюкан является незаменимым полисахаридом клеточной стенки, обеспечивающим ее структурную целостность. Ингибирование его синтеза приводит к разрушению клеточной стенки. Профиль безопасности этих соединений оптимален и, вероятно, объясняется специфичной для грибов мишенью, которая отсутствует у человека. Несмотря на свою мощную активность в отношении Candida и Aspergillus, эти соединения неэффективны в борьбе с инфекциями Cryptococcus. Эхинокандины стали важным вариантом лечения кандидоза, особенно в контексте растущей распространенности резистентности к азолам. Эхинокандины обычно хорошо переносятся; профиль побочных эффектов сопоставим с таковым флуконазола. Вследствие наличия в структуре пептидной цепочки эхинокандины вызывают симптомы, связанные с высвобождением гистамина: сыпь, зуд, бронхоспазм.

Ингибиторы скваленэпоксидазы предотвращают образование ланостерола – предшественника эргостерола. Эти препараты также способствуют накоплению токсичных метаболитов сквалена в грибковых клетках, что приводит к фунгицидному действию.

Тербинафин – противогрибковое средство для лечения дерматомикозов. Препарат применяют внутрь (в виде таблеток) и местно (в виде крема). Внутрь препарат используют для лечения онихомикозов, микозов волосистой части головы и кожи, а также при отрубевидном лишае. Тербинафин не рекомендуется пациентам с почечной или печеночной недостаточностью, а также беременным.

При лечении кандидамикозов местно применяют бис-четвертичное аммониевое соединение – деквалиния хлорид, оказывающее антибактериальное и фунгицидное действия.

Местно при лечении грибковых заболеваний кожи используют препараты ундециленовой кислоты и ее солей (мази цинкундан, ундецин, микосептин), а также калия йодид.

Антигельминтные средства

Гельминтов можно разделить на нематод (круглые черви), трематод (сосальщики) и цестод (ленточные черви). Лекарственные средства, применяемые для лечения гельминтных инфекций, называются антигельминтными средствами. Большинство этих препаратов действуют путем ингибирования метаболизма паразита (например, альбендазол) или вызывают мышечный паралич (ивермектин, празиквантел или пирантел).

Человек заражается гельминтами при употреблении пищи или воды, содержащей яйца или личинки паразитов. Кроме того, личинки из почвы могут сами проникать через кожу или передаваться при укусах насекомых. Если человек – окончательный хозяин, то яйца или личинки развиваются во взрослых червей, мигрирующих через ткани и вступающих в половозрелую стадию. При этом взрослые черви откладывают яйца или личинки, которые могут выделяться через пищеварительную или выделительную системы хозяина. Из организма человека личинки могут попасть в организм насекомого при укусе. Во внешней среде или в организме переносчика яйца или личинки вновь становятся патогенными для человека, и цикл начинается вновь.

Нематодозы – гельминтозы, распространенные повсеместно. К ним относят аскаридоз, энтеробиоз и стронгилоидоз, локализованные в тонкой кишке, и трихоцефалез, локализованный в толстой кишке. Внекишечный нематодоз (трихинеллез) поражает скелетную мускулатуру. Для тропических стран характерны такие кишечные нематодозы, как анкилостомидоз и некатороз, а также внекишечные нематодозы, поражающие подкожную клетчатку (дракункулез), кровеносные сосуды (филяриоз), органы зрения и лимфатические сосуды (онхоцеркоз). К цестодозам относят широко распространенные гельминтозы, вызываемые ленточными червями, – тениаринхоз, дифиллоботриоз, гименолепидоз, тениоз (при поражении внутренних органов личинками – цистицеркоз), а также эхинококкоз и альвеококкоз, поражающие печень.

Внекишечные гельминтозы (фасциолезы, описторхоз, клоноринхоз и парагонимозы) развиваются при попадании гельминтов во внутренние органы, кровеносную и лимфатическую систему, протекают тяжело и в некоторых случаях требуют хирургического лечения.

Альбендазол. Противогельминтное средство широкого спектра действия; производное бензимидазола карбамата. Избирательно подавляет полимеризацию бета-тубулина, что приводит к деструкции цитоплазматических микроканальцев клеток кишечного тракта гельминтов; вызывает необратимое нарушение утилизации глюкозы в организме гельминта и тормозит синтез АТФ; блокирует передвижение секреторных гранул и других органелл в мышечных клетках круглых червей, обуславливая их гибель. Наиболее эффективен в отношении личиночных форм цестод Echinococcus granulosus и Taenia solium, нематод Strongyloides stercolatis.

