Некромант на страже человечества. Том 6

Глава 1

— И что на этот раз? — со вздохом пробормотал я, выбираясь из завалившегося на бок фургона.

Падение вышло не слишком приятным, но и не совсем уж катастрофическим. Судя по высоте образовавшихся вокруг нас стен, вдоль которых с тихим шелестом непрерывно сыпался песок, метра три с половиной-четыре. Вряд ли больше. Если повозки и люди не пострадали, то выбраться наружу особого труда не составит. В крайнем случае можно отправить в Триомаж группу людей и попросить о помощи. Все-таки не так и далеко уехали.

— Похоже свалились в каверну. — предположил Уман, зажегший и державший наготове улучшенный Огненный шар. — Все целы?

На удивление серьезных травм удалось избежать. Как-никак все люди опытные. Разве что один мальчик вывихнул руку, но ему уже оказывал оперативную помощь Ждан.

— Я о таком слышал. — с любопытством оглядываясь по сторонам, сообщил Леуштилат. Этому новое приключение только в радость. — Иногда в Диких Землях попадаются старые здания. Или даже целые города! Всегда мечтал лично найти какую-нибудь реликвию Древних!

Ага. Например, кусок бетонного забора с неприличной надписью или ручку от тазика. Очень ценный предмет. Можно потом по наследству передавать. Как семейную реликвию.

— Главное, чтобы это не оказалось логовом какого-нибудь монстра. — с опаской произнес Ждан, вернув матери починенного сына.

— Покарай тебя Захаурун, лекарь! — в сердцах воскликнула Еленга, убедившаяся, что ее «малыши» не пострадали. — Вроде не первый день с нами, а до сих пор прописных истин не запомнил. Есть вещи, которые нельзя говорить в походе. Живо стучи по дереву!

Ждан подчинился, а я тем временем решил получше осмотреться. Мысль о логове показалась мне здравой.

Мы очутились на самом краю обширной ямы овальной формы. Похоже грунт на этом участке держался на честном слове и провалился, не выдержав веса Октанонтов. Что вызвало цепную реакцию, обрушившую и остальную ослабленную часть. Размер «ловушки» оказался приличным. Если не с футбольное поле, то точно не многим меньше. Впрочем, месяц-другой и ветра засыпят ее песком, сровняв с поверхностью пустыни.

— Нужно выбираться. — объявил Уман. — Еленга, возьми людей и поставьте фургоны на колеса. Остальные берут подходящие инструменты и прорубают скат. По нему въедем наверх. Разведчики, вы знаете, что делать.

Как всегда четко и лаконично. И, главное, никаких возражений. Даже от Матери Осьминогов. Она прекрасно знала когда можно показывать характер, а когда лучше молчать в тряпочку и делать, что говорят. По-другому в Диких Землях не выжить.

Все принялись за дело, и самый опытный разведчик приготовился вскарабкаться наверх. Использовав умение, он заставил ноги светиться Межмировой Энергией, разбежался и хотел уже стремительно взлететь по практически отвесному склону, как с первым же шагом провалился сквозь завесу сыпучего песка и исчез из виду.

Однако довольно быстро вернулся и с крайне встревоженным выражением лица сообщил:

— Там какой-то тоннель.

Другие тоже последовали его примеру, но лишь одному удалось успешно забраться наверх, в то время как прочие точно так же умчались за песчаный полог. Тоннель оказался не один.

Не мешкая, я вызвал из Теневого могильника десяток приведений и отправил их исследовать дальние стены, чтобы не тратить на подобные «развлечения» людской ресурс.

— Что застыли⁈ — рявкнул Уман, приводя всех в чувство. — Мы уже не под Куполом! Живо за дело! Не расслабляться!

Народ тут же принялся всеми доступными способами вгрызаться в землю, постепенно формируя пандус для фургонов. Остальные взялись поднимать повозки. Во что особый вклад своей молодецкой силушкой вносил Лешутилат. А самые молодые и слабые мешками оттаскивали в сторону песок, чтобы не мешал остальным работать.

С помощью прислужников я обнаружил, что боковые стены нашей ямы являлись сплошными. А вот с противоположной стороны я также нашел туннели, и диаметр одного из них сильно превосходил прочие. Судя по всему, здесь находились вырытые кем-то ходы, в которые нам и не повезло провалиться.

Я хотел уже сообщить о своей находке, как Еленга вдруг насторожилась, а затем крикнула:

— Монстры! Накаркал, лекарь!

И в тот же миг прямо рядом с нами, прорвавшись сквозь завесу песка, вынырнуло сразу пять приплюснутого вида жучил различного размера.

Этих я по крайней мере уже знал. У меня своих таких пол-Могильника. Пустомеры.

Четырех тварей быстро уничтожили стоявшие практически без дела маги, а одного порвали в клочья мои гули. Но это было только начало, и следом полезли все новые монстры, грозясь и вовсе смести нас щелкающе-жужжащим роем.

Уман тут же завел свой магический «пулемет», поражая врагов целым градом небольших огненных шариков. Этого хватило, чтобы ослабить их натиск. А следом подключились Лилу с Лолилом.

Будучи распряженными на время поднятия фургонов, Октанонты буквально заткнули своими телами проходы с двух сторон, оперативно уничтожая Высших и Суверенных жуков мощными ударами подвижных щупалец. А некоторых так и вовсе сразу сжирали. Людям же оставалось только сосредоточиться на просочившемся мимо них ручейке.

Но беда не приходит одна, и с другой стороны ямы, из обнаруженных мной тоннелей тоже хлынул поток тварей. Они быстро заполонили свободное пространство и живой волной устремились к нам, скользя по песку, словно армия конькобежцев по гладкому льду.

— Дерьмо! — выругался Уман, переключая огонь на новую угрозу. — Воины, к бою!

— Не нужно. — спокойно возразил я, не изменившись ни в лице, ни в позе. — Пусть роют дальше. Этих я возьму на себя.

И в тот же миг из Теневого Могильника один за другим принялись выскакивать зомби с гулями, выстраивая заслон на пути врага. Первый десяток, второй, третий, пятый, восьмой! Шеренга за шеренгой они встали попрек ямы, стеной мертвой плоти преградив дорогу жукам. А в следующую секунду, следуя моей команде, синхронно шагнули вперед.

— Да сколько же их у тебя… — невольно выдохнул мэлэх, позабыв даже о собственной магии.

— Не отвлекайся. — бросил я. — Нам нужен путь наверх.

Доверив мне целый фланг, Уман вернулся к своим обязанностям, а я приступил к роли полководца, разом осуществляя руководство над огромной толпой прислужников.

Как же, черт побери, хорошо, что я некогда учился магии у Троттов, а не пошел по пути того же Гожара! Иначе я бы сейчас свихнулся управлять каждым прислужником в отдельности. Да и невозможно это, мне кажется. А так от меня требовалось лишь отдавать общие приказы и назначать направление движения, а сражались они сами.

С влажным чавканьем столкнулись живая и неживая армии. В воздух полетели куски хитина, брызги гемолимфы, вырванные с мясом куски монстров и ошметки мертвых тел. Врагов оказалось значительно больше, но в условиях ограниченного пространства окружение нам не грозило. Тех же уникумов, что пытались лезть по головам сородичей, сбивали вниз особо крупные гули из числа воскрешенных в прошлый раз Пустомеров.

Я знатно поработал над телами последних, так что теперь они превосходили живых сородичей той же ступени и по силе, и по скорости, и по убойности. Ну и по живучести, конечно, потому что не чувствовали боли и представляли собой сеющие смерть машины убийства, не пригодные ни для чего другого.

Первые несколько секунд ожесточенной рубки линия столкновения находилась в шатком равновесии, но затем начала медленно смещаться в противоположную от нас сторону. Нежить теснила монстров!

Мои гули без устали орудовали костяными когтями, оставляя на телах врагов глубокие раны, а улучшенные и дополнительно доработанные зомби не оставляли Высшим жукам и шанса, лишь немного уступая по силе Суверенным. Долгие часы непрерывного труда и многочисленные эксперименты окупались теперь тотальной доминацией.

Которую еще больше подчеркнул вставший возле меня темный клирик.

Бывший жрец Шахака раз за разом взмахивал раздвоенными руками, окутывая тела моих прислужников черными облаками, и восстанавливая полученные увечья. Мертвая плоть срасталась прямо на глазах, и ничто не мешало нежити продолжать наступление.

Что ж, неудивительно, что далеко не все Караваны рискуют забираться столь далеко на север Белой Пальмиры. Встреться с такой проблемой Гурдияр, и его людям пришлось бы туго. Слишком больше количество врагов и слишком много среди них Суверенных монстров. Один Развивший с таким может и не справиться.

Да о чем речь — даже Каравану Умана, с учетом Еленги, ее питомцев и других сильных кочевников, не поздоровилось бы, угоди они без меня в подобную ловушку. Нет, они бы в итоге, скорей всего, справились, но смертей избежать точно не удалось бы.

Пока что же гибла лишь нежить, но я оперативно восполнял потери, вздергивая на ноги более или менее целых Пустомеров в виде зомби и гулей. В условиях, когда лично мне ничего не грозило, я вполне мог себе позволить секундную концентрацию ради создания более сильного прислужника, способного куда эффективнее сеять вокруг себя хаос.

Так что в итоге общее число мой свиты не только не падало, но даже возросло, достигнув девяти десятков.

Постепенно поток монстров с нашей стороны начал иссякать. И все больше людей получало возможность отвлечься, чтобы широко распахнутыми глазами взирать, как один единственный человек перемалывает целую орду чудищ, утрамбовывая их обратно в норы. И если до визита в Триомаж я лишь помогал им противостоять нападению, то теперь оказался в состоянии самостоятельно разобраться с проблемой!

О таком они слышали лишь в легендах, верить которым всерьез никто не станет. А сейчас видели воочию. И на лице каждого застыл священный трепет перед могуществом их союзника.

Давэра.

Меня!

— Помощь нужна? — отряхивая руки, поинтересовался Леуштилат. Они как раз закончили поднимать фургоны, и теперь оставалось лишь дождаться, когда нам пророют путь наверх.

— Пока нет. — коротко бросил я, не переставая колдовать. Межмировая Энергия слушалась меня как никогда раньше, и заклинания творились легко и непринужденно. Если б не необходимость постоянно контролировать такую толпу нежити, я бы достал стул и попросил принести чаю.

— Опять все веселье себе заграбастал. — притворно вздохнул Леуш. — Другим бы хоть оставил немножко.

— Нет-нет! — тут же замахал руками стоявший неподалеку маг. — Нам и так неплохо!

— Вот именно! — спешно поддакнул еще один. — Нас все устраивает! Давай, давэр! Мы в тебя верим!

Еще несколько голосов подтвердили слова кочевника, а я почувствовал прилив тепла. Пока неопознанного, но уже привычного. Леуш же тем временем поднял ладони лодочкой к небу, вознеся молитву своему богу.

Пустомеры все перли и перли, но нежить не знала усталости, а я пока не потратил даже четверти от общего запаса Межмировой Энергии. Поток монстров с нашей стороны ямы окончательно иссяк, что позволило людям сосредоточиться на укреплении пандуса. Песок постоянно осыпался, затрудняя работы, но то один, то другой маг, видя, что я и вправду справляюсь, начинали помогать остальным, используя подходящие чары.

Параллельно запрягали Окатанонтов, чтобы иметь возможность оперативно покинуть западню, как только появится возможность.

— В логово свалились что ли? — предположил Леуштилат. Он то и дело тянулся к рукояти двуручного меча, но сам себя одергивал.

Кстати, мечей у него было теперь два. Ведь я отдал ему токин с умением «Буйный Голиаф», которое мой друг, рассыпаясь в благодарностях, без раздумий выучил.

— Типун тебе на язык! — буркнул Уман. — Потому что если это так, то за всей этой шушерой полезет…

Мэлэх не договорил и осекся, ведь из туннелей напротив выскочило сразу пять здоровенных Пустомеров. Каждый обладал толстой хитиновой броней, шестью зазубренными лапами диаметром больше бедра взрослого мужчины и хищными жвалами, похожими на гидравлический резак. Размерами же они втрое превосходили самых крупных Суверенных жуков.

Чудища легко заскользили вперед, разбрасывая во все стороны мелких сородичей, и с разгона врезались в ряды нежити, сверкая Межмировой Энергией. Моя армия мертвецов забуксовала и начала нести серьезные потери.

— Королевские… — выдохнул Уман, скрипнув зубами.

— Чтоб этих оседлых Захаурун забрал! — взмолилась Еленга. — Нет бы просто молчать!

Я же оставался совершенно спокоен и, не повышая голоса, бросил Леуштилату:

— Правый твой.

— Вот это дело! — радостно воскликнул воин, срываясь с места.

Одним стремительным броском он достиг линии фронта, на ходу выхватив меч. Сталь зазвенела, ударившись о хитин, а я приказал ближайшим мертвякам сосредоточиться на более мелких целях и не путаться у Леуша под ногами.

Но и чем ответить вражескому подкреплению у меня тоже имелось.

Не издав ни единого звука, из Теневого могильника вышло два новых прислужника. Один внешне выглядел как орк с изувеченным до состояния застывшей кошачьей блевотины лицом, а другой представлял собой Пескомера, возвышавшегося над напарником, как овчарка над болонкой. Орк сжимал в руке палаш, ну а монстр в оружии не нуждался. Он сам им являлся.

Завидев эту парочку, оказавшиеся неподалеку караванщики невольно поежились и сделали по паре шагов назад. Хоть они и понимали, что перед ними стоят союзники, но сделать с собой ничего не могли. От нежити так и веяло жутью, заставлявшей кровь холодеть в жилах, а мозг транслировать одну единственную мысль: «Беги! Беги так далеко, как только сможешь!».

Впрочем, я, конечно, ничего такого не ощущал. Ведь являлся, во-первых, Некромантом, а во-вторых, создателем этих двух прекрасных экземпляров воскресших мертвецов.

Первый был никем иным как Лагдуфом — воином-Развившим, убитым мной в Трещине возле Заманска. Мне намеренно пришлось изуродовать зеленокожего, чтобы его не узнал Леуш. Вторым же стал Королевский Пескомер, совместными силами уничтоженный на подступах к Триомажу. И теперь они оба, повинуясь мой безмолвной команде, бросились противостоять здоровенным жукам.

Но самое главное, что их конечности ярко сверкали фиолетовым светом Межмировой Энергии!

— Кто это? — не смог удержаться от вопроса Уман, видя, как мои прислужники успешно дают отпор Королевским монстрам. Даже мэлэха поразила их необузданная сила.

— Умертвии. — сообщил я, расплывшись в самодовольной ухмылке. — Ты же не думал, что я в «Винограде» всю неделю просто так харю плющил?

— Конечно нет, но…

— Возьмите на себя последних двух. — настойчиво перебил его я. — Не охота терять столько нежити на ровном месте. И постарайтесь не сильно их повредить.

Кивнув, Уман с Еленгой принялись обстреливать магией оставшихся без серьезных противников жучил. Тем это, конечно, не понравилось, и они попытались порваться к обидчикам, но на каждой их лапе повисло по грозди зомби, затрудняя движение. К тому же мэлэх обладал магической сетью, которую тоже не преминул воспользоваться. Хоть та и не показывала максимальной эффективности против столь сильных насекомых. Караванщику явно не мешало бы задуматься над улучшением этих чар.

Я же буквально всей кожей ощущал восхищение и благоговение обычных кочевников. Ведь они прекрасно слышали, что я назвал нападение пятерки Королевских монстров «ровным местом». И в довершении всего продолжал противостоять натиску целой армии более слабых тварей.

Каждый понимал — свались они в подобную западню без меня, и выжили бы единицы. Двое Развивших, несколько Осознавших и группа Освоивших нападение такой орды точно не выдержат. На поверхности они постарались бы, неся потери, отступить под Купол, а на дне ямы… Что ж, время от времени Караваны пропадают не только по вине ставших личами лордов.

Но со мной и моими умертвиями все будет по-другому. Пока я рядом, не умрет никто!

Глава 2

Не знаю, сколькими умениями владел у Лагдуф при жизни, но, став умертвием, он сберег целых два. Одно, позволяющее резко сократить дистанцию, вращаясь в воздухе, как сверло; и другое, заставляющее оружие в его руке мелко и часто вибрировать, буквально вгрызаясь в рану врага.

И именно вторым он сходу перепилил Королевскому Пескомеру лапу. А затем, увернувшись от клацнувших над самой шеей челюстей, принялся неистово кромсать твари брюхо, ловко размахивая палашом.

Блеск!

В отличие от гулей и зомби, превращавшихся под воздействием магии в тупых монстров, умертвие сохранило мышечную память и навыки боя. Что вкупе с многократно усиленным телом Развившего, а также всеми плюсами становления нежитью делало его воистину страшным противником.

Хладнокровным. Умелым. Безжалостным. И не знающим ничего кроме воли хозяина. Моей воли!

А ведь разгадка секрета создания столь могущественного ожившего мертвеца лежала буквально на поверхности. Но понял я ее, лишь разобравшись с личем.

Не нужно пытаться перекроить тело воина ступени Развития! Он настолько высоко уже вскарабкался по лестнице, что сам многочисленными тренировками сделал за меня всю работу. Мне же оставалось лишь вдохнуть «жизнь» в хладную плоть.

Загвоздка возникла разве что с сохранением умений. Но и здесь, по аналогии с личем, я довольно быстро пришел к необходимости создания внутри прислужника некоего Ядра. Вернее, его подобия, потому что воины, насколько я понял, руководствовались несколько иными принципами по части взаимодействия с Межмировой Энергией.

Поэтому, в результате серии экспериментов, я догадался сделать Лагдуфу Сосредоточие в виде чего-то похожего на упрощенную нервную систему, внедрив ту прямо внутрь костей. В душе не ведаю так ли поступают на самом деле воины, но у меня сработало. В конце концов, это мое творение, и я имею полное право идти своим путем по дроге магии.

Примерно так же я поступил и с трупом Королевского Пескомера. С той лишь разницей, что жук сохранил одну единственную способность укреплять с помощью Межмировой Энергии хитиновый панцирь. А может у него и вовсе больше не было. Монстры и так сами по себе сильны.

Но зато теперь я с упоением следил за тем, как мои детища при поддержке темного клирика медленно, но верно берут верх над Королевскими чудищами. И это при том, что я сам, по сути, находился на одной с ними ступени! Насколько же могущественным может стать настоящий Некромант!

Первым своего противника одолел Леуш и тут же взялся уничтожать более слабых жуков. В сражении с призраками Влатислава он не мог показать себя во всей красе, но сейчас я видел, что и мой друг стал сильнее. Его двуручный меч мелькал с головокружительной скорость, с каждым взмахом порождая потоки ветра, и вызывая характерный свист.

Однако теперь, благодаря эволюции, я мог отчетливо рассмотреть каждое его движение!

Поверженного Леуштилатом Пескомера приволокли ко мне зомби — чтобы никто не затоптал — и я спрятал его в Теневом могильнике. Хотел бы я сразу заняться превращением его в очередное умертвие, но ранее соответствующего материала у меня было маловато, а потому заклинание оформить я еще не успел. Возиться же вручную в данный момент возможности не представлялось. Все-таки сражение продолжалось, и приходилось много за чем одновременно следить.

Но ничего. Никуда не денется. У меня еще три недели впереди. Явлюсь в Ижмарил во всеоружии.

Следом за Леушем, Королевского Пескомера поверг и Лагдуф. Получив несколько ран, никак не сказавшихся на его боевых способностях, и уже залеченных темных клириком, мертвый орк нанес противнику множество серьезных ран, одна из которых стала смертельной.

Чудище рухнуло на землю, погребя под собой сразу несколько более мелких сородичей, а я приказал Лагдуфу отправляться на помощь второму умертвию. То не обладало такой же наступательной мощью, но зато и повреждений практически не получило, выиграв мне достаточно времени.

Да, этих двоих можно неплохо комбинировать! Новая нежить показала себя в бою даже лучше, чем я сам того ожидал!

Падение каждого исполина свободные от работ караванщики встречали радостными криками и аплодисментами. Разве что волну не пускали, как футбольные болельщики на матче любимой команды. Но, видя их поддержку, я все равно ощущал духовный подъем, а на мое лицо против воли выползла довольная улыбка объевшегося сметаны кота.

Сражение продолжалось, и с подкреплением в виде умертвий и Леуша дела у Пескомеров пошли совсем плохо. Монстры падали один за другим, щедро орошая песок гемолимфой и устилая дно ямы искореженными телами. Теперь уже ни у кого не оставалось сомнений, что эта схватка, несмотря на свой неожиданный характер, завершится в нашу пользу и без каких-либо людских жертв. Потери же в рядах нежити я восполнял настолько оперативно, что казалось будто людей и вовсе защищает бессмертное войско, где каждый воин героически смел, неуязвим и готов, не зная устали, стоять между безжалостными монстрами и дрожащими от страха двуногими.

Впрочем, караванщики не были бы собой, если бы и вправду впали в панику и забились в щели, испытывая бесконтрольный ужас. Да, они боялись смерти, но это не мешало им продолжать вносить посильный вклад в победу. Ни на миг не прекращались работы по строительству и укреплению стен пандуса, а маги помогли лидерам прикончить двух последних Королевских Пескомеров.

Правда мою просьбу они при этом не выполнили, превратив жуков в две груды изуродованной, обугленной и шкворчащей плоти, но оставшиеся три трупа заняли свое место в Теневом могильнике, ожидая, когда у меня появится время сделать из них новых умертвий.

— Кто бы мог подумать, что мальчишка из захолустья, за которым я гнался в детстве, станет таким могущественным авантюристом. — с чувством глубокого уважения проговорил Уман, встав возле меня и взирая на заваленное трупами поле боя. — Хотя «могущественный» — не совсем подходящее слово. Великий! Если не величайший. Одновременно контролировать такое число различных прислужников… — он вздернул брови и покачал головой. — Такого даже в легендах времен первого Катаклизма не описывают. Ни Атур, Рассекающий Сталь, ни Алмазная Дева Софина даже рядом не стояли. Боги благоволят тебе, давэр. Тебя ждут великие свершения. Я рад, что мне довелось сражаться с тобой бок о бок.

— Поцелуй его еще. — буркнула Еленга, гладя взволнованного Октанонта по щупальцу.

— И поцелую, если надо будет! — сурово отрезал мэлэх. — И ты поцелуешь! Никто и никогда еще не делал для кочевников столько, сколько уже сделал Леон. Его именем станут называть детей, а ветер будет шептать его, гоня песок по бескрайним просторам Диких Земель.

— Весьма поэтично. — проронил я, не отвлекаясь от руководства сражением. — Как там пандус?

— Почти готов. — ответил Уман, окинув взглядом фронт работ. — Но мне кажется, монстры закончатся раньше. Если на то будет воля Захауруна. — добавил он, подняв руки лодочкой к небу.

Не знаю, обидел ли мэлэх своими словами несуществующего бога, или сама судьба решила над ним подшутить, но не успел он еще закрыть рот, как из глубины самого широко Тоннеля раздался громкий протяжный рев. Хотя скорее даже не столько громкий, сколько низкочастотный и вибрирующий. Утробный. Проникающий внутрь не только через уши, но и через всю поверхность кожи, заставляя сердце сжаться от страха, а душу бесконтрольно метаться в поисках убежища в районе пяток.

Люди замерли. Державшиеся до сих пор дети заплакали. И даже я, признаться честно, невольно сделал полшага назад. И только лишенная эмоций нежить, продолжала крошить монстров, заталкивая их обратно в норы, из которых те вылезли. Этим уже бояться точно нечего.

— Продолжить работы! — рявкнул, придя в себя, Уман. — Ускориться! Всем за дело! Рвем отсюда, как только появится возможность! Захаурун, за что…

Источник рева постепенно приближался, пока из главного тоннеля не показалась распахнутая круглая пасть способная целиком вместить себя Королевского Октанонта. Безжалостное солнце Диких Земель играло на казавшихся бесконечными рядах треугольных зубов, каждый из которых размерам превосходил две мужские ладони, а вырвавшееся изнутри смрадное дыхание невольно вызывало резь в глазах.

Существо продолжало лезть вперед, постепенно выставляя на всеобщее обозрение продолговатую ребристую форму тела с расширяющимся диаметром, плотную зеленовато-желую шкуру и полное отсутствие каких-либо органов зрения и конечностей. На нас будто полз зубастый круассан. И мне не составило труда догадаться, что это…

— Императорская Личинка! — крикнул один из разведчиков, обладавший умением определять силу монстра.

В общем, да. Не знаю, та ли это самая, от которой мы удрали на подступах к Триомажу, или их тут водится, как опарышей в трупе, но тварь явно походила на предыдущую и отличалась разве что размером. В большую сторону, к сожалению.

Или к счастью. Потому что, не успев вылезти даже наполовину, монстр застрял в проходе, издав еще один оглушающий рев, раскидавший стороны, попавших под ударную волну Пескомеров.

— Быстрее! — вновь поторопил работников Уман, хоть те и так копали с утроенной силой. — Быстрее, суть вашу!

Я же в свою очередь, хоть и не планировал столь скоро встречаться с существом, эквивалентным по силе Объединившему, но и острого приступа паники не испытывал. Все-таки за последние дни я многого достиг и еще больше осознал. Как по части Некромантии, так и пути развития в целом. И пусть тварь передо мной подавляла своим размером и аурой силы, однако и у меня имелось что ей показать.

И для этого даже ремень расстегивать не придется. Тем более, что одежды караванщиков его в принципе не предусматривают.

Один за другим из Теневого могильника вышли восемь безмолвных фигур. Люди и нелюди, включая даже целого эльфа с серебряной серьгой в остроконечном ухе. Некоторые сохранили посмертные увечья в виде вскрытого горла или дыры в груди, другие же выглядели неповрежденными. Этот тип нежити не нуждался в прочном теле. А в том, что на сцене появился еще один отряд оживших мертвецов вряд ли кто-то сомневался.

Впрочем, их мало кто и заметил, будучи пораженными жуткой аурой Императорского зверя. Но когда в того разом полетел целый шквал всевозможных атакующих чар, люди встрепенулись, будто сбросив с себя остатки сна. Со смесью восхищения и ужаса они уставились на восьмерку магов, осмелившихся атаковать столь могущественное создание.

Хотя маги не столько осмелились, сколько не имели выбора. Как и прочие мои прислужники, личи обязаны беспрекословно исполнять волю Некроманта, их породившего. И я приказал бить!

К сожалению, в отличие от настоящего лича, прошедшего ритуал изменения сущности, личи искусственные не обладали возможностью добавлять к заклинаниям эффект коррозии. Но зато ничто не мешало им действовать слаженно и раз за разом бить в одну единственную выбранную мной точку. Та располагалась на макушке Личинки (если эту часть ее тела можно так называть) и на минимальном отдалении от пасти. Но я постепенно смещал цель вдоль воображаемой линии хребта, чертя с помощью магиии нежити полосу поврежденной плоти.

И делал я это не просто так. У меня имелся план.

Дело в том, что одновременно с атакой мертвых магов, я приказал напасть на монстра и умертвиям. Лагдуф и Королевский Пескомер, с легкостью прорвавшись сквозь толпу более слабых пустынных насекомых, обрушились на застрявшую в туннеле Личинку. Вот только их мощи не хватило, чтобы пробить прочную кожу Императорского зверя. Даже за счет усиления от Межмировой Энергии.

Не преуспел и Леуштилат. Схватив в каждую руку по двуручному мечу, он полыхал фиолетовым, словно подожженный бензовоз, расходуя на новое умение колоссальный объем силы. Но даже так его удары оставляли лишь незначительные порезы, не способные причинить серьезного ущерба. Хотя Леуш не сдавался и продолжал бить с неистовой скоростью, вздымая вокруг себя целые тучи пыли.

Все это, конечно, не понравилось Императорской твари. Пусть та и не могла, будучи зажатой в туннеле, показать нам основной арсенал способностей, но кое-чем все-таки «обрадовала». Личинка издала очередной громогласный рык, ее пасть засветилась Межмировой Энергией, а затем она плюнула в сторону моих личей, используя собственные зубы вместо снарядов!

Со свистом пикирующего истребителя клыки неслись в нашу сторону. Еще недавно я бы даже увидеть атаку не сумел, не говоря уже о том, чтобы среагировать, однако теперь у меня в активе имелось Ядро алмазной прочности и завершенная вторая эволюция, что позволило в мгновение ока прикрыть нежить Костяной стеной.

Вот только, несмотря на то что я залил в заклинание под завязку силы, оно лишь ослабило вражескую атаку и изменило траекторию движения снарядов, разлетевшись при этом в дребезги.

В лича-клиота угодило сразу несколько зубов, размолотив того в труху, а еще нескольких существенно посекло. Ими тут же, повинуясь моей команде, занялся темный клирик. Но хуже того — некоторые зубы мчались дальше, и на пути у них стоял уже я!

Действуя на переделе возможностей, я вывалил из Теневого могильника еще одну порцию костей, добытых в Триомаже, и сотворил новую Костяную стену. Но не остановился на этом и параллельно накрыл ее двухслойным Призрачным щитом, ухнув в каждые чары по целой прорве Межмировой Энергии.

Еле успел! За счет уже внесенных изменений в структуру чар, Стена и Щит частично наложились, что существенно повысило их общую прочность.

Именно поэтому я и хотел их слить воедино на текущей ступени. А еще чтобы успешнее противостоять атакам на стыке физического и магического воздействия. Таким, какую сейчас продемонстрировал Императорский зверь.

Чудовищным усилием, но мне удалось предотвратить катастрофу, защитив себя, и остальных людей неподалеку. Однако, как бы велик не был мой запас Межмировой Энергии, но в противостоянии с существом, превосходящим меня на целую ступень, расходовалась она тоже соответствующе. Думается, я бы смог выдержать еще два-три таких залпа, после чего останется только рыть себе могилу.

Впрочем, никто другой из присутствующих и вовсе ничего подобного сделать бы не смог.

А тварь готовила уже следующий плевок.

— Всем магам бить в одну точку! — сориентировался Уман, сумев взять себя в руки перед лицом смертельной угрозы. — Поможем давэру! Покажем, чего стоят кочевники!

Он первым обрушил на макушку Личинки Ледяную глыбу, тут же подкрепив воздействие Огненным шаром. Следом подтянулись и остальные.

На Императорского монстра будто опрокинули целый чан всевозможный заклинаний. Огонь, лед, ветер, молнии, яд, шипы, лезвия, стрелы, копья — чары действовали по отдельности, а порой и смешивались, порождая локальные вихри или взрывы. Но даже такое комбинированное воздействие не могло пробить шкуру твари. Хоть оно и продолжало чертить на ней линию изуродованной плоти.

Личинка тоже огрызалась, заставляя меня использовать защитную магию. С учетом того, что при этом я руководил личами, умертвиями, гулями, зомби и темным клириком, я банально не успевал воскрешать новую нежить взамен павшей. Ведь Пустомеры продолжали прибывать, и сражение не сбавляло обороты.

Даже бой против призраков Влатислава не казался мне таким напряженным, как этот. Пока воины усиленно вгрызались в землю, готовя нам путь к отступлению, маги пережигали запас Межмировой Энергии в заклинания, силясь пробить защиту исполинского монстра. Я же вообще занимался одновременно всем!

И не успевал.

Но, к счастью, Некроманту и не нужно делать все самостоятельно. Он силен своей свитой, а не атакующими чарами. А потому на свет вышел еще один лич. И выглядел он весьма специфично.

Глава 3

На песке стояла колыбель. Но не простая, а собранная из костей (из чего еще я, собственно, должен был ее сделать?) и способная самостоятельно перемещаться. Внутри же, небрежно накрытое грязной черной тканью, лежало тело.

У него не осталось ни рук, ни ног, ни носа, ни ушей — всего этого оно лишилось еще при жизни. Как и глаза. А вот от изрезанных лоскутов кожи с головы мне пришлось отказаться в процессе воскрешения — слишком муторно было восстанавливать и сращивать.

Да и ни к чему это.

Так что теперь, по сути, в самоходном костяном ложе валялся прикрепленный к ошметку плоти череп с пылающей фиолетовым светом глазницей. Все, что осталось от некогда довольно сильного мага ступени Развития, по ошибке считавшего себя Некромантом. От чертового клиота Гожара. И благодаря мне после смерти он стал еще сильнее!

Пускай ценой немалых усилий, но мне удалось поместить в его тело Ядро прочности камня и размером с кулак, что позволяло личу держать довольно большой запас Межмировой Энергии и эффективно ее использовать. Один за другим из лона колыбели вылетали стремительные фиолетовые жгуты заклинания. Они врезались в тела мертвых Пустомеров и тут же вздергивали их на ноги в виде улучшенных зомби.

Чары Гожара существенно отличались моего аналога. Прислужники выходили слабее, да и управлять приходилось каждым в отдельности. Но, к счастью, делать это предстояло не мне, а клиот, будучи мертвецом, проблем с контролем не испытывал. С точностью бездушной машины он руководил полутора десятками представителями низшей нежити, при этом беспрекословно подчиняясь моим приказам.

Эдакий офицер в люльке. Разве что «Есть, сэр!» не кричал. Но зато и не агукал. Тоже плюс.

С подкреплением в виде Гожара и его нежити баланс сил вновь сместился в нашу пользу, и мертвецы опять начали теснить насекомых. Мне удалось выдержать очередной залп Императорского монстра, попутно осознав, как лучше видоизменить защитные чары для их последующего слияния. Хотя Межмировой Энергии на это ушло ужас сколько. Впрочем, многие маги Каравана уже вообще выпали из обоймы и бросились помогать воинам, вручную разбрасывая песок и землю на пути к свободе.

Черная полоса поврежденной плоти на спине Личинки достигла к этому моменту метровой длины, представляя собой уродливый рубец, начавший уже медленно регенерировать. Хорошо хоть магические повреждения так просто не заживали, потому что раны, оставленные мечами Леуша, заросли практически полностью.

Уман поминутно бросал встревоженные взгляды то на меня, то на пандус, то на стенки туннеля, в котором застряла исполинская тварь. Ведь та не прекращала попыток прорваться к нам, постепенно распространяя вокруг себя трещины, грозившие в любой момент разверзнуться и выпустить существо из плена. И тогда даже сотня зомби с гулями не остановят ее на пути к вожделенному сладкому мясу двуногих. Октанонты же, чуть посопротивлявшись, пойдут на закуску. Перспектива не из радужных.

— Есть! — крикнул один из воинов, усиленно копавший в первых рядах. — Готово, мэлэх! Прорвемся!

— Все по фургонам! — тут же скомандовал Уман. — Отступаем в Триомаж!

Но не успели люди сделать и шага по направлению к повозкам, как земля вокруг Императорского зверя взорвалась, разновеликими кусками разлетевшись во все стороны. Личинка освободилась и издала громогласный рев, полный предвкушения богатого пира.

Я же впервые увидел, как волосы на голове человека встали дыбом. Уман явно переживал не лучший день в своей жизни.

Но, к счастью, рядом был я, и я по-прежнему планировал защитить каждого члена Каравана!

Личинка хотела уже рвануть вперед, вот только разгона ей взять не удалось, ведь путь ей преградил Королевский Пустомер-умертвие. Тот уперся всеми конечностями в землю и ярко сиял Межмировой Энергией, временно повышая прочность собственного тела. Поверх фиолетового света его окутывали клубы черного дыма от темного клирика, по моему приказу лечившего повреждения нежити.

Но даже такая комбинация плохо противостояла натиску Императорского монстра, и моего прислужника должно было смять в любую секунду. Однако несколько драгоценных мгновений он выиграл. Ведь я не просто так чертил полосу на теле твари, а подготавливал пространство для еще одного своего козыря. На этот раз последнего. Решающего.

Повинуясь моей команде, из Теневого могильника, вышел молодой воин в легкой броне из наслоенных металлических пластин. В руке он сжимал полуторный чуть изогнутый на конце меч, казавшийся продолжением его тела. Ветер ласково трепал его волосы цвета первого снега, а на бледном лице не дрогнул ни один мускул. И лишь безжизненный взгляд давно потухших глаз выдавал в нем нежить.

Ожившего мертвеца, созданного из трупа воителя, практически достигшего ступени Слияния.

Еще одно умертвие!

— Действуй, Аскар. — дозволительно произнес я, хоть этого и не требовалось.

В мгновение ока воин сорвался с места и устремился вперед с такой скоростью, что я уследил за ним исключительно благодаря двум эволюциям. Для остальных же он и вовсе просто исчез, оставив позади себя лишь пару чуть придавленных следов на песке и размытое остаточное изображение.

С момента прорыва Императорского монстра прошло от силы пара секунд, а хитин моего Королевского Пустомера уже во всю трещал, грозясь в любой момент сдаться, несмотря на все усилия темного клирика.

Но Аскар успел вовремя.

Оттолкнувшись от спины рядового зомби и тем самым его сломав, как детский куличик на пляже, мертвый воитель птицей взмыл в воздух. Каждое его движение лучилось плавностью и грацией, невольно притягивавшими взгляд и заставлявшими любоваться, затаив дыхание. Он не просто выучил несколько умений и возомнил себя крутым бойцом, он годами оттачивал мастерство, превратив свое тело в идеальный инструмент. И теперь этот инструмент принадлежал мне!

Со вспышкой Межмировой Энергии Аскар взмахнул мечом, породив целую вереницу многократно скопированных образов оружия. И те с интервалом в долю мгновения обрушились на ослабленную магией плоть монстра. Сделал он это еще на подлете к Личинке, а приземлившись ей на спину, добавил мощный вихреподобный удар, прорубив шкуру монстра от пасти до самого конца намеченной мной линии.

Волной наружу хлынула полупрозрачная вязкая жидкость, смыв ближайших Пескомеров назад в туннели. Тварь резко дернулась, попытавшись достать Аскара, но тот сразу поле удара оттолкнулся ногами, вновь взмыв в воздух. А затем одно за другим добавил еще два копирующих оружие умения, усилив их Межмировой Энергией.

Угодив точно в готовый разрез, он углубил его и продлил, заставив шкуру монстра раскрыться, словно фантик от сникерса. Вот только внутри вместо шоколадного батончика обнаружилось нечто, чего ни один из Караванщиков увидеть не ожидал.

Там находился Пустомер. Огромный. Чуть ли не со всю Личинку размером. Но тот не был сожран, а являлся частью существа! И с оболочкой его соединяли пучки красных волокон, по которым к нему поступали питательные вещества. Хитин насекомого блестел от все той же жижи, а само оно походило уже скорее на спящую саранчу, поджавшую лапки и не способную даже пошевелиться.

— Так значит все-таки не личинка. А кокон. — проронил я, изучая необычного монстра. — Как я и думал…

На самом деле я еще по пути в Триомаж заподозрил неладное. С какой радости с Пескомерами таскается существо совершенно другого вида? Почему они не сражаются и не жрут друг друга в борьбе за место под солнцем? Я хотел задать это вопрос Уману, но в городе и без того забот хватало, так что как-то забылось. Однако кое-какие предположения я успел сделать, и вот теперь одно из них подтвердилось.

Получается таким образом проходил процесс трансформации Королевского Пескомера в Императорского. Вот только в Диких Землях он не мог позволить себе отлеживаться в процессе метаморфозы, а потому даже кокон обладал ртом и способностью сражаться, добывая дополнительные питательные вещества.

Как же чудно́нынче устроена природа Земли. Удастся ли мне когда-нибудь вернуть все, как было?

С разорванной пастью и потерянной драгоценной внутренней жидкостью кокон будто сошел с ума. Он принялся метаться из стороны в сторону, давя всех вокруг и ведя беспорядочный обстрел зубами, словно взбесившийся пулемет. Но зато теперь стало понятно, как его победить.

— Режьте волокна! — крикнул я караванщикам. Хотя кроме Умана с Еленгой лишь еще тройка магов сохранила достаточно Межмировой Энергии, чтобы запустить хотя бы пару заклинаний.

Что они и сделали, доверившись мне.

Так же поступил и Леуштилат. Он запрыгнул прямо внутрь оболочки и принялся скакать, как бабуин по лианам, перерубая нити двумя двуручными мечами. Судя по выражению лица, он неимоверно устал, но продолжал сражаться, досуха вычерпывая внутренние резервы.

По примеру Леуша я отправил внутрь и Лагдуфа с Аскаром. А также немного поделился силой с личами, чтобы те ускорили процесс. И с каждой перебитой прядью движения куколки становились все более вялыми, пока она окончательно не замерла.

В этот миг находившейся в ней Пескомер открыл глаза. Он попытался дернуться, но оказался слишком слаб и сумел лишь немного вылезти наружу, извалявшись в песке. Он издал протяжный стрекот, услышав который, остальные до сих пор сражавшиеся насекомые бросились в рассыпную и исчезли в уцелевших туннелях.

Огромный монстр умирал, но успел отдать приказ сородичам спасаться бегством от более сильного роя. От роя, который не уменьшался с каждым павшим, а лишь прирастал числом. И от их лидера, который на ступени Развития сумел одолеть существо эквивалентное по силам Объединившему.

Окруженный немертвой свитой я вплотную подошел к поверженному монстру. Тот находился на последнем издыхании, но я не собирался отпускать его так просто. Доставивший столько хлопот враг должен быть повержен мной лично!

Я положил ладонь жуку на морду и один за другим вогнал в него несколько Укусов мертвеца, оборвав жизнь исполина. А затем поднатужился и под пораженными взглядами караванщиков спрятал труп в Теневой могильник, оставив на земле лишь покрытую слизью оболочку. Я пока не знал, что конкретно с ним делать, но упускать такой трофей однозначно не собирался!

Не было ни криков ликования, ни аплодисментов, ни поздравлений с победой. Стояла мертвая тишина, которую нарушал лишь робкий шелест песка, изредка ссыпавшегося на дно ямы, чуть не ставшей нам братской могилой. Люди ошалело моргали, не в силах поверить, что им удалось без потерь пережить сражение с целой ордой монстров под предводительством Императорской твари. И если раньше я уже казался им существом из другой лиги, то теперь они осознали, насколько большая пропасть нас разделяла.

Я видел это в их глазах. И чувствовал в их сердцах. Так смотрят не на друга или спасителя, а скорее на…

— Славная битва, дружище! — со смесью радости и облегчения выдохнул Леуштилат, опираясь на двуручный меч, как на клюку. Его грудь тяжело вздымалась в такт учащенному дыханию, но с лица не сходила полная удовлетворения улыбка. — Такую тварину грохнули! Кому не расскажешь — обзавидуются.

Ко мне подошли Лагдуф с Аскаром и застыли возле меня немыми стражами.

— А ты кто такой, парень? — кивнул последнему Леуш. — Дрался, как сам Магбар, да простит меня Сатвелеон! Решил с нами в Ижмарил рвануть?

— Ты разве не видишь, что он мертв? — спросил Уман, с опаской разглядывая мою заметно подросшую свиту.

— Да ну! — удивился здоровяк. — Быть не может! Я что не видел, как мертвые сражаются? — он мотнул головой на нестройные ряды зомби и гулей. — Те, вон, дохлые, а этот… — воин-жрец внимательно присмотрелся. — Вот так номер! И этот тоже! И орк уродливый вместе с ним, получается! Леон, ты где таких взял?

— Сам сделал. — не без тени бахвальства сообщил я. — Умертвии. А там — личи.

— Как Влатислав?

— Послабже. — недовольно поморщился я. — Но я над этим еще поработаю.

— Не перестаешь поражать, давэр. — осторожно произнес Уман, держась так, будто я в любой момент наброшусь на него, сожру, высру и превращу какую-нибудь уникальную дерьмо-нежить.

Мысль, прямо скажем, интересная, но я к подобному пока не готов.

— Да расслабься ты! — пихнул мэлэха в плечо Леуштилат, сам чуть при этом не упав. — Это все тот же наш старый добрый друг Леон. Только он нашел способ стать сильнее, да? И нам бы тоже не мешало. Верно говорю?

— Может ты и прав. — задумчиво проронил караванщик. — А может и нет… — добавил он значительно тише, и не сводя с меня настороженного взгляда.

— Кстати, Леуш. — между делом бросил я. — Не одолжишь мне немного своей крови?

За Умана я не волновался. Я не ощущал с его стороны ни капли негатива. Да и за проведенное вместе время мне довелось довольно хорошо узнать мэлэха, чтобы не сомневаться в его лояльности. Что бы он там обо мне не думал, но статус давэра для него священен. К тому же он не мог не понимать, я на его стороне, и лишь благодаря мне встреча с тучей сильных монстров не закончилась полным истреблением Каравана.

А что до потерянных нервных клеток… Так в его профессии по-другому никак. Не по Елисейским Полям гуляет, а в Диких Землях. Тут год за три идет, а до старости доживают лишь самые везучие засранцы, которых при рождении Захаурун в попку чмокнул.

Фу, гадость какая!

К чести кочевников, они довольно быстро пришли в себя и, словно муравьи, расползлись по полю боя, срезая самые ценные части поверженных монстров. Насобирали и зубов «Личинки». А также уговорили меня отрубить с помощью Аскара знатный кусок ее шкуры, пообещав не обделить с наградой.

Хотели бы утащить целиком, да Еленга сказала, что Октанонты не потянут. А времени заниматься шинковкой под размер колец не было. Такие горы трупов в Диких Землях не залеживаются, и лучше бы убраться восвояси, пока не подтянулись любители дармовых пирушек. Продолжать схватку ни у кого не было ни сил, ни желания. Даже у Леуша, явно переоценившего свои возможности по части использования нового умения.

Он вообще теперь с умным видом наматывал километраж вокруг Аскара, кивая себе и время от времени щупая мертвого воина. Не иначе завидовал и хотел стать таким же.

Черт, надеюсь, мне никогда не придется воскрешать Леуштилата в виде нежити! Пусть лучше и дальше шутит свои дурацкие шутки, но остается живым. Прикипел я нему все-таки.

А вот с транспортировкой прислужников у меня возникли проблемы. Личей и кучку самых перспективных трупов я в Теневой могильник кое-как затолкал, но для остальных места в нем уже не осталось. Императорский таракан занял чуть ли ни весь свободный объем.

Не то чтобы я жаловался — штука, как ни крути, неимоверно полезная и перспективная — однако куда девать целых сто двух оживших мертвецов было совершенно неясно. И это хорошо еще, что я в свое время полностью разобрал структуру выученных с токина чар и не гнушался тратить время на их постоянное улучшение. Иначе опять бы с носом остался, как тогда возле Заманска.

В общем, не придумав ничего лучше, я выстроил их в колонну по четыре и приказал бежать следом за фургонами. Скорости на это им вполне хватало, а изнеможение, жажда и солнечный удар не грозили, ввиду того что они давно (или недавно) сдохли. А чуть погодя я и вовсе разместил двуногих прислужников на спинах Пескомперов. Те, не напрягаясь, скользили по поверхности пустыни и даже пыли за собой не поднимали. Считай, кавалерия получилась. Ну или вроде того.

Так мы, поднявшись по своевременно законченному пандусу, и двинулись в сторону Ижмарила, оставив за спиной Триомаж со всеми его заморочками и тайнами. Мне же уже не терпелось увидеть уникальный город-крепость, а заодно и отомстить гадине Инделлан, отнявшей у меня сестру.

Если чертова эльфийка еще там, то я ее непременно найду. И пощады она от меня не дождется!

Глава 4

Путь до Ижмарила вышел неблизкий, и событий по дороге хватало с лихвой. Скучать не приходилось. Концентрация Межмировой Энергии в земле и воздухе постепенно возрастала, что привлекало более сильных монстров, время от времени решавших полакомиться группой «беззащитных» двуногих. Сбившись в стаи, или поодиночке они нападали на Караван, но каждый раз получали отпор и либо убегали восвояси, либо оставались лежать на песке на поживу падальщикам.

К счастью, орд, подобных рою Пескомеров, больше не попадалось. Видимо нам и правда возле Триомажа не повезло свалиться в их логово, вызвав гнев хозяев. На поверхность же они выбирались куда меньшим числом, не рискуя оставлять родные пенаты без защиты. Ну или фиг знает, что там в головах у этих тварей.

Встречались и Трещины. Трижды Уман командовал остановку, когда разведчики докладывали о зависшем в воздухе дрожащем мареве. Следуя традициям, кочевники не имели права проезжать мимо и тут же предпринимали попытку закрыть портал. С помощью зомби я проверял находится ли выход там же, где вход, а затем воины с магами ныряли внутрь и проводили тотальную зачистку.

Проблем не возникало. Но и каких-либо особо ценных трофеев добыть тоже не удалось.

Я же времени зря не терял и продолжал совершенствоваться в магии и по части развития. Например, попытка одновременного использования Костяной стены и Призрачного щита для защиты от Императорской «Личинки» натолкнула меня на несколько интересных идей. В результате я сумел внести существенные изменения в структуру плетения обеих чар. Слить их полностью пока не представлялось возможным, но частичное комбинирование уже стало доступным. Тоже немаловажное достижение.

Куда большего я добился на ниве Некромантии. Завершив самые сложные эксперименты в массиве «Винограда», мне теперь оставалось лишь, образно выражаясь, подпилить углы напильником. С чем я успешно и справился.

Благодаря обретению трех новых трупов Королевских Пустомеров, я окончательно сформировал заклинание, позволяющее воскрешать умертвий. Аналогично с «Созданием лича», то тоже требовало времени, но процесс существенно упростился, что не могло ни радовать. Как и наличие теперь в моей армии целых шести элитных бойцов, способных сражаться с использованием Межмировой Энергии.

Я прямо чувствовал, что моя некромантская мощь сделала не то, что шаг, а целый скачек вперед, оставив прежнего меня далеко позади. Что, конечно, не могло случиться без своевременного формирования Ядра и прохождения второй эволюции. Все взаимосвязано.

Кроме этого, я закончил работать над заклинанием для одалживания силы прислужника. Теперь я мог на несколько секунд придать правой руке силу и скорость гуля. Если какому-нибудь трюкачу удастся подобраться ко мне вплотную, его ждет немалый сюрприз. Беззащитный маг окажется с зубами, когтями и способностью постоять за себя в ближнем бою.

«Хватка нежити» — так я назвал чары.

Но и на этом я не остановился. Потратив несколько дней на детальное изучение пойманных в плен призраков Влатислава, я в прямом смысле разобрал их на молекулы, полностью развоплотив. Таким образом я сумел постичь их суть и научился создавать своих собственных, используя для каждого двух светляков.

Однако имелись и минусы. В отличие от приведений, процесс оказался невозвратным, что делало невозможным наклепать отдельное войско бестелесной нежити. Все-таки мне требовались материалы для Щита, да и умертвий с личами без похищенных душ не сотворить. К тому же я так и не понял, каким образом Влатислав транслировал магию через своих прислужников. Над этим еще предстояло поработать.

В общем, несмотря на существенные достижения, каждое из них открывало еще больший простор для дальнейших улучшений и преобразований. От количества возможностей кружилась голова, а для осуществления всех идей однозначно не хватит целой жизни. А то и двух. Так что приходилось расставлять приоритеты или всерьез задуматься о способах обретения бессмертия.

Неудивительно что в книгах и историях не раз встречались маги, свихнувшиеся на почве вечной жизни. Воинам в этом плане все-таки попроще.

Еще из любопытного можно отметить, что во время перехода у одной из женщин Каравана родилась дочь. Посовещавшись, они с отцом называли ее Леона. Думаю, не нужно уточнять в чью именно честь.

Прямо на ходу кочевники устроили небольшой праздник, а меня попросили благословить ребенка. Отказываться не стал. Хоть и чувствовал себя несколько неловко. Сражаться с монстрами куда проще.

Три недели пронеслись, словно жизнь перед глазами умирающего, и одним прекрасным утром Еленга объявила, что вот-вот покажется Ижмарил. Не за этим барханом, так за следующим. Ну или максимум за, вон, за тем. Короче, где-то рядом.

— Твои слова, да Захауруну в уши. — проговорил Уман, напряженно вглядываясь вдаль. Для него это был первый визит в город-крепость, а потому он мог лишь примерно представлять, куда двигаться. — Не хотелось бы встретить ту бурю в дороге.

На горизонте действительно поднималась отнюдь не маленькая стена песка, постепенно приближавшаяся и грозившая обрушиться на нас если не вот-вот, то уж в ближайшие пару часов точно.

— Успеем! — без тени сомнений заявил Леуштилат, будто обрел дар пророчества. — Наша вера крепка и Осьминозки наши бы́стры. Смотри, как бодро чешут. Тоже не хотят песком на зубах хрустеть.

— У них нет зубов. — решил уточнить я. — Только клюв.

— Вообще-то есть, давэр. — поправила меня Еленга. После событий в Триомаже и возле Купола, ее уважение ко мне взлетело до небес, и больше она не позволяла в себе и капли пренебрежения в мою сторону. — Еще при становлении Суверенными выросли. Чтобы проще было монстров жевать.

Я чуть не поперхнулся. Зубастый осьминог. Сухопутный. Привыкну ли я когда-нибудь к фауне современного мира?

— Мэлэх, давэр. — спереди прибежал разведчик и, поприветствовав нас, на ходу запрыгнул в фургон. — Город близко. Монстров между нами нет. До бури успеем.

— Я же говорил. — расплылся в улыбке Леуш. — Сатвелеон ведет нас. Да будет светел его небесный путь.

Я невольно скривился, но промолчал. Горбатого, как говорится, могила исправит. Когда-нибудь и мой друг очнется от своих заблуждений и увидит истину. Пока что же спорить с ним совершенно бессмысленно. Не то еще победит невзначай в дискуссии, что мне потом — тоже лодочки в небо запускать?

Не прошло и получаса, как, вскарабкавшись на гребень очередной дюны, мы увидели Ижмарил во всей его неприступной красе. Город в самом деле стоял посреди пустыни, бросая вызов песку, монстрам и палящему солнцу, и будто насмехался над мягкотелыми собратьями, мирно живущими под защитой Купола.

Прочные даже на вид каменные стены горделивыми утесами вздымались над бушующим «морем» Диких Земель; гармонично встроенные в них башни пестрели бойницами и смотровыми окнами; а плотная внутренняя застройка не позволяла втиснуть даже сарай.

Со своей точки обзора я не увидел, ни площадей, ни проспектов, ни даже банально огородов. Впрочем, последних тут и вовсе быть не могло по очевидным причинам. Но зато каждый дом представлял собой небольшую крепость, способную как успешно бороться со стихией, так и выдержать небольшую осаду, в случае вторжения монстров.

Интересно, часто ли тут такие случаются?

О том, что твари пустыни не обходят Ижмарил стороной, говорила как минимум не до конца еще впитавшаяся лужа крови, алым озерцом разлившаяся у подножья стены. Судя по размеру, существо здесь завалили немаленькое. А вот костей или мяса от него уже не осталось. Все растащили не то местные жители, не то их соседи.

— Не так я его себе представлял. — уважительно кивая, произнес Леуш. — Но все равно красиво. Особенно на фоне бури.

К городу, медленно пожирая бархан за барханом, неумолимо катилась лавина песка. Просвечивавшее же через нее багровое солнце и вовсе превращало угрозу в стену бурливого пламени. По крайней мере визуально.

— Что за павлинья статуя? — не мог не поинтересоваться я, когда фургоны покатились вниз, взяв курс на открытые ворота.

— За Цитаделью? — уточнила Еленга. — Храм Лайолланы. Только это не павлин, а Схолилотс — мистический тотемный зверь эльфийской богини. Согласно поверью, если Схолилотс явится магу во сне, нужно принести богине большую жертву, и она дарует тебе новое заклинание.

— Ну конечно. — я раздраженно цыкнул и сплюнул на горячий песок. — Петух тот — тоже храм, надо полагать? — спросил я про вторую наиболее высокую точку города.

— Это уже Сатвелеона. — неожиданно ответил Леуш, поднимая ладони лодочкой к небу. — Обычно его солнцем симли… симлизи… сим-во-ли-зи-ру-ют! — по слогам выдал он. — Но бывает, что и петухом. Предвестник утра как-никак и глашатай света.

— А он что дарует? — буркнул я. — За жертву.

— Петух — ничего. — рассмеялся Леуштилат. — А Сатвелеон может благодатью осенить. Все печали, тревоги и тяжелые думы, как ветром сдует. Тебе, кстати, не помешало бы. Опять на тучу похож. Того и гляди молнией громыхнешь. Хочешь договорюсь для тебя с настоятелем?

— За пожертвование, конечно. — выдал я.

— Исключительно в добровольном порядке.

— Добровольно-принудительном. — процедил я, жестом дав понять, что мне и тучей неплохо живется. А молнией, если такая случится, засвечу в первого, кто вздумает возле меня открыть зонтик.

Мы уже практически подъехали к воротам, как справа из-за бархана выскочили сразу несколько монстров и устремились в нашу сторону. Уман с остальными магами тут же сделали стойку, но, приглядевшись, мы поняли, что твари пришли не по нашу душу. Они вообще сражались друг с другом и двигались параллельным с нами курсом, постепенно приближаясь к стене.

— Зребора. Королевская. — наметанным глазом оценила Еленга. — Хотя нет, сильнее. Но еще не Императорская точно.

— А ее Блохи грызут. — добавил мэлэх.

— Нормальные такие «блохи». — хохотнул Леуш, наглаживая рукоять меча. — Кошек, небось, на завтрак едят. По две за раз.

Я бы не удивился на самом деле. Ведь Зреборой оказалось существо, отдаленно напоминающее лошадь ростом с наш фургон. Чуть меньше может быть. С грубой черной шерстью, тремя парами ног, клыкастой пастью и налитыми кровью глазами.

Нападали же на нее насекомые размером с крышку канализационного люка. Они напрыгивали с разных сторон и впивались жвалами в плоть, оставляя длинные глубокие порезы, а порой и вырывая целые куски мяса. Что по силами приравнивало их как минимум к воинам ступени Развития. Если не выше.

Внезапно Зребора резко остановилась и, плюхнувшись боком в песок, принялась кататься из стороны в сторону. Таким образом ей удалось сбросить с себя сразу нескольких Блох. Одну она тут же растоптала копытами, а другую схватила пастью и начала неистово терзать. Раздавшийся хруст долетел даже меня. Впрочем, это не остановило остальных, и они продолжили напрыгивать на тварь.

Наблюдая за сим действом, мы двигались дальше, ни на секунду не ослабляя бдительность. Однако в какой-то момент, мешанина из монстров пересекла некую невидимою черту, и с ближайшей башни в них одна за другой полетели стрелы.

Давненько я не видел, как кто-то использует это оружие. А подобное его применение мне не доводилось лицезреть вообще ни разу. С оглушительным свистом некоторые стрелы вонзались в тела существ, в то время как другие на подлете превращались в змей. Но не в обычных, а электрических! Те обваливались вокруг древков, оказавшихся металлическими, и испускали дуговые молнии, поражая сразу внутренности тварей.

Не прошло и пяти секунд, как противостояние представителей фауны Диких Земель закончилось смертью всех участников конфликта. Они остались лежать на земле, утыканные стрелами, а от змей не осталось и следа. Какое интересное комбинированное умение. Или атаку исполнили несколько разных людей? Или вообще нелюдей? От лишенного Купола города можно ожидать чего угодно.

В воротах мы столкнулись с группой личностей, спешивших по направлению к трупам. Тела ижмарилцев покрывали способные защитить от жаркого солнца одежды, похожие на те, которые носят караванщики, а на лицах большинства я с удивлением увидел маски и полумаски.

Такая себе анонимность, с учетом того, что по телосложению я сходу опознал как минимум одного орка и пару дварфов. Остальные же с легкостью могли являться как людьми, так и клиотами или даже эльфами. Хотя последние вряд ли опустятся до столь примитивной работы. Но кто этих чертовых нелюдей разберет.

Руки так и чесались натравить на ублюдков нежить, но я с трудом сдержался, потому что нас как раз соизволила заметить стража.

— Кто едет? — послышался со стены требовательный мужской голос, говоривший на эльфийском.

— Караван Умана. — ответил мэлэх на человеческом.

— Не знаю такого. Кто за вас поручится?

— Я поручусь. — встряла в разговор Еленга. — Хорош дурковать, Жора. Лилу с Лолилом не узнаешь? Много кто тут на Октанонтах разъезжает?

— Обычно Эолдин.

— Эолдин спит под песчаным одеялом. Теперь за него Уман, сын Необузданного Алаума.

— Уман, сын Алаума. — повторил стражник, переходя на людской. — Я запомню. Новеньких много? Правила объяснять надо?

— Объяснила уже все.

— Ну так заезжайте тогда! Что встали? Ждете когда монстров побольше сбежится?

— И тебе не хворать, Жора. — махнула рукой Еленга. — Пересечемся вечером. Помянем Эолдина.

Ответа не последовало.

В Ижмарил мы въехали вместе с местными, тащившими на себе куски оперативно разделанной Зреборы и Блох целиком. Я оглянулся и убедился, что на месте их смерти не осталось ни частички плоти или шерсти. Лишь стремительно впитывалась в песок кровь.

Оперативно сработано. Схема явно отлаженная.

Проезжая через ворота, я почувствовал, как меня коснулось чье-то заклинание в виде едва заметного облака Межмировой Энергии. Оно не несло угрозы, а потому я не обратил внимания сразу, но все равно отогнал его Призрачным Щитом.

— Стандартная процедура. — прокомментировала Еленга. — Не стоит беспокоиться, давэр.

— От города, где живут нелюди, стоит ожидать чего угодно. — холодно ответил я. — Лучше быть настороже.

— Твое право.

Едва оказавшись внутри, мы замерли в крохотном тупике, от которого в разные стороны разбегались узкие извилистые улочки. По ним даже два человека рядом прошли бы с трудом, не говоря уже о здоровенных повозках умановского Каравана. Дома же зачастую стояли вообще вплотную, не оставляя возможности протиснуться между ними или сменить маршрут.

А жарило так и вовсе, казалось, еще сильнее чем в Диких Землях. Разогретые солнцем камни щедро делились теплом, превращая город в одну сплошную сауну. Вот только окунуться в ледяной бассейн на выходе вряд ли получится. Да и в теплый тоже. Разве что в пересохший. Но это удовольствие для редкостных мазахистов, к коим я себя не причислял.

— Советую найти себе крышу до начала бури. — обратилась ко мне Еленга, когда мы с Леушем слезли с фургона. — В городе она не так страшна, но некоторые улицы превратятся в настоящий пескоструй. Если не повезет, обдерет до костей.

— Мы пробудем здесь три дня. — напомнил Уман.

Он тоже спрыгнул на землю, подошел ко мне и протянул руку для прощания. Я крепко ее пожал.

— Куда потом? — спросил я.

— Южнее. В Сестраль. После всего людям нужно дать отдохнуть. Да и маловато у нас Развивших для севера. — мэлэх посмотрел на меня с сожалением. — Знаю, тебя ведет другая звезда, и кочевой путь тебе чужд, но, если что, любой Караван примет тебя, как родного, давэр. Ну и найди нас, если твои планы изменятся.

— Обязательно. — ответил я, прекрасно понимая, что сделаю все, но следующий посещенный мной город станет Светом Зарницы. Так или иначе.

— Да устелет Захаурун твой путь мягким песком. — пожелал мне Уман, запрыгивая обратно в фургон.

— Тебе тоже не хворать. — бросил я.

Влекомые Октанонтами повозки покатились вдоль городской стены через единственный проход достаточной ширины, и скоро исчезли из вида, оставив нас с Леуштилатом одних в чужом городе.

Ну здравствуй, Ижмарил.

Глава 5

— Классный он все-таки парень. — произнес Леуш, проводив Караван взглядом. — Мировой!

— У тебя все такие. — отмахнулся я.

— Ну тоже верно. — хохотнул здоровяк. — Куда пойдем? В храм, в гильдию, в таверну? Может в бордель?

— Точно не в храм. — сразу отмел я. — Делать там нечего.

— Ну не скажи-и… — протянул Леуштилат.

— Уже сказал.

У меня в руке появился старый медный гульден, и я хотел его уже подбросить, как тут со стороны одной из улочек послышался характерный шум драки. Он-то и помог определиться с выбором.

— Туда. — я кивнул в узкий проход между двух каменных построек.

— Как раз познакомимся с местными жителями. — улыбнулся Леуш, предвкушая обретение новых «друзей». — Уверен, они с радостью подскажут, где лучше переждать бурю.

— Не сомневаюсь. — с сарказмом ответил я.

Леуштилат двинулся первым, а я пошел за ним, призвав себе в качестве свиты Жутня с Элельведом. От умертвий в этом плане, чуть подумав, решил отказаться. Да, они бесспорно эффективнее, но лишнего внимания привлекать к себе не хотелось. Фиг знает, как тут обстоят делала. Да и привык я к этой парочке. Со слабой угрозой вполне справятся сами, ну в случае чего-то серьезного выиграют секунду-другую.

Хорошо еще хоть за прошедшее время мне удалось существенно расширить Теневой могильник и затолкать в него всех прислужников. Не то явился бы в Ижмарил во главе маленькой армии, словно захватчик какой-то. Меня бы тогда точно не поняли.

А сил взять на копье целый город я в себе пока не чувствовал. По крайней мере не этот. Где по словам Еленги обитало с десяток Объединивших, а гарантом безопасности выступали аж целых двое Разделивших! Никто не знал, как они выглядят, но в самом факте существования сомневаться не приходилось. Так она мне сказала, рекомендуя без лишней необходимости на рожон не лезть.

Будто я собирался.

А я собирался!

Сцена драки, представшая перед нами с Леушем, выглядела весьма экстравагантно. Посреди улицы семеро замотанных в тряпки фигур мутузили друг друга, не издавая при этом ни звука, кроме громкого сопения и сдержанных стонов при пропущенных ударов. Они не использовали оружия, но кулаки светились Межмировой Энергией, обещая серьезные травмы в случае попадания по недостаточно натренированному телу.

— Друзья, зачем же вы так? — тут же провозгласил Леуштилат добродушным тоном. — Уверен, любое разногласие можно решить словами. Давайте лучше пойдем в ближайшую таверну и вместе переждем там бурю. А вы расскажите нам с другом, как тут обстоят дела. Первый круг выпивки за мой счет!

Но даже столь щедрое предложение не заставило дерущихся отвлечься. Они вообще пропустили слова мимо ушей и продолжили увлеченно боксировать. Леуш хотел уже вмешаться и попробовать лично их разнять, но я его остановил.

На самом деле моим первым порывом было натравить на некоторых участников потасовки нежить. Ведь, судя по комплекции, двое из них точно являлись орками, а один дварфом. Но, приглядевшись, я понял, что остальные четверо тоже не принадлежали людской расе. У одного слетела маска, явив на свет рудиментарный третий глаз. Другой обладал семью пальцами на левой руке. Да и оставшуюся парочку я тоже без труда причислил к Химерам.

Чертовы нелюди дрались четыре на три, и помогать никому из них я не собирался. Наоборот, возникло нестерпимое желание всех их убить и обратить в безвольную нежить, однако благородный порыв пришлось сдержать. Пусть по словам Еленги в Ижмариле и ценили в первую очередь силу, однако кое-какие законы все же имелись. А их несоблюдение каралось весьма строго. В основном смерть или высылка. Что суть есть одно и то же.

Поэтому, пока не разберусь в местных реалиях и способах избежать правосудия, лучше сильно не высовываться. Нельзя забывать, что моя главная цель — победа в турнире. Ради нее можно и потерпеть.

Ну или я просто не хотел вступать в конфликт с Леушем.

— В чем дело? — спросил меня тот, обернувшись.

— Это все нелюди. — процедил я, стараясь держать себя в руках.

— Ну и прекрасно! Значит они точно тут дольше нас и что-то да знают.

— Кто угодно тут дольше нас.

— Поэтому нет разницы кого расспрашивать. — объясняя мне, словно маленькому, улыбнулся Леуштилат.

Я хотел уже грубо заявить, что разница есть, но тут мое внимание привлекло стремительное движение на уровне пояса. Вынырнувший откуда-то вихрастый мальчишка лет десяти, явно используя умение ловкости, стремительно обогнул Элельведа и едва не стянул у меня с пальца кольцо со всем имуществом.

Будь я обычным магом, пусть и Развившим, у него имелись бы все шансы на успех. Но после двух эволюций, я мог похвастаться не только отменным зрением, но и реакцией на уровне как минимум Осознавшего воина. А потому мне не составило труда схватить воришку за руку и поднять его в воздух, словно брыкающуюся колбасу.

— Отпусти! — заверещал парень скорее от неожиданности, чем от испуга. Его сил Освоившего явно не хватало, чтобы высвободиться самостоятельно.

— Смотри, вроде человек? — не обращая на его потуги внимания, обратился я к Леушу.

— Похоже на то. — согласился воин-жрец. — Зачем он тебе?

— Кольцо хотел украсть, представляешь?

— Вот так номер! — картинно всплеснул руками Леуштилат. — Там дерутся, тут воруют… Куда стража смотрит?

В этот момент, будто услышав его слова, из-за угла стремительным шагом вывернула четверка солдат. Каждый из них носил легкую кожаную броню и забавный шлем с широкими полями, надетый поверх длинного спускающегося на шею платка. В руках они держали короткие копья, а на поясе я заметил ножи, веревки, дубинки и другие средства осуществления правосудия.

— Всем оставаться на своих местах! — рявкнул сурового вида мужчина с волевым лицом, являвшийся скорей всего лидером. — Вы все арестованы!

— Не отдавайте меня им! — тут же завопил мальчишка. — Пожалуйста, не отдавайте! Я все сделаю!

С появлением стражи драка моментально прекратилась, а ее участники, пронеслись мимо нас, словно ветер, умудрившись даже не задеть, несмотря на тесноту.

— Лейтенант гвардии Ижмарила, десятник корпуса правопорядка, Мирон. — бодро представился солдат, подойдя к нам на расстояние полутора метров и стукнув пяткой копья об землю. — Вы двое арестованы за нарушение спокойствия в городе. А пацан за воровство. — он выдержал паузу, дав нам время осознать глубину проблем, в которые мы вляпались. — Передайте воришку нам и, думаю, на первый раз мы сможем договориться на месте.

Ах вот оно что…

— Не отдавайте. — подвывал парень, перестав дергаться. По его щекам катились слезы. — Пожалуйста. У меня сестра…

— Лейтенант, это какая-то ошибка. — сделал шаг вперед Леуштилат, демонстрируя открытые ладони. — Мы только приехали в город и в драке вообще не участвовали. А этот милый ребенок хотел показать нам дорогу. Правда, Леон?

— Бессмысленно отпираться! — сурово отрезал Мирон. — Я все видел своими глазами. Решайте живо: разбираемся здесь или идем в Цитадель! Не хватало еще в бурю угодить. Ну! Один, два, три!

— Жопу подотри. — буркнул я.

— Что⁈ — вылупился на меня солдат.

— Не отдава… — начал было снова малец, но тоже уставился на меня квадратными глазами.

Не сильно отличался и Леуш.

— Что слышал. — устало проронил я, не став открещиваться от собственных слов. — Спектакль неплохой, но сценарий подкачал. Драчуны эти с вами заодно были или просто под руку подвернулись, а потом поверили, что вы настоящая стража? Хотя что с тупых нелюдей взять.

Солдаты молча переглянулись, тем самым лишь подтвердив мои подозрения. Настоящие бы так себя не повели точно. Ни в каком городе и ни в какое время. Я бы скорее поверил, если бы они решили насадить меня на копья, чем начали медленно пятиться, пытаясь сохранить невозмутимое выражение лиц.

— С чего ты решил-то вообще? — не удержавшись, спросил Леуштилат.

— А откуда они знали, что пацан воришка, если я им об этом не сказал?

Я приказал зомби и гулю синхронно шагнуть вперед, и «стражников» как Трицебык языком слизнул. Мгновенно умчались туда, откуда и вылезли, оставив нас одних на опустевшей улочке. И бросив своего малолетнего подельника.

— Хреновое у тебя прикрытие. — сказал я парню, и не думая ставить его на землю. Он так и висел, чуть раскачиваясь, пойманный за руку. Разве что притворные слезы высохли.

— Не отдавайте меня страже. — тихо, не поднимая глаз, попросил мальчик. — Настоящей. Я еще деньги за токин не отработал. Мне семью кормить надо. А Ерихон долги не прощает. И знает, где мы живем.

— С сестрой? — спросил я.

— С братом. И мамой. У меня нет сестры…

Я невольно нахмурился, и видя, мое лицо, Леуш объяснил:

— У него нелюди сестру убили. Прямо на глазах. До сих пор забыть не может.

Воришка испуганно вздрогнул.

— Я же не знал! — затараторил он. — Я всегда так говорю, если ловят. Меня не часто ловят. Вообще еще не ловили. Я начал-то недавно. Но так жалобнее звучит. Слышал где-то… Как-то… От кого-то… — он совсем сник. — Отпустите, а?

Я продолжал молчать, пытаясь принять решение. Будь парень клиотом, грохнул бы без зазрения совести и дальше пошел. Мир бы стал чище. Но человека судить не хотелось. Даже если я барон, это не моя земля и не мне принимать решение.

Отвести в Цитадель, или где тут у них органы правопорядка сидят? Так тоже время тратить неохота. Своих дел хватает. Но и отпускать вроде как тоже неправильно. Опять ведь в историю влипнет.

Меня, помнится, в прошлой жизни также вот поймали…

— Слушай, пацан… Как там тебя? — обратился к мальчику Леуш.

— Шустрый. — ответил тот. — Но это я сам придумал. Можно просто Сим.

— Где бы нам с другом, Сим, бурю переждать? А то ведь вот-вот накроет. — произнес воин-жрец, глядя при этом на меня. — Ни капли желания превратиться в песчаный сугроб, знаешь ли.

И действительно, если когда мы только прибыли, вал пыли скрылся от нас за крышами зданий, то теперь он нависал над ними сплошной стеной, готовясь с минуты на минуту обрушиться на город.

— Так у меня дома можно! — обрадовался мальчик. — У нас, в смысле. Мы тут рядом совсем живем. Вмиг доберемся!

— Только попробуй удрать. — проронил, я, заставив Жутня скрежетнуть друг об друга пальцами-спицами.

Сим судорожно сглотнул, кивнул, и я опустил его на землю. После чего парень действительно довольно быстро привел нас к двухэтажному каменному зданию с провалом вместо двери.

Его семье принадлежал не весь дом и даже не этаж, а всего лишь угловая комната под самой крышей. По сути чердак. Да и тот не находился в собственности, а был взят в аренду у города. Собственно, в Ижмариле мало кто мог похвастаться личной недвижимостью, и, по словам Еленги, даже гильдии авантюристов платили лордам за помещения. Хоть и со скидкой.

— Мам, я пришел! — крикнул Шустрый, заходя в комнату. — Прости, работы опять не нашлось.

Он бросил на нас взгляд, в котором явственно читалось: «Она не знает».

— Ничего, дорогой. — женщина лет тридцати в поношенной одежде фасона караванщиков как раз закончила крепить на единственном окне отрез плотной ткани. — На пару дней нам еще хватит. А потом что-нибудь придумаем. Захаурун нас не остав…

Она обернулась и, увидев нас, осеклась на полуслове. А затем зашлась кашлем, который ей пришлось тщательно сдерживать. Сим взволнованно подбежал поближе, но женщина его отстранила, улыбнувшись через силу.

— Все в порядке. — сказала она. — Усади гостей за стол. Предложить нам правда нечего. Но никто не сможет обвинить нас в отсутствии гостеприимства. Тем более в такой час.

— Нам ничего и не надо, да Леон? — дружелюбно улыбнулся Леуш. — Мы сами кого хочешь угостим.

— Сначала дело. — я кивнул парню на накрытую скатертью каменную плиту, лежавшую возле окна.

По-видимому, эта конструкция и являлась столом. Потому что другой мебели я не наблюдал в принципе. Только в углу на тюфике напряженно сопел во сне мальчик лет пяти. Судя по всему, ему тоже нездоровилось.

— Я разберусь, мам. — успокаивающим тоном произнес Сим. — Присмотри за Дэном, хорошо?

— Совсем большой стал… — тихо проговорила женщина, украдкой смахнув слезу, когда ее старший сын уверено задернул штору, разделившую комнату на две половины.

Наконец налетела буря. Резко стало темно. За окном завывал ветер, а через щель между рамой и тканью принялся сочиться песок. Стекла тут не было и в помине. Да и в других домах по дороге я его не видел. В этой части города жили не самые состоятельные граждане, у которых на первом месте стояли совершенно иные жизненные приоритеты.

— Где твой отец? — поинтересовался Леуштилат, без тени смущения плюхнувшись прямо на пол. Я присоединился, откинувшись на стену, и вызвал из Теневого могильника целую горсть светляков. Не сидеть же во мраке.

— Погиб полгода назад. — стоически сохраняя бесстрастное выражение лица, сообщил Шустрый. А вот светящиеся шарики его явно заинтересовали. — Вместе с остальными вышел за стену подобрать труп монстра, а тот еще жив оказался. Ну все и… — он замолчал, не закончив фразу. — Все, кто живут в городе дольше недели, должны дежурить на стенах. А если не умеют драться, то работать в командах зачистки. Для безопасности Ижмарила. Таков закон. Вам тоже придется.

— Не придется. — отрезал я. — Не планирую торчать тут так долго. Уеду с первым же Караваном, как только выиграю турнир. Как на него попасть, кстати?

— Так вы на Битву Сильнейших хотите? — спросил парень, пожирая нас полным восхищения взглядом. — Это же смертельно опасно! Я слышал, в этом году Объединившие участвуют! И даже Огненная Ведьма! Из-за нее многие вообще с соревнования снялись.

— Что за Огненная Ведьма? — заинтересовался я. — И когда начало турнира?

— Через три дня. — ответил Сим. — Сто раз записаться успеете. Если не испугаетесь. — он позволил себе намек на мимолетную улыбку с легкой хитринкой. — Огненная Ведьма всего несколько лет в городе, но ее каждый знает. Стремительная, безжалостная, смертоносная. Я как-то увидел ее на другом конце улицы, так чуть в штаны не напрудил от страха. Хотя она на меня даже не смотрела. Говорят, она как-то в одиночку Змея Пустыни победила. Императорского! Поджарила Огненными шарами, а потом съела. А из шкуры лифчик сделала. И сундук. И тапки. Каждый мечтает с ней на стене дежурить. Может, если бы в тот день на страже стояла она, мой отец был бы еще жив…

Объединившая женщина с Огненными шарами? Безжалостная и смертоносная? Хм… Неужели это та, о ком я подумал?

— А она не эльфийка случаем? — спросил я, невольно сжав кулаки от клокотавшей внутри злости.

— Ведьма-то? — удивился мальчик. — Да кто ж ее знает, если лица никто не видел. А кто видел, уже не расскажет. Она в маске всегда. И в капюшоне. Пол и тот только по фигуре узнали.

Всегда в маске… С одной стороны понятно почему, а с другой — в Ижмариле это не редкость. Да и столько времени прошло. Могла уже сто раз вылечиться, если бы захотела.

— Думаешь, это Инделлан? — догадался о ходе моих мыслей Леуш.

— Подозреваю. — не стал отпираться я.

— Все еще хочешь ей отомстить?

— Не просто хочу, а сделаю это!

— Кто такая Инделлан? — бестактно встрял в разговор Шустрый.

— Та, кто убил сестру Леона. — просветил его Леуштилат.

— Оу… — смутился парень. — Ну… Соболезную… Но лучше бы вам забыть об этом, если жизнь дорога. Огненную Ведьму не победить.

— Это мы еще посмотрим! — решительно заявил я, скрипнув зубами. — Как ее найти и где записаться на чертов турнир?

Глава 6

Буря все не прекращалась, сердито завывая за окном на разные голоса. То тише, то громче; то едва различим шепотом шелестящего песка, то безумным криком, полным мучительных страданий. А может быть то рыдал сам город, лишенный защиты Купола и вынужденный голой грудью принимать нападки беспощадных Диких Земель. Или это плакал маленький мальчик, в одночасье лишившийся любящей семьи, дома и всего того, что дарило ему счастье в чудесным образом обретенной новой жизни. Пусть никто не видел его слез, но менее горькими они от этого не становились…

Беспомощно трепыхался на ветру отрез плотной ткани, с трудом сдерживая ярость стихии; медленно росла на полу под окном кучка песка; отчаянно старалась сдерживать кашель сидевшая за занавеской женщина, не знавшая, что ее сын стал воришкой, чтобы прокормить семью.

И если еду в Ижмариле достать особого труда не составляло — благо монстров в округе хватало с избытком — то вода являлась настоящим сокровищем. Каким-то образом ее добывали, но пить вдоволь могли себе позволить только не стесненные в средствах жители. Остальные же преимущественно довольствовались корнями Пустоцвета — растения, накапливавшего в себе драгоценную влагу. Пусть мутную и чуть горьковатую, но способную утолить жажду и сохранить жизнь.

Впрочем, все это мне еще по дороге поведала Еленга. Как и некоторые другие полезные вещи. А вот Сим поделился сведеньями иного толка.

Где жила Огненная Ведьма он не знал (как не знал, по его мнению, и никто другой), но зато сообщил, что время от времени она заглядывает в гильдии авантюристов для выполнения заданий. Да, именно в «гильдии» — во множественном числе. Их в городе имелось целых две. Для людей и для нелюдей.

Вторая значительно богаче и респектабельнее, а представителей человеческой расы оттуда гнали ссаными тряпками, считая существами низшего сорта. В первую же большая часть нелюдей не заглядывали сами, чтобы не ронять чувство собственного достоинства.

Хотя подобное разделение сохранялось лишь в головах самих авантюристов, а работники были обязаны безропотно обслуживать любого, желающего взять миссию или получить за нее награду.

Не преминул я и поинтересоваться на счет подземного храма забытого бога. Мальчишка рассказал, что в городе хватает зарытых построек, сохранившихся предположительно еще от Древних. Но их расположение держится в тайне. А если кто-то что-то и узнавал, то не спешил делиться информацией. Про храм же он вообще ничего не слышал.

Как и про Фила, которого мы с Леушем описали на два голоса. Шустрый порекомендовал обратиться с этим вопросом в гильдию авантюристов, но это я бы и без него как-нибудь сообразил.

В какой-то момент желудок парня предательски заурчал, и Леуштилат — добрая душа — предложил пообедать. Хотя по времени было еще рановато. Из собственного кольца он достал вяленное мясо, копченый сыр, сухари и другие продукты длительного хранения, запасенные еще в Триомаже. Сим чуть слюнями не захлебнулся, но сидел, не шевелясь, пока мой друг не предложил ему присоединиться. И даже после этого воришка сперва спросил разрешения взять немного для матери с братом.

Воин-жрец благородно позволил. Правда я подозревал, что именно ради этого он все и затеял.

— Что думаешь? — спросил Леуш, когда мальчик вышел за пределы барьера. Его создавала латунная маска Пантелеймона, брошенная мной на стол еще в начале беседы.

— Что долго турнир не продлится. — ответил я, лениво хрустя сухариком. — Меньше народу — больше кислороду. Быстрее двинемся в Свет Зарницы.

— Да я не о том. — добродушно отмахнулся здоровяк. — О парне что думаешь?

— Думаю, что рано или поздно его схватят настоящие стражники. И накажут по всей строгости закона. Нет в нем черты настоящего преступника. Не всем дано. Ну или пока нет.

— Не хочешь ему помочь?

Я вспомнил, как в прошлой жизни оказался в схожей ситуации. Пойманный за руку. Униженный. Избитый. Повезло еще, что без полиции обошлось. И без вмешательства «серьезных людей».

— И что ты предлагаешь? — изогнул я одну бровь. — По-твоему, если выкупить долг, этот, как его, Ерихон возьмет и отстанет?

— Думаешь, нет? — слегка поджал губы Леуштилат.

— Уверен.

— Ну… Я мог бы с ним поговорить. Наверняка все можно решить миром.

Я не выдержал и от души расхохотался. Сильно. Сиди я на стуле — может вообще на пол бы свалился и дрыгал ножками, как отравленный дихлофосом таракан. Нет, ну кому еще кроме Леуша может прийти в голову такая сказочная чушь?

— Попробуй. — выдал я, отсмеявшись. — Потом расскажешь.

— Обязательно попробую! — решил воин-жрец.

В этот момент вернулся Сим. Скользнув взглядом по моему раскрасневшемуся лицу, он выложил на стол три похожих на хрен корня.

— Вот. — сказал он, усаживаясь. — Чтобы все было честно. — после чего взял самый маленький корешок и принялся его грызть, жадно слизывая каждую выступившую на поверхности каплю.

Леуштилат, кивнув, присоединился. Я же решил, что меня пока не настолько мучает жажда. Да и в одной из фляг еще кое-что плескалось.

Постепенно буря затихала, и мы с Леушем, задав еще несколько интересовавших нас вопросов, подумывали уже отчалить, как мальчик, будто вспомнив о чем-то важном, предупредил нас не соваться в восточную часть города. Я решил, что ее оккупировали эльфы, и даже думал заглянуть туда сразу после регистрации на турнир для поиска Инделлан, но дело оказалось совсем в другом.

Выяснилось, что пару недель назад в том районе открылась Трещина. Вовремя обнаружить ее не удалось, и наружу полезли монстры. Да не простые, а как будто даже разумные. Огры. Представители одной из диких рас, вроде тех же гноллов или кобольдов. Только высокие, широкие и мощные. Крупнее даже самых больших и мускулистых орков.

Предпринимались уже две попытки затолкать их обратно и закрыть Трещину, но обе закончились провалом. Первая группа не рассчитала силы и даже внутрь не зашла, а вторую поверг в бегство верховный огр. Мало того, что тот превосходил по силам возглавлявшего экспедицию Объединившего, так он еще и владел весьма необычным каменным молотом, которым умело орудовал.

Так что в итоге пришлось эвакуировать несколько зданий вдоль стены, оцепить местность и вести круглосуточное наблюдение. Ситуация осложнялась еще и тем, что в потерянную область попали восточные ворота Ижмарила. Что позволяло тварям охотиться за пределами города. Правда оставалась надежда, что всех прикончит какой-нибудь мощный пустынный монстр, но та пока не спешила воплощаться в реальность.

— Что же с ними лорды не разберутся? — хмыкнул я, выглядывая в окно. Буря наконец улеглась, и теперь по улице шастали люди, собиравшие нанесенный ветром песок. — Они ведь Разделившие. Да и Объединивших у вас тут вроде как хватает.

— Лорды вечно заняты. — пожал плечами Сим. — Не знаю чем. Да и враждуют они, я слышал. А Объединившие ждут повышения награды. Без нее не хотят рисковать. Эх, вот бы мне когда-нибудь стать таким же сильным… — он мечтательно закатил глаза, став похожим на ребенка. Коим, впрочем, и являлся.

— Удивительное место. — покачал головой Леуштилат. — Давно бы уже все вместе объединились и решили проблему.

— Да нет, все как раз логично. — не согласился я. — Здесь сильные диктуют свои правила. А жить остаются далеко не самые благородные из сильных. Возможно их даже выперли из других городов. Короче говоря, я не удивлен.

— Ладно. — Леуш тоже поднялся на ноги. — Разберемся. Может быть мы с тобой в итоге Трещину закроем, а дружище? — хохотнул он.

— Я здесь за другим.

— Да помню я, помню. Турнир, все дела. — здоровяк стряхнул песок с колен. — Пошли регистрироваться? Или сперва сходим поболтать с Ерихоном? Или в гильдию заглянем? Я так понял, она по пути.

— Что? — не понял Сим. — Зачем с Ерихоном? — его глаза медленно полезли на лоб. — Нет-нет-нет! Не надо к нему ходить! У него целая банда! Они… Они…

Я нахмурился, прикидывая варианты. С одной стороны, парень сам виноват, и это жизненный урок, который он должен прожить, чтобы в итоге стать нормальным человеком. Как и я когда-то. С другой стороны, синяками он здесь может и не отделаться. Да и возможностей заработать и выбиться в люди в Ижмариле у него даже меньше, чем у меня в прошлой жизни.

К тому же Леуштилат явно закусил удила, а значит так просто его не переубедить.

Думаю, мои сомнения он тоже прочитал у меня на лице.

Так что в итоге мы переглянулись, улыбнулись и хором произнесли:

— Монетка!

— Мужик или кошак. — добавил Леуш, не прекращая сиять белоснежным «забором» промеж губ. И когда только чистить успевает? — Кошак мой.

Взмыл в воздух старый потертый медный гульден и, описав дугу, устремился к мальчишке. Я хотел, чтобы Сим таким образом сам определил свою судьбу. Вот только парень подобного явно не ожидал, а потому нелепо задел медяк сперва одной рукой, потом другой, а в итоге тот угодил в кулек с сухарями, где и исчез из вида.

— Переброс? — робко поинтересовался воришка.

— Ни к чему. — усмехнулся воин-жрец. — Схема уже отработанная. Найду тебя в гильдии, если что? — обратился он ко мне.

— А я тебя в храме? — ответил я, вернув усмешку.

— Все верно. Только погоди минутку. — он повернулся к Шустрому. — Какое у тебя наследственное умение?

— Не знаю. — потупил взгляд мальчик. — У нас не хватало денег для личной Церемонии Пробуждения. А на чужой мне не повезло.

— Ну тогда я сейчас проведу для тебя твою собственную! — торжественно объявил Леуштилат.

— Ему же уже лет десять! — осадил его я.

— Десять с половиной. — поправил меня Сим.

— Тем более.

— Ну так и я не простой священник, а целый епископ, между прочим! — вздернул нос Леуш. — И вообще мы с Сатвелеоном, считай, друзья. Только тс-с-с! — он демонстративно приложил палец к губам. — Сейчас. Это не долго.

Под моим удивленным взглядом и распахнутыми до состояния блюдец глазами Сима, Леуштилат достал из кольца осколок Этерниевой руды размером с ноготь, сложил ладони лодочкой и затянул молитву своему богу.

Я, конечно, не мнил себя экспертом в этой области, но даже мне показалось, что он сильно сократил ритуал и соблюл меньше половины необходимых формулировок и пассажей. Старый жрец Дальнего Крутолуга его за такие дала точно бы предал анафеме и лично забил палкой прямо на площади перед храмом. Если бы сил хватило.

Но, тем не менее, у Леуша все получилось. Кристалл медленно воспарил, а затем рассыпался на рой фиолетовых искр. Бо́льшая часть из них пролилась на завороженного мальчишку ослепительным сиянием золотого света, а остатки впитались в самого епископа.

— Садовник! — радостно провозгласил Леуштилат. — Умение садовника! Поздравляю!

Восторженная улыбка на лице Сима медленно погасла, как утонувшие в море закатное солнце. В любом другом городе комплексный навык подобного рода позволил бы ему поступить на службу к лорду. А через некоторое время, если повезет, то и перебраться куда получше. Может даже в столицу. Однако, в Ижмариле сложно придумать более бесполезную способность. «Пердеж губами» и то лучше был бы. Хоть народ в таверне веселить можно. Что он вырастит в этом царстве раскаленного песка и бесконечного пекла?

Однако, меня умение подобного рода заставило задуматься. По крайней мере зарубку в памяти я сделал.

— Спасибо. — сдержанно поблагодарил парень. — Отец рассказывал, бабка пыталась Пустоцвет разводить. Не вышло правда… Может и я займусь когда-нибудь.

— Не расстраивайся, дружок. — потрепал его по волосам Леуш. — Каждое умение способно приносить пользу. Вот увидишь — все сложится как нельзя лучше. Сатвелеон благоволит тебе. — воин-жрец поднял к небу ладони лодочкой. — Кстати, своди матушку с братом туда, где Караваны торгуют. Найди Ждана. Он поможет.

— У нас нет денег на… лекаря. — с болью в голосе ответил мальчишка, понурив голову.

— Скажешь, что от меня. — со вздохом добавил я. Раз уж друг взялся творить добрые дела, то можно ему и помочь. Немножко.

— И их вылечат? — в глазах Сима засиял робкий лучик надежды.

— Вот и проверишь! — подмигнул ему здоровяк.

Оставив Шустрого переваривать свалившуюся информацию, мы вышли на улицу, где, крепко пожав друг другу руки, разошлись в разные стороны. Я направился по своим делам, а Леуштилат пошел вести просветительские беседы с представителями местного преступного мира.

За друга я не боялся. Ерихон, кем бы тот ни был, точно не достиг ступени Слияния. Иначе бы зачем ему вербовать в банду мальчишек? От остального Леуш сможет как минимум сбежать и позвать на помощь. Если гордость позволит.

Да и в целом за время нашего последнего путешествия он заметно поднаторел в воинском искусстве. В основном благодаря Аскару. На каждом привале я призывал из Тени умертвие, и эти двое устраивали спарринг, развлекая караванщиков схваткой на мечах. И если поначалу нежить неизменно брала верх, то постепенно воин-жрец поднабрался от него приемчиков и стал нет-нет да давать сдачи.

Все-таки мертвец не может учиться на своих ошибках и продолжать совершенствоваться. Разве что я изобрету какой-то совершенно новый тип прислужников.

Хм…

А ведь мысль интересная!

После окончания бури на узких улочках Ижмарила стало довольно людно. Жители во всю сгребали песок, собирали его в мешки и оттаскивали за пределы города. С учетом того, что местами намело аж по колено и выше, процесс обещал затянуться.

Подавляющее большинство защищалось от солнца с помощью плащей или одежд кочевников. Многие носили маски.

Чуть подумав, прикупил одну и я, отав за нее почти два серебряных гульдена. Почему так дорого? Да потому, что несмотря на свой непрезентабельный внешний с двумя узкими прорезями для глаз, она обладала способностью искажать голос владельца. Не слишком сильно, но достаточно, чтобы по нему определили разве что пол. Конечно, позволить себе подобную роскошь могли далеко не все. Да и не всем это нужно.

Регистрация на Битву Сильнейших проходила где-то возле Цитадели, а поскольку путь туда пролегал мимо гильдии авантюристов, я решил заглянуть и в нее.

Если бы не описание Сима, никогда бы не догадался, что это невзрачное двухэтажное здание, полностью лишенное окон, занимала столь могущественная организация. Даже табличку какую повесить не удосужились. И охраны у входа я тоже не наблюдал. Впрочем, отправить кого-то стоять весь день солнцепеке можно разве что исключительно в виде наказания.

Шагнув в компании Элельведа и Жутня через порог, я с удивлением почувствовал на коже приятный прохладный ветерок. Будто внутри работал кондиционер. Однако, большая часть посетителей по-прежнему не снимала ни масок, ни закрытых одежд.

Деление на зоны рангового соответствия, здесь бросалось в глаза еще сильнее, чем в Триомаже или Заманске. Какие-то области ограничивали ряды колонн, в то время как другие вообще находились в отдельных помещениях, куда вели двери или лестницы.

Невольно привлекало внимание наличие деревянной мебели, что в условиях окружающей пустыни говорило о статусе заведения. Столы и скамейки выглядели потертыми, но за ними явно бережно ухаживали. Я ни секунды не сомневался, что в случае возникновения конфликта драчуны в первую очередь станут заботиться о сохранности интерьера, а уже затем о собственном здоровье. В противном случае расплатиться за повреждения им всей жизни не хватит. Вылечить сломанную конечность куда дешевле.

На мое появление никто не обратил внимания, однако я снова почувствовал, как меня коснулось облачко Межмировой Энергии. На этот раз я был готов и развеял его куда быстрее. Вот только источник любопытства к своей персоне обнаружить не сумел.

Люди вокруг занимались своими делами. Ели, общались, заключали сделки, обсуждали доступные задания и перемывали косточки общим знакомым. Разве что выпивки на столах я не заметил. Но оно и понятно. Когда вода на вес золота, алкоголь становится непозволительной роскошью.

Караванщики должны делать на этом немалые деньги. Если бы не опасность расположения Ижмарила, Дикие Земли вокруг него давно бы уже до земли стоптали. А может и дороги проложить бы умудрились.

Я хотел пойти глянуть поближе доступные задания, но тут мое внимание привлекла грозно брошенная фраза:

— Смотри куда прешь, дукрат кадан!

И пусть адресовалась она не мне, но проигнорировать ее я не смог. Физически.

Глава 7

И без того довольно мрачная атмосфера мгновенно сгустилась до состояния передержанного клейстера. Холодного, тягучего, липкого. Казалось, что сам воздух застыл, а любая попытка дернуться заставит почувствовать себя угодившей в смолу мухой. Главное успеть выбраться, пока не превратился в янтарь.

— Дукратами будешь своих бородатых подстилок называть, коротышка. — огрызнулся, судя по голосу, мужчина. В плаще и маске. Как и подавляющее большинство присутствующих. — Вали давай, пока цел.

— Слышь, ты как меня назвал, никчемный чел? — возмутилась коренастая фигура в плаще, не доходившая мне ростом даже до груди. — Забыл свое месте, третьесортный? Так я живо напомню!

— Себе напомни! — вступился за товарища еще один авантюрист. — Что потерял сраный дварф в нашей гильдии? В свою вали, нелюдь!

— Где хочу там и хожу! — огрызнулся бородач, сопроводив высказывание крайне грубым жестом. — Скажите спасибо, что мы вас вообще в городе терпим. Хотя давно пора половину перебить, а остальных рабами сделать. Как вам и положено от природы!

Он задрал маску и смачно плюнул под ноги своему собеседнику.

Повисла напряженная тишина. К дварфу подтянулись еще один недорослик и пара фигур повыше. Их лиц я не видел, но не сомневался, что смотрят они крайне надменно. Хоть и оказались в меньшинстве, окруженные враждебно настроенными людьми. Я думал, что вот-вот полыхнет, однако ничего не происходило, и грубиян, презрительно фыркнув, направился к выходу.

Наверное, он так бы и ушел, если бы не уперся в меня.

— С дороги, чел, прокляни тебя Кхазулдан! — бросил бородач, попытавшись меня оттолкнуть. Вот только он не смог даже сдвинуть меня с места, а в следующий миг хрипло забулькал горлом, когда его шею пронзили длинные костяные пальцы гуля.

Его спутник, едва успев среагировать, потянулся к оружию, но упал под натиском лично доработанного мной Элельведа, а последних двоих я прикончил Укусами мертвеца. Как и ожидалось, они оказались клиотами. Все четверо не достигли даже ступени Осознания. И эти шавки еще посмели что-то тявкать. Не иначе как чьи-то шестерки.

— Ты что творишь⁈ — послышался с другого конца зала возмущенный голос.

— Делаю то, что должны были сделать остальные и без меня. — невозмутимо ответил я, закукливая в светляков две пары вылетевших из тел душ. Трупы забирать не стал. Такие слабаки меня уже не интересовали. — Если нелюди считают, что наше место в цепях, то их место в земле! Нельзя позволять им вести себя, как хочется, на нашей планете.

Народ расступился, и вперед вышел мужчина чуть ниже меня ростом. В отличие от остальных, он носил просторные льняные штаны, короткий расстегнутый кафтан поверх белой рубашки и коричневую ковбойскую шляпу с загнутыми по краям полями. Его молодость давно уже миновала, однако старость не спешила брать свое, отступив под натиском упорных тренировок и здорового образа жизни. На руках и лице хватало шрамов от клыков, когтей и оружия, но взгляд оставался твердым и острым, словно булатная сталь.

Я едва не пошатнулся под натиском направленного на меня взгляда и скрытой в нем силы, но собрал всю волю в кулак, не дрогнул и устоял.

Я верил, что сделал все правильно. Люди не должны терпеть унижение от чертовых захватчиков. И если кто-то не может за себя постоять, то это сделаю за него я!

— Никому не двигаться с места. — сквозь зубы процедил ковбой, придавив всех вокруг своей аурой Объединившего. Судя по всему, на этой ступени он пребывал не первый день. И не первый год. А то и не первое десятилетие.

— Шеф, какой-то тип вышмыгнул незадолго до… инцидента. — поведал от двери молодой голос.

— Срань сраных демонов! — ругнулся мужчина, скривившись, будто на его шляпу нагадила летающая корова. Причем уже второй раз за день. — Ты понимаешь, маг, что если кто явится по твою голову, то я обязан буду тебя выдать? — обратился он ко мне. — Ты кто вообще такой и откуда взялся?

— А я о защите и не просил. — спокойно парировал я, не меняя позы. — Свои проблемы я решаю сам. Уже довольно давно. Как видишь, пока цел. И не хочешь ли сперва сам сказать, кто ты такой?

По залу прокатился волна возмущенных и удивленных шепотков. Словно я посреди ночи глянул на небо и попросил представиться луну, а звезды мне в ответ: «У-у-у, откуда вылез этот невежда? Сотрем его в порошок, чтобы остальным неповадно было. Пусть летает по космосу в виде сушеных козявок». Это, конечно, если бы звездам вообще было дело до спутника далекой голубой планеты. Хотя вряд ли она все еще голубая. Скорее желто-коричневая.

Что-то меня занесло…

— Он, наверное, с Караваном приехал. — предположил какой-то худощавый тип в серой полумаске. — Я слышал, один как раз прибыл перед бурей.

— Его зомби дварфа, как старую тряпку порвал. — с завистью сообщила женщина, стоявшая в компании двух оживших мертвецов. Каждый из них уступал Элельведу по всем параметрам. Не говоря уже про Жутня или тем более умертвий. — А другой так вообще с одного удара прикончил. Тот даже пискнуть не успел. И это Освоивший-то!

— Поэтому что это гуль, дура. — осадил ее некто с ирокезом из кинжалов на голове. — Такой твоих зомби в миг положит, а потом за тебя примется. Никакой магией не отмахаешься.

— Сам дурак! Я вообще не с тобой разговариваю, а шефу докладываю. И что-то ты не торопился нелюдю по морде съездить, когда он тебя с дерьмом мешал. А этот, вон, не побоялся за всех постоять.

— Ну и сдохнет ни за хрен собачий.

Снова послышалась волна шепотков. Но на этот раз уже восхищенно-одобрительных. С легкой примесью сочувствия.

Они меня тут уже хоронить что ли вздумали? Не дождутся! Мне еще турнир выигрывать.

— Я глава этой гильдии. Львиный Рык. — представился ковбой, одним лишь жестом заставив всех вокруг затихнуть. После чего вперил в меня тяжелый немигающий взгляд. — Кто ты?

Вместо ответа я достал из кольца письмо Королевы Кровавой Казни. Похоже оно адресовалось именно ему. При этом я чуть не выронил второй конверт, про который умудрился совсем забыть. Ведь Дама Трех Ка черканула что-то и лично мне. Нужно бы прочесть на досуге.

Львиный Рык быстро пробежался по тексту, в процессе пару раз бросив на меня оценивающий взгляд, а затем провозгласил:

— Этот человек решил вопрос с исчезновения Караванов. Сообщение с Триомажем снова открыто!

— Ну наконец-то!

— Давно пора.

— А что там было-то?

— Он сам потом расскажет, если захочет. — прервал балаган ковбой. — И если выживет. — добавил он чуть тише. — Избавьтесь пока от трупов. А я пообщаюсь с нашим гостем.

— Добыча с них моя. — напомнил я.

— Половина. — поправил меня глава. — За хлопоты.

— Три четверти. — немного уступил я. — Мое последнее слово.

— Ладно. — махнул рукой Львиный Рык. — Займитесь кто-нибудь. И никому не выходить пока я не разрешу! Кто выйдет, может больше не возвращаться!

Ближайшие авантюристы, недовольно ропща, потянулись к мертвым нелюдям, а я последовал за главой по направлению к лестнице. Только вела та, вопреки ожиданиям, не вверх, а вниз. А потом еще ниже. И еще. Пока каменная кладка внезапно не сменилась кирпичной, а на потолке не потянулась вереница плафонов. Иногда битых, иногда целых. Из некоторых даже торчали лампочки, которых я не видел с прошлой жизни. Я даже невольно поискал взглядом переключатель, но ничего не нашел.

— Наследие Древних. — не оборачиваясь, бросил ковбой, будто ни секунды не сомневался, что я усиленно верчу головой. — Первый раз видишь?

— Типа того. — неопределенно выдал я.

— Спасибо, что подсветил, кстати. — поблагодарил он, имея в виду своевременно призванную мной четверку светляков. Свежесозданных. — Масло у нас здесь крайне дорогое. Как и вода. И хлеб. Все дорогое, кроме жизни. Особенно людской. Заходи.

Львиный Рык проводил меня в помещение, являвшееся прежде, как мне показалось, складом скотобойни. По крайней мере именно такие мысли навивали свисавшие с потолка массивные заржавленные крюки и подозрительного вида въевшиеся в пол бурые пятна.

Ну или глава гильдии любил сочетать работу с весьма своеобразными развлечениями, потому что небольшой деревянный стол, сплошь заваленный какими-то бумагами, тоже имелся.

— Специфический антураж, правда? — спросил мужчина, когда мы уселись напротив, заняв изготовленные из костей монстров стулья. — Настраивает на особый лад. Как думаешь?

— На «вы» переходить уже не будем? — поинтересовался в свою очередь я.

— Да уж после перепалки в холле смысла как будто бы и нет. — усмехнулся ковбой, закинув ногу на ногу. — Эффектно ты о себе заявил, спору нет. Зуб на нелюдей?

— Не то слово. Зубище, я бы сказал. У вас тут, кстати, на доске объявление от них висит. Ты в курсе?

Я не много времени успел провести в холле, но знакомое задание на сердце и Ядро заметить успел. Прям в глаза бросалось.

— В курсе, в курсе. — недовольно вздохнул Львиный рык, поджав губы и потирая пальцами лоб. — Ты-то откуда знаешь?

Чуть подумав, я коротенько, без лишних подробностей, поведал собеседнику о случае с Гожаром, пересказал события в Заманске и Триомаже, а также продемонстрировал перевод письма цедрика, сопроводив его выпытанной в подвале Влатислава информацией. История произвела на мужчину сильное впечатление.

— Да ты, я смотрю, нелюдям натурально войну объявил. — откинувшись на спинку стула, проговорил он. — Я бы даже подумал, что ты из Ночных Робингудов. А ты не из них случаем?

— Это еще кто?

— Значит не из них… А жаль. — качнул головой Львиный Рык. — Были тут одни. Почти полгода нелюдей по ночам кошмарили. Ловили в разных частях города и убивали с особой жестокостью. Мечи, ножи, топоры, копья — чем только не орудовали. А трупы так на улице и бросали, почти ничего не взяв.

— Классные ребята. Я бы присоединился. — хмыкнул я. — Что с ними стало?

— А Магбар знает! На них облавы устраивали, награду объявляли, на живца ловили — все ни по чем. Но уже месяца с четыре, как тишина. Думаю, поймали все-таки.

— Если бы поймали, устроили бы показательную казнь. — не поверил я.

— Может убили в процессе. Тогда и казнить некого.

— Может и так. — согласился я.

Значит не мне одному осточертело засилье ублюдков. Есть еще люди, уставшие терпеть над собой пяту захватчиков. Если бы не турнир и не спешка попасть в столицу, возродил бы Ночных Робингудов и со временем избавил Ижмарил от ушастой, зеленокожей и прочей нечисти! Хотя, с моими прислужниками, мне, по сути, больше никто и не нужен. Сам бы за дело взялся. А может и возьмусь…

— Но в любом случае исчезли они вовремя. — помолчав, выдал глава гильдии.

— Это еще почему? — насторожился я.

— Потому что уже стали появляться ответные банды. — объяснил ковбой. — Людей прямо в домах убивали. Иногда целыми семьями. И каждый раз с требованием выдать Ночных. Еще бы немного и равновесие в городе рухнуло. И тогда…

— Война. — догадался я.

— Именно.

— Может оно и к лучшему? Возможно надо собраться всем вместе, да и вырезать тварей под корень? Раз и навсегда!

— Вырезалки не хватит. — мрачно выдал Львиный Рык, надвинув на лоб шляпу. — Да, нас больше, но здесь хватает эльфов с эволюцией. Они сильнее любого на своей ступени. К тому же как минимум один из лордов тоже нелюдь. Как предлагаешь воевать с Разделившим?

Я раздраженно цыкнул и снял маску, положив ее на стол поверх бумаг. Местному главе явно можно доверять. Он всей душой радел за людскую расу, но не видел способа изменить ситуацию в нашу пользу. А потому просто делал свою работу, стремясь защитить тех, до кого дотягивались его покрытые шрамами руки. Такие люди тоже нужны. Ведь именно на них, как как на столпах, держится общество.

Увидев мое лицо, мужчина не стал делать комментариев на счет возраста. Ну или его уже упомянула в письме Дама Трех Ка. Он лишь кивнул самому себе, делая какие-то личные выводы, и вернулся к обсуждению прежней темы:

— Теперь хотя бы понятно, почему последнее время Химеры распоясались. Почуяли «величие расы». — воин хмыкнул. — Лидер ясно сказал им не высовываться, но, видимо, не все понимают, что это значит.

Я вспомнил драку на улице. Значит она все-таки не была частью представления банды Ерихона. В какой-то степени это даже радует.

— Так цедрик все-таки в городе? — уточнил я.

— В душе не ведаю. — пожал плечами Львиный Рык. — Тут под землей такие катакомбы, что все население спрятать можно. Говорят, пару веков назад так и делали, когда Ижмарил остался без Купола. Но вряд ли кто-то знает расположение всех построек Древних. Разве что лорды. Да и то не факт.

— То есть храм забытого бога так просто не найти?

Глава гильдии движением бровей дал понять, что затея бесперспективная и лучше заняться чем-то другим.

— Тогда может стоит собрать людей, притвориться, что мы добыли Ядро с сердцем, и проникнуть вслед за клиотами в их логово? — предложил я, используя прошлый опыт. — Или проследить, куда они все это понесут. Глупо сидеть на гнезде с шершнями и не пытаться от не него избавиться. Я готов лично…

— Очень хорошо, что ты готов, — перебил меня Львиный Рык, — но есть загвоздка. Тайно такую масштабную операцию не провести. А значит ее придется согласовывать с нелюдями. Тебя это устроит? Вижу, что нет. — он выдержал небольшую паузу. — Я подумаю над тем, что можно сделать, но пока тебя должно беспокоить другое. Если тот, кто сбежал из гильдии, отправился докладывать о смерти дварфов, то очень скоро у меня под стенами, как бархан на ветру, вырастет целая делегация бородатых карликов. И мне будет очень трудно им тебя не выдать.

— Значит выдашь. — невозмутимо ответил я. — Как я уже сказал, свои проблемы я в состоянии решить самостоятельно. Мне не нужны лишние жертвы ради моей безопасности.

Умудренный опытом воин посмотрел на меня с нескрываемым уважением. В его глазах я только что явно получил несколько пунктов личного рейтинга. И у такого человека они стоили весьма и весьма недешево.

— Сейчас меня куда больше интересуют Битва Сильнейших, Огненная Ведьма и человек по имени Фил. — продолжил я. — Если нужно, за стоящую информацию я готов заплатить.

С деньгами герцога проблемой это точно не станет.

— Со смертников денег не беру. — хохотнул глава гильдии, сопроводив фразу великодушным взмахом руки. — Да и с золотых авантюристов тоже. Все-таки серьезное достижение. Так что слушай, маг Леон.

Оказалось, что Фил в Ижмариле действительно побывал. Появился с год назад и к тому моменту уже достиг ступени Слияния. Вроде как только-только. Ни с кем не дружил, ни с кем не общался. Выполнял задания, дежурил на стене, в конфликты не встревал. Что-то осторожно вынюхивал. Однако, что именно — неизвестно.

Замкнутый нелюдимый субъект, но таких тут полгорода. А с учетом масок и закрытых однотипных одежд вообще не всегда понятно, кто перед тобой стоит, если вы заранее не договорились об опознавательных знаках.

Никто за Филом особо не следил, но несколько месяцев назад он перестал брать задания. Вопрос «что это значит?» задавать бессмысленно. Может уехал, может решил отдохнуть, прожирая накопления, может вплотную засел за тренировки с экспериментами, а может даже загремел в плен. Не исключено, что вообще погиб в Диких Землях. Здесь любой волен уходить и приходить, когда вздумается, без необходимости искать способ проникнуть за Купол.

Но и цена за такую свободу весьма высока.

Невольно вспомнишь дилемму о золотой клетке…

Глава 8

Про турнир мне Львиный Рык ничего особо нового не поведал. Разве что кроме того, что призы в этот раз действительно царские. Сразу четыре сильнейших семьи города раскошелились и сформировали поистине выдающийся фонд. Впрочем, их отпрыски тоже участвуют, так что, возможно, ценные ресурсы лишь перейдут из рук в руки таким вот необычным способом.

Я не знал, что за победу полагаются, еще и призы, так как ставил перед собой совершенно иные цели, но возможность получить за победу какой-то бонус не могла не радовать. Проигрывать же я не собирался вовсе.

Что меня действительно удивило, так это отсутствие какой-то внятной информации об Огненной Ведьме. Ведь Сим говорил, что ее не раз видели в гильдии. Причем в обеих. Соврал?

Не соврал. Действительно захаживает. Как минимум в людскую. Вот только заданий не берет и не выполняет. А значит меткой не светила. Если та у нее вообще есть. Как показалось другим авантюристам, она что-то разыскивает. Или кого-то.

Данная информация лишь еще больше подтверждала мою теорию о том, что это никто иная, как стерва Инделлан.

Лица ее, конечно, никто не видел, но Ведьма носит весьма специфичную металлическую маску, исписанную причудливыми узорами, и предпочитает светлые плащи с длинными рукавами, скрывающими кисти. Как-то один «умник» бахвалился в таверне, что сумел распаковать этот заветный приз, так ему мало того, что ни одна живая душа не поверила, так он и сам к утру пропал, словно его никогда и не было.

Что тоже добавило несколько новых штрихов в картину характера таинственной чародейки. И штрихов отнюдь не радужных.

— Что-то нас никто не ищет… — задумчиво произнес глава гильдии, закончив делиться сведеньями.

— А мы кого-то ждем? — изогнул одну бровь я.

— Поражаюсь твоему спокойствию. От нежити своей заразился что ли? — усмехнулся мужчина. — Вообще-то мы ждем делегацию, прибывшую за твоей головой.

— Ах это. — я небрежно отмахнулся. — Может тот беглец вовсе и не нелюдь был. Обычный парень вспомнил, что поставил мясо в углях запекаться. Еще до бури. Ну или жена у него рожает. Да мало ли.

— Если это так, то ты самый везучий сучий сын, которого я только знаю!

Везучий. Ага. Такой везучий, что родился без умения и девять лет жизни горбатился в шахте. И это не считая еще всякого по мелочи. Не удивлюсь, если на выходе из гильдии меня уже ждет целая рота ублюдских тварей, жаждущих разорвать меня на части.

Ну ничего, мы еще посмотрим кто будет смеяться последним.

— Ладно, последнее предложение. — с серьезным видом заявил Львиный Рык. Он даже подался вперед, будто нас кто-то мог подслушать. — Только потому, что Королева Кровавой Казни весьма лестно о тебе отзывалась. Здесь есть тайный ход в подвал соседнего здания. О нем кроме меня никто не знает. Я надеюсь. По крайней мере наткнулся я на него совершенно случайно. Могу показать. Но тут уж не обессудь — за плату. Четыре серебряных гульдена. Больших. Что скажешь?

— Все то же самое. Мне это не нужно. — спокойно ответил я, после чего выдержал весьма долгий и пристальный взгляд.

— Что ж. — глава гильдии поднялся на ноги и протянул мне руку, которую я крепко пожал. Хотя он явно сдерживал силу. — Поздравляю. Ты прошел мою личную проверку. Пусть ты и маг, вижу смелости тебе не занимать. Ну или безрассудства. Но кто скажет, где заканчивается одно и начинается другое? — воин коротко хохотнул. — Я рад, что еще есть люди вроде тебя. Может когда-нибудь мы и правда выкинем нелюдей из Ижмарила!

— Лучше со всей планеты. — поправил его я.

— Ну это ты уж хватанул, парень. — покачал головой воин. — Такое и богам не под силу.

— Посмотрим. — буркнул себе под нос я. — А проход и правда есть?

— Может и есть. — загадочно ухмыльнулся Львиный Рык.

Поднявшись обратно наверх, я обнаружил, что трупов и след простыл. Не осталось даже пятен крови. В воздухе же витал некий странный запах, похожий на жженые благовония. Ритуал какой проводили что ли?

— Ваша часть трофеев. — сотрудница лет двадцати с небольшим протянула мне кожаный мешочек. Ее фигуру скрывали намотанные слоями одеяния кочевников, но лицо оставалось открытым. Как и короткий ежик черных волос. Я все-таки предпочитаю, когда у девушек длинные прически. Хотя какая сейчас, к черту, разница? — Мы взяли на себя смелость самим оценить стоимость снаряжения. Или предпочитаете забрать часть вещей?

— Обойдусь. — отмахнулся я, убирая кошель в кольцо. Кучка меди с редкими вкраплениями серебра. Впрочем, для таких слабаков не удивительно. Сто процентов чьи-то прихвостни.

— Как обстановка, Мая? — спросил у сотрудницы Львиный Рык.

— В здании нет ни одного нелюдя, шеф. Мы всех проверили. — отчиталась девушка. — Но снаружи кто-то стоит. Не знаю сколько точно. Около десяти. Никто не выходил, как вы и приказывали.

— Хорошо. — кивнул глава, после чего посмотрел на меня.

Я не дрогнул. Я бы скорее удивился, если бы мне повезло, и я без проблем покинул здание. Жаль только, что Леуш утопал сеять доброе и светлое среди местной шоблы. С другой стороны, он бы мне и тех гадов грохнуть не дал.

Но все-таки с ним было бы спокойнее.

Ладно, и сам справлюсь. Я уже не тот сопливый новичок с парочкой крыс-переростков в качестве прислужников. У меня всевозможной нежити вагон целый. На любой вкус и цвет и для любых целей.

А скоро станет еще больше!

Неспешной походкой я прошел мимо стенда с заданиями. Уборка улиц, изготовление оружия, добыча различных ингредиентов, поиск пропавшего, предоставление защиты, заказ на покупку крупной партии алкоголя — на удивление практически как везде. Разве что с легкой ноткой местного колорита.

Конечно бросалось в глаза клиотское объявление, написанное самыми крупными буквами. Раз уж оказался в Ижмариле, я это так просто не оставлю. Вне зависимости от того поможет мне Львиный Рык или нет.

Но имелась и еще одна интересная заявка. О закрытии возникшей в пределах города Трещине. Награды за нее уже несколько раз перечеркивали, и на текущий момент авантюристам обещали восемьдесят серебряных гульденов, половину нового ранга, токин воина или мага на выбор, три дня в массиве своей ступени, а также все, что удастся добыть в процессе выполнения, без необходимости отчитываться каким-либо образом.

На мой взгляд весьма достойно. Не удивлюсь, если в скором времени на всех углах будут судачить о группе героев, выкинувших огров из города и вернувших на улицы спокойствие. Насколько это возможно посреди Диких Земель, естественно.

Когда я направился к выходу, разговоры притихли. Люди следили за мной с нескрываемым любопытством. От некоторых ощущалось сочувствие, от других злорадство. В принципе, стандартный спектр эмоций. Я для них никто, и помогать мне просто так ни один из них не обязан. Тем более я-то уеду, а им здесь еще жить.

Хотелось бы, конечно, чтобы мы все выступили единым фронтом против засилья чертовых нелюдей, но тогда Ижмарил полыхнет, как бочка с бензином, а по улицам потекут реки крови. Что неизбежно привлечет целую орду монстров, которые и поставят окончательную точку в конфликте. Так что действовать здесь, к сожалению, нужно по-другому, а не переть напролом, как мне бы того хотелось.

Провожаемый гнетущей тишиной, я в компании Элельведа и Жутня вышел наружу. Захлопнулась за спиной дверь. Приятная прохлада резко сменилась нещадным пеклом.

Меня уже ждали. На узкой улочке толпилось с десяток фигур в плащах и других одеждах закрытого типа. Обычных же прохожих как ветром сдуло. В местах вроде этого нужно уметь заранее избегать конфликтов. Иначе можно случайно не дожить до утра.

Нелюди. Без всяких сомнений. Орки и дварфы с легкостью угадывались по телосложению. В остальных же «карателях» я подозревал клиотов и эльфов. Вот только полной неожиданностью для меня стали янтарные медальоны в виде головы разъяренного дракона, свисавшие с шей парочки ублюдков. Одежды же их напоминали скорее рясы, вышитые ярко-красными узорами с изображением убийств и пыток.

Это что получается, они тут не из-за убитых мной засранцев?

Не успел я подумать эту мысль, как меня схватили две призрачные когтистые ладони размером в человеческий рост. Крепко сжав, они подняли меня в воздух, не давая шевелиться. Думается, если бы не пара эволюций, ребра такого обращения точно не выдержали бы, сдавшись под магическим натиском. Отпускать меня живым явно не планировали.

Одновременно с этим меня уже третий раз за день коснулось облачко Межмировой Энергии. Задержавшись на пару мгновений, оно вернулось к владельцу, исчезнув под рясой одного из обладателей амулета. Судя по виду, окра. Что и подтвердилось, когда тот обратился ко мне на своем языке:

— Нечестивый грешник! Думал, убийство нашего собрата сойдет тебе с рук? Сегодня Шахак вдоволь насытится твоими страданиями!

— Шахак? — переспросил я, нахмурившись. — Так вы устроили мне такую почетную встречу из-за дохлого урода с четырьмя руками?

— Не смей осквернять память Серистаса, тупой чел! — грозно рявкнул дварф с медальоном, тряся косматой бородой. И как ему только не жарко с такой-то «метлой»? Давно сбрил бы уже. — У него была важная миссия в южной части региона. Ты нарушил планы Повелителя Страданий и за это поплатишься! Мы возьмем тебя числом и силой, жалкий чел. Умр…

Не став дослушивать, я призвал четверку собственноручно улучшенных приведений, которые разорвали мешавшие двигаться магические лапы. Но не успели мои ноги коснуться земли, как меня плотным кольцом окружили личи, перед ними щитом встали гули, умертвии заняли авангард, а в воздух взмыл небольшой отряд призраков.

Я не мобилизовал и трети своей армии, но на улице резко стало очень тесно.

— Как? — пораженно выдохнул орк-жрец, ошалело вертя головой. — Ты же только Развивший… Твой предел — четыре зомби…

— Не верь всему, что видишь, мразь! — сквозь зубы прошипел я. Числом и силой взять они меня хотели. Ага. Как же. И за кем теперь перевес? — Пополни мои ряды!

Стремительным рывком Лагдуф вонзил свой палаш в грудь адепта демона, а Аскар резким взмахом меча обезглавил дварфа, укоротив ему заодно и бороду. Последующие же события случились настолько стремительно, что завершились еще до того, как трупы мертвых жрецов коснулись земли.

Воздух разом прочертило больше десятка заклинаний. Некоторые столкнулись в полете, вызвав фейерверки взрывов. Гули и призраки синхронно набросились на врагов. Нескольких уничтожила пара Развивших, пришедших чтобы наверняка меня одолеть.

На них тут же сосредоточились умертвии и личи.

Первый Развивший умело защитился от двух заклинаний, отразив их каким-то боевым навыком, но в суматохе не успел среагировать и пропустил удар Аскара. Другой наколдовал перед собой стену льда и попытался разорвать дистанцию, но Лагдуф, использовав оба своих умения, пробился сквозь преграду и настиг мага. Получив в спину Укус мертвеца, тот сбился с шага и пал, сраженный моим прислужником.

Собственно, вся схватка заняла от силы секунды две. Возможно три. Не больше. Резкая смена диспозиции застала нелюдей врасплох, а идеальная слаженность взаимодействия нежити, которой никогда не достичь живым, не оставила гнидам и шанса.

Я же вообще за это время успел сотворить только одну Призрачную стену и отправить в полет пару скалящихся фиолетовых черепов. Впрочем, большего от меня, как от Некроманта, и не требовалось.

Заарканив, сколько сумел, ускользающих душ, я спрятал в тела в Теневой могильник и подошел к последнему трупу, когда у меня за спиной резко распахнулась дверь. Не обращая на это внимания, а сорвал с мертвеца маску. Им оказался Химер. Молодой клиот чуть старше Сима. Освоивший. Слишком слабый даже для того, чтобы делать из него зомби.

Действуя уже испробованным ранее методом, я затолкал в урода его собственную душу, а затем вдохнул в разодранное когтями гулей тело некоторое подобие жизни.

Последователь Шахака открыл глаза и уставился на меня пустым безжизненным взглядом.

— Где ваш храм? — стальным тоном спросил я.

— У Властителя боли нет храма. — повинуясь моей воле ответил мертвец.

Я коротко выругался.

— Не храм. Кумирня. Капище. Да хоть санктуарий! Собираетесь вы где?

— Жертвенный алтарь скрыт под землей от глаз неверных.

— Точнее!

— Тайный проход в подвале дома возле «Танцующего Журавлика».

— Еще точнее!

— Четвертая панель слева от лестницы… Нажать на верхний край… Больна-а-а-а-а!!! — неожиданно завопил Мутант, и мне пришлось выпустить его душу.

Пусть та и не принадлежала Омишу, но удерживать ее в теле все равно оказалось крайне сложно. На этот допрос я потратил втрое больше Межмировой Энергии, чем на все предшествовавшее сражение вместе взятое.

— Что, во имя Магбара, здесь произошло⁈ — раздался у меня за спиной похожий на рев громогласный возглас. — Всех богов и демонов тебе в печень!

Меня чуть с места не сдуло. Хорошо, успел о стену опереться, да и сил в мышцах все-таки хватало. Понятно теперь, почему главу людской гильдии авантюристов прозвали Львиный Рык.

Именно его я и увидел, обернувшись.

Облаченный в темно-коричневый плащ и все ту же ковбойскую шляпу воин стоял, держа в руке массивный боевой топор, отдаленно напоминающий раскрытую пасть рычащего монстра. С другой же стороны от него прямо в воздухе висел остро заточенный кусок металла, повторявший каждое микродвижение грозного оружия.

И когда только приодеться успел?

Я едва открыл рот, чтобы ответить, как из здания высыпала целая толпа приключенцев, сверкавших сталью и готовыми сорваться с цепи боевыми умениями. Явилась и женщина с зомби, и обладатель ирокеза из кинжалов, а возле ноги одного мужика вообще скалилась, роняя слюни, зубастая жаба размером с бульдога.

Из-за масок я не видел выражений их лиц, но и дураку понятно, что они ожидали увидеть либо мой труп, либо процесс моего пленения. А вовсе не покрытые копотью и кровавыми брызгами стены, да невозмутимого меня в компании одного единственного мертвеца.

Неужели все-таки спасать бросились? Еще одна проверка от Львиного Рыка?

— Можете не волноваться. — любезно улыбнулся я и только потом вспомнил, что на мне тоже надета маска. — Со мной все в порядке. Кстати, тот беглец был из культа Шахака, а вовсе не спешил докладывать сраным нелюдям о нашем маленьком происшествии. У меня с ними старые счеты. — я бросил один янтарный медальон главе гильдии. — Но если кто-то наведается в подвал возле «Танцующего Журавлика», грустить не стану. По крайне мере Развивших у них точно поуменьшилось.

— Он что в одиночку всех перебил? — послышался из толпы робкий шепот.

— За две секунды? Бред!

— Мая говорила, их десяток был.

— С Развившими.

— А тела куда дел?

— Съел, наверное…

Львиный Рык поднял руку, и народ замолчал.

— Пройтись по ближайшим домам. — приказал он тоном, не терпящим возражений. — Сомневаюсь, что кто-то что-то видел, но если да — убедить в остром приступе амнезии.

— Амне…чего? — спросил хозяин жабы.

— Чтоб забыли все, дубина! Слушай. — шикнул на невежду сосед.

— А-а-а, понятно.

— Самим лишнего не болтать. — как ни в чем не бывало продолжал воин. — На провокации не реагировать. Куда делась та четверка мы знать не знаем.

— Да как обычно, шеф.

— Ага, не в первой.

— И куда десятка делась тоже не знаем.

— Так мы и правда не знаем.

— Он знает. — последовал кивок в мою сторону.

— Ну так иди и спроси.

— Ну уж дудки! Вдруг и меня сожрет!

М-да, интересная слава обо мне пойдет, чувствую. Хорошо хоть лица́не видели.

— Заодно приберитесь здесь тоже, ребят. — небрежно попросил я, указав на залитую кровью улицу. — А то спешу. Мне еще на Битву Сильнейших записываться. — добил их я.

Ответом мне стал лишь дробный перестук попадавших на землю челюстей.

Глава 9

Бросая на меня настороженные взгляды, люди расползлись выполнять задание Львиного Рыка, а сам он подошел ко мне и протянул похожую на напульсник повязку.

— Надень поверх гильдейской метки. — посоветовал глава. — Защитит от умений сканирования.

«Своевременно». — с сарказмом подумал я. — « Мне бы такую при въезде в город».

Хотя… Если, так прикинуть, то все сложилось как нельзя кстати. Начиная с расставания с Леушем и заканчивая стычкой на улице. Да, риск присутствовал, но в итоге я заработал авторитет в глазах местных и получил несколько довольно ценных трупов. А нелюди так и не в курсе об исчезновении группы своих. Тут вам не под Куполом — пропасть можно кучей разных способов, и попробуй потом найди, если «никто ничего не видел».

Надев напульсник, я поблагодарил воина за его труд. Насколько я понял, на самом деле инциденты с нелюдями время от времени все же случались, и Львиный Рык каждый раз принимал правильную сторону, вступаясь за наших. Меня же он банально проверял. В Ижмариле, где все живут бок о бок и под пятой у монстров, по-другому никак. Наверняка уже случались засланцы от другой стороны, и истории эти написаны кровью…

Еще раз уточнив маршрут до Цитадели, я двинулся в путь. На этот раз в гордом одиночестве. Насколько бы я ни привык к обществу Элельведа с Жутнем, но нельзя не признаться, что они слишком приметные. Что толку носить закрытую одежду и искажающую голос маску, если тебя выдадут собственные прислужники? Придется держать ухо востро и не щелкать клювом.

Хотя в целом, несмотря на проблему с ограми, в городе было довольно спокойно. Жители спешили по своим делам и старались не задерживаться на улице дольше, чем это необходимо. Праздно шатающихся или болтающих друг с другом личностей я тоже не заметил. Отсутствовали и лавки.

Лишь в одном месте я наткнулся на крытый навес под котором торговали рабами. Люди, нелюди, мужчины, женщины, дети — все вперемешку. Имелись среди них даже Освоившие. Будь я обычным слабым магом с заклинанием, создающим зомби, непременно купил бы парочку про запас. Для экстренного пополнения свиты. Однако, в текущих условиях меня интересовали исключительно трупы от ступени Осознания и выше.

И такие у меня имелись.

Обнаружив между двумя зданиями темный и душный тупичок шириной с тюремные нары, я заперся в нем Костяной стеной, пинком прогнал тощую шестиногую ящерицу и вывалил на землю добытых только что мертвецов. Любопытно, что среди них имелись и люди.

Двое Развивших тут же стали личем и умертвией, пара Осознавших превратились в гулей с костяными пальцами-спицами, а троих Освоивших пришлось воскресить в виде зомби, так как большего их тела просто не вынесли бы.

Довольно серьезный отряд. Не на много сильнее был тот, которым мы отправились закрывать целую Трещину в Заманске. А уж в Дальнем Крутолуге половины от такого хватило бы, чтобы держать в стрехе весь город. Здесь же, в области с более насыщенной Межмировой Энергией, его послали устранить одного единственного меня.

И то не справились.

Впрочем, это лишь потому, что я такой классный, и все свое время посвящаю самосовершенствованию. Прямо как заповедовали всякие псевдогуру из прошлой жизни. Того же Леуша они такой толпой точно бы запинали. Без учета подоспевшей подмоги.

— Переплет на отсечение, что ты сейчас во всю занимаешься самовосхвалением. — раздался у меня над затылком лишенный эмоций голос. — «Какой я крутой, какой я сильный, любите меня все»! Я прав?

— Могу себе позволить. — с вызовом ответил я, не оборачиваясь. И так понятно, кто именно решил «обрадовать» меня своим присутствием.

— Так кто же спорит, партнер! — Некрономикон облетел меня по короткой дуге и завис над оставшимися двумя телами. — Благодаря мне ты действительно неплохо продвинулся. Но сколько же сил я вложил в тебя, сколько времени… Где еще найдется такой же верный и надежный артефакт?

Я глубоко вздохнул и закатил глаза так сильно, что, кажется, увидел собственный мозг. Если я в какой-то степени и страдал нарциссизмом, то Некро им не страдал — он им наслаждался!

— Эту парочку воскрешать тоже планируешь? — невзначай поинтересовался Некрономикон, будто изучая даже не начавших остывать мертвецов. На такой жаре они могли разве что нагреться. — Кишка не тонка? — хмыкнул он.

— На запоры не жалуюсь. — бросил я. — А ты?

— Смешно. Ха-ха. Начинай тогда. Чего стоишь? Заклинание помнишь?

Заклинание, конечно, я не забывал. Не уверен, что такое вообще возможно. Однако, некий внутренний барьер все-таки присутствовал. Достаточно вспомнить, какой ценой мне далось Воскрешение отрекшегося в прошлый раз. Я ведь натурально чуть не помер. И так и не понял из-за чего.

Тем не менее сейчас я чувствовал, что все должно получиться без особых проблем, а потому, отогнав тревожные мысли, зачерпнул Межмировой Энергии и соткал необходимые чары.

Бездыханный орк поднялся на ноги. Сквозь окровавленную дыру в рясе бывшего демонического жреца проглядывалась грубо стянувшаяся мертвая плоть, но новоиспеченную нежить это ни капли не смущало. Еще один темный клирик пополнил мою свиту.

Прислушавшись к собственным ощущениям, я понял, что опять, как и в тот раз, расстался с чем-то большим, чем просто часть накопленных сил. Ушло что-то еще. Однако теперь этого чего-то у меня хватало даже на еще одно заклинание.

Заставив орка приладить отрубленную голову дварфа к шее, я принялся вплетать в чары дополнительные элементы, чтобы снова собрать нелюдя воедино. Нужно не забыть в следующий раз отдавать прислужникам более четкие приказы. Не то умертвии, обладая довольно обширной свободой действий, вообще кого-нибудь на винегрет покрошат. А мне потом в мозаику играть. Хотя на Аскара грех жаловаться. На текущий момент он действительно являлся жемчужиной моей коллекции.

Второе воскрешение отрекшегося также прошло успешно и количество подконтрольных мне темных клириков возросло до трех. Что не могло не радовать. Потому что в последнем сражении с пустомерами один явно уже не справлялся, из-за чего мне приходилось постоянно воскрешать новых гулей и зомби вместо того, чтобы поддерживать жизнь в уже созданных.

Неплохо бы даже обзавестись еще парочкой, однако теперь я уже чувствовал, что новое использование заклинания опять будет сопряжено с неоправданным риском. Что же все-таки на него расходовалось?

— Недурно. — вынес свой вердикт Некрономикон. — Даже у Разделивших такое не всегда выходит. А ты еще и Слияния не достиг. Не зря я все-таки разглядел в тебе потенциал. Вместе мы на такие вершины вскарабкаемся, которые другим и не снились!

— Кстати о Разделивших. — как бы невзначай обронил я. — Не напомнишь какие там у них стадии?

— Ну ты меня совсем за идиота-то не держи. Я тебе все-таки не блокнот какой-то. — сделал вид, что обиделся, Некро. — Мы с тобой эту ступень еще не обсуждали.

— Так может пора?

— Да не. Рановато. — отмахнулся он всем «телом». — К тому тебе же уже есть где почерпнуть первые знания.

Уже? О чем это он? У меня, конечно, есть парочка знакомых Объединивших, но с чего бы им… Точно! Письмо от Королевы Кровавой Казни. Неужели она с какой-то радости расщедрилась на столь ценную информацию? Я, конечно, спас ей жизнь, но и она в ответ в долгу не осталась. Один только Аскар чего стоит.

— Ты про… — начал было я, но, подняв глаза, обнаружил, что, пока я отвлекся на размышления, Некрономикон исчез без следа. — Ну да. Как обычно.

Впрочем, острой необходимости читать письмо вот прямо сию секунду я не видел. В конце концов я и правда еще не достиг ступени Слияния, чтобы думать о том, что будет дальше. Что-то я долго в этот раз…

Долго.

Я не удержался от саркастичного смешка.

Некоторые за всю жизнь Осознавшими стать не могут, а я, понимаешь ли, сокрушаюсь, что несколько месяцев на месте топчусь. Хотя, по сути, до объединения двух заклинаний осталось уже не так и много. Какого-то существенного толчка. И группки Осознавших с парочкой Развивших для этого недостаточно.

Пфф…

Хорошо, что мои мысли сейчас никто не слышит. Похоже зажрался я все-таки.

Убрав обратно в Теневой могильник кучку костей и отправив туда же пару свежеподнятых темных клириков, я покинул гостеприимный тупичок и скоро уже стоял у стен Цитадели.

Строение впечатляло своей монументальностью. Даже на фоне окружавших его трехэтажных здание оно казалось настоящим исполином, возвышающимся над остальными постройками, как Императорский Трицебык над стадом овец. Сферообразный же купол крыши я не разглядел, даже задрав голову. В основном из-за светившего в глаза солнца.

В отдалении послышались взрывы и засверкали яркие разноцветные вспышки. Похоже какие-то монстры решили проверить Ижмарил на прочность, но защитники не спали и умело дали отпор. Да, маги и лучники тут точно должны быть в почете, имея возможности вести обстрел с дистанции под защитой мощных стен и башен. Воинам определенно куда сложнее.

Впрочем, все это меня не касалось и, если дело выгорит, коснуться не должно.

Сориентировавшись на местности, я нашел взглядом давным-давно выцветшую вывеску с изображением головы петуха, из клюва которого торчал зажженный факел. Глиняную табличку, судя по отверстиям по кругу, когда-то украшали ленты или что-то вроде того, но сейчас от них не осталась и следа. Да и сама она по оттенку уже почти сравнялась с окружающими камнями. Хотя возможность разглядеть еще оставалась. Особенно если знаешь, что ищешь.

«Огненный Петух». Таверна, в которой проходила запись на Битву Сильнейших.

Зайдя внутрь, я очутился в полумраке, который разгоняли несколько рассеянных солнечных лучей, проникавших через крохотные окошки под самым потолком. Столов, как и стульев, здесь не наблюдалось, а посетители ютились на чем-то вроде циновок, постеленных вокруг небольших накрытых скатертью возвышений. К тому же не сказать, что гостей присутствовало слишком уж много.

Убедившись, что маска на месте, а прислужники надежно сидят в Теневом могильнике, я направился к запахнутой в серый балахон фигуре, что в отличие от прочих сидела в гордом одиночестве. Фигура носила простую обшарпанную полумаску, скрывавшую верхнюю половину лица, а перед ней стояло несколько пиал с различными соусами и три подноса с жаренным, вяленым и сырым на вид мясом. Самая дешевая в еда в Ижмариле, насколько я успел понять. Просто потому, что она сама регулярно доставляет себя по стены города.

— Я хочу записаться на турнир. — без тени стеснения заявил я, не вызвав у окружающих и капли интереса к своей персоне.

Не прекращая жевать, регистратор, являвшийся, судя по недельной щетине на подбородке, мужчиной, жестом предложил мне присоединиться к его трапезе. Я даже сперва хотел согласиться, но потом сообразил, что в маске это делать будет крайне неудобно. Видимо, здесь нужно иметь запасную специально для приема пищи. А может и еще несколько на разные случаи жизни.

— Спасибо, обойдусь. — бросил я, продолжая стоять на ногах.

— Как хочешь. — лениво пожал плечами регистратор, вытерев соус с губ тыльной стороной ладони. — Решил принять участие в Крысиных Бегах? Или желаешь попытать счастья в ежемесячном Поиске Тяпзажоп?

— Что еще за Тяпзажоп? — машинально спросил я.

— Не местный что ли? Где-то за городом прячут полтуши Хтолиска, дается старт, и надо ее найти. Пока не сгниет или не сожрут монстры. С другими участниками сражаться запрещено. С монстрами — сколько влезет. Если сдохнешь — сам виноват.

— И почему Тяпзажоп?

— Не Тяпзажоп, а Тяп-за-Жоп. — поправил меня мужчина, почесывая щетинистый подбородок. — Парнишку одного за жопу как-то раз так тяпнули, что только одно полупопие осталось. Сидеть потом ровно не мог, на бок заваливался. С тех пор его так и прозвали. Ну и турнир за одно. А как до этого было, я уж и не помню. Записывать?

Я помотал головой, сбрасывая с себя заразительный флегматичный настрой собеседника. Не думал, что его можно подцепить, как блох. Или умение какое-то? Чтобы больше участников собирать.

— Я на Битву Сильнейших. — решительно изрек я, и вот теперь разговоры вокруг притихли, а я почувствовал на себе сразу несколько заинтересованных взглядов.

— Совсем дурной что ли? — не меня тона, бросил регистратор. — Не слышал, кто там в этом году сражается? Если хочешь бабу свою впечатлить, то лучше лишний раз языком поработай. Хоть в одном, хоть в другом смысле. Или в обоих сразу. Не то достанется тебе в первом раунде кто-нить из Четверки, так коньки и отбросишь. А то и вообще на Огненную Ведьму попадешь. Давай я тебя лучше на Тяп-за-Жоп запишу. Тоже вполне престижно. Если выиграешь, конечно.

— Выиграю. Причем Битву Сильнейших. Я специально на нее приехал, так что не тяни кота за гонады и вноси меня в список!

— Ладно, как хочешь. — откинулся на стену мужчина, апатично окидывая меня изучающим взглядом. — Семьдесят серебра и токин боевого умения. Можно два небоевых. Можно гульденами. Это взнос, если что.

Ни Сим, ни Львиный Рык ничего подобного не упоминали. Хотя первый мог не знать, а второй счел само собой разумеющимся. В конце концов нужно же как-то отсеивать желающих. Не то полгорода как припрется — турнирная сетка на ватман не влезет. А бои вообще на год затянутся. Как раз до следующего турнира.

Однако, токин… У меня, конечно, имелся. И даже не один. Вот только…

— Не слишком ли дохрена? — надавил я, скрестив руки на груди. — Решил поживиться за счет кандидатов?

— Подловил. — регистратор даже отпираться не стал и поднял открытые ладони, признавая поражение. — Попытка, как говорится, не пытка. Про токин это я сам придумал. А ты смышленый. Может и правда чего интересного на Битве покажешь.

— Записывай. — буркнул я, доставая из кольца кошель Влатислава. Семь больших серебряных гульденов, звякнув, упали перед любителем легкой наживы. Все еще немаленькая сумма, но теперь хотя бы больше похоже на правду.

— В гильдии авантюристов состоишь? — принялся расспрашивать меня собеседник, делая пометки на небольшом пергаментном листочке.

— Нет. — ответил я.

Не хватало еще меткой здесь светить. Просто так я напульсник главы напяливал что ли? И маску. Буду для остальных участников максимально темной лошадкой.

— Возраст?

— Пиши двадцать.

— Пол?

— Мужской.

— Воин, маг?

— Воин.

Ответ на этот вопрос я тоже продумал заранее. Вторая эволюция действительно позволяла мне до какой степени притвориться будто я иду путем развития мышц и крепости тела. Вряд ли, конечно, удастся проскочить таким способом весь турнир, но зато преподнесу ключевым противникам неожиданный сюрприз. Возможно даже смертельный. Особенно если те окажутся чертовыми нелюдями!

— Маленькое испытание. — объявил регистратор. С этими словами он выложил на пол стопку из девяти глиняных черепиц. — Разбей.

Окинув их взглядом, я понял, что те изготовил обычный человек без применения каких-либо умений, а значит особой прочностью те не отличались. Даже «Хватку нежити» использовать не придется.

Я уже было замахнулся, как мужчина добавил:

— Только третью-нижнюю.

А вот это уже интереснее. Может настоящие воины, такие тренировки и проходят, но я-то маг! Некромант! Хотите из костей на столе деревенский сортир в миниатюре сооружу?

Впрочем…

Начав циркулировать в пальцах Межмировую Энергию, я точным щелчком выбил третью снизу черепицу из стопки, и та, ударившись об стену, разбилась вдребезги.

… существуют разные способы достижения цели.

— Сойдет. — усмехнулся регистратор, убирая обратно в кольцо уцелевший инвентарь. — Имя у тебя какое, воин? Хитромудрый Смертник?

— Запиши Леошкортс.

Глава 10

Леошкортс. Помнится, именно такое имя придумал мне Балалай, и с ним я покинул Нионанд в составе Каравана Элельведа. Да, клиотское. Но таким образом я еще больше ввиду потенциальных противников в заблуждение.

Вообще изначально я хотел назваться как-нибудь громко и вызывающе. Маэстро, Огненная Ведьма, Львиный Рык, Королева Кровавой Казни — от эти прозвища так и дышали силой, и звучали они крайне внушительно. Не говоря уже об овеянных славой легендарных Атуре, Рассекающем Сталь и Алмазной Деве Софине.

Однако, как я ни пыжился, ничего приличнее чем «Нагибатор777» или «Ленивый Пельмень» в голову не приходило. Не мое это все-таки. Потом, может, у Леуша попрошу накинуть вариантов и выберу тот, который больше понравится. У него в этом плане фантазия получше работает.

Окинув меня еще одним долгим взглядом, регистратор не стал отпускать никаких комментариев и сделал соответствующую запись в верхней части моего листа.

— Поздравляю с участием в аттракционе собственной смерти. — провозгласил он. Мужчина явно пытался придать голосу торжественности, но получилось все так же флегматично. — О призах и правилах вам расскажут непосредственно перед началом. Так что не опаздывай. Старт в Цитадели с первыми лучами. Через три дня. Время передумать есть. Но взнос назад не вернем. — он изобразил на лице ленивую улыбку. — Так же я обязан сказать, что запрещено ставить в тотализаторе на самого себя. Как на победу, так и на поражение. Но, если очень хочется, могу организовать за небольшой процент.

— Обойдусь. — отмахнулся я. Мои цели лежали несколько в иных плоскостях. Хотя кого-то такое предложение могло и заинтересовать.

— Как знаешь. — пожал плечами мой собеседник. — Тогда увидимся на трибунах. Болеть за тебя не обещаю, но посмотреть приду.

Что ж. Дело за малым. Дождаться начала, победить, и можно отправляться в Свет Зарницы. Для этого, правда, не плохо бы еще подыскать соответствующий Караван, но со статусом давэра проблем возникнуть не должно.

Почувствовав голод, я решил, не мудрствуя лукаво, отобедать прямо в «Огненном Петухе». Тем более, что внутри заведение выглядело значительно лучше, чем снаружи, а доносившиеся с кухни запахи пряных приправ, заставляли рот наполняться слюной. Да и чертовых нелюдей в зале как будто бы не наблюдалось. В их присутствии я бы есть вообще не смог.

Сделав заказ, я расположился в самом дальнем углу, возле каменной скульптуры полутораметрового петуха. Судя по отверстию глубоко в клюве, во времена до Первого Вторжения это вполне мог быть фонтан. Или, если его изготовили позже, он, возможно, изрыгал огонь на каком-нибудь шоу, подтверждая название заведения. Однако, сейчас изваяние служило лишь для оформления помещения и сбора пыли. С обеими функциями оно справлялось исправно.

Еду мне принесла молодая разносчица с волнистыми волосами цвета мокрой африканской лилии. Ее фигуру скрывала традиционная одежда ижмарильцев, но на лицо она показалась мне весьма симпатичной.

Расставляя посуду, девушка несколько раз якобы невзначай прикоснулась ко мне, да и в целом недвусмысленно демонстрировала свою заинтригованность. Наверняка из-за моей регистрации на Битву Сильнейших. Ну или потому что за несколько блюд с добавлением овощей мне пришлось выложить чуть ли не половину серебряного гульдена. И еще два десятка медяков за стакан обычной воды. В Дальнем Крутолуге на такие деньги можно пару недель вполне сносно питаться. Если не дольше.

Теперь взнос на турнир мне уже не казался таким уж большим.

Но, несмотря на миловидность, к подавальщице я оставался холоден, как отколовшийся от тысячелетнего ледника айсберг. Ведь в ее глазах я должен был казаться клиотом. И раз она оказывает ему такие знаки внимания, то я с ней в одном поле цветы нюхать не сяду. И на чаевые может не рассчитывать.

Я уже почти закончил с трапезой, немало намаявшись, запихивая еду под маску, как дверь в таверну в очередной раз распахнулась, и на пороге показался новый посетитель, мгновенно привлекший к себе всеобщее внимание. Он носил старый, грязный, истрепанный плащ, неспособный уже полностью укрыть тело, вот только кожу от солнца защищал не он, а заскорузлые бинты, намотанные в огромном количестве.

Где-то чистые, где-то заляпанные подозрительными пятнами различных оттенков — некто использовал их даже вместо обуви, отчего его ноги кровоточили, оставляя на полу карминовые следы. Однако не похоже, чтобы ему это доставляло какой-то дискомфорт.

Забинтованным оказалось даже лицо. И лишь два желто-оранжевых глаза искрами сверкали из-под низко надвинутого капюшона.

Едва завидев вошедшего, остальные гости заведения не то, чтобы прямо бросились врассыпную, но медленно расползлись в стороны, не вставая с пола. Будто увидели прокаженного. Или… Проклятого!

Точно. Я ведь уже слышал о них. В Дальнем Крутолуге информации подобного толка было крайне мало, да и касательно других вещей там часто заблуждались. Но по мере продвижения на север региона мне открывалось все больше граней изменившегося мира. Например, я узнал, что во время Второго и Третьего Катаклизмов, Земля не только претерпевала очередные терраформационные изменения, но и на нее вторгались новые расы нелюдей.

И сейчас в «Огненный Петух» заглянул один из их ярких представителей.

Проклятый. По крайней мере так они нарекли себя сами. Другие же за глаза называли их Гнилухами, Дохляками, а то и вовсе Говехами. По слухам они с рождения гнили за живо, вынужденные поддерживать целостность тела бинтами; страшно воняли; а еще могли заразить любого одним касанием или даже взглядом.

Последнее казалось бредом. Как можно подцепить особенность расы? Мы ведь не скукоживаемся рядом с дварфами, не зеленеем возле орков и не становимся ходячим дерьмом, посмотрев на эльфа. Однако, судя по реакции ижмарильцев, они предпочитали не рисковать, и держали дистанцию, прикрывая лица тканью прямо поверх масок.

Игнорируя направленные на него взгляды, Дохляк, шествуя прямо по освободившимся циновкам, подошел к регистратору. Я не слышал, о чем они говорили, но с записавшего меня на турнир мужчины слетел весь налет расслабленности, и он явно старался как можно быстрее избавить себя от общества неприятного визитера.

Этот тоже на Битву Сильнейших приперся что ли? Или решил попытать удачу в Тяп-за-Жоп? Хорошо бы, если так. Впрочем, одним чертовым нелюдем больше, одним меньше…

Закончив свои дела, Проклятый не стал задерживаться и вышел вон, а хозяин таверны вместе с помощниками принялись оперативно и с неприкрытой брезгливостью уничтожать следы его пребывания. Я же неожиданно вспомнил, что уже видел похожую ситуацию в своей жизни. Давно. Еще когда меня, будучи ребенком, тащили в Нионанд через Дикие Земли.

В тот раз из наполовину занесенных песком печально знакомых мне руин тоже вышла фигура, на которую даже эльфы отреагировали точно таким же образом. И несмотря на свою силу и численное превосходство безропотно отдали ездовое животное вместе с пространственным кольцом и всем, хранимым внутри имуществом. Что в последствии крайне негативно сказалось на их настроении и наших спинах.

Но что забыл тогда Гнилух так далеко от своего региона? Заблудился? Перенесся неудачно использованным могущественным заклинанием? Вышел из туннельной Трещины? Гадать можно бесконечно долго, но ответа я точно уже не узнаю.

Задумчиво глядя, как люди постепенно возвращаются к своим делам, стараясь держаться подальше от мест, где прошел Дохляк, я постарался припомнить, что еще знал об этой расе. Оказалось немного. Если отбросить совсем уж откровенные бредни, то они все поголовно молились не то богу, не то демону болезней (что для меня суть одно и то же), в надежде когда-нибудь обрести нормальные тела.

Ну еще Проклятые, как и мы, лишились своего Краеугольного Камня. Его захватили зверолюди. Как и Камень фей. Хотя поговаривали, что крылатые малявки сами отдали свою главную реликвию. На сохранение и ради защиты. Остались без эволюции, но зато уцелели. Потому что из прибывших на Землю во время Второго Вторжения только эти три и выжили.

На три больше, чем мне бы хотелось.

Что же на счет последнего Катаклизма, случившего уже сто с лишним лет назад, то слухи о прибывших с ним захватчиках до нашего региона вообще не добирались. Видимо они совсем уж где-то далеко обосновались. Но рано или поздно я доберусь и до них. Ни один поганый нелюдь не будет ходить по моей родной планете!

Добрав тонкой, как вуаль лунного света, лепешкой последние капли соуса, я вышел на улицу. До турнира особых дел у меня не было и, возможно, в каком-нибудь другом городе я бы степенно прогулялся, наслаждаясь ласковым солнышком. Вот только адское пекло Диких Земель к подобному досугу не располагало.

Хотя кого я обманываю.

Все равно поперся бы искать массив и засел бы за слиянием заклинаний. Вдруг удастся закончить за три дня. Тогда в Битве Сильнейших примет участие уже совсем другой Леон. Возможно даже Объединивший. Чем черт не шутит?

Остановив первого попавшегося прохожего, я задал вопрос касательно интересовавшей меня темы, но тот вообще не понял, о чем я веду речь. Массив? Сбор Межмировой Энергии? Что? Садись, вон, где душе угодно, да собирай сколько влезет. Хоть пока не лопнешь. Она же дармовая, в отличие от всего остального в городе.

В том же духе ответили мне и еще двое, заставив невольно задуматься. Нет, тут и правда концентрация фиолетовых частиц силы была даже больше, чем в Триомаже, но я уже чересчур избаловал себя массивами, чтобы довольствоваться столь малым.

Пришлось возвращаться в гильдию авантюристов. Тем более, что именно там меня должен искать Леуш.

Друга в здании я не застал, но зато оценил пользу ношения маски и закрытой одежды. С момента инцидента у входа прошло всего несколько часов, а на мое появление уже никто не обратил внимания. Я слился с толпой. Чудак со стальным ирокезом привлекал куда больше внимания, чем я без сопровождения нежити.

Меня даже Мая не узнала. Но зато поведала, что массивов в Ижмариле в свободном доступе нет. Даже для Освоивших, не говоря уже о чем-то серьезнее. Мол, это под Куполом их можно хоть на каждом шагу понатыкать, а здесь они служат для монстров, как мороженное с вареньем для сладкоежки. Сбегутся со всей округи — отбиваться придется даже детям.

Конечно, некоторое количество имеется в Цитадели, но вход туда доступен только членам четырех сильнейших родов, их слугам и рабам. А еще участникам Битвы Сильнейших на время проведения турнира. Но в этом году туда лучше не соваться. Сожрут.

Знала бы ты, милая, что перед тобой стоит уже зарегистрированный участник, говорила бы совсем по-другому. Хотя зачем мне это?

Безрезультатно прождав Леуштилата еще с полчаса, я не выдержал и снял комнату на три дня, а заодно попросил направить туда же большого шумного воина, если такой вдруг заявится в гильдию и будет кого-то активно выглядывать. Переться за ним в храм я не планировал. По крайней мере пока что. Вот если к утру не объявится, тогда придется озаботиться поисками. Возможно даже кого нанять.

До тех пор же я решил считать, что Леуш вплотную занят знакомством с половиной жителей города одновременно. Потому что вторая половина уже у него в «друзьях». С этой мыслью я засел в своей люксовой конуре за медитацию, а потом и вовсе отошел ко сну.

К счастью, спасать Леуштилата ни от кого не пришлось, и к утру он самостоятельно ворвался ко мне, громыхая металлом брони, словно бочка пустых консервных банок. Я бы в таком обмундировании давно запекся в сочный ростбиф, но здоровяк, похоже, чувствовал себя как обычно прекрасно. Видимо все-таки какое-то умение.

— Вставай, дружище, новый день проспишь! — громогласно провозгласил воин-жрец, раздергивая шторы.

Нестерпимо яркий солнечный свет Диких Земель в мгновение ока затопил мою скромную келью, заставив зажмуриться и жонглировать в уме самыми заковыристыми ругательствами. Как же неудобно, блин, без прислужников. Они бы хоть дорогу ему заградили и дали мне время сориентироваться.

Секундочку. Как он вообще вошел? Я же на ключ запирался.

С трудом размежив веки до состояния узких амбразур, я увидел, что дверь цела и даже замок не вырван из косяка.

Не понял. Леуш по блату добыл где-то токин медвежатника что ли, а я не в курсе?

— Да не смотри ты так. — пробасил здоровяк, проследив за моим взглядом. — Мне Маечка запасной ключ дала. Чтобы тебя не беспокоить. Милейшая девушка, скажу я тебе!

Ну ясное дело.

— Как прошло с бандитами? — поинтересовался я, надевая поверх костяного нагрудника просторные тряпки караванщиков. — Тоже милейшие ребята?

— Не, ну эти чуть похуже, конечно. — рассмеялся Леуштилат. — Сперва не хотели меня слушать. Даже оружие достали. Но Ерихон у них на второй стадии Осознания, а остальные еще слабже. Я им быстро объяснил, что они сбились с пути.

— Начистил хари и сдал страже?

— Да нет, зачем же? — покачал головой воин-жрец. — Помахать кулаками, конечно, немножко пришлось, но потом они меня выслушали и поняли, что неправы. Сегодня вместе пойдем искоренять скверну Шахака. Под эгидой Сатвелеона, естественно. Ну и Львиный Рык уже задание сформировал гильдейское. Присоединяйся, если хочешь. Дело благое, а награда лишней не бывает.

— У меня другие планы. — отказался я, в очередной раз поражаясь дружелюбию и жизнерадостности друга.

Взял завербовал бандитов. Вот смог бы я так? Определенно нет. Собственно, я бы с ними и разговаривать-то особо не стал. Потребовал бы отстать от парня. А если бы сразу не поняли, им бы правила хорошего тона объясняла уже моя нежить. При определенном раскладе они бы и сами ей стали.

Но это если среди них были нелюди. Людей же я защищать собирался. Хотя некоторые этого определенно не достойны.

Мой взгляд упал на крохотные чешуйки золы, которые гулявший в здании гильдии приятный ветерок согнал в угол. Остатки сожженного мной накануне письма Дамы Трех Ка. Конечно, я его сначала прочитал. И оно заставило меня испытать перед сном не самые приятные эмоции.

В последней весточке Королева Кровавой Казни решила поделиться со мной своими знаниями о ступени Разделения. Она писала, что если информация о предыдущих четырех вехах более или менее доступна, и добыть ее не составляет особого труда, то с пятой ситуация диаметрально противоположна.

Уже несколько лет глава авантюристов Триомажа дергала за все доступные ей ниточки, потратила кучу средств и налаживала связи, но не сумела выяснить даже название первой стадии. Она и с Влатиславом в сговор вступила отчасти из-за того, что тот обещал поделиться знаниями.

Не обманул.

От него Дама Трех Ка узнала, что ступень Разделения существенно отличается от предшествующих. Если остальные были нацелены на постоянное усиление тела или души с улучшением контроля над Межмировой Энергией, то эта сосредоточена на чем-то другом. Однако, так же способном повысить могущество индивида.

Пользуясь этими данными, она пыталась самостоятельно нащупать путь дальнейшего развития, но не преуспела.

А еще, в самом конце, Королева Кровавой Казни писала, что Разделивший — вершина лестницы, и дальше двигаться некуда. Что меня немало смутило.

Коротенькая как-то лесенка вышла…

— Другие, так другие. Ничего страшного. Не надо ничего менять ради нас. — по-своему интерпретировал мое молчание Леуш. — Сами отлично справимся. Храм тоже обещал парочку аббатов прислать. Разберемся с божьей помощью. — он поднял ладони лодочкой к потолку. — Ну а уж потом мы с тобой на турнире знатно развлечемся! Да, дружище?

Я невольно нахмурился и вынырнул из омута собственных мыслей.

— Погоди. — осадил его я. — На каком турнире?

— Ну уж не на Тяп-за-Жопе, конечно. — хохотнул Леуштилат, демонстрируя свою филейную часть. — Хотя и на нем можем, если хочешь. На Битве Сильнейших! Я как раз вчера записался.

Шлепок моего фейспалма, думаю, услышали даже в Дальнем Крутолуге.

Глава 11

— Что значит «записался»? — спросил я, отлепив от лица ладонь и перестав ловить ртом воздух. — Леуш! Мы же договаривались, что в турнире участвую я. А потом едем в Свет Зарницы, и там я, как овеянный славой чемпион, ручаюсь за тебя, и тебя тоже пропускают. Если ты до этого момента не поднимешься в сане. — со вздохом добавил я. — И вообще, где ты взял столько денег на взнос?

— О, ну, видишь ли, Леон… — Леуштилат изобразил на лице легкое смущение. — Оно как-то само вышло. Искал тебя, зашел в «Огненного Петуха», разговорился там с народом. Особенно с Власом. А потом…

— Какой еще Влас? — перебил его я.

— М? — переспросил здоровяк. — Так регистраторщик же. Ты должен его знать.

Ага. Буду я у всех подряд имена спрашивать. Это у нас по твоей части.

— Ну и что с ним?

— Так вот. — продолжил воин-жрец. — Влас — отличный мужик! Вообще мировой. Мы с ним посидели, поболтали, перекусили. Зашел разговор про турнир. Он рассказал, что целый Проклятый записался, прикинь? Откуда только тут взялся. Я ему: «Всегда мечтал с таким сразиться». А он мне: «Ну так сразись». И вот, слово за слово, и я уже в списке участников. — развел руками Леуш. — А насчет взноса… Оказалось, кто-то случайно два раза заплатил. Шестьдесят гульденов вместо тридцати. Ну Влас на меня их и перекинул. Отличный мужик, говорю же!

Не шестьдесят, а семьдесят. Ловко же меня этот «отличный» провел. Сидит такой весь расслабленный, отвлек разговором про токин, а сам в два с лишним раза взнос завысил. Про Тяп-за-Жоп еще затирал свой дурацкий. Вот ведь шельмец!

На кой только ему за Леуша платить? Из своих ведь уже отдал, получается. И сумма все еще немаленькая.

— Да не волнуйся ты! — хлопнул меня по плечу Леуштилат. — Прикрою тебя на турнире. А если вместе встретимся, то я тебе сдамся. Ну или можем силой помериться. Как в детстве. Тоже интересно будет. В общем, я все продумал!

— Это-то меня и пугает. — вздохнул я.

Поняв, что сделанного не воротишь, я закончил одеваться, а затем вручил другу купленную специально для него маску. Такую же, как у меня. С его габаритами и выпирающими из-под одежды металлическими элементами брони, он все равно выделялся из толпы, но это все еще лучше, чем ничего.

Из гильдии мы вышли по отдельности, чтобы не примелькаться, как напарники, а затем снова встретились через две улицы в харчевне «Песок на Зубах». Название так себе, но ее Леушу уже успел кто-то порекомендовать, и там действительно оказалось весьма недурно. По крайней мере ни одного чертового нелюдя я в зале не заметил, что уже существенно поднимало заведение в моих глазах.

Плотно позавтракав, мы снова разошлись в разные стороны. Леуштилат отправился готовиться к рейду на капище демона, а я, скрепя сердце, решил наведаться во вторую гильдию авантюристов Ижмарила. Нелюдскую. Идти приходилось, переборов себя, и прямо-таки через силу, но по-другому информацию не добыть.

Нужное мне здание я нашел с подсказками местных. По дороге время от времени я останавливался у стен и, сделав вид, что отдыхаю в тенечке, запускал под землю группу приведений. Искал заброшенный храм или другие интересные постройки так называемых Древних. А если точнее — моих современников из прошлой жизни.

Ничего достойного внимания не попалось. Да и метод — как иголку в стоге сена искать. Пинцетом. Наощупь. Город все-таки немаленький, а приведений без контроля не оставишь. Еще грохнет кто-нибудь. Или того хуже — захватит. Оно мне надо?

Внутри нелюдская гильдия выглядела даже богаче, чем наша. Деревянные столы, парча, картины в резных рамках, мягкие кресла, все тот же непонятно как добытый освежающий ветерок. Так и не скажешь, что мы посреди Диких Земель, а не в каком-нибудь защищенном Куполом Триомаже.

Хотя откуда в Триомаже взяться такому количеству чертовых ублюдков? Десятки нелюдей сидели или слонялись из стороны в сторону, заставляя меня скрежетать под маской зубами и стискивать кулаки до побелевших костяшек. Отдельно бесило, что между ними, поднося еду и выполняя мелкие поручения, сновали полуобнаженные человеческие рабыни.

Девушки ходили с застывшей, будто приклеенной, улыбкой и такой болью во взгляде, что ее хватило бы утопить целый город. Особенно же они страдали, когда какая-нибудь мразь решала мимоходом, пользуясь их беззащитностью, облапать невольницу, даже не отвлекаясь от разговора. Тогда несчастная замирала, словно молодая лань перед волком, и не шевелилась пока ее не отпустят. Или не оттолкнут, заставив упасть с неизменной улыбкой на лице.

Видя это, я едва сдержался, чтобы не призвать всю доступную мне нежить и не устроить здесь кровавую баню. Останавливало меня лишь то, что, даже если мне за счет эффекта неожиданности удастся перебить всех в зале, живым я точно не уйду. Помимо местного главы, достигшего уже ступени Слияния, имелись и другие сильные противники. Одному мне их точно не одолеть. По крайней мере пока что. Но и покидать Ижмарил, оставив все, как есть, я уже точно не собирался.

Стараясь держать себя в руках, я подошел к стенду с заданиями. Естественно, я ни бельмеса не понял, потому что хоть и научился против своей воли говорить на нелюдьских языках, чтение на них оставалось для меня недоступным.

Но кое-что я все-таки заметил. Во-первых, лист с многократно перечеркнутыми строчками и добавленными рядом новыми. Не что иное, как поручение разобраться с ограми. У нас висел такой же, и утром я увидел, что награда там опять выросла. Рано или поздно кто-то достаточно могущественный на нее точно польстится.

Вторым же стало написанное крупными буквами объявление, висевшее на самом верху. Даже стиль такой же, как в наших гильдиях. Явно клиотская замануха. А раз оно есть и тут, значит теоретически я смогу провернуть дело самостоятельно, не запуская весь сложный механизм через Львиного Рыка. Нужно только тщательно продумать план действий.

Оглядевшись, я обнаружил фигуру в просторных одеждах, у которой имелся подозрительный бугорок на правом плече. Почти наверняка Химер. Тот сидел за столом в одиночестве и пересчитывал монеты, выстраивая их перед собой стопочками. Финансы не впечатляли, что определенно расстраивало Мутанта.

Мой клиент.

— Во славу Шоша. — вполголоса поздоровался я по-клиотски, подсаживаясь поближе.

— Во славу Шоша. — отозвался урод, но «богатства» свои все-таки спрятал. — Чего-то хотел?

— Да болтают, вот, вчера опять наших побили. Не знаешь в чем дело?

Нелюдь изучающе на меня посмотрел, но маскировка отрабатывала на все сто.

— А ты слышал про… — он сделал паузу. — Ну…

— Величие расы. — подсказал я. — Конечно, слышал. Жду не дождусь!

— Ну да! — воодушевленно подхватил Химер. — Сам уже весь в нетерпении. Даже во сне молюсь Шошу, чтобы у цедрика все вышло!

Он поднял ладони лодочкой к небу, и я ответил тем же. Кажется первый раз в этой жизни. Да и в прошлой тоже.

— Так что случилось-то? — напомнил я о своем вопросе.

— Да как обычно. — покачал головой Мутант.

— Не удержались?

— Ну так. Сказано им на рожон не лезть, внимания не привлекать, сидеть тише воды. А эти стали перед орками и дварфами выделываться. Вот и получили. Молодые иногда хуже челов!

— И не говори. — кивнул я.

До меня уже неоднократно доходили слухи о странном поведении клиотов, и вывод я сделал верный. Письмо, вроде того, что я отобрал у Гожара, получили далеко не все, а только избранные. Но сарафанное радио сделало свое дело, и некоторые решили, что уже вот-вот станут выше эльфов и начали гнуть пальцы. А «вот-вот» все не наступает. И хотелось бы чтобы не наступило.

Мимо нас прошла рабыня с пустым подносом под мышкой, и мой собеседник не придумал ничего лучше, чем запустить руку ей под юбку и несколько раз дернуть вперед-назад. Раздался тихий хлюпающий звук, девушка едва слышно пискнула, а клиот вытер пальцы об подол и хлопнул ее пониже спины, придав ускорение.

Я скрипнул зубами и, кажется, даже немного рыкнул.

— Что-то сказал? — спросил меня урод, как ни в чем не бывало.

— Говорю, у меня есть наводка. — произнес я, успокаивая всколыхнувшуюся Межмировую Энергию с помощью «Третьего глаза». — На то, что нам нужно. Не до конца проверенная, правда. Но, я уверен, цедрику поможет.

— Так это же здорово! — едва не воскликнул Химер, но сам себя осадил и посмотрел по сторонам, не привлек ли чье-либо внимание. До нас никому не было дела. — Это же здорово! — повторил он значительно тише. — Давай сейчас же передадим через наших работников в гильдии.

— Вообще я хотел сам доложить цедрику. — с сомнением в голосе проговорил я. — Вдруг он решит меня наградить. Давай вместе сходим в убежище. А то мне одному как-то неловко. Обещаю поделиться!

— Тебя чел покусал, что ли, брат? — опешил Мутант. — Никто не знает, где убежище. Только самые доверенные. И ты точно не из них. — он осекся. — Погоди-ка! Так ты…

Не дав уроду договорить, я в упор засадил в него улучшенным Укусом Мертвеца молниеносно сформированным с помощью Третьего глаза и Ядра алмазной твердости. Заклинание не оставило Освоившему клиоту и шанса, а я даже не стал ловить вылетевшее из него серебристое облачко, чтобы лишним движением Межмировой Энергии не привлекать внимания.

Я лишь прислонил труп к стене и поправил на нем капюшон с маской. Осмотрелся. Нас по-прежнему никто не обращал внимания. Кому вообще могут быть интересны пара никчемных клиотов, находящихся в самом низу социальной иерархии?

Пространственного кольца у столь слабого нелюдя не оказалось, а потому я забрал себе его тощий кошелек, подсумки с мелочами и кинжал вместе с ножнами, имитируя ограбление. После чего небрежным жестом подозвал одну из рабынь.

— Чего изволите? — угодливо проворковала та с направленным в пустоту взглядом. Я даже невольно вспомнил Ольку, спасенную Ефимом из Каравана Элельведа. Хотя этим все-таки приходится тут получше. Пусть и ненамного.

— У моего друга очень важная молитва. — сказал я ей, кивнув на мертвеца. Удобно все-таки с этими масками. Ничего лишнего не видно. — Передай остальным, чтобы ему не мешали.

— Конечно, господин. Что-то еще?

— Все когда-нибудь закончится. — чуть подумав, произнес я. — Верь.

В глазах девушки запоздало промелькнула какая-то мысль, но я уже вышел здания, а она не посмела меня окликнуть. Даже если что-то и заподозрила.

Я шел по узким улочкам Ижмарила, пылая ненавистью к чертовым нелюдям. Одно жалкое убийство не утолило моего гнева, и от меня шарахались даже редкие случайные встречные, не рискуя вставать на пути. Как же меня бесил этот мир. Само слово «Терра» — когда его произносишь — будто хочется собрать слюну и сплюнуть, чтобы очистить рот и язык.

Как хотелось мне очистить и мою родную Землю от засилья треклятых ублюдков!

Но для этого нужно стать сильнее. Гораздо сильнее. Тогда мне не придется прятаться, как вор, и блохой щипать колосса, масштабов которого я себя даже не представлял. Что такое один мертвый клиот в масштабах планеты? А сто? А тысяча?

Это все слишком мелко. Должен быть другой способ. И я его непременно найду! Как только воссоединюсь со своей семьей и убежусь в их безопасности. Вернее, с остатками своей семьи…

Чертовы нелюди!

Леуша в гильдии я не застал, а потому засел за очередной попыткой слияния чар, параллельно размышляя на тему того, как найти логово клиотов. Фиг знает, что именно они там задумали, но, если есть такая возможность, лучше это предотвратить, чем устранять последствия. Не хватало еще чтобы они весь Ижмарил под себя подмяли. Или хуже того — регион.

Жаль только, что с кондачка решить задачу не получилось. Но зато я хоть выяснил, что о расположении убежища знают единицы. Значит, как минимум, внутри не будет слишком много противников, и у меня есть все шансы справиться без посторонней помощи. Однако и искать храм забытого бога стало куда сложнее.

Проблема…

Магия тоже все никак не давалась и явно требовала другого подхода, придумать который, я пока не мог. Хоть оставалось не так и много. И это еще при том, что я выбрал для слияния далеко не самые сложные чары. А ведь имела место еще моя вторая задумка…

В общем, время до начала турнира пролетело в трудах и делах.

Леуштилат рассказал, что капище успешно зачистили и осветили, изгнав из него дух демона боли. На охране оставалась небольшая группа культистов под предводительством одного единственного Развившего, и справиться с ними общими силами труда не составило. Таким образом получается, что Шахаку в Ижмариле служили целых три Развивших. Не так уж и мало на самом деле.

Заодно Леуш поведал, что слышал о наличии в городе торговца, специализирующегося на всевозможных диковинках и редкостях. К нему я наведался уже на следующий день. Им оказался тучный мужчина с весьма серьезной охраной. Что неудивительно, ведь он имел в своем распоряжении множество различных токинов, оружие и амулеты на любой вкус, а также занимался добычей того, что нужно клиенту под заказ. За весьма серьезные деньги.

Меня, естественно, в первую очередь интересовали плоды, способные продвинуть мою эволюцию. Такие на удивление тоже имелись. Целый мешочек сушеных фруктов, похожих на закрученную в спираль пятнистую курагу. Но цену торгаш заломил в баснословные двадцать золотых! Столько даже в кошельке герцога не водилось, не говоря уже о моих собственных куда более скромных накоплениях.

После полутора часов ожесточенной торговли, в процессе которой меня неоднократно посещали мысли об убийстве и грабеже, мы сошлись на бартере. В итоге за несчастный кулек размером с голову младенца я выложил все имевшиеся у меня токины, труп Королевского Пескомера, топор, копье и роскошный деревянный комод с потайным ящичком из имущества Влатислава.

Причем львиную долю суммы, как ни странно, составил токин «Огненного шара». Пусть умение и простенькое, но зато эльфы почему-то считали его своим фирменным знаком, а потому спрос стабильно держался на высоком уровне, задирая ценник. Не хотелось бы, конечно, чтобы заклинание досталось ушастым, но польза от эволюции явно перевешивала.

Повезло барыге, что человеком оказался. Иначе бы точно наведался к нему ночью с парой умертвий и личей из числа наиболее сильных. Никакая охрана бы не устояла. А так пусть живет. И от него есть польза обществу.

На третий день мы с Леушем сходили проводить Умана. Тот сердечно с нами попрощался, пожелал удачи, мягкого песка и прочих благ. А заодно, как и обещал, подарил мне наручи с поножами, изготовленные из шкуры Императорской Личинки. Вернее Куколки. Но не суть. Главное, что прочностью они не уступали моей костяной броне, а весили даже легче. Теперь в роли воина я буду выглядеть куда аутентичнее.

Надолго в торговой зоне не задержались, потому что как раз прибыл Караван нелюдей, и я ушел, чтобы лишний раз самого себя не провоцировать. Предварительно крепко пожав руку Уману и пожелав ему всего наилучшего на просторах Диких Земель и в торговле. Кто бы знал, что гнавшийся за мной некогда ребенок станет моим верным союзником на столь долгий срок.

Также нельзя не упомянуть, что нелюди присылали в нашу гильдию авантюристов официальную делегацию, занимавшуюся расследованием. На предмет исчезновения четверки приключенцев, смерти клиота и пропажи какого-то эльфа до кучи. К последнему я даже отношения не имел. И все же хорошо, что меня в тот момент рядом не оказалось, иначе в следующий раз ублюдкам пришлось бы выяснять причины исчезновения делегации расследования.

Впрочем, их и так предельно вежливо, но демонстративно холодно отвадили. Нет тела — нет дела, как говорится. А свои подозрения они могут засунуть туда, куда не проникает даже свет яростного солнца Диких Земель.

Ну а наследующий день наконец настала Битва Сильнейших!

Глава 12

— Дамы и господа! Жители Ижмарила и гости нашего чудесного города! — соловьем заливался ведущий, чей усиленный магией голос с легкостью перекрывал гомон толпы и доносился, казалось, отдельно до ушей каждого пришедшего на турнир. — С превеликой радостью сообщаю вам о начале ежегодной Битвы Сильнейших! Нас ждут красочные схватки, магические баталии, взлеты, падения, трагедия и драмы. Причем не только на арене, но и за ее пределами. Не забывайте делать ставки, на приглянувшихся вам участников, и, кто знает, может уже завтра вы сможете позволить себе принимать полноценные ванны в окружении лучших красавиц. Или красавцев!

Ведущий продолжал разглагольствовать, дожидаясь, пока зрители займут свои места. И те действительно все пребывали, хотя трибуны на мой взгляд и так уже выглядели забитыми битком. Будто весь город явился посмотреть на знаменательное событие, и каждый еще прихватил с собой по паре друзей.

Никакого отдельного помещения для участников (по крайней мере нашего уровня) не предусматривалось, а потому мы с Леушем сидели вместе с обычной публикой, расположившись за спиной друг у друга, словно незнакомые люди.

Вообще арена впечатляла своими размерами. До футбольного поля она, правда, не дотягивала, но матч в баскетбол на ней вполне можно было провести. А то и два сразу, если суммировать площадь. И это при том, что находилась она посреди Диких Земель в здании Цитадели.

Несколько уровней трибун чередовались лестницами и горизонтальными проходами, которыми должны были пользоваться букмекеры и разносчики закусок. А также имелись четыре отдельные ложи для представителей наиболее значимых родов города. Они находились на самом верху.

Свет собирался множеством линз, часть из которых, казалось, просто висели в воздухе, и фокусировался на каменном манеже, ждущем, чтобы его скорее обагрили кровью.

— В этом году побороться за призы дерзнули тридцать шесть участников. — продолжал информировать зрителей ведущий. — Согласитесь, довольно мало, с учетом того, какие сокровища смогут получить забравшиеся на пьедестал счастливчики! Посмотрите туда! — луч света озарил небольшое углубление, встроенное прямо над главным выходом на арену.

Там, на каменном постаменте, под стеклянным колпаком лежали несколько объектов, обладать которыми не отказался бы ни один ижмарилец.

— Пространственное кольцо такого объема, что в нем могла бы без стеснения жить целая семья. — провозгласил ведущий, вызвав целую волну преисполненных вожделения и зависти вздохов. — Уникальное оружие, способное принимать вид меча, копья, щита или кнута по желанию владельца. По слухам им сразили Небесного зверя. Так что, возможно, на нем еще остались среды крови существа, сравнимого по силам с Развившим! Впечатляет? Но и это еще не все! Как насчет Ядра Императорского зверя, двух незаурядных боевых токинов и целой сотни золотых гульденов? С такими деньгами можно не работать больше ни дня и до конца жизни купаться в роскоши! Не знаю, как вы, а я уже жалею, что не записался участником. Вдруг бы все мои противники неожиданно слегли с поносом?

Народ дружно расхохотался, хотя жадных взглядов от алькова не отрывал никто. Я прямо чувствовал, как в головах зрителей беспокойными пчелами роились десятки несбыточных планов по похищению призов. Я их понимал. Ведь даже у меня подобная идея промелькнула, хотя я явился сюда вообще с другой целью. Меня интересовала только победа, дающая возможность попасть в Свет Зарницы. Однако, что-то мне подсказывало, что с такими наградами легко не будет.

— Ну и, конечно, главный приз! — перекрыв гул, чуть ли не в экстазе кричал ведущий. — При мысли о нем подгибаются коленки у Развивших, и даже Объединившие вряд ли смогут удержаться от дрожи. Синкоптум! Мистический предмет, способный слить пару ваших умений воедино! И уважаемые лорды предоставили нам их целых два!

В этот раз не было ни визгов, ни вздохов, ни аплодисментов — простые люди, а также воины с магами, еще не поднявшиеся слишком высоко по лестнице совершенствования, не могли по достоинству оценить столь специфическую вещь. Однако, я видел, как загорелись глаза у тех, кто понял. У Леуша так вообще волосы на голове зашевелились так сильно, что капюшон принялся ходить волнами.

И ничего удивительного. Ведь с Синкоптумом, достаточно сформировать внутри себя Ядро, и ты, считай, уже сразу скакнул на ступень Слияния. Я даже не подозревал, что такие вещи существуют в принципе. Жаль, что Дама Трех Ка не предлагала мне ее в качестве награды за спасение. Я бы уже давным-давно стал Объединившим.

— Я, конечно, слышал, что награды в этом году о-го-го, но не думал, что настолько! — произнес знакомый ленивый голос человека, оказавшегося рядом с Леуштилатом. — Нацелен на первое место?

— Влас! И ты тут? — узнал его мой друг. — Не, первое место не для меня.

— Ну и правильно. — кивнул регистратор. — Тут бы уцелеть. Но какая-то утечка, похоже, все-таки была. Один шепнул второму, второй третьему… Иначе как объяснить, что аж под сорок человек наскреблось. С такими-то участниками. Даже Говеха один приперся откуда-то, покарай его Сатвелеон. На тебя ставить в первом раунде?

— Само собой! — Леуш пытался показать бицепс, но из-за одежды его никто не увидел. Только элементы брони возмущенно скрипнули. — Мы с… В смысле — я тут всем покажу! Почти. Ставь, не бойся. Будешь потом, как сыр в масле кататься. Слышал, что ведущий в начале сказал?

— На песок голой жопой этого ведущего. — устало вздохнул Влас, махнув рукой. — У него задача народ раззадорить. Организаторы со ставок свой процент имеют. И с входных билетов. Да и вообще со всего.

«А кое-кто и со взносов». — подумал я, наблюдая, как щебечут эти двое. Будто сто лет уже знакомы.

— Одно другому не помеха. — добродушно хохотнул здоровяк. — Тем более ты говорил, что у тебя свои каналы есть.

— Это-то да. Канал имеется. — не стал спорить регистратор. — Своего я точно не упущу.

Тем временем зрителям сообщили, что турнир пройдет в формате поединков и продлится три дня. Проигравшие выбывают. Таким образом в первый день, из-за числа участников у кого-то будет три боя, а у кого-то два. Во второй определятся финалисты. Ну и напоследок останется самое сладкое — главный бой Битвы Сильнейших.

Причем, чтобы сделать схватки более красочными, на ночь каждому участнику предоставляется комната в Цитадели с массивом соответствующей ступени. Благодаря чему не получится, что в финале сойдутся два вымотанных до нельзя калеки, не способных ни оружие поднять, ни заклинание сотворить.

Также ведущий сообщил, что всем заявившимся на турнир выдали стартовый номер, по которому их будут вызывать и по которому удобнее делать ставки. Ставки принимаются до конца дуэли или до первой крови, если такая случится раньше. Однако лучше поторопиться и не затягивать, чтобы потом не грызть локти. Так как коэффициенты тоже будут меняться, исходя из обстановки на ринге.

Номер я действительно получил. Необычайно легкая металлическая пластина из неизвестного мне сплава с выгравированным на ней числом «34». Не знаю, по какому принципу их распределяли, но если в соответствии шансом попасть в призы, то кого-то будет ждать большой сюрприз.

Леушу, кстати, досталось «23». Что бы это ни значило.

— Что ж, вижу, наши гладиаторы так и рвутся в бой! — громогласно провозгласил ведущий, получив отмашку от ответственного лица. — А потому советую снять ваши маски, чтобы сполна испить чашу зрелищ и не пропустить ни единой капли удовольствия! Без лишних слов — мы начинаем! Номера тридцать пять и тридцать шесть, на арену! Тридцать три и тридцать четыре готовятся.

— Ты следующий. — бросил Леуштилат, повернувшись ко мне вполоборота. Сидевшие неподалеку от нас зрители уважительно покосились. — Ой!

Ну, примерно чего-то такого я и ожидал…

— Твой товарищ? — поинтересовался у Леуша Влас.

— Вместе ехали на турнир. — ответил я, не дав другу ляпнуть еще что-нибудь лишнее. — Но кое-кто не умеет молчать, вот и познакомились. — добавил я с явным намеком.

Специально для сегодняшних сражений я сменил одежды караванщиков на широкий плащ с рукавами, который успешно скрывал мою броню и одновременно не стеснял движений. Маски же, за исключением некоторых индивидуумов, у всех в городе выглядели примерно одинаково. Искаженные голоса тоже редкостью не являлись. Поэтому возможности опознать во мне Леошкортса или тем более Леона практически не оставалось.

Тем временем первая пара уже вышла на ринг. Окинув друг друга взглядом, они практически синхронно скинули плащи и остались в масках, головных платках и кожаной броне. Довольно неплохой на вид. Человек-воин с алебардой и клиотка-воительница с саблей. У нее было два больших пальца на правой руке, и она даже не пыталась этого скрыть.

Зрители встретили участников бурными аплодисментами, и между рядами принялись шастать букмекеры. Влас поставил горсть меди на клиотку, а Леуш примерно столько же на алебардщика. Оба получили в обмен на деньги по тонкой каменной плашке с какими-то символами. Я же от подобной активности воздержался.

Покружив немного, оценивая силы противника, бойцы сошлись в ближнем бою, высекая искры из столкнувшейся стали. Ведущий бодро комментировал происходящее, но и без его подсказок я с удивлением понял, что оба являлись всего лишь Освоившими!

Нет, они уверенно использовали в сражении Межмировую Энергию и каждый владел минимум двумя умениями, но мне их движения казались слишком уж медленными и предсказуемыми. Я привык к совершенно другому. Хотя для обычных ижмарильцев, коих на трибунах собралось большинство, зрелище, конечно, смотрелось впечатляюще и вызывало подлинный восторг.

Но, черт побери, даже коротковолосая Мэй из гильдии авантюристов достигла ступени Освоения. Она что, тоже участвовать будет? Понятно теперь почему ложи главных семей города пустуют. Они заранее знали, что в первый день смотреть не на что, и решили не тратить свое время.

— А вот и последствия утечки информации. — неотрывно следя за дуэлью, проронил Влас. — В последний день регистрации набежали. Самые смелые и смышленые скинулись на взнос, броню и оружие и отправили своего претендента. Призов-то много, и при удачном раскладе есть шанс урвать хоть что-то. Нужно попасть в восьмерку. Тогда, даже если поделить добычу на всех скинувшихся, обделенным никто себя не почувствует.

— Но есть риск и умереть. — добавил я.

— Определенно. — согласился регистратор. — Поэтому я здесь, а не там.

А ведь действительно. Ведущий объявлял, что призы не уйдут целиком тройке лучших. Система совсем другая. Победитель получает право выбрать себе два любых предмета в качестве награды, а затем все остальные по одному в порядке занятых мест. Таким образом достаточно всего лишь выйти во второй день и сдаться, чтобы получить хоть что-то.

В принципе, я мог бы и сам догадаться. Если бы вообще об этом думал.

Скорей всего так сделано, чтобы каждый из представителей четверки сильнейших родов не ушел с пустыми руками. Не зря же их лидеры вносили свои сокровища в общий фонд. А в то, что кто-то из них вылетит в первый день, не поверит даже самый чокнутый фантазер.

Тем более, что заранее турнирную сетку никому не показывали, а значит организаторы имели возможность в любой момент перекидывать участников из одной части в таблицы в другую. Не самый честный метод. Но меня он совершенно не трогал. Мне так или иначе предстояло повергнуть всех своих противников. Кого бы против меня не выставили.

И особенно Огненную Ведьму, встречи с которой я вожделел, как глотка воды после откушенного жгучего перца. Ведь только она могла утолить мою жажду мести!

Пока я размышлял, вполглаза следя за поединком, клиотка сумела одолеть своего противника. Ловко отбив в сторону выпад алебарды, она скользнула вдоль древка, замахиваясь саблей. Мужчина подтянул оружие к себе и попытался ее оттолкнуть, но та поднырнула вниз, крутанулась вокруг своей оси и нанесла длинный скользящий удар наискосок через весь торс.

Броня из плотной дубленой кожи имела все шансы защитить тело владельца, но только не против умения. С фиолетовой вспышкой сабля вспорола защиту, пролив на арену первую кровь.

Тем не менее прием оказался не фатальным, и воин, упав на спину, хотел уже продолжить схватку, однако ощутил возле своей шеи остро наточенное лезвие и вынужденно признал поражение. К нему тут же подскочили товарищи, помогая подняться на ноги, а по трибунам прокатились громогласные аплодисменты.

Особенно же радовалась группа Химеров, к которым направилась победительница. Эти чуть из штанов от счастья не выпрыгивали, поздравляя свою претендентку. Ведь только что она на шаг приблизила их к получению заветного приза.

Букмекеры поспешили раздать наиболее прозорливым зрителям положенные выигрыши.

— Какой пыл! Какой жар! Какой накал страстей! — заполнял возникшую паузу ведущий. — Оба участника бились храбрее Птицелоговых Канюков, но победитель у нас всегда только один! Номер тридцать шесть проходит дальше, а проигравший сможет учесть свои ошибки в следующем году. Если не сгорит от стыда после такого досадного проигрыша.

Толпа разразилась нестройным смехом, а алебардщик при поддержке товарищей, ковыляя, направился к выходу. Залечивать раны. Как физические, так и душевные. Поражение в первом же раунде, на глазах у тысяч зрителей, да еще и от руки женщины — не то, что так легко может перенести мужское эго.

— Тридцать три и тридцать четыре, на арену! — объявил тем временем ведущий. — Тридцать один, тридцать два — готовятся.

— Удачи! — подбодрил меня Леуштилат, когда я проходил мимо. — Сатвелеон в помощь.

— Он справится? — спросил его Влас.

— Однозначно. — без тени сомнений ответил здоровяк. — Сейчас я отыграюсь! Эй, букмекер! Прими ставку!

— Мою тоже. — куда более спокойным тоном подхватил регистратор.

Краем глаза я заметил, что Влас снова выделил лишь горсть меди, а вот Леуш расстался с серебром. Довольно умно на самом деле. Потому что после этого боя коэффициенты на мои схватки сильно изменятся.

Выйдя на ринг, я впервые за две жизни по-настоящему ощутил, что значит оказаться в центре внимания. Когда на тебя смотрят не пара десятков караванщиков и не полсотни авантюристов, а чуть ли не целый город. И каждый оценивал любой мой даже самый незначительный жест.

Моим первым противником стала волшебница. Судя по полному отсутствию брони и по прирученной черно-желтой ящерице размером с пуделя. Похоже человек. Она не носила маску, выставляя на всеобщее обозрение довольно миловидное лицо, а скинув плащ, продемонстрировала еще и стройное тело, затянутое в черную блестящую кожу. Акцент же на едва прикрытую грудь выдающегося размера не заметил бы разве что слепой.

— И так, перед нами определенно маг, и она уже перешла в наступление! — комментировал на весь стадион ведущий. — Нечестный прием? Нет, все по правилам! Участники могут пользоваться всем, что принесли с собой. Или на себе. Или в данном случае себя! Но, клянусь всеми богами, я бы уже проиграл! Чем же ответит тридцать четвертый?

Я не стал снимать ни плащ, ни маску. Сюрпризы пусть останутся для других. Да и нет смысла особо напрягаться против Освоившей. Кто так составляет сетку? Хотя какое-то оружие выбрать все равно нужно.

Я заглянул в кольцо, перебирая варианты. Арсенал за все это время у меня скопился немалый. Мечи, топоры, копья, дубины, кинжалы — что угодно и практически на любой вкус. Но в самом дальнем углу на глаза мне попался старый добрый друг, с которым я делал свои первые шаги, едва вырвавшись из Нионанда. Трофей, добытый на пути к свободе. Пусть неказистый, но такой родной…

В руку мне легло короткое, покрытое ржавчиной и другими непонятными пятнами оружие, внешне напоминающее пожарный багор. Приплюснутое острие, загнутый в обратную сторону крюк и далеко не самая удобная рукоять. Но большего в этом бою мне и не нужно.

Однако увидевшие это со стороны зрители имели на сей счет другое мнение.

Глава 13

— Что за кочерга⁈ — послышался возмущенный возглас из первых рядов.

— Кто пустил этого клоуна на арену? — негодовал другой.

— Он не уважает Битву Сильнейших!

— Пусть катится отсюда!

— Раздави его, красотка!

Как же легко меняется мнение толпы. Из нейтрального до агрессии за долю мгновения. В меня не кидали гнилыми яблоками только потому, что в Ижмариле те стоили чуть ли не серебром по собственному весу.

— Весьма необычный выбор оружия. — прокашлявшись, попытался сгладить углы ведущий. — Но зато никто не сможет обвинить наш турнир в скуке и разнообразии! Участники, сходитесь!

— Прости, незнакомец, но я не могу проиграть. — решительно заявила волшебница, начав сплетать какие-то чары. — Слишком много стоит на кону.

Не поверишь, но у меня тоже. Может, благоволи тебе удача, у тебя и были бы какие-то шансы, но только с другими противниками. Вини во всем судьбу и организаторов.

Вопреки ожиданиям, ящерица осталась возле своей хозяйки, а в меня полетело нечто, похожее на рой гвоздей с крылышками. И едва заклинание сорвалось с пальцев чародейки, как она тут же начала творить новое. Причем другое.

Целых три умения на ступени Освоения! В Заманске она считалась бы выдающимся дарованием, а в Дальнем Крутолуге такое в принципе было практически не возможно.

Но все-таки как же медленно… Если бы с подобной скоростью колдовал Влатислав, его, наверное, одолел бы даже Хвост.

Не став использовать Межмировую Энергию, я сорвался места, на бегу увернулся от «гвоздей» и оказался возле девушки раньше, чем она успела завершить чары. Вторая эволюция позволяла мне двигаться со скоростью натренированных воинов выше первой ступени!

Для обычных зрителей я, наверное, просто исчез в одном месте и появился в другом. Да и для противницы тоже. Слишком велика оказалась разница в наших силах.

Успел немного среагировать лишь ее питомец. Тот распахнул пасть и показал мне зарождающееся в глотке пламя. Не просто ящерица, а Саламандра! Но всего лишь Высшая. Хотя, будь мы на равных, мог бы случиться пренеприятнейший казус.

В медленно расширяющихся глазах волшебницы я увидел собственное отражение. Когда-то, кучу лет назад, прячась на балконе, я с таким же удивлением смотрел за неуловимыми движениями Угрюмого Чагаша. А теперь так смотрят на меня. Да и сам Наставник мне давно уже не соперник. Чудно́.

Осторожно тюкнув чародейку багром по затылку, я вырубил ее, не дав завершить заклинание. После чего поймал на руки и увернулся от огня Саламандры, пролетевшего в итоге мимо. Зверюга попыталась достать меня снова, так что пришлось отключить и ее. Бой закончился, едва начавшись.

— Побеждает номер тридцать четыре! — первым отойдя от шока, провозгласил ведущий.

И следом за ним, будто по команде, трибуны взорвались громогласными аплодисментами, свистом и улюлюканьем. Массовая публика мало что увидела, и еще меньше поняла, но ее симпатии снова оказались на моей стороне. Вот так просто.

— Кочерга против магии! Кто бы мог подумать о таком исходе. Словно ножницы разрезали камень или бумага завернула ножницы! — вспомнил детскую игру ведущий. — Я прямо вижу, как рвут на себе волосы те, кто не угадал со ставками, и как распихивают звонкие гульдены по карманам более рисковые зрители. Не бойтесь рисковать, друзья! Удача может улыбнуться каждому!

Я передал поверженную противницу на руки ее товарищам и при этом меня кольнула мысль, что, возможно, организаторы специально подстроили такой бой, чтобы разогреть толпу и побудить активнее сорить деньгами. Ну или это все-таки случайность, и я все выдумал. Хотя, как говорится, если у вас паранойя, это не значит, что за вами не следят.

— Молодец, дружище. — одобрительно кивнул мне Леуш, играясь с серебряными монетками. Влас смотрел на них с неприкрытой завистью.

— Тут не за что хвалить. — я снова сел на свое место. Причем люди вокруг уважительно подвинулись, освобождая мне больше свободного пространства. — У нее не было шансов.

— Молодец, что не покалечил. — пояснил свои слова Леуштилат.

— А он должен был? — тут же сделал стойку регистратор.

— Ну, скажем так, с ним иногда случается. — здоровяк сделал неопределенный жест рукой. — Не специально, конечно.

Я, не удержавшись, хмыкнул.

Прошла еще пара не слишком впечатляющих схваток, и количество участников сократилось до тридцати двух. Идеальное число, чтобы использовать для турнира швейцарскую систему с выбыванием. Ну или чего там добивались организаторы.

И уже в следующем бою появился один из главных фаворитов соревнования. Его даже объявили по-другому.

— На арену приглашается номер два. Тараз из славного рода Делакруа! — во всеуслышанье возвестил ведущий. — Первый наследник одной из четырех сильнейших семей города, а также славный маг, не раз проявлявший себя на стене. Возможно лишь благодаря ему кто-то из вас сегодня сидит здесь, а не валяется обглоданным за соседним барханом. Шутка! Против Тараза выступает номер двадцать восемь. Девять и двадцать один — готовятся.

Пока двадцать восьмой, как и все до него, спускался по лестнице, Делакруа триумфально появился через главный вход. Люди на трибунах хором скандировали его имя, а нелюди пытались освистать. Завязались редкие потасовки. Однако, драчунов быстро разняли следившие за порядком стражники. Кого-то даже демонстративно вывели вон, что повлияло на остальных куда лучше тумаков и зуботычин. Пропускать зрелищные поединки не хотелось никому. Слишком уж тяжела жизнь в Ижмариле, чтобы лишать себя такого удовольствия.

Таразом оказался молодой светловолосый мужчина примерно четверти века от роду. Он не носил маски на гладко выбритом лице и не скрывал легкой кольчуги под свободными одеждами. На удивление та нисколько не мешала ему двигаться. Я бы даже заподозрил, что ее изготовили из титана, если бы такая технология сохранилась до текущих дней. Впрочем, науку вполне могли заменить какое-нибудь особое кузнечное умение и обширный запас Межмировой Энергии.

— А чего этот белобрысый такой? — задал вертевшийся у меня на языке вопрос Леуш. — Тут же все вокруг сплошь брюнеты да шатены. Красится?

— Не. — вяло отмахнулся Влас. — Какой коэффициент? — спросил он у проходившего мимо букмекера.

— Один к пятнадцати. — ответил тот.

Регистратор недовольно фыркнул и, жестом прогнав ставочника, продолжил:

— Они сюда всей ватагой перебрались. Давно. Лет шестьдесят уже. Если не больше. Говорят, откуда издалека. С северо-востока. Из-за Зеленого Ламаная даже.

— Из-за Зеленого Ламаная? — с восхищением переспросил Леуштилат. — Он наверняка столько интересных историй знает! Вот бы пропустить с ним по стаканчику, да поболтать по душам.

— Ну попробуй! — фыркнул Влас. — Это он только на вид добряк. А они там наверху все с такими пастями, что руку по локоть откусят и еще попросят. Им по-другому не выжить. Конкуренция жесткая. Один доступ к массивам чего стоит.

Ну да. Можно себе представить. Однако эти, будучи чужаками, умудрились не только закрепиться в незнакомом городе, но и войти в число элиты, максимально приближенных к местным лордам.

Хотя сочетание имени и фамилии меня, конечно, повеселило. Тараз он же Тарас, получается. Тарас Делакруа. Прямо как Антуан Пупкин. Если бы так назвали кого-то в моей прошлой жизни, проходу в школе ему бы не давали. Пришлось бы ходить или с фингалами, или с разбитыми костяшками. А тут, вон, запросто. Еще и элита!

Под двадцать восьмым номером оказался орк. Причем не простой, а ступени Осознания. Воин. Попадись ему кто-то из уже побывавшей на арене восьмерки (кроме меня, разумеется), растоптал бы в кровавую кашу. Однако, судьба в лице организаторов распорядилась иначе, и ему в первом же бою пришлось выйти против Развившего. А то и вообще Объединившего. Потому что заклинания у Тараза выглядели весьма специфично.

Не тратя время на приветствие и прочие политесы, нелюдь рванул вперед, размахивая булавой размером чуть ли не с круп лошади. И неснятый плащ развивался за его спиной, словно крылья.

Орк определенно знал, с кем ему выпало столкнуться, а потому сходу заставил свое тело полностью сиять фиолетовым, а от его поступи дрожали каменные плиты пола.

Он преодолел уже половину пути, как в лицо ему ударил тугой поток ветра, порожденного магией Делакруа. И это был не единичный порыв, а целая воздушная река, способная смыть врага и у нести его далеко за пределы ринга.

Зеленокожий сперва замедлился, затем остановился. Он попытался выгрести из стремнины, однако ветер, казалось, дул по всей арене с одинаковой силой, не давая шанса добраться до чародея.

Тогда орк зарычал разъяренным зверем, взмахнул булавой, и перед ним прямо в воздухе произошел резкий взрыв Межмировой Энергии. Поток на мгновение расщепился, и это позволило громиле сделать шаг вперед. Потом аналогичным образом еще один. И еще. Он явно расходовал на подобный метод огромное количество силы, и, в случае победы, на следующий бой ему могло уже не хватить, но для этого сперва нужно не проиграть в этом.

— Вы только посмотрите! — верещал ведущий. — Двадцать восьмой номер подбирается все ближе. Неужели он сумеет вот так дойти до знаменитого Тараза? Последний шанс сделать ставки для тех, кто… А нет. Все. Первая кровь!

И действительно, на щеке орка появился длинный порез, который рассек не только маску, но и кожу, заставив ее окраситься в алый. Капюшон же и вовсе уже давно болтался в районе затылка.

— Как так? — удивился Влас.

На своей ступени ему не хватило восприятия, чтобы рассмотреть произошедшее. А вот Леуш справился.

— Там лезвие промелькнуло. — ответил он. — Очень быстро!

— Меня больше интересует, что будет, если какое-то заклинание угодит в зрителей. — задумчиво произнес я.

— Не угодит. — отмахнулся Влас, не отрываясь следя за схваткой. — Арена защищена от Межмировой Энергии. В обе стороны. Чтобы не помогали. И от быстро летящих предметов тоже. Хотя места в нижних рядах стоят дешевле.

— Бывали случаи?

— Нет. Но все равно.

Тем временем мелькнуло второе лезвие, затем еще одно. А потом и вовсе в непрекращающемся воздушном потоке стали проявляться образы диких зверей и монстров, и каждый из них оставлял на одежде и теле орка кровавую отметину. Тот пытался еще отбиваться, но быстро понял, что не сможет таким образом добраться до врага и сдался.

Действительно весьма и весьма специфичная магия.

— Победа за номером два — Таразом Делакруа! — подвел итог ведущий под шумные аплодисменты людей и недовольный свист нелюдей. Хотя в этот раз последние звучали куда тише. — Знаменитый защитник города в очередной раз продемонстрировал великолепный контроль над своими чарами. Ведь все мы знаем в каком виде доставляют поверженных им монстров Диких Земель.

— Поэтому и коэффициент такой корявый. — недовольно буркнул Влас. — Мог бы хоть в маске выйти, что ли.

— Да не расстраивайся, дружище. — подбодрил его Леуш. — Впереди еще много боев. Как минимум у нас с… товарищем еще по два сегодня.

— Смотри в первом же не слейся, оптимист. — хмыкнул регистратор.

Поединки потянулись один за другим. Иногда пары оказывались более или менее сбалансированными, что делало сражение зрелищными, а результат непредсказуемым, а иногда победитель становился очевиден сразу после объявления противников. Как, например, в случае остальными тремя фаворитами из сильнейших семей города. Тем более, что их тоже объявляли вместе с именами, а масок с плащами они не носили.

Номер три. Митрофан унд эс Громоушев. Воин чуть старше Тараза. Хмурый. Угловатый. Серьезный и сосредоточенный, как боевой утюг на войне с пододеяльниками. Аристократ по фамилии и по поведению. По словам Власа, его дед был пятым сыном в семье столичного маркиза, пытался интригами подсидеть старших братьев, но не преуспел и, забрав слуг, сбежал в Ижмарил. Где и основал свою собственную династию. Только о подобном лучше в слух не упоминать. Не любят Громоушевы эту часть своей истории.

Митрофан орудовал шпагой. Несмотря на то, что он определенно превосходил противника в силе, воин не показушничал и не красовался. Он встал в стойку и отсалютовал крепкого телосложения девушке, вооруженной топором и круглым щитом. После чего провел классический поединок в лучших фехтовальных традициях. С закономерным результатом.

Куда хуже себя проявили номера четыре и один. Четвертый — дварф по имени Катур Глендельвейд — прятался за массивный выгнутым прямоугольным щитом размером чуть ли не в собственный рост, вынуждая оппонента себя атаковать. А сам при этом огрызался кистенем с тремя свисающими с цепей стальными шарами. Притворялся, что с трудом выдерживает удары молота мускулистого Освоившего вдвое выше, чем он сам. Но в какой-то момент с легкостью отбил очередное умение и приложился так, что раскрошил мужику ребра, оторвал руку и отбросил в сторону, словно сломанную тряпичную куклу.

Первый же — эльф Селорифинг из рода Багрянец Осени — вообще всю дорогу играл со своим противником, как кошка с мышкой. С надменной улыбкой на холеном лице он швырялся заклинаниями, заставляя юношу ступени Освоения метаться по всей арене. А когда тот, получив несколько ожогов с порезами, сдался и прекратил борьбу, вероломно добил мощным Огненным шаром, превратив парнишку в дымящуюся груду запекшейся плоти.

Тут уж нелюди на трибунах разразились криками, поддерживая своего кумира, а люди в большинстве своем наоборот притихли, бессильно сверкая глазами из-под нахмуренных бровей. Даже Леуш сокрушенно покачал головой, прогнав с лица привычное выражение радости и восторга.

— Он не знает, что такое честь. — печально произнес воин-жрец, провожая Селорифинга тяжелым взглядом. — Сатвелеон такого не одобряет.

— А эльфам честь и не нужна. — мрачно прокомментировал Влас. — Им силы вполне хватает. Их не так много в городе, но ведут себя, словно короли. Заносчивые ублюдки! Особенно Багрянец Осени. С этими лучше вообще не связываться. Заруби себе на носу, если жизнь дорога. Точно первое место займет гад. Зуб даю.

— Ну это мы еще посмотрим! — усмехнулся Лешутилат и махнул кулаком в сторону арены. — Когда уже там мой бой? Руки так и чешутся!

Однако, следующей настал черед Огненной Ведьмы. Получив пятый номер, она тоже вышла через главную арку и встала напротив десятки — стройного, как тростинка эльфа, вооруженного двух с половиной метровым шестом. Узнав, с кем ему предстоит сражаться, эльф скинул накидку, а также снял легкие кожаные доспехи, оставшись лишь в маске, рубашке и штанах. Даже обувь отбросил в сторону, чтобы получить максимум скорости и подвижности.

Ведьма же вообще не пошевелилась и не произнесла ни звука. Она стояла вполоборота к противнику и медленно обводила взглядом трибуны. Будто выискивала кого-то. Хотя кого можно найти в толпе безликих? Таких же как она сама. Нижнюю часть ее лица скрывала тонкая металлическая маска, покрытая причудливыми, будто извивающимися, узорами, а верхняя исчезала под тенью далеко надвинутого капюшона. Светло бежевый плащ доходил до самого пола, а из его широких рукавов не торчали даже кончики пальцев.

Эдакая помесь Роршаха и Пьеро и Дарта Вейдера. Только с грудью.

Какого размера бюстом обладала гадина Инделлан? Как-то я тогда не акцентировал на этом внимание. Не до того было. Вроде не слишком большого. Как и у этой. Но разве сей факт что-то доказывает?

— Номер пять и десять, начинайте! — дал отмашку ведущий. — Одиннадцать и тридцать четыре готовятся.

— Опять ты? — повернулся ко мне Леуштилат. — Я-то когда?

Но я не ответил, полностью сосредоточившись на арене. Где Огненная Ведьма, едва услышав команду, взмахнула рукой, посылая в полет первый Огненный шар.

Глава 14

Стиль сражения Огненной Ведьмы показался мне странным с первой же секунды боя. Иногда маги действительно в процессе воплощения чар помогают себе жестами или даже словом, но она размахивала руками так сильно, будто оказалась посреди роя слепней и теперь отгоняла от себя назойливых кровопийц.

Впрочем, возможно именно поэтому, Огненные шары летели настолько быстро.

Ни разу мне не доводилось видеть, чтобы заклинания преодолевали расстояния с такой скоростью. Даже «пулемет» Умана стрелял медленнее. А ведь тот специально уменьшил размер снарядов для эффективной борьбы с множеством противников разом.

Это говорило о том, что Огненная Ведьма не почивала на лаврах и постоянно совершенствовала собственную магию. Ну и без Ядра немалой твердости подобного темпа колдовства точно не добиться. А значит она как минимум Развившая с первой стадией. Если не выше.

