Эдуард Сирота

50 великих книг о воспитании

© Текст. ИП Москаленко, 2023

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2023

* * *

Введение

Как важен, велик и священен сан воспитателя: в его руках участь целой жизни человека.

В. Г. Белинский

Об особенностях развития человека, формирования его нравственных устоев, умственных способностей размышляли издревле, а значит, возникал и вопрос о том, как правильно воспитывать детей. И вопрос этот имел отнюдь не умозрительный характер, а практическую заостренность; ответ подразумевал не отвлеченные рассуждения, а конкретные рекомендации: как вырастить человека, наиболее полно отвечающего требованиям данного общества, его представлениям о необходимом, одобряемом, поощряемом – проще говоря, правильном? В каждом обществе – в зависимости от места, времени, внешних обстоятельств, господствующей идеологии – были свои представления о том, «что такое хорошо и что такое плохо», своя поощряемая модель поведения, свои нравственные ориентиры. И главная задача воспитателя состояла в том, чтобы максимально полно передать все это воспитаннику, как правило – в процессе обучения практической деятельности, формирования необходимых умений и навыков.

Первобытные взрослые, знакомя детей со съедобными растениями, давая первые навыки охоты на то или иное животное, прививали уважение к интересам социума – пища добывалась для всех членов племени – и к духам, от которых зависело, говоря современным языком, качество жизни людей – природа была одухотворена в самом прямом смысле слова. Однако отношение к ребенку существенно отличалось от привычного нам, выработавшегося в процессе развития гуманистической, личностно ориентированной педагогики: ребенок был не субъектом, а объектом воспитания и обучения, он априори не был равен взрослому – человеку, приносящему пропитание и обладающему полезными для племени умениями и навыками, которыми ребенку только предстояло овладеть.

Подобное отношение к детям сохранялось на протяжении веков. Достаточно вспомнить обычные для классической, в том числе русской литературы сюжеты: папенькин кабинет для детей запретен – там, где работает (или даже просто читает газету) взрослый, детям не место. Маменьку дети приветствуют, целуя ей руку. Обращаются дети к взрослым на «вы»…

Но вернемся к первобытному периоду, чтобы на примере увидеть грань, отделявшую детство от взрослости. Признание человека взрослым, в данном случае – полноценным членом общества, было действительно этапным и сопровождалось обрядом инициации, в ходе которого дети показывали то, чему научились. Но, конечно же, инициация была больше чем экзаменом: это был еще и момент перехода из одного состояния в другое, связанное с новыми правами и обязанностями.

Следы обряда инициации мы найдем и через многие века. Первый бал Наташи Ростовой тоже своего рода инициация: девушку вывозили в свет в определенном возрасте, что служило знаком: ее можно сватать, в самое ближайшее время она готова будет к выполнению обязанностей хозяйки дома и матери семейства. С обрядом инициации можно, несколько утрируя, сопоставить и сегодняшние торжественные церемонии вручения паспорта, воинской присяги.

Какой метод воспитания является древнейшим? Ответить несложно: воспитание собственным примером. Мы не ошибемся, если скажем: он присущ еще животному миру. И актуален по сей день. Более того – педагоги открывали и открывают в нем новый потенциал. Если взрослый демонстрирует неукоснительное следование тем идеалам, которые хочет привить ребенку, – воспитанник проникается ими. Воспитание примером – основа многих педагогических концепций, неотъемлемая часть целого ряда педагогических систем. Очень разных. Ведь, как мы уже сказали, многое зависит от времени, места, ситуации.

Инициация была переходом из одного состояния в другое, связанное с новыми правами и обязанностями.

Как показывает история, для возникновения весьма своеобразных, мало похожих друг на друга педагогических концепций совсем не обязательно, чтобы людей разделяли века и километры. Иногда достаточно наличия той самой приоритетной идеи, о которой мы уже упоминали. Наиболее очевидный пример – Афины и Спарта, такие похожие и такие непохожие друг на друга древнегреческие города-государства. Основой воспитания в обоих была идея гражданственности, служения полису. Однако различия очевидны. Всем известно крылатое выражение «спартанское воспитание». И мы, как и полагается в случае с крылатыми выражениями, воспринимаем его отнюдь не буквально. Спартанское воспитание – не просто требовательное, а суровое отношение к воспитуемому. Но ведь, по сути, элементы спартанской методики можно найти в педагогических системах, возникших на базе иных культур. И даже в современности! Серьезное отношение к развитию физических способностей, закалка, воспитание воинского духа – можно ли представить без этого, например, суворовские училища?

Обучали спартанцев и музыке – но, как несложно догадаться, «правильной» музыкой считались военные гимны.

А вот афиняне, несмотря на общий курс на воспитание гражданина, куда серьезнее задумывались о гармоничном воспитании и развитии. Физическое воспитание – это важно. Но не менее важна, к примеру, способность красиво и убедительно говорить. Спарта ассоциируется у нас с лаконичной речью (Спарта, как мы помним из школьного курса истории, находилась в области, именуемой Лаконией), Афины – с искусством риторики. Музыка, танец, поэзия – часть образования и воспитания. Именно эта направленность на всестороннее развитие человека со временем и приведет к появлению так называемой гуманистической педагогики, развитие которой продолжается и поныне, теперь уже с опорой на индивидуальные качества и потребности личности.

Да, конечно, идеи педагогов XIX века далеко ушли от мыслей, высказанных Платоном. А современные специалисты разработали концепции, которые могли бы удивить их коллег из прошлого, но при этом доказавшие свою практическую значимость. Педагогика – живая наука, пополняющаяся новыми данными, получаемыми, разумеется, главным образом путем апробации. Но преемственность в педагогике не менее важна, чем в других науках. И без нее, без преемственности, невозможно новаторство.

Новаторство! Время от времени возникают поистине судьбоносные для педагогики идеи, которые находят свое воплощение как в жизни, так и в книгах, оказывающих влияние на последующие поколения родителей, воспитателей, учителей. О таких идеях – новаторских для своего времени, а теперь ставших классикой, неотъемлемой частью традиции, – мы и расскажем в предлагаемой вашему вниманию книге. А также – о современных концепциях и методиках, успешно применяемых на практике. У каждого причастного к воспитанию детей и подростков возникают свои трудности, свои вопросы, на которые необходимо найти ответ. Мы уверены, что опыт великих педагогов прошлого и наших современников вам поможет. А начнем мы, что вполне логично, с педагогических идей античности.

Идеальный гражданин

ПЛАТОН. ГОСУДАРСТВО (360 Г. ДО Н. Э.)

Ранняя профориентация, профильное образование – популярные ныне идеи. Можно только удивляться: их высказывал еще Платон, известный нам как ученик Сократа и учитель Аристотеля. В его диалоге «Государство» уделяется значительное внимание формированию идеального гражданина, живущего в справедливом обществе. Идеального – значит, неукоснительно исполняющего свои обязанности: одни отвечают за материальное благосостояние, другие – за внутреннюю и внешнюю безопасность, третьи мудро управляют. Ответ на вопрос, кем же станет тот или иной человек, зависит от задатков, проявившихся еще в детстве. Конечно, было бы слишком смело утверждать, что Платон сформулировал принципы личностно ориентированного воспитания, но первые шаги в этом направлении он, безусловно, сделал: философ полагал, что человек, чье воспитание и судьбу определили без учета способностей и склонностей, не может быть счастливым, а государство, в котором не учитываются интересы граждан, не может быть идеальным.

Не без оснований Платон считал, что воспитание и развитие – дело профессионалов. Их он именовал попечителями.

Идеи педагогов XIX века далеко ушли от мыслей, высказанных Платоном. Педагогика – живая наука, пополняющаяся новыми данными, получаемыми главным образом путем апробации.

Еще удивительнее идеи Платона о равных возможностях мужчин и женщин (и это – в античности!), об обучении в игровой форме, которое позволяет знакомить ребенка даже с такими сложными вещами, как государственное устройство, о возрастной градации воспитания. Ведь если давать ребенку непосильные для его возраста нагрузки, он будет расти под гнетом – и вырастет не свободным человеком, а рабом. Не правда ли, все идеи весьма актуальны? И мы еще не раз встретимся с ними в работах педагогов Новейшего времени.

Опережая свое время, Платон все-таки следовал некоторым предубеждениям, характерным для античности. Да, по его мысли, профессия не наследуется, а избирается. Но избирается раз и навсегда, следование выбору определяется мерой ответственности человека перед обществом.

Однако в целом взгляды Платона на воспитание не устарели.

Воспитание нравственности

ЯН АМОС КОМЕНСКИЙ. ВЕЛИКАЯ ДИДАКТИКА (1633–1638)

ИОГАНН ГЕРБАРТ. ОБЩАЯ ПЕДАГОГИКА, ВЫВЕДЕННАЯ ИЗ ЦЕЛЕЙ ВОСПИТАНИЯ (1806)

ИОГАНН ПЕСТАЛОЦЦИ. ЛЕБЕДИНАЯ ПЕСНЯ (1826)

Гуманистические педагогические концепции – своего рода отклик на воспитательные традиции Средневековья, основанные на религиозном догматизме, унификации. Еще в XVII веке чешский писатель и философ Ян Амос Коменский, считающийся основателем педагогики как самостоятельной научной дисциплины, выработал основополагающие принципы обучения и воспитания, опираясь на работы античных философов и ученых эпохи Возрождения. В числе этих принципов природосообразность и посильность – тот самый учет возрастных возможностей, о котором говорил еще Платон, наглядность, систематичность, сочетание обучения и воспитания – собственно, это мы и по сей день называем образованием. Коменский высказал важные мысли о порядке, естественности, положительном примере, подаваемом детям взрослыми.

Идеи Коменского и его последователей были подхвачены и развиты немецкими учеными начала XIX века – И. Гербартом и И. Песталоцци. Размышляя о гармоничном человеке, они, как и Коменский, одной из основополагающих его характеристик считали высокую нравственность. В своих рассуждениях они уходили в область психологии, как и их предшественник Коменский. Гербарт видел пользу накопленного человечеством опыта не только в знаниях, которые можно передать подрастающему поколению, но и в предостережениях – как не следует поступать. Одна из ключевых идей Песталоцци – воспитание чувств как первый шаг к нравственному становлению. В школе учитель должен ставить благовоспитанных учеников в пример, важно влияние здорового коллектива.

Основополагающие принципы воспитания, выделенные Яном Асмосом Коменским: природосообразность, учет возрастных возможностей, наглядность, систематичность и сочетание обучения и воспитания.

Обучая – воспитывать, воспитывая – обучать. Знания – не самоцель, а инструмент. Разностороннее развитие. Уважение к индивидуальности воспитанника. Все это мы найдем и у Гербарта, и у Песталоцци. Однако современники видели в Гербарте и Песталоцци антиподов, да и к гуманистам первого из них и по сей день относят с осторожностью. В чем же причина? Во-первых, для гуманистов характерно связывать воспитание нравственности с трудовым воспитанием, что в полной мере проявляется в работах Песталоцци. Гербарт же делает упор на воспитание мыслителя, преуменьшая роль производительного труда воспитанника. Во-вторых, он с сомнением относился к природному в ребенке, открыто противопоставляя стихийное и культурное начала. Впрочем, уважительное отношение к дисциплине характерно и для гуманистов, то есть здесь противоречия не наблюдается, да и о главенстве внутренней человеческой сути над животной неустанно говорил Песталоцци. Так что же не позволяет однозначно определять педагогические взгляды Гербарта как гуманистические? Его приверженность сословным принципам в образовании. Песталоцци же был последовательным сторонником образования для всех, так называемой народной школы. Взгляды Песталоцци оказали весьма значительное влияние на российских педагогов XIX века, а затем – и на советских.

Комплексный подход

КОНСТАНТИН УШИНСКИЙ. ЧЕЛОВЕК КАК ПРЕДМЕТ ВОСПИТАНИЯ (1867–1869)

ПЕТР ЛЕСГАФТ. СЕМЕЙНОЕ ВОСПИТАНИЕ РЕБЕНКА И ЕГО ЗНАЧЕНИЕ (1906–1911)

Развивая гуманистические принципы воспитания, российские педагоги второй половины XIX – начала XX века сформулировали принцип, ставший одним из основополагающих впоследствии: надо научить ребенка самостоятельно приобретать знания. В этом залог последующей самостоятельности мышления. Ушинский утверждает: мало давать знания, надо еще и развивать умственные способности ребенка. Смелый новатор, он призывал учитывать физиологию, наследственность, характер и многое другое, без чего невозможно комплексно воспринимать личность. Вот он, поистине индивидуальный подход! Большое внимание уделял он условиям, в которых осуществляется образовательный процесс: ребенок должен хорошо питаться, помещение следует проветривать, следить, чтобы оно было должным образом освещено… Эти «мелочи» – тоже слагаемые успеха. О внимании к физиологическим аспектам говорит и Лесгафт. Более того, считает физическую культуру одним из способов познания мира. Интересно, что последующие открытия в различных областях, в том числе и в медицине, только подтвердили мысли, высказанные ученым начала прошлого века.

Российские педагоги второй половины XIX – начала XX века сформулировали основополагающий для многих современных родителей принцип: важно научить ребенка самостоятельно приобретать знания.

Частью комплексного подхода, применяемого и Ушинским, и Лесгафтом, является внимание к раннему семейному воспитанию. Оба говорят о том, что получит развитие в XX и XXI веках: необходимо общаться с младенцем, будущий характер закладывается еще в колыбели, столь же рано начинается социализация.

Одна из важных составляющих концепции Лесгафта – учение о типах личности, об исправлении их недостатков. Ученый задумался о коррекционной педагогике еще до появления этого понятия.

На благо общества

ГЕОРГ КЕРШЕНШТЕЙНЕР. ПОНЯТИЕ ТРУДОВОЙ ШКОЛЫ (1912)

ДЖОН ДЬЮИ. ДЕМОКРАТИЯ И ОБРАЗОВАНИЕ (1916)

Погружаясь в труды Кершенштейнера и Дьюи, сложно удержаться от ассоциаций с Платоном и Песталоцци. Идеи Песталоцци оказывали на Кершенштейнера прямое влияние. Собственно, он развивал немецкую педагогику, основанную на идее о связи труда с умственным развитием и социализацией. Впрочем, кое-что, наверное, вызовет у современного читателя недоумение: педагог призывал давать минимум знаний при максимуме умений, навыков, трудолюбия. Гражданские убеждения должны соответствовать этому. Такого рода прагматизм отсылает нас к взглядам Платона: главное – процветание государства. Этапы образования Кершенштейнер прописывает еще более четко, нежели его предшественники. Однако его система – не столь односторонняя, как может показаться: он призывает научить ребенка любить труд и разрабатывает направленные на это механизмы. А его идеи о связи ручного труда (развитии моторики, как мы сейчас сказали бы) и умственного развития выглядят вполне современно. Семья, традиции, коллективизм – всему этому тоже находится место в его концепции.

Для американской педагогики этого периода тоже характерен прагматизм. Джон Дьюи полагал, что передача информации в процессе обучения – это не главное, куда важнее опыт, получаемый в процессе экспериментирования и социализации. Будучи прагматиком, Дьюи остается гуманистом: нельзя навязать взгляды, человек вырабатывает их сам в процессе деятельности. Долг педагога – направить эту деятельность, чтобы она имела целенаправленный характер. Не слишком воодушевляюще? Отнюдь! В системе Дьюи находится место и игровым методикам, и пониманию школы как места, побуждающего к деятельности, исключающего зубрежку, дрессуру. Ученика, полагает Дьюи, должна окружать дружественная атмосфера – нацеленный на результат коллектив, педагог, который выполняет свои функции ненавязчиво.

В этом коренное различие между Кершенштейнером и Дьюи. Несколько утрируя: у первого человек работает на благо обществу, потому что так лучше для общества, у второго – потому что так лучше для самого человека. При этом оба – практики и прагматики.

Социализация через речь

ЖАН ПИАЖЕ. РЕЧЬ И МЫШЛЕНИЕ РЕБЕНКА (1932)

Взаимосвязь между речью и мышлением была известна давно. Но именно швейцарский ученый Жан Пиаже показал, что дает обучение связной, грамотной речи и что может почерпнуть педагог из вроде бы обычного слушания разговоров детей. Речь как средство самовыражения, речь как средство коммуникации, а значит, социализации – все эти аспекты раскрывает Пиаже в своей работе. Значимый этап – возникновение способности спорить, отстаивать свои взгляды. Без этого невозможно формирование логического мышления, и это часть все той же социализации. Ребенок – еще не взрослый, он мыслит иначе, и ярче всего это отображается в речи. Взрослый, научившийся слушать ребенка, будет эффективно с ним взаимодействовать.

Речь – один из ключей к педагогическому мастерству.

С этим невозможно поспорить: речь – один из ключей к педагогическому мастерству.

Новое государство, новый человек

СТАНИСЛАВ ШАЦКИЙ. БОДРАЯ ЖИЗНЬ (1915)

ПАВЕЛ БЛОНСКИЙ. ТРУДОВАЯ ШКОЛА (1919)

ЛЕВ ВЫГОТСКИЙ. ПЕДАГОГИЧЕСКАЯ ПСИХОЛОГИЯ (1926)

ГРИГОРИЙ БЕЛЫХ, ЛЕОНИД ПАНТЕЛЕЕВ. РЕСПУБЛИКА ШКИД (1927)

АНТОН МАКАРЕНКО. КНИГА ДЛЯ РОДИТЕЛЕЙ (1937)

ВЕНИАМИН КАВЕРИН. ДВА КАПИТАНА (1938–1944)

Отечественное трудовое воспитание ассоциируется у нас прежде всего с практической деятельностью Антона Семеновича Макаренко и его «Педагогической поэмой», в которой его педагогическая система освещается в художественно-документальной форме на примере жизни Коммуны имени Горького.

Однако практика трудовых колоний существовала еще в дореволюционный период. Правда, в отличие от образовательных учреждений, предназначенных для беспризорников, летняя колония Станислава Теофиловича Шацкого больше похожа на прообраз пионерского лагеря, но с большей долей труда (в том числе – фактически с полным самообслуживанием) и более широким самоуправлением. А для педагогов она была экспериментальной площадкой, позволявшей на практике постичь принципы формирования детского коллектива.

Труд в радость, самоуправление как часть социализации – потом все это будет широко внедрено в колониях, важную составляющую жизни которых составит исправление детей и подростков, вставших на преступный путь. О такой колонии расскажет Макаренко, а еще раньше двое воспитанников другой колонии – имени Достоевского – Белых и Пантелеев – поделятся опытом, но не с позиции воспитателей, а с позиции воспитанников. А в полной мере художественное воплощение образ школы-колонии получит в романе Вениамина Каверина «Два капитана».

Лев Семенович Выготский больше известен как психолог. Но он был еще и педагогом-практиком, что позволило ему, соединяя теорию и практику, развить столь характерные для эпохи идеи среды как воспитателя и самовоспитания, во многом согласующиеся с тем, о чем писали Шацкий и Макаренко.

Особую направленность теория трудовой школы получает у Павла Блонского. Он был одним из тех, кто в период индустриализации рассматривал перспективы всеобщего политехнического образования. Надо сказать, эти идеи отнюдь не были утопическими – многое делалось для их реализации, но, к сожалению, целенаправленную работу прервала Великая Отечественная война.

И снова вернемся к Макаренко: рассматривал он проблемы семейного воспитания. Семья – первый коллектив, утверждал педагог, и одна из основ воспитания нового человека. Впоследствии тандем «семья и школа» станет одним из самых популярных в советской педагогике.

Горизонты гуманизма

ВАСИЛИЙ СУХОМЛИНСКИЙ. СЕРДЦЕ ОТДАЮ ДЕТЯМ (1974)

ВИКТОР ШАТАЛОВ. ПЕДАГОГИЧЕСКАЯ ПРОЗА (1980)

ШАЛВА АМОНАШВИЛИ. ПЕДАГОГИЧЕСКАЯ СИМФОНИЯ (1983–1986)

МИХАИЛ ЩЕТИНИН. ОБЪЯТЬ НЕОБЪЯТНОЕ: ЗАПИСКИ ПЕДАГОГА (1986)

В работах советских педагогов второй половины XX века мы увидим в первую очередь развитие одного из основополагающих принципов А. Макаренко: воспитание через радость. Школа радости – ключевое понятие педагогики В. Сухомлинского. Положительные эмоции, которые дают общение с природой, праздники, творчество, очень важны для ребенка вообще, а для младшего школьника они залог будущих успехов. Не остается без внимания и трудовое воспитание, которое, по мнению педагога, начинается с ответа на вопрос, откуда берутся еда, электричество и так далее. Это и ключ к познанию, и побудительный мотив к собственной трудовой деятельности.

Многие педагоги второй половины XX века развивают принцип, предложенный Макаренко: воспитывать детей стоит через радость.

В. Шаталов полагал: если ребенок в процессе обучения будет испытывать значительные трудности, он не будет испытывать радости. Помочь может, с одной стороны, позитивная атмосфера, созданная в образовательном учреждении. Шаталов ввел понятие «педагогика сотрудничества»: учитель – помощник ребенка, ученики тоже помогают друг другу (снова благотворное влияние коллектива!). С другой стороны, можно упростить процесс познания, если использовать ключевые слова, рисунки, формулы. В разработке этих так называемых опорных сигналов Шаталов преуспел, его системой успешно пользовались в ряде школ.

Ш. Амонашвили высказал смелую для своего времени мысль: педагогика насилия никуда не ушла из школ. И противопоставил ей свою педагогическую систему, основанную на отсутствии наказаний, оптимизме и педагога, и учащихся. И еще одна смелая идея: оценки – орудие насилия, а значит, они не нужны. Учась без принуждения, радуясь реальному результату, ребенок поверит в себя.

Преодолеть неуверенность в себе, занимаясь творчеством, – тоже непростая задача. Михаил Щетинин, работая в музыкальной школе, поставил цель: раскрыть творческий потенциал середнячков. И ему это удалось. В основу педагогики Щетинина были положены запрет на зубрежку и налаживание человеческого контакта с учениками.

Стоит ли играть?

ЭРИК БЕРН. ИГРЫ, В КОТОРЫЕ ИГРАЮТ ЛЮДИ (1964)

Как уже было сказано, об обучении через игру говорил еще Платон. И в дальнейшем эффективность игровых методик сомнению не подвергалась. Наоборот, разрабатывались все новые и новые.

А вот неожиданный случай: методика, призванная свести на нет отрицательное воздействие игры. Пожалуй, самый известный теоретик игры как способа взаимодействия человека с миром психолог Эрик Берн значение игры в жизни человека определял со значительной долей скепсиса: обмен привычными фразами позволяет не столько выражать мысли, сколько скрывать их. Такого рода игры небезопасны для эмоционального состояния человека. Берн разработал метод трансакционного анализа, позволяющий понять, что же на самом деле хотят сказать люди – и словами, и поведением. Это, по мысли психолога, поможет снять напряженность, в том числе в отношениях между родителями и детьми, и строить общение осознанно, с учетом собственных интересов и интересов партнера. И ребенок, и взрослый нуждаются в одобрении, выразить которое зачастую можно с помощью простейших приемов – например, похлопывания по плечу, объятий. Избавление от неправильных игровых моделей и приобретение способности действовать спонтанно позволяют человеку стать взрослым в полном смысле слова и чувствовать себя благополучным среди людей.

С первых шагов

МАРИЯ МОНТЕССОРИ. МОЙ МЕТОД (1906)

ФРИДРИХ ФРЕБЕЛЬ. ДЕТСКИЙ САД (1913)

БЕНДЖАМИН СПОК. РЕБЕНОК И УХОД ЗА НИМ (1946)

МАСАРУ ИБУКА. ПОСЛЕ ТРЕХ УЖЕ ПОЗДНО (1971)

ЖАН ЛЕДЛОФФ. КАК ВЫРАСТИТЬ РЕБЕНКА СЧАСТЛИВЫМ (1975)

БОРИС НИКИТИН. СТУПЕНЬКИ ТВОРЧЕСТВА, ИЛИ РАЗВИВАЮЩИЕ ИГРЫ (1981)

СЕСИЛЬ ЛУПАН. ПОВЕРЬ В СВОЕ ДИТЯ (1984)

ЕВГЕНИЙ КОМАРОВСКИЙ. ЗДОРОВЬЕ РЕБЕНКА И ЗДРАВЫЙ СМЫСЛ ЕГО РОДСТВЕННИКОВ (2000)

МАРТА И УИЛЬЯМ СИРС. 25 ГЛАВНЫХ СОВЕТОВ МОЛОДОЙ МАМЕ (2005)

ГЛЕНН ДОМАН, ДЖАНЕТ ДОМАН. ДА, ВАШ РЕБЕНОК – ГЕНИЙ! (2006)

На протяжении ряда десятилетий интерес к раннему развитию детей, равно как и к работе с особыми детьми, только возрастал. А система Монтессори, возникшая в начале прошлого века, стала «педагогическим брендом» века нынешнего. Изначально разработанная для особых детей, она хорошо зарекомендовала себя все в том же раннем развитии. В основе – уже знакомый нам принцип свободного развития: дети сами выбирают заинтересовавший их дидактический материал в пределах специально организованной среды, разделенный на зоны: сенсорного, математического, естественно-научного развития и так далее. Монтессори утверждала: ребенок обратится к тому, что наиболее соответствует его склонностям. Задача педагога – правильно организовать пространство и ненавязчиво вовлекать ребенка в деятельность. Такой идеалистический на первый взгляд подход принес практические результаты.

Об игре как о ведущем виде ранней деятельности, о значении формы, фактуры игрушек говорит и Фребель – человек, которому мы обязаны появлением термина «детский сад». Все усложняющиеся игры со взрослым, затем со сверстниками – этапы социализации, а природные склонности – основа развития.

Бенджамин Спок – автор, не нуждающийся в представлении. Медик по образованию, он сформулировал советы, обладающие большой практической ценностью, хотя сейчас и представляющиеся несколько устаревшими. Советы очень разнообразны – от организации правильного, отвечающего индивидуальным потребностям малыша питания до преодоления детских страхов.

Более современные, но тоже обоснованные с точки зрения медицины подходы к раннему развитию детей можно найти в работах Е. Комаровского, в основе методике которого все то же следование природным склонностям ребенка, многодетных супругов Сирс (Уильям Сирс – врач-педиатр). Интересно, что все они уделяют большое внимание не только потребностям ребенка, но и проблемам, связанным с вхождением взрослых в роль родителей.

Методики раннего развития Глена Домана (тоже врача, но физиотерапевта), его дочери Джанет и их последовательницы Сесиль Лупан завоевали признание во всем мире. Об этих методиках говорят, что они творят чудеса: стимуляция рефлексов, работа с изображениями и уже известный нам метод постоянного общения с ребенком позволяют детям быстрее раскрывать свой природный потенциал. Лупан развивает идеи Доманов: важны также теплая семейная атмосфера, индивидуальный подход к каждому ребенку.

Концепции раннего развития не признают насилия, поскольку оно, только ухудшает прогресс.

Чудом считаются и успехи, которых достиг японец Масару Ибука – не педагог, не психолог, не медик, а инженер-электротехник, знакомый благодаря воспитанию в семье бабушки и дедушки со свободным, не подавляющим природных склонностей традиционным воспитанием. Человек, привыкший отвечать на вызовы судьбы, он не смирился, когда единственный сын после тяжелого заболевания стал отставать от сверстников, и разработал собственную методику коррекционного развития, в основе которой – непрерывное введение новой информации, причем одновременно: родной и иностранные языки, детские песенки и классическая музыка, а также сложные математические понятия, представленные в виде образов на картинках. Как и Монтессори, значительное внимание Ибука уделяет ручному труду, напрямую связанному с развитием мозга. Режим дня, дисциплина важны, но при условии, что ребенка удалось заинтересовать.

Игра, кубики и конструкторы, картинки – всему этому отведено огромное место и в педагогической концепции Бориса Никитина – тоже не педагога по роду занятий, а летчика.

Оригинальна концепция Ж. Ледлофф: следует больше доверять родительским инстинктам, они подскажут, что и как следует делать. Только так можно вырастить ребенка счастливым.

Важно: все концепции раннего развития отрицают насилие над личностью ребенка, подавляющее прогресс.

Ребенок – субъект педагогики

ЯНУШ КОРЧАК. КАК ЛЮБИТЬ РЕБЕНКА (1919)

ДЖОН ХОЛТ. ПРИЧИНЫ ДЕТСКИХ НЕУДАЧ (1964)

ХАИМ ГИНОТТ. РОДИТЕЛЬ – РЕБЕНОК: МИР ОТНОШЕНИЙ (1965)

АДЕЛЬ ФАБЕР, ЭЙЛЕН МАЗЛИШ. КАК ГОВОРИТЬ, ЧТОБЫ ДЕТИ СЛУШАЛИ, И КАК СЛУШАТЬ, ЧТОБЫ ДЕТИ ГОВОРИЛИ (1980)

СТИВ БИДДАЛФ. НЕ САЖАЙТЕ ДЕТЕЙ В ХОЛОДИЛЬНИК (1985)

ЮЛИЯ ГИПЕНРЕЙТЕР. ОБЩАТЬСЯ С РЕБЕНКОМ. КАК? (1994)

ГЭРИ ЧЕПМЕН, РОСС КЭМПБЕЛЛ. ПЯТЬ ПУТЕЙ К СЕРДЦУ РЕБЕНКА (1997)

ДЖОН ГРЕЙ. ДЕТИ – С НЕБЕС (1999)

ДЖОН КЕХО, НЭНСИ ФИШЕР. СИЛА РАЗУМА ДЛЯ ДЕТЕЙ (2002)

Одним из известнейших педагогов-гуманистов является Януш Корчак, на заре XX века развивший лучшие идеи прошлого и сформировавший множество перспективных принципов, окончательно закрепивших роль ребенка как субъекта педагогики. Наблюдать за ребенком, верно оценивать его потребности и устремления, уважать даже те проявления, которые взрослому непонятны, – такова непростая, но очень важная роль воспитателя. Но следует уметь вовремя сказать «нет», ведь нельзя растить ни раба, ни тирана: ребенок – равный тебе, он человек.

Детские эмоции, детское поведение – вслед за Корчаком констатирует Д. Грей – не всегда удобны взрослым, велик соблазн пойти по пути подавления. Но если взрослые стремятся вырастить сильных, успешных людей, способных, что очень важно, понимать других, сотрудничать с ними, следует воздержаться от наказаний. В этом случае дети быстрее научатся правильному поведению в социуме. Концепция Грея получила название позитивного воспитания.

Практикующий психолог Стив Биддалф предостерегает взрослых от распространенной ошибки: даже в гневе не надо позволять себе отрицательную оценку способностей и качеств детей, а уж тем более – от повторения подобных характеристик. Накапливающиеся комплексы приведут к тому, что дети не оправдают ожиданий. И наоборот, поощрение побуждает стараться, расти над собой.

Концепция Д. Кехо и Н. Фишер тоже основана на положительной мотивации: программировании ребенка на успех, признании его заслуг, позитивных качествах окружающих. Таким образом ребенок научится воспринимать мир с лучшей стороны.

Проста и мысль, положенная в основу концепции Д. Холта: не принуждать ребенка, а заинтересовать его, иначе неизбежен страх неудач, влекущий за собой проблемы в обучении и развитии.

Если взрослым удается сдержать соблазн «поставить ребенка на место», подавлять его реакции, им быстрее удается научить детей сотрудничеству, пониманию, их дети растут более успешными и счастливыми.

Как избежать такого рода проблем? Научиться правильной коммуникации с ребенком. Общение, как уже говорилось, крайне важно и в семейной, и в школьной педагогике. И не просто общение, а на основе понимания, сопереживания, умения поставить себя на место ребенка. Множество методик, множество работ посвящены тому, как правильно говорить с ребенком и как правильно слушать. Детально разбирают этот вопрос Х. Гинотт, А. Фабер и Э. Мазлиш, Ю. Гиппенрейтер.

И конечно, очень важно, чтобы это общение было искренним, основанным на взаимной привязанности, которая находит свое выражение в прикосновениях, словах поощрения, времени, которое взрослые уделяют ребенку, подарках и помощи. Это, по утверждению Г. Чепмена и Р. Кемпбелла, – пять путей к сердцу ребенка. Эмоции, проявляемые взрослым, – своего рода школа чувств для детей.

Свобода и дисциплина

АЛЕКСАНДР НИЛЛ. САММЕРХИЛЛ: ВОСПИТАНИЕ СВОБОДОЙ (1960)

СЕЛЕСТЕН ФРЕНЕ. ПЕДАГОГИЧЕСКИЕ ИНВАРИАНТЫ (1964)

ФРАНСУАЗА ДОЛЬТО. НА СТОРОНЕ РЕБЕНКА (1985)

МАРВИН МАРШАЛЛ. ДИСЦИПЛИНА БЕЗ СТРЕССА (2001)

ГОРДОН НЬЮФЕЛЬД, ГАБОР МАТЭ. НЕ УПУСКАЙТЕ СВОИХ ДЕТЕЙ (2004)

НАЙДЖЕЛ ЛАТТА. ПРЕЖДЕ ЧЕМ ВАШ РЕБЕНОК СВЕДЕТ ВАС С УМА (2006)

ПАМЕЛА ДРУККЕРМАН. ФРАНЦУЗСКИЕ ДЕТИ НЕ ПЛЮЮТСЯ ЕДОЙ (2012)

Александра Нилла можно назвать шотландским Антоном Макаренко: в его школе воспитание основывалось на двух принципах – свобода и счастье. Педагог был уверен – человека можно этому научить, если не разделять свободу и ответственность. Не правда ли, такой же подход к ребенку, как к взрослому?

О дисциплине сотрудничества и педагогике сотрудничества говорят соответственно Селестен Френе и Памела Друккерман. Френе даже спорит с теми, кто делает упор на игровую деятельность детей: для детей естественным является труд, но при условии, что процессом и результатом заинтересованы в коллективе. В том числе – взрослый. В этом случае дисциплина выгодна всем, кто вовлечен в деятельность. Нет дисциплины и без уважения к интересам друг друга. Друккерман на практике приходит к тому же выводу, что специалисты по раннему развитию, утверждающие, что у родителей тоже есть права. Это приводит к отсутствию взаимного ощущения вины, к комфортному общению, к ранней самостоятельности и чувству ответственности у детей.

Идея Корчака о свободе, личном пространстве ребенка получила развитие в трудах Ф. Дольто, которая утверждала: множество ограничений можно заменить честной беседой об опасностях мира взрослых. Только на свободе развиваются воображение и творчество, только на свободе ребенок должным образом социализируется.

Уверен в главенстве свободной воли ребенка в воспитательном процессе и М. Маршалл. Люди меняются только самостоятельно. Дети способны быть ответственными без каких бы то ни было ухищрений со стороны взрослых – осознанно. Надо только правильно, без давления информировать их о последствиях того или иного выбора. И тогда они сами привыкнут к дисциплине, не испытывая при этом стресса.

А вот иные точки зрения. Для начала – снова о воспитании чувств: только истинная привязанность к взрослому, причем взаимная, побуждает ребенка слушаться, в противном случае на первый план выйдет влияние сверстников, далеко не всегда положительное и даже замедляющее социализацию. Ребенок взрослеет, ориентируясь на взрослых. Таково идущее вразрез с рядом других концепций, но вполне обоснованное мнение Г. Ньюфельда и Г. Матэ. Они считают утрату взрослыми авторитета деструктивным.

О необходимости душевной близости с ребенком говорит и Н. Латта. Он тоже высказывается за введение ограничений, служащих для ребенка сигналом, что его мир предсказуем и безопасен. Хорошее поведение должно поощряться, плохое, в том числе непослушание, – влечь наказание. Иными словами, далеко не все современные теоретики воспитания готовы принять свободу без границ. Но, предупреждает родителей Латта, в основе плохого поведения может лежать борьба за внимание, что означает утрату душевной близости и указывает на необходимость ее восстановления.

Не забываем о физиологии

КАРЕН ПРАЙОР. НЕ РЫЧИТЕ НА СОБАКУ! (1984)

ДЭНИЭЛ СИГЕЛ, ТИНА БРАЙСОН. ВОСПИТАНИЕ С УМОМ (2011)

Физиологические аспекты развития ребенка, которым уделялось немало внимания в прошлом, сейчас выводятся на первый план не так уж часто. Однако их важности никто не отрицает. А в книге биолога и писательницы Карен Прайор – даже намеренно подчеркиваются. Не случайно у книги, написанной с юмором, достаточно провокационный заголовок: «О воспитании животных и людей». Автор предлагает использовать в воспитании детей метод положительного подкрепления. То есть вознаграждать ребенка за желаемое поведение тем, что он хочет получить. Воспринимать мысли, высказываемые Прайор, со стопроцентной серьезностью невозможно, да и не нужно. Но здравое зерно в ее рассуждениях есть.

В рассуждениях Д. Сигела и Т. Брайсон об умственном развитии ребенка ключевым является понятие интеграции, то есть установления связей между разными отделами мозга с помощью специальных приемов. Интеграцию можно форсировать, для этого авторы-психотерапевты выработали ряд стратегий, которыми может пользоваться при воспитании ребенка даже взрослый, не имеющий специального образования. Интеграция, утверждают ученые, нужна не только для более эффективной познавательной деятельности, но и для самоконтроля, сотрудничества и сопереживания.

Человек-победитель

РОБЕРТ КИЙОСАКИ. БОГАТЫЙ ПАПА, БЕДНЫЙ ПАПА (1997)

ЭМИ ЧУА. БОЕВОЙ ГИМН МАТЕРИ-ТИГРИЦЫ (2011)

Прагматичный, рационалистический подход к образованию, как вы успели убедиться – неотъемлемая часть ряда концепций. «В чистом виде» такой подход встречается довольно редко. Тем не менее есть работы, демонстрирующие именно его: нужно нацелить ребенка на успех и привести к победе.

Роберт Кийосаки, специализирующийся на тренингах по личному росту, сам прошел путь от бедности к богатству. Для этого, утверждает Кийосаки, никак не обойтись без финансовой грамотности. Но этого мало. Надо поменять свою психологию: не бояться оставить невыгодную, но стабильную работу, научиться рисковать, браться за что-то новое. Сам он начал учиться этому еще подростком у бизнесмена – отца своего одноклассника. Но, полагает Кийосаки, возраст не определяющий показатель.

Существует множество образовательных концепций, различных взглядов на воспитание, подтвержденных практикой результатов. Но выбор конкретной модели – за воспитателями и воспитанниками, равно участвующими в этом сложном процессе.

Смелые утверждения. Еще более смелые демонстрирует Эми Чуа, американка китайского происхождения, которая в основу своей концепции положила типично восточные воспитательные принципы: ребенок должен много трудиться, развиваться в самых различных областях в условиях жесткого родительского контроля. Важны не природные склонности, а результат, в который должны верить все участники образовательного процесса. Труд, полагает Э. Чуа, не должен быть веселым занятием. Зато впоследствии он даст общественный статус и материальную стабильность. Критика, малоприемлемая для гуманистической педагогики, по мнению Чуа, является способом мотивировать ребенка и закалить его характер. Спорные методы воспитания принесли свои плоды – дети Чуа стали успешными.

Итак, множество образовательных концепций, различные взгляды на воспитание, подтвержденные практикой результаты. Но осмелимся утверждать: выбор конкретной модели – за воспитателями и воспитанниками, равно участвующими в этом сложном процессе. А предлагаемая вашему вниманию книга послужит ориентиром.

Платон

Государство

(360 г. до н. э.)

«…правильное воспитание и обучение пробуждают в человеке хорошие природные задатки, а у кого они уже были, благодаря такому воспитанию они становятся еще лучше – и вообще, и в смысле передачи их своему потомству, что наблюдается у всех живых существ».

В ДВУХ СЛОВАХ

В идеальном государстве следует с самого детства готовить человека к тому или иному роду деятельности, должным образом сочетая в его воспитании умственное, духовное и физическое развитие.

Диалог Платона «Государство» хотя бы понаслышке известен любому со времен средней школы. И наверное, каждый может припомнить, что речь в диалоге идет об идеальном устройстве человеческого общества. И, исходя из этого, логично предположить, что и вопросы воспитания не будут обойдены стороной: невозможно достигнуть идеального общества без идеального человека, а таковой формируется в результате целенаправленных действий.

Философские произведения Платона именуются диалогами с полным основанием – автор избрал для них форму беседы. Причем не с безымянным собеседником, а с известнейшей личностью античного мира – философом Сократом. Символично, что Сократ был учителем Платона, а впоследствии стал героем почти всех его сочинений. То есть даже сама форма, избранная автором для изложения своих философских идей, подчеркивает образовательную суть произведения.

ПОГОВОРИМ ОБ ИДЕАЛЕ. Мысли об идеальном государстве, наверное, появились у людей одновременно с возникновением государств. А какое же государство можно назвать идеальным? Разумеется, справедливое!

С размышлений о справедливости и начинается диалог Платона. Справедливость, полагает он, есть воздаяние должного каждому человеку. Каким будет это воздаяние, напрямую зависит от того, сколь значительную пользу приносит человек на избранном им поприще.

Однако есть поприща, на которых умение быть справедливым перевешивает все иные умения. Это то, что связано с деньгами и с управлением государством. Справедливость для людей, а не та, которая выгодна сильнейшему, – вот истинная справедливость.

Люди в справедливом государстве, как легко понять, должны неукоснительно, по глубокой внутренней убежденности выполнять свои обязанности. Ремесленники, дельцы, земледельцы обеспечивают материальное благосостояние общества. Стражи поддерживают внутренний порядок и при необходимости отражают внешнюю агрессию. Но с не меньшей добросовестностью трудятся на благо всех правители-философы. На их плечи ложится забота о справедливости для всех, а не только для тех, кто непосредственно осуществляет управление.

Понятно, что неуклонно следовать этим целям могут только люди, воспитанные определенным образом. Причем разделение людей в идеальном государстве должно происходить в соответствии с их природными задатками, как духовными, так и физическими, и личными склонностями. Без этого нет ни справедливости, ни счастья.

Так как же следует воспитывать граждан идеального государства, сообразуясь с этой глобальной задачей?

Совсем не случайно при чтении диалога «Государство» вспоминается вполне современное слово «профориентация». Залогом успешного, продуктивного, полезного для общества труда Платон считает избранную раз и навсегда профессию, в которой человек будет совершенствоваться всю жизнь. Причем относиться к делу надо со всей обстоятельностью и ответственностью.

Одним из крайне нужных для процветания государства занятий является забота о правильном развитии детей. Людей, в обязанности которых это вменяется, Платон именует попечителями.

Надо полагать, на них же отчасти ложится труд по пресловутой «ранней профориентации» – разделению детей на группы сообразно их будущим занятиям.

В вопросе о военном ремесле философ придерживается мнения, что не ополчение и не наемники, а профессиональные воины должны заботиться о безопасности государства.

К профессии следует готовиться, развивая необходимые для нее способности, умения, навыки. Да и без природных задатков, как уже было сказано, не обойтись. Так, слабые телом могут принести пользу, занимаясь торговлей, дабы земледельцы и ремесленники не тратили время на продажу того, что произвели. А вот в стражи должны идти физически крепкие люди.

КАК ВОСПИТЫВАТЬ СТРАЖЕЙ? Платон не останавливается только лишь на возможностях тела, он идет значительно дальше, рассматривая задатки в комплексе: физические особенности должны сопровождаться определенными свойствами души (как мы сейчас сказали бы – психологическими особенностями). Для стражей это «яростный дух», под которым автор понимает воинскую отвагу, умение ненавидеть врага до свирепости.

А не может ли случиться так, что сила и свирепость обратятся против собственных сограждан? Как подлинный ученый, такой возможности Платон не отрицает, но незамедлительно ставит цель: следует сделать так, чтобы стражи были свирепы с врагами и кротки с собственными согражданами. Ничего, чего не было бы в природе, здесь нет: ведь даже собака ласкова со своими и с яростью набрасывается на чужака.

Платон считает, что залог полезного для общества труда – в профессии, которую человек выбирает раз и навсегда.

Конечно, современный человек объяснит данную закономерность в повадках собаки рефлексами. Но и с мнением Платона о людях согласится; правда, во втором случае нужные качества будут определяться не столько природными задатками, сколько воспитанием.

Возможно, не столь ясно, как мы, но Платон тоже это понимал. Вот почему он предлагал для будущих стражей разностороннюю подготовку, выходящую далеко за рамки собственно военной. Нужно развивать у будущего стража стремление познавать, стремление к мудрости (не на этом ли, в понимании, пожалуй, всех без исключения философов, психологов, педагогов основывается нравственность). Платон говорит о «двояком воспитании стражей, мусическом и гимнастическом». Первое – для души, второе – для тела. Причем мусическое воспитание, по твердому убеждению философа, должно предшествовать гимнастическому.

Это понятно: сначала закладывается то, что позволит человеку проникнуться своим предназначением, все прочее лишь служит исполнению этого предназначения.

В мусическое воспитание обязательно включается словесность, начиная с мифов и их литературных воплощений. Понятно, что присутствует довольно серьезный отбор материала – будущим стражам полезно знать о деяниях великих героев, но вот мифы о том, как боги строили друг другу козни и из-за собственных капризов развязывали войны, желательно полностью исключить. Те, кто призван доблестно служить государству, не должны еще в детстве узнавать о том, что сила и другие преимущества могут быть использованы для злых дел. А Платон полагает, что первые мифы, услышанные детьми, должны быть направлены к добродетели.

Точно так же из поэтических произведений следует выбирать те, которые, по словам Платона, побуждают пуще смерти бояться рабства, восхваляют мужество и т. п. Те же, которые размягчают дух, будущий страж знать не должен, какими бы поэтическими достоинствами они ни обладали. Формированию храбрости равно вредят и трогательные, и страшные истории – они поселяют в душе ребенка болезненную чувствительность или страх, с которыми он еще не может справиться.

Кроме того, продолжает развивать свою мысль философ, мусическое воспитание побуждает ребенка любить родную речь, что, в свою очередь, развивает способность к рассуждению. Основываясь на более позднем опыте человечества, можно добавить: родной язык непосредственно участвует в формировании в сознании ребенка образа Родины. Что же до взаимосвязанности речи и умственного развития – это тоже впоследствии нашло обоснование в трудах различных ученых – от физиологов до педагогов.

Когда ребенок хотя бы немного научится рассуждать, он проникнется необходимостью заботиться о развитии своего тела. Гимнастическое воспитание должно начинаться в детстве и продолжаться всю жизнь. Тем, кто не собирается становиться стражем, нужна умеренная забота о физических кондициях, иначе не будет хватать времени и сил на совершенствование в своей профессии.

КАК ВОСПИТЫВАТЬ ПРАВИТЕЛЕЙ? Особое внимание, как несложно догадаться, Платон уделяет правителям идеального государства. Вообще, полагает он, хорошие (нравственные) люди не будут стремиться к власти ради привилегий. А уж если привилегий меньше, чем обязанностей, нужны крепкие моральные принципы и определенный склад ума, чтобы человек возложил на свои плечи бремя правления. Это одна сторона проблемы. Другая сторона – чтобы приносить неоспоримое благо государству, человек должен много всего знать и уметь выполнять свои обязанности наилучшим образом.

Учитывая то, что в идеальном государстве жены и дети общие и семейное воспитание заменяется целенаправленным общественным, открываются большие возможности для наблюдений за детьми – для какой деятельности они будут более всего пригодны?

Обостренное чувство справедливости – одно из важных качеств правителей, его необходимо развивать с детства.

Наблюдения в игре и обучение в игре – оказывается, эти методики берут начало в глубокой древности. Через игру можно усвоить даже столь сложные вещи, как особенности государственного устройства.

Дети, способные в будущем возложить на свои плечи бремя забот о государстве, с ранних лет отличаются от других, полагает Платон. У них хорошая память, их трудно обмануть, они любят размышлять. Их надо испытать трудами и искушениями. Не выдержавшие испытаний на роль правителей не подходят никоим образом.

У правителей должно быть обостренное чувство справедливости, именно его надо развивать в первую очередь. Правитель – обязательно философ, способный глубоко заглянуть в суть вещей, обладающий постоянной жаждой знаний и тягой к прекрасному.

Но при этом надо понимать, что воспитание будущего правителя должно носить практический характер: не просто познавать, а познавать в непосредственном соприкосновении с действительностью. Будущие правители еще в детстве должны понять, что должны трудиться вместе со всеми гражданами на благо государства.

Кроме того, они, полагает Платон, в юные годы должны знакомиться с военным делом, дабы при необходимости направлять отражение агрессии.

Должны философы преуспеть и в науках – науке счета, геометрии, астрономии, а также в музыке, сейчас мы сказали бы: правители должны быть разносторонне развитыми личностями.

Не обходит Платон стороной и такую проблему, как возрастная градация воспитания. Посильность ученья он связывает не только с будущим желанием приобретать знания, но и – прямо и непосредственно – с формированием характера: непосильное обучение возможно только в условиях гнета. А значит, воспитан будет не свободный человек, а раб. И снова повторяет Платон рекомендацию учить в игре, легко и без принуждения.

Окончательный отбор будущих правителей среди кандидатов должен произойти по достижении ими двадцатилетнего возраста. А полное формирование правителя и вручение ему всех полномочий должно прийтись на пятидесятилетний возраст.

По сути, человек учится всю жизнь, чтобы получить право стать во главе идеального государства.

Интересно, что, и говоря о воинах, и говоря о правителях, Платон не исключает из числа претендентов женщин. Согласитесь, неожиданная для античного мира идея. Равно как и многие другие, тем или иным образом воплотившиеся спустя века и века.

Платон

Платон, один из самых знаменитых древнегреческих философов, родился в Афинах в 428 или 427 до н. э. И отец, и мать происходили из аристократических семей.

Около 408 года до н. э. Платон познакомился с Сократом и стал его учеником. В 399 г. до н. э., после смерти Сократа, Платон путешествует, много размышляет об идеальном государстве и даже пробует предпринять практические попытки по его организации.

Автор целого ряда философских сочинений (диалогов), которые, в отличие от работ других античных философов, дошли до нас не благодаря цитированию у более поздних авторов, а непосредственно. Собственные рукописи Платона не сохранились, но существуют их копии.

Один из основателей идеалистического направления в мировой философии.

Учитель Аристотеля.

Скончался в 348 или 347 до н. э.

Ян Амос Коменский

Великая дидактика

(1633–1638)

«…всем, рожденным людьми, безусловно необходимо воспитание для того, чтобы они были людьми, а не дикими животными, не бессмысленными зверями, не неподвижными чурбанами. Отсюда следует и то, что каждый настолько превосходит других, насколько он более других упражнялся».

В ДВУХ СЛОВАХ

Приблизить жизнь к идеалу можно только при условии широчайшего распространения образования, а для этого необходима упорядоченность во всем.

То, что привнес в педагогику Ян Амос Коменский, для XVII века было удивительным новаторством, по сути – прорывом в будущее. А ныне это основа основ школьного обучения, настолько привычная, что остается только удивляться: оказывается, так было не всегда.

Мировая педагогика обязана Коменскому той классно-урочной системой, которая с изменениями, но в узнаваемом виде существует и сегодня. Коменский впервые четко указал на взаимосвязь двух главных компонентов образования: обучая – воспитываю, воспитывая – обучаю. В плане методики он требовал естественности, предвосхищая идеи педагогов-гуманистов ближайшего и даже весьма отдаленного будущего. А его мысли о том, что обучение надо начинать как можно раньше, были подхвачены и по-новому воплощены педагогами конца XX века.

Он же выделил ступени образования. Сейчас, разумеется, они иные и в разных странах мира имеют свою специфику, но сам принцип преемственности и усложнения остался неизменным.

Изначально педагог назвал свой труд скромно и обыденно – «Дидактика». Всего лишь теория образования, комплекс взаимосвязанных закономерностей обучения. Но уже при переводе на латынь – в тот период международный язык науки – книга получила название «Великая дидактика». И это, как видно из сказанного выше, не просто громкие слова – это адекватная оценка значимости произведения в настоящем и будущем.

«ЛЕГКИЙ И ВЕРНЫЙ ПУТЬ». Коменский сразу же ориентирует читателей на результат: следуя этим рекомендациям, можно будет добиться успеха на практике. Кроме того, он говорит о том, что предлагает «универсальное искусство всех учить всему».

Ну а главным, как и полагается в гуманистической педагогике, является человек. Коменский уверяет, что два превосходнейших творения – это рай и человек. Причем земной рай – рай церкви на земле – может быть достигнут через правильное воспитание юношества.

Как и полагается гуманисту, Коменский говорит о том, что и взрослые должны учиться у детей, на их примере. Ребенок еще не знает зла, не знает дурных манер, он прост и естественен, а вот плохо воспитанного взрослого человека перевоспитывать очень сложно. Если же удастся сразу же воспитать человека должным образом, это пойдет на благо и ему в дальнейшей жизни, и обществу. Именно образование, утверждает педагог, делает человека человеком.

Нужно избирать кратчайший и легчайший для обучаемого путь получения знаний. Он, как считает педагог, пролегает через самопознание и познание своей цели. Иными словами, процесс получения знаний приобретает четкую направленность – это уже не накопление неких объемов информации, как было принято в те времена, а ее отбор в соответствии с задачами.

СЛЕДУЯ ЗА ПРИРОДОЙ. Способность к познанию – природная способность человека. Впечатления воспринимаются, запоминаются, обрабатываются мозгом; фактически Коменский говорит о физиологических основах обучения, о тех механизмах, без знания которых педагог не сможет осуществлять целенаправленную деятельность. Ведь именно отсюда вытекают принципы наглядности, постижения через опыт и т. п.

Средневековый педагог, доказывая, что подлинно человеком можно стать только в обществе, пользуется тем же примером, к которому много лет спустя прибегнет для доказательства феноменальных способностей маленького ребенка японский новатор Масару Ибука. Оба говорят о том, что дети, похищенные дикими животными, по возможностям своего разума не слишком возвышаются над таковыми.

Следовательно, образование следует начинать как можно раньше. Основаниями для этого являются открытость сознания ребенка (знания записываются на чистой доске – этот образ в «Великой дидактике» повторяется не раз) и тот неоспоримый факт, что базовое образование станет основой для дальнейшего развития человека в течение всей жизни.

Удивительно, но педагог-гуманист вплотную подошел и к актуальному поныне вопросу о социализации детей, не обладающих должным уровнем развития интеллекта. Он категорически утверждает: им тоже необходимо воспитание и обучение. Но еще более, продолжает Коменский, оно необходимо людям даровитым, чтобы их требующий познания ум не занялся чем-то пустым или пагубным.

Теперь учеба направлена на получение конкретной, необходимой информации, а не на ее общее количество.

В обществе, подчиненном жесткой иерархии, в условиях, когда низы были фактически отлучены от образования, педагог-гуманист берет на себя смелость говорить о том, что потребность в образовании в равной степени есть и у правителей, и у слуг, и у богатых, и у бедных. Причем напрямую связывает уровень и качество образования со стабильностью государства. Кроме того, он говорит о том, что образование должны получать лица обоего пола, и обосновывает это не чем-нибудь, а равенством от Бога. Помимо того, он снова обращается к природному, естественному положению вещей: солнце светит всем равно, так почему же свет образования – только для избранных?

Поистине – взгляд в будущее!

Значительно опережая время, Коменский отрицает доминирующее значение наследственности. Куда важнее наклонности и прилежание. Это, подчеркивает автор, не пойдет во вред сложившимся устоям – совсем наоборот, образованные люди будут куда полезнее для общества.

ЧЕМУ И КАК УЧИТЬ? Говоря об универсальности образования, Коменский подразумевает тот изначальный уровень знаний, который должны получить все люди. Он призывает не путать универсальность с неразборчивостью. И науки (как мы сейчас сказали бы – дисциплины), и книги следует выбирать тщательно и обоснованно, при этом не забывая, что человек не может одинаково хорошо уметь все.

Тем не менее в школе ребенку предстоит изучать самые разные науки. Чтобы обучение было успешным, следует самую суть каждой науки изложить в кратких и точных правилах, подкрепленных примерами их применения. Достаточно ныне взять в руки любой школьный учебник – современный или тот, по которому учились наши мамы и даже бабушки, чтобы увидеть: именно на этой методической основе он и создан. В полной мере воплощена в жизнь и идея Коменского об унификации учебной литературы.

Нужно помнить, говорит Коменский, и об особенностях возраста: для изучения следует предлагать только то, что ребенок сейчас в состоянии усвоить; образование – путь от более простого к более сложному, от реальных (основанных на практике) учебных предметов к формальным (требующим развитого абстрактного мышления). Посильность способствует интересу, способствует ненасильственному усвоению знаний; а педагог-гуманист, как мы помним, был категорически против насилия при обучении и воспитании.

Коменский вообще много говорит о необходимости порядка, иными словами – об организации педагогического процесса. Это не только пресловутая постепенность, но и наличие программ по всему курсу обучения (особо автор останавливается на том, чтобы дети получали непротиворечивую информацию), и определение для каждого занятия своего времени, к которому должны быть подготовлены необходимые книги и пособия.

Один предмет – один учитель. Этот принцип Коменского ныне в полной мере реализован в учебных заведениях разного уровня по всему миру.

Труд должен чередоваться с отдыхом, а объяснение материала – с закреплением, это мы тоже хорошо знаем по нашему собственному школьному опыту. Наилучшему усвоению материала способствует обращение не к одному, а сразу к нескольким органам чувств: не только слышу, но и вижу, не только вижу, но и могу дотронуться.

Мало научить – школа должна еще и воспитать. Причем нравственность и благочестие Коменский ставит выше научных знаний. И здесь педагог, соблюдая изначально провозглашенный принцип упорядоченности, дает четкий перечень добродетелей, которые следует привить юношеству. На первое место он ставит то, что называет «кардинальными добродетелями»: мудрость, умеренность, мужество и справедливость.

Труд должен чередоваться с отдыхом, а объяснение материала – с закреплением. Для наилучшего усвоения материала необходимо не только услышать информацию, но и увидеть, и почувствовать физически.

В формировании добродетелей важнейшую роль играет пример старших. В отличие от многих последующих гуманистов, отрицательно относившихся к наставлениям и беседам, Коменский полагал, что личный пример должен сопровождаться пояснениями.

Еще одна важная составляющая нравственного воспитания – дисциплина. Коменский полагает, что строить ее надо на уважении, а не на побоях, а наказание имеет смысл лишь тогда, когда ученик осознает, за что его наказывают. Строгость наказания должна быть пропорциональна тяжести проступка – и здесь нужно следовать четко установленному порядку.

Квинтэссенцией «Великой дидактики» можно считать мысль Коменского о том, что искусство обучения должно пройти такой же путь от несовершенства к совершенству, как книга – от переписывания вручную до издания типографским способом.

Мечта великого педагога-гуманиста сбылась – каждый из нас имеет возможность убедиться в этом воочию.

Я. А. КОМЕНСКИЙ

Ян Амос Коменский, именуемый «отцом педагогики», родился 28 марта 1592 года в Моравии. Рано потерял родителей. Учился в латинской школе города Пржерова, затем в Херборнской академии и в Гейдельбергском университете. Еще в студенческие годы занялся составлением своего рода энциклопедии под названием «Театр всех вещей» и словаря «Сокровищница чешского языка».

С 1614 года учительствовал – и снова много учился и писал. Его перу принадлежит книга «Моравские древности». Он же составил подробную карту Моравии.

Но главным его трудом, разумеется, является «Великая дидактика». Ей сопутствовали несколько созданных им учебников: «Открытая дверь к языкам», «Астрономия», «Физика», а также первое в истории руководство для семейного воспитания «Материнская школа».

Преподавая в Трансильвании, опробовал ряд своих идей на практике. Там же, в Венгрии, появился первый иллюстрированный учебник великого педагога – «Мир чувственных вещей в картинках».

Дальнейшая его жизнь связана с Амстердамом. Там ученый продолжает работу над капитальным трудом «Всеобщий совет об исправлении дел человеческих», в котором описаны его планы по переустройству общества.

Скончался 15 ноября 1670 года в Голландии.

Иоганн Гербарт

Общая педагогика, выведенная из целей воспитания

(1806)

«Самое большее, что может сделать человечество в каждый момент своего существования, – это представить возрастающему поколению весь подведенный итог своих предыдущих опытов, в форме ли обучения или в форме предостережения».

В ДВУХ СЛОВАХ

Задача воспитывающего обучения состоит в том, чтобы нравственно развить ребенка, приобщить его к дисциплине, к культурному опыту человечества, без чего невозможна дальнейшая жизнь человека в обществе.

Как, наверное, все гуманисты и все систематизаторы педагогических методик, Иоганн Гербарт, немецкий философ, психолог и один из основателей научной педагогики, говорил о всестороннем развитии человека в процессе образования. В итоге педагогических манипуляций должен был, по его мнению, сформироваться полезный для общества и государства человек с четкими нравственными принципами.

Иными словами, знания в концепции Гербарта не являются самоцелью. Более того, именно благодаря ему в педагогике появилось такое понятие, как воспитывающее обучение. Обучая, воспитываю – этот принцип до сих пор развивают лучшие педагоги в разных странах мира.

Однако Иоганна Гербарта относят к педагогам-гуманистам с большой долей условности. Для него больший интерес представлял мыслитель, а не деятель, в связи с чем трудовое воспитание, живо интересовавшее многих гуманистов, он не рассматривал. Его подход менее прагматичен, польза связывается не с формированием у ребенка стремления к производительной деятельности, а с будущим моральным обликом входящего во взрослую жизнь человека.

Признавая безусловную ценность индивидуальности, выше ее природных склонностей он ставил дисциплину. Говоря о сознательной дисциплине, немало внимания уделял тому, что назвал «управлением», т. е. способам воздействия на ребенка с целью привить ему представления о порядке. В отличие от тех, кого мы уверенно именуем гуманистами, Гербарт признавал даже необходимость телесных наказаний, но в качестве крайней меры, без последствий для здоровья ребенка и без значительного унижения его достоинства.

Иоганн Песталоцци и Иоганн Гербарт воспринимались современниками и воспринимаются современными исследователями как антиподы. Первый горячо отстаивал идею народной школы, образования для всех, второй жестко придерживался сословных принципов в образовании. Первый стремился подготовить детей к жизни во всем ее многообразии, второй – приобщить их к духовной культуре.

Тем не менее вклад Гербарта в теорию образования очень велик. Он развил высказанные еще Яном Амосом Коменским идеи о психологических закономерностях обучения и воспитания, научно обосновав единство процессов усвоения знаний и развития познавательных способностей ученика. Более глубоко, чем предшественники, он показал механизмы саморазвития ребенка при умении взрослого верно направлять его: собственный опыт стимулирует усвоение чужого опыта. Кроме того, большое внимание уделил он личности воспитателя – каким должен быть педагог, чтобы успешно воздействовать на ученика?

«ТЕ, КТО ЗАНИМАЕТСЯ ВОСПИТАНИЕМ». В этом вопросе Гербарт единодушен с другими гуманистами: ничто не заменит ребенку личного примера воспитателя. А значит, воспитатель должен быть образцом. Да и те цели, которые сможет поставить себе воспитатель, всегда вписываются в рамки его собственных воззрений. Это одна сторона проблемы. Другая – педагог обязан знать ребенка.

Иоганн Песталоцци стремился подготовить детей к жизни во всем ее многообразии, Иоганн Гербарт – приобщить их к духовной культуре.

Ничего подобного не сможет сделать человек, который сам ограничен и слаб. Вывод Гербарта логичен и очевиден: педагог должен начать воспитание с себя. Причем прийти к ученику уже сформированным, понимающим, что, как и ради чего делать.

Ведущая роль воспитания ни в коем случае не должна исключать необходимость для учителя иметь разносторонние знания. Наоборот, воспитывающее обучение и само по себе зиждется на твердой научной основе, и нуждается для своего осуществления в знаниях из самых различных научных отраслей. Невозможно сформировать культурного человека, не передав ему значительного объема знаний.

Не принимает автор и сосредоточенности педагогов на чем-то одном в ущерб прочему. Даже совершенное физическое развитие, или идеальное умение вести себя в свете, или способность непринужденно ладить со сверстниками нельзя считать удачей воспитателя, если что-то одно усиленно формируется в отрыве от прочего.

Воспитанник должен разделять цель, поставленную педагогом, это значительно облегчает путь к ней. Увлечь идеей, опираясь на детскую восприимчивость к новому, – тоже задача педагога.

Но к идее воспитывать через игру и через предоставление ребенку большой свободы для осознания ответственности Гербарт относится с сомнением. Дисциплина – один из краеугольных камней его концепции. Не обучение через радость, обычно столь любимое гуманистами, а радость от обучения – вот, по Гербарту, признак истинного педагогического мастерства. Именно к этому и должен стремиться учитель.

УПРАВЛЕНИЕ КАК ПУТЬ К ДИСЦИПЛИНЕ. Подлинное мастерство педагога, уверен Гербарт, обнаруживается тогда, когда ребенок проявляет самостоятельность, но при этом четко знает, где пролегает ее граница. Граница устанавливается за счет надзора со стороны взрослого.

Надзор, предупреждает автор, не следует путать с гнетом. Гнет равно вреден для детей с сильными и слабыми характерами. Сильный начнет противодействовать, слабый сломается. В обоих случаях будет нанесен непоправимый вред самостоятельности ребенка. Лучше всего, когда управление осуществляется посредством двух вечных рычагов – авторитета и любви. Тогда надзор будет восприниматься самим ребенком как благо.

Истинная дисциплина держится на понимании ребенком нравственной сути правил и запретов.

Гербарт убежден, что природное начало ребенка – анархическое, чуждое культуре. Поэтому он вступает в спор с гуманистами – предшественниками и современниками. Он равно не приемлет стремления Руссо к идиллическому воспитанию в естественной среде и природосообразного воспитания Песталоцци. Личный опыт человека несовершенен, это путь впотьмах, который неизвестно куда приведет. Направляя ребенка в этом поиске, воспитатель тратит лишние время и силы. Поучения и предостережения, иными словами, усвоение ребенком культурного опыта человечества в готовом виде, куда надежнее.

Дисциплина заключается в понимании ребенком нравственной сути правил и запретов. Не путайте надзор с гнетом, который сделает только хуже. Ребенок с сильным характером начнет противодействовать, со слабым – сломается. В итоге обоим будет нанесен непоправимый вред детской самостоятельности.

Рациональное зерно в размышлениях автора очевидно для читателей: нельзя ни слепо отвергать старые, освященные традицией методы, ни отказываться от того, что дает собственный опыт, в том числе и от нового. Тем не менее ограниченность личного опыта характерна и для воспитателя, он не должен забывать об этом. Личный опыт Гербарт сопоставляет с единичным наблюдением в физике или химии: оно может породить гипотезу, но на его основании нельзя построить прочной теории.

Преодолев несовершенство собственных представлений о педагогике и природную «дикость» ребенка, взрослый обретает способность воспитывать через обучение.

«ВОСПИТАНИЕ ПУТЕМ ПРЕПОДАВАНИЯ». Воспитывающее обучение, наверное, можно назвать самым главным открытием Гербарта. И открытие это отнюдь не сродни гениальному прозрению. Как и во всем прочем, он доводит до совершенства то, о чем говорили его предшественники, исключая то, что считает излишним. Механизм очевиден: ребенок, получая знания, на их основе начинает размышлять. Знания плюс размышления – это и есть приобщение к нравственной культуре.

Следует организовать педагогический процесс таким образом, наставляет Гербарт, чтобы та же латынь, на изучение которой тратится много времени и сил, стала базой для приобщения к культурным достижениям человечества, а не изнуряющей данью традиции. Кроме того, прикладывая усилия к получению знаний, ребенок получает урок самосовершенствования, т. е. польза для воспитания очевидна.

Автор говорит и о поступательности познавательной деятельности: все новое, что узнает ученик, должно опираться на уже известное ему.

Не раз возвращаясь к пользе поучений, Гербарт последовательно противопоставляет их нудному морализаторству. Будучи еще и психологом, он хорошо знает о том, сколь по-разному мыслит взрослый человек и ребенок. То, что убедительно для взрослого, ребенком воспринимается совсем иначе – с непониманием, со скукой и т. д. Обращайтесь к детскому воображению, советует Гербарт, доносите поучение с помощью интересных рассказов, полных приключений, взаимодействия и столкновения характеров, противоборства плохого и хорошего с обязательным пребыванием рассказчика на стороне добра.

Овладеть искусством воспитания можно только при умении вносить в душу ученика широкий круг мыслей. Причем мыслей не беспорядочных, а объединенных причинно-следственными связями. Ныне нет методики, которая не стремилась бы с максимальной полнотой раскрыть эти связи и использовать другие отрасли знания при преподавании того или иного предмета. Мы, конечно же, знаем об этом из собственного школьного опыта. Гербарт, будучи одним из основателей научной педагогики, разумеется, не мог остаться в стороне от комплексного подхода к передаче знаний.

Ну а сами знания, как уже нетрудно догадаться, помогут сформировать высококультурную, нравственную личность.

НЕМНОГО ОБ ИНДИВИДУАЛЬНОСТИ. Тут самое время вспомнить о том, в чем Гербарт единодушен с гуманистами, – о важности подхода к воспитаннику как к индивидуальности. Индивидуальность – это и уже имеющиеся у ребенка способности, и то, что должно ярко проявиться в результате педагогических манипуляций. Иными словами, это и одна из основ воспитания и одна из главнейших его целей.

И тут, как и во всех прочих случаях, важна личность воспитателя. Личность воспитывает личность – этот принцип един для всех гуманистов.

Индивидуальность вполне совместима с многосторонностью: многосторонность исправляет те шероховатости, которые есть в характере индивидуума, и к тому же расширяет для него горизонты. Она универсальный ключ к нравственному совершенствованию.

Высококультурную, нравственную личность помогают сформировать знания.

Лучшее свойство индивидуальности – способность вмещать в себя в процессе образования эту многосторонность, усваивая культурный опыт человечества. Индивидуум в процессе воспитания как бы оказывается внутри этого опыта, чтобы вобрать его в себя. Чтобы перевести это на язык обыденности, достаточно вспомнить известное всем нам сравнение: ребенок, как губка, впитывает то, что видит и слышит.

Но он не только механически усваивает, он начинает размышлять, развиваться. Одним словом, получает то самое воспитание, которое занимает центральное место в педагогической концепции Гербарта.

И. Ф. ГЕРБАРТ

Иоганн Фридрих Гербарт родился 4 мая 1776 года в Ольденбурге. Учился сначала в латинской классической школе, а затем в Йенском университете. Одним из его преподавателей был знаменитый философ И. Г. Фихте, который, возможно, и предопределил дальнейший интерес Гербарта к этой отрасли знаний. С целью продолжения образования молодой ученый посетил Швейцарию, где получил опыт наставника (1797–1800) и познакомился с известным реформатором системы образования И. Г. Песталоцци, с идеями которого впоследствии немало полемизировал.

С 1805 года Гербарт – профессор Геттингенского университета, а через три года он занял кафедру педагогики и философии в Кенигсберге, где и трудился на протяжении 24 лет. Только в 1833-м он возвращается в Геттинген, чтобы снова преподавать философию.

Скончался 14 августа 1841 года.

В 1850 году многочисленные труды ученого по философии, психологии, педагогике были опубликованы в 12 томах, ряд из них был переведен на другие языки.

Работы Гербарта оказали влияние на систему образования разных стран. Его идеи были восприняты и развивались ими на протяжении более чем века. Даже в работах Д. Дьюи ощущается влияние педагогики Гербарта.

Иоганн Песталоцци

Лебединая песня

(1826)

«Любое одностороннее развитие одной из наших сил не истинное, не природосообразное развитие; оно лишь кажущееся образование, медь звучащая и кимвал бряцающий образования, а не само образование».

В ДВУХ СЛОВАХ

Развитие ребенка должно быть естественным и гармоничным. Он наблюдает и познает, а педагог направляет его усилия.

«Лебединая песня» – последнее и итоговое произведение выдающегося швейцарского педагога-гуманиста Иоганна Песталоцци, идеи которого во многом определили и предвосхитили то, над чем предстояло трудиться его последователям и в XIX, и в XX веках. В частности, он оказал огромное влияние на К. Д. Ушинского.

Песталоцци первым указал на гармоничное развитие как на залог последующего благополучия человека. Интеллектуальные, физические, нравственные задатки должны формироваться параллельно, в согласии с природой. В согласии с природой – это значит в непосредственном наблюдении и размышлении. Таким образом, Песталоцци заложил основы развивающего обучения, сохраняющие актуальность и поныне.

Он же разработал методики начального образования, которые апробировал на практике. Точнее сказать, это практика подсказывала ему ту или иную методику, потому что он не был кабинетным мыслителем. Из года в год он учил и детей, и будущих педагогов.

Книге, написанной на склоне лет, он дал название «Лебединая песня», и не случайно. Главная цель, которую Песталоцци ставил перед собой на протяжении своей жизни, поражает масштабностью: это «природосообразное развитие и облагораживание задатков и сил человеческого рода». О том, насколько ему это удалось, о своих достижениях и неудачах он и рассказывает в своем последнем труде, адресованном педагогам будущего.

Главенство внутренней человеческой сути над животной – вот основа педагогической системы Песталоцци. Если верно направлять ребенка, он начнет стремиться к самосовершенствованию. Стремление это нужно пробудить в ребенке еще на этапе начального образования. Тому, каким образом возможно это сделать, и посвящена книга.

РАЗВИТИЕ ЧЕРЕЗ УПРАЖНЕНИЕ. Сама природа устроила человека так, что он усваивает и развивает навыки через упражнения. И побудительным мотивом тоже служит природное стремление видеть, слышать, ходить, ощупывать предметы. Тот же принцип – в основе значительно более сложных действий и даже эмоций: человек умеет любить, размышлять, познавать.

Но ни одно действие не дается человеку сразу – нужны тренировка и стремление к развитию. И первые неудачи могут охладить это стремление. Песталоцци проводит параллель между падением ребенка, который только начинает ходить, и обманутым доверием, когда кошка не ответит на его ласку, а оцарапает. Так благодаря простому примеру педагог делает абстрактные понятия веры и любви вполне конкретными.

Взрослый человек умеет преодолевать трудности. Ребенок – только учится. И педагогика – как семейная, так и школьная – призвана помочь ему.

Одни упражнения развивают физические задатки ребенка, другие – умственные. А как же осуществляется нравственное развитие?

ВОСПИТАНИЕ ЧУВСТВ. Наши вера и любовь начинают развиваться еще тогда, когда мы не можем в чем-либо осознанно упражняться, – сразу же после момента рождения. Материнская забота, удовлетворение физических потребностей ребенка – первый урок доверия для любого человека. Педагог полагает, что между тем, насколько старательно заботятся о ребенке родители, братья, сестры, и последующим развитием ребенка есть прямая взаимосвязь. Сейчас эта мысль, многократно доказанная и растиражированная последователями Песталоцци, вряд ли может кого-то удивить. Но для своего времени она была смелой и новаторской.