Показания для применения

Нематодозы: аскаридоз, трихоцефалез, анкилостомидоз, энтеробиоз, трихиниллез, токсокароз, лямблиоз, стронгилоидоз; смешанные гельминтозы.

Тканевые цестодозы: нейроцистицеркоз, гидатидозный эхинококкоз печени, легких, брюшины; в качестве вспомогательного средства при хирургическом лечении альвеолярного эхинококкоза.

Пирантела памоат. Пирантел – это антигельминтное средство, действующее на нематоды.

Вызывает нервно-мышечную блокаду у чувствительных к нему гельминтов, что облегчает их выведение из пищеварительного тракта без возбуждения и стимуляции миграции пораженных глистов.

Препарат действует на паразитов в ранней фазе развития и на их зрелые формы, не действует на личинки во время их миграции в тканях.

Пирантел эффективен против инвазий, вызываемых острицами (Enterobius vermicularis), анкилостомами (Ancylostoma doudenale, Necator americanus), против возбудителей трихоцефалеза (Trichostrongylus orientalis и Trichostrongylus colubriformis) и аскаридоза (Ascaris lumbricoides).

Мебендазол. Противогельминтное средство широкого спектра действия; наиболее эффективен при энтеробиозе. Вызывает необратимое нарушение утилизации глюкозы в организме гельминта и тормозит синтез АТФ. Показания: энтеробиоз, аскаридоз, анкилостомидоз, стронгилоидоз, трихоцефалез, трихинеллез, тениоз, эхинококкоз, альвеококкоз, капилляриоз, гнатостомоз, смешанные гельминтозы.

Ивермектин. Средство для наружного применения, относится к группе авермектина. Оказывает противовоспалительное действие путем подавления выработки воспалительных цитокинов, индуцированной липополисахаридами. Противовоспалительные свойства ивермектина для наружного применения наблюдались на моделях воспалительных процессов кожи у животных.

Ивермектин также вызывает гибель паразитов главным образом посредством селективного связывания и высокого сродства с глутамат-регулируемыми хлорными каналами, находящимся в нервных и мышечных клетках беспозвоночных. Механизм действия ивермектина при лечении воспалительных поражений кожи при розацеа неизвестен, но может быть связан как с противовоспалительными эффектами ивермектина, так и со способностью ивермектина вызывать гибель клещей Demodex, которые, в свою очередь, являются фактором, вызывающим воспаление кожи.

Диэтилкарбамазин. Противогельминтное средство. Нарушает функцию нервно-мышечной системы гельминтов, вызывая их гибель. Активен в отношении Wuchereria bancrofit, Brugia malaya, Brugia timori, Onchocerca volvulus, Loa loa.

Празиквантел. Обладает широким спектром действия, в который входят многие трематоды и цестоды. Так, празиквантел высокоактивен в отношении всех патогенных для человека возбудителей шистосомозов, клонорхоза, парагонимоза, описторхоза, а также в отношении fasciolopsis buski, Hetorophyes heterophyes и Metagonimus yokogawai (кишечные сосальщики). Среди трематод к празиквантелу устойчива fasciola hepatica, механизм устойчивости не выяснен. Празиквантел высокоэффективен в отношении возбудителей кишечных цестодозов: гименолепидоза (Hymenolepsis nana), дифиллоботриоза (Diphyllobothrium latum), тениаринхоза (Taeniarhynhus saginatus), тениоза (Taenia solium), действует также на цистицерки.

Для празиквантела характерны два основных эффекта в отношении чувствительных гельминтов. В низких дозах он вызывает повышение мышечной активности, сменяющееся сокращением мускулатуры и спастическим параличом. В несколько более высоких дозах вызывает повреждение тегумента (наружного покрова у плоских червей).

Показания: шистосомозы, включая кишечный шистосомоз и шистосомоз мочеполовой системы; описторхоз, клонорхоз, парагонимоз, метагонимоз, фасциолопсидоз и другие трематодозы, вызванные чувствительными гельминтами. Кишечные цестодозы: гименолепидоз, дифиллоботриоз, тениаринхоз, тениоз. Нейроцистицеркоз.