Эльфу против нее приходилось туго. С первых мгновений, оказавшись под шквальным огнем, двадцать второй ни одного удара сердца не стоял на месте. Он бежал, прыгал, уклонялся, резко менял траекторию движения и снова бежал, пытаясь сократить дистанцию. Иногда он даже отталкивался шестом от земли, чтобы вывернуться из совсем уж сложной ситуации, и таким образом перепрыгивал через слишком плотно летящие чары.

И все-таки скорости ему не хватало. Да, он медленно приближался к противнице, но с каждым шагом избегать ущерба становилось все сложнее, и несколько сгустков пламени уже лизнули его кожу, оставив на ней следы от ожогов.

Ведьма же за все это время даже с места не сдвинулась, будто не принимала своего оппонента всерьез.

Однако, тот все же сумел удивить. Выйдя на определенную дистанцию, двадцать второй вдруг перестал уклоняться и резко рванул вперед по кратчайшей траектории!

Огненные шары все так же летели в него один за другим, но эльф вращал перед собой шест на манер лопасти вертолета, отражая таким образом угрозы. Казалось, будто перед ним возник мерцающий щит, преодолеть который магия не в силах!

Расстояние между противниками стремительно сокращалось. Способные разглядеть происходящее зрители следили, затаив дыхание. Пять шагов до цели, четыре, три, два…

И вот, когда эльфу оставалось уже совсем чуть-чуть, и он, возможно, уже готовил к использованию свое лучшее умение, нелюдь неожиданно сбился с ритма и чуть не выронил свое оружие. Вращение прекратилось, и я увидел, что шест расщепился ближе к одному краю, а из трещины торчал угольно-черный трехгранный шип.

Такой же, каким гадина Инделлан убила Энн!

С этой секунды, я больше не сомневался, что она и есть Огненная Ведьма. И теперь ей никуда от меня не деться! На турнире наши дорожки точно пересекутся. И месть моя будет страшна!

Двадцать второй попытался провести атаку, но его поврежденный шест потерял баланс, а потому движение вышло несколько неуклюжим и не достигло цели. Ну и еще потому, что эльф один за другим получил в грудь пару сгустков пламени, отбросивших его в сторону. Весь эффект неожиданного рывка пошел насмарку.

Как, в целом, и все сражение.

Ведь в грудь воина вонзился еще один трехгранный шип, оборвавший его жизнь.

Знакомый почерк. Хоть и непонятно зачем Инделлан убивать сородича. Правда она и тогда, в особняке, кротостью нрава не отличалась и даже пыталась достать помешавшего ей Малрендила.

Чертова нелюдь! За прошедшие годы она определенно стала сильнее, но характер как был дерьмовым, так и остался.

— Какое выдающееся мастерство! Какое хладнокровие! Какой контроль над магией! — восхвалял победительницу ведущий. — У меня даже мурашки по коже. Возможно, вы слышите, как они маршируют. А нет, это же аплодисменты в честь Огненной Ведьмы! Ведь именно она проходит дальше в нашем волнительном турнире!

Инделлан тем временем, по-прежнему не сходя с места, достала из кольца восстанавливающее Межмировую Энергию снадобье и принялась его медленно пить, обводя глазами трибуны. Кажется, ее взгляд скользнул и по мне, но не задержался дольше, чем на остальных. Значит маскировка работает, как надо.

На каком бы этапе мы ни встретились, я преподнесу тебе немало сюрпризов, тварь ушастая!

— Госпожа Огненная Ведьма, покиньте, пожалуйста, арену, чтобы мы могли пригласить на нее следующих участников. — попросил ведущий, и победительница исчезла в арке главных ворот. — Номера тридцать четыре и одиннадцать, на ринг! Шесть и десять готовятся!

— Опять не я. — нетерпеливо вздохнул Леуш. — Они там про меня забыли, что ли?

— Номер получил — значит не забыли. — успокоил я друга, проходя мимо. — Наверняка следующий пойдешь.

— Будь осторожнее. — бросил мне Влас, вертя в руках большой медный гульден. — После предыдущего боя они явно что-то подшаманили. По моим прикидкам ты должен был сражаться с другим противником.

— Да не волнуйся ты! — пихнул его в плечо Леуштилат, чуть не спихнув с трибуны. — Он точно справится. — после чего крикнул букмекеру. — Эгей, дружище, какой коэффициент?

— Один к трем в пользу одиннадцатого. — отозвался тот.

— Тогда вот это все на тридцать четвертого! — здоровяк высыпал в подставленную ладонь целую горсть серебра. — Я в нем не сомневаюсь!

— Пожалуй, присоединюсь. — с некоторым сомнением поддержал его Влас, выделив для ставки штук семь больших медяков.

Леуш принялся его уговаривать поднять сумму, но спор я не дослушал, спустившись на арену.

Противник меня уже ждал. Орк. Широкоплечий и мускулистый, как и подавляющее большинство представителей его расы. Простая белая маска скрывала его лицо, но какой в этом смысл если зеленую кожу обнаженных рук густо усеивали татуировки с изображением скалящихся голов монстров?

Наверняка он имел некоторую известность в определенных кругах. Что и подтвердили подбадривающие крики довольно внушительной группы зрителей.

Нелюдь носил шипованные наплечники, стянутые крест-накрест кожаными ремнями, простые серые бриджи и прочные ботинки с похожими на когтистые лапы носками. Так же шипы торчали и из наручей, снабженных лезвиями довольно опасного вида.

Определенно Осознавший. Причем не из последних.

— Тридцать четвертый достойно показал себя в прошлом бою. — решил напомнить зрителям ведущий. — Он ловко увернулся от вражеской магии и с материнской нежностью отправил противницу смотреть сны. Он даже оружие не доставал, используя вместо него не то кочергу, не то крюк для пустынной рыбалки.

С трибун послышались одобрительные смешки, а кое-кто и вовсе принялся улюлюкать. Некоторые невпопад захлопали.

— Однако теперь против него номер одиннадцать! — продолжал ведущий, перекрыв гомон толпы. — Серьезный боец ближнего боя. Вы только посмотрите какие мышцы, какие шипы! Не хотел бы я стоять сейчас на месте тридцать четвертого. Тут уже не до шуток. Здесь надо подойти со всей серьезностью и…

Он осекся, потому что я снова достал из кольца свой багор и принялся небрежно покачивать им из стороны в сторону, всем своим видом демонстрируя полнейшее пренебрежение к противнику.

На этот раз зрители разразились дружным хохотом, хотя в него явно вплетались и оскорбления. В мой адрес. Но такие мелочи не могли поколебать моей уверенности в себе и в своей победе.

К тому же что они понимают в оружии. Ну да, неказистое, ржавое, покрытое какими-то неясными пятнами. В общем самое то для сражения с чертовым нелюдем. И для его убийства.

— Я порву тебя на части и скормлю своим псам! — гневно прорычал из-под маски орк, резко проведя лезвиями на наручах друг об друга. На арену посыпались искры.

— Слюни подотри, жаба. — лениво огрызнулся я, не меняя позы. — С сегодняшнего дня твоих щенков придется кормить кому-то другому.

— Противники уже обменялись «любезностями», а значит пора начинать. — вспомнил о своей роли ведущий. — В бой!

В тот же миг орк сорвался с места и в мгновение ока пересек разделявшее нас расстояние. Обычные зрители наверняка увидели лишь размытую фиолетовую вспышку, но я отчетливо разглядел каждое его движение. Как не составило мне труда и уклониться от первого вражеского удара. Светящийся Межмировой Энергией кулак просвистел мимо моей головы, обдав ветром, но не причинив никакого вреда.

В принципе, в этот момент, поймав противника на безрассудном выпаде, я мог бы попытаться вонзить багор ему в руку, но я решил действовать иначе. Я отчетливо понимал, что вторая эволюция существенно повысила пределы моего тела, но до сего момента у меня не было возможности узнать, насколько именно.

А потому, что мне мешает использовать чертового нелюдя, чтобы лучше понять собственную силу?

Кто еще столь любезно предоставит мне спарринг-партнера, которого не жалко потерять?

Что же до турнира, так он никуда не денется. Время на схватку не ограничено.

Второй удар не заставил себя ждать, но я отклонил корпус в бок, вновь пропустив кулак мимо себя. Затем последовал пинок и удар с разворота, однако я своевременно шагнул чуть в сторону и пригнулся.

Это было близко.

Но я почувствовал, что стал лучше контролировать собственное тело. К тому же я не прекращал циркулировать Межмировую Энергию, ассимилируя купленные у торговца плоды. Хоть это и не оказывало мгновенного эффекта.

— Дерись! — рыкнул орк.

— А что? — хмыкнул я. — Мы уже начали?

Взревев раненным вепрем, громила заставил конечности светиться фиолетовым, а одна из его татуировок неожиданно ожила, превратив кулак в оскаленную пасть со стальными лезвиями вместо зубов.

Какое любопытное умение! И уклониться от него оказалось куда сложнее. Как и от второго. И от целого шквала последующих.

Благодаря прекрасному восприятию я отчетливо видел все движения врага, да и потоки Межмировой Энергии лежали передо мной открытой книгой. Но вот необходимыми рефлексами и навыками ближнего боя я не обладал. А потому мне приходилось отдавать команды чуть ли не каждой мышце в отдельности, так же используя накопленные фиолетовые частицы, словно на детских тренировках с Леушем.

Смешно, но именно заложенная тогда база помогла мне теперь лучше осуществлять контроль над ходом поединка.

Разъяренный орк все больше наращивал темп схватки. Позабыв о защите, он наносил удар за ударом, чередуя специальные умения с обычными попытками зацепить меня кулаком, пнуть или даже боднуть. Я же постепенно чувствовал себя все более комфортно, ощущая, как пробуждается ото сна мое тело. Будто по давно обмельчавшему руслу вновь струилась чистая ключевая вода, ознаменовав окончание сезона засухи.

Да, определенно чего-то такого мне и не хватало, чтобы окончательно освоить дарованные эволюцией физические возможности. С магическими-то я давно уже справился. Но не пора ли заканчивать этот фарс?

— Вы только посмотрите, что творит тридцать четвертый номер! — освещал происходящее на арене ведущий, и его переполненный эмоциями голос весенней грозой гремел над трибунами. — Может показаться, что он едва успевает уворачиваться и вот-вот лишится жизни, но это не так! Если сперва он дергался, как марионетка на ниточках, то теперь его движения похожи на гонимый ветром песок. Плавные, точные, невесомо легкие. Он отступает и поворачивается ровно настолько, насколько нужно, чтобы остаться целым и не понести урона. Пусть проклянут меня боги и демоны, но тридцать четвертый тренируется! — догадался комментатор. — Тренируется прямо во время сражения на Битве Сильнейших! И это самое удивительное, что мне доводилось когда-либо видеть!

А сейчас увидишь и кое-что еще. Смотри внимательнее, чтобы ничего не пропустить.

Окончательно вышедший из себя орк продолжал молотить по воздуху, пытаясь выжать из себя еще хотя бы каплю скорости. Он настолько увлекся атакой, что даже думать забыл о том, что я здесь не только живая мишень, но и вполне реальная угроза.

Коротко свистнул пожарный багор, с размаху опустившись на локоть, пронесшейся мимо моего лица руки. Раздался резкий сухой хруст, и сквозь зеленую кожу прорезались осколки раздробленной кости, словно ледяные торосы, внезапно вспоровшие сочный летний луг. Но не успел нелюдь почувствовал боль, как я схватил потерявшую подвижность конечность и, сложив ее пополам, вонзил лезвия наруча глубоко в горло ублюдка.

Орк замер, будто внезапно налетел на стену. Из-под маски раздался сдавленный всхлип. Он по инерции махнул в мою сторону другой рукой, но мне даже уклоняться не пришлось. Громила промахнулся.

Шатаясь, он выдернул поврежденную конечность из собственной шеи и попытался вздохнуть, однако лишь бестолково булькнул, щедро оросив каменный пол арены алыми брызгами. А затем и вовсе упал к мои ногам, распростершись ниц, как если бы решил напоследок вознести молитву своему убийце.

Орк умер. Я чувствовал это своим умением Некроманта. Отделившееся от тела серебристое облачко устремилось ввысь, но я не стал его ловить. Как не стал прятать в Теневой могильник и труп. Хотя гуль из него получился бы весьма приличный. Маскировка требовала от меня отказаться от магии до возникновения критического момента. И сейчас явно не он.

Под восторженный рев трибун и гомон фонтанирующего комментариями ведущего, я наклонился и, расстегнув ремешки, забрал себе шипованные наручи с лезвиями. С паршивой овцы хоть шерсти клок. Тем более что мой верный пожарный багор, прошедший со мной через множество всяческих напряженных и смертельно опасных событий, от последнего удара погнулся, потеряв форму. Слишком прочной оказалась плоть орка, идущего путем воина.

Вот ведь долбаный нелюдь! Даже после смерти умудрился нагадить!

Вернувшись на свое место, я застал Власа, ругающегося последними словами. В руках он держал два с небольшим серебряных гульдена, в то время как Леуш получил гораздо больше и теперь с довольной улыбкой пересчитывал прибыль.

— Почему ты не сказал, что он такой сильный? — возмущался регистратор, с трудом взяв эмоции под контроль. Хотя до обычного флегматичного состояния ему было еще далековато.

— Как это не сказал? — хохотнул Леуштилат, спрятав барыш в кольцо. — Я же говорил, что он выиграет. Я в нем не сомневался. Молодец, дружище!

Он подставил ладонь, и я по ней, проходя мимо, хлопнул. Сидевшие вокруг зрители тоже принялись меня поздравлять, хоть я их и вовсе не знал. Но делали это с расстояния. Окружавшее меня после первой победы кольцо свободного пространства снова выросло.

— На арену приглашаются номера шесть и десять. — объявил ведущий, дождавшись пока толпа более или менее успокоится, а букмекеры выплатят призовые. Правда большая часть сделавших ставки рвала на себе волосы, не угадав результат. Им, в отличие от Власа, никто не подсказывал. — Двадцать четыре и двадцать три готовятся.

— Ну наконец! — выдохнул Леуш, хрустнув пальцами. — А то я уж засиделся!

— Смотри, Говеха твой на ранге. — пихнул его локтем регистратор. — Изучай противника. Ты ведь ради него в турнир залез. — и тут же сделал ставку. — Два серебряка на Проклятого. Номер шесть. Какой коэффициент?

— Один к пяти в пользу шестого.

Влас разочарованно цыкнул. Ну да, дураков нет. А на Гнилуху еще и суеверие работает. Тут срубить бабла по-легкому не выйдет. Нужно было на меня ставить, если хотел разбогатеть. Как Леуш.

— Бой! — скомандовал ведущий. — Начинайте!

Глава 15

Едва услышав команду ведущего, Проклятый уверенным шагом направился к своему противнику. Не быстро. Не медленно. Обычно. Я бы даже сказал, буднично. Будто его попросили протереть пыль на другом конце арены, и он не нашел причины, чтобы отказаться.

Хотя сам при этом оставлял куда больше грязи.

Его обмотанные бинтами ноги сочились кровью и чем-то еще, пачкая каменный пол. На том и без него хватало следов от предыдущих схваток — и я лично приложил руку в последнем поединке — но эти пятна имели совершенно другой характер, и организаторам придется что-то с ними делать, если они хотят нормально продолжать турнир.

Противником Дохляка выступал некто в маске и обтягивающем трико. Не то стройный юноша, не то обделенная природой девушка. Даже расу не понять. Вроде не клиот. Не исключено, что человек или эльф. Одно можно сказать точно — некто являлся воином, так как держал в руках пару ножей и двигался слишком быстро для мага. Хоть и использовал свою скорость для бегства, скользя вдоль края арены.

— Вы только посмотрите! — комментировал ведущий, не забывая о своих обязанностях. — Боец ближнего боя. Ассасин. Ниндзя. Вместо того, чтобы подобраться поближе, удирает от врага! Как он собрался побеждать? И в то же время его оппонент идет на него с голыми руками. Что же мы увидим? Технику кулачного боя? Или, может, особые умения другого региона и чужой расы? Я в таком же предвкушении, как и все вы, дорогие зрители! Давайте вознесем молитву богам, чтобы они даровали нам зрелищную схватку!

Подавляющее большинство действительно воздели руки лодочкой к небу, шепча имена высших сущностей. Кажется, я даже краем зрения увидел, как что-то полетело в высь, но не акцентировал на этом внимание, следя за рингом. Ведь не исключено, что следующим моим противником станет кто-то из этих двоих.

А на арене тем временем ситуация в корне преобразилась. Сообразив, что одним бегом исход схватки не решить, десятый номер собрался с духом и, внезапно сменив направление, бросился к врагу. Подбежав практически вплотную, он резко присел, а затем, сохраняя инерцию, распрямился как пружина, изогнулся змей, подпрыгнул и умудрился в мгновение ока оказаться у Проклятого за спиной.

Определенно какое-то умение.

А следом еще одно.

Сверкнула Межмировая Энергия, и кинжал с молниеносной скоростью устремился в область шеи Дохляка. Большую часть уже выступивших этот прием точно застал бы врасплох, но нелюдь даже с места не сдвинулся. Однако при этом не погиб, потому что в последний момент воин сам прервал свою атаку и снова отскочил в сторону. А кинжал в его руке начал стремительно покрываться ржавчиной…

— Мать моя отец! — воскликнул ведущий. — Что же это? Неужели вы воочию видим губительное воздействие ауры Проклятых? Кто же знал, что она разъедает даже металл! И… Нет! Какой кошмар! Слухи не врали! Смотрите — даже не прикоснувшись, Проклятый заразил своей болезнью десятого!

Я имел на этот счет другое мнение, однако глаза мне не врали. Едва заметив коррозию на собственном оружии, ниндзя отбросил его в сторону, но его это не спасло. Кожа на его руке начала чернеть и отслаиваться, словно застарелая грязь; падали на пол гнилым месивом мышцы и даже кости стали оплывать, будто расплавленный воск.

Ужасное зрелище.

Зрители завопили в страхе, а сидевшие в первых рядах инстинктивно бросились вверх, организовав давку. И лишь Проклятый, не произнеся ни слова, спокойно направился к главному выходу с арены. Бой закончился. А его противника пытались спасти выскочившие на ринг товарищи. Хотя руку номер десять потерял точно, и вряд ли сможет когда-нибудь восстановить былую мощь.

— Так значит это правда… — выдохнул Влас, глядя как группа рабов драит залитый кровью и гнилью каменный пол. — В ближнем бою его тогда не одолеть, получается. Только магией. Что будете делать, парни?

— Это не болезнь, и она не заразна. — вынес свой вердикт я. — Какое-то умение. А значит ему можно противостоять.

— А мне кажется ни то, ни другое… — задумчиво проронил Леуштилат, глядя куда-то внутрь себя, будто заново проигрывал в голове детали схватки.

— Ну и что же тогда, если ты такой умный? — попытался поддеть его регистратор, навострив уши.

— Не знаю. Но обязательно разберусь, когда увижу вблизи! — хлопнул в ладони Леуш. — Пожелайте мне удачи, друзья. Мой черед развлекать публику. Во славу Сатвелеона!

Леуштилат сделал молебный жест, и скоро уже стоял на арене. Влас же, увидев его противника, серьезно задумался, однако в итоге не рискнул делать ставку в принципе.

Против здоровяка в кожаных доспехах с металлическими пластинами и с двумя двуручниками за спиной организаторы выставили хрупкую девушку. Маска скрывала ее лицо, но фигура в этот раз не оставляла сомнений. Как и длинные волнистые волосы цвета первых лучей восхода, перетянутые на затылке шелковой лентой.

Само воплощение легкости и невесомости. Казалось бы, должно быть очевидно, кто станет фаворитом схватки, но девушка держала в руках длинный костяной лук, что кардинально меняло ситуацию. Ведь бой вполне мог закончиться первым же удачным выстрелом.

— Начинайте! — прозвучала отмашка ведущего, и в тот же миг двадцать четвертая плавным, но стремительным движением выхватила из колчана на поясе стрелу, наложила ту на тетиву и отправила в полет, сопроводив залп вспышкой Межмировой Энергии.

Верная стратегия. Возможно, единственно верная. Да, стоя на стене, или ведя отстрел из-за спин товарищей, лучники, как и маги, могли наносить врагам страшный ущерб. Но, в отличие от тех же магов, мало что могли продемонстрировать на ближней дистанции. Разве что переключиться на иное оружие. Однако тогда придется тренироваться во владении и тем и другим, а не оттачивать мастерство в чем-то одном. Сплошные сложности.

С оглушительным свистом стрела пересекла расстояние до Леуша и, достигнув его, полыхнула фиолетовым. Оказалось, что мой друг успел-таки выхватить меч и поставить его перед собой на манер щита. Но не совсем плашмя, а немного под углом. В результате чего снаряд срикошетил и угодил в защищавшую зрителей прозрачную стену.

Однако не на этом все не закончилось, ведь не успел Леуштилат сделать и шага, как следующая стрела на подлете превратилась в змею, обвившую ногу воина, а лучница уже накладывала на тетиву новую!

Поразительная скорострельность. Но в чем двадцать четвертой не повезло, так это в том, что мы уже видели ее стиль боя. Три дня назад. Подъезжая к стенам Ижмарила. А значит Леуш, если не дурак, сумеет подготовиться.

Как я и ожидал, змея не пыталась прокусить металл брони, а испустила молнию, вот только за мгновение до этого здоровяк окутал ногу Межмировой Энергией. Его тряхнуло, но подвижности он не потерял.

А в следующий миг воин-жрец сорвался с места и помчался прямо на лучницу, отражая обычные стрелы и разрубая те, которые превращались в змей. Он с легкостью орудовал массивным двуручником, будто тот был тростинкой, а никак не пятикилограммовой дурой с широким клинком, и уже скоро оказался вплотную с противницей.

Но и та сумела удивить. Вместо того, чтобы отскочить или попытаться выстрелить в упор, она отбросила лук, выхватила из колчана очередную стрелу и, прыгнув вперед, ткнула ею Леуштилату в глаз!

Тот едва успел отвернул голову в сторону, так что в результате наконечник прочертил на его коже длинный кровавый след, а мой друг, выпустив меч, крепко прижал девушку к себе, зафиксировав руки и не давая двигаться. Ей не оставалось ничего другого кроме как сдаться.

Самый скоротечный бой за весь турнир. Секунды две от команды начинать до окончания. Лучница сделала ставку на скорость, но ей не повезло столкнуться с опытным Развившим, не раз рисковавшим жизнью в различных ситуациях, в результате чего у нее не осталось шансов.

Ведущий еще пересказывал обычным зрителям события, за которыми те не имели возможности уследить, когда Леуш вернулся на место и принялся замазывать рану целебной мазью. Можно думать о нем что угодно, но здоровьем и безопасностью, он точно не пренебрегал.

— Так и знал, что нужно было шлем покупать, а не поножи. — резюмировал он, садясь на место. — Но ничего. Я на ставках уже нормально заработал. Теперь на него тоже хватит.

— Маску снимать не надо было. — бросил ему я назидательным тоном.

— В ней обзор хуже. — пожаловался мне друг. — Да и не помогло бы. У девчонки наконечники зачарованные или что-то вроде того. Смотри. — он показал свое оружие, на котором остались длинные царапины, будто по нему алмазом водили. — Если б в последний момент чуть не довернул, она бы мне еще первым выстрелом и меч пробила, и голову вместе с ней. Огонь баба!

— Ты поэтому ее так долго тискал? — хмыкнул я.

— Не без того. — честно признался Леуш. — А еще от нее так пахнет вкусно! Ты б знал!

— Погоди! — встрял в разговор Влас. — То есть ты хочешь сказать, что успел не только меч подставить, но еще что-то подумать и правильно среагировать?

— Ну да. — пожал плечами Леуштилат. — А что?

— Да откуда вы оба вообще взялись-то? — недоверчиво уставился на нас регистратор. — Из Синего Аркаима что ли? Как тот Проклятый?

— Из Дальнего Крутолуга. — просто ответил Леуш.

— Это еще где? — не понял Влас.

— Синий Аркаим — это регион, а не город. — пояснил я неверно понявшему вопрос другу.

— А-а-а. — протянул тот.

Вообще я уже получил кое-какое представление об устройстве мира. И если раньше я считал, что регионы располагаются пластами с постепенным увеличением концентрации Межмировой Энергии, то в Триомаже я выяснил, что они похожи скорее на лепестки, примыкающие к цветкам. Причем лепестки разновеликие.

Таким образом в Зеленый Ламанай, с расположенным там Светом Зарницы, стремились люди не только из Белой Пальмиры, но и из других областей. Обитатели же Синего Аркаима должны были хотеть попасть на свою территорию с повышенной энергетикой. Однако, ничто не мешало им заглянуть и к нам. Мало ли какие могут быть причины. Тот же турнир, например, с заманчивыми призами.

Хотя, судя по косвенным признакам, потенциал развития здесь все же оставался несколько меньше, чем там, и миграция таким образом должна проходить в другую сторону. Наверное, поэтому о Проклятых, феях и зверолюдях тут практически не слышали. Как и о расах Третьего Вторжения. Им было куда податься в своей части материка. И только люди продолжали селиться где попало. И всюду оставались низшими существами.

— Что ж, вот уже и отсеялось больше половины участников нашего турнира. — провозгласил ведущий, закончив подводить итоги последнего боя. — За такими красочными поединками я совсем потерял счет времени. Оно утекает, как вода в песок, но зато оставляет яркие воспоминания. А кому-то еще и приносит выгоду. Как, например, шестнадцати храбрецам, которым скоро предстоит сразиться за право выхода в четвертьфинал! Вы ждете?

— Да!

— Вы в нетерпении?

— Да!!!

— Я не слышу!

— ДА!!! — неистово ревела толпа вне зависимости от пола, возраста и расовой принадлежности.

— Тогда готовьтесь делать ставки, ведь теперь вы уже видели каждого нашего претендента в деле. И первыми на арену приглашается номер два — Тараз Делакруа, а также его оппонент — номер шестнадцать! Девять и семь готовятся.

Чуда не случилось, и представитель одного из сильнейших родов одержал верх, обеспечив себе продвижение на бои следующего дня и какой-нибудь приз. Если только не погибнет на пути к финалу. Но в подобный исход никто не верил.

Точно так же со своими противникам справились Селорифинг из рода Багрянец Осени, и Митрофан унд эс Громоушев. Огненная Ведьма тоже не ударила в грязь лицом, подавив еще одного участника целым шквалом своих излюбленных чар. А вот дальше произошла парочка неожиданных казусов.

Бой номеров тридцать шесть и двадцать семь закончился победой последнего. Вернее последней. В честной борьбе воительница, орудовавшая небольшим квадратным щитом и хопешем, одолела шестипалую клиотку с саблей, тем самым гарантируя себе один из призов. Самое же примечательное, что она являлась всего лишь Освоившей. Наиболее везучей из всех, решивших рискнуть жизнью на Битве Сильнейших. И ее финальный удар простые зрители встретили чуть ли не громче, чем успех претендентов из влиятельных родов.

Хотя меня это заставило задуматься, прикидывая кто еще может достаться мне. Как бы на Леуша не попасть. Угораздил ведь его черт записаться на турнир! Влас же вообще считал, что пары снова подтасовали, чтобы выбить кого-то конкретного, а заодно таким образом вселить надежду в сердца ижмарильцев и в следующем году собрать больше участников. А соответственно взносов и процентов со ставок.

К моему облегчению и вящему восторгу Леуша ему в пару выдали номер шесть. Проклятого. С которым он и хотел сразиться. Мой крупногабаритный друг радовался, как ребенок, и чуть ли не в припрыжку бежал на арену под сочувственными взглядами публики. Они считали, что у бойца ближнего боя нет и шанса против ауры разложения таинственного нелюдя. И, кстати, не только лишь они.

— Какой коэффициент? — спросил я у проходившего мимо букмекера.

— Один к десяти. — отозвался тот.

— В чью пользу?

— Номера шесть, конечно.

— Прекрасно. — кивнул я. — Тогда прими ставку. Золотой гульден на двадцать третьего.

— Золотой⁈ На двадцать третьего⁈

Обычно невозмутимый ставочник удивился так сильно, что у него не только глаза полезли на лоб, но, кажется, даже несколько увеличились прорези в маске. Примерно так же выглядел и Влас. Этому вообще пришлось руками придерживать челюсть, чтобы не потерять. Комичное зрелище.

— Прошу прощения, уважаемый, но я не уполномочен оперировать настолько большими суммами, а также это противоречит… — начал было тараторить букмекер, но Влас прервал его нетерпеливым жестом.

— Ты уверен в его победе? — спросил он меня.

— А похоже, что я собираюсь выкинуть золото на ветер.

— Не похоже… — сосредоточенно произнес регистратор, усиленно теребя подбородок, будто пытался побриться голыми пальцами.

Я же подумал, что в случае проигрыша Леуша, потеряю больше, чем просто монету. Значительно больше.

— Прими ставку. — сказал Влас и тут же добавил. — И мою тоже. — он вытащил три больших серебряных гульдена и семь обычных. — На двадцать третьего.

— Я же говорю, что… — снова начал букмекер, однако Влас последовательно показал четыре разные комбинации из пальцев, увидев которые ставочник молча кивнул и выдал нам каменные плашки взамен денег. Причем мне досталось целых три, поскольку на суммы вроде моей они не рассчитывали.

Невольно почувствовал себя олигархом.

— Это все мои сбережения… — тяжелым голосом произнес регистратор, старательно пытаясь сохранить хладнокровие.

— Тогда ты дурак. — безразлично бросил я. — Я был о тебе лучшего мнения.

— Что-о⁈

Влас обернулся ко мне всем корпусом, но в этот момент ведущий провозгласил начало боя, и мы оба, как и тысячи других зрителей, сосредоточили свои взгляды на арене.

Давай, Леуш. Я в тебя верю! Не сдохни, пожалуйста, дружище!

Глава 16

— Мне только что сообщили, что десятого номера не спасла даже ампутация. Болезнь Проклятого проникла гораздо глубже. Несчастный скончался по пути к лекарю. — с напускным прискорбием рассказал зрителям ведущий. — Но тем интереснее станет для нас следующий поединок! Что же предпримет двадцать третий? Пока что он тоже пытается избежать сближения, однако мы уже видели, чем это заканчивается. Припас ли он какой-то козырь? Давайте посмотрим!

Затаив дыхание, трибуны следили за происходящим на арене. Дохляк, как и в прошлый раз, неумолимой поступью шагал в сторону Леуша, а тот бегал от него по кругу, гремя доспехами. Большинству должно было казаться, что тот в растерянности и не имеет представления, что делать, но я слишком хорошо знал своего друга. Он пытался понять природу сил противника. Ведь вблизи это сделать значительно проще, чем со своего зрительского места.

Время шло, ничего не менялось, а ижмарильцы уже начали терять терпение, как неожиданно Леуштилат сорвался с места и, сверкая Межмировой Энергией, со всей скоростью рванул к врагу. Без финтов и уловок. Прямо в лоб!

Подобравшись вплотную, здоровяк молодецки замахнулся двуручником, намереваясь одним ударом развалить нелюдя на две половины. А вместе с ним, видимо, и арену. Столько сил он вложил в свой удар.

Однако Проклятый лишь поднял руку в защитном жесте, и меч, едва коснувшись его бинтов, клочьями ржавчины осыпался на пол, не причинив вреда.

Более того, как и в случае с десятым, кожа Леуша начала стремительно чернеть. Причем на двух ладонях сразу!

Леутилат отскочил в сторону. Даже издалека я видел, что эффект коррозии доставляет ему невыносимые страдания. Ведущий что-то восторженно кричал, подогревая интерес зрителей, но я его не слушал. Мое сердце сжалось, пропустив удар. Я даже сам от себя не ожидал, что настолько привязался к этому шумному добряку.

Я уже сорвался было с места в попытке проникнуть на арену и помочь другу, а Влас так и вовсе помутился рассудком и начал рвать волосы на голове, как внезапно руки Леуша окутало мягкое золотое сияние, и от разложения не осталось и следа. Сам же он достал из-за спины второй меч и снова пошел на сближение!

Шумно выдохнув, я упал назад на свое место.

— Вот это поворот, дорогие зрители! — бесновался ведущий. — Вот это зрелище! Кто бы мог подумать, что у воина найдется средство противостоять заразе Проклятого! Я впервые вижу такое умение, но уже представляю сколько будет стоить содержащий его токин. Боюсь, всех моих денег хватит только на то, чтобы издалека на него взглянуть. Но что же будет делать наш замотанный в бинты гость?

Если Дохляк и смутился чудесным исцелением врага, то виду не показал и продолжил придерживаться прежней стратегии. Тупо переть вперед. А значит уже через секунду противники снова оказались на расстоянии удара.

Леуштилат не стал мудрить и опять нанес размашистый удар из-за головы. Однако теперь хоть он сам и светился фиолетовым светом Межмировой Энергии, но его меч сверкал золотом, будто его отлили не из стали, а из этого драгоценного металла. Я впервые видел такое умение в исполнении друга.

Для защиты Проклятый скрестил руки над головой и принял удар на них. Раздался звук, будто скоростной катер на полной скорости врезался в скалу, но заскорузлые бинты выдержали натиск. А следом сквозь них начал сочиться черно-фиолетовый дым, вступивший в противостояние с золотым сиянием.

Противники застыли подобно статуе, и ни один не мог получить решающего перевеса. Прошло всего несколько мгновений, но мне они показались целой вечностью, ведь в случае поражения мой друг имел все шансы обратиться грудой гниющей плоти. Которую даже в виде зомби воскресить не выйдет.

Хотя, о чем я. Зачем мне вообще мертвый друг?

Но все же Леуштилат нашел способ вновь меня удивить. Интенсивность его фиолетового свечения выросла многократно, а сам он убрал правую руку за спину, продолжая удерживать двуручный меч одной левой.

Уже все тело нелюдя сочилось фиолетово-черным, а Леуш пылал фиолетово-золотым. Казалось, что их противостояние вышло за пределы поединка, да и Битвы Сильнейших в целом. Будто оно имело куда большее значение, чем просто борьба за право продвинуться в турнирной сетке. Однако решить все должны была именно сила и личное могущество!

В занесенной над головой правой руке Леуштилата появился еще один двуручник, и он силой обрушил его рядом с первым. Вот это умение я уже видел. Ведь я сам подарил его другу. И у того ушло немало времени, чтобы научиться им нормально пользоваться. Шутка ли — держать в каждой руке по здоровенной дуре, которую и поднять-то на всякий сможет, да еще и сражаться ими одновременно.

Но все же многочисленные учебные поединки с Аскаром сделали свое дело, и теперь воин-жрец удвоил натиск!

Этого оказалось достаточно, чтобы сломить оборону противника. В этот раз Проклятый сам разорвал дистанцию, но сделал это слишком поздно, и его верхние конечности превратились в две кровоточащие культяпки.

Нелюдь издал душераздирающий крик — первый звук, который от него кто-либо услышал. От боли и шока он потерял концентрацию и перестал использовать Межмировую Энергию. Черный дым тоже пропал без следа. И Леуш не преминул эти воспользоваться.

Пускай еще один его меч тоже осыпался на арену хлопьями ржавчины, но второй, пылая золотым светом, насквозь пронзил грудь нелюдя. Однако на этом мой друг не остановился и продолжил давить, распространяя свой свет на тело врага. И делал это до тех пор, пока тот не вспыхнул огнем и не упал на каменный плиты грудой обугленной плоти.

— Не бойтесь, жители Ижмарила! — громогласно провозгласил Леуштилат, опередив даже пораженного зрелищем ведущего. — Нет никакой болезни! Этот Проклятый использовал демонические силы, но я одолел его именем Сатвелеона! Восславим же бога света, друзья!

Нашел, блин, время проповеди читать. Я тут чуть инфаркт не словил, а у Власа, вон, последние три клочка волос поседели. Кому он теперь такой нужен? Хотя с учетом выигрыша на ставке…

Пока ведущий смаковал для зрителей самый сочные моменты поединка, а арену в очередной раз драили рабы, к нам сперва подошел Леуш, а следом и букмекер.

— Представляешь, это был всего лишь Осознавший. К тому же маг! — поделился Леуштилат, когда я искренне поздравил его с победой. — Он магией укреплял тело и бинты. А где брал скорость вообще ума не приложу.

— Главное, ты справился. — резюмировал я, окончательно успокоившись.

— Я-то да. Но только благодаря Сатвелеону и его помощи. Проклятый и сам был магом-жрецом. И заражал всех силой демона. Не думаю, что кто-то кроме меня мог бы ему противостоять.

А вот это уже любопытно.

— Ты говорил кому-то, что ты епископ? — спросил я друга.

— Конечно! Я даже в храме уже проповеди читал. Пастве понравилось. Слушай, а у тебя двуручника случаем в кольце не завалялось? А то у меня закончились.

— Только обычный. Держи.

— Ну хоть так пока. Спасибо, дружище!

Получается, что власовская теория заговора имела все шансы оказаться правдой, и организаторы действительно подтасовали пары, чтобы устранить кого-то. Но не кого попало, а именно Проклятого. И таким образом обезопасить отпрысков знатных семей.

А заодно заработать на ставках.

Влас как раз тупо пялился на три золотых в руках и не верил своему счастью. У него даже слезы из-под маски катились. Сколько же подняли настоящие закулисные воротилы?

— Прошу прощения, уважаемый, но мы не успели собрать всю сумму вашего выигрыша. — обратился ко мне букмекер елейным голосом. — Но я гарантирую, что мы обязательно выплатим ее после вашего боя.

— Если я на нем выживу, да? — хмыкнул я.

— Само собой. — кивнул тот.

— Готовьте деньги. — холодным тоном заявил я, поднимаясь на ноги. — Все до последнего медного гульдена. Я хочу видеть их сразу после завершения поединка.

— Всенепременно.

Я сверкнул глазами, и, несмотря на маску, букмекер поежился, будто его внезапно продуло сквозняком. Хотя я и понимал, что лично он ни на что не влияет, а лишь выполняет волю хозяев.

— Что ж, все хорошее когда-то заканчивается, а значит настало время последней сегодняшней схватки. — провозгласил ведущий, когда арена приняла более или менее приемлемый вид. — Но не забудьте прийти завтра, ведь завтра будет еще интереснее! А пока на ринг приглашается номер четыре — славный Катур из достопочтенного рода Глендельвейд. И его противник — номер тридцать четыре. Прошу!

— Удачи, дружище! — подбодрил меня Леуш. — Ты справишься!

— А какой коэффициент? — очнулся вышедший из транса Влас.

— Один к семи. В пользу Катура.

Регистратор выругался. Жадность в нем боролась с нежеланием расставаться с нажитым добром. Но кто одержал верх, я не знал, потому что уже спустился на арену и оценивал своего противника вблизи.

Низкорослый белобородый дварф, не доходивший мне даже до подбородка, полностью скрывался за выгнутым прямоугольным щитом с умбоном. Более того, на бой со мной он нацепил чуть ли не полноценные латы и шлем нащечниками, превратившись в настоящую живую крепость. В руке же он держал все тот же, что и раньше, кистень с тремя мощными стальными шарами на коротких цепях.

— До этого тебе везло, дукрат, но я покажу тебе, что такое страдание. — заявил Катур, плюнув в мою сторону. — Доставай оружие, если хочешь протянуть хотя бы минуту!

— Оружие? — усмехнулся я. — Мне не нужно оружие, чтобы одолеть такого слабака, как ты. Вот этого будет вполне достаточно.

Под полные растерянности и удивления вздохи публики в моей руке появился знакомый зрителям пожарный багор, покрытый ржавчиной и другими пятнами. Только теперь еще и гнутый. Мы пытались с Лешум вернуть ему изначальную форму, однако полностью нам это не удалось.

С трибун послышались нервные смешки, а ведущий филигранно скруглил углы, комментируя мой выбор. Все уже видели, на что я способен, а потому не торопились с выводами.

— Ты труп! — прорычал дварф, брызжа слюной.

— А ты клоун. — не остался в долгу я. — Бороду покрасил или у деда в долг взял? Своя-то не растет небось, отпрыск рода недоросликов? Клин… как там? В заднице фей?

— Глендельвейд!!! — взревел нелюдь и, не дожидаясь команды к началу, ломанулся на меня, словно носорог к самке в период течки.

Чего я в общем-то и добивался.

Катур мчался, выставив перед собой щит и замахнувшись кистенем. Полноценная броня практически не оставляла незащищенных участков, куда я бы я мог ударить, и он явно знал обо всех этих точках. И все же я не сходил с места. А когда шипованные шары пришли в движение и уже неслись к моей голове, я поднырнул под них, извернулся всем телом и, зацепив руку дварфа загнутым в обратную сторону крюком, резко дернул на себя.

Раздался сводящий челюсти металлически скрежет, но доспехи оказались явно непростыми. Даже с учетом использованного в противоход приема мне не удалось их повредить, и я лишь привел в негодность острие своего оружия.

Более того, масса и скорость нелюдя не позволили мне изменить его курс, а меня самого швырнуло на землю с чуть не вырванным из сустава плечом. Если бы не эволюция, руки́бы я в этот момент уже лишился.

И чуть не лишился головы, когда на нее практически уже приземлилась нижняя кромка щита. В последний момент я успел откатиться в сторону, и окованный металлом край с оглушительным грохотом расколол каменную плиту пола.

— Не устанешь в таком костюмчике бегать, отпрыск? — выдал я, поднимаясь на ноги.

— У меня Ядро гранитной твердости, червяк! — с напыщенной гордостью провозгласил Катур. — Я не устану никогда! К тому же ресурсы рода позволят мне восстановиться к завтрашнему дню.

— Доживи до него сначала, карлик.

— Больше на меня это не подействует. Нападай!

Он утвердил щит на полу и отвел руку назад, раскручивая шары кистеня. Стальная крепость в полной боевой готовности. Да еще и с комплектом соответствующих умений, уже продемонстрированных в предыдущих боях. Уверен, даже Леушу взять такую было бы нелегко, что уж говорить обо мне — некроманте, лишь притворяющемся воином.

Однако, с чем мне откровенно повезло, так это с противником. Пусть тот и Развивший, но, если бы мне достался Громоушев с его виртуозным владением шпагой, у меня не осталось бы и шанса. Пришлось бы вызывать из Тени подмогу и раньше времени демонстрировать всем, что я маг.

Кистень же в этом плане куда проще. Тем более трехшарный. Им не пофинтишь, да и разнообразием приемов похвастаться не выйдет. Крутишь и бьешь. А если не попал, то снова крутишь. Правда, если попал, то бой на этом скорей всего и закончится. Так что до такого лучше не доводить.

Сорвавшись с места, я стремглав рванул к противнику, держа поврежденный багор наготове, но, не добежав буквально пару шагов, резко сменил направление. Упреждающий удар дварфа пришелся в пустоту, а я закинул оружие на плечо и принялся насвистывать глупую мелодию, делая вид, что вообще здесь просто на прогулке.

Катур не повелся и снова принял стойку, гневно сверкая на меня глазами из узкой щели между щитом и шлемом.

Но я не куда не торопился и провернул этот финт еще несколько раз.

После третьего с трибун послышались смешки. А после пятого недовольный свист. И даже ведущий заявил, что совсем не такого фиглярского боя он ожидал от двух уже показавшихся себя сегодня бойцов.

Мне-то подобное по барабану, а вот представитель знатного рода не мог себе позволить посрамить честь фамилии. Поэтому, когда я в очередной раз делал вид, что «вот-вот на него нападу», дварф сам шагнул мне навстречу и попытался прижать щитом, одновременно нанося удар кистенем с использования умения.

К этому я его и принуждал.

Но все равно увернуться от такой атаки оказалось крайне сложно. Мне пришлось использовать Межмировую Энергию для усиления мышц и изогнуться под таким углом, которого без недавней «тренировки» с орком я бы и вовсе не выдал. Но в итоге мне удалось пропустить удар мимо себя. Нелюдь зарядил шарами в собственный щит, а я резко «выстрелил» рукой вперед, применив Хватку нежити.

Заклинание. Но поскольку оно воздействовало на самого меня, а не на что-то вокруг, то отличить его от боевого навыка вряд ли кто-то сможет.

Я надеялся закончить бой одним этим ударом. Уцелевшее острие багра летело точно в глаз ненавистного нелюдя, и я уже представлял, как буду развивать успех, но Катур не даром жил в городе посреди Диких Земель. Да и ступень Развития с гранитным Ядром получил не за одолженную у деда бороду. К сожалению, ему хватило опыта, реакции и скорости, чтобы немного отклонить голову назад, а потому я лишь чиркнул ему по носу, оставив на переносице глубокую рану.

— Первая кровь! — радостно провозгласил ведущий под одобрительный рев толпы. — Ставки больше не принимаются! Стоп ставки! Все внимание на арену! Наши бойцы прощупали друг друга, и опыт подсказывает мне, что сейчас начнется самое интересное! Следите внимательно все, кто может, а остальные слушайте меня. Клянусь всеми богами, в этом бою компромиссов не будет!

— Ты покойник. — сквозь зубы процедил дварф.

— Ты это уже говорил. — я небрежно дернул плечом, всем своим видом демонстрируя полное пренебрежение. — Пока ничего нового не вижу.

— Сейчас увидишь!

С этими словами он попер на меня, словно бронепоезд, украшенный множеством фиолетовых лампочек. Смотрелось страшно. Но я был готов!

Глава 17

На этот раз наши роли поменялись. Дварф наседал и старался прижать меня к краю арены, а я скакал кузнечиком, вертелся ужом и порхал словно бабочка, перелетающая с цветка на цветок погожим июньским деньком. С той лишь разницей, что любое промедление или ошибка запросто могли бы стоить мне жизни.

Шары кистеня налетали на меня с разных сторон, грозя любым ударом раздробить кости и превратить плоть в готовую к жарке отбивную, но я все равно продолжал благодарить судьбу, что мне не достался в этом раунде Громоушев. Я уже дважды видел его в деле и прекрасно понимал, что против шпаги в таком ритме не выстоял бы и пары секунд.

Кистень же не предполагал особых хитростей в использовании, беря голой мощью. Его владелец делал ставку на одно удачное попадание. Благодаря чему движения получались более предсказуемыми, и мне оставалось всего-навсего не терять бдительности. Разу уж удалось заставить противника отказаться от наиболее комфортной для него тактики живой крепости.

И почему он ее так любил, я тоже понял довольно быстро. Катур уже достиг ступени Развития, многократно усилил собственное тело, и даже сформировал Ядро, но двигался при этом лишь ненамного быстрее меня. Ведь броня его оказалось отнюдь не обычной и весила наверняка, как легковой автомобиль. Плюс тяжеленный щит, который из-за смены тактики приходилось постоянно держать на весу. Все это давало нелюдю защиту, способную выдержать прямой удар другого Развившего, а то и Объединившего, но заметно снижало подвижность.

Чем я и пользовался. Потому что две эволюции все же оказались не способны компенсировать три полноценные ступени чуждого мне пути воина. Хорошо хоть на орке в прошлом раунде потренировался, иначе сейчас бы совсем туго пришлось.

Впрочем, я и без того отнюдь не прохлаждался. Неоднократно смерть проносилась в считанных миллиметрах от меня, а на плаще появилось несколько длинных порезов от заточенных до бритвенной остроты шипов. Я уже несколько раз использовал Хватку нежити в попытках достать противника, но, даже успешно угодив острием багра в сочленения доспехов мне не всегда удавалось добраться до тела дварфа.

И тем более нанести ему существенный ущерб.

Я лишь оцарапал ему щеку и пару раз кольнул в сгиб локтя. Не те повреждения, которые способны свалить Развившего. Пусть у того по лицу и струилась кровь.

Однако, кое-чего я все-таки добился. Причем даже неожиданно для себя самого…

— Вы только посмотрите, друзья, что творится на арене! — голосил ведущий, продолжая комментировать происходящее. — Какое интенсивное сражение! Какой накал! Будто сами боги вселились в наших бойцов, чтобы сделать последний бой за выход в четвертьфинал красочным и незабываемым!

— Интенсивная сшибка идет уже несколько минут, а на их скоростях, поверьте мне, это очень долго! Несколько раз тридцать четвертый был на самой грани, но в последний момент уходил от удара. Сам же он, похоже, не в состоянии пробиться через защиту Катура из славного рода Глендельвейд. Вместе с тем, любой пропущенный удар может стать для него смертельным. Возможно, ему стоило бы сменить оружие, но есть ли у него что противопоставить зачарованной родовой броне? И успеет ли он это сделать?

Честно говоря, я и сам уже задумывался о подобном, но, в то же время, находясь на арене, я видел то, что недоступно было взору ведущего. А именно мельчайшие капельки пота, которые поползли по лицу нелюдя, и тонкие едва заметные изумрудные усики, распространявшиеся по коже от оставленных багром ран.

Сперва я и сам не понял в чем причина. Развивший даже в тяжеленной броне еще не должен был устать. Нет, я не оставлял надежды, как один из вариантов, взять его измором, но не так же быстро!

А затем я вспомнил.

Когда и где в последний раз я использовал свое необычное оружие, столь похожее на пожарный багор? В Трещине. В той, где состоялась моя некромантская схватка с Гожаром и эволюционировавшим Пустынном Тритоном. Чьи сердце и Ядро до сих пор хранились среди моих трофеев.

Но главное не это. А то, что по пути к деревне кобольдов мне пришлось столкнуться с целой ордой мохнатых когтистых восьминогих тварей. Одна из них, кажется, до сих пор валялась в дальнем углу Теневого могильника. Страшилища выпрыгивали со всех стороны, и мои прислужники едва справлялись, так что мне тоже пришлось взять в руки сталь и мочь им в меру возможностей.

Конечно, мы справились. Вот только твари те были ядовитыми, и яд их как раз имел тот самый изумрудный оттенок, который я сейчас наблюдал на лице Катура.

Так вот что за пятна вместе с ржавчиной украшали теперь мой верный багор! Сохранившаяся с тех времен отрава! И теперь она активно проникала в тело чертового нелюдя, медленно его убивая.

На самом деле кто-то более слабый уже давно бы двинул кони. Мне и самому, несмотря на эволюции, пришлось бы худо. Но тело Развившего так просто не взять. Даже заразившись столь сильным токсином, у него хватит времени найти противоядие, лекаря или избавиться от угрозы каким-то другим способом.

Вот только не во время боя!

— Что… Что ты со мной сделал? — пропыхтел дварф, не прекращая попыток меня достать. — Это яд? Ты! Бесчестный ублюдок!

— Не тебе говорить о чести, мешок дерьма. — огрызнулся я. — Все видели, как ты издевался над прошлым врагом. Над человеком! Почувствуй теперь его боль!

— Так ты тоже чел⁈

— Береги дыхание. — хмыкнул я. — Оно тебе еще понадобится.

Чего у меня не отнять, так это способности обернуть ситуацию себе на пользу. Теперь мне не требовалось лично обрывать жизнь врага. Достаточно подождать, пока тот сам сдохнет от яда. Может не так зрелищно, но зато эффективно. И, главное, мои основные секреты останутся при мне. Ведь впереди еще две схватки. А потом финал. И где-то среди них меня ждет поединок с Огненной Ведьмой. Гадиной Инделлан, отнявшей у меня Анну!

Энн… Мари… Что за злой рок заставляет меня лишаться сестер?

— Посмотрите, кажется, Катуру надоело играть с тридцать четвертым. — во всеуслышанье объявил ведущий. — Он перестал экономить Межмировую Энергию и полон решимости превратить противника в кровавый фарш. Не отвлекайтесь ни на секунду и лучше даже не моргайте! Я чувствую, что финал близок!

Осознав свою ситуацию, дварф действительно удвоил натиск. Непрерывно сверкая фиолетовым, он всеми силами пытался меня достать, чтобы успеть вывести из тела яд. Он даже стал чаще открываться, хотя я подозревал, что это может быть специально подстроенной ловушкой. А потому сосредоточился на обороне.

Я тоже вынужденно воспользоваться Межмировой Энергией для усиления тела. Приходилось нелегко. Но уже спустя несколько секунд ожесточенной рубки я заметил, что нелюдь начал замедляться. Своей яростной вспышкой, он лишь разогнал кровь и ускорил действие отравы. Движения стали менее четкими, а зрачки принялись метаться из стороны в сторону, демонстрируя первые признаки подступающей паники.

Наконец нелюдь сделал фатальную ошибку, которую я просто не мог игнорировать. Замахнувшись слишком широко, он нанес чересчур широкий удар, чего прежде себе не позволял.

Пропустив кистень над головой, я увидел, что враг полностью раскрылся, и никак не успеет защититься ни с помощью оружия, ни щитом.

Эта мысль промелькнула у меня в голове за долю мгновения, и я решил прикончить противника одним эффектным ударом.