Материнский пример, взаимоотношения в семье и далее будут помогать развитию в ребенке истинно человеческой способности любить. Переводя на язык современных понятий: социализация ребенка начинается в семье, и успех этого процесса зависит от того, будут ли первые впечатления ребенка о мире людей позитивными.

ВПЕЧАТЛЕНИЕ И МЫСЛЬ. От первых и последующих впечатлений, полагает Песталоцци, зависят и мыслительные способности ребенка. Осознанное впечатление побуждает его найти способы для выражения того, что воспринято. И здесь на помощь ребенку приходит истинно человеческая способность к речи.

Кроме того, человеку присуща способность свободно и самостоятельно сопоставлять, различать и сравнивать предметы, логически обрабатывать увиденное и услышанное. И вновь Песталоцци говорит о том, что хорошо известно и широко используется ныне: нельзя заставлять детей заучивать, нужно побуждать их устанавливать логические связи. Но во времена, когда в основу обучения было положено как раз таки заучивание, его идеи представлялись воистину революционными.

Идти от простого к сложному, делать упор на те навыки, которые понадобятся человеку в жизни, – вот что Песталоцци обоснованно считает правильным.

Число, форма и слово есть первоэлементы обучения. Все сложное выстраивается на этой элементарной базе, то есть на том, что непосредственно воспринимается ребенком. Наглядное обучение, знакомое каждому из нас, имеет под собой именно эту основу.

Гуманистические взгляды Песталоцци ярко проявились в том, что он отрицал влияние сословных различий на природные умственные способности ребенка. А вот среда, в которой воспитывается дитя, имеет большое значение. Однако ни способности, ни среда не предопределяют результатов воспитания сами по себе – исключительно вместе. И для этого нужны ориентиры, к которым следует стремиться.

Сейчас никого уже не удивишь существованием стандартов образования. Еще не приблизившись к ним вплотную, Песталоцци тем не менее дает четкие ориентиры – какие способности следует развивать и в каком случае можно считать, что они достаточно развиты.

Это способность к наблюдению. Развитой она может считаться, если ребенок умеет преобразовывать впечатление в суждение.

Развитая способность к речи предполагает умение выражать впечатление от чувственного восприятия окружающей среды и окружающих условий настолько ясно, насколько ребенок их воспринял.

Способность к мышлению – это прежде всего способность к сопоставлению и поиску логических обоснований. Высшая ступень развития в данном случае – обретение способности к отвлеченному (мы сейчас чаще говорим – абстрактному) мышлению.

ПЕРВАЯ СТУПЕНЬ МАСТЕРСТВА. Способность к мастерству тоже вырастает из задатков, технических склонностей и тоже благодаря упражнениям. Помимо того, для развития этих способностей нужно, чтобы способность к мышлению, умственные способности достигли определенного уровня. Есть у мастерства и духовная сущность, значит, оно невозможно без нравственного развития.

Мастерство берет свое начало в стремлении к подражанию, в детском «и я так умею».

Здесь, как и во всех прочих случаях, Песталоцци высказывается за поддерживающее воздействие учителя на ребенка, за «помогающее» (по формулировке автора) образование. Пусть ребенок сначала неловок – не критикуйте его, а побуждайте тренироваться. Когда взрослый увидит, что ребенок хочет совершенствоваться, настанет время помочь ученику. Таким образом, путь искусства воспитания не отклоняется от пути природы в развитии детских способностей.

Песталоцци обоснованно считает правильным в воспитании идти от простого к сложному, делать упор на те навыки, которые понадобятся человеку в жизни.

Надо убеждаться в том, говорит Песталоцци, что ребенок понимает, что он говорит и что он делает; в противном случае он научится пустой болтовне, «пагубным лжемудрствованиям». Это требование сохраняет свою важность и по сей день: каждый учитель не раз сталкивался в своей практике как с тем, что ребенок бездумно повторяет отложившееся в памяти, так и с более сложным случаем, когда ученик может говорить много и даже красиво, но не по сути. И то и другое умение препятствует развитию и бесполезно для дальнейшей жизни.

РЕБЕНОК И СРЕДА. Как все гуманисты, Песталоцци не может пройти мимо проблемы влияния на ребенка той среды, в которой он проводит ранние свои годы. Выше уже были изложены его взгляды на важность семейного воспитания. На следующем этапе жизни ребенок входит в школьный коллектив.

Эти этапы тесно взаимосвязаны. Хорошее семейное воспитание, как правило, обеспечивает ребенку гармоничный переход на новый жизненный этап.

Песталоцци советует учителям ставить благовоспитанных детей в пример и привлекать их к помощи отстающим в школьных упражнениях детям. Коллектив влияет на личность, личность влияет на коллектив – идея, в неизменном виде унаследованная и XX веком, и XXI.

И многое другое, о чем Песталоцци говорил как о деле неопределенного будущего, давно и прочно вошло в практику: система подготовки учителей, четкие методические рекомендации для организации начального образования детей и т. д. А гуманистические принципы великого педагога осмысливает для себя каждый, кто избрал благородную профессию учителя.

И. Г. ПЕСТАЛОЦЦИ

Иоганн Генрих Песталоцци родился 12 января 1746 года в Цюрихе в небогатой семье врача. После начальной и средней латинской школ он поступил в высшую Цюрихскую школу Коллегиум Каролинум, выпускники которой делали как духовную, так и светскую карьеру на должностях, требовавших гуманитарного образования. Изначально Песталоцци полагал, что станет богословом. Затем склонился к профессии юриста. Однако женитьба побудила его купить небольшое имение близ Цюриха и заняться сельским хозяйством. Эта попытка, вопреки ожиданиям, подорвала материальное благосостояние Песталоцци. И он использовал остатки средств для того, чтобы организовать «Учреждение для бедных» – по сути, трудовую школу для крестьянских детей. Летом он обучал их полевым работам, а зимой – ремеслу. Исчерпав к 1780 году средства, он был вынужден закрыть «Учреждение для бедных» и ради заработка заниматься литературным трудом. Теперь он воплощал свои гуманистические идеи в книгах. Социально-педагогический роман в четырех частях «Лингард и Гертруда, книга для народа» принес Песталоцци известность.

Затем занимался организацией детского приюта в Штансе, занимал должность помощника учителя в Бургдорфе, а в 1800 году создал Бургдорфский институт – среднюю школу с интернатом, служившую базой для подготовки учителей.

В 1801 году написана книга «Как Гертруда учит своих детей (попытка дать матерям наставление, как самим обучать своих детей)», в которой рассказывается о начальном образовании, основанном на уважении к ребенку и его природным склонностям.

В 1804 году институт Песталоцци перебрался в Ивердон. К институту и к его создателю пришла международная известность. В 1809 году в Ивердоне был создан женский институт, а в 1818 году в Клинди близ Ивердона основана новая школа для бедных.

Все это время Песталоцци продолжал работать над своими педагогическими сочинениями, главным из которых стала «Лебединая песня».

Скончался 17 февраля 1827 года в Бругге.

Константин Дмитриевич Ушинский

Человек как предмет воспитания

(1867–1869)

«Не уметь хорошо выражать своих мыслей – недостаток; но не иметь самостоятельных мыслей – еще гораздо больший; самостоятельные же мысли вытекают только из самостоятельно же приобретаемых знаний».

В ДВУХ СЛОВАХ

Цель обучения – обогащение ума ребенка необходимыми для жизни знаниями при одновременном развитии его умственных способностей.

Константина Дмитриевича Ушинского называют «учителем русских учителей». Впервые в истории отечественной педагогики он начал рассматривать воспитание ребенка в широчайшем комплексе, в котором учитывались физиология, нервная деятельность, наследственность, привычки и чувствования, характер и многое, многое другое. Это глубокое обобщение, основанное на богатом личном опыте автора, служило цели научной организации педагогики. Главная работа Ушинского – фундаментальная книга «Человек как предмет воспитания». Незаурядный литературный талант педагога делает ее не только полезным, но и увлекательным чтением даже для современного человека, которого, казалось бы, уже ничем нельзя удивить. Автор показывает путь от понятного и очевидного, а именно от законов, по которым существует и развивается живой организм, к тайному и чрезвычайно значимому: к душе юного человека. Ушинскому удалось поставить обучение и воспитание на надежную психологическую основу.

При жизни автора увидели свет два тома. Заключительный, третий, в котором автор планировал изложить правила дидактики и правила воспитания, так и остался лишь в замыслах. Однако и первые два тома, более ориентированные на теорию педагогики, дают читателю бесценное, а именно – понимание. А оно напрямую связано с практикой.

ПО ЗАКОНАМ ПРИРОДЫ. Питание, движение, потребность в отдыхе, рефлексы – то, что роднит человека с миром живой природы. Даже психическая деятельность (восприятие, память, воображение, суждения и умозаключения) есть весьма и весьма усложнившаяся в процессе эволюции нервная деятельность, свойственная живому организму. Но именно это усложнение и выводит человека на качественно новый уровень. И уровень этот настолько высок, что Ушинский говорит уже не просто о психической деятельности, а о деятельности души.

И все-таки человек остается частью биологического мира. Поэтому и воспитание, полагает автор, следует трактовать в широком смысле. Воспитывать – значит способствовать развитию какого-нибудь организма, наделяя его необходимой пищей, материальной и духовной. Воздух, свет, температура – тоже «питание». Правильное их использование есть воспитание физическое, относящееся к отрасли медицинских знаний, но и для педагогики не чуждое.

Сейчас в любом книжном магазине можно найти книги с методиками раннего развития, в которых уход за ребенком связывается с первым обучением. И другие, в которых, например, можно прочесть о влиянии правильной организации рабочего места ученика на усвоение знаний. Но для современников Ушинского многое было в новинку. Учитель учителей – что и говорить!

Вслушаемся в слово: ВОСПИТАНИЕ. Не правда ли, очевидна его связь с глаголом «питать»? Ушинский возвращает нас к изначальному, буквальному его смыслу – и идет дальше: воспитание вполне применимо к племенам, народам, глобальным историческим сообществам.

В отдельном организме, говорит педагог, органы «обслуживают» его жизнь; каждый выполняет свою функцию, при этом действуя во взаимосвязи с другими. В «организмах общественных», наоборот, отдельные части соединяются в целое «нематериальными условиями необходимости». И целое – скажем, социум – живет для своих частей, то есть для людей, его составляющих.

Ценность человеческой личности и роль человека в обществе – вот традиционное направление гуманистической педагогики. Ушинский, несомненно, в числе ее основоположников.

Но вернемся к природной сущности человека. Привычки восходят к рефлексам (скажем, способность к акклиматизации зиждется на привычке), а сами, в свою очередь, становятся основой для навыков и наклонностей. Под навыками Ушинский понимает «привычки в искусствах и ремеслах». Наклонности – те же навыки, но возвысившиеся до духовности: это потребность в деятельности. Вот он – прочный, надежный мост от физиологии к дидактике.

Для педагогического процесса привычка тоже чрезвычайно важна: когда она в результате упражнений закрепится, человек получит драгоценную возможность не тратить силы и время на преодоление прежних трудностей, а идти дальше. Для автора привычка – «строительный материал», из которого мы возводим нравственное здание своей жизни.

Основное убеждение гуманистической педагогики: ценность человеческой личности и роли человека в обществе.

Укоренение привычки тесно связано с памятью, как «механической», так и «душевной». Память зрительная, слуховая, тактильная – чем больше ее видов участвует в процессе восприятия, тем прочнее запоминание. Этой закономерностью активно и с высокой степенью результативности пользуются педагоги и по сей день, она положена в основу методик преподавания, равно как и другая, точно обозначенная Ушинским: яркое, сильное, эмоционально окрашенное впечатление запоминается легче и надежнее. Все элементы игры, давно и надежно вошедшие в педагогику, связаны именно с ней.

Ушинский отмечает взаимосвязь между возрастом человека и скоростью, с которой привычка укореняется и переходит во что-то более значительное: у детей это происходит быстрее и надежнее. Однако – предупреждает он педагогов и родителей – и забывают дети быстрее, если перестают упражняться, повторять. А вот если привычка уже укоренилась, то чем она старше, тем крепче. Впоследствии это будет названо актуализацией навыков, умений и знаний. И поныне актуализация служит одной из главных основ обучения.

И начинается этот процесс очень рано. С первых дней жизни, полагает Ушинский, нужно поддерживать в ребенке стремление к развитию.

Основы характера тоже закладываются в самом раннем возрасте. Да, ребенок пока еще не понимает большинства обращенных к нему слов, но он их уже запоминает. И интонацию очень быстро начинает воспринимать верно. Таким образом, от обращения взрослых с младенцем во многом зависит его будущий характер.

Очень рационально – не преуменьшая и не преувеличивая – относится педагог к наследственности. Задатки могут быть переданы от родителей к детям, но во что разовьются – это зависит от жизненных обстоятельств и, опять же, во многом определяется воспитанием. Здравый и практический подход, который ныне не вызывает сомнений, был немаловажен при жизни Ушинского, когда одни склонны были игнорировать наследственность, а другие считали ее обстоятельством непреодолимой силы.

ВЗГЛЯД ВГЛУБЬ. Сознание, чувство, воля – все эти подлинно человеческие качества выходят далеко за рамки физиологии. Они находятся в ведении психологии. И одним из главных ее инструментов Ушинский называет самонаблюдение.

Сознание – это память, внимание, воображение и рассудок. В его основе лежит способность человека сопоставлять. Новые знания приходят к нам именно по пути сравнения – то, чего мы еще не знаем, объясняется с помощью уже знакомого. Однако надо помнить, что объем сознания всегда ограничен. Чем больше разнообразных ощущений, представлений и понятий оно удерживает, тем тусклее делается осознавание каждого из них. Отсюда, говорит педагог, стремление сознания привести все сознаваемое к единству. И этот вывод имеет прямое практическое значение: на нем основывается комплексный подход к образовательному процессу.

Комплексный подход невозможен без рассудка – плода сознания. Постижение предметов и явлений, обнаружение закономерностей, итог в виде понятий, суждений и умозаключений – все это сфера рассудка. Рассудок стремится уничтожить противоречия, а значит, именно он – движущая сила науки.

А вот чему свойственны, по мнению Ушинского, противоречия, так это разуму. Более того, разум спокойно приемлет эти противоречия. Отсюда вывод педагога: разум – основа практической деятельности человека, в том числе воспитательного искусства.

В этом процессе велика роль внимания и памяти. «Внимание совершенно необходимо для того, чтобы впечатление могло превратиться в ощущение: это единственная дверь, через которую впечатления внешнего мира, или, ближе, состояния нервного организма вызывают в душе ощущения». Для познания имеет значение и произвольное, и непроизвольное внимание, а вот для обучения куда важнее первое.

С первых дней жизни ребенка нужно поддерживать его стремление к развитию. Основы характера тоже закладываются в самом раннем возрасте. Ребенок еще не понимает обращенных к нему слов, но уже запоминает и усваивает интонации, которым быстро учится. Таким образом, от того, как взрослые будут обращаться с младенцем, зависит его будущий характер.

Память, а точнее связанный с ней процесс припоминания Ушинский сравнивает с работой библиотекаря, извлекающего по потребности нужную книгу. Научив ребенка запоминанию по ассоциации, взрослый значительно упростит для него процесс познания. Ушинский решительно возражает против замусоривания памяти. И снова нельзя не обратиться к нынешнему дню, когда стоит проблема перенасыщения жизни ребенка информацией, значительная часть которой не имеет никакой практической ценности.

С умением ассоциировать неразрывно связаны как память и логическое мышление, так и воображение. Воображение не только важно для каждой личности, но и играет огромную роль в прогрессе человечества: многие открытия и изобретения сначала рождаются в воображении и уже потом реализуются на практике.

Оно же помогает ребенку входить в мир людей: моделируя с помощью воображения в игре различные ситуации, ребенок учится тому, что предстоит ему во взрослой жизни. Эта мысль педагога в последующие десятилетия обрела воплощение в многочисленных методиках обучения и воспитания через игру.

Настаивая на том, что в основе обучения и воспитания должно лежать стремление человека к свободной и целесообразной творческой деятельности, Ушинский, безусловно, опередил свое время.

К. Д. УШИНСКИЙ

Константин Дмитриевич Ушинский родился 19 февраля (3 марта) 1823 года в Туле в семье дворянина, отставного офицера.

По окончании юридического факультета Московского университета и последующем получении степени кандидата юриспруденции преподавал в ярославском Демидовском лицее.

Там же, в Ярославле, он впервые попробовал свои силы в журналистике: редактировал неофициальную часть газеты «Ярославские губернские ведомости», писал рецензии и обзоры для журналов.

Впоследствии жил и работал в Санкт-Петербурге и Гатчине. В Гатчинском Сиротском институте он сумел воплотить в жизнь многие из своих педагогических идей. А высшей точкой в его карьере стала должность инспектора классов Смольного института благородных девиц.

Одновременно с преподавательской работой Ушинский редактировал «Журнал Министерства народного просвещения», в котором в полной мере раскрылись его способности новатора.

Несколько лет педагог провел за границей – в Швейцарии, Германии, Франции, Бельгии, Италии, где изучал школьное дело и продолжал работу над своими книгами. Одна из них, «Родное слово», и руководство к преподаванию по ней за первые полвека выдержали десятки изданий. «Родное слово» и «Детский мир» были, по сути, первыми массовыми российскими учебниками для начальных классов.

«Человек как предмет воспитания, опыт педагогической антропологии» – главный и заключительный труд педагога.

Ушинский ушел из жизни в Одессе 22 декабря 1870 года (3 января 1871 года).

Петр Лесгафт

Семейное воспитание ребенка и его значение

(1906–1911)

«Нравственные качества ребенка составляют действительное наследие среды, в которой он провел первые годы своей жизни; это наследие окружающих прививается по мере развития сознания ребенка, как и его речь, способ выражения, привычки, обычаи и т. д.».

В ДВУХ СЛОВАХ

Физическое и духовное развитие ребенка естественным образом осуществляются вместе. Это нужно учитывать и в семейном, и в последующем школьном воспитании, чтобы ненавязчиво воздействовать на это развитие.

Педагог должен обладать некоторыми знаниями о физиологии ребенка как для того, чтобы учитывать его возрастные особенности, связанные с памятью, вниманием, мышлением, так и для того, чтобы помогать его развитию. А вот врачу, работающему с детьми, пожалуй, приходится в полной мере быть педагогом, чтобы понимать ребенка и наилучшим образом взаимодействовать с ним. Стоит ли удивляться, что авторами ряда книг по педагогике становятся врачи?

Так, Петр Францевич Лесгафт, внесший заметный вклад в биологию, антропологию, анатомию и даже палеонтологию, создал весьма убедительную концепцию семейного воспитания, в которой особое внимание уделил развитию ребенка с рождения и до поступления в школу. Как и у педагогов-гуманистов, в основе концепции Лесгафта лежит мысль о том, что ранние годы – самые важные для ребенка, а следовательно, его будущее в очень значительной степени зависит от того, смогут ли родители создать условия для свободного и гармоничного его развития.

Основываясь на своих обширных медицинских познаниях, П. Ф. Лесгафт убедительно доказал, что физическое и духовное развитие личности должно осуществляться не просто параллельно друг другу, а в самом тесном единстве. Большое внимание уделил он непосредственно физическому воспитанию, впервые в России доказав необходимость совмещения двух методов – метода слова и метода показа в обучении гимнастике. В свою очередь, физические упражнения Лесгафт рассматривал как способ познания детьми мира.

Свои теоретические соображения, а в большей степени – практические наблюдения и рекомендации П. Ф. Лесгафт изложил в книге «Семейное воспитание ребенка и его значение».

ПОНИМАТЬ РЕБЕНКА. Без взаимопонимания между взрослым и ребенком невозможно воспитание, уверен автор. Причем ведущая роль здесь принадлежит взрослому. Зачастую те воздействия, которые ребенок испытывает в семье и школе, травмируют его, но взрослые попросту этого не замечают. Задолго до появления школьных психологов и обращения педагогов к проблеме школьных неврозов, Лесгафт четко и недвусмысленно сформулировал эту проблему. Его предупреждения звучат еще убедительнее, если учесть, что автор – врач с немалым опытом.

По той же причине убедительны его сомнения в добросовестности тех педагогов, которые свои неудачи списывают на дурную наследственность или неисправимую испорченность ребенка. Не ребенок ответственен за это, а взрослые, но расплачиваться придется ребенку.

Для комфортного процесса воспитания между ребенком и взрослым необходимо взаимопонимание. Причем ведущая роль здесь принадлежит взрослому.

Нередко проблема в том, что под словом «учить» подразумеваются принуждение и наказания, а рутина и насилие ничего хорошего принести не могут. Лесгафт убежден, что этот неправильный воспитательный подход порождается леностью учителей, их нежеланием разбираться и в психологии ребенка, и в своей собственной.

Стремясь помочь педагогам понять учеников, автор прибегает к типологии.

ШЕСТЬ ТИПОВ. В основе выделенных Лесгафтом типов – ведущие черты характера, которые сформировались вследствие успехов и ошибок в семейном воспитании. И исправлять их предстоит школе.

Лицемерный. Ребенок этого типа притворно, демонстративно ласков со всеми, особенно с теми, от кого что-то зависит, у него хорошие манеры. Как правило, он хорошо учится и всячески демонстрирует старание. Затем выясняется, что он ябеда и хвастун, с презрением относящийся к низшим, зависимым. Может симулировать болезни и даже приворовывать. В своих поступках он руководствуется личной выгодой.

Подобные дети, говорит Лесгафт, приходят в школу из семей, где старшие ради своего удобства либо из иного расчета лгут и лицемерят.

Школьные наказания такого ребенка не исправят, только сделают забитым и апатичным. Так что для его исправления надо искать иные средства, и это будет долгий и сложный процесс.

Честолюбивый. Внешне полон чувства собственного достоинства. Много учится, охотно демонстрирует свои знания товарищам. Зачастую тяготеет к занятиям искусством. Соперников не терпит.

Этот тип развивается либо тогда, когда в семье в ребенке постоянно пробуждают дух соперничества, либо тогда, когда ребенка захваливают.

Наказания для ребенка этого типа могут оказаться еще фатальнее, чем для лицемера, – вплоть до самоубийства. Более того, Лесгафт опасается, что школьная система оценок и поощрений только укрепит в ребенке этого типа честолюбие. Так что работать с ним педагогу ничуть не проще, нежели с лицемерным.

Добродушный. Тихий, спокойный, внимательный ребенок. Не стремится привлекать к себе внимание учителей, но о не потому, что глуп, а потому, что обычно не выдает первое попавшееся решение, а обдумывает вопрос со всех сторон. Правдив, старается никого не огорчать. Размышляет о справедливости и способен ее отстаивать. Любит и умеет фантазировать.

Такие дети вырастают в семьях со спокойными родителями, не тяготеющими ни к наказаниям, ни к поощрениям. Родители в данном случае, говорит Лесгафт, не ищут какой-то особый шаблон для воспитания, они просто живут жизнью ребенка и стремятся его понимать. Мысль о том, что свободная, полезная для социума личность формируется в атмосфере любви окружающих к ней и друг к другу, красной нитью проходит через всю книгу. Эту естественную любовь автор противопоставляет слепой любви к ребенку, которая делает его эгоистом и потребителем и в итоге калечит его судьбу.

При правильном подходе это, по мнению Лесгафта, идеальный тип ученика. Если учитель сумеет пробудить в нем энергию и настойчивость, этого будет достаточно для последующего развития ребенка в хорошего человека. А вот постоянные регламентации, угрозы, наказания сделают такого ребенка беспокойным; он может перейти в другой тип – злостно-забитый.

Мягко-забитый тип. Стеснительный, нерешительный, необщительный ребенок, неловкий и неумелый в действиях, слезливый, когда что-то не получается. В школе, как правило, оказывается под влиянием более сильного товарища – лицемера или честолюбца. Может неплохо учиться, но при этом к занятиям равнодушен, просто исполняет привычное. Поверхностные знания сам принимает за осведомленность. В сущности никого не любит, но одиночество будет для него тягостно, потому что он не может самостоятельно найти себе занятия или развлечения. Трудно ему и самому о себе заботиться. Без надзора у него быстро развиваются дурные привычки.

Именно в атмосфере любви и уважения формируется свободная, полезная для социума личность.

Такое поведение характерно для детей, которых балуют, которым ничего самим не надо делать и не о чем размышлять и заботиться, но за которых при этом абсолютно все решают родители. Забитость в данном случае не от подавления суровыми мерами, а от заласканности, от невозможности проявить собственную волю.

Люди этого типа совершенно не приспособлены к жизни и, став взрослыми, продолжают оставаться наивными, нуждающимися в опеке и эгоистичными.

Исправить детей этого типа могут только самостоятельность и ответственность, формируемые педагогом постепенно и настойчиво.

Злостно-забитый тип. Молчаливый, мрачный, стремящийся к одиночеству ребенок. Не склонен к искренней дружбе, но довольно надежен, когда речь идет об общих интересах. Лжив. Стремится любой ценой получать сильные ощущения.

Самый проблемный тип для обучения – попросту игнорирует учебу или даже систематически уклоняется от занятий и нарушает школьную дисциплину. Причем в основе этого физиология: постоянное нервное напряжение притупляет ум.

Такой ребенок вырастает в семье, где все регламентировано, за непослушание строго наказывают, за проступок унижают, навешивают ярлычок.

На школьное наказание он может отреагировать жестокостью в отношении кого-то более слабого, а в ответ на строгость – начать добиваться желаемого тайком. Чем строже наказание – тем, вопреки ожиданиям многих педагогов, сильнее эти проявления. Запрещаемое станет интересно вдвойне – и ребенок найдет способ обойти запрет, не стесняясь в средствах.

Единственный способ переломить ситуацию – перестать применять все более и более суровые средства и начать пробуждать в ребенке заинтересованность, стремление рассуждать, правдивость. Он должен почувствовать, что его любят, желают ему добра, готовы доверять ему и возлагать на него обязательства.

Угнетенный. Тихий, серьезный, скромный, усидчивый и трудолюбивый. Зачастую одарен эстетически и охотно занимается творческой деятельностью. Редко принимает участие в играх других детей. Крайне сдержанно выражает эмоции, как положительные, так и отрицательные. Очень самокритичен, во всех неудачах обвиняет себя. Зато с окружающими мягок, нетребователен к ним, с благодарностью относится ко всякой услуге, не предает товарищей, даже если сам за это может пострадать. Способен к глубокому сопереживанию, но не терпит ласки. В невзгодах проявляет невероятную стойкость, да и вообще нетребователен к условиям, что впоследствии, во взрослой жизни, может перерасти в аскетизм и привести к болезням.

Такие дети обычно вырастают в бедных семьях с работящими и добрыми родителями, которые делают для них все возможное и не ропщут на судьбу.

Наказывать ребенка угнетенного типа обычно не за что. А вот помочь ему педагог вполне способен: надо научить его уверенности в себе, более широкому – не прикованному к одному только рациональному опыту – взгляду на мир. Этот тип, как и добродушный, очень хорош для воспитания.

Бесспорно, типология Лесгафта до сих пор может служить хорошим подспорьем для учителей, если они готовы наблюдать, делать выводы и применять индивидуальный подход к школьникам. Не менее полезна она и для родителей, ибо наглядно показывает, к чему приводят их действия.

«НОРМАЛЬНЫЙ ТИП». Как истинный ученый-практик, Лесгафт говорит о том, что должно стать результатом всех правильных действий как в семейном, так и в школьном воспитании. Этот результат он именует нормальным типом ребенка. Но – тут же предупреждает он – тип этот идеален, а не реален, это ориентир, абсолют, к которому надо стремиться. И, как полагается абсолюту, он развивается в идеальных условиях и подвергается исключительно правильным педагогическим манипуляциям.

Спектр этих условий, как мы понимаем, чрезвычайно широк. Это и наследственность (ее значение автор, как и полагается врачу, не преуменьшает и не преувеличивает), и особенности внутриутробного развития, и обстоятельства рождения и ранних лет. А школьное образование должно опираться на то положительное, что в ребенке уже заложено природой и семейным воспитанием.

Ребенок должен чувствовать любовь и заботу, что ему готовы доверять и возлагать на него ответственность.

Подробно останавливается ученый на физиологических основах обучения: он освещает путь от впечатления к знанию, который возможен только благодаря вниманию. Подход, во многом совпадающий с идеями, высказанными Лесгафтом, ныне вошел во все учебники по основам педагогики, равно как и главная мысль: следует учить ребенка проходить весь этот путь с помощью размышлений. Давать готовые знания, полагаясь только на память, вредно. А вот размышления способствуют не только умственному развитию, но и нравственному. Хотя нравственное развитие, добавляет автор, невозможно без положительного примера окружающих.

Идеальные условия для воспитания ребенка нормального типа вообще исключают наказание. Даже в реальных условиях наказанием не стоит злоупотреблять – само по себе наказание никого не может исправить.

И неизменно возвращается Лесгафт к гармоничному развитию способностей ребенка, к необходимости смены впечатлений и занятий. Это не только разовьет, но и поможет определиться с будущей сферой приложения усилий в зрелые годы.

Гуманистические принципы и практическая направленность книги Лесгафта, как легко убедиться, не утратили актуальности и по сей день.

П. Ф. ЛЕСГАФТ

Петр Францевич Лесгафт родился 20 (по другим источникам – 21) сентября 1837 года в Петербурге в семье ювелира. Домашнее воспитание, затем три класса гимназии и ученичество у аптекаря. В 1856 году с серебряной медалью окончил гимназию и поступил в Санкт-Петербургскую медико-хирургическую академию. В 1865 году защитил диссертацию на степень доктора медицины, а через три года – еще одну, на степень доктора хирургии. С 1868 по 1871 год преподавал в Казанском университете, впоследствии работал врачом в частном гимнастическом учреждении и в военном ведомстве, где создавал программы по улучшению физического воспитания. Читал лекции по анатомии в Петербургском университете, продолжая заниматься научными изысканиями. На средства, собранные учениками и общественностью, основал ряд научных и учебных заведений, в том числе курсы воспитательниц и руководительниц физического образования – первое в мире высшее женское учебное заведение, готовившее специалистов по физическому воспитанию.

Скончался 28 ноября 1909 года в Египте, где находился на лечении.

Георг Кершенштейнер

Понятие трудовой школы

(1912)

«…суть трудовой школы заключается в том, чтобы дать минимум знаний и максимум умений, навыков, трудолюбия, а также соответствующие гражданские убеждения».

В ДВУХ СЛОВАХ

Школа, где получают только знания, должна во имя процветания государства и общества уступить место школе, в которой ребенок обретает навыки ручного труда и профессиональные навыки. Именно за такой школой будущее.

Немецкий педагог Георг Кершенштейнер вошел в историю педагогики как создатель и популяризатор двух педагогических концепций – «гражданского воспитания» и «трудовой школы», имевших большую популярность в Германии и оказавших влияние на многих педагогов за рубежом. Не случайно Кершенштейнер, согласно решению, принятому ЮНЕСКО в 1988 году, признан одним из четырех педагогов, определивших способ педагогического мышления в XX веке, и оказался в одном ряду с такими знаменитостями, как Джон Дьюи, Мария Монтессори и Антон Семенович Макаренко.

Обе концепции, принесшие Кершенштейнеру известность, глубоко патриотичны по сути и призваны, по мнению педагога, способствовать гражданскому миру в стране и упорному, одухотворенному труду во имя ее процветания. Понятно, что они подходят не только для одной страны, но и могут быть адаптированы для любой другой страны. До сих пор многое, хотя и не все, из методик Кершенштейнера может быть использовано в педагогической практике.

Весьма здраво выглядит мысль педагога (опять же, общая для обеих концепций), что ребенок от природы имеет способность работать, пробовать, заниматься творчеством, переживать события и чувствовать явления. Способность эта напрямую связана с тем, что окружает ребенка. А значит, книжные знания не так для его интересны, как практические занятия. Книжные знания, продолжает развивать свою мысль педагог, могут только дополнять взятое ребенком у школы жизни, следовательно, потребность в них возникает тогда, когда это подсказывает практический опыт, но не раньше. Если же изначально ограничить образование ребенка чужой, данной ему в готовом виде книжной премудростью, то не стоит удивляться, что должного интереса так и не возникнет, да и к взрослой жизни «книжная школа» готовит ученика весьма посредственно.

Хотя, следует признать, в соответствии с представлениями и потребностями своего времени Кершенштейнер проводил черту между детьми простых людей и детьми из состоятельных семей. Для последних, по его мысли, вполне подходят обычные классические гимназии с их «книжным» образованием.

Тем не менее его методики трудового воспитания отличаются продуманностью и простотой практического воплощения. И это поняли еще современники Кершенштейнера: экспериментальные трудовые школы появились в его родном Мюнхене и других городах Германии.

ШКОЛА БУДУЩЕГО. Кершенштейнеру образование будущего виделось таким: с трех до шести лет ребенок посещает детский сад, далее, до десяти лет – начальную народную (мы бы сказали – общеобразовательную) школу.

Но уже с десятилетнего возраста дети разделяются в зависимости как от способностей, так и от происхождения. Одни идут в гуманитарные, естественнонаучные, технические гимназии, которые готовят их к поступлению в вуз определенного профиля. Гимназии тоже дают навыки элементарного ручного труда, но приоритет в них имеет «книжное» знание, готовящее учащихся к умственному труду. Другим предстоит продолжить обучение в так называемых высших классах начальной народной школы в течение еще 3–4 лет. Здесь прививаются самые различные навыки, формируются умения, которые окажутся полезными в дальнейшем. В процессе обучения ученики еще и воспитываются добросовестными, старательными, любящими свое дело, организованными и дисциплинированными, верными гражданскому долгу. Для более серьезной профессиональной подготовки учащиеся, которые уже занимаются каким-то трудом непосредственно на производстве, на протяжении последующих 3–4 лет посещают дополнительные вечерние школы.

Эта система была революционной для своего времени – и вот что парадоксально: ее революционность была призвана не допускать революций. Необразованный, слабо развитый в моральном и политическом отношении пролетариат представлялся педагогу-новатору источником угрозы общественному спокойствию и стабильности государства.

Согласитесь, система, предложенная Кершенштейнером, по-немецки прагматична. Всестороннее развитие личности, о котором из века в век говорили педагоги-гуманисты, здесь поставлено в подчиненное положение по отношению к рациональным потребностям общества. Развитие это не исключено полностью, но оно сопутствует труду – и никак иначе. Труд, полагает педагог, есть мощное средство умственного развития. Но развитие это он понимал как способность мыслить. Познания, никак не связанные с практической деятельностью, он призывал свести в трудовой школе к минимуму. Пробудить радость от труда во имя службы государству – таков один из основных постулатов системы Кершенштейнера.

От рождения дети умеют работать, изучать, пробовать, заниматься творчеством, чувствовать, переживать события. Эта способность напрямую связана с их окружением. Значит, детям не подходят книжные занятия, в отличии от практических.

Для того чтобы ребенок полюбил труд и правильно развивался в труде, нужно соблюдать несколько условий. Одно из них – посильность. Причем, говоря о посильности, Кершенштейнер имеет в виду не только физические возможности ученика на определенном этапе его жизни, но и психологические особенности возраста. Маленький ребенок, да и подросток не любит однообразия. Значит, нужно обширное поле ручного труда.

Мощным подспорьем в мотивации ребенка должно стать соблюдение второго условия: приобщение малыша к труду, которым занимается его семья и занимались его предки. Трудно не заметить связи этого условия с другой концепцией Кершенштейнера – концепцией гражданского воспитания. Ведь Отечество для ребенка начинается именно с семьи и с традиций.

Третье условие – коллективный труд вместе с товарищами. Это увлекательнее, чем работа в одиночку, коллектив – общество в миниатюре, да и соревновательность – отличный стимул к достижению успеха.

ВОПЛОЩЕНИЕ МЕЧТЫ. В школах, работавших по системе Кершенштейнера, сначала были введены обязательные занятия на кухнях. Затем были организованы пришкольные хозяйства – сады, цветники, огороды, птичники и т. п. Одним словом, созданы условия для любого производительного труда, который доступен детям в силу их психофизиологических особенностей и который может быть им по душе.

Для юношей-старшеклассников создали деревообрабатывающие мастерские и мастерские по обработке металла. Реформированию подверглось и преподавание многих дисциплин. Так, физика и химия стали делать упор на эксперимент, рисование – на развитие пространственного мышления и т. п. И это, безусловно, было хорошей подготовкой к трудовой жизни.

В Мюнхене Кершенштейнер несколько лет руководил народным образованием. В числе прочих нововведений были и пресловутые дополнительные школы, готовящие рабочих разных специальностей и специалистов, как бы мы сейчас сказали, сферы обслуживания. Одним словом, выпускником дополнительной школы мог быть как токарь, так и парикмахер. Современному человеку идея совмещения работы и учебы вряд ли представится очень уж удачной – это скорее вынужденная мера. Однако для начала прошлого века это был прогрессивный шаг: Кершенштейнер добился того, что на протяжении всего срока обучения владельцы предприятий освобождали своих работников еженедельно на 8–10 часов для учебы. Знания в этих школах давались почти исключительно в связи с практикой той или иной специальности. Большая часть времени отводилась на совершенствование профессиональных навыков.

Учебно-производственная база, созданная Кершенштейнером, для его времени тоже была огромным достижением. Не удивительно, что его труды как просветителя и организатора были весьма высоко оценены современниками.

ТРУД И ВОСПИТАНИЕ. Два этих понятия везде у Кершенштейнера идут рука об руку. Религиозное воспитание, гражданское воспитание осуществляются в процессе труда. Послушание, прилежание – то, что требуется от христианина и гражданина.

Но и без воли человек не может быть ни хорошим работником, ни хорошим солдатом, если в том возникнет необходимость. Значит, воля, инициативность, целеустремленность и должны быть изначально сориентированы именно на это. Таким образом, и в воспитании труд занимает центральное и главенствующее место.

Не размениваясь на мелкие задачи, Кершенштейнер ставил перед педагогами трудовой школы цель воспитать характер и выработать полезные привычки. «Образование характера» он считал главным результатом правильного трудового воспитания.

В формировании коллективизма, как и во многом другом, педагог выходил далеко за пределы требований непосредственно образования. Пожалуй, всегда и везде он думал об обучении и воспитании в приложении к нуждам общества. Вот и в этом случае ему виделось, что потребность в коллективизме позволит укрепить профессиональные объединения рабочих для взаимопомощи. В этом ему тоже виделся залог спокойствия в стране – появлялись дополнительные социальные гарантии.

И конечно же, Кершенштейнер не прошел мимо вопроса о воспитании самостоятельности. Самым лучшим воспитанием он считал то, которое делает воспитателя все более и более излишним.

Ныне многие идеи Кершенштейнера выглядят явно устаревшими. Но само трудовое воспитание давно и прочно укоренилось в практике образования.

Г. КЕРШЕНШТЕЙНЕР

Georg Michael Kerschensteiner)

Георг Михаэль Кершенштейнер родился 29 июля 1854 года в Мюнхене. По окончании Мюнхенского университета работал преподавателем в коммерческих училищах и гимназиях в Нюрнберге, Швайнфурте и, наконец, в Мюнхене.

В 1918 году стал профессором Мюнхенского университета.

Под влиянием идей И. Песталоцци о необходимости связать школу с жизнью разработал свои концепции гражданского воспитания и трудового воспитания.

Основные работы: «Профессиональное воспитание немецкого юношества», «Понятие гражданского воспитания», «Характер и его воспитание».

Умер 15 января 1932 года в Мюнхене.

Джон Дьюи

Демократия и образование

(1916)

«…только лишь извлекая здесь и теперь полный смысл из всякого получаемого нами опыта, мы готовимся делать то же самое в будущем. Это единственная подготовка, которая в дальней перспективе чего-нибудь стоит».

В ДВУХ СЛОВАХ

Образование должно быть не процессом передачи информации, а развитием умения исследовать жизнь с помощью эксперимента. Благодаря эксперименту человек получает осознанный социальный опыт.

Уже само название книги подсказывает – ее написал сторонник гуманистической педагогики. А если знать, что ее автор представляет философское направление, именуемое прагматизмом, можно предположить, что педагогические идеи Джона Дьюи будут лишены отвлеченности, жестко связаны с практикой. И мы не ошибемся. Опыт – ключевое понятие философии Дьюи, перенесенное им и в педагогику.

Самое главное в жизни человека, убежден он, – это социальный опыт. Коллективный социальный опыт, воспитание подрастающего поколения – поистине нового поколения! – создадут, по мнению Дьюи, более совершенное общество, нежели то, каким оно является сейчас. Активная деятельность этого американского философа и педагога пришлась на последнюю треть XIX – первую половину XX века, время невиданных мировых потрясений. И его неизменное стремление к стабильному, разумному, социально ориентированному будущему в связи с этим становится особенно понятным.

Как и все практики, он не просто мечтал – он создавал школу нового типа и методики для нее. Место привычного заучивания должны были занять проблемные ситуации, естественные или искусственно организованные, открывающие дорогу эксперименту. Его идеи апробировались тоже на практике, на специальных экспериментальных площадках – в созданной им школе-лаборатории при Чикагском университете и в других учебных заведениях, где работали его последователи. И пусть столь масштабный эксперимент не привел к какому-то глобальному результату, методы Джона Дьюи органично вошли в образовательные системы целого ряда стран, включая, разумеется, США.

У нас в стране идеи Дьюи внимательно изучались в 20-е годы прошлого века, но так и не были взяты на вооружение. Сейчас происходит возвращение его книг к российскому читателю, и многие из идей, высказанных столетие тому назад, оказываются актуальны и сегодня.

ОПЫТ И ОБНОВЛЕНИЕ ЖИЗНИ. Как мы все знаем, развитие цивилизации возможно благодаря тому, что опыт передается из поколения в поколение. Цивилизация развивается, подобно живому организму. А что же такое жизнь, если вести речь не о физиологической сути? Жизнь, формулирует Дьюи, – это весь спектр человеческого опыта, как индивидуального, так и коллективного; это и традиции с обычаями, и государственное устройство, и религия, и культура – материальная и духовная.

И именно он, опыт, обеспечивает ту преемственность, без которой невозможна была бы жизнь цивилизации. А опыт передается в процессе образования.

Под образованием педагог понимает все, с чем сталкивается растущий человек, весь его опыт жизни среди людей, опыт общения, потоки информации. Без этого не может развиваться ни отдельный человек, ни цивилизация вообще.

ОТ МЕХАНИЗМА К ОБЩЕСТВУ. Благодаря различным способам передачи информации – а со времен Дьюи их количество значительно возросло – человек, даже непосредственно не контактируя с обществом, не перестает испытывать на себе его влияния. С другой стороны, даже совместная работа не всегда создает общество. Главный признак социума – осознание общей цели. Это осознание должно прийти к человеку в процессе общения.

От этой мысли Дьюи переходит к еще более глубокой и важной для воспитателя: никого невозможно заставить осознать и принять общую цель в приказном порядке. Социальный механизм работать будет, но собственно обществом эту группу индивидуумов назвать будет нельзя. Равно как приказ нельзя приравнять к полноценному общению (не правда ли, самое время вспомнить о названии рассматриваемой нами работы Дьюи?).

Дьюи считает, что социальный опыт – самое главное в жизни человека. Коллективный социальный опыт, воспитание подрастающего поколения создадут более совершенное общество, нежели то, какое есть сейчас.

Воспитатель должен осознавать, для чего и как он действует. Опыт предварительно нужно сформулировать, причем понятным другому человеку образом, т. е. посмотреть на опыт глазами воспитанника.

Именно этим целенаправленное образование будет отличаться от получения опыта просто в процессе жизни человека среди людей (такой опыт Дьюи называет случайным). А в целенаправленном образовании, как известно, главную роль играет школа.

ШКОЛА КАК ОПЛОТ ЦИВИЛИЗАЦИИ. В примитивном обществе нет необходимости в специальном месте, где взрослые передают опыт детям, достаточно повседневного непосредственного усвоения знаний и умений, а если требуется что-то сверх того – в дело вступают традиции. Но чем сложнее общество, тем больше информации самого разного рода приходится усваивать детям. И тут уже не обойдешься непосредственным ее извлечением из реальности. Нужны надежные способы ее передачи, иначе говоря – нужна школа с ее организацией образовательного процесса.

От непосредственного способа образования Дьюи, не первым и не последним среди педагогов-гуманистов, призывает взять игру. Но, в отличие, например, от своей современницы Марии Монтессори, не абсолютизирует игровые методики, а, напротив, говорит об «узости возможностей, предоставляемых этим способом образования». Тут он выступает с позиций прагматизма.

Гуманизм же не позволяет ему возвести в абсолют привычное для многих его современников формальное обучение. Оно, полагает Дьюи, быстро отрывается от реальности и становится книжным, абстрактным, мертвым. И – снова выступает на первый план прагматик – бесполезным для практического применения.

Вывод очевиден: важно установить равновесие между непосредственным и целенаправленным, формальным и неформальным в методиках образования.

Школа должна быть – не больше и не меньше – оптимальной окружающей средой, правильно воздействующей на учеников. Именно на этом настаивает Дьюи: среда должна не давить, а воздействовать. В идеале она должна быть естественной, то есть необходимой для жизнедеятельности, как вода для рыбы. И кроме того, побуждать к деятельности, ведь усвоение социального опыта требует активности.

Детей не следует тренировать, как животных. Воспитатель формирует человека. Не правда ли, этот вывод Дьюи вполне может стать девизом современных педагогов?

Для педагога образование – это все, с чем сталкивается растущий человек, весь его опыт жизни среди людей, опыт общения, потоки информации.

Сам по себе школьный коллектив, конечно, ценности и побуждения не создает – это итог долгого развития народа или даже всей цивилизации, но он указывает достойные объекты.

Дух и атмосфера окружения постепенно формируют речь, манеры, эстетический вкус, ценностные ориентиры.

Роль взрослых автор оценивает в традиционном для педагогов-гуманистов ключе: они должны ненавязчиво контролировать школьную среду. Мы, говорит Дьюи, воспитываем не напрямую, а при помощи среды.

Как видно из сказанного выше, он предъявляет к среде очень высокие требования. В его концепции школьная среда – это, так сказать, дистиллированный вариант общества: она отбирает лишь те характеристики социума, которые достаточно фундаментальны и могут быть восприняты ребенком.

Отсюда же вторая функция школьной среды: противодействие негативному влиянию социальной среды. На этот раз проще – означает чище.

Третья функция – расширение социальных горизонтов растущей личности. Это было весьма актуально для США в тот период, когда создавалась книга: расовые и религиозные границы разделяли людей не менее надежно, нежели границы социальные. Ныне проблема стоит уже не так остро, однако различия в уровне жизни, в культурном уровне той семейной среды, из которой приходит в школу ребенок, и т. д. по-прежнему имеют значение. А значит, школа должна учитывать этот аспект.

Все эти функции реализуются исключительно в коллективной деятельности.

РАСТУ НАД СОБОЙ. Рост, развитие и есть жизнь индивидуума, коллектива, общества, цивилизации – к этому тезису Дьюи возвращается вновь и вновь.

И если физическое развитие характерно для молодого организма, то развитие духовное продолжается на протяжении всей жизни человека. Отличие в том, что у детей в процессе образования закладывается база для последующего развития. Однако автор не отдает приоритета в развитии ни детям, ни взрослым. Дети не могут решать сложных задач, зато взрослому еще надо дорасти до детской открытости познанию, до непосредственности реакций на новое.

И с этим тезисом трудно не согласиться. Чтобы взрослое восприятие не стало косным, надо корректировать его по восприятию детскому. Особенно важно это для педагогов – иначе они не смогут в полной мере использовать специфику детского познания для получения результата. А конечным результатом, по Дьюи, должно стать гармоничное вхождение растущего ребенка во взрослое общество. Если педагог осознает это – он воздержится и от давления на ребенка, и от вредной идеализации детства, порождающей в итоге инфантилизм у воспитанников и, как следствие, усложняющей их переход во взрослое общество.

Правильно организованная школьная жизнь, уверен Дьюи, должна привить ученику стремление к непрерывному росту, которое он возьмет с собой в будущее. Иначе говоря, еще один необходимый результат образования – это обретение растущим человеком способности к дальнейшему образованию.

Не обходит стороной Дьюи и вопрос об индивидуальном подходе. Учитывая врожденные способности и приобретенные стремления ученика, проще достичь результата в любой деятельности. И – вновь и вновь повторяет педагог – цель должна быть близкой и понятной самому ученику, а не привнесенной извне.

Чтобы взрослое восприятие не стало косным, его нужно корректировать детским. Это особенно важно для педагогов – иначе они не смогут в полной мере использовать специфику детского познания для получения результата.

Ребенок живет среди людей, ему предстоит стать полноправным членом человеческого общества – а значит, нет причин придумывать цели. Их подсказывает сама жизнь, чуждая мертвой дидактике. Значит, и методический материал тоже дает жизнь – такова основа основ методики Дьюи, органично вошедшая в современные концепции образования.

Д. ДЬЮИ

Джон Дьюи родился 20 октября 1859 года в семье табачного фабриканта.

По окончании школы учился в Вермонтском университете по программе свободных искусств, особое внимание уделяя философии, а затем преподавал в частной школе и различных университетах, не прерывая любимого занятия. Доктор философии, автор десятков статей и книг. Трудясь в русле такого философского направления, как прагматизм, разработал одно из его направлений – инструментализм, ставящий цель преобразования и развития человеческого опыта во всех сферах жизни.

В 1919 году он стал одним из основателей Новой школы социальных исследований в Нью-Йорке. Обеспечение прав человека и совершенствование демократического государства – вот что сам Дьюи считал главным в своей деятельности.

В 1928 году Дьюи посетил Советский Союз по приглашению Наркомпроса, планировавшего воплотить его методики в жизнь.

В годы Второй мировой войны – последовательный противник идеологии нацизма.

В 1946 году, в возрасте 87 лет, Дьюи вступил во второй брак. Он и его супруга взяли на воспитание двух детей, брата и сестру, осиротевших во время Второй мировой войны.

Последние пять лет жизни Дьюи провел на ферме в Пенсильвании.

Скончался 1 июня 1952 года.

Жан Пиаже

Речь и мышление ребенка

(1932)

«В детском воображении имеется… удивительная способность отвечать на все вопросы гипотезой или неожиданным доводом, устраняющим все трудности. Для ребенка нет такого „почему”, которое осталось бы без ответа».

В ДВУХ СЛОВАХ

Речь и мышление ребенка развиваются параллельно и взаимосвязанно: развитие мышления помогает формироваться речи, речь способствует постижению мира и, таким образом, воздействует на мышление.

Речь – это то, что отличает человека от животных. Она – следствие длительного развития человечества и развития самого человека. Она же – способ постижения мира, средство развития мышления.

То, что речь и мышление связаны, люди поняли очень давно. Многие педагоги-гуманисты обращали особое внимание на речь, а швейцарский педагог и психолог Жан Пиаже в начале XX века раскрыл ее взаимосвязь с мышлением во всей полноте.

Известно, что развитие речи, как и развитие психики, происходит в процессе социализации; то есть вне общества человек остается в первобытном состоянии и лишен речи (снова и снова вспоминаем о случаях, когда дети вырастали среди животных, как герой Киплинга Маугли).

Ребенок же, выросший среди людей, не просто говорит: он стремится удовлетворить определенные потребности. Даже крик младенца – это всегда вполне определенное требование: он голоден, ему нездоровится… В дальнейшем речь служит для выражения мыслей и чувств. В процессе общения со взрослыми и с другими детьми ребенок обучается.

Понимание, как именно взаимодействуют речь и мышление, поможет педагогу более результативно использовать слово.

ДВА ВИДА РЕЧИ, ТРИ СТАДИИ МЫШЛЕНИЯ. Педагогу нужно уметь не только говорить, но и слушать. Из разговоров детей, например, в процессе игры или рисования можно узнать немало о них.

Все разговоры детей Пиаже делит на две большие группы – эгоцентрическую и социализированную.

С социализированной речью все понятно: это общение, благодаря которому в данном примере дети взаимодействуют друг с другом, решают какие-то общие задачи. Ребенок о чем-то информирует своего товарища, убеждает или критикует его, задает вопрос или отвечает.

С речью эгоцентрической мы тоже прекрасно знакомы. Наверное, каждому доводилось замечать, что, переговариваясь, маленькие дети иногда остаются на своей волне. Они рассказывают о чем-то значимом только для них, не побуждая своих товарищей отвечать и не слушая, что в это время говорят другие дети. Фактически такая речь – средство самовыражения. Ребенок может повторять что-то просто ради удовольствия, по сути, это отголосок младенческого лепета. Он может думать вслух. И наконец, он может просто рассказывать о себе, выражать какие-то свои мысли, не заботясь о мнении собеседника.

Речь, полагает Пиаже, отражает развитие мышления ребенка.

У младенца, по терминологии ученого, аутистическое мышление. Это пока еще не вполне оформленные образы и грезы, это первоначальное узнавание мира. В речевом плане от отдельных звуков ребенок переходит к звукоподражанию (мы все знаем, что едва начинающие говорить дети вместо «лягушка» говорят «ква-ква», вместо «собака» – «гав-гав», да и технические достижения, где только возможно, именуются за счет звукоподражания: «пылесос» – «у-у-у», «машина» – «би-би» и т. п.).

Затем появляется все увеличивающийся набор отдельных слов, далее слова связываются в словосочетания и предложения. Ребенок все реже требует чего-то криком, все чаще находит слова. Понятно, что это социализированная речь. Но в общем потоке речи малыша она все еще занимает небольшое место. Куда чаще он разговаривает с целью самовыражения, он «играет» словами, как до того играл своими ручками и ножками. То есть главное место в его жизни занимает эгоцентрическая речь. И мышление в период с 2–3 лет до 11–12 Пиаже называет эгоцентрическим, по аналогии с ведущим видом мышления.

Развитие речи, как и развитие психики, происходит благодаря социализации; то есть вне общества человек остается в первобытном состоянии и лишен человеческой речи.

С возрастом оно становится все более и более социализированным – и ему соответствует социализированная речь.

Что может почерпнуть для себя из этой типологии взрослый, работающий с детьми? Совершенно очевидно, что все годы в детском саду и добрая половина школьных лет ребенка приходятся на эгоцентрическую стадию мышления. Так следует ли раздражаться, когда ребенок не сразу слышит взрослого, не может моментально остановить поток своей речи, не взаимодействует с товарищами во время какого-то занятия? В этот момент он тоже творит себя.

КАК РЕБЕНОК РАЗМЫШЛЯЕТ И ВЗАИМОДЕЙСТВУЕТ? В период с 4 до 7 лет происходит изменение пропорций: если в начале этого периода у ребенка есть только зачатки умения взаимодействовать с окружающими, то потом он начинает все увереннее и увереннее сотрудничать с ними, по терминологии Пиаже, «в конкретном мышлении». «Дай мне карандаш», – просит он у своего товарища. Затем проявит себя и будет занимать все более активную позицию в общении уже в другой позиции: «в абстрактном мышлении». Дети попробуют объяснить собственные побудительные мотивы действий и спросят взрослого или другого ребенка, почему он поступил так, а не иначе. Многочисленные «а как?..», «а правда ли, что?..» выведут познание ребенком действительности на новый уровень.

Ясно, что все ярче и ярче будет проявляться собственное мнение ребенка. А значит, не избежать ссор и споров – сначала примитивных, «кто кого переупрямит», а потом и настоящих, с попытками аргументации.

Ученый собрал множество фактов и на их основании выдвинул очень убедительную гипотезу: стадия сотрудничества и настоящего спора начинается к 7–8 годам. Это свидетельствует о том, что мышление ребенка развилось до стадии логического, он уже способен систематизировать свои взгляды, чтобы избежать противоречия между ними, но пока еще далеко не всегда стремится к тому, чтобы иметь одно определенное мнение по тому или иному предмету.

Обратили внимание на возраст, к которому формируется логическое мышление? Ну конечно же, это возраст первоклассников-второклассников! Психофизиологические особенности ребенка в этом возрасте таковы, что он вполне готов к школьному обучению, и взрослый уже в полной мере может апеллировать к способности детей сопоставлять и делать выводы.

Но если попросить одного ребенка лет семи что-то объяснить другому ребенку такого же возраста (после предварительного рассказа взрослого первому ребенку), вряд ли попытка будет удачной. Снова обращаемся к тому, что дети этого возраста, в силу недостаточного пока социального опыта, – эгоцентрики. Они оперируют не общепринятыми понятиями, а теми, которые возникли на уровне их восприятия. К тому же семилетний ребенок не может должным образом раскрыть причинно-следственные связи. У ребенка-слушателя – свой круг понятий, а в условиях, когда еще и связь событий нарушена, он поймет разве что отдельные элементы рассказа, а не рассказ в целом.

Понимание, как именно взаимодействуют речь и мышление, поможет педагогу правильнее подбирать слова.

Наверное, излишне говорить о том, что воспитатель детского сада или учитель начальной школы должен учитывать эту особенность детей и не увлекаться формами работы, связанными с пересказом детей друг другу, – это не даст значительных результатов.

И только тогда, когда социализация возьмет верх над эгоцентризмом, ребенок приобретет способность связно рассказывать, у него появится некоторая доля объективности, без которой он не может быть нормально понят слушателями.

Вместе с развитием абстрактного мышления приходит умение ассоциировать. Так, дети 9–11 лет с большей или меньшей уверенностью правильно интерпретируют пословицы, а это уже убедительное свидетельство того, что абстрактное мышление развивается – разум ребенка поднимается над прямым значением слов и постигает образ.

В этом возрасте у ребенка наиболее бурная фантазия – нет, пожалуй, ни одного явления, которое он не смог бы так или иначе объяснить. Это своего рода вершина эгоцентризма, лучшее его достижение.

МИР ЛЮДЕЙ. По мере социализации ребенок овладевает критическим мышлением – и подростковый возраст отличается стремлением многое подвергнуть сомнению и отказом объяснять ряд явлений и фактов потому, что их на нынешнем уровне развития ребенка, как он сам понимает, невозможно объяснить.

И вот наконец он в полной мере входит в мир людей. И за счет мышления и речи уже вполне сознательно выстраивает свои отношения с ними.

У детей до семи лет наблюдаются, например, сложности с определением таких понятия, как «брат», «сестра», «семья», «родина». И если совсем маленькие дети просто не могут подобрать нужных слов, то дети постарше (даже и восьми, и девяти, и десяти лет) дают слишком формальное определение, содержащее логическую ошибку именно из-за своей формальности. Скажем, семья определяется как «люди, живущие в одной квартире». Значит, отдельно бабушки и дедушки, дяди и тети, взрослые старшие братья и сестры – не семья?

Многогранные определения, наполненные эмоциями, тоже появляются с развитием социального опыта. Если до того ребенок мог судить обо всем только с собственной, индивидуальной точки зрения, то после 12 лет у него постепенно формируется способность становиться на позицию собеседника. Одним словом, хотя его кругозор и жизненный опыт не столь велики, как у взрослого, механизмы рассуждений уже такие, какими будут далее в течение жизни. А значит, и методики обучения и воспитания должны поменяться.

Главное, что может вынести из книги Жана Пиаже читатель, – понимание психологических отличий ребенка от взрослого. А это, согласитесь, залог гармоничного взаимодействия между воспитателем и воспитанником.

Ж. ПИАЖЕ

(Jean William Fritz Piaget)

Жан Вильям Фриц Пиаже родился 9 августа 1896 года в швейцарском городе Невшатель в семье профессора средневековой литературы.

Еще до окончания школы будущий ученый опубликовал ряд работ по биологии, а к двадцати годам стал признанным специалистом по моллюскам. Защитил диссертацию по естественным наукам и получил степень доктора философии в университете родного города, но затем увлекся психоанализом и ныне больше известен как выдающийся психолог.

Жил в Париже, преподавал в школе для мальчиков, где на основе своих наблюдений начал разрабатывать теорию развития мышления ребенка.

В 1921 году, по возвращении в Швейцарию, Пиаже стал директором частной школы в Женеве, известной как Институт Руссо, а с 1929 по 1968 год занимал пост директора Международного бюро просвещения.

Написал более 60 книг и несколько сотен статей.

Скончался 16 сентября 1980 года в Женеве.

Станислав Теофилович Шацкий

Бодрая жизнь

(1915)

«Развитие художественных запросов детей отражается на возникновении новых, интересных для них видов труда: дети строят планы и наполняются радостной тревогой осуществления. В конце концов выявляется идейная сторона детского общества, которая дает сильный толчок умственным, самостоятельным запросам».

В ДВУХ СЛОВАХ

Правильно организованный труд без принуждения со стороны взрослых благотворно влияет на личность ребенка.

Вряд ли есть человек, который никогда не слышал бы о «стране ФЭД» – колонии имени Дзержинского или о «республике ШКИД» – школе-колонии имени Достоевского. Обе приобрели известность благодаря литературе и кино, обе давно стали символами самоотверженного труда учителей в сложные для страны 20-е годы XX века.

А вот об их «старшей двоюродной сестре» – летней трудовой колонии «Бодрая жизнь», существовавшей еще до Октябрьской революции, знают, пожалуй, только педагоги да интересующиеся проблемой читатели, которым попала в руки одноименная книга Станислава Теофиловича Шацкого.

Мы назвали «Бодрую жизнь» «двоюродной сестрой» в связи с тем, что предназначалась она не для беспризорников, а для обычных городских ребят (правда, среди них было немало таких, которые уже испытали на себе негативное влияние улицы). Тем не менее родство между всеми колониями прослеживается – оно зиждется на трудовом воспитании и широком самоуправлении.

Итак, колония «Бодрая жизнь» была организована в 1911 году в качестве, как сказали бы ныне, экспериментальной площадки: работавшие в ней педагоги изучали закономерности формирования детского коллектива, возможности самоуправления, влияние трудовой деятельности, игры и искусства на интеллектуальное и социальное развитие.

Подобно всем тем, кто обратится к теме развития ребенка и коллектива через труд, создатель «Бодрой жизни» говорит о радости созидания, которая воздействует на ученика лучше любых наставлений, и о том, как благодаря собственной деятельности он по-новому открывает для себя мир. Одна из многих задач воспитателя – вовремя отреагировать на эти изменения, а значит, он тоже должен развиваться вместе с руководимым им коллективом. Задача, разумеется, непростая. Но без этого условия эксперимент вряд ли мог бы вообще состояться. Только учитель – старший коллега может достичь тех многочисленных целей, которые перечислены выше.

Еще одно условие эксперимента – создание особой среды, особого мира детства. Оба условия Шацкий сумел соблюсти. Как именно и к каким результатам это привело, он и рассказывает в своей книге.

МИР ВЗРОСЛЫХ И МИР ДЕТЕЙ. Новорожденный ребенок не имеет никакого социального опыта. И то, каким он войдет во взрослую жизнь, зависит от среды, в которой он будет расти.

Шацкий развенчивает заблуждение о том, что детство – совершенно благополучная пора в жизни человека. Мир, окружающий ребенка, – это мир взрослых. Особенно это касается городской жизни с ее темпом. Дети начинают жить жизнью взрослых, еще не разобравшись в ней, поначалу просто подражая. А раз отсутствует понимание, то отсутствует и отбор: дети берут и хорошее, и плохое.

Кроме того, сама природа ребенка такова, что ему куда-то надо прикладывать свои силы. Ненасильственно направить это стремление в нужное русло – дело взрослого. Но опять же сказывается занятость родителей: зачастую они обращают внимание на досуг ребенка тогда, когда уже произошли какие-то негативные изменения.

Живя в Москве и пронаблюдав нездоровые, не подходящие для детей условия большого города, Шацкий в 1905 году впервые предпринял попытку организации летней детской колонии для детей. Дети вместе с педагогами проживали на даче. Весь быт, включая уход за огородом и садом, был организован на основе самообслуживания. Понятно, что такая деятельность требует разделения труда, а предварительно нужно сформировать коллектив. Эта задача и была ведущей для педагогов на первом этапе. О том, что она была решена успешно, убедительно свидетельствует тот факт, что колония просуществовала три года.

Колония эта – прообраз будущей «Бодрой жизни» – была именно миром детей. Детей, рядом с которыми находились небезразличные, но не стремящиеся диктовать свою волю взрослые.

На холодный период года работа не прекращалась полностью, а видоизменялась в связи с тем, что центр ее перемещался в Москву. Общество «Детский труд и отдых» организовывало, как мы сказали бы сейчас, досуговую деятельность детей – внеклассные занятия, игры, спектакли и т. д., ограждая детей от негативного влияния улицы. В городском доме невозможно было вести работу по всем направлениям, намеченным педагогом, но непрерывность работы давала очень ценный результат – позволяла сохранить коллектив.

Ребенку необходимо куда-то прикладывать свои силы. Дело взрослого мягко направить это стремление в нужное русло.

Опыт, накопленный Шацким, был перенесен им в «Бодрую жизнь», основанную в живописном месте Калужской области. Подготовка началась еще в Москве: дети конструировали кровати, шили мешки для тюфяков, кухонные полотенца… Они работали два раза в неделю по два часа. Такая посильная нагрузка позволила не растратить энтузиазм, работа, по словам педагога, шла успешно и с подъемом.

Нельзя не оценить мудрость педагога и с еще одной стороны: задолго до отъезда дети проверили свои силы в труде, подготовились к тому, что предстоит сделать. Это позволило сократить подготовительный период на месте до минимума. Конечно, и расчистка территории, и строительство жилого помещения были заранее произведены взрослыми, но вся посильная работа по обустройству легла на ребят.

ПЕРВЫЕ ШАГИ. По прежнему опыту Шацкий уже знал, какая работа больше всего нравится детям. Первое место в «рейтинге» заняло приготовление пищи. Во все времена большинство матерей пытаются держать детей подальше от кухни – и из соображений безопасности, и просто потому, что дети будут крутиться под ногами, отвлекать. И тем больше кухня привлекает ребенка – это возможность почувствовать себя взрослым, выполняющим одну из самых важных бытовых обязанностей.

Одним словом, самый насущный вопрос совпал с личной заинтересованностью детей. Очередность выстроили самым разумным образом: первыми дежурят по кухне те, кто уже имеет опыт приготовления пищи, другие понемногу учатся. Поначалу с детьми находился на кухне кто-то из педагогов, затем необходимость в этом отпала. Не правда ли, сразу вспоминается убежденность целого ряда педагогов, и российских, и зарубежных, в том, что ответственность напрямую связана с той самостоятельностью, которую взрослые готовы предоставить ребенку?

Помимо разовых работ по обустройству и повседневных кухонных, нужна радостная работа на завтрашнюю перспективу, причем перспективу очевидную. Для этой цели был заведен огород.

Но ведь труд на земле требует сил и времени, возразят те, кто рьяно ратует за «беззаботное детство».

Замечание справедливое. И Шацкий заранее тщательно продумал распорядок дня в «Бодрой жизни», чтобы итогом пребывания в колонии для детей стала не усталость (о какой любви к труду в этом случае может идти речь), а радость – радость от обретенной самостоятельности, от общения с людьми, от полученных новых знаний и навыков.

При этом никто из взрослых ничего не навязывал ребятам. С первых же дней все вопросы обсуждались и решались на общих собраниях, проводимых дважды в неделю. Это не игра в самоуправление, до сих пор характерная для некоторых учебных заведений и ничего не прибавляющая к социальному опыту растущих людей, это настоящая детская демократия.

О ПОЛЬЗЕ САМОУПРАВЛЕНИЯ. Дети, как известно, мгновенно чувствуют фальшь и ведут себя соответственно. В «Бодрой жизни», по наблюдениям Шацкого, ребята очень скоро начали даже перерывы между работой на огороде использовать для обсуждения самого насущного вопроса: что можно улучшить в колонии?

А значит, пришла пора расширять самоуправление. И вот уже избранная детьми «экономка» ведает выдачей припасов и инвентаря, избранный детьми «хлебодар» занимается нарезанием хлеба, избранный детьми «инструментальщик» заботится о состоянии инструмента… И так далее.

Такого рода «разделение труда» – не просто воспроизведение реального достижения цивилизации. Оно реально помогло улучшить жизнь колонии, причем не за счет усилий со стороны взрослых, а за счет собственной работы детей. Вот почему все «ответственные лица» пользовались в коллективе заслуженным уважением. Как следствие, возросла «общественная активность» даже тех колонистов, которые поначалу не очень охотно выступали в качестве инициаторов чего-то нового.

Сначала появляется ответственность за свой труд, потом за другие поступки и даже слова.

В период становления колонии на общих собраниях не раз возникал вопрос о том, что кто-то не хочет работать – и однажды детьми даже принято было решение: каждый работает тогда, когда хочет, и делает то, что хочет. Вопреки опасениям педагогов, действовало это правило недолго: сами дети пришли к выводу, что тогда само существование «Бодрой жизни» теряет всякий смысл.

Волнения, все неудачи с лихвой окупались изменениями в поведении воспитанников: так, например, группа ребят по собственной инициативе занялась подготовкой земли под ягодник, о чем было написано объявление, вывешенное на виду у всей колонии. Одна инициатива, как и в случае с «должностями», повлекла за собой целый ряд новых.

Шацкий вывел связь: сначала появляется ответственность за свой труд, а потом и за другие поступки и даже за слова. Так как он имел дело с детьми из «низов», проблема искоренения бранных слов стояла очень остро. И в этом случае педагог тоже не стал форсировать события – к чистоте речи ребята пришли через осознание важности коллектива в своей жизни и уважение к нему.

РАЗВИТИЕ – ЗАКОН ЖИЗНИ. К концу лета в колонии были и дружный коллектив, и налаженный быт. Стоит ли удивляться, что следующим летом колония возросла численно. Настало время задуматься о собственной ферме, ведь через заботу о животных дети приобщаются к любви вообще ко всему живому.

Труд на земле теперь, по задумке Шацкого, должен был давать пищу для наблюдений и размышлений. Кроме того, зеленые насаждения украсили усадьбу.

Улучшался и быт: появились собственная прачечная со стиральной машиной и «общественная комната» – подобие знакомого всем нам актового зала, в котором проходили концерты и спектакли. Второй год существования «Бодрой жизни» ознаменовался постановкой пьес, написанных детьми и педагогами самостоятельно. Затем обустроили и уличную игровую площадку, очистив территорию от пней. Работа нелегкая, но дети сами вызвались сделать ее в предвкушении скорой радости.

Открылась и новая возможность для развития творческих способностей – появился журнал «Наша жизнь», который, кроме того, фиксировал успехи колонистов и побуждал их стремиться к очередным достижениям.

Быть колонистом стало, как сейчас сказали бы, престижно. Проводя вместе столько времени, дети научились заботиться и друг о друге, и о старших.

Так от простой радости движения на свежем воздухе дети перешли к осознанному труду, а от труда – к радости коллективного творчества, к стремлению к красоте, к очевидному прогрессу в умственном развитии. И пусть Шацкий ни в коей мере не считал свой эксперимент законченным, сомневаться в результатах просто невозможно. Неслучайно в последующие годы многое из опыта педагога снова и снова воплотилось в жизнь.

С. Т. ШАЦКИЙ

Станислав Теофилович Шацкий родился 1 (13) июня 1878 года в селе Воронино Смоленской губернии в дворянской семье. В 1885 году поступил в гимназию в Москве, а в 1893-м – в Московский университет, но вскоре перешел в Петровскую (Тимирязевскую) академию, избрав для себя профессию агронома. Выбор был сделан не случайно: в этот период Шацкий увлекся идеями Толстого, прежде всего – его взглядами на воспитание. Но и курс в академии он не окончил, в 1905 году отдав предпочтение учительской деятельности. Кроме того, с 1899 по 1901 год занимался в Московской консерватории по классу вокала, причем настолько успешно, что его пригласили в оперную группу Большого театра. Но и это не повлияло на его окончательный выбор.

Впрочем, учеба в консерватории все же оказалась для него судьбоносной: там он познакомился с В. Н. Демьяновой, пианисткой, своей будущей супругой и сподвижницей, а также основоположницей музыкально-эстетического воспитания в СССР.

Шацкий же считается основоположником дополнительного образования в России. В том же 1905 году вместе с единомышленниками он создал детский клуб на окраине Москвы, а в следующем году – общество «Сетлемент», просуществовавшее три года и в итоге закрытое полицией за пропаганду социализма среди детей. В 1909 году появилось общество «Детский труд и отдых», а в 1911-м – колония «Бодрая жизнь». В 1919 году колония влилась в Первую опытную станцию по народному образованию Наркомпроса РСФСР.

В течение последующих лет, до самой смерти, возглавлял Московскую консерваторию и Центральную педагогическую лабораторию. Стал инициатором создания при ней детского подготовительного отделения, которое впоследствии было преобразовано в центральную музыкальную школу.

Скончался 30 октября 1934 года.

Павел Петрович Блонский

Трудовая школа

(1919)

«…трудовое воспитание состоит в том, что ребенок планомерно и организованно упражняется в целесообразной деятельности, создающей из данных предметов предметы, полезные для человечества, т. е. обладающие потребительной ценностью».

В ДВУХ СЛОВАХ

В эпоху бурного индустриального развития и школа должна радикально поменяться, чтобы отвечать требованиям сегодняшнего и завтрашнего дня. Новая школа – это трудовая школа двух ступеней, которая в идеале должна дать человеку не только общее, но и политехническое образование.

Воспитание трудом, приобретение профессиональных навыков одновременно с получением знаний интересовало многих философов, педагогов, психологов в разные времена. Свое видение проблемы предлагали Платон, Песталоцци, Кершенштейнер, Выготский, Макаренко и многие другие.

Одним из отечественных ученых, разработавших убедительную концепцию трудовой школы, был Павел Петрович Блонский. Будучи человеком широких познаний, не только педагогом, но и психологом, и философом, процесс образования в учебных заведениях такого рода он рассматривал комплексно. Да что и говорить, даже цели, для которых организуется трудовая школа, виделись ему в комплексе: от ликвидации безграмотности до широкого политехнического образования.

Надо сказать, что проекты всеобщего политехнического образования существовали не только в трудах ученых. Целый ряд шагов в этом направлении был предпринят и в 20-е, и особенно в 30-е годы. Реализацию проектов прервали Великая Отечественная война и последующий трудный период восстановления народного хозяйства.

Тем не менее элементы трудового воспитания прочно вошли в систему общего образования. И идеи Блонского оказали немалое влияние на педагогическую практику.

Работая над книгой, Блонский не мечтал о том, чтобы она заняла почетное место на полке в кабинете ученого. Он хотел для нее совсем другой судьбы – он создавал практическое пособие по переустройству школы на современный лад, соответствующий требованиям времени. И момент для этого был выбран (а точнее, подсказан самой жизнью) самый что ни на есть удачный.