Никлозамид. Противогельминтное средство. Вызывает паралич ленточных гельминтов, также снижает их устойчивость к протеолитическим ферментам ЖКТ. Активен в отношении Taeniarhynchus saginatus (бычьего цепня), Diphyllobothrium latum (широкого лентеца), Hymenolepis nana (карликового цепня).

Показания к применению: тениаринхоз, дифиллоботриоз, гименолепидоз.

Таблица 26. Лечение от гельминтов

Противовирусные средства

Вирусы являются облигатными внутриклеточными паразитами. Следовательно, вирусы должны проникнуть в клетки-мишени и использовать клеточный механизм хозяина для размножения и производства новых вирионов. Многочисленные этапы распространения вируса, происходящие внутри клеток, в совокупности называются жизненным циклом вируса. Жизненный цикл вируса можно разделить на три стадии: вход, репликация генома и выход.

Первый этап – вход, который включает в себя:

I – адсорбцию, при которой вирусная частица взаимодействует с клеткой-хозяином и прикрепляется к поверхности клетки;

II – проникновение, при котором вирусная частица достигает цитоплазмы;

III – депротеинизация, при которой вирус теряет свой капсид.

Второй этап. После снятия покрытия обнаженный вирусный геном используется для экспрессии генов и репликации вирусного генома. Наконец, когда вирусные белки и вирусные геномы накапливаются, они собираются в дочернюю частицу вириона, а затем высвобождаются из клетки.

Третий этап. Его составляют сборка вириона и выход из клетки. Таким образом, в жизненном цикле вируса можно выделить шесть основных шагов: адсорбция, проникновение, депротеинизация, экспрессия и репликация генов, сборка и высвобождение.

Противовирусные препараты – это класс лекарств, которые используют для лечения вирусных инфекций. У иммунокомпетентных лиц большинство вирусных инфекций разрешаются спонтанно. Цель противовирусной терапии – минимизация симптомов, сокращение продолжительности болезни и снижение контагиозности. Эти препараты действуют путем остановки цикла репликации вируса на различных стадиях. Противовирусная терапия доступна только для ограниченного числа инфекций. Большинство имеющихся противовирусных препаратов используют для лечения инфекций, вызванных ВИЧ, вирусами герпеса, гепатита В и C, гриппа. Поскольку вирусы – облигатные внутриклеточные паразиты, трудно найти лекарственные мишени, которые нарушают репликацию вируса, не нанося при этом вреда клеткам-хозяевам. В отличие от других противомикробных препаратов, противовирусные препараты не уничтожают возбудителя непосредственно (в данном случае вирус), а действуют путем ингибирования репликации. Таким образом, они предотвращают увеличение вирусной нагрузки до уровня, при котором эндогенные иммунные механизмы организма нейтрализуют возбудителя.

В настоящее время, за исключением ВИЧ, не удается создать противовирусные средства, действующие на все этапы развития возбудителя. В связи с этим описание механизмов действия противовирусных средств носит несколько фрагментарный характер.

Лекарственные средства, действующие на адсорбцию вириона

Для адсорбции на клетке вирион должен связаться с определенной структурой, расположенной на цитоплазматической мембране клетки-хозяина. Так, для ВИЧ первым шагом проникновения в клетку является взаимодействие с хемокиновым рецептором ССR5. Маравирок – антагонист хемокинового корецептора 5 (CCR5). Он связывается с CCR5 и предотвращает взаимодействие с гликопротеином 120 ВИЧ-1, который необходим для проникновения CCR5-тропного ВИЧ-1 в клетки. Препарат не связывает CXCR4 и активен только в отношении CCR5-тропных штаммов ВИЧ.

Лекарственные средства, угнетающие проникновение вириона

Энфувиртид представляет собой крупный пептид, который связывается с гликопротеином 41 ВИЧ и тем самым блокирует процесс слияния вириона и клетки хозяина. Препарат чаще всего применяют при возникновении резистентности или непереносимости других препаратов. Из-за пептидной структуры энфувиртид не назначают перорально, его следует вводить подкожно два раза в день. Он может вызывать реакции в месте инъекции, но в остальном хорошо переносится и одобрен для применения как у взрослых, так и у детей.

Лекарственные средства, действующие на депротеинизацию

Амантадин и римантадин представляют собой синтетические соединения трициклических аминов, которые блокируют протонный канал вируса М2, что препятствует закислению среды и депротинизации вириона. Эти препараты использовали для профилактики и лечения гриппа А. Появление резистентных штаммов сделало эти препараты в значительной степени неэффективными, и в настоящее время они не рекомендуются для профилактики или лечения гриппа. Устойчивость к этим препаратам возникает в результате мутаций протонного канала М2.

Лекарственные средства, нарушающие экспрессию и репликацию вирусного генома

РНК-содержащий ВИЧ использует обратную транскриптазу для создания ДНК с целью ее дальнейшей имплементации в ДНК хозяина. В класс ингибиторов обратной транскриптазы входят два подкласса препаратов. К первому классу относятся нуклеотидные ингибиторы обратной транскриптазы (НИОТ) зидовудин, ламивудин, а ко второму – ненуклеозидные ингибиторы обратной транскриптазы (ННИОТ), например эфавиренц.

НИОТ являются пролекарствами, проникают в клетку-хозяина и должны фосфорилироваться, прежде чем они станут активными. Внутри клетки хозяина клеточные киназы активируют препарат, который действует за счет своей структуры и конкурирует с природными дезоксинуклеотидами; они, в свою очередь, предотвращают образование 3›-5›-фосфодиэфирной связи в растущих цепях ДНК и, таким образом, могут предотвратить репликацию вируса.

ННИОТ представляют собой второй класс ингибиторов обратной транскриптазы. Первичный механизм действия заключается в связывании ННИОТ с обратной транскриптазой, что снижает общую активность полимеразы и синтез ДНК в целом замедляется.

Вирусная интеграза катализирует ковалентную вставку вирусной ДНК, образующейся путем обратной транскрипции РНК, в хромосомы инфицированных клеток. Интеграза – жизненно важный фермент, катализирующий две реакции, которые должны произойти для встраивания вирусной ДНК в ДНК хозяина. После интеграции провирус сохраняется в клетке-хозяине и служит матрицей для транскрипции вирусных генов и репликации вирусного генома, что приводит к производству новых вирусов.

Ралтегравир – антиретровирусный препарат, используемый для лечения инфекции ВИЧ-1. Препарат ингибирует активность интегразы ВИЧ-1, что препятствует имплементации ДНК ВИЧ-1 в геном клетки-хозяина.

Самой большой группой противовирусных средств являются блокаторы синтеза ДНК. Большинство противовирусных средств, используемых при различных вирусных инфекциях, входят в эту группу. Препараты этой группы по строению являются аналогами эндогенных нуклеозидов. Эти нуклеозидные препараты должны быть активированы киназами вируса и клетки-хозяина, прежде чем они смогут ингибировать вирусную ДНК-полимеразу. Вначале вирусная тимидинкиназа превращает их в монофосфаты. Сродство этих препаратов с вирусной тимидинкиназой намного выше, чем с аналогичным ферментом человека, что позволяет им ингибировать вирусную ДНК-полимеразу в инфицированных клетках, оказывая при этом незначительное воздействие на нормальные клетки-хозяева. Уже затем киназы клеток-хозяев преобразуют производные монофосфата в активные метаболиты трифосфата, которые конкурентно ингибируют вирусную ДНК-полимеразу, блокируя создание новых вирионов. К этой группе препаратов относятся ацикловир, валацикловир, ганцикловир, пенцикловир, ремдесевир, даклатасвир, используемые для лечения простого герпеса, цитомегаловирусной инфекции, коронавирусной инфекции, гепатита С.

Блокаторы вирусной протеазы

Вирусные белки вначале синтезируются в виде одного полипротеина, который «разрезается» вирусной протеазой на зрелые белки вириона. Блокаторы протеаз предотвращают образование зрелых белков и, как следствие, вирионов. В настоящее время применяют блокаторы протеазы ВИЧ (ритонавир) и вируса гепатита С (гразопревир).