Резко рванув с места, я выбросил вперед руку с багром, намереваясь пробить нелюдю шею под самым подбородком. Даже если под бородой у него скрывается какой-то металлический воротник, то тот не сможет закрыть все.

И, конечно, я усилил свой удар Межмировой Энергией.

Однако все это оказалось лишь искусной обманкой. Неожиданно дварф отбросил свой щит, казавшийся мне уже чуть ли не частью его тела и, использовал умение, которого я прежде в его исполнении не видел. Видимо для него требовалось держать кистень двумя руками. Кроме того, ублюдок еще и умудрился отклонить голову вместе с шеей чуть в сторону.

Чертов нелюдь провел меня!

Три шипованных стальных шара летели мне прямо в грудь, не оставляя ни единого шанса уклониться. Ведь сам я несся четко им навстречу.

И тогда за доли мгновения до неминуемого столкновения я принял единственное доступное мне решение.

Хватка нежити!

Одолжив силы Жутня, я немного изменил направление собственного удара. Я увидел, как расширяются от удивления глаза Катура. Но он тоже сделать уже ничего не мог.

Мы достали друг друга почти одновременно. Вот только именно это «почти», порой решает кому жить, а кому умереть. Буквально на половину мгновения раньше единственное уцелевшее острие моего багра раскрошило дварфу зубы, пронзило язык и вошло ровно между двух позвонков, перебив нервы.

А в следующий миг меня будто сбил поезд. Раздался оглушительный треск удара, плащ на груди разорвало в клочья, что-то у меня внутри отчетливо хрустнуло, а я полетел спиной вперед, едва касаясь пятками пола.

Но все-таки я выжил! Броня из пластины костяной Императорского Трицебыка спасла меня от неминуемой смерти. И даже если несколько ребер пострадало, это не помешает мне закончить бой!

После непродолжительного полета меня какое-то время волокло по камням арены, а затем впечатало в бортик. Боль была страшная, все тело горело, а в голове будто пьяные бомжи устроили драку за последний кусок колбасы, находясь при этом на борту попавшего в шторм судна.

Плащ окончательно превратился в лохмотья, но зато хоть маска каким-то чудом удержалась на лице, более или менее сохранив мое инкогнито.

Первой инстинктивной мыслью стало призвать из Теневого могильника пару зомби, чтобы помогли подняться. Вполне естественное желание для Некроманта, слившегося со своим умением и привыкшего полагаться на помощь прислужников. Я даже так едва и не поступил, но в последний момент одумался и уберег себя от преждевременной демонстрации возможностей.

Просто так я что ли весь бой страдал? Используй я хотя бы часть своего магического потенциала, и сраный Катур даже подойти бы ко мне не смог. Ему бы пары умертвий с личами за глаза хватило. Никакая броня б не спасла.

Пошатываясь, я кое-как поднялся на ноги и влил себя пару зелий, начав заодно циркулировать в поврежденных частях тела Межмировую Энергию. Вкупе с эффектом от употребленного ранее плода эволюции стало полегче.

Под неверящими взглядами зрителей я подошел к поверженному противнику. Тот был еще жив и даже пытался двигаться несмотря на перебитый позвоночник.

Вот она хваленая живучесть Развившего!

Опустившись вниз, я двумя руками взялся за торчавший изо рта нелюди багор, уперся коленом ему в грудь и резким движением свернул мрази шею.

Это конец.

— Это конец, дамы и господа! — вторя моим мыслям, объявил ведущий под оглушительный рев толпы. — Кто бы мог подумать, что первый день Битвы Сильнейших закончится таким фееричным боем! Катур — отпрыск влиятельного рода Глендельвейд и один из главных претендентов на победу в турнире — пал, не добравшись даже до четвертьфинала. Какой поворот судьбы! Какая трагедия! И в то же время какой триумф! Поприветствуйте же того, кто собственными силами проложил себе путь наверх и уже заслужил за это достойную награду. А может он возьмет и главный приз? Кто знает! Номер тридцать четыре! Он же — Леошкортс!

— Ле-ош-кортс!

— Ле-ош-кортс!

— Ле-ош-кортс! — хором скандировали трибуны, вне зависимости от расовой принадлежности.

Похоже я и вправду показал захватывающее шоу, впечатлившее зрителей. Явно не такого результата они ожидали. И уж точно никто не надеялся на столь раннем этапе увидеть зрелище, достойное финала. Кажется, даже проигравшие на ставках не сильно расстроились, окупив финансовые потери незабываемым зрелищем.

«А ведь впереди еще целых два дня. Неужели там будет еще круче?» — эта мысль столь явственно витала в воздухе, что чуть ли не пролилась дождем на головы ижмарильцев.

— Всех прошедших в четвертьфинал прошу пройти через главный выход арены. — объявил тем временем ведущий. — Вам будет предоставлена комната для отдыха и вместе с ней массив, соответствующий вашей ступени, для восстановления сил. Также вам не стоит беспокоиться о воде и пище. Изысков не обещаем, но и с голоду у нас пока тоже никто не умирал. Со зрителями же мы прощаемся до завтрашнего дня. Не забудьте прийти за новой порцией впечатляющих поединков и за шансом на них заработать. Да хранит вас Захаурун.

Одни принялись расходиться, вспомнив, что за пределами Цитадели их ожидает обыденная жизнь, полная лишений и невзгод, другие продолжали сидеть на местах, не желая отпускать царившую вокруг атмосферу праздника. Под перекрестьем сотен и сотен взглядов я снял с поверженного противника латные перчатки и забрал себе его кольцо. Также в трофеи я зачислил и щит с кистенем. Хоть что-то получу, раз уж не мог на глазах у всех заняться ловлей его души.

Тело такое терять тоже жаль. Если из мертвого орка с прошлого раунда вышел бы только гуль, которых у меня, в принципе, и так хватало, то из Катура получилось бы уже полноценное умертвие. Причем весьма недурное.

Однако пользоваться Теневым могильником, не раскрыв себя как мага, я все так же не мог.

Что мне его за ногу за собой тащить что ли до первого укромного места? Как-то это не комильфо. Не то чтобы меня сильно заботило чужое мнение, да и личину я носил вымышленную, но хотя бы какое-то самоуважение иметь все-таки нужно?

Вот бы был другой способ забрать с собой мертвое тело…

Секундочку! А кто сказал, что его нет?

Не особо надеясь на результат, я поднес руку к мертвецу и… тот прекрасно вместе со всем снаряжением уместился в пространственное кольцо Влатислава!

Вот она зашоренность сознания. Туда ведь только живое убирать нельзя, а дварф этого статуса с моей помощью уже лишился. Значит теперь ничем не отличается от топора, стула или ожидающих стирки трусов. Разве что защищать его там от разложения я не смогу, а значит нужно побыстрее остаться в одиночестве для использования заклинания воскрешения.

Наблюдавшая за мной толпа пораженно ахнула.

— Не советую так делать, Леошкортс. — ведущий впервые на моей памяти обратился к кому-то напрямую. — Сегодня здесь нет представителей семьи Глендельвейд, но уже скоро они узнают о случившемся. Ты, конечно, имеешь все права на трофеи, но для тебя же лучше оставить им их имущество. Как, конечно, и тело Катура.

Буду я еще перед всякими нелюдями выслуживаться! Пускай целуют меня в зад, и, может быть, я позволю им стать моими рабами. Хотя нет, не позволю. Эти выродки не достойны ходить по моей родной Земле! Разве что только в виде нежити.

Хотел я сказать все это вслух, но образ разрушать не следовало, а потому я лишь с невозмутимостью каменного истукана накинул новый плащ взамен истрепанного и, стараясь не шататься, направился к выходу.

Ведущий больше не проронил ни слова.

По дороге меня догнали Леуш и двадцать седьмая. Друг тут же поздравил меня с замечательной победой, молодецки хлопнув по плечу, от чего я невольно скорчился и зашипел змеей. Боль я, может, частично и заглушил, но до полного выздоровления было еще далековато. Кажется, я стал самым травмированным участником, вышедшим во второй день.

— Прости, дружище. — тут же добродушно извинился здоровяк. — Классный бой! Особенно тот последний выпад! Прям у-ух! — не подобрав слов, он махнул кулаком, чуть снова меня не задев. — Влас там едва слезами не захлебнулся. Бедолага.

— На Катура поставил?

— На тебя. Но мало. Теперь страдает. А как имя услышал, так у него даже маска побледнела. Просил замолвить за него словечко. Ты ведь зла на него не держишь, да? И не станешь делать из него неж…

Я пихнул друга локтем в бок, заставив заткнуться, пока не наговорил лишнего. Все-таки мы были не одни.

— Ты, значит, с нелюдью дружишь? — презрительно глядя на меня через прорези в маске, спросила Леуштилата воительница. Она закинула щит за спину, повесила хопеш на пояс, а полученные в бою раны уже покрывал ровный слой целебной мази. Короткий же ежик черных волос спрятался под капюшоном легкого плаща. — Не советую. Драться ты мастак, но от их коварства это не спасет.

Леуш хотел ей что-то ответить, но та не стала слушать и спешно удалилась в компании своего провожатого. Все-таки она понимала, что не ровня Развившим.

Пришлось разойтись и нам.

А вот личность доставшегося мне сопровождающего, выделенного организаторами, меня немало удивила. Неужели они что-то знают?

Глава 18

— Восхитительный бой! Великолепный! — захлебываясь эмоциями, восторгался вихрастый мальчуган лет десяти, ведший меня по гулким пустынным коридорам Цитадели. — Я мало что увидел, но тот взмах… и этот финт… а потом ух! И еще ах! Это просто нечто! Я только одного не понимаю, господин Леон, вы разве не маг?

Я резко остановился и посмотрел по сторонам. Ни души. Едва отойдя от арены, мы шли своим путем, и с того момента нам до сих пор так никто и не встретился. Ни людей, ни нелюдей. Лишь душный полумрак, местами пронзенный тонкими солнечными лучами, прорывающимися через узкие прорези под самым потолком.

— Что-то случилось, господин Леон? — поинтересовался парень, заметив, что я перестал за ним следовать.

Это был Сим. Или, как он сам себя называл, Шустрый. Тот самый воришка, пытавшийся стянуть у меня кольцо в первый же день моего пребывания в Ижмариле. И сам факт того, что именно он стал моим провожатым, заставлял меня задуматься о степени осведомленности организаторов. А также о том, чего они от меня хотят таким образом добиться.

— Как ты меня узнал? — строгим тоном спросил я, и не думая снимать маскировку.

— Я видел, как с вами общался господин Леуштилат.

Ну конечно! Маска ему видите ли обзор закрывает, а лишний слой одежды мешает двигаться. Ну зато хоть на череп ничто не давит. Ни снаружи, ни изнутри.

Ладно. Это я еще от горячки боя не отошел.

— Он со всеми так разговаривает. — попытался парировать я.

— Не-а. — качнул головой мальчик. — С вами по-особенному. Спасибо огромное, кстати, что с Ерихоном поговорили. Он простил мне долг, и я решил завязать с воровством. На турнир вот повезло устроиться. Работа временная, но я потом еще что-нибудь придумаю. И за маму с братом тоже спасибо. Я ваш должник. — со всей серьезностью маленького мужчины добавил он.

— Кто назначит тебя моим провожатым? — не мог не поинтересоваться я.

— Я сам вызвался! — гордо заявил Сим после чего немного потупил взор. — Правда, честно говоря, я к господину Леуштилату хотел, но его до меня заняли. Там за него чуть не дрались.

— А за меня?

— Ну-у… — протянул он. — И за вас тоже…

— Не ври.

— Ладно. К вам никто не хотел. Они боялись. Но я-то знаю, что вы на самом деле хороший и только нелюдей не любите. Из-за сестры. Так что за вас со мной никто не спорил.

Я не удержался и хмыкнул. Хороший. Уверен, многие с этим утверждением бы поспорили. Да еще и с пеной у рта. Я вообще-то Некромант, на секундочку! Бывают ли хорошие некроманты? Получается, что да.

— Ты кому-то говорил, что знаешь меня? — наконец задал я самый важный вопрос.

— Ну я же не дурак, господин Леон. — Шустрый сделал вид, что обиделся.

— Леошкортс. — поправил его я. — На турнире я Леошкортс и никак по-другому.

— Леошкортс. — повторил парень. — Как скажете. А как все-таки вы…

— Никак. — перебил его я. — Тебе этого знать не нужно. И только попробуй кому-нибудь проболтаться!

— Нем, как бархан! — выпалил Сим. — Клянусь Омишем, что никто не узнает от меня вашей тайны! Я же все-таки ваш должник. А долги нужно возвращать. Всегда. Так учил меня папа…

С соответствующим спецэффектом клятва оказалась принята, а ее действенность я уже ни раз наблюдал лично. И даже успел испытать на себе. Как ни крути, но хорошо, что в современном мире есть надежный способ сохранить секрет, кроме убийства всех, кто о нем знает.

Хотя, буду честным с собой, мальчишку убивать я все равно не собирался.

Миновав еще несколько лестниц и коридоров, мы подошли к простой неприметной двери. Ну или не такой простой, с учетом того, что она была сделана из дорого и редкого в Ижмариле дерева.

Возле входа меня ждали. Некий высокий худощавый тип в свободных одеждах и с невзрачной маской на лице. Дождавшись пока я подойду, он без лишних церемоний протянул мне туго набитый кожаный кошель. Заглянув внутрь, я увидел несколько золотых гульденов, кучу серебра и редкие вкрапления меди.

— Ваш выигрыш, уважаемый Леошкортс. — пояснил незнакомец, будто я сам без него не догадался.

— Тут меньше, чем я ожидал. — заметил я. Потому что ожидал я ровно десять золотых, которые можно было бы передать одной большой монетой соответствующего достоинства.

— Тотализатор забирает свой процент. — вежливо напомнил тип. — Надеемся, что завтра вы снова будете делать такие же смелые ставки. Мы распорядились, чтобы для вас сняли любые ограничения.

— Рассчитываете, что я проиграю все обратно? — усмехнулся я.

Не став отвечать, незнакомец изобразил учтивый поклон и скоро уже скрывался за углом коридора.

Чуть подумав, я выдал Симу большой медный гульден из суммы выигрыша. Так сказать, на чай.

— Спасибо, господин Леошкортс! — искренне поблагодарил меня парень, пряча монету. — Это больше, чем я заработаю здесь за два дня! Спасибо огромное! Пройдите внутрь, пожалуйста, я вам все покажу.

Помещение для отдыха представляло собой небольшую, но удобно обставленную комнатку с мягкой кроватью, коврами и низеньким столиком. На столе стоял кувшин с водой, что уже само по себе показывало уважение организаторов к лицам, добравшимся до четвертьфинала.

Интересовавший меня куда больше массив располагался в крохотном закутке за занавеской. Тот, правда, соответствовал «всего лишь» ступени Развития, и затребовать большего я не мог, не вызвав лишних подозрений. Так что придется довольствоваться малым.

— Скоро принесут обед, а вечером ужин. — проинформировал меня Шустрый, глазами пожирая кувшин. Сам он кроме корней Пустоцвета воду в своей жизни вряд ли видел. — Покидать зону отдыха не запрещается, но и не рекомендуется. Хотя… — он заговорщически понизил голос. — Из разговоров я слышал, что комнаты участников турнира имеют тайные проходы наружу. Я здесь поискал немного, но не нашел. Может врут все. Зачем бы они тут нужны?

Чтобы пришел лекарь и помог залечить раны, например. Или какой-то союзник обновил чары на оружие и броне. Да мало ли для чего? Бабу привести, в конце концов, и устроить фееричное совокупление под крышей знаменитой Цитадели.

Почему бы нет?

Мне все это, конечно, не светит, но информация полезная. Тем более что пока я сидел на трибуне, у меня возникла одна мыслишка касательно цедрика клиотов и его логова. Я хотел ее проверить сразу после турнира, но теперь, если удастся найти лаз наружу, я смогу не откладывать дело в долгий ящик.

— Передай, чтобы меня ни при каких обстоятельствах не тревожили, если меня не видно в этой комнате. — на всякий случай распорядился я. — Если кто-то прервет мое пребывание в массиве, за его здоровье я не ручаюсь. И за жизнь тоже.

— Конечно! — закивал головой парень. — Как скажете! После того, что вы сегодня устроили на арене, никто не рискнет с вами связываться. Разве что только…

— Только что?

— Ни в коем случае не считаю себя умнее вас, но, возможно, род Глендельвейд захочет отомстить за смерть Катура. Хотя вы наверняка и сами уже об этом подумали. Иначе не рискнули бы его убивать. Прошу, забудьте мои слова. Не смею больше вам мешать.

Мальчик ушел, оставив меня наедине со своими мыслями.

Дожидаясь обеда, я тщательно осмотрел выделенные мне апартаменты и не обнаружил и намека на какие-либо следящие заклинания. Тогда я осторожно призвал приведение и с его помощью обследовал стены. Никаких пустот. Аналогично и с потолком. Лишь в полу, прямо под каменным столом, я нашел вертикальный лаз, уходивший куда-то вниз. Видимо тот самый тайный проход, о котором говорил Сим.

Я оставил приведение прямо в толще камня возле лестницы, чтобы оно предупредило меня, если кто-то незваный решит явиться ко мне в гости.

Таким образом, окончательно уверившись, что за мной никто не следит, я перекинул труп Катура из кольца в Теневой могильник, чтобы предотвратить его дальнейшее разложение. Умертвие из него я сделаю позже, а пока можно глянуть, что носил при себе отпрыск одного из четырех сильнейших родов Ижмарила.

Трофейное кольцо не дотягивало объемом до кольца Влатислава, но тоже вмещало в себя немало. Помимо денег, нескольких видов оружия, фляг с водой, целебной мази, этерния, зелий и запасного щита, я обнаружил грязное белье. В прямом смысле этого слова. Хотя вряд ли род Глендельвейдов захочет, чтобы тайные увлечения их наследника стали достоянием общественности.

В отдельном углу свернутого пространства действительно хранилось испачканное исподнее. Мужское, женское и даже детское. А также плетки, стеки, веревки, изделия, внешне напоминающие детородные органы мужчин и животных, маски, кляпы, какие-то хитроумные приспособления неизвестного мне назначения и другие извращенские штуковины.

От одного взгляда на все это «богатство» я почувствовал, что испачкался, и мне захотелось принять ванну. К сожалению, в Ижмариле это роскошь, получить которую сложно даже за деньги. Возможно, став чемпионом Битвы Сильнейших, я заслужу такую привилегию, но до тех пор придется потерпеть.

Вот ведь чертов нелюдь! И без того настроение было ни к черту, так ведь еще больше умудрился изгадить. Даже после смерти. Тьфу!

Расправившись с простым, но сытным обедом, я засел в массиве, поглощая концентрированную Межмировую Энергию, и циркулируя ее в душе и теле. Естественно, не забыв уделить особое внимание полученным в бою повреждениям. Таким образом даже выпитое трофейное зелье начало действовать эффективнее. Хорошо, что я уже немного разбирался в сортах различных микстур и снадобий. Хотя некоторые склянки из числа добычи остались для меня тайной.

Массив Развившего по эффективности, конечно, заметно уступал аналогу для Объединивших, однако я потратил за день не так много сил, и имевшегося в наличии вполне хватило для восполнения хранимого в море души запаса. Я даже, не сходя с места, воскресил-таки развратного Катура, сделав из него весьма приличное умертвие.

В условиях повышенной температуры тот успел немного подгнить, так что его броня в процессе оживления вплавилась прямо в плоть. Да и Ядро гранитной твердости (если такое у него вообще когда-то было) создать я не сумел.

Но мой новый прислужник все равно сохранил целых два умения. Одно, позволяющее на некоторое время существенно укрепить тело и надетое снаряжение; и другое, используемое для нанесения особо мощного удара оружием дробящего действия. Именно им он в первом своем бою, словно пустую жестяную банку, смял мускулистого воина ступени Осознания.

Достойное пополнение моей мертвой свиты. Хотя в любимчики эта мразь точно никогда не выбьется!

Просидев до самого вечера с медитациями и восстановлением, я дождался ужина и, оценив свое состояние как сносное, решил все-таки снова наведаться в нелюдскую гильдию авантюристов. Ведь чем раньше я начну поиски тайного логова клиотов, тем больше у меня шансов закрыть этот вопрос до отъезда из города. Оставлять же проблему на совести местных категорически не хотелось. В конце концов если хочешь, чтобы что-то было сделано хорошо, сделай это сам.

Найдя способ сдвинуть в сторону служивший столом каменный блок, я спустился вниз по древней, как дохлый мамонт, лестнице и оказался в узком извилистом коридоре, полностью лишенном освещения. Пришлось призывать светляков.

Вместе с ними, воспользовавшись случаем, явился и Некрономикон. Он попытался меня напугать и заставить проявить агрессию, но я не поддался и докучливый артефакт убрался восвояси. Мне было не до него.

К моему удивлению, коридор вилял, спускался, поднимался, но в итоге выплюнул меня на улицу Ижмарила, так ни разу и не пересекшись с другими. Получается, каждая комната имела свой собственный уникальный лаз, а не общую систему проходов, как в особняке Александэла. Кто же построил такое архитектурное чудо? И зачем?

Досужие вопросы, искать ответы на которые я даже не планировал. С более важными разобраться бы.

Отметив в памяти место выхода, я прошел вдоль стены Цитадели и попал в знакомую мне часть города.

Вечерело. Вдалеке, по левую руку сверкали вспышки магии. Похоже какой-то очередной монстр слишком близко подобрался к стенам и теперь его утюжили дежурные защитники. Видимо, ничего серьезного. Иначе, как я уже знал, подали бы сигнал.

Маршрут до гильдии я пока не забыл. Может не оптимальный, но зато простой и без риска заблудиться в хитросплетении местных тупиков и проулков. Не хватало еще тыкаться в них, словно слепой котенок.

Памятуя о выведанной в прошлый раз информации, я хотел предпринять попытку выйти на доверенное лицо цедрика, чтобы через него найти логово. Скорей всего сразу не получится. Но я создам задел и прикину варианты для будущих визитов.

Сегодня же еще не мешало бы качественно отдохнуть перед поединками следующего дня. Ведь в одном из них мне предстояло сразиться с гадиной Инделлан! В то, что она падет от чьей-то другой руки я категорически не верил. Месть за убийство Энн я должен свершить лично!

Факт того, что мой очерченный лишь набросочными штрихами план пошел под откос, я осознал, едва отворив дверь гильдии. Народу внутри в этот поздний час находилось уже не очень много, и я сразу заметил семипалого клиота, державшего в своей уродливой руке Ядро монстра. Причем не простое, а покрытое характерными фиолетовыми узорами, которые мне однажды уже доводилось видеть.

Ядро прошедшей эволюцию твари! И чертов Мутант, тыкая пальцем в стенд заданиями, как раз выкладывал его на стол регистрации.

Как же не вовремя!

Или все-таки вовремя?

Ведь опоздай я на несколько минут, и мог вообще навсегда упустить шанс помешать Химерам осуществить их планы. Что бы они там ни замышляли.

Но, в любом случае, отсчет времени шел на секунды, и я не придумал ничего лучше, чем закричать во все горло на клиотском:

— Вор! — я обвинительно ткнул пальцем в семипалого. — Ублюдок! Хочешь забрать всю славу себе?

Головы присутствующих синхронно повернулись в мою сторону. Но после сражений под взглядами тысяч зрителей, подобное меня уже не смущало.

— Ты украл у меня Ядро!

— С ума сошел? — возмутился урод. — Я только что приехал с Караваном! Я это Ядро от самого Силинодиня везу!

— Наглая ложь! — продолжал импровизировать я. — Я купил его на рынке. Выложил все, что было. А потом удар по голове, и вот ты стоишь тут с моим Ядром!

— Да ты знаешь, сколько оно вообще стоит?

— О, как раз я-то прекрасно знаю! Это же я его покупал, а не ты!

Внимание мы привлекли — спору нет. Но вмешиваться никто не спешил, а конфликт стремительно заходил в тупик. Такими темпами или мне удастся перевести его на новый уровень, или придется спасаться бегством. А то и вовсе пытаться решить проблему силой.

Ну же, тупая нелюдь, дай мне повод!

— Я могу поклясться Омишем, что лично участвовал в добыче этого Ядра в Трещине. — уверенно заявил клиот, тем самым сыграв мне на руку.

— А я могу поклясться, что купил его! — блефовал я, идя по самой грани. — И не только его. А вместе с вот этим! — в моей руке появилось свежее, будто только что вырезанное, сердце прошедшего эволюцию Пустынного Тритона. — Сердце забрать не догадался? Так ведь я его спрятал! А без него замысел цедрика не…

— Уверен, это простое недоразумение! — перебил меня некто в плаще и маске. Он сидел неподалеку от стола регистрации, но теперь встал и, схватив семипалого, потащил его к выходу, продолжая без умолку молотить языком. — Ни секунды не сомневаюсь, что мои собратья ошиблись. Наверняка всему есть разумное объяснение. Не стоит беспокоиться. Я сейчас же все улажу. Прошу, не обращайте на нас внимания.

— Уроды совсем распоясались. — буркнул дварф, возвращаясь к своей миске с ребрышками.

— И не говори. — подтвердил другой. — Последнее время совсем с катушек слетели.

— Может у них сезонное обострение. — предположил кто-то.

— Ага. — хохотнул еще один. — Обострение шила в заднице!

Народ быстро потерял к нам интерес, а «миротворец» выволок нас обоих на улицу и тут же зашипел с нескрываемой злобой:

— Совсем сдурели что ли, придурки⁈ Вы бы еще во всеуслышанье объявили, зачем нам все это нужно! Сказано же: сидеть тихо. Так нет!

— Это все он! — возмущенно кивнул на меня семипалый.

— Ага. Конечно. — пробурчал я, изображая из себя пристыженного молодого клиота.

— Неважно. — рыкнул тип. — Цедрик разберется. За мной. Оба!

Глава 19

Семипалый не посмел перечить и шел за более влиятельным клиотом, поминутно бросая на меня гневные взгляды. Я, играя свою роль, отвечал ему тем же. В душе же у меня все так и кипело от гордости за собственную изворотливость. Пускай мой первоначальный план провалился с первой же секунды попадания в гильдию авантюристов, но я сумел быстро сориентироваться и не упустил открывшейся возможности.

А теперь чертовы нелюди сами вели меня к своему лидеру. Это даже лучше, чем то, на что я рассчитывал!

Во время своего предыдущего визита я уже выяснил, что о расположении логова Химеров знает не так уж много представителей их расы. По сути — единицы. А значит толпы врагов внутри ждать точно не стоит. Не исключено, что цедрик вообще обитает там в одиночку. И таким образом главной проблемой становилась ступень, которой тот успел достичь.

Вряд ли Развивший. Слишком мелко для лидера целого народа. Пусть и находящегося на самом дне социальной иерархии. К тому же Гожар уверенно болтал на тему становления Разделившим, а значит столь ценными знаниями с ним кто-то поделился. Не думаю, что это по доброте душевной сделали длинноухие.

Однако и в том, что цедрик сам находился на ступени Разделения, я тоже сильно сомневался. Будь он настолько сильным, ему не приходилось бы прятаться, и он бы диктовал свою волю наравне с двумя лордами Ижмарила.

Хотя шансы на подобный исход все еще оставались.

В таком случае мне придется использовать все свои возможности для бегства, а потом заручиться поддержкой Львиного Рыка и других могущественных личностей для срыва мутантских планов.

Вот выяснится, что они там пришествие своего «бога» готовят, и что тогда делать? Леуш, даже с продемонстрированными в бою против Проклятого способностями, вряд ли сможет ему противостоять.

В случае же если предводитель клиотов окажется Объединившим, в битве один на один я вполне мог рассчитывать на победу. Я уже не был тем слабаком, который трепетал перед силой Маэстро. Я одолел лича-Влатислава и на равных общался с Королевой Кровавой Казни. Да и сам находился буквально в паре шагов от достижения этой вехи. Разницу же в уровнях могущества вполне могли компенсировать наличие Ядра алмазной твердости и пройденные эволюции.

Вот уж чем никто из Химеров точно похвастаться не в состоянии.

Позади оставалась одна узкая улочка за другой, а я старательно запоминал дорогу, чтобы иметь потом возможность самостоятельно вернуться обратно. В это время суток мы практически никого не встретили, да и кого могли заинтересовать три безликие фигуры в закрытых, скрадывавших телосложение одеждах, масках и глубоко надвинутых капюшонах? Здесь так выглядел чуть ли не каждый первый, и только представители сильнейших родов почему-то выставляли себя на показ. Не иначе как кичились высоким статусом.

Свернув в очередной тесный проулок, провожатый без стука открыл дверь из спрессованного песчаника, и мы оказались в доме, который, судя по всему, делило сразу несколько семей. Одну мы вообще застали за трапезой. Несколько Мутантов сидели за столом вместе со своими уродливыми отпрысками, поглощая жаренное мясо монстров и деля один корень Пустоцвета на всех.

Несмотря на то, что мы прошли в шаге от них, они нас не заметили. Ну или так искусно сделали вид, что я, наверное, мог бы открутить каждому голову, а те решили бы, что это ветер.

Спустились в подвал. При свете свечи проводник уверенной походкой направился в дальний угол и отодвину в сторону кучу хлама, оказавшегося скрепленным в единое целое муляжом. За ним нам открылся узкий лаз, через который мы попали в длинный извилистый туннель. Такой тесный, что орк пройти бы в нем точно не смог. Да и здоровяк вроде Леуша тоже. Разве что боком.

Проход постоянно спускался и несколько раз ветвился, пока я внезапно не понял, что иду по бетону, а по сторонам от меня то тут, тот там из темноты торчат углы или даже целые участки стен домов. Как будто… улица?

— Здесь жили Древние? — не удержавшись, спросил семипалый.

— Заткнись. — раздраженно бросил посвященный в таинство логова клиот. — Вас вообще здесь быть не должно!

— А ничего, что мы узнаем путь до обители цедрика? — «невинно» поинтересовался я. — За себя-то я спокоен, но вот этому вору я бы доверять не стал.

— Это я-то вор? — возмутился Химер, резко повернувшись ко мне всем телом. — Ты вообще кто такой, Шош тебя задери? Свалился, как песок на голову, нес какую-то чушь, чуть не выдал остальным тай…

— А нечего было красть у меня Ядро! — перебил его я.

— Заткнулись оба! — рявкнул провожатый. — Теперь вашу судьбу решит цедрик. И молитесь Шошу, чтобы хоть один из вас увидел завтра свет солнца.

Ну это мы еще посмотрим, кого сегодня поглотит тьма. Причем навсегда!

По моим ощущениям мы уже должны были вот-вот выйти за пределы города, как бетонка оборвалась тупиком в виде очередного здания с редкими кусками сохранившейся облицовки и черным провалом входа. В него мы и нырнули, тут же оказавшись в коридоре, явно построенном значительно позже.

Наши шаги отдавались гулким эхо в давящей тишине подземелья, но это ни капли не мешало семипалому с любопытством вертеть головой во все стороны. Да и я, если честно, не отставал. Потому что посмотреть было на что.

То по левую, то правую руку попадались пустынные помещения, в которых царила форменная разруха. Иногда взгляд выхватывал религиозные символы, которых я не встречал с прошлой жизни. Их наличие явно намекало на то, что мы действительно находились древнем храме забытого бога, а значит мне и правда удалось попасть в секретное логово главаря всех клиотов!

Впрочем, догадаться можно было и по другим признакам, не заметить которые смог бы разве что только слепой. В одних комнатах, серди пыли и каменных осколков, находились идеально ухоженные алтари с Ядрами, покрытыми фиолетовыми узорами; в других же хранились сердца. Те висели в специальных углублениях на стенах, освещенные какими-то особыми неугасимыми свечами, и выглядели такими свежими, словно их только что вырезали и вымыли.

Возможно, этот эффект достигался за счет покрывавшей их тончайшей, едва различимой пленки непонятного материала. Хотя без магии тут точно не обошлось.

— Сколько же сил на все это ушло!.. — выдохнул семипалый, находясь под крайне сильным впечатлением. — Сколько времени!..

— Десятки поколений! — назидательным тоном заявил проводник. — А вы, придурки, чуть все не похерили! Хотя и без вас идиотов хватает… Может поэтому Шош и не давал нам столько веков возвыситься. Но теперь все изменится. Скоро мы вернем былое величие и станем господствующей расой на всей Терре!

«Не в мою смену, урод!» — подумал я, сжав кулаки. — « Я избавлю Землю и от вас, и от всех остальных чертовых нелюдей!».

Оба клиота между тем синхронно подняли ладони лодочкой к небу, но на меня они не смотрели, а потому я не стал заморачиваться с излишним лицедейством. Тем более что, миновав еще одну небольшую комнатку, в которой группа тощих изможденных Химеров усиленно молились статуе своего божества, мы очутились в просторном хорошо освещенном зале, заваленном кучами ржавого железа.

Из гор хлама торчали автомобильные двери, трубы, гнутые мечи, крышки от люков, какие-то монструозных размеров шестеренки и другой не поддающийся идентификации мусор. Будто на свалку попал, а не в царские хоромы. Не такого антуража я ожидал от обители лидера целой расы.

Впрочем, какая раса, такая и обитель. Ладно хоть не воняет — уже плюс.

— Цедрик! — в один голос воскликнули оба Мутанта. Будто репетировали.

Завидев своего монарха, они прижали руки к груди и рухнули на одно колено, склонив головы. Я же подобным не утруждался. Своей цели я достиг, а значит с клоунадой можно завязывать. К тому же внешний вид нелюдя невольно притягивал взгляд своим уродством, заставляя разглядывать, словно сбежавший из кунсткамеры экспонат.

Или его нужно считать сразу за двоих? Ну а конечностей так и вовсе на четверых хватило бы!

Цедрик представлял собой существо, выглядящее внешне как мужчина и женщина, сросшиеся спинами. Будто две пластиковые куклы нагрели, прижали друг к другу, подержали, а потом стали разнимать, но в процессе передумали и оставили как есть. Так что теперь их соединяли многочисленные нити плоти толщиной от одного сантиметра до нескольких и длиной не больше ладони.

Но на этом дефекты не заканчивались. Каждая половина обладала раздвоенными в локтях руками и ветвящимися в коленях ногами; третьим глазом с двойным зрачком; несколькими рудиментарными выростами в разных частях тела; какими-то отверстиями, похожими на коровьи фистулы; а про количество пальцев я вообще молчу — любой пианист перерезал бы себе горло скрипичным ключом. От зависти.

В общем та еще страхолюдина. И если это клиотский идеал, то сразу понятно, почему у них внутренняя иерархия строится по числу и качеству мутаций тела.

Интересно, а как это нечто размножается? Само с собой?

Черт! Что за чушь опять в голову лезет!

— Кого ты привел, Сандлакс? — обеими головами одновременно спросил цедрик. Голос его при этом прозвучал будто со дна пересохшего колодца. Такой же мутантский, как и его обладатель.

— Мы нашли недостающие детали для ритуала, Ваше Великолепие! — не разгибаясь, ответил приведший нас сюда Химер.

— Я нашел! — поправил его семипалый. Он выставил вперед две руки, на одной из которых лежало до самое Ядро, а на другой нечто, напоминающее старый грязный бумажный пакет. — И вовсе я их не украл!

— Ты не говорил, что у тебя есть еще и сердце! — после небольшой паузы произнес Сандлакс.

— Так ты же сам сказал заткнуться и…

— Кого. Ты. Привел⁈ — повысив голос, повторил цедрик.

Только теперь коленопреклоненные нелюди догадались обернуться и заметили, что я и не думал выказывать какого-либо почтения их обожаемому лидеру. Секундное замешательство стоило им жизни.

Впрочем, свою роль они уже сыграли в любом случае, а значит больше я в них не нуждался.

Улучшенный Укус мертвеца вырвал душу из тела семипалого, являвшегося всего лишь Освоившим. Сандлакс же, достигший уже ступени Осознания, дернулся в мою сторону, на ходу выхватывая кинжал, но замер, как вкопанный, стоило мне достать меч.

Отличный эффект. Давно хотел испытать его в действии. Тем более, что завтра мне им на арене размахивать.

Конечно, в моей руке лежал короткий клинок, изготовленный умельцем из рога Императорского Трицебыка. После поглощения банши он несколько потемнел и приобрел легкий болотисто-землистый оттенок, но зато стал испускать из себя ауру ужаса, бившую по окружающим.

Не такую мощную, как у оригинального скорбного духа, но, когда я впервые достал его по пути в Ижмарил, несколько оказавшихся поблизости караванщиков чуть не отдали душу своему драгоценному Захауруну. Мне стоило немало трудов взять под контроль столь необычный эффект и научиться им управлять. Не будь я Некромантом, вообще бы не справился.

А так — костяное острие без труда пробило грудь застывшего в страхе клиота, а уже в следующую секунду он, воскрешенный в виде гуля, бросился назад в коридор. Вместе с другой выпущенной на волю нежитью убивать тех немногих Мутантов, что обитали в логове. Никого сильнее Освоивших я там не видел. А значит их участь уже предрешена, и подмогу никто из них не приведет.

Но зато, пока я всем этим занимался, откуда-то сбоку прилетели две тонкие серые пластины размером с блюдце, подцепили выпавшие из рук семипалого сокровища и отнесли их цедрику. Тот тут же спрятал Ядро, а на «бумажный пакет» вылил содержимое склянки, в результате чего вернул сердцу монстра первозданный вид. Будто его только что вырезали.

— У меня есть еще. — я продемонстрировал свои аналогичные трофеи. — Забрал у Гожара. Знаешь такого, Твое Великолепие?

— Гожар. — эхом отозвался цедрик, вперив в меня взгляд всех шести глаз. Смотрелось это жутковато. — Он был достойным сыном расы. Я заберу его добычу с твоего трупа. Так ритуал пройдет даже лучше, чем мы планировали.

— Ага. Шнурки только сперва погладить не забудь. — с насмешкой съязвил я. — Хотя на такие ласты никакие ботинки не налезут. Ты поэтому босиком ходишь? И говори как-то одним ртом за раз, урод. А то от тебя голова пухнет.

Я уже успел прикинуть силу верховного клиота. Как и ожидалось, ступени Разделения он еще не достиг. Иначе бы я тут не стоял. Однако давление от него ощущалось даже сильнее, чем от Королевы Кровавой Казни.

Или все же от них, а не от него? Это, блин, одно существо или два? Черт разберет этих долбанных нелюдей!

— Дерзко языком молотишь для Развившего. — также продемонстрировал аналитические способности цедрик, и не думая дать одной паре челюстей отдохнуть. — Ты ведь не эльф. Значит чел. Тупой никчемный чел, который сам не понимает куда влез.

— Я знаю, что ты должен сдохнуть и перестать пачкать своим уродством мою планету, урод! — зло процедил я. — Мне этого вполне достаточно.

— Как же прискорбно, что даже таким отбросам, как вы, не дано прочувствовать все отчаяние отсутствия Краеугольного Камня. — пропустив мои слова мимо ушей, продолжил Мутант. — Жалкие! Никчемные! Вы лишены эволюции, но все равно продолжаете развиваться. Сохраняете единство. Идентичность. А мы — некогда величайшие воины и маги — вот-вот исчезнем с лица Терры.

— И я вам в этом помогу! Погоди… Что ты сказал? Краеугольный Камень? — меня вдруг осенило. — Ты его возродить что ли собрался?

— Воссоздать. — поправил меня цедрик. — И ты — ничтожный чел — нам не помеха!

Так вот о каком величии расы шла речь в письме. Вот о чем в тайне мечтал каждый Химер. Вот для чего понадобилось собирать такое количество Ядер и сердец прошедших эволюцию монстров.

Я и не знал, что новый Краеугольный Камень можно легко вылепить, словно ночной горшок взамен разбитого. Или не так уж и легко? Судя по всему, они занимались этим уже не одно поколение. Возможно даже прямо со времен Первого Вторжения, когда в период глобальных войн утратили оригинальный. И его не просто захватили эльфы, как наш, дварфийский или орчий, он был уничтожен!

Я-то думал, что наличие Краеугольного Камня влияет преимущественно на возможность эволюции. Оказывается не только. До такой степени, что лидер целой расы ютится в подвале города беглецов и отщепенцев всех мастей. Посреди Диких Земель. И даже ступени Разделения достичь не сумел.

Получается, достаточно лишить остальных нелюдей их главных реликвий, и они сами со временем вымрут? Что за чудесная новость!

Между тем раздававшиеся со стороны коридора крики стихли, и послышался нарастающий топот. Это возвращалась моя нежить, завершившая зачистку храма. Ни один мерзкий клиот не ускользнул, и теперь осталось лишь разделаться с основным уродом.

Гули и зомби уже почти вбежали в помещение, как груда хлама справа от меня неожиданно слегка просела, и из нее вылетел блестящий серый диск, полностью перекрывший проход. И как мертвецы снаружи не долбились, внутрь они попасть уже не могли.

Неужели такая штука хранилась посреди мусора? Что-то я ее там не видел…

— Вот ты и лишился своей свиты, чел. — с исказившей его лица усмешкой произнес цедрик. — Впечатляющий размер. Но без нее ты просто никчемный маг с мечом. Я заберу его себе в качестве трофея.

Я вздернул на ноги семипалого, но не успел зомби сделать и пары шагов к Химеру, как его рассекло на несколько неравных частей.

Любопытно…

— Если ты думаешь, что это все, на что я способен, то тебя ждет сюрприз, урод. — презрительно хмыкнул я. — Сегодня к тебе пришла Смерть!

Глава 20

Зомби из семипалого я сотворил не от отчаяния, как мог бы подумать цедрик, а чтобы получше рассмотреть эффект заклинания, которым тот пользовался. Это мне вполне удалось. Прямо на моих глазах ржавый карданный вал, гнутая сковорода и лишенная ручки гиря потекли, словно воск, и превратились в плоские диски, нашинковавшие моего прислужника в салат.

Любопытные чары.

Но куда больше меня заинтересовал способ их воплощения. Ведь в воздействовавшей на металл Межмировой Энергии я с удивлением увидел вкрапление неких серых частиц. Причем те не казались чем-то инородным, а гармонично вливались в плетение, заменив собой некоторые фиолетовые узлы и линии.

Прежде мне такого наблюдать не доводилось.

Или все же…

К сожалению, времени на размышления мне никто давать не собирался. Передо мной стоял противник, и противник не слабый. Лидер целой расы. Пусть и самой убогой. Но он точно сделает все, чтобы устранить последнее препятствие на пути к величию. Мне же такое «счастье» на моей планете не нужно и задаром!

Один за другим из Теневого могильника выскакивали зомби и гули, чтобы тут же броситься на цедрика. Живой волной они растеклись среди гор металлолома, всеми силами стараясь добраться до врага.

Однако успеха таким образом достичь мне не удалось.

Лишь на мгновение лица клиота исказились удивлением, но он быстро пришел в себя, а затем принялся плавно водить из стороны в сторону двумя парами раздвоенных рук, будто дирижер перед оркестром. И с каждым пассом все новые диски взмывали в воздух, чтобы присоединиться к магической мясорубке.

Черт, какой же неудачный противник! К нему даже со спины не подобраться, потому что он стоял спиной… сам к себе. Две головы, три пары глаз и ни одной слепой зоны. С магией же он управлялся лучше, чем любой, кого мне доводилось встречать прежде.

Возможно даже лучше меня.

Черт, я бы не отказался от второго себя для плетения двух чар одновременно! Правда только если не в таком уродском виде.

Подумать о способе усиления натиска я не успел, ведь одновременно с тем, как моя нежить бросилась в атаку, а цедрик принялся их крошить, из ближайшей кучи мусора мне прямо в лицо вылетело блестящее металлическое копье.

Исключительно благодаря натренированной на Битве Сильнеших реакции я успел отклонить голову чуть в сторону, и снаряд со свистом пронесся мимо, вонзившись в стену чуть ли не на половину. Если бы не две эволюции я был бы уже мертв.

Ко мне устремились новые заклинания. Расплавленный металл принимал различные формы и двигался сразу по нескольким траекториям, что сводило на нет любые шансы увернуться. Однако теперь я был уже готов и своевременно укрылся Костяной стеной. Следуя моей воле, та приняла сферическую форму и даже впилась пальцами в бетон, таким образом укоренившись.

Конечно, я понимал, что одного заклинания для защиты не хватит, а потому пустил по верх костей слой Призрачного щита. Я уже почти закончил слияние этих чар, и теперь они составляли практически единое целое.

Я едва успел закончить колдовать, как мой бункер сотрясло множество ударов. По стенам пошли трещины, мгновенно выявившие недостатки в защите. Мне пришлось латать дыры на ходу, расходуя на это огромное количество Межмировой Энергии. Вот он минус использования незавершенных заклинаний.

Находясь под колпаком, я не мог заслать в атаку новую порцию нежити, и число моих прислужников стремительно таяло, так и не сумев ни разу дотянуться до врага. Я чувствовал их смерти и с каждой оборванной нитью ощущал, как уменьшается моя армия.

Продолжая держать оборону, я выпустил приведений и призраков. Глазами первых я смотрел на происходящее снаружи, в то время как вторые должны были поддержать атаку. Пикирующими истребителями они устремились к цедрику, но оказалось, что тот не только способен их видеть, но и поражать своими чарами.

Подвластный его воле металл рвал бестелесную нежить с такой же легкостью, как и усиленную магией мертвую плоть. И если наклепать гулей с зомби особого труда для меня не составляло, то для создания призраков требовались души. А это уже не тот материал, которым можно так легко разбрасываться. Ведь тот шел и на другие нужды, вроде того же Щита, поврежденные сегменты которого мне приходилось своевременно заменять.

Все-таки нельзя недооценивать мощь Объединившего. Тот находился на совершенно другом уровне, и сырой силой, тупо залив ту в оборону, его не взять.

Пришлось сменить тактику и отдать призракам новый приказ. Теперь они кружили над головой Химера, уклоняясь от снарядов, и лишь время от времени предпринимали попытки до него добраться. Тем самым раздергивая внимание.

Однако это не помешало цедрику, продолжая вести плотный обстрел моего бункера, преподнести мне весьма неприятный сюрприз. Ближайшая груда хлама неожиданно взорвалась и из нее в мою сторону рванул блестящий вращающийся бур размером с человека!

И когда только наколдовать успел?

Я как мог усилил оборону. С оглушительным грохотом бур врезался в колдовскую стену и принялся ее сверлить, разбрасывая во все стороны костяную стружку. Ни Призрачный щит, ни Костяная стена по отдельности не могли противостоять столь мощному заклинанию, а степени их слияния не хватало для успешного противодействия. Поскольку вражеское заклятье объединяло в себе сразу несколько видов воздействия!

Не жалея Межмировой Энергии, я пытался укрепить защиту, но этого было недостаточно. Как не хватало мне совсем чуть-чуть для слияния собственных чар. А ведь я же практически завершил интеграцию! Не хватало совсем чуть-чуть. Буквально зацепить друг за друга несколько последних свободных крючков, и тогда никакое сверло не просочится в зазор между двумя структурами.

Зазор…

О каком зазоре я вообще говорю!

Ведь чары, которыми пользуется цедрик тоже явно возникли в результате прорыва на ступень Слияния. И они монолитны! Это не две плотно прижатые друг к другу сущности, а одно совершенно новое заклинание! Как же я раньше об этом не подумал?

Одновременно с постигшим меня озарением бур закончил свое грязное дело, в клочья разметав мой уютный бункер. Я едва успел отскочить в сторону, чтобы не превратиться в кровавый фарш, и тут же заслал Мутанту новую порцию слабейшей нежити. Чтобы не расслаблялся.

А тот и не расслаблялся. Едва я показался в забросанном кусками железа и ошметками мертвой плоти зале, как ко мне устремился поток Межмировой Энергии со все теми же неясными серыми вкраплениями.

Какое-то заклинание.

Но почему оно нацелено на меня?

Или не на меня?

Эти мысли промелькнули за одно мгновение, а уже в следующее пряжка моего ремня растеклась металлической лужицей, превратилась в небольшую вилку и вонзилась мне прямо в живот. Так вот что задумал чертов нелюдь!

Боль прострелила мое и без того измученное дневным сражением тело, а по ногам заструилась горячая кровь. Одолжив силы у Жутня, я резким движением схватил вилку и, вырвав ее из мышц пресса, выбросил прочь. Хорошо хоть вовремя среагировал, и железяка не успела проникнуть глубже. И как же удачно, что вся надетая на меня броня не содержит металла! Иначе страшно представить, что могло бы случиться.

Стиснув зубы от боли и злости, я призвал четверку наиболее слабых личей и приказал им вести непрерывный обстрел цедрика. Это вынудило его хоть немного задуматься о защите. Одновременно я заставил зомби, гулей и призраков броситься в безрассудную атаку, выделив им в помощь пару умертвий из числа Пескомеров.

Я понимал, что скорей всего лишусь всей этой нежити, но мне требовалось выиграть время.

Задумка удалась. Клиот временно оставил меня в покое, разбираясь с моей свитой. Я прекрасно видел, что он безмерно поражен числом брошенных на него сил, однако методично уничтожал их, используя металл как для выведения из строя мертвых прислужников, так и для отражения магических угроз.

Поистине страшная сила.

И я собирался обрести такую же!

Призвав Катура и Пескомера-умертвию с навыком укрепления плоти, я спрятался между ними и велел задействовать все возможности для моей защиты. Те тут же окутались фиолетовым сиянием, а я закрыл глаза и погрузился внутрь себя. Туда, где я мог визуализировать доступные мне чары. Хотя в данный момент меня интересовали только две: «Костяная стена» и «Призрачный щит». Ведь я планировал завершить их слияние прямо посреди схватки с Объединившим!

Благодаря недавнему озарению, полученному в момент смертельной опасности, я теперь совершенно точно представлял, что именно мне нужно делать. Структура двух плетений возникла передо мной так же явно, как если бы я держал ее в руках.

Я сразу увидел несколько ошибок, возникших в результате предыдущих попыток, и безжалостно разорвал уже соединенные неправильным образом участки. А следом быстро, уверенно, но в то же время ювелирно точно принялся наращивать на чарах крючки, которыми тем вскоре предстояло друг с другом сцепиться.

Процесс занял всего несколько секунд. От силы пять. Невероятно быстро в спокойное время и чудовищно медленно в условиях непрекращающегося боя. Впрочем, мало кто, кроме Некроманта, сражающегося чужими руками, в принципе сумел бы провернуть подобное. Да и Некроманты справились бы далеко не все.

Но я смог!

Два плетения слились воедино, образовав совершенно новые чары. Четкие, изящные и лишенные каких-либо изъянов. Но и предыдущие я не утратил, получив таким образом целых три различных заклинания защитного типа, которые я мог использовать и комбинировать по своему усмотрению!

Открыв глаза, я обнаружил, что большая часть отправленных в бой прислужников уничтожена, личи повержены, а цедрик достаточно расчистил вокруг себя пространства, чтобы снова попытаться меня достать.

Катур на удивление держал, хотя его щит выгнулся в обратную сторону, рука оказалась сломана, а запас Межмировой Энергии практически иссяк. Пескомеру пришлось хуже. Из него торчало сразу несколько металлических кольев, а не упал он скорей всего потому, что одно из них пригвоздило его к полу. Вот она наглядная разница между гуманоидом и монстром примерно одного уровня силы.

Не мешкая, я спрятал обоих в Теневой могильник. У меня не так много умертвий, чтобы ими разбрасываться. И так двух потерял.

Увидев, что я отозвал защитников, клиот тут же среагировал, и в меня понеслись сразу несколько снарядов различных форм. Копье, кол, диск, шип, вилы и еще что-то, что я не успел рассмотреть, стремительно приближались ко мне с разных сторон.

Одна ошибка, одно мгновение промедления, и от меня останутся только кровавые брызги, которые даже соскребать с пола никто не станет. Завалят новой грудой хлама и все. Делов-то. Но теперь настал мой черед преподносить противнику сюрприз.

Несокрушимая Крепость Некроманта!

Да, именно так. Все с большой буквы и с изрядной долей пафоса. Без восторга и восхищения в голосе не произносить. Слишком долго я корпел над этим заклинанием, чтобы называть его как-то уныло вроде «Призрачно-костяной щит» или вроде того.

К тому же это мои первые чары, полученные путем слияния, а потому невероятно ценные. После их обретения я должен был тут же стать Объединившим и войти в элиту магов и воинов Земли, однако… Но об этом потом.

Разбросанные по полу и хранившиеся в Теневом могильнике кости ринулись друг к другу, образовывая идеальные соединения без единого зазора. Одновременно с этим их обволакивали расплывавшиеся в аморфную массу светляки. Они не становились еще одним слоем защиты, как я делал прежде, а представляли теперь собой единое целое, спаянное в плотную структуру, способную противостоять как физическому, так и магическому воздействию.

Раздался оглушающий грохот, но ни один снаряд не сумел пробиться сквозь прочные стены объединенного заклинания. Глазами уцелевших приведений я смотрел, как все новые и новые металлические снаряды бились об мой выстроенный из костей и душ замок. Да-да, настоящий замок. С башенками, зубцами и прочими необходимыми атрибутами. Разве что в миниатюре. Но я прекрасно понимал, что могу придать воплощению чар любую пришедшую мне в голову форму!

— Вот теперь повоюем! — хмыкнул я, не сумев сдержать рвавшуюся на лицо ехидную ухмылку.

Я извлек из Тени лича, и тот тут же запустил в полет Ледяную сосульку. Она должна была угодить в стену Крепости изнутри, но в последний момент я на мгновение разомкнул кости, и заклинание улетело к цедрику, вынудив того защищаться. Ему это не составило большого труда, однако я убедился, что метод рабочий и… расширил вокруг себя свободное пространство, нарастив длину стен за счет новых костей и светляков!

Теперь возле меня поместились и остальные личи.

Более того, я добавил замку подвижности, заставив тот медленно ползти в сторону врага. А мертвые маги вокруг меня вели беспорядочную стрельбу через появлявшиеся время от времени амбразуры. Это уже не просто крепость, это целый танк какой-то!

Химер также не оставлял попыток взломать мою оборону. Он даже умудрился усилить натиск. Продолжая осыпать меня градом металлических снарядов, он сумел сотворить целых три здоровенных бура и разом заставить их сверлить стены крепости. Это доставило проблем, но теперь я мог эффективно поддерживать целостность структуры, подпитывая ее Межмировой Энергией, а поврежденные элементы оперативно заменял запасными. Благо таковые пока имелись.

Я подбирался к цедрику все ближе.

В какой-то момент мне не повезло, и в только что открытую амбразуру влетело металлическое копье, снеся голову одному личу. Я раздосадованно цыкнул. Но зато я обратил внимание, что магические снаряды практически не прилетают с тыла. Из чего я сделал вывод, что Мутант не может контролировать металл, находящийся вне поля его зрения.

Или он притворяется, чтобы заставить меня ошибиться?

В любом случае, если я хочу победить и вернуться в Цитадель для подготовки к следующему дню турнира, а не проторчать под землей всю ночь, нужно что-то сделать, чтобы переломить ситуацию.

Межмировая Энергия утекала, как деньги из кошелька лудомана, но я все равно поделился ею с личами, заставив их активнее швыряться заклинаниями. Сам же, собравшись с духом и приготовившись к любым неожиданностям, убрал заднюю стенку Крепости.

И цедрик этого не заметил!

Тогда я вывалил на пол около четырех десятков тел нелюдей и монстров из числа слабейших и, разом вздернув их на ноги, приказал немедленно всей толпой атаковать Химера. Туда же отправилась и еще пара умертвий-Пескомеров. Без песка под ногами они не могли похвастаться привычной подвижностью, однако все еще оставались Королевскими монстрами, эквивалентными по силам Развившим.

— Да сколько их у тебя⁈ — в сердцах взревел цедрик из двух глоток одновременно. Он попытался вслепую забросить мне с тыла несколько копий, но я своевременно вернул стену, и атака провалилась. — Откуда у тебя столько сил? Это невозможно!

Знал бы ты, мразь, сколько раз я это слышал. Не ты первый, и не ты последний. А теперь будь добр сдохнуть! Мне и без твоих воплей есть чем заняться.

— Я цедрик! Ты не сможешь меня остановить, чел! Я возрожу величие расы! — продолжал распаляться Мутант, но вынужденно заткнулся, когда его чуть не захлестнула волна мертвецов.

Набросившись с близкого расстояния, они не дали ему возможности перебить половину еще на подходе. К тому же не прекращали обстрел личи, в очередной раз вынудив урода позабыть о попытках меня достать и сосредоточиться на собственной безопасности.

Как же хорошо, что он позаботился о сохранении своего проекта в тайне и не держал при себе толпы сородичей. В противном случае мне пришлось бы куда сложнее.

Но даже так клиот умудрился выстоять. Все новые металлические диски вылетали из заметно похудевших груд хлама, за раз разрезая по несколько зомби и гулей. Лишившаяся ног нежить продолжала ползти к цели, но их прибивали к полу колы и копья. Заклинания же нелюдь отражал все теми же дисками, создавшими перед ним полноценный светящийся фиолетовым щит.

Казалось, что он вот-вот отобьется. А еще на один такой фокус у меня может уже не хватить ни сил, ни ресурсов.

Подняв над головой меч, я на полную врубил ауру банши. Я не надеялся, что она свалит с ног Объединившего, да еще с такого расстояния, но хоть как-то повлиять должна. К тому же я принялся самостоятельно швыряться Укусами мертвеца, посылая в полет один скалящийся череп за другим.

Не знаю, что конкретно стало той соломинкой, которая ломает горб верблюду, но крохотную ошибку цедрик все-таки допустил.

Даже если у тебя две головы, шесть глаз и восемь конечностей, невозможно уследить за всем, находясь под таким плотным магическим прессом. Маленький никчемный зомби. Карлик, по сравнению с прочей нежитью, и практически блоха рядом с Пескомерами. Но именно он, шныряя между ног остальных мертвецов, сумел добраться до передовой и ловким прыжком вцепиться в лицо женской половины клиотского лидера.

Казалось бы — сущий пустяк. Плюнуть и растереть. Но зомби имел восемь когтистых ножек, белый, пусть и свалявшийся, мех, а самое главное — смертельно опасный яд.

Который и впрыснул под кожу чертового нелюдя!

Глава 21

Свистнула в воздухе похожая на бревно металлическая болванка, сбившая зомби-монстра с лица нелюдя. От удара нежить разорвало, словно петарду, и теперь клочки белой шерсти пушистым январским снегом медленно осыпались на заваленный трупами пол.

Будто Новый Год.

Вот только праздновать здесь никто кроме меня ничего не собирался.

Будучи магом, цедрик не обладал таким же развитым телом, как Катур, а потому яд действовал на него куда эффективнее. Прямо у меня на глазах изумрудные прожилки принялись расползаться под кожей женской половиной его тела, образуя целые ручьи, а затем и реки. Неудивительно, что кобольды забросили ту дорогу в своей Трещине. И как же хорошо, что я вообще вспомнил о существовании у себя в загашнике этого трупа.

Жаль только, больше тогда не насобирал. Как говорится, знал бы прикуп — шел бы в пику. И сейчас у меня имелся бы как минимум целый партизанский отряд зомби-отравителей. Для тайных операций и иных сумасбродных схем. Не всегда же числом и мускулами верх брать.

— Что ты сделал⁈ — бешено вращая всеми шестью глазами, на две глотки орал Химер, ни на секунды не прекращавший крошить остальную нежить. — Что ты… сделал⁈ — закончил он уже вполне обычным голосом.

Женская половина мутанта обмякла и перестала размахивать руками. Ее голова поникла, ноги подогнулись, а эффективность творимой магии, кажется, заметно упала. Однако, к сожалению, яд дальше не пошел, и мужская часть осталась в строю, хоть ей и пришлось заново искать баланс, чтобы не рухнуть на пол. Две раздвоенные ноги это вполне позволяли.

— Тупой чел! — в отчаянии кричал цедрик. — Ты не представляешь, что ты натворил!

— О, поверь, я как раз-таки прекрасно представляю. — невозмутимо ответил я. — Я очищу этот мир от нелюдей! И начну с вас, уродов. Обойдетесь без величия расы. Сгинь, погань!

Лишившись второй точки обзора, Мутанту стало куда сложнее обороняться. С этого момента даже некоторые уцелевшие призраки умудрялись прорваться к нему и оставить на теле кровавые борозды рваных ран. Клиот сосредоточился на защите, окружив себя вереницей вращающихся дисков, сверкавших Межмировой Энергией. Теперь его попытки достать меня носили лишь показательный характер. Мол, я еще держусь, не смей сбрасывать меня со счетов!

Однако заметил я и еще кое-что. Потеряв половину себя, цедрик перестал создавать новые металлические снаряды. Да и те, что повредились при метании или застряли в бетоне, тоже использовать перестал. Как если бы часть его магии умерла, пораженная ядом. Теперь он лишь огрызался, экономил силы и медленно ковылял в сторону выхода, словно надеялся сбежать или позвать на помощь.

Вот только кто же ему позволит!

Вновь убрав заднюю стену, я выпустил на волю свои основные силы — оставшихся умертвий, включая Аскара и Катура, которого тут же принялись подлечивать темные клирики. Под прикрытием плотного огня личей они прямо по растерзанным трупам устремились к цедрику.

Будь тот в своей лучшей форме, и ему не составило бы труда отбить эту атаку, но теперь ситуация поменялась. Мутант сумел лишь пару раз задеть Пескомера, которого тут же окутали клубы регенеративного черного дыма, да залепить колом в голову Катура. Усиленная умением броня выдержала, хотя в шее дварфа что-то хрустнуло. Но для нежити это не проблема.

Точку же в сражении поставил Аскар. Выпрыгнув из-за спины латника, он гепардом рванул к врагу, увернулся от трезубца, мечом отбил копье и, просунув в руку в щель между двумя дисками, вонзил клинок в грудь нелюдя!

— Как… так… — умирая, прохрипел цедрик под грохот падающего на пол металла.

— Ну вот как-то так. — пожал плечами я, развеяв Несокрушимую Крепость Некроманта и подходя поближе к поверженному противнику.

Первый собственноручно приконченный мной Объединивший. Один на один. Без посторонней помощи. Или можно считать его за двоих?

В любом случае, есть чем гордиться. Уничтожил лидера целой расы и не дал ему осуществить план по возрождению величия клиотов. Как я всегда и говорил, чертовым нелюдям не место на Земле! И вот, наконец, мне удалось подтвердить свои слова делом.

Хоть и немалой ценой. Я потерял три четверти призраков, нескольких личей, а также больше половины остальных видов нежити, включая умертвий. По сути, костяк моей армии составляли теперь четыре десятка зомби- и гулей-Пескомеров, использование которых на бетонном полу казалось мне не слишком эффективным. Правда, если бы затея с ядовитым пушистиком провалилась, пришлось бы задействовать и их.

С другой стороны, сам я почти не пострадал, а для Некроманта это главное. Остальное — дело наживное. У меня над головой полгорода нелюдей. Того и гляди Ночные Робинзоны внезапно вернутся.

Серебристое облачко покинуло тело цедрика, но отпускать его я не планировал. В мгновение ока я сплел сеть Межмировой Энергии, которой заарканил душу врага.

Та сопротивлялась. И сопротивлялась сильно. Все-таки Объединивший. Но я уже и сам, считай, достиг этой ступени, к тому же немало поднаторел в искусстве Некромантии, а посему все-таки совладал с целью и сразу же закуклил ее в светляка.

Получился яркий оранжево-красный шарик, с как будто целым солнцем и несколькими блуждающими шаровыми молниями внутри. Даже немного теплый. Почти живой. Совсем не чета тем, которые выходят из Освоивших или обычных Пробужденных. Совершенно другой коленкор!

По-хорошему, на этой счастливой ноте можно было бы и свалить, но я решил еще немного задержаться в логове клиотов.

Убедившись с помощью приведений, что ко мне не несется толпа разъяренных уродов, я оставил их сторожить подходы к храму, а заодно приказал воссоединившемуся со мной карательному отряду добыть костей из трупов поверженных ими Химеров. Этого материала у меня тоже осталось немного.

Сам же я снял с трупа цедрика пространственные кольца. Целых два. Одно оказалось битком забито все тем же металлоломом, а вот заглянув во второе, я невольно присвистнул. И впечатлили меня отнюдь не пара кошелей серебра, не фляги драгоценной воды и даже не приятные сердцу запасы сушеных плодов, которые нелюдь планировал использовать сразу после создания Краеугольного Камня. Удивление — я бы даже сказал шок — у меня вызвало количество хранимого внутри запаса Этерниевой руды.

По самым скромным прикидкам, его хватило бы чтобы до верха заполнить небольшой бассейн!

Вот тебе и раса отверженных. Правда что ли все пятьсот лет копили? Да если это продать, то пол-империи купить хватит. С кем только торговаться такими суммами?

Впрочем, зачем Мутантам так много драгоценной кристаллизованной Межмировой Энергии я понял довольно быстро. В том же кольце нашелся древний, но трепетно хранимый свиток с полноценной инструкцией по созданию нового Краеугольного Камня. Описывался ритуал на-клиотском, однако автор как будто предполагал, что его раса выродится настолько, что утратит знания о письменности, и снабдил инструкции понятными даже идиотам простыми рисунками.

Были там и необходимые руны, и узорчатые Ядра, и сердца, и схема расположения всего этого в пространстве и, конечно, целая гора этерния в качестве батарейки. Хотя с таким объемом оно уже на полноценный атомный реактор тянуло. Если не больше.

— Вот так дела… — протянул я, задумчиво почесывая заросший щетиной подбородок. — Жаль, что прямо сейчас не получится нам новый Камушек сделать. — я раздосадованно цыкнул. — А ведь все необходимое уже на месте. Даже больше, с учетом моих трофеев.

К сожалению, из того же свитка я понял, что ритуал можно проводить только в случае отсутствия Краеугольного Камня в принципе. Наш же оставался целым и невредимым, хоть и хранился где-то в закромах у чертовых эльфов. Я не разобрался, что именно произойдет, рискни я все-таки следовать процедуре, однако ставки оказались слишком высоки.

Возьмут и взаимоуничтожатся оба и что тогда делать? Я же все человечество, считай, собственноручно на вымирание обреку.

А вот если бы так с ушастыми каким-то образом провернуть… Об этом стоит подумать.

Но позже.

Пока что хватало более насущных проблем, таких как, например, находившаяся в самом разгаре Битва Сильнейших. А я умудрился не только потратить больше половины запаса Межмировой Энергии, но и лишился внушительной части свиты.

Придется заменять количество качеством.

Поразмыслив, я окинул взглядом труп цедрика. Битва с ним далась мне крайне нелегко, но зато я впервые получил великолепный материал в виде тела Освоившего! Такой важно не запороть. Но и оставлять его болтаться без дела в Теневом могильнике категорически не хотелось. Тем более, что он уже вполне мог мне пригодиться если не завтра, то на финале точно.

Сосредоточившись, я взялся за заклинание создания лича. Сил мне на него хватало с лихвой и много времени процесс занять не должен был. Я воскресил мертвую плоть, придав ей некоторое подобие псевдожизни, поработал с мозгом, удалил остатки яда и затянул дыру в груди. Обычная рутина. Сотни раз уже так делал. Но когда дошло дело до Ядра, начались проблемы.

Как и задумано в мной самим разработанных чарах, я сформировал Сосредоточие, причем использовал для него не абы какое сырье, а часть души самого цедрика. Я решил, что так получится эффективнее. Вышло Ядро с прочностью камня, но зато размером с колесо телеги. Межмеровой Энергии потратил целую кучу, однако для собственного прислужника не жалко. Дольше сможет колдовать в автономном режиме.

Я разместил свое творение в необходимом месте и сразу почувствовал, что что-то не так. Застопорив, но не отменяя действие заклинания, я довольно быстро понял, что одного Ядра мало! Пришлось на ходу, удерживая уже пришедшую в движение силу, переписывать плетение чар, чтобы впихнуть в них еще и второе!

Вот ведь чертов нелюдь с двумя телами. Даже воскресить его как положено не получается.

Дополнительное Ядро я тоже делал, используя оранжево-красного светляка и собственную Межмировую Энергию. Оно получилось той же прочности, но меньшего размера. Я все-таки не двужильный.

И вот когда процесс уже можно было завершать, я неожиданно понял, что мой лич вот-вот воскреснет без единого заклинания!

Нафиг он такой нужен? Спину мне чесать своими пятьюдесятью пальцами?

Выматерившись сквозь стиснутые от напряжения зубы, я принялся экстренно разбираться в причинах. Пот ручьями катился у меня по лбу, незавершенные чары с прорвой влитой в них Межмировой Энергией многотонным прессом давили на плечи, а я вновь под микроскопом рассматривал каждый миллиметр своего плетения.

Во-первых, я довольно быстро догадался наладить связь между двумя Ядрами. Это определенно стало верным решением, но ситуацию не исправило. Затем я вспомнил, что, когда цедрик колдовал, в его заклинаниях некоторое количество фиолетовых частиц почему-то заменяли серые.

Я вдоль и поперек излазил оставшиеся от его души ошметки, но так и не смог понять причины.

Чары грозились вот-вот рассыпаться под собственной тяжестью, когда я, действуя скорее на голой интуиции и не до конца понимая, что делаю, внес финальные изменения и припечатал труп получившимся творением.

Клиот открыл глаза и поднялся на ноги. Проведя тщательный анализ, я понял, что мне все же удалось добиться желаемого. В результате лич не мог придавать металлу произвольную форму, но хотя бы сохранил способность плавить его и лепить диски с копьями. Что уже делало его на голову сильнее любого из моих прислужников-магов.

Вернее, на две головы.

Хех. Такой вот каламбур.

Неожиданно цедрик посмотрел на меня и открыл рты. Он выглядел так, будто пытается что-то сказать, хотя я не улавливал от него никакой мыслительной активности. Постояв пару секунд, «считая ворон», он отвернулся и теперь больше ничем не отличался от любой другой подконтрольной мне нежити. И команды выполнял точно так же беспрекословно.

Это из-за того, что я использовал для его воскрешения части его же собственной души? Так и я с другими личами точно так же делал. Не со всеми, но какая разница. Или все дело в высокой ступени его развития? Или имел влияние тот интуитивный финальный штрих?

А может все вместе взятое?

Хм…

Подобные мысли подтолкнули меня к интересной идее. А что если можно сделать еще более сильную нежить? Мощнее, чем лич или умертвие. В конце концов, ничто не мешает попробовать. Я уже кучу раз говорил себе, что нет никаких ограничений в магии, и я сам могу решать в какую сторону развивать способности.

Так что стоит подумать на досуге. Проработать концепции, итд, итп.

Хотя что же я все-таки такого сделал в последнюю секунду? Сам ведь не разобрался. По ощущениям это примерно, как когда выставляешь перед собой руки в момент падения. Чтобы нос не расшибить. Нечто рефлекторное. И основанное в данном случае на моем понимании сути магии смерти.

Что если…

— Привет, партнер! — мертвую тишину подземелья в клочья разорвал раздавшийся у меня за спиной лишенный эмоций голос.

От неожиданности я вздрогнул, обернулся и взмахнул костным мечом, который до сих пор держал в руке. И чуть не зарубил Некрономикон, умудрившийся в очередной раз меня подловить. Изменить направление удара я уже не успевал, а потому быстро убрал меч в кольцо, так что в итоге артефакт просто обдало потоком воздуха.

Клятва Омиша за угрозу это не посчитала.

— Нервный ты какой-то последнее время. — выдал Некро, качнувшись из стороны в сторону. — Отдохнул бы что ли. На солнышке полежал, фруктиков поел. Витамины они, знаешь, даже таким ворчунам полезны.

— Сам ешь свои витамины. — огрызнулся я. — Может такта прибавится. И мозгов. Или что там у тебя?

— Куда интереснее, что тут у тебя. — пропустил мое высказывание мимо ушей Некрономикон.

Распространяя вокруг запахи пыли, тлена и почему-то бальзамического уксуса, артефакт обогнул меня по короткой дуге и подлетел к цедрику. Он выпустил облако ядовито-зеленого тумана, которым на несколько секунд окутал мое творение, после чего втянул все обратно и вынес свой вердикт:

— Недурно, недурно. Уже почти даже даже хорошо. Хотя можно было и получше, конечно.

— То есть бывает нежить сильнее личей и умертвий? — тут же ухватился за оговорку я.

— Естественно бывает. — хмыкнул Некро. — А ты думал уже вершины достиг что ли?

— Вершины, я так понимаю, я достигну после Разделения. — продолжил прощупывать почву я.

— О, уже сказал кто-то?

— Кто-то сказал.

— Ну так послушай его.

— А я хочу послушать тебя.

— Тогда послушай меня. — не стал спорить Некрономикон. — Тебе полезно будет.

— Слушаю.

— Что слушаешь?

— Тебя слушаю.

— Правильно делаешь. Продолжай в том же духе.

— Ты имеешь в виду, что уже все сказал?

— А тебе нужно повторять?

Вот ведь надоедливая книженция! Ни слова в простоте. И ведь с одной стороны он действительно подтвердил, что ступень Разделения — последняя, но с другой — прямым текстом я от него этого не услышал. Ну и как подобное понимать?

И почему мне какое-нибудь артефактное Зеркало Правды не досталось? Я бы ему: «Свет мой зеркальце, скажи». А оно бы мне все и рассказывало. Вот как на духу прям!

— Какого лешего этот урод серой фигней колдовал вперемешку с Энергией? — решил поинтересоваться я. — Что это?

— Наконец-то правильный вопрос, партнер. — похвалил меня Некро.

— Отвечать на него ты, конечно, не будешь. — догадался я.

— Есть вещи, постичь которые нужно самостоятельно. Кажется, я тебе об этом уже говорил.

— Ты много чего говоришь. — буркнул я. — И далеко не всегда по делу.

— Ну так вот послушай еще. Как-то раз довелось мне…

Под пространные воспоминания Некрономикона о былых деньках и великих магах, любой из которых легко заткнул бы меня за пояс, я спрятал цедрика в Теневой могильник, надел на палец кольцо с металлоломом и, чуть подумав, присовокупил рядом еще одно, в которое собрал неиспользованный им во время сражения хлам. Может пригодиться.

Теперь у меня на руке красовались сразу три кольца. Будто рэпер какой. Или сутенер. Только вместо проституток выводок нежити, а наркоту заменяют плоды эволюции, на которые я знатно так подсел.

Интересно, а бывает токен с умением сутенера? И из какой Трещины его можно получить?

Хотя зачем бы это мне?

— Скажи. — перебил я Некро прямо посреди очередной небылицы. — Тебя не смущает, что я обрек на вымирание целую расу?

— Нет. — без тени сомнений отозвался он. — С чего бы?

— Действительно. С чего бы…

Глава 22

Под неуемный бубнеж докучливого Некрономикона я прошелся по остальным помещениям заброшенного храма. Некоторые представляли теперь собой довольно жуткое зрелище.

Нежить, получившая приказ добыть мне костей, не страдала излишней аккуратностью и бесхитростно разорвала тела мертвых клиотов в клочья, залив кровью пол, стены и даже потолок. Всюду валялись ошметки еще парящей плоти, кишки висели гирляндами, а в нос шибал отнюдь не самый приятный запах. Королеве Кровавой Казни точно бы понравилось. К счастью, и я давно уже перестал реагировать на подобный антураж. Привык.

Погружаясь чуть ли не по щиколотку в кроваво-мясные лужи, и не обращая внимания на начавших уже собираться к пиршеству крыс, я закончил сбор трофеев. Ядра эволюционировавших монстров отправились в кольцо, а сердца заняли свое место в заметно опустевшем Теневом могильнике.

До сих пор их, судя по всему, защищала от разложения натянутая по поверхности тонкая металлическая пленка, исчезнувшая со смертью цедрика. Но я давно уже добавил это свойство своему вместилищу трупов и нежити, а потому за сохранность можно не волноваться. Будут смирно лежать и ждать своего часа. Как миленькие.

Путь на поверхность много времени не занял, и скоро я уже стоял в темном подвале ничем не примечательного ижмарильского дома. Там, чуть подумав, я заставил цедрика замуровать вход металлической пластиной, которую после прикрыл валявшимся вкруг хламом.

Тайное убежище в какой-то момент может и пригодиться. Знавшие же о нем редкие Химеры увидят заклинание лидера и не рискнут соваться внутрь, думая, что тот занят важным ритуалом. Или еще чем-то. Короче, пусть пока побудет так.

— Вернешься к турниру? — спросил у меня из-за спины Некрономикон.

— А у меня есть выбор? — пожал плечами я, наводя последний лоск на маскировку из мусора. — Без первого места мне в столицу не попасть.

— Давай-давай, партнер. Дерзай. Тебя ждет немало интересного.

Мне показалось, что в его бесцветном голосе я услышал насмешку.

— Что ты имеешь в виду? — я, нахмурившись, обернулся, однако, Некро и след простыл. — Ну да, ну да… Как обычно. Хоть факт существования более сильной нежити подтвердил — и то хлеб. За счет чего же можно улучшить ее качество?

Размышления об этом я отложил на потом.

Семейство Мутантов с первого этажа куда-то подевалось, и мне не пришлось тратить время на их убийство. Да и привлекать внимание к зданию ни к чему. Может, мне сюда еще предстоит вернуться. Хотя я пока и слабо представлял зачем.

На Ижмарил опустилась ночь. Безжалостное палящее солнце скрылось за горизонтом, уступив место изуродованной луне и позволив хоть немного полюбоваться чарующим сиянием звезд. Крохотными бриллиантами те рассыпались по черному бархату неба, складываясь в причудливые созвездия, с высоты наблюдающие за бытием простых смертных.

В прошлой жизни у меня не было времени остановиться и просто задрать голову вверх. Да и в этой, если честно, тоже. Разве что совсем недолгий период детства, в Дальнем Крутолуге, я любил порой выглянуть в окно и насладиться спокойствием бескрайней выси.

Интересно, как бы сложилась моя судьба, не ворвись в нее чертовы нелюди? Ведь все могло бы выйти совсем по-другому…

По дороге в Цитадель я все же бросил взгляд внутрь себя и обнаружил то, что не успел рассмотреть во время битвы с цедриком. Как ни крути, а завершив слияние заклинаний, я уже должен был достичь следующей ступени, однако этого не произошло.

По обыкновению я уперся в препятствие.

И в этот раз оно умудрилось превзойти даже самые пессимистичные мои предположения. Понятно, что возникшая на моем пути стена являлась лишь метафорическим отображением преграды на пути развития, но даже предыдущий разрушенный мной барьер казался теперь милым штакетничком вокруг клумбы по сравнению с новой помехой.

Я ни секунды не сомневался, что метод Угрюмого Чагаша мне больше не поможет. Даже если я, как удав, целиком проглочу Императорского Трицебыка, обмажусь «пирамидками» Госгосков и с головой нырну в бассейн Этернивой руды (благо у меня такой теперь имелся), силой на другую сторону мне не пробиться. Требовался совершенно другой подход. И я пока не представлял какой.

Хотя замеченная мной в этой стене небольшая трещина все же намекала на наличие способа решения проблемы и не давала совсем уж опустить руки. Средство есть. И я его найду!

Подойдя к Цитадели, я отыскал нужный участок стены и хотел уже нырнуть в ведущий к моим временным апартаментам тайных лаз, как вдруг из него мне навстречу вывалилась группа неизвестных. Таинственное трио, одетое в черную ткань и черные же тканевые маски с узкой открытой полоской для глаз.

Прямо ниндзя какие-то.

Не став размениваться на приветствия и прочие глупости вроде «Кто ты?» или «Как пройти в библиотеку?», двое шиноби выхватили кинжалы и попытались меня незатейливо убить, а один, самый низкий и слабый, отступил в сторону.

Я тоже не мешкал. Хваткой нежити одолжив силы у Жутня, я молниеносным движением подставил под удар первого левое предплечье, а выпад другого заблокировал вызванный из Тени Аскар.

Враги использовали для убийства умения, но и мы не отставали. Мою руку от повреждения спас наруч из кожи Императорской Куколки, второй же попытки наделать во мне незапланированных дырок я не дал. Выпущенные почти в упор Укусы мертвеца убийцы умудрились отразить, но вот против хлынувшей из костяного меча ауры банши, пусть и ослабленной, они сделать ничего не смогли.

Попав под влияние ужаса, ниндзя невольно вздрогнули, а один даже попятился, и этого промедления стало достаточно, чтобы прикончить обоих. Своего я пронзил мечом, а другому Аскар эффектным ударом снес голову.

Схватка продолжительностью в одну секунду.

— Я же уже приказывал тебе так не делать. — недовольным тоном отчитал я прислужника. — Мне теперь силы тратить, чтобы его обратно собрать. Совсем безмозглый что ли?

Без тени эмоций на мертвом лице Аскар смотрел на меня застывшим взглядом, как бы говоря: «У меня только те мозги, которые ты мне сделал, хозяин. Ругайся на себя, если хочешь». Я же, видимо, совсем помешался раз начал с нежитью разговаривать.

Похоже, этот прием при жизни числился у воина в списке излюбленных, а поскольку я оставил ему достаточно свободы действий, то теперь он им и пользовался. На рефлексах. Попытка же грубо влезть в тактику его сражения, могла привести к снижению эффективности, чего мне категорически не хотелось.

Я собирался уже закуклить отделившиеся от тел серебристые облачка, как неожиданно понял, что на них претендует мой меч. Пришлось отдать души ему. Оружие крайне полезное и частично нивелирует мою слабость в ближнем бою. Все-таки фехтовальщик из меня никакой. Но если враг пускает слюни от ужаса, то даже у меня появляется шанс с ним справиться. Так что пусть жрет, зараза такая, потом в бою отплатит.

Оглядевшись по сторонам, я убедился, что вокруг по-прежнему никого нет, и спрятал трупы в Теневой могильник. Осознавший и обезглавленный Развивший. Пусть и слабенький, но умертвие из него я, конечно, сделаю. Нужно восстанавливать перебитую цедриком свиту.

— Ка-ка-какого д-демона⁈ — заикаясь, выдал последний уцелевший из ночных гостей, плюхнувшийся на задницу.

Будучи всего лишь Освоившим, он не мог противостоять ауре банши и медленно пятился от меня, перебирая по земле всеми четырьмя конечностями. Впрочем, встреть он настоящего скорбного духа — вообще пошевелиться бы не смог.

— «Кака» здесь только ты. — брезгливо бросил я, сорвав маску с нелюдя. — Я так и думал.

Дварф. Молодой. К тому же сильно испуганный и непонимающий с какой это радости воин, одолевший днем его сородича, теперь во всю швыряется заклинаниями.

— Я из… — начал было нелюдь, но договорить я ему не дал. Острие меча нашло его горло, превратив еще одного Глендельвейда в булькающий кровью кусок мяса.

В целом, здесь все очевидно. Знатный род не стерпел унижения от убийства своего наследника и под покровом ночи заслал мне наемников из внешнего круга. Этот же вот бородатик должен был все проконтролировать. Меня на месте они не застали и решили поискать по ближайшим заведениям, а тут я и сам подоспел.

Встреча получилось бурной, искрометной и крайне результативной. По крайней мере число моих прислужников снова вырастет. Что не могло не радовать.

Ничего ценного убийцы при себе не имели, а потому я пожал плечами и залез все-таки в тайный лаз. К счастью, мне хватило мозгов отправить вперед себя приведение. Оказалось, что трио не просто огорчилось моим отсутствием, но и оставило несколько сюрпризов в виде смертельно опасных ловушек. Ребята потрудились на славу, однако все их усилия пошли прахом. Ни в одну я не попался, успешно добравшись до комнаты.

Где меня ждал совсем уж неожиданный презент — бездыханное тело в дорогих одеждах.

Вернее, бездыханным оно показалось бы любому, кто не обладал, как я, навыком Некроманта. Мне же не составило труда определить, что молодой эльф не то отравлен, не то зачарован, но совершенно точно пока что не мертв.

Недолго думая, я это легко исправил и тут же превратил его в зомби. Приятно, когда материал для пополнения свиты приносят с доставкой на дом. Для чего бы его сюда не притащили, я ломать голову над такой ерундой не собирался. Нет тела — нет дела, как говорится. Мне же еще предстояло восстановить силы перед вторым днем турнира.

Усевшись в закутке с массивом, я принялся, словно губка, впитывать концентрированную Межмировую Энергию, в очередной раз пожалев, что мне не предоставили комнату для Объединившего. Параллельно я сотворил гуля из одного неудачливого убийцы и умертвие из другого, приделав последнему голову на положенное ей место.

Оба являлись людьми. Но, продавшись нелюдям, они стали для меня предателями, недостойными существования. Еще и напали первыми. Но зато теперь они точно послужат благой цели и помогут мне вырвать человечество из лап иномирских захватчиков!

Закончив восполнять силы, я сам не заметил, как задремал, а разбудил меня спор двух голосов, доносившихся из-за двери. Один я узнал. Он принадлежал неудавшемуся воришке Симу. Противостоял же ему некто в такой же как у меня искажающей речь маске.

— Ты совсем что ли сдурел, мальчишка? — возмущался неизвестный. — Не видишь, кто перед тобой?

— Прошу прощения, уважаемый, но господин Леошкортс велел никого не пускать, пока он сам не покинет массив. — не сдавался Шустрый. — Я недавно заглядывал. Он еще там.

— У меня приказ проверить комнату тридцать четвертого! И не какому-то сопляку мне мешать!

— Не пущу!

Послышалась какая-то возня, но я уже вышел из закутка и крикнул:

— Пусть войдет.

Дверь распахнулась, и внутрь ворвался пухлый тип в дорогих ботинках с загнутыми носками, величаво выглядывавшими из-под новенького плаща. Он тут же суетливо огляделся, будто что-то искал. Однако спрятать здесь что-либо размером больше горошины не представлялось возможным, и утренний гость быстро бросил:

— Скоро начало турнира. Не опоздай. — после чего спешно удалился.

— Позавтракать-то я хоть успею? — с нескрываемой насмешкой крикнул я ему вслед, однако ответа не дождался.

Очевидно, визитер ожидал обнаружить «мертвого» эльфа, служившего теперь в виде нежити под моим началом. Сразу стало понятно на кой черт его сюда приволокли. Видимо тот являлся важной шишкой, а то и вовсе членом Багрянца Осени, и таким образом меня хотели подставить, чтобы добраться в обход турнира. Запасной план ночных убийц, на случай если не найдут меня в городе. Но теперь их самих уже не найдут.

— Я пытался его остановить, но он… — начал было Сим, однако я его перебил.

— Все в порядке. Я слышал. Ты все сделал правильно. — я бросил парню мелкую монетку в награду. Тот ее с радостью поймал. — Сколько до начала?

— Еще чуть больше часа. Примерно.

— Значит успею поесть.

— Вы не волнуетесь? Совсем? — удивился мальчик, округлив глаза. — Слабых противников не осталось.

— Я выиграю этот турнир. — улыбнулся я. — Так или иначе. Чего мне волноваться? Кстати! — я вспомнил еще кое о чем. — После финала мне, возможно, понадобится твое умение.

— Я не буду воровать. — насупился парень.

— Не это. — отмахнулся я. — Врожденное.

— «Садовник»⁈ — не удержавшись, воскликнул Сим. — Оно-то вам зачем?

— Смотри.

Я достал из кольца горсть синих не то семян, не то косточек и показал Шустрому. Это были те самые ядрышки, которые я нашел в лачуге кобольдов после сражения с Гожаром и эволюционировавшим Пустынным Тритоном.

Мальчик взял одно, сосредоточился, окутал его крохотным облаком Межмировой Энергии, «завис» на несколько секунд, после чего нахмурился и вернул мне.

— Сможешь вырастить? — спросил я.

У меня, конечно, еще имелись те сухофрукты, которые я купил здесь у торгаша, плюс кое-что нашлось в кольце цедрика, однако мне предстояла уже третья эволюция, и чувствовал, что ресурсов на нее уйдет немало.

— Вряд ли. — покачал головой Сим. — Какое-то оно…

— Необычное. Я знаю.

— Да. И земля ему нужна тоже необычная. И вода. И все остальное. А у нас тут кроме песка ничего-то и нет.

— А если я найду все это, сможешь? — поинтересовался я, примерно понимая, о чем идет речь.

— Не знаю. — пожал плечами парень. — Никогда не пробовал. Но, наверное, да. — добавил он, прислушавшись к собственным ощущениям.

Вот она сила комплексного умения. Тут вам не «Окучивание грядки» и не «Полив цветочков». По сути, это как мой «Некромант». Только из мира растений. Когда оно — часть тебя, ты можешь то, чего не могут другие. Даже если до этого никогда не пробовал.

Позавтракать я действительно успел, хотя брюхо и не набивал. Все-таки мне снова носиться по арене, притворяясь воином. А затем явился еще один тип в плаще из числа организаторов. Гораздо более вежливый, чем первый. Он предложил мне не сидеть, как вчера, среди зрителей, а выходить на поединки через главный вход. Так, мол, и солиднее, и меньше вероятность, что кто-то захочет разобраться со мной за пределами ринга.

Предложение с одной стороны казалось дельным, а с другой — на отрытом пространстве, у всех на виду, я имел куда больше шансов вовремя отреагировать на нападение, чем в темных кулуарах закулисья. Так что я отказался.

И не прогадал. Вернувшись в сопровождении Сима на свое прежнее место, я обнаружил, что меня там уже ждал Леуш, тоже решивший не менять привычную дислокацию. Рядом с ним сидел Влас, старательно скрывавший волнение и бросавший на меня нервные взгляды. И все. Остальные места вокруг нас в радиусе метров так десяти никто занимать не торопился. Вот она — слава убийц Проклятого и Катура.

Поэтому когда — едва я успел присесть — к нам направился надменного вида мужчина без маски, но в просторном дорогом плаще, я заметил его, как только тот пересек незримую линию отчуждения.

— Уважаемый Леошкортс. — обратился он ко мне, кивком головы обозначив небрежный поклон. — Род Глендельвейд предлагает вам присоединиться к семье на правах наемника. Глава обещает вам место Верховного Стража с годовым жалованием в десять золотых, а также свободный доступ к ресурсам и знаниям, необходимых для дальнейшего развития. От себя добавлю, что столь щедрого предложения патриарх не делал никому и никогда с тех пор, как занял место своего отца.

— Вот это тебе подфартило, Лео…шкортс! — вовремя сориентировался с именем Леуш. — Прямиком в один из сильнейших родов города! Да еще на какую должность. Будешь нас потом по лучшим заведениям водить угощать!

Издевается что ли? Знает ведь, что я здесь за другим. И что к нелюдям не пойду хоть под угрозой смерти.

Влас же рядом с ним так сильно кивал головой, что та могла в любой момент отвалиться. Даже забыл, что нагрел меня на кучу серебра и должен бояться возмездия.

Однако, с чего бы вдруг такая щедрость? Наступили на горло собственной гордости и решили заполучить в свои ряды умелого воина взамен убитого? Или после неудачного покушения заманивают в логово, чтобы закончить начатое?

Впрочем, какая разница.

— Передай своему патриарху, что он может поцеловать меня в зад. — презрительно бросил я, глядя в лицо предателя. — Или тебя пусть целует, чтобы далеко не ходить. А то, что это: все ты, да ты. Несправедливо как-то.

Влас поперхнулся и в ужасе воззрился на меня, как на предъявленную ему долговую расписку. Леуштилат расхохотался. А посланник, покрывшись багровыми пятнами, ушел, не произнеся ни слова.

— Добро пожаловать на Битву Сильнейших, дорогие зрители! — прогремел над трибунами голос ведущего. — Да начнется второй день турнира!

Глава 23

Пока ведущий, заливаясь соловьем, напоминал зрителям лучшие моменты предыдущего дня, я бегло осмотрел окружающее пространство. Арену за ночь полностью отдраили и заменили поврежденные плиты, вернув ристалищу первозданный вид. Сегодня на нем планировалось провести шесть боев: четыре четвертьфинальных и два за выход финал. Который должен был состояться завтра.

После завершения слияния двух чар и создания нового могущественного заклинания я чувствовал, что мои шансы занять первое место существенно возросли. Хотя я и без того проигрывать не собирался.

Народу на трибунах собралось, казалось, даже больше, чем накануне. Люди и нелюди с нетерпением ерзали на скамьях в ожидании начала поединков. Четыре главные ложи тоже больше не пустовали — их заняли представители сильнейших родов города, пришедшие посмотреть на выступления своих отпрысков. Ну или — в случае Глендельвейдов — на триумф убийцы Катура. Ведь благодаря мне их наследник до текущего этапа живым не добрался.

Ложе семьи дварфов располагалось прямо над нишей с призами, и я буквально чувствовал, как оттуда исходили направленные на меня лучи ненависти. Ничего, пусть бесятся, может и до них добраться удастся.

— Ждешь начала? — бросил мне Леуш, всем своим видом показывая нетерпение. — Массив — вещь, конечно! С первой секунды понял, чего ты в них так торчать любишь.

— Ты до этого ни разу в них не был? — не смог сдержать удивления я. — Как ты вообще до своей ступени добрался?

— Благодаря Сатвелеону. На все воля его. — здоровяк поднял руки лодочкой.

Я скептически хмыкнул.

— Как оцениваете свои шансы на победу? Против кого хотели бы выйти? — тут же встрял Влас, в очередной раз демонстрируя свой корыстный интерес. — На вас ставить?

— На него ставь. — кивнул в мою сторону Леуштилат, хохотнув. — Не ошибешься!

— Эм-м… Леошкортс… — заискивающе обратился ко мне регистратор. После продемонстрированных мной на арене навыков он больше не смел пренебрежительно относиться ко мне, как в день знакомства. — На счет того случая. Я…

— Забудь. — проронил я. — И отстань.

— Как скажешь. — с явным облечением выдохнул он. — Спасибо.

В конце концов часть этих денег пошла на взнос Леуша. Мне же иногда полезно схлопотать щелчок по носу, чтобы спускаться с небес на землю. А то порой успехи кружат голову, и я начинаю мнить себя всемогущим. Уже несколько раз замечал за собой подобное. И лучше получить прививку, расставшись с финансами, чем случайно недооценить противника и лишиться жизни.

— Дружище, а ты чего выглядишь так, будто всю ночь не отдыхал, а в одиночку защищал Ижмарил от монстров? — спросил меня воин-жрец. И как только заметил сквозь плащ с маской?

— Почти прорвался. — расплывчато ответил я.

— Опять стена?

— Угу.

— Засада… — Луштилат потер пятерней затылок. — Слушай! — неожиданно встрепенулся он. — Мне говорили: в городе бабка есть одна. Как раз по этим делам. Помогает в сложных ситуациях разных.

— Ты про Пифию? — подключился Влас.

— Знаешь ее? — повернулся Леуш.

— Ее все знают. Мне как-то тоже помогла. Ну… По женской части. Мужской, в смысле!

— У меня нет проблем с женщинами. — отрезал я.

— Да она не только! — вступился за ворожею регистратор. — Она и проклятия снимает, и ментальные блоки всякие, и чего только не делает. Болтают, умение у нее какое-то особенное. Не из простых. Ее ни люди, ни нелюди не трогают, между прочим!

— Во-во. — кивнул здоровяк. — И мне так же сказали.

— Посмотрим. — отмахнулся я. Но зарубку в памяти сделал. Чем черт не шутит — может и правда стоит заглянуть. Других способов прорваться дальше я пока что не видел. — Турнир начинается.

Ведущий и правда объявил первую пару четвертьфинала. Номер пять — Огненная Ведьма — против счастливицы под номером двадцать семь.

Как и ожидалось, двадцать седьмая сдалась, не выходя на арену. Приз себе она уже гарантировала, и не было никакого смысла ловить в лицо Огненные шары от заведомо более сильного противника.

Разочарованные зрители свистели и улюлюкали, однако повлиять ни на что не могли. Инделлан прошла дальше, и мне лишь предстояло ее нагнать, чтобы воздать по заслугам!

Следующими на ринг пригласили номер один — Селорифинга из рода Багрянец Осени — и девятку — матерого орка, вооруженного громадной саблей и чем-то вроде укороченной рапиры в качестве вспомогательного оружия.

Бой получился ярким и зрелищным. В этот раз Селорифингу не удалось продемонстрировать тотального превосходства и играть с противником, как кошка с мышкой, однако все равно чувствовалось, что он сильнее. Это также подтверждали коэффициенты тотализатора. Один к четырем в его пользу.

С первых секунд ушастый нелюдь задал темп схватки, не давая громиле сократить дистанцию. Зеленокожий умело уклонялся от заклинаний, однако не мог подобраться ближе и в какой-то момент обнаружил, что вокруг него сплетается некая сеть, вынуждающая его держаться в определенной области.

Тогда орк бросил несколько бомбочек, взорвавшихся, при соприкосновении с полом.

Арену заволокло густым черным дымом.

Но это, казалось, совершенно не смутило Селорифинга. Тот продолжал вести обстрел, постепенно развеивая завесу.

Я сделал вывод, что оба являлись Развившими, вот только, похоже, эльф обладал Ядром большей твердости и к тому же прошел эволюцию. Чем его противник не мог похвастаться по определению.

И тем не менее, временно скрывшись в дыму, громила сумел добраться поближе, после чего в высоком прыжке выскочил с занесенной для удара саблей.

Ушастый отвел внушительного размера Огненным шаром.

Казалось, увернуться от него невозможно, но орк и не стал. Воссияв фиолетовым, он в мгновение ока трижды скрестил и развел перед собой оба оружия, начертив таким образом в воздухе решетку. Об нее и разбились чары. Интересное защитное умение.

Приземлившись в шаге от врага, зеленокожий хотел уже проломить тому голову, как неожиданно пошатнулся и потерял равновесие. Оказалось, что любимое эльфийское заклинание стало лишь отвлекающим мавром, а на самом деле Селорифинг умудрился подрезать противнику голень колдовским лезвием.

Бой же он закончил еще одним Огненным шаром, брошенным орку прямо в лицо. Тот попытался снова остановить чары, но, находясь в падении, не преуспел и рухнул на пол, обезображенный пламенем. Добивать его отпрыск Багрянца Осени не стал, надменно вздернув подбородок и горделивой походкой направившись к выходу.

Ведущий еще пересказывал последние события для тех, кто не уследил за ходом боя на таких скоростях, а трибуны уже взорвались оглушительными овациями. Аплодировали и люди, и нелюди, увлеченные зрелищем и позабывшие о расовых различиях, а также годах притеснений и дискриминации.

Похоже турнир имел для Ижмарила куда большее значение, чем я думал изначально. И речь не только о выявлении сильнейшего и перераспределении ресурсов. Отнюдь…

Влас с Леуштилатом тоже радовались победе Селорифинга. Как минимум потому, что оба поставили на него немалые суммы. Букмекер как раз принес им выигрыш, когда я уже спускался на арену. Следующий бой был моим, и в противники мне выпал второй номер — Тараз Делакруа. Человек. Маг. Развивший.

Насколько я успел услышать, коэффициент все еще оставался в пользу члена знатного рода. Хотя, после моих вчерашних выступлений, разрыв существенно сократился, и соотношение выглядело даже лучше, чем в схватке предыдущих участников. Один к трем. Леуш без тени сомнений сделал на меня внушительную ставку, и его примеру, скрепя сердце, последовал Влас.

— Противники уже на арене и готовятся к началу поединка. — провозгласил ведущий, дав зрителям накричаться вволю. — Тараз в оружии не нуждается, в то время как Леошкортс тоже все еще стоит с голыми руками. Что же мы увидим? Неужели знаменитую кочергу, от которой пало уже целых три бойца, включая небезызвестного Катура?

Это не кочерга, а багор, бестолочь! И как я его достану, если чертов дварф умудрился затупить мне оба острия, а орк до него так вообще погнул. К тому же в мои планы совершенно не входило убивать Тараза. По возможности.

Молодой светловолосый мужчина на другом конце ринга спокойно стоял, дожидаясь команды к старту. От него не чувствовалось ни агрессии, ни высокомерия, ни даже безразличия. Он видел во мне противника, которого нужно одолеть для достижения цели, и собирался сделать это с помощью своей магии.

Я даже пожалел, что против меня не поставили Селорифинга. Где мне личей-то взамен потерянных брать?

— Посмотрите, в руке Леошкортса появился меч! — комментировал ведущий. — А я уж думал, не решит ли он сражаться в этот раз чайной ложкой или оглоблей. — с трибун послышались многочисленные смешки. — Хотя оружие коротковато и сделано точно не из стали, но я уверен, в нем сокрыта какая-то тайна. Можно ли считать этот жест уважением к противнику? Давайте посмотрим. Бой!

«Можно, можно». — подумал я, срываясь с места. — « В конце концов не против нелюдя же дерусь».

Не успевшее окончательно восстановиться от полученных повреждений тело отчаянно протестовало против подобного обращения, однако, если я хотел еще хоть немного сохранить в тайне свои основные козыри, то придется пока что действовать, как воин. А воин должен бежать к магу.

Что я и сделал, напитав ноги сырой Межмировой Энергией.

Тараз без сомнений уже неоднократно видел подобную тактику и прекрасно знал, как ей противостоять. Взмахнув рукой, он довольно быстро сплел чары, и мне в лицо ударил тугой поток воздуха. Не порыв ветра и не простой тычок, а полноценная струя, будто выпущенная из брандспойта. Только диаметром со всю арену!

Мне показалось, будто я попал в стремнину бурной весенней реки. Меня едва не опрокинуло, и лишь полностью сосредоточившись, я сумел избежать позорного падения. Однако речи о дальнейшем продвижении не шло. Даже с учетом двух эволюций, я не мог голой силой противодействовать столь мощному заклинанию Развившего.

— Леошкортс устоял! — возвестил ведущий, хотя все вокруг видели это и без него. — Чего и следовало ожидать от убийцы Катура. Но есть ли у него чем ответить на следующий прием Тараза?

Мне уже дважды доводилось наблюдать за поединками Делакруа, и, должен признать, со стороны его заклинания выглядели весьма впечатляюще. Вблизи же они смотрелись еще более эффектно и даже в какой-то степени завораживающе!

То тут, то там в непрекращающемся потоке ветра стали возникать призрачные образы зверей и монстров. Они казались легкими и воздушными, вот только недооценивать их не стоило. Раны на телах, попавших под действие чар, они оставляли самые что ни на есть настоящие и вполне могли разорвать противника в клочья.

Неожиданно прямо передо мной мелькнула тигриная лапа, нацеленная аккурат в лицо. Я сумел в мельчайших подробностях рассмотреть кожаные подушечки, ворсинки шерсти, черные полоски и, конечно, острые, как языки завистников, когти. Такая не только маску снимет, но и пол-лица сдерет, заставив продемонстрировать окружающим «богатый внутренний мир».

К счастью, я подготовился.

Призрачный щит.

Используя всего один припрятанный в рукаве плаща светляк, я сформировал на пути лапы защитный гексагон, одновременно взмахнув мечом. После чего тут же вернул светляка обратно.

Со стороны это должно было выглядеть так, будто я каким-то приемом разрубил вражеские чары. Ведь, по сути, заклинания тоже являлись всего лишь умениями, точно так же использующими Межмировую Энергию. И в некоторых случаях отличить одно от другого довольно сложно. Тем более с учетом общего многообразия, ширящегося также за счет различных индивидуальных нюансов усилений, слияний и прочих особенностей.

Следом за тигром меня попытались достать сотканные из ветра псы, Птицеголовые Канюки, Лемилинги и другие твари, многих из которых мне вообще прежде видеть не доводилось. Иногда они подлетали ко мне издалека, а порой материализовались из воздуха практически вплотную непосредственно перед ударом. Однако я продолжал отбиваться, время от времени используя Хватку нежити, чтобы успеть отразить несколько наложившихся друг на друга угроз.

— Вы только посмотрите, какое поразительное мастерство владения мечом демонстрирует нам Леошкортс! И какую силу духа! — доносился до меня вездесущий голос ведущего. — Он не только противостоит ураганному ветру, но и умудряется вовремя реагировать на каждый выпад в свою сторону. Подобное не мог продемонстрировать ни один из предыдущих противников Тараза! Хотел бы я увидеть его бой против Громоушева. Вот уже где нас точно ждет незабываемое зрелище! Но такое возможно только если они оба доберутся до полуфинала. А пока продолжайте делать ставки, дамы и господа, первой крови еще не было!

Вот уж чего мне точно не хотелось, так это поединка с Громоушевевым. По сравнению с ним мое «мастерство меча» — детский лепет. Даже пытаться идти с ним в ближний бой не стоит. В случае если нас поставят в пару, придется сразу отказаться от маскировки воина и продемонстрировать всем свои магические способности. В противном случае он шпагой напишет у меня на лбу матерное слово, а я в это время еще буду только пытаться его заблокировать.

Для текущей же ситуации какого-либо особого профессионализма не требовалось. Знай себе размахивай мечом из стороны в сторону, будто мух отгоняешь, да не забывай вовремя использовать чары.

Правда как таким образом выигрывать? Ждать у кого раньше иссякнет Межмировая Энергия? Это я могу. После ночной битвы с цедриком я успел полностью восстановить запас, который как я прекрасно знал, превышал объемы, доступные магам одной со мной ступени. А может я уже и более сильных обогнал.

Примерно в том же направлении определенно думал и Тараз. Поддержание столь мощного заклинания наверняка расходовало огромное количество сил, которые ему требовалась сохранить еще и на следующий бой. Поднатужившись, он увеличил частоту появления зверей, а также добавил к ним возникавшие прямо из воздуха лезвия.

Я будто угодил в поток спасающихся от пожара животных. Однако уровня моего восприятия вполне хватало, чтобы вовремя реагировать на угрозы, а недостаток скорости я восполнял все той же Хваткой нежити. Теперь из-за нее мои руки непрерывно сверкали фиолетовым, еще больше делая меня похожим на настоящего воина.

Повезло еще, что Делакруа не до конца завершил слияние чар. Он определенно пытался объединить поток ветра с созданием воздушных монстров, но его заклинания все еще не достигли необходимого проникновения друг в друга, по-прежнему оставаясь разрозненными. Что сильно упрощало мне жизнь. Против цедрика было сложнее.

Однако как-то побеждать все-таки надо. Стоя на месте, так просто в полуфинал не выйти.

— Кажется наши бойцы зашли в тупик. — заключил ведущий, с легкостью перекрикивая гомон толпы. — Леошкортс умудряется отбить все атаки Тараза, а Тараз не может переключиться на другие чары, чтобы не дать противнику сократить дистанцию. На что способен Леошкортс в ближнем бою, он уже прекрасно видел. Как и все мы. Неужели нам предстоит наблюдать битву на истощение и ждать у кого первым закончится Межмировая Энергия? Или… О! Смотрите! Леошкортс определенно решил сменить тактику!

Глава 24

Идею для перелома в ходе схватки подсказал мне, как ни странно, орк. Номер двадцать восемь, с которым Тараз дрался в первом этапе. Тот с помощью умения разрезал перед собой поток ветра и таким образом постепенно продвигался вперед. Хоть в итоге ему это и не помогло.

Я подобным заклинанием или приемом не обладал. Но вполне мог его сымитировать! Просто так я что ли слияние чар завершил?

Взяв за основу структуру плетения Нерушимой Крепости Некроманта, я выкинул из нее все лишнее, упростив до предела. Получился небольшой ошметок чар, тем менее вполне жизнеспособный и по-своему даже красивый в изысканности минимализма. С помощью Третьего глаза я заготовил его внутри разума и принялся ждать момента для воплощения в реальность.

Такой вскоре предоставился. Сразу два колдовских животных наложились друг на друга, что позволило мне отбить их одним ударом. Образовалась крохотная пауза в череде угроз, и я не преминул ей воспользоваться. Из моего рукава вылетели несколько небольших заранее спрятанных там костей и, объединившись с парой светляков, они спрессовались в нечто похожее на наконечник гарпуна, закрепившийся поверх острия меча.

Не мешкая, я взмахнул получившейся конструкцией снизу вверх и разрубил поток воздуха. Вышло хуже, чем у орка с его специальным умением. Ветер практически сразу вернул себе целостность, но шаг вперед я сделать успел. А значит схема рабочая!

— Вот это да! — восхищенно воскликнул ведущий. — Кто бы мог предположить, что сразу у двух оппонентов отпрыска уважаемого рода Делакруа найдется способ противодействия чарам такого типа. Тут в пору гадать, чем же он прогневал богиню Океноа. Или, может, что-то заранее знали организаторы? В любом случае…

Дальше я не слушал, полностью сосредоточившись на ходе поединка. Немалых сил мне стоило выискивать редкие «окна», в которые я мог позволить себе продвинуться дальше, ведь Тараз и не думал ослаблять натиск. Более того, мне показалось, что он прямо в ходе схватки улучшал контроль над собственными чарами, постепенно увеличивая степень их слияния.

Примерно как я ночью.

И в случае, если он завершит процесс, передо мной окажется уже полноценный Объединивший, а это проблема совсем другого уровня.

Я до предела увеличил влияние ауры своего меча, сняв все ограничения. Пусть та даже близко не обладала эффектом полноценной банши, но, по мере приближения к противнику, ее влияние становилось все сильнее, затрудняя концентрацию Тараза.

Его прогресс замедлился, а сам он начал пятиться.

Взмах, другой, третий. Воздушные звери разлетались один за другим, а я неумолимой поступью надвигался на своего оппонента, сводя на нет все его усилия. Да, такая тактика давалась мне с трудом, но Делакруа-то об этом не знал. К тому же в его душе постепенно нарастал магический страх, сливаясь с его собственными опасениями и давлением, вызванным положением отпрыска важного рода. От него многого ждали, и он боялся не оправдать надежд.

Действительно талантливый маг. Но мне требовалось первое место, чтобы получить доступ в Свет Зарницы. А двух победителей быть не может!

Когда до противника оставалось всего несколько метров, я в очередной раз взмахнул мечом. Но на этот раз не просто для того, чтобы дать себе возможность сделать еще один шаг. Мановением руки, я влил в костяной наконечник порцию Межмировой Энергии, а затем отсоединил его от клинка и отправил в полет. Прямо в Тараза!

Делакруа явно этого не ожидал, но, стоит отдать ему должное, среагировать успел. Он изменил направление потока ветра, отведя от себя снаряд, и тот, ударившись об защиту арены, упал на пол.

Ни враг, ни зрители не пострадали.

Тараз хотел уже вновь направить на меня свою «дуйку», но я не просто так вынудил его защищаться. Едва пропало давление магии, как я со всей доступной мне скоростью рванул вперед, стремительно сокращая оставшееся расстояние.

Видя это, противник швырнул в меня веер ледяных игл, но я рухнул на колени, пропустив заклинание над головой, по инерции проскользил вперед последние полтора метра и приставил острие меча к подбородку мага.

— Сдаюсь. — в тот же миг выдохнул Отпрыск влиятельного рода, подняв руки. Он явно не хотел повторить судьбу Катура.

Я же изначально не планировал убивать Тараза. Он ведь не нелюдь. И не их прихвостень. В этом турнире из оставшихся противников мой гнев предназначался Селорифингу Багрянец Осени и, конечно, гадине Инделлан! Вот кто не уйдет от меня живым, даже если сдастся хоть тысячу раз!

Под громогласные аплодисменты и крики зрителей, я подошел забрать покрытый призрачным слоем костяной наконечник. Я сделал вид, что прячу его в кольцо, но на самом деле отправил в Теневой могильник. Для сторонних же наблюдателей тот просто исчез из вида.

— Каким необычным устройством воспользовался Леошкортс в этом бою! — комментировал ведущий, пока букмекеры разносили выигрыши. Кажется, я прямо с арены услышал истеричный визг Власа, утроившего свое состояние. — Я даже предположить не могу, кто и с какой целью его изготовил. Однако регламентом это не запрещено! Участники в праве пользоваться всем, что смогут добыть и принести с собой. Будь то дымовые бомбы, костяные гантели или отравленная кочерга. — трибуны разразились дружным смехом. — Вот только вряд ли такой трюк удастся провернуть дважды. Но, в любом случае, мы поздравляем Леошкортса с выходом в полуфинал! Ура победителю!

Поджав губы и сокрушенно качая головой, Тараз исчез во тьме главного выхода с арены, а я поднялся назад на свое место, на ходу выслушивая хвалебные выкрики от случайных зрителей. Ведь я собственноручно поверг уже второго выходца из четверки сильнейших семей города. Сделал то, о чем простые ижмарильцы даже помыслить не могли. И теперь в их глазах я виделся обычным парнем из низов, олицетворяющим их самые смелые фантазии.

Огорчало меня лишь то, что поздравлявшие меня люди видели во мне клиота. А значит, по сути, чествовали нелюдя! Да я сам выбрал эту личину, но теперь не мог отделаться от чувства брезгливости, ощущая на себе взгляды поддержки. Нужно было все-таки не перегибать с конспирацией и назваться как-то попроще. Тимошкой, например. Или Ником.

Ну теперь уж ничего не поделать. Сам себе злобный Буратино.

— Молодец, дружище! — поздравил меня Леуштилат, едва я примостил филейную часть на скамье. — Так держать!

— Я богат! Я богат! — причитал Влас, прижимая к груди драгоценные гульдены. — Боги и демоны, после турнира неделю буду одной картошкой питаться! И пить воду! Да-а! Много воды!

Вот она разница в жизненных ценностях. Что мог себе позволить последний бедняк Дальнего Крутолуга, в Ижмариле считалось пищей для элиты.

— Вечером идем к твоей Касандре. — сообщил я Лешу, приняв решение.

— К какой Касандре? — не понял он.

— К бабке. — напомнил я. — По моей проблеме.

— А-а-а! — догадался здоровяк. — Так она же Пифия.

— Один черт. Главное, чтобы помогла. Встречаемся у выхода из Цитадели после ужина. Тебе проводник твой тайный ход показал?

— Нет. Но я сам нашел. Опыт Нигдейки! — Леуштилат демонстративно постучал себя пальцем в районе виска и поднялся на ноги. — Пожелай мне удачи в бою.

— Удачи. — ни на секунду не покривив душой, ответил я со всей искренностью. — Она тебе понадобится.

Воин-жрец беззаботно хохотнул и принялся спускаться вниз, лучась дружелюбной улыбкой, словно дед, хряпнувший самогона погожим деньком. И как он только с таким характером дожил до своих лет?

— Последний бой четвертьфинала! — продолжал рвать глотку ведущий. — Номер три — знаменитый Митрофан унд эс Громоушев — против двадцать третьего — того, кто сумел противостоять губительной ауре Проклятого. Два славных воина. Только сила. Только умение. И никаких грязных уловок. Торопитесь делать ставки, дорогие зрители, ведь мы начнем буквально через пару секунд!

— Справится? — нервно спросил меня Влас, не отрывая глаз от ринга. Он будто пытался вобрать в себя образ обоих бойцов и смоделировать в голове исход схватки.

— Сам решай. — бросил я, впитывая из воздуха крупицы Межмировой Энергии.

— Десять серебра на двадцать три! — наконец рискнул частью имущества регистратор. — Какой коэффициент?

— Один к четырем на Громоушева. — отозвался букмекер.

— Эх, гори оно все! Тогда двадцать!

Все-таки жадность победила. Теперь главное, чтобы Леуш не проиграл. А то ему еще и на трибунах придется отбиваться от разочарованного фаната.

Ведущий объявил начало поединка, и оба участника отсалютовали друг другу излюбленным оружием. Один двуручным мечом, а другой шпагой, казавшейся сейчас не более чем хворостинкой. Да и сам Громоушев на фоне Леуштилата несколько терялся. Однако, сохранял все то же неизменное сосредоточенно-хмурое выражение лица, что и на предыдущих этапах. Боевой утюг в действии.

Воины медленно сближались, пока Леуш, пользуясь преимуществом в длине рук и оружия, не решил сделать первую попытку. Коротко хекнув, он молодецки взмахнул мечом наискосок, будто собирался одним ударом развалить противника от ключицы до бедра.

Не дрогнув, Митрофан плавным, но неимоверно точным взмахом шпаги отвел угрозу в сторону и тут же сделал резкий прямой выпад в шею. Лешутилат уклонился, одновременно подтягивая меч назад и пытаясь подрезать врагу голень. Но тот отскочил в сторону.

Прощупав возможности оппонента, они оба чуть разорвали дистанцию и принялись медленно кружить, выискивая слабости.

— Бойцы обменялись первыми ударами и теперь выжидают. — комментировал ведущий под восхищенные вздохи толпы. — Посмотрите, как безупречны и насколько выверены их движения. Будто танцуют! И хоть они встретились впервые, но уже прекрасно чувствуют ритм, который нашептывают им их сердца. Один на двоих! Не буду грузить вас сложными терминами, дорогие зрители, однако совершенно точно каждый из них провел в своей жизни достаточно боев, чтобы выработать собственный стиль. Как и вы, я предвкушаю невероятно зрелищный бой!

И вновь Леуш первым бросился в атаку. На этот раз он сделал длинный выпад, а когда противник отклонил его в бок, продолжил сближение, намереваясь банально заехать кулаком в челюсть.

Фокус не прошел. Митрофан чуть отступил и взмахнул шпагой. Леуштилат подставил покрытую броней руку, но на тыльной стороне его ладони все равно появилась длинная царапина.

Первая кровь.

С такого расстояния я не видел выражения лица своего друга, однако ни секунды не сомневался, что тот искренне наслаждается схваткой. Я же воочию убедился, что действительно не имел шансов одолеть Громоушева в ближнем бою. Слишком точны и безукоризненны оказались его движения, чтобы покрыть эту разницу за счет эволюций и одного единственного заклинания.

Поединок набирал обороты. Оба бойца в достаточной мере прощупали друг друга и начали использовать Межмировую Энергию, а затем и специальные умения. Фиолетовые вспышки мелькали с такой частотой, что практически сливались в одно сплошное сияние, освещавшее лица сразу нескольких нижних рядов зрителей.

Ведущий заметно запаздывал с комментированием, не успевая словами передавать все, происходившее на арене. Мне же вполне хватало восприятия, чтобы рассмотреть каждый финт, и я, наравне с тысячами ижмарильцев, неотрывно следил за дуэлью.

Ведь другим словом последний бой четвертьфинала не называть. Никаких грязных приемов, никаких вспомогательных амулетов и зелий, никаких попыток вывести противника из равновесия сравнением его мамы с Трицебыком. Сталь против стали. Мастерство против мастерства. Дух против духа.

И честь. Одна на всех.

В какой-то момент Леуштилат превратился в сплошной фиолетовый силуэт и выхватил второй меч. Обычный, а не двуручный. Но даже так это позволило ему существенно усилить натиск, а поднимаемый от его ударов ветер смел пыль и мелкие камешки к краям арены.

Однако и под таким натиском Громоушев не дрогнул. Стоя в классической фехтовальной стойке, он отражал каждый выпад, любой из которых вполне мог лишить его жизни. Будто прутиком от медведя отбивался!

Сказывалась разница в подготовке. В то время как Леуш учился драться самостоятельно, сперва подглядывая за уроками Угрюмого Чагаша, а потом и вовсе сражаясь с монстрами Диких Земель, Митрофана с детства окружали лучшие наставники, которых только можно добыть деньгами и репутацией. Да о чем говорить: мой друг совсем недавно перенимал опыт Аскара — мертвеца, движимого лишь сохранившимися рефлексами и неспособного мыслить самостоятельно.

И все же, должен сказать, держался он достойно. Более чем. Куда лучше, чем любой из уже ступавших на арену в этой Битве Сильнейших. Недостаток мастерства воин-жрец компенсировал страстью и напором, и, если бы Громоушев допустил хоть одну ошибку, Леуш точно одержал бы верх.

Вот только отпрыск знатного рода, стоял неколебимо, как скала, и только его шпага с головокружительной скоростью металась из стороны в сторону, умудряясь отклонять в сторону оба меча. Причем ровно настолько, чтобы те пронеслись вплотную, но не задели.

Поразительная выдержка, выпестованная тысячами часов таких вот поединков.

Леуштилат подобным похвастаться не мог.

А потому и результат получился вполне закономерным.

Замерла стальная мельница. Застыла мясорубка. Двуручный меч Леуша остановился в нескольких сантиметрах от шеи противника. Ведь в его грудь, изогнувшись дугой, уперлась блестящая сталь шпаги.

— Какое удивительное благородство! — захлебываясь эмоциями, голосил ведущий. — Используй Митрофан в этом выпаде умение, и он точно пробил бы броню! А с ней и сердце! Но он не стал. А двадцать третий понял это и успел остановить свой удар! Хотя мог сейчас праздновать победу! Какое величие нравственности! Какое, я не побоюсь этого слова, рыцарство! Запомните этот день, дамы и господа, ведь подобное происходит далеко не на каждой Битве Сильнейших! Да о чем речь — я цирюльнику своему доверяю меньше, чем эти двое друг другу. А ведь они не произнесли за весь бой ни слова и общались только с помощью стали! Браво! Браво! Браво! Я аплодирую вместе с вами, дорогие зрители!

А громогласные овации и в самом деле не прекращались уже несколько минут, хотя бойцы за это время успели крепко пожать руки и разойтись в разные стороны. Даже нелюди, повскакивав на ноги, выражали свое уважение к двум воинам. Да, может через час они уже снова будут смотреть на обоих с презрением и считать их существами третьего сорта, но сейчас, под влиянием эмоций, они не могли не восхищаться прекрасно проведенной схваткой, завершившейся на столь возвышенной ноте.

В том числе и Влас, несмотря на потерянные деньги, искренне поздравил Леуша с великолепным поединком. По-моему, он даже украдкой вытер что-то под маской. Не то слезинку, не то соринку. Акцентировать на этом внимание я не стал.

— Мировой мужик этот Митрофан! — провозгласил Леуштилат, с шумом плюхнувшись на место. — Впервые с ним бился, а ощущение будто тыщу лет уже знакомы. Жаль у меня второго двуручника не было.

— Ты бы тогда победил? — спросил я в ожидании оглашения первой пары полуфинальных схваток.

— Думаю, нет. — честно признался мой друг. — Я будто с ветром сражался. Не как ты, конечно, — он коротко хохотнул, — а с нормальным ветром. Но бой точно вышел бы гораздо интереснее!

— Потом его еще вызовешь. — дернул подбородком я. — Отдельно. Он ведь не откажет?

— Точно! — обрадовался здоровяк. — Мы же теперь с ним друзья по стали. Может и приемчик какой покажет!

Мне оставалось лишь вздохнуть, в очередной раз поражаясь миру, в котором жил Леуш. Мой почему-то сильно отличался.

— Вижу, вы уже заждались дорогие зрители. — наконец подал голос ведущий. — Я прав? — многоголосый рев стал ему ответом. — Я так и думал. Тогда давайте же определим первого участника завтрашнего финала! И так, под ваши аплодисменты, на арену приглашаются: номер тридцать четыре — Леошкортс и номер пять — Огненная ведьма! Воин против мага! Прошу на ринг!

Глава 25

— Опять подтасовка. — буркнул себе под нос Влас, едва услышав объявленную пару.

— С чего ты взял? — удивился Леуш.

— Да с того! Изначально, судя по парам, они явно хотели, чтобы в полуфинал вышла только четверка из сильнейших родов. Но Леошкортс им сильно все испортил. Поэтому, если так продолжится, то может выйти, что в финале вообще ни одного из них не окажется.

— И что с того?

— Тогда плакали ресурсы.

— А как подтасовка-то на это влияет? — все еще не мог сообразить Леуштилат, хотя я мысль регистратора уже уловил.

— Так теперь получается, что второй парой сразятся Селорифинг с Митрофаном, а значит кто-то из них гарантированно поборется за титул чемпиона.

— Но ведь победит-то все равно сильнейший. Какая тогда разница в каком поряд…

Дальше я не слушал, начав спускаться на арену, где меня уже поджидала Огненная Ведьма. Гадина Инделлан, убившая Анну. Хоть моя сестра и была на тот момент всего лишь ребенком. Наконец наши дорожки пересеклись, и сейчас она точно не уйдет от моего возмездия! А потом пополнит мою свиту и будет вечно служить в виде лича. Безвольного. Послушного. И бесконечно презираемого.

Вблизи Огненная Ведьма выглядела именно так, как ее описывали все, кого я спрашивал. Светлых оттенков просторный плащ с длинными рукавами, скрывающими руки, удобный капюшон и металлическая маска с причудливыми узорами. За ней ушастая прятала оставленное мной уродство. И сегодня я планировал закончить начатое в далеком детстве.

— Монашкой нарядилась? — сквозь зубы процедил я. — Думаешь, этим можно кого-то обмануть?

Я, да и все остальные, уже прекрасно видели, что ни длинные полы, ни рукава не мешают ей передвигаться и сражаться. Скорости, же с которой она творила магию, мог бы позавидовать даже Селорифинг, прошедший эволюцию.

Но не я!

Инделлан не ответила и лишь пренебрежительно махнула рукой, будто я не стоил ее внимания. Она даже позволила себе в ожидании команды к началу повернуться ко мне боком и разглядывать трибуны, будто кого-то выискивая. Хотя я и так знал кого. Меня. Сюрприз, который я раскрою ей в самом конце, глядя в медленно затухающие эльфийские глаза.

— На сегодня осталось всего два боя, дорогие зрители, но скучно точно не будет. Это я вам гарантирую. — вещал ведущий, давая всем время сосредоточить взгляды на арене. — Из тридцати шести участников лишь четверо лучших сумели добраться до полуфинала. И двое из них сейчас перед вами. Темная лошадка Леошкортс со своим костяным мечом и таинственная Огненная Ведьма, в оружии не нуждающаяся. Причем последней не пришлось сегодня тратить силы, ведь ее оппонентка сдалась без боя. Нечестно? Несправедливо? Полностью согласен. Но таковы Битвы Сильнейших, и на исход схватки порой может повлиять даже благосклонность богов! А теперь, без лишних слов, давайте начинать. Бой!

Не отступая от привычной стратегии, Инделлан принялась неистово размахивать руками, раз за разом посылая в меня небольшие, но убийственно грозные Огненные шары. Не прошло и пары секунд, как в мою сторону уже летела целая мириада сгустков пламени. Настоящая оранжево-красная стена, которая скрыла от меня не только противницу, но всю противоположную часть арены!

Но, в отличие от предыдущих врагов Огненной Ведьмы, я не бросился бежать в попытке выйти из-под удара. Я не метался и не суетился. А спокойным, но твердым шагом направился прямо навстречу смертельной опасности.

— Что творит тридцать четвертый! — гремел над трибунами голос ведущего. — Он решил покончить с собой? Я бы так и подумал, не увидь я раньше его предыдущие сражения. Леошкортс определенно не так прост и… Да! Он прорубает себе путь вперед! Каждым взмахом меча он уничтожает по несколько заклинаний, и ни одно не может его достать! Что творит этот воин? И чем ответит ему Огненная Ведьма?

В этот раз я не стал размениваться по пустякам и сходу одолжил силу у Жутня, чтобы придать больше скорости руке, а вдоль лезвия меча я разместил Призрачный щит, сотворив тот из двух припрятанных в рукавах светляков. И теперь таким образом прокладывал дорогу сквозь стену пламени.

Максимальное сосредоточение. Ни одной лишней мысли. Только отслеживание приближающихся ко мне чар и взмахи мечом, позволяющие не вспыхнуть пучком сухой соломы. Один Огненный шар меня, может, и не прикончит, но точно собьет с ритма. А уже следующие завершат начатое. Ошибаться нельзя.

Но я и не ошибался.

Шаг за шагом я приближался к Инделлан, пылая холодной ненавистью. Путеводной нитью та вела меня, поддерживая концентрацию и делая разум ясным, словно безоблачное июльское небо. Ни единой лишней мысли. Только меч, магия и цель, которую нужно достичь.

В тот момент даже турнир отошел на второй план. Он никуда не денется. А вот месть, о которой я мечтал столько лет, должна свершиться уже сегодня. И никто у меня ее не отнимет!

Вскоре к Огненным шарам добавились и уже знакомые мне угольно-черные трехгранные шипы. Иногда они летели отдельно, но чаще всего прямо внутри пламенных сфер. Похоже Инделлан полюбилось это сочетание, и она пыталась слить чары воедино. Пока не получалось, но она уже сделала определенные успехи.

К этому я тоже был готов.

Еще под конец сражения с Таразом я осознал, что мне нет нужды доставать кости для примитивной версии Несокрушимой Крепости Некроманта. Ведь меч в моей руке сам по себе являлся костяным наростом на черепе Императорского Трицебыка. А значит я мог использовать его для объединенного заклинания!

Меньше мгновения мне понадобилось, чтобы воплотить заранее заготовленное упрощенное плетение. Спаянные вместе гексагоны Призрачного щита растеклись и тут же окружили меч, проникнув прямо в его структуру. Клинок попытался их поглотить, но я его приструнил, а заодно заставил подбросить дров в топку ауры ужаса — лишней не будет.

Теперь я одним движением не только уничтожал Огненные шары, но и отбивал спрятанные в них шипы, сводя на нет, все усилия Инделлан. Однако бдительности все равно не ослаблял. Не может быть, чтобы за столько лет она не выучила каких-нибудь новых чар. В любой момент чертова эльфийка могла выкинуть любой фокус, а потому я держался настороже, готовясь ответь чем угодно, вплоть до раскрытия своей магической сущности.

Вот только время шло, я подбирался все ближе, а Инделлан так и не меняла тактику, продолжая осыпать меня градом все тех же заклинаний. Это заставляло меня хмуриться, но я все равно шел вперед, с каждым шагом сокращая расстояние.

Сперва сквозь сгустки пламени стала мелькать ее покрытая узорами маска, а затем я неожиданно понял, что подошел к ней на расстояние удара. Чем сразу же воспользовался, рубанув мечом.

Успеха мне эта атака не принесла. Полыхнув фиолетовым, Огненная Ведьма неожиданно уклонилась, а затем взмахнула рукой, и из ее рукава вылетел очередной сгусток пламени, угодивший мне прямо в грудь.

Кто бы мог подумать, что она тоже освоит чары для усиления тела! Хорошо хоть я успел среагировать и сделал Крепость из своей костяной брони. На моем плаще выгорел знатный кусок ткани, а самого меня отбросило на пару метров назад, но я не пострадал.

Если только не считать гордости.

Однако ее я смогу залечить и позже, а вот ушибленные еще накануне ребра категорически протестовали против подобного обращения. Пришлось усилить циркуляцию в них Межмировой Энергии.

— Оказывается Леошкортс умеет не только нападать, но и защищаться! — комментировал ведущий, под непрекращающийся рев толпы. — Похоже, он изучил навык сродни тому, что ни раз демонстрировал нам Катур. Только слабее. Боюсь представить, какого́сейчас патриарху Глендельвейдов осознавать, что его сына поверг некто, обладающий жалким подобием их родового умения. Упс. Кажется, он меня услышал. Не будем об этом. Что же предпримут наши бойцы дальше?

Поднявшись на ноги, я сорвал с себя горелые ошметки плаща, оставшись в простых легких штанах и рубашке. Ну и элементах брони вкупе с маской, конечно же. Куда же без них?

Прислушавшись к собственным ощущениям, я убедился, что меч по-прежнему распространяет вокруг себя ауру ужаса, однако непохоже, чтобы та имела существенное влияние на Инделлан. Неужели она уже достигла ступени Слияния? Но ведь ее объединенное заклинание еще не готово. Или она слила другие два, а только потом взялась за эти? В таком случае в любой момент она…

К моему бескрайнему удивлению, Огненная Ведьма не принялась вновь швыряться в меня сферами пламени, а сама двинулась мне навстречу! Ровной, уверенной походкой не сомневающейся в своих способностях женщины.

Что она за маг такой, если идет на сближение с воином? Совсем что ли из ума выжила, ушастая? Фехтовальщик из меня может не ахти, но уж на одну сраную эльфийку точно хватит!

Резко шагнув вперед, я вновь попытался достать Инделлан мечом, а когда она уклонилась и запустила в меня Огненным шаром, успел вернуть оружие назад и разрубить чары. Чтобы тут же сделать еще один выпад.

И опять безуспешно.

Да как такое возможно? Чтобы маг двигался с такой скоростью и точностью? Ладно я — у меня за плечами уже две эволюции, а она… Черт! Она же и в самом деле эльфийка. А значит ничто не мешало ей тоже находить и поглощать плоды, выросшие в особых Трещинах. Плюс некое заклинание, позволяющее эффективнее усиливать мышцы Межмировой Энергией.

Привык, что остальные на такое не способны. А ведь ушастые нелюди как раз свой Краеугольный Камень сохранили. Еще и три других заграбастали, а один так и вовсе уничтожили. Но ничего. Сейчас попробую еще, а если не получится, перейду на магию. Но последний удар я нанесу мечом. Это не обсуждается. Кровь за кровь!

Я продолжал орудовать мечом, припоминая все известные мне финты, а порой и изобретая новые. Я смещался левее и правее, отходил в сторону и подступал практически вплотную, приседал и изгибал тело под всевозможными углами, однако по-прежнему ни разу не зацепил противницу. Огненная Ведьма будто читала каждое мое движение и с легкостью уклонялась, не давая себя ранить, а аура ужаса, похоже, на нее вообще не действовала.

Но и себя задеть я тоже больше не позволял. Едва завидев движение руки, я уже готовился уклониться от вражеских чар или разрубить их призрачно-костяным клинком. Будь то пламя или трехгранные шипы — я оставался невредим и готовился в любой момент отреагировать на использование чего-то более мощного. Однако Инделлан не торопилась раскрывать свои козыри.

Как и я, берегла для финала?

Со стороны наш поединок, наверное, чем-то напоминал недавно закончившуюся схватку Леуштилата и Громоушева. Противостояние лицом к лицу на пределе возможностей. Свист рассекаемого ударами воздуха и использованные вхолостую умения. Глаза в глаза. Решимость против воли. Столкновение неколебимых характеров, закаленных в горниле по имени Жизнь.

— Дамы и господа, мы наблюдаем самую долгую схватку этих участников. — донесся до меня откуда-то издалека голос ведущего. — Что Леошкортс, что Огненная Ведьма расправлялись с предыдущими оппонентами куда быстрее. Сколько они уже дерутся? Пять минут? Десять? Я не знаю. Как и вы, я заворожен зрелищем и готов наблюдать его хоть до самого вечера. Какая страсть, какая точность движений! Кто бы мог подумать, что Огненная Ведьма на самом деле входит в редкое число бойцовских магов, способных противостоять воинам в ближнем бою? В этом году наш турнир определенно полон сюрпризов. А ведь еще даже не финал!

«Бойцовский маг». Никогда о таких не слышал. На ходу придумал, что ли?

Ладно, не время отвлекаться. Тут любая ошибка может закончиться смертью. Шип в лицо я вряд ли переживу. А если вот так попробовать?

Ни обычные мои атаки, ни усиленные с помощью Хватки нежити не находили своей цели. И тогда я решил прямо на ходу слегка подкорректировать заклинание и одолжить силы не у Жутня, а у Аскара! Тот ведь тоже являлся нежитью, но превосходил более слабого ожившего мертвеца чуть ли не на две головы.

Сказано — сделано. Совсем немного изменив структуру плетения, я в очередной раз использовал чары и сразу заметил разницу. В мышцах появилась небывалая легкость, а собственные движения начали казаться медленными и неуклюжими. Я будто мог подбросить сотню монет разом, а затем поймать их по одной до того, как они коснутся земли.

В этот момент Инделлан как раз уклонилась моего очередного выпада, пропустив тот мимо себя, и готовилась ответить собственным заклинанием, но я изменил движение меча и вновь нацелил его прямо на эльфийку.

Остро заточенный клинок с невероятной скоростью приближался к шее Огненной Ведьмы. Причем с весьма близкого расстояния. Казалось, что увернуться уже невозможно, тем более что капюшон должен закрывать обзор. Однако со вспышкой Межмировой Энергии моя противница в последний миг наклонила голову и даже умудрилась-таки швырнуть очередной сгусток пламени, заставив в итоге меня защищаться.

Просто невероятно! Неужели ей кто-то помогает со стороны? Нет, арена защищена. Я уже неоднократно это видел. Она не пропускает ни быстро движущиеся предметы, ни заклинания, ни умения — ничего. Только спокойно шагающих наружу или внутрь участников, а также персонал на аналогичных условиях. Вмешательство исключено.

Но как тогда? Неужели это и есть ее объединенное умение, и она в самом деле стоит на ступени Слияния? В таком случае мечом мне ее не одолеть. Я все-таки даже близко не воин…

С этого момента сражение пошло на совсем других скоростях. Я уже не мог отвлекаться на разглагольствования ведущего и праздные размышления. Только полная сосредоточенность и контроль над собственным телом. Даже мысли стали быстрыми и обрывистыми, содержащими скорее образы, чем целые предложения.

Поединок достиг такого состояния, когда порой намерение совершить атаку уже вынуждало противника начать корректировать собственные действия. И особенно тяжко приходилось мне, ведь действие Хватки нежити распространялось всего лишь на правую руку, в то время как Инделлан усиливала все тело целиком.

Я пытался, конечно, расширить область действия чар, но для этого в их структуру требовалось внести весьма серьезные изменения, что уже вот так на коленке не сделаешь. Нужна серьезная вдумчивая работа с многочисленными экспериментами. Ну или озарение на границе жизни и смерти, на что уповать категорически не хотелось.

И все же колдовал я куда быстрее, чем двигался. Поэтому, кажется, я даже несколько раз, не успевая уклониться или вернуть для защиты меч, рефлекторно отбивался от вражеской магии небольшими Призрачными щитами. Я, конечно, сразу развеивал их обратно, но кто-то наверняка заметил неладное. Это уже мало похоже на умение воина.

Ну и, в любом случае, я исчерпал все возможные резервы по физическому усилению, а значит настало время заходить с козырей.

Продолжая вести интенсивное сражение, я подгадал момент, когда мы с Огненной Ведьмой окажемся максимально близко. Я даже почувствовал исходивший от нее запах пота, железа и почему-то горячего дерева. Взмахнув мечом в стремительном выпаде, я одновременно увернулся от запущенного практически в упор сгустка пламени и в то же время, выставив вперед левую руку, швырнул молниеносно сформированный Укус мертвеца.

Я уже улучшил это заклинание и продолжал время от времени возвращаться к нему, добавляя все новые правки, однако Объединившего оно все еще убить не могло. Да и Развившего тоже вряд ли. Но его мощи хватит, чтобы переломить ход поединка и позволить нанести решающий удар!

Скалящийся фиолетовый череп несся прямо в грудь с весьма близкого расстояния. Так просто не уклониться. К тому же одновременно с этим, я пытался достать Инделлан мечом, что еще больше затрудняло ей выбор действий.

Однако выход она все-таки нашла.

Подавшись чуть назад, Огненная Ведьма предплечьем отбила меч и одновременно, взмахнув другой рукой параллельно земле, уничтожила мое заклинание. В яркой фиолетовой вспышке защитного умения колдовской череп перестал существовать.

И такой способ ведения боя я уже видел.

Давно.

Около десяти лет назад.

Когда одна маленькая девочка противостояла взрослой эльфийке и ее Огненному шару.

К сожалению, она умерла…

Или же…

Сердце пропустило удар, когда отчаянная мысль раскаленной стрелой пронзила мой разум, а надежда воспарила, взмахнув крыльями.

— Энн⁈

Глава 26

— Энн⁈ — невольно вырвалось у меня изо рта.

— Кто ты? — донесся да меня несколько изменившийся, но все равно до боли знакомый голос.

— Это ты? Правда? — не мог поверить я.

— Левда! — огрызнулась соперница. — Назовись или сдохни!

— Я Леон.

Далее последовало емкое, но до омерзения грязное ругательство и логичное восклицание «Ты-то здесь откуда?». Хотя такой вопрос впору было задавать именно мне. Однако я оказался слишком шокирован, чтобы мне это пришло в голову.

Анна жива? Но как такое возможно? Я же лично видел, как ее убили! Впрочем, я тогда еще не обладал умением Некроманта, а значит полагался лишь на обычные органы чувств. Которые могли и подвести. Особенно в стрессовой ситуации.

Вопрос, правда, все равно оставался открытым.

Тем временем турнир никуда не делся, и, даже обменявшись репликами, мы не прекращали сражаться. Хотя теперь скорее делали вид. Но Межмировая Энергия все так же сверкала, а меч со свистом рассекал воздух. Естественно, его ауру ужаса я запихнул поглубже внутрь. Пусть та почему-то и не действовала.

Не знаю, о чем в тот момент думала Энн, но у меня в голове мысли метались в таком смятении, будто я застукал их за чем-то неприличным.

Как я мог не догадаться, что сражаюсь не с колдуном? Об этом же все так и кричало. Если маг может притвориться воином, то что мешает воину притвориться магом? Неужели моя ненависть к Инделлан настолько затмила мне разум, что я за уши притягивал нужные мне факты, а на остальные просто не обращал внимания?

И ладно я. Ведущий-то куда смотрел? Что еще за «бойцовский маг»? Разве он со стороны не видел, что явно не чародей бьется? Хотя его, как и меня, могло ввести в заблуждение прозвище Огненная Ведьма, а также использованные Анной заклинания.

Какие вообще, к черту, заклинания⁈ Она же Копейщица! Уж я-то это точно знаю!

— Хреново дерешься для Развившего, братишка. — бросила мне Энн.

— Я маг. — на автомате отозвался я, все еще плохо веря в происходящее.

— Маг? — удивилась она, увернувшись от взмаха меча. — Тогда вполне сносно. Сделай вид, что проиграл.

— Не могу. Лучше ты.

— Не вариант.

Продолжая схватку, мы оба задумались. Как бы причудливо ни обернулась ситуация, мне требовалась победа в турнире, чтобы попасть в Свет Зарницы. У Анны, похоже, тоже имелись свои причины. Однако, что бы нами ни двигало, это не повод убивать внезапно обретенного после стольких лет разлуки родственника. Я не допускал такой мысли даже теоретически. Она, надеюсь, тоже.

Черт! Насколько все было бы проще, окажись Огненная Ведьма и в самом деле Инделлан!

Ситуация зашла в тупик. И выбираться из него требовалось как можно скорее. Мало того, что мы все больше расходовали Межмировую Энергию, так еще и с каждой секундой возрастала вероятность, что кто-то раскусит нашу игру. Все-таки, хотелось нам того или нет, но наши движения изменились. Наметанный взгляд не мог этого не заметить.

— У меня идея. — сказала Энн, запустив в меня очередной Огненный шар.

— У меня тоже. — ответил я, разрубая тот мечом.

Мы встретились глазами, а затем синхронно бросили короткий взгляд в сторону ложи Глендельвейдов. После чего молча кивнули друг другу.

Говорят, у дураков мысли схожи. У родственников, видимо, тоже.

Применяя умение за умением, мы начали медленно смещаться к краю арены. Будто выискивали возможность обойти противника с боку, и в то же время не давая ему завершить маневр. В какой-то момент мой клинок чиркнул по невидимой преграде, что и послужило нам сигналом.

На мгновение мы остановили поединок, синхронно, будто тренировались, скакнули на каменный бортик и продолжили сражение, шагая чуть ли не по головам зрителей!

Что тут началось! Крики, визги, ор. Одно дело — наблюдать за кровавой бойней, зная, что тебе ничего не грозит, и совсем другое — когда пронесшийся над головой меч срезает часть волос, кардинально меняя прическу. Тут у любого нервы не выдержат, даже если он вообще не способен уследить за движениями дуэлянтов.

Естественно, народ хлынул в рассыпную. Образовалась давка. Кто-то особо отчаянный попытался кинуть мне в спину нож, надеясь, видимо, таким образом, увеличить шанс на победу в ставках, однако в нахала невзначай угодил Огненный шар, укоротив амбиции.

Засранец вспыхнул, словно спичка, что лишь усилило панику.

— Какой неожиданный поворот! — как ни в чем не бывало комментировал ведущий. — Впервые за более чем вековую традицию Битвы Сильнейших сражение вышло за переделы ринга. Вот только это не повод прерывать бой! Даже стражники не рискуют соваться в мясорубку, которую устроили Леошкортс с противницей. Словно два фиолетовых болида, они поднимаются все выше, полностью сосредоточившись друг на друге. Удивительно, но пострадавших от их умений практически нет. Разве что сгорел один орк. Однако, могу сказать, что он сам дурак. Его семья может не рассчитывать на компенсацию. Сохраняйте спокойствие и продолжайте следить за развитием событий. Наш турнир только что вышел на новый уровень!

Всего несколько секунд понадобилось нам с Энн, чтобы забраться практически на самый верх. Некоторые из зрителей даже испугаться не успели, а мы уже, перепрыгнув через их головы, устремились дальше. В высь. Под купол Цитадели. Но, когда до верхнего яруса оставались считанные шаги, мы резко оборвали поединок и, не обращая ни на что внимания, влетели в нишу с призами.

А уже в следующий миг все они исчезли в наших кольцах!

Величайшее ограбление на глазах у тысяч зрителей! Драгоценные трофеи, любой из которых мог обеспечить безбедное существование до глубокой старости, стали добычей брата и сестры, не видевших друг друга с самого детства. Вопрос теперь лишь в том, удастся ли нам их сохранить. Как и наши жизни.

— До последнего не верила, что ты и правда меня понял! — хохотнула Анна, скидывая плащ и маску. — Ты ведь всегда был таким скучным тихоней. Рада, что в тебе проснулся дух авантюризма!

— А вот ты все такая же заноза в заднице! — не остался в долгу я. — Из-за тебя я потерял возможность занять первое место.

— А я из-за тебя. Но разве это важно? И спасибо за комплемент, братишка!

Энн действительно почти не изменилась. По-прежнему бойкая, задорная, неунывающая и резкая, как понос, девица.

По сравнению с последним разом, когда я ее видел, она подросла и округлилась в разных местах. Хоть и не слишком сильно. Стройные ноги обтягивали кожаные штаны, а небольшую грудь защищала кожаная же легкая броня, не стесняющая движений. По спине рассыпались длинные волосы цвета степного пожара, и лишь на лице я заметил парочку крохотных шрамов. Которые, впрочем, не уродовали ее, а лишь дополняли образ, демонстрируя боевой характер.

Кроме всего прочего, как я уже и сам догадался, под плащом у Анны скрывалось копье. Но не простое, а состоящее из нескольких соединенных на манер нунчаков сегментов. Похоже, именно его она прятала в длинных широких рукавах. Теперь же, сделав хитрое движение кистью, моя «воскресшая из мертвых» сестра вернула оружию привычный вид. Да так, что я даже никогда не подумал бы, что это древко способно разделяться на части.

Хотя вопрос с заклинаниями оставался открытым. Неужели ее копье способно порождать их в момент атаки? Это тогда уже не просто оружие, а целый артефакт какой-то вроде того же Некрономикона! Ей с такой штуковиной и призы-то не нужны. Тем более, что Энн без всяких сомнений уже достигла ступени Слияния. Или она не ради награды в турнир полезла?

Эх, плакало теперь мое первое место. Но не убивать же за него сестру, в самом деле? Придется искать другой способ попасть в столицу.

И мыслишка на этот счет у меня проскочила еще на арене. Правда времени обдумать ее толком пока не было. Да и вряд ли в ближайшее время появится. Точно не после того шоу, которое мы тут устроили. И первые недовольные не заставили себя ждать.

Не успели мы с Анной переброситься и жалкой парой фраз, как сверху на нас свалился большой металлический сейф. Вернее, так мне в начале почудилось. На деле же это оказался дварф, закованный в броню от бровей до пяток. Такой же, как Катур, только чуть выше, шире и с еще более массивным щитом. Собственной тушей он практически полностью перекрыл путь наружу, а другого выхода из помещения с призами я не наблюдал.

— Какая удача! — пробасил «сейф», вынимая ноги из вмятин в каменном полу, оставшихся от его приземления. — Теперь я собственными руками сверну шею ублюдку, убившему моего сына! Если хочешь жить, девчонка, не вмешивайся!

— Ты дверью не ошибся, головожопый? — мгновенно вскинулась Энн, принимая боевую стойку. — Последний позвонок в мозг вогнало? Если шел посрать, так это дальше. Ну или в шлем себе навали — в нем все равно пусто!

Я аж хрюкнул от восхищения. Моя сестренка всегда была остра на язык, но за прошедшие годы, похоже, превратила свой талант в настоящее умение. Межмировой Энергии на него, интересно, много нужно?

— Как ты смеешь так разговаривать с патриархом рода Глендельвейд? — вступился за лидера чуть ранее приходивший вербовать меня тип. Тот как раз подоспел в компании еще парочки дварфов и трех вооруженных наемников разных рас. — Тупая челка, не знаешь, что…

Договорить он не сумел, потому что в грудь ему угодил Укус мертвеца, оборвавший жизнь предателя. Да и оскорблять сестру я не позволю.

— И правда маг. — задумчиво произнес «сейф», будто в подтверждение собственных мыслей. — Тем хуже для тебя. — бросил он мне, после чего добавил своим прихвостням. — Девчонка на вас. Этого не трогать. Его я убью сам!

Все тело, броня и щит патриарха засияли фиолетовым светом. Настолько ярким, что мне показалось, будто зажгли прожектор. Не знаю, что и с чем он там объединял, но на ступени Слияния отец Катура явно превзошел сыночка по части оборонительных способностей. А вот оружие он использовал другое — увесистый шестопер с массивным набалдашником, которым так удобно проламывать броню и головы. И следующей по его плану определенно должна была стать моя.

Дварф рванул на меня, словно танк на реактивной тяге. Однако, мне больше не нужно было ни притворяться воином, ни сдерживаться. Из Теневого могильника вышли три лича, включая мое последнее приобретение — цедрика. Холодные, бездушные и бесконечно преданные своему создателю прислужники. С пустым взглядом мертвых глаз они встали возле меня, направили руки на моего врага и принялись обстреливать его сильнейшими из доступных чар.

Огненные шары, Лезвия ветра и — самое главное — Металлически копья бушующим ураганом магии обрушились на патриарха.

Призвал бы больше нежити, да пространство вокруг не позволяло. С другой стороны — атаковать меня тоже можно было только в лоб.

Получив несколько мощных оплеух, особенно металлических, Глендельвейд слегка сбился с шага, но и не думал сдаваться. Однако, когда до меня ему оставалась всего пара метров, на его пути возникло новое препятствие. На защиту хозяина встало умертвие. Невысокое, с вплавленной прямо в кожу броней и клочковатой растрепанной бородой. Оно утвердило на полу вогнутый щит, вспыхнуло фиолетовым и замахнулось треххвостым кистенем, готовясь отдать «жизнь» за Некроманта. За меня!

— Катур⁈ — раненным вепрем взревел патриарх, перекрыв грохот врезающихся в него заклинаний. — Что ты с ним сделал, мразь⁈

— То же, что сделаю и с тобой, поганый нелюдь. — властным тоном ответил я. — Скоро вы оба послужите на благо человечества!

— Уничтожу! — крикнул дварф и ломанулся вперед.

Вперед его, конечно, никто не пустил, а потому ему ничего не оставалось, кроме как скрепя зубами, пытаться одолеть собственного мертвого отпрыска. Два закованных в латы бородача лупили друга, что есть силы, а на одного из них сыпался непрекращающийся град заклинаний.

Защита главы рода Глендельвейд держала. Более того — он умудрялся по чуть-чуть теснить Катура, нанося тому повреждения даже сквозь броню и умение. Но и на это у меня имелся ответ. В самом углу призовой комнаты примостился еще один вид нежити. Взмахнув раздвоенной рукой, темный клирик окутал умертвие клубами черного дыма, и полученные травмы исцелились, позволив моему защитнику эффективнее противостоять более сильному врагу.

Наконец я мог сражаться, как положено Некроманту. Плавно размахивая мечом, словно дирижерской палочкой, я усилил ауру ужаса, ударившую по мозгам патриарха. Не особо эффективно, с учетом его ступени, но все же. Как-то эту бронированную тварь побеждать же нужно!

А вот на остальных прихвостней меч повлиял куда сильнее.

Еще в момент, когда разъяренный дварф только-только рванул в мою сторону, Анна не стала дожидаться, пока на нее тоже нападут. Она сама бросилась вперед на превосходящие силы противника, и копье ее, словно живое, металось из стороны в сторону, жаля всех, до кого могло дотянуться.

Чтобы помочь сестре, я воскресил убитого мной предателя в виде тупого зомби. Встав на ноги, тот набросился на ближайшего врага, чем сбил с толку окружающих. Его быстро растерзали, но секундное замешательство позволило Энн в изящном выпаде прикончить мужика ступени Осознания. Тот даже среагировать не успел.

Едва мертвое тело коснулось земли, как тут же начало пониматься обратно. Его волосы стремительно выпадали, руки удлинялись, зубы превращались в клыки, а пальцы в убийственные костяные спицы. Оружие, правда, выпало, но гулю оно без надобности — он сам и есть оружие!

Анна хотела уже заколоть его по второму разу, однако я вовремя успел ее остановить.

— Этот за нас! — крикнул я.

— Да? Удобно. — ничуть не смутилась она и принялась практически в одиночку теснить оставшихся четырех врагов.

Двух Осознавших и двух Развивших.

Не самая тривиальная задача для Объединившего. Хотя и отнюдь не невозможная. Анна же справлялась с ней играючи. Будучи Копейшицей, за прошедшие годы она немало наторела в использовании этого вида оружия. И если еще в детстве я восхищался ее мастерством, то теперь не мог отвести взгляда от виртуозного ведения боя.

Прием за приемом, умение за умением, блоки, выпады, финты, уколы — копье мелькало с головокружительной скоростью, оставляя на телах врагов все новые кровоточащие раны. Сами же они не могли приблизиться к ней ни на шаг и лишь огрызались в попытках сократить дистанцию. Словно дикие псы, дразнящие циркового тигра. Вот только тигр отнюдь не на привязи!

Энн и сама неплохо держалась, но с появлением ауры ужаса и подмогой в виде гуля довольно быстро одолела врагов. Сперва пали Осознавшие, тут же пополнив ряды моей прореженной ночью армии, а за ними лишись жизни и Развившие. Этих я оперативно спрятал в Теневом могильнике — позже им предстояло стать умертвиями. К тому же я умудрился поймать и практически все покинувшие тела серебристые облачка, превратив их в новую порцию светляков.

Большая часть описанных выше событий происходила или одновременно или стремительно одни за другими. Однако к моменту, как патриарх Глендельвейдов остался в одиночестве, он так и не сумел пробиться ко мне на расстояние удара.

Я натравил на него пару гулей, отправив их атаковать со спины, но дварф лишь взмахнул шестопером и превратил их головы в бесформенное кровавое месиво. Темный клирик даже подлечить не успел. Слишком велика разница в уровне силы.

При этом нелюдь получил пару увесистых ударов от Катура, но не похоже, чтобы его это сильно смутило.

— Помочь? — спросила Энн, с любопытством разглядывавшая мою нежить.

— Если не сложно. — спокойно бросил я.

— Для любимого братишки все, что угодно.

Сорвавшись с места, Анна с силой вонзила копье в спину патриарха, не забыв использовать какое-то умение. Защита на удивление выдержала. Но удар Объединившего — это не то, что можно так легко игнорировать.

Глендельвейд резко сместился в сторону, осмотрелся и только теперь заметил, что остался без поддержки. Сей факт его немало удивил и, пронзив меня полным ненависти взглядом, он решил прорываться к выходу. Вот только сделать это оказалось не так-то просто.

Да, забравшись на ступень Слияния, дварф достиг просто чудовищной способности к защите. Полыхая Межмировой Энергией, словно вспыхнувший в ветреную погоду стог сена, он стоял под непрекращающимся атаками трех личей, умертвия и Объединившей Копейщицы. Под прессом ауры ужаса. И это при том, что один из личей при жизни вообще являлся лидером целой расы!

Впечатляюще!

И тем сильнее мне хотелось заполучить его в свои ряды. В виде нежити, естественно.

Сбежать патриарху не удалось. Общими усилиями мы вынудили его прижаться спиной к стене и стоять под градом ударов, прикрывшись щитом. Он даже огрызаться уже не мог и выпустил шестопер из рук, сменив тот на второй щит. Настоящая коробочка с заветным призом.

Энн выпила склянку, восполняющую запас Межмировой Энергии. У меня осталось еще около половины сил, но я последовал ее примеру. Неизвестно, как будут дальше развиваться события после нашей выходки.

— Вы за это ответите. — змеей прошипел Глендельвейд из-под шлема. Защищавшее его фиолетовое сияние принялось мерцать, словно собирающаяся перегореть лампочка. Пара ударов даже пришлась ему уже по броне. — Лорд Айнилиэль этого так не оставит!

— Но тебе будет уже все равно. — усмехнулась Анна. — Сдохни!

Хитрым движением она, используя умение, умудрилась попасть копьем не только между двух щитов, но и угодить ровнехонько в прорезь шлема. Да еще и в момент очередного ослабления защиты.

Послышался хруст, чавк, а затем изнутри полыхнуло пламенем от Огненного шара. На чем жизнь явившегося по мою душу дварфа и оборвалась.

Только вот вряд ли остальные простят нашу с Энн выходку. Похоже турнир мы все-таки сорвали.

Или нет?

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN/прокси.

У нас есть Telegram-бот, для использования которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на «Анонимность».

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Некромант на страже человечества. Том 6

Content

Некромант на страже человечества. Том 6

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Nota bene