Вот почему мы не найдем в «Трудовой школе» долгих рассуждений. Не гипотезы, а четкие тезисы, не приглашение к размышлению, а практические рекомендации – вот как построена книга Блонского. И конечно же, проходящее красной нитью напоминание: это надо делать сегодня. Во имя лучшего завтра.

В НОГУ СО ВРЕМЕНЕМ. Образ человека – покорителя природы занимал умы просвещенной общественности еще за несколько десятилетий до революционных событий 1917 года. А в период активного строительства советского государства этот образ вообще стал эталонным. Блонский считает достижение этого идеала главной целью новой трудовой школы.

Развитие, говорит автор, осуществляется через приобретение умения пользоваться орудиями и техникой труда для создания предметов, полезных для человека. В коллективном труде ребенок приобретает бесценный социальный опыт.

Говорит автор и о том, что усложняющееся производство требует все более и более квалифицированных кадров, а значит, нужно внедрять политехническое образование, за которым будущее. Политехническому образованию на основе научных знаний Блонский противопоставляет традиционную ремесленную школу, дающую поверхностные знания и стремительно устаревающие навыки по специальностям.

Привычную нам и по сей день школу, где изучение любой дисциплины сопровождается деланием моделей, рисованием, лепкой и т. д., автор именует иллюстративной, т. е. использующей наглядность. Сам прием он оценивает высоко, но считает его только первым шагом к истинному трудовому обучению. Тем более не приемлет он школы, обучение в которой направлено только на накопление мертвого груза знаний. Одним словом, Блонский решительно возражает против обеих крайностей: школа не должна давать только знания и не должна всецело сосредотачиваться на вырабатывании навыков ручного труда.

Надо понимать, и рабочего будущего автор представлял себе скорее инженером, нежели придатком к станку. Видел он механизированное будущее и в сельскохозяйственном производстве и, как очевидно для нас, не ошибся.

Но раннее, на этапе общего образования обучение профессии Блонский отнюдь не связывает с ранним взрослением. Это противоречило бы взятому в СССР курсу на всеобщее образование, прежде всего – на получение знаний детьми, которые прежде были бы вынуждены в 12–13 лет прийти на производство. Дети должны учиться, занимаясь характерными для них делами. И здесь автор сближается с педагогами-гуманистами, полагая, что трудовое обучение должно начинаться с игры. В этих, по терминологии Блонского, «свободных занятиях» дети подражают взрослым, а значит, тоже приобретают полезные навыки.

Кроме того, дети, как известно, любят наблюдать за работой взрослых. Из интереса наблюдателя рождается интерес практика.

Ребенок ломает игрушку? Не спешите его ругать! Попробуйте выяснить: возможно, он просто хочет узнать, как она устроена. Это тоже совершенно естественное и полезное занятие, несмотря на его кажущуюся деструктивность.

А еще наблюдения за игрой ребенка могут дать пищу для размышлений педагогу: к чему больше склонен тот или иной учащийся? Здесь Блонский тоже идет вслед за педагогами-гуманистами прошлого, связывая проверенный временем и практикой вывод с будущими достижениями образования.

ШКОЛА БУДУЩЕГО И ИНДИВИДУАЛЬНАЯ РАБОТА. Трудовое воспитание, воспитание в коллективе – это отнюдь не формирование человека-«винтика». Такие «винтики», по глубочайшему убеждению Блонского, были как раз таки характерны для «ремесленнического» прошлого. В светлое политехническое будущее должны войти всесторонне развитые люди. Индивидуальности. И труд для них должен быть не тяжелой рутиной ради выживания, а осознанной творческой потребностью, в основе которой лежат собственные склонности.

Блонский представлял себе работника будущего скорее инженером, чем придатком к станку. Также он видел механизированное будущее в том числе в сельскохозяйственном производстве.

Вот почему автор выделяет в трудовой школе две ступени. На первом этапе дети занимаются по единой программе, на втором, на базе уже имеющихся знаний, выбирают наиболее интересное для себя направление развития, не подменяемое, но дополняемое факультативными занятиями.

Те методические приемы, которые наметил в своей книге Блонский, впоследствии прочно вошли в систему профориентации: экскурсии на производство, чтение лекций специалистами в той или иной отрасли, практические занятия, шефство предприятий над школами (ныне трансформировавшееся в создание профильных классов, правда, уже преимущественно с военным, юридическим и т. п. уклоном) – все это хорошо нам знакомо по собственному опыту.

Комплексный подход ученого, о котором мы говорили выше, выразился и в его рекомендации иногда сливать преподавание нескольких взаимосвязанных дисциплин воедино. В связи с книгой Блонского или вне таковой, но именно эта мысль воплотилась в практике так называемых интегрированных уроков, которые весьма популярны и поныне и позволяют крепче связать школьные знания с жизнью. Ведь, например, в явлениях природы физика, химия, биология проявляются одновременно. Понимание этого юным человеком Блонский именует «интеллектуальным воспитанием».

Комплексность прослеживается и в соседстве двух требований: с одной стороны, занятия должны быть посильны для подростка, с другой – они не должны быть искусственно разделены на избранное достаточно произвольно количество лет. Труд и отдых должны совмещаться наиболее естественным образом. И вновь автор не забывает об индивидуальном подходе: занимаясь любимым делом, человек меньше устает и более продуктивен. То есть даже с прагматической точки зрения, понимаем мы, выгоднее, чтобы в основе деятельности лежал осознанный интерес.

ВСЕСТОРОННЕЕ РАЗВИТИЕ. Утверждение о том, что качество образования определяет качество жизни, родом отнюдь не из XXI века. Павел Блонский, размышляющий о человеке будущего, причем будущего обозримого, настаивает на необходимости широкого знакомства детей не только с прикладными дисциплинами, но и с историей, литературой, иностранными языками, естественными науками и даже с философией.

Автор дает конкретные рекомендации, какие предметы следует вводить в трудовой школе и в каких объемах. Вряд ли кто-то из нас найдет что-то неожиданное для себя в этом перечне: он характерен для всех современных общеобразовательных школ, разве что не всегда изучение той или иной дисциплины столь жестко привязано к практике, как виделось ученому почти столетие тому назад.

Не забывает ученый и о такой полезной для развития ребенка деятельности, как, например, постановки в школьном самодеятельном театре или издание школьного литературного журнала.

Методические приемы, о которых говорил в своей книге Блонский, впоследствии прочно вошли в систему профориентации: экскурсии на производство, чтение лекций специалистами в той или иной отрасли, практические занятия, шефство предприятий над школами.

Да, время для всего этого должно быть четко определено и прописано в соответствующих программах и планах. Но его должно быть достаточно. Особое внимание Блонский призывает обратить на литературно-филологическое образование как средство приобщения подростка к мировой культуре.

Способность человека к производительному труду неразрывно связана с его физическим здоровьем. Вполне ожидаемо обращается к этому вопросу и Павел Блонский, во многом предвосхищая то внимание к спорту, которое будет характерно для предвоенного СССР. Он связывает занятия физической культурой не только с правильным образом жизни, с гигиеной, с развитием тела ребенка, но и с социальным воспитанием.

Наконец, напрямую к выполнению главной задачи подводит педагога и учащихся индустриальное воспитание – время, посвященное прикладным дисциплинам и работе в мастерской.

Блонский предлагает соблюдать между всеми этими видами деятельности определенную пропорцию по отведенному на них времени:

Мастерская: научные занятия:

литературно-художественные студии: спорт

относятся друг к другу как

4: 2: 1: 1.

Совершенно очевидно, что центральное место занимает труд. Причем мастерская – это не только и не столько помещение со станками при школе. Блонский горячо ратует за обучение непосредственно на производстве. Это понятно: тут и технологии сегодняшнего дня, и воспитательное влияние трудового коллектива.

Столь же большую роль в концепции Блонского играют летние практики на образцовых фермах. В ходе этих практик подростки сами возводят необходимые постройки, обзаводятся инвентарем, составляют сметы, работают на участке, ухаживают за животными, организуют быт и досуг.

Конечно, везде рядом с подростками должны быть мудрые руководители, которые не столько наставляют, сколько направляют, не менторы, а старшие товарищи.

И пусть идеал Блонского так и не был достигнут, многое из того, о чем он говорил, мы так или иначе видим в современной школе.

П. П. БЛОНСКИЙ

Павел Петрович Блонский родился 14 (26) мая 1884 года в Киеве. С 1893 года по 1901-й учился в гимназии, увлекался общественными науками и литературным творчеством. В 1902 году поступил на историко-филологический факультет Киевского университета. Помимо прочих дисциплин, с увлечением изучал психологию, что во многом и определило его научное будущее.

Не остался Блонский и в стороне от политики: еще в годы учебы вступил в партию социалистов-революционеров (эсеров), позднее примкнул к большевикам.

С 1908 года преподает педагогику и психологию в московских средних женских учебных заведениях. Он и сам в это время продолжал учебу – окончил аспирантуру и в 1913 году выдержал магистерские экзамены. Приступил к чтению психологии и философии в Московском университете в качестве приват-доцента. Уже будучи автором работ по этим наукам, с 1914 года он активно начинает публиковать свои работы по педагогике. Его интересовала не только практика, но и история педагогики: так, в 1915 году в издательстве К. И. Тихомирова в серии «Великие педагоги» вышла его книга о Яне Амосе Коменском.

Автор ряда учебников, активный участник школьной реформы. Блонский преподавал в 1-м и 2-м Московских университетах, Московском педагогическом институте, являлся одним из создателей и руководителей Академии социального воспитания, заведовал школой, руководил отделом народного образования в одном из районов Москвы.

Последние годы жизни Блонского связаны с московским Институтом психологии.

Скончался 15 февраля 1941 года.

Лев Семенович Выготский

Педагогическая психология

(1926)

«Ребенок в конечном счете воспитывается сам. В его организме, а не где-нибудь в другом месте, происходит та решительная схватка различных воздействий, которая определяет на долгие годы его поведение. В этом смысле воспитание во всех странах и во все эпохи всегда было социальным…»

В ДВУХ СЛОВАХ

Педагогу нужно многое знать о психологических основах, на которых зиждется познавательная деятельность. Только тогда он сможет организовать образовательный процесс так, чтобы сама среда должным образом воспитывала ребенка.

О том, что и обучение, и воспитание подчиняются законам психологии, догадывались уже древние, а уверенно говорить об этом начали педагоги-гуманисты. Но только благодаря работам Льва Семеновича Выготского стало возможно выделить педагогическую психологию в отдельную отрасль знаний.

Книга впервые была опубликована в период становления Советского государства и, как следствие, новой школы. Школа эта была ориентирована на достижение всеобщей грамотности, причем не в отдаленной перспективе, а в самой ближайшей. И это – в многонациональной стране, где ряд народов вообще не имел своей письменности, тем более – национальной системы образования.

Новой школе нужны были не только новые методики, но и фундаментальные исследования. А значит, нужны были люди, способные и по-новому взглянуть на традиционные проблемы образования, и достойно ответить на вызовы сегодняшнего дня. Стоит ли удивляться, что столь серьезная работа, как «Педагогическая психология», ставшая настольным пособием многих наших учителей и снискавшая популярность за рубежом, была написана совсем молодым человеком – Л. С. Выготскому было всего лишь 30 лет, когда книга впервые увидела свет.

Автор четко декларирует материалистическую суть своей работы, связывая психологию с влиянием как природной среды, так и среды социальной. Он утверждает: такого рода знания всегда основаны на наблюдении и эксперименте, а значит – на строгой научной основе, проверенной многолетней практикой. Вот почему в его книге мы находим и строжайшие обоснования, и новаторские идеи, которые, в свою очередь, послужили толчком для последующих изысканий.

РЕАКЦИЯ – ПОВЕДЕНИЕ – ПОЗНАНИЕ. В основе поведения, говорит Выготский, всегда лежит реакция, вызванная внешним впечатлением или внутренним побуждением. Простейшие реакции связаны с врожденными рефлексами – например, детский крик, сигнализирующий о голоде или каком-то ином неудобстве. Более сложные приобретаются в течение жизни, и на них основана наша способность к развитию. Только те связи актуальны для человека, которые основаны на личном опыте.

Как тут не вспомнить одно из главных положений гуманистической педагогики: человек – не объект, а субъект воспитания, он активен и самоценен.

Но если реакции преобразуются только через собственный опыт, какова же роль учителя? Все авторы фундаментальных трудов о воспитании так или иначе приходили к этому вопросу. Л. С. Выготский, как и его предшественники, отводит учителю роль организатора и побудителя: нужно организовать педагогический процесс таким образом, чтобы ребенок воспитывался сам. Но сам – не значит сам по себе.

Педагог выступает здесь, как и любой человек в любой деятельности, в двойной роли. С одной стороны, он «организатор и управитель», с другой – часть социальной воспитательной среды.

Воспитательная среда – это природная среда, измененная наилучшим для ребенка образом при участии всех, кого касается процесс воспитания. Она хороша еще и тем, что ее влияние можно прогнозировать, основываясь на научных методиках. Рисковать будущим юного человека, позволяя ему брать от жизни все, что она ни предложит, педагоги не имеют права. Ведь, как показывает даже наш обыденный опыт, катиться вниз куда проще, нежели карабкаться вверх.

Воспитательная среда не создается единожды, раз и навсегда – она меняется, развивается. И для того, чтобы правильно на нее воздействовать, нужны, как мы понимаем, четкие цели.

К КАКОМУ РЕЗУЛЬТАТУ МЫ СТРЕМИМСЯ? Кого и для чего воспитывает педагог – это тоже определяется социумом. Нам всем хорошо известно, что в разные эпохи разные народы отвечали на этот вопрос по-разному. То есть говорить о некоем абстрактном идеале недопустимо. Воспитание должно стремиться к вполне конкретным целям – как конечным, так и промежуточным.

Общество старается привить ребенку те ценности, которые актуальны именно для этого общества. Оно же регулирует, утрированно говоря, спрос на людей той или иной профессии: повышенное внимание, особое уважение, как правило, формируется именно к тем профессиям, которые нужны сейчас, а если социум достаточно организован для того, чтобы заглянуть в завтрашний день, – то и к профессиям, которые понадобятся в будущем.

Педагог выступает в воспитании ребенка в двойной роли. С одной стороны, он «организатор и управитель», с другой – часть социальной воспитательной среды.

Все сказанное Выготский обобщает в определении воспитания как планомерного, целесообразного, преднамеренного, сознательного воздействия и вмешательства в процессы естественного роста организма. Далее он поясняет: воспитание – это формирование новых реакций на базе имеющихся, а главное – это отбор и укоренение нужных социальных качеств.

И чтобы усилия приносили скорейший успешный результат, нужно опираться на то, что заложено в человека природой.

ИНСТИНКТЫ И ВОСПИТАНИЕ. Инстинкты, как известно, есть у любого живого существа. Они составляют основу поведения животных; они же имеют немалое влияние на человека. Подавлять их – вступать в противоречие с природой. А вот использовать для воспитания – вполне разумный шаг. Причем использовать – не значит потакать.

Автор приводит понятный каждому пример: в человеке заложен инстинкт накопления, связанный с естественным (не обязательно осознаваемым) стремлением к благополучию. Если этот инстинкт развивается бесконтрольно, человек может превратиться в этакого «скупого рыцаря», копящего ради накопления. Но если он воплотился, скажем, в коллекционирование марок, очень верно поступит тот педагог, который воспользуется этим для пробуждения у ребенка интереса к географии, к истории разных стран и т. д. Таким образом, страсть к накоплению предметов провоцирует развитие страсти к накоплению знаний.

Итак, мы не ошибемся, если заключим, что инстинкты нужно использовать в педагогической деятельности творчески. Это подсказывает нам и сам инстинкт, который у ребенка обычно принимает форму интереса. Все интересное вызывает удовольствие, а удовольствие – один из самых могущественных инстинктов.

Ребенок самостоятельно черпает интересы из жизни, причем с очень раннего возраста: его привлекают яркие краски, разнообразные фактуры предметов, их способность к перемещению и т. п. Вот и педагог должен формировать интересы по тому же принципу – брать их из жизни, что лучше всего удается сделать в процессе игры и труда.

ИГРА – ДЕЛО СЕРЬЕЗНОЕ. Л. С. Выготский принадлежит к той – несомненно, большей – части гуманистов, которая признавала важность игры в воспитании ребенка. В игре ребенок учится очень многому – от простейших манипуляций до понимания сути социальных взаимоотношений.

Игра – это и подражание, и творческая деятельность. Но какой бы она ни была, она всегда способствует развитию и первая учит разумному, социальному поведению. Кроме того, игра – первая школа мысли для ребенка. Она же – и школа эмоций.

А зачем же, спросите вы, воспитывать эмоции? Разве они не проявляются сами по себе? Об этом – далее.

ЭМОЦИИ И РАЗВИТИЕ. Эмоции тоже в природе человека. Воодушевление и страх, радость и гнев – все это в той или иной степени способны испытывать даже животные. У людей эмоции контролируются разумом, причем у взрослых, как общеизвестно, этот контроль значительно лучше. У ребенка эмоции проявляются ярче, непосредственнее. В отличие от других свойств, которые педагог должен развивать, это свойство надо ослаблять, потому что оно замедляет развитие.

Ребенок черпает интересы из жизни: его привлекают яркие краски, разнообразные фактуры предметов, их способность к перемещению и т. п. Педагог должен формировать интересы по тому же принципу – брать их из жизни, что лучше всего удается сделать в процессе игры и труда.

Но управление эмоциями – это тоже отнюдь не их подавление. Эмоции являются не только составляющей внутреннего мира ребенка, но и инструментом его взаимодействия с другими людьми. Причем не только положительные, но и те, которые мы привыкли считать однозначно отрицательными. Так, например, страх за испытывающую неприятности маму, гнев на девочек, которые обидели во дворе младшую сестру, – это эмоции, которые помогают воспитанию человека.

Полезны эмоции и в учебе. Все то, к чему мы не испытываем чувств, лишено жизни. А для этого нужно эмоционально окрашенное преподавание. Можно, например, выдать некий набор сведений по географии. А можно с чувством рассказать о том, как прекрасны арктические просторы или холмы Новой Зеландии. Эмоции заразительны для окружающих, и, если правильно донести до детей окрашенную радостью картину, она запомнится и побудит узнавать, размышлять, рассуждать.

А уж в воспитании эмоции вообще ничем не заменишь. Можно сколько угодно говорить детям о том, как плохо быть трусом, но не пробудить никакого отклика. А можно прочитать на уроке хорошо написанный рассказ о трусости или смоделировать подходящую игровую ситуацию – и вызвать стойкое отвращение к этому недостойному проявлению.

ТО, ЧТО ДЕЛАЕТ ЧЕЛОВЕКА ЧЕЛОВЕКОМ. Пусть животные не испытывают эмоций в том виде, в котором испытываем их мы, в зачаточном виде они наблюдаются. А вот способность концентрировать произвольное внимание, ассоциативная память, воображение, воля – это особенности, свойственные только человеку. Выготский старательно объясняет, каковы пределы концентрации внимания и объемы памяти и почему, описывает механизмы работы воображения и воли – и показывает, какое место они занимают в педагогической практике.

Венец всего – развивающаяся на протяжении жизни, а особенно в детские годы, способность к мышлению. Именно с мышлением связана бесценная способность человека к самовоспитанию.

Обосновывает педагог и необходимость трудового воспитания. Игра и труд – два слагаемых практической деятельности, подготавливающей ребенка к вхождению во взрослую жизнь.

Еще одно разительное отличие человека от животного – наличие морали, которая развивалась вместе с развитием человечества от первобытной дикости к современной цивилизации. И мораль, и другое достижение цивилизации – эстетическое восприятие – человек тоже обретает в ходе воспитания и самовоспитания. При этом ни знакомство с моральными принципами, ни знакомство с лучшими образцами искусства не должно, предостерегает Выготский, превращаться в самоцель. Задача педагога – побудить детей активно переживать видимое и слышимое, ассоциировать, связывать с собственным жизненным опытом – и в то же время расширять жизненный опыт за счет вновь воспринятого.

Активное восприятие полезно еще и тем, что стимулирует детское творчество. Должно быть, у каждого из нас в детстве случалось такое: сопереживая герою книги, мы придумывали, а что будет с ним дальше; увидев поразившую нас картину, мы пытались изобразить что-то подобное. Для некоторых такое сотворчество перерастает в собственное творчество. И всех без исключения оно обогащает нравственно, эстетически.

Управлять эмоциями – не подавлять их. Эмоции являются не только важной составляющей внутреннего мира ребенка, но и его инструментом общения с людьми вокруг.

Выготский был уверен, что его идеи лягут в основу новой школы. По сути, так и произошло. Подавляющее большинство того, о чем он говорил, воплотила советская и современная российская школа. Более того, даже та структура, которую он избрал для своей книги, не говоря уж о проблематике, была многократно повторена в учебниках психологии, адресованных будущим педагогам. Вот почему ныне о нем говорят как о самой выдающейся личности в истории педагогической психологии.

Л. С. ВЫГОТСКИЙ

Лев Семенович Выготский родился 5 ноября 1896 года в Орше. Он был вторым из восьми детей в интеллигентной семье. Детские годы будущий ученый провел в Гомеле.

В 1913 году поступил на медицинский факультет Московского университета, затем перевелся на юридический. Тогда же он увлекся литературной критикой, сам отдал дань литературному творчеству. В 1917 году, оставив и юридический факультет, он все-таки получил высшее образование, но на историко-философском факультете Университета имени Шанявского. Также занимался редакторской работой и даже писал театральные рецензии. Но прославиться ему предстояло на ином поприще.

С 1919 по 1923 год работал учителем литературы в ряде учебных заведений. Тогда же начал заниматься исследованиями в области психологии и организовал психологический кабинет при педтехникуме, затем руководил экспериментальной работой студентов Московского педологического института в кабинете-лаборатории при Гомельском педагогическом техникуме.

Его доклады в 1924 году на II Всероссийском съезде по психоневрологии произвели такое впечатление на участников, что его пригласили на работу в Москву. Именно здесь в сферу научных интересов молодого ученого вошла работа с детьми, страдающими различными умственными и физическими дефектами. Работал в Московском государственном институте экспериментальной психологии, Государственном институте научной педагогики, Академии Коммунистического воспитания, МГПИ им. А. С. Бубнова, Экспериментальном дефектологическом институте, а также читал лекции в других учебных заведениях и научных организациях. Одновременно с этим возглавлял подотдел в Наркомпросе, в 1925 году участвовал в дефектологической конференции в Лондоне, защитил диссертацию на тему «Психология искусства».

Скончался 11 июня 1934 года после продолжительной болезни.

Автор почти 200 работ в различных областях знания. Его труды переиздаются и остаются популярными и по сей день.

Григорий Белых, Леонид Пантелеев

Республика ШКИД

(1927)

«– Почему я выбрал подсолнух? А потому, что он очень точно выражает наши цели и задачи. Школа наша состоит из вас, воспитанников, как подсолнух состоит из тысячи семян. Вы тянетесь к свету, потому что вы учитесь, а ученье – свет. Подсолнух тоже тянется к свету, к солнцу – и этим вы похожи на него».

В ДВУХ СЛОВАХ

Личный пример педагога, его доверие и терпение иногда способны творить чудеса, возвращая «трудных» детей к нормальной жизни.

«Республика ШКИД» – книга удивительная, парадоксальная. Начать с того, что ее знает, пожалуй, каждый человек на одной шестой части земного шара. Тот, кто не читал саму книгу, видел одноименную экранизацию. И даже если и не читал, и не видел, то без труда соотнесет это ставшее крылатым название с перевоспитанием беспризорников. А ведь написали эту книгу два совсем юных автора, недавних колониста – старшему из них, Белых, шел двадцатый год, а младшему недавно исполнилось восемнадцать. Много ли мировая литература знает примеров, когда столь молодые люди становились создателями, говоря современным языком, бестселлера, издававшегося на протяжении десятилетий многотысячными тиражами?

Еще один парадокс: самый авторитетный педагог из тех, кто занимался перевоспитанием беспризорников, Антон Семенович Макаренко, определил эту книгу как «добросовестно написанную картину педагогической неудачи». Если у самого Макаренко, при всех его внутренних сомнениях, линия работы всегда была четкая, непрерывная, то педагоги школы-коммуны имени Достоевского то срывались в либерализм, то прибегали к таким взятым у старой школы репрессивным мерам, как заключение в карцер. Педагоги ШКИДа не всегда могли справиться с «республиканской» вольницей, но…

Но книгу переполняют теплые воспоминания об учителях и товарищах. И судьба многих выпускников тоже свидетельствует о том, что школа помогла им стать на правильный путь в жизни. Неудачи в дороге не помешали достижению цели. Наконец, многие поколения читателей на примере героев любимой книги учились человечности, состраданию, товариществу – и менялись в лучшую сторону.

Конечно, «Республика ШКИД» – не учебник педагогики и не практическое пособие для учителей. В этой книге нет никаких педагогических рекомендаций. Зато в ней заложена огромная воспитательная сила примера: мы видим, как в тяжелейших испытаниях люди остаются людьми, как постепенно выковываются сильные и цельные характеры, как складывается коллектив.

Благополучный современный подросток, прочитав о своих сверстниках из 20-х годов XX века, задумается, весьма вероятно, о тех возможностях, которые дает ему день сегодняшний: если в суровых условиях эти ребята и их наставники смогли сохранить доброту, порядочность, целеустремленность, то в нынешних условиях ты просто обязан быть хорошим человеком. Так что и современный читатель найдет в этой книге не только живую картину эпохи, но и немало интересного для себя.

ЧТО ТАКОЕ ШКИД? Школа-коммуна имени Достоевского, «республика ШКИД», просто «Шкид» или – снисходительно – «Шкида» – это, если официально, Петроградский отдел народно-индивидуального воспитания им. Ф. М. Достоевского для трудновоспитуемых, она же, если проще, Школа социально-трудового воспитания имени Достоевского. Основана она была в 1920 году в городе, переполненном после войн и революций начала века беспризорниками.

Ее основатель и руководитель – Виктор Николаевич Сорока-Росинский, в книге названный Сорокиным. Подчеркивая документальную основу книги, авторы всех героев наделили фамилиями, близкими к их реальным. Но вряд ли удастся найти на страницах книги хоть одну подлинную фамилию: все-таки это не мемуары.

В. Н. Сорока-Росинский – известный педагог-психолог. В течение всей своей деятельности он последовательно отстаивал демократичность обучения, пользу воспитания в коллективе, принципы самостоятельности и самоуправления, а также разрабатывал проблему игры как естественной потребности растущего организма, важной для образовательного процесса. Все эти идеи в начале прошлого века имели чрезвычайную популярность.

Антон Семенович Макаренко – самый авторитетный педагог, занимавшийся перевоспитанием беспризорников. «Руспублику ШКИД» он назвал «добросовестно написанной картиной педагогической неудачи». Однако книгу переполняют теплые воспоминания об учителях и товарищах. И судьба многих выпускников тоже свидетельствует о том, что школа помогла им стать на правильный путь в жизни.

А вот в вопросе о «трудных» детях Сорока-Росинский решительно расходился во мнениях со многими педагогами того периода. Тогда бытовало представление, что «трудные» дети психически или, по крайней мере, морально дефективны. В течение более чем десятилетия после революции беспризорников зачастую помещали в те же учреждения, что и детей с психическими или даже физическими отклонениями в развитии. Правда, подход этот был связан не столько с педагогикой, сколько с экономическими проблемами: в стране уже создавались специализированные школы для таких детей, но их еще было мало. Но и педагогическое заблуждение имело место.

Сорока-Росинский полагал, что тяжелые жизненные условия меняют характер и модель поведения, но никак не влияют на психологическую полноценность. В иных условиях, испытывая благотворное влияние личного примера педагога, эти дети вернутся на путь нормального развития и будут не хуже сверстников.

С этими мыслями он взялся за создание школы-коммуны. В бывшем здании коммерческого училища. Разумеется, на практике – как о том свидетельствуют авторы книги, его бывшие ученики, – все оказалось не так гармонично, как в теории. Для воспитанников он был не Виктором Николаевичем, а Викниксором. Вообще, в книге обращает на себя внимание обилие прозвищ – явное наследие криминального прошлого многих воспитанников. И если у большинства ребят прозвища, принесенные из прошлого, – Цыган, Японец, Мамочка и т. д., – то прозвища учителей, да и обиходное название самой школы образованы с помощью сокращения слов. Это примета времени – сколько в то время появилось всяческих аббревиатур, не всегда благозвучных.

По мнению Сорока-Росинского, тяжелые жизненные условия меняют характер и модель поведения, но никак не влияют на психологическую полноценность.

Виктор Николаевич Сорокин, наверняка вслед за своим прототипом, взятым из реальности, мечтал создать не просто школу, а детскую республику со своими гимном и гербом. Он даже придумал герб – тянущийся к свету подсолнух. Не правда ли, красиво и символично? Слишком идеально для той компании, которой он предназначался: беспризорники, только что пойманные на улицах Петрограда, малолетние правонарушители, уже побывавшие в тюрьмах… Они живут так, как привыкли: воруют, занимаются ростовщичеством, играют в карты, курят, сквернословят, протестуют против неугодных им порядков, устраивая так называемую бузу.

Учителя для них – «халдеи». Одни педагоги не выдерживают и уходят, другие начинают потакать ученикам. Авторитет таким способом не заслужишь, да и на дисциплину эти учителя влияют отрицательно. Понадобилось немало времени, чтобы в школе формировался добротный учительский коллектив, способный воплощать в жизнь идеи беспокойного заведующего.

А как же в таких условиях, с таким составом воспитанников можно было хоть что-то воплотить?

КАК ВОСПИТЫВАТЬ «ТРУДНЫХ»? Вряд ли кто-то из педагогов был вполне готов к тому, с чем им пришлось столкнуться. Противостоять насилием подросткам, привыкшим к недоброму миру, было бы бесполезно. Да и противоречило это намерениям Сорокина. Не исключая наказаний полностью, заведующий сделал ставку на сотрудничество с воспитанниками и терпение.

Это оказалось для них неожиданным. В школе, где процветает воровство и существует иерархия вроде криминальной, появляется самоуправление на избирательной основе. Выбирают дежурных и старост по классам, гардеробу и кухне.

Возможно, это нововведение долго приживалось бы и насколько бы себя оправдало – неизвестно. Тут не было бы счастья, да несчастье помогло: в школе появился ростовщик Слаенов, который с помощью подкупа сумел заручиться поддержкой самых «авторитетных» воспитанников, а остальных опутал паутиной долгового рабства. Староста по кухне – сообщник Слаенова – фактически обворовывает своих товарищей.

Ответные действия заведующего не заставили себя ждать: староста оказывается в изоляторе, Слаенов изгнан из школы, все долговые отношения между воспитанниками ликвидированы.

Эксперимент с введением самоуправления провалился? Отнюдь нет! Воспитанники на опыте оценили, к чему приводит злоупотребление правами и пренебрежительное отношение к обязанностям: немногие богатеют за счет многих. Второй урок честности и порядочности ими получен.

Почему второй? Потому что первый они получают изо дня в день: и заведующий, и лучшие педагоги выдержанны, трудолюбивы, в меру требовательны и в меру демократичны. Личный пример ничто не заменит. И как бы ни бравировали бывшие беспризорники своим презрением к любой разумной деятельности, именно она – в природе человека. И вот уже несколько воспитанников во главе с Викниксором сочиняют гимн «республики ШКИД», и появляется рисунок герба – тянущийся к свету подсолнух, и начинает издаваться школьная газета «Зеркало»… «Республика ШКИД» – уже не шайка, а коллектив, и общие дела – не воровские, а творческие.

Но это, конечно, происходит постепенно. Еще долго воспитанников ШКИДа будут ловить на воровстве, еще долго главным способом выражения недовольства будет оставаться «буза». Но воровство все реже носит намеренный характер – «рецидив» приключается тогда, когда возникают перебои с продовольствием. Да и «буза» становится принципиально иной: теперь это борьба за справедливость, причем не в «воровском» понимании этого слова, а в общечеловеческом. И авторитет педагога они начинают понимать верно, как показывает еще один случай.

Виктор Сорокин мечтал создать не просто школу, а детскую республику со своими гимном и гербом. Даже придумал герб – тянущийся к свету подсолнух.

Во время выезда на дачу один из педагогов ворует картошку вместе с воспитанниками – и его авторитет мгновенно падает до нуля. Он пытается восстановить свой статус, прибегая к наказаниям, и в ответ получает противодействие. Его закидывают желудями, крадут у него одежду, появляется даже посвященный ему специальный выпуск газеты «Бузовик»… Как раз эта газета, случайно попавшая в руки Викниксора, наталкивает его на мысль об издании «Зеркала». Вскоре колонию охватывает настоящая «газетная лихорадка». И этот эксперимент тоже оправдал себя.

О ПОЛЬЗЕ САМОУПРАВЛЕНИЯ. Со временем у самоуправления тоже появляются четкие, разумные границы: заведующий, не отчислив нескольких проштрафившихся учеников, потому что за них вступился коллектив, вырабатывает компромиссную меру: создается школьная «Летопись». В ней фиксируются все проступки воспитанников; вводятся разряды поведения с первого по пятый; в соответствии с тяжестью проступков определяется наказание.

Заведующий следует принципу: наказание за ошибку должно побуждать ее исправить. Так, когда двое воспитанников выбивают оконные стекла в прачечной, Сорокин изгоняет их из школы, оставив возможность вернуться, если они вставят стекла. Взаимосвязь «поступок – ответственность» прослеживается очень четко.

В скором времени воспитанники, уже самостоятельно поэкспериментировав с разными видами самоуправления и «конспиративных» кружков (страна Улигания, кружок политграмоты и т. д.) начинают интересоваться, почему у них нет комсомола. Ввиду особенностей школы нужно подбирать замену обычной для всех других учебных заведений организации – и появляется «Юнком».

Конечно, и в дальнейшем не обходится без больших и маленьких происшествий, но судьба воспитанников убеждает читателей в том, что история школы Викниксора – это в конечном итоге история педагогического успеха. «Шкида хоть кого изменит» – говорит один из воспитанников. И эти слова – лейтмотив всей истории о «республике ШКИД».

Г. БЕЛЫХ, Л. ПАНТЕЛЕЕВ

Григорий Георгиевич Белых родился 7 (20) августа 1906 года в многодетной семье. Рано лишившись отца, некоторое время вел жизнь беспризорника. Был направлен в Школу-коммуну имени Достоевского, где увлекся изданием газет. В 1923 году покинул школу вместе с Леонидом Пантелеевым, чтобы заняться киноискусством, оба учились в Харькове на курсах киноактеров, но в итоге впоследствии стали журналистами.

В 1927 году вышла его книга «Республика ШКИД», написанная в соавторстве с Леонидом Пантелеевым. Инициатором ее создания был С. Я. Маршак, книга была высоко оценена М. Горьким.

В конце 1935 года Белых арестован по обвинению в контрреволюционной деятельности и осужден на три года.

Умер от туберкулеза в пересыльной тюрьме 14 августа 1938 года.

Леонид Пантелеев – творческий псевдоним Алексея Ивановича Еремеева. Он родился 9 (22) августа 1908 года в Санкт-Петербурге в семье казачьего офицера; и мать, и отец были выходцами из купеческих семей. Несколько лет спустя отец покинул семью. Мать зарабатывала на жизнь уроками музыки. Когда она слегла, сын, чтобы добывать пропитание, начал воровать и со временем начал беспризорничать. Сменил несколько детских колоний, вернулся в семью, но от привычек беспризорника так и не избавился, поэтому в скором времени оказался в Школе-коммуне имени Достоевского, где наконец нашел себя и в учебе, и в творчестве.

Совместное творчество с Григорием Белых началось еще в стенах школы и не прекращалось после бурного успеха «Республики ШКИД». Юмористические рассказы и фельетоны Г. Белых и Л. Пантелеева печатались в журналах «Бегемот», «Смена», «Кинонеделя».

Но еще больше произведений написаны лично им. Пережил блокаду Ленинграда. Работал в разных жанрах, в том числе много писал для детей.

Умер 9 июля 1987 года.

Антон Семенович Макаренко

Книга для родителей

(1937)

«Разумно и точно провести ребенка по богатым дорогам жизни, среди ее цветов и сквозь вихри ее бурь, может каждый человек, если он действительно захочет это сделать».

В ДВУХ СЛОВАХ

Ребенок растет и развивается в социуме, испытывает на себе его влияние. А направлять это влияние в нужное русло должны родители.

Даже тот, кто мало знаком с идеями Антона Семеновича Макаренко, уверенно свяжет его имя не столько с теорией, сколько с практикой педагогики. Он не просто мечтал о человеке будущего – он воспитывал такого человека. Альтруиста, оптимиста, созидателя, коллективиста. Не когда-нибудь, а здесь и сейчас. Вот и в книгах своих Макаренко избегал умозрительных, не подкрепленных примерами обобщений. Немедленный анализ и немедленное действие – вот два столпа того, что принято называть педагогической системой Макаренко. Отказавшись от назидательных бесед, он сосредоточился на организации общественно значимой коллективистской жизни детей.

В историю педагогики А. С. Макаренко вошел прежде всего как человек, который добился выдающихся результатов в работе с бывшими беспризорниками, в том числе и малолетними правонарушителями. Однако же система Макаренко отнюдь не ограничивается этими рамками.

Его ключевая идея – как можно больше требований к человеку и как можно больше уважения к нему – универсальна. Не мог он не понимать и того, что основа основ в формировании личности – семейное воспитание. И вот в 1937 году выходит «Книга для родителей» – пожалуй, самое зрелое произведение Макаренко. За скромным, непритязательным названием – все та же смелость мысли и верность гуманистическим принципам воспитания. Истории взрослых и детей, рассказанные автором настолько живо, с такими яркими подробностями, что становятся зримыми, – очень точный слепок времени, когда создавалась книга. А суть их – на все времена.

«ОСНОВНОЙ КОНФЛИКТ» – НЕУЖЕЛИ НЕРАЗРЕШИМЫЙ? Кто из родителей не испытывал беспокойства, глядя на подрастающего малыша: пройдет совсем немного времени – и из-под неусыпной материнской опеки он впервые по-настоящему выйдет в мир. Вместо уютного домашнего мирка, в котором ребенок – центр внимания и заботы, будет мир, в котором много «я» и каждое требует. Как малыш будет чувствовать себя в этом мире? Конечно, в первую очередь нас волнует его комфорт, физический и духовный.

Но мы не лишены и родительского тщеславия: наш ребенок должен быть не хуже других ни в проявлении талантов, ни в поведении. Да и одежда, игрушки – они тоже должны быть не хуже. Кто-то из нас осознает, что при довлеющем родительском желании «соответствовать» с большой долей вероятности вырастет эгоист с главной жизненной целью – потреблять; кто-то этого не осознает – до поры.

Хотя «Книге для родителей» Макаренко без малого восемьдесят лет, в ней поднимаются все эти вопросы. А в качестве основного конфликта обозначена всем нам знакомая проблема: родителям приходится делить свою жизнь между работой и семьей. Чем важнее и напряженнее работа, тем меньше времени остается на воспитание ребенка. И велик риск, что однажды родители начнут печалиться о том, что «упустили» ребенка, корить себя, сетовать на влияние улицы. Как же быть?

«ДАВАЙТЕ БУДЕМ САДОВНИКАМИ». Не любая забота о ребенке есть истинная забота о личности. Высказав эту мысль на первых страницах «Книги для родителей», автор возвращается к ней снова и снова. Он считает: бесконечные нотации столь же вредны, как и сентиментальное умиление игрой ребенка «во взрослого». Не менее опасны попытки оградить дитя от жизни: растущий человек все-таки встретится с миром людей; будет ли он готов к этой встрече? Не растеряется ли? Не отобьется ли от рук?

Антон Семенович Макаренко не просто грезил о человеке будущего – он его воспитывал. Альтруиста, оптимиста, созидателя, коллективиста. Не в будущем, а здесь и сейчас.

Корень проблемы, говорит Макаренко, – не во влиянии извне, на которое склонны пенять родители, а в восприятии ребенка взрослыми. Ребенок – не созданный в воображении родителей идеал, а живой человек с собственным характером, мечтами, устремлениями. Принцип равноправия при ведущей роли старших – основа гуманистической педагогики. Взаимное уважение в семье, личный пример и, конечно, забота, которую автор сравнивает с трудами садовника, – вот залог успеха в воспитании.

Макаренко призывает не закрывать детей от жизни. Сложной, отнюдь не идеальной жизни. Не закрывать от мира, который все равно возьмет свое, а деликатно руководить изменениями, что происходят в ребенке под воздействием самых разных людей и событий.

Успех невозможен без родительского авторитета. Как завоевать его? Секрет прост: с ранних лет ребенок не должен быть для родителей ни центром мироздания, ни безвольной куклой. Он – член семейного коллектива. Семья наделяет своего младшего члена правами и обязанностями, заботится о нем и требует от него. Все это – соразмерно его возможностям. Взрослеет дитя – и его роль в семье «взрослеет».

СЕМЬЯ – ПЕРВЫЙ КОЛЛЕКТИВ. Начальный опыт общения с людьми ребенок приобретает в семье. Жизненные цели членов семьи, манера их поведения так или иначе усваиваются подрастающим человеком и узнаваемы в его поступках.

Семья счастлива только тогда, когда является настоящим коллективом. Это счастье – во взаимопонимании, в заботе членов семьи друг о друге, в чувстве плеча. И сделать это в маленькой семье, полагает педагог, трудно – очень уж велик риск незаметно для себя вырастить эгоиста. Идеал Макаренко – большая семья, в которой старшие дети становятся наставниками для младших. В семье должно быть больше одного ребенка – убежденно говорит педагог.

Макаренко резко отрицательно относится к насилию и принуждению со стороны старших. Спокойная упорядоченность, умение родителей объяснить, чего они хотят от ребенка, совместные дела, свой вклад в которые ребенок видит воочию, день за днем формируют ответственного, внимательного к окружающим, радостно принимающегося за каждодневный труд человека.

И тут на первый план выходит чувство долга. Оно тоже не возникает само по себе, а развивается под влиянием окружающих. Малыш должен видеть: члены семьи заботятся друг о друге, и он – не только объект заботы; он тоже может многое сделать для папы, мамы, младшей сестренки… Как часто взрослые забывают об этом простом правиле! Им думается: пока ребенок мал, он должен только брать. В слепой любви к сыну или дочери они готовы отодвигать и отодвигать срок, когда к правам ребенка добавятся обязанности. А не будет ли слишком поздно? И каково тогда будет самому взрослеющему человеку и тем, кто рядом с ним? Увы, о далеких последствиях редко задумываются.

Первичный опыт общения с людьми ребенок приобретает в семье. Жизненные цели членов семьи, манера их поведения усваиваются подрастающим человеком и узнаваемы в его поступках.

Макаренко дает весьма точный алгоритм, как этого избежать. Представление о том, что такое хорошо и что такое плохо, ребенку не навязывается – оно дается исподволь, в повседневности, в игре, в коллективном труде, в самообслуживании. Проще говоря, в деятельном участии всех членов семьи в ее жизни. А авторитет – он приходит через личный положительный пример, через содружество дисциплины и свободы.

Одна из граней необходимой ребенку свободы – отсутствие препятствий со стороны родителей, когда он входит в коллектив сверстников. Чтобы потом не сетовать на влияние улицы, нужно ненавязчиво присматривать за ребенком, общаться с его друзьями – не наигранно, а искренне (ведь давно известно – дети интуитивно чувствуют лицемерие), участвовать в жизни детского коллектива – но только там, где это действительно необходимо. Излишняя опека так же вредна, как и попустительство.

«ОБЫЧНОЕ УДОБСТВО ЖИЗНИ». О чем это? Да о деньгах! Вместо мефистофелевского «люди гибнут за металл» или идеалистического «не в деньгах счастье» – спокойный рациональный подход: планирование расходов с учетом интересов каждого члена семьи, расстановка приоритетов – вот это необходимо купить сейчас, с этим можно подождать, а вот на это будем откладывать понемногу. Не копить, дрожа над каждым рублем, а именно откладывать. Человек, нацеленный на накопительство, приобретательство, становится болезненно зависимым от денег или от благ, получаемых за деньги.

А начинается все с малого. С закармливания – в буквальном и в метафорическом смысле. С невинного «кошке не дадим, Жоре дадим» начинается эгоист. Согласитесь, куда проще избежать проблемы, нежели потом исправлять случившееся с гадательным успехом: удастся или нет? Макаренко предостерегает, ибо ему хорошо известны возможные последствия.

Личность воспитывает личность – еще одна важная идея Макаренко. Он говорит о том, что, стремясь как можно лучше обеспечить детей, родители зачастую загоняют себя, мало видят детей, возникает отчуждение. Да и неинтересен человек, который сам видит в себе только кормильца, а не личность.

Для того чтобы дать детям как можно больше в материальном плане и при этом не лишить их родителей – жизнерадостных, увлеченных, энергичных, чтобы выбрать некую среднюю линию, нужна немалая мудрость, основа которой – уважение. Причем обязательно – взаимное.

В этом, как и во всем, педагогика Макаренко – не догма, а выхваченный из действительности опыт, актуальный и поныне.

А. С. МАКАРЕНКО

Антон Семенович Макаренко родился 13 марта 1888 года в городе Белополье Харьковской губернии в рабочей семье. Учился в железнодорожном училище, затем на педагогических курсах и в Полтавском учительском институте, который окончил с золотой медалью.

Создатель и руководитель колонии для несовершеннолетних правонарушителей, находившейся сначала близ Полтавы, а затем переведенной под Харьков. Затем – один из руководителей детской трудовой коммуны ОГПУ имени Ф. Э. Дзержинского в пригороде Харькова.

В 1935–1936 годах А. С. Макаренко работал в центральном аппарате НКВД УССР на должности помощника начальника отдела трудовых колоний; до марта 1937 года руководил педагогической частью трудовой колонии № 5 в Броварах под Киевом.

В 1939 году Макаренко был награжден орденом Трудового Красного Знамени.

Склонность к литературному творчеству сопутствовала ему на протяжении всей жизни. Автор книг «Марш 30 года», «ФД-1», «Педагогическая поэма», «Флаги на башнях», «Честь». В 1934 году Макаренко был принят в Союз советских писателей и после переезда в 1937 году в Москву посвятил себя преимущественно литературной деятельности.

Писательская работа сопутствовала работе педагога: в 1936 году выходит книга «Методика организации воспитательного процесса», а летом-осенью 1937 года – первая часть «Книги для родителей», идет работа над второй частью, которую не суждено было закончить.

Выдающийся педагог и писатель А. С. Макаренко скоропостижно скончался в вагоне пригородного поезда на станции Голицыно 1 апреля 1939 года.

Вениамин Каверин

Два капитана

(1938–1944)

«Немного странно было, что все лучшие роли в нашем театре Иван Павлович (так звали Кораблева) отдавал ребятам, на которых давно махнули рукой. В трагедии „Настал час” роль приемыша – благородный герой и положительный тип – играл Гришка Фабер, гроза педагогов, первый заводила хулиганских затей. Он играл хорошо, только слишком орал. Его вызывали одиннадцать раз. Он стоял за кулисами мокрый, как мышь дрожа от волнения, не веря своим ушам, а его вызывали и вызывали. Он прославился. Потом этот прославленный актер стал дьявольски важничать, но перестал хулиганить».

В ДВУХ СЛОВАХ

Человек формируется в процессе жизни под воздействием самых разных факторов, но нет ничего важнее тех людей, которых мы встречаем на своем жизненном пути и которые становятся нашими наставниками.

Роман Вениамина Каверина «Два капитана» – одно из самых известных советских произведений для юношества. В нем есть все, чтобы привлечь молодого читателя: приключения, война, любовь, романтика и поиск, яркие герои и неожиданные повороты сюжета. Однако этим ценность «Двух капитанов» не исчерпывается. Это еще и роман воспитания, история формирования личности.

В основу приключенческого сюжета Вениамин Каверин положил историю арктического дрейфа реального судна «Святая Анна», а прототипом главного героя, Сани Григорьева, стали два человека: генетик Михаил Лобашев и летчик-истребитель Самуил Клебанов. Каверин познакомился с Лобашевым в середине 1930-х годов. Он поразился силе и целеустремленности этого человека, а когда узнал о подробностях его биографии, у него постепенно стала оформляться идея книги. Сиротское детство, странная немота необъяснимой природы, беспризорная жизнь и воспитание в школе-коммуне в Ташкенте – все эти сюжетные повороты не выдуманы Кавериным, а взяты из рассказов Лобашева о детстве. У летчика Клебанова Каверин консультировался, когда решил, что юный Саня Григорьев выберет именно эту профессию.

Первый том романа о детстве и юности Сани Григорьева увидел свет в 1938 году, а второй – в 1944-м. Книга моментально обрела огромную популярность, ее читали и перечитывали не только дети, но и взрослые, а образ главного героя получился столь правдоподобным, что люди просто-напросто не верили, что это всего лишь литературный персонаж. Во время блокады Ленинграда Каверина даже попросили обратиться по радио к жителям города от имени Сани Григорьева. Тот пытался отказаться, уверяя, что такого человека не существует, на что услышал ответ: «А ребята считают иначе». И обращение от имени Сани для комсомольцев Балтики все же прозвучало в эфире.

ВПЕЧАТЛЕНИЯ ДЕТСТВА. Что формирует нас? Все, что окружает. Такой вывод можно сделать, приняв приглашение писателя и отправившись в мир детства, описанный в романе. Мальчик Саня, вследствие травмы или болезни лишенный дара речи, тем не менее глубоко чувствует и переживает все с ним происходящее. Любовь к отцу, матери, сестре, переживание потери родителей, волнующая тайна мятых писем из сумки почтальона – все имеет значение для того, какой из него получится человек.

Но куда важнее и эффективнее случайных воздействий на ребенка – воздействия целенаправленные. Положительные они или не очень, второстепенно. Главное, что они оставляют в душе ребенка глубокий след. Отчим Гаер Кулий, хрестоматийный негодяй и подхалим, становится примером того, как не нужно воспитывать и учить детей. За очень короткое время он умудряется привить любознательному Сане отвращение к занятию под названием «учеба».

И напротив, доктор Иван Иванович, загадочный человек, появившийся из метели, своими рассказами и разговорами дает пищу Саниному воображению, а его упражнения по развитию речи позволяют мальчику преодолеть немоту и в конечном итоге стать полноценным членом общества.

НЕВЫДУМАННАЯ ПЕДАГОГИКА. В главах, посвященных жизни и быту школы-коммуны, несомненно, нашли отражение новаторские педагогические идеи того времени. Наблюдая, как они обретают жизнь на страницах романа, можно составить представление о том, насколько они отвечали тем задачам, которые стояли перед учителями в этот период. Обществу требовались сильные, смелые, целеустремленные люди, способные в буквальном смысле свернуть горы. Только так можно было восстановить страну, прошедшую через глобальные потрясения.

Многое в устройстве школы-коммуны напоминает об экспериментах Антона Семеновича Макаренко. Трудовое воспитание, театр, школьное самоуправление, сила коллективного воздействия и по-прежнему сохраняющаяся важность воздействия индивидуального, когда влияние оказывает не столько среда, сколько непосредственно человек, учитель и воспитатель – все эти «педагогические» нюансы легко обнаружить в книге.

Один из самых запоминающихся и значимых образов романа – образ учителя Ивана Павловича Кораблева, педагога-новатора, умевшего находить подход к каждому своему ученику. На протяжении книги Кораблев предстает перед нами сначала занудой-учителем, который зачем-то приходит в класс, даже если туда не явился ни один ученик, потом увлеченным экспериментатором, сделавшим школьный театр настоящей площадкой для раскрытия детского потенциала, а еще позже – влюбленным мужчиной. Но по мере того, как взрослеют его подопечные, он постепенно превращается в обычного человека со своими трудностями, но в человека близкого и понятного, не только наставника, но и друга.

Целенаправленные воздействия на ребенка куда важнее и эффективнее случайных. Не имеет значения положительные они или нет, главное, что оставляют в душе ребенка глубокий след.

Именно так это происходит и в жизни: влияние взрослого человека на ребенка ослабевает по мере того, как тот достигает самостоятельности и зрелости, но узы, возникшие между учеником и воспитателем, по большому счету не исчезают никогда. Образ учителя, благодаря которому мы делали первые шаги в большом мире и решали нелегкие нравственные дилеммы (как приходилось делать Сане Григорьеву), остается с нами до конца наших дней.

ВОСПИТАНИЕ ПРИМЕРОМ. Но воспитательным роман стал не только потому, что несколько его глав посвящено обучению в школе-коммуне. Непосредственное воспитательное воздействие на читателя – вот главная причина, по которой к нему можно применить такое определение. Эта книга не просто развлекает, но и учит: смелости, упорству в достижении своей цели, честности и тому, как важно отличать добро от зла и никогда не пасовать перед последним.

Та особая атмосфера романтики, которой пронизаны многие советские произведения для юношества, в «Двух капитанах» выражена особенно ярко. Под влиянием этой романтики огромное количество мальчиков и девочек советской эпохи выбирали не достижение личных материальных целей, а борьбу и поиск – поиск правды, справедливости, смысла жизни, ответа на научные загадки, новых решений в производстве…

При этом, создавая книгу, Каверину удалось избежать навязанной, «мертвой» идеологии. Он не пытается описать идеальное общество, его интересует нравственное становление отдельной личности, то, благодаря чему человек обретает несгибаемый внутренний стержень и способность до конца следовать своему моральному кодексу.

Всю жизнь, а не только в детстве Сане Григорьеву приходится принимать непростые решения. Точно так же и мы, обычные люди, сталкиваемся в своей жизни с испытаниями и трудностями. И у нас всегда есть выбор: идти вперед или остановиться, не добившись результата. Кто-то, быть может, и останавливается. Но если человек однажды ощутил волшебное воздействие «Двух капитанов», у него куда больше шансов собраться с силами и шагнуть вперед, повторяя актуальный во все времена девиз: «Бороться и искать, найти и не сдаваться».

В. КАВЕРИН

Вениамин Каверин (настоящая фамилия Зильбер) родился в 1902 году в Пскове в многодетной семье капельмейстера 96-го пехотного Омского полка. У Каверина было пять старших братьев и сестер. Именно Псков, родной город писателя, стал прообразом Энска в самом известном его романе – «Два капитана». Вениамин учился в Псковской гимназии, а уже после революции стал студентом Ленинградского института живых восточных языков и историко-филологического факультета Ленинградского государственного университета. Его первые литературные опыты относятся к началу 1920-х годов (это были фантастические рассказы). Какое-то время молодой писатель входил в литературную группу «Серапионовы братья». Псевдоним «Каверин» он взял из первой главы «Евгения Онегина». За первыми рассказами последовали романы «Девять десятых судьбы» (1926), «Исполнение желаний» (1936) и «Открытая книга» (1956). Но славу ему принес приключенческий роман «Два капитана» (1944), посвященный духовным исканиям молодежи, чья юность пришлась на предвоенные годы. Он выдержал множество переизданий и был переведен на десяток иностранных языков, а в 1946 году Каверин был удостоен за «Двух капитанов» Сталинской премии. Умер Вениамин Каверин в 1989 году в Москве.

Василий Александрович Сухомлинский

Сердце отдаю детям

(1974)

«Я буду воспитывать словом и личным примером. Дети должны читать в моих словах и поступках добро, правду, красоту. За каждым моим словом должна стоять теплота, сердечность, душевность».

В ДВУХ СЛОВАХ

Радость и красота – вот лучшие воспитатели ребенка. А лучшая среда для него – коллектив, объединенный взаимопониманием и взаимопомощью.

«Сердце отдаю детям» – эти слова, ставшие крылатыми, дали название конкурсам педагогического мастерства. Так жизненное кредо выдающегося педагога Василия Александровича Сухомлинского сделалось жизненным кредо сотен и сотен учителей.

Под этим же общим названием в 1974 году, уже после смерти автора, впервые вышли одним томом три главные его работы – одноименная, а также «Рождение гражданина» и «Письма к сыну» (над последней педагог работал до самой кончины). Каждая из них по сути самостоятельное законченное произведение. Но вместе с тем они соотносятся как детство – отрочество – юность и, помещенные под одной обложкой, составили трилогию.

Писал ее не кабинетный ученый, а педагог-практик с удивительной судьбой. На протяжении многих лет он возглавлял Павлышскую среднюю школу на Украине, в Кировоградской области. Концепция «школы радости», «школы под голубым небом» сразу же завоевала огромную популярность в СССР, а книги ее создателя были переведены на десятки языков мира.

Знаменитая триада Сухомлинского: «воспитанник – педагог – коллектив» предусматривает как заботу об индивидуальности ученика, так и гармоничное вхождение ребенка в мир взрослых. Учитель сможет повести ребенка по этому пути только в том случае, если по-настоящему понимает и любит его, не жалеет времени на искреннее заинтересованное общение – от сердца к сердцу. Такое общение невозможно, если педагог и ребенок встречаются только на уроке.

На этом умозаключении – учитель должен быть учителем не только в стенах школы – и строится методика Сухомлинского, которая и по сей день остается одной из базовых образовательных методик. Родители тоже могут почерпнуть из нее немало важного и полезного.

ПЕДАГОГ ИЗУЧАЕТ ДЕТЕЙ. «Учись учиться» – не правда ли, знакомые слова? Их могли прочитать родители нынешних школьников, едва только осваивали букварь. В сотнях и сотнях школ Советского Союза эти слова были вынесены на стенды с расписанием уроков, или с планом ближайших мероприятий, или с лучшими работами учеников.

Когда ребенок приходит в школу, распорядок его жизни меняется очень значительно. И чтобы этот переход был естественным, не травмирующим первоклассника, учитель должен приложить все усилия к знакомству с каждым из учеников. Только тогда он сможет нацелить их на получение знаний, а не на скучное их накопление. Ребенок учится познавать на новом уровне. Учитель изучает ребенка. И не только его, но и то основное окружение, из которого он пришел в школу, – семью. Без этого трудно понять истоки детского характера.

Сухомлинский рассказывает о своем эксперименте: он начал работать с будущими первоклассниками за год до их официального поступления в школу. Причем этот эксперимент был сложнее, чем может показаться: речь идет о детях 1944/45 гг. рождения, многие из которых лишились отцов или матерей во младенчестве. Некоторые из этих детей постоянно испытывали дефицит любви, внимания и заботы, других родные баловали, стараясь по возможности восполнить потерю.

Казалось бы, невозможно провести аналогию между детьми войны и нынешними. Однако современные учителя сталкиваются с очень похожими проблемами: вечно занятые родители не уделяют ребенку достаточно внимания, в остальном же балуют, как умеют, превращаясь для малыша в источник материальных благ. Да и уровень жизни разных семей по-прежнему очень разный, что может породить зависть, чувство неполноценности, агрессию в детском коллективе.

Сухомлинский говорит о важности соблюдения педагогической этики и педагогического такта: у каждого ребенка, несмотря на возраст, уже есть свои проблемы, свои печали и страхи. И обсуждать это в присутствии других людей – это выставлять напоказ глубоко личное. Только индивидуальная работа с детьми, упорная и трудоемкая, залечит душевные раны, которые уже нанесены маленькому человеку. А лучшее в нем вдумчивый и душевный педагог раскроет, разовьет. Различия в материальной обеспеченности семьи и физические недостатки ребенка не должны проложить пропасть между ним и его сверстниками. А вот таланты привлекут к нему других. Именно так рождается крепкий и дружный коллектив.

Триада Сухомлинского: «воспитанник – педагог – коллектив» предусматривает как заботу об индивидуальности ученика, так и гармоничное вхождение ребенка во взрослый мир.

Наблюдая за ребенком, можно многое рассказать о его семье: Педагог говорит о ребенке как о «зеркале нравственной жизни родителей». Самой ценной нравственной чертой хороших родителей, причем передаваемой детям без каких-то специальных усилий, автор считает душевную доброту отца и матери, умение бескорыстно делать добро людям. В семьях, где родители отзывчивы к чужому горю и чужой радости, не жалеют тепла и для родных, и для знакомых, и для посторонних, и дети вырастают чуткими, сердечными.

РЕБЕНОК И ПРИРОДА. «Школу» для малышей Сухомлинский организовал на природе. Он признается, что не составлял для них детального плана – просто побуждал наблюдать и фантазировать. Если солнышко рассыпает искры, значит, у него есть два кузнеца и золотая наковальня… Так начинается сказка, через которую малыш открывает жизнь и учится воспринимать ее чувственно и образно. Полюбив окружающий мир, ребенок захочет делать добро.

Вообще, сказочный образ в детском воображении имеет огромную силу. Автор приводит пример: девочка повторила образ, придуманный ею в шестилетнем возрасте, в выпускном сочинении. Так эта сказка прошла через всю ее школьную жизнь.

Сказка, игра воображения – это естественная среда для детского сознания. Сказка – это и путь к познанию, и воспитатель нравственности. Рассказывая сказку, ребенок учится мыслить, учится говорить. Сухомлинский вспоминает, как побуждал детей рассказывать сказки. Нет, он не давал им задания сочинить сказку, он всего лишь выхватывал какой-то образ из детской речи, развивал его и возвращал малышам инициативу в рассказывании.

Наблюдения за природой побуждают детей задавать все новые и новые вопросы, стимулируют их познавательную активность.

Ребенок мыслит образами. Мышление младшего школьника очень конкретно, но при этом у него развито воображение, пока еще опирающееся на конкретику, на возникающие в сознании картинки. Именно на этой базе и будет развиваться абстрактное мышление, необходимое взрослому человеку.

Работая с маленькими детьми, учителю нужно соблюдать меру в рассказывании. Ребенок слушает – его воображение работает. Нельзя, чтобы образы сменялись слишком быстро, не успев сложиться в картину.

Читать и писать детей тоже легче научить, если идти от образного восприятия – выяснять, на что похожа та или иная буква.

Дети много времени проводят вместе, но это еще не делает их коллективом. Чтобы они сплотились, нужно что-то общее, одинаково дорогое для каждого из них. «Наш уголок мечты» – так Сухомлинский называет пещеру, которую обустроил вместе с ребятами. К общему секрету добавился общий труд. Он был нелегким, но радостным. Работа на природе и эмоциональный подъем давали детям возможность много наблюдать и создавать новые сказки, а значит – развиваться.

Праздники, совместно подготовленные и проведенные, тоже способствуют укреплению коллектива.

Кроме того, педагог напоминает известный и неоспоримый факт: природа – источник здоровья. Но, не правда ли, для современного человека, особенно горожанина, такое напоминание не может быть излишним?

Говорит он и о том, что мало заботиться о здоровье физическом, надо помнить о здоровье психологическом. Если ребенок находится в угнетенном состоянии, необходимо выявить причину. Хорошо, если весь уклад школьной жизни будет отвлекать детей от негативных мыслей и пробуждать у них радостные чувства. Сухомлинский верит, что это возможно. Опять же – все в руках людей.

Природа – еще и вечный источник вдохновения, а каждый ребенок по своей натуре – творец, художник. Предложите детям нарисовать увиденное в природе, а потом рассказать, и увидите, какой творческий потенциал в каждом из них.

От этой рекомендации рукой подать до следующей: учите детей заботиться о живой природе, ухаживая за цветами, учите сострадать, помогая раненой птице. Здесь же есть место и уважению к труду других людей: нельзя рвать цветы с клумбы, потому что кто-то посадил их на радость окружающим.

У каждого ребенка, несмотря на возраст, уже есть свои проблемы, свои печали и страхи. И обсуждать это в присутствии других людей – это выставлять напоказ глубоко личное, говорит Сухомлинский о важности соблюдения педагогической этики и педагогического такта.

Вслед за Макаренко, Сухомлинский много говорит о радости как об основе детской жизни. И тоже полагает, что нарочито ограждать детей от всего грустного не следует – так воспитываются эгоисты, не способные сопереживать.

Педагог призывает очень серьезно относиться к начальному образованию детей – это база для всего последующего овладения знаниями. Научившись учиться в первые школьные годы, ребенок избежит многих трудностей впоследствии.

РЕБЕНОК И ОБЩЕСТВО. Понимание общественных отношений приходит к ребенку через мир вещей: однажды он начинает задумываться о том, откуда берется еда у него на столе, электричество в приборах и многое другое, без чего жизнь невозможна или стала бы совсем другой. Очень полезно организовывать встречи детей с представителями разных профессий. Это пока еще не профориентация, но такие встречи вырабатывают уважение к труду и помогают детям расширять кругозор.

Представление о том, как огромен и многообразен мир, ребенок получает и с помощью своеобразных «путешествий» по глобусу или карте. Такие занятия можно сопровождать показом фильмов о жизни разных стран, которые помогут ребенку воспринимать мысленные путешествия более реалистично.

И снова методика Сухомлинского поражает тем, насколько просты, доступны для каждого из нас описанные в ней приемы.

ДЕТСКИЕ УСПЕХИ И НЕУДАЧИ. Наверное, каждый взрослый помнит, какое значение имели для него когда-то первые школьные оценки. Сухомлинский полагает, что учитель должен обязательно это учитывать и не превращать оценки только в кнут и пряник. Если же он использует оценки в качестве наказания, то в глазах детей становится несправедливым человеком. Есть и другая опасность – плохие оценки укоренят в ребенке неверие в свои силы. И как следствие, неуважение к собственному труду.

Даже для взрослого напрасный, безрезультатный труд – постылый, отупляющий, а дети воспринимают мир куда эмоциональнее. «Бойтесь погасить огонек жажды знаний!» – предупреждает педагог. Неверие в свои силы, потеря уважения к собственному труду приведет к замыканию ребенка в себе, равнодушию, агрессии – одним словом, ко всему, что называют школьными неврозами. А ведь чувство собственного достоинства появляется у человека отнюдь не в зрелом возрасте.

Сухомлинский призывает учителей начальной школы не начинать ставить оценки слишком рано: дети могут плохо выполнять задание потому, что еще плохо представляют, как выполнить его хорошо. Терпеливый и понимающий педагог поможет ребенку поверить в себя. Автор описывает успешный опыт ряда учителей, которые использовали только положительные оценки для поощрения и не использовали плохих для наказания.

Общественные отношения ребенок понимает через мир вещей: однажды он начинает задумываться о том, откуда берется еда у него на столе, электричество в приборах и многое другое, без чего жизнь невозможна или стала бы совсем другой.

Развивая умственные способности, нельзя забывать об эстетическом воспитании. Музыка открывает перед ребенком красоту мира. Ребенок, научившийся слушать музыку природы, естественно воспринимает музыку, созданную людьми, – от народных напевов до классики. Нужно с большим вниманием подходить и к выбору музыки для ребенка, и к выбору книг. Правильно подобранные книги развивают чуткость детей к миру, внимательное и заботливое отношение к людям. «Нельзя жить и дня без тревоги о человеке», – так сформулировал Сухомлинский свой главный гуманистический идеал, который стремился донести и до детей, и до взрослых.

В. А. СУХОМЛИНСКИЙ

Василий Александрович Сухомлинский родился 28 сентября 1918 года в украинской крестьянской семье. Оба его брата и сестра тоже стали сельскими учителями.

Рабфак в Кременчуге, Полтавский педагогический институт, работа в сельской школе учителем украинского языка и литературы. А потом – война. В 1941 году В. А. Сухомлинский добровольцем ушел на фронт. Младший политрук, защитник Москвы. После ранения чудом остался жив и был комиссован. В 1942–1944 годах работал директором школы поселка Ува Удмуртской АССР. Затем вернулся в освобожденные от оккупантов родные места, с 1944 года заведовал Онуфриевским районным отделом народного образования, а в 1948 году стал директором Павлышской средней школы, которой бессменно руководил до конца своей жизни.

В 1955 году защитил кандидатскую диссертацию на тему: «Директор школы – организатор учебно-воспитательного процесса».

Выдающийся педагог-гуманист написал порядка 40 монографий и брошюр, более 500 статей и более 1000 рассказов и сказок. Его книги переведены на многие языки мира.

Ушел из жизни в 1970 году.

Виктор Федорович Шаталов

Педагогическая проза

(1980)

«…сложность учительского труда в том, чтобы найти путь к каждому ученику, создать условия для развития способностей, заложенных в каждом. Самое главное – учитель должен помочь ученику осознать себя личностью, пробудить в нем потребность в познании себя, жизни, мира, воспитать в нем чувство человеческого достоинства, составляющая которого – осознание ответственности за свои поступки перед собой, товарищами, школой, обществом».

В ДВУХ СЛОВАХ

Сотрудничество между учителем и учеником начинается с упрощения процесса запоминания. Этой цели служит система опорных сигналов, благодаря которой достигаются лучшие результаты и психологический комфорт.

Антон Семенович Макаренко создал «Педагогическую поэму» – книгу о преодолении трудностей, возникших на пути педагога в суровые годы после Гражданской войны. Более чем четыре десятилетия спустя увидела свет «Педагогическая проза» известного новатора Виктора Федоровича Шаталова. Это не повествование о пути через тернии к звездам, это практические рекомендации… так сказать, проза жизни. Но кто сказал, что проза жизни не может быть вдохновенной?

Эта книга, по словам самого автора, создавалась на протяжении десятилетий – с 1956 года – и публиковалась частями, которые по сути составляют единое целое.

Процесс чтения книги Шаталов определяет как участие в заседании расширенного педсовета. Какие же вопросы на нем поднимаются? Да те же, что и на обычном школьном педсовете. Как повысить успеваемость и что делать с бедой каждого класса – «тихими троечниками», не блещущими ни в учебе, ни в общественной деятельности? Как в процессе обучения еще и воспитывать? Как сформировать у ребенка самостоятельность и ответственность?

Все главные вопросы, стоящие перед учителем, рассматриваются сквозь призму оригинальной педагогической концепции В. Ф. Шаталова – системы обучения с использованием так называемых опорных сигналов. Это ключевые слова, рисунки, формулы и иные условные знаки, которые облегчают запоминание и помогают воспринимать материал в комплексе, во всем богатстве причинно-следственных связей.

Разумеется, для того, чтобы учеба была в радость, недостаточно одной только помощи ученику в получении знаний. Позитивной должна быть сама атмосфера школы. И Шаталов, как все гуманисты и, пожалуй, все новаторы, говорит о педагогике сотрудничества.

Методы Шаталова прочно вошли в практику школы, учреждений дополнительного образования и даже вузов и уже которое десятилетие дают положительные результаты.

КАК ИСПРАВИТЬ ТРОЕЧНИКА? Наверное, нет учителя, который ни разу не задавался бы вопросом: можно ли улучшить успеваемость детей, которые во всем привыкли быть середнячками? Ведь таких в каждом классе – большинство. И одна из причин – все возрастающая (надо добавить – и по сей день) загруженность учащихся. А ведь дети еще и переключаются в течение дня с одного предмета на другой – где уж все запомнить и правильно воспроизвести?

Повторение, как известно, мать учения. Так стоит ли бояться подсказок? Может быть, стоит их легализовать? Так подсказка получает официальный статус опорного сигнала.

Это отнюдь не шпаргалка, не изложение материала, так что если ребенок не взял на себя труд прочитать параграф, подсказка не сработает. Отдельные слова, цифры, рисунки подскажут план ответа только тому, кто добросовестно занимался.

Опорные сигналы показывают путь от мысли к мысли, то есть учат воспринимать информацию в комплексе. Они же, по идее Шаталова, способствуют развитию речи учащегося.

При традиционном построении урока – опрос, объяснение нового материала, задание на дом – учитель не может опросить значительное количество учеников. Это снижает возможность контроля, расхолаживает… и вот – появляется очередной троечник.

Шаталов, как все гуманисты и все новаторы, говорит о педагогике сотрудничества. Для того чтобы учеба была в радость, недостаточно одной только помощи ученику в получении знаний. Позитивной должна быть сама атмосфера школы.

Шаталов предложил революционную для его времени систему опроса, элементами которой сейчас пользуются учителя по всей стране. «Тихий» опрос по опорным сигналам («тихий» потому, что учитель общается с учеником, не мешая остальному классу выполнять задание) соседствует с обычным опросом и с магнитофонным опросом, в ходе которого ученик делает аудиозапись своего ответа. Понятно, что «тихий» и магнитофонный опрос можно совмещать с письменными заданиями остальным ученикам и за один урок опрашивать от половины до целого класса. Автор называет этот методический прием систематической обратной связью.

Автор предлагает широко практиковать взаимопроверку учащимися друг друга. Один из многих примеров: магнитофонную запись ответа прослушивает ученик из параллельного класса и дает по ней свое заключение. Развитие самостоятельности и ответственности? Безусловно!

От дневников и от довлеющей роли оценок в этом случае можно отказаться – учитель постоянно будет иметь полную картину успеваемости. Конечно же, за рамки эксперимента «безжурнальная» и «бездневниковая» работа не вышла, но, повторимся, сами приемы контроля знаний до сих пор себя оправдывают.

Что же касается опорных сигналов – их готовят сами ученики, овладевая в процессе этой работы ценным умением отбирать самое главное, ассоциировать, выстраивать причинно-следственные связи. К тому же это труд во благо класса, помощь учителю в подготовке к уроку. Так понемногу ребенок приобщается к общественной деятельности. Польза для развития совершенно очевидна.

А КОГДА ЖЕ ВОСПИТЫВАТЬ? Этот вопрос тоже регулярно встает перед учителями. За учебные часы нужно дать так много материала, что время для душевных бесед появляется, пожалуй, только на нечастых классных часах.

Шаталов уверяет: использование опорных сигналов и различных методик параллельного опроса высвобождает на уроке достаточно времени для обсуждения, например, газетных и журнальных статей. Изначально обсуждение инициирует учитель, затем, как показывает практика, сами ученики начинают приносить интересующие их материалы… А вот и обратная связь: педагог имеет возможность оценить, что интересно ребятам, что их беспокоит, каковы их мечты и устремления. Бесценная информация для думающего учителя!

Обсуждая, дети учатся дискутировать, формулировать и отстаивать свою точку зрения. Взаимопонимание между ними становится более прочным. Взаимопонимание между учеником и учителем – тоже.

А взаимопонимание между учителем и учеником, в свою очередь, помогает нормальному учебному процессу.

Система обучения с использованием так называемых опорных сигналов – оригинальная педагогическая концепция Шаталова. Это ключевые слова, рисунки, формулы и иные условные знаки, которые облегчают запоминание и помогают воспринимать материал в комплексе, создают общую картину в голове.