Лекарственные средства, нарушающие сборку и выход вирионов

Осельтамивир избирательно ингибирует фермент нейраминидазу вирусов гриппа А и В. Сборка новых вирионов происходит на поверхности цитоплазматической мембраны клеток хозяина. Затем фермент нейраминидаза отщепляет концевые остатки сиаловой кислоты от углеводных фрагментов на поверхности клеток-хозяев и оболочек вируса гриппа; этот процесс способствует высвобождению вновь образованных вирусов из инфицированных клеток. Ингибиторы нейраминидазы – это аналоги сиаловой кислоты. Предполагаемый механизм их действия заключается в блокировании активного центра нейраминидазы и оставлении нерасщепленных остатков сиаловой кислоты на поверхности клеток-хозяев и оболочек вируса гриппа. Вирусный гемагглютинин связывается с нерасщепленными остатками сиаловой кислоты; результатом является агрегация вируса на поверхности клетки-хозяина и уменьшение количества вирионов, которые высвобождаются и могут инфицировать другие клетки.

Лекарственные средства для лечения COVID-19

Ремдесивир показан для лечения взрослых и детей в возрасте 28 дней и старше и массой тела не менее 3 кг при инфекции коронавирусной болезни 2019 (COVID-19), требующей госпитализации. Ремдесивир представляет собой аналог нуклеозидов, является пролекарством, которое в организме трансформируется в активную молекулу, известную как GS-441524, которая действует как конкурентный ингибитор вирусной РНК-зависимой РНК-полимеразы. Это приводит к отсроченному обрыву цепи и нарушению репликации вируса.

Молнупиравир представляет собой низкомолекулярное рибонуклеозидное пролекарство N-гидроксицитидина (NГЦ), которое обладает активностью против SARS-CoV-2 и других РНК-вирусов и имеет высокий барьер для развития резистентности. После перорального приема молнупиравира NГЦ циркулирует в системе и фосфорилируется внутриклеточно до NГЦ-трифосфата. NГЦ-трифосфат включается в вирусную РНК с помощью вирусной РНК-полимеразы и впоследствии неправильно направляет вирусную полимеразу на включение либо гуанозина, либо аденозина во время репликации вируса. Это приводит к накоплению вредных ошибок во всем вирусном геноме, что в конечном итоге делает вирус неинфекционным и неспособным к репликации.

Паксловид показан для лечения легкой и среднетяжелой коронавирусной болезни 2019 у взрослых, которые подвержены высокому риску развития тяжелой формы COVID-19, включая госпитализацию или смерть. Паксловид – это комбинированный препарат, включающим ингибитор протеазы вируса SARS-CoV-19 нирмарелвир и препарат для лечения ВИЧ ритонавир. Нирмарелвир ингибирует протеазу, которая фрагментирует полипротеин виркса на отдельные белки. Нирмарелвир действует как субстрат для вирусной протеазы, который затем блокирует ее активный центр. Второй ЛП, ритонавир, был введен с целью улучшения фармакокинетики нирмарелвира, который активно метаболизируется микросомальным ферментом цитохромом P450 3A4. Сам ритонавир не оказывает влияния на вирус, но повышает эффективность нирмарелвира.

Таблица 27. Основные механизмы действия противовирусных средств

Противоопухолевые средства

– Но ведь у меня – не рак, доктор? У меня ведь – не рак? – с надеждой спрашивал Павел Николаевич, слегка потрагивая на правой стороне шеи свою злую опухоль, растущую почти по дням, а снаружи все так же обтянутую безобидной белой кожей… Твердый комок опухоли – неожиданной, ненужной, бессмысленной, никому не полезной – притащил его сюда, как крючок тащит рыбу, и бросил на эту железную койку – узкую, жалкую, со скрипящей сеткой, со скудным матрасиком. Стоило только переодеться под лестницей, проститься с родными и подняться в эту палату, как захлопнулась вся прежняя жизнь.

А. Солженицын, «Раковый корпус»

Термин «химиотерапия» был введен немецким химиком Паулем Эрлихом, который исследовал применение лекарств для лечения инфекционных заболеваний.

Целью противоопухолевой химиотерапии является подавление клеточной пролиферации и размножения клеток опухоли, что позволяет избежать инвазии и метастазирования. Но это приводит к токсическим эффектам химиотерапии из-за воздействия в том числе и на нормальные клетки.

Традиционные химиотерапевтические агенты в первую очередь воздействуют либо на макромолекулярный синтез, либо на функцию опухолевых клеток, вмешиваясь в синтез ДНК, РНК или белков или влияя на соответствующее функционирование предварительно сформированной молекулы.

Рис. 27. Механизмы действия противоопухолевых средств.

Комбинированная химиотерапия также является распространенным выбором для получения адекватных ответов. Это предотвращает развитие резистентных клонов, способствуя цитотоксичности в покоящихся и делящихся клетках.

Химиотерапия может проводиться в неоадъювантном, адъювантном, комбинированном и метастатическом режимах.

• Неоадъювантная терапия – это лечение, проводимое перед основным лечением.

• Адъювантная терапия – это лечение, проводимое в дополнение к начальной терапии, которое может подавить или устранить рост скрытых раковых клеток. Адъювантная терапия является стандартом лечения рака молочной железы, легких, колоректального рака и рака яичников.

• Комбинированные методы, такие как химиотерапия и облучение, используют для уменьшения размера опухоли перед хирургическим вмешательством или в лечебных целях при раке головы и шеи, легких, анального канала.

Основные химиотерапевтические средства

Алкилирующие агенты

• Производные азотистого иприта – бендамустин, циклофосфамид.

• Производные нитромочевины – кармустин, ломустин.

• Аналоги платины – карбоплатин, цисплатин, оксалиплатин.

• Триазены – дакарбазин, прокарбазин, темозоламид.

Механизм действия: алкилирующие агенты действуют путем сшивания нитей ДНК, особенно в положении N-7 гуанина. Они неспецифичны для фазы клеточного цикла и поэтому активны на протяжении большей его части. Эти препараты образуют нестабильную алкильную группу R-CH2+, взаимодействующую с нуклеофильными центрами белков и нуклеиновых кислот. Ингибируют репликацию и транскрипцию ДНК.

Побочное и токсическое действие: миелосупрессия, воспаление слизистых оболочек, тошнота и рвота, нейротоксичность, алопеция, легочный фиброз, бесплодие, вторичные злокачественные новообразования.

Антиметаболиты

• Аналоги цитизина – азацитидин, децитабин, цитарабин, гемцитабин.

Механизм действия: антиметаболиты препятствуют синтезу ДНК и РНК, действуя как ложные метаболиты, которые включаются в цепь ДНК или блокируют основные ферменты, предотвращая синтез ДНК. Большинство агентов специфичны для S-фазы клеточного цикла. Эти ЛС наиболее эффективны при использовании против быстро меняющихся клеточных популяций и, следовательно, более эффективны против быстрорастущих опухолей. Они непосредственно встраиваются в ДНК и ингибируют ДНК-метилтрансферазу (азацитидин, децитабин) или ДНК-полимеразу (цитарабин, гемцитабин).

Побочное и токсическое действие: миелосупрессия для всех препаратов. Цитарабин в высоких дозах вызывает нейротоксичность, конъюнктивит. Гемцитабин вызывает повышение активности печеночных ферментов, интерстициальный пневмонит.

• Антагонисты фолиевой кислоты – метотрексат, пеметрексед.

Механизм действия: снижают уровень фолиевой кислоты, которая необходима для синтеза пуриновых нуклеотидов и тимидилатов.

Побочное и токсическое действие: миелосупрессия, мукозит, гепатотоксичность, нефротоксичность, кожные реакции.

Профилактика токсичности: гидратация и подщелачивание мочи, спасательная терапия лейковорином.

• Аналоги пиримидина – фторурацил (5-ФУ), капецитабин (пролекарство 5-ФУ).

Механизм действия: активный метаболит (F-dUMP) образует стабильный ковалентный комплекс с тимидинсинтетазой в присутствии восстановленной фолиевой кислоты, что препятствует синтезу и репарации ДНК.

Побочное и токсическое действие: дозолимитирующий ладонно-подошвенный синдром, мукозит, диарея. Дозолимитирующая миелосупрессия.

Антимикротубулярные агенты

• Таксаны – паклитаксел, доцетаксел.

Механизм действия: нарушение баланса полимеризации и деполимеризации микротрубочек, вызывающее аномальную клеточную функцию и нарушение репликации, ведущее к апоптозу. Ингибирует сборку микротрубочек, что специфично для М-фазы.

Побочное и токсическое действие: реакции гиперчувствительности, миелосупрессия, периферическая невропатия.

• Алкалоиды барвинка – винбластин, винкристин.

Механизм действия: связывание с тубулином и ингибирование образования микротрубочек; останавливает клетки в метафазе.

Токсичность: периферическая невропатия (нарушение как двигательной, так и сенсорной функции), миелосупрессия.

Ингибиторы топоизомеразы II

Антрациклины (доксорубицин, даунорубицин, идарубицин, митоксантрон) ингибируют синтез РНК и ДНК. Они ингибируют топоизомеразу II, критический фермент для раскручивания ДНК при репликации и синтезе, вызывая остановку роста и запрограммированную гибель клеток.

Побочное действие: миелосупрессия, кардиотоксичность (кумулятивная), мукозит.

Антибиотики

• актиномицин D, блеомицин, дауномицин.

Механизм действия: ингибируют синтез РНК и ДНК. Противоопухолевые антибиотики специфически ингибируют топоизомеразу II. Они в основном связываются с ДНК посредством интеркаляции и вызывают блокаду в ДНК и РНК.

Токсичность: кумулятивная легочная токсичность, гиперпигментация.

Ингибиторы иммунных контрольных точек

Иммунные контрольные точки являются нормальной частью иммунной системы. Их роль заключается в том, чтобы не допустить, чтобы иммунный ответ был настолько сильным, что он разрушит здоровые клетки в организме за счет аутоиммунных реакций.

Иммунные контрольные точки включаются, когда белки на поверхности Т-лимфоцитов распознают и связываются с белками-партнерами на других клетках, таких как некоторые опухолевые клетки. Эти белки называются белками иммунных контрольных точек. Когда контрольная точка и белки-партнеры связываются вместе, они посылают сигнал «выключено» Т-клеткам. PD-1 представляет собой белок контрольной точки. Обычно он действует как своего рода «выключатель», который помогает Т-клеткам не атаковать другие клетки в организме. Он делает это, когда присоединяется к PD-L1, белку некоторых нормальных (и раковых) клеток. Когда PD-1 связывается с PD-L1, Т-клетка не оказывает цитотоксического действия. Некоторые раковые клетки имеют большое количество PD-L1, что помогает им прятаться от иммунной атаки. Это может помешать иммунной системе уничтожить рак.

Иммунотерапевтические препараты, называемые ингибиторами иммунных контрольных точек, блокируют связывание белков контрольных точек с белками-партнерами. Это предотвращает отправку сигнала «выключено», позволяя Т-клеткам уничтожать раковые клетки.

• Ингибиторы PD-1: пембролизумаб, ниволумаб.

• Ингибиторы PD-L1: атезолизумаб, авелумаб.

Побочное действие: диарея, тошнота, констипация, усталость, боль в мышцах и суставах.

Химиотерапевтические средства из разных групп

• Гидроксимочевина

Механизм действия: ингибирование рибонуклеотидредуктазы, фермента, участвующего в превращении рибонуклеозидов в дезоксирибонуклеозиды, которые служат строительными блоками для синтеза ДНК. Гидроксимочевина – мощный ингибитор этого фермента, который уменьшает внутриклеточные запасы дезоксинуклеотидтрифосфатов и действует как специфический агент S-фазы с ингибированием синтеза ДНК и возможной клеточной цитотоксичностью. Гидроксимочевина непосредственно ингибирует субъединицу М2 рибонуклеотидредуктазы, но при удалении гидроксимочевины происходит спонтанная регенерация активного фермента.

Токсичность: миелосупрессия, дерматологические реакции.

• Ингибиторы протеасом: бортезомиб.

Механизм действия: бортезомиб является ингибитором протеасом. Протеасомная система играет жизненно важную роль в обмене клеточных белков, что необходимо для гомеостаза клеток. Бортезомиб обратимо связывается с химотрипсиноподобной субъединицей протеасомы 26S, что приводит к ее ингибированию и предотвращению деградации различных проапоптотических факторов. Накопление в конечном итоге активирует запрограммированную гибель клеток посредством каспаз-опосредованных путей в опухолевых клетках, которые обычно зависят от подавления проапоптотических путей для их пролиферации и выживания.

Показания к применению: множественная миелома.

Токсичность: периферическая невропатия.

Content

Ренад Аляутдин
Фармакология может быть доступной. Иллюстрированное пособие для врачей и тех, кто хочет ими стать

Введение

Общая фармакология

Фармакокинетика

Механизмы всасывания ЛС

Дозы лекарственных веществ

Повторное введение лекарственных веществ

Фармакодинамика

Типы мишеней для ЛС

Рецепторы

Ферменты как мишень для ЛС

Транспортные системы как мишень ЛС

Назначение и дозирование ЛС

Побочное действие ЛС

Частная фармакология

Лекарственные средства, влияющие на нервную систему (нейротропные лекарственные средства)

Лекарственные средства, влияющие на вегетативную нервную систему

Лекарственные средства, регулирующие функции парасимпатической нервной системы

М-холиномиметики

Н-холиномиметики

М, Н-холиномиметики

Антихолинэстеразные средства

Лекарственные средства, угнетающие холинергическую передачу

Лекарственные средства, регулирующие функции симпатической нервной системы

Адреномиметики, симпатомиметики. Адреноблокаторы, симпатолитики

Адреномиметики

Адреноблокаторы

Лекарственные средства, устраняющие болевой синдром

Местные анестетики

Общие анестетики (средства для наркоза)

Анальгезирующие средства (анальгетики)

Опиоидные (наркотические) анальгетики

Неопиоидные анальгетики центрального действия

Снотворные средства

Бензодиазепины

Небензодиазепиновые агонисты BZ-сайта

Барбитураты и ЛП других фармакологических групп

Противоэпилептические средства

Противопаркинсонические средства

Анксиолитические средства

Антидепрессанты

Антипсихотические средства (нейролептики)

Лекарственные средства, влияющие на органы дыхания

Противокашлевые средства

Отхаркивающие и муколитические средства

Средства для лечения бронхиальной астмы

Лекарственные средства, влияющие на сердечно-сосудистую систему

Антигипертензивные средства

ЛС, снижающие активность ренин-ангиотензин-альдостероновой системы

Ингибиторы ангиотензинпревращающего фермента

Блокаторы ангиотензиновых рецепторов

Тиазидные диуретики

Блокаторы кальциевых каналов

Бета-адреноблокаторы

Антигипертензивные средства разных фармакологических групп

Средства, применяемые при ишемической болезни сердца

Антиаритмические средства

Лекарственные средства для лечения сердечной недостаточности

Лекарственные средства, применяемые при сердечной недостаточности

Диуретики

Гиполипидемические средства

Принципы гиполипидемической терапии

Средства, влияющие на систему крови

Антиагреганты

Антикоагулянты

Лекарственные средства, влияющие на ЖКТ

Противорвотные средства

Лекарственные средства, применяемые при язве желудка

Слабительные средства

Антидиарейные средства

Средства, влияющие на тонус и ритмические сокращения матки

Средства, стимулирующие ритмические сокращения матки

Средства, снижающие тонус матки (токолитические средства)

Средства, повышающие тонус матки (утеротонические средства)

Фармакология гормональных препаратов и их антагонистов

Лекарственные средства при нарушениях функции щитовидной железы

Лекарственные средства, применяемые для лечения сахарного диабета

Гормональные средства стероидной структуры

Половые гормоны

Противовоспалительные средства

Нестероидные противовоспалительные средства

Противоподагрические средства

Иммунодепрессивные средства (иммунодепрессанты)

Химиотерапевтические средства

Принципы химиотерапии инфекционных заболеваний

Антибиотики

Ингибиторы синтеза клеточной стенки

Пенициллины

Цефалоспорины

Карбапенемы – имипенем, меропенем

Ингибиторы синтеза муреинового мономера (фосфомицин)

Гликопептиды

Ингибиторы синтеза белков

Макролиды

Линкозамиды

Тетрациклины

Аминогликозиды

Антибиотики, нарушающие целостность клеточной мембраны

Антибиотики, нарушающие синтез нуклеиновых кислот

Побочные эффекты антибиотиков

Устойчивость к антибактериальным препаратам

Синтетические антибактериальные лекарственные средства

Антипротозойные средства

Противомалярийные средства

ЛС для лечения других протозойных заболеваний

Противогрибковые средства

Антигельминтные средства

Противовирусные средства

Лекарственные средства, действующие на адсорбцию вириона

Лекарственные средства, угнетающие проникновение вириона

Лекарственные средства, действующие на депротеинизацию

Лекарственные средства, нарушающие экспрессию и репликацию вирусного генома

Блокаторы вирусной протеазы

Лекарственные средства, нарушающие сборку и выход вирионов

Лекарственные средства для лечения COVID-19

Противоопухолевые средства

Основные химиотерапевтические средства