Тим Хиггинс

Создавая религию. Как Илон Маск превратил Tesla из компании-выскочки в самого дорогого автопроизводителя в мире

Посвящается моим родителям

Tim Higgins

POWER PLAY

Tesla, Elon Musk, and the Bet of the Century

Copyright © 2021 by Tim Higgins This translation published by arrangement with Doubleday, an imprint of The Knopf Doubleday Group, a division of Penguin Random House, LLC.

© Котик Н.В., перевод, 2023

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2023

Пролог

Начало

Прохладным мартовским вечером 2016 года Илон Маск поднялся на сцену дизайн-студии Tesla и предстал перед толпой своих поклонников. В черном пиджаке, с поднятым вверх воротником, словно злодей из фильмов о Джеймсе Бонде, он стоял на пороге осуществления десятилетней мечты. Мечты, ради которой так долго трудился. Сегодня он готовился торжественно представить электромобиль Model 3.

Дизайн-студия находилась недалеко от аэропорта Лос-Анджелеса, в том же комплексе, что и частная ракетная компания Маска SpaceX. Студия стала обителью творческого духа Tesla. В этом легендарном месте автомобильный дизайнер Франц фон Хольцхаузен, причастный к созданию обновленного Volkswagen Beetle и возрождению Mazda, возглавлял команду, которая воплощала в жизнь идеи Маска. Они мечтали создавать принципиально новые, революционные электромобили и отказались от скучного технологичного дизайна, характерного для конкурентов, которые всегда смотрели на такие новинки только как на эксперимент.

Сотни клиентов собрались ради такого события. Вечеринку Маска нельзя было пропустить. Будь то мероприятия Tesla или SpaceX, на них всегда собиралась разношерстная публика: предприниматели Кремниевой долины, голливудские звезды, постоянные покупатели и автолюбители. Tesla оставалась нишевым люксовым брендом – фантазия калифорнийских экологов превратилась в игрушку для богачей, которую обязательно нужно иметь в гараже, забитом «Мерседесами», BMW и прочими символами статуса на бензиновых двигателях.

Model 3 с заявленной начальной ценой в 35 тысяч долларов обещала нечто иное. Она воплощала амбиции Маска по продвижению полноценного электромобиля в широкие массы. Компактный автомобиль с четырьмя дверями дерзко бросал вызов крупнейшим игрокам столетней автомобильной индустрии, собираясь потягаться в объемах продаж и выручки с Ford, Toyota, Volkswagen, Mercedes-Benz, BMW и, конечно же, General Motors. Именно от Model 3 зависело, сможет ли Tesla называться настоящей автомобильной компанией.

Маск был лишь на год младше Генри Форда, который 108 лет назад выпустил свой Ford Model T. Владелец Tesla поднялся на сцену под грохот музыки в стиле техно и крики своих поклонников, собираясь переписать историю. Он пришел, чтобы положить начало новой эре.

Именно желание изменить мир, а то и спасти его (параллельно при этом разбогатев) помогло Маску привлечь команду специалистов для выполнения этой миссии. Важнейшие для компании люди, пришедшие из автопрома, сферы технологий и венчурного капитала (включая доверенное лицо Маска, его брата Кимбала), разделяли восторг толпы.

Со сцены Маск сетовал на ущерб, нанесенный планете, показывая графики роста выбросов углекислого газа. «Это действительно важно для будущего планеты», – сказал он под аплодисменты публики.

Впечатляющая видеопрезентация дала первое представление о Model 3: электромобиль мчался по извилистым дорогам вдоль побережья Калифорнии. Внутри и снаружи он выглядел гостем из будущего. Гладкие изгибы и линии обрамляли интерьер, непохожий ни на один из представленных на рынке. Типичные автомобильные датчики на передней панели заменил большой экран, напоминающий встроенный планшет. Публика снова аплодировала. Кто-то в толпе крикнул: «Ты сделал это!»

Маск царил на сцене, рассказывая о том, что Tesla уже получила более 115 тысяч депозитов по 1000 долларов каждый. Для компании это означало прирост на 115 миллионов долларов. Через несколько недель Tesla объявит, что новую модель автомобиля зарезервировали уже более 500 тысяч человек. Эта ошеломительная цифра на 32 % больше, чем годовые продажи популярных семейных седанов Camry от Toyota Motor Corp. И это только предварительные заказы – люди выстраивались в очередь за два года до того, как машина будет запущена в производство.

Tesla оставалась нишевым люксовым брендом – фантазия калифорнийских экологов превратилась в игрушку для богачей, которую обязательно нужно иметь в гараже, забитом «Мерседесами», BMW и прочими символами статуса на бензиновых двигателях.

Команда Tesla разработала план постепенного запуска, чтобы подготовить несколько тысяч машин к концу 2017 года, а затем наращивать мощности и к середине 2018 года достичь цели в пять тысяч автомобилей в неделю.

Такие показатели – пять тысяч автомобилей в неделю, 260 тысяч в год – были общепринятым уровнем жизнеспособного предприятия для серьезных автопроизводителей. Если Илон Маск и Tesla достигнут этой цели, то компания может стать новой силой в автомобильной промышленности.

Но даже этого для Маска было недостаточно. Уже тогда он хвастался, что к 2020 году сможет довести производство на единственном сборочном заводе Tesla за пределами Кремниевой долины до 500 тысяч автомобилей в год – это вдвое больше, чем на большинстве автомобильных заводов в США.

Трудно представить, насколько безумно это прозвучало бы от кого угодно.

Кроме Илона Маска.

Обычно у автопроизводителей уходит от пяти до семи лет с начала проектирования нового автомобиля до его поставки покупателям. Это утомительный и сложный процесс, отлаженный опытом многих поколений. Прежде чем новый автомобиль попадет в дилерские центры, он должен пройти испытания в пустыне, Арктике и горах. Тысячи поставщиков с поразительной точностью создают детали, которые собираются воедино на заводских конвейерах, в отлаженном до секунд процессе.

Но даже такой амбициозный и полный прогрессивных идей авантюрист, как Илон Маск, сходя со сцены с тысячами предзаказов в кармане, не смог перепрыгнуть через безжалостные законы финансового рынка, которые гиганты вроде GM, Ford и BMW постигали десятки лет. Производство автомобилей – это суровый и затратный бизнес.

Отчеты Tesla были катастрофой. В среднем компания теряла по 500 миллионов долларов за квартал, имея в распоряжении лишь 1,4 миллиарда. Это означало, что если чуда не произойдет, то к концу 2016 года Tesla останется без денег.

Но Маск знал: если хочешь построить самую прибыльную автомобильную империю, нужно играть ва-банк. Вера в себя позволила создать уникальную концепцию; концепция создала рынок; рынок дает деньги; а деньги создадут автомобиль. Все это нужно было провернуть в невообразимых масштабах и как можно быстрее, чтобы опередить конкурентов, кредиторов, покупателей и инвесторов, ставящих на финансовом рынке против Tesla и «играющих на понижение».

Маск слишком хорошо понимал, что это опасная гонка.

А в самые тяжелые времена она казалась игрой на выживание.

В июне 2018 года, спустя чуть больше двух лет после блестящей презентации Model 3, я навестил Маска в глубинах огромного сборочного завода Tesla Inc., расположенного в получасе езды от Кремниевой долины. Маск выглядел уставшим. В джинсах и черной футболке Tesla он сидел в небольшом офисе производственного цеха, склонившись над экраном айфона.

Его лента в Твиттере была полна едких комментариев от биржевых игроков, ставящих на понижение. Против него играли крупнейшие инвесторы мира, предсказывая скорый крах компании. А в ящике электронной почты ждали новые письма от недавно уволенного сотрудника с обвинениями в том, что генеральный директор экономит на безопасности.

Отчеты Tesla были катастрофой. В среднем компания теряла по 500 миллионов долларов за квартал, имея в распоряжении лишь 1,4 миллиарда. Это означало, что если чуда не произойдет, то к концу 2016 года Tesla останется без денег.

За спиной предпринимателя виднелся кузовной цех – самая внушительная из всех реализованных идей Маска: механический монстр высотой в два этажа, который с одной стороны заглатывал детали, а с другой – выплевывал готовые автомобили. Больше тысячи роботизированных рук, встроенных в пол и свисающих с потолка, словно перчатки, натягивали кузова на каркасы автомобилей. Искры сыпались, когда манипуляторы приваривали куски листового металла к раме. Воздух наполнялся едким запахом сварки. Металл лязгал оглушительным метрономом.

Из кузовного цеха автомобиль отправлялся в цех покраски, где на него наносили один из трех доступных цветов: жемчужно-белый, сумрачно-серебристый или культовый красный, как у гоночных машин. Далее новая Tesla поступала на сборочный конвейер, где оснащалась батареями весом в тысячу килограммов, а также всем необходимым – сиденьями, приборной панелью и дисплеем.

Именно на этом этапе были проблемы, из-за которых Маску пришлось ночевать на заводе. На сборочном конвейере постоянно возникали накладки. По словам самого предпринимателя, при производстве автомобилей он слишком сильно полагался на роботов. Десять тысяч деталей, поставляемых сотнями производителей, создавали для автоматизированной системы бесконечный цикл ошибок. Куда ни глянь – повсюду нестыковки.

Маск извинился за помятый вид. Его каштановые волосы явно нуждались в расческе, и он три дня не менял футболку. Через несколько дней ему исполнялось 47 лет. Он уже на целый год отставал от графика запуска производства Model 3. Этот малогабаритный седан должен был сделать из Tesla большую компанию. Или разорить ее окончательно.

Маск сидел за пустым столом. На стуле лежала подушка, примятая парой часов сна. Салат остался недоеденным. Рядом стоял телохранитель. Tesla была на грани банкротства.

Несмотря ни на что, Маск был в хорошем настроении и заверил меня, что все наладится.

Но через несколько недель он позвонил мне – от его прежней веселости не осталось и следа. Весь мир был настроен против него. «Не то чтобы я очень хотел быть на своем месте, – сказал он. – Я занимаюсь этим потому, что верю в эту чертову миссию и думаю, что устойчивая энергетика должна развиваться».

Казалось, Илон Маск достиг дна. Но это было не так.

В истории Tesla и личной борьбы Маска заложен главный вопрос: может ли новичок конкурировать в одной из крупнейших и самых консервативных отраслей мировой экономики? В конце концов, автомобиль изменил мир. Машины подарили людям свободу передвижения, упростив многие сферы современной жизни и породив новый сегмент экономики. Детройт – один из крупнейших промышленных центров США – помог сформировать средний класс, обеспечив людям стабильность и возможность разбогатеть. Доход его предприятий составлял почти два триллиона долларов в год, и на них работал каждый двадцатый американец.

Ежегодно разрабатывая, производя и продавая десятки миллионов автомобилей, GM, Ford, Toyota и BMW стали иконами мирового рынка. Их машины представляют собой нечто большее, чем средство передвижения: они символизируют независимость и статус – символ американской мечты, которая все больше становится мечтой всего мира.

С другой стороны, производство и использование автомобилей привело к беспрецедентной загрузке дорог, загрязнению атмосферы и изменению климата.

И вот появляется Илон Маск, самостоятельно заработавший свои миллионы, который уже в двадцать лет мечтал потратить свое богатство на преобразование мира. Его вера в будущее электромобилей настолько тверда, что ради нее он поставил на кон все состояние, оказался на грани банкротства и пережил три неудачных брака, два из которых – с одной и той же женщиной.

Одно дело – создать социальную сеть, конкурируя с MySpace. Или использовать онлайн-платформу, чтобы пустить в дело множество простаивающих машин и квартир, конкурируя с монополией такси и гостиничного бизнеса. Другое дело – бросать вызов крупнейшим мировым компаниям на их собственной территории, которую они сотню лет изучали методом проб и ошибок.

В основном это низкодоходный бизнес. Средний автомобиль приносит около 2800 долларов операционной прибыли. Но чтобы выйти на этот уровень, нужно поддерживать невероятные масштабы производства в 5 тысяч автомобилей в неделю. А добившись этого, нужно быть твердо уверенным, что на все машины найдутся покупатели. Любая заминка в производстве или на этапе сбыта быстро приведет к катастрофе.

Затраты растут с каждым днем, даже если завод не работает, автомобили не поступают в дилерские центры и покупатели не уезжают на них домой. Этот денежный поток: от потребителей к дилерам, а от дилеров – к производителям, обеспечивает жизненной силой автомобильную промышленность. Деньги идут на разработку следующих моделей, которая требует огромных инвестиций и невозвратных издержек.

В 2016 и 2017 годах GM потратила на разработку новых автомобилей 13,9 миллиарда долларов. При этом прибыль колеблется от года к году: в 2016 году – 9 миллиардов долларов, а в 2017 году – 3,9 миллиарда. Неудивительно, что крупнейшие автопроизводители не могут обойтись без больших запасов наличности. В 2017 году GM имела 20 миллиардов, Ford – 26,5 миллиарда, а Toyota и VW – по 43 миллиарда долларов на банковских счетах.

Порог входа в автомобильный бизнес настолько высок, что последним новым крупным американским автопроизводителем, который существует и по сей день, стал Chrysler, основанный в 1925 году. Маск любит напомнить тем, кого смущает рискованность его планов, что только два американских автоконцерна пока не обанкротились – Ford и Tesla.

В общем, чтобы решиться на такую затею, нужно быть полным безумцем, каким многие и считают Илона Маска. Но он не побоялся этого вызова. Наоборот, бесстрашно ринулся туда, где идеалы Кремниевой долины сталкиваются с суровой реальностью Детройта. Великий план Маска состоит в том, что Tesla заставит людей поверить в эффективность электромобилей. Они увидят, что электромобили могут превзойти своих бензиновых собратьев как по дизайну, так и по техническим характеристикам. Электропривод позволит покупателям сэкономить миллиарды долларов в год на бензине, в то же время спасая мир от экологической катастрофы.

Но красивые обещания порой забываются под давлением беспощадных деловых амбиций и требований, которым Маск и Tesla должны подчиняться. Многие понимают неправильно или недооценивают конечную цель компании. Для обеспеченной семьи, которая заботится об экологии, электрокар может стать игрушкой, на которую не жаль потратить деньги. А для крупного инвестора – модным аксессуаром, чтобы подчеркнуть свои прогрессивные взгляды. Для страдающих от кризиса среднего возраста богачей Tesla может стать заменой Ferrari.

Десять тысяч деталей, поставляемых сотнями производителей, создавали для автоматизированной системы бесконечный цикл ошибок. Куда ни глянь – повсюду нестыковки.

И все? Tesla – очередной продукт для узкого сегмента? Это совершенно не то, к чему стремится компания. И именно поэтому судьба Tesla зависит от Model 3 – электромобиля, который будет доступен каждому. Как несколько лет назад сказал один банкир с Уолл-стрит: «Либо они станут нишевым производителем, как Porsche и Maserati, выпуская 50 тысяч дорогих автомобилей в год, либо найдут способ создать автомобиль за 30 тысяч долларов, который действительно превратит их в серьезного игрока на рынке».

Таким решением и была Model 3.

Неутомимое стремление Маска создать Model 3 и неоднозначная тактика, которую он использовал для достижения этой цели, беспокоили не только конкурентов, но и экспертов отрасли. В отличие от большинства руководителей автомобильных компаний, философия принятия решений Маска вытекает из его калифорнийского менталитета. Технари из Кремниевой долины привыкли, что лучше быстро прийти к какому-то выводу, пусть и неправильному, чтобы оперативно исправить ситуацию, чем тратить время на оттачивание гипотез. Для стартапа время – деньги, и этот закон еще суровей для новой автомобильной компании, которая с первых дней своего существования прожигает миллионы долларов в день.

Маск твердо верит в движущую силу инерции, когда одна победа влечет за собой следующую. А если Tesla разработала и продала несколько моделей, изменивших представления о возможностях электромобилей, значит, победы были одержаны.

Успех первых люксовых моделей Tesla побудил конкурентов Маска к действиям. Согласно исследованиям, в 2018 году крупнейшие мировые автопроизводители бросились наверстывать упущенное, чтобы разработать собственные электромобили, инвестировав более 100 миллиардов долларов в создание и выпуск 75 полностью электрических или подзаряжаемых гибридных автомобилей к концу 2022 года. Аналитики предсказывали, что к 2025 году в продаже может появиться почти 500 новых моделей электромобилей, а значит, каждая пятая проданная в мире машина будет электрической.

Но Tesla успела застолбить преимущество. Почти в одиночку Маск сделал электромобиль воплощением духа времени. Для многих он сам стал этим воплощением.

Именно поэтому в 2018 году энтузиазм инвесторов относительно концепции Маска поднял рыночную стоимость Tesla выше, чем у любого другого американского автопроизводителя. Хотя компания еще не получала полноценную годовую прибыль и продала лишь малую часть автомобилей. Растущая цена акций говорила о том, что инвесторы верят в Tesla как в лидера электромобильной революции. Доступ компании к миллиардному капиталу стимулировал ее рост и держал на плаву.

Инвесторы воспринимали Tesla скорее как технологическую компанию, чем обычного автопроизводителя, о котором обычно судят по квартальным отчетам, не делая высоких ставок на будущее. С Tesla в 2018 году дела обстояли иначе, что не могло не радовать Маска. Если бы инвесторы оценивали Tesla по меркам GM, она стоила бы шесть миллиардов долларов, а не 60. И наоборот, если бы GM оценивалась по меркам Tesla, то стоила бы 430 миллиардов долларов, а не 43.

Но, несмотря на всю шумиху, Tesla подчинялась той же финансовой логике, что и любой другой автопроизводитель, – каждая новая модель может стать как прорывом, так и провалом. А для Tesla с ее ограниченным модельным рядом вопрос стоял еще острее. Вместе с ростом Tesla росла и цена ошибки – размер ставки увеличился с нескольких миллионов до миллиардов.

Маск любит напомнить тем, кого смущает рискованность его планов, что только два американских автоконцерна пока не обанкротились – Ford и Tesla.

И пока революционное видение, энтузиазм и решимость Маска двигали Tesla вперед, его паранойя, мелочность и эгоизм грозили ее разрушить.

Поклонники и недоброжелатели следили за каждым шагом Маска. Последнее десятилетие его лицо часто появлялось на обложках журналов. Именно он вдохновлял Роберта Дауни (младшего) при создании образа Тони Старка в фильме «Железный человек». Маск активничал в Твиттере, спорил с госчиновниками и биржевыми спекулянтами, шутил со своими фанатами на любые темы – от японского аниме до употребления наркотиков. Но люди все чаще видели его с другой стороны. Измотанным. Подавленным. Беспокойным. Отчаявшимся. Неуверенным. Короче говоря, слабым.

Помогут ли амбиции Маска совершить переворот в автомобилестроении? Или его погубит гордыня?

На фоне неоднозначных деятелей, появившихся в Кремниевой долине за последние годы, трудно удержаться от вопроса: кто же такой Илон Маск? Неудачник? Злодей? Мошенник? Или всего понемногу?

Часть 1

Очень дорогой автомобиль

Глава 1

В этот раз все будет иначе

Идея создания электромобиля не давала уснуть Джеффри Брайану Страубелу летней ночью 2003 года. Накануне вечером его маленький домик, арендованный в Лос-Анджелесе, заполнили члены команды Стэнфордского университета по конструированию автомобилей на солнечных батареях. Ребята только что финишировали в гонке Чикаго – Лос-Анджелес, которая проходила два раз в год. Она была частью растущего движения по привлечению молодых инженеров к разработке автомобилей на альтернативном топливе. Страубел когда-то учился в Стэнфорде, поэтому принял команду у себя, и после изнурительной гонки многие уснули прямо на полу.

Сам Страубел, сосредоточившись на собственных проектах, за шесть лет обучения в инженерной школе Стэнфорда так и не стал членом команды. Но его интересы совпадали с интересами гостей: он был одержим идеей электрических автомобилей с самого детства, проведенного в Висконсине. После окончания университета Страубел мотался между Лос-Анджелесом и Кремниевой долиной, пытаясь найти свое место.

Он не был похож на безумного ученого, стремящегося изменить мир; напротив, был тихим и спокойным. Обычный студент со Среднего Запада. Но изнутри его снедало желание сделать нечто большее, чем создать с друзьями стартап вроде Google или стать бюрократической шестеренкой в крупной компании типа Boeing и General Motors. Он мечтал создать вещь, которая изменит все, будь то автомобиль или самолет; и хотел следовать за этой мечтой.

Команда Стэнфорда, как и ее конкуренты, спроектировала автомобиль, который работал на солнечных батареях. Небольшие аккумуляторы сохраняли часть солнечной энергии, чтобы использовать ее ночью или в облачную погоду. Однако организаторы гонки между автомобилями на солнечной энергии ограничивали использование батарей.

Страубел считал этот запрет необоснованным. В последние годы, с ростом популярности персональной электроники, технология аккумуляторов значительно улучшилась. Он хотел выйти за рамки произвольных правил, установленных организаторами соревнований. Более совершенные аккумуляторы означали, что автомобиль может работать дольше, не полагаясь на капризные солнечные панели и не завися от погоды. Почему бы не сфокусироваться на батареях, независимо от источника энергии, вместо того, чтобы зацикливаться на солнце?

Страубел изучал новый перспективный тип аккумуляторов на ионах лития, которые впервые были использованы в видеокамерах Sony, а спустя десять лет распространились на ноутбуки и другую бытовую электронику. Литий-ионные элементы были легче по весу и сохраняли больше энергии, чем большинство аккумуляторов, представленных тогда на рынке. Страубел знал обо всех недостатках старых батарей – эти свинцово-кислотные, похожие на кирпичи контейнеры были тяжелыми и запасали сравнительно мало энергии. Без подзарядки с таким аккумулятором автомобиль проезжал чуть больше 30 километров. Но появление литий-ионных батарей могло изменить ситуацию.

И так думал не только Страубел. Среди тех, кто не спал с ним в ту ночь, был один из молодых членов Стэнфордской команды, Джин Бердичевский, который увлекся идеями Страубела касательно батарей. Они болтали несколько часов, перебрасываясь идеями. Что если соединить тысячи маленьких литий-ионных батарей, чтобы получить достаточно энергии для питания автомобиля. В таком случае солнечные панели могут и вовсе не понадобиться.

Они провели расчеты, чтобы выяснить, сколько батарей потребуется для питания автомобиля, чтобы на одной зарядке добраться из Сан-Франциско в Вашингтон. Потом они набросали эскиз будущего автомобиля, придав ему форму торпеды, чтобы обеспечить хорошую аэродинамику. По их расчетам, с батареями весом в полтонны и легким водителем, запас хода электромобиля составлял около 4000 км. Они представляли, какой ажиотаж поднимется вокруг этой идеи. Именно такой проект мог вызвать интерес к электромобилям во всем мире. Воодушевленный после долгой беседы, Страубел предложил команде переключиться с солнечной энергии на электрическую, тем самым увеличив дальность хода машины. Деньги на реализацию этой идеи можно было собрать у выпускников Стэнфорда.

Более совершенные аккумуляторы означали, что автомобиль может работать дольше, не полагаясь на капризные солнечные панели и не завися от погоды. Почему бы не сфокусироваться на батареях, независимо от источника энергии, вместо того, чтобы зацикливаться на солнце?

С восходом солнца Бердичевский и Страубел уже вовсю возились на заднем дворе с литий-ионными батареями, которые хозяин дома всегда держал под рукой для экспериментов. Сначала они полностью заряжали пальчиковую батарейку, а затем снимали на видео, как Страубел ударяет по ней молотком. Удар вызывал реакцию, которая приводила к возгоранию, из-за чего трубки аккумуляторов взлетали, как ракеты. Так выглядело будущее, и оно было прекрасным.

«Мы непременно должны этим заняться», – сказал тогда Страубел Бердичевскому.

В детстве Страубел проводил лето в Висконсине, частенько копаясь на свалке в поисках механических устройств, которые можно разобрать. Родители потакали его любопытству и разрешили переоборудовать подвал в домашнюю лабораторию. Он построил электрическую тележку для гольфа, экспериментировал с батареями и увлекся химией. Учась в старших классах, однажды вечером он пытался разложить перекись водорода, чтобы получить газообразный кислород, но забыл, что в колбе осталось немного ацетона. В результате получилась взрывоопасная смесь, которая сдетонировала огненным шаром. От взрыва дом содрогнулся и отовсюду полетели осколки стекла. Одежда на Страубеле загорелась, сработал датчик дыма, и мать бросилась в подвал, где обнаружила сына с залитым кровью лицом. Пришлось наложить 40 швов. И хотя Страубел до сих пор выглядит как серьезный житель Среднего Запада с добродушным лицом, но шрам на левой щеке придает ему некую загадочность.

После неудачного эксперимента Страубел проникся уважением к опасной химии, что в 1994 году привело его в Стэнфордский университет. Там он продолжил изучать источники энергии, осознав стремление работать на стыке теоретической науки и реального применения инженерных технологий. В частности, Страубел изучал накопители энергии и ее возобновляемые источники, силовую электронику и микроконтроллеры. Как ни странно, но занятия по динамике транспортных средств он забросил – детали, связанные с подвеской автомобиля и кинематикой движения шин, казались Страубелу скучными.

Автомобили интересовали Страубела меньше аккумуляторов. Его инженерный мозг обнаружил, насколько неэффективны машины, работающие на бензине. Нефть когда-нибудь закончится, а при ее сжигании для получения энергии в воздух выбрасывался вредный углекислый газ. Для Страубела разработка электромобиля заключалась не в создании нового транспортного средства как такового, а в решении возникшей инженерной проблемы. Представьте, что вы замерзли и, чтобы согреться, решили сжечь свой стол. Да, вы создали тепло, но теперь в комнате нет стола, зато полно дыма. Также Страубел смотрел на ситуацию с бензиновыми автомобилями. Ведь должен быть способ получше.

На третье лето учебы профессор колледжа помог Страубелу устроиться на стажировку в RosenMotors – новую автомобильную компанию в Лос-Анджелесе, которая была основана в 1993 году легендарным аэрокосмическим инженером Гарольдом Розеном и его братом Беном Розеном, венчурным предпринимателем и председателем совета директоров Compaq Computer Corp. Они мечтали создать автомобиль, практически не загрязняющий окружающую среду, и разрабатывали гибридно-электрическую силовую установку.

Братья хотели соединить турбогенератор, работающий на бензине, с маховиком, предназначенным для выработки электричества. Это вращающееся устройство, и чем быстрее оно вращается, тем больше генерирует энергии. Маховик был нужен для того, чтобы поддерживать движение автомобиля после его запуска с помощью двигателя.

Именно этот опыт стал для Страубела знакомством с автомобильным бизнесом. Ему удалось подружиться с Гарольдом Розеном, и тот взял молодого инженера под свое крыло. Вскоре Страубел уже работал над магнитными подшипниками для маховика и помогал с испытательным оборудованием. Лето пролетело незаметно, и Страубел понял, что, вернувшись на последний курс Стэнфорда, нужно плотнее заняться изучением электроники автомобилей.