Шаталов приводит такой пример, знакомый всем по собственному школьному опыту: дается задача для самостоятельного решения. Одни дети, понятно, решают ее быстрее других, начинают тянуть руку, подскакивать на месте, пришептывать, а то и говорить в полный голос, привлекая внимание учителя. Пользуясь возникшим шумом, начинают шуметь другие – один требует подсказки, другой отвечает… Это не только подтачивает дисциплину, это еще и отвлекает детей, которые в это время пытаются решить задачу. У них не получается, они переживают, они начинают осознавать себя вечными троечниками…

Автор предлагает простой вариант решения этой проблемы: в сплоченном коллективе, где учитель и ученик понимают друг друга, вместо поднятой руки и прочих ухищрений – пристальный взгляд на учителя. Учитель проверяет решение у тех, кто уже справился, остальные продолжают работать. Не правда ли, это еще и отличная практика взаимоуважения?

Таким образом, воспитывать можно во время урока. Достаточно просто не упустить тех возможностей, которые есть у каждого педагога.

САМОПРОВЕРКА ВМЕСТО ОЦЕНКИ. Сотрудничество между учителем и учеником достигает совершенства тогда, когда ученик начинает помогать учителю. И не в чем-либо, а в самом главном: в оценке полученных знаний. Шаталов предлагает отказаться от оценок учителя в пользу самопроверки. Учитель смотрит работу ученика, отмечает ошибки – но не в тетради ученика, а у себя в тетради. Ученику же предлагается по альбому с опорными сигналами проверить себя. Практика показывает, что учитель и ученик в большинстве случаев оценивают работу одинаково.

Проверяя самого себя, ученик еще раз повторяет материал. Для него очевидны все ошибки – и вряд ли он повторит их снова. Благотворно этот методический прием сказывается и на формировании чувства ответственности. Учитель и ученик работают как коллеги ради общей цели – передачи знаний от одного к другому. А значит, школа перестает быть местом, где взрослые принуждают детей учиться.

В такой школе нет места унижению человеческого достоинства. В ней педагог настолько полагается на сознательность своих учеников, что может себе позволить вместо обычных заданий дать так называемые предложения – задания различной степени сложности на выбор. Более того, и привычные формы контроля заменяются самоконтролем и работой по «листам группового контроля».

Уважая потребности ребенка, учитель много места отводит игре. «Игра – дело серьезное», – восклицает Шаталов. Игра – естественная деятельность ребенка, в ней нет места оценкам в примитивном их понимании, зато есть место проблемным ситуациям, расстановке нравственных акцентов. В конце концов, даже усвоение материала происходит быстрей и легче, если он подается в игровой форме.

Разгадывание ребусов, турниры по различным дисциплинам, ориентирование на местности и многое-многое другое может сделать досуг ребенка увлекательным, а игровые паузы во время урока позволят отдохнуть и с новыми силами приняться за труд.

Все это помогает поддерживать интерес ребенка к учебе, ту самую жажду познания, без которой невозможна дальнейшая гармоничная жизнь человека.

В. Ф. ШАТАЛОВ

Виктор Федорович Шаталов родился 30 апреля (по другим источникам – 1 мая) 1927 года на Украине. Участник Великой Отечественной войны. С 1951 года работал в школе преподавателем математики, затем директором. Эксперимент с использованием для обучения опорных сигналов был начат им в 1956 году.

С 1987 года – заведующий лабораторией проблем интенсификации учебно-воспитательного процесса в НИИ содержания и методов обучения Академии педагогических наук СССР в Донецке. В том же году стал заслуженным учителем Украинской ССР, а в 1990 году был удостоен звания народного учителя СССР.

В 2000 году в Москве при участии Виктора Шаталова было открыто учебное заведение для дополнительно образования, впоследствии получившее название «Школа-студия Шаталова». Руководит ею Сергей Николаевич Виноградов.

В числе многочисленных наград В. Ф. Шаталова – орден «Знак Почета» и медали Н. К. Крупской Министерства просвещения СССР и Макаренко Совета министров УССР.

Шалва Амонашвили

Педагогическая симфония

(1983–1986)

«Моя забота в том и состоит, чтобы помочь детям обогатиться жизненным опытом детства, ибо хорошо знаю: чем многограннее у ребенка жизненный опыт детства, тем успешнее можно вплетать в него богатейший опыт человека».

В ДВУХ СЛОВАХ

Воспитание детей в условиях любви, понимания, уважения к их чувству собственного достоинства, а не в условиях постоянного чередования поощрений и наказаний, – залог их благополучного будущего.

Педагогом в Греции называли раба, который сопровождал ребенка в школу. Средством поддержания дисциплины и тяги к образованию была палка, которую он носил с собой. Времена менялись, но принуждение оставалось неотъемлемой частью школьного обучения. И пусть на смену палкам и розгам пришли оценки и грозные записи в дневниках, глубинная суть не поменялась.

Так считает выдающийся советский и российский педагог Шалва Александрович Амонашвили. Педагогике насилия он противопоставил свою оригинальную концепцию гуманной педагогики, воплощенной в жизнь в ряде экспериментальных школ России.

Это не просто личностно ориентированная педагогика – это педагогика, абсолютно отрицающая насильственные, приказные меры в отношении ребенка. Задача педагога – создать позитивную атмосферу для ребенка, относиться к нему с оптимизмом и заряжать этим оптимизмом детей. Дети это оценят и откликнутся на усилия педагога, ведь стремление к развитию, взрослению и свободе заложено в их природе, это естественная программа.

Не правда ли, в этой трактовке механизмов образования разом звучит голос всех гуманистов всех стран и всех времен? Не потому ли трилогия, в которой с наибольшей полнотой раскрываются идеи Амонашвили, носит название «Педагогическая симфония»? Хотя сам автор объясняет название проще: детский гомон – это симфония каждого дня.

В трилогию входят книги «Здравствуйте, дети!», «Как живете, дети?» и «Единство цели», преимущественно посвященные обучению детей с шестилетнего возраста и далее в начальной школе. До сих пор нет единой точки зрения на то, следует ли обучать детей с шестилетнего или с семилетнего возраста, а для 80-х годов XX века это был смелый эксперимент.

ЧТО ГЛАВНОЕ ДЛЯ ПЕДАГОГА? Вслед за Янушем Корчаком и Василием Сухомлинским Амонашвили говорит: настоящим педагогом нельзя стать без самоотверженной любви к детям и уважения к детству. Эти любовь и уважение должны быть действенными: учитель должен быть уверен, что поступает во благо ребенку. А это невозможно без качественных методик.

Хороший педагог, по убеждению Амонашвили, строит обучение на активности и самостоятельности самих детей, создает для этого условия, поддерживает, направляет. Не правда ли, созвучно с тем, о чем из века в век твердили гуманисты? Приобщить детей к процессу созидания самих себя – так говорит автор. Если у ребенка что-то не получается, важно поддерживать в нем веру в его собственные силы. Тогда он не сойдет с пути саморазвития.

Недальновидный педагог может нанести вред этой замечательной способности ребенка. И сможет ли потом другой педагог все исправить? Ответа на этот вопрос нет. Вот почему нужно относиться к воспитаннику бережно. Оценка – плохой способ побудить ребенка развиваться. Учеба ради оценок и учеба во имя знаний зачастую противостоят друг другу. Амонашвили полагает, что в начале обучения педагог должен отказаться от оценок и сформировать у ребенка умение объективно оценивать результат собственных стараний. Понятно, что это длительный процесс.

Нужно, чтобы дети видели в учителе не того греческого педагога, который должен был заставить своего подопечного усердно учиться, а старшего товарища с более богатым жизненным опытом и более солидным багажом знаний. Согласитесь, именно у такого человека захочется перенимать знания, именно такого захочешь видеть в советчиках и помощниках.

И наверное, излишне говорить, что учитель всегда должен быть последователен и терпелив.

А ведь дети очень разные. И ситуации даже в течение одного дня могут быть очень разные. Мастерство педагога – в умении оперативно, но всегда продуманно реагировать на них. И даже шалость ученика обращать во благо.

О ПОЛЬЗЕ ОЗОРНИКОВ. Настоящая педагогика держится на шалунах. Парадоксальное утверждение! Тем не менее Амонашвили повторяет и повторяет: именно беспокойные искатели приключений побуждают воспитателей проявлять творчество, новаторство, а не воспроизводить изо дня в день, из года в год одни и те же методические приемы.

В шалостях ярче раскрывается личность. Озорники инициативны, изобретательны, сообразительны, остроумны, они деятельные мечтатели. Они охотно приходят на выручку своим товарищам, да и взрослым помогают иначе взглянуть на самые, казалось бы, устоявшиеся явления – и тем самым способствуют их развитию. Да-да, благодаря таким детям развиваются взрослые!

Хороший педагог строит обучение на активности и самостоятельности детей, создает для этого условия, поддерживает, направляет, убежден Амонашвили.

Сразу вспоминается Том Сойер, не правда ли? Рядом с ним и тетушке Полли приходилось пересматривать и пересматривать свои методы воспитания. И ведь как любим многими поколениями читателей этот герой!

Так почему же взрослые столь недовольны шалунами, почему так рьяно бросаются их перевоспитывать, зачастую с помощью насилия и угнетения? Не потому ли, что мы дорожим своим покоем больше, чем благом детей?

А ведь у шалунов, говорит Амонашвили, наиболее высокий потенциал саморазвития.

Разумеется, речь не идет о попустительстве. Шалостью нужно уметь управлять, чтобы она не превратилась в грозу самому ребенку и окружающим, а была одним из действенных средств познания мира. Преобразование шалости – одно из высших достижений педагога. Он должен хорошо представлять себе, чем заполнят свободное время его ребятишки, и действовать с учетом этого.

Да здравствует «познавательная шалость»!

Конечно же, такая педагогика требует от учителя значительно больших усилий, нежели обычная педагогика принуждения. Однако результат оправдает любые усилия. Достаточно вспомнить, как неохотно мы шли в школу, как часто приходилось нам жаловаться на то, что учителя нас не понимают. Школа, в которой захочется учиться, – это школа мечты, иначе и не скажешь. Ведь ребенок, уверен Амонашвили, по природе своей нетерпелив, он не может ждать счастья, он должен быть счастливым прямо сегодня.

БУДНИ УЧИТЕЛЯ НАЧАЛЬНЫХ КЛАССОВ. Сейчас мы уже не удивляемся тому, что для малышей-«нулевиков» проводятся более короткие уроки, нежели для всех остальных. Именно Амонашвили ввел такие уроки – мини-уроки по 10–15 минут и сокращенные уроки по 35 минут в практику.

Чтобы что-то успеть на таком уроке, нужно тщательно его организовать – говоря словами автора, разработать партитуру урока. Ни одна минута не должна пройти даром. Сложно? Да. Но посильно, если приложить старание и если твоими действиями руководит беззаветная любовь к ребенку.

Меньше ничего не значащих слов, больше слов весомых и наглядности! Учитесь правильно ставить вопросы, сверяясь с жизненным опытом ребенка – ведь именно на него, а не на абстрактную «правильность» опирается он, формулируя ответ.

В помощь учителю знаменитый педагог сформулировал десять принципов, коими следует руководствоваться постоянно.

Если учитель понимает ребенка, ученик станет добровольным его помощником в деле своего воспитания. Это первый принцип гуманной педагогики.

Второй принцип: общайтесь с ребенком. Общение – одна из самых больших радостей человеческой жизни. Так доставляйте же ребенку эту радость – радость совместного познания и игры, труда и отдыха.

Третий: никогда не следует забывать, сколь значительно влияние среды на ребенка. Нужно, чтобы она была дружественной, обучающей, воспитывающей. Сила примера никогда не теряет своей важности.

Четвертый: нужно побуждать ребенка верить в себя и в нас и дорожить этой взаимной верой.

Пятый: уважать личность ребенка. И – снова вступает в действие сила примера – таким образом побуждать его уважать окружающих и заботиться о них.

По мнению Амонашвили, у шалунов наиболее высокий потенциал саморазвития. Разумеется, речь не идет о попустительстве. Преобразование шалости – одно из высших достижений педагога. Он должен хорошо представлять себе, чем заполнят свободное время его ученики, и действовать с учетом этого.

Шестой: ребенок будет гармонично, творчески развиваться только тогда, когда чувствует себя нужным, любимым, понимаемым.

Седьмой: дети импульсивны и непосредственны. Педагог должен учитывать это, чтобы не совершать ошибок.

Восьмой: воспитание – длительный процесс, большая часть которого протекает скрытно. Значит, терпение, терпение и еще раз терпение. А еще – проницательность и последовательность.

Девятый: педагогу никак не обойтись без таких качеств, как чуткость, отзывчивость, доброта души, любовь, нежность, непосредственность, постоянная готовность прийти на помощь, чувство сопереживания, требовательность к самому себе и заботливая требовательность к ребенку. Нельзя забывать, что дети – это завтрашний день нашей страны.

Десятый: крику, брани, ущемлению самолюбия, насмешке, грубости, угрозе, принуждению не место в школе. Они подавляют личность ребенка и противоречат всем принципам гуманной педагогики.

Урок, говорит Амонашвили, является собственностью детей, а не собственностью учителя, а значит, последний не должен быть тираном и хозяином на уроке, не имеет права нарушать ход мыслей детей, которые решают познавательные задачи. Как тут не вспомнить, как болезненно мы сами в школьные годы реагировали на понукания и постоянные указания учителей. Много ли пользы мы получили от такой манеры ведения урока? Темп урока должен соответствовать темпу развития детей, убежден автор. Поясняя свою мысль, он снова прибегает к музыкальным сравнениям: темп на уроке столь же важен, как и в музыкальном произведении.

Амонашвили не просто верит в успех: эксперименты, проведенные под его руководством, убедительно доказали практическую ценность его концепции. Остается надеяться, что эта концепция, созданная в конце прошлого столетия, в нашем веке получит повсеместное распространение.

Ш. А. АМОНАШВИЛИ

Шалва Александрович Амонашвили родился 8 марта 1931 года в Тбилиси. Его отец погиб на фронте в годы Великой Отечественной войны. Возможно, это отчасти предопределило жизненный выбор Шалвы – свою жизнь он посвятил тому, чтобы детство следующих поколений было счастливым. А возможно, на его профессиональное самоопределение оказала влияние работа пионервожатым в период учебы на факультете востоковедения Тбилисского государственного университета.

В 1958 году он окончил аспирантуру при НИИ педагогики им. Я. С. Гогебашвили, два года спустя защитил кандидатскую диссертацию по педагогике. В 1972 году за кандидатской диссертацией последовала докторская.

Многие годы – с 1958 по 1991-й – выдающийся педагог посвятил работе в НИИ педагогики Грузии, в котором прошел путь от лаборанта до директора, а затем и до генерального директора Научно-производственного педагогического объединения. Впоследствии заведовал кафедрой начального образования в Педагогическом университете им. С. С. Орбелиани в Тбилиси и лабораторией гуманной педагогики в Московском городском педагогическом институте. Действительный член Академии педагогических наук СССР и Российской академии образования, создатель Международного центра гуманной педагогики. Ректор Академии педагогического искусства и социализации. Научный руководитель экспериментальных школ в Москве, Санкт-Петербурге, Тюмени, Нижневартовске, Сургуте и других городах.

Избирался народным депутатом и членом Верховного Совета СССР.

Руководитель издательского дома «Шалва Амонашвили». Один из создателей «Антологии гуманной педагогики».

В 2007 году удостоен почетного звания «Рыцарь детства».

Михаил Щетинин

Объять необъятное: записки педагога

(1986)

«Всматриваясь вместе с учеником в его настоящее, педагог помогает ребенку увидеть изменения, тенденции роста, соотносит их с тем, что было и что ожидается в будущем, планирует дальнейшую деятельность. Предвидеть будущее, мечтать о нем, действовать сообразно мечте – вот незаменимое топливо и воспитания, и самовоспитания».

В ДВУХ СЛОВАХ

Процесс обучения в школе может проходить значительно эффективнее, если организовать учебу в соответствии с потребностями ребенка, чередовать умственную и физическую нагрузку и помочь каждому ученику раскрыть его таланты в разных областях.

Эксперименты Михаила Щетинина и команды его единомышленников в области воспитания и обучения фактически привели к созданию в 80-е годы прошлого века альтернативной школы, в которой не только на словах, но и на деле работали принципы гуманистической педагогики. «Записки педагога» – книга о поиске новых воспитательных и образовательных форм, а в широком смысле – книга о том, как идти навстречу ребенку и помогать ему становиться полноценным взрослым.

Как писатель и исследователь, Щетинин наследует скорее Корчаку и Макаренко, каждый день на практике постигавшим сложность детской души, чем педагогам-теоретикам, фамилии которых в изобилии упомянуты на страницах книги. Но за цитатами великих раз за разом проглядывает искренняя радость открытий, удовольствие от взаимодействия с мальчишками и девчонками, изумление творца, которому вновь удалось взять правильную ноту – скорее по наитию, чем благодаря долгой подготовке. Это и неудивительно. Будучи музыкантом по призванию, он и в роли педагога, организатора, директора школы оставался человеком, чуждым сухой теории.

Именно поэтому «Записки педагога» – не учебник, не пособие и не научный труд. Прежде всего это проникновенный рассказ о зарождении новых идей и их воплощении в жизнь, рассказ трогательный, воодушевляющий и поэтичный.

Реализуя свой собственный оригинальный проект школьного агропромышленного комплекса, где учеба в первой половине дня сочеталась с работой на производстве во второй половине дня, автор «Записок педагога» пришел к тем же самым выводам о роли и смысле коллективного воспитания, воспитания трудом и в труде, что и Макаренко.

Интересна книга и современным читателям. Ведь сегодняшнее общество задает современным детям высочайшую планку, требуя от них скорости и гибкости мышления, умения адаптироваться к самым разным условиям и быстро принимать решения, и традиционная школа уже давно не успевает за предъявляемыми требованиями. Каким образом можно оптимизировать обучение и как раскрыть природные таланты ребенка – вот об этом и пишет Щетинин, вновь и вновь повторяя открытую им истину: «Человек может все». Нужно только создать ему подходящие условия.

ЧЕЛОВЕК – ЕДИНОЕ ЦЕЛОЕ. Путь Михаила Щетинина как педагога-экспериментатора начался с преподавания в музыкальной школе. На вопросы, которые встают перед любым учителем: как заинтересовать, как сделать так, чтобы интерес не угас, а главное, как достичь максимального возможного результата, он предложил неожиданный и нестандартный ответ: развивать ребенка нужно не только музыкально, но и всесторонне. Воспитываем не музыканта (спортсмена, математика) – воспитываем личность. Только тогда ребенок раскроет все свои природные возможности. Вот одна из основных мыслей его книги и базовая идея, на которой он выстроил всю свою экспериментальную педагогическую деятельность.

Что же входит в воспитание личности? В Кизлярской музыкальной школе, где начинал свою работу Щетинин, группа молодых педагогов-новаторов начала свой эксперимент с того, что отменила зубрежку и принялась налаживать человеческий контакт с учениками. На каждом уроке – новая музыкальная пьеса или интересная информация, а то и вовсе чтение стихов или рисование, после уроков – походы, музеи, разговоры у костра и спортивные игры.

Для участия в эксперименте выбрали самых обычных ребят, без какой-либо музыкальной одаренности. При стандартных методах образования они пополнили бы ряды вечных середнячков или вовсе бросили бы занятия. Новый подход, однако, сотворил чудо, о котором профессионалы отозвались однозначно: «Этого не может быть». Потенциальные середнячки начали занимать призовые места на самых престижных музыкальных конкурсах. И хотя продолжить эксперимент на базе школы не удалось, Михаил Щетинин понял – он и его коллеги на верном пути, их идеи работают, и будет просто нечестным по отношению к детям не продолжить свою новаторскую деятельность. Так простой преподаватель музыкальной школы превратился в неутомимого исследователя, сотрудника Академии педагогических наук.

«Записки педагога» – не учебник, не пособие и не научный труд. В первую очередь это проникновенный трогательный, воодушевляющий и поэтичный рассказ о зарождении новых идей и их воплощении в жизнь.

Продолжился эксперимент по воспитанию личности в поселке Ясные Зори Белгородской области, где при поддержке местной администрации была создана первая в стране экспериментальная площадка по внедрению новых методов образования, школа-комплекс, где, помимо традиционных академических дисциплин, преподавались хореография, музыка, изобразительное искусство и так далее. Основываясь на трудах не только педагогов, но и физиологов, Щетинин убедительно доказал, что существующая урочная система, при которой развитию предметного, образного мышления и физическим нагрузкам уделяется недостаточно внимания, снижает работоспособность учеников и препятствует усвоению знаний.

Особенно это актуально для начальной школы. Учеными убедительно доказано, что в возрасте 7–10 лет познание осуществляется в основном за счет словесного и образного мышления, а чувственная форма восприятия мира преобладает над логической. Другими словами, скорость и глубина усвоения теоретического материала и даже сами мыслительные возможности ребенка напрямую зависят от развития таких форм восприятия, как слуховое, зрительное и двигательное. Если ограничивать ребенка в движении и свободных творческих занятиях, он начинает испытывать трудности в чтении, письме, счете, то есть в том, чему как раз и уделяется повышенное внимание.

Выход в том, чтобы уравновесить школьную программу, составить расписание так, чтобы после каждого «академического» предмета был урок физкультуры, музыки или рисования. И тогда уроки «образного», или «эмоционального» цикла начинают служить своеобразным стимулятором, подзарядкой для мыслительной деятельности в уроках «речевого» цикла.

Методом проб и ошибок, по результатам анализа эффективности каждого варианта в школе было составлено расписание, далеко выходящее за рамки образовательного стандарта. Кроме того, в рамках эксперимента уроки были сокращены до 30 минут. Это позволило подавать материал более компактно и интересно, дисциплинировало учителей и учеников, помогало избежать неизбежного переутомления.

Отказались в школе и от домашних заданий, заменив их полноценной творческой и физической нагрузкой во второй половине дня. Ежедневно в распоряжении детей были спортивные секции, разнообразные кружки и студии, среди которых ученики могли выбирать то, что им больше нравится. Позволив детям выбирать то, что им больше по душе, Щетинин добился того, что их познавательная активность и успеваемость значительно улучшились. Педагог видел одну из основных задач школы в том, чтобы ученик мог найти себя, свое призвание и реализоваться в нем наиболее полно. А выполнить эту задачу может только «разносторонняя» школа, где ребенок развивается гармонично, имея возможность попробовать себя в самых разных направлениях.

ВОСПИТАНИЕ ЛИЧНОСТИ. Параллельно обучению шел и воспитательный процесс. В то время как младшие школьники учились по новому расписанию и демонстрировали по всем предметам лучшие результаты, чем воспитанники обычных школ, со старшеклассниками шла совсем другая, глубокая работа по формированию личности. И базой такой работы стал трудовой отряд «Отважный», созданный при школе.

Осмыслив и обобщив опыт, полученный в трудовом отряде, Щетинин смог существенно обогатить свою педагогическую теорию. Оказалось, что, кроме всестороннего развития всех талантов, детям необходимо постигать искусство общения, взаимодействия с взрослыми, младшими, старшими, ровесниками, искусство преодоления собственных мелких слабостей, искусство ставить «надо» чуть выше, чем «хочу» (а это умение является неотъемлемой частью взросления).

Нередко, признается автор, ему приходилось действовать экспромтом, ведь ситуации, ежедневно возникающие в школе или в отряде, невозможно было втиснуть в рамки теории, для их разрешения не существовало готового ответа. Но зато действия в подобных «боевых условиях» помогли Щетинину сформулировать одно из главных правил педагога, актуальное и для учителей, и для родителей, – воспитатель должен быть искренним. Дети тонко чувствуют любую фальшь и холодный расчет, они инстинктивно противятся формализованному подходу, любому действию, выполненному потому, что так «правильно». А вот любое педагогическое воздействие, выполненное от сердца, с желанием улучшить себя, другого, мир вокруг – оно производит нужное впечатление, даже если с точки зрения теории и «неверно». Будьте искренними и честными с детьми, советует Щетинин, помните, что они живут набело, для них все по-настоящему, и лицемерия или взрослых «игр» они не терпят.

Ученые доказали, что в возрасте 7–10 лет познание осуществляется в основном за счет словесного и образного мышления, а чувственная форма восприятия мира преобладает над логической.

Воспитательное воздействие трудового отряда, по наблюдению автора, оказывало влияние не только на ребят, но и на учителей. Не имея заранее продуманной стратегии и тактики (ведь многим преподавателям все это было в новинку), они просто стремились быть рядом с детьми, участвовать в их жизни, знакомиться с их проблемами и переживаниями. Такое направленное внимание педагогов творило чудеса с самыми сложными детьми. Рождался подлинный творческий коллектив, союз педагогов и учителей, в котором каждый мог чувствовать себя свободно. Предоставление возможности высказывать и отстаивать свои мысли, принятие истинно коллективных решений, то есть решений, рожденных в результате обсуждения всех точек зрения, вели к возникновению школьной демократии и самоуправления – «дисциплин», которые необходимо изучить каждому гражданину.

В старших классах был реализован и еще один обучающий эксперимент – изучение предмета так называемым методом погружения. Метод заключался в том, что в течение двух-трех дней класс занимался только одним предметом, и за короткое время, используя уже существующие наработки эффективного распределения рабочего времени, проходил программу целого года. Результаты «погружений» также были оценены Щетининым положительно.

Школа, по мнению Щетинина, слишком сосредоточена на том, чтобы вложить как можно больше знаний, но даже с этой узкой задачей справляется все хуже и хуже. Новая школа требует и нового педагога – творца, исследователя, способного не только оценить сиюминутные способности и возможности ученика, но и заглянуть в будущее, увидеть его перспективы и, самое главное, помочь ему полно реализовать свои возможности и помочь ему стать полноценной, самостоятельной личностью. Для этого учитель и сам обязан быть всесторонне развит, он должен относиться к своей профессии не как к труду по формальной передаче знаний, а как к искусству сотворения человека.

М. П. ЩЕТИНИН

Михаил Петрович Щетинин родился в 1944 году в Дагестане. С детства одаренный музыкально, мальчик постоянно совершенствовался в игре на любимом инструменте – баяне. Но болезнь суставов поставила крест на его мечте стать профессиональным музыкантом. Оставить любимое дело, однако, Михаил не смог, из исполнителя переквалифицировавшись в учителя. В 1973 году он окончил Саратовский педагогический институт по специальности «музыка и пение», где учился заочно, и стал работать в Кизлярской музыкальной школе.

В 1975 году ему удалось добиться открытия школы-комплекса в поселке Ясные Зори Белгородской области. Помимо обычных предметов школьной программы, дети занимались там музыкой, пением, хореографией и спортом. Успехи учеников побудили Щетинина, к тому моменту получившего должность старшего сотрудника НИИ средств и методов обучения Академии педагогических наук СССР, продолжить свой эксперимент на базе школы в селе Зыбково Кировоградской области. Обучение детей по новаторским методикам, разработанным целой командой учителей, осуществлялось здесь вплоть до 1986 года. В этом же году вышла книга Щетинина «Записки педагога», где он рассказал о своих поисках, поделился своими выводами и поведал всем интересующимся читателям о том пути, который он вместе с другими педагогами и детьми прошел за десять с лишним лет.

В начале 1990-х годов Щетинин основал собственную школу-лицей интернатного типа «Лицей-интернат комплексного формирования личности детей и подростков». Этот лицей, находящийся в Краснодарском крае, продолжает существовать и сегодня. Он входит в российскую структуру образования, является официальной экспериментальной площадкой Академии педагогических наук РФ.

Эрик Берн

Игры, в которые играют люди

(1964)

«К счастью, свободная от игр человеческая близость, которая по сути есть и должна быть самой совершенной формой человеческих взаимоотношений, приносит такое ни с чем не сравнимое удовольствие, что даже люди с неустойчивым равновесием могут вполне безопасно и даже с радостью отказаться от игр, если им посчастливилось найти партнера для таких взаимоотношений».

В ДВУХ СЛОВАХ

Значительную часть человеческого общения составляют игры – по большей части подсознательный обмен скрытыми посланиями с последующим вознаграждением, часто неосознанным.

Среди книг по психологии, адресованных массовому читателю, «Игры, в которые играют люди…» американского психиатра и писателя Эрика Берна, пожалуй, одна из самых популярных и востребованных. Ее актуальность сохраняется и спустя полвека после первого издания. Трудно найти образованного человека, который никогда не слышал, например, о самой популярной из описанных Берном игр – «Да, но…». По признанию самого Берна, именно эта игра была обнаружена и описана первой, с нее-то и началась работа по собиранию «коллекции» самых распространенных игр, которые автор представляет в книге.

Развивая и углубляя теорию психоанализа, Берн на протяжении многих лет искал новые методы терапии пациентов и в итоге сосредоточился на изучении так называемых трансакций, которые можно определить как единицу межличностного общения. Когда соседи встречаются на улице и обмениваются фразами: «Привет!» и «Как дела?», они осуществляют трансакцию. Скрытые трансакции Берн называет играми. Игра начинается в тот момент, когда мы говорим одно, а подразумеваем другое. Трансакционный анализ как направление психологии как раз и занимается срыванием этих покровов.

Эта книга – бесценное пособие для всех, кто желает лучше понимать самого себя и других людей, строить общение осознанно и получать от взаимодействия с людьми удовольствие и пользу, не ущемляя ни своих интересов, ни интересов партнера. Понимание природы игр и сценариев человеческого общения актуально и для родителей. По убеждению Берна, все сценарии мы берем из родительской семьи, а процесс воспитания ребенка есть не что иное, как обучение его играм, принятым в том или ином обществе.

Но, помимо сознательного влияния на детей, мы влияем на них и бессознательно. Если в семье реализуются те или иные модели деструктивных игр, ребенок непременно заимствует их, что формирует его отношение к миру и притягивает в его жизнь определенные негативные события. Другими словами, родители, желающие своему ребенку счастья, должны уметь распознавать игры, принятые в семье, прекращать их и тем самым не передавать следующему поколению.

НЕМНОГО ТЕОРИИ. В начале книги автор в доступных терминах знакомит читателей с основами трансакционного анализа. Любое общение полезно и выгодно для людей, особенно по сравнению с его отсутствием – вот основной принцип теории игр. По мнению Берна, все люди так или иначе, стремятся к получению различных свидетельств того, что мир к ним небезразличен, иначе говоря – к признанию. Признание удовлетворяет наш сенсорный и эмоциональный голод – потребность не менее важную, чем потребность в пище. Любой акт, предполагающий признание присутствия другого человека, в трансакционном анализе получил название «поглаживание». Это хлопок по плечу, объятия, приветственный кивок и так далее. Они необходимы любому ребенку, но страдать от их нехватки будет и взрослый человек.

Помимо сенсорного голода и потребности в признании, у человека присутствует также потребность в структурировании времени. Берн называет эту потребность структурным голодом. Основные способы структурирования времени, к которому прибегают участники социальных групп, – это ритуалы, времяпрепровождение, игры, близость и деятельность. В книге уделено время описанию ритуалов и способов времяпровождения (например, к последним относятся вечеринки в компании), однако основное внимание автора сосредоточено на описании и анализе игр. Игры – что-то вроде «прослойки» между времяпровождениями и близостью.

Близость, по мнению Берна, начинается как раз тогда, когда социальные схемы и скрытые мотивы отходят на второй план. Только настоящая близость способна полностью удовлетворить сенсорный и структурный голод и потребность человека в признании. Родителям стоит помнить о том, что, устанавливая подобную близость с ребенком, мы обеспечиваем ему способность в дальнейшем устанавливать ее и с другими людьми.

ТЕОРИЯ ИГР: ВО ЧТО И КАК МЫ ИГРАЕМ. Игра – это последовательность скрытых трансакций с четко определенным и предсказуемым исходом. Игры следует отличать от еще одного типа социального действия – операции. Если человек просит, чтобы его пожалели, например, и его жалеют – это операция. Если же под этой просьбой скрывается потребность в каком-то ином вознаграждении – это игра. Игру можно вести и сознательно (этим искусством часто в совершенстве владеют менеджеры по продажам), но чаще всего люди посылают «двойные послания», не отдавая себе в этом отчета.

Приступая к изучению теории игр и тем более к применению этих знаний на практике, важно понимать, что сама по себе игра – не всегда плохо. В книге приводятся примеры конструктивных игр, приносящих пользу всем участникам. Однако достаточно часто игры приводят к разобщению членов семьи или группы. Удовлетворяя скрытые мотивы участников, они препятствуют достижению близости там, где она необходима, например между супругами или между родителями и детьми.

Для родителей актуально понимание природы игр и сценариев человеческого общения. По убеждению Берна, все сценарии мы берем из родительской семьи, а процесс воспитания ребенка есть не что иное, как обучение его играм, принятым в том или ином обществе.

Все трансакции, согласно теории Берна, протекают между людьми, находящимися в одном из трех состояний «я»: Ребенок, Взрослый, Родитель. Они не тождественны фрейдовским Эго, Сверх-Я и Оно. При этом в норме Взрослый контролирует действия Родителя и Ребенка, является посредником между ними.

Ребенок – это такое состояние, которое продолжает действовать с момента фиксации в раннем детстве и представляет собой архаические пережитки. Ребенок всегда присутствует в каждом из нас, это источник творчества, радости и спонтанности, но при определенных обстоятельствах он способен захватить власть над нашей психикой и начать принимать самостоятельные решения, которые вряд ли будут разумными.

Взрослый – состояние «я», направленное на объективную оценку реальности. В большинстве случаев коммуникация между людьми, решающими те или иные объективные задачи (например, на работе) протекает в плоскости «Взрослый – Взрослый». В личном общении, однако, возможны самые разные варианты.

И наконец, Родитель – состояние «я», сходное с образами родителей. Мы неизбежно перенимаем образ мышления людей, которые нас воспитали, их отношение к жизни и картину мира. Благодаря состоянию Родителя мы можем эффективно растить и воспитывать наших собственных детей. Кроме того, в состоянии Родителя мы выполняем многие действия на автомате, потому что «так принято», что экономит массу времени. Эти шаблоны, однако, могут быть деструктивными, поэтому их нужно анализировать и при необходимости пересматривать.

По мнению Берна, в процессе взаимодействия в той или иной социальной группе индивидуум в каждый момент времени обнаруживает одно из состояний «я» (Родителя, Взрослого или Ребенка), а также способен переходить из одного состояния в другое.

АНАЛИЗИРУЙ ЭТО. Ознакомив читателя с различными состояниями «я» и с понятием единицы общения – трансакции, автор переходит к рассказу о трансакционном анализе игр, иллюстрируя этот процесс описаниями игр, наиболее типичных в той или иной ситуации социального взаимодействия. В книге описаны шесть видов игр: игры на всю жизнь («Алкоголик» или «Должник»), супружеские игры («Загнанная домохозяйка», «Если бы не ты…» и другие), игры в компаниях (как раз к ним относится знаменитая «Да, но…»), сексуальные игры («Динамо», «Скандал»), игры преступного мира, а также игры на приеме у психотерапевта. Цель анализа – установить, во-первых, какое именно состояние «я» ответственно за стимул к трансакции, а какое – за реакцию на нее. Во-вторых, определить скрытый мотив игры (тезис) и получаемый игроком выигрыш. В-третьих, сформулировать антитезис, позволяющий прервать игру.

Ребенок всегда есть внутри нас, он никуда не исчезает, это источник творчества, радости и спонтанности, но при определенных обстоятельствах он способен захватить власть над нашей психикой и начать принимать самостоятельные решения, которые вряд ли будут разумными.

Существенной частью анализа игры является определение ее детских корней, то есть прототипов игры, характерных для разного возраста. Изучая игры, Берн установил, что дети весьма часто играют в игры, подобные описанным в книге, но детский вариант обычно более бесхитростный. Дети могут играть намеренно, но с возрастом игра становится привычкой и вытесняется в область бессознательного. Чтобы этого не произошло, мамам и папам очень полезно уметь распознавать игры в исполнении детей и вовремя пресекать их. Задача родителей – способствовать тому, чтобы ребенок, вырастая, постепенно освободился от нашего влияния, приобрел умение жить здесь и сейчас, действовать спонтанно и достигать близости с другими людьми. Это, по мнению Берна, и есть главные признаки взрослости.

Э. БЕРН

Эрик Леннард Берн (настоящая фамилия Бернстайн) родился в 1910 году в Канаде. Его отец был врачом-терапевтом, а мать – журналистом и литератором. Первое определило выбор Берна: окончив школу, он связал свою жизнь с медициной. Второе же, несомненно, способствовало популяризации его открытий: книги удавались доктору Берну столь же хорошо, как теоретические исследования в области человеческой психики и взаимоотношений людей. Получив степень доктора медицины и магистра хирургии в Университете Маггилла в Монреале, в 1935 году молодой врач Эрик Бернстайн переехал в Нью-Йорк, где сменил фамилию и продолжил свое образование в области психиатрии. В первые годы он работал частным психиатром, а в 1943 году вступил в Армейский медицинский корпус. Там он впервые стал работать с группами и занялся разработкой нового метода психотерапии – трансакционного анализа. Его первая книга, «Психика в действии», вышла в 1947 году, за ней последовали «Трансакционный анализ в психотерапии» (1961), «Игры, в которые играют люди» (1964), «Секс в человеческой любви» (1970) и другие. Умер Эрик Берн в июне 1970 года.

Мария Монтессори

Мой метод

(1906)

«Наши ученики, пользуясь предоставленной им свободой на пути самообучения, научились слышать свой внутренний голос. Как новорожденный при правильном кормлении спокойно дожидается очередного приема пищи и начинает плакать точно в момент следующей еды, так старшие дети обращаются к новым материалам, новым формам работы точно в момент таинственного внутреннего созревания. Причем делают это так уверенно, что очевидна внутренняя необходимость. Так же, ощущая физиологические потребности, они заявляют нам, что голодны, хотят пить или спать».

В ДВУХ СЛОВАХ

Ребенок от природы наделен способностями к освоению самых разных навыков, нужно лишь предоставить ему полную свободу действий и правильно организовать окружающее его пространство.

Методика Марии Монтессори появилась в начале XX века, в период бурного развития гуманистической психологии. Гуманистической ее назвали потому, что объектом и точкой отсчета исследований в этом новом направлении стал человек во всем его многообразии. Будучи подлинным педагогом-гуманистом, Монтессори положила в основу своего метода наблюдение за ребенком в его естественных, природных проявлениях и создала теорию врожденной способности человека к обучению.

Мария Монтессори – первый в истории столь авторитетный педагог-женщина, и ее вполне можно назвать истинным борцом за права детей. В то время, когда в обществе заговорили о равенстве прав и свобод людей независимо от пола, национальности и вероисповедания, она подняла свой голос в защиту детей, вынужденных существовать в мире взрослых, где они ежедневно подвергаются разного рода притеснениям, где их естественные свойства подавляются для удобства взрослых. Наблюдая за процессом обучения в школах, Монтессори пришла к выводу, что исследовать природный механизм обучения, присущий человеку, в таких условиях невозможно. Урочная система и требования к соблюдению дисциплины, организация обучения через постоянные указания учителя были несовместимы с теми идеями, которые возникли у педагога-новатора.

Тогда Мария Монтессори организовала свое первое учебное заведение для детей-сирот с отклонениями в умственном развитии, ставшее базой для научных исследований – и одновременно возможностью для таких детей получить полезные знания и навыки. В процессе наблюдения за детьми и взаимодействия с ними были выработаны принципы организации окружающей среды и разработан специальный монтессори-материал, который и сейчас используется в детских садах и школах этого направления.

Поработав с особыми детьми, Монтессори пришла к выводу, что ее метод вполне можно распространить и на обычных, нормально развивающихся детей. В последующие годы она окончательно оформила и сформулировала педагогический метод, основанный на идее свободного воспитания и обучения, который она назвала своим именем.

ТЕОРИЯ И ПРАКТИКА. Главные принципы Монтессори-педагогики:

• индивидуальный подход (который заключается в предоставлении ребенку свободы выбора дидактического материала);

• объединение в одном классе детей разного возраста по семейному принципу;

• возможность по желанию переходить из комнаты в комнату, которая развивает в ребенке естественное стремление к порядку.

Подобный подход был поистине новаторским. Об индивидуальном подходе писали многие педагоги и психологи, но никто не заходил так далеко, чтобы предоставить ребенку полную свободу определять вектор своего обучения, материалы и место в учебной комнате. То же самое можно сказать о формировании групп из детей разного возраста – прежде эта идея никому в голову не приходила. Принципы Монтессори настолько не укладываются в традиционную педагогику, что до сих пор используются в нашей стране только в негосударственных учреждениях образования, работающих по этой методике.

Мария Монтессори – первый в истории столь авторитетный педагог-женщина. Ее можно назвать истинным борцом за права детей.

«Мой метод» – одна из самых известных работ Марии Монтессори. Написанная более века назад, она до сих пор используется как учебное пособие педагогами по системе Монтессори. В первой части книги изложены основные принципы новой педагогической системы, уже опробованные в римском Доме сирот. Автор делится своими наблюдениями за детьми, рассказывает об открытиях преподавателей школы, критикует современную ей систему образования и рассуждает о необходимости новых методов. К обучению детей она подходит с точки зрения психолога, философа и врача, и такое триединство придает особенную глубину и ясность ее теории.

Во второй части приведены методики, педагогические приемы и описание дидактического материала для обучения детей 6–10-летнего возраста чтению, письму, арифметике, рисованию, музыке, пению, ритмике и так далее. Материалы книги будут полезны как профессиональным педагогам и психологам, так и обычным родителям, которые хотят обучать своих детей самостоятельно или помогать им в освоении школьной программы.

СВОБОДА – СИНОНИМ ПОРЯДКА. Свободу Мария Монтессори считает основополагающим принципом своей педагогической системы. Многие боятся свободы в обучении, отмечает она, но это происходит от предрассудков и незнания, как устроена психика ребенка и по каким законам он познает мир. Многочисленные наблюдения за детьми в школе Монтессори убедительно доказывают – ребенок постарше способен постигать самые разные науки так же естественно, как малыш самостоятельно учится ползать, ходить и говорить. И главная задача взрослого, будь то родитель или педагог, – не мешать этому естественному развитию.

Каким же образом ребенок, получив свободу выбирать себе занятия, определяет тот самый необходимый вектор развития? Это происходит благодаря феномену поляризации внимания. Оказавшись в Монтессори-классе, сначала ученик попеременно хватается то за один, то за другой дидактический материал, и этот хаос продолжается до тех пор, пока что-то из предложенного набора внезапно не привлечет его внимание. Ребенок сосредотачивается на исследовании, забывая обо всем вокруг, и его сознание как будто кристаллизуется вокруг поставленной задачи, ум обретает ясность, а душа – покой. Так он учится думать и совершать открытия, так происходит духовный рост маленького человека.

Дети выбирают те или иные материалы и начинают осваивать различные навыки под влиянием внутреннего глубинного импульса, своего рода инстинкта, сходного с тем инстинктом, который заставляет младенца тянуться к материнской груди. Этот импульс лучше всего соответствует потребностям малыша на данный момент. Взрослый, не способный проникнуть в детское сознание, не может точно угадать эти потребности. Вот поэтому и родители, и учителя должны чутко следовать за ребенком, а не навязывать ему свою программу развития.

Ребенок взрослее способен постигать самые разные науки так же естественно, как малыш самостоятельно учится ползать, ходить и говорить. Главная задача взрослого, будь то родитель или педагог, – не мешать этому естественному развитию.

Многие считают свободу противоположностью дисциплине. В монтессори-классе это не так. Предоставленные как будто сами себе, дети инстинктивно тянутся к порядку, подчеркивает Мария Монтессори, и многочисленные эксперименты подтверждают это. Но это не внешний порядок, навязанный извне, а внутренний, основанный на гармонии развивающейся личности. При этом самоорганизация касается не только учебы, но и взаимодействия в социуме. Свобода одного человека не должна нарушать свободы другого. Так, на практике, из опыта постоянных контактов, рождается естественная дисциплина в коллективе.

ВАЖНОСТЬ ОКРУЖАЮЩЕЙ СРЕДЫ. Призывает довериться ребенку и предоставить ему полную свободу в познании мира, Мария Монтессори, однако, считает необходимым соблюдение одного очень важного условия, без которого невозможно в полной мере активизировать природную программу обучения. Это условие – правильная окружающая среда, богатая стимулами для физического и психического развития. Одна из особенностей этой специальной среды – отсутствие урочной системы. В монтессори-школе дети не проводят время за партами, слушая учителя. Вместо этого в помещении школы организовано удобное пространство, разделенное на зоны: практической жизни, сенсорного развития, математическую, естественно-научную и так далее.

В каждой зоне располагается свой дидактический материал: таблички с буквами и цифрами, кувшинчики для переливания воды, миски для перекладывания шипучих материалов, доски и мелки, приспособления для обучения каллиграфии. Важно, чтобы комната была просторной и светлой, мебель – легкой, удобной и красивой, а посуда – хрупкой и изящной. Это не только удовлетворяет эстетические потребности малышей, но обучает их бережливости и точности движений.

Задача педагога в монтессори-классе – организовать не только окружающую среду, но и обеспечить внутренний ритм работы группы. Применение принципа свободы не означает вседозволенности, особенно поначалу, когда дети только осваиваются в новых обстоятельствах. Послушание необходимо; но для того, чтобы оно установилось, нужно, во-первых, заинтересовать детей разнообразной деятельностью, а во-вторых, требовать лишь того, что непременно будет выполнено. Монтессори-педагог превращает уроки в игру, использует загадки и песенки, ищет новые формы для подачи одного и того же материала. Его голос должен быть громким и мелодичным, произношение – четким, тон – выразительным и эмоциональным. Воспитатель – тоже часть окружающей среды, и он должен положительно влиять на учеников всем своим видом и поведением.

М. МОНТЕССОРИ

Психиатр, психолог, детский врач, философ и выдающийся педагог-практик, Мария Монтессори появилась на свет в 1870 году. В 26 лет она окончила медицинский факультет университета и стала первой женщиной в Италии с дипломом врача.

Всегда мечтавшая работать с детьми, Мария Монтессори создала специальную школу для умственно отсталых детей из бедных семей и детей-сирот. Постепенно в процессе практической педагогической деятельности оформилась и уточнилась ее методика свободного обучения, появился изобретенный ею и многократно проверенный на опыте, в работе с детьми, «золотой материал» Монтессори. В 1907 году она основала свой первый приют, ставший прообразом нового типа дошкольного учреждения.

В конце 1930-х годов Мария Монтессори вынужденно покинула Италию, протестуя против установившегося там тоталитарного фашистского режима, и полностью посвятила себя научным изысканиям и распространению своего метода в Европе и США. Скончалась она в Голландии в 1952 году. Но ее методика лишь продолжала набирать популярность, и сейчас, в начале XXI века, идеи Марии Монтессори по-прежнему актуальны и привлекают множество последователей.

Фридрих Фребель

Детский сад

(1913)

«Цель воспитания состоит не в том, чтобы с ранних лет готовить детей к определенному месту в обществе или обучать их профессии, а в том, чтобы дать возможность каждому ребенку стать развитой личностью. Это возможно лишь в том случае, если выковать неразрывные связи между мышлением и действием, познанием и поступками, знанием и умением».

В ДВУХ СЛОВАХ

От того, в какой атмосфере растет и как развивается ребенок в первые годы жизни, во многом зависит его будущее.

Все мы не задумываясь употребляем словосочетание «детский сад» и никому в голову не придет переспрашивать и уточнять, о чем идет речь. И учреждения дошкольного образования детей, и понятие, их обозначающее, прочно вошли в нашу жизнь.

Но любое явление и любой термин когда-то возникают впервые – и поражают современников своей новизной.

Понятие «детский сад» (Kindergarten) ввел в обиход в XIX веке Фридрих Фребель, немецкий педагог, теоретик дошкольного воспитания. И не только теоретик, что ценно. Долгие годы – порядка четырех десятилетий – он посвятил непосредственной работе с детьми, создал ряд методик для педагогов и развивающих пособий для детей и даже подготовил «детских садовниц» – первых в мировой истории профессиональных воспитательниц.

В раннем возрасте лишившись матери, Фребель рос с мачехой, не уделявшей ему должного внимания. Возможно, именно поэтому служение счастливому детству стало целью всей его жизни. Девизом не только издаваемого в течение некоторого времени «Воскресного листка», но и всех трудов педагога стал призыв: «Придите, будем жить для наших детей!»

При жизни он опубликовал ряд замечательных работ: «О воспитании человека», «Материнские ласкательные песни», «Сто песен к играм в мяч, практиковавшимся в детском саду в Бланкенбурге», «Журнал, содержащий изложение попыток Фридриха Фребеля по проведению идеи развивающе-воспитывающего образования в целях всестороннего единства жизни». Но только после смерти выдающегося педагога усилиями его последователей был издан фундаментальный труд «Педагогика детского сада», составленный на основе этих изданий. Он вышел в свет в 1878 году, а на русский язык был переведен в 1913-м. Неудивительно, что его идеи нашли последователей и, разумеется, последовательниц, которых в России называли «фребеличками».

Соратники и последователи Фребеля были непосредственными организаторами первых детских садов в Швейцарии, США, Англии, России и других странах.

Труды педагога-новатора оценивались его современниками по-разному. Однако сложно найти педагога, методики которого в столь неизменном виде дошли до наших дней.

ЧЕМ РАНЬШЕ, ТЕМ ЛУЧШЕ. О том, что воспитание ребенка фактически начинается с рождения, говорили задолго до Фребеля. Еще в трудах Яна Амоса Коменского изложена концепция так называемой материнской школы – семейного воспитания детей до 6 лет.

Фребель подхватывает мысль о том, что в ребенке от рождения есть зачатки эмоций, стремлений, склонностей (это подтвердит любой, кто имел возможность достаточно долго наблюдать за новорожденным). И от того, как они будут развиваться в первые годы, во многом зависит успех всей жизни человека.

Вслед за Песталоцци он говорит о природосообразном гармоничном развитии и тоже призывает наблюдать за ребенком и побуждать его проявлять свои силы для познания мира. Разум ребенка требует деятельности; само стремление малыша занять себя является ключом к развитию. Дело родителей – направлять и помогать.

И первое, что они должны сделать, – это позаботиться о физическом состоянии ребенка. Чистота в комнате, достаточное по количеству и настолько разнообразное, насколько это позволяет возраст малыша, питание, удобная, не стесняющая движений одежда – не правда ли, ни одно из этих простых требований нельзя назвать излишним или надуманным?

Но этого, конечно же, недостаточно. Взрослый должен думать и о полезных для малыша впечатлениях. Задумаемся: как часто родители при младенце дают волю негативным эмоциям? А сколько современный мир – мир информации – обрушивает на ребенка ненужного и вредного? Так что опасения Фребеля сейчас, пожалуй, выглядят еще более обоснованными, нежели полтора века тому назад.

Первый и самый надежный способ активного познания мира ребенком – игра. Ребенок очень рано начинает играть с собственными пальчиками. Чтобы расширить его кругозор, родителям надо познакомить ребенка с предметами, так сказать, извне. Разумеется, предметы эти должны быть правильно подобраны.

ШЕСТЬ «ДАРОВ ФРЕБЕЛЯ». Под таким названием в историю педагогики вошли игрушки, способствующие развитию моторики и интеллекта. Последовательность появления «даров» в жизни ребенка соответствует номеру в списке – игрушки от первой к шестой становятся сложнее.

Самые ранние впечатления педагог рекомендует формировать так: повесить рядом с колыбелькой малыша клетку с яркой птичкой, за которой он сможет следить взглядом.

Первый дар – вязаные мячи всех цветов радуги плюс белый, подвешенные на нитке. Они формируют умение различать цвета. Названные матерью движения – вперед-назад, вверх-вниз, вправо-влево, – помогают формировать пространственные представления малыша. Игра «есть мячик – нет мячика» знакомит ребенка с утверждением и отрицанием. Хорошо, если игры с мячами будут сопровождаться пением матери. Фребель заостряет внимание взрослых на том, что холодная и твердая погремушка подходит ребенку меньше, чем мягкий, теплый мячик. Итак, в эти игры привносится и эстетическое воспитание (за счет пения), и представление о доброте и безопасности мира (за счет тактильных ощущений).

От рождения в ребенке есть зачатки эмоций, стремлений, склонностей. И успех всей его жизни во многом зависит от того, как они будут развиваться в первые годы.

Второй дар – деревянные шар, кубик и цилиндр небольшого размера, причем диаметр шара, основание цилиндра и сторона кубика одинаковые. Они дают ребенку представление о формах и о свойствах форм: шар – движение, куб – устойчивость, цилиндр – то и другое разом.

Третий дар – еще один куб, но разделенный на восемь кубиков. Благодаря этой игрушке ребенок узнает о частях целого. Играя с кубиками, он получает первые навыки конструирования. И разумеется, начальное обучение счету будет проходить легче, если под рукой есть такая игрушка.

Четвертый дар – снова куб, но на этот раз разрезанный на восемь плиток с длиной, равной стороне куба, и толщиной, равной ее четверти. Продолжаем знакомить ребенка с формами и соотношением целого и частей.

Пятый и шестой дары – кубики, разделенные на двадцать семь маленьких кубиков, причем часть из них разделена на еще более мелкие фрагменты: в одном случае – вертикально и горизонтально на кубики, во втором – на разнообразные фигуры.

Согласитесь, эти игрушки, несмотря на их простоту, вполне могут заинтересовать и современного ребенка.

ОТ ИГРЫ – К УЧЕБЕ И К ТРУДУ. Со временем предлагалось вносить в жизнь ребенка все новые и новые развивающие игры – конструирование из металлических колец, палочек, бумаги и других материалов, рисование, лепку, вышивание, подвижные игры, пение… Одним словом, то, что мы помним по годам, проведенным в детском саду. Взрослый должен уметь ненавязчиво включаться в детскую игру, наполняя ее нужным ему содержанием.

Это не значит, что нужно исключать возможность самостоятельных занятий ребенка. Именно они, по мнению Фребеля, формируют настойчивость в достижении цели.

От одиночных игр и игр со взрослым ребенок должен органично перейти к играм со сверстниками. В них ребенок получает более полный, нежели только в общении со взрослыми, социальный опыт. В этом тоже большая польза учреждения, названного Фребелем детским садом. По мнению педагога, стремление к единению – врожденное свойство человека.

Но развивающие игры – не единственное условие гармоничного развития ребенка. Необходимы и общение с природой, и участие в семейных делах и в делах детского коллектива. Объясняйте все, что ребенок видит, что вы делаете. Так вы знакомите его с миром и развиваете его речь, которая, как известно, в свою очередь, станет мощным орудием познания.

Не раз возвращаясь к вопросу о пользе наблюдений в природе, педагог рекомендует посильный труд на специально вскопанных делянках. Это и трудовое воспитание, и наблюдения в непосредственном взаимодействии с природой.

Игра – это первый и самый надежный способ активного познания мира ребенком.

Мысля широко, выходя далеко за пределы воспитания в детском саду, педагог выдвигает идею преемственности: домашнее воспитание должно учитывать требования, которые выдвинет детский сад, а детский сад должен готовить детей к школе. Все участники педагогического процесса должны действовать заодно. Эта идея Фребеля в известной степени воплотилась в жизнь: неслучайно о детском саде мы говорим как о дошкольном учреждении. Его сотрудники корректируют результаты семейного воспитания и закладывают основу для обучения ребенка в школе.

Ну а главный принцип, который вывел для детского сада Фребель, – на все времена: следует помогать ребенку, развивая все лучшее, что дала ему природа.

Ф. ФРЕБЕЛЬ

Фридрих Август Вильгельм Фребель родился 21 апреля 1782 года в деревне на юге Германии. Был шестым ребенком в семье пастора. Рано лишившись матери, жил на попечении старших братьев и сестер, а затем – мачехи.

Получил начальное домашнее образование под руководством домашнего учителя, а затем, как ни удивительно, – в местной школе для девочек.

В 1792 году дядя перевез его в Штадтилм и отдал в городскую школу. Вернувшись на родину уже юношей, был определен в ученики к лесничему. Много занимался самообразованием.

В 1799 году поступил в Йенский университет. Изучал математику, естествознание, архитектуру и топографию. Затем работал лесничим, библиотекарем, секретарем. И наконец, поселился во Франкфурте-на-Майне, где через некоторое время стал преподавать в школе, одновременно продолжая учиться в университетах – сначала в Геттингенском, затем в Берлинском.

Недолгое время прослужил в армии, стремясь узнать и эту сторону жизни.

После смерти одного из своих братьев занялся воспитанием его детей. В эту «семейную школу» отправил своих детей и другой брат; начали в нее принимать и детей из других семей. Так появилась первая школа Фридриха Фребеля, известная как Универсальный германский воспитательный институт. В 20-е годы в ней воспитывалось 60 мальчиков.

В дальнейшем Фребель создал ряд разнообразных учебных заведений; все они, как правило, включали отделения для маленьких детей.

Был дважды женат, в первый раз на своей сподвижнице, во второй – на своей бывшей ученице.

Скончался 21 июня 1852 года в Мариентале, близ Либенштейна. Его надгробие выполнено как пирамида, состоящая из куба, цилиндра и шара, которые символизируют «дары Фребеля».

Бенджамин Спок

Ребенок и уход за ним

(1946)

«Спокойное дружелюбие должно быть главной чертой ваших отношений с ребенком. Когда вы его кормите, одеваете, купаете, разговариваете с ним, меняете пеленку, держите его на руках или просто находитесь с ним в одной комнате, он все больше осознает, как много он значит для вас, а вы для него. Когда вы его ласкаете, обнимаете и показываете ему, что он самый лучший малыш на свете, вы делаете его счастливым».

В ДВУХ СЛОВАХ

Чтобы успешно растить детей, очень важно доверять себе и своей родительской интуиции, но еще важнее доверять самому ребенку, любить его и помнить о его насущных потребностях.

На родине, в США, доктора Спока считают настоящим революционером в педагогике. В середине 1940-х годов, когда повсюду господствовал традиционный подход к воспитанию наказаниями, запретами и ограничениями, его книга произвела фурор. С одной стороны, он предлагал воспитывать детей доверием и любовью, а с другой – очень много внимания уделял и чувствам самих родителей. Разрешая мамам и папам быть несовершенными, он в то же время призывал их не игнорировать насущные потребности ребенка.

«Ребенок и уход за ним» – первая книга знаменитого педиатра и педагога, чьи советы и методики определили стиль воспитания нескольких поколений детей. Она появилась на свет почти случайно. Практикующий врач, Спок однажды вылечил сынишку издателя, а тот предложил доктору написать книгу для родителей. Накопленный опыт и знания позволили Споку создать поистине всеобъемлющий труд, касающийся буквально всех аспектов ухода за ребенком от рождения до подросткового возраста, а талант рассказчика сделал книгу понятной и легко читаемой.

Советы доктора Спока универсальны и подойдут любому родителю, они вполне укладываются в русло гуманистической педагогики и совместимы со многими другими приемами и подходами к воспитанию. Именно поэтому книга Спока так популярна до сих пор.

Однако не стоит забывать и о том, что более чем за полвека с момента выхода книги в медицине и психологии было сделано множество новых открытий, поэтому в некоторых вопросах труд доктора Спока необходимо сочетать с изучением современных источников. Среди них вопросы, касающиеся грудного и искусственного вскармливания и введения прикорма. Ну и конечно, те главы книги, где говорится о медицинских рекомендациях и манипуляциях, представляют сейчас ценность скорее исследовательскую и историческую. Но и эти фрагменты будет интересны родителям, склонным к симбиозу старых и новых подходов.

Вызывают обоснованные сомнения и советы Спока оставлять ребенка одного в закрытой комнате и не реагировать на его плач. Из-за этих рекомендаций, в сумме составляющих едва ли несколько абзацев в книге, у многих родителей сложилось неверное представление о «воспитании по Споку». Многие думают, что он пропагандирует жесткие подходы, тогда как в реальности дело обстоит ровно наоборот! Не исключено, что именно эти «сомнительные моменты» – дань укоренившемуся дисциплинарному подходу, своеобразный «мостик» от привычных родительских представлений того времени к новаторским идеям доктора Спока слушать ребенка, уделять ему время, позволять испуганному малышу заходить в родительскую спальню и так далее.

КАК БЫТЬ РОДИТЕЛЕМ. Говоря о первых днях жизни ребенка, доктор Спок фокусирует внимание родителей не на самом новорожденном, а на них самих. Сегодня, как и в середине XX века, матери и отцы часто сталкиваются с проблемой адаптации к своей новой роли, и мало кто об этих проблемах говорит. Педагоги и психологи концентрируются на том, что нужно ребенку, много пишут о родительских обязанностях, но не о чувствах и потребностях самих родителей. А это опасный подход. Не в силах стать идеальными, многие предпочитают отдалиться от своего ребенка, давать ему лишь необходимый минимум. Другая проблема – погружение в материнство, отказ от собственных нужд, запрет на негативные чувства, который впоследствии на фоне усталости и однообразного быта может вылиться в агрессию к ребенку.

Обо всем этом и пишет доктор Спок в первых главах книги. Он напоминает родителям, как важно разрешить себе испытывать не только позитивные эмоции, но и усталость, раздражение, неприязнь к ребенку. Со всеми этими чувствами можно и нужно разбираться, но подавлять их – не лучший вариант.

С одной стороны, доктор Спок в своей книге предлагал воспитывать детей доверием и любовью, а с другой – очень много внимания уделял чувствам самих родителей.

Другая сторона того же вопроса – родительское самопожертвование. Материнство бывает порой нелегким делом, подчеркивает автор, и моменты огорчения и отчаяния, особенно на первых порах, чуть ли не так же часты, как мгновения счастья. Именно поэтому так важно заботиться не только о ребенке, но и о себе, позволять себе расслабиться, отвлечься, заняться своими делами. Ученые доказали, что любящие родители интуитивно выбирают самые лучшие для их ребенка методики ухода и воспитания.

КАК РАСТИТЬ МАЛЫША ДО ГОДА. В книге затронуты самые насущные вопросы, с которыми сталкиваются матери в первый год жизни ребенка, начиная от чистки ушей и заканчивая общими медицинскими рекомендациями на случай, когда невозможно немедленно показать ребенка врачу.

Что касается рекомендаций по воспитанию, уже в самом начале книги автор поднимает вопросы выбора между строгостью и мягкостью, дисциплиной и вседозволенностью. Да-да, задумываться об этом необходимо с самых первых дней жизни малыша и уже тогда начать вырабатывать собственную стратегию. Стремясь воспитать, не бойтесь любить! Вот главная идея Бенджамина Спока. Не стыдитесь своих теплых чувств, проявляйте нежность, ласкайте малыша и говорите с ним, не тревожьтесь, что этим вы его избалуете. Обязательно носите его на руках, качайте, если он плачет (а в первый год жизни это случается частенько).

Дисциплина необходима, но только в сочетании с любовью, принятием и последовательным осуществлением воспитательных мер. Избалованность начинается там, где мать превращается в раба своего ребенка. Только тогда у вас получится, с одной стороны, удовлетворять все потребности младенца, а с другой – не превратить его в маленькое чудовище.

Кроме того, бывают беспокойные и сверхвозбудимые дети. Они часто плачут и доставляют мамам особенно много хлопот. Если у вас именно такой ребенок, не спешите отчаиваться, подождите до трех месяцев, мудро советует доктор Спок. Практика показывает, что именно эти месяцы – самые трудные, должно быть, потому, что организм малыша только приспосабливается к новым условиям жизни, и у одних детей приспособление проходит проще, а у других – сложнее. Терпение и спокойствие матери помогут ребенку адаптироваться быстрее.

ВОПРОС ПИТАНИЯ: ДОВЕРЬТЕСЬ РЕБЕНКУ. Автор стремился охватить буквально каждый момент жизни с ребенком. Как купать, во что одевать и обувать, чем кормить, как обезопасить годовалого малыша, но при этом дать ему возможность познавать мир – в книге есть ответ на любой из этих вопросов. Многие рекомендации и советы могут показаться наивными или банальными, но есть в книге и такая информация, которая даст внимательному родителю богатую пищу для размышлений.

Вопрос с кормлением ребенка довольно просто решается в первом полугодии жизни с помощью грудного молока или смеси. Но наступает момент, когда необходимо знакомить ребенка с взрослой пищей. Оказывается, что и здесь достаточно довериться своему чаду! Как доказали эксперименты Клары Дэвис, ребенок сам знает, что ему нужно.

Любящие родители интуитивно будут выбирать самые лучшие для их ребенка методики ухода и воспитания.

В эксперименте принимали участие дети от 8 до 10 месяцев, которым прежде не давали ничего, кроме грудного молока. Задачей было установить, как будут питаться дети, если разрешить им есть только то, что они хотят, предлагая широкий выбор блюд на выбор. В каждое кормление перед малышами ставили несколько тарелок с простой и здоровой пищей (каша, хлеб, овощи, молоко, фрукты, мясо) и кормили их только тогда, когда дети показывали, чего хотят.

Оказалось, что каждый ребенок интуитивно выбирал продукты таким образом, что его питание оказывалось хорошо сбалансированным и содержало все необходимые элементы. Все дети, принявшие участие в исследовании, очень хорошо развивались. При этом их аппетит день ото дня менялся, они могли съедать разное количество еды, иногда уделяли повышенное внимание какому-то продукту, но на конечном результате это не сказывалось: они все равно получали то, что необходимо их растущим организмам, и при этом сохраняли интерес к еде и хорошее настроение. Если вспомнить, сколько родителей в наше время сталкивается с отсутствием у детей аппетита или даже с нарушениями обмена веществ из-за несбалансированного питания, приходится сделать вывод – многие ценные советы из книги доктора Спока незаслуженно забыты.

Разделы, в которых говорится о воспитании детей с двух лет до подросткового возраста, не менее, а то и более интересны, чем описание проблем первого года жизни. Из них мы узнаем об особенностях поведения двухлеток, о том, как справляться с застенчивостью или агрессивностью, о способах преодоления детских страхов, о важности игры, о задачах школы, которая должна пробуждать в детях любознательность, о половом созревании и особенностях психики и физиологии мальчиков и девочек в этот период. Можно смело сказать, что «Ребенок и уход за ним» – настоящая энциклопедия молодого родителя, актуальная на протяжении всего развития ребенка, от младенчества до отрочества.

Б. СПОК

Бенджамин Спок родился в 1903 году в городе Нью-Хейвен, штат Коннектикут. Он был старшим из шести детей. Начав с изучения английского языка и литературы в Йельском университете и добившись значительных успехов в спорте (занимался греблей), Бенджамин вскоре понял, что его призвание – медицина. Окончив соответствующие факультеты Йельского и Колумбийского университетов, Спок стал детским врачом и успешно практиковал на протяжении многих лет.

Его первая книга, «Ребенок и уход за ним», вышла в 1946 году и мгновенно стала бестселлером. Первое издание разошлось тиражом более 750 тысяч экземпляров, книга были переведена на 30 языков. За первой книгой последовали и другие, в которых доктор Спок касался различных аспектов материнства и ухода за детьми: «Разговор с матерью», «Проблемы родителей», «Проблемы поведения у маленьких детей», «Школьные годы от доктора Спока». На его книгах выросло несколько поколений американцев.

Он был дважды женат. Первая жена развелась с ним, и отношения доктора Спока с двумя сыновьями не сложились. Впоследствии он назвал это самой главной ошибкой своей в жизни. Со второй женой Мэри он сочетался браком в 73 года. Умер доктор Спок в 1998 году в возрасте 94 лет.

Масару Ибука

После трех уже поздно

(1971)

«Ни один ребенок не рождается гением и ни один – дураком. Все зависит от стимуляции и степени развития головного мозга в решающие годы жизни ребенка. Это годы с рождения до трехлетнего возраста. В детском саду воспитывать уже поздно».

В ДВУХ СЛОВАХ

Ребенок не рождается ни гением, ни бездарностью. Одаренность формируется в первые годы его жизни и зависит от окружающей среды и от усилий родителей.

Народная педагогика, основанная на опыте многих и многих поколений и отчасти на интуиции, придавала большое значение раннему развитию ребенка, как физическому, так и умственному, и даже эстетическому. У какого народа нет колыбельных, нет забавных детских стишков, которые будто бы сами собою ложатся в память? От матерей к дочерям переходили у нас, в России, пестушки – стихотворные напевы, сопровождавшие первые самостоятельные действия малыша. Немного позднее в жизнь ребенка входили скороговорки, развивающие речь, загадки, полезные для вырабатывания образного мышления, пословицы и поговорки, приобщающие малыша к народной мудрости.

Научная педагогика крайне редко и неохотно обращалась к первым годам жизни ребенка – ее больше интересовала передача знаний, умений и навыков в процессе обучения, школьного и дошкольного. И стоит ли удивляться, что новатором в вопросе раннего развития детей выступил отнюдь не педагог.

Масару Ибука – японский инженер-электротехник, один из основателей корпорации Sony. Интерес к практической педагогике возник у него тогда, когда его единственный сын после тяжелого заболевания стал отставать в развитии от сверстников. В поисках решения, как помочь ребенку, отец углубился в труды по педагогике и психологии, начал консультироваться с известными специалистами. На этом надежном фундаменте и выстроено здание его методики, которая ныне известна во всем мире.

ВСЕ ДЕТИ ТАЛАНТЛИВЫ. Издавна господствует заблуждение, что выдающиеся таланты – это чудо. Или случайность. Или результат наследственности. Это мнение не соответствует истине, утверждает Масару Ибука. Талант раскрывается только в определенной среде и при определенном воспитании. Даже человеком можно стать лишь среди людей. Автор приводит пример двух индийских девочек, воспитанных волками: все последующие усилия людей по социализации Амалы и Камалы не принесли желаемого результата.

Значит, определяющими в жизни человека являются первые годы его жизни? Определенно.

Не правда ли, каждый отец, каждая мать хотят, чтобы ребенок был сообразительным, эрудированным, одаренным? Но «насильственное вскармливание грудных детей фактами и цифрами», говорит автор, не принесет подобного результата. Да и важно совсем другое. А именно – гармония. Именно ее он и объявляет главной целью раннего развития. Глубокий ум и здоровое тело – вот что должно дать ребенку воспитание по этой методике. Но мало сделать ребенка смышленым – нужно еще и сделать его добрым.

Главный принцип – введение нового опыта вовремя. И это «вовремя» лучше всех может определить мать, потому что постоянно находится с ребенком и лучше других видит, как он меняется. От нее же, через ее заботу ребенок получает первый очевидный опыт доброты.

Первые три года жизни – самые ответственные. В детский сад ребенок приходит уже со сложившимися склонностями, способностями, талантами и характером. От родителей зависит, каким будет дитя – понятливым и добрым или глупым и агрессивным.

Ибука уподобляет ребенка компьютеру. Способность мозга принимать сигнал извне в виде образа и запоминать этот образ – одна из фундаментальных. На ней держится все интеллектуальное развитие человека. Эта база формируется к трем годам, и уже на ней развиваются более сложные чувства, мышление, потребности, творчество. Если в три года база так и не сформировалась, строить что-то бесполезно.

Автор говорит и о том, что бережное отношение к ребенку, нежелание утомлять его или огорчать запретами могут нанести непоправимый вред, особенно в том случае, когда от подросшего ребенка внезапно начинают требовать. «После трех уже поздно», – предостерегает название книги. И это предостережение отнюдь не выглядит как безобидный рекламный ход.

Именно в ранние годы ребенка с ним необходимо быть и строгим, и ласковым, полагает автор. А когда он начинает развиваться сам, следует научиться уважать его волю, его «я».

Ибука постоянно подчеркивает: прежде чем воспитывать ребенка, надо воспитать родителей, научить их понимать маленького человека.

Так что же мы должны знать о малыше?

РЕБЕНОК – ЧТО ОН МОЖЕТ? Взрослые находятся под влиянием стереотипов: книга слишком сложна для ребенка, классическую музыку он не оценит по достоинству и т. д. И эти стереотипы понемногу внушаются ребенку, и тогда на психологическом уровне закрепится невозможность освоения того, что «трудно».

На самом же деле, утверждает Ибука, у ребенка устоявшихся представлений о том, что просто, а что сложно, нет. Родной и иностранный языки для него одинаково еще не познаны, не изучены. Музыка Баха и детские песенки – гармония звуков, а сколь она сложна, пока еще не важно. Все должно начинаться одновременно, к такому выводу приходит автор. Наверное, каждый может вспомнить пример, когда ребенок удивлял его, сделав что-то не по возрасту сложное. И это убедительно доказывает справедливость этого тезиса.

Научная педагогика концентрировалась на передаче знаний и умений в процессе образования. При этом первым годам жизни ребенка уделялось ничтожно мало внимания.

А причина, по которой малыши иногда делают невероятное, проста: дети способны запоминать информацию, которая их заинтересовала, в виде образов-картинок. Постепенно накапливаясь, она затем обрастет взаимосвязями. Если представить что угодно в виде картинок, то можно выучить малыша «не по возрасту сложным» вещам.

Развивая эту мысль, Ибука приходит к удивительному выводу: ребенку легче понять алгебру, чем арифметику. Так, фундаментальную идею математики – теорию рядов – можно представить с помощью различных по форме кубиков. Играя, малыш сортирует предметы, объединяет их в группы. А не на этом ли основана теория рядов? Между тем для ребенка объединение предметов по подобию вполне естественно. Так, получается, что с теорией множеств он знакомится раньше, чем с абстрактной логикой арифметики!

Не надо бояться переизбытка информации – малыш сам способен регулировать ее объем, делать его оптимальным. Регулятором служит общеизвестный психологический феномен: легче и надежнее запоминается то, что интересно.

НАСЛЕДСТВЕННОЕ И ПРИОБРЕТЕННОЕ. Ибука решительно возражает против преувеличения роли наследственности. Иногда наследственной предрасположенностью объясняют то, что сын ученого становится ученым, а сын музыканта – музыкантом. Но этому есть другое объяснение: с рождения ребенок растет в научной или музыкальной среде, получает информацию определенного рода или держит в руках музыкальные инструменты… Хорошее, способствующее развитию окружение куда важнее хорошей наследственности. Впечатления раннего детства определяют дальнейший образ мыслей и действий ребенка.

А какие именно впечатления полезны маленькому ребенку? На этот счет, полагает Ибука, не может быть одинаковых для всех рекомендаций. Маме надо полагаться на свое разумение и понимание собственного малыша. Есть лишь отдельные рекомендации, проверенные поколениями.

Надо почаще брать малыша на руки – тактильное общение очень важно для умственного развития. На этой же закономерности основана рекомендация не бояться брать ребенка с собой в постель. В тесном контакте ребенка и родителей автор видит залог формирования отзывчивого человека. А еще нельзя игнорировать плач ребенка – это отрицательно скажется на взаимопонимании.

С ребенком нужно как можно больше говорить, но не сюсюкать, не делать речь примитивно «детской» – в раннем возрасте закладывается культура речи.

Нервозность родителей, супружеские ссоры – все это чрезвычайно плохо отражается на ребенке уже в том возрасте, в котором, кажется, малыш еще не способен ничего понимать. А вот проживание в большой семье, особенно при наличии братьев и сестер, влияет на развитие ребенка положительно. Даже ссоры между детьми – не так страшно, как кажется. В ссорах ребенок осознает свое «я» и тоже, как ни парадоксально это на первый взгляд, получает опыт общения. Автор не рекомендует вмешиваться в детские конфликты – благодаря им ребенок тоже учится жить в коллективе.

Ребенку легче понять алгебру, чем арифметику. Так, фундаментальную идею математики – теорию рядов – можно представить с помощью различных по форме кубиков. К этому удивительному выводу пришел Ибука.

Не менее парадоксален и еще один совет автора: шлепать ребенка можно, только пока он еще мал и только в исключительных случаях. Потом проявится его собственное «я», которое следует уважать. Ругать или даже высмеивать ребенка в присутствии посторонних нельзя ни в коем случае – невозможно предугадать, какой вред это нанесет. Ну и наконец вместо того, чтобы ругать ребенка за неудачи при попытках действовать самостоятельно, правильнее похвалить его за эти попытки и помочь довести их до нужного результата.

ПРОСТЫЕ ПРАВИЛА. Если взрослому удалось пробудить у ребенка интерес, он уже на полпути к успеху. Интерес у малыша невозможно побудить словами. Проще говоря: если мы хотим, чтобы наш ребенок начал рисовать, рядом с ним должны появиться карандаши. И ничего страшного, если поначалу он будет их разбрасывать или рвать бумагу: все, что малыш делает руками, развивает его интеллектуальные и творческие способности. Кроме того, стандартный лист бумаги закладывает основу для стандартного мышления. Правильнее давать ребенку огромные листы, чтобы он рисовал, ползая по ним, и его фантазия не была бы ограничена размером бумаги.

Ребенок, начавший лепить в раннем возрасте, существенно опережает своих ровесников в освоении различных навыков. Все знают о пользе развития мелкой моторики. Но лепка – это еще и замечательная возможность для самовыражения и способ постижения мира.

Ребенку нравится все ритмичное. Даже язык легче изучать под музыку – таково еще одно открытие японца. И возможно, неслучайно – именно японца, родная речь которого очень напевна.

Нужно приучать ребенка к правильному питанию. Важно, чтобы он получал удовольствие от еды, а то, что не очень вкусно, должны вместе с ним пробовать и родители. Кроме того, следует учитывать, что вкусы развиваются между годом и тремя, так что пища должна быть разнообразной.

Распорядок дня развивает чувство времени. Ибука предлагает устанавливать распорядок по программе телепередач – с этой начинается его день, а вот эта – сигнал, что пора ложиться спать. Время для малыша – абстракция, не имеющая смысла, а вот привычные звуки и образы будут вызывать привычные реакции.

Музыкальные занятия учат концентрировать внимание, что дает преимущество при последующем овладении знаниями, а игра на скрипке вырабатывает качества лидера, потому что потенциальный лидер умеет сосредотачиваться даже тогда, когда вокруг него много людей.

Следует использовать склонность детей к подражанию для обучения. И не забывать, что успехи в одном деле дают уверенность в других делах.

Избыток игрушек рассеивает внимание ребенка. Также хорошо, если игрушки приятные на ощупь и развивают пространственное мышление – их можно помещать внутрь друг друга, соединять и т. п. Пусть ребенок учится использовать различные предметы в качестве игрушек – это развивает фантазию, изобретательность и нестандартное мышление.

Нужно тренировать обе руки – это положительно влияет на интеллект. А ходьба стимулирует мыслительный процесс.

Важно, чтобы оба родителя участвовали в воспитании малыша: отец лучше развивает умственные способности малыша, полагает Ибука, но только мать может вырастить хорошего человека, в равной степени заботясь о его физическом и душевном благополучии и формируя таким образом физические и душевные качества.

Воспитание ни в коем случае не должно становиться насилием над личностью. Заинтересовать, увлечь, повести – вот задача любящих родителей. В этом случае малыш станет добрым человеком.

М. ИБУКА

Масару Ибука родился 11 апреля 1908 года в семье инженера. После кончины отца остался на попечении дедушки и бабушки, которые воспитывали его «по-японски», позволяя делать все, что не повредит его здоровью, поощряли его начинания и не критиковали за неудачи.

В 1933 году он окончил электротехнический факультет Университета Васэда. Уже тогда он получил от сокурсников прозвище «гений-изобретатель». Дипломная работа выпускника получила специальную премию на промышленной выставке мирового уровня, которая проходила в Париже.

В годы Второй мировой был офицером в японском военном флоте, участвовал в разработках военной техники.

В 1946 году он и Акио Морита основали корпорацию Sony, которая первоначально называлась Токийской телекоммуникационной инженерной корпорацией. Масару Ибука был ее главным инженером.

В 1971 году обобщил свой практический опыт семейного воспитания и раннего развития детей в книге, которая спустя 20 лет была издана в России под названием «После трех уже поздно». Идеи новатора чрезвычайно популярны во многих странах мира.

Скончался 19 декабря 1997 года.

Жан Ледлофф

Как вырастить ребенка счастливым

(1975)

«Несколько тысяч лет, за которые уход от континуума привел к возникновению цивилизации, необыкновенно коротки по сравнению с миллионами лет эволюции. За такой короткий период природа человека никак не могла сколько-нибудь значимо измениться. Поэтому человеческие ожидания одинаковы как для малышей в рамках континуума, не имеющих обделенных предков, так и для детей, чье рождение медикаментозным путем преждевременно вызвал акушер, спешащий на встречу с друзьями в гольф-клубе».

В ДВУХ СЛОВАХ

Детей необходимо растить в соответствии с их врожденными ожиданиями, сформированными в ходе эволюции. Эти ожидания связаны с удовлетворением физических и психических потребностей, начиная от потребности в тактильном контакте с матерью и заканчивая стремлением стать полноценным и полезным членом общества.

Несколько путешествий в джунгли Южной Америки заставили американку Жан Ледлофф по-новому взглянуть на причины тех проблем, которые преследуют внешне здоровых и благополучных людей, живущих в современном цивилизованном обществе. Она связала воедино те спокойствие, радость и счастье, в котором в основном существуют индейцы Амазонки, и их образ жизни и подход к воспитанию детей. Так Жан Ледлофф сформулировала принцип, названный ею принципом преемственности.

Книга «Как вырастить ребенка счастливым» – рассказ о том, как воспитать наших детей психически здоровыми и благополучными или хотя бы повысить вероятность, что они станут именно такими. Автор уверена: ранний детский опыт играет определяющую роль в том, как человек будет относиться к себе и окружающему миру. И этот ранний опыт должен соотноситься с врожденными ожиданиями человеческого существа, которые сформировались миллионы лет назад. Ведь с точки зрения эволюции несколько тысячелетий ничего не значат, и современный человек остался точно таким же, каким был еще в каменном веке.

Современные подходы к уходу за детьми, грубо попирая нашу изначальную природу, становятся причиной неврозов, психических заболеваний или как минимум постоянного состояния тоски и неудовлетворенности, свойственных нынешнему цивилизованному человеку, – вот основная идея книги.

Автор предлагает читателям внимательнее присмотреться к тому, как растят детей представители индейского племени екуана, сохранившие связь с природой и ведущие тот же образ жизни, что их предки на протяжении веков. Полностью воссоздать подобный подход в условиях мегаполиса вряд ли возможно, но вот уловить общие принципы, настроение, саму суть воспитания в согласии с нашими истинными потребностями под силу каждой женщине, если она позволит себе прислушаться к своей интуиции, уверена Жан Ледлофф. А применение этих принципов на практике непременно сделает детей немного счастливее.

ПРИНЦИП ПРЕЕМСТВЕННОСТИ И ВРОЖДЕННЫЕ ОЖИДАНИЯ. Человек не так уж давно изменил тот образ жизни, к которому его приспособила эволюция. Это случилось благодаря развитию интеллекта, но вот наша инстинктивная часть в процессе развития цивилизации оказалась незаслуженно отодвинута «на дальнюю полку». Теперь нам предлагают всегда руководствоваться разумом в принятии решений и выборе способа действий. Но в том-то и проблема, что наш разум отнюдь не всегда знает, что именно нам нужно, каковы наши истинные потребности. А врожденному умению чувствовать мы больше не доверяем.

Между тем в таком деле, как рождение и воспитание детей, имеет смысл руководствоваться именно инстинктами, а вовсе не разумом. Знание о том, как растить потомство, заложено в нас природой, и если бы оно было неверным, мы просто не сумели бы выжить как вид. Само существование человечества доказывает, что «естественный подход» оправдывает себя. Отчего же мы отказались от него? Как получилось, что матери больше не слушают себя, доверяя специалистам определять, как часто кормить ребенка, когда брать его на руки и сколько внимания ему уделять? А самое главное, стал ли человек здоровее телом и душой, научившись вмешиваться в естественные процессы деторождения, ухода и воспитания? Нет. Чтобы убедиться в этом, достаточно посмотреть вокруг.

Причина бед, неустроенности и несчастья современных людей в том, что они больше не живут в согласии с континуумом – истинными потребностями человека как представителя вида и теми ожиданиями, которые в нем заложены. В книге не раз использовано понятие «правильности», под ним Ледлофф подразумевает соответствие континууму.

К сожалению, наш разум отнюдь не всегда знает, что именно нам нужно, каковы наши истинные потребности.

Что же такое врожденные ожидания? Некоторые из них очевидны. Рождаясь, ребенок уже готов к развитию определенных навыков, его органы и системы знают, как функционировать в новых условиях. Легкие ожидают поступления кислорода, уши – воздействия звуковых волн определенной длины. Но есть и более сложные ожидания, убеждена автор, и среди них – ожидание определенного родительского поведения. Получая толчок в виде ожидаемого обращения, ребенок начинает благополучно развиваться в том направлении, которое было предусмотрено природой. Если же соответствующего толчка не последовало, человек стремится удовлетворить свои потребности тем способом, которым располагает. В результате возникают новые модели поведения, и не всегда они полезны и конструктивны.

К ЧЕМУ ГОТОВИЛА НАС ЭВОЛЮЦИЯ. Природа приспособила младенца добывать пищу из материнской груди. Для этого она наделила его мощным сосательным рефлексом, а также потребностью искать сосок при любом беспокойстве. В соответствии с этим у новорожденного присутствует ожидание, что мать будет удовлетворять эту его потребность: предлагать ему грудь в ответ на определенные сигналы, свидетельствующие о том или ином дискомфорте. Что происходит, если женщина не может или не хочет идти на поводу у своих инстинктов и предпочитает кормление по часам? Потребность не удовлетворяется как положено, и ребенок начинает сосать пальцы, игрушки, грызть ногти и так далее.

Среди прочих врожденных ожиданий ребенка – ожидание, что сразу после рождения мать возьмет его на руки и будет «донашивать» на себе до тех пор, пока он не освоит навык самостоятельного передвижения.

Руки матери не только олицетворяют безопасность и комфорт. Находясь большую часть времени при матери, ребенок с самого раннего возраста получает бесценный опыт социализации. Он видит, чем занята мама, принимает, пусть и пассивно, участие в ее делах и заботах, наблюдает за поведением и реакциями других людей. Все это отпечатывается в его бессознательном и становится тем материалом, из которого фактически формируется личность. Он получает множество стимулов к развитию и тела, и психики.

Именно так проводит первые 6–8 месяцев жизни ребенок-екуана. Он постоянно находится на руках у матери или рядом с ней во время ночного сна. Он получает грудь, когда забеспокоился. Он спит в перевязи или глазеет по сторонам в то время, когда женщина делает различные дела по хозяйству, он вместе с мамой купается в реке, танцует на празднике и так далее.

Не так обстоят у его цивилизованного сверстника. В момент рождения его, как правило, забирают у матери, с ним производят болезненные манипуляции, после чего надолго оставляют одного в детской. Когда же мать с ребенком воссоединяется, наступает время для выполнения рекомендаций педиатров или специалистов по воспитанию. От матери требуют строго ограничить количество кормлений, мотивируя это вредом для здоровья (как будто природный механизм, существовавший миллионы лет и способствующий выживанию вида, действительно может быть опасен), ей советуют отложить ребенка как можно дальше от себя, чтобы «отдохнуть». Все существо матери противится этим идеям, инстинкт требует постоянно быть рядом с беспомощным крохой, но женщина справляется с этим порывом, потому что не привыкла доверять голосу своего естества. Распространенность среди современных матерей послеродовой депрессии Жан Ледлофф связывает именно с торжеством «цивилизованного подхода».

ВСЕ ТАК, КАК ДОЛЖНО БЫТЬ. Примерно так ощущает себя младенец, чьи врожденные ожидания удовлетворены. В этот момент его переполняет ощущение правильности происходящего. Именно в этот период, уверена автор, и формируется уверенность в себе и хорошая самооценка, которая позволит ему стать счастливым взрослым. Дети рождаются с ощущением собственной правильности, но утрачивают его, если их ожидания не находят удовлетворения. Оставленный без матери, малыш страдает, и его страдания усугубляются тем, что он не ощущает течения времени и живет в вечном сейчас. Постепенно на врожденные ожидания как бы наслаивается новый опыт, опыт отторжения и неприятия. И чем сильнее это несоответствие, тем дальше человек отклоняется от заложенного в него потенциала быть счастливым.

Руки матери не только олицетворяют безопасность и комфорт. Находясь большую часть времени рядом с матерью, ребенок с самого раннего возраста получает бесценный опыт социализации.

Опыт проживания «ручного периода» способствует формированию самостоятельности и независимости, уверена Жан Ледлофф. Когда потребность ребенка в контакте с матерью полностью удовлетворена, когда он уверен в ее надежности, он более смело познает мир и увереннее себя чувствует. Инфантилизм, тревожность и неспособность отвечать за себя, присущая в наше время не только детям и подросткам, но и достаточно взрослым людям, уходит корнями в недостаток «ручного опыта». Восполнить его можно с помощью тактильного контакта с другими людьми, и это очень распространенный способ психотерапии.

Врожденные ожидания есть не только у самого ребенка. Определенные ожидания существуют и по отношению к малышу и его поведению. Один из основных человеческих инстинктов – поступать так, как от него ожидают окружающие. Способность детей племени екуана с ранних лет отвечать за свою безопасность или соблюдать принятые нормы поведения связана не столько с целенаправленным обучением или условиями среды, сколько с определенными ожиданиями людей, которые их окружают. А поскольку малыш стремится быть правильным и соответствовать ожиданиям, он очень быстро понимает, что от него требуется.

Об этом свойстве детской психики полезно помнить каждому родителю. Если мы ждем от детей безобразного поведения или невнимательности, именно это они нам и продемонстрируют. Возлагая на ребенка ответственность за его жизнь и здоровье в той мере, в какой он способен эту ответственность нести, мы способствуем формированию истинной независимости. Излишняя опека же приводит к тому, что естественные механизмы самосохранения попросту отмирают.

Можно ли жить в современном обществе и растить ребенка в соответствии с его природными потребностями? Конечно же, да, утверждает автор. Но для этого нужно, во-первых, довериться своим инстинктам и своему чувству правильности, а во-вторых, немного изменить образ жизни в сторону естественности. Кормить грудью, носить на руках или в перевязи, делать домашние дела или даже брать ребенка с собой на работу, если работа это позволяет, под силу любой женщине. А чтобы это не привело к другой крайности, зацикленности на ребенке, мать должна вести активный образ жизни, заниматься делами и сохранять контакты с самыми разными людьми. Уход за детьми должен превратиться из тяжелой работы и обременяющей обязанности в часть жизни – так, как это происходит у женщин-екуана, живущих в согласии со своей природой. Это и есть залог комфортного материнства и счастливого детства.

Ж. ЛЕДЛОФФ

Жан Ледлофф родилась в 1926 году в Нью-Йорке. В юности она много путешествовала по Америке и Европе, работала фотомоделью, изучала языки и работала переводчиком. В начале 1950-х годов ее пригласили принять участие в экспедиции по джунглям Амазонки. Изначальной целью экспедиции был поиск алмазов, но, оказавшись вдали от цивилизации, Жан Ледлофф обнаружила нечто более ценное, чем алмазы. Она увидела, что индейцы, сохранившие тот же образ жизни, который был присущ их предкам, выглядят куда более спокойными, расслабленными и позитивными, чем большинство знакомых ей цивилизованных людей.

Пытаясь разгадать загадку их счастья и безмятежности, Ледлофф предприняла еще несколько экспедиций и долго жила среди индейцев племени екуана, наблюдая в том числе и за тем, как они растят детей. В отличие от маленьких американцев или европейцев, индейские дети отличались безупречным поведением. Младенцы почти не плакали, а дети постарше никогда не закатывали истерик и всегда с охотой выполняли распоряжения взрослых. Столь разительный контраст заинтересовал Жан Ледлофф. Плодом ее размышлений стала книга «Как вырастить ребенка счастливым», в которой она поделилась своими выводами о природе врожденных ожиданий и о том, как важно удовлетворять природные потребности человека для того, чтобы он был спокоен и счастлив.

Жан Ледлофф умерла в 2011 году в своем плавучем доме в Калифорнии.

Борис Никитин

Ступеньки творчества, или развивающие игры

(1981)

«Любые игры только тогда дают результаты, когда малыши играют с удовольствием. Так же и творчество – это всегда интерес, увлечение и даже страсть. Вот этот интерес к развивающим играм, к интеллектуальному напряжению, какого они обязательно требуют, и надо развивать у детей. Именно развивать, так как сам он ниоткуда не появляется; и если иногда говорят: „Он сам интересуется”, то только потому, что не знают, откуда интерес появился, кто принес его „семя” и удобрил почву для роста».

В ДВУХ СЛОВАХ

Каждый ребенок обладает творческими способностями, и задача каждого родителя – раскрыть этот потенциал. Для этого необходимо с самого раннего возраста создавать детям стимулирующую среду, в том числе и с помощью развивающих игр.

Никитины. Эта фамилия знакома большинству наших соотечественников. Мало кто не слышал про знаменитую советскую семью, в которой семеро детей бегали босиком и воспитывались по каким-то особым методикам. В свое время у Никитиных были и поклонники, и противники, их подход привлекал внимание, о нем говорили, но далеко не всегда бросались следовать. Жизнь, однако, показала: Никитины попросту опередили свое время. Познакомившись с трудами передовых педагогов, и не только советских, но и зарубежных, они самостоятельно, на практике, выработали концепцию воспитания, в которой соединились идеи гуманистов о природных возможностях каждого ребенка и новаторские на тот момент подходы к воспитанию и раннему развитию.

Никитины предлагали действовать в двух направлениях: с одной стороны, как можно полнее удовлетворять потребности детей в любви и близости, а с другой стороны, не пускать их развитие на самотек, постоянно подпитывать ум и тело ребенка разнообразными стимулами, ставить перед ним все более сложные задачи и вызовы. Как выяснилось, дети охотно отзываются на эти стимулы и достигают впечатляющих успехов в интеллектуальном и физическом развитии. Убедиться в этом на практике может каждый родитель, ознакомившись с методиками знаменитых многодетных родителей.

Книги Никитиных, как и сама их воспитательная концепция, порой добирались до читателей не самыми простыми путями. Так случилось и со «Ступеньками творчества». В этой книге Борис Никитин описал созданный в их семье и проверенный долгими годами практики развивающий игровой материал. И не просто описал, а подробно рассказал о том, каким образом этот материал сделать и как применять. Книга была написана в 1973 году, а издана впервые только в 1980-м, причем даже не в России, а в Германии, на немецком языке.

К тому моменту семья Никитиных уже была известна за рубежом, а их подходы к воспитанию вызывали живейший интерес. Только в 1981 году «Ступеньки творчества» вышли отдельной книгой на русском языке.

КАК ВЫРАСТИТЬ ТВОРЧЕСКУЮ ЛИЧНОСТЬ? Именно такую задачу в конечном итоге ставили перед собой Никитины-родители. Но говорить о раскрытии творческого потенциала можно лишь тогда, когда ребенок сам начинает придумывать задачи, а вместе с ними – нестандартные ходы их решения. Чтобы создавать нечто новое, нужны такие качества, как наблюдательность, умение сопоставлять и анализировать, находить связи и закономерности. Эти качества и нужно развивать у детей.

А как же распространенное мнение, что одни люди способны на творческую деятельность, а другие нет? Никитин отвергает эту примитивную концепцию и смело утверждает, что подобным свойством наделен каждый человек, другой вопрос, что если вовремя не стимулировать рост и развитие определенных способностей, позже они могут уже и не «включиться». Известно, что дети, в раннем возрасте попавшие в стаю волков или выращенные другими животных, впоследствии возвращенные в лоно цивилизации, не могут социализироваться в обществе людей и даже не способны овладеть человеческой речью. Те зоны мозга, которые отвечают за развитие речи, уже сформированы и невосприимчивы к сигналам извне.

Точно так же и с творческими способностями. Развивать их нужно до трех лет, в период наиболее интенсивного роста мозга и формирования нейтронных связей. И тогда, по мнению автора, любой ребенок будет опережать своих сверстников по интеллектуальному развитию. Таким образом, раннее начало – первое главное условие развития творческих способностей. В этом Никитины единодушны, пожалуй, со всеми практиками раннего развития – от итальянца Иоганна Песталоцци до японца Масару Ибуки.

Второе условие – создание соответствующей стимулирующей среды. Не нужно сидеть и ждать, когда ребенок потянется к новым знаниям. Не потянется, если его не заинтересовать и не предоставить ему поле для деятельности. Такой развивающей средой в семье Никитиных стали спортивные снаряды, мастерская, многочисленные книги, карты, приборы и, конечно, самостоятельно изготовленные игры.

Для создания нового нужны такие качества, как наблюдательность, умение анализировать, находить связи и закономерности. Эти качества и нужно развивать у детей.

Третье, очень важное условие успешного развития творческих способностей, Никитин формулирует так: процесс познания должен требовать от ребенка максимального напряжения сил. Другими словами, каждый раз малыш должен немного преодолевать себя, чуть-чуть, но выходить из зоны комфорта, зоны привычных и освоенных умений.

Из третьего условия вытекает четвертое: для того, чтобы избежать перенапряжения и, как следствие, снижения мотивации к познанию нового, необходимо предоставить ребенку свободу выбора, чем и сколько времени заниматься. Ребенок сам определит себе посильную нагрузку, можно не сомневаться!

Свобода, однако, предполагает ненавязчивую и чуткую помощь взрослого. Участие родителей – пятое условие, необходимое для пробуждения творческого потенциала. Но, исполняя это условие, главное – не перестараться, не подсказывать ребенку ответы, не делать за него и не превращать свободу во вседозволенность.

РАЗВИВАЮЩИЕ ИГРЫ: ЧТО ЭТО ТАКОЕ? Все игры, представленные в книге, прошли проверку временем и практикой: в них активно играли и дети, и взрослые в семье Никитиных. Одни из этих игр являются уникальными разработками Бориса Павловича и Лены Алексеевны, другие заимствованы из разных источников (например, рамки и вкладыши Монтессори) или представляют собой переделанные и усовершенствованные стандартные кубики или конструкторы.

Главная их особенность, которую подчеркивает и сам автор, – универсальность. Игры сделаны так, что играть в них могут и маленькие дети, и взрослые, нужно просто выбрать соответствующий уровень сложности. Развивающие игры Никитиных открывают широчайший диапазон возможностей для родителей по организации совместной деятельности с детьми. Сам автор называет их спортивным комплексом для ума и подчеркивает, что аналогов подобного комплекса пока не существует. Заметим, что нет таких аналогов и сейчас, спустя сорок лет после написания книги.

Главное, что надо знать о развивающих играх, – ими нельзя ограничиваться, подчеркивает автор. Наивно думать, что, принимая игры, как лекарства, по чайной ложке два раза в день, ребенок усовершенствует свой интеллект. Работа по развитию творческих способностей должна быть комплексной, затрагивать все стороны жизни с детьми. Игры – лишь один из инструментов в помощь родителям. Они помогают развить внимание, память, пространственное мышление и воображение, учат находить зависимости и закономерности, классифицировать, систематизировать, комбинировать материал, находить ошибки и предвидеть результат своих действий. Таким образом формируется творческий склад мышления.

КАК ИГРАТЬ С ДЕТЬМИ? СОВЕТЫ РОДИТЕЛЯМ. Подробное описание игр и заданий автор предваряет перечнем правил и рекомендаций, следование которым позволит долго и успешно пользоваться играми. Вот эти правила:

• радуйтесь успехам ребенка, но будьте искренни и не перехвалите; последнее особенно актуально, если вы имеете дело с детьми постарше;

• заинтересуйте, но не принуждайте играть, если ребенок не хочет;

• не подсказывайте, позвольте ребенку совершать ошибки, ведь он учится думать;

• обязательно выполняйте задания сами, так вы сможете оценить их сложность;

• начинайте с простых заданий, которые малыш обязательно сможет выполнить;

• если ребенок не справился с заданием, сделайте перерыв, а потом предложите ему более легкую задачу; еще лучше дать ему возможность выбрать уровень сложности самостоятельно;

• следуйте за интересами ребенка, увлечение той или иной игрой приходит и уходит «волнами»;

• храните игры отдельно от других игрушек, чтобы ребенок не мог их достать самостоятельно (исключение можно сделать для детей постарше);

• играйте в непринужденной обстановке, позволяйте ребенку свободно двигаться и выражать свои чувства.

Еще один совет автора родителям таков: пока сохраняется интерес к игре, не спешите предлагать новую. Возвращение к одной и той же игре в течение недели позволит и вам, и детям втянуться в игру, прощупать потолок ваших возможностей. А главное, играя постоянно, вы сможете сблизиться с ребенком настолько, что будете чувствовать без всяких подсказок его настроение и его уровень на данный момент, сможете стать ему чутким помощником и руководителем. А без этого развивающий эффект невозможен.

Б. НИКИТИН

Борис Павлович Никитин родился в 1916 году в семье кубанского казака, окончил Военно-воздушную академию им. Жуковского, во время войны служил инструктором в запасном авиационном полку. Там впервые пробудился в нем интерес к обучению и развитию творческих способностей. Он сам придумал тренажер для повышения точности стрельбы, который помог курсантам значительно улучшить результаты. После войны увлечение преподаванием привело его на работу в Институт теории и истории педагогики, позже он начал работать учителем в школе.

Увлеченный сторонник идей Макаренко, он мечтал открыть трудовую школу, ездил на различные педагогические семинары и конференции. На одной из таких конференций, в 1957 году, он познакомился с коллегой, учительницей Леной Литвиновой, которая стала не только его женой и матерью его детей, но и соратницей, с энтузиазмом поддержавшей его передовые воспитательные идеи. С 1959 по 1971 год у них родилось семеро детей. Вскоре о многодетной семье, где применяют новаторские методики физического и психического развития, заговорили, появились статьи в газетах и журналах, а вслед за статьями – единомышленники и последователи «никитинского» стиля воспитания.

Не все, однако, шло гладко: официальная советская педагогика не спешила одобрять смелые концепции Никитиных, семье приходилось сталкиваться и с несправедливостью, и с материальными трудностями. Лишь к середине 1980-х годов ситуация изменилась, общественность в нашей стране и за рубежом заинтересовалась методами Никитиных. Вышло в печать несколько книг об их уникальном родительском опыте, супруги выступали по телевидению, делясь своим опытом и знаниями. Тогда же появилась традиция приглашать всех желающих в гости в последнее воскресенье месяца, сохранившаяся до самой смерти Бориса Павловича в 1999 году.

Сесиль Лупан

Поверь в свое дитя

(1984)

«Тот, кто с самого рождения своего младенца смотрит на него как на уже сложившееся человеческое существо, а не как на личинку, много и четко разговаривает с ним, знакомит его с окружающим миром, объясняет все, что случайно проходит перед его взором; тот, кто относится к своему ребенку с уважением, поощряет его малейшее усилие, радуется самым незначительным успехам, побуждает малыша задавать вопросы и с энтузиазмом отвечает на них (при этом пусть он не пользовался никакими специальными материалами, не следовал никакому особому методу, а довольствовался тем, что знакомил ребенка с его родным языком и тем, что его окружало), – такой человек уже сделал главное».

В ДВУХ СЛОВАХ

Любознательность, свойственная детям с рождения до шести лет, совпадает по времени с наибольшей восприимчивостью детского мозга к обучению и освоению нового, поэтому именно в этот период малышам нужно давать как можно больше различной информации о мире.

Сесиль Лупан – не педагог, не психолог, она самая обычная мама, которая отказалась от карьеры и посвятила себя воспитанию двух дочерей. Заинтересовавшись методиками раннего развития, она начала применять их на практике в своей семье, творчески видоизменяя и подгоняя под потребности своих детей. Ее опыт оказался столь интересным и востребованным, что логичным образом привел Сесиль к написанию книги для родителей.

Получился не столько учебник по раннему развитию (хотя в книге и содержится множество практических рекомендаций и разработанных самой Сесиль Лупан методических материалов по разным предметам), сколько рассказ о том пути, который прошла автор, пробуя те или иные подходы, ошибаясь, но снова и снова обретая уверенность в себе и своих детях.

Этим книга и уникальна. Даже ее название, «Поверь в свое дитя», отсылает нас не к сухим графикам, таблицам и готовым формулам, а к тем чувствам, которые испытываем мы, родители, занимаясь с нашими детьми, стараясь дать им как можно больше и максимально успешно подготовить их к взрослой жизни. Для этого недостаточно обеспечить ребенка пищей и одеждой, недостаточно найти ему лучших учителей. Нужна еще и вера в своего ребенка, в то, что его творческий, физический и интеллектуальный потенциал практически безграничен.

Именно эту веру обрела сама Сесиль Лупан, занимаясь со старшей дочерью сначала плаванием, а потом – математикой, чтением, историей и другими предметами по методу Глена Домана, который переосмыслила, видоизменила и дополнила, опираясь на личный опыт. С младшей дочерью методики молодой мамы обогатились новыми приемами – ведь каждый ребенок уникален, и если определенный подход сработал с одним малышом, другому он может не подойти.

В книге две части. В первой автор рассказывает о том, как началось ее увлечение ранним развитием детей, потом переросшее в знакомство с методиками раннего развития. Во второй части Сесиль Лупан подробно знакомит читателей со своими наработками, дает практические рекомендации по обучению детей и стимуляции их двигательной и интеллектуальной активности. Отдельные главы посвящены первому году жизни, созданию развивающей среды для младенца, способам развития двигательных и речевых навыков, технике раннего обучения чтению, письму, счету, иностранным языкам, истории, географии, изобразительному искусству, музыке и плаванию.

Каждый ребенок уникален, и если определенный подход сработал с одним малышом, не значит, что он сработает с другим.

Этот список Сесиль Лупан считает оптимальным, но, вооружившись ее методиками, а главное, почерпнув из книги особое настроение уверенности и постоянного творческого подъема, вы можете дать ребенку знания в любой сфере, если заметите в нем те или иные склонности.

ЭТОТ УВЛЕКАТЕЛЬНЫЙ МИР СЕМЬИ. Никакое учреждение и никакие учителя не могут дать ребенку столько, сколько в состоянии вложить в него любящие родители. И не только потому, что в нашем обществе принято чему-то учить ребенка не ранее 3 лет, а к тому моменту уже многое упущено. Дело еще и в особой связи матери и детей, в той уникальной семейной атмосфере тепла и принятия, которая должна обязательно присутствовать. Именно эта атмосфера и есть залог успешного обучения.

Кроме того, родители обладают полным «комплектом» знаний о своем ребенке, они в курсе особенностей его характера, поведения, сильных и слабых сторон. Каждая мама в силах разработать для своего ребенка индивидуальный обучающий курс, взяв за основу представленный в книге методический материал.

Приступая к обучению ребенка, важно, однако, помнить об основных принципах организации этого процесса. О первом мы уже упомянули: он гласит, что родители – лучшие преподаватели для своих детей. Второй принцип касается собственно обучения. Не забывайте, что освоение новых знаний и навыков для ребенка не труд, а увлекательнейшая из игр! Не перегружайте малыша, заканчивайте игру раньше, чем он устанет или ему надоест.

Третий принцип связан с оценкой результатов. Никогда не проверяйте знаний своего ребенка и не устраивайте ему «экзаменов». Не сомневайтесь в способностях своего ребенка, развивайте их, двигайтесь вперед, экспериментируйте, и результат не заставит себя ждать, убеждена автор.

И наконец, четвертый принцип раннего обучения гласит: чтобы поддержать в ребенке интерес и любознательность, подавайте материал быстро и постоянно добавляйте что-то новое.

ТВОРЧЕСТВО И СВОБОДА. Приступая к процессу раннего обучения, родители должны не просто использовать те или иные методики, но интегрировать их в жизнь семьи. Это очень важно, убеждена автор! Развитие ребенка не должно стать самоцелью, прежде всего в семье важна близость, подчеркивает Лупан.

Организация времени, подготовка методических материалов и поиск оптимальной формы для занятий стали первыми трудностями, с которыми столкнулась сама Сесиль в начале своего пути. Попытка строго следовать рекомендованному распорядку привела к тому, что маленькая Галя… потеряла интерес. И тогда Сесиль Лупан решила прислушаться к себе и своему ребенку.

Особенно много собственных наработок автору удалось создать, когда она взялась за преподавание малышке истории. По ее признанию, лишь начав применять свой собственный метод, она сумела в полной мере увлечь свою дочь процессом учебы, пробудить ее природное любопытство. В чем же он заключается?

Для ребенка освоение новых навыков не труд, а увлекательная игра. Не перегружайте малыша, заканчивайте игру раньше, чем он устанет или ему надоест.

Сначала необходимо определиться с хронологией, обрести отправную точку для подачи материала. В случае с историей Франции такой точкой было выбрано правление Гуго Капета (X век нашей эры). Преподавая историю России, можно начать с не менее яркой фигуры – князя Владимира, правление которого приходится на X век и позволяет использовать понятие «тысячелетие» в качестве удобного эталона для работы. Визуальный материал (портреты правителей), в основном использовавшийся в программе Домана, Лупан предлагает заменить краткими забавными историями из жизни этих правителей или забавными характеристиками, которые легко запоминаются.

Истории и забавные факты лучше всего излагать в виде стихов, песенок и коротеньких рассказов. Начать Лупан рекомендует с песенок и считалок собственного сочинения, а когда они станут непременной частью ежедневного репертуара, дополнить их рассказами. Этот метод не требует какой-то специальной обстановки, его можно совмещать даже с домашними делами, усадив ребенка рядом. Главное – регулярное повторение. Для запоминания дат рисуют маленькие карточки.

На примере метода преподавания истории становится хорошо понятно, что главные особенности обучения детей «по Сесиль Лупан» – это свобода самовыражения и творчества, причем не только детей, но и родителей. Подобным образом она предлагает подходить к изложению любого материала. И действительно, в такой форме освоение знаний протекает легко и быстро.

Что касается возраста, когда начинать, автор считает, что приступить к обучению своего ребенка и созданию для него развивающей среды не поздно никогда. Но чем раньше вы приступите, тем лучше.

С. ЛУПАН

Сесиль Лупан родилась в 1955 году в Бельгии. Девочка получила хорошее образование, изучала английский и русский языки, но делом своей жизни выбрала профессию актрисы. Первую информацию о разностороннем развитии ребенка Сесиль получила от матери своего мужа, которая с самого раннего детства стремилась как можно активнее развивать своих детей, обучать их языкам и музыке. Результат пришелся очень по душе молодой француженке. Через некоторое время после рождения первой дочери, Гали, супруги перебрались в США, где Сесиль преподавала актерское мастерство. Параллельно она увлеклась методиками раннего развития Глена Домана и в 1981 году прошла обучение в его Институте реализации человеческих возможностей. В процессе обучения собственных дочерей она разработала множество собственных оригинальных приемов и подходов, которыми и поделилась с читателями в книге «Поверь в свое дитя», впервые изданной в 1984 году.

Евгений Комаровский

Здоровье ребенка и здравый смысл его родственников

(2000)

«Решиться следовать Природе, выбирая принципы воспитания, родители должны сами. И не требовать, и не ждать, и не надеяться на то, что хоть кто-нибудь добровольно согласится делить с ними ответственность. И постараться обойтись своими силами, подумать и найти, в конце концов, золотую середину между мудростью Природы и прелестями Цивилизации».

В ДВУХ СЛОВАХ

Здоровье и воспитание ребенка – вещи взаимосвязанные: излишняя опека и забота родителей приводят к тому, что естественные, природные механизмы сохранения здоровья отключаются.

Книга Евгения Комаровского «Здоровье ребенка и здравый смысл его родственников» выдержала в России, на Украине и других странах бывшего СССР более 30 изданий. Один этот факт, без сомнения, свидетельствует, что советы и рекомендации доктора Комаровского работают, а следование его принципам помогает многим людям растить детей здоровыми и счастливыми.

Один из главных плюсов этой книги – близость изложенного материала к современным отечественным реалиям. Мудрость педагогов прошлого – это прекрасно, но растерянному молодому родителю порой бывает очень важно узнать в описаниях автора себя, свою семью и свое окружение. Все советы доктора Комаровского основаны на его многолетнем опыте работы педиатром, он отлично знаком с особенностями воспитательного подхода наших мам и бабушек и типичными родительскими ошибками, и его книга действительно помогает их избежать. Недаром одной из ее особенностей он сам называет возможность выполнения рекомендаций, каждая из которых основана на здравом смысле и учитывает те реальные обстоятельства, в которых обычно существуют мама, папа и ребенок. Юмор и легкость изложения – вот еще два фактора, несомненно, способствующих популярности книги.

Знакомясь с изложенными в книге советами по воспитанию, стоит, однако, учитывать, что Евгений Комаровский – прежде всего врач, а не педагог. И главной своей задачей, ради которой и написана книга, он видит сохранение детского здоровья и гармоничной атмосферы в семье. Счастливый ребенок – это здоровый ребенок, растущий в семье, где родители любят не только детей, но и друг друга.

Между тем доктора весьма беспокоит, что родители, познакомившись с теориями гуманистической психологии, будут слишком увлеченно воплощать их в жизнь во вред себе и ребенку, и его можно понять. На пути удовлетворения всех детских потребностей есть свои подводные камни, и в данном вопросе, как и везде, важна золотая середина. Ее-то и можно отыскать, совмещая рекомендации Комаровского с современным гуманистическим подходом к воспитанию.

ПОЛОЖИТЕСЬ НА МУДРОСТЬ ПРИРОДЫ. Первое, на что обращает внимание доктор Комаровский, начиная разговор об уходе за новорожденным: ваш ребенок здоров. Его появление на свет – результат тысяч лет естественного отбора, и уж коли он родился, и врачи отпустили вас из роддома домой, 99 % вероятности, что с ним, во-первых, все в порядке, а во-вторых – что он вообще самый здоровый человек в вашей семье на данный момент. Он не дышал много лет загазованным воздухом мегаполиса, не питался вредными продуктами, не подвергался воздействию стрессов на работе и так далее. Все его органы и системы заточены на то, чтобы выжить и адаптироваться в окружающей действительности. Помните – адаптационные возможности вашего младенца очень велики! Он может приспособиться почти ко всему, если ему в этом помочь. Но если приспосабливаться будет не к чему, если его поместить в условия идеального комфорта, ему не к чему будет приспосабливаться, и адаптационные механизмы попросту отомрут. Именно поэтому так важно с первого дня жизни активизировать природные жизненные силы ребенка. Как же это сделать?

Счастливый ребенок – это здоровый ребенок, растущий у родителей, которые любят и своих детей и друг друга.

Доктор Комаровский рекомендует действовать в нескольких направлениях.

Во-первых, в детской комнате необходимо поддерживать температуру 18–19 °C и влажность не менее 50–70 %. Это способствует нормальной работе систем терморегуляции, является профилактикой простуд. Кроме того, не нужно стремиться избегать сквозняков. Нет ничего более естественного, чем поток воздуха, и ребенку он совершенно не страшен. Боятся сквозняков те взрослые, которых с младенчества от них изолировали. Лучше переохладить, чем перегреть, – вот принцип, которым предлагает руководствоваться автор.

Во-вторых, ребенка категорически нельзя кутать. Если кожа ребенка горячая и красная, срочно снимайте с него лишнюю одежду и пеленки. Прохладные ступни, ладони и кончик носа свидетельствуют об отличной работе систем терморегуляции; если они горячие – нужно снять минимум один слой одежды. Полезно почаще держать малыша голым.

В-третьих, ребенку необходимо ежедневное купание в большой ванне, а перед купанием – зарядка и массаж. Организации купания посвящена отдельная глава книги.

В-четвертых, очень важно правильно организовать прогулки. Необходимо, чтобы уже с десятого дня жизни ваш малыш регулярно дышал свежим воздухом. Идеальное место для прогулок с новорожденным – это балкон: тихо, никаких вредных выхлопных газов, да и маме не обязательно до изнеможения катать коляску по улицам.

В-пятых, ребенку необходимо рациональное вскармливание. На первом году жизни это кормление молоком матери, на втором – сбалансированное питание, которое ни в коем случае не должно осуществляться насильственно.

И наконец, в-шестых, очень важно, чтобы в семье было принято следовать естественному образу жизни: как можно больше двигаться, заниматься спортом, избегать вредных продуктов и так далее. Именно естественный образ жизни – залог здоровья вашего ребенка, подчеркивает доктор Комаровский, а вовсе не врачи и лекарства, хотя и они порой бывают необходимы.

Следуя этим принципам, вы запускаете и поддерживаете естественные адаптационные механизмы, заложенные природой в каждого человека, обеспечиваете вашему ребенку отличный иммунитет, а именно он и позволяет успешно справляться с неизбежными детскими заболеваниями. Вот вам и связь здоровья с уходом и воспитанием.

ПЕРЕХОДИМ К КОНКРЕТИКЕ. Как кормить, как купать, как закаливать ребенка? Под рациональным, или свободным, вскармливанием Комаровский подразумевает компромисс между кормлением строго по часам и по требованию ребенка. Система, которую предлагает доктор, проста: если ребенок просит грудь не через три, а через два часа, нет ничего страшного в том, чтобы его покормить. Но вот более частые просьбы со стороны младенца означают, что либо вы недокормили в прошлый раз, либо малыш просто фокусничает, манипулирует мамой.

Нужно заметить, что вопрос воспитания новорожденного отнюдь не праздный. Психологи давно доказали, что с самого раннего возраста малыш способен усваивать те правила, которые ему предлагает мама. Поэтому в самой идее доктора Комаровского не всегда идти на поводу у младенца есть рациональное зерно. Кормление должно быть организовано так, чтобы мама не уставала и имела возможность делать другие дела. Но при этом очень важно помнить, что именно количеством кормлений определяется количество молока у матери, а значит, и успешность вскармливания. И здесь главное – не переборщить с воспитанием в ущерб собственно питанию. Новорожденного лучше не ограничивать в количестве и длительности кормлений, и тогда вы будете уверены, что он поел достаточно. А начинать воспитывать ребенка в процессе кормления лучше все-таки после трех месяцев, когда и малыш становится разумнее, и количеству молока уже ничего не грозит.

Важно, чтобы в семье было принято следовать здоровому, правильному образу жизни: как можно больше двигаться, заниматься спортом, избегать вредных продуктов.

Что касается питания ребенка старше года, автор предупреждает, во-первых, об опасности перекормить (а именно к этому склонны излишне заботливые мамы и бабушки), а во-вторых, о нежелательности пищевых экспериментов. Лучше всего кормить ребенка продуктами, привычными для вашего региона и принятыми в вашей семье.

Правильное купание, по доктору Комаровскому, непременно нужно организовать в большой ванне с прохладной водой. Только тогда возможно извлечь из водных процедур максимальную пользу. В такой ванне ребенок закаливается, активно двигается, а значит, лучше развивается. Кроме того, воздействие на кожу прохладной воды активизирует выработку биологически активных веществ, повышающих сопротивляемость инфекциям.

Начинать купать лучше всего с температуры 33–34 °C, которая является для младенца абсолютно комфортной и безопасной. Постепенно, день за днем, температуру нужно понижать, пока она не дойдет до 26–28 °C. Идеальное время для купания – с 23 до 24 часов, именно тогда вам обеспечена спокойная ночь, ибо накупавшийся и наевшийся ребенок, как правило, крепко спит и в кормлениях не нуждается. Но если ребенок постоянно плачет во время водных процедур, нужно разобраться, что именно доставляет ему неприятные ощущения. Может, стоит сделать воду потеплее или вообще какое-то время купаться вместе с мамой. Насилие пользы не принесет, подчеркивает автор.

ЗДОРОВЬЕ И ОБРАЗ ЖИЗНИ ВАШЕГО РЕБЕНКА. Во второй части, где речь идет о малыше, вышедшем из младенческого возраста, Евгений Комаровский подробно останавливается на вопросах питания, гигиены, сна, развития и так далее. Как и во всем, в этих аспектах ухода он предлагает родителям опираться на здравый смысл и те рекомендации, которые он сформулировал за годы своей практики. Именно такой подход позволяет обеспечить ребенку максимальное здоровье, а это куда важнее хороших отметок и умения играть на скрипке, убежден доктор Комаровский.

Какие же это рекомендации? Во-первых, успокоиться по поводу сроков, в которые ребенок поползет, пойдет, заговорит, у него прорежутся первые зубы, он научится ходить на горшок и так далее. Все дети индивидуальны, и не нужно подходить к ним с линейкой, подчеркивает автор. Если что-то будет не так, и вы, и ваш лечащий врач-педиатр обязательно это заметите, а в остальном – доверьтесь мудрой природе, которая успешно вырастила не одного младенца.

Во-вторых, позаботьтесь о том, чтобы образ жизни вашего ребенка был максимально естественным. Что это значит? Разумеется, никто не предлагает вам уехать в сибирские леса и забыть обо всех благах цивилизации. Естественность может заключаться даже в мелочах, но каждая из этих мелочей значима, а из их суммы складывается здоровье ребенка.

Главные компоненты естественного образа жизни таковы.

1. Двигательная активность, причем лучше под открытым небом. Никто не оспаривает важность учебы, чтения или шахмат, и все же движение жизненно необходимо. Лучше идти в школу пешком, чем ехать, лучше отложить генеральную уборку, но сходить с ребенком в парк, лучше поиграть в футбол, чем посмотреть кино. Утренняя зарядка и пробежка – обязательны, как и водные процедуры после них.

2. Одежда. Ее нужно подбирать так, чтобы ребенку было легко двигаться, а ее количество не должно приводить к перегреву. Самый верный способ замерзнуть – стоять на месте, а согреться, напротив, поможет не шуба, а активная игра на свежем воздухе. И помните, предупреждает автор, что потливость вызывает простуды чаще, чем переохлаждение.

3. Питание. Главным критерием должен стать аппетит ребенка. Если он не хочет есть, значит, не потратил достаточного количества энергии или ему нездоровится. И в том и в другом случае настаивать не надо, проблему этим не решить.

4. Закаливание. Оно должно быть частью образа жизни, а не какой-то там процедурой, подчеркивает Комаровский. Бессмысленно обливать ребенка холодной водой, а в остальное время кутать и всячески оберегать от воздействия холода. Закаливать – это значит позволить ребенку с младенчества сталкиваться с разной температурой воды и воздуха: больше гулять с ним в любую погоду, чаще выкладывать голышом, позволять дома ползать по полу без дополнительного утепления в виде шерстяных штанов. Бегать босиком по снегу не обязательно, а вот ходить по дому без обуви – великолепный способ естественного закаливания, а именно таким оно должно быть.

Соблюдайте эти правила – и тогда у вас есть все шансы вырастить здорового и гармонично развитого ребенка, уверяет доктор Комаровский.

Е. КОМАРОВСКИЙ

Евгений Олегович Комаровский родился в 1960 году в Харькове. Окончив школу, он поступил на педиатрический факультет Харьковского медицинского института. До 1991 года был врачом отделения реанимации областной детской инфекционной клинической больницы, позже стал заведующим инфекционным отделением.

В 1993 году вышла его первая монография – «Вирусный круп у детей». Коллеги оценили труд Комаровского – он получил за него ученую степень кандидата медицинских наук. Тогда же стало понятно, что кроме медицинских знаний у него есть дар легко и понятно излагать информацию и заинтересовывать читателей. Так доктор Комаровский стал еще и писателем.

Его следующая работа «Начало жизни вашего ребенка» приобрела популярность у широкого круга читателей. Однако по-настоящему авторитетным специалистом не только в медицинских вопросах, но и в таких важных для родителей проблемах, как уход и воспитание ребенка, он стал после выхода в 2000 году книги «Здоровье ребенка и здравый смысл его родственников».

В том же году доктор Комаровский ушел из государственной клиники, а спустя еще несколько лет открыл собственный консультативный медицинский центр «Клиником». Одним из направлений работы центра стало образование: там проходят обучение не только медицинские работники, но и родители.

В 2010 году стартовала телевизионная программа «Школа доктора Комаровского», и теперь он занимается просвещением и образованием родителей еще и с телеэкрана.

Марта и Уильям Сирс

25 главных советов молодой маме

(2005)

«То, что вы отдаете малышу в первые месяцы его жизни все свои силы, приучит его полагаться на вас, и вы обнаружите, что доверяете себе как матери. Последующие месяцы будут гораздо легче, потому что вы интенсивно работали в то время, когда произошли все эти перемены в вашей жизни, когда вы познавали своего ребенка и себя в новой роли, а не понадеялись на кого-то, не занимались гораздо менее важными вещами. То, что вы с самого начала делаете эту трудную работу, спасет вас от гораздо более сложной жизни, когда ваше дитя будет взрослеть».

В ДВУХ СЛОВАХ

Самое главное для молодой матери – научиться чувствовать своего ребенка и понимать его потребности, а лучше всего развивают материнскую интуицию постоянная близость с малышом и кормление грудью.

Книги американского педиатра Уильяма Сирса, известного на родине как доктор Билл, широко известны во всем мире. Врач и отец восьмерых детей, доктор Сирс – один из самых известных сторонников метода воспитания, который сам он называет воспитанием привязанностью. Все его книги написаны в соавторстве с женой Мартой. Свой метод Сирсы выработали на личном опыте воспитания и ухода за детьми и снабдили внушительной научной базой. Они даже проводили исследования в собственной спальне, в частности, именно Сирсам принадлежит открытие, что дыхание ребенка и матери в процессе совместного сна синхронизируется, а это является наилучшей профилактикой внезапной детской смерти.

Самая известная в нашей стране книга Сирсов – «Ваш ребенок от рождения до двух лет», изданная в США в начале 1990-х. В этом внушительном труде, который выдержал уже несколько переизданий, подробно изложен и сам метод, и его обоснования. А всего из-под пера доктора Билла и его жены вышло более трех десятков книг и брошюр, охватывающих все аспекты жизни матери и младенца, начиная с беременности.

«25 главных советов молодой маме» написана преимущественно Мартой Сирс, и лишь небольшие уточняющие вставки в текст принадлежат доктору Биллу. Компактная по объему и не перегруженная теорией, она идеально подходит в качестве первой настольной книги для недавно родившей женщины. Во-первых, именно потому, что содержит только самые основные постулаты и не заставляет читателя тонуть в море информации. Во-вторых, теплые авторские интонации создают атмосферу доверительной беседы одной мамы с другой.

Двадцать пять советов, изложенных в книге, касаются в основном ухода за новорожденным ребенком, затрагивая такие важные темы, как кормление грудью, организацию сна и отдыха, возможные сложности в отношениях между супругами и вопрос выхода на работу.

Но самое главное отличие этого издания от множества других пособий для молодой матери – и автор сама это подчеркивает! – заключается в том, что книга учит женщину не каким-то техническим приемам, а помогает адаптироваться к материнству в целом, освоиться в новой роли и научиться понимать и удовлетворять потребности младенца. Именно это, считает Марта Сирс, и есть основа успешного материнства, та база, которая поможет в будущем избежать множества проблем.

СЕКРЕТ – В БЛИЗОСТИ. Адаптация к материнству начинается еще в процессе родов, подчеркивает автор. Беременность – это опыт абсолютной близости с другим существом, и роды – продолжение этого опыта. Самое главное – понимать, что глубокая связь ребенка и матери не прерывается с пресечением пуповины. Уникальное совместное путешествие, которое началось девять месяцев назад, просто продолжается на новом уровне. Теперь удовлетворение потребностей ребенка уже не происходит по умолчанию, посредством работы женского организма. С момента рождения эта забота ложится на плечи женщины, и, конечно, для успешной адаптации очень важно осознать эту ответственность.

С другой стороны, нужно помнить и о том, что природа снабдила вас всеми необходимыми «инструментами», чтобы успешно растить своего ребенка. Эти «инструменты» – руки и грудь матери, ее тепло и близость. И с одной стороны, важно не отказываться от этих инструментов, а с другой – научиться пользоваться ими так, чтобы не истощать себя. Но разве это возможно – постоянно находиться в контакте с ребенком и не уставать? Конечно, уверенно отвечает Марта Сирс. И делится секретами, как это сделать.

Итак, какие же возможности даны матери с самой первой минуты жизни ребенка? Во-первых, очень важно как можно скорее приложить его к груди. Во-вторых, лучше всего, если ребенок будет рядом с матерью. Однако если в роддоме нет возможности для совместного пребывания, это не повод паниковать. «Настройка» на ребенка – собственно, тот главный механизм, который и помогает нам успешно удовлетворять потребности младенца – происходит на протяжении первых нескольких месяцев. Дождитесь момента, когда вы окажетесь дома, в спокойной обстановке, и начинайте формировать то особое пространство между мамой и малышом, которое в дальнейшем поможет его успешно растить и воспитывать.

Марта Сирс учит женщин не каким-то техническим приемам, а помогает адаптироваться к материнству в целом, освоиться в новой роли и научиться понимать и удовлетворять потребности ребенка.

Помните, отмечает Марта Сирс, что ваш младенец, только что появившийся на свет, уже привязан к вам. Исследования доказали, что новорожденные дети не только видят, слышат, обоняют и осязают, но и обладают чувствами и умением их выражать. Ваш ребенок помнит ваш запах, узнает ваш голос. Пройдет несколько дней, и он будет выделять ваше лицо из множества других лиц. Мама для него – особенное существо, а его основная потребность в этот период – потребность в постоянном тактильном контакте с ней.

Это не каприз, а условие его гармоничного развития, подчеркивает Марта Сирс. И в то же время это условие успешной адаптации женщины к материнству. Когда ребенок находится рядом с ней, весь ее организм начинает настраиваться на заботу о нем. И чем больше вы сами ухаживаете за малышом, тем лучше начинаете понимать его, тем увереннее чувствуете себя в материнской роли.

САМОЕ ПРАВИЛЬНОЕ ПИТАНИЕ. Еще одна важнейшая потребность новорожденного – сосание материнской груди. Кормление грудью – это не только способ накормить ребенка, подчеркивает Марта Сирс. Хотя вопрос питания, разумеется, является первостепенным, не стоит пренебрегать и другими аспектами «воспитания у груди». Грудное вскармливание – самый лучший способ установления глубокой связи между матерью и ребенком. Для матери это опыт понимания малыша, его потребностей.

Разумеется, речь в книге идет про кормление по требованию, согласованное с природными ритмами ребенка. О каком понимании идет речь, если мать смотрит не на младенца, а на часы? Разумеется, и в этом случае женщина что-то узнает о своем ребенке. Но совсем другая степень близости образуется, если она внимательно наблюдает за малышом, учится ловить самые первые его сигналы и откликаться на них. Ребенку это тоже дает важный опыт: его слышат, а его потребности удовлетворяют. Так обретается базовое доверие к миру, без которого невозможны нормальный рост и развитие.

Но что делать, если с грудным вскармливанием возникли проблемы? Прежде всего – успокоиться и вспомнить о том, что успешно кормить может практически каждая женщина, если только будет соблюдать несколько простых правил – прикладывать малыша к груди не менее восьми раз в сутки и следить, чтобы он активно высасывал молоко. Что касается неизбежных беспокойств, достаточно ли ребенок съел, Марта Сирс и ее муж доктор Билл советуют проверенный педиатрами всего мира способ подсчета мокрых подгузников. Если в течение дня вы меняете шесть насквозь мокрых подгузников и четыре-пять сырых, с количеством молока у вас точно все в порядке!

СЕКРЕТЫ МОЛОДОЙ МАТЕРИ. Очевидно, что кормление грудью необходимо ребенку. Но точно так же оно необходимо и матери, чтобы освоиться с новой ролью. Во время грудного вскармливания сама биология встает на сторону женщины, ей не нужно предпринимать специальных усилий, чтобы быть рядом с малышом. Кормление автоматически означает объятия и тактильный контакт, так необходимые ребенку для успешного роста и развития. Грудь (и это один из секретов кормящих матерей!) – великолепный способ легко и быстро успокоить ребенка в любой травмирующей ситуации. Это и метод воспитания: с того момента, когда вы начинаете помогать ребенку правильно брать сосок и помогаете ему освоить навыки сосания, он получает первый опыт вашего твердого родительского руководства. Таким образом, ваш авторитет всегда будет основан на любви и близости, что и требуется.

На несколько первых недель, а то и месяцев, материнство становится главной работой женщины, подчеркивает Марта Сирс. Но для того, чтобы она могла выполнять ее успешно, ей необходима помощь и поддержка близких. В идеале это время нужно организовать так, чтобы снять с недавно родившей женщины груз всех других забот по дому. В этот период особенно важно грамотно распределять силы и находить время для тех занятий, которые поддерживают вас в тонусе. Горячая ванна, новая стрижка или вкусная еда из ресторана – да-да, все это вам можно и даже нужно, уверяет автор.

Чем больше вы самостоятельно ухаживаете за малышом, тем лучше понимаете его, тем увереннее чувствуете себя в материнской роли.

Жизнь с ребенком не должна превращаться в исполнение долга, если у вас возникают такие ощущения – очень важно проанализировать свой образ жизни и понять, куда уходят силы, что именно вас пугает и расстраивает. Депрессия – одно из самых серьезных препятствий на пути освоения новой роли, и ее приближение лучше распознать как можно раньше.

Чтобы депрессии не случилось, необходимо не замыкаться в изоляции и сохранять теплые отношения с супругом. Выходить «в свет» с малышом поможет специальная перевязь для младенца (сейчас ее называют слингом), а сохранению любви между супругами – простые советы, перечисленные в соответствующей главе. В целом же книга «25 главных советов молодой маме» способна помочь женщине выработать свой собственный стиль воспитания ребенка, основанный на тесной привязанности и подходящий именно ей и ее малышу.

М. и У. СИРС

Уильям Сирс родился в 1939 году в небольшом городке в штате Иллинойс в семье инженера. Отец рано ушел из семьи, и это, несомненно, повлияло на дальнейшую судьбу будущего доктора Билла: он выбрал профессию педиатра. Женитьба на Марте Сирс и появление собственных детей побудило доктора Сирса заняться активными исследованиями психологии и физиологии новорожденного, в то время как его жена пробовала на опыте разные способы ухода за младенцами.

Семь собственных детей, в том числе малыш с синдромом Дауна, и один приемный ребенок позволили Уильяму и Марте собрать уникальный материал, о котором они и рассказывают в своих книгах. Трое из детей Сирсов пошли по стопам отца и стали педиатрами. Они полностью разделяют подходы своих родителей к уходу и воспитанию. Вместе с сыновьями доктор Билл продолжает вести собственную частную практику в Калифорнии, а Марта Сирс по-прежнему желанный гость на теле- и радиопередачах о детях.

Глен Доман, Джанет Доман

Да, ваш ребенок – гений!

(2006)

«В перенаселенном, быстро меняющемся, высокотехнологичном мире двадцать первого столетия естественный отбор требует, чтобы каждый человек был физически здоров, имел звуковую физиологическую конституцию и развивал интеллектуальную и эмоциональную способность преуспеть в экономически, геополитически, и биохимически угрожающей окружающей среде. Если мы можем дать нашим детям твердую образовательную базу сегодня, они станут лидерами лучшего и более безопасного мира завтра».

В ДВУХ СЛОВАХ

Природный потенциал интеллектуального и физического развития каждого ребенка неограничен, самое главное – вовремя раскрыть его. Для этого с детьми нужно с рождения заниматься по определенным методикам.

Глен Доман – своего рода гуру для родителей всего мира, чьи дети родились с отклонениями в развитии или стали инвалидами из-за травмы. Методики, разработанные Доманом и описанные в его книгах, не раз и не два совершали чудо. Дети, на которых поставили крест врачи, осваивали двигательные и прочие навыки, которые казались совершенно недоступными для них.

Более полувека, с 1955 года, Доман разрабатывал свой подход к развитию ребенка и раскрытию потенциала его мозга. Через созданный им научно-исследовательский центр «Институт реализации человеческих возможностей» прошло множество маленьких пациентов с ограниченными возможностями.

Сначала главной целью Домана и коллег была помощь таким детям. Но потом в институте все чаще стали появляться нормальные, здоровые малыши, младшие братья и сестры пациентов центра. В то время, когда родители занимались со старшим ребенком-инвалидом, обучая его ползать или читать, они находились рядом, получая возможность впитывать и повторять все увиденное. Скорость развития этих детей поразила Домана и специалистов института. Вскоре многочисленные эксперименты убедительно доказали, что, если определенным образом стимулировать мозг здорового новорожденного, он начинает развиваться быстрее.

С тех пор Глен Доман разработал множество специальных обучающих курсов и семинаров для родителей и написал несколько популярных книг о развитии детей. «Да, ваш ребенок – гений!», написанная в соавторстве с дочерью и коллегой по работе в институте, Джанет Доман, – это своего рода пошаговая инструкция для обучения и развития ребенка с первых дней до одного года. В ней описаны способы оценки текущего состояния ребенка и даны практические рекомендации для занятий по развитию тех или иных навыков.

ТРУДНО ЛИ ВЫРАСТИТЬ ГЕНИЯ? Оказывается, это очень просто, нужно лишь следовать определенной программе развития. Дети, которых растили «по Доману», танцуют, демонстрируют сложные гимнастические па, свободно читают и понимают самые сложные тексты уже в три-четыре года, говорят на нескольких языках, знают таблицу умножения и разбираются в истории, географии и живописи. На фоне обычных детей из американских школ, многим из которых с трудом удается освоить даже программу начальной школы, такие достижения кажутся невероятными.

Разработанные Доманом и описанные в его книгах методики, не раз совершали чудо. Дети, на которых поставили крест врачи, осваивали двигательные и прочие навыки, казавшиеся совершенно недоступными для них.

Однако сам Доман убежден – такого рода способности не являются выдающимися, они заложены природой в каждого ребенка, нужно только не пропустить то время, когда мозг ребенка наиболее активно впитывает новые знания и навыки. И это время начинается с самого рождения! Сделанные открытия позволили Доману и его коллегам с уверенностью утверждать: наиболее активно мозг человека растет и развивается с рождения до шести лет, и эти годы – самые полезные и продуктивные для обучения.

ПРОГРАММА РАЗВИТИЯ ВАШЕГО МЛАДЕНЦА. Главное, что должны запомнить родители, приступая к занятиям: мозг развивается только при использовании. Исследования доказали, что формирование тех или иных навыков не привязано так жестко к определенным срокам, как полагали ранее. Если в ребенке целенаправленно развивать разнообразные навыки, давать ему необходимую нагрузку, как физическую, так и интеллектуальную, с помощью определенных видов стимуляции, он начинает демонстрировать невероятные умения гораздо раньше, чем принято ожидать. И лучшими учителями для ребенка являются, конечно, его родители, особенно матери.

Чем больше работает мозг, тем быстрее он растет и тем более восприимчивым к процессу обучения и познания мира становится ребенок. Но стимулирование работы мозга должно происходить не хаотично, а целенаправленно, в определенном порядке. Программа развития ребенка до года как раз и позволяет обеспечить эту упорядоченную стимуляцию.

Программа основана на так называемом профиле развития шести главных функций, присущих человеку, от рождения до 6 лет. Три первые функции отвечают за моторику: это способность ходить, разговаривать и писать, используя символы и законы языка. Три вторые функции связаны с развитием сенсорных навыков. Это способность видеть и читать символы родного языка, способность слышать и понимать язык и способность чувствовать и идентифицировать предметы на ощупь. Процесс развития этих функций поделен в профиле развития на семь стадий от момента рождения до 6 лет. В книге подробно рассмотрены четыре первые стадии, включающие развитие ребенка до 12 месяцев.

ОТ НУЛЯ ДО ГОДА. На каждой стадии развития необходимо для начала оценить состояние ребенка. В случае с новорожденным это делается с помощью стимуляции рефлексов. Кроме того, по определенным признакам оценивается двигательная, речевая и мануальная компетентность ребенка. Что касается самих занятий, они разработаны таким образом, чтобы на каждом этапе обеспечить ребенку как можно больше разнообразных аудио-, визуальных и тактильных стимулирующих факторов в соответствии с его возрастом.

Согласно методике Домана, лучшее место для ребенка с рождения – на полу, точнее, на специально оборудованном треке для ползания. Конечно, родители при этом должны быть рядом, подбадривать малыша и следить, чтобы он не расстроился. На треке ребенок постепенно учится передвигаться все дальше и дальше. Постепенно к ползанию добавляются специальные упражнения для развития равновесия. Предусмотрены свои методы для развития зрения, слуха, речи (для начала через укрепление органов дыхания), мануальной компетентности (с помощью стимуляции хватательного рефлекса).

На второй стадии, после оценки состояния ребенка, предлагается перейти к следующим этапам программы развития. Уже на этой стадии ребенку начинают показывать так называемые бит-карты с простыми черными изображениями – фигурами и предметами. Показывая ребенку изображение, необходимо четко называть его. Все программы сенсорной стимуляции рассчитаны на то, что упражнения делаются каждый день по нескольку раз, часто, но недолго. С каждой новой стадией сенсорная, двигательная и речевая стимуляция все больше усложняется, позволяя мозгу ребенка активно работать и впитывать информацию.

ПОСМОТРИТЕ, КТО ГОВОРИТ! Отдельная глава книги посвящена развитию речи ребенка с рождения до года. Доман убежден, что ребенок с рождения нацелен на общение с родителями и вполне готов к этому общению, надо только научиться распознавать смысл тех звуков, которые он издает. Это и есть язык, на котором ваш ребенок говорит с вами.

Самые полезные и продуктивные годы для обучения – с рождения до шести лет: в это время мозг человека наиболее активно развивается.

Развивая речь ребенка, нужно следовать некоторым правилам. Во-первых, в разговорах с малышом должна быть последовательность. Лучше, чтобы он слышал одни и те же приветствия, вопросы, утверждения и простые инструкции. Во-вторых, нужно избегать в доме шума и хаоса. Ребенок должен слышать только ваш ясный, громкий голос. В-третьих, после каждой фразы делайте паузу и ждите «ответа». Как только кроха поймет, что ему предлагают вступить в диалог, – он ответит. На следующих стадиях мама может петь и читать простые стихи, время от времени предлагая малышу закончить строку хорошо знакомого стихотворения. Развивая речь ребенка, не сюсюкайте с ним, не игнорируйте его ответы, не высмеивайте звуки, которые он произносит. Так он быстрее и качественнее освоит «взрослую» речь.

Г. ДОМАН, Д. ДОМАН

Глен Доман родился в 1919 году в Филадельфии. Врач-физиотерапевт по профессии, еще в Университете Пенсильвании он заинтересоваться законами функционирования детского мозга. Начав с разработки восстанавливающих методик для детей с нарушениями развития, вскоре он перешел к созданию собственного уникального подхода к раннему развитию здоровых детей, начиная с новорожденности. В 1955 году он основал Институт реализации человеческих возможностей, на базе которого в течение более полувека, до самой своей смерти в 2013 году, проводил исследования, а также семинары и тренинги для родителей. Двое из трех его детей, Дуглас и Джанет, пошли по стопам отца и в настоящее время продолжают работать в институте. Джанет, кроме того, была соавтором многих его книг. Метод Домана – один из самых популярных методов раннего развития ребенка во всем мире, а его книги («Как научить ребенка читать», «Как научить ребенка считать», «Как сделать ребенка физически совершенным», «Да, ваш ребенок – гений!» и другие) пользуются неизменной популярностью у читателей во всем мире.

Януш Корчак

Как любить ребенка

(1919)

«Если вы умеете диагностировать радость ребенка, интенсивность его радости, то вы должны были заметить, что величайшей радостью становится счастье преодоленной трудности, достижения цели, открытой тайны, радость победы и счастье самостоятельности, овладения, обладания».

В ДВУХ СЛОВАХ

Ответы на все вопросы, которые обычно задают врачам и педагогам, родитель может отыскать сам, если будет внимателен к своему ребенку, если будет любить, заботиться и уважать в ребенке пусть маленькую и неопытную, но полноценную личность.

Прежде чем посвятить свою жизнь педагогике, Януш Корчак стал сначала успешным детским писателем, а потом – не менее успешным и востребованным детским врачом. Нетрудно заметить, что к любой его профессии неизбежно добавлялась приставка «детский». Едва ли не со школьной скамьи он честно служил своему призванию: не просто воспитывать и направлять, но понимать, защищать и заботиться. Основав в 1911 году «Дом сирот», он принял на себя обязанность опекать, кормить и растить полторы сотни обездоленных и нуждающихся детей – и вместе с ними отправился на смерть, когда в 1942 году приют был депортирован сначала в гетто, а потом в Треблинку.

Этот подвиг самопожертвования превратил Корчака не просто в авторитетного специалиста по воспитанию, но в человека-легенду. И, если судить по его жизни и творчеству, иной судьбы он и сам бы для себя не желал. Одаренный и тонко чувствующий человек, он был способен превратить научное исследование в увлекательное путешествие в поисках истины. Результаты своих невероятно точных наблюдений и размышлений Корчак облек не в сухие формулы, а в увлекательную книгу «Как любить ребенка», одна из главных мыслей которой как раз и заключается в избегании для воспитания готовых формул.

В этом произведении, ставшем классикой педагогической литературы, почти нет готовых инструкций и рецептов. Вместо них Корчак предлагает читателю заглянуть в таинственный мир детства, удивительно точно переданный автором. Эту книгу стоит прочесть каждому родителю, воспитателю, да и просто взрослому человеку, забывшему, что когда-то он был ребенком. Не пытаясь ни обобщать, ни поучать, Януш Корчак предлагает приглядеться, прислушаться, почувствовать ребенка, прикоснуться к свету детской души, и один факт ее прочтения способен поменять воспитательные подходы и наладить взаимоотношения с ребенком – через изменения в сознании взрослого.

Само слово «любовь» встречается в книге очень редко. И одновременно она пронизана любовью. Любовью к детям, этим загадочным существам, вынужденным сосуществовать рядом с взрослыми в атмосфере неуважения и непонимания. И формируется такая атмосфера не со зла, а от невежества и нежелания взрослых понять ребенка и отнестись к нему как к равному, но иному существу, чей взгляд на мир в корне отличается от взгляда взрослого, а жизненный опыт только формируется. И во многом от нас зависит, какое отношение к людям и к миру маленький человек унесет во взрослую жизнь.

Дети вынуждены сосуществовать с взрослыми в атмосфере неуважения и непонимания. Она формируется не от злых умыслов, а от невежества и нежелания взрослых понять ребенка и отнестись к нему как к равному, но иному существу, чей взгляд на мир в корне отличается от взгляда взрослого, а жизненный опыт только формируется.

Эта небольшая книга, состоящая из 116 небольших глав-зарисовок, тем более удивительна потому, что написана она была во время Первой мировой, которую Корчак провел, работая в военно-полевом госпитале. Ежедневно сталкиваясь с самыми неприглядными и страшными сторонами жизни, он создавал свой педагогический манифест, страстно желая хоть что-то изменить в укоренившемся подходе к детям и детству.

ГЛАВНЫЙ ИНСТРУМЕНТ – НАБЛЮДЕНИЕ. Говоря о периоде младенчества, Корчак обращает внимание на некоторые моменты, которые считает наиболее значимыми. Книга начинается с обращения к матери. Наблюдая за матерями во время своей врачебной практики, Корчак пришел к выводу, что многие из них, особенно молодые и неопытные, полны страхов и сомнений, которые должен разрешить доктор.

На самом же деле никакой врач не поймет ребенка лучше, чем мать, умеющая наблюдать. В качестве основного метода для понимания нужд и потребностей малыша Корчак предлагает внимательное созерцание.

Автор предостерегает молодую мать от нескольких распространенных ошибок. И одна из них – желание сделать ребенка удобным вместо того, чтобы позволить ему быть самим собой. Тихий и «удобный» ребенок скорее вырастет неприспособленным к жизни и безвольным, чем тот, кто уже с младенчества выражал свое недовольство громким криком.

Корчак одним из первых педагогов-гуманистов заговорил о необходимости изучать не только физиологию, но и психику новорожденного. Он с уверенностью утверждал, что крошечный человек уже является личностью.

Главным содержанием психической жизни ребенка Корчак считал стремление овладеть «тайной окружающего мира», то есть по большому счету стремление к познанию и расширению своего опыта. И чем лучше самочувствие ребенка, тем успешнее он будет развиваться. Именно поэтому так важно наблюдать за ребенком, чтобы вовремя отследить причины недовольства и недомоганий. Как мы видим, подход врача и подход педагога очень удачно соединились в воспитательной концепции Корчака.

Кормление грудью он называет естественным продолжением беременности и призывает женщин не отказываться от него, даже если возникли трудности. Что до вопроса, как кормить, подход автора неизменен: это зависит от вас и вашего ребенка, и одного рецепта на всех быть не может. Более того, сам ребенок лучше всех знает, когда и сколько ему спать, когда начать ходить, а когда – говорить. И наблюдательная мать может только лишь помочь ему. А большего и не требуется.

ПРАВА РЕБЕНКА И ЕГО ВОСПИТАНИЕ. Корчак – один из первых европейских авторов, заговоривших о правах ребенка, но его подход к этому вопросу не совсем обычен и лишен академизма, как и все наследие этого педагога-романтика. Тремя основными правами ребенка он считает право ребенка на смерть, право ребенка на сегодняшний день и право ребенка быть тем, что он есть. На первом праве он останавливается особенно подробно, отмечая, что именно родительские страхи за ребенка могут напрямую препятствовать его нормальному развитию. Именно в этом заключается «право ребенка на смерть» – в осознании, что родитель не в состоянии уберечь свое чадо от всех напастей, а попытки сделать это с помощью ограничения детской свободы приносят больше вреда, чем пользы. Детские комнаты городских детей превращаются в филиалы больничных палат: в них пытаются поддерживать идеальный порядок и стерильность, тем самым полностью уничтожая все живые детские проявления.

Разрешать ребенку все, однако, тоже не стоит, ведь вместо скучающего раба можно вырастить скучающего тирана. Говоря «нет», мы закаляем волю ребенка, подчеркивает Корчак, и готовим его к жизни, где не все его желания будут сразу исполняться.

Он советует искать баланс между запретами и поощрениями, между тотальным контролем и вседозволенностью.

Чем лучше самочувствие ребенка, тем успешнее он развивается. Именно поэтому важно быть к нему очень внимательным, чтобы вовремя заметить плохое самочувствие.

Именно здесь, на страницах «Как любить ребенка» (по сути, первого своего крупного педагогического произведения), автор впервые говорит еще об одном праве, которому позже посвятит целую книгу, – праве ребенка на уважение, праве высказывать свои мысли и активно участвовать в наших рассуждениях и выводах о нем.

Как и многие психологи-гуманисты до и после него, Корчак вновь и вновь возвращает родителей и воспитателей к мысли – все дети разные, и их нельзя мерить одной меркой. Но там, где другие авторы анализируют и классифицируют, Януш Корчак вооружается другим инструментом, которым владеет в совершенстве, – своим литературным даром.

Помимо индивидуальных особенностей, заложенных в ребенке природой и содержащих готовый «слепок» его развития, автор много рассуждает о значении воспитательной среды, в которой формируется новый человек. Под воспитательной средой Корчак понимает дух семьи, господствующий в ней. Среда догматическая; среда идейная; среда, довольная жизнью, и среда успеха и карьеры – для каждой из них у писателя находится несколько слов и каждая, по его мнению, определенным образом влияет на ребенка. И это влияния нельзя недооценивать. Мы воспитываем свои примером, тем, как живем мы сами, напоминает Корчак и призывает родителей никогда не забывать об этом. И неважно, воспримет ребенок нашу модель или последует «закону антитезы», защитному механизму сопротивления – выстроит свою жизнь на иных принципах. Нашего родительского влияния это не исключает в любом случае.

О ЧЕМ РАССКАЖЕТ ДЕТСКАЯ ИГРА. С присущей ему внимательностью наблюдая за всеми детскими проявлениями, Януш Корчак особенно интересовался игрой, будучи убежден, что она может стать прекрасным инструментом познания ребенка и его особенностей. Феномен игры еще ждет основательных клинических исследований, отмечал он. И оказался прав – в недавнем прошлом и ныне игра стала объектом внимательнейшего рассмотрения педагогами и психологами.

С одной стороны, по мнению автора, не существует «просто детской игры», ее всегда надо рассматривать в совокупности с различными обстоятельствами. Важно, насколько охотно ребенок вовлекается в игру, является ли она подражанием взрослым, происходит она в деревне или в городе, на улице или в комнате.

С другой стороны, игра – та область, где взрослые наконец-то ослабляют свой контроль и позволяют ребенку быть собой и проявлять инициативу. В игре ребенок свободен и независим, он имеет право на игру. Именно поэтому и родитель, и педагог должны научиться наблюдать за детскими играми и уметь видеть их «подноготную». В игре, проявляя себя, дети сами покажут нам, чего они боятся, в чем не уверены, о чем мечтают и в чем нуждаются, и эти знания можно и нужно брать на вооружение.

Отмечает Корчак и третью сторону детской игры, о которой редко задумываются современные родители: частенько она является компенсацией тех ограничений, которые накладывает на ребенка городская среда, лишая его достаточных стимулов для развития. Нет, он, конечно, не предлагает семье немедленно изменить образ жизни; его цель, как всегда, лишь сосредоточить внимание на проблеме, дать думающему родителю пищу для ума. Книга «Как любить ребенка» завершается так же, как и начинается, – обращением к матери. Но теперь Корчак говорит уже не о том, что мать может и должна дать своему малышу, а потом и подрастающему человеку. Он говорит о том, что даст ей самой вдумчивый и осознанный опыт материнства: умение воспитывать не по схеме, а вдохновенно. И книга Корчака, человека, который всю свою жизнь посвятил наблюдению, изучению и пониманию детской души, воистину подвигает на этот труд.

Я. КОРЧАК

Януш Корчак (настоящее имя Генрик Гольдшмидт) родился в 1878 году в Варшаве в интеллигентной еврейской семье. Он учился в русской гимназии и вынес оттуда первые яркие впечатления о насилии и неуважении к ребенку, которые царили в тогдашней системе воспитания и обучения. Из-за тяжелого материального положения в семье Генрик уже в старших классах школы начал подрабатывать репетиторством. К этому времени он уже был довольно известен как детский писатель, его рассказы и сказки охотно печатали в журналах. В 1898-м он придумал себе псевдоним Януш Корчак, под которым его и знает весь мир.

Окончив медицинский факультет Варшавского университета, Корчак начал практиковать как детский врач, но продолжал писать повести и рассказы. Опыт работы в детской больнице и летних лагерях обогащал его как писателя, а способность подмечать детали и глубоко проникать в суть вещей помогала в педагогической и медицинской практике.

Часто сталкиваясь по работе с детьми бедными, обездоленными, сиротами, Корчак осознал, как сильно они нуждаются в заботе, любви и опеке взрослых. Горячее желание хоть как-то облегчить их участь привело его к идее создания «Дома сирот», который он и возглавлял с 1911 года и до конца жизни.

Кроме того, с 1918 по 1941 год вел детскую передачу на радио под псевдонимом Старый Доктор, издал несколько книг по педагогике и воспитанию, в том числе «Как любить ребенка» и «Право ребенка на уважение», читал лекции в Свободном польском университете и на Высших еврейских педагогических курсах. Постепенно его новаторские методики привлекали все больше и больше внимания не только в Польше, но и во всем мире.

Погиб в 1942 году вместе со своими воспитанниками в Треблинке.

Джон Холт

Причины детских неудач

(1964)

«Ребенок наиболее сообразителен, когда реальность, окружающая его, возбуждает в нем высокую степень внимания, интересует его, то есть когда он крайне заинтересован в том, что делает».

В ДВУХ СЛОВАХ

Процесс обучения в школах построен на принуждении, а принуждение, в свою очередь, рождает страх неудачи и притупляет тягу к познанию. Вместо этого дети предпочитают применять разнообразные «стратегии выживания».

Джон Холт – известный в США теоретик и практик обучения вне школы, один из тех педагогов-гуманистов, чьим кредо было и является утверждение: в ребенке от природы заложено стремление к обучению, а проблемы появляются тогда, когда в его природные познавательные программы вмешиваются извне. Кто вмешивается? Мы, взрослые. Боясь пустить этот процесс на самотек, переживая, что без наших понуканий дети не выучатся ничему, что необходимо знать для жизни в обществе, мы предпочитаем обучать их в специальных учреждениях по специальным программам, единым для всех и далеким от индивидуальных потребностей детей. Это и становится причиной детских неудач.

Джон Холт стал школьным преподавателем после службы в армии. В школу он пришел сложившимся человеком с большим жизненным опытом и широким кругозором. Возможно, именно это позволило ему увидеть недостатки системы, незаметные изнутри. Все началось с записок, размышлений, наблюдений за детьми во время уроков. Холт обращал внимание на то, как дети себя ведут, на то, как мало им удается усвоить, несмотря на все попытки педагогов. Анализируя, от чего зависят результаты обучения, он начал вести дневник, который и лег в основу книги «Причины детских неудач». В ней Холт очерчивает круг проблем современной школы и пытается показать, откуда эти проблемы проистекают.

Что дает детям школа? Какие подводные камни могут ожидать маленького ученика? Есть ли альтернативы школьному обучению? Каким образом, в конце концов, можно смягчить и компенсировать недостатки школы, можно ли что-то сделать для того, чтобы школа стала лучше, стала тем местом, где дети получали бы знания с удовольствием? Вот перечень вопросов, на которые отвечает автор и которые, разумеется, затрагивают учителей и родителей во всем мире.

СТРАХ, УБИВАЮЩИЙ РАЗУМ. Поработав в школе и понаблюдав за детьми, Холт сделал вывод: в классе гораздо больше отстающих, чем успевающих детей, и даже те, кто успевает, в большей степени освоили искусство угождать взрослым и угадывать правильные ответы, чем по-настоящему поняли предлагаемый материал. Отчего так происходит? Почему школьникам не удается использовать на полную мощность те природные способности к обучению, постижению и созиданию, с которыми рождается каждый человек? Эти способности, например, позволяют годовалому малышу самостоятельно научиться ходить, а двухлетнему – освоить человеческую речь. Так почему же семилетние дети так часто не могут научиться читать, а десятилетние – постичь смысл дробей?

Всему виной три главные школьные беды, считает Холт. Это страх, скука и отсутствие связи школьных предметов с реальной жизнью. Школа ориентирована не на то, чтобы научить детей думать и анализировать; все, что требуется от учеников, – правильные ответы. Поэтому хорошими учениками становятся те, кто блестяще использует стратегию нахождения правильных ответов.

Школьники отказываются думать и искать ответы, потому что боятся, что в случае неудачи их отругают, пожалуются родителям, что станут объектом насмешек одноклассников. Дети боятся подвести взрослых, которые возлагают на них надежды и ожидания.

Дети – виртуозные психологи, способные заставить учителя выдать верный результат. Они читают по лицам педагогов, они используют такие приемы, как «промолчи», «пробормочи что-то непонятное», «скажи наугад». Еще одна популярная стратегия – изобразить бессилие и неспособность понять материал. Не правда ли, и мы знаем обо всех этих уловках не понаслышке?

Так почему же школьники отказываются думать и искать ответы?

Потому что боятся. Боятся, что их отругают, пожалуются родителям, боятся насмешек одноклассников. Случается, что боятся подвести взрослых, которые возлагают на них надежды и ожидания. Эти же явления наблюдаются даже в самых лучших и престижных школах, где преподаватели «настроены на ребенка», где нет наказаний, а иногда даже оценок, по крайней мере, в младших классах.

На собственном преподавательском опыте Холт установил: чем меньше страхов довлеет над ребенком, тем проще ему учиться и тем эффективнее результаты обучения. Достаточно оздоровить атмосферу в классе, чтобы дети не боялись хотя бы своих одноклассников, и процесс постижения школьной программы начинает идти успешнее. Поэтому одна из главных задач педагога – снизить напряжение, создать в классе непринужденную атмосферу. Это тоже способствует повышению успеваемости.

Если вся жизнь ребенка в школе протекает в атмосфере страха, то это фатально сказывается на способности детей к обучению, подчеркивает Холт. Чтобы пробудить в ребенке заложенные природой любознательность и интеллект, важно избавить его от страха и убедить отказаться от тех стратегий, которые он выбрал и использует для «защиты от взрослых». Готова ли к этому современная школа? Ответ, который дает сам автор, скорее отрицательный, и полвека, прошедшие с момента выхода книги, увы, не дают нам оснований для оптимизма. Контроль, строгая дисциплина и оценочная система продолжают держать детей в страхе и напряжении, мешая им усваивать материал.

СКУКА – ГЛАВНЫЙ ВРАГ ПОЗНАНИЯ. Допустим, школьным педагогам удалось создать в классе непринужденную атмосферу и убедить детей, что боятся нечего. Начнут ли они хорошо учиться? Нет. Им помешает вторая главная причина неуспеваемости, которая, как и страх, рождается из принуждения, – скука. Многочисленные наблюдения и исследования позволили со всей уверенностью установить – наиболее активно и успешно мы обучаемся тому, чему хотим обучаться. Проблема школы состоит в том, что детей там учат не тому, чему бы они сами хотели учиться. Взрослые люди, исходя из своих представлений о том, какие знания необходимы, составили программу, отклонения от которой если и допускаются, то лишь в небольшом диапазоне.

Способен ли ребенок долгое время сосредотачивать внимание на том, что ему неинтересно? Может ли он достичь в этом успеха? Нет, убежден Холт. И эту проблему, проблему мотивации, решить еще сложнее, чем проблему детского страха. Для того чтобы позволить детям учиться лишь тому, чему они сами хотят, взрослые должны в корне измениться сами. Нам необходимо избавиться от недоверия детям, от привычки опекать их и все решать за них. А главное, мы должны избавиться от убеждения, что единственный способ заставить детей учиться – это система наград и наказаний. Самая лучшая мотивация для учебы – любопытство. Школа должна быть местом, где дети изучают то, что они больше всего хотят знать, утверждает Холт.

Первая причина неуспеваемости – контроль, строгая дисциплина и оценочная система, держащая детей в страхе. Вторая причина, рожденная из принуждения, – скука.

Для того чтобы дети захотели учиться, необходимо для начала избавиться от рутины в преподавании. Уроки должны быть интересными, а школьная среда – стимулирующей и вдохновляющей. И связанной с жизнью. Например, многие дети не могут постичь смысла арифметических действий, потому что абстрактные символы никак не связаны для них со свойствами реального мира, их изучение не несет никакого смысла. Стоит лишь проложить мостик между миром цифр на бумаге и реальной жизнью, как дети начинают смелее и увереннее применять арифметические действия. В школах, по мнению Холта, неплохо бы ввести преподавание математики на основе операций с деньгами. Планирование бюджета, доходы, покупки – это то, с чем мы ежедневно имеем дело. Показать ребенку связь математики с жизнью – значит повысить его шансы на то, что он, во-первых, заинтересуется предметом, а во-вторых, сумеет его освоить.

Отсутствие какой-либо интеграции предметов и преподавание каждого из них изолированно, по своему учебнику отдельным педагогом, приводит к путанице в детских головах. Если предметы пересекаются, информация из одного учебника может противоречить сведениям из другого, такие случаи нередки. Все попытки интеграции школьных предметов, которые предпринимаются учителями, носят разовый и неглубокий характер. В результате получается, что учеба в школе полностью оторвана от процесса познания реального мира. Именно потому мы так часто сталкиваемся с тем, что сообразительный и умный ребенок, проявляющий свою смекалку дома или в играх, плохо учится в школе, замечает Холт. Как же быть?

КАК УЧИТЬ ДЕТЕЙ. Свои рекомендации Джон Холт обобщает в виде четырех главных принципов, которые необходимо помнить, начиная обучать детей. Вот эти принципы.

1. Дети не нуждаются в том, чтобы их учили. Они узнают достаточно, а может быть, даже больше, если начинают думать сами.

2. Детей очень интересует мир взрослых и то, что мы делаем в нем.

3. Дети узнают больше, когда изучаемые вопросы вплетены в контекст реальной жизни, связаны с практикой.

4. Дети учатся лучше, когда перед ними поставлена конкретная, достижимая и серьезная цель.

Что же значит «не учить»? Уйти от системы вопросов и ответов, которая стала основой системы школьного обучения. Позволить детям самим задавать вопросы и оставить им возможность давать нестандартные ответы. Порой ошибка, совершенная при решении задачи, может дать ребенку гораздо больше, чем десяток примеров, решенных правильно. А иногда «неправильное решение» вовсе не является ошибочным, вот только школьные тесты этого не учитывают.

Последовательный противник оценивания детских успехов с помощью контрольных и тестов, Холт предлагает дать каждому ребенку возможность самому пройти путь осмысления тех или иных фактов. Выводы, к которым ученик пришел самостоятельно, сохранятся в его памяти, он сможет использовать их для дальнейшего изучения предмета. Зазубривание такого эффекта, конечно же, не дает.

Другими словами, задача взрослых, которые обучают ребенка, – создать такие условия, такую среду, в которых дети смогут самостоятельно постигать окружающий мир, сопоставляя изученный материал со своим опытом. Вместо того, чтобы заставлять детей бесконечно заучивать различные правила и разрозненные факты, необходимо учить их пониманию.

Таким образом, идея о том, что обучение – это постоянное накопление разнообразных знаний, является несостоятельной и не позволяет нашим детям реализовать свой интеллектуальный потенциал. Из привычной нам всем школы выходят хорошие исполнители, по большей части не способные самостоятельно мыслить и проявлять инициативу.

Исключение – те дети, которым удалось сохранить любопытство и интерес к учебе, несмотря на все вышеописанные недостатки школы. Таких детей мы, взрослые, называем одаренными, но на самом деле способностями наделены от природы все дети, но лишь немногие из них способны сохранить их под школьным прессингом. Именно такой вывод сделал Холт из своих наблюдений и исследований, и этот вывод превратил его в убежденного сторонника анскулинга – свободного обучения, не скованного школой или какой-либо программой.

Д. ХОЛТ

Джон Холт родился в 1923 году в Нью-Йорке в обычной американской семье и был старшим из троих детей. Родители стремились дать мальчику самое лучшее образование: он учился в нескольких элитных школах и в 12 лет отправился на целый год в Швейцарию, в интернат, где применялись передовые учебные технологии. Затем он поступил в престижный Йельский университет. Получил специальность промышленного инженера.

В 1943 году Холт был призван во флот и стал офицером-подводником. Вышел в отставку в 1946 году и какое-то время занимался общественной деятельностью, в частности, был членом международной организации сторонников мирового правительства. В 1952 году он покинул организацию, чтобы стать учителем математики в средней школе.

Вместе со своим коллегой и единомышленником Биллом Халлом он проводил многочисленные наблюдения и ставил эксперименты по использованию различных нестандартных методик. Итогом стали две книги: «Причины детских неудач» (1964) и «Залог детских успехов» (1967), в которых он активно разоблачал недостатки современной школы и горячо выступал за альтернативные методики обучения.

В 1971 году он основал компанию «Холт Ассошиэйтс», которая занималась распространением информации о домашнем образовании и оказывала помощь родителям, самостоятельно обучающим детей. С 1977 по 2001 год в США выходил учрежденный Холтом журнал «Растем без школы», объединивший сторонников внешкольного обучения.

Скончался Джон Холт в 1985 году.

В начале 2000-х годов книги Холта были изданы и на русском языке.

Хаим Гинотт

Родитель – ребенок: мир отношений

(1965)

«Дети расцветают, только если методы воспитателя сочетаются с уважением и любовью к ним».

В ДВУХ СЛОВАХ

Воспитание строится на правильном взаимодействии с ребенком. Основа этого взаимодействия – коммуникация, то есть общение. Задача родителей – научиться правильно общаться со своим ребенком.

Пожалуй, главный вопрос воспитания, без ответа на который теряют смысл все педагогические методики, – это вопрос о взаимодействии взрослого и ребенка. Написанная в середине XX века книга Хаима Гинотта, американского практика, руководителя семинаров для родителей, оказала большое влияние на понимание сути этого вопроса.

И снова речь идет о книге, написанной врачом. И не просто врачом, а бывшим школьным учителем, впоследствии педиатром и клиническим психологом, что, разумеется, определяет его подход к проблеме: в своей работе он показывает, как от понимания детских чувств приходить к взаимопониманию с ребенком. Только так можно воспитывать, не нанося ребенку явных и скрытых психологических травм.

Без знаний о ребенке, не устает повторять Гинотт, даже самые любящие родители будут источником несчастий для своего ребенка. Он уподобляет таких родителей хирургу, взявшемуся оперировать без должных знаний – просто из любви к человеку. Исчерпывающая и очень убедительная аналогия!

Не осознав силу слова, продолжает он, мы обречены делать невольные ошибки – ведь воспитание строится на коммуникации. Не воспринимая радости и горести ребенка как свои собственные, мы не найдем нужных слов. Родительское сопереживание способно творить чудеса – слезы высыхают, ребенок видит выход из ситуации, которая только что казалась ему ужасной. Он чувствует: родители понимают – значит, могут помочь. Родительское непонимание оставляет ребенка один на один с проблемой.

Уважайте чувства детей, призывает Гинотт. Иногда ребенку достаточно просто выговориться, чтобы его мрачное настроение рассеялось. В более сложных случаях на помощь приходят психологические практики, которыми делится Хаим Гинотт.

ПОНИМАТЬ И СОПЕРЕЖИВАТЬ. Если мы сразу реагируем на событие, о котором нам рассказывает ребенок, особенно если реагируем эмоционально, велика опасность неверно событие истолковать. Самое лучшее, полагает автор, – вообще не реагировать на событие, а говорить о задействованных в нем взаимоотношениях между людьми.

Так, если ребенок жалуется, что брат получает больше подарков, ни к чему заводить речь о дружбе между братьями и сестрами или о бескорыстии. Подумайте: возможно, ребенка тревожит, что родители больше любят брата, а не его. Когда школьник жалуется на учительницу, нет смысла рассказывать ему, какой у вас сердитый начальник на работе, лучше вместе поразмышлять, имеет ли место несправедливость и как можно исправить отношения с педагогом.

Понимание и сопереживание – совсем не то же самое, что безоговорочное одобрение. Главное – искренний интерес и готовность разобраться, взяв в качестве отправной точки взгляд ребенка на происходящее. Проще говоря, главное – деятельное небезразличие.

Не зная своего ребенка, даже самые любящие родители будут источником и причиной его несчастий.

Кроме того, важно, чтобы через все общение родителей с ребенком проходила основная мысль: ребенок умен, талантлив, способен справиться со всеми трудностями. Нельзя позволять ему надолго усомниться в себе. Одних только слов здесь недостаточно. Здесь важнее побудить ребенка выговориться, а уж потом объяснять со всей серьезностью и на примерах, что у него сложилось неправильное мнение о себе. При этом надо учитывать, что мнение сразу не изменится в лучшую сторону – к разговору нужно будет возвращаться, пользуясь подходящим случаем.

СИЛА СЛОВА. Каждому из нас даже в течение одного дня не раз приходится порадоваться доброму слову, огорчиться, услышав критическое замечание, рассердиться на окрик, почувствовать умиротворение во время спокойной беседы. Слово и интонация непосредственно связаны с нашими эмоциями.

Как это ни странно, даже похвала, по мнению целого ряда психологов, вредна. Во-первых, такого рода оценочное суждение может не совпасть с сиюминутным чувствованием ребенка: именно в этот момент он может замышлять шалость, в итоге возникнет стыд – и самооценка не повысится, а понизится. Тот же стыд заставит ребенка вести себя плохо – это своего рода его невербальное признание родителям, что на самом деле он не так хорош, как они о нем думают. Во-вторых, похвала вызывает страх: а вдруг завтра не удастся оправдать сегодняшнюю высокую оценку? Это повышает тревожность и, разумеется, тоже негативно сказывается на самоощущении ребенка.

Правильная, полезная похвала – это не общие фразы, а вознаграждение за конкретное дело. Ребенок подмел двор – похвалите его, обязательно акцентируя внимание на том, как теперь тут стало чисто и красиво, и на том, что сделать это было нелегко, но он замечательно справился. Похвалу надо конкретизировать, детализировать, обосновывать. В противном случае она, как и было сказано, вредна и рано или поздно начнет раздражать ребенка. Гинотт однозначно высказывается только за похвалу-вознаграждение, последовательно отрицая пользу похвалы-аванса.

Еще более осторожно следует обращаться с критикой. В идеале ее вообще не следует использовать – достаточно направлять ребенка. Помогите ему исправить ошибку, поучаствуйте в этом, а не исправляйте за него, читая при этом нотации. Воздерживаться от критики нужно учиться – ведь раздражение находит наиболее простой выход в критике, а отнюдь не в разумной беседе. Направлять ребенка – значит приглашать его к сотрудничеству.

Многие родители думают, что, преувеличивая проблемы и их последствия, побудят ребенка в дальнейшем избегать такого рода ситуаций. Возможно, хотя и не гарантированно. Однако потеряно будет более значимое: уверенность ребенка в себе и в родителях, убежденность в том, что они его любят.

Конечно, гнев – нормальная человеческая эмоция. И даже понимая, что гнев – плохой советчик, мы не сумеем заставить себя никогда не гневаться. Однако же он, говорит Гинотт, иногда бывает полезен: ребенок видит, что родительское терпение отнюдь не безгранично. Но родительский гнев правильно подействует на ребенка только тогда, когда является событием из ряда вон выходящим, а не частью повседневной модели поведения.

Ребенку не всегда легко рассказать о своих эмоциях, тем более о проступках. В этом случае можно научить детей писать письма родителям. Согласитесь, то, что трудно сказать, бывает несложно написать. Да и в обмене письмами между детьми и родителями есть элемент увлекательной игры.

ПРОТИВ СХЕМЫ. Если наблюдательность и здравый смысл родителей подменены схемой, говорит Гинотт, цели воспитания достигнуты не будут.

Подкупы и посулы, как ни странно, психологически родственны угрозам: та же формулировка «если – то» снова срабатывает негативно. Но на этот раз механизм несколько другой: слово «если» выражает сомнение родителей в достижении ребенком результата. И ребенок, улавливая это, тоже начинает сомневаться в собственных силах. Но есть в подкупах и посулах еще одна ловушка для родителей: привыкая к тому, что за исправлением следует награда, ребенок намеренно будет вести себя плохо, провоцируя родителей обещать все новые и новые награды.

Не перекладывая радости и горести ребенка на самих себя, мы не найдем нужных слов, чтобы ему помочь. Родительское сопереживание способно творить чудеса – слезы высыхают, ребенок видит выход из ситуации, которая только что казалась ему сокрушительной. Он чувствует: родители понимают – значит, могут помочь.

Сарказм и иного рода словесные унижения не способствует нормальной коммуникации между взрослыми людьми, а у детей он к тому же способен выработать чувство собственной неполноценности либо аналогичную манеру общения. Другое дела – мягкая ирония. Она сглаживает острые ситуации, учит смотреть на проблемы легче и при этом не оскорбляет собеседника.

Уроки лжи детям тоже дают взрослые. Это относится не только к личному отрицательному примеру. Побудить ребенка лгать можно разными способами, даже теми, которые, казалось бы, должны вызвать обратный эффект: устраивая ребенку строгий допрос тогда, когда уже знаем о его проделке, мы сами навязываем ему стереотип поведения – мама (папа) хочет, чтобы ей (ему) солгали.

Ребенку случается сказать неправду без умысла или взять чужую вещь, попросту не подумав. В этом случае следует обойтись без драматических страстей и домашнего расследования. Достаточно спокойно сообщить ребенку, что он сделал не так, и предложить исправить поступок.

Постоянные напоминания о вежливости не побудят ребенка охотно соблюдать этикет. В данном случае, как и во многих других, лучше всего действует сила примера.

Многие привычно полагают, что нужно уберегать ребенка от тяжелых переживаний – от ревности, от потери, от страха смерти. Но все это так или иначе войдет в жизнь ребенка. И будет лучше, внушает автор, если ребенок должным образом подготовится. Первый этап подготовки снова связан с беседой. Побудите ребенка рассказать, что он чувствует, когда в доме появляется маленький братик, или когда мама надолго ложится в больницу, или когда умирает любимая рыбка. Поговорите вместо того, чтобы читать нотации, что младших надо любить, или вместо того, чтобы бежать в зоомагазин за новой рыбкой. Ребенок имеет право на тревогу и скорбь, это тоже ценный жизненный опыт. Ну а вместе вы непременно выработаете устраивающее всех решение проблемы.

Родители и учителя должны научить детей разделять поступки на три группы: поступки поощряемые, разрешенные и запрещенные. Детям нужны четкие и незыблемые критерии разграничения. Душевный комфорт ребенка напрямую связан с пониманием границ дозволенного. Преступая их, ребенок заведомо и добровольно соглашается нести ответственность за последствия.

Взрослым надо помнить: ребенок – не для их удобства. Нельзя ради собственного покоя ограничивать двигательную активность детей или их стремление к познанию мира. Недопустимо, чтобы телевизор или компьютерные игры заняли в жизни ребенка большее место, чем общение с людьми и совместная деятельность с родителями, учителями, друзьями.

Нужно побуждать ребенка говорить о своих переживаниях: спрятанные глубоко внутри, они вызывают реакции, непонятные для взрослых. Направлять в определенное русло можно только понятное, признанное, принятое. На этом строится вся методика Хаима Гинотта.

Х. ГИНОТТ

Хаим Гинотт – выпускник педагогического колледжа в Иерусалиме. Докторскую степень получил в Соединенных Штатах Америки, в Колумбийском университете. И работал он преимущественно в США: был школьным учителем и клиническим психологом, преподавал психологию в Нью-Йоркском университете, был первым штатным психологом в телепрограмме Today; писал колонки по соответствующим темам для газет и журналов. Главная проблема, над которой он работал на протяжении всей жизни, – принципы коммуникации между людьми. Особо его интересовало общение между взрослыми (родителями, учителями) и детьми как главный инструмент воспитания. Он не только писал книги, которые становились бестселлерами, но и проводил семинары для родителей, на которых учил, как правильно выражать эмоции в словах и поведении и за счет этого правильно воздействовать на детей.

Его книги переведены на 30 языков мира.

Скончался в 1973 году.

Адель Фабер, Эйлен Мазлиш

Как говорить, чтобы дети слушали, и как слушать, чтобы дети говорили

(1980)

«Для любого человека было бы самонадеянно предполагать, что он всегда знает, что чувствует другой. Все, что мы можем, – это попытаться понять чувства наших детей. Мы не всегда будем достигать цели, но наши усилия не пропадут втуне».

В ДВУХ СЛОВАХ

Путь к взаимопониманию между родителями и детьми пролегает через общение. Искусству правильно общаться нужно и можно учиться.

«Конфликт поколений» – это не обязательно нечто философское, чему есть место в романах классиков мировой литературы. Этот конфликт, к сожалению, может проявляться на повседневном, бытовом уровне. Ребенок как будто бы не слышит, о чем вы его просите. Вы пытаетесь давить авторитетом – но в ответ получаете вовсе не ту реакцию, на которую рассчитывали. А что же дальше? Усилить давление? Или отступить, чтобы попытаться зайти с другой стороны?

Авторы этой книги – практикующие американские психологи, разработавшие целую систему рекомендаций «как говорить, чтобы дети слушали, и как слушать, чтобы дети говорили».

Наверное, никто не будет спорить с тем, что любое взаимодействие, в том числе воспитание, строится на общении. И хотя взрослые когда-то были детьми, им не всегда удается увидеть картину мира глазами сына или дочери. Это поправимо, полагают Фабер и Мазлиш. И предлагают ряд распространенных проблемных ситуаций, решать которые предлагается с помощью определенных упражнений. Ситуации, как несложно догадаться, взяты из жизни. Те навыки общения, которые будут сформированы с помощью упражнений, можно будет перенести в собственную практику, и тогда, уверены авторы, многие проблемы исчезнут как будто бы сами собою.

В своих выводах авторы опираются не только на собственные многолетние наблюдения, но и на авторитет учителя – знаменитого психолога Хаима Гинотта, который тоже призывал достигать целей воспитания через общение.

ОХ УЖ ЭТИ ДЕТСКИЕ КАПРИЗЫ! Любой ребенок время от времени бывает совершенно невыносим. Его капризы доводят родителей до белого каления, и из маленькой проблемы вырастает большое непонимание.

Как мы ведем себя, когда ребенок упрямится, хнычет, раздражен? Мы возражаем, спорим, нервничаем. По сути, мы провоцируем друг друга на ссору. О каком же взаимопонимании может идти речь?

Более того, в таком повседневном противостоянии с ребенком мы перестаем учитывать те эмоции, которые побудили его возражать нам. Возможно, он устал. Или плохо себя чувствует. Или его обидели товарищи по играм. Он бы мог нам об этом рассказать, если бы мы выказали желание его слушать. Ребенок откроется, уверены психологи, как только мы сумеем показать ему, что мы его понимаем.

«Так просто?» – спросите вы. Далеко не всегда просто. Ведь ребенок может заявить что-то такое, что выведет вас из себя, например, сказать, что ненавидит бабушку или новорожденную младшую сестренку. Первый наш порыв: накричать, приказать больше никогда не говорить ничего подобного. Да и попытка убедить ребенка, что он имел в виду что-то совсем другое, чуть ли не противоположное тому, что сказал, обречена на провал, потому что фальшива насквозь.

Чтобы понять, что чувствует ребенок, авторы предлагают использовать самое, пожалуй, действенное средство из арсенала психологии: попробовать представить себя в похожей ситуации. Ребенок может повздорить с учителем из-за несправедливой, как ему представляется, придирки. Станьте на позицию ребенка: разве вам не доводилось слушать упреки от начальства тогда, когда вы были совсем не виноваты? И только лишь понимание, готовность выслушать со стороны близкого человека помогали вам успокоиться, по-новому взглянуть на ситуацию и начать искать из нее выход.

В случае с ребенком, убеждены авторы, этот механизм работает точно так же. Покажите ему, что вы на его стороне. Попробуйте вместе разобраться, какие именно чувства испытывает ребенок: возможно, его конфликт с учителем или вспышка недовольства по отношению к младшей сестре имеют более глубокую причину, которую он сам еще не вполне осознает. Не говорите просто: «Я понимаю». Ребенок может ответить: «Нет, не понимаешь» – и обсуждение зайдет в тупик. Надо выражать, что именно вы понимаете, причем не повторять слова ребенка, а развивать его мысль – тогда ребенок подхватит эстафету и начнет говорить. Нужно вкладывать в слова чувство, но не чрезмерное, иначе есть риск вырастить из маленькой проблемы большую. И ни в коем случае нельзя повторять те негативные эпитеты («я тупой», «я толстая» и т. п.), которые в моменты огорчения употребляют в отношении себя дети. Нельзя фиксировать их внимание на негативе.

Сразу овладеть такого рода техникой беседы невозможно, ведь умение слушать – тоже искусство, полагают Фабер и Мазлиш. Чтобы ребенку хотелось делиться своими переживаниями, следует внимательно слушать, не торопиться с советами и уважать чувства и желания ребенка.

Как мы ведем себя, когда ребенок упрямится, хнычет, раздражен? Верно, возражаем, спорим, нервничаем, злимся. Провоцируем друг друга на ссору. О каком же взаимопонимании может идти речь?

Иногда вечно спешащим занятым взрослым проще мгновенно улучшить ситуацию, если это возможно, чем долго выслушивать жалобы ребенка. Не поддавайтесь соблазну! – настаивают авторы. Зачастую ребенку важнее выговориться. И уж точно для него полезнее, если он сам, с вашей помощью, выработает алгоритм решения своей проблемы.

Так, благодаря принятию детских чувств мы выстраиваем взаимопонимание.

ИСКУССТВО ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ. Какие родители не хотят, чтобы их дети были воспитанными, как говорится, соответствовали всем социальным стандартам? А добиваемся мы этого, как правило, многочисленными советами, рекомендациями, запретами.

Авторы предлагают провести небольшой тест: написать на листе бумаги все те «нужно» и «нельзя», которыми мы с утра до ночи пичкаем своих детей. Скорее всего, список получится солидный. Мы осуждаем, обвиняем, ругаем, угрожаем, приказываем, читаем нотации, изображаем себя страдальцами и желчно высмеиваем, награждаем нелестными эпитетами и предсказываем незавидное будущее. Ну и где же позитив? От такого количества негатива могут опуститься руки даже у взрослого, не то что у ребенка.

Конструктивное обсуждение, лежащее в основе взаимодействия, начинается, по мнению Фабер и Мазлиш, с описания проблемы, с развернутого или краткого (в зависимости от ситуации) информирования о ней и о своих чувствах по ее поводу, а вовсе не с выводов и тем более не с санкций против ребенка.

Информирование показывает ребенку, что вы воспринимаете его всерьез, как человека, способного все понять и предпринять необходимые действия.

Иногда для решения проблемы достаточно короткой записки, оставленной в нужном месте. Авторы приводят целый ряд таких записок, которые помогают разрядить ситуацию задолго до того, как она успела накалиться. Так, например, вопрос, а не забыл ли ребенок выполнить домашнее задание, на записке, оставленной рядом с телевизором, очень уместен. Двусторонняя вывеска на спальне родителей, извещающая, что родители спят или что они проснулись и готовы пообщаться с детьми, привносит понятный ребенку и вызывающий у него отклик элемент игры.

Большинство родителей наверняка с готовностью откажутся от наказаний, если предложить какую-то альтернативу им.

Один из вариантов, предлагаемых авторами, заключается в том, чтобы предупредить ситуацию, которая могла бы потребовать наказания. Например, чтобы ребенок правильно вел себя в общественном месте, можно заранее в игровой форме отрепетировать с ним ту ситуацию, в которой он окажется.

Если все же проступок совершен, неодобрение ребенку надо выражать, не делая нападок на характер, не навешивая ярлычков, не создавая питательную среду для развития неврозов. Следует разъяснить, каковы негативные последствия проступка. Правильному восприятию критики помогут позитивные родительские ожидания, которыми следует поделиться с детьми. Если дети знают, как исправить содеянное и загладить вину, они, скорее всего, воспользуются этим шансом.

КАК ПОМОЧЬ РЕБЕНКУ СТАТЬ САМОСТОЯТЕЛЬНЫМ? Одна из общепризнанных целей воспитания – формирование самостоятельной, независимо мыслящей, инициативной, готовой принимать на себя ответственность личности. Иными словами, подготовка маленького человека ко взрослой жизни.

Авторы предлагают задуматься: понравится ли вам постоянное вмешательство в вашу жизнь, постоянные директивы. Даже постоянная мелочная забота может надоесть. Так почему же дети должны воспринимать все это иначе?

Плодотворное обсуждение, являющееся основой взаимодействия, начинается с описания проблемы,

рассказа о ней и своих чувствах по этому поводу, а вовсе не с выводов и тем более не с санкций против ребенка.

Позвольте детям полагаться на себя, а не на вас, призывают Фабер и Мазлиш. Позвольте им выбирать, проявляйте уважение к их усилиям и не торопитесь критиковать за неудачи – в идеале ребенок ко всему, что он делает, должен относиться как к полезному опыту.

Дети, самостоятельность и достижения которых ценят дома, более высокого мнения о себе, охотнее выступают с инициативами, ставят более высокие цели и легче преодолевают трудности, чем те, которых опекают, или те, которых подавляют.

В связи с этим появляется еще одна проблема – как правильно поощрять ребенка?

Авторы разделяют мнение большинства педагогов и психологов, что похвала должна быть пропорциональна реальным заслугам ребенка – иначе он не поверит в вашу искренность и ваши слова обесценятся. Кроме того, похвала может спровоцировать внутреннюю неуверенность – ребенок побоится в следующий раз показать худший результат. Наконец, похвала может вызвать опасения: «А что от меня надо?»

Полезная похвала, говорят Фабер и Мазлиш, должна состоять из двух частей: сначала нужно описать, что именно вам нравится… ну а потом ребенок вполне способен сам себя похвалить, ведь он уже знает, почему заслуживает похвалы. Ну и, как во всех прочих случаях, важны искренность и личный пример. Если дети видят, что родители относятся с уважением к собственному труду и здраво оценивают и исправляют свои ошибки, то и у младших членов семьи приживутся эти «хорошие привычки». Наше умение строить свою жизнь напрямую передается детям. «Решительная мама – решительный сын», «свободные родители – свободные дети» – в книге множество жизненных примеров, подтверждающих эти тезисы.

Ваша любовь, подытоживают авторы, лучше всего выражается в том, что вы готовы кропотливо трудиться каждый день и давать детям бесконечное количество шансов. И тогда долгожданный успех обязательно придет.

А. ФАБЕР, Э. МАЗЛИШ

Адель Фабер – американская писательница, психолог и педагог. Человек разносторонних интересов, она сначала получила диплом бакалавра в области театра и драматургии, а позже – степень магистра в сфере образования Нью-Йоркского университета. Преподаватель Нью-Йоркского университета, Школы социальных исследований, Лонг-Айлендского института семейной жизни. Мать троих детей. Ученица всемирно известного детского психолога Хаима Гинотта, автора признанного педагогического руководства «Родитель – ребенок: мир отношений».

Элейн Мазлиш – американский психолог, автор мировых бестселлеров по воспитанию детей. Мать троих детей.

В 1974 году коллеги, единомышленницы и подруги Адель Фабер и Элейн Мазлиш опубликовали первую книгу «Свободные дети, свободные родители», в которой объясняли, как избавляться от негативных эмоций по отношению к собственным детям и воспитывать их, не навязывая им родительского мнения. Книга сразу же стала бестселлером и удостоилась премии Кристофера, которой награждают литераторов и деятелей кино за утверждение высоких духовных ценностей. В дальнейшем А. Фабер и Э. Мазлиш читали лекции по педагогике во многих странах мира и принимали участие в популярных телевизионных шоу. Продолжилось и их писательское сотрудничество – за первой книгой последовали «Как говорить с детьми, чтобы они учились», «Братья и сестры. Как помочь вашим детям жить дружно», «Как говорить, чтобы дети слушали, и как слушать, чтобы дети говорили» и т. д. И все они становились бестселлерами и переводились на ряд языков мира.

Стив Биддалф

Не сажайте детей в холодильник

(1985)

«В раннем возрасте родители – основной источник информации, и позднее ребенок начинает сомневаться, можно ли им доверять (поскольку у него появляются другие источники информации и он может сравнивать). Наша задача – внушить детям реалистичное, даже слегка приукрашенное представление о мире, которое в дальнейшем станет основой их жизни и научит их выносливости и уверенности в себе. В своей жизни дети рано или поздно столкнутся с обманом и предательством, но они будут знать, что не все люди лгут, что есть люди, которым можно доверять и на которых можно положиться, – и мама и папа в их числе».

В ДВУХ СЛОВАХ

Все родители сталкиваются со сложностями в воспитании детей, однако неуверенность в себе, непослушание, истерики и многие другие проблемы преодолимы. Чтобы наладить взаимоотношения с ребенком, достаточно соблюдать несколько простых правил.

Практикующий психолог Стив Биддалф написал свою самую популярную книгу «Не сажайте детей в холодильник» для всех родителей, которые хотят найти общий язык со своими детьми, жить с ними в гармонии и вырастить их успешными и самостоятельными. А значит, это книга для каждого, у кого есть хотя бы один ребенок. Автор признается, что писал эту книгу и для себя тоже, ведь когда-то и его дети были маленькими монстрами. С тех пор они выросли, но Биддалфу так и не удалось забыть то чувство растерянности и беспомощности, которое порой посещало в первые годы отцовства, несмотря на опыт и образование психолога.

Его книга призвана помочь мамам и папам успокоиться и наконец-то ощутить радость от общения с ребенком. В ней всего восемь глав, из которых мы узнаем, как правильно «программировать» ребенка, чтобы это шло ему на пользу, а не во вред, каковы основные эмоциональные потребности наших отпрысков, как слушать детей, как проявлять твердость и заботиться о себе. Да-да, советы, как восстановить силы и избежать «профессионального выгорания», очень актуальны для современных родителей, склонных чрезмерно заботиться о безопасности и психологическом комфорте своих чад, но забывать при этом о своих нуждах. А между тем уставшие, издерганные и несчастные взрослые совершенно не способны вырастить довольных и счастливых детей. И это одна из главных аксиом, которые стоит запомнить.

Увлекательно и легко написанная, снабженная забавными рисунками, понятными таблицами и схемами и содержащая не абстрактные рассуждения, а набор конкретных советов, приемов, указаний и методик, «Не сажайте детей в холодильник» – идеальная настольная книга для мамы или папы и прекрасный подарок будущим родителям, которые хотели бы заранее определиться со стратегией воспитания.

ПРОГРАММИРУЕМ ПРАВИЛЬНО. Оглядываясь вокруг, мы видим очень много несчастных людей, – так начинает Стив Биддалф свою книгу о воспитании. Откуда же у них столько проблем, комплексов, почему они не способны достигать поставленных целей или ненавидят себя? Дело в том, что их с детства запрограммировали на несчастье, внушили им установки, которые, застряв в подсознании, не дают им радоваться жизни и успешно решать свои задачи. Эти установки хорошо знакомы всем нам: «Из тебя не выйдет ничего путного», «Ты безнадежен», «Ты такой же, как (имя самого неудачливого или неприятного родственника)».

Многие дети слышат подобное изо дня в день. Но это же просто слова, воскликнете вы, как можно придавать им такое значение? Все дело в особенностях детской психики. Дети считают взрослых неоспоримым авторитетом. Они, конечно, не верят их словам, но все равно испытывают влияние этих негативных программ. Биддалф называет эти программы «самовыполняющимся пророчествами». Дети всегда оправдывают наши ожидания, утверждает он. Так ожидайте от них хорошего, разумного поведения, будьте уверены в них, и у вас есть шанс «запрограммировать» ребенка на позитивное отношение к себе и к миру.

Ученые давно установили: мы помним все, что с нами происходит, просто многие воспоминания вытесняются из сознания. Так происходит и с подобными посланиями, которые родители внедряют в мозг ребенка. Любая фраза, которая начинается со слова «ты», может обладать эффектом случайного гипноза. Но даже если вы говорите о ребенке не с ним самим и в третьем лице и при этом уверены, что он, находясь неподалеку, увлечен игрой и не слышит вас, это заблуждение. Человеку свойственно обращать внимание на ту информацию, которая для него значима, и выхватывать ее из общего фона. Дети слышат нас даже во сне! А это значит, что родителям просто необходимо контролировать свою речь и избавиться от негативного программирования, как избавляются от вредной привычки.

Уставшие, измученные и несчастные взрослые совершенно не способны вырастить довольных и счастливых детей.

Сделать это проще, чем вам кажется. Для начала вам поможет некоторая доля осознанности. Потренируйтесь ловить себя на подобных высказываниях, и скоро вы станете обращать на них внимание. Уже открыли рот, чтобы сказать: «Это не ребенок, а наказание»? Промолчите. Вместо этого учитесь произносить совсем другие слова: «Ты чудесный малыш», «У тебя все получится», «Ты талантлив». Вот увидите, постепенно одна привычка вытеснит другую.

И конечно, контролируйте свои негативные эмоции. К сожалению, родители очень часто взрываются и кричат именно на пике раздражения, а фразы, «заряженные» подобным образом, глубоко врезаются в детский мозг. Разумеется, никто не требует от вас вовсе избегать подобных эмоций, это невозможно. Проблемы начинаются тогда, когда позитивные утверждения звучат менее убедительно и впечатляюще, чем негативные, утверждает Биддалф. Старайтесь избегать этого.

ПОЧЕМУ МЫ ТАК ДЕЛАЕМ? Почти все мамы и папы иногда кричат на детей, унижают их, обзывают. Почему так происходит? Ведь мы так хотим растить их в радости. Есть три главные причины подобного поведения, уверен Стив Биддалф. Первая: мы повторяем то, что когда-то говорили нам наши родители. Вторая: мы были уверены, что это помогает в воспитании детей. Третья: мы испытываем стресс.

Биддалф подробно разбирает все три причины, но последней уделяет особое внимание. Когда на взрослого человека наваливаются неприятности, в его организме начинает копиться напряжение, которое хочется излить, и чаще всего оно изливается на детей, хотя бы потому, что дети выводят нас из себя чаще, чем все остальные категории людей, вместе взятые. Если это происходит, остановитесь и задумайтесь: на что вы сейчас злитесь и что именно вывело вас из себя. Иногда этого уже достаточно, чтобы вспышка раздражения угасла.

Биддалф приводит и другие действенные способы справиться с собой: активное действие (подойдут физическая работа, прогулка), разговор с близким человеком, йога, спорт, массаж. Заботиться о себе – искусство, которое современные родители почти утратили. Начиная говорить об этом в первой главе, последнюю автор целиком посвящает способам сохранить здоровье и наполниться энергией. В ней приведен впечатляющий список «восстанавливающих процедур», придуманный самим автором и родителями, которым он читал лекции. Вот некоторые из них:

• наймите няню;

• приготовьте свое любимое блюдо вместо «полезной еды для ребенка»;

• послушайте любимую музыку;

• регулярно занимайтесь каким-нибудь любимым делом или хобби, не связанным с детьми.

Это простые рецепты, но многим мамам и папам они помогли восстановить силы и душевное равновесие. У родителей, подчеркивает автор, есть три главные обязанности: заботиться о себе, об отношениях с партнером и о детях. И ни одну из них нельзя выделять в ущерб другим.

ДОСТУПНО О ДЕТСКОЙ ПСИХОЛОГИИ. Основная причина непослушания детей – тот факт, что мы недодаем им внимания. И тогда они требуют его самыми разными способами, включая отвратительное поведение. Ведь даже отрицательная стимуляция куда лучше полного равнодушия. Если вы не хотите, чтобы ребенок постоянно выводил вас из себя, – оторвитесь от газеты или оставьте белье непоглаженным, и вместо этого поговорите с ребенком, поиграйте с ним, обнимите и приласкайте (если только он не подросток – в этом возрасте они могут стесняться «телячьих нежностей»). Отношения намного важнее любых хлопот по хозяйству, и об этом всегда надо помнить.

Практически все мамы и папы иногда кричат на детей, унижают, обзывают. Почему так происходит? Есть три главные причины подобного поведения. Первая: мы повторяем то, что когда-то говорили нам наши родители. Вторая: мы были уверены, что это помогает в воспитании детей. Третья: мы испытываем стресс.

Еще один способ показать ребенку, что он вам небезразличен, – метод активного слушания. Он заключается в следующем: когда сын или дочь сообщают нам о каком-то неприятном переживании, не отмахивайтесь от них, не пытайтесь отвлечь или обесценить их чувства. Выслушайте ребенка и скажите, что, по вашему мнению, он сейчас переживает.

Гнев, страх и печаль – вот три основные негативные эмоции, которые испытывают люди. Психика ребенка устроена так, что он еще не умеет с ними справляться. Задача родителей – научить их этому искусству. Существует множество способов «экологично» выражать гнев, но дети о них не знают и предпочитают один, проверенный тысячелетиями: истерика. Автор предлагает мамам и папам зайти «с двух сторон»: объяснить ребенку, как корректно выплеснуть свои эмоции, и повторять это столько раз, сколько понадобится, а истерики по возможности не допускать или пресекать.

Основное правило в борьбе с «главным родительским кошмаром» – сделать так, чтобы ребенок раз и навсегда усвоил: истерикой он не добьется своего. «Концерт» лучше игнорировать. Если это невозможно – найдите способ успокоить ребенка, и только потом поговорите с ним, предложите на будущее действовать по-другому, чтобы добиться желаемого. Если вы заметили первые признаки надвигающегося бедствия – постарайтесь его предотвратить. Сделайте что-нибудь неожиданное, застаньте ребенка врасплох, советует автор. Дети часто требуют от нас, родителей, применять нестандартные подходы. Поэтому быть родителем так интересно.

НАСТОЙЧИВЫЕ РОДИТЕЛИ – СЧАСТЛИВЫЙ РЕБЕНОК. Что значит быть настойчивым родителем? Это значит уметь проявлять твердость в сочетании с любовью и вниманием. Родители делятся на три типа: агрессивные, пассивные и настойчивые. Первые принуждают к послушанию грубостью, криком, а порой и рукоприкладством. Они часто злятся на детей, и, скорее всего, потому, что сами они несчастливы. Быть ребенком таких родителей нелегко.

Но и пассивность взрослых в вопросах воспитания до добра не доводит. Пассивные родители сначала долго уступают любым капризам, но однажды взрываются, нанося ребенку эмоциональную травму. Стремиться нужно к тому, чтобы стать настойчивым родителем, твердым, решительным, но при этом любящим. И это действительно возможно, но для начала вы должны изменить свое отношение к воспитанию. И лишь потом наступает время перейти к активным действиям.

В книге приводится пять конкретных шагов по установлению авторитета.

1. Научитесь быть требовательным. Не просите, а приказывайте, дайте понять, что приказ не подлежит обсуждению. Будьте уверены, что у вас есть право требовать послушания, – и все получится.

2. Смотрите ребенку в глаза, когда говорите с ним.

3. Старайтесь выражаться ясно и определенно; убедитесь, что ваше требование понято.

4. Если требование не выполнено, не вступайте в споры, а просто повторите его спокойным голосом.

5. Проследите, как ребенок выполняет требование; отметьте окончание выполненного дело улыбкой и поощрительным словом.

Начиная выполнять эту программу, будьте готовы к «проверкам» со стороны ребенка. Но если вы настроены серьезно, он обязательно это почувствует.

С. БИДДАЛФ

Стив Биддалф родился в 1953 году в Великобритании, но впоследствии объехал практически весь мир, от США до Новой Гвинеи, изучая психологию и различные методы воспитания. Начало его карьеры семейного психолога пришлось на 1970-е годы, когда эта профессия стала особенно востребована. На протяжении многих лет он консультировал родителей, помогая им выйти из самых сложных ситуаций. За это время он убедился, как мало люди знают о детской психологии и как сильно им не хватает полезной информации о воспитании, изложенной в позитивном ключе. Тогда он сам взялся за перо. В итоге его книги разошлись по миру миллионными тиражами и были переведены на 27 языков. В настоящее время Стив Биддалф живет с семьей в Австралии и читает лекции для родителей по всему миру.

Юлия Гиппенрейтер

Общаться с ребенком. Как?

(1994)

«Взрослый теряет авторитет, если начинает полагаться на запреты, давление и приказ. Он сохраняет авторитет, если остается образцом силы и опытности, но не силы приказа, а духовной, личностной силы и той опытности, которая состоит не в механическом запасе знаний, а в мудром поведении».

В ДВУХ СЛОВАХ

Прежде чем воспитывать ребенка, необходимо наладить взаимодействие с ним, и в этом родителю поможет освоение навыков конструктивного общения и разрешения конфликтов.

«Общаться с ребенком. Как?» – в некотором роде уникальная книга. Написанная простым, понятным языком по итогам психологических тренингов для родителей в форме практического пособия с минимумом теории, но зато с массой примеров и домашних заданий, она вышла в печать в середине 1990-х годов. Легкость изложения, отсутствие долгих рассуждений и простота рекомендаций моментально превратили ее в настольную книгу не только детских психологов, воспитателей и учителей, но и самых обычных родителей, она сразу возглавила чуть ли не все списки рекомендованной литературы для пап и мам.

Сейчас, спустя 20 лет после первого издания книги, на рынке психологической и педагогической литературы наблюдается невиданное изобилие, но «Общаться с ребенком. Как?» не утратила ни актуальности, ни лидирующих позиций. За это время издано около 100 тысяч ее экземпляров, но книга по-прежнему востребована. Изданное в 2008 году продолжение «Продолжаем общаться с ребенком. Так?» подхватывает начатую в первой книге линию.

Психолог-теоретик с огромным опытом, профессор МГУ, Юлия Гиппенрейтер переработала для книги основные постулаты тренинга общения для учителей и родителей американского автора Томаса Гордона. Она дополнила и обогатила их данными из других источников по детской психологии и педагогике (как отечественных, так и зарубежных) и материалами тренингов, которые проводила для российских родителей.

САМОУЧИТЕЛЬ ДЛЯ РОДИТЕЛЕЙ. В книге две части. Первая содержит уроки для родителей (в издании 1994 года их девять, в последующие был добавлен еще один урок) с домашними заданиями в конце каждого «занятия», во второй части рассказана реальная история помощи трудному подростку с помощью изложенных методик. Обе части органично дополняют друг друга, позволяя читателю самому попробовать себя в искусстве общения по-новому и сравнить свой опыт с приведенным примером. В ходе уроков мы постепенно знакомимся с краеугольными камнями методики, а также с принципами, без понимания которых ее успешное применение невозможно.

Что же это за краеугольные камни? Во-первых, это безусловное принятие ребенка, внимание к его нуждам и помощь в освоении навыков. Во-вторых, так называемое активное слушание – прием, позволяющий собеседнику ощутить уверенность, что его поняли, а его чувства разделили. В-третьих, это озвучивание своих чувств в корректной форме, с помощью «я-сообщений».

Гиппенрейтер отмечает, что поначалу новые способы взаимодействия с детьми могут показаться непривычными и неудобными, но стоит лишь попробовать применять их, чтобы оценить, насколько они действенны. А все потому, что основаны на знании ребенка, его нужд, потребностей и закономерностей развития.

Приступая к изложению методики, автор отмечает: психологи давно установили, что общение важно для развития ребенка не меньше, чем питание, тепло и безопасность. Если общения недостаточно, дети отстают в развитии. Современная психология пошла еще дальше: теперь считается бесспорным, что общение может быть не только полезным, но и вредным. Точно так же, как плохая пища отравляет организм, неправильное общение «отравляет» психику ребенка, замечает Гиппенрейтер, ставит под удар его психологическое здоровье и эмоциональное благополучие. Все трудные и проблемные дети, по ее мнению, становятся такими в результате неправильно сложившихся отношений в семье.

Именно поэтому, прежде чем переходить собственно к воспитанию, к установлению дисциплины и тем более наказаниям, необходимо оздоровить семейную атмосферу. Каждого родителя можно и нужно обучать правильным способам взаимодействия с детьми. Тем более это актуально в ситуации, когда взрослые люди раз за разом воспроизводят «токсичную» модель общения, взятую из собственной семьи. Наши родители могли совершать ошибки, воспитывая нас, но в наших руках изменить эту «программу» и повернуться лицом к детям – вот основной посыл автора и основная причина, по которой написана книга.

Общение важно для развития ребенка так же, как питание, тепло и безопасность. Если общения недостаточно, дети отстают в развитии.

Для того чтобы приемы, приведенные в книге, заработали, очень важно не просто прочитать теоретическую часть, нужно выполнять задания и стараться использовать новые знания каждый день. Отмечайте собственные успехи, советует автор, и лишь потом переходите к освоению нового материала. Лишь тогда вы заметите реальные изменения в отношениях даже с самым сложным ребенком.

ПРИСТУПАЕМ К ЗАНЯТИЯМ. Итак, первое, чему предлагает научиться Юлия Гиппенрейтер, – это безусловному принятию ребенка. Безусловное принятие – основа воспитания, без нее не может быть ни родительского авторитета, ни детского послушания, и в этом автор единодушна со всеми психологами и педагогами-гуманистами XX века. Безусловно принимать ребенка – значит любить его не за что-то, а просто за то, что он есть. Но возможно ли этому научиться, особенно если привычка оценивать свое чадо и ставить свою любовь и внимание в зависимость от его поведения уже укоренилась? Это непросто, но возможно, убеждена автор.

Чтобы безусловное принятие стало частью обыденной жизни, нужно придерживаться нескольких правил:

• можно выражать недовольство какими-то поступками ребенка, но не ребенком в целом;

• можно осуждать действия ребенка, но не его чувства, какими бы они ни были;

• недовольство ребенком не должно превращаться в систему, иначе оно перерастет в неприятие, а это признак серьезных проблем.

Безусловное принятие выражается в словах любви и одобрения и в тактильном контакте с ребенком. Необходимо постоянно говорить ребенку, что вы его любите, что вы рады его появлению в вашей семье, что он вам нравится, нравится проводить с ним время, а так же обнимать его не менее четырех раз в день, а лучше больше. В качестве домашних заданий к первому уроку родителю предлагается отследить количество эмоционально-положительных и эмоционально-отрицательных высказываний в адрес ребенка и задуматься, насколько это соотношение отражает атмосферу, в которой он растет. И если обнаружилось, что эта атмосфера не очень благоприятна, без работы над собой маме и папе не обойтись.

Следующие три главы, или урока, посвящены тому, как правильно помогать ребенку, если он нуждается в помощи, и как стимулировать у него развитие новых навыков. Задача каждого родителя – научить ребенка самостоятельности. Как часто мы переживаем, что он еще не делает того, что уже умеют его сверстники? Нередко мы сталкиваемся и с отказом ребенка осваивать новые умения. В чем же причина? Возможно, она в неправильном родительском поведении.

Присмотритесь к себе: бывает ли, что вы вмешиваетесь в какое-либо занятие ребенка и начинаете уточнять, критиковать, поправлять? Не делайте этого, предупреждает автор. Ваше желание немедленно указать на ошибку понятно, но подобным поведением вы начисто отбиваете у ребенка всякий познавательный интерес и инициативу. На ошибку указать можно, но потом и как бы между делом. Первое правило родителя – не вмешивайтесь в дело, которым занят ребенок, если он не просит помощи. Тем самым вы дадите ему понять, что полностью в нем уверены, он справится!

А как мы реагируем, если просьба о помощи все же поступила? Отказываем из самых благих побуждений, нам хочется, чтобы ребенок чему-то научился и стал самостоятельнее. Но и это ошибка. Самостоятельно дети могут делать лишь то, что еще недавно делали вместе с мамой или папой. Это называется «зоной ближайшего развития». Чем больше умений вы освоите вместе с ребенком, тем быстрее он будет готов выполнять эти действия самостоятельно. «Давай вместе» – волшебные слова, которые открывают ребенку дверь в область новых умений, знаний и увлечений. Второе правило родителя – если ребенку трудно и он готов принять вашу помощь, обязательно помогите ему.

При этом очень важно взять на себя только то, что он не может выполнить сам, и постепенно передавать ребенку ответственность за уже освоенную зону.

Третье правило касается случаев, когда ребенок и сам не делает, и помощи не просит. Скорее всего, вы слишком интенсивно желали за него, требовали от него каких-то достижений, а его истинных увлечений и стремлений не замечали. Лучше и охотнее всего мы осваиваем то, что нам интересно, и детей это тоже касается. Не старайтесь желать за ребенка, не решайте за него там, где он уже в состоянии решить за себя. Третье правило родителя – постепенно, но неуклонно снимайте с себя заботу и ответственность за личные дела вашего ребенка и передавайте их ему. Избегайте мелочной заботы и затянувшейся опеки, это мешает взрослению вашего сына или дочери. Отсюда вытекает и четвертое правило – ничего страшного, если ребенок столкнется с последствиями своего поступка или решения, даже если они окажутся негативными. «На ошибках учатся» – гласит народная мудрость.

Не мешайте тому, что делает ребенок, если он не просит помощи. Этим вы дадите ему понять, что полностью в нем уверены, он справится!

УЧИМСЯ СЛУШАТЬ И ГОВОРИТЬ. Пятый, шестой и седьмой уроки посвящены тем новым приемам общения, которые автор предлагает освоить каждому родителю. Это активное слушание и «я-сообщения». С помощью активного слушания мы даем ребенку понять, что внимательно относимся к его чувствам, слышим его и, самое главное, признаем эти чувства, их право на существование. Для человека нет ничего важнее, чем быть услышанным и понятым, а в близких отношениях это одна из основных потребностей. Активное, или помогающее, слушание как раз и позволяет нашему собеседнику ощутить – его слова не прошли мимо нашего сознания.

Как же это выглядит на практике? Очень просто: когда ребенок обижен или расстроен, когда ему больно или страшно, в общем, во всех случаях, когда мы видим, что у него не все благополучно, нужно показать ему, что вы знаете о его переживаниях. Для этого скажите ему, что он, по вашему мнению, чувствует, озвучьте его ощущения. Не бойтесь ошибиться, если это случится, в следующей же фразе ребенок сам вас поправит. Главное – продолжайте активно слушать ребенка, возвращая ему в беседе то, что он вам поведал, и при этом обозначая его переживания.

Постоянное применение методики активного слушания меняет и родителей, отмечает автор. Они действительно становятся более чуткими к нуждам и потребностям, и не только детей, но и других людей, да и к своим собственным. Активное слушание помогает формировать эмпатию, а эмпатия – незаменимый помощник в искусстве человеческого общения.

Основные правила активного слушания:

• говорите, глядя на ребенка, повернувшись к нему лицом;

• избегайте вопросов, формулируйте фразы в утвердительной форме;

• учитесь держать паузу, после каждой своей реплики помолчите, давая возможность ребенку лучше разобраться в себе и полнее ощутить ваше присутствие.

Научившись активно слушать ребенка, можно перейти к освоению последнего, очень важного навыка конструктивного общения – правильному выражению собственных чувств. Согласитесь, что у каждого родителя они есть. Мы сердимся, огорчаемся, раздражаемся, и скрывать это или подавлять – опасно для психики. Поэтому пятое правило родителя – если ребенок вызывает у вас своим поведением отрицательные переживания, сообщите ему об этом. Но сообщите в приемлемой форме – говорите от первого лица, сообщайте ребенку о себе, о своем переживании, а не о нем и его поведении.

Заменить привычные обороты вроде «Ты опять…» или «Когда же ты…» не так-то просто. Очень часто, отмечает автор, «я-сообщение» снова заканчивается «переходом на личности». Мы говорим: «Я огорчен, что ты не убрал игрушки». Чтобы этого избежать, лучше использовать безличные предложения: «Я огорчен, что игрушки не убраны». Вроде пустяковая разница, но детская психика улавливает ее. Благодаря «я-сообщениям» ребенок получает информацию о ваших чувствах и переживаниях и учится их учитывать. При этом у него не формируется чувства вины, он не ощущает себя «плохим».

Когда ребенок обижен или расстроен, когда ему больно или страшно, нужно показать ему, что вы знаете о его переживаниях, произнесите вслух его ощущения. Не бойтесь ошибиться, если это случится, ребенок сразу же вас поправит.

Завершая разговор о новых методах и приемах общения с детьми, Юлия Гиппенрейтер отмечает, что и активное слушание, и «я-сообщения» не предназначены для того, чтобы немедленно заставить ребенка сделать то, что вы хотите. Это не меры педагогического воздействия, это путь установления контакта с ребенком и формирования доброжелательной атмосферы в семье. Той самой атмосферы, на основе которой можно строить свою воспитательную стратегию, поощрять, наказывать и учиться разрешать конфликты.

Способы договариваться с ребенком на основе компромисса и основные правила, которые помогут родителям установить так называемую бесконфликтную дисциплину, изложены в двух последних главах книги. Вооружившись знаниями, полученными на предыдущих «уроках», любой родитель может смело попробовать на практике те стратегии, которые предлагает Юлия Гиппенрейтер. Главное – ни на минуту не забывать о безусловном принятии, быть внимательным к ребенку, а в беседах использовать освоенные методики.

Ю. ГИППЕНРЕЙТЕР

Юлия Борисовна Гиппенрейтер родилась в 1930 году в Москве. Окончила отделение психологии философского факультета МГУ, защитила кандидатскую диссертацию, посвященную новому методу измерения степени развития звуковысотного слуха, который является основой музыкального слуха человека. Позже Юлия Гиппенрейтер занялась исследованиями в области психофизиологии движений, в частности, изучала разнообразные виды движения глаз в контексте человеческой деятельности. В 1975 году она стала доктором психологических наук, а еще три года спустя – профессором психологии.

К началу 1990-х годов Юлия Гиппенрейтер заработала себе репутацию одного из самых авторитетных специалистов в области экспериментальной психологии. Занималась она и такими направлениями, как системная семейная психотерапия, нейролингвистическое программирование. За годы своей профессиональной деятельности она опубликовала более 75 научных работ. Написанный ею учебник «Введение в общую психологию» и сейчас входит в список обязательной литературы для студентов психологических вузов, а ее книги по воспитанию детей принесли ей заслуженную популярность у широкого круга читателей.

Гэри Чепмен, Росс Кэмпбелл

Пять путей к сердцу ребенка

(1997)

«Дети должны расти в полной уверенности – их любят, они нужны, необходимы, иначе вряд ли они достигнут того, чего могли бы. Возможно, сейчас они не сознают, как много вы им отдаете, даже если они уверены в вашей любви. Однако когда, повзрослев, ребенок оглядывается назад, он понимает, что ваша забота и любовь всегда были для него самым дорогим подарком».

В ДВУХ СЛОВАХ

Главная задача родителей – не просто любить ребенка, но уметь выразить эту любовь на том языке любви, который ему наиболее понятен. А для этого надо изучить эти языки.

Гэри Чепмен начал консультировать людей по семейным отношениям, будучи пастором баптисткой церкви. В 1995 году вышла его знаменитая книга «Пять языков любви», в которой он изложил свою собственную оригинальную концепцию улучшения отношений в паре. Концепция заключалась в следующем: существует пять способов выражать любовь, пять языков любви, и у каждого человека один из этих языков – «родной». Если выражать любовь на этом языке, он чувствует ее, если же не уметь этого делать – человек ощущает себя нелюбимым, а именно это ощущение порождает все разногласия и размолвки в семейной жизни.

«Пять языков любви» стали бестселлером. Люди приходили к Чепмену на консультации и семинары, и все чаще из зала звучали вопросы, а как же быть с детьми? Не помогает ли знание языков любви в воспитании и преодолении детских кризисов? Оказалось, что очень даже помогает. Так появилась книга «Пять путей к сердцу ребенка», сразу же завоевавшая популярность. Написана она в соавторстве с Россом Кэмпбеллом, практикующим детским психиатром и психотерапевтом. Кэмпбелл помог Гэри Чепмену восполнить проблемы в знании детской психологии, а концепция Чемпена, в свою очередь, очень понравилась Кэмпбеллу, в ее применении он увидел шанс для многих родителей наладить отношения с детьми.

Книга «Пять путей к сердцу ребенка» рассказывает о том, как определить, какой язык для ребенка родной, как выражать любовь к своему ребенку на всех пяти языках, и о том, как с помощью родительской чуткости и внимания научить ребенка справляться с гневом и стать зрелой, ответственной личностью. Именно в этом, по мнению авторов, и состоит главная родительская задача. А свою книгу они сами называют «учебником, который научит вас любить детей».

ГЛАВНОЕ – ЛЮБОВЬ. Это основная мысль, которая красной нитью проходит через всю книгу. Вам не обязательно быть идеальными родителями, вы можете ошибаться, принимая решения, вы даже имеете право дать волю своему гневу и наказать ребенка, но, если вы любите его, ни один ваш родительский просчет не станет фатальным.

Что же значит «любить ребенка»? Во-первых, очень важно, чтобы эта любовь была безусловной. Безусловная любовь – это высшая форма любви, утверждает Чепмен. Необходимо принимать своего ребенка таким, какой он есть, со всеми его недостатками. Родитель может не одобрять поступок ребенка, но на самого ребенка это не распространяется, ребенок всегда хороший. Это и есть безусловная любовь.

Означает ли это, что ребенок будет расти в атмосфере вседозволенности? Вовсе нет. Просто нужно правильно расставить приоритеты, поясняет Чепмен. Сначала мы вселяем в ребенка уверенность в нашей любви, а уже потом приступаем к воспитанию.

Во-вторых, нужно уметь выражать свою любовь. То есть необходимо говорить с ребенком на нужном именно ему языке любви.

Наш метод, предупреждают авторы, не может помочь разрешить все конфликты и тем более избежать их. Но он однозначно помогает нормализовать эмоциональную атмосферу в семье.

Вы не обязаны быть идеальными родителями, вы можете ошибаться, принимая решения, вы даже имеете право дать волю своему гневу и наказать ребенка, но, если вы его любите, ни один ваш родительский просчет не станет фатальным.

Пять основных способов, которыми люди выражают любовь друг к другу, – это прикосновение, слова поощрения, время, подарки и помощь. Авторы отмечают, что если детей в семье несколько, у каждого из них может оказаться свой язык любви.

«С какого возраста можно применять эту методику?» – спросите вы. Сам Чепмен считает, что дети окончательно определяются с родным языком любви в пять лет. До этого родитель должен использовать все пять языков. Тогда он будет уверен, что главная потребность ребенка – потребность в безусловной любви – удовлетворена.

ПЯТЬ СПОСОБОВ ВЫРАЗИТЬ ЛЮБОВЬ. Первый путь к сердцу ребенка – прикосновение. В раннем возрасте этот путь является в некотором смысле универсальным инструментом, чтобы показать ребенку, что он дорог и нужен. Тактильный контакт необходим всем детям, и не только в младенчестве. Для маленького ребенка, который еще не умеет говорить, это вообще едва ли не единственный понятный ему язык.

В первые годы жизни малыша большинство родителей не испытывают сложностей с тем, чтобы регулярно прикасаться к ребенку, это происходит как бы само собой. Но и детям постарше прикосновения тоже очень нужны. Обязательно обнимайте своих детей, поглаживайте по плечу, по голове и так далее, советуют авторы. Ласка нужна и девочкам, и мальчикам, и дошкольникам, и подросткам. Но если ваш подросток избегает прикосновений, лучше не настаивать. В этом трудном возрасте многие дети отвергают «телячьи нежности», и это нормально.

Если язык прикосновений – родной язык вашего ребенка, поцелуй расскажет ему о вашей любви куда лучше, чем слова, подарки или внимание. Такому ребенку особенно необходим тактильный контакт, а если использовать этот язык для выражения гнева или неприязни, можно нанести ему глубокую психологическую травму.

Второй путь к сердцу ребенка – слова поощрения. Всем детям необходимо словесное одобрение их действий, похвалы и добрые слова. Не стоит скупиться на подобные выражения любви. Однако с похвалой будьте осторожны, дети очень чутки к фальши. Путь ваша похвала не переходит в лесть, советует Чепмен. Хвалите за реальные достижения, но от души.

Если у вас не получается хвалить ребенка, авторы советуют следующее: завести блокнот и записывать туда все слова поощрения в адрес детей, которые вы услышали на улице, прочитали в книге или журнале. Потренируйтесь произносить их перед зеркалом, а потом переходите к практике – хвалите ребенка хотя бы трижды в день, пока это не станет привычкой.

Третий путь к сердцу ребенка – время, которое вы уделяете лично ему, разговаривая, играя, читая книгу. Очень важно в этот момент смотреть ребенку в глаза и всячески подчеркивать, что сейчас вы безраздельно принадлежите ему одному. Если недостаточно часто или не очень умело выражать любовь на этом языке, ребенок может стать неуправляемым только потому, что плохими поступками постарается вынудить вас обратить на него внимание.

Ласка и нежность нужны и девочкам, и мальчикам, и дошкольникам, и подросткам. Но если ваш подросток избегает прикосновений, лучше не настаивать. В этом трудном возрасте многие дети отвергают «телячьи нежности», и это нормально.

Чем старше ребенок, тем труднее родителям найти время, чтобы побыть с ним наедине. Школа, работа, домашние дела… Но если язык времени – родной для вашего ребенка, то, не получая достаточно внимания, он очень скоро почувствует себя полностью заброшенным, одиноким и никому не нужным. «Что же делать?» – спросите вы. Постарайтесь создать особые домашние традиции, которые помогут вам заговорить на этом языке любви. Такой традицией могут стать обеды или ужины в кругу семьи, совместные прогулки или походы и так далее. Не стесняйтесь, планируя свой день, специально выделить время на общение с ребенком. Одновременно вы подадите ему пример организованности, замечает Чепмен.

Четвертый путь к сердцу ребенка – подарки. В отличие от многих педагогов, Чепмен не считает, что подарок – это всегда попытка «купить» любовь ребенка. Подарок подарку рознь, подчеркивает он. Все дети радуются, когда им что-то дарят, им всем необходимо время от времени преподносить мелкие сюрпризы или исполнять их желания получить ту или иную вещь. Главное – не перейти только на язык подарков, позабыв об остальных способах выражения вашей родительской любви и заботы. Дети всегда чувствуют, когда родитель пытается с помощью подарка загладить какую-то вину перед ним или заменить подарком внимание и ласку, подкупить его или расплатиться за услугу. Все это не подарки, объясняет Чепмен. Настоящий подарок дается не в обмен на что-то, а просто так.

Если язык подарка – родной для вашего ребенка, красиво упакованная шоколадка, ручка или симпатичная безделушка лучше всяких слов скажут ему о том, что вы думали о нем, что он вам небезразличен. Стоимость подарка при этом никакого значения не имеет, ребенок будет рад самому факту, что вы ему что-то подарили. Можно и вовсе не покупать подарок, а сделать его самостоятельно, тогда он еще лучше послужит своей цели – станет настоящим доказательством вашей любви.

И наконец, пятый путь к сердцу ребенка – это помощь. С этим способом выражения любви не так просто разобраться, подчеркивает автор. С одной стороны, помощь необходима всем детям, когда они маленькие. С другой стороны, наша задача как родителей научить их самостоятельности. Для использования этого языка родителю понадобятся интуиция и чуткость.

Главное – не впадать в крайности, советует Чепмен. Не старайтесь все сделать за ребенка, этим вы сослужите ему дурную услугу. Помогайте там, где он и в самом деле не может справиться сам. Помогайте, когда ребенок просит об этом. Но будьте внимательны, потому что частенько под просьбой о помощи может скрываться требование чего-то другого, например, внимания.

Другая крайность – полностью отказывать ребенку в помощи – тоже чревата педагогическими проблемами. Когда мы заботимся и помогаем, мы подаем ребенку пример бескорыстной жертвенной любви, учим его служить другим. Без такого примера он может вырасти эгоистом. А если язык помощи – родной язык вашего ребенка, родительская забота – главное доказательство для него, что он вам дорог.

ОПРЕДЕЛЯЕМ «РОДНОЙ ЯЗЫК» РЕБЕНКА. Начиная разговор о способах определения основного языка любви, авторы еще раз подчеркивают – даже если вы нашли точный ответ на этот вопрос, не старайтесь демонстрировать свою любовь исключительно таким образом. Используя все языки любви, вы учите ребенка тому же. А человек, который владеет всеми пятью способами выражать любовь, никогда не будет испытывать трудности в отношениях с людьми. Он вырастет «универсалом», гармоничной личностью, сможет легко адаптироваться в обществе.

Дети радуются подаркам, им всем необходимо время от времени делать маленькие сюрпризы или исполнять их желания получить ту или иную понравившуюся им вещь. Главное – не перейти только на язык подарков, забыв об остальных способах выражения родительской любви и заботы.

Итак, что вам нужно, чтобы определить основной язык любви вашего ребенка? Прежде всего – терпение. Пока ребенок не достиг пятилетнего возраста, он одинаково нуждается во всех пяти способах показать ему вашу любовь. Второе, что от вас требуется, – это внимание. Наблюдайте за ребенком. Что его успокаивает, что радует, что приводит в хорошее настроение? Кому-то нужны слова, кого-то достаточно обнять, кто-то счастлив, когда ему починили велосипед. Но не спешите. Дети могут нуждаться в разных способах в разное время, их родной язык может меняться с возрастом.

Есть несколько основных приемов, с помощью которых можно определить «родной» для ребенка язык любви.

1. Поймите, как ребенок выражает свою любовь вам. В возрасте пяти – десяти лет дети обычно делают это на «родном» языке.

2. Понаблюдайте, как ребенок выражает свою любовь окружающим.

3. Прислушайтесь, о чем ребенок чаще всего просит.

4. Обратите внимание, на что ребенок чаще всего жалуется.

5. Дайте ребенку возможность выбирать. Предложите ему на выбор ваше время или помощь, подарок или время и так далее. Записывайте ответы. Когда их наберется около тридцати, проанализируйте полученные результаты. Скорее всего, тот язык, который ребенок выбирал чаще всего, и есть его основной.

Любите и поддерживайте друг друга, заключают авторы. Только так вы сможете вырастить гармоничного человека. Никакие педагогические теории и методики не помогут, если в семье нет мира и согласия. И это действительно так.

Г. ЧЕПМЕН

Гэри Чепмен родился в 1938 году в США и получил образование в Библейском институте Муди, а в 1971 году стал пастором баптистской церкви в Северной Каролине.

Именно там он впервые начал преподавать и помогать семьям, оказавшимся на грани развода. Сам Чепмен счастливо прожил в браке почти 45 лет, у него двое детей.

Уже имея большой опыт взаимодействия с людьми и оказания психологической помощи в качестве духовного наставника, Гэри Чепмен поступил в Баптистскую теологическую семинарию, где стал доктором философии и специалистом по религиозному образованию.

Его первая книга «Пять языков любви» была издана в 1992 году и мгновенно принесла ему известность. С тех пор он написал еще несколько книг, включая «Пять путей к сердцу ребенка», основал корпорацию консультантов по семейным взаимоотношениям и стал вести передачу на радио о семье и браке.

Р. КЭМПБЕЛЛ

Почти 30 лет доктор Росс Кэмпбелл проработал профессором клинической педиатрии и психиатрии в медицинском колледже Университета Теннесси. За это время он проконсультировал тысячи родителей. Выйдя на пенсию, он решил обобщить свой огромный опыт и написал несколько книг по воспитанию детей, в том числе «Как по-настоящему любить детей» и «Как по-настоящему любить вашего подростка». Соединив свои знания психиатрии с глубокой приверженностью христианской морали, Кэмпбелл моментально завоевал популярность читателей, а его советы помогли многим семьям не потерять контакт с детьми в нашем быстро меняющемся мире с его опасностями и соблазнами.

Джон Кехо, Нэнси Фишер

Сила разума для детей

(2002)

«Психологические установки ребенка, выбор, который он делает, черты его личности, то, кем он станет, повзрослев, – все это в конечном счете определяется его мыслями».

В ДВУХ СЛОВАХ

От того, на каких мыслях научится сосредотачиваться ребенок, зависит все его развитие и последующая взрослая жизнь.

«Сила разума для детей» – это не просто книга. Так называется программа, по которой Нэнси Фишер вот уже два десятилетия успешно обучает детей и их родителей. Другой автор этой программы не менее успешно проводит тренинги по личностному росту. Два опытных практика создали свод простых и действенных советов. Родителям эти советы помогут поверить в детей, а детям – поверить в себя, реализовать свой творческий потенциал, преодолеть возникающие трудности, научиться общаться с людьми и в конечном итоге добиться успеха в жизни.

И все это, уверены авторы, зиждется на правильных мыслях. И на хороших привычках, определяющих всю нашу дальнейшую жизнь. В школах учат мыслить, чтобы познавать, но мыслить позитивно не учат. А ведь разум – это не только способность усваивать знания, да и не могут только лишь знания определить качество жизни человека. Разум – это еще и психологические установки, благодаря которым человек ставит цели и добивается их. Значит, эта задача – научить ребенка пользоваться силой разума – целиком и полностью ложится на родителей. А научить этому растущего человека, не дожидаясь, пока к зрелости он дойдет до этого сам, – вполне реально.

Как?

ДУМАЙ О ХОРОШЕМ! Наша мысль, уверены авторы, – это прообраз будущего достижения. Мысль содержит в себе и энергию для того, чтобы привести замысел в действие. Научить детей правильно работать с мыслями можно в игре, подобно тому, как в игре идет более легкое и естественное овладение знаниями, умениями и навыками.

Причем начинать это нужно как можно раньше – ведь характер и самооценка закладываются на первых этапах развития ребенка.

В плане методики обучения силе мысли авторы дают три очень ценных начальных совета.

Первый: разберитесь сами в том, чему будете учить ребенка.

Второй: не торопитесь, ничего не делайте наспех, заранее настройте себя на долгий процесс, но не рутинный, а полный веры и энтузиазма. Помните, что любое обучение основано на повторении. Причем в данном случае особенно важно, чтобы повторение не было нужным и скучным. Из обучения силе мысли никогда не должна уходить радость. И одна из возможностей удержать эту радость – заниматься вместе с ребенком. Эта практика побуждает взрослых проводить время с детьми, объединяет семью для общей цели. Не надо забывать хвалить ребенка – это, как и во всех прочих случаях, вырабатывает позитивную самооценку и мотивирует для дальнейшей работы над собой.

Третий совет непосредственно взаимосвязан со вторым: выбирайте такой момент, когда ребенка ничего не отвлекает, он сосредоточен и готов слушать, иначе все усилия будут впустую. Моменты для учебы возникают в любое время дня – достаточно просто пронаблюдать за своим ребенком, когда он не спешит за чем-то новым, а готов послушать и порассуждать.

Авторы призывают родителей внимательно относиться к словам. Не отрицайте, а утверждайте! Если хотите добиться, чтобы ребенок не бегал в общественном месте, не кричите: «Не бегай!» Скажите: «Иди шагом». Такую просьбу ребенок воспримет наверняка.

Развивая эту мысль авторов, можно поразмыслить и о том, что с помощью правильно подобранных слов можно добиться не только нужных действий, но и нужных эмоций. Припомните: когда нам говорят «не беспокойся» – не начинаем ли мы волноваться еще сильнее, зацепившись за мысль, что причины для тревоги есть? «Успокойся» – совсем другое дело, нет отрицания негатива, есть позитив. Именно таков механизм воздействия силы слова.

«СОЗНАТЕЛЬНЫЕ РОДИТЕЛИ». Познай себя, прежде чем воспитывать другого, – это положение, общепринятое в гуманистической педагогике, занимает ключевое место и в данной программе.

С одной стороны, в нас продолжают звучать отголоски наших собственных детских отношений с родителями. С другой стороны, мы иногда так рьяно стараемся дать нашим детям то, чего сами были лишены в детстве, что перебарщиваем.

Внимательно и серьезно относитесь к словам. Не отрицайте, утверждайте! Например, чтобы ребенок не бегал в общественном месте, не кричите: «Не бегай!» Скажите: «Иди шагом». Такую просьбу ребенок выполнит быстрее.

Начните с «личной археологии», призывают авторы, чтобы понять, чего не следует делать и что следует.

Один из вопросов, который должны задать себе «сознательные родители»: говорили ли вам родители, что ваше будущее зависит от вас и что они будут вас любить и уважать вне зависимости от вашего выбора? Взаимосвязанные с этим вопросы: как реагировали они на ваши неудачи? Предлагали свои варианты позитивного решения? Советовали отказаться от «недостижимого»?

Таким образом, мы берем из нашего прошлого хорошее, пригодное для воспитания наших детей, и в то же время не позволяем ошибкам наших родителей тяготеть над нами и нашими детьми. Это полезно не только для формирования наших детей – мы сами избавляемся от давнего негатива и увереннее смотрим в будущее.

Всегда подавать положительный личный пример очень нелегко, ведь у нас самих бывают хорошие и плохие дни. Тем не менее следует всегда помнить: если мы хотим научить ребенка отзывчивости – мы должны быть отзывчивы, если терпению – терпеливы и т. п. Более того! Если мы хотим научить ребенка дружить, мы сами должны быть окружены друзьями, если хотим, чтобы ребенок был увлеченным, творческим – сами не должны проводить вечера напролет перед телевизором.

Нотации, сколько их ни повторяй, сами по себе ничему не научат. А если ребенок к тому же будет видеть, что у старших слова частенько расходятся с делом, он станет недоверчивым, лживым, безразличным к результатам своих поступков.

Даже если вы сами не очень-то хотите меняться к лучшему, сделайте это ради детей, призывают Кехо и Фишер. И всегда поддерживайте детские мечты и планы, даже если они кажутся вам несбыточными и нереальными. Ведь однажды может оказаться, что прав был ребенок, а не вы.

ПОЛЕЗНЫЕ ПРИЕМЫ. Любая техника психологической корректировки держится на конкретных приемах.

«Сила разума» выделяет четыре основных приема: утверждения, визуализация, признание успехов и устранение негатива.

Позитивные утверждения – это короткие простые фразы, которые человек говорит вслух или про себя и которые направляют его мысли к определенной цели. Надо научить ребенка формулировать и использовать эти утверждения.

Сначала, особенно при работе с совсем маленькими детьми, эти утверждения произносит педагог. Следующий этап – ребенок сам пользуется известным ему образцом и строит нужные фразы. «Я хорошо сдам экзамен» – это больше чем просто слова. Благодаря этому утверждению ребенок побуждает себя позаниматься лишний час перед сном, а на экзамене он не будет парализован страхом, как тот ребенок, который говорил себе: «Я ничего не знаю! Я провалюсь!»

Точно так же и с более серьезными утверждениями. Если ребенок часто повторяет, что его никто не любит, это обязательно отразится на его личности и на взаимоотношениях с людьми.

Все сторонники педагогических подходов, основанных на внимании к человеческой личности, единодушны в том, что, если хочешь чего-то добиться от ребенка, ты должен вести себя так, как будто это уже произошло.

Очень способствует самоутверждению детей как бы случайное упоминание родителями в разговоре, что их ребенок что-то хорошо делает. Обратная ситуация: многие родители принародно критикуют детей – а потом удивляются, как случилось, что ребенок в себя не верит.

Освоенная должным образом техника утверждений будет подспорьем на всю жизнь.

Визуализация – это создание зрительных образов желаемых ситуаций. У детей очень развито воображение, так что этот метод, безусловно, им подходит. Процесс визуализации можно превратить в забавную игру: взрослый начинает сочинять историю, ребенок подхватывает, и так по кругу. Секрет визуализации в том, чтобы образно и эмоционально представить перспективную цель как уже достигнутую.

Признание успехов. Сами не отдавая себе в этом отчета, мы охотнее ругаем ребенка, нежели хвалим. Говоря иными словами, мы заботимся не о самооценке сына или дочери, а о собственном удобстве. А ведь ребенка всегда есть за что похвалить! Причем с самого младенчества. Пусть первыми словами, которые он услышит, будут добрые слова. Они лягут в основу его личности и помогут впоследствии легче переносить критику и неудачи.

Если ребенок часто говорит, что его никто не любит, это обязательно отразится на его личности и на взаимоотношениях с людьми в будущем.

К семи-восьми годам самовосприятие человека уже вполне устойчиво. Авторы предлагают такое простое решение для подросшего ребенка, который усомнился в себе: родители садятся вместе с ним и составляют список всего, в чем ребенок силен и что он хотел бы в себе развивать далее.

Параллельно с этим нужно привлекать внимание ребенка к положительным качествам окружающих: с одной стороны, это формирует уважительное отношение к людям, отзывчивость, с другой – ребенок воспитывается на положительных примерах.

Кроме того, призывают авторы, сломайте стереотип, что хвалить себя неприлично! Хвалите себя, научите ребенка хвалить себя. И тогда каким-то событиям извне трудно будет повлиять на самооценку.

Искоренение негатива. Но даже у самых позитивно настроенных людей могут появляться негативные мысли. С ними надо бороться, пока они не укрепились и не получили власти над вами. Оружие против них – обсудить с ребенком все варианты развития событий и показать, что пользы от негативных мыслей нет. Самая большая опасность негативных мыслей в том, что они пробуждают сильные отрицательные эмоции. Гасить эмоции, помогая ребенку разобраться в них, – вот правильная линия поведения для взрослого.

Обнаруживать негативные мысли среди всех других, как мы отыскиваем сорняки на огороде, и выпалывать – вот чему нужно учиться и взрослым, и детям. Это достигается за счет так называемого переключения на позитив. Иногда это очень трудно. В этом случае надо предложить ребенку сделать какую-то физическую работу – например, убрать игрушки. Физический труд – хорошее подспорье в борьбе с негативом.

Другой способ – «переписывание сценария», как мы придумываем иную концовку, когда смотрим фильм с грустным финалом.

Еще один метод авторы называют «пушечным ядром». Это разновидность визуализации. Ребенку предлагают представить, как он выстреливает из пушки черное ядро – свои негативные мысли.

Есть способ еще проще: механически преобразовывать утверждения в обратные. «У меня нет друзей» превращается в «у меня много друзей» и т. п. Таким образом ребенок перенацеливается на действия, которые сделают это утверждение истинным.

Ну и наконец, можно научить ребенка ставить «энергетический щит» против неблагоприятного влияния.

Нельзя забывать, что ребенку предстоит жить в мире людей. А значит, его с детства должны окружать люди. Этому способствуют родители – если они поддерживают родственные и дружеские связи, то и ребенок войдет в социум легко и естественно. Нам, заключают авторы, достаточно, чтобы наши дети были счастливы, но мир хочет от них большего – чтобы они стали профессионалами и воспитателями следующего поколения. Ради решения обеих этих задач и должны сегодня потрудиться взрослые.

Д. КЕХО, Н. ФИШЕР

Джон Кехо может считаться своего рода символом реализованной «американской мечты». При этом начинал он отнюдь не с бизнеса, а с практики выживания: три года живя в лесах канадской провинции Британская Колумбия, он питался только тем, что находил вокруг. За это время он освоил практики медитаций и просто много размышлял.

В 1978 году он возвращается в цивилизацию – и сразу предлагает свою программу саморазвития. Буквально через два года он уже мог похвастаться невероятной популярностью, и не только в Канаде. Его книги, посвященные личностному росту, мгновенно становились бестселлерами. На русский язык переведены такие его работы, как «Деньги, успех и Вы», «Обретение могущества и славы» и «Подсознание может все!»

Нэнси Фишер – педагог-практик. Соавтор программы «Сила разума для детей». Более двадцати лет работает по ней с детьми и родителями. Мать двоих дочерей.

Александр Нилл

Саммерхилл: воспитание свободой

(1960)

«Мой многолетний опыт общения с детьми в Саммерхилле убеждает меня в том, что нет никакой необходимости учить ребенка, как себя вести, он в свое время сам узнает, что хорошо и что плохо, если на него не будут давить. Учение – процесс приобретения ценностей из своего окружения. Если родители сами честны и нравственны, их дети в должное время пойдут тем же путем».

В ДВУХ СЛОВАХ

Не важно, какими знаниями овладевают дети в школе, не имеет значения, какие оценки они получают; школа должна воспитывать свободного, самостоятельного человека, личность, способную максимально полно реализовать свои склонности и таланты.

Философ, педагог, психолог, Александр Нилл оставил нам очень необычное наследие. Во-первых, это школа, которая действует до сих пор, уникальная в своем роде школа Саммерхилл, где детей учат быть свободными и счастливыми. Во-вторых, это его книги. И самая популярная из них – «Саммерхилл: воспитание свободой», книга-компиляция, составленная из отрывков четырех его предыдущих трудов и вышедшая в свет по желанию издателей.

Сейчас, более чем полвека спустя, можно смело утверждать: новое социальное устройство, о котором так мечтал Нилл (и предвестником которого считал свою школу), наступит только тогда, когда человечество окончательно откажется от устаревших методик обучения.

В книгу вошли отрывки из четырех предыдущих трудов Нилла: «Проблемный ребенок», «Проблемный родитель», «Свободный ребенок» и «Эта кошмарная школа». Сам автор в предисловии отмечает, что некоторые его взгляды за прошедшие годы претерпели эволюцию, но и сама школа Саммерхилл, и те принципы, на которых она создавалась и существует, практически не изменились.

Читая книгу, необходимо помнить, что педагогические взгляды Нилла тесно связаны с теорией психоанализа, изучению которой он отдал много лет. Опираясь на идеи Фрейда о бессознательном и о подавленной сексуальности, которая приводит к разнообразным психическим проблемам, за годы работы с детьми Нилл продвинулся гораздо дальше. Попытавшись создать школу, в которой воспитанникам пришлось бы как можно меньше «подавлять» и «вытеснять», он пришел к выводу, что лечит не психоанализ – лечит свобода.

Для кого написана эта книга? Для родителей. Для учителей. Для детских психологов. Для педагогов. Для тех, кто ищет новые пути взаимодействия с подрастающим поколением и готов экспериментировать, творить и верить в ребенка.

ШКОЛА, ГДЕ УЧАТ БЫТЬ СЧАСТЛИВЫМИ. Образование – не главное, и даже знания как таковые не важны. Такой парадоксальный вывод можно сделать, познакомившись с принципами школы Саммерхилл. А что же тогда имеет значение? Свобода и счастье, достичь которого можно только в состоянии свободы. Именно для этого Нилл и создал свою собственную школу – чтобы учить детей быть счастливыми, жить полной жизнью, максимально реализовывать себя в том направлении, которое нравится.

В этом смысле Александр Нилл – один из самых радикальных педагогов-гуманистов XX века. Все они опирались на идею, что природа уже одарила ребенка тем, что нужно ему для гармоничного развития, все писали, что в детях изначально заложено доброе начало, что стремление к познанию и обучению – одно из естественных проявлений маленького человека. Но только Александр Нилл решился полностью и безоговорочно положиться на эту самую заложенную в детей программу и дать им практически полную свободу, ограниченную лишь необходимыми правилами общежития, выработанными коллективно на собраниях всех учащихся и педагогов.

Итак, вот они, основные принципы школы Саммерхилл, которые Нилл излагает на первых же страницах книги:

• самоуправление для учеников и персонала;

• свобода ходить или не ходить на уроки;

• свобода от любой идеологии, религиозной, моральной или политической;

• свобода от целенаправленного формирования характера.

И как же в таких условиях, правильность которых сомнительна, дети получат образование, спросите вы? Не будет ли в их знаниях фатальных пробелов, а в воспитании – установки на вседозволенность и неумение целенаправленно трудиться?

Даже если и будут, отвечает сомневающимся Нилл, в жизни это детям не помешает. Пример тому – множество выпускников Саммерхилла, которые состоялись в самых разных областях, несмотря на отсутствие успехов в академических дисциплинах. Это первое. А второе – с чего вы взяли, что дети, предоставленные самим себе, не заходят учиться? Желание узнавать новое заложено в каждом человеке, а безделье противно натуре психически и физически здорового ребенка. Если у него есть какая-то цель, например, поступить в профильное высшее учебное заведение, если ему что-то интересно и приятно, ребенок будет учиться сам, без принуждения, как ни трудно в это поверить. И доказательство этому – школа Саммерхилл, где при полной свободе посещений классы отнюдь не пустуют.

Образование – не главное в жизни, и даже знания как таковые не важны. А что же тогда имеет значение? Свобода и счастье, достичь которого можно только в состоянии моральной свободы.

Дольше всего бездельничают, по наблюдениям Нилла, те дети, которые пережили наиболее жесткое давление на прежнем месте учебы. «Рекордсменом» Саммерхилла стала девочка, которая отказывалась ходить на уроки три года. Она пришла из монастырской школы с очень строгим укладом. Рамки, расписание, принуждение – вот что превращает наших детей в безвольных, ленивых и ограниченных, убежден Александр Нилл. Свобода же, напротив, будто возвращает им изначальный, почти утраченный импульс и познавательную активность.

Более эффективному усвоению материала способствует и то, что детям в Саммерхилле оставлена возможность свободно играть. Вместе со многими выдающимися исследователями детской психологии Нилл отмечает, что важность игры переоценить невозможно. Всеми своими пороками современное общество обязано тому, что детям не позволяют вдоволь наиграться, смело заявляет автор. Если ребенок теряет способность к игре, его душа умирает.

УДИВИТЕЛЬНЫЙ МИР ШКОЛЫ САММЕРХИЛЛ. Обычному человеку, привыкшему к строгим образовательным стандартам, трудно представить себе, как протекает процесс обучения и воспитания в школе Саммерхилл. И в те годы, когда в школе директорствовал Нилл, и сейчас немногие родители решаются отдать своего ребенка в эту «школу делай-что-хочешь», как прозвали ее журналисты. Нужна совершенно особая вера, вера в ребенка, чтобы позволить ему развиваться самостоятельно, без постоянного жесткого контроля со стороны взрослых. Но за годы существования школы многие взрослые заразились этой верой у ее основателя. А у самого Нилла этой веры всегда было более чем достаточно, она и стала тем фундаментом, на котором сформировалась школа Саммерхилл.

Нилл подчеркивает, что в его школе не используются никакие новаторские методики преподавания. Дети сами выбирают, какие предметы посещать, однако по каждому предмету есть программа, которой преподаватель по возможности придерживается. И если кто-то будет часто пропускать уроки, ему выразят недовольство другие ученики, его товарищи, которым будет труднее из-за «прогульщика» продвигаться вперед. Так формируется своего рода естественная дисциплина, когда свобода одного человека заканчивается там, где начинается свобода другого. Как и в обществе вообще, скажете вы. И будете совершенно правы.

Еще одна отличительная особенность школы, созданной Александром Ниллом, – это атмосфера принятия, в которой растут и учатся воспитанники. Саммерхилл – территория, свободная от страха перед взрослыми, здесь ученики и преподаватели равны, и голос самого младшего школьника на собрании так же весом, как и голос директора.

Все идеи и выводы Александра Нилла основаны не на сухой теории, а исключительно на практике – практике более чем сорока лет жизни вместе с детьми и наблюдения за ними. А практика, как известно, критерий истины.

Среди главных «воспитательных приемов» Нилл выделяет один – всегда быть на стороне ребенка. Он признается, что порой вставал на сторону провинившегося или подтверждал детскую ложь во время разбора поступка на собрании только потому, что виновник перед этим доверился ему и эту веру нельзя было предать. Подобный подход помогал ему сохранять контакт и просто взаимопонимание со своими воспитанниками.

Еще одним способом коррекции поведения детей были так называемые личные уроки директора Нилла, а если проще – короткие сеансы психотерапии. Особенное же терапевтическое воздействие оказывает, по его наблюдениям, творческая работа: рукоделие, танцы и театр.

ДАЙТЕ РЕБЕНКУ БЫТЬ САМИМ СОБОЙ. Говоря о воспитании, Нилл начинает с того, что описывает несвободного ребенка, знакомого каждому из нас, втиснутого в тесные рамки разнообразных приказов и требований, задавленного многочисленными «нельзя» и «надо». Он с возмущением отмечает, что даже советы врачей давать ребенку грудь по часам с самых первых дней делает его несвободным. И все бы ничего, но результатом несвободного воспитания, по убеждению Нилла, становится несвободная жизнь, которую невозможно прожить полноценно. А вот это уже серьезно.

Атмосфера принятия, в которой растут и учатся воспитанники – отличительная особенность школы, созданной Александром Ниллом. Саммерхилл – территория, свободная от страха перед взрослыми, здесь ученики и преподаватели равны, и голос самого младшего школьника на собрании так же весом, как и голос директора.

Свободного ребенка Нилл называет «саморегулирующимся» и честно отмечает, что немногим детям пока предоставлена возможность такими стать. Но именно в этих детях и в первых попытках воспитывать, полагаясь на природу ребенка и его естественные стремления, а не на требования и ограничения, он видит надежду на лучшее будущее для человечества.

Что же такое саморегуляция? Это право ребенка жить свободно, без внешнего давления, физического или психологического. Саморегулирующийся ребенок ест, когда он голоден, осваивает навыки гигиены, когда он к этому готов, и тому подобнее.

Но совершенно недостаточно оставить ребенка в покое по всем этим ключевым вопросам, составляющим привычную нам суть воспитания. Для того чтобы он действительно начал развиваться в соответствии со своей природой, родители должны растить его в атмосфере любви и принятия, но не вседозволенности.

Не все улавливают эту тонкую грань, с грустью констатирует автор, и нередко ему доводилось наблюдать последствия неправильно понятных идей «свободного воспитания»: детей, совершенно избалованных и не способных вести себя нормально. Любые идеи могут быть поняты превратно, делает вывод Нилл, поэтому первое, чем должен вооружиться родитель, прежде чем следовать каким-либо советам, – это собственный здравый смысл. Детям необходима поддержка и руководство взрослых в соответствии с возрастом, в том числе для обеспечения их безопасности. Безопасная среда – это то, ради чего можно отойти от принципа предоставления ребенку полной свободы.

Важны для детей и ограничения, но ограничения естественные и справедливые. В семье закон ограничения свободы свободой другого должен соблюдаться не менее строго, чем в школе. Но дети с легкостью принимают такие ограничения, желание следовать правилам социума заложено в них изначально. Однако правила, если они основаны на равенстве и справедливости, должны распространяться на всех членов семьи или группы. Из этого рождается дисциплина, основанная не на принуждении, а на желании всех членов команды сообща идти к цели и решать задачи. И семья, как и школа, вполне может стать такой командой.

А. С. НИЛЛ

Александр Сазерленд Нилл родился в 1883 году в Шотландии, в городке Форфар. В семье Ниллов было тринадцать детей, а оба родителя трудились учителями в школе. Именно в родительской семье Александр впервые познакомился с деспотией, запретами и наказаниями. Однако это не помешало мальчику пойти по стопам родителей.

Поступив в Эдинбургский университет, Нилл вскоре получил ученую степень, а с 1914 года стал работать директором одной из деревенских школ.

В 1921 году Нилл уехал из Британии в Германию. Здесь, в небольшом городке Хеллерау недалеко от Дрездена, он основал собственную школу – экспериментальную площадку для его новаторских педагогических идей. Позже школа переехала в Австрию, потом в Англию, а с 1927 года находится в Лейстоне, Саффолк, и известна на весь мир как школа Саммерхилл.

До самой своей смерти в 1973 году Александр Нилл оставался бессменным директором Саммерхилла, параллельно преподавая алгебру, геометрию и работу по металлу и ведя «личные уроки» – по сути, индивидуальные и добровольные, как все в Саммерхилле, психотерапевтические приемы. В настоящее время школой руководит дочь Нилла Зоя Редхед.

Писать Александр Нилл начал, еще будучи студентом. Он сотрудничал с университетской газетой, а позже постоянно совмещал преподавательскую деятельность с литературной. С 1916 по 1972 год вышло более 20 его книг, среди которых не только труды по педагогике, но и юмористические книги для детей, и автобиография «Neill, Neill, Orange Peel!». Но самой известной работой Александра Нилла стала книга «Саммерхилл: воспитание свободой». Переведенная на множество языков, она открыла читателям совершенно новый мир взаимоотношений с ребенком.

Селестен Френе

Педагогические инварианты

(1964)

«Инвариант является самой прочной основой. Он никогда не подводит и гарантирует от ошибок».

В ДВУХ СЛОВАХ

В основе искусства воспитания лежат неизменные принципы, знание которых помогает педагогу в его повседневной деятельности.

Книга, в которой обобщается опыт педагога-практика, накопленный за несколько десятилетий, не обязательно должна быть объемной. Можно утверждать: чем богаче опыт, тем в более емкие и простые формулировки он укладывается.

Так, книга знаменитого французского педагога XX века Селестена Френе, написанная им на склоне жизни, содержит краткие, четкие тезисы. Да и вынесенное в заголовок слово «инварианты» – это всего лишь некие положения, не изменяемые ни при каких условиях и не зависящие ни от места, ни от эпохи. Правильно руководствуясь ими при воспитании, учитель добивается успеха.

Будучи педагогом-новатором с тридцатипятилетним стажем, Ферне в этой книге изложил ту основу, на которой новаторы будущего смогут выстраивать свои оригинальные педагогические концепции.

Инварианты касаются самих основ образования, самых насущных его вопросов.

Так каковы же они, эти вечные принципы?

РЕБЕНОК И ВЗРОСЛЫЙ: НАЧНИТЕ С ОБЩЕГО. Все помнят, что взрослый – это бывший ребенок, но почему-то родители и учителя зачастую повторяют те ошибки, которые совершали по отношению к ним их родители и учителя. Эстафета ошибок не прерывается. Взрослые любят повторять ребенку, что он – будущий взрослый, склоняя его отвечать за свои поступки. Но при этом старшие забывают, что ответственности без свободы быть не может.

Первые инварианты Френе – это сопоставление взрослых и детей с целью показать, что главные потребности и устремления у них общие, а различия связаны с физиологическими особенностями и жизненным опытом.

Открывающий книгу инвариант говорит о самом главном, о том, что лежит в основе и Конвенции о правах ребенка, и всего процесса передачи опыта от поколения к поколению: природа ребенка такая же, как и природа взрослого. Ребенок тоже реагирует на среду, в которой живет, тоже черпает из нее впечатления и информацию, реагирует в соответствии с обстоятельствами, только делает это так, как умеет. Он пока не может справиться с вызовами жизни так, как это сделает взрослый, но зато и потенциал развития у него больше.

С первым инвариантом напрямую связан второй: высокий рост человека вовсе не свидетельствует о его превосходстве над окружающими. Понятно, что это надо понимать не буквально, а метафорически. Френе говорит о том, что взрослые всячески стремятся демонстрировать детям свою силу и власть. Автор призывает ликвидировать разрыв между учителем и учеником как на уровне формального выражения власти, так и на уровне отношения к детям. Формальная дисциплина, полагает Френе, никому не приносит пользы.

Но ведь школы без дисциплины быть не может. Как ее поддерживать? Ответ содержится в следующих инвариантах.

РЕБЕНОК И ШКОЛА: НЕ ДОПУСТИТЕ ОШИБОК. Третий инвариант гласит: поведение ребенка в школе зависит от его психического склада и состояния здоровья. Взрослые склонны списывать изъяны в поведении ребенка на дурной характер, недостатки семейного воспитания, намеренные шалости. На самом деле не нужно забывать о том, что у ребенка, как и у взрослого, могут быть проблемы со здоровьем или попросту плохое настроение в связи с какими-то неприятностями, о которых его наставники понятия не имеют.

Все это надо учитывать и стараться выяснить истинные причины «неправильного» поведения ребенка. Только в этом случае его можно корректировать. В противном случае все усилия опять-таки сведутся к формальной дисциплине. Ведь, как нам напоминают четвертый и пятый инварианты, ни ребенок, ни взрослый не любит, чтобы ему приказывали, и никто не любит построения по команде, потому что это означает пассивное подчинение чужим приказам. Правильная дисциплина, говорит Френе, – не дисциплина муштры, а дисциплина сотрудничества.

Шестой инвариант родственен двум предыдущим: сопротивление порождается принуждением. Никто: ни ребенок, ни взрослый, не любит выполнять работу из-под палки. Многие взрослые ошибочно возводят принуждение в ранг главного воспитательного приема, но добиваются лишь того, что между ними и ребенком возникает непонимание. Вместо того чтобы пересмотреть свое поведение, взрослые усиливают давление – разрыв растет. Если дело касается учебы, у ребенка вырабатывается стойкое отвращение к ней, а педагог оказывается все дальше и дальше от цели.

Поведение ребенка в школе зависит от его психического склада и состояния здоровья. У ребенка, как и у взрослого, могут быть проблемы со здоровьем или плохое настроение в связи с какими-то неприятностями. Об этом ни в коем случае нельзя забывать.

Френе последовательно осуждает неумение и нежелание ряда учителей менять методические приемы, бесполезные или даже вредные для ребенка. Предлагаемая им альтернатива сформулирована в седьмом инварианте: любой человек предпочитает сам выбрать себе работу, даже если этот выбор ему невыгоден. В методике преподавания того или иного предмета это может реализовываться просто и эффективно – с помощью вариативности заданий и предоставления ребенку права выбирать тот вариант, который он и будет выполнять.

Но при этом (как нам напоминает восьмой инвариант) надо помнить еще и о том, что никто не любит работать вхолостую, совершать действия и подчиняться замыслам, которые ему чужды и непонятны. Следовательно (инвариант девять), необходимо добиться того, чтобы труд стал мотивированным. Одна и та же работа, говорит автор, может быть и наказанием, и наградой – именно в зависимости от ее осмысленности.

Десятый инвариант – необходимо покончить со схоластикой. В данном случае под этим словом понимаются все те школьные знания, которые оторваны от жизни. Совершенно очевидна связь этого инварианта с предыдущими: невозможно подвести мотивировку под труд, выполняемый ради самого труда.

Но только лишь мотивировок мало для успешной деятельности. Подтверждением того, что она приносит результат, может служить успех. Если же ничего не получается, человек опускает руки. Любой человек стремится к успеху. Неудача тормозит работу и лишает энтузиазма. Френе – в числе критиков школьной системы оценок. Возражает он и против суровых записей в тетрадях. Мудрый педагог всегда найдет, за что похвалить ребенка, и деликатно побудит его расти над собой там, где успехи пока сомнительны.

А вот в следующем инварианте автор спорит с рьяными поборниками игры как основы ненасильственного обучения, идущей вслед за детскими потребностями. Не игра, говорит он, является естественным занятием для ребенка, а труд. Опыт, который дает ребенку игра, Френе считает односторонним. Стремление родителей оградить ребенка от посильного домашнего труда он почитает заблуждением, следствием которого может стать иждивенчество, инфантилизм.

Ряд последующих инвариантов развивает эту мысль. Наиболее эффективным путем усвоения знаний Френе считает не наблюдение, не объяснение и не демонстрацию, а эксперимент. Эта идея была развита впоследствии педагогами разных стран, да и до сих пор занимает умы многих практиков. Знание и его применение в жизни должны быть неразрывно связаны – согласитесь, с этим трудно поспорить. Даже память должна быть подключена к процессу экспериментального нащупывания, иначе она станет просто инструментом зубрежки. Знания добываются опытным путем, а не изучением правил и законов.

Автор решительно высказывается против навешивания ярлычков – этот ребенок умен, а тот не очень. Надо не списывать все на способности, а формировать способности ученика. Иначе говоря, интеллект – это мыслительная способность человека, не обособленная от других его свойств, а тесно взаимодействующая с ними. И традиционная школа, развивающая лишь способность к абстрактному (оторванному от реальной жизни) мышлению закономерно оказывается от нее, от этой жизни, далека.

Ребенку, как и взрослому, напоминает Френе, неинтересно слушать объяснения свысока. А вот от работы, которая отвечает его функциональным потребностям, ребенок не устает.

Итак, только понимание и принятие гарантируют хороший результат воспитания. Причем понимание не только со стороны ребенка, но и – в первую очередь – со стороны педагога.

ЧЕЛОВЕК ВОСПИТЫВАЕТ ЧЕЛОВЕКА. И снова мы возвращаемся к тому, что посещение школы не должно становиться для ребенка многолетней каторжной повинностью. И дело, разумеется, не только в мертвых знаниях, но в том, каким именно образом ученика заставляют их получать. Бесконечные наставления не вызовут у ребенка стремления к учебе.

Дисциплина, поддерживаемая с помощью строгого надзора и наказаний, тоже не поспособствует любви к школе. Никто: ни ребенок, ни взрослый, не любит надзора и наказаний, которые всегда воспринимаются как посягательство на человеческое достоинство, особенно когда это происходит публично. Этот инвариант Френе дополняет еще одним: наказание всегда ошибка. Оно унизительно для всех и никогда не достигает желанной цели. Это самое крайнее средство. Обратите внимание на слова «для всех». Для учителя – в том числе. Наказание – проявление бессилия педагога повлиять на ребенка иными средствами.

Стремление родителей оградить ребенка от посильного домашнего труда может стать причиной иждивенчества и инфантилизма.

В основе любой деятельности, полагает Френе, лежат действия, а не многословные речи. И одними речами ничего нельзя добиться. Там, где можно не сказать, а показать, – покажите. Там, где можно воздержаться от нотации, – воздержитесь. Не кричите, пытаясь перекрыть шум, – вы не будете поняты. Двадцатый инвариант таков: нужно как можно меньше говорить. Альтернатива словам – осознанная деятельность и учителя, и учеников.

Ребенок любит индивидуальную работу или работу в коллективе, где царит дух сотрудничества. В обоих случаях речь идет о взаимодействии личностей для обучения и воспитания. В обезличенном стаде никому не может быть комфортно. Но и индивидуальному подходу, и нормальной работе коллектива вредна, отмечает педагог, переполненность класса, которая всегда является педагогическим просчетом.

С этими инвариантами связан еще один: концепция больших школьных комплексов ведет к анонимности как учителей, так и школьников. Только человек воспитывает человека, иначе не может быть и речи об органичном вхождении ребенка в общество. Сотрудничество учителя и ученика, учеников между собой – это ведь и есть действующая модель общества в стенах школы!

Может возникнуть вопрос: а как же в этих условиях сотрудничества и отсутствия наказаний быть с дисциплиной? Поддерживать, отвечает Френе. Когда дети заняты делом, они не думают о шалостях и готовы сами участвовать в организации труда наилучшим образом. Вместо формальной дисциплины система Селестена Френе предлагает дисциплину осознанную. Надо полагать, выбирая между первой и второй, здравомыслящий человек уверенно выберет вторую. Ведь новая жизнь школы строится на принципах сотрудничества, т. е. ученикам наряду с учителями предоставляется право на управление жизнью и деятельностью школы.

Более того, последние четыре инварианта показывают нам, как принципы, усвоенные ребенком в школе, смогут повлиять на будущее общества. Демократизация общества, полагает Френе, подготавливается демократией школы. А значит, в основе школьной демократии лежит главный общедемократический принцип – защита достоинства личности. Иными словами, взаимное уважение учителя и ученика является одним из главных условий обновления школы.

Автор понимает, что перемены не происходят мгновенно, как по волшебству. Они – плод долгого целенаправленного труда. Поэтому надо учитывать возможное противодействие со стороны отжившего старого – Френе именует его педагогической реакцией. Но в помощь новатору – заключительный инвариант: оптимистическая вера в жизнь. Не позволить себе сбиться с пути под воздействием трудностей, не отступить, всегда помнить о главной цели – воспитании людей будущего. Такова установка на успех, данная Селестеном Френе.

С. ФРЕНЕ

Селестен Френе родился 15 октября 1896 года на юге Франции в крестьянской семье. По окончании средней школы поступил в так называемую нормальную школу в Ницце – по сути, педагогическое училище-интернат, готовившее кадры для системы начального образования.

Участвовал в Первой мировой войне, получил тяжелое ранение и лишь в 1920 году, после излечения, смог приступить к преподаванию в сельской школе. Школа в Бар-сюр-Лу стала первой экспериментальной площадкой для молодого учителя.

О том, что он очень быстро проявил себя как педагог-новатор, убедительно говорит такой факт: уже в 1924 году он принял участие в конгрессе Международной лиги нового воспитания, состоявшемся в Швейцарии, а еще три года спустя во Франции возникло объединение последователей Френе «Кооператив сторонников светской школы».

В 1925 году педагог посетил Советский Союз и в книге «Месяц с русскими детьми» с теплотой рассказал о развитии просвещения в нашей стране.

Организатор нескольких экспериментальных школ.

Основатель и руководитель Международной федерации сторонников новой школы и ее французской секции.

Издавал несколько педагогических журналов, в том числе «Воспитатель» и «Детское искусство».

Оригинальная педагогическая концепция, которую он с успехом применял на практике, нашла отражение в его работах «Новая французская школа», «Нравственное и гражданское воспитание», «Формирование личности ребенка и подростка» и, конечно же, «Педагогические инварианты».

Скончался 7 октября 1966 года.

Франсуаза Дольто

На стороне ребенка

(1985)

«Из того, что маленький ребенок не произносит слов, не следует, что он их не воспринимает: пускай языковые тонкости еще ускользают от него, все равно он улавливает смысл высказывания благодаря интуиции, направленной на того, кто с ним говорит, на каком бы языке ни говорил обращающийся к нему человек. Ребенок понимает языки, потому что он понимает язык эмоционального отношения к себе и язык отношений с жизнью и смертью, поскольку и жизнь, и смерть его окружают. Думаю, что это и есть главное: ребенок улавливает отношения, которые поддерживают жизнь или противодействуют ей, гармонические или дисгармонические».

В ДВУХ СЛОВАХ

Даже младенцы способны слышать и понимать, что им говорят, и роль родителей должна заключаться в том, чтобы объяснять им устройство окружающего мира и помогать пережить разочарования, связанные с невозможностью получить все желаемое.

Франсуаза Дольто – один из самых известных во Франции специалистов по детской психологии. На родине она была куда популярнее доктора Спока, и ее идеи оказали огромное влияние на французскую педагогику. Уже в младшем школьном возрасте Франсуаза обратила внимание на проблемы, которые возникают в семьях между родителями и детьми, и захотела стать «врачом-воспитателем». Такой профессии в начале XX века не существовало, но Франсуаза Дольто создала ее сама. Окончив курсы медсестер, она стала педиатром, а потом и психоаналитиком, в том числе и детским.

Не пренебрегая интуитивными открытиями, но опираясь на исследования, наблюдения и практику, Дольто разработала совершенно новую концепцию понимания ребенка. По ее убеждениям, еще в утробе дети способны слышать и понимать все, что происходит вокруг них, и устанавливать с матерями почти телепатическую связь, которая сохраняется и после рождения. В то время, когда детей первого года жизни считали неразумными существами, которые мало чем отличаются от животных, Дольто призывала увидеть в них людей, способных к взаимопониманию и общению.

Одной из первых Франсуаза Дольто выдвинула предположение о связи физических недомоганий, психического состояния и окружающей человека обстановки. У своих маленьких пациентов она всегда спрашивала: «А что ты думаешь о своей болезни?» Ее уважение к детям простиралось так далеко, что у ребят постарше она даже брала «плату» за лечение – любым предметом вроде веточки или камешка.

На протяжении многих лет Дольто читала лекции, проводила семинары и выступала со своей программой на радио, получала сотни писем, на которые очень любила отвечать. А в конце 1970-х она стала инициатором создания так называемого Зеленого дома – особого пространства, куда могли приходить мамы и папы с детьми до четырех лет или те, кто только готовится стать родителями, чтобы свободно общаться в атмосфере спокойствия и принятия. Идеи Франсуазы Дольто распространились далеко за пределы Франции, по всему миру, и сейчас существуют «Зеленые дома», организованные по тем же принципам.

Франсуаза Дольто первой предположила, что физические недомогания, психическое состояние и окружающая обстановка вокруг человека связаны.

Перу Дольто принадлежит более десятка книг. «На стороне ребенка» – последняя и, пожалуй, самая знаменитая из них. Адресованная широкому кругу читателей и интересная не только специалистам по психологии и педагогике, но и всем, кто желает по-настоящему понять природу детства, эта книга – одновременно и обобщение, подведение итогов многолетних исследований, и завещание автора будущим поколениям воспитателей, учителей и родителей.

В двух первых частях речь идет об отношении общества к детям на протяжении столетий, о бессознательном образе его тела и о том пространстве, которое окружает и формирует личность ребенка и которое автор называет «языковой средой». В последних двух частях Дольто делится своими идеями о том, как должна быть организована жизнь детей и родителей для того, чтобы обеспечивать и тем и другим максимальный психологический комфорт и свободу для развития. Она безжалостно критикует современную школу, предлагая взамен собственные оригинальные модели обучения.

ЗАКЛЮЧЕННЫЙ В ПРОСТРАНСТВЕ ВЗРОСЛЫХ. Тема детской безопасности и чрезмерности ее обеспечения – один из тех вопросов, который интересует автора как с философской и психологической, так и с практической точки зрения. Как растить и воспитывать детей, чтобы, с одной стороны, дать им необходимую свободу и самостоятельность, а с другой – уменьшить вероятность несчастных случаев, неразумных поступков и непродуманных шагов?

Описывая существующее положение дел, Дольто называет его «заточением»: современный ребенок вынужден существовать в мире, полном запретов и ограничений, том мире, который взрослые организовали для себя и в котором невозможно полноценное развитие. Даже в тех рамках, которые оставлены ребенку, он не имеет возможности спокойно исследовать мир, его то и дело одергивают и направляют, контролируя все, начиная от перемещений по улицам и заканчивая выбором друзей, книг, одежды. Такая ситуация препятствует нормальному созреванию психики и приводит к разрушению связей между родителями и детьми. Подрастая, дети инстинктивно пытаются выйти из-под столь плотной опеки.

Вслед за Янушем Корчаком, который провозгласил право ребенка на смерть и справедливо отметил, что чрезмерно тревожные матери из страха за детей отнимают у них возможность жить полной жизнью во всем ее многообразии, Франсуаза Дольто призывает родителей дать отпрыскам больше пространства для развития. Если платой за надежность и безопасность становится отказ от воображения, творчества и свободы, утверждает она, то такой безопасности не должно быть слишком много.

Говоря об опасностях окружающего мира, необходимо честно озвучивать ребенку, в чем они заключаются, чтобы эти опасности не были связаны исключительно с наказанием. Просто говоря «нельзя», мы лишь провоцируем ребенка проверить границы дозволенного. Шлепки, окрики и наказания, особенно если за ними не следует никаких пояснений, не обучают ребенка избегать неприятностей. Малышам с раннего возраста как будто внушают, что они беспомощны и не способны сами позаботиться о своей безопасности. Но это не так.

Страхи за ребенка, подчеркивает автор, не должны вести к запретам и ограничениям. Это высшая форма проявления недоверия к нему как к человеку. Поэтому самый конструктивный путь, по мнению Дольто, заключается в том, чтобы очень рано предупреждать детей об опасности, но не запугивать и ничего не запрещать.

НОВЫЙ ПОДХОД К РАННЕМУ ВОЗРАСТУ. С момента рождения малыш является языковым существом, утверждает Франсуаза Дольто. Что это значит? Что дети способны воспринимать сказанное им, даже если не понимают смысла слов. Подобно растениям, реагирующим на эмоциональную атмосферу в помещении (что было доказано экспериментами), младенцы улавливают суть происходящего вокруг них, включая и чувства окружающих, и их намерения по отношению к ним. С самого рождения в ребенке содержится как будто слепок будущего человека, которым он станет, и этого человека необходимо уважать уже сейчас, а не когда-то потом.

В некотором смысле младенцы наделены даже большими способностями, чем взрослые: последние общаются с помощью языкового кода, вытесняя множество других приемов коммуникации в область бессознательного, дети же пока владеют языком «бессознательного общения» в совершенстве и способны считывать наши эмоции и мысли напрямую. И хотя утверждение о телепатической связи новорожденного с его матерью звучит несколько фантастично, автор побуждает нас оглянуться вокруг и убедиться, как часто мы встречаем примеры такой телепатии.

Из этого подхода к ребенку вытекает тот вывод, что мы можем использовать слова, воспитывая малыша с первых дней жизни. Какие бы манипуляции мы ни проделывали с ребенком, необходимо озвучивать ему, зачем и почему это делается. Это поможет смягчить даже неблагоприятное воздействие, убеждена автор. Кроме того, даже самые крошечные малыши в состоянии понимать слово «подожди». Когда мы говорим ребенку «подожди», прежде чем удовлетворить какую-то его насущную потребность, мы учим его осознавать течение времени, а так же тот факт, что не любое его желание может быть немедленно удовлетворено. На протяжении всей жизни мы сталкиваемся с различными препятствиями для достижения желаемого, и одна из задач детства – научиться справляться с разочарованием от невозможности немедленно достичь цели. Только это позволяет нам решать наши задачи, двигаясь постепенно, шаг за шагом.

Рассказывая об опасностях окружающего мира, необходимо честно говорить ребенку, в чем они заключаются, чтобы они не были связаны исключительно с наказанием. Самый конструктивный путь заключается в том, чтобы очень рано предупреждать детей об опасности, но не запугивать и ничего не запрещать.

Отказывая ребенку в удовлетворении какого-то его желания, мы должны объяснить ему, почему он сейчас не может это получить. Отказ необходимо мотивировать, а вот немедленно исполнять все просьбы, наоборот, не обязательно и даже вредно. Не встречая ни в чем отказа, малыш не научится и получать удовлетворение от полученного, он никогда не будет доволен, объясняет Дольто, ведь если желание всегда удовлетворяется, это означает смерть желания.

Поговорите с ребенком, признайте его право хотеть того или иного, дайте понять, что уважаете его просьбу, даже если не собираетесь ее выполнять. Так ребенок легче перенесет отказ и научится соизмерять свои желания с возможностями (что является одним из признаков зрелости).

Кроме того, дети должны быть гармонично вписаны в семью и занимать там свое собственное, особое место, утверждает Дольто. Одинаково вредно для психики как помещать ребенка в центр внимания и пренебрегать своими взрослыми делами и потребностями ради обеспечения его благополучия, так и вытеснять его на периферию семейной системы. Задача детей – постепенно отделяться от родителей, и мы обязаны помогать им в ее решении.

ШКОЛА ЗАВТРАШНЕГО ДНЯ. Отмечая недостатки современной образовательной системы, Франсуаза Дольто, как и многие педагоги-новаторы до нее, делает упор на отсутствии индивидуального подхода, учета природных склонностей и особенностей каждого ученика, на отупляющем однообразии, свойственном современным школьным программам. Человека, и в том числе ученика, нельзя низводить до социального животного, убеждена она. Зачем давать всем в классе решать одинаковые примеры, ведь кто-то справится с ними играючи, а для кого-то они пока непосильная нагрузка? Да, однообразие удобно учителю, но никак не ребенку, а в школе должен быть главным именно ребенок!

То же самое, по ее мнению, касается и строгости расписания, и выбора предметов. Помещенный в жесткие рамки, маленький человек не учится принимать решения и нести за них ответственность. Другими словами, школа не учит самостоятельности. А стремление «стричь всех под одну гребенку» подавляет любые зачатки творчества, мешает проявиться талантам, не дает места воображению.

Дети должны быть гармонично вписаны в семью и занимать в ней свое собственное, особое место. Для психики ребенка одинаково плохо как помещать его в центр внимания и пренебрегать взрослыми делами и потребностями ради обеспечения его благополучия, так и вытеснять его на периферию семейной системы.

Школа будущего, по Дольто, это школа, где ученики могут свободно выбирать предметы и расписания, где они следуют за учителем не потому, что их принуждают к этому, а потому, что они уважают этого человека. В школе нового типа не должно быть классов, разделенных строго по возрастам, – ведь дети, во-первых, созревают в разное время, во-вторых, общаться со старшими или с младшими полезно для их развития.

Образование необходимо сделать персонализированным, учитывающим интересы и склонности, а знания оценивать по ступеням по мере их освоения, когда ученик будет готов. При школах должны быть библиотеки и мастерские, куда может прийти каждый желающий в удобное ему время. Если ребенок уже с восьми-девяти лет будет заниматься сам, чем захочет, это поспособствует раскрытию его потенциала. Кроме того, школа должна взять на себя задачу развивать учеников физически и эмоционально, помогать в формировании навыков общения в коллективе. На определенном этапе – до десяти лет – это более важно, чем развитие интеллекта с помощью абстрактных понятий и умозрительных рассуждений.

Продолжая размышлять на эту тему, Франсуза Дольто заходит еще дальше: она предлагает изменить само место ребенка в нашем мире, дать ему возможность самостоятельно зарабатывать уже с подросткового возраста. Дети должны допускаться на работу к родителям, и не в виде исключения, как это сейчас происходит, а повсеместно. Это даст необыкновенный толчок их познавательным способностям и поможет определиться с выбором жизненного пути, а главное, значительно снизит подростковую преступность и агрессию.

Ф. ДОЛЬТО

Франсуаза Дольто родилась в 1908 году в Париже, в семье военного инженера. Она была четвертой из семи детей, и родители, несомненно, готовили ее к обеспеченной жизни французской домохозяйки. Но Франсуаза решила по-другому. Несмотря на сопротивление матери, она упорно стремилась к воплощению своей мечты – стать «доктором воспитания», то есть человеком, который помогает исправить проблемы здоровья, вызванные неправильным воспитанием и неблагополучными отношениями между взрослыми и детьми.

В 25 лет Франсуаза поступила в школу медсестер, а впоследствии – на медицинский факультет, работала в детских больницах. С 1934 по 1937 год она посещала сеансы психоанализа, после которых окончательно определилась со своим признанием. Став психоаналитиком и педиатром, всю свою жизнь Франсуаза Дольто посвятила помощи детям и родителям. Она прославилась как великолепный врач-клиницист, вела собственную психоаналитическую практику. Параллельно Дольто выступала на радио, писала статьи и читала лекции – и все это для того, чтобы проложить мостик взаимопонимания между ребенком и взрослыми. В браке с Борисом Дольто, врачом-ревматологом и основателем кинезитерапии, она родила троих детей, которых растила в соответствии с собственными взглядами на воспитание.

Умерла Франсуаза Дольто в 1988 году.

Ее воззрения оказали большое влияние на французскую педиатрию и педагогику, а «по Дольто» выросло уже не одно поколение детей.

Марвин Маршалл

Дисциплина без стресса

(2001)

«Люди – магниты: их притягивает положительный заряд и отталкивает отрицательный. Это важно понимать, работая с людьми. Люди, которые умеют эффективно воздействовать на других, строят общение с окружающими в позитивных выражениях».

В ДВУХ СЛОВАХ

Успех в воспитании и учебе зависит от людей. Методики и программы всегда что-то преувеличивают, а чего-то не учитывают. Человек способен влиять на свою жизнь.

Современная педагогика постоянно обращается к тому, что ребенок – не объект воспитания, способный только лишь испытывать воздействия со стороны взрослых, а его субъект, деятельный участник. Американский педагог и писатель Марвин Маршалл, книги которого мгновенно становятся мировыми бестселлерами, в основу своей воспитательной концепции положил утверждение: ребенок способен изменить себя сам, учителя и родители должны умело и деликатно контролировать этот процесс.

Книга, о которой пойдет речь, дает рекомендации «как без наказаний и поощрений развивать в детях ответственность и желание учиться». Именно эти слова вынесены в подзаголовок. «Без наказаний» – это вряд ли может кого-то удивить. Гуманистическая педагогика давно и упорно трудится над тем, чтобы если не исключить наказания вообще, то смягчить их, исключить из них элемент унижения человеческого достоинства. А вот у поощрений заметное место; считается, что они делают учебно-воспитательный процесс более радостным для ребенка, пробуждают целеустремленность и состязательность. Однако велика опасность подмены цели: важен станет не результат, а поощрение само по себе.

Маршалл утверждает: дети вполне способны быть ответственными без традиционных ухищрений со стороны взрослых; достаточным основанием для разумных действий служит то, что ни взрослый, ни ребенок не хочет попадать в неловкие ситуации и терпеть неудачи. Но родители и учителя не всегда знают, как помочь детям на этом пути. Метод кнута и пряника, вполне достаточный при дрессировке животных, тут себя не оправдывает.

Что же можно предложить взамен?

«ЛЮДИ МЕНЯЮТСЯ ТОЛЬКО САМОСТОЯТЕЛЬНО». Автор уверен, что принуждение – наименее эффективный способ поменять поведение человека. Нельзя подменять чувство ответственности, которое понадобится детям для активной жизни, послушанием, провоцирующим пассивность. А принуждением можно добиться только послушания, да и то лишь до тех пор, пока глухое недовольство не перерастет в бунт.

Да, принудить иногда бывает проще. Но кто из нас, взрослых, хотел бы что-либо делать по принуждению? Так почему мы принуждаем детей? Не лучше ли потрудиться, формируя у ребенка чувство ответственности?

Не может быть ответственности без права выбора. Возможность выбирать – это власть. Власть над собой и над ситуацией. Для начала дети должны понять, что они вольны выбирать, как реагировать на ту или иную ситуацию. А чтобы выбирать, нужно размышлять (рефлексировать). И лучше всего, если и рефлексия, и выбор будут осуществляться при позитивном настрое.

Автор уверенно заявляет: научиться делать акцент на хорошем можно. И в помощь нам – все тот же выбор. В одной и той же ситуации два разных подхода формируют позитивные и негативные мысли соответственно. Маршалл приводит простой житейский пример: какие слова приятнее услышать – «если ты уйдешь и вовремя не вернешься, у нас будут серьезные проблемы» или «конечно, иди, если ты вернешься вовремя»? Ответ очевиден и не нуждается в комментариях. Информирование вместо грозного предупреждения о последствиях дает человеку возможность выбора, выбор влечет за собой осознанную ответственность.

Если же все-таки возникает решительная необходимость в наказании, стоит спросить ребенка, какого наказания он, по его собственному мнению, заслуживает. В этом случае у него не будет возможности считать себя жертвой, а взрослого – злодеем. Люди, привыкшие считать себя жертвами, не верят, что способны управлять чем-то в своей жизни. Как следствие, возникает обида на несправедливый к ним мир. Они не видят возможности выбора или не признают за собой права выбирать. Отсюда озлобленность. Отсюда же неспособность быть счастливыми – жертва просто не может быть счастлива.

Таким образом, человек, лишенный права выбора, попадает в порочный круг, разорвать который не сумеет и в котором окончательно лишится свободы.

Выбор и рефлексия в содружестве с позитивными мыслями оказываются универсальными способами решения множества проблем.

В практике обучения это реализуется, например, за счет замены формулировки «эта задача слишком трудна» на формулировку «эта задача требует работы». Позитивный настрой и выбор открывают путь рефлексии – поиску решения.

ЧТО УПРАВЛЯЕТ НАШИМИ ПОСТУПКАМИ? Наши поступки всегда основаны на мотивации. Вслед за предшественниками Маршалл говорит о мотивации внешней (ожидание одобрения, награды или стремление избежать наказания) и внутренней (люди работают для собственного удовольствия).

Внешняя мотивация – это не обязательно давление со стороны взрослых или сверстников, не обязательно что-то негативное. Скажем, воспринятый ребенком положительный пример – тоже вид внешней мотивации. Мотивация внутренняя снова возвращает нас к свободе выбора, и она куда сильнее внешней. Наши собственные потребности и чувства гораздо эффективнее влияют на поведение, нежели навязанные извне.

Рассказ вместо грозного предупреждения о последствиях дает человеку возможность выбора, выбор влечет за собой осознанную ответственность.

Педагоги многих стран не одно десятилетие спорят о пользе и вреде оценок. Маршалл решает этот вопрос очень просто и убедительно: оценка является вознаграждением только в том случае, если человек в ней, в оценке, заинтересован. Если это просто цифра, то ребенок не предпримет ничего для улучшения своей успеваемости. Нельзя возводить оценку в ранг результата обучения. Ребенок должен понимать, что результат обучения – это получение знаний. Тогда вознаграждением для него станет сам процесс обучения.

Что может быть лучше – знания как награда! Награда, которая, в отличие от полученных баллов, не обесценится и через много лет.

Поучения, выговоры, указания – вид внешней мотивации, столь же привычный, сколь и неэффективный. Маршалл предлагает решение: заменить нотации вопросами на размышление. Так ребенок перестает быть исполнителем чужой воли и становится полноправным участником того или иного события.

С такой же верой в силу слова автор разграничивает похвалу и признание. Первая похожа на определение «ценности» ребенка в связи с тем или иным поступком. Это разновидность нематериального вознаграждения. А вознаграждение, каким бы оно ни было, не способствует моральному развитию. Во взрослой жизни никто не будет вознаграждать человека за следование нормам. Выходит, вознаграждения формируют у ребенка ложную картину мира. Мотивируя ребенка с помощью вознаграждений, мы наносим вред его социализации.

Другое дело – признание. Оно – итог очевидных для самого ребенка заслуг, основа правильной самооценки и дальнейшей внутренней мотивации.

ДИСЦИПЛИНА И СТРЕСС. Если попросить человека подобрать определение к слову «дисциплина», велика вероятность, что первым вспомнится слово «палочная». В наших представлениях укоренилась взаимосвязь дисциплины с тем или иным насилием и, как следствие, со стрессом.

В школах, говорит Маршалл, отдают предпочтение дисциплине, основанной на внешней мотивации. Между тем дисциплина – это не способ обеспечить удобство взрослых. Дисциплина – инструмент для обучения ребенка ответственности. Конечная цель ее – самодисциплина, разновидность самоконтроля, побуждающая человека добровольно следовать и соответствовать общественным стандартам. В противном случае между поведением ребенка напоказ, при учителе или родителях, и его поведением в их отсутствие проляжет пропасть.

Мотивируя ребенка посредством вознаграждений, мы наносим вред его социализации.

Во взрослой жизни никто не будет вознаграждать человека за следование нормам. Получается, что такой способ формирует у ребенка ложную картину мира.

Маршалл предостерегает от чрезмерного навязчивого контроля: ребенок, возможно, и будет послушен, но без внутренней убежденности в необходимости хорошего поведения. Возможность этого избежать только одна: сделать дисциплину осознанной, связать ее с внутренним убеждением, что именно такое поведение является правильным.

Для этого нужно показать ребенку, как иерархия служит свободе и что положительное лично он получает благодаря дисциплине. Маршалл приводит доступные техники, основанные на моделировании ситуаций, в которых ребенок может оценить плюсы и минусы своего поведения. Говоря иными словами, в дело вступает внутренняя мотивация. Ценно и то, что эта работа, как правило, осуществляется в коллективе и, с одной стороны, регулируется коллективом, а с другой – позволяет коллективу развиваться.

ЖЕЛАНИЕ УЧИТЬСЯ. Говоря о столь важной для родителей и учителей проблеме, Маршалл возвращается к мотивации: если важно приобретение знаний, то сам процесс столь же важен, как и результат. Это позволит разбить большой путь на отрезки с очевидными успехами на каждом из них.

Кроме того, этот процесс не может быть достаточно эффективным, если ребенок не ощущает заботу о себе и безопасность.

Проще говоря, многое зависит от микроклимата в школьном коллективе: понимающие, доброжелательные учителя, сверстники-друзья, усилия во имя единой цели – того самого получения знаний, о котором шла речь выше. А еще – баланс между свободой и обязательствами. Обязательства в педагогической модели Маршалла ставят ребенка в позицию сильного, способного нести ответственность за свои поступки.

Одна из первоочередных задач учителя – узнать о характере, интересах, увлечениях ученика. Нельзя пренебрегать ни индивидуальной работой, ни работой в коллективе – в этом залог гармоничного развития ребенка. В книге Маршалла можно найти немало конкретных рекомендаций по обеим формам работы.

Еще одна важная задача – контроль над конкуренцией. Она неизбежна в детском и подростковом коллективе и нередко даже стимулирует улучшение результатов, но столь же часто оказывает негативное влияние, помещая школьника в вечные аутсайдеры и убивая его интерес к учебе. Лучше предложить ребенку вместо соревнования со сверстниками сотрудничество с ними.

Нельзя также забывать, что детям интереснее учиться, когда они работают качественно и могут сами это оценить.

Хороший результат предвосхищается хорошими ожиданиями. Если мы обращаемся с детьми так, как будто бы они уже таковы, какими мы представляем их в будущем, мы на шаг приблизимся к нашей цели. На доверие ребенок откликнется ответственным поведением. На заботу – заботой. Это не просто воспитание без стресса – это поистине позитивное воспитание.

М. МАРШАЛЛ

Марвин Маршалл – американский педагог и писатель. Работы о воспитании детей без принуждения и стрессов принесли ему мировую известность. В разных странах он читает лекции о ненасильственных методах образовательной деятельности. Особую ценность его методической модели придает богатый практический опыт: он был школьным учителем и директором школы, консультантом-психологом в детских лагерях, работал инструктором отдела образования в Калифорнийском государственном университете (Лос-Анджелес). Автор магистерской диссертации по бизнесу и экономике на тему лидерства и активного участия сотрудников в управлении компанией и докторской диссертации по составлению учебных планов, методик преподавания и профориентации, которая была отмечена наградой Университета Южной Каролины. Имеет степень бакалавра филологии и степень магистра администрирования Университета штата Калифорнии, Лос-Анджелес. Основал благотворительную организацию, бесплатно распространяющую его книгу «Дисциплина без стресса» среди учителей США. Издает ежемесячный бесплатный электронный журнал Promoting Responsibility and Learning.

Гордон Ньюфелд, Габор Матэ

Не упускайте своих детей

(2004)

«Задумываемся мы об этом или нет, привязанности создают нашу жизнь. В идеале мы не должны осознавать существование привязанности. Нам следует воспринимать ее как должное, как силу притяжения, удерживающую наши ноги на земле, заставляющую планеты двигаться по орбитам, направляющую стрелку компаса к Северному полюсу. Чтобы пользоваться преимуществами и энергией привязанности, совсем не обязательно понимать механизмы ее действия или даже отдавать себе отчет в ее существовании, точно так же, как нет необходимости понимать, как работает компьютер, чтобы использовать его, или знать, как работает двигатель, чтобы водить автомобиль. Только в случае поломки появляется необходимость в таких знаниях. Именно привязанность в первую очередь управляет инстинктами ребенка и родителя. Пока привязанность работает, мы можем позволить себе просто следовать нашим инстинктам – автоматически и не задумываясь об этом».

В ДВУХ СЛОВАХ

Чтобы успешно воспитывать детей, необходимо, чтобы они были привязаны к нам, только тогда они будут слушаться нас и принимать нашу любовь и заботу. В отсутствие привязанности к родителям дети начинают ориентироваться на ровесников, что создает множество проблем для семьи и общества.

Канадский психолог Гордон Ньюфелд – продолжатель идей американца Джона Боулби, первым заговорившего о феномене привязанности как о той силе, которая соединяет родителя и ребенка и позволяет взрослым эффективно заботиться о потомстве, а детям – перенимать у них знания, навыки и социальные модели. Продолжая развивать это направление в психологии, Ньюфелд разработал концепцию шести уровней привязанности и ввел понятие поляризации привязанности как проявления защитного отчуждения.

Используя знания о механизме привязанности и начав вести себя с ребенком определенным образом, как заботливая альфа (то есть авторитетная, но при этом любящая фигура), можно исправить многие ошибки в воспитании, добиться послушания и полностью избавиться от детских истерик, агрессии, отчуждения и других сложностей, частенько поджидающих мам и пап.

В книге «Не упускайте своих детей», переведенной на десять языков и мгновенно ставшей бестселлером, доктор Ньюфелд рассматривает такую проблему, как замещение привязанности к родителям привязанностью к ровесникам и ориентацией на них. Рассматривая это явление как социальный, психологический и педагогический феномен, Ньюфелд объясняет, чем именно опасно такое замещение не только для самих детей и конкретных семей, но и для всего общества. Книга написана в соавторстве с врачом и практикующим психологом Габором Матэ, который не только разделил идеи Ньюфелда, но и помог ему объединить собранный за долгие годы материал под одной обложкой.

«Не упускайте своих детей» – книга для родителей детей любого возраста, от младенцев до подростков. По признанию Габора Матэ, одна из главных ее целей – пробудить в читателях естественные родительские инстинкты. Информация, изложенная в книге, призвана помочь мамам и папам выстроить гармоничные отношения с ребенком и прийти к мудрой и эффективной модели воспитания и обучения. Но для этого очень важно понять, какую именно роль мы должны играть для наших детей, и вжиться в нее.

Авторы подчеркивают, что воспитание не может быть набором тех или иных приемов. Не важно, какие именно методы мы используем, важно то, как дети относятся к нам. Это краеугольный камень детско-родительских отношений, а повсеместное стремление следовать шаблонам всего лишь отражает беспомощность современных родителей перед новыми реалиями: дети больше не воспринимают их как авторитет и объект для подражания. И до тех пор, пока мы не вернем наших детей, то есть не восстановим с ними незримые, но такие важные узы привязанности, ни одна методика не принесет ожидаемого успеха.

Уважение к родителям и осознание их ведущей роли – это фундамент, позволяющий ребенку стать полноценным, зрелым членом общества, который современные дети практически утратили. Изменения, произошедшие в западной культуре, больше не поддерживают естественным образом ориентацию на родителей. В книге подробно рассматривается, по каким причинам это произошло, в чем выражается ориентация на ровесников и каким образом каждый из нас, родителей, может восстановить естественный порядок вещей хотя бы в рамках своей семьи. И это станет шагом к оздоровлению всего общества.

ЧТО ТАКОЕ ПРИВЯЗАННОСТЬ И ПОЧЕМУ ОНА ТАК ВАЖНА. Привязанность – это особый тип отношений, который абсолютно необходим для воспитания потомства, утверждают авторы. Если ребенок к нам не привязан, мы не сможем оказывать на него необходимое влияние. Привязанность проявляется как на физическом, так и на психологическом уровне. В раннем детстве имеет огромное значение тактильный контакт, ребенок стремится не разлучаться с теми, к кому привязан. Каждой матери младенца, который просыпается и плачет при попытке уложить его в кроватку, этот тип привязанности хорошо знаком.

Еще одно проявление привязанности – желание быть похожим на близкого человека. Маленькие дети стремятся подражать родителям, это естественный механизм. С его помощью осуществляется передача языка и культуры.

Уважение к родителям и осознание их ведущей роли – фундамент, позволяющий ребенку стать полноценным, зрелым членом общества, который современные дети практически утратили.

Следующий вид привязанности связан с ощущением принадлежности. Для ребенка близкие люди, родители принадлежат ему, а он им практически на правах собственности. Если ребенок привязан к родителям, он нуждается в доказательствах своей значимости для них, ему важно быть нужным. Кроме того, при отношениях привязанности обязательно присутствует желание эмоциональной близости, любви и нежности, а также ощущение, что тебя знают и понимают.

В процессе нормального развития отношений все шесть видов привязанности как бы сплетены в один толстый канат, благодаря которому контакт сохраняется, несмотря на любые сложности. Если ребенок привязан к родителю, разрешение любых проблем в поведении происходит значительно легче и быстрее, а многие из проблем и вовсе не возникают.

Почему же в современном обществе родители так часто утрачивают этот контакт? Разве привязанность не возникает естественным образом из факта, что взрослые заботятся о ребенке и любят его? Оказывается, нет. Поначалу это работает, но как только малыш подрастает, на него начинают влиять не только мама или папа, но и общество. А в современном обществе, по утверждению авторов, естественный родительский авторитет больше не поддерживается. Культурный контекст изменился, а естественная ориентация на родителей заменилась ориентацией на ровесников. В США это произошло примерно в 1960-х годах. С тех пор выросло уже не одно поколение. Не удивительно, что многие родители воспринимают ориентацию на ровесников как норму, а не как отклонение. Они обращаются к книгам по воспитанию, но никак не могут наладить отношений с детьми, те попросту игнорируют их и демонстрируют неуважение. Но все дело не в методах, а в нарушении механизма привязанности, утверждает доктор Ньюфелд.

ЧЕМ ОПАСНА ОРИЕНТАЦИЯ НА РОВЕСНИКОВ? Находясь в отношениях привязанности с взрослым человеком, от которого он зависит, ребенок удовлетворяет свои глубинные психологические потребности. Группа ровесников эти потребности удовлетворить не в состоянии. В отношениях между детьми нет близости, не формируется безопасное пространство для взросления, совершенно отсутствуют безусловная любовь и принятие. Все это влияет на психику ребенка, делая его агрессивным или тревожным.

Дети, ориентированные на ровесников, не могут формировать глубоких привязанностей, заменяя их жестко ограниченными и поверхностными контактами. На первое место в группе ровесников выходит такой вид привязанности, как сходство, отсюда и стремление во всем, от внешности до культурных ценностей, походить на своих друзей, одновременно отдаляясь от родителей. Но вместо развития индивидуальности тем самым создается лишь зависимость и незрелость.

Если ребенок привязан к ровесникам, а не к родителям, последним трудно привлечь его внимание, он часто не слышит обращенных к нему слов, не выполняет просьб. Не правда ли, знакомые «симптомы»? Это не столько сознательное проявление неуважения, сколько естественное следствие нарушенной ориентации. Ребенок просто не может вести себя иначе, он не в силах оценить нашу любовь и заботу, как бы мы ни старались их проявлять.

Если ребенок больше привязан к ровесникам, чем к родителям, последним не просто привлечь его внимание. Он часто не слышит родителей, не выполняет их просьб.

Все вышеизложенное вовсе не означает, что у детей не должно быть друзей и приятелей их возраста, замечают авторы. Разумеется, общение со сверстниками необходимо. Но оно не должны конкурировать с естественной ведущей ролью родителей. В тех культурах, где ориентация на родителей по-прежнему является ценностью, так и происходит: дети взаимодействуют с ровесниками, но перенимают ценности и принципы родителей. В современном западном обществе культура давно передается не по вертикали, а по горизонтали, что приводит к росту подростковой преступности, ранней сексуальности и наркотической зависимости.

КАК ВЕРНУТЬ НАШИХ ДЕТЕЙ: ВОССТАНОВЛЕНИЕ ПРИВЯЗАННОСТИ. К счастью, несмотря на неутешительные общественные тенденции, природа на нашей стороне, уверены авторы. Дети стремятся следовать своей программе развития, согласно которой именно родители – главный объект их привязанности. Но для того, чтобы создать или восстановить нарушенные отношения, нужно ощутить силу быть родителем. Что же это за сила? Не стоит путать ее с методами принуждения и наказания, тем более что она им скорее противоположна. Сила, о которой пишет Ньюфелд, – это естественный родительский авторитет, который позволяет воспитывать детей без окриков, давления, манипуляций и жестокости. Взрослые прибегают ко всем этим «недостойным методам» именно потому, что не ощущают в себе сил действовать иначе.

Очень важно понять: когда у нас рождается ребенок, вместе с ним рождается и родительская обязанность защищать его и заботиться о нем. Для этого и нужна сила быть родителем. У нас есть право требовать от детей послушания и сотрудничества, ведь в противном случае им угрожает опасность. Родитель наделен властью, чтобы успешно растить потомство. Это аксиома.

Секрет родительского авторитета – в зависимости ребенка. Наши дети рождаются абсолютно беспомощными и остаются такими довольно долго. Но одной зависимостью авторитет не обеспечивается, не факт, что дети выберут зависимость именно от нас. Сила, позволяющая нам успешно исполнять родительские обязанности, заключена не в беспомощности ребенка как таковой, а в том, что он обращается за помощью именно к нам, уточняет Ньюфелд.

Нужно взять детей под свое крыло, сделать так, чтобы они захотели принадлежать нам, – вот суть рекомендаций по воспитанию от доктора Ньюфелда. Сделать это можно с помощью четырех шагов, четырех па в танце привязанности.

Первый шаг: общайтесь благожелательно; в случае с младенцем мы бессознательно улыбаемся ему, но и дети постарше нуждаются в наших улыбках и хорошем настроении. Очень важно создавать и поддерживать ритуалы, способствующие сближению, сохранять связь после любого эмоционального разлучения, например, всегда восстанавливать добрые отношения после ссоры.

Второй шаг: дайте ребенку то, за что он может ухватиться, что будет для него дорого и с чем он не захочет расставаться. Проявление внимания, искренний интерес, знаки любви, эмоциональная теплота, наслаждение и восхищение – вот список основных активаторов привязанности. Покажите ребенку, насколько он важен для вас, как вы рады его присутствию в своей жизни, принимайте его таким, какой он есть.

Третий шаг: поощряйте зависимость. Это правило идет вразрез с ныне модным стремлением как можно раньше воспитать в детях независимость. Многие родители боятся, что ребенок сядет им на шею. Но на самом деле зависимость идет рука об руку с привязанностью. Мы ожидаем помощи и поддержки от тех, кого любим. Так почему же мы отказываем в том же самом нашим детям? Отказываясь поощрять зависимость, мы не формируем самостоятельность, зависимость лишь передается группе ровесников.

Четвертый шаг: будьте ориентиром. Как только ребенок готов стать зависимым и принимать нашу заботу, необходимо стать для него проводником в этом мире, взять на себя функцию учителя и рассказчика.

Воспитывая, необходимо помнить о приоритетах, отмечает Ньюфелд. Если вы столкнулись с трудностями в общении с ребенком, первое, что необходимо сделать, – это восстановить отношения привязанности и только потом переходить к коррекции поведения.

Г. НЬЮФЕЛД

Гордон Ньюфелд родился в 1947 году в канадском городе Ванкувере и приобрел известность как психолог благодаря работам на тему детской агрессии и насилия среди подростков. Разработанная им модель привязанности универсальна, применять ее можно не только к детям, но и ко взрослым (членам семьи, коллегам и так далее). Книга «Не упускайте своих детей», посвященная такому явлению, как ориентация на ровесников, позволяет составить достаточно полное представление о воспитании на основе привязанности.

В настоящее время Ньюфелд возглавляет названный его именем институт в Ванкувере. На базе Института Ньюфелда проходит обучение родителей и специалистов по воспитанию, а сам автор концепции регулярно проводит лекции и семинары по всему миру.

Г. МАТЭ

Габор Матэ живет и работает в Канаде. Практикующий врач и доктор медицины, он написал несколько книг, включая работы, посвященные различным зависимостям, дефициту внимания у детей и трудностям детско-родительских отношений. Его лекции для специалистов-психиатров, психологов и менеджеров по работе с персоналом пользовались большой популярностью. Сейчас он работает в клинике для бездомных.

Отец двоих детей, Габор Матэ столкнулся с теми же сложностями, что и самые обычные родители. Так он познакомился с теорией Гордона Ньюфелда и, применив ее на практике, сумел восстановить отношения со своими детьми. Став верным последователем воспитания привязанностью, Матэ начал активно пропагандировать подобный подход и в конце концов убедил Ньюфелда написать книгу «Не упускайте своих детей», чтобы с этой информацией могло познакомиться как можно больше родителей.

Найджел Латта

Прежде чем ваш ребенок сведет вас с ума

(2006)

«Мы родители – это наша работа. Наши дети точно так же должны выжить, общаясь с нами, как и мы должны выжить с ними. Если они вынесут это испытание, то дальше им будет легче. Считайте, что это своего рода разновидность социального естественного отбора. Воспитание детей – это величайшее реалити-шоу, только без телевизора. Недостаток его состоит в том, что нельзя никого исключить голосованием, а этой возможности временами так не хватает! И миллион долларов в конце вас не ждет. Но при некотором везении и умении можно к старости получить неплохие воспоминания».

В ДВУХ СЛОВАХ

Воспитание детей – нелегкий труд, но, если помнить об основных правилах, соблюдать простые рекомендации по обеспечению сна и питания и, самое главное, сохранять душевную близость с ребенком, большинство проблем можно решить.

Эта книга написана современным специалистом, практикующим психологом, для современных родителей. Рекомендации доктора Найджела Латты отличаются точностью и конкретностью.

Не нужно ничего выдумывать или сочинять, достаточно усвоить общий принцип, с которым он подходит к воспитанию, и запомнить несколько простых правил, чтобы самые сложные родительские задачи стали вам по плечу.

Еще одна отличительная черта книги «Прежде чем ваш ребенок сведет вас с ума» – манера изложения. Автор разговаривает с читателями легко, свободно, не боясь показаться слишком смелым и неполиткорректным. Подобный стиль почти изжил себя на Западе. Возможно, еще и поэтому книги Латты приобрели такую популярность. Людям нравится не только конкретность его рекомендаций, но еще и те свобода и прямота, с которой он говорит о трудностях воспитания и детском непослушании. И конечно, все новых и новых читателей подкупает юмор, с которым он описывает сложные ситуации, неуправляемых детей и свой подход к консультациям.

За полтора десятилетия практической работы Латта, по его собственному признанию, приобрел репутацию специалиста по нерешаемым проблемам и «безнадежным случаям». А все потому, что, во-первых, каждую такую задачу он считает вызовом себе, своим знаниям и способностям. А во-вторых, Найджел Латта любит трудных детей. Да-да, он их любит. Он восхищается их умом, ловкостью и обожает разгадывать те головоломки, которые они придумывают, лишь бы свести родителей с ума. И в большинстве случаев ему это удается.

Для кого написана эта книга? Как утверждает сам автор, для тех родителей, чья задача на ближайшие десять лет – «не соскочить с катушек». И для многих из нас эта задача очень актуальна, не так ли?

ПРИМЕНЯТЬ ИЛИ НЕ ПРИМЕНЯТЬ? Многие рекомендации Найджела Латты могут показаться излишне жесткими, спорными и даже недопустимыми. Однако у автора есть свои резоны предлагать именно такие методы. Во-первых, они работают, и многолетняя практика это успешно доказывает. Во-вторых, он думает как о детях, так и об их родителях. Дорога к желаемому поведению, по мнению доктора, нередко вымощена детскими слезами, но от плача еще не умер ни один ребенок. А вот мамы и папы в безвыходной ситуации порой близки если не к смерти, то к помешательству. И выполнение рекомендаций, изложенных в книге, становится их последним шансом вернуться к нормальной жизни.

Детям нужны границы. Они – четкое обозначение того, что мир ребенка предсказуем, а значит безопасен.

Помните, советует Латта: если родители психически здоровы, их шанс вырастить умных и счастливых детей намного выше, чем у задерганных неврастеников. Поэтому первое, самое общее правило от доктора Латты гласит: занимаясь воспитанием ребенка, сохраняйте рассудок любой ценой. Будьте тверды, и тогда многие из приемов, изложенных в книге, вам никогда не придется применять. Но если уж вы взялись их использовать – не отступайте от задуманного, и результат заставит себя ждать.

ДЕСЯТЬ ПРАВИЛ ВОСПИТАНИЯ ДЕТЕЙ. Найджел Латта рассказывает о разработанных им приемах на основе случаев из практики, которые показались ему наиболее характерными. Каждая из распространенных проблем, с которой сталкиваются родители, показана на трех разных примерах, как будто с трех разных ракурсов. Это позволяет получить максимально полное представление о методике. В книге есть главы, посвященные сну, питанию, туалетным вопросам, истерикам, непослушанию.

Но прежде чем приступить к изложению конкретных приемов, автор просит усвоить десять простых правил воспитания детей. Вот эти правила.

1. Три самых главных слова – отношения, отношения и еще раз отношения. Контролировать детей легко, отмечает Латта, для этого их достаточно просто запугать. Но рано или поздно они вырастут и перестанут бояться, и тогда родителям не позавидуешь. Поэтому стремитесь к установлению с детьми искренних человеческих отношений.

2. Легко любить детей, но трудно находить в этом удовольствие. А между тем многим детям не хватает не столько любви родителей (в нее они и так верят), а обычной симпатии, ощущения, что к ним относятся с приязнью. Постарайтесь симпатизировать своему ребенку.

3. Дети – это пираньи, которые питаются нашим вниманием. Они готовы на все, чтобы их заметили. Если не додавать ребенку внимания, он набросится на вас и получит его так или иначе.

4. Поощряйте хорошее, игнорируйте плохое. Не бойтесь переусердствовать с похвалой, если ребенок ведет себя хорошо, а вот плохое поведение не замечайте.

5. Детям нужны границы. Определите правила, установите границы и требуйте их соблюдения. Ребенок обязательно попытается их проверить, но это не повод отменять или отодвигать их. Границы – сигнал для ребенка, что его мир предсказуем и безопасен. В противном случае он теряется и идет вразнос.

6. Старайтесь быть последовательными.

7. Не прощайте ужасного поведения. Не нужно подавлять малейшие признаки несогласия, но неуважение к родителям должно жестко пресекаться.

8. Обязательно составляйте план, прежде чем приступить к решению проблемы.

9. Любое поведение – это форма общения. Если вы поймете, какие именно чувства и мысли ребенок выражает своим поведением, вы вплотную приблизитесь к благополучному разрешению ситуации.

10. Не сражайтесь с хаосом.

Усвоив эти десять правил, можно переходить к знакомству с практическими рекомендациями доктора Латты.

КАК РЕШАТЬ ПРОБЛЕМЫ. По утверждению автора, в основе большинства семейных конфликтов лежит недостаток теплого душевного общения. Если вы постоянно заняты решением бытовых вопросов, раздражаетесь, кричите, но не утруждаете себя тем, чтобы прислушаться к ребенку, – вы напрашиваетесь на неприятности. Слушая детей и наблюдая за ними, можно найти выход из самых трудных и запутанных ситуаций.

Большинство проблем в поведении, считает Латта, можно свести к следующим трем «недостаточностям»: недостаточному умению (дети не знают, что делать и как быть); недостаточным способностям (им нужно выполнить слишком сложные шаги); недостаточной мотивации (не придают этому значения или не хотят ничего делать). Чтобы успешно «чинить» детей, нужно понять, с каким случаем мы имеем дело, разложить поведение на составляющие, выявить сильные и слабые стороны ребенка, наметить цель и составить план действий.

Многим детям не хватает не столько любви родителей, сколько обычной симпатии, ощущения, что они приятны кому-то. Постарайтесь симпатизировать своему ребенку.

На основе этого алгоритма автор предлагает родителям рассмотреть основные проблемы, которые возникают в процессе воспитания и ухода за детьми, начиная с рождения. Младенец согласен спать, только если его носят на руках и качают. Ребенок постарше отказывается вовремя укладываться в постель, постоянно прибегает к родителям в спальню, требует покормить его, но никак не засыпает. Школьник предпочитает спать в постели родителей. Не правда ли, многие папы и мамы сталкиваются с подобным?

Точно так же, методично и последовательно, доктор Латта разбирается с детьми, не желающими есть овощи, ходить на горшок, малышами, склонными к истерикам по любому поводу, маленькими хамами, манипуляторами и так далее. Из книги вы узнаете, что такое «метод контролируемого плача», как использовать тайм-аут и правильно хвалить ребенка за хорошее поведение, а также научитесь применять методику под названием «Лестница неминуемой судьбы», способную превратить самого отвратительного бунтаря в человека, готового к сотрудничеству.

Быть родителем означает быть диктатором, замечает доктор Латта, завершая свое руководство для отчаявшихся мам и пап. Диктатор может быть добрым, сострадательным и душевным, но остается диктатором. Вежливо попросите. Твердо прикажите. А потом сделайте то, что должен сделать уверенный в себе родитель. И вы сами удивитесь, насколько легко это у вас получится, а главное, насколько проще станет ваша жизнь и жизнь ваших детей.

Н. ЛАТТА

Найджел Латта родился в 1967 году в Новой Зеландии. Окончив университет Отаго и получив степень бакалавра по зоологии, он посвятил несколько лет изучению морской флоры и фауны, а позже продолжил обучение в Оклендском университете. Получив степень доктора психологии, Латта начал работать с трудными детьми, консультировать родителей, сотрудничал он и с различными государственными учреждениями, в том числе и связанными с надзором за малолетними преступниками. Кроме того, с 2008 года он ведет популярное шоу о воспитании детей на новозеландском телевидении. Его перу принадлежит несколько популярных книг для родителей. Сам Латта называет свой подход «политически некорректным» и рекомендует всем родителям испробовать эти «революционные» методы на своих детях, особенно если ситуация близка к отчаянной. Латта и сам отец, вырастивший двоих сыновей.

Памела Друкерман

Французские дети не плюются едой

(2012)

«Когда я спрашиваю французов о том, какими бы они хотели видеть своих детей, большинство отвечает: чтобы были уверены в себе и нашли свое место в мире. Они желают, чтобы у их малышей был собственный вкус и мнение. Французы даже начинают беспокоиться, если дети слишком послушны. Им важно, чтобы дети проявляли характер. Но они верят, что достичь этого можно лишь в том случае, если дети уважают границы и умеют владеть собой. Поэтому одного характера мало: должна быть еще и система ограничений».

В ДВУХ СЛОВАХ

Маленькие дети с рождения способны мыслить и понимать сказанное, поэтому с ними всегда можно договориться, нужно только помнить о необходимости сочетать любовь с твердым обозначением границ и не зацикливаться на роли родителя.

Американка Памела Друкерман – журналист и мама трех детей. Выйдя замуж, она переехала во Францию, где неожиданно обнаружила, что местные дети в среднем ведут себя гораздо лучше, чем их американские сверстники, а французские родители, как правило, куда более спокойны и доброжелательны. Их жизнь вовсе не крутится вокруг удовлетворения различных детских «хотелок», при этом результат применения такого подхода способен восхитить стороннего наблюдателя. В чем же секрет французских мам и пап? Со всем рвением неутолимого исследователя молодая журналистка погрузилась в тему воспитания, принялась общаться с окружавшими ее родителями, читать книги французских психологов и педагогов.

В результате автор пришла к выводу – во Франции действительно существует своя собственная «педагогическая система», которой интуитивно придерживаются многие родители и которую поддерживают и применяют профессиональные педагоги в яслях, детских садах и школах. Такое единодушие облегчает неопытной матери задачу – ей не нужно метаться, выбирая какую-либо «методику», достаточно воспользоваться опытом и советами окружающих.

Своими открытиями Памела Друкерман поделилась в книге «Французские дети не плюются едой (секреты воспитания из Парижа)», мгновенно ставшей бестселлером по обе стороны Атлантического океана. Неважно, где вы живете, убеждена автор. Достаточно немного изменить отношение к детям и к родительской роли в сторону французской модели, и ваша жизнь станет намного проще, а ваши дети – послушнее и счастливее. И в этом нет ничего невозможного. Книга Друкерман – не учебник и не научный труд, это увлекательное повествование, в котором юмор органично сочетается с изложением самых серьезных научных фактов, а приемы и методики описаны на примерах конкретных мам и пап, с которыми автору довелось дружить и общаться.

ВСЕ ДЕЛО В ОТНОШЕНИИ. Принципиально иное отношение к детям и своей родительской роли – вот главное, что отличает французов от американских пап и мам, уверена Памела Друкерман. Это иное отношение прослеживается уже с беременности. Француженки не зацикливаются на своем состоянии, не считают его поводом к какому-то особому отношению к себе, к работе, к питанию, к сексу и так далее. Главный совет французских врачей и психологов – слушать себя и включать здравый смысл.

Такое отношение продолжается и в родах. В то время, когда многие мамы в других странах стремятся к каким-то особым условиям родов, выступают за «естественность» и переживают, что излишние вмешательства как-то скажутся на их отношениях с малышом, француженки относятся к родам гораздо проще: всего лишь как к процессу, благодаря которому они наконец-то встречаются со своим ребенком.

Основы французской системы воспитания – учет интересов всех членов семьи и уверенность, что с ребенком всегда можно договориться.

Во Франции низкие показатели младенческой смертности, а здоровье детей, по статистике, ничуть не хуже, чем в остальных странах Европы, несмотря на высокий процент применения кесарева сечения и эпидуральной анестезии и относительную непопулярность грудного вскармливания. Да, мамы-француженки в среднем начинают кормить ребенка грудью реже, чем американки или жительницы Британии. Сроки продолжительности кормления также невелики. Это связано в том числе и с тем, что большинство француженок выходят на работу, когда ребенку исполняется три месяца. Во Франции существует государственное субсидирование нянь и бесплатная сеть государственных яслей, где не так-то просто получить место.

Грудное молоко, отмечает автор, несомненно, очень полезно малышу. А вот чувство вины за отсутствие кормления – напротив, очень вредно и маме, и ребенку, ведь если женщина ощущает себя виноватой, это неизбежно сказывается на ее стиле общения с ребенком, превращает ее либо в раздражительную мегеру, либо в «детопоклонницу», которая излишне балует свое чадо.

Француженки не чувствуют себя виноватыми, прекращая кормление и выходя на работу, и это позволяет им оставаться превосходными мамами для своих малышей, уверена Памела Друкерман. Они убеждены в необходимости равновесия между всеми сферами жизни, и родительство – только одна из таких сфер, но ни в коем случае не главная и не единственная. Такое отношение позволяет французам избегать излишнего зацикливания на детях, а дети это чувствуют и начинают вести себя иначе.

ГОВОРИТЬ, НАБЛЮДАТЬ, СТАВИТЬ ГРАНИЦЫ. Огромное влияние на французских родителей и их методы воспитания оказали идеи психотерапевта и педиатра Франсуазы Дольто. Друкерман называет ее «французским доктором Споком». Центральная идея Дольто заключается в том, что дети с рождения разумны, способны понимать все, что с ними происходит, и реагировать на слова родителей. Эта убежденность настолько глубоко проникла во французское общество, что парижские папы и мамы даже не задумываются о том, что делают что-то необычное, разговаривая с грудными малышами. Так делают не только родители, но и воспитатели в яслях, нянечки, педиатры. Прежде чем производить любую манипуляцию с ребенком, от смены подгузников до прививки, ему объясняют, что происходит и зачем это нужно. Конечно, это делается спокойным доброжелательным тоном. И малыш прислушивается и, как правило, успокаивается!

Здравый смысл, учет интересов всех членов семьи и убежденность, что с ребенком всегда можно договориться, – вот краеугольные камни французской системы воспитания, на которой основаны все практические приемы.

Что касается постановки границ и родительского авторитета – о, во Франции с этим все более чем хорошо. Родителю или воспитателю достаточно сделать «большие глаза», чтобы ребенок понял: он сделал что-то не так и рискует вызвать неодобрение взрослых. Границы необходимы, но внутри этих границ нужно разрешить чадам делать что вздумается – вот принцип, который исповедуют француженки. Сочетание строгих рамок и свободы и становится залогом послушания.

«ПОДОЖДИ» КАК МЕТОД ВОСПИТАНИЯ. Еще один прием, который постоянно применяют французские родители, – это «метод паузы». В чем же он заключается? Во-первых, в том, что родители не бросаются моментально выполнять любое требование ребенка, а сначала берут паузу, наблюдают и пытаются разобраться, что хочет ребенок и может ли он с этим справиться. Во-вторых, они обучают ребенка терпеливо ожидать того, в чем он нуждается, будь то внимание, помощь или прием пищи. Именно благодаря этому способу французские дети не закатывают истерик на улицах и в кафе и быстро привыкают к ритму жизни семьи.

Взять, например, проблему детского сна. Постоянные ночные просыпания и требования кормления превращают большинство родителей в зомби уже в первый месяц жизни младенца, а порой эта проблема сохранятся годами! Но только не во Франции. Здесь даже у двух – трехмесячных детей «есть ночь»: они спят, не просыпаясь, по 8–10 часов. Как же так получается?

Дети с рождения, способны понимать и осознавать все, что с ними происходит, реагировать на слова родителей. Чтобы ребенок спокойно реагировал на ваши действия, нужно заранее объяснить, что с ним будет происходить и зачем это нужно. Пояснять стоит каждое действие: от смены подгузников до прививки.

Памела Друкерман исследовала этот вопрос, разговаривая с друзьями и знакомыми, обращаясь к рекомендациям французских психологов и педиатров. Оказывается, секрет спокойного сна в том, что родители постепенно обучают ребенка переходить от одной фазы сна в другую. Поначалу малыш на это не способен, по окончании очередного периода быстрого сна он пробуждается и не может сразу уснуть. Если в этот момент брать его на руки или начинать кормить, никакого обучения сну, конечно, не происходит. А вот если не спешить с этим и взять паузу, спокойно понаблюдать за малышом и дать ему возможность разобраться со своими ощущениями самостоятельно, он очень скоро станет сам регулировать процесс засыпания.

Никто не предлагает оставлять грудничка проораться, если тот начинает плакать, его, конечно, берут на руки и кормят. Исключение – ситуация, когда ребенку уже исполнилось четыре месяца, а он так и не научился хорошо спать. В этом случае французские специалисты рекомендуют родителям оставить ребенка немного поплакать. Обычно достаточно двух-трех раз, чтобы ребенок усвоил, что от него требуется, перестал плакать и уснул.

Этот же метод, «подожди», французы используют, приучая ребенка к режиму питания. Завтрак, обед, полдник и ужин строго в одно и то же время – вот как принято в Париже. Конечно, ребенок может хотеть есть, объясняет Друкерман, но он в состоянии потерпеть. Ведь мы, взрослые, не едим ночью, даже если хотим. Вот и детям ничего не будет от того, что они подождут часок-другой до оговоренного времени. И такой подход исповедуют начиная с младенчества.

Стоит заметить, что современные исследования в области грудного вскармливания доказали, что 4–5 кормлений в день ведут к сокращению молока; возможно, поэтому французские дети легко соблюдают режим питания, но рано перестают получать грудное молоко. Памела Друкерман, однако, не проводит в книге таких параллелей. Она пишет о том, что бросилось в глаза ей самой: во Франции детей растят так, как удобно родителям, не слишком оглядываясь на специальные методики. И в таком подходе, разумеется, любой родитель может найти для себя что-то полезное.

П. ДРУКЕРМАН

Памела Друкерман родилась в 1970 году в Нью-Йорке, а выросла в Майами. Выпускница Колумбийского университета по специальности «международные отношения», она несколько лет работала корреспондентом престижной газеты Wall Street Journal, сотрудничала и с другими известными изданиями, в том числе The New York Times и The Washington Post, неоднократно бывала в Европе и Южной Америке. Свободно владеющая испанским и французским языками, она всегда интересовалась культурой других стран. Выйдя замуж за коллегу, обозревателя европейского футбола, Памела переехала во Францию, где родила дочь и увлеклась французскими методиками воспитания. Итогом ее своеобразного исследования стал мировой бестселлер «Французские дети не плюются едой». Метод погружения (продолжая работать над сбором материала для задуманной книги, она родила сыновей-близнецов), таким образом, оказался весьма эффективным для изучения «детского» вопроса. Сейчас Памела Друкерман по-прежнему живет в Париже со своей семьей и ведет авторскую колонку в The New York Times.

Карен Прайор

Не рычите на собаку!

(1984)

«Какой бы ни была наша задача – заставить ли четырехлетнего малыша вести себя тихо при посторонних, отучить ли щенка грызть дома все что попало, тренировать ли спортивную команду, выучить ли стихотворение – она решается быстрее, легче, веселее, если вы знаете, как пользоваться положительным подкреплением. Законы подкрепления просты: их можно за десять минут записать на школьной доске и за час выучить. Применение их в основном зависит от ситуации, обучение с подкреплением подобно игре, в которой надо быстро соображать».

В ДВУХ СЛОВАХ

Используя в обучении метод положительного подкрепления, вы можете научить кого угодно чему угодно, главное – усвоить несколько простых правил и систематически их применять.

Подзаголовок знаменитой книги биолога и писательницы Карен Прайор – «О воспитании животных и людей». С юмором и на множестве интересных примеров автор рассказывает в книге о методе обучения подкреплением. Этот метод уходит корнями в теорию бихевиоризма – направления в психологии, возникшего в начале XX века. Бихевиористы считали что предметом психологии является поведение, а не сознание. Одно время это направление пользовалось большой популярностью, но к середине столетия работы бихевиористов, посвященные программированию человеческого поведения с помощью системы стимулов и подкреплений, подверглись серьезной критике со стороны сторонников «свободной воли».

Трудно, однако, отрицать факт, что психические и поведенческие реакции людей подчиняются определенным законам. Кроме того, как справедливо утверждает Карен Прайор, все люди так или иначе стараются повлиять на поведение друг друга самыми разными методами. И метод положительного подкрепления является отнюдь не самым изощренным из них, а скорее, напротив, одним из самых гуманных.

На протяжении многих лет Прайор работала с дельфинами и другими морскими млекопитающими, обучая их методом подкреплений. В то же время, наблюдая за людьми, она видела, как часто они неосознанно используют принципы такого обучения и насколько мало знают об этих принципах и о том, как их сознательно применять. Чтобы изменить эту ситуацию, она начала писать статьи, потом перешла к чтению лекций, а потом решила написать книгу, в которой просто, коротко и ясно изложила основные правила обучения с подкреплением.

ЧТО НУЖНО ЗНАТЬ О ПОДКРЕПЛЕНИИ. Прежде чем применять метод обучения подкреплением, необходимо, во-первых, понять, что это, а во-вторых, научиться различать, в какой ситуации то или иное действие будет подкреплением, а в какой нет.

Положительное подкрепление Карен Прайор определяет как «событие, совпадающее с каким-либо действием и ведущее к увеличению вероятности повторного совершения этого действия». Отрицательное подкрепление – это то, что, напротив, снижает вероятность повторения определенного действия. К положительному подкреплению субъект стремится, отрицательного старается избежать. Самые простые примеры положительных подкреплений: пища, ласка, похвала, улыбка.

Если вы каждый раз будете правильно реагировать на желательное поведение, то оно будет повторяться чаще. К сожалению, не зная принципов обучения подкреплением, мы частенько подкрепляем как раз то поведение, которое желали бы искоренить, или, наоборот, заставляем желаемое поведение исчезнуть. Так происходит, если мы покупаем шоколадку ребенку, который закатил истерику в супермаркете, или начинаем разговор по телефону с любимым человеком с претензий, почему он не позвонил раньше.

Очень важно применять в качестве подкрепления именно то, что субъект желает получить. Если он хочет вывести вас из себя, улыбка в качестве подкрепления не подойдет. Начиная применять этот метод, каждый человек обзаводится собственным набором подкреплений. Иметь такой набор полезно еще и потому, что подкрепление необходимо применять вовремя, в момент совершения действия, а не до или после. Запаздывание или опережение приводят к тому, что нужное поведение не формируется.

Помните, предостерегает автор, что подкрепление поведения, которое еще не совершилось (например, подарками или обещаниями), это поведение нисколько не подкрепляет. Для родителей это правило особенно актуально.

Существуют также условные подкрепления: те вещи, которые ассоциируются у нас с получением чего-то хорошего в будущем. Звонок на школьную перемену и рождественская песня – условные подкрепления. А самым обобщенным условным подкреплением являются… деньги. Ведь на них мы можем приобрести именно то, что нам нравится.

ПРАВИЛА ВЫРАБОТКИ РАЗЛИЧНЫХ ФОРМ ПОВЕДЕНИЯ. Подкреплять поведение, которое часто встречается само по себе, – это только первый шаг начинающего воспитателя. Более сложная задача – научить сложной последовательности действий, которая иначе не будет сформирована. Большая часть воспитания ребенка представляет собой процесс выработки поведения. То же самое касается обучения различным физическим навыкам, будь то катание на велосипеде или умение самостоятельно есть.

Люди используют самые разные методы, чтобы влиять на поведение друг друга. И метод положительного подкрепления является одним из самых гуманных и эффективных.

Существует десять правил выработки желаемого поведения. Просто используйте их, и результат не заставит себя ждать, утверждает автор. Все успешные воспитатели, учителя, тренеры и дрессировщики опираются в своей работе на определенные закономерности, регулирующие процесс обучения, что и позволяет их подопечным достигать хороших результатов. В обучении важны не только приемы, но и сам процесс, подчеркивает Карен Прайор.

Все десять правил подробно разбираются в книге. Вот некоторые из них:

• повышайте критерий небольшими градациями, чтобы у субъекта всегда была реальная возможность выполнить требуемое и получить подкрепление;

• вводя новый критерий, временно ослабьте старые;

• будьте впереди того, кого вы обучаете; чтобы в случае внезапного прорыва знать, что подкреплять дальше;

• если одна процедура выработки не приносит успеха, попробуйте придумать другую; эффективных способов что-либо объяснить столько же, сколько инструкторов;

• не заканчивайте тренировку, не дав положительного подкрепления.

Пользуясь этими правилами, вы легко научите своего ребенка тем навыкам, которые считаете важными. Но помните, что в незнакомой обстановке и новой ситуации даже сформированное поведение вдруг может куда-то исчезнуть. В таком случае не ругайте ребенка и не высказывайте раздражения, и постепенно все наладится.

КАК УСТРАНИТЬ НЕЖЕЛАТЕЛЬНОЕ ПОВЕДЕНИЕ. Это не менее важный вопрос, чем выработка нужного поведения. Очень часто мы сталкиваемся с формами поведения, от которых хотели бы избавиться. Дети шумят в машине, устраивают истерики, разбрасывают свои вещи и тому подобное. В книге Карен Прайор подробно разбирает восемь методов избавления от нежелательного поведения, иллюстрируя каждый метод одним и тем же набором примеров. Четыре первых метода условно можно назвать отрицательными, четыре последних – положительными. Бывают ситуации, в которых определенные методы применить невозможно. В иных обстоятельствах, напротив, возможно использовать все восемь вариантов, и вопрос стоит лишь в выборе самого целесообразного или безопасного.

• Метод № 1 автор называет «Убить зверя». Этим методом мы либо избавляемся от того, кто совершает действие, либо делаем так, что он физически не может его совершать. Выгоняя с кухни ребенка, который разбрасывал еду, мы применяем первый метод. Этим же методом изолируют от общества преступников или решают вопрос с нерадивым сотрудником (уволив его). Порой без него не обойтись, и все же в процессе воспитания ребенка подобные радикальные меры требуются редко.

• Метод № 2 знаком каждому из нас. Это наказание. Он не так эффективен, как хотелось бы думать, хотя и весьма распространен. Главный недостаток наказания, подчеркивает Прайор, в том, что оно никого ничему не учит.

• Метод № 3 – отрицательное подкрепление. От наказания он отличается тем, что применяется непосредственно во время совершения нежелательного действия, а не после. Строгий взгляд, окрик, ругань – вот самые популярные методы отрицательного подкрепления. Если воспитывать ребенка только таким способом, у него могут возникнуть серьезные психологические проблемы, например, развиться агрессивность или, напротив, робость. Отрицательные подкрепления должны быть скомпенсированы достаточным количеством положительных.

• Метод № 4 мы используем тогда, когда позволяем поведению угаснуть, просто не обращая на него внимания. Это один из самых действенных методов воспитания. К примеру, именно таким методом можно успешно свести на нет привычку ребенка ныть и канючить.

• Метод № 5 заключается в выработке несовместимого поведения. Мы обучаем субъект выполнению какого-либо действия, во время которого нежелательное поведение попросту невозможно. Этот метод хорош для исправления ошибок во время обучения какому-либо спорту: нужно выучить правильное движение и заменить им неверное.

• Метод № 6 – добиться, чтобы нежелательное поведение совершалось по сигналу, а потом прекратить подавать сигнал.

• Метод № 7 автор называет «формирование отсутствия»: подкрепляется любое поведение, кроме нежелательного. Этот прием так же хорошо знаком многим родителям.

• И наконец, метод № 8 – смена мотивации. Это самый лучший и эффективный метод, подчеркивает автор. Сложность его применения в том, чтобы правильно разгадать мотивацию, ведь она не всегда лежит на поверхности. Но в его применении есть и плюс: вы развиваете в себе такое качество, как эмпатия, начинаете лучше понимать своего ребенка, да и всех окружающих. Именно этот метод воспитания дает наиболее устойчивые результаты.

К. ПРАЙОР

Карен Прайор родилась в 1932 году в семье известного писателя-натуралиста Филипа Уайли. Нет ничего удивительного, что в качестве будущей профессии она выбрала биологию, а потом и сама стала писателем. Получив диплом Корнельского университета, Прайор начала свою работу с дрессировки дельфинов в океанариуме «Жизнь моря». Именно этот опыт предопределил ход ее дальнейших исследований. В скором времени она превратилась в выдающегося специалиста по применению методик, разработанных психологами-бихевиористами для обучения людей и животных.

Карен Прайор – автор более 50 научных трудов и статей в журналах. За эти годы она написала несколько книг, включая руководство для матерей «Кормим ребенка грудью» и автобиографию о работе с дельфинами «Несущие ветер». Но самая популярная из них – «Не рычите на собаку!». В последние годы Прайор посвятила много времени изучению особенностей дрессировки с помощью специального приспособления – кликера. У нее три дочери и семь внуков.

Дэниэл Дж. Сигел, Тина Пэйн Брайсон

Воспитание с умом

(2011)

«Воспитание с учетом концепции интеграции мозга позволяет вам продвинуться гораздо дальше простого выживания. Этот подход способствует установлению связи и более глубокому взаимопониманию между вами и вашими детьми. Понимание процессов интеграции делает вас компетентным и придает уверенности в действиях, сближающих вас с вашим ребенком. А осознание разных аспектов внутреннего мира (и вами, и ребенком) способствует формированию его психики в позитивном и здоровом ключе. В результате это приводит не только к процветанию ребенка, но и расцвету ваших отношений с ним».

В ДВУХ СЛОВАХ

Зная о возрастных особенностях развития мозга, родители могут научить детей самоконтролю, сотрудничеству и сопереживанию, а именно эти качества облегчают воспитание ребенка и способствуют его успехам во взрослом возрасте.

Подзаголовок книги «Воспитание с умом» – «Двенадцать революционных стратегий всестороннего развития мозга вашего ребенка». Но, как предупреждают авторы уже в предисловии, не стоит пугаться, что книга окажется слишком «научной» и сложной для восприятия. Детский психиатр и психотерапевт Дэниэл Сигел, много лет занимавшийся исследованиями человеческого мозга, и его коллега, психотерапевт Тина Брайсон излагают теоретическую часть, без которой в таком издании не обойтись, просто, доступно и с юмором, используя яркие образы и метафоры. А практические примеры из жизни, ситуации и диалоги способствуют еще более легкому усвоению теории.

Книга «Воспитание с умом», изданная в 2011 году, является отражением новейших тенденций в педагогике. Достижения современной науки позволяют по-новому посмотреть на любые особенности человеческого поведения. Все наши проявления и реакции связаны с работой нашего мозга, взаимодействием его отделов и установлением нейронных связей. Достаточно знать, «как это работает», чтобы справляться с детскими страхами, истериками, непослушанием и эгоцентризмом, уверен доктор Дэн Сигел.

На основе информации о возрастных особенностях развития мозга авторы книги предлагают родителям, бабушкам, дедушкам, учителям и всем, кто по роду своей деятельности заботится о детях, двенадцать конкретных стратегий, двенадцать способов сделать так, чтобы не только разрешить кризисную ситуацию, но и научить ребенка чему-то новому. Знание о том, как работает психика, – это ключ к успеху и процветанию, и это в равной степени относится как к детям, так и к взрослым.

Моменты, когда ребенок ведет себя неуважительно, совершает какой-то проступок или отказывается от сотрудничества, авторы называют «моментами выживания». Но все эти трудные ситуации можно обернуть на пользу себе и ребенку, если пользоваться представленными в книге стратегиями. Таким образом, подчеркивают авторы, нет никакого специального времени, когда мы правильно воспитываем своих детей ради их будущего благополучия. Каждая минута нашего взаимодействия с ребенком и есть воспитание, способствующее гармонии и процветанию личности.

Стратегии, о которых идет речь, помогают ребенку овладеть собой и освоить данный природой потенциал, ощущая при этом уверенность и спокойствие. Как и любые другие методики, приемы доктора Сигела не станут для вас «волшебной таблеткой», но, несомненно, расширят ваш кругозор и позволят более творчески подходить к воспитанию детей.

КАК ПОЛЬЗОВАТЬСЯ КНИГОЙ. «Воспитание с умом» состоит из шести глав. Первая посвящена понятию интеграции мозга, которое лежит в основе революционных воспитательных стратегий авторов. Во второй главе авторы рассказывают о том, как помочь ребенку согласовать работу правого и левого полушарий его мозга. В третьей главе мы узнаем о том, как «подружить» нижний и верхний отделы детского мозга. Четвертая глава учит родителей самостоятельно справляться с детскими страхами и фобиями, основанными на травмирующих воспоминаниях, а пятая глава посвящена внутреннему миру ребенка и способам управления своими состояниями. В шестой главе речь идет о важности социальных связей, сопереживания и о способах преодоления естественного детского эгоцентризма, который тоже связан с возрастными особенностями развития мозга. В каждой главе есть раздел «Что можно предпринять» с практическими рекомендациями и примерами.

Знание о том, как работает психика, – ключ к успеху и процветанию во всех сферах жизни.

Уникальной особенностью книги являются два дополнительных раздела в конце каждой главы: «Расскажите детям» и «Самоинтеграция». Из них вы узнаете, как просто и доступно поделиться с детьми новыми знаниями (что, несомненно, будет способствовать развитию их интеллекта и осознанности), а также о том, как применить знания из книги к самим себе и достичь равновесного состояния психики.

Для упрощения пользования материалами авторы добавили в книгу, во-первых, «Памятку для холодильника», где в сжатом виде представлены основные идеи, а во-вторых, таблицу «Возрастные стадии», в которой вся информация обобщается с учетом возраста ребенка (от 0 до 12 лет) и стадий развития его мозга. Памятку можно распечатать или скопировать и повесить на холодильник, а таблицей пользоваться для того, чтобы понять ситуацию и выбрать верную стратегию.

МЕЖДУ ЛОГИКОЙ И ЭМОЦИЯМИ. Интеграция – это установление связей между элементами для слаженной работы целого. Наш мозг состоит из разных отделов, и когда они работают согласованно, наша психика находится в равновесии. У ребенка, в связи с возрастными особенностями, одни отделы мозга могут брать верх над другими, а интеграция развита пока слабо. Существуют, однако, специальные приемы, помогающие установить связь между разными отделами мозга и сделать его работу более сбалансированной. Благодаря этому развитие будет проходить более гладко, а родители смогут наслаждаться моментами полноценного творческого взаимодействия со своими чадами.

Горизонтальная интеграция означает согласование работы левого и правого полушарий. Как известно, наше левое полушарие отвечает за логику и структуру, оперирует абстрактными понятиями и символами, тогда как правое полушарие «специализируется» на образах, эмоциях и личных воспоминаниях. Левый мозг позволяет рассуждать и делать выводы, правый – взаимодействовать с людьми, переживать, ощущать.

Если полушария работают согласованно, здравый смысл у человека всегда в ладах с эмоциями. Но у детей, в силу возраста, правое полушарие развито лучше, а в первые три года и вовсе доминирует. Именно этим объясняется их повышенная эмоциональность и тот факт, что иногда мы не можем достучаться до них, чтобы что-то объяснить. И вот тут пригодятся изложенные в книге стратегии: «Установить связь и перенаправить» и «Назвать, чтобы укротить». Их суть в том, чтобы помочь ребенку осознать свои чувства, убедить его в том, что его слышат и понимают, и только потом, установив прочную эмоциональную связь, на ее основе пробудить левое полушарие и предложить конструктивные выходы из ситуации.

ПРОБУЖДЕНИЕ ЧЕЛОВЕКА РАЗУМНОГО. Вертикальная интеграция – это установление связи между нижними и верхними отделами мозга. Нижний, инстинктивный, мозг отвечает за базовые функции и бессознательные реакции. Именно нижний мозг заставляет нас, не думая, крикнуть «Стой!», если ребенок приближается к проезжей части. Нижний мозг помогает нам выжить в минуту опасности, но отдаваться во власть нижних отделов мозга в обычных бытовых ситуациях, как правило, означает полностью потерять контроль над собой. Контролем ведают верхние отделы мозга. Они отвечают за мышление, принятие решение, планирование, сопереживание и мораль.

Интеграция – это установление связей между элементами для слаженной работы целого. Наш мозг состоит из разных отделов, и, когда они работают согласованно, наша психика находится в равновесии. У ребенка, в связи с возрастными особенностями, одни отделы мозга могут превосходить над другими, а интеграция пока слабо развита.

По сути, нижний мозг – наше «животное» наследие, а функции верхнего делают из нас человека разумного. И если нижний мозг полностью развит к моменту рождения, то верхние его отделы мозга созревают примерно к 25 годам. Это означает следующее: не стоит требовать от ребенка взрослого поведения всегда и везде, это попросту невозможно. Но вполне реально научить его все лучше и лучше справляться с бессознательными импульсами и чаще «включать голову», то есть задействовать разумные, верхние отделы мозга.

Используя стратегию «Действовать, а не буйствовать», мы напрямую обращаемся к разуму ребенка, то есть побуждаем его услышать нас, подумать и договориться. Стратегия «Используй, иначе потеряешь» представляет собой несколько упражнений для развития верхнего мозга. Как же он развивается? Через принятие собственных решений, обретение контроля над своим телом и эмоциями, самопознание и сопереживание. Стратегия «Двигайся, иначе проиграешь» сводится к тому, чтобы через физическую активность ослабить влияние нижнего мозга и восстановить равновесие.

Следующие пять стратегий, описанные в книге, обучают родителей работе с негативными воспоминаниями и переживаниями, влияющими на поведение детей. Страхи, фобии, волнение перед важным выступлением или тревога за исход контрольной – со всем этим можно справиться, если знать, как функционирует наш мозг и уметь в буквальном смысле слова «перепрограммировать» его.

И наконец, последние две стратегии направлены на обретение связи ребенка с людьми и окружающим миром, на пробуждение в нем эмпатии и стремления к сотрудничеству. Наш мозг биологически приспособлен к тому, чтобы взаимодействовать с другими людьми, но для того, чтобы развить эту способность, необходима постоянная практика подобного взаимодействия под чутким руководством родителей и в спокойной, благоприятной обстановке. Тот позитивный опыт сотрудничества, поддержки и помощи, который ребенок получит в своей семье, будет определять всю его дальнейшую жизнь, убеждены авторы книги. И в силах каждого родителя создать детям наилучшую площадку для старта.

Д. СИГЕЛ

Дэниэл Сигел родился в 1957 году в США, окончил медицинский факультет Гарвардского университета и продолжил образование в Калифорнийском университете Лос-Анжелеса. Область его интересов постепенно переместилась с педиатрии на детскую и возрастную психиатрию и исследования мозга. За годы работы доктор Сигел накопил богатую психотерапевтическую практику, а его открытия в области работы мозга привели к созданию целого института Mindsight – образовательного центра, который помогает людям развивать самосознание, сочувствие и эмпатию. Его книги об интеграции и достижении психологического благополучия пользуются неизменным успехом у читателей.

Т. БРАЙСОН

Тина Пэйн Брайсон – доктор наук, психотерапевт с богатым практическим опытом помощи детям, подросткам и их родителям, сотрудник института Mindsight. На протяжении многих лет она проводит индивидуальные консультации, пишет статьи, читает лекции для родителей, работников образования и других специалистов по работе с детьми. Не так давно Тина Брайсон стала доктором философии, а темой ее диссертации были привязанность, теория воспитания и межличностная нейробиология.

Роберт Кийосаки

Богатый папа, бедный папа

(1997)

«Меня беспокоит то, что слишком много людей слишком зациклены на деньгах, а не на самом главном своем богатстве – образовании».

В ДВУХ СЛОВАХ

Чтобы стать богатым, нужно учиться финансовой грамотности и воспитывать в себе определенные качества характера.

Роберт Кийосаки вырос на Гавайях в семье профессора философии. Его молодость пришлась на конец 1960-х – начало 1970-х годов. Это был период не только бурного роста экономики и производства, но и окончательного формирования той системы государственного налогообложения, обязательного страхования и кредитования, которую Кийосаки называет «крысиными бегами».

Эта система, с одной стороны, позволяла многим людям поддерживать высокий уровень благосостояния: иметь собственный дом, автомобиль, покупать предметы роскоши. С другой стороны, она же становилась системой «порабощения», при которой человек все больше зависел от работодателя и от банка и большую часть своих доходов был вынужден отдавать на оплату налогов и кредитов. Все больше людей стремилось вырваться из этого замкнутого круга.

Нет ничего удивительного, что первая же книга Роберта Кийосаки, увидевшая свет в конце 1990-х годов, «Богатый папа, бедный папа», мгновенно стала бестселлером. Она обобщала тот огромный опыт, который Киойсаки уже приобрел, проводя обучающие семинары по финансовой грамотности по всему миру. Написанная в соавторстве с Шэрон Лэтчер, эта небольшая книга получилась очень емкой и одновременно – очень простой и ясной в изложении. И хотя предназначалась она для взрослых, ее можно в полной мере назвать книгой о воспитании. Автор учит своих читателей, совершеннолетних и состоявшихся в разных сферах жизни людей, как пробудить в себе «финансового гения», который спит в каждом из нас.

Значительную часть книги Кийосаки посвящает воспоминаниям о своем детстве. В девять лет он впервые задумался о том, как стать богатым, и тогда же обрел наставника – отца своего друга и одноклассника, гавайского бизнесмена, которого он в своей книге называет «богатым папой». Отсюда прямо следует одна из основных мыслей, которую автор хочет донести до читателей: обучение финансовой грамотности и обращению с деньгами должно начинаться в детстве.

Но в школе – и это большое упущение! – ничего подобного не преподают. Именно поэтому множество взрослых людей, получивших хорошее образование и успешно делающих карьеру как наемные сотрудники, беспомощны в вопросах экономики и финансов и не могут передать этих знаний детям. И это только одна сторона проблемы. Другая – отсутствие уверенности в себе, негативные установки, страхи, которые мешают людям стать финансово независимыми.

Но наверстать упущенное и получить новые знания никогда не поздно, утверждает автор. Человек становится богаче через перемены в себе – через готовность быть гибче, трезво оценивать свои возможности и мир вокруг себя. Деньги сами по себе не способны решить ни одну проблему – проблемы решаются благодаря «финансовой разумности», так полагает автор. И всему этому, уверен он, можно научиться.

ОБУЧЕНИЕ ЖИЗНЬЮ. «Богатый папа, бедный папа» – необычное пособие для будущих финансистов, бизнесменов и инвесторов. В нем содержится минимум теории. Вместо сухих пунктов и цифр автор предпочитает приводить примеры из жизни и рассказывать увлекательные истории. Унаследовав от своего родного отца, «бедного папы», любовь к преподаванию, Кийосаки, однако, так и не стал большим поклонником лекционной подачи материала. Один из основных посылов его книги – учить должна сама жизнь, и процесс обучения не должен быть оторван от реальности. Именно так проходило его собственное обучение. По словам самого Кийосаки, оно длилось ни много ни мало… тридцать лет. Ему было только девять, когда «богатый папа» преподал им с другом один из главных уроков: бедные работают на деньги, богатые заставляют деньги работать на себя, потому что обучились управлению деньгами и изменили свою психологию.

Чтобы мальчишки усвоили эту нехитрую истину, бизнесмен предложил им работать в магазине каждую субботу и получать за 3 часа всего лишь 10 центов. Не прошло и трех недель, как юный Роберт взбунтовался и заявил, что это слишком мало и что его «эксплуатируют». На что «богатый папа» лишь рассмеялся и заметил, что именно так рассуждает большинство его служащих. Они приходят требовать прибавки к жалованию, чувствуют себя униженными, но продолжают работать, потому что боятся потерять пусть мизерный, но постоянный доход. А это – путь к бедности и зависимости, какой бы ни была зарплата.

Узнать что-то новое и доучить старое никогда не поздно, утверждает Кийосаки. Человек становится богаче через перемены в себе – через готовность быть гибче, трезво оценивать свои возможности и мир вокруг себя.

Чтобы мальчики раскрыли свой «финансовый гений», как называет это Кийосаки, то есть научились видеть те возможности заработка, которые ежесекундно предлагает им мир вокруг, «богатый папа» предложил им парадоксальное решение – работать… бесплатно. И уже через несколько дней у Роберта и Майка был собственный бизнес – они открыли платную библиотеку комиксов, которая пользовалась большим успехом у окрестных детей. И хотя просуществовал бизнес не очень долго, «богатый папа» был очень доволен. Ребята усвоили на практике, а не в теории, что работа – лишь кратковременное решение долговременной проблемы. Она не помогает выбраться из замкнутого круга. А что же помогает решить проблему?

ДУМАТЬ, СРАВНИВАТЬ, ИГРАТЬ И ДЕЙСТВОВАТЬ. Итак, на юного Кийосаки оказывали влияние два равно уважаемых им человека: родной отец и наставник, «богатый папа».

Точки зрения этих людей на деньги были совершенно противоположными, и эта разница в сочетании с несомненным авторитетом и уважением к источникам информации, привела к тому, что мальчик научился самостоятельно делать выводы. Наблюдая, сравнивая и сопоставляя полученную от отцов, «богатого» и «бедного», науку с тем результатом, которого достиг каждый из них, Роберт сумел выбрать ту стратегию, которая в большей степени соответствовала его целям: стать свободным и независимым финансово.

Одновременно он понял, как много значит то, что мы говорим и что думаем, для нашей ежедневной практической жизни. Люди формируют жизнь через свои мысли – ни больше ни меньше. Бедный отец всегда говорил: «Я никогда не буду богатым». Так и случилось. Богатый отец всегда относился к себе как к богатому. Бедный отец всегда говорил, что деньги его не интересуют или не имеют значения. Богатый отец утверждал: «Деньги – это власть».

То, как человек живет, зависит не от количества заработанных денег, а от его мыслей и действий, утверждает Кийосаки. Каким же образом научиться мыслить и действовать, как богатый человек? Лучше всего – на практике, но для начала подойдет и обучение в игре.

Для того чтобы люди могли попробовать себя в управлении деньгами и увидеть, как это работает, Кийосаки разработал игру Cashflow – «Денежный поток». В процессе проведения игровых семинаров стало ясно, что этот метод чрезвычайно эффективен. Именно в игре людям проще всего осознать те основные психологические проблемы, которые мешают стать богатым, и наметить пути к их решению. Игра – это система персональной обратной связи, работающая только на тебя.

Но и этого недостаточно, чтобы достичь сколько-нибудь значимого финансового успеха. Очень важно начать применять свои знания на практике, действовать, а не только рассуждать. Действовать – это совершать ошибки, не бояться отказов. Это рассчитывать свои силы, не ввязываясь в авантюры, но продолжая применять полученные знания на практике. Только так, делает вывод автор, денежный поток начнет работать на вас.

КАК СТАТЬ БОГАТЫМ. Рецепт, который предлагает Кийосаки своим читателям, очень прост. Во-первых, необходимо изучить основы финансовой грамотности, понять, как работают деньги. Это дает возможность успешно управлять денежным потоком. Во-вторых, нужно мыслить как богатый человек: отслеживать все негативные установки на «денежную тему» и заменять их позитивным мышлением. Стремясь достигнуть цели, необходимо спрашивать себя: «Как я могу это сделать?», «Как я могу это получить?» И ответ придет, потому что в каждом из нас спит финансовый гений.

Главное, что следует помнить: оба этих компонента должны идти рука об руку. Позитивное мышление не поможет стать богатым, если не знать, как работают деньги. И для начала Кийосаки предлагает усвоить два простых правила:

1) поймите разницу между активом и пассивом и приобретайте активы;

2) заплатите сначала себе.

Что это значит? Актив – то, что приносит деньги, пассив – то, что их забирает. Это очень просто, утверждает Кийосаки, и понятно даже школьнику. Но многие взрослые люди путают актив с пассивом. Приобретая дом или машину в кредит, они считают, что приобрели актив. Но это не так. Кредитные выплаты превращают движимое и недвижимое имущество в самый настоящий пассив, отдаляющий человека от финансовой независимости. Пассив – это то, что ежедневно делает людей беднее. Тогда как богатство – это превышение прибыли из графы «актив» над расходами.

Очень важно применять свои знания на практике, а не только рассуждать. Действовать – это значит совершать ошибки, не бояться отказов, рассчитывать свои силы, не ввязываясь в авантюры, но продолжая применять полученные знания на практике.

Актив – это бизнес, не требующий вашего присутствия; акции, облигации, инвестиционные фонды открытого типа; недвижимость, приносящая доход; долговые расписки; авторские гонорары от интеллектуальной собственности.

«Заплатить сначала себе» означает перечисление определенного процента заработанных денег на счет, где эти деньги будут постепенно прирастать, чтобы потом их можно было направить на развитие бизнеса или вложить в инвестиции. Привычка сначала платить другим, будь то банк или государство, приводит к невозможности стать богатым. Кийосаки не призывает обманывать государство, он подчеркивает, что дело в принципе: если в первую очередь «заплатить себе», а потом уже другим, деньги начинают работать на человека. Без этой привычки расходы неизбежно превалируют над доходами, а свободных средств, которые можно пустить в рост, всегда недостаточно.

Но если первое правило требует всего лишь умения логически мыслить и объективно оценивать реальность, для выполнения второго правила необходимо учиться самодисциплине. Без самодисциплины нечего и думать стать богатым. Какой смысл зарабатывать деньги, если не умеешь их приумножать? Долги и кредиты, подчеркивает Кийосаки, могут стать вашими помощниками: это стимул, чтобы получать больше денег и развиваться дальше.

Помимо этих двух правил, очень важно хорошо разбираться в бухгалтерии, инвестировании, маркетинге и быть юридически грамотным. Без этих знаний невозможно построить свой бизнес и обеспечить себе прочный финансовый фундамент.

Есть психологические установки, которые препятствуют достижению успеха, о них надо знать, чтобы успешно искоренять в себе.

Во-первых, это страх. Тот, кто боится разориться или потерпеть неудачу, не может эффективно действовать. Успешных людей отличает от неуспешных именно способность преодолевать свой страх, совершать рискованные поступки. Богатый человек может потерять свои деньги, но заработает снова. Бедный человек ищет стабильную работу и держится за нее изо всех сил. И в этом их ключевое отличие друг от друга.

Во-вторых, это цинизм. Отсутствие уверенности в себе порождает желание обесценить любые достижения, как свои, так и чужие. Окружение очень сильно влияет на ваше мышление и отношение к жизни. Чем больше вокруг успешных людей, не скованных страхом и не склонных к цинизму, тем проще воспитывать в себе определенные качества характера.

В-третьих, это лень. Люди часто жалуются на нехватку времени, в то время как они не заняты ничем важным или значительным. Они проводят время, сидя перед телевизором, и называют это отдыхом. Попробуйте противопоставить лени ваши желания. Смело желайте большего и разрешите себе этого достичь.

В-четвертых, это плохие привычки. В денежной сфере самыми вредными и разрушительными являются привычка жить в кредит, привычка залезать в долги, привычка в первую очередь тратить деньги, а потом их откладывать.

В-пятых, это высокомерие, то есть сочетание завышенного мнения о себе и невежества. Тот, кто думает, что все уже знает, не может ничему научиться.

Успешным становится тот, кто учится, позитивно мыслит и действует. И с Кийосаки трудно не согласиться.

Р. КИЙОСАКИ

Роберт Тору Кийосаки родился 8 апреля 1947 года на Гавайях в семье преподавателя и доктора, окончил Американскую коммерческую морскую академию и начал работать в компании «Стандарт Ойл оф Калифорния», но вскоре он покинул эту работу, чтобы пойти в армию. Став пилотом вертолета, Роберт некоторое время служил во Вьетнаме. В армии он научился дисциплине и тому, как эффективно руководить людьми.

После армии Роберт сменил ряд профессий: попробовал себя в бухгалтерии, продажах, строительстве, туристическом бизнесе. Все это позволило ему расширить кругозор и обрести множество полезных знаний в разных областях. Работа менеджером по продажам компании «Ксерокс», в частности, помогла ему избавиться от застенчивости и страха получить отказ.

В 1977 году Роберт Кийосаки основал свою первую компанию. Она выпускала изделия из кожи и нейлона, в том числе непромокаемые бумажники для серфингистов, которые отлично продавались по всему миру. А с 1984 года он начал преподавать другим людям основы финансовой грамотности с помощью игры «Денежный поток», которую сам же и изобрел.

В 1995 году Кийосаки стал руководителем собственной образовательной компании Rich Dad’s Organization и всецело посвятил себя преподаванию. В 1997 году вышла книга «Богатый папа, бедный папа», а за ней последовали еще два десятка произведений, посвященных разным аспектам обретения богатства и достижения успеха.

Эми Чуа

Боевой гимн матери-тигрицы

(2011)

«…западные родители беспокоятся о психическом здоровье своих детей. Китайские родители этим не занимаются. Они всегда думают о силе, а не о слабости».

В ДВУХ СЛОВАХ

Чтобы ребенок вырос талантливым и трудолюбивым, нужно очень жестко его контролировать. Все его время должно быть посвящено полезным занятиям, и не важно, представляют ли они для него интерес.

«Запад есть Запад, Восток есть Восток, и вместе им не сойтись, – эти ставшие афоризмом слова Редьярда Киплинга вспоминаются сразу же, едва открываешь книгу Эми Чуа «Боевой гимн матери-тигрицы». Гуманистическому подходу, при котором главной ценностью объявляется ненасильственное гармоничное развитие ребенка, она с первых же слов противопоставляет «китайскую модель» воспитания: важно вырастить успешного человека, человека-победителя. Научить ребенка трудиться, нацелить его на то, что он всегда и во всем должен быть первым, только тогда семья сможет гордиться им, – таковы задачи, которые ставит перед собой восточная «мать-тигрица».

Начало книги удивляет своей парадоксальностью. Если не сказать – шокирует. Автор перечисляет то, что было запрещено делать ее дочерям. И это отнюдь не что-то асоциальное или опасное, совсем наоборот! Нельзя ночевать у друзей, ходить на детские праздники, участвовать в школьных постановках… Одним словом, нельзя приобретать социальный опыт через общение и совместную деятельность; один из основных принципов педагогов-гуманистов отвергнут «матерью-тигрицей» (тигрицей она не без иронии именует себя потому, что родилась в год Тигра по восточному гороскопу и подходит под описание своего типа). После этого запрет на развлечения – просмотр телепередач и компьютерные игры – уже не воспринимается как нечто неожиданное. Понятно и то, что дети должны учиться только на отлично, заниматься на факультативах исключительно по родительскому выбору и играть только лишь на фортепиано и скрипке. Более того, детям воспрещается жаловаться на все эти строгие указания и ограничения.

Зачем это нужно? – неизбежно возникнет вопрос у читателя. Что это? Довлеющая власть культурной догмы? Родительский перфекционизм? Или просто самодурство?

Точно не первое. Эми Чуа, хоть и позиционирует себя как «китайскую мать», – вполне западный человек. Она именной профессор права в Йельском университете, автор двух серьезных научных работ, да и родилась она в США. Она дочь эмигранта, но отнюдь не бедного и необразованного искателя заокеанского счастья, а профессора Калифорнийского университета. Ее мать еще на родине стала католичкой, и дети воспитывались в католической среде. Супруг Эми Чуа, тоже доктор права, и вовсе не может претендовать на роль «китайского отца» – он американец еврейского происхождения.

Впрочем, автор уточняет – «китайской матерью» вполне может быть белый отец, пользующийся в воспитании детей авторитарной моделью.

Задачи, которые ставит перед собой восточная «мать-тигрица»: научить ребенка трудиться, нацелить его на то, что он всегда и во всем должен быть первым, только тогда семья сможет гордиться им.

Родительский перфекционизм тоже, как выясняется далее, не вполне объясняет такой подход к воспитанию. Эми Чуа приводит свои наблюдения: эмигранты первого поколения, ограниченные в средствах и вынужденные много работать, чтобы чего-то добиться, как правило, держат своих детей в строгости и побуждают (можно сказать – вынуждают) добиваться результатов. Эмигранты второго поколения, уже адаптированные к среде, получившие престижные профессии, а вместе с ними финансовую независимость, начинают относиться к детям более лояльно. И вот в третьем поколении есть риск «сбоя в программе», когда детям будут попустительствовать – и в итоге вырастут слабовольные лентяи, не желающие и не умеющие добиваться результата.

Эми Чуа хочет, чтобы ее дочери избежали такой судьбы. Она считает благом для них, если бы они сумели почувствовать себя бедными эмигрантскими детьми, которым надо всего добиваться самостоятельно. Но в обеспеченной семье это вряд ли возможно. И для того, чтобы воспитать детей дисциплинированными, трудолюбивыми и стремящимися к успеху, приходится идти на ухищрения. Какие же именно?

УЧЕБА – ЭТО ВЕСЕЛО? ДА ЧТО ВЫ! Учеба, полагает автор, – это непростой труд. Ребенок делает то, чего еще не умеет делать хорошо, ему приходится прилагать значительные усилия. Он должен добиться достойного результата непременно. Значит, придется трудиться до достижения цели. Только тогда родители смогут сказать, что они справились со своими обязанностями.

Разницу в западном (осмелимся добавить – гуманистическом) и «китайском» подходе к воспитанию Эми Чуа показывает на примере: и американская, и китайская мать может горячо одобрять и поддерживать увлечение ребенка спортом. И кому-то может показаться, что они мыслят при этом одинаково. Ничего подобного! Там, где американка будет радоваться самому увлечению или полезному времяпрепровождению, китаянка будет мыслить гораздо сложнее. Она будет требовать, чтобы уроки оставались на первом месте, и пятерку с минусом будет считать плохой оценкой. Спортом ребенку будет позволено заниматься лишь в том случае, если он нацелится на очень высокий результат; никакого спорта ради спорта. Ну и наконец, китайская мать не допустит конфликтов ребенка с учителем или тренером; она всегда будет на стороне взрослых.

Изначально, говорит Чуа, она мечтала об «американском» воспитании своих детей, без постоянного сосредоточения исключительно на учебе. Нет, она хотела, чтобы развитие было многогранным, в том числе и эстетическим. Для старшей дочери, трехлетней Софии, спокойной и умной девочки, было приобретено фортепиано. Младшей, Луизе, впоследствии была настоятельно предложена скрипка. И в скором времени мать оценила дисциплинирующее влияние упорных занятий музыкой.

Кроме того, она убеждена, что нелегкая физическая работа укрепляет и развивает ребенка. Ее девочки растут в состоятельной семье, но она целенаправленно требует, чтобы они как можно чаще поднимали тяжести – будь то мусор, или корзины с грязным бельем, или чемоданы во время путешествий.

Еще два принципа Чуа унаследовала от родителей и постаралась привить дочерям: надо быть скромной, пока не добьешься результата, и не жаловаться на несправедливость, а приниматься за работу с удвоенной силой.

«РОДИТЕЛЬСКИЙ ФАВОРИТИЗМ». В педагогике вообще и в семейной педагогике в частности считается недопустимым выделять кого-то из детей и сравнивать других с ним не в их пользу. Мы все привыкли к этому. Но Чуа и здесь не согласна с привычной большинству из нас точкой зрения. Она уверена: сравнивая свою непоседливую и своенравную младшую дочь с серьезной и вдумчивой старшей, она оказывает услугу той, которая достигла меньшего совершенства.

Китайская мать не позволит ребенку спорить с учителем или тренером; она всегда будет на стороне взрослых.

Чуа не считает, что выделяет таким образом Софию. Напротив, она оказывает доверие Лулу, убеждая ее в том, что она может и выдержать столь нелестную правду, и стать лучше. Более того: мать подозревает, что Лулу завидует сестре, и выносит этот факт на всеобщее обозрение, чтобы младшая дочь тайком не потакала своим комплексам.

Итак, поведение «матери-тигрицы» уже не кажется бессмысленной жестокостью. Оно позволяет проявиться вовне негативным внутренним переживаниям – и эффективно с ними бороться.

Кроме того, она требовательна не только к детям, но и к себе. Неоднократно обращаясь к собственному детству, она уверяет: при всей строгости домашнего воспитания, в семье царили искренние взаимопонимание, радость и забота друг о друге. Вот и она не пускает музыкальное образование дочерей на самотек, а ищет хороших учителей, лично присутствует на каждом занятии, а дома контролирует, чтобы девочки упражнялись достаточно долго.

Как уже было сказано, желание вырастить выдающихся музыкантов присутствует, но не становится самоцелью. Главное для «матери-тигрицы» – воспитать деятельных и трудолюбивых детей, которыми можно будет гордиться.

О КРИТИКЕ И САМООЦЕНКЕ. Западные родители, говорит Чуа, очень трепетно относятся к тому, что говорят своим детям. Даже критика подается в мягкой форме, чтобы не ранить чувства ребенка и не нарушить его самооценку.

Этому подходу автор противопоставляет линию поведения китайских родителей, которые могут и обозвать ребенка, и в резкой форме приказать ему самостоятельно разобраться с его проблемой.

Иначе говоря, когда у западного ребенка проблемы, родители утешают его, боятся, что он надломится; проще говоря, они думают о его слабости и ранимости. Когда проблемы у китайского ребенка, родители требуют от него все новых и новых усилий, и сами включаются в работу. То есть они верят, что их ребенок сильный и проблему можно преодолеть, а не заретушировать уговорами и утешениями.

Представления о заботе у западных и китайских родителей тоже разные. Западные считают, что должны дать ребенку как можно больше свободы. Китайские делают выбор за ребенка, ведь они старше, мудрее и лучше знают, что для него полезно. В итоге, говорит автор, китайским детям куда реже приходится жалеть об упущенных возможностях.

Конечно, речь идет о вполне определенных возможностях – тех, которые связаны с образованием. Но в представлении Чуа счастливое детство – это такое детство, которое заложит фундамент на всю жизнь, сформирует сильный характер и способность добиваться поставленной цели. Да, у ее детей было значительно меньше веселого досуга, зато они испытывали радость от успешной учебы и успешных выступлений на сцене. От ребенка надо требовать, требовать и требовать – иначе родители проявят халатность по отношению к нему. И Чуа делает все, чтобы не быть халатной матерью, – присутствует на музыкальных занятиях дочерей, строго следит за выполнением домашних заданий.

В своих рассуждениях она идет еще дальше: школа должна заниматься лишь обучением детей, а всякие фестивали, соревнования и прочие, как она их называет, развлечения вредны, потому что отнимают время от главного – и единственно важного. «Мать-тигрица» не постесняется сказать ребенку, что он мало занимается и упускает возможности. И вряд ли ее способна расстроить молчаливая злость и обида детей на нее. Она все делает правильно, все – ради детей. Значит, повода для переживаний нет.

КАК СПРАВИТЬСЯ С БУНТОМ? Дочери Чуа были лишены многих обычных детских радостей и впечатлений, но они достигли весьма убедительных успехов в музыке и вместе с родителями объездили чуть ли не весь мир.

Автор не скрывает: несмотря на то, что она старалась все контролировать, это не спасло их семью от детских бунтов. Нужно было искать выход, и «мать-тигрица» попыталась найти его в арсенале средств американских родителей. Чтобы снова сблизиться с дочерьми, она начала придумывать общие дела. Итог оказался сомнительным.

Родители рискуют проявить халатность по отношению к ребенку, если не будут требовательны к нему.

И тогда Чуа решилась скорректировать воспитание, взяв кое-что из западной модели. Девочки стали сами выбирать для себя занятия в свободное от школы и музыки время. Луиза даже начала заниматься теннисом, о чем до недавнего времени и мечтать не могла. И тут сработала привитая матерью привычка все делать на высшем уровне: Луиза брала одну спортивную высоту за другой. При этом много тренировалась без малейшего давления со стороны.

Чуа стала сторонницей «гибридного подхода», который берет лучшее из двух противоборствующих систем воспитания. Но берет отнюдь не механически. Сначала должен работать китайский способ воспитания, развивая уверенность и значимость опыта; затем подключается западный: каждый человек должен найти собственный путь. Правда, сама она так и не смогла определиться, сколько лет должно исполниться ребенку к моменту этого перехода. Важнее другое: ее экстремальная методика принесла убедительные результаты. А как к ней относиться? Пожалуй, и сама Эми Чуа не знает однозначного ответа на этот вопрос. Каждый из нас, читателей, должен ответить сам.

Э. ЧУА

(Amy L. Chua)

Эми Чуа родилась 26 октября 1962 года в штате Иллинойс, США. Ее родители – эмигранты из Китая, отец – профессор Калифорнийского университета. Саму Эми и трех ее младших сестер воспитывали по традиционной китайской методике. В итоге она многого добилась в жизни. В 1984 году блестяще окончила Гарвардский колледж. В 1987-м получила степень доктора права в Гарвардской школе права. С 1994 года преподавала в Университете Дьюка. Имела четырехлетнюю практику на Уолл-стрит. В 2001-м стала именным профессором на юридическом факультете Йельского университета.

По этой же методике она решила воспитывать своих дочерей и действительно добилась очевидных результатов. О плюсах и минусах своей системы рассказала в книге «Боевой гимн матери-тигрицы», которая вызвала множество споров и ожесточенную критику.

В 2011 году журнал Тime включил Эми Чуа в топ-100 самых влиятельных людей.

Content

Эдуард Сирота
50 великих книг о воспитании

Введение

Платон Государство (360 г. до н. э.)

Ян Амос Коменский Великая дидактика (1633–1638)

Иоганн Гербарт Общая педагогика, выведенная из целей воспитания (1806)

Иоганн Песталоцци Лебединая песня (1826)

Константин Дмитриевич Ушинский Человек как предмет воспитания (1867–1869)

Петр Лесгафт Семейное воспитание ребенка и его значение (1906–1911)

Георг Кершенштейнер Понятие трудовой школы (1912)

Джон Дьюи Демократия и образование (1916)

Жан Пиаже Речь и мышление ребенка (1932)

Станислав Теофилович Шацкий Бодрая жизнь (1915)

Павел Петрович Блонский Трудовая школа (1919)

Лев Семенович Выготский Педагогическая психология (1926)

Григорий Белых, Леонид Пантелеев Республика ШКИД (1927)

Антон Семенович Макаренко Книга для родителей (1937)

Вениамин Каверин Два капитана (1938–1944)

Василий Александрович Сухомлинский Сердце отдаю детям (1974)

Виктор Федорович Шаталов Педагогическая проза (1980)

Шалва Амонашвили Педагогическая симфония (1983–1986)

Михаил Щетинин Объять необъятное: записки педагога (1986)

Эрик Берн Игры, в которые играют люди (1964)

Мария Монтессори Мой метод (1906)

Фридрих Фребель Детский сад (1913)

Бенджамин Спок Ребенок и уход за ним (1946)

Масару Ибука После трех уже поздно (1971)

Жан Ледлофф Как вырастить ребенка счастливым (1975)

Борис Никитин Ступеньки творчества, или развивающие игры (1981)

Сесиль Лупан Поверь в свое дитя (1984)

Евгений Комаровский Здоровье ребенка и здравый смысл его родственников (2000)

Марта и Уильям Сирс 25 главных советов молодой маме (2005)

Глен Доман, Джанет Доман Да, ваш ребенок – гений! (2006)

Януш Корчак Как любить ребенка (1919)

Джон Холт Причины детских неудач (1964)

Хаим Гинотт Родитель – ребенок: мир отношений (1965)

Адель Фабер, Эйлен Мазлиш Как говорить, чтобы дети слушали, и как слушать, чтобы дети говорили (1980)

Стив Биддалф Не сажайте детей в холодильник (1985)

Юлия Гиппенрейтер Общаться с ребенком. Как? (1994)

Гэри Чепмен, Росс Кэмпбелл Пять путей к сердцу ребенка (1997)

Джон Кехо, Нэнси Фишер Сила разума для детей (2002)

Александр Нилл Саммерхилл: воспитание свободой (1960)

Селестен Френе Педагогические инварианты (1964)

Франсуаза Дольто На стороне ребенка (1985)

Марвин Маршалл Дисциплина без стресса (2001)

Гордон Ньюфелд, Габор Матэ Не упускайте своих детей (2004)

Найджел Латта Прежде чем ваш ребенок сведет вас с ума (2006)

Памела Друкерман Французские дети не плюются едой (2012)

Карен Прайор Не рычите на собаку! (1984)

Дэниэл Дж. Сигел, Тина Пэйн Брайсон Воспитание с умом (2011)

Роберт Кийосаки Богатый папа, бедный папа (1997)

Эми Чуа Боевой гимн матери-тигрицы (2011)