Вернувшись на учебу, он продолжал удаленно работать на братьев Розен, пока ему не позвонили и не сообщили неутешительную новость, что компания закрывается. Так Страубел понял, что запустить автомобильное производство с нуля совсем не просто. За время существования RosenMotors потратила почти 25 миллионов долларов. Они успели доказать свою концепцию, установив разработанную систему в купе Saturn (а также в одну из моделей Mercedes-Benz). Розены обещали создать автомобиль, который сможет разгоняться до 60 км/ч за 6 секунд, рассчитывая в итоге заключить партнерство с кем-то из автопроизводителей для внедрения своей технологии.

Но несмотря на восторги журналистов, братья не смогли найти путей дальнейшего развития. В автомобильной промышленности давно ходила шутка: чтобы сколотить небольшое состояние в автомобильном бизнесе, сначала вложите туда большое. В некрологе компании Бен Розен, чье богатство частично пришло благодаря успешным инвестициям в Compaq, оценил усилия Rosen Motors с оптимизмом: «Не так уж часто выпадает возможность что-то изменить в крупной отрасли, принести пользу обществу, очистить воздух и сократить использование нефти, – сказал он. – Что ж, это была наша возможность изменить мир».

Вернувшись в Стэнфорд, вместе с полудюжиной друзей Страубел снял дом за пределами кампуса. Вдохновленный летним опытом, но подозревая, что идея маховика Розена слишком сложна для реализации, он занял гараж, чтобы переоборудовать подержанный Porsche 944 в автомобиль, работающий исключительно от аккумулятора.

На первых порах он добился определенных успехов. Его переделанный автомобиль на свинцово-кислотных аккумуляторах был быстрым, как дьявол, и, пуская дым, пролетал 400 метров. Страубел не заботился об управляемости или подвеске. Вместо этого он сосредоточился на электронике автомобиля и системе управления батареями. Это было ключевым моментом: он пытался понять, как получить достаточную мощность без перегорания двигателя или батарей.

Страубел стать проводить больше времени в Кремниевой долине с инженерами-единомышленниками, которые рассказали ему об автомобильных соревнованиях. Подобно тому, как сто лет назад Генри Форд каждые выходные демонстрировал свои возможности на треке, Страубел и его друзья стали участвовать в драг-рейсинге[1]. Он обнаружил, что успех в этих гонках зависит как раз от того, чтобы батареи не перегрелись и не расплавились.

Занимаясь электромобилями, Страубел познакомился с инженером по имени Алан Коккони, который был одним из подрядчиков при разработке EV1 – неудачной модели электромобиля от компании General Motor Corp. В 1996 году в мастерской AC Propulsion, расположенной примерно в 50 километрах от центра Лос-Анджелеса в Сан-Димасе, Коккони работал над тем, чтобы привлечь внимание к электромобилям. Он использовал кит-кар[2] (компонентный автомобиль), который тогда предпочитали автолюбители.

Это был двухместный родстер с низкой посадкой и рамой из стеклопластика. Но вместо бензинового двигателя на него установили свинцово-кислотные аккумуляторы, вмонтировав их в двери. В результате получился хот-родстер[3], который мог разогнаться с нуля до 95 км/ч за 4,1 секунды. Не хуже суперкара.

На одной зарядке автомобиль мог проехать около 112 км. Конечно, до обычной машины с бензобаком было еще далеко, но начало впечатляло. Еще больше поражало, что самодельный родстер обгонял «Феррари», «Ламборгини» и «Корветты» в драг-рейсинге. Коккони назвал свой ярко-желтый автомобиль tzero (ти-зеро) – математический символ, обозначающий точку отсчета, когда прошедшее время равно нулю.

Однако в конце 2002 года в мастерской Коккони начались трудные времена. Покупатели уже не стремились переделывать автомобили в электрические, чтобы произвести впечатление на регулирующие инстанции, которые переключились с электромобилей на другие технологии с нулевым уровнем выбросов. А строительство tzero оказалось дорогостоящим и трудоемким. Не сдаваясь, Коккони, который до этого применял литиевые батареи для создания дистанционно управляемых самолетов, решил заменить ими свинцово-кислотные аккумуляторы на tzero.

Эта идея привлекла внимание Страубела, который после окончания колледжа работал в мастерской, разрываясь между Лос-Анджелесом и Кремниевой долиной. Он предложил Коккони ту же идею электромобиля повышенной дальности, над которой они с командой Стэнфорда бились той длинной ночью летом 2003 года. Страубел подсчитал, что ему понадобится соединить около 10 тысяч батарей. Так что создание демонстрационной модели обойдется примерно в 100 тысяч долларов. Специалистам AC Propulsion энтузиазм Страубела пришелся по душе, и они были готовы взяться за дело – если только он сам найдет деньги. Вообще Коккони был не против нанять Страубела в штат, но в тот момент компания не могла себе этого позволить.

В свою очередь, Страубел не был уверен, что готов устроиться на настоящую работу. Он по-прежнему тесно общался со своим бывшим боссом, Гарольдом Розеном, которому было уже за семьдесят. Несмотря на возраст, он мечтал реализовать еще одну дикую идею: высотный самолет с гибридной силовой установкой, который можно использовать для создания беспроводного доступа в интернет. Страубел считал, что литий-ионные батареи могут стать тем решением, которое нужно Розену.

Когда партнеры искали инвесторов для своего нового аэрокосмического проекта, Страубел вспомнил об одном парне, с которым познакомился еще во время работы в Пало-Альто. Тогда он знал Илона Маска исключительно как эксцентричного члена летного клуба в местном аэропорту. Однажды, опоздав с возвратом самолета и расстроив других членов клуба, которые должны были лететь, он прислал на стойку регистрации огромный букет цветов.

В последнее время Маск мелькал в новостях в связи с тем, что eBay приобрела его стартап под названием PayPal за 1,5 миллиарда долларов, и на вырученные деньги он решил основать ракетную компанию. Маск казался человеком, которого привлекают грандиозные, почти невозможные идеи. Он мог стать именно тем инвестором, который нужен Розену и Страубелу.

В октябре 2003 года Страубел пришел на цикл лекций о предпринимательстве в Стэнфордском университете, чтобы послушать выступление тридцатидвухлетнего Маска. «Если вы любите космос, вам понравится эта лекция», – начал Маск. Прежде чем перейти к тому, как он основал компанию по производству ракет, которая называется Space Exploration Technologies Corp., или SpaceX, Маск вкратце рассказал о себе. Его история была похожа на роман Хорейшо Элджера[4].

Маск вырос в Южной Африке, в семнадцать лет самостоятельно эмигрировал в Канаду, а затем в США, чтобы закончить бакалавриат в Пенсильванском университете. Вскоре после выпуска, с лучшим другом Робином Реном, они отправились через всю страну в Стэнфорд. Маск хотел углубиться в физику энергии, убежденный, что сможет добиться радикальных успехов в технологии аккумуляторов, но бросил учебу через два дня – перед бумом доткомов в конце 1990-х годов, который стал настоящей золотой лихорадкой того времени.

Страубел слушал, как Маск, в расстегнутой черной рубашке, словно он спутал лекторий с европейским ночным клубом, подробно описывал историю своей жизни. Тогда лишь немногие венчурные предприниматели на Сэнд-Хилл-роуд разделяли его взгляды на интернет. По мнению Маска, самым быстрым способом заработать деньги была помощь существующим медиакомпаниям в преобразовании их контента для Всемирной паутины.

Для этого он и его младший брат Кимбал основали компанию Zip2, которая в итоге прославилась первой в своем роде веб-программой с пошаговыми маршрутами между двумя точками на карте – идея, которая впоследствии стала повсеместной. Эта функция привлекла газетные компании, в том числе Knight Ridder, Hearst и The New York Times, которые хотели создать сайты по типу городских справочников.

Двое молодых людей быстро продали компанию за наличные («Очень рекомендую эту валюту», – усмехнулся инвестор), а новоиспеченный богач Маск с 22 миллионами долларов в банке, не думал ни о чем другом, кроме как о создании новой компании. Его следующая идея возникла в начале 1999 года. Маск считал, что сможет заменить банкомат безопасной системой онлайн-платежей. В итоге открытая им компания PayPal вылилась в целое состояние, которое Маск намеревался пустить на финансирование своих грандиозных амбиций.

Инвестора давно мучил один вопрос: почему космическая программа застопорилась? «В 60-е годы мы проделали путь от невозможности даже мечтать о космосе до отправки людей на Луну, для чего в кратчайшие сроки были разработаны все известные нам сегодня космические технологии. Но почему-то в 70-е, 80-е и 90-е годы исследования затормозились, и сейчас мы находимся в ситуации, когда не можем вывести человека даже на низкую околоземную орбиту», – сказал Маск. Причем другие технологии, такие как микрочипы и сотовые телефоны, со временем становятся все лучше и дешевле. Почему же развитие космических технологий так замедлилось?

То, что сказал Маск, поразило Страубела, который схожим образом размышлял по поводу автомобильной промышленности. После лекции Страубел поспешил поговорить с Маском, используя в качестве наживки свою связь с Розеном, известным в аэрокосмических кругах разработками современных технологий спутниковой связи. Маск пригласил Страубела и Розена посетить ракетный завод SpaceX под Лос-Анджелесом.

Страубел заметил, что прогулка по офису SpaceX в бывшем складе в Эль-Сегундо не особенно впечатлила Розена. Он постоянно указывал на недочеты в планах Маска по созданию ракеты, стоимость которой планировалась в разы меньше существующих моделей. «Это провал», – сказал Розен Маску к ужасу Страубела. В ответ на это Маск не менее критически отозвался об идее Розена о самолете для создания беспроводного интернета: «Дурацкая идея». К началу обеда Страубел был уверен, что вся эта затея была большой ошибкой.

Маск хотел углубиться в физику энергии, убежденный, что сможет добиться радикальных успехов в технологии аккумуляторов, но бросил учебу через два дня – перед бумом доткомов в конце 1990-х годов, который стал настоящей золотой лихорадкой того времени.

Чтобы поддержать разговор, Страубел перешел к своему собственному проекту – электромобилю, который сможет пересечь всю страну. Он рассказал, что работает с компанией AC Propulsion над использованием литий-ионных батарей, которые могут стать необходимым Маску прорывом в технологиях. Эту идею Страубел предлагал всем без разбора. Многие считали ее безумной, но только не Илон Маск. Это было ясно с первого взгляда. По лицу Маска было видно, что мысль показалась ему интересной. Его глаза ненадолго устремились вверх, чтобы обдумать услышанное, а затем он просто кивнул в знак согласия. Без лишних обсуждений Маск понял, что идея толковая.

Страубел ушел из офиса с приятным ощущением, что встретил человека, разделяющего его взгляды. После обеда он отправил электронное письмо, в котором предложил Маску обратиться в AC Propulsion, если ему интересно увидеть пример автомобиля, работающего на литий-ионных батареях. Маск немедленно ответил, что хочет внести 10 тысяч долларов на создание демонстрационной модели, а также пообещал позвонить в AC Propulsion. «Идея очень классная. Думаю, мы наконец приближаемся к тому моменту, когда электромобили станут неотъемлемой частью нашей жизни», – написал Маск.

Страубел еще не знал, что вскоре ему придется бороться за внимание Маска.

Глава 2

Призрак EV1

Идея создания Tesla Motors возникла не у Илона Маска и не у Страубела, а у Мартина Эберхарда. Удивительно, но действовать его заставил кризис среднего возраста. В начале 2000-х он быстро продал молодой бизнес и развелся с женой, с которой прожил четырнадцать лет. После суда ей досталась большая часть заработанных им денег, а ему – дом на холмах над Кремниевой долиной, построенный его братом-архитектором, откуда в ясную погоду можно было видеть Тихий океан.

Там же неподалеку Эберхард нашел новую работу. До «технологического инкубатора», помогающего стартапам выйти на рынок, пришлось долго ехать по извилистой дороге сквозь заросли секвойи. Так что времени на размышления о том, что делать дальше как в личном, так и в профессиональном плане, у Эберхарда было предостаточно.

В 43 года он все еще не был уверен, чем хочет заниматься дальше, но одно знал наверняка: нужно основать еще одну компанию, причем такую, которая будет иметь по-настоящему большое значение. Или все-таки забросить это дело и пойти в юридическую школу?

В перерыве между этими размышлениями Эберхард задумался о чем-то более насущном, пусть и банальном: он захотел купить спортивный автомобиль. Что-то быстрое и крутое.

Эберхард, которому легкая седина и борода придавали сходство с отцом из ситкома 80-х «Семейные узы», каждый день за обедом обсуждал со своим давним другом Марком Тарпеннингом, какую машину купить. Пятью годами ранее, в 1997 году, они вместе основали компанию Nuvo Media Inc. с дерзкой целью перевернуть книгоиздательский бизнес. Оба много читали, часто путешествовали и устали таскать с собой книги во время длительных перелетов. Им пришла в голову мысль: почему бы не сделать книги цифровыми?

Впоследствии из этой идеи родился проект Rocket eBook, предшественник Amazon Kindle и ему подобных. В 2000 году, перед тем как лопнул пузырь доткомов, Эберхард и Тарпеннинг продали свой бизнес за 187 миллионов долларов компании, которую кажется больше интересовали их патенты, чем мечты о цифровой революции. Поскольку они очень сильно полагались на внешних инвесторов, таких как Cisco и Barnes & Noble, у них осталось очень мало акций. Поэтому такими богатыми, как Маск после приобретения PayPal, они не стали. А из того, что получил Эберхард, большая часть досталась его бывшей жене.

Перебирая модели скоростных автомобилей, Эберхард жаловался Тарпеннингу на расход топлива. Porsche 911, модель 2001 года с механической коробкой передач, был чертовски удобным автомобилем, но ему требовалось огромное количество бензина. При езде по городу он расходовал целых 15,7 литров на 100 км. На трассе расход был получше – 10,2 литра. Ferrari и Lamborghini в среднем расходовали 21 литр на 100 км. Более популярный BMW 3, выпущенный в 2001 году, в среднем потреблял около 12 литров на 100 км при езде как по городу, так и по трассе.

В 2002 году глобальное потепление еще не стало актуальной темой для обсуждения, но Эберхард уже познакомился с исследованиями, которые подтверждали его наступление. Умом он понимал обоснованность научных доказательств. «Глупо полагать, что мы и дальше можем выбрасывать углекислый газ в атмосферу и надеяться, что ничего не произойдет», – сказал он. Кроме того, трудно отмахнуться от проблем США на Ближнем Востоке, вызванных зависимостью от нефти. Тарпеннинг разделял его мнение.

Как инженер, Эберхард решил изучить, какой автомобиль гипотетически будет наиболее эффективным – электрический или бензиновый. Он подготовил сложные электронные таблицы для расчета топливной эффективности (общий расход энергии, потребляемой автомобилем, в сопоставлении с выбросами парниковых газов). Эти расчеты убедили его, что электрокар – лучший вариант. Единственная проблема была в том, что он не мог найти электромобиль, который соответствовал его потребностям. Ничто на рынке не выглядело так же стильно, как Porsche.

Но все недостатки, связанные с комфортом и эстетикой, компенсировала скорость автомобиля. Никакого сцепления. Никакого переключения передач. Чистейший адреналин.

И Эберхард был не единственным, кто так думал. Все больше шумных калифорнийцев требовали создания более совершенных электромобилей. Одним из таких людей был Стивен Каснер, коллега Эберхарда по работе. На зарождающемся рынке Каснер взял в лизинг EV1, выпущенный компанией GM, и это погрузило его в новую субкультуру электромобилистов. Однажды он посетил ежегодное ралли Ассоциации электромобилей, где увидел Porsche, переделанный под электромобиль недавним выпускником Стэнфорда (а именно Джей Би Страубелом). Машина прославилась, установив рекорд скорости на драг-рейсинге в Сакраменто.

Садясь в EV1 для пробной поездки, Эберхард оценил интерьер машины. Он определенно не был похож на спортивный автомобиль, скорее, на странный двухместный космический корабль. В угоду аэродинамике каплевидный кузов EV1 прижимался к земле. Панели кузова частично прикрывали задние колеса, словно веки на глазах. Благодаря таким дизайнерским решениям аэродинамическое сопротивление автомобиля было на 25 % меньше по сравнению с другими серийными автомобилями, поэтому он был более энергоэффективным и требовал меньше батарей.

Производители непрерывно боролись за уменьшение веса и повышение эффективности электромобилей. Батарейный блок EV1 весил полтонны, по тем временам это было очень много, учитывая, что обычный седан весил чуть больше 1,5 тонны. Блок батарей располагался посередине, образуя перегородку между двумя сиденьями, что делало и без того маленький автомобиль еще более тесным. По правую руку от Эберхарда, на крышке аккумуляторного блока, вокруг переключателя скоростей, располагались десятки кнопок, как будто это не спортивный автомобиль, а научный калькулятор.

Тем не менее Эберхарда восхитила скорость разгона. Стоило нажать на педаль, и машина тут же устремлялась вперед. По утверждению GM, автомобиль разгонялся до ста километров в час менее чем за девять секунд. А отсутствие ревущего бензинового двигателя делало езду тихой и приятной.

И все же это был не тот автомобиль, который искал Эберхард. В любом случае, EV1 лишь дразнил покупателей, поскольку GM постепенно отзывала электромобили обратно, прекращая их выпуск, который оказался убыточным. Но пока Эберхард беседовал с Каснером, тот упомянул своего соседа, человека по имени Том Гейдж, который работал на одного из разработчиков проекта EV1 в компании из Лос-Анджелеса под названием AC Propulsion. По слухам, ее владелец Эл Коккони разработал электромобиль, который они назвали tzero.

Эберхард тоже читал об этом и вскоре уже летел в самолете до Лос-Анджелеса.

Прибыв в AC Propulsion, Эберхард узнал, что Коккони и Гейдж уже продали два из трех изготовленных tzero по цене 80 тысяч долларов за каждый. Ярко-желтый автомобиль со скошенным передом и приземистым прямоугольным кузовом выглядел как машина из мультиков. 28 свинцово-кислотных батарей размещались внутри боковых панелей, где обычно находились двери. Так что Эберхарду пришлось залезать внутрь и вылезать из тесной кабины чуть ли не через боковое стекло. Но все недостатки, связанные с комфортом и эстетикой, компенсировала скорость автомобиля. Никакого сцепления. Никакого переключения передач. Чистейший адреналин.

Однако tzero испытывал те же трудности, что и EV1, все еще завися от больших, дорогих батарей, не дающих большого запаса хода. Эберхард вспоминает, что во время разговора выдвинул идею использования литий-ионных батарей, с которыми познакомился, занимаясь электронными книгами. По словам Эберхарда, стоило ему озвучить эту мысль, и в комнате повисла тишина, словно он задел за живое. Коккони тут же свернул разговор.

Но когда Эберхард вернулся, у Коккони было, что ему показать. Оказалось, что обоих озарила схожая идея. Коккони, любитель самолетов на дистанционном управлении, считал, что в них лучше использовать литий-ионные аккумуляторы вместо обычных никель-металл-гидридных. Это и дешевле, и эффективнее. Получив небольшой грант, Коккони решил проверить свою догадку, создав из 60 элементов батарей для ноутбуков аккумуляторный блок, который будет вырабатывать больше энергии. Коккони рассуждал, что неплохо бы перевести на литий-ионные батареи и tzero.

Теоретически, если заменить свинцово-кислотные батареи tzero на 6800 недорогих батарей для ноутбуков, то можно получить более легкий автомобиль, у которого запас хода больше, а характеристики лучше. Единственная проблема – у AC Propulsion заканчивались деньги. Мастерская переоборудовала автомобили Volkswagen в электромобили, чтобы увеличить продажи компании в Калифорнии и избежать штрафов, связанных с выбросами. Но калифорнийские власти больше не настаивали на обязательном использовании электромобилей и Volkswagen, который был одним из крупнейших клиентов AC Propulsion, отказался от контракта. Дела в мастерской шли неважно, и Коккони пришлось увольнять сотрудников, чтобы спасти бизнес.

Эберхарду приглянулся tzero, и он был готов на него потратиться, заплатив 100 тысяч долларов за автомобиль и выделив еще 150 тысяч на оплату электричества, необходимого для замены батарей на литий-ионные. «Не превратить ли эту мастерскую в настоящую автомобильную компанию?» – подумал про себя Эберхард. Ведь в свое время именно обыденная проблема – нежелание таскать туда-сюда тяжелые книжки – привела его и Тарпеннинга к открытию бизнеса. Может, и теперь получится одним махом разобраться с очередной трудностью, основать новую компанию и справиться с кризисом среднего возраста?

Идея создания электромобиля так же стара, как и сам автомобиль. Еще в середине 1800-х годов изобретатели пытались создать транспортные средства, работающие от аккумуляторов. У жены Генри Форда был электромобиль в начале 1900-х годов, когда эта технология привлекала женщин, которых отталкивали ручные переключатели, а также шум и вонь безлошадных повозок, работающих на бензине. Успех ее мужа с Model T, бензиновым автомобилем для всех, поставил точку в споре между горючим и электричеством.

Способность Ford Motor Co. серийно производить автомобили по цене, которую мог позволить себе растущий средний класс, породила целую индустрию автопроизводителей и сеть заправочных станций, работающих на ископаемом топливе. Электромобиль, который мог стоить в три раза дороже обычного седана и иметь запас хода всего 80 километров, был покупателю попросту неинтересен.

Лишь в 1990-х годах вновь появилась надежда на возвращение электрокаров. Именно в 1990 году General Motors Corp. удивила индустрию, представив свой концепт электрического автомобиля на выставке в Лос-Анджелесе, а затем поспешила воплотить эту идею в жизнь, выпустив в 1995 году модель EV1.

Для производителей электромобилей основная проблема, с которой столкнулся EV1, носила математический характер – стоимость батарей увеличивала цену машины на десятки тысяч долларов. Такие затраты совершенно не устраивали корпоративных счетоводов, поэтому пришлось отказываться от некоторых функций ради экономии в несколько долларов, а то и центов.

Удорожание машины на несколько тысяч было немыслимо – электромобиль и так казался покупателям сплошной обузой. Прежде всего непонятно, как их вообще заряжать. С бензиновыми автомобилями все просто: заехал на заправку – благо по всей стране их тысячи – и готово. Сто лет развития индустрии позволяли обеспечить бензином каждого автовладельца.

При создании EV1 инженеры рассуждали, что уменьшение количества батарей приведет к снижению стоимости. Но тогда сократится и запас хода. Замкнутый круг.

При создании EV1 инженеры рассуждали, что уменьшение количества батарей приведет к снижению стоимости. Но тогда сократится и запас хода. Замкнутый круг.

Эберхард выяснил, что, даже увеличивая дальность хода, менее дорогие литий-ионные батареи все равно делают электромобиль дороже машин на бензине за счет стоимости самих аккумуляторов. Изучая этот вопрос, он пришел к выводу, что многие автомобильные компании, включая GM, потерпели неудачу, концентрируясь на доступности электромобилей. В надежде снизить себестоимость автоконцерны стремились к увеличению масштабов производства. В результате их модели не вписывались ни в один из сегментов рынка. Слишком невыразительные для богачей, слишком дорогие для бедных и слишком неэффективные для среднего класса.

Опираясь на свой опыт в сфере бытовой электроники, Эберхард понял, что автопроизводители используют неправильный подход. Современные технологии сначала всегда продавались по завышенной цене, а затем дешевели, чтобы удовлетворить обычных покупателей. Все новомодные штучки расхватывали клиенты премиум-класса, а потом по их следу шли и остальные. Тогда почему в случае с электромобилями должно быть иначе?

Эберхарда особенно вдохновили продажи Toyota Prius, гибрида с бортовым аккумулятором для накопления энергии, получаемой либо при торможении, либо от бензинового двигателя, что снижало расход топлива. В итоге покупатели Prius, по сути, брали ту же Corolla в бюджетной комплектации, но с дорогим экологичным приводом, что автоматически поднимало модель до премиум-класса.

Prius полюбили многие голливудские звезды, которые хотели покрасоваться заботой об окружающей среде. Разъезжая по элитным районам, Эберхард, бывало, фотографировал вереницы BMW и Porsche, среди которых то и дело попадались седаны Prius. Именно на таких людей рассчитывал бизнесмен. На тех, кому были важны и характеристики, и забота об экологии.

Если разрабатывать электромобиль, изначально рассчитывая на премиум-сегмент, то не придется ломать голову над снижением затрат. По собственному опыту Эберхард знал, что покупатели спортивных автомобилей готовы закрыть глаза на очень многое – даже на надежность. Лишь бы показатели были в норме, а бренд считался крутым.

Пока Эберхард предвкушал выход на новый рынок, к проекту присоединился его старый партнер Тарпеннинг. Вместе они решили назвать компанию Tesla Motors в честь Николы Теслы, который изобрел систему электропитания на основе переменного тока, осветив дома по всему миру. Эберхард и Тарпеннинг зарегистрировали компанию 1 июля 2003 года – за девять дней до даты рождения Теслы. Теперь пришло время разобраться в специфике автомобильной промышленности.

Признаться, знали бизнесмены немногое. И считали это своим преимуществом. Индустрия тогда переживала системные изменения. Такие гиганты, как GM, пытались приспособиться к меняющимся вкусам покупателей, высокой стоимости рабочей силы и сокращению доли рынка, а также стремились избавиться от унаследованных долгов.

Долгие годы автопроизводители строили вертикальное взаимодействие, когда корпоративные поставщики отправляли необходимые детали на сборочное производство. Чтобы сократить расходы, они часто разделялись на несколько независимых компаний по всему миру. Эберхард ставил на то, что крошечная Tesla сможет покупать те же детали, которые используют крупные игроки, но только для своего спортивного автомобиля.

Да и вообще, зачем самим собирать машину? Ведь когда Эберхард и Тарпеннинг делали электронные книги для Nuvo Media, то сами гаджеты собирались в другом месте. Как и большинство компаний, производящих бытовую электронику, они передавали эту работу сторонним организациям. Оказалось, что автомобильных компаний, которые предлагали такие услуги, было немного, но одна из них показалась достаточно интересной: британский производитель спортивных автомобилей Lotus.

Lotus недавно выпустили новую версию родстера Elise. Что если просто купить несколько моделей Elise? Пусть Lotus подкорректирует их дизайн, чтобы машины выглядели необычно, и заменят двигатели внутреннего сгорания на электрические от Коккони. Тогда у Tesla появится высококлассный спортивный электромобиль.

Многие задумывались о создании электромобиля, но не всем удавалось сделать его рентабельным. Эберхард решил полностью изменить бизнес по производству автомобилей, перенеся в столетнюю отрасль методы Кремниевой долины. Tesla сосредоточится не на активах, а на бренде и клиентском опыте. Время перемен пришло.

К сентябрю 2003 года компания AC Propulsion завершила работу над машиной, которую заказал Эберхард. Результаты были умопомрачительными. Новый tzero, оснащенный литий-ионными батареями, значительно уменьшил свой вес – на 227 кг. Скорость разгона до 100 км/ч достигла невероятных 3,6 секунды, что позволило tzero войти в число самых быстрых автомобилей в мире. Переоборудование увеличило запас хода автомобиля, позволяя ему проехать 480 км на одной зарядке, по сравнению со 130 км, которых Коккони и Гейдж (второй владелец AC Propulsion) достигали раньше.

Эберхард попросил своего соседа Иана Райта, гонщика-любителя, провести тест-драйв tzero. По словам Райта, электрокар оказался не похож на все, что он водил прежде. Чтобы быстро разогнаться на бензиновом автомобиле, нужен крутой движок и опытный водитель. Гонщик должен резко дать газу и вовремя выжать сцепление. Если сделать это слишком рано – автомобиль заглохнет, так как крутящего момента не хватит для разгона. Слишком поздно – задымятся шины. Все должно быть выверено до секунды, чтобы шины срывались с места именно тогда, когда у двигателя достаточно мощности для их вращения. Автоматические трансмиссии могут помочь водителю, но они зависят от систем, работающих на бензине.

С tzero все было иначе. Эберхард и Райт обнаружили, что электрокар уже на старте опережал бензинового соперника на целый корпус. Причем по мере разгона ускорение не спадало. «Как будто едешь на первой передаче, но скорость становится все выше и выше, пока не достигает 160 км/ч», – позже написал Райт. Он сам подумывал открыть бизнес, но вскоре отказался от своей идеи и присоединился к Эберхарду и Тарпеннингу.

Увидев tzero в действии, Эберхард был уверен, что компания должна производить именно спортивный электрокар. Однако Гейдж и Коккони предложили другую идею. Они хотели использовать новую аккумуляторную технологию для создания средства передвижения, доступного для всех. Литий-ионные батареи могли обеспечить машинам достаточный запас хода, чтобы превратить электромобиль из новомодной игрушки в повседневный транспорт.

Гейдж и Эберхард многое пережили вместе, но сейчас стало ясно, что их дороги разошлись. Они пришли к взаимопониманию. И хотя им не суждено управлять одной компанией, они остались деловыми партнерами. Эберхард договорился о покупке у Гейджа двигателей и электроники для своего родстера. Такая сделка не связывала компанию лишними обязательствами: AC Propulsion могла свободно заниматься своими делами.

Многие задумывались о создании электромобиля, но не всем удавалось сделать его рентабельным. Эберхард решил полностью изменить бизнес по производству автомобилей, перенеся в столетнюю отрасль методы Кремниевой долины.

Однако какой бы хорошей ни была идея о сотрудничестве, ни у той, ни у другой компании не было достаточно средств на создание машины. Чтобы встать на ноги, нужно заработать миллионы долларов. Так что Гейдж и Эберхард по-джентльменски договорились, что не будут обращаться за помощью к одним и тем же инвесторам.

Очень быстро одним из потенциальных инвесторов AC Propulsion стал Илон Маск, благодаря рекомендации Джей Би Страубела. Про Маска заходил разговор и ранее, когда Гейдж показывал tzero Сергею Брину и Ларри Пейджу, основателям Google, поисковой системы, запущенной за несколько лет до этого. Они хоть и остались под впечатлением, но все же отказались вкладывать в проект, потому что на тот момент Google еще не вышел на открытый рынок. Тогда Брин упомянул Маска: «У него деньги найдутся».

«Ты вообще имеешь представление, как производятся автомобили?» – спросила как-то Джуди Эстрин, соучредительница компании Packet Design, у Эберхарда. В Packet Design он работал до того, как решил радикально сменить сферу деятельности и заняться Tesla. Сейчас Эстрин сидела и внимательно слушала, как Эберхард делится своей идеей. Ее всегда впечатлял предпринимательский талант Эберхарда, и она не сомневалась, что если он говорит: «Время электромобилей пришло», значит, так оно и есть. Но создать автомобильную компанию, мягко говоря, непросто.

За время поиска финансирования подобные нотки сомнения Эберхард и его партнеры слышали постоянно. Лори Йолер, подруга и коллега по Packet Design, имевшая хорошие связи в мире инвесторов, организовывала им встречи по всей Кремниевой долине. Стартап обычно начинался со стартового капитала – возможно, из собственного кармана основателя или собранного у друзей и родственников. Он гарантировал надежность компании на раннем этапе. Затем шла постепенная работа над увеличением финансирования.

На каждом этапе основатель уступал долю в компании другим участникам, а текущие инвесторы должны были либо увеличить свои инвестиции, либо согласиться с уменьшением своей доли. Тем временем венчурные капиталисты управляли фондами, которые собирали миллионы долларов, чтобы инвестировать в стартапы, а затем обналичить средства – либо путем его продажи более крупной компании, либо через первичное размещение акций. Обычно стартап выходил на биржу в срок от восьми до двенадцати лет.

В те давние времена стартапы, основанные на программном обеспечении, такие как Facebook[5], оценивались по расширяющейся базе пользователей, а не по прибыли. Социальная сеть Марка Цукерберга стала приносить прибыль только через пять лет после того, как он основал ее в комнате общежития Гарвардского университета. А до выхода Facebook[6] на открытый рынок оставались еще годы.

Amazon почти десять лет не получала годовой прибыли, тратя все деньги на рост пользовательской базы и создание не имеющих аналогов систем логистики и цифровой инфраструктуры. И все это примеры крайне успешных компаний. Они вкладывали и вкладывали, пока в какой-то момент не встали на ноги.

Новые автомобильные компании мало привлекали инвесторов. Во-первых, на протяжении нескольких поколений не было ни одного успешного старта автомобильной компании. Во-вторых, простые математические расчеты быстро давали понять, что эта сфера требует огромных капиталовложений, а значит, шансы на большой доход невелики.

Даже роль поставщика автомобильной компании, к чему стремилась команда AC Propulsion, не давала гарантий: могло пройти десятилетие или больше, прежде чем изготовленный продукт появится в серийном автомобиле. Для венчурных капиталистов такие сроки были слишком большими. Но в марте 2004 года, во вторник днем, Эберхард открыл свою электронную почту и обнаружил короткое сообщение от Гейджа: «Маску интересно, чем вы занимаетесь в Tesla Motors».

Эберхард посмотрел на письмо и вспомнил выступление Маска на лекции в Стэнфордском кампусе, где инвестор рассказывал о своей концепции космических путешествий и полетов на Марс. Этот человек определенно не боялся масштабных задумок.

Однако Гейдж не уточнил, почему он сам не смог убедить Маска инвестировать в свой бизнес. Маск написал Гейджу, что если компания хочет популяризировать электромобили, то начинать нужно с престижных спорткаров, а уже потом спускаться к массовому потребителю.

По сути, инвестор повторил мысль, которую ранее высказывал Эберхард. Для примера Маск предложил переоборудовать одну из моделей британского автопроизводителя Noble, который отличался привлекательным дизайном. Можно было бы импортировать автомобиль, вынув из него двигатель. Но Гейдж и Коккони не желали идти в этом направлении.

Учитывая, насколько схожи точки зрения Маска и Эберхарда, встреча между ними была организована довольно быстро. У Тарпеннинга были семейные планы, так что лететь в Лос-Анджелес с бизнес-планом пришлось Эберхарду и Райту. Они подсчитали, что каждый спортивный автомобиль модели Roadster обойдется в 49 тысяч долларов. Почти 40 % этой суммы составит стоимость батарей, хотя партнеры надеялись, что по мере наращивания производства смогут получить скидку.

Конечно, поставщики аккумуляторов были бы в восторге от перспективы создания компании, продукция которой зависит не от одной батарейки, как в цифровой камере или мобильном телефоне, а от тысяч. На изготовление самого автомобиля потребуется около 23 тысяч долларов. Шасси приобретается у третьей стороны (например, Lotus) вместе с другими компонентами типичного автомобиля. Затем готовый электромобиль продадут небольшому числу утвержденных автодилеров за 64 тысячи, а те – покупателям за 79 999 долларов.

Так что валовая прибыль Tesla составит 15 тысяч долларов с каждого автомобиля, что позволит выйти на самоокупаемость, продавая 300 машин в год. Это означает, что Tesla займет около 1 % американского рынка спортивных автомобилей высокого класса.

Предполагалось, что потребуется в общей сложности 25 миллионов долларов, которых должно хватить до выхода компании на самоокупаемость в 2006 году, когда Tesla Motors начнет приносить прибыль. Сначала планировалось собрать 7 миллионов долларов, на которые можно нанять инженеров и оплатить создание прототипа. А к концу года собрать еще 8 миллионов долларов, чтобы оплатить окончательную разработку автомобиля и создание дополнительных прототипов. Через девять месяцев – следующие 5 миллионов долларов для оплаты заводской оснастки и постройки складов, а в марте 2006 года (через два года после первых инвестиций) – последние 5 миллионов долларов для финансирования запуска производства.

План был простой: построить потрясающий спортивный автомобиль, способный превзойти все остальные, поставить дилерам 565 таких машин за четыре года, продавая по 79 999 долларов, получить прибыль и, наконец, изменить мир. Вроде ничего сложного? Расчеты казались элементарными. Но они еще не понимали, насколько ошибались в цифрах.

Маск был впечатлен, настроен скептически. «Убедите меня, что вы знаете, о чем говорите», – сказал он Эберхарду и Райту, когда они все вместе сидели за стеклом украшенного моделями самолетов конференц-зала в офисе SpaceX в Эль-Сегундо. Он уточнял объем инвестиций: «Почему вы так уверены, что финансирование не будет больше – в два, или в пять, а то и в десять раз?»

Оба не нашли ничего лучше, чем сказать, что связывались с компанией Lotus после автовыставки в Лос-Анджелесе и читали, будто модель Elise разработана менее чем за 25 миллионов долларов. Маска это не особенно убедило. По его мнению, самый большой риск заключается в том, что компании может понадобиться гораздо больше денег, чем предполагалось ранее. Тем не менее инвестор был заинтригован.

Они обсудили свои планы относительно модели Roadster. Эберхард предложил создать суперкар с двухступенчатой коробкой передач и элегантным салоном, который мог бы конкурировать со статусными моделями. Или немного снизить статус и предложить четырехместное купе, ориентированное на покупателей Audi A6? А может, внедорожник?

После выхода на серийное производство, которое позволит дешевле покупать детали и сократить производственные затраты, они планировали выпускать последующие автомобили по более низким ценам. План развития компании Эберхарда представлял собой карту сокровищ, на которой некоторые фрагменты традиционно были размыты, но общая траектория просматривалась довольно отчетливо. Roadster действительно мог стать началом чего-то нового.

После двух с половиной часов переговоров Маск решил принять участие в проекте. Он еще собирался обсудить кое-какие моменты с Тарпеннингом, но сразу обозначил свои условия. Маск хотел стать председателем совета директоров. А еще сделку нужно завершить за 10 дней, потому что жене Маска назначено кесарево сечение. Джастин собиралась родить двойню – мальчиков-близнецов.

Эберхард и Райт покинули собрание в приподнятом настроении. «Поздравляю, мы нашли деньги!» – сказал Эберхард своему новому деловому партнеру.

Пока Маск проверял юридический и финансовый статус компании, команда Tesla занималась тем же самым в отношении самого инвестора. Йолер, венчурный консультант компании, пыталась разузнать у всех, что это за человек. Она передала Эберхарду, что у инвестора репутация упрямого и трудного в общении человека. В то время многие знали, что в какой-то момент Маск ушел с поста генерального директора PayPal. Но не все знали, как именно это произошло.

Во время медового месяца Маск был смещен с поста советом директоров, недовольным его стилем управления. Это произошло незадолго до сделки с eBay, что и позволило Маску разбогатеть. Однако это оставило у него ощущение, что он потерял контроль над собственным творением. Тот момент стал для Маска судьбоносным. Он никогда не забудет, каково это – терять свою компанию.

Йолер начала немного волноваться. Эберхард тоже мог быть трудным и упрямым. Это распространенная черта предпринимателей, которым часто приходится идти наперекор мнению толпы о том, что их идеи слишком рискованны, неразумны и необоснованны. «Просто поговори с ним», – сказал ей Эберхард. Она поговорила с Маском по телефону и быстро успокоилась. «Он произвел на меня большое впечатление, – сказала она. – Маск сказал, что собирается быть лишь щедрым инвестором и полезным членом правления».

План был простой: построить потрясающий спортивный автомобиль, способный превзойти все остальные, поставить дилерам 565 таких машин за четыре года, продавая по 79 999 долларов, получить прибыль и, наконец, изменить мир.

В итоге быстро заключили сделку. Маск вложил 6,35 миллиона долларов из 6,5 миллиона первоначальных инвестиций. Эберхард внес 75 тысяч долларов, а остальные средства поступили от других мелких инвесторов. Маск стал генеральным директором, Тарпеннинг – президентом, а Райт – главным исполнительным директором. Йолер стала членом совета директоров, как и давний друг и наставник Эберхарда Берни Тсе.

В тот вечер, когда деньги по чеку от нового председателя совета директоров поступили на счет, все они, за исключением самого Маска, собрались в крошечном офисе в Менло-Парке, который арендовал Эберхард. Передавая друг другу бутылку шампанского, они подняли тост за рождение своей компании. Благоприятное начало для многообещающего бизнеса, который все присутствующие могли назвать действительно своим.

Глава 3

Игра с огнем

На заднем дворе дома с тремя спальнями, который Джей Би Страубел снимал в Менло-Парке, лежала груда использованных электродвигателей, упакованных в большие деревянные короба. Сваленные в кучу ящики контрастировали с белым забором и ухоженным газоном соседского дома. Несколько лет Страубел собирал списанные двигатели от автомобилей EV1 производства General Motors, которые так и не преуспели на рынке.

Изначально Страубел коллекционировал их из любопытства. Когда в 2003 году GM отменила программу EV1, компания отозвала все свои автомобили, а затем отправил их на свалку, к всеобщему ужасу и возмущению покупателей. Еще до того, как это произошло, Страубел интересовался, сохранились ли какие-то запчасти EV1 в дилерских центрах Saturn, которым GM поручил их обслуживание. Эти детали могли бы пригодиться для переоборудования бензиновых автомобилей электромоторами, подобно тому, которое Страубел проделал с Porsche.

Его догадка оказалась верна: списанный двигатель валялся за местным сервисным центром Saturn. Ошеломленный такой удачей, Страубел приготовился к сложным переговорам с автодилером, обладавшим столь редким сокровищем. Вместо этого представитель центра недоверчиво посмотрел него и ответил: «Это же мусор! Забирайте, если надо».

Вскоре Страубел составил карту всех дилерских центров Saturn на западе США, которые обслуживали EV1, и начал их обзванивать. В конце концов, он собрал почти сотню двигателей. Некоторые разобрал на части, чтобы узнать все секреты, другие продал знакомым электромобильным энтузиастам, а остальные планировал использовать для собственных проектов электромобилей – наподобие того, который только что продал Илону Маску во время непродуктивного обеда с Гарольдом Розеном.

В начале 2003 года Страубел вернулся в Кремниевую долину с 10 тысячами долларов от Маска, собираясь работать над прототипом электромобиля, способного проехать через всю страну на одной зарядке. Он арендовал дом неподалеку от гаража Стэнфордской команды по созданию автомобилей на солнечных батареях, надеясь собрать у себя как можно больше студентов, желающих поработать с электрокарами.

Поселившись в доме, Страубел собрал коллекцию моторов, оборудовал мастерскую и начал эксперименты по соединению литий-ионных элементов для создания аккумуляторного блока, который будет вырабатывать энергию для его модели. Он еще не знал, что Маск недавно выделил миллионы долларов на финансирование компании по производству электромобилей с очень похожей технологией.

Поэтому когда в 2004 году ему позвонил Мартин Эберхард, чтобы сообщить, что недавно основал компанию по производству электромобилей Tesla Motors, и предложить Страубелу работу, инженер был потрясен. Среди любителей электромобилей он знал каждого, но фамилию Эберхарда слышал впервые. Еще более удивительно, что компания Tesla располагалась в офисном здании всего в паре километров от его дома. Ошеломленный, Страубел отправился туда на велосипеде, чтобы разузнать обо всем подробнее.

Там он встретил Эберхарда, Марка Тарпеннинга и Иана Райта, которые искали сотрудников для воплощения своей мечты о создании электромобилей. Им нужны были помощники – много квалифицированных помощников. Эберхард в молодости восстанавливал детали от Ford Mustang 1966 года в своей комнате в общежитии Иллинойского университета, а Райт в свободное время участвовал в гонках. Все трое были автолюбителями, но почти ничего не знали о производстве автомобилей.

На ранней стадии задача Tesla заключалась в создании прототипа, который в дальнейшем можно было бы производить: соединить раму автомобиля Lotus и электродвигатель AC Propulsion, который будет питаться от тысяч батареек. На примере tzero они убедились, что литий-ионные батареи действительно работают. Теперь у них есть год, чтобы собрать концепт-кар, который в случае успеха можно показать инвесторам, чтобы получить следующий этап финансирования и заказать Lotus разработку настоящего автомобиля. Если все пойдет по плану, то электрокар поступит в производство в 2006 году, то есть менее чем через два года.

Страубел, которому тогда было 28 лет, пришел на встречу с Tesla по рекомендации AC Propulsion. Во время первой беседы с Эберхардом он понял, что они оба, сами того не подозревая, преследовали одну и ту же идею. Они даже общались с одними и теми же людьми: Аланом Коккони и Томом Гейджем из AC Propulsion, а также с Илоном Маском.

После встречи у Страубела голова шла кругом. Неужели в двух шагах от него занимались тем же самым, а он и знать не знал? Страубел позвонил Маску. «Это просто нереально, – начал он и засыпал Маска вопросами: А это законно? А вы действительно этим занимаетесь? И вы правда хотите это финансировать? А вы не бросите идею через каких-нибудь пару месяцев?»

Маск заверил его, что все это происходило на самом деле. «Я в восторге от идеи, – сказал он. – Заняться этим определенно стоит. Так что можешь либо пойти туда, либо присоединиться к SpaceX».

Страубел выбрал Tesla; его приняли на работу инженером.

Кроме Страубела, Эберхард набирал персонал Tesla в основном через друзей и бывших коллег из Nuvo Media. Так что основной костяк команды приходил из сферы бытовой электроники, понимая, как работать с массовым покупателем. Тарпеннинг, который формально был президентом компании, возглавил разработку программного обеспечения, также выполняя функции финансового директора до тех пор, пока не найдется подходящий человек на эту должность. Райт курировал инженерные вопросы, а Роб Фербер, сосед Эберхарда, занимался разработкой аккумуляторов.

Когда команда была сформирована, первым делом Страубел должен был передать AC Propulsion чек от Tesla, как часть сделки по лицензированию ее технологии. В Сан-Димасе он поселился в простеньком мотеле рядом с мастерской, где собирался часами напролет возиться с электродвигателями и другими системами AC Propulsion. Для Страубела это была работа мечты.

Увольнение продемонстрировало Страубелу и другим решительность Маска, который не побоялся напрямую связаться с инженерами, чтобы узнать, что на самом деле происходит с его инвестициями.

Он работал вместе с друзьями из AC Propulsion и получал за это деньги. Эберхард и Райт уже отправились в Великобританию, чтобы заключить соглашение с компанией Lotus, которая отправила свой первый Elise в Сан-Димас. Страубел и команда AC Propulsion принялись за работу. Они начали с демонтажа бензинового двигателя, чтобы освободить место для электромотора и батарей. Тут Страубел столкнулся с одной из первых сложностей Tesla.

Если двигатели EV1, сложенные в доме Страубела в Менло-Парке, были точной копией друг друга, как и положено крупному автопроизводителю, то каждый двигатель AC Propulsion был как ювелирное изделие – прекрасное и уникальное. В этом и была проблема. План Эберхарда предусматривал продажу сотен Roadster в год, поэтому Страубел не мог вернуться в Tesla с уникальными деталями. Для серийного производства нужны не драгоценности, а однотипные винтики.

Но с этим можно разобраться позже. Пока в Tesla даже мыслей не было о массовом производстве – в сжатые сроки и с ограниченным бюджетом нужно было создать концепт. Не важно, как это будет выглядеть, главное представить рабочую трансмиссию. В теории, концепт-кар должен быть легким, и AC Propulsion уже разработала блок батарей для tzero. Но в отличие от Tesla, компания никуда не торопилась и, похоже, больше интересовалась переоборудованием Toyota Scion в электромобиль, а также другими проектами, которые привлекли ее внимание. Хотя удивляться тут нечему: в некотором роде Tesla была конкурентом AC Propulsion, поэтому Roadster явно не был их приоритетом.

Эберхарду тоже не повезло. Из Великобритании они с Райтом вернулись обескураженными после не самых приятных переговоров с Lotus. Ключевой частью плана Эберхарда было просто взять Elise за основу и, существенно поменяв дизайн, получить новую модель – Tesla Roadster. Но оказалось, что даже косметические изменения, например, дверей, стоят очень дорого и потребуют много времени, что обойдется Tesla совсем недешево. Lotus хотел за свою работу гораздо больше, чем предполагалось бизнес-планом Эберхарда. Они уехали с пониманием того, что придется искать новые инвестиции раньше, чем они планировали. А если их не найти, то, как заключил Райт: «Все пропало».

В небольшой команде росло напряжение. К осени 2004 года решили переправить корпус Elise из Лос-Анджелеса на север, в Кремниевую долину, где Эберхард нашел новый офис (бывший склад сантехники) с местом для мастерской. По рекомендации Страубела они наняли в команду еще одного инженера – Дейва Лайонса, бывшего сотрудника IDEO, известной дизайнерской фирмы.

Создание блока батарей оказалось более масштабным проектом, чем ожидалось. Поэтому Страубел, который до этого работал над собственным аккумулятором, просто приспособил его для концепт-кара Tesla. Итак, основательно занятый электроникой и двигателем, Страубел взялся еще и за работу над батареей. Он обратился за помощью к своим друзьям в Стэнфорде, для которых был лидером.

Его домашний гараж стал для Tesla еще одним офисом: мастерскую оснастили необходимыми инструментами, а гостиная превратилась в кабинет. Джин Бердичевски, член команды Стэнфорда по солнечным батареям, который разделял ранний энтузиазм Страубела в отношении электромобилей, бросил колледж (пообещав родителям вернуться и закончить) и присоединился к Tesla. В перерывах между работой он частенько перекусывал хлопьями на кухне Страубела, пока тот вручную склеивал элементы батареи возле бассейна на заднем дворе.

В компании появились первые признаки внутренних проблем. Некоторые члены команды считали, что растущее Стэнфордское братство, находящееся под влиянием Страубела, угрожает авторитету Райта. Они расходились во мнениях по техническим вопросам, например о способе охлаждения батарей – воздухом или жидким теплоносителем. Райт дошел до того, что резко спросил у молодого инженера, не метит ли он на его место. Страубел был озадачен такой постановкой вопроса. Для него работа в Tesla и без того была воплощением мечты, так что интриги его не интересовали.

Райт конфликтовал не только со Страубелом. После освоения инженерной части работ, гоночный опыт Райта стал играть большую роль. Некоторым членам команды казалось, что он считает их механиками на пит-стопах. Однажды Райт поручил им рассчитать центр тяжести автомобиля, и, не зная, как на это реагировать, они полезли за подсказкой в интернет. Команда инженеров была сформирована лишь несколько месяцев назад, а люди уже начали уходить.

В перерывах на кофе Страубел и Тарпеннинг размышляли о том, как долго смогут уживаться такие сильные личности. У Эберхарда с Райтом отношения явно не клеились. Будучи по натуре инженером, Эберхард любил вникать в детали, а Райт считал, что генеральный директор не должен лезть в его дела. Он подвергал сомнению саму концепцию Эберхарда, не веря, что на полностью электрический суперкар будет хоть какой-то спрос.

В конце того же 2004 года Страубелу позвонил Маск. Он хотел узнать, как идут дела, в частности у Эберхарда и Райта. По наивности Страубел прямо ответил, что у Райта дела идут неважно и он мешает инженерам, а с Эберхардом приятно работать.

На следующий день Страубел понял, что на самом деле означал звонок Маска, когда узнал, что Райта уволили. Позже выяснилось, что Райт тайно прилетел в Лос-Анджелес, чтобы поговорить с Маском об увольнении Эберхарда, которого собирался заменить на посту генерального директора. Компании едва исполнился год, а она уже переживала внутреннюю драму. Это станет отличительной чертой корпоративной культуры Tesla на долгие годы вперед. Увольнение продемонстрировало Страубелу и другим решительность Маска, который не побоялся напрямую связаться с инженерами, чтобы узнать, что на самом деле происходит с его инвестициями.

Но когда Райт ушел из компании, вся команда скорее почувствовала облегчение. Наступило время праздников, и все собрались дома у Эберхарда, который с другом из IDEO работал над тем, как в конечном итоге будет выглядеть серийный автомобиль. Свои варианты Эберхард представил на вечеринке, и команда проголосовала за понравившиеся. От высокотехнологичного дизайна, напоминающего Prius, все отказались и остановились на автомобиле, больше похожем на Mazda Miata, только с более угловатыми передними фарами.

Но для обдумывания серийной модели дело еще не дошло. Прежде всего надо было доделать концепт-кар.

Для создания батарейного блока Эберхард приобрел около семи тысяч батарей у LG Chem, подразделения корейского техногиганта. В офис прибыл контейнер с кучей батареек, каждая в пластиковой обертке. Так что Колетт Бриджман, администратор в Tesla, заказала на обед стопку пицц, и вся команда принялась разрезать упаковки канцелярскими ножами. Приходилось действовать осторожно, чтобы не проткнуть сами батарейки, которые от этого могли воспламениться.

Той весной их коллективные усилия наконец оправдались. Выставочный образец автомобиля был почти готов. Команда успешно заменила двигатель Elise на электродвигатель с блоком батарей.

Едва Tesla продемонстрировала, что может самостоятельно создавать литий-ионные блоки питания, как появились новости, что при неправильном обращении аккумуляторы представляют большую опасность.

Для Страубела день испытательного заезда поначалу казался разочарованием. С виду машина все еще выглядела как Elise, на которую за несколько месяцев все и так изрядно налюбовались. Да и сам Страубел уже поездил на многих электромобилях. Но перспективы компании Tesla зависели не столько от дизайна, сколько от характеристик машины. Так что в тот момент, когда вся команда собралась на первый прогон электромобиля у бывшего склада сантехники, превращенного в мастерскую Tesla, в воздухе повисло ощутимое напряжение.

Страубел залез в низко сидящий родстер, опустив окна, чтобы иметь возможность говорить с инженерами. Когда пришло время начинать, он нажал на педаль газа. Машина рванула вперед по застроенной складами улице. Ее бесшумная стремительность ошеломила всех собравшихся. Эберхард, глядя на машину, даже прослезился. «Это было первое доказательство того, что идея может сработать», – сказал он. Когда пришла его очередь сесть за руль, он не хотел отпускать рулевое колесо.

Они отставали от графика на несколько месяцев, деньги заканчивались. Но это был важнейший этап, после которого можно привлечь больше инвестиций. В тот день команду охватил не столько восторг, сколько удовлетворение.

Маск был в восторге от развития событий. Когда несколькими месяцами ранее Эберхард вернулся из Великобритании с неутешительной новостью о том, что потребуется больше денег, чем планировалось, инвестор был недоволен, но не удивлен. Он с самого начала сказал им, что считает смету в 25 миллионов долларов слишком маленькой для создания нового автомобиля. Мысленно он оценивал успех этой затеи в 10 %.

Но воодушевленный успехами команды в работе над прототипом, он согласился внести существенную часть из 13 миллионов долларов, необходимых на втором этапе финансирования, который также привлек в компанию несколько новых лиц, включая Антонио Грасиаса, чья инвестиционная компания из Чикаго стала крупнейшим инвестором после Маска.

Старания Страубела тоже не остались без внимания: его повысили до главного технического директора.

Следующей задачей должна была стать разработка реальной модели Roadster – в том виде, который будет выпускаться на заводе Lotus. Но именно в тот момент, когда команда праздновала успех, возникла проблема, грозившая погубить компанию, прежде чем она пойдет дальше.

От LG Chem вдруг пришло письмо с невероятным требованием вернуть батареи.

Едва Tesla продемонстрировала, что может самостоятельно создавать литий-ионные блоки питания, как появились новости, что при неправильном обращении аккумуляторы представляют большую опасность. Несколькими месяцами ранее AC Propulsion убедилась в этом на собственном опыте во время одного из участившихся инцидентов, от которых содрогнулась вся аккумуляторная промышленность.

По пути из Лос-Анджелеса в Париж партия батарей AC Propulsion загорелась при погрузке на борт самолета FedEx, стоявшего на дозаправке в Мемфисе. Это стало поводом для расследования Национального комитета по безопасности на транспорте и вызвало беспокойство о том, как перевозить батареи в будущем.

Компании, производящие бытовую электронику, такие как Apple Inc., отзывали устройства с литий-ионными батареями из-за опасений, что они могут перегреться и воспламениться. В 2004 и 2005 годах Apple отозвала более 150 тысяч ноутбуков с батареями производства LG Chem.

Осознав, что LG Chem продала огромное количество батарей стартапу из Кремниевой долины, который планировал использовать их все в одном устройстве, юридический отдел компании направил письмо с требованием вернуть партию. LG Chem не хотела быть связанной с потенциально огнеопасным экспериментом.

Эберхард проигнорировал просьбу. У него не было выбора. Найти другого поставщика аккумуляторов для Tesla оказалось сложнее, чем ожидалось. У них на руках уже была партия батарей, а шансов заказать у кого-то новую могло и не быть.

На фоне внимания к литий-ионным батареям Страубел вспомнил свой бывший дом в Лос-Анджелесе, где они с Бердичевским обсуждали идею электромобиля, поджигая элементы питания. Если по ним ударить молотком, получался настоящий фейерверк. Автомобили всегда подвергались опасности ударного воздействия, но существовала и более коварная угроза. Он задумался о том, что произойдет, если один из элементов плотно уложенного аккумуляторного блока нагреется слишком сильно.

Однажды летом 2005 года они с Бердичевским решили выяснить это. После окончания рабочего дня они отправились на автостоянку с блоком соединенных друг с другом батарей. Одну из батареек они обмотали проводом, чтобы можно было нагреть ее дистанционно. Держась на безопасном расстоянии, они включили обогреватель.

Температура элемента быстро поднялась до 130 °C, и батарея вспыхнула ослепительным пламенем. А когда температура поднялась до 1800 °C, и вовсе взорвалась, запустив оболочку в небо, как ракету. Затем загорелась соседняя батарейка в блоке и взлетела в воздух. Вскоре вся связка была охвачена огнем. Только и слышно было: бах, бах, бах!

Страубел осознавал, какими могут быть последствия. Если что-то подобное произойдет в настоящем автомобиле, это может стать концом для Tesla. На следующий день Страубел и Бердичевский рассказали Эберхарду о своем эксперименте и показали выжженный асфальт, испещренный дырами, оставшимися с прошлой ночи. Эберхард призвал их быть осторожнее, но он не мог отрицать необходимости дополнительных испытаний.

Он собрал команду в своем загородном доме над Кремниевой долиной для проведения новых экспериментов. На этот раз они вырыли яму и, поместив в нее связку батареек, накрыли оргстеклом. После чего нагрели один из элементов, и вновь батареи воспламенились, вызвав серию взрывов. Страубел прав: дела были плохи. Нужна была помощь со стороны, чтобы понять, с чем именно они имеют дело. Команде понадобились эксперты по аккумуляторам.

Несколько дней спустя в офисе собралась небольшая группа специалистов по аккумуляторам. В ходе обсуждения они пришли к выводу, который на первый взгляд не казался таким уж катастрофичным. Действительно, даже самые лучшие производители иногда выпускали батареи с дефектом, приводящим к короткому замыканию и возгоранию. Но вероятность ничтожно мала. «Это случается очень, очень редко, – сказал один из экспертов. – Может, одна неисправная батарейка на миллион или даже десять миллионов».

Но Tesla планировала установить в один автомобиль около 7000 таких батарей. Сидя рядом со Страубелом, Бердичевский достал свой калькулятор и подсчитал вероятность того, что в одном из автомобилей может случайно загореться батарейка. «Примерный разброс – от одной из 150 до одной из 1500 машин», – сообщил он.

Риск не только в том, что компания собиралась выпускать электромобили с неисправными батареями, которые чуть что могли воспламениться, но и в том, что они будут стоять в гаражах обеспеченных людей. Начнись там пожар – и от дорогого особняка останется только пепел. А уж это не останется без внимания СМИ. Настроение в комнате изменилось. Последовал логичный вопрос: можно ли что-то с этим сделать?

Ответ – нет. Всегда есть возможность, что случайная батарея нагреется слишком сильно и воспламенится, по сути, вызвав взрыв от перегревания.

Страубел и команда вернулись к работе подавленными. Ставки поднялись слишком высоко. Речь шла не просто о неожиданно возникшей трудности, которая грозила исчерпать без того ограниченные ресурсы и сорвать разработку Roadster. Допустим, команда найдет решение, но и оно может оказаться временным. Если через 5 лет их автомобили начнут загораться один за другим, Tesla обречена. И это будет провалом не только для компании. Увидев такое, никто больше и думать не захочет об электродвигателях. Возникшая проблема может не только стать причиной травм или гибели людей, но и погубить саму идею электромобиля.

Если компания действительно собиралась стать автопроизводителем, то нужно было справиться с задачей, которую GM, Ford и другие решали на протяжении ста лет: убедиться, что выпускаемые автомобили по-настоящему безопасны. Решение проблемы самовозгораний могло стать настоящим прорывом, который долгие годы выделял бы компанию Tesla среди других автопроизводителей.

Использование литий-ионных аккумуляторов казалось разумной идеей, которую одобрили многие специалисты. Но понимание того, как их правильно использовать, не превращая автомобиль в бомбу замедленного действия, может стать величайшей инновацией Tesla.

В компании прекратили работу над остальными аспектами проекта Roadster и сформировали специальный комитет для поиска решения. Команда написала на доске перечень того, что они уже знали и что им нужно было узнать. Началось проведение ежедневных тестов. Они создавали блоки батарей с разной расстановкой элементов, чтобы выяснить, существует ли идеальное расстояние, сдерживающее цепную реакцию.

Они испытывали различные методы охлаждения батарей, например обдув воздухом или трубки с охлаждающей жидкостью. Они приносили аккумуляторы на площадку, используемую местными пожарными для тренировок, и поджигали одну из батарей, чтобы лучше понять, что происходит.

Опасность ситуации стала очевидной при подготовке одного из таких тестов. Лайонс, нанятый из IDEO сотрудник, почувствовал запах дыма, идущий из багажника его Audi A4, куда он загрузил пакет тестовых батарей. Это означало, что один из элементов нагревается и близок к воспламенению. Он немедленно остановился, вытащил батареи из машины и бросил их на землю. Еще минута, и машина загорелась бы.

В конце концов Страубел начал сужать круг поиска решения. Если они не могут предотвратить нагревание батарей, то, возможно, смогут помешать им достичь точки, в которой один нагретый элемент запустит цепную реакцию. Методом проб и ошибок команда поняла, как создать защиту от перегрева. Расположив каждый элемент на расстоянии нескольких миллиметров от соседнего, проведя между ними трубки с жидкостью и заполнив блок минеральной смесью, похожей на тесто, можно создать систему, препятствующую возгоранию. Если неисправный элемент начинал перегреваться, его энергия рассеивалась на соседние элементы, при этом ни один из них не достигал температуры горения.

Еще несколько месяцев назад они с трудом пытались обустроить мастерскую, а теперь приступили к чему-то совершенно новому. Страубел был в восторге. Оставалось только придумать, как убедить поставщиков аккумуляторов поверить в их систему защиты. Эберхард говорил, что производители аккумуляторов потеряли интерес к их бизнесу. Как сказал Эберхарду руководитель одного из поставщиков: «Вам терять особенно нечего. Ведь если ваша машина взорвется, то в суд, скорее всего, подадут на нас».

Так считал не только этот поставщик, и он был прав. Изначально, составляя бизнес-план, Эберхард отталкивался от того, что поставщики будут рады производить товары для Tesla. На деле же интерес был невелик. Даже учитывая, что компания заказывала тысячи батарей для каждого автомобиля, объемы закупок все равно были малы по сравнению с другими покупателями. В итоге на поставках для Tesla особо не заработаешь, зато риск потерь – велик.

Единственное, что было у Tesla – это Roadster. Если удастся привлечь к нему внимание, это могло бы убедить поставщиков в том, что намерения у компании самые серьезные. Перед Tesla стояла задача доказать всему миру, что электромобили – это не утопия.

Глава 4

Не слишком секретный план

Учась в Университете Куинс в Онтарио, Илон Маск как-то обратил внимание на девушку по имени Джастин Уилсон, идущую к своему общежитию. Чтобы добиться свидания, он сочинил историю о том, как они познакомились на вечеринке, и пригласил поесть мороженого. Она согласилась, чтобы отвязаться, и выбросила это из головы. Несколько часов спустя Маск нашел ее в студенческом центре. Девушка склонилась над учебником испанского языка. Он вежливо кашлянул. Она подняла голову и увидела в его руках два рожка тающего мороженого.

«Он не из тех, кто принимает отказы», – позже напишет Джастин.

Позже Маск перевелся в Университет Пенсильвании, чтобы закончить бакалавриат. Но они продолжали общаться и в конце концов стали парой. Она поехала за ним в Кремниевую долину, где он быстро добился успеха, после того как бросил Стэнфорд, проучившись там два дня. На деньги, вырученные от продажи Zip2, он купил квартиру площадью 167 квадратных метров и спортивный автомобиль Mc Laren F1 за миллион долларов. Настоящая роскошь для парня, который до недавнего времени спал на полу своего офиса и принимал душ в здании Ассоциации христианской молодежи.

В день доставки автомобиля в 1999 году Маск был вне себя от радости. Съемочная группа CNN запечатлела это событие для репортажа об огромных богатствах Кремниевой долины. На кадрах лысеющий Маск неловко разговаривает с репортером. Он говорил о своих мечтах, в том числе о том, что однажды хочет появиться на обложке журнала Rolling Stone.

Основную часть своего новообретенного состояния Маск вложил в компанию под названием X.com, которая к 2000 году готовилась к слиянию со своим конкурентом Confinity Inc., чтобы в итоге образовать PayPal. В январе того года Маск был полностью погружен в сделку, и они с Джастин прилетели на Сен-Мартен всего за день до намеченной свадьбы. Кроме множества дел, которые нужно уладить в последнюю минуту, парочка несколько часов блуждала по острову в поисках нотариуса, чтобы заверить брачный контракт. Во время свадебного танца Маск прошептал на ухо своей невесте: «В этих отношениях главным буду я».

Чтобы управлять недавно объединенными компаниями, Маск отложил свой медовый месяц до сентября того же года. А когда наконец они с женой приехали в Австралию, он узнал, что совет директоров PayPal отстранил его от должности генерального директора. Маск немедленно вернулся в Калифорнию. Через несколько месяцев пара попыталась провести медовый месяц еще раз. На этот раз Маск заразился малярией в Южной Африке – болезнь чуть не убила его. Это заставило его пересмотреть свои жизненные ценности.

Вместе с женой Маск отправился в Лос-Анджелес, чтобы вырваться из Кремниевой долины и начать все с чистого листа. Там у него зародилась идея создания SpaceX. Маск был убежден, что сможет создать ракеты многоразового использования, сократив стоимость космических полетов в разы по сравнению с тем, что тратит на них правительство. Маск погрузился в мир аэронавтики, заработав репутацию фантастически богатого эксцентрика, готового вкладывать деньги в проекты, от которых обычные венчурные инвесторы из Кремниевой долины держались подальше.

Помимо SpaceX и Tesla, Маск подтолкнул своих двоюродных братьев, Линдона и Пита Риве, к созданию компании по продаже солнечных батарей. Эта идея хорошо сочеталась с его представлением о том, в каком направлении может двигаться Tesla. Маск воображал мир, в котором солнечные панели его братьев будут заряжать электромобили Tesla. Это позволило бы создать систему с нулевым уровнем вредных выбросов.

Его амбиции в отношении Tesla только возросли, когда Мартин Эберхард и Джей Би Страубел вместе с командой добились успеха в начале 2006 года. Завершив создание концепт-кара, они перешли к следующему этапу создания Roadster – разработке опытного образца. EP1, как его называли внутри компании, должен был стать автомобилем, который они собирались запустить в производство. Это был последний набросок перед финальной стадией – выпуском серийного автомобиля. Создав EP1, они получили бы прототип, который можно использовать для продажи не только ранним инвесторам и поставщикам, но и клиентам.

Маск уже начал рассуждать о том, что будет после выпуска модели Roadster. В первоначальном бизнес-плане Эберхарда, составленном двумя годами ранее, о будущем компании говорилось вскользь. К тому же, в том плане было много оптимизма и мало конкретики. Многие предположения оказались ошибочными, в первую очередь смета расходов. Предполагалось, что для выпуска Roadster в 2006 году Tesla потребуется собрать всего 25 миллионов долларов, после чего ожидалось поступление прибыли. К началу 2006 года компания собрала лишь 20 миллионов долларов, и этого откровенно не хватало. Новое начало производства сдвинулось на 2007 год. Компания превышала бюджет и отставала от графика.

Член совета директоров Лори Йолер была среди тех, кто призывал Маска искать деньги не только в своих карманах и в узком кругу богатых друзей. Одно дело, когда эксцентричный богач финансирует свой собственный проект. А другое – если бы в проект вложились известные инвесторы с Сэнд-Хилл-роуд[7]. Это дало бы компании не только деньги, но и узнаваемость, в которой она так нуждалась, особенно когда речь шла о найме сотрудников и привлечении поставщиков.

Инвесторы хотели знать, что будет после Roadster. Для привлечения серьезных инвестиций Tesla должна была стать чем-то большим, чем производителем одного автомобиля. Первоначальный бизнес-план Tesla предполагал в 2007 году доход 27 миллионов долларов. Автоконцерн с такими скромными показателями выручки не особо привлекал инвесторов, вкладывающих десятки миллионов долларов, – такая игра не стоила свеч. Нужен был новый бизнес-план с гораздо большими объемами продаж – порядка миллиарда долларов в год.

Несколько часов спустя Маск нашел ее в студенческом центре. Девушка склонилась над учебником испанского языка. Он вежливо кашлянул. Она подняла голову и увидела в его руках два рожка тающего мороженого.

Поэтому Маск сосредоточился на разработке стратегии, которую позже обнародует как «Секретный генеральный план Tesla Motors». Схема была до смешного простая:

Шаг 1. Построить дорогой спортивный автомобиль, стоимостью около 89 тысяч долларов, чтобы привлечь внимание.

Шаг 2. Создать роскошный седан, который сможет конкурировать с немецкими люксовыми автомобилями, стоимостью примерно половину от цены спорткара из шага 1 (45 тысяч долларов).

Шаг 3. Создать автомобиль третьего поколения по цене, доступной широкому кругу покупателей.

В обновленном бизнес-плане в 2008 году доход от Roadster должен составлять 141 миллион долларов, а в 2011 году, благодаря появлению седана, общая выручка компании должна вырасти почти до миллиарда долларов. План хоть и был безумно прост, но разом определил задачи компании на ближайшее десятилетие.

Маск думал не только о том, как изменить тип автомобилей, предлагаемых на рынке, но и о том, как эти автомобили продавать. Он считал, что процесс покупки машины пора менять, и хотел, чтобы Tesla взяла этот этап под свой контроль. Исследование Эберхарда подтвердило его предположения.

За несколько месяцев до этого тот обратился к Биллу Смайту, эксперту в автомобильной промышленности и владельцу одного из успешных дилерских центров Mercedes. Когда Tesla стала изучать сложности дилерской системы, Смайт казался именно тем человеком, к которому стоит обратиться за советом. Эберхард искал опытного автодилера из Кремниевой долины, чтобы больше узнать о розничных продажах в автомобильной промышленности.

Согласно первоначальному бизнес-плану Эберхарда, для продажи Roadster предполагалось использовать избранные дилерские центры в богатых регионах – таких как Кремниевая долина, Беверли-Хиллз, возможно, Нью-Йорк и даже Майами. Tesla собирались привлечь к работе дилеров, у которых уже был опыт работы со сверхдорогими марками типа Bentley и Lotus. В их штате были квалифицированные механики, привыкшие работать с дорогими автомобилями.

Эберхард рассчитывал, что дилерские центры установят на Roadster цену в 79 999 долларов, что на 15 тысяч выше отпускной цены. Это позволяло дилеру заработать больше своей обычной валовой прибыли и, таким образом, стимулировало к сотрудничеству с компанией-новичком.

Автопроизводители в США долгое время продавали новые автомобили через сеть магазинов, принадлежащих третьим лицам. Эти магазины работали по франчайзинговым соглашениям – договорам, в которых до мельчайших подробностей прописывалось, как каждая из сторон должна вести бизнес. Эта система передавалась из поколения в поколение, со времен Генри Форда и появления массового производства, и была выгодна в основном производителю, фиксировавшему продажу автомобиля по факту поставки дилеру, на которого ложились все расходы по продаже этого автомобиля потребителям.

Маск думал не только о том, как изменить тип автомобилей, предлагаемых на рынке, но и о том, как эти автомобили продавать. Он считал, что процесс покупки машины пора менять, и хотел, чтобы Tesla взяла этот этап под свой контроль.

Такая система родилась из представления о том, что больше всего прибыли получает завод, который выпускает как можно больше автомобилей. Это позволяло использовать преимущества объемов производства. Но у Ford Motor Co. не было ни средств, ни организации, чтобы открывать магазины в каждом городе Америки. Поэтому Форд растил свою империю вокруг доступного седана Model T, привлекая по всей стране владельцев малого бизнеса, которые стремились сколотить собственное состояние на продаже крайне популярных автомобилей – своего рода iPhone того времени.

Поначалу, на фоне взлета новой индустрии, дилерские центры процветали, но во время Великой депрессии у них возникли проблемы. Форд не мог допустить, чтобы его завод простаивал: это привело бы к денежному голоду. Поэтому он не только агрессивно навязывал дилерам свои автомобили, но и резко расширил сеть автосалонов, поставив цель открыть торговые точки практически на каждом углу.

Так Форд зажал дилерские центры в тиски. Когда сто лет спустя Starbucks обнаружила, что количество ее кофеен слишком велико и превышает покупательский спрос, компания смогла исправить ситуацию, лишь закрыв некоторые точки и понеся финансовые убытки. Но франчайзинговые автодилеры были независимыми владельцами, что в условиях кризиса оставляло им не так много возможностей. Если бы они отказались от заказов, производитель мог попросту не продлить контракт в конце года, оставив владельца магазина наедине с огромными затратами и невозможностью их компенсировать.

После Второй мировой войны Ford и GM боролись за господство на рынке, требуя все больших объемов продаж, навязывая автомобили дилерам, которые, в свою очередь, вынуждены были навязывать их покупателям. Чтобы не потерять деньги на этих продажах, дилеры выкручивались как могли: предлагали большие скидки, надеясь возместить их где-то еще; создавали специальные предложения для покупателей, желающих обменять старый автомобиль на новый; взимали оплату за рассрочку, которая при неудачном исполнении могла оставить у клиентов неприятный осадок.

После десятилетий таких злоупотреблений со стороны автопроизводителей дилеры по всей стране стали искать защиты в государственных органах. В небольшом городке владелец дилерского центра Chevrolet или Ford вполне мог быть одним из самых успешных местных бизнесменов, который многих обеспечивает работой, оплачивает громкую рекламу, жертвует в благотворительные организации и спортивные лиги. Иногда эти дилеры входили в состав законодательных органов своих штатов. Как следствие, по всей стране стали появляться новые законы и постановления, направленные как на ограничение мест размещения автосалонов, так и на то, чтобы автоконцерны не могли напрямую продавать свои машины клиентам.

В начале XXI века началась эпоха мирного сосуществования. Истина заключалась в том, что каждая сторона нуждалась в другой. Но, в силу исторически сложившихся отношений, между дилерами и производителями всегда существовала некая напряженность. Многие независимые дилеры считали, что вправе управлять своими салонами, как считают нужным. Но автопроизводители хотели контролировать процесс продажи, словно были хозяевами в каждом дилерском центре. К примеру, GM стремилась, чтобы клиенты получали схожие впечатления о бренде, независимо от места покупки машины. Все-таки автопроизводитель тратил миллиарды на создание имиджа посредством своей продукции и маркетинга.

Ладно создание электромобиля – этим люди так или иначе занимались на протяжении десятилетий. Но продавать машины непосредственно покупателю было просто неслыханно.

Только о самих покупателях в таком случае не думали ни дилеры, ни автопроизводители. Поэтому для обычных людей покупка новой машины была лишь немногим приятнее похода к стоматологу.

Разговаривая со Смайтом, Эберхард слушал советы опытного автодилера о том, почему нужно работать с франчайзерами, которые, по его словам, станут лицом бренда Tesla для покупателей. Сам Смайт сколотил состояние на продаже автомобилей для таких компаний, как Mercedes, так что он, признаться, был необъективен. Еще Смайт предупредил Эберхарда, что не все дилеры работают честно.

«Хорошо, тогда кому здесь можно доверять?» – спросил Эберхард.

Смайт на секунду замолчал, опустил взгляд и ответил: «Никому».

Эберхард передал слова Смайта совету директоров, убедив их в том, что компания должна продавать автомобили напрямую. Но тогда Tesla вновь вступала на неизведанную территорию. Ладно создание электромобиля – этим люди так или иначе занимались на протяжении десятилетий. Но продавать машины непосредственно покупателю было просто неслыханно.

Одним из первых признаков того, насколько серьезно Маск настроен изменить подход к продаже автомобилей, стало назначение Саймона Ротмана в совет директоров компании. Выпускник Гарварда и бывший консультант Mc Kinsey зарекомендовал себя в Кремниевой долине как специалист в области онлайн-ритейла, основав автомобильный маркетплейс на eBay. Это был сайт для покупки и продажи подержанных автомобилей, который ежемесячно генерировал миллиард просмотров и обрабатывал продажи на 14 миллиардов долларов в год, что составляло около трети от общего объема продаж компании. Ротман представил в совете директоров свои соображения по поводу продажи машин, далекие от тех, что были у большинства представителей автоиндустрии.

Маск и его коллеги по совету директоров спорили, нужны ли Tesla автосалоны для продажи Roadster, или достаточно будет интернет-магазинов. Маск настаивал на продаже только через интернет, но Эберхард и другие члены совета директоров опасались, что покупатели не сразу освоят новую для них технологию. Им нужен был отдел продаж, который объяснял бы клиентам, как работает зарядка и чем автомобиль отличается от прочих предложений на рынке. Наличие собственного салона также создаст ощущение легитимности нового бренда, давая покупателю уверенность в том, что в случае чего ему будет к кому обратиться.

Юристы подтвердили, что Tesla может продавать напрямую в Калифорнии, так как у компании не было партнерских дилерских центров, поэтому она не сможет влиять на продажи своих франчайзеров. По крайней мере, это был весомое преимущество, которым следовало воспользоваться. Осталось лишь выяснить правила, действующие в сорока девяти других штатах.

Доработка Roadster, проектирование высококлассного седана, который в итоге назовут Model S, а также открытие сети собственных автосалонов – все это требовало таких инвестиций, которые не мог себе позволить даже такой состоятельный человек, как Маск. В компании решили узнать, кто еще в Кремниевой долине может дать им деньги.

Многие независимые дилеры считали, что вправе управлять своими салонами, как считают нужным. Но автопроизводители хотели контролировать процесс продажи, словно были хозяевами в каждом дилерском центре.

В то время на Сэнд-Хилл-роуд не нашлось бы более известной венчурной компании, чем Kleiner Perkins. Именно они стали одними из первых спонсоров Google и Amazon. Еще до прихода в Tesla Джей Би Страубел, чтобы свести концы с концами, занимался консалтингом в этой фирме. Так что по его наводке Эберхард пригласил на встречу Рэя Лейна, управляющего партнера Kleiner Perkins, раньше руководившего компанией Oracle. Лейн, пораженный сообразительностью Эберхарда, быстро нашел с ним общий язык. Беседа шла хорошо: одна идея сменяла другую. После встречи бизнесмены решили продолжить общение, и в конце концов Лейн решил, что хочет собрать специалистов для проведения юридической экспертизы Tesla.

Инвестиции в автомобильную компанию были для Kleiner Perkins не слишком подходящей идеей. Лейн понимал, что инвестировать придется много, а доход появится далеко на сразу. И все же инвестор был в восторге от того, что увидел. Еще со времен работы в Oracle Лейн успел познакомиться со многими руководителями автомобильных компаний в Детройте, включая Жака Нассера, бывшего генерального директора Ford, и Брайана Келли, который был президентом подразделения Ford Lincoln Mercury. Он попросил их помочь с оценкой перспектив Tesla.

По сути юридическая экспертиза проводится для поиска изъянов в работе компании, и, по словам одного из свидетелей, некоторые этапы процесса откровенно напрягали Эберхарда. «Мартин был настроен враждебно и часто ругался. В какой-то момент это превратилось в полный бардак». Во время экспертизы Нассер предупредил, что работа на базе Lotus может стать проблемой. Отвечая на вопрос об идее Tesla отказаться от франчайзеров, он предупредил, что однажды попытался пойти против дилеров, и это была одна из самых больших его ошибок.

Тем не менее, по словам Лейна, переговоры шли гладко почти до самого конца, пока Маск не вмешался в обсуждение стоимости компании. Он заявил, что у них есть предложение от конкурирующей венчурной компании Vantage Point, которая оценивает Tesla в 70 миллионов долларов. Сам Лейн тогда оценил Tesla всего в 50 миллионов[8].

Среди партнеров Лейна никто не мог точно ответить, стоит ли делать официальное предложение по инвестированию или нет. По его воспоминаниям, половина команды была против. Они сомневались, что Эберхард подходит на роль генерального директора. «Он похож на сумасшедшего ученого», – сказал Лейну один из сотрудников. К тому же, некоторым не нравилось, что на встречах Эберхард категорически отвергал саму идею полезности опытных руководителей автомобильной промышленности из Детройта.

Но несмотря на все негативные отзывы, глава Kleiner Perkins Джон Дорр был не против поработать с Tesla. В конце концов решение оставили за Лейном. Он переспал с этой идеей, а наутро позвонил Маску и Эберхарду, сообщив, что не будет инвестировать в их автоконцерн.

«Мне нравился этот проект, и я бы вложил деньги», – вспоминает Лейн. – Но мне не хотелось идти против своей фирмы, где многим не нравилась идея инвестиций в Tesla».

Аккумуляторы – технология давно проверенная, а спрос на автомобили хорошо изучен. Новаторство заключалось в том, чтобы просто по-другому использовать эти два элемента.

Так что Маску оставалось принять предложение второй фирмы – Vantage Point Capital Partners. Tesla понравилась им по простой причине: компания не требовала разработки чего-то кардинально нового. Аккумуляторы – технология давно проверенная, а спрос на автомобили хорошо изучен. Новаторство заключалось в том, чтобы просто по-другому использовать эти два элемента. В итоге Маск и Vantage Point сообща обеспечили компании финансирование в размере 40 миллионов долларов. Это позволило Vantage Point занять место в совете директоров Tesla, о чем Маск впоследствии пожалел.

Глава 5

Мистер Tesla

«Илон – идеальный инвестор», – признался как-то Мартин Эберхард своему сотруднику в тот период, когда отношения с Маском складывались как надо. Первое время Маск тоже был высокого мнения об Эберхарде. «В нашем мире не так много людей, запускающих великие продукты, но вы определенно один из них», – написал он в записке Эберхарду, когда однажды вечером они разбирались с какой-то проблемой.

Оба бизнесмена прошли схожий карьерный путь, хотя масштабы успеха отличались. Оба запустили стартапы, которые навсегда изменили медийные сферы: Маск заставил людей забыть о телефонных справочниках, а Эберхард – о книжных издателях. Они задумывались о желаниях клиентов и разрабатывали подходящие решения. Оба верили, что будущее за электромобилями. Оба могли быть обаятельными, веселыми и требовательными. Оба отличались упрямством и терпеть не могли глупцов.

Сотрудники компании видели Маска довольно редко. Разве что на заседаниях совета директоров. Но его интересовали детали разработок, и он часто делился идеями с Эберхардом по электронной почте. Так, Маск настаивал на том, чтобы сделать корпус Roadster из углеродного волокна – более легкого материала, используемого в суперкарах, вместо более дешевого стеклопластика.

«Слушай, если ты купишь такую же печь, какая стоит у нас в SpaceX, то сможешь делать кузова, как минимум, для 500 автомобилей в год, – писал Маск Эберхарду. – Сама печь стоила нам 50 тысяч долларов. Вакуумный насос, морозильная камера и прочее оборудование обошлись еще в 50 тысяч. Кто бы что ни говорил, все это работает максимально просто. Можно делать высококачественные композитные материалы хоть у себя дома. Стоит раз попробовать, и сразу поймешь, что в углеволокне ничего сложного – только клей да нитки».

Примерно такие причудливые мысли частенько одолевали Эберхарда и Маска, пока они делали свои первые шаги в автомобильном бизнесе. Их оригинальные подходы словно разделяли Roadster на две непохожие части, постепенно разрушая рабочие отношения. Они обедали вместе, отмечали знаменательные события, поддерживали друг друга в трудные минуты. При этом Маск был больше привязан к Лос-Анджелесу и SpaceX, где шел процесс по созданию ракеты, которая не будет взрываться на старте. А жизнью Эберхарда были Tesla и Кремниевая долина. Бизнес-партнеров разделяли почти 600 км.

Хотя Эберхард не был знатоком в сфере автомобилестроения, окружающие восхищались его инженерными способностями. Он проявлял удивительную скорость погружения в проблему и поиск решения. Правда, не соглашаясь с коллегой, Эберхард иногда бывал слишком резким.

Например, однажды кто-то на совещании предложил установить солнечные батареи в новом офисе, который к тому времени переехал в соседний Сан-Карлос, на что Эберхард огрызнулся: «И на кой хрен нам это делать?» Но эти вспышки часто гасились его энтузиазмом и избитыми шутками. «Что сказал бы Никола Тесла, если был бы жив? – спрашивал Эберхард и сам же отвечал: Что я делаю в этом гробу?»

Как это часто бывает с основателями стартапов, эго Эберхарда стало частью Tesla. Он с удовольствием собирал друзей в гараже компании по выходным, чтобы показать свое детище – первый инженерный прототип Roadster, созданный в начале 2006 года. Одним из них стал бывший коллега Эберхарда по Packet Стивен Каснер, который когда-то познакомил его с командой AC Propulsion.

Команда часами напролет трудилась над доработкой финального прототипа, становясь все более сплоченной. Однажды в понедельник администратор Колетт Бриджман, придя на работу, обнаружила, что Джей Би Страубел, Джин Бердичевский и другие ребята из Стэнфорда, присоединившиеся к команде, обстреливают потолок из игрушечных бластеров, выпуская пар после долгой работы.

Бриджман была для Эберхарда связующим звеном, объединявшим многочисленную компанию инженеров. Например, она устраивала еженедельные встречи для сотрудников, чтобы те могли рассказать о своей личной жизни. Эберхард даже советовался с ней, планируя свою вторую свадьбу с девушкой, которая несколькими годами ранее подтолкнула его к созданию Tesla. Церемония бракосочетания проходила на лужайке любимого дома Эберхарда над Кремниевой долиной. Страубел был свидетелем этого радостного события, а приглашенный Маск не смог приехать.

Однако юность и связанная с ней неопытность компании стали проблемой, когда летом 2006 года Tesla готовилась представить публике Roadster. Трансмиссия электромобиля оказалась одновременно и центром внимания, и олицетворением проблем, с которыми столкнулась компания.

Автомобильная трансмиссия преобразует мощность, вырабатываемую двигателем, во вращательное усилие, которое приводит в движение оси, раскручивающие колеса. Годом ранее на концепт-каре использовалась односкоростная трансмиссия, собранная вместе с Honda. Но британской команде Tesla, состоящей из бывших инженеров Lotus, было поручено с нуля разработать трансмиссию с двумя скоростями. Это было спорным решением. Главным преимуществом Roadster было быстрое ускорение с места, а также высокая максимальная скорость.

В команде понимали, что электромобилю не нужно слишком много скоростей. У автомобиля с бензиновым двигателем в трансмиссии несколько передач, обычно около пяти, для передачи энергии как на ускорение, так и на поддержание скорости. Первые передачи создают крутящий момент для разгона, а последние – ускоряют автомобиль, даже если двигатель немного отстает от вращения колес. Электродвигатель отличается тем, что вырабатывает крутящий момент практически мгновенно, а значит, для достижения максимальной скорости не нужно переключать множество передач.

Однако, по мнению британских инженеров, без двухскоростной трансмиссии машина не сможет разгоняться до 100 км/ч за 4,1 секунды и развивать высокую максимальную скорость. Они продемонстрировали свою разработку на компьютерах, показав симуляцию плавного переключения между первой и второй передачей.

В мае 2006 года прототип трансмиссии был привезен в Сан-Карлос. Но стоило достать его из ящика, как Дэйв Лайонс, бывший инженер IDEO, нанятый для повышения квалификации калифорнийской команды, тут же понял, что с ним что-то не так.

«А где, собственно, исполнительное устройство?» – спросил он. Трансмиссия была на месте, но не было части, соединяющей ее с осью.

Они позвонили в Великобританию, и сразу стала понятна нестыковка. В Калифорнии думали, что исполнительное устройство сделают британцы, а те – что инженеры Tesla сделают его сами. Летняя презентация была на носу, так что нужно было быстро решать возникшую проблему, а над устройством трансмиссии подумать уже после показа.

Пока Tesla готовилась впервые представить Roadster, Маск уточнил у Эберхарда предлагаемую цену автомобиля, сообщив, что говорил своим друзьям о 85 тысячах долларов. Эберхард предупредил, что не стал бы так категорично называть цену. Проблемы с поставщиком батарей и неопределенность с трансмиссией привели к тому, что прежние расчеты в 80 тысяч теперь казались заниженными. Он предложил назвать неточную цифру, допустим, от 85 до 120 тысяч долларов.

«Мне кажется, с 85 тысячами мы поспешили», – сказал Эберхард Маску, подытоживая свою мысль.

Последние три года Tesla, как и положено стартапу из Кремниевой долины, работала в режиме инкогнито. В это время основатели компаний пытаются встать на ноги, собирают начальные инвестиции и стараются избежать шумихи, которая привлекает внимание к неизбежным на первых порах ошибкам и неудачам. Тогда как выход из тени сопровождается созданием ажиотажа, направленного на привлечение денег или клиентов. Для Tesla задача была максимально простой – заранее продать людям Roadster. Большое количество предзаказов покажет поставщикам, что Tesla – серьезная компания, с которой можно работать.

Без риска тут не обошлось. Roadster – электромобиль, а не мобильное приложение, и Tesla предстояло еще много работы, чтобы довести модель до ума. И хотя Эберхард и Маск надеялись на скорейшую доставку машины покупателям, сформировался примерно следующий план релиза новых моделей:

• Продемонстрировать прототип.

• Завершить инженерные работы по созданию реального автомобиля, чтобы сделать его пригодным для эксплуатации.

• Запустить модель в производство.

• Пустить автомобиль в продажу, надеясь на положительные отзывы придирчивых рецензентов и требовательных покупателей, сделавших предзаказ.

• Повторить то же самое с новой моделью.

На любом этапе этой сложной программы можно было споткнуться. И хотя презентация безусловно важна, некоторых удивило, что Эберхард так сильно волновался, пытаясь порадовать Маска.

Маск хотел представить Roadster на вечеринке. При подготовке ни одна деталь не ускользала от личного помощника Маска. Все, от оформления до еды, было продумано до мелочей. Список гостей, естественно, составил сам Маск. Мероприятие планировалось провести в аэропорту Санта-Моники, где можно было арендовать ангар и покататься на двух готовых прототипах Roadster – красном и черном. Гостям рекомендовали захватить с собой чековые книжки, так как депозит в размере 100 тысяч долларов обеспечивал право получить автомобиль, как только он будет готов в 2007 году. Целью Tesla было заранее продать 100 автомобилей в течение двух-трех месяцев после мероприятия.

За несколько дней до мероприятия крупные газеты начали публиковать статьи о Tesla. В статье New York Times Эберхарда назвали председателем совета директоров, а не президентом, а Маска вообще не упомянули.

В преддверии запуска Джессика Свитцер, которая руководила маркетингом Tesla, наняла агентство по связям с общественностью в Детройте для того, чтобы дать рекламу в автомобильных СМИ. Маск уволил их, как только узнал об этом. Он не хотел тратить деньги на маркетинг до того, как автомобиль будет готов, считая, что его собственное участие и сам Roadster привлекут достаточно внимания. Маск и без того был недоволен решением Свитцер потратиться (с одобрения Эберхарда) на фокус-группы для тестирования автомобиля и бренда. Так что инвестор приказал Эберхарду уволить маркетолога. Тот был шокирован, но со слезами на глазах выполнил распоряжение.

Так Колетт Бриджман, бывший администратор, которая пришла в Tesla с большими надеждами, оказалась в новой для себя роли маркетолога. Теперь именно ей предстояло курировать готовящееся мероприятие. Была привлечена еще одна пиар-компания, но и она пришлась Маску не по нраву. За несколько дней до мероприятия крупные газеты начали публиковать статьи о Tesla. В статье New York Times Эберхарда назвали председателем совета директоров, а не президентом, а Маска вообще не упомянули. Инвестор пришел в ярость, написав нанятым пиарщикам гневное письмо: «Я был невероятно шокирован и оскорблен статьей в New York Times. Если что-то подобное произойдет еще раз, считайте, что дни вашего сотрудничества с Tesla сочтены».

Когда пришло время мероприятия, Маск пустил в ход все свое неловкое обаяние. Он обратился к присутствующим 350 гостям, бегло сообщив, что его жена в любой момент может родить тройню (и это после двух близнецов). Среди гостей были Майкл Айснер, генеральный директор Disney, Джефф Сколл из eBay, актер сериала «Западное крыло» Брэдли Уитфорд, продюсер Ричард Доннер и актер Эд Бегли-младший. Присутствовал даже тогдашний губернатор Калифорнии Арнольд Шварценеггер. Но главной звездой вечера стал Эберхард, который представил миру компанию Tesla вместе с ее новым автомобилем. С присущим ему энтузиазмом Эберхард рассказывал со сцены, почему пришло время для полностью электрической машины: «Этот спортивный электрокар способен изменить вождение в США до неузнаваемости».

Внутри ангара Бриджман соорудила специальные станции, где инженеры могли пояснить работу тех или иных механизмов электромобиля. Технология была настолько новой, что людям требовался небольшой ликбез, прежде чем они будут готовы на такие серьезные вложения. Каждый сотрудник должен был тонко и бережно подвести клиента к завершению сделки. Команда отслеживала продажи на специальном экране.

Но слова Эберхарда, Маска или инженеров в конечном счете мало значили для посетителей. Важен был сам Roadster. Автомобиль совсем не походил на любительский tzero, который завоевал интерес среди энтузиастов электромобилей. Roadster выглядел как самый настоящий спортивный автомобиль, и будущий владелец легко мог представить, как разъезжает на нем по Беверли-Хиллз, заставляя оборачиваться прохожих.

Джей Би Страубел, одетый в мешковатую черную рубашку с Т-образной эмблемой Tesla на пуговицах, проводил тестовую поездку для губернатора. Толпа выстроилась в ряд, чтобы посмотреть, как Страубел медленно выезжает из ангара с огромным Шварценеггером, сидящим с поджатыми ногами в тесном для него автомобиле.

«Жми на газ!» – крикнул кто-то из толпы. Но Страубел не спешил, выравнивая машину на взлетно-посадочной полосе аэропорта, чтобы было, где разогнаться. Заняв нужную позицию, он нажал на педаль газа, машина набрала скорость, а мотор зажужжал, словно летающая тарелка. Вжух! И машина скрылась из виду, оставив лишь небольшое облако пыли. В тишине было слышно шуршание шин по трассе и протяжный звук «Вау!», вырвавшийся у всей толпы разом.

Это была не машинка для гольфа. Мечта Эберхарда, Маска и Страубела сбылась. У них был настоящий (и очень дорогой) электрический спортивный автомобиль. Именно такой, который Эберхард искал для себя четыре года назад, когда его еще не существовало. Ехать на Roadster все равно, что оседлать молнию. Когда Страубел вернулся к ангару, лицо губернатора расплылось в широкой улыбке.

До конца вечера автомобиль оставался главной темой разговоров. Стремительное ускорение на импровизированном треке. Мгновенный крутящий момент. Тест-драйв сделал то, чего не могли сделать никакие рекламные кампании. К середине вечеринки у Tesla уже было двадцать заказов, а покупатели спешили опустить свои чеки на 100 тысяч долларов в маленький денежный ящик.

В тот вечер Маск не просто демонстрировал Roadster, он также изложил свой грандиозный план развития компании Tesla. Покупая электромобиль компании, человек не просто получал уникальный спорткар, но инвестировал в разработку других экологически чистых транспортных средств. Через несколько дней Маск пошел дальше, опубликовав на сайте Tesla свое видение развития компании, которое стало продолжением его простого трехшагового плана, названного «Секретным генеральным планом Tesla Motors».

«В соответствии с требованиями быстрорастущей технологической компании, весь свободный денежный поток вливается обратно в научно-исследовательскую деятельность и разработку, чтобы снизить затраты и как можно быстрее выпустить следующие модели на рынок, – написал Маск. – Покупая спортивный автомобиль Tesla Roadster, вы фактически помогаете оплатить разработку недорогого семейного автомобиля».

Он добавил еще одну цель: обеспечить производство электроэнергии с «нулевым уровнем выбросов». В блоге упоминались его недавние инвестиции в компанию по производству солнечных панелей для жилых домов под названием Solar City Corp. Это совместное предприятие с двумя двоюродными братьями Маска, где он стал председателем совета директоров (третья компания после Tesla и SpaceX). По словам инвестора, эти панели могли в день производить энергию, которой хватит на 80 км езды на электромобиле. Маск продавал не только крутой спортивный автомобиль, но и идею о том, что его можно привести в движение без ископаемого топлива.

В Калифорнии эта идея пришлась по душе, и даже после мероприятия заказы на автомобили продолжали поступать. Многие хотели попасть в первую сотню клиентов, чтобы получить специальную версию Tesla. Джо Фрэнсис, создатель франшизы Girls Gone Wild, прислал в офис в Сан-Карлосе бронированный грузовик, чтобы передать свой депозит в размере 100 тысяч долларов наличными. Встревоженный такой суммой денег на руках, соучредитель компании Марк Тарпеннинг поспешил в банк. Шварценеггер рассказал о Roadster на автошоу в Сан-Франциско и сообщил, что уже внес предоплату. То же самое сделал и актер Джордж Клуни. В течение трех недель первые сто автомобилей были удачно распроданы.

Успех презентации Roadster сделал популярным и Эберхарда. Он снялся в рекламной кампании BlackBerry, появился на шоу Today и стал постоянным участником конференций, куда его приглашали рассказать о своем видении будущего автомобильной индустрии. Эберхард стал лицом компании Tesla. В качестве подарка на свадьбу жена купила ему номерной знак с надписью: «Мистер Тесла».

Осталось лишь запустить Roadster в производство.

На фоне растущего числа заказов и ажиотажа многие стали тщательно изучать компанию Tesla. Один потенциальный клиент написал в Vantage Point: «Мне неудобно писать вам напрямую, но я хотел бы кое-что узнать у вас… Если я закажу один из электрических Roadster от Tesla, стоит ли беспокоиться о платежеспособности компании и не потеряю ли я свой большой депозит? Я не знаю, что делать: одна часть меня хочет просто довериться и заплатить деньги, а другая говорит, что нужно подождать и посмотреть, стоит ли оно того».

Вжух! И машина скрылась из виду, оставив лишь небольшое облако пыли. В тишине было слышно шуршание шин по трассе и протяжный звук «Вау!», вырвавшийся у всей толпы разом.

Сообщение попало к Маску, Эберхарду и Джиму Марверу, недавно назначенному представителем Vantage Point в совете директоров Tesla. «Не знаю, как реагировать на подобные запросы», – написал аналитик Vantage Point, пересылая сообщение. «Нужно сказать правду – что он серьезно рискует, отдавая свои деньги, и лучше подождать? Или лучше написать, что мы готовы дать определенные гарантии?»

Маск ответил решительно: «Я всегда ясно давал понять – мне кажется, что Tesla ждет великое будущее и мы выпустим замечательный автомобиль, но мы никак не можем гарантировать сохранность вложенных денег. Все, что я могу порекомендовать, – это успеть заказать одну из первых ста машин, потому что в будущем они будут иметь наибольшую ценность».

Тем временем официальные лица Vantage Point встревожились из-за того, что взносы не были помещены на отдельный счет, а смешались с потоком общих денежных средств компании. Генеральный директор фонда Алан Зальцман считал, что такой подход подвергает их ненужному риску, и не стеснялся выражать свое недовольство. Это был первый признак грядущих трений между Vantage Point и Tesla.

Однако, имея на руках готовый прототип, Маск думал о более насущных проблемах. Впервые он смог увидеть и почувствовать, каким будет автомобиль. И Маска результат не удовлетворил, поэтому он начал вносить все больше предложений по доработке. Но если в 2005 году инвестор находился в предвкушении, то сейчас он скорее был разочарован. Прежде всего нерасторопностью Эберхарда.

Маск считал, что в салон машины трудно забраться, сиденья неудобные, а интерьеру не хватало изысканности по сравнению с другими дорогими автомобилями. Осенью 2006 года Маск вспылил из-за качества приборной панели. «Это очень серьезная проблема, и мне жаль, что вы не считаете ее таковой», – написал тогда Маск в электронном письме Эберхарду.

Эберхард с этим не согласился, сказав, что есть более приоритетные задачи, которые необходимо решить, особенно если Tesla собирается начать производство летом 2007 года, то есть менее чем через год. «Я просто не вижу абсолютно никакого способа исправить перечисленные вами недоработки до начала производства без значительного ущерба для стоимости и графика, – объяснил он. – Нам нужно разобраться со множеством сложных задач, чтобы запустить автомобиль в производство. Тут и серьезные финансовые трудности, и проблемы с поставщиками (трансмиссии, кондиционеры и т. д.), и наша собственная конструкторская незрелость, помноженная на стабильность Lotus. Я не сплю ночами, беспокоясь о том, как бы запустить электрокар в производство к 2007 году».

Эберхард продолжал, почти умоляя: «Ради собственного спокойствия и спокойствия моей команды, я не стану тратить кучу времени на обдумывание приборной панели и других элементов, которые я хочу исправить после [начала производства]. У нас есть длинный список вопросов, о которых можно подумать позже, и я ими займусь, как только позволит график».

Возможно, Эберхард надеялся оттянуть время или утихомирить Маска, но только еще больше разозлил его: «Для меня важно услышать, что перечисленными мной проблемами вы займетесь после [начала производства] и, что важнее, проинформируете о предстоящем обновлении наших клиентов до того, как они получат автомобиль. Никто не требовал заниматься этим до запуска, и я не понимаю, к чему вы вообще поднимаете этот вопрос, пытаясь увести меня от темы».

Шварценеггер рассказал о Roadster на автошоу в Сан-Франциско и сообщил, что уже внес предоплату. То же самое сделал и актер Джордж Клуни.

В конце 2006 года все более расширяющийся штат сотрудников компании Tesla мог наблюдать, какой стресс испытывает Эберхард. Он сидел в своем кабинете, положив голову на руки, или смотрел в пустоту, почесывая бороду. Поздно вечером Эберхард в отчаянии позвонил члену совета директоров Лори Йолер, рассказав обо всех изменениях, которых требовал Маск, и об оказываемом на него давлении.

После уикенда, проведенного во время тест-драйва прототипа Roadster, Маск решил, что сиденья Lotus неудобны. Но изготовление сидений на заказ добавило бы к стоимости разработки 1 миллион долларов, а таких денег у компании не было. Забраться в Roadster было непросто, особенно для беременной жены Маска, Джастин. Сиденье лишь немного возвышалось над землей, поэтому ноги водителя почти не сгибались в коленях, словно он садился в мощные сани, а не в спортивный автомобиль.

В оригинальном дизайне Elise нужно было перелезать через высокий выступ на дверной раме. Маск хотел опустить эту кромку на пять сантиметров, что добавило бы еще 2 миллиона долларов к стоимости проекта. Также он хотел установить специальные фары, на что было выделено 500 тысяч долларов, и электронные защелки вместо механических кнопок на дверях – это еще миллион. А переход от стекловолокна к углепластику увеличил стоимость каждого автомобиля на 3 тысячи долларов. Маск хотел самостоятельно управлять разработкой своего автомобиля. И дело не в том, что он был не прав, просто в какой-то момент замечаний стало слишком много. «У Илона так много идей, что я попросту не поспеваю за ними», – признался Эберхард в разговоре с Йолер.

В конце ноября 2006 года он представил совету директоров презентацию, в которой расчетная стоимость производства каждого Roadster была увеличена до 83 тысяч долларов по сравнению с первоначальным планом в 49 тысяч долларов. Эта цифра была рассчитана при условии, что производство начнется не летом 2007 года, как предполагалось ранее, а следующей осенью. Ожидалось, что к концу декабря компания будет выпускать по 30 автомобилей в неделю. Но даже этот прогноз был полон оговорок – они все еще не завершили разработку многих деталей производства и не выбрали поставщиков. Эберхард надеялся снизить стоимость на 6 тысяч долларов в течение следующего года.

Одной из нерешенных проблем оставалась самая дорогая система автомобиля – электрическая трансмиссия, то есть батареи и двигатель. Стоимость аккумуляторных элементов оказалась вдвое выше, чем прогнозировалось. Tesla была основана на идее доступности недорогих потребительских батарей, но инженеры компании поняли, что не все аккумуляторы одинаковы, даже те, которые продаются под одним и тем же унифицированным идентификатором (называемым 18 650 за размеры элементов – 18 на 65 мм). У каждой компании был свой способ изготовления элементов, который влиял на их применение в автомобиле.

После проведенных тестов команда Страубела выделила всего несколько компаний, чьи батарейки работают лучше всего, включая Sanyo. Если бы поставщики аккумуляторов узнали об установленных в Tesla ограничениях, это ослабило бы позиции компании в переговорах. В сложившейся ситуации производители считали, что Tesla имеет неограниченные возможности. Некоторые сотрудники, в том числе Джин Бердичевский, опасались зависимости компании от ограниченного числа поставщиков батарей и настаивали на выделении денег для разработки других вариантов. Эберхард ответил отказом – дополнительного финансирования попросту не было. В то же время его команда пыталась найти поставщика, который мог бы изготовить трансмиссию по спецификациям и цене Tesla. Это основа автомобиля, и в Roadster она все еще была далека от идеала.

Выступление Эберхарда на заседании совета директоров в ноябре 2006 года вынудило Маска и Джима Марвера из Vantage Point ввести антикризисные меры, в частности, из-за неспособности Эберхарда ответить на вопросы о затратах. «Дело не в том, что Мартин не знал, сколько стоит автомобиль, а скорее в том, что ему неловко навскидку называть точные цифры за конкретный производственный квартал», – сказал Маск Марверу. Но умолчал о своем твердом намерении выяснить, что же на самом деле происходит в компании. Через несколько недель Маск полетел на встречу в Lotus, не оповестив об этом Эберхарда. Инвестор хотел лично узнать мнение британцев о том, как Tesla справляется со сроками реализации проекта.

«Уверен, вы можете представить, насколько неловкой мне кажется ситуация, при которой Илон просит у Lotus высказать свое мнение о сроках производства», – писал Эберхарду перед встречей Саймон Вуд, директор Lotus. Его прогноз был смутным: «Как я понимаю, наши сроки будут отличаться от тех, которые называет ваша команда».

Уже по первым слайдам презентации Маск понял, что мнение Вуда «может быть воспринято как пессимистическое, но тем не менее отражает общую точку зрения ключевых сотрудников Lotus, вовлеченных в проект». Вуд сообщил, что у Lotus есть список из почти 850 проблем, начиная от тех, которые напрямую связаны с работоспособностью автомобиля, вопросами безопасности и нормативными требованиями, и заканчивая теми, которые повлияют на уровень удовлетворенности клиентов или потребуют незначительных исправлений.

По расчетам Вуда, Lotus могли бы решать по 25 таких проблем в неделю, что добавило бы к графику более 30 недель, прежде чем можно приступить к производству. Все это означало, что к Рождеству 2007 года Lotus рассчитывала произвести от силы 28 моделей Roadster. Тогда как в Tesla обещали, что к концу года компания будет выпускать по 30 автомобилей в неделю.

И все же, несмотря на растущие опасения, 2007 год для совета директоров Tesla начался оптимистично: в следующем году компания планировала выйти на биржу. В январе Марвер предложил совету начать переговоры с банкирами. В Tesla обсуждали идею о займе денег, которые по определенной цене будут конвертированы в пакет акций. Они надеялись, что эта схема позволит снизить выплаты по долговым обязательствам, тем самым обеспечивая стабильность до тех пор, пока компания не станет публичной.

Марвер предложил Эберхарду на следующей неделе выступить на инвестиционной конференции в Нью-Йорке. Маску не понравилось, что Эберхард будет тратить время на малозначительные встречи по пиару и финансированию вместо доработки Roadster. «Есть несколько неотложных вопросов по Roadster, которыми Мартин должен заняться прямо сейчас, – сказал Маск совету директоров. – Мы уже значительно отстали от графика поставок и можем отстать еще больше».

По мере приближения к концу года совет директоров сужал свои планы. Весной Маск сказал совету директоров, что Tesla необходимо собрать от 70 до 80 миллионов долларов, чтобы продержаться до выхода на биржу в марте или апреле 2008 года. Дедлайны срывались один за другим. В то же время Марвер не хотел использовать уже собранные деньги с депозитов за Roadster. «Многие считают, что мы не должны тратить эти деньги, пока не начнем поставки Roadster. Надеюсь, это произойдет в октябре, – сказал он членам совета директоров. – Например, отправив 25 автомобилей, указанных в бизнес-плане, мы сможем потратить 2,5 миллиона долларов с предзаказов. Если бы точно знать, что осенью нам будет доступен частный капитал по выгодной стоимости, то сейчас можно было бы обойтись относительно небольшой суммой инвестиций». Но Марвин беспокоился из-за возможных задержек, а также из-за того, что инвесторы могут резко передумать давать компании займы или вкладывать в нее собственные средства.

Невозможно плотный график, сорванные сроки, производственные неудачи, недостаточное финансирование – все это указывало на очевидный факт. Внутри компании происходило что-то странное.

В итоге совет директоров решил дополнительно привлечь 45 миллионов долларов – почти в два раза меньше, чем предлагал Маск. Теперь компания оценивалась в 220 миллионов долларов. Это решение позволило надеяться, что производство начнется уже в этом году. Но это по-прежнему не точно.

Невозможно плотный график, сорванные сроки, производственные неудачи, недостаточное финансирование – все это указывало на очевидный факт. Внутри компании происходило что-то странное. Но что именно? К счастью, Маск знал, где искать ответ.

Глава 6

Человек в черном

За шесть лет до того, как Антонио Грасиас стал инвестором компании Tesla, он летел на самолете из Чикаго в Швейцарию, отправляясь в путешествие, которое на долгие годы изменит его жизнь. Весной 1999 года Грасиас прибыл в маленький городок Делемон как раз к обеду. Он приехал осмотреть последнее дополнение к своей растущей империи небольших промышленных предприятий, которые начал скупать четыре года назад, еще студентом юридического факультета Чикагского университета.

Конец 1990-х был не самым удачным периодом для мелких поставщиков деталей для электронных приборов и автомобильной промышленности. Крупные компании использовали свое гигантское влияние, чтобы вытеснить мелкие фирмы, скупая их товары по все более низким ценам. В таких условиях Грасиас, выросший в Мичигане рядом с заводами городка Гранд-Рапидс, разглядел новые перспективы. Малым предприятиям, возможно, просто нужно немного модернизироваться и провести реструктуризацию, чтобы снизить затраты. Это поможет им повысить эффективность бизнеса. Именно такие мысли привели Грасиаса в Делемон, чтобы посмотреть на местное предприятие, которое было частью более крупной сделки по покупке штамповочного завода недалеко от Чикаго.

Грасиас встретился с управляющим заводом за ужином, к которому также присоединился инженер-консультант по имени Тим Уоткинс, нанятый несколькими месяцами ранее, чтобы помочь наладить производственные процессы. Поначалу Грасиас не знал, что и думать об Уоткинсе, инженере британского происхождения, которого длинные волосы, собранные в конский хвост, делали похожим на Шона Коннери из фильма «Знахарь», только в черной одежде и с рюкзаком. Однако за ужином Грасиас быстро понял, что их с Уоткинсом взгляды сходятся. Оба читали одни те же книги и имели общие представления о менеджменте и технологиях.

Грасиас, которому было 28 лет, пришел в промышленность необычным путем. Он родился в Детройте и вырос в западном Мичигане в семье иммигрантов. Его отец был нейрохирургом, а мать держала магазин нижнего белья, где Грасиас подрабатывал после школы. Еще подростком, пока остальные сверстники собирали бейсбольные карточки, он покупал акции. Самым ценным приобретением стала акция Apple. В 1995 году, проработав два года в компании Goldman Sachs, Грасиас поступил в юридическую школу. Он не мечтал стать юристом, но родители видели всех своих детей врачами или адвокатами. Незадолго до поступления у Грасиаса умерла мать, так что, выбрав эту сферу, он исполнил ее волю.

В школе Грасиас постоянно хотел открыть свое дело и создать что-нибудь. В 1997 году вместе с другом из Goldman он открыл собственную инвестиционную компанию MG Capital (названную в честь его матери, Марии Грасиас). Чтобы начать свою деятельность, фирма собрала 270 тысяч долларов, плюс 130 тысяч вложил сам Грасиас. Их первое приобретение казалось слишком удачным, чтобы быть правдой: калифорнийское предприятие по нанесению гальванических покрытий в городе Гардене.

По счастливой случайности компанией руководил человек с опытом кризисного управления, поэтому Грасиас мог без проблем продолжать учебу в юридической школе. Предприятие было на грани банкротства, так что никто им особенно не интересовался. Взяв на себя долги компании, Грасиас с партнером купили завод по цене активов, а не за сумму, кратную годовому доходу, который составлял 10 миллионов долларов (как обычно оценивают стоимость).

Однако очень быстро молодые бизнесмены оказались в затруднительном положении. Грасиас продолжал учиться в колледже, но практически забросил занятия, работая на заводе в Калифорнии, а в учебе полагаясь на близкого друга по имени Дэвид Сакс, который держал его в курсе событий и помогал подготовиться к выпускным экзаменам в конце семестра, от которых зависели все итоговые оценки.

В Гардене, ежедневно заряжаясь стаканчиком кофе из Starbucks, Грасиас активно общался с рабочими, чтобы вместе найти способы увеличить объемы производства в тот период, когда гальванические покрытия пользовались все большим спросом, особенно у производителей электроники. То, что поначалу казалось безрассудным шагом, быстро превратилось в машину по зарабатыванию денег, обеспечив годовой объем продаж в 36 миллионов долларов и способствуя расцвету MG. К моменту ужина в Делемонте MG Capital приобрела уже пять компаний.

Доходы даже позволили MG Capital инвестировать в стартап под названием Cofinity, куда перешел работать друг Грасиаса по юридической школе, Сакс. Эта компания объединилась с X.com, после чего они вместе стали PayPal. Именно так Грасиас познакомился с Маском.

После ужина Уоткинс с менеджером повели Грасиаса осматривать его новую фабрику. Предполагалось, что субботний вечер – самое подходящее время для того, чтобы увидеть предприятие в бездействии – работа в ночное время и по выходным запрещалась местным трудовым законодательством. Когда они подошли к двери, Грасиас с удивлением услышал гудение штамповочных машин, доносившееся из затемненного помещения фабрики. Когда глаза Грасиаса привыкли к включенному свету, он не мог поверить в то, что увидел: полностью автоматизированный завод. Машины работали сами по себе: никто не стоял рядом и не следил за ними.

Грасиас путешествовал по миру, осматривая фабрики, изучая новейшие технологии улучшения производительности поточных линий и других рабочих процессов, но такого он еще не видел. В эпоху, когда персональные компьютеры еще были редкостью на производстве, Уоткинс придумал, как автоматизировать процесс. Он создал алгоритмы, позволяющие предугадать, когда системам необходимо отключиться для технического обслуживания. И рассчитал время, в течение которого машины могли самостоятельно работать четыре часа, после чего на завод возвращались рабочие и начинали восьмичасовую смену.

Благодаря нововведению Уоткинса, фабрика работала двадцать четыре часа в сутки в стране, где разрешалось работать не более шестнадцати. При этом он также снизил эксплуатационные расходы. «Такого я никогда не видел», – вспоминает Грасиас.

Грасиас наткнулся на одну из самых больших находок в своей карьере – не на фабрику, а на инноватора, стоящего за ней. Следующие несколько месяцев он потратил, убеждая Уоткинса присоединиться к MG Capital, чтобы улучшить растущую сеть заводов по всем США. В конце концов Грасиасу это удалось. Сотрудничество двух партнеров помогло продать портфельные компании[9] MG Capital с девятикратной прибылью и привлечь инвестиции в размере 120 миллионов долларов. MG Capital переименовали в Valor, а Уоткинс стал партнером компании. Они с Грасиасом быстро подружились и некоторое время даже были соседями по комнате в Чикаго. Они хотели развиваться дальше. Им надоело скупать разорявшиеся заводы и выводить их на путь успеха. Вместо этого Грасиас и Уоткинс хотели инвестировать в перспективные компании и делиться с ними своим опытом.

Ключевым пунктом их плана было оставаться в тени. Грасиас и Уоткинс не хотели завоевывать репутацию, которая могла бы отпугнуть учредителей, и в основном избегали публичности. Они хотели помогать своими знаниями и опытом в таких рутинных процессах, как автоматизация, которые могут создать компанию или разрушить ее. В 2005 году, когда Маск предложил Грасиасу (и его команде) инвестировать в Tesla, тот сразу же согласился.

Поэтому неудивительно, что в 2007 году Маск позвонил своему другу Грасиасу с просьбой о помощи. В Tesla творилось что-то неладное. В том году Грасиас тоже стал членом совета директоров, и он уже знал, что управление растущей компанией давалось Мартину Эберхарду с трудом. Становилось все более очевидно, что основатель Tesla не совсем понимает, как исправить ситуацию. И тут Грасиас и Уоткинс были как нельзя кстати. Маск хотел, чтобы они покопались в бухгалтерских отчетах компании и выяснили, что на самом деле не так в Tesla.

Для стартапов из Кремниевой долины ситуация, когда компания становится больше и навыков основателя начинает не хватать, – отнюдь не редкость. В 2007 году жертвой этого сценария стал и Эберхард. И он, и Маск понимали это. Они обсуждали, стоит ли назначить нового генерального директора, а также директора по финансам на должность, которую в компании собирались ввести с самого момента основания. Это позволило бы Эберхарду сосредоточиться на разработке следующего после Roadster автомобиля, то есть приступить к очередному этапу развития, согласно генеральному плану Маска, когда Tesla из новомодной игрушки для богачей должна превратиться в серьезного автопроизводителя.

Маск все больше переживал о том, как идут дела с Model S, известной внутри компании под кодовым названием White Star. В конце концов, этот автомобиль должен был стать для компании поворотной точкой. Ведь даже при самых благоприятных обстоятельствах на Roadster будет ездить крайне ограниченный круг лиц. А вот Model S должна была стать популярной машиной для массового потребителя. Именно по ней люди будет судить о компании Tesla. А значит, промашек здесь быть не должно.

Рон Ллойд, руководитель проекта, был выходцем из технологической отрасли, но он собрал команду в основном из автолюбителей, создав большой офис в пригороде Детройта. Когда Маск впервые побывал в офисе, то был совершенно разочарован (например, один из инженеров допустил опечатку в презентации). Созданная из бывших сотрудников детройтских автопроизводителей и поставщиков, зарождающаяся команда формировала культуру, отличную от культуры инженеров из Кремниевой долины под руководством Джей Би Страубела, где для многих работа в Tesla была первой или второй после выпуска из Стэнфорда.

В Калифорнии риск был неотъемлемой частью бизнеса, и даже если ты проиграл, то в этом нет ничего страшного. Ведь всегда можно вернуться в игру с очередной революционной идеей.

И хотя изначально компания сторонилась детройтских инженеров, но, разрабатывая автомобиль с нуля, без них было не обойтись. В 2007 году, когда традиционная автопромышленность была на подъеме и била рекорды продаж, присоединиться к калифорнийской компании и заниматься производством электромобилей было радикальной идеей. Даже несмотря на то что фундамент под Ford и GM начал трескаться, в индустрию по-прежнему поступали хорошие деньги. Инженеры и руководители в General Motors, Ford и DaimlerChrysler могли быть уверены, что не останутся без работы и хороших пенсий.

Компанию General Motors в шутку иногда называли Generous Motors, то есть «щедрые моторы». Поэтому идея бросить все и уйти в стартап, который может обанкротиться в любой момент, казалась работникам Детройта немыслимой. В то же время азартные по натуре инженеры Кремниевой долины не понимали, как можно отказаться от возможности сорвать куш. В Калифорнии риск был неотъемлемой частью бизнеса, и даже если ты проиграл, то в этом нет ничего страшного. Ведь всегда можно вернуться в игру с очередной революционной идеей.

«Уволь их! Уволь их всех», – сказал Маск Эберхарду, когда они покидали детройтский офис компании. Но, как и многие другие распоряжения инвестора, Эберхард проигнорировал и это. Ему все еще были нужны эти инженеры.

Маску казалось, что команда из Детройта слишком сосредоточена на стоимости автомобиля в ущерб его качеству. Местные инженеры были в восторге от сделки с Ford по использованию деталей из программы разработки седана Fusion. Но Roadster научил Tesla, что нельзя просто купить кузов у другого автопроизводителя, внести несколько изменений и ждать, что все будет работать, как надо. Каждое изменение кузова для большего соответствия дизайну Tesla увеличивало затраты. Поэтому команда из Детройта пыталась сделать то, что в таких случаях обычно делают крупные автопроизводители, – собирали автомобиль из открытого каталога деталей, полагая, что это будет дешевле, чем искать уникальные запчасти у поставщиков, многие из которых не хотели работать с небольшими компаниями вроде Tesla. Инженеры как будто собирали автомобиль из конструктора Lego, подбирая детали в соответствии со своими представлениями о том, как должна выглядеть машина. Проблема заключалась в том, что готовый вариант совершенно не понравился Маску.

Он выразил свое недовольство Эберхарду, которому выпала незавидная задача – пытаться согласовать мизерный бюджет с экстравагантными вкусами Маска. «Много раз я слышал, как Рон говорил, что сделать автомобиль, не похожий ни на один другой, за 50 тысяч долларов просто невозможно. Слишком мало денег остается после вычета стоимости аккумуляторов, – писал Маск поздним вечером весной 2007 года. – Если мы так много будем думать о деньгах, то в конечном итоге у нас получится плохая машина. Вот почему я настаивал на том, чтобы сделать в Roadster качественную трансмиссию. Ведь в конечном итоге трансмиссия Tesla мало чем отличается от той, которая стоит в престижном автомобиле на бензиновом двигателе».

«Главное, я хочу быть уверен, что все сотрудники понимают, какие отстойные машины в основном производят в Америке и что мы должны это изменить. Знают ли остальные, что такое хороший продукт?»

Главное, я хочу быть уверен, что все сотрудники понимают, какие отстойные машины в основном производят в Америке и что мы должны это изменить. Знают ли остальные, что такое хороший продукт?

Несмотря на недовольство детройтской командой, Маск понимал, что их опыт очень важен для компании. Ему нравилась идея нанять генерального директора, который знает, что значит выпустить хороший автомобиль с ограниченным бюджетом. Все-таки пример с Roadster показал, как быстро расходы могут выйти из-под контроля. И даже несмотря на дополнительные затраты, Маску все равно не нравились отдельные детали. Ему казалось, что интерьер автомобиля не соответствует тому высокому ценнику, который выставили в компании.

Думая о том, кого можно назначить на должность генерального директора, Маск заинтересовался кандидатурой Хау Тай-Тана – разработчика продукции в Ford, который, судя по информации СМИ, добился определенных успехов. В 2005 году Тай-Тан резко стал популярным, приняв участие в разработке нового Ford Mustang – проекта, который прежде держался в секрете, но теперь был центральной темой для обсуждения. Маск пригласил его провести выходные в Кремниевой долине и познакомиться с Tesla.

Во время знакомства команда предложила Тай-Тану сесть за руль недавно выпущенного Roadster. Впоследствии Эберхард признался, что нечасто встречал людей, которые водят машину столь агрессивно. После поездки Тай-Тан тут же стал перечислять проблемы, которые нужно исправить: подвеска сконструирована неправильно, задняя часть автомобиля сильно перевешивает и так далее. Но, помимо замечаний, разработчик также выразил и свое восхищение: «Это действительно отличная машина».

В конечном итоге, к разочарованию команды Tesla, он не захотел уходить из Ford[10]. Тем не менее Маск и Эберхард были уверены, что они на правильном пути. Тай-Тан помог им найти хорошего консультанта по персоналу, который займется поиском нового генерального директора.

В конце концов информация о том, что Tesla ищет замену Эберхарду, просочилась в СМИ. В июне два репортера связались с пиар-службой компании, что сильно расстроило ее основателя. Он пожаловался совету директоров в электронном письме: «Я не знаю, как произошла утечка информации, но это могло произойти или по вине совета директоров, или по вине нашего кадрового агентства. Пожалуй, не нужно лишний раз говорить о том, что, поскольку эта история стала достоянием общественности, из-за многочисленных расспросов моих сотрудников о предстоящем увольнении работать мне стало особенно тяжело. И все это, признаюсь, сильно меня расстраивает».

Маск развеял опасения Эберхарда, сказав ему, что утечка была ожидаема, учитывая, насколько пристально люди следят за Tesla. «Лучшей стратегией было бы разобраться с этой ситуацией и принять ее как данность, как это сделали Ларри [Пейдж] и Сергей [Брин]», – написал Маск, подчеркнув, что основатели Google в свое время передали непосредственное управление компанией Эрику Шмидту, исполнявшему обязанности генерального директора. – Тогда все знали, что они ищут генерального директора, и поиски заняли много времени, но с Ларри во главе Google работал просто отлично».

Они продолжили переписку в частном порядке. Эберхард сказал Маску, что, по его мнению, информацию слил один из членов совета директоров: «Немного сочувствия тут не помешало бы. Tesla Motors была моей жизнью в течение последних пяти лет. Больно слышать из прессы, что совет директоров увольняет меня (а СМИ используют именно это слово)».

Маск попытался утешить его, сказав, что будет рад скорректировать мнение, которое сложилось у журналистов. «Но факт заключается в том, что вы сами заговорили о поиске генерального директора несколько месяцев назад, – написал Маск. – Кстати, тогда я призывал вас быть открытым в этом вопросе, хотя и не настаивал на своей точке зрения».

Эберхард понимал, что ему нужна помощь, но при этом хотел вступить в новую должность на своих условиях. Сравнение с соучредителями Google было неуместным. Да, они действительно передали бразды правления опытному руководителю, но после выхода на биржу Брин и Пейдж сохранили контроль над компанией, благодаря форме двойного владения акциями, которая обеспечила им контрольный пакет. У Эберхарда такого бонуса не было. Крупнейшим акционером Tesla оставался Маск, что давало ему возможность свободно определять будущее каждого сотрудника компании.

Слегка разочарованный всей этой ситуацией, Эберхард тем не менее решил не поддаваться отчаянию. Перед запуском производства предстояло решить длинный список задач: устранить неполадки в трансмиссии, открыть небольшую сеть автосалонов, удостовериться в надежности автомобиля, устранить инженерные проблемы и доставить детали на завод в Великобритании.

«Полностью сконцентрируйтесь на работе», – сказал команде Эберхард. От усердия сотрудников зависели их собственные рабочие места, не говоря уже о «судьбе электромобиля» и «будущем транспортных средств».

Для большей убедительности Эберхард чуть позже отправил сотрудникам следующее письмо: «[Генеральный директор GM] Рик Вагонер в ноябре прошлого года сказал, что для автомобилестроения сейчас наступил поворотный момент – переход от привода внутреннего сгорания к электроприводу так же значителен, как переход от лошадей к лошадиным силам. Если мы преуспеем с запуском Roadster, история запомнит вас и Tesla Motors как движущую силу этих перемен. Если нет… что ж, вспомните судьбу Tucker и DeLorean[11]. Я знаю, что мы лучше, чем они, а Roadster значительно превосходит их автомобили. Так давайте докажем это!»

Тим Уоткинс мог быть невероятно вежливым, но в то же время шокирующе откровенным. Он обладал такой щепетильностью и дисциплиной, какие мало кому удается выработать. Еще до того, как это стало модно, он пришел к убеждению, что резкие скачки сахара в крови могут быть вредны для здоровья, поэтому строго контролировал потребление пищи в течение дня. В рюкзаке он носил овсяные хлопья из магазина, расположенного возле дома его матери в Великобритании.

В последние годы он жил в основном в дороге, разъезжая по командировкам, в которые отправлял его Грасиас. Это была изнурительная работа: часто приходилось говорить неудобную правду, из-за которой люди теряли работу. С годами у него появились новые привычки. Прибыв на задание, он заходил в местный сетевой магазин, чтобы купить комплект черных футболок и пару черных джинсов. Покончив с работой, он выкидывал их, как будто сбрасывал кожу.

Когда в июле 2007 года Уоткинс приехал в штаб-квартиру Tesla в Сан-Карлосе, то оказался в очередной компании с кучей проблем. Он быстро позвонил Грасиасу с неприятными новостями: у Tesla не было спецификаций ни на одну деталь, то есть компания не вела простейшего учета запчастей, идущих на изготовление автомобиля, и согласованной за них цены. Такую ведомость придется составлять Уоткинсу.

Были и другие опасения: представители Lotus предупреждали, что Roadster не будет выпущен в конце августа, как было запланировано. До сих пор Tesla не дала окончательного разрешения на проектирование некоторых деталей, которые должны изготовить поставщики. И команда все еще не нашла подходящего решения для создания двухскоростной трансмиссии.

Пока Уоткинс оценивал положение дел, команда Эберхарда делала то же самое, тем самым устраивая состязание, кто быстрее разберется в финансах компании. Готовясь к выходу на биржу, Tesla набирала новых сотрудников в свой финансовый отдел. Райана Поппла, недавнего выпускника Гарвардской школы бизнеса, наняли для подготовки бухгалтерских книг компании к публичному размещению акций. Однако уже в первую неделю работы Поппл понял, что там все не так радужно, как кажется со стороны.

Его первым заданием стало создание финансовой модели компании – документа о текущем состоянии бизнеса. Он попросил показать ему существующую модель, на что ему ответили: «Нынешняя модель – полное дерьмо». Поппл пошел по всем отделам, спрашивая Страубела и его коллег о бюджете. Информативнее ответы не стали: «Понятия не имею. Со мной никто и никогда не разговаривал о финансировании».

К концу июля финансовый отдел с помощью внешнего консультанта подготовил новую оценку состояния дел. Они разослали членам совета директоров отчет, в котором говорилось, что стоимость материалов автомобиля составляет 110 тысяч долларов для каждой из первых 50 машин. Дэйв Лайонс и Джей Би Страубел из инженерного отдела настаивали на сокращении расходов, ожидая, что стоимость одной машины снизится по мере увеличения объема производства. «Они будут работать над этим, и, надеюсь, через пару недель мы получим обновленную информацию, чтобы понять, сколько будет стоить автомобиль, выйдя на уровень серийного производства», – говорилось в отчете.

Документ содержал и прогноз расходов до конца года. Привлеченные в мае 45 миллионов долларов должны были закончиться в сентябре того же года, и это не считая 35 миллионов клиентских депозитов, собранных отделом продаж. Однако если ничего не изменится, то к концу года эти деньги тоже закончатся.

Другими словами, у Tesla снова возникли проблемы с финансами. Вместо того чтобы в мае привлечь 80 миллионов долларов, на чем настаивал Маск, совет директоров сделал ставку на то, что компания сможет еще год продержаться с меньшим объемом финансирования. Но это предположение основывалось на нестабильной оценке фактических затрат. Так в компании усвоили одну из суровых истин автомобильной индустрии: промышленные масштабы требуют денег.

Это открытие лишь подчеркнуло тот момент, что компания до сих не наняла опытного финансового директора, который мог бы предвидеть подобные ситуации. Кроме того, в Tesla не существовало четкой системы бухгалтерского учета, чтобы должным образом отслеживать расходы. На собрании сотрудников Эберхард заметно разволновался из-за неутешительных прогнозов. «Если это правда, – сказал он начальнику производственного отдела, – то считай, что мы оба остались без работы».

В июле Эберхард предстал перед недовольным советом директоров. Они отвергли предположение о том, что Roadster может продаваться за 65 тысяч долларов, когда только аккумуляторный блок стоил более 20 тысяч. Через месяц ситуация для Эберхарда стала еще хуже. Совет директоров получил первоначальные выводы Уоткинса, которые рисовали гораздо более мрачную картину, чем внутренние оценки Tesla. Он подсчитал, что стоимость одного автомобиля после выпуска первых ста моделей составит 120 тысяч долларов. И это без учета накладных расходов.

Предположительно, с ростом производства затраты будут снижаться, но никогда не достигнут уровня, при котором компания станет прибыльной. А при прогнозируемых компанией объемах поставок на ранней стадии производства, с учетом накладных расходов, каждый автомобиль будет стоить немыслимые 150 тысяч долларов. К тому же Уоткинс не видел возможности начать производство осенью этого года.

Переход от привода внутреннего сгорания к электроприводу так же значителен, как переход от лошадей к лошадиным силам. Если мы преуспеем с запуском Roadster, история запомнит вас и Tesla Motors как движущую силу этих перемен. Если нет… что ж, вспомните судьбу Tucker и DeLorean.

Совет директоров был потрясен. Эберхард оспаривал полученные результаты, но его судьба была решена. 7 августа Маск позвонил Эберхарду, который в то время находился в Лос-Анджелесе, чтобы выступить перед группой журналистов. Новости были не очень хорошими. Маск сообщил Эберхарду, что его решили заменить. Майкл Маркс, который недавно стал одним из инвесторов, возьмет на себя роль временного генерального директора. Будучи генеральным директором Flextronics, перед уходом на пенсию Маркс превратил эту компанию в производителя электроники с мировым именем. Tesla удалось выманить Маркса с пенсии обратно на работу.

Эберхард был удивлен новостью. Он позвонил другим членам совета директоров и узнал, что их не проинформировали об этом заранее. Маск согласился провести заседание совета директоров 12 августа, чтобы утвердить отставку Эберхарда с поста генерального директора и объявить о его новой должности президента по технологиям. Но для себя Маск уже все решил. Накануне заседания совета директоров он проконсультировал некоторых из своих коллег: «Мартин, похоже, больше сосредоточен на своем публичном имидже и положении в Tesla, а не на решении критических проблем. Если вы будете говорить с ним, пожалуйста, убедите его потратить силы на то, чтобы с Roadster было все в порядке и машина поступила на рынок вовремя. Похоже, Мартин не понимает, что лучший способ укрепить собственную репутацию – это помочь все исправить».

Еще до официального назначения Маркс успел побывать в офисе Tesla в Сан-Карлосе, чтобы разобраться в сложившейся неразберихе. 8 августа он написал Маску, что им нужно встретиться и переговорить: «Как вы знаете, в компании много проблем, но некоторые из них гораздо серьезнее, чем я думал».

Глава 7

Белый кит

Джей Би Страубел и недавно пониженный в должности Мартин Эберхард летели на частном самолете нового генерального директора Tesla Майкла Маркса в Детройт. Маркс, с овальным лицом, редеющими волосами и усталым видом, неизбежным при управлении глобальной компанией, играл в Tesla роль строгого родителя. В компании трудились десятки молодых инженеров, только что выпустившихся из Стэнфорда, для которых Tesla была первой настоящей работой.

Более десяти лет Маркс руководил компанией Flextronics, которая собирала игровые приставки Xbox для Microsoft, принтеры для Hewlett-Packard и сотовые телефоны для Motorola. Мартин Эберхард и Марк Тарпеннинг когда-то считали, что такие сторонние производители найдутся и в автомобильной индустрии для Roadster, но, к их удивлению, подобных компаний оказалось очень немного.

Новый босс не терял времени даром и сразу принялся за дело. На собрании компании он отчитал сотрудников за то, что, по его мнению, им не хватает трудолюбия: «В этой компании я заметил две особенности – куча амбиций при отсутствии усердия. В ближайшее время я собираюсь ввести официальный рабочий график и надеюсь, что все сотрудники будут его строго придерживаться».

Очевидно, что в августе Roadster еще не будет полностью готов, поэтому Маркс отложил выпуск автомобиля на шесть месяцев, чтобы дать команде время разобраться с проблемами и найти способы сократить расходы на производство. Он составил так называемый «список Маркса», в котором перечислил все насущные проблемы, требующие решения. Среди первых пунктов была трансмиссия, которая по-прежнему не давала покоя инженерам.

Маркс был знаком с производством, но в автомобильной промышленности был новичком. К счастью, он знал, к кому обратиться за советом. Рик Вагонер, генеральный директор GM учился вместе с ним в Гарвардской школе бизнеса. Маркс обращался к Вагонеру и во время работы в Flextronics. Так что Страубел, знаток в области аккумуляторов, летел в Детройт именно за тем, чтобы пообщаться с руководителем GM.

Кортеж из черных автомобилей встретил их в аэропорту и доставил в штаб-квартиру GM, в Ренессанс-центр – громадный небоскреб, возвышающийся над практически заброшенным центром города. Некогда считавшийся американским Парижем, Детройт переживал не лучшие времена: многие величественные здания города были заброшены, на некоторых крышах росли деревья.

Вереница автомобилей заехала на парковку для высшего руководства GM, и на частном лифте приезжие поднялись на верхний этаж в кабинет генерального директора. Отсюда открывался вид на реку Детройт, на окнах стояли маленькие модели автомобилей, произведенных компанией. Навстречу троице вышел крупный мужчина и протянул руку. На первом курсе университета Вагонер играл в баскетбол. Всю свою сознательную жизнь он провел в GM, поднявшись через финансовый отдел и получив в итоге должность генерального директора с мировыми полномочиями.

Когда в 2007 году к ним приехала команда из Tesla, GM переживала далеко не лучшие времена. Компания годами накапливала растущие долги, расходы на оплату труда и раздувающиеся пенсионные обязательства, что вызывало сомнения в ее перспективах. Продажи падали. Тем не менее Вагонер демонстрировал уверенность в том, что ситуация под контролем, даже если надоедливая пресса предсказывала компании банкротство.

Страубел никогда не видел ничего подобного – ни пузыря исполнительной власти, в котором, казалось, жил Вагонер, ни роскошного конференц-зала, где он оказался за обедом. Он с трудом смог найти пиджак для такого случая. Страубел впервые увидел, с кем собирается бороться Tesla – с огромной корпорацией, которая казалась другой планетой по сравнению с гаражом, где еще недавно он работал со своими друзьями. В ходе беседы Маркс рассказал Вагонеру о проблеме Tesla с трансмиссией, надеясь, что его друг сможет помочь.

«Да, – сказал Вагонер, – у нас тоже есть проблемы с трансмиссией. Последние лет 80».

Страубел не совсем понимал, чего именно Маркс ожидает от этой поездки. Тем не менее он чувствовал, что между Марксом и Эберхардом нарастает напряжение. Большую часть поездки они провели в спорах. Перевод Эберхарда с поста генерального директора на пост президента не прошел гладко, и сотрудники компании разрывались между двумя сторонами. Многие давно дружили с Эберхардом и были ему преданы, другие считали, что пришло время для нового руководства.

Конфликт между Марксом и Эберхардом стал предвестником еще одного раскола. Еще в самом начале пути, когда Эберхард предложил Илону Маску свою концепцию спортивного электромобиля, у них, казалось, были общие взгляды на будущее компании. Но с каждой мини-победой, которые доставались с большим трудом, амбиции компании и Маска становились все больше. Однако эти грандиозные замыслы разбивались о реальность: с Roadster творился полный бардак, грозивший перечеркнуть все виды Tesla на будущее. Маркс оказался в незавидном положении, пытаясь ответить на вопрос, чем компания является в данный момент. Ему было некогда думать о том, чем она могла бы стать. Нужно было спасать Tesla прямо сейчас. Новый руководитель предложил пойти путем, отличным от задуманного Маском, и тем самым сразу предопределил свою дальнейшую судьбу.

Интерес Вагонера к Tesla был вызван не только желанием пообщаться со старым другом. Презентация Roadster, состоявшаяся чуть более года назад, привлекла внимание GM. В 2001 году, в поиске возможностей возродить компанию, Вагонер пригласил на должность вице-президента Боба Лутца, который в свое время помог создать Viper[12] в Chrysler. Первым делом Лутц привлек Франца фон Хольцхаузена, молодого дизайнера из калифорнийского офиса компании, для создания двухдверного родстера Pontiac Solstice. Впоследствии фон Хольцхаузен довольно быстро стал директором по дизайну Mazda в Северной Америке. Лутц надеялся произвести впечатление на индустрию и собирался представить Solstice на автошоу в Детройте в 2002 году, чтобы показать, что огромный автоконцерн не растерял прежней резвости.

Следя за новостями о выпуске полностью электрического автомобиля Roadster от никому неизвестного калифорийского стартапа, Лутц думал о том, почему его команда не могла придумать что-то подобное. «Идея меня просто потрясла, – вспоминает свои эмоции Лутц, которому было уже 75 лет. – Если у какого-то стартапа из Кремниевой долины получится что-то подобное, то больше никто не сможет сказать, что это невозможно».

Боба Лутца, бывшего летчика-истребителя морской пехоты, трудно назвать активным защитником окружающей среды. Как-то раз он назвал теорию глобального потепления «полной ахинеей» и, чтобы подчеркнуть свою точку зрения, хранил в своем кабинете массивный двигатель V16. Но одну вещь он знал так хорошо, как никто другой из его поколения, – это маркетинг. Лутц понимал, что GM уступила свои позиции – и отнюдь не маленькой Tesla, компании, в успех которой в Детройте мало кто верил, а более сильному врагу – Toyota.

В 2006 году Toyota сместила GM с позиции чемпиона по продажам среди автопроизводителей, которую компания удерживала 76 лет. Гибридный седан Prius сформировал инновационный имидж Toyota, в то время как GM все воспринимали как динозавра, которому место в музее. Не случайно в документальном фильме «Кто убил электромобиль?» детройтская компания представлена этаким кинозлодеем, который выдернул из розетки шнур электромобиля EV1.

Хотя Tesla была основана на идее, что будущее за полностью электрическими автомобилями, команда Model S начала задумываться о том, что проложить дорогу в это будущее пока невозможно.

За несколько месяцев до приезда Страубела в Детройт Лутц, одетый в безупречный серый костюм, накрахмаленную белую рубашку и фиолетовый галстук, вышел на сцену одной из самых ожидаемых пресс-конференций Детройтского автосалона 2007 года, чтобы представить новую модель электромобиля от GM – Chevrolet Volt. Седан мог проехать 64 км на электрическом заряде, а затем использовать встроенный бензиновый двигатель для выработки электроэнергии. Такая комбинация решала проблему высокой стоимости аккумуляторов, над которой до сих пор бился Страубел.

Конечно, Volt и Roadster находились в разных весовых категориях. Если Roadster стремился к престижу, то Volt – к доступности. И если Tesla работала на скромные средства, то у GM были огромные ресурсы и многолетний опыт производства автомобилей. Тем не менее для всех, кто следил за развитием Tesla, сигнал был однозначным. Голиафы очнулись от сна.

Компания Tesla еще не успела запустить Roadster в производство, но уже перенаправила энергию на следующую стадию развития. Они наняли стороннюю дизайнерскую фирму Fisker Coachbuild для разработки внешнего вида седана Model S. Фирма была основана за два года до этого датским экспертом в области дизайна Хенриком Фискером. Ранее он руководил отделом проектирования Aston Martin, разработав концепт-кар V8 Vantage и выпустив на рынок купе DB9, которые привлекли большое внимание. Выбрав Фискера, Tesla продолжила собственную традицию: делать ставку не на технологичность, а на дизайн, способный вызвать острые ощущения и прилив адреналина.

В этот раз Tesla строила автомобиль с нуля, и все понимали, каких это потребует затрат. Совет директоров планировал выделить на Model S около 120 миллионов долларов, так что Рон Ллойд начал думать об организации производства. В Tesla поняли, что многие способы сокращения расходов на Roadster (работа со сторонними поставщиками, крупные закупки) не оправдали себя, поэтому начали искать новые пути.

Есть ли способ создать собственный автомобиль, не строя дорогостоящий завод? Можно ли использовать каталог деталей какой-нибудь известной автомобильной компании и построить свой электрокар из композитных материалов, как это предлагала детройтская команда в рамках своего партнерства с Ford? Нестандартные идеи создавали нестандартные проблемы.

Хотя Tesla была основана на идее, что будущее за полностью электрическими автомобилями, команда Model S начала задумываться о том, что проложить дорогу в это будущее пока невозможно. Во всяком случае, не на этом этапе развития компании. Найти оптимальный баланс между дальностью хода и стоимостью батарей все еще было очень трудно. Так что идея GM о гибридном электромобиле казалась вполне логичной. Ллойд поделился с Фискером деталями разработки гибрида. Несмотря на то что в самой компании этот план держался в секрете, дизайнеры были в курсе всех подробностей, поскольку они могли полностью изменить создаваемый проект. Ведь при разработке гибрида нужно учитывать место не только для батарей с электромотором, но и для бензинового двигателя с бензобаком.

Но когда команда Tesla получила эскизы Фискера, многие остались в недоумении. Ллойд поделился своим разочарованием с коллегами, указав на переднюю часть проектируемого автомобиля с округлой решеткой радиатора. Дизайн был далек от плавных, привлекательных линий Aston Martin, которые Фискеру удавалось воплощать ранее. «Как вообще можно было сделать что-то подобное? – спросил Ллойд у одного из коллег. – Почему это так ужасно выглядит?»

Маск не мог не понимать, что пошел ва-банк, убедив всех своих друзей купить эти машины, а теперь пришло время выполнять свои обещания. В тот момент он невероятно сильно погрузился в компанию – прежде всего, по личным причинам.

При обсуждении дизайна в студии Фискера Маск присоединился к недовольству Ллойда. В какой-то момент Маск нашел на компьютере фотографию двухдверного спортивного автомобиля Mc Laren F1 с низкой посадкой и отредактировал ее в Photoshop, растянув изображение, чтобы машина выглядела как четырехдверный седан – вот что хотели видеть в Tesla. Ознакомившись с идеей Маска, Хенрик Фискер подошел к доске и нарисовал силуэт привлекательной по общепринятым меркам женщины. «Именно на эту фигуру модные дизайнеры создают свою одежду», – сказал Фискер, по воспоминаниям одного из участников совещания. Затем он нарисовал женщину с грушевидной фигурой. «В конце концов они будут шить платья и для этой женщины, чтобы их можно было продать. Но это не одно и то же платье». Лицо Маска покраснело от злости.

Фискер отстаивал свою работу, утверждая, что проблема коренится в техническом задании. Tesla хочет автомобиль среднего размера, похожий на BMW 5, с батареями под днищем кузова. Это неизбежно приводило к тому, что на крыше появлялся некрасивый выступ. За эту выпуклость некоторые сотрудники Tesla называли автомобиль «белым китом».

Но, так или иначе, внешний не будет иметь значения, если компания не найдет денег на разработку автомобиля. Когда Маркс посмотрел на состояние финансов, то сразу понял, что Tesla не сможет в одиночку профинансировать создание Model S, и поручил Ллойду найти партнера, который возьмет на себя часть расходов. И этот путь привел Tesla обратно в Детройт, где команда обратилась к Chrysler, надеясь заключить сделку. Tesla изложила свой план, ознакомив руководителей Chrysler с технологией, а затем стороны обсудили возможность совместной разработки автомобильной платформы: Tesla могла получить прототип с кузовом фастбэк[13], а Chrysler – собственную версию седана.

Но в 2007 году у Chrysler возникли собственные проблемы: корпоративный владелец, немецкий концерн DaimlerChrysler AG, передавал ее частному инвестору. К осени, уже при новом владельце, Chrysler отказался от идеи сотрудничества с Tesla. Как бы серьезно ни относились обе стороны к возможному партнерству, по заявлениям высшего руководства, переговоры так и не вышли на уровень президентов компаний.

Отказ стал для Ллойда и его команды тяжелым ударом. Им казалось, что Chrysler заигрывали с ними, чтобы почерпнуть идеи для собственной программы электромобилей[14]. А едва узнав о решении Chrysler, они получили столь же тревожные новости от Фискера. Агентство, которое работало над внешним видом Model S с февраля 2007 года, сообщило, что также начало разработку собственного гибридного электромобиля, став прямым конкурентом Tesla.

Компания содрогнулась от такого развития событий. У Фискера была готовая концепция нового автомобиля, который Tesla собиралась выпустить в 2010 году. Несколько месяцев партнеры обменивались инженерными и дизайнерскими идеями, как из обычной машины сделать спорткар, и обсуждали сложности, связанные с разработкой гибридного автомобиля. Ни разу Хенрик Фискер или его команда не сказали, что думают о собственной разработке подобной концепции.

Команда Tesla изучила свой контракт с Фискером. В нем было соглашение о неэксклюзивности, которое позволяло Фискеру разрабатывать дизайн для других клиентов, включая потенциальных конкурентов. В нем ничего не говорилось о создании компанией Fisker собственного автомобиля. И с чего им вообще было думать, что в компании займутся чем-то подобным? У дизайнерской фирмы не было опыта в разработке электромобилей. Они планировали разместить на Model S значок с надписью «Разработано Fisker Coachbuild», что стало бы пиаром для дизайнерского бюро.

Казалось, Фискер копировал Tesla, но его стратегия во многом была противоположна стратегии Маска, который стремился к большему контролю над продуктом, чем в случае с Roadster. Фискер сосредоточился на внешнем виде автомобиля, а большую часть инженерных работ собирался передать на аутсорсинг поставщикам. Такая стратегия больше напоминала то, что задумывал Мартин Эберхард, а не нынешнюю Tesla. К этому предательству добавился еще один болезненный удар. Компанию Fisker финансировала Kleiner Perkins, венчурная фирма, которую Маск отверг годом ранее.

Страубел оказался в центре дебатов о том, какой должна быть компания Tesla, когда вырастет. Созданный его командой аккумуляторный блок, в котором тысячи элементов могли работать одновременно, не устраивая фейерверк, стал самой уникальной разработкой компании. Кое-кто, например Vantage Point, даже думал, что в будущем Tesla сможет производить аккумуляторы для других компаний. За несколько месяцев до понижения в должности Мартин Эберхард разработал обновленный бизнес-план, в котором прогнозировал рост дохода от продажи аккумуляторных батарей до 800 миллионов долларов в год. Команда, предлагавшая эту идею другим компаниям, добилась первых успехов. Норвежский стартап по производству электромобилей Think заключил сделку на 43 миллиона долларов на поставку аккумуляторов от Tesla. Компания GM тоже была заинтересована в них для своего проекта Volt. Страубел уже представлял свою команду и теперь готовится сделать это снова.

Но Маск был настроен скептически. Он считал, что Страубел мог бы заняться чем-то более полезным. Да и Маркс полагал, что сейчас лучше сосредоточиться на выпуске Roadster – компания и так слишком долго оттягивала запуск производства, и сотни клиентов продолжали ждать свои машины. К тому же Маск беспокоился о репутации зарождающегося автопроизводителя в случае возникновения претензий от заказчиков: «Если начнутся проблемы с трансмиссией, то инстинктивно они будут винить в этом наш аккумуляторный блок. И что тогда мы будем делать?»

На финансовом фронте у Антонио Грасиаса и Тима Уоткинса новости были еще хуже. Продолжая изучать расходы Tesla, они выяснили, что есть проблема посерьезнее, чем отсутствие четкого представления о затратах на производство Roadster. Если говорить метафорически, то оказалось, что финансовый дом Tesla построен на зыбучих песках. И компании грозит банкротство в тот момент, когда они начнут производить автомобили на заводе Lotus.

Сложность заключалась в том, что Tesla собиралась закупать батареи в Японии, собирать их в аккумуляторный блок в Таиланде и переправлять его для установки на Roadster в Великобританию, откуда готовые автомобили на корабле должны плыть в США. Это путешествие могло занять несколько месяцев, в течение которых Tesla была бы в долгу у поставщиков, дожидаясь выручки от продаж. По расчетам Уоткинса, для поддержания этого цикла требуются сотни миллионов долларов на руках. А у Tesla не было даже десятков. Так что проблема заключалась не только в денежных средствах, но и в их движении.

Команда обсуждала варианты. Маск хотел отказаться от тайского производства аккумуляторных батарей в пользу в Калифорнии. Тогда Tesla могла бы отправлять автомобили из Великобритании самолетом в аэропорт Сан-Франциско – это не противоречило бы правилам авиаперевозок, так как машины доставлялись без аккумуляторного блока. Сэкономленное за счет воздушной перевозки время позволит компании быстрее, а главное, дешевле доставить автомобили клиентам.

Маск призвал Страубела открыть мастерскую в Кремниевой долине, собирая аккумуляторные блоки самостоятельно. Тем временем Маркс, наоборот, выступал за перенос большинства работ в Азию, чтобы использовать преимущество дешевой рабочей силы. Страубел и его батарейные блоки оказались в центре перетягивания каната.

Эта дискуссия лишь подчеркнула очевидное: Маркс не подходил для главной роли в Tesla. Его недолгое пребывание на посту генерального директора стало лишь короткой строкой в большой истории Tesla, хотя он вмешался как раз вовремя, когда дела компании могли пойти гораздо хуже. Скоро им его будет не хватать.

Третьим генеральным директором компании стал Зеев Дрори, друг Маска из Беверли-Хиллз, который в мире технологий считался человеком другой эпохи. Дрори основал Monolithic Memories, новаторскую фирму по производству полупроводников, которую в 1987 году приобрела компания Advanced Micro Devices. Позже Дрори купил контрольный пакет акций компании Clifford Electronics и превратил ее в ведущего производителя автомобильных сигнализаций, а затем продал страховой компании Allstate Insurance. Более того, Дрори увлекался автомобилями и даже участвовал в гонках «Формулы-1».

Новый директор провел чистку персонала, чтобы сократить расходы. Не пощадили и самого Эберхарда. Поздней осенью 2007 года руководство компании, которую он основал, указало ему на дверь.

Эберхард и без того был заметно подавлен в последние месяцы, и это решение не стало для него неожиданностью. Но это не сделало его менее болезненным. Месяцем ранее, на одном из последних заданий, Маркс указал Эберхарду на неустойчивость его положения в компании, учитывая постоянные призывы Маска к отстранению сооснователя. Он предложил ему выходное пособие, чтобы тот уволился, но Эберхард остался.

Несколько недель спустя Маск начал действовать более прямолинейно. По словам Эберхарда, инвестор, который и без того напрямую контролировал четыре из восьми мест в совете директоров Tesla (включая собственное место председателя), угрожал перевести свои привилегированные опционы в обыкновенные акции, чтобы получить право выбора еще трех членов совета. Это дало бы ему семь из восьми мест в совете директоров и полное право принимать решения в компании – иными словами, без проблем убрать Эберхарда.

Создавая компанию, Эберхард в целом правильно понимал, как Tesla должна работать – на потенциале литий-ионных батарей и неосвоенных конкурентами возможностей. Это помогло создать высококлассный спортивный электромобиль. Вместе с тем Эберхард совершал наивные ошибки, начиная с недооценки сложности производства и заканчивая потерей контроля над финансами растущей организации. Но главная ошибка, которая будет мучить его долгие годы, – он лишился власти над советом директоров. Каждый раз, когда Маск привлекал больше денег для компании, он все крепче сжимал ее в руках. Tesla стала игрой в контроль, которую Эберхард проиграл.

Еще каких-то три с половиной года назад Эберхард праздновал получение первого чека от Маска бутылкой шампанского с Берни Тсе и Лори Йолер – друзьями, которых он сам пригласил в совет директоров. И хотя какое-то время казалось, что Tesla – это компания Эберхарда, влияние Маска росло. А теперь, хорошо это или плохо, компания принадлежала инвестору на 100 % – начиная с идей по поводу разработки Roadster и заканчивая ее будущим, в котором спортивные автомобили премиум-класса эволюционируют в общедоступные и недорогие электромобили.

Сколько бы они ни работали, сколько бы бессонных ночей ни провели, сколько бы изнурительных поездок ни совершили, этого было недостаточно, чтобы вывести Tesla из бесконечного застоя.

По словам Эберхарда, Маск предложил ему ультиматум: шестимесячный оклад в размере 100 тысяч долларов и опцион на покупку 250 тысяч акций в обмен на его уход. А если он не подпишет соглашение в тот же день, то Маск продаст собственные опционы и Эберхард останется ни с чем. Совершенно подавленный, он подписал соглашение и поехал домой на своей Mazda 3 – все еще с номерным знаком «Мистер Тесла», который ему подарила жена. Его звонки и электронные письма некоторым членам совета директоров остались без ответа.

Он нашел утешение в популярном интернет-чате поклонников Tesla, через несколько дней ответив на слухи о своем уходе: «Это правда – я больше не работаю в Tesla Motors – ни как член совета директоров, ни как сотрудник. Кроме того, я подписал с Tesla договор о неразглашении, поэтому должен быть осторожен в формулировках. Но лгать я тоже не собираюсь. Мне очень неприятно, как со мной обошлись, и я считаю, что это был не лучший способ начинать преобразования – ни для Tesla Motors, ни для наших клиентов (перед которыми я по-прежнему чувствую большую ответственность), ни для инвесторов».

Несколько недель спустя решил уйти и Тарпеннинг, соучредитель компании, который был верным другом и доверенным лицом Эберхарда. По его словам, он добился здесь всего, что хотел: Roadster готов к производству (хотя для того, чтобы выпустить его не обанкротившись, было еще далеко). К тому же многие соратники Эберхарда чувствовали, что без него Tesla уже не будет таким веселым местом.

Хотя генеральным директором компании стал Дрори, бразды правления находились в руках Маска. В день, когда Маск объявил о назначении Дрори, они вместе со Страубелом и Дейвом Лайонсом отправились в Детройт на частном самолете инвестора, где у них были запланированы встречи для обсуждения неполадок в трансмиссии. Во время ночного полета Маск выглядел потерянным.

«Он зациклился на том, что ситуация вышла из-под контроля, – вспоминает Лайонс, – и что обязан восстановить этот контроль. Маск не мог не понимать, что пошел ва-банк, убедив всех своих друзей купить эти машины, а теперь пришло время выполнять свои обещания. В тот момент он невероятно сильно погрузился в компанию – прежде всего, по личным причинам».

Для Страубела успех Tesla казался все менее вероятным. Он все больше уставал – отчасти из-за постоянных поездок в Азию, где ему было поручено развивать сеть поставщиков. Ранние прогнозы Эберхарда о том, что поставщики будут рады сотрудничать с Tesla, оказались ошибочными. Производители аккумуляторов не хотели связываться со электромобильными стартапами из-за потенциальной юридической и репутационной ответственности, которая может в связи с этим возникнуть.

Одним из таких скептически настроенных производителей батарей была компания Panasonic. Работая в филиале корпорации в Кремниевой долине, Курт Келти занимался поиском новых заказчиков литий-ионных батарей компании и был известен тем, что отклонял запросы стартапов, таких как Tesla. Но в начале 2006 года один из инженеров Tesla обратился к нему с предложением иного рода. Келти был знаком с ним по выступлениям на конференциях. Фотография еще не анонсированного Roadster заинтриговала Келти. Концепт Tesla не был похож на все другие электромобильные проекты, от которых он привык отказываться. Roadster выглядел как по-настоящему классный спорткар.

Именно в этот момент, который впоследствии станет определяющим в истории Tesla, появился нужный человек, обладающий необходимыми личными качествами и навыками, чтобы изменить ситуацию к лучшему. К удивлению своей семьи и руководства Panasonic, Келти уволился из компании, чтобы работать в Tesla. Он оказался тем самым секретным оружием, в котором нуждался Страубел.

До прихода в Tesla Страубел никогда не бывал в Азии, так что поездки в Китай и Японию для поиска поставщиков открыли для него мир за пределами Висконсина и кампуса Стэнфордского университета. Тогда как Келти был глубоко погружен в японскую культуру. Подростковые годы он провел в Пало-Альто, став молодым предпринимателем, а затем окончил Суортмор-колледж с дипломом биолога. Его первым автомобилем был Ford Mustang 1967 года, который он полностью отреставрировал. Учась в Японии, он познакомился с местной девушкой. Но страстные отношения прервались, когда о них узнали ее родители, которые не могли допустить и мысли о том, что их дочь может встречаться с иностранцем.

Два года спустя Келти жил в Сан-Франциско и занимался экспортом рыбы, время от времени посещая Японию, где встречался с бывшей возлюбленной за чашечкой кофе. Между ними быстро вспыхнули новые отношения, и они сбежали в США, несмотря на возражения ее родителей. В первый год совместной жизни в Сан-Франциско Келти понял, что, несмотря на глубину их чувств, необходимо завоевать расположение родителей жены, чтобы отношения были действительно долгими. Поэтому, вопреки ее желанию, он в одиночку отправился в Японию на поиски новой работы. Владея языком на уровне, достаточном для заказа кофе, он стал посещать курсы японского для начинающих.

Келти поставил перед собой цель получить работу в крупной компании, полагая, что его статус произведет впечатление на новых родственников. В конце концов он устроился в компанию Panasonic, а его девушка вернулась в Японию, чтобы быть рядом. Как гайдзин[15], свободно владеющий языком и понимающий культуру Японии, он выделялся среди других мигрантов. Келти проработал в Panasonic 15 лет, и все это время рядом была его жена. И главное – он смог завоевать расположение ее родственников. С двумя маленькими детьми они в конце концов вернулись в США, в Пало-Альто, где он основал научно-исследовательскую лабораторию Panasonic в Кремниевой долине.

В Tesla Келти, которому был 41 год, стал проводником Страубела в новый мир. Они казались несочетаемой парой: светский семьянин и замкнутый холостяк, чей двор в Менло-Парке до сих пор завален моторами EV1. Но их объединяли любознательность и общий интерес к энергоносителям. Вместе они составили интересную команду продавцов. Благодаря связям в отрасли Келти мог без проблем организовать встречи с кем угодно. Он начинал их, представляя себя и Страубела на японском языке, после чего Страубел презентовал Tesla, а Келти переводил его речь. Страубел демонстрировал впечатляющее, убедительное понимание технологии, а Келти – знание тонкостей японской деловой культуры.

Келти взвесил все варианты и решил, что его прежний работодатель, Panasonic, мог обеспечить Tesla лучшими аккумуляторами. Следующей в списке по качеству шла Sanyo.

Иногда Страубелу казалось, что они ничего не добились ни в том, ни в другом направлении – одна за другой проходили встречи с сотрудниками низшего звена, которые, казалось, не имели ни опыта, ни знаний в области аккумуляторных технологий. Все это казалось пустой тратой времени. Но Келти заверял его, что дела идут в гору. Он понимал, что для прорыва в японский бизнес требуется налаживание долгосрочных отношений и достижение единого мнения относительно лучшей бизнес-идеи или технологии.

Обычно при возникновении проблемы в Tesla быстро находили временное решение и забывали про это до тех пор, пока она вновь не давала о себе знать.

Келти играл в игру, которую инженерная культура Tesla попросту не понимала. Каждые два месяца он летал в Азию для проведения ряда встреч, используя свои связи в Panasonic. Беседы всегда были вежливыми, но без обязательств – почти ни о чем. Наконец, президент аккумуляторного подразделения Panasonic прислал Эберхарду письмо, в котором говорилось, что компания никогда не будет продавать батареи Tesla, и просил прекратить запросы.

Подобное письмо было нетипичным по стандартам японского бизнеса, но Келти, казалось, был невозмутим. Вместо этого он призвал к терпению – как раз в то время, когда оно было на исходе. После встречи со второй компанией, Sanyo, прошло несколько месяцев, прежде чем Келти и Страубела снова пригласили. На этот раз встреча проходила совсем иначе. Их провели в большой конференц-зал на верхнем этаже штаб-квартиры компании в Осаке. По традиции одна сторона стола была накрыта для Sanyo, другая – для Келти и Страубела. Но на этот раз вместо встречи с несколькими сотрудниками низшего звена они сидели напротив тридцати менеджеров и руководителей Sanyo. За первым рядом кресел расставили складные стулья, чтобы могли разместиться все сотрудники.

Келти и Страубел начали свой доклад с проблемы, которая обычно волновала всех производителей, – термическая нестабильность. Как Tesla может гарантировать, что случайный дефектный аккумулятор не приведет к разрушительным взрывам внутри батарейных блоков? Как и на предыдущих встречах, у Страубела были ответы. Однако на этот раз один из руководителей среднего звена в задней части комнаты озвучил ответ раньше Страубела. Сперва это вызвало удивление, но затем стало очевидно, что представители Sanyo уже и сами все поняли. Технология Страубела была довольно простой, но ранее никто не додумался до такого элегантного решения проблемы. Идея о том, что соседние батареи могут отводить тепло от места разряда, была беспрецедентной. К 2007 году Sanyo заключила сделку на поставку необходимых Tesla батарей.

Но не было ли уже слишком поздно? Последние три года Tesla была для Страубела семьей. Он подружился с Келти, Джином Бердичевским и другими членами команды. Все полученные деньги Страубел тут же вкладывал в акции компании. А Roadster представлял собой мечту, которую он долго лелеял. Однако работа на износ брала свое. Сколько бы они ни работали, сколько бы бессонных ночей ни провели, сколько бы изнурительных поездок ни совершили, этого было недостаточно, чтобы вывести Tesla из бесконечного застоя. Страубелу все больше казалось, что стартап идет по пути Rosen Motors, его первого места работы в автомобильном бизнесе. Та компания прекратила свое существование после того, как основатели поняли, что они попросту прожигают деньги.

После очередного долгого перелета из Японии Страубел подъехал к своему дому в Менло-Парке. В доме было темно, и он понял, что во время долгих путешествий забыл оплатить счет за электричество. Из холодильника пахло сгнившими продуктами. Спотыкаясь в темноте, он нашел банку тунца и уселся на полу, чтобы поужинать.

Получится ли у Tesla вырваться из кризиса?

Деньги по-прежнему были главной заботой компании. Необходимо собрать больше средств, чтобы исправить поврежденную цепочку поставок, прежде чем запустить производство Roadster – планировалось, что оно начнется в конце 2008 года. Вместо того чтобы брать деньги инвесторов, совет директоров решил привлечь заемные средства, которые впоследствии, когда Tesla вырастет в цене, можно будет конвертировать в акции. Маску вновь пришлось залезть в собственный кошелек, который становился все тоньше. К началу 2008 года из 145 миллионов долларов, которые привлекла Tesla, на его долю приходилось 55 миллионов. А SpaceX в это время по-прежнему усердно трудилась над созданием ракет.

Теперь у компании появилось чуть больше денег, а в готовом к выпуску автомобиле провели все необходимые улучшения, которые могли оправдать возможное увеличение стоимости. К тому же руководство планировало привлечь депозиты европейских покупателей Roadster. Все это давало Маску и совету директоров надежду на выход из финансовых трудностей. Они рассчитывали, что успех Roadster поможет Tesla привлечь последний этап инвестиций в конце 2008 года, а затем вывести компанию на биржу в 2009 году, благодаря предвкушению публики и обещаниям грядущей Model S. Даже обман Фискера казался к лучшему. Маск все больше верил, что Tesla должна сама определять свою судьбу, а не зависеть от других.

После того как большая часть команды Эберхарда покинула компанию, новый генеральный директор Дрори с Маском заново сформировали состав руководства, ориентируясь на иные качества. Если Эберхард с удовольствием нанимал менеджеров из технологической, а не автомобильной отрасли, то эти двое быстро набрали опытных руководителей из автоиндустрии. В отделе финансов Ford Motor Co. они нашли Дипака Ахуджу и назначили на должность финансового директора, которая в компании долгое время оставалась вакантной. Бывший дизайнер GM, ставший менеджером Mazda, Франц фон Хольцхаузен занял место Фискера, возглавив отдел дизайна. Кроме того, компания искала опытного руководителя по продукции, который помог бы возобновить работу над Model S и довести выпуск Roadster до финиша.

В марте Дрори прочитал в The Wall Street Journal репортаж из Детройта о кадровых перестановках в Chrysler. Майк Донохью, которого газета называла одним из лучших инженеров компании, внезапно уволился после 24 лет работы в связи с приходом нового владельца и генерального директора. Анонимные источники сообщили, что он ушел из-за разногласий по поводу направления и темпов важнейшей разработки нового среднеразмерного автомобиля Project D, призванного составить конкуренцию Toyota Camry.

Дрори быстро разыскал инженера. Несмотря на предыдущие отношения компании с Chrysler, с Донохью, которому было 49 лет, к июню было достигнуто соглашение о том, что он присоединится к Tesla в качестве исполнительного вице-президента по проектированию и производству автомобилей. Его приглашение показало, с какими трудностями может столкнуться стартап, нанимая опытных руководителей. Годовой оклад Донохью в размере 325 тысяч долларов превышал заработок бывшего генерального директора Мартина Эберхарда. Он получил опцион на покупку 500 тысяч акций компании по цене 90 центов за штуку. В течение четырех лет он должен был частично реализовать эти опционы. Но главное, Tesla согласилась покрыть часть его выходного пособия в случае, если Chrysler решит, что Донохью работает на конкурента автогиганта. По меркам Детройта, размер компенсации был не таким уж большим, особенно учитывая высокую стоимость проживания в Кремниевой долине, но для Tesla он составил бы значительную часть расходов[16].

Донохью предстояло отвечть за широкую сферу деятельности компании, включая разработку Model S. Однако сразу стало ясно, что сначала он должен сосредоточиться на исправлении ситуации с выпуском Roadster.

Пришло время провести новый бухгалтерский отчет по Roadster и его стоимости. Страубел разобрал автомобиль, разложив все детали на полу. На каждую из них команда приклеила стикеры, записывая цену, которую они платили в настоящее время, и цену, которую рассчитывали заплатить. Каждую неделю они отчитывались перед Донохью. Затем предстояло найти способы сокращения расходов, либо разработав более экономичный вариант, либо найдя менее дорогого поставщика.

Каждый день Донохью проводил утреннее совещание, на котором обсуждались самые важные задачи команды. Он хотел собираться в 6 утра, но пошел на компромисс, назначив на 7. В других вопросах Донохью был не столь сговорчив. Цель довести темпы производства Roadster с пяти до более двадцати автомобилей в месяц была не из простых. Обычно при возникновении проблемы в Tesla быстро находили временное решение и забывали про это до тех пор, пока она вновь не давала о себе знать. У Донохью была другая стратегия. Он предпочитал справляться с трудностью раз и навсегда.

Долгие годы он поднимался по карьерной лестнице в компании Chrysler. В начале карьеры он был начальником смены на кузовной линии сборочного завода в Стерлинг-Хайтсе, где происходила сварка деталей. Это была изнурительная работа, от него требовали выполнения 68 операций в час, а малейшая ошибка дорого обходилась. В Tesla он ожидал такой же отдачи, но команда не привыкла к строгости.

На одном особенно напряженном совещании инженер рассказал о своем плане по решению проблемы с поставщиками. Донохью внимательно слушал и молчал. Все притихли, ожидая его ответа. Секунды тянулись словно вечность. Наконец Донохью спросил инженера: «Что сказал поставщик?» Тот ответил, что еще не звонил. Донохью спросил еще раз: «Что сказал поставщик?» Сбитый с толку инженер ответил то же самое. Но директору такие отговорки были ни к чему. Если из-за этого поставщика возникла проблема, которая мешает наращивать производство Roadster, то звонок не мог ждать. Необходимо пойти прямо сейчас и набрать нужный номер.

Частично проблема Tesla заключалась в том, что нужные детали приходили или с опозданием, или с конструктивными неисправностями, которые приходилось устранять. Изначальный план Tesla по использованию деталей, разработанных для Lotus, уже давно был отброшен. Теперь общими для Roadster и Elise были менее 10 % деталей. Каркас автомобиля пришлось переделать, чтобы он выдержал блок батарей весом 450 кг по центру и двигатель размером с арбуз позади. В небольшой багажник могла уместиться лишь сумка для гольфа, которая считалась классическим аксессуаром спорткаров. В целом автомобиль был примерно на 15 см длиннее, чем Elise. По сути, единственными деталями, которые остались от Elise, были лобовое стекло, приборная панель, передние рычаги подвески, съемный мягкий верх и боковые зеркала. Разработка с нуля этих частей и их проверка на безопасность обошлись бы недешево.

По-прежнему были сложности с трансмиссией. Компания разработала уже две версии, но так и не нашла подходящий концепт. Из-за этого Tesla судилась с крупным поставщиком запчастей Magna, которого обвиняла в том, что трансмиссией Roadster у них занимались не лучшие инженеры.

Новости о задержке выпуска электромобиля быстро достигли Детройта. В коридорах компании BorgWarner, производящей автокомпоненты, инженеры обсуждали, почему у стартапа возникли проблемы с трансмиссией. Один из поклонников Tesla предложил Биллу Келли, давнему руководителю BorgWarner, чтобы его команда разработчиков помогла Tesla. Сам Келли настаивал на том, чтобы готовить компанию к появлению электромобилей, но из-за первых неудач совет директоров BorgWarner не хотел вкладывать деньги в эту сферу бизнеса. Так что он рассматривал сделку с Tesla как способ подкрепить свои аргументы перед советом директоров.

Келли отправил письмо по адресу, указанному на сайте Tesla, с предложением помочь. Ему быстро перезвонили и пригласили на встречу с командой в Калифорнии. Келли пришел с готовой презентацией и был удивлен весьма сдержанной реакцией сотрудников. Все полчаса Маск тихо просидел на другом конце конференц-стола, уткнувшись в телефон, пока наконец не спросил: «Зачем мне нужен BorgWarner?»

Келли был ошеломлен. Компания BorgWarner была одним из лучших в мире поставщиков трансмиссий, настолько известным, что ее название значится на кубке, вручаемом за победу в гонке Indianapolis 500. Келли ответил, что BorgWarner специализируется на решении инженерных задач, подобных тем, с которыми столкнулась Tesla. «И свою работу мы делаем хорошо», – добавил он.

Пользуясь случаем, Маск сообщил, что он уже подписал соглашение с другим поставщиком, Ricardo. Келли спросил о сумме, которую Tesla им заплатит.

«Пять миллионов долларов».

«Я сделаю то же самое за пятьсот тысяч», – сказал Келли. Он озвучил свое предложение: пусть обе компании соревнуются, кто сможет придумать более подходящую для Tesla трансмиссию. Победитель получает финальный контракт.

Это была именно та сделка с поставщиком, о которой Маск твердил своей команде. Инвестору не нравилось зависеть от одного производителя. Поэтому, наряду с Ricardo, для разработки трансмиссии привлекли компанию BorgWarner. Келли не обманул – их итоговый вариант действительно оказался лучше.

Когда это препятствие было устранено, а рабочие готовились увеличить скромные объемы производства до чуть менее скромных, Маск позвонил Тиму Уоткинсу в Чикаго. Британский поставщик, которого Tesla наняла для изготовления кузовных панелей, отказался от работы, сделав всего несколько штук. Без кузовов Tesla могла отказываться от своей очереди в производственном графике Lotus, за место в котором придется платить, независимо от того собирали машины или нет. Назревала катастрофа.

Но Маск, казалось, контролировал ситуацию и даже пошутил с Уоткинсом, что поездка во Францию, где Tesla нашла нового подрядчика для выполнения этой работы, позволила ему выпить бокал хорошего вина. Инвестор сел в самолет и отправился в Чикаго за Уоткинсом, а затем полетел на завод прежнего поставщика. Там они лично демонтировали оборудование и передали его новому производителю, рабочие которого начали изготавливать панели вручную, пока Уоткинс придумывал более рациональный подход.

Учитывая, сколько сложностей компания испытывала при разработке Roadster, ветераны индустрии, такие как Донохью, считали, что думать о следующей модели – Model S – пока преждевременно. Ведь если выпуск первого автомобиля провалится, то о втором не пойдет и речи, так как у Tesla просто не будет будущего. У автопроизводителей в Детройте не принято разглашать свои планы, чтобы не навредить продажам текущих моделей на рынке. Но Маск не мог себе позволить роскошь выбирать стратегию. Поступил Roadster в производство или нет, но он уже сделал свое дело.

Когда-то пробный концепт tzero подал Маску идею создания Tesla. Сейчас Roadster сделал то же самое для других инвесторов. Так что теперь Маску нужна была Model S – не только для увеличения доходов от продаж, но и для того, чтобы рассказать большему числу людей о своей компании и ее предназначении.

Продолжалась дискуссия по поводу прототипа Model S, в частности его размеров. Донохью унаследовал детройтский офис, который продолжал работать, хотя когда-то Маск требовал Эберхарда их уволить. Однако местные инженеры продолжали разочаровывать калифорнийское отделение, включая и Страубела. Детройтцы казались скрытными и слишком самоуверенными (возможно, даже пренебрежительными) по отношению к тому, чего уже добилась команда в Калифорнии. По мнению Страубела, офису в Детройте не хватало размаха.

Они продолжали спорить о размерах автомобиля, тогда как Страубел мечтал вернуться к истокам Tesla и творческому азарту. «Я просто хочу построить этот чертов автомобиль!» – решил инженер. Поэтому вместе с членами своей команды в Сан-Карлосе он тихо начал работать над собственным прототипом Model S – полностью электрическим автомобилем, в котором будет использоваться технология батарей, разработанная им для Roadster.

В качестве ориентира они выбрали большой седан Mercedes CLS. Страубел раздобыл одну из машин, вынул двигатель и бензобак и начал переделывать его в полностью электрический прототип, как уже делал несколько раз до этого. Но в этот раз все было по-другому. Теперь в руках у Страубела был по-настоящему люксовый автомобиль. Его команда сохранила все усовершенствования Mercedes, тщательно работая над отделкой салона. Когда они закончили, результат удивил даже самого Страубела. На фоне довольно сырого Roadster их новый электрический прототип казался просто чудом – солидный седан с мощью спортивного автомобиля. И в отличие от Roadster, который ехал неровно, электрический Mercedes, с тонко настроенной системой подвески, просто плыл по дороге.

Маск был взволнован не меньше, чем Страубел. Инвестор несколько раз проехался на прототипе и понял, что это именно то, чем могла стать Model S. Может быть, в бухгалтерских отчетах Tesla и был полный бардак, но на дороге, за рулем этого прототипа, у команды появилась надежда.

«Мы чувствовали, что, показав этот автомобиль людям, изменим мир, – сказал Страубел. – Если только у нас получится сконструировать его и заставить работать».

Глава 8

Сэндвич со стеклом

В детстве, когда Маск рос в Южной Африке, мать прозвала его «ходячей энциклопедией» за любовь к чтению и способность быстро поглощать информацию. «У него можно было узнать все, что угодно, – напишет она позже. – Это было еще до появления интернета, так что сейчас мы называли бы его “человек-гугл”». По словам самого Маска, его детство было непростым: в нескольких интервью он упоминал о проблемах с отцом и издевательствах одноклассников. За разводом родителей в 1979 году последовали годы споров об опеке над детьми. В десять лет Маск сказал матери, которая с трудом оплачивала счета, что собирается жить с отцом. «У его отца была “Британская энциклопедия”, которую я не могла себе позволить, – рассказывала она позже журналисту. – А еще у него был компьютер, что в то время было большой редкостью. Вот почему Илон любил его».

Это был период, который, несомненно, сформировал личность Маска. Если в детстве он и сам сомневался в своих сумасбродных идеях и здравом уме, то с тех пор научился независимости и уверенности в себе, которые помогали ему воплощать замыслы в жизнь, даже если остальные называли их безумными. В некотором смысле он потратил жизнь и богатство, готовясь к грядущим катастрофам. Так, SpaceX должна сделать межпланетные путешествия возможными на случай, если жить на Земле станет невозможно. А Tesla разрабатывала технологию для спасения планеты от климатического кризиса.

Но Tesla, которая начиналась как хобби, стала второй работой на полный день. Спустя годы руководители Tesla шутили между собой, что SpaceX была первой любовью Маска: его отношения с этой компанией были похожи на супружеские. Tesla же стала роковой любовницей, которая дарила ему драму и страсть. Но вместо того чтобы бросить ее в 2008 году, как это сделали братья из Rosen Motors, когда финансовые ставки стали неподъемными, он еще больше стремился довести дело до конца. Как бы ни было тяжело, Маск не мог бросить Tesla.

К лету 2008 года казалось, что худшее для Tesla и Маска уже позади. Однако его четырехлетняя работа в компании, безусловно, сказалась на остальных сферах жизни. Брак с Джастин был разрушен, и весной Маск тихо подал на развод. Его бывший деловой партнер Мартин Эберхард, озлобленный и обиженный после своего увольнения, обрушился на Маска в блоге, рассказывая о трудностях компании. Он не просто снабжал читателей новостями из Кремниевой долины, но и выставлял Маска злодеем.

Покупатели беспокоились, что могут потерять свои вклады. Маск заявил, что лично гарантирует сохранность депозитов: «В любом случае я буду оказывать финансовую поддержку компании в необходимом размере. Деньги еще очень нескоро станут для меня проблемой». Его обещания сделали свое, и лишь тридцать из тысячи клиентов, внесших задаток, потребовали возврата. Автомобиль слишком манил покупателей, чтобы так легко от него отказаться.

Даже приятель Эберхарда, Стивен Каснер, который помог ему связаться с AC Propulsion несколькими годами ранее, по-прежнему был рад заполучить Roadster. «Я очень хотел этот автомобиль, – сказал Каснер. – После того как компания обошлась с моим другом, стоило бы отказаться от машины из принципа, но желание заполучить Roadster было сильнее».

Уверенности придал и выпуск несколькими месяцами ранее первого настоящего автомобиля. В феврале Маск вместе с остальными членами команды Tesla приветствовал доставку первой модели Roadster, или R1, из Великобритании: в привезенный кузов инженеры поспешили установить аккумуляторный блок. «Хочу выразиться предельно ясно: мы собираемся выпускать тысячи автомобилей», – сказал Маск толпе рабочих и собравшихся репортеров. «Затем на повестке будет Model S, за ней пойдет Model 3, – сообщил он публике. – Мы собираемся провести параллельное инвестирование, поэтому нам не придется ждать выпуска Model 2, чтобы начать работу над Model 3».

Tesla не остановится до тех пор, пока каждый автомобиль на дороге не станет электрическим, продолжил он: «Это лишь начало начала».

Первые отзывы об этом автомобиле впечатляли. Но с небольшими оговорками. Оставались сомнения по поводу того, сможет ли компания удержаться на плаву, а также вопросы к трансмиссии Roadster. Редактор журнала Motor Trend после тест-драйва написал, что ездить на нем – как «вылетать из рельсовой пушки, постоянное ускорение вжимает тело в сиденье». Майкл Бэлзарии, более известный как Фли из группы Red Hot Chili Peppers, написал в блоге сообщение о своем опыте вождения прототипа: «Это было невероятно. Машина не похожа ни на одну из тех, что мне встречались. После нее мой Porsche теперь кажется машинкой для гольфа!» Маск даже привез свой автомобиль на тест-драйв известному автолюбителю и ведущему Tonight Show Джею Лено, который был изумлен: «Вам удалось сделать настоящий спортивный автомобиль».

Дорога к успеху оказалась трудной, но конец был уже близок. Маск договорился с Goldman Sachs о привлечении 100 миллионов долларов, в основном от китайских инвесторов. Эти деньги сняли бы с компании бремя финансовой нестабильности и расчистили путь к выходу на биржу, чтобы собрать достаточно средств для производства Model S. Тем же летом Маск нашел новую девушку в лондонском ночном клубе. Ею стала английская актриса Талула Райли. Все складывалось как нельзя лучше.

Но именно в тот момент, когда дела Tesla пошли в гору, случилась еще одна неприятность.

Началось с того, что в один из выходных дней в начале сентября 2008 года рухнула фирма Lehman Brothers, и это привело к одному из крупнейших финансовых кризисов в истории США, повергнув в хаос мировую финансовую систему. Рынки кредитования замерли. Компании General Motors, Ford и Chrysler начали говорить о необходимости государственной поддержки автопрома.

Если уж проблемы возникли у GM, то что говорить о Tesla? Поскольку компании и инвесторы ограничивали расходы, сделка Маска с китайцами оказалась под угрозой. Маск пожаловался коллегам, что партнеры из Goldman Sachs не перезванивают. В конце сентября банк Goldman Sachs объявил, что обратился к Berkshire Hathaway Уоррена Баффета за финансированием в размере 5 миллиардов долларов для укрепления бизнеса. К тому времени, когда Маск дозвонился до своих контактных лиц в Goldman Sachs, перспективы дальнейшего сотрудничества были мрачными.

Чудесным образом Goldman Sachs, по просьбе Маска, предложил вложить собственные средства, но выставил Tesla такие невыгодные условия, что компания просто не могла на них согласиться.

Маск собрал руководителей высшего звена в конференц-зале в Сан-Карлосе, чтобы сообщить новости. Понятно, что ему снова придется вложить собственные деньги. А за этим решением последовало и другое – Маск решил сместить Зеева Дрори с поста генерального директора и назначить на эту должность себя, став четвертым генеральным директором за текущий год. Более того, инвестор предупредил старшее руководство, чтобы они готовились к массовым увольнениям в целях экономии. Теперь именно от Model S зависело, продолжит ли компания свое существование или нет. Это был рискованный план, рассчитанный на то, что не возникнет никаких проблем.

Вкратце суть плана заключалась в следующем: Tesla сократит расходы и будет надеяться, что заказчики Roadster не взбунтуются и не потребуют возврата своих депозитов. Затем они быстро покажут дизайн Model S, чтобы подогреть интерес публики, и снова начнут принимать депозиты. Это позволит им продержаться до тех пор, пока не появятся новые инвестиции. Если план удастся, то они смогут перейти к производству Model S. Если провалится, то Tesla лишится постоянно растущей базы клиентов, что означало гибель компании.

SpaceX была первой любовью Маска: его отношения с этой компанией были похожи на супружеские. Tesla же стала роковой любовницей, которая дарила ему драму и страсть.

Дэррил Сири, глава отдела продаж и маркетинга, воспротивился этому плану, заявив Маску, что неэтично принимать депозиты за Model S, не имея никаких предварительных решений по созданию автомобиля.

«Либо мы поступим так, либо погибнем», – ответил ему Маск.

Tesla ринулась в бой, начав с сокращения около 25 % сотрудников. Неизбежно произошла утечка информации. В октябре 2008 года на сайте Valleywag, публикующем сплетни Кремниевой долины, появилась статья о том, что компания уволила Дрори и собирается попрощаться еще с сотней сотрудников. Маск, пытаясь самостоятельно управлять новостной повесткой, объявил в блоге компании о реструктуризации, чтобы сосредоточить свои усилия на выпуске Roadster и поставке силовых агрегатов другим предприятиям.

«Мы стали свидетелями беспрецедентных событий, – написал Маск. – Мировая финансовая система пережила самый тяжелый кризис со времен Великой депрессии, и его последствия еще только распространяются во все сферы экономики. Можно с уверенностью сказать, что почти каждый бизнес окажется под влиянием произошедших за последние недели перемен. Не избежит этого и Кремниевая долина». Он добавил, что компания провела «скромное сокращение» численности персонала, которое назвал «повышением планки производительности в Tesla до очень высокого уровня».

«Это не значит, что люди, которые уходят из Tesla, плохие работники. Для многих компаний результаты наших сотрудников будут вполне удовлетворительными, – писал Маск. – Но если Tesla хочет стать одним из величайших автопроизводителей XXI века, то планка для наших работников должна быть невероятно высокой».

По мнению многих, Маск, воткнул нож в спину своим сотрудникам, а принижая их работу, сделал только больнее. Он собрал тех, кто остался, для прямого разговора о состоянии дел в компании. Хотя наступление тяжелых времен было очевидно, но не все из присутствующих четко представляли масштаб проблем. Маск рассказал, что у компании всего 9 миллионов долларов на счету, а деньги с депозитов за Roadster уже потрачены.

Откровения Маска не всем пришлись по вкусу – слухи о встрече быстро дошли до Valleywag. Сайт опубликовал электронное письмо от инсайдера, бьющего тревогу по поводу катастрофически низкого остатка денежных средств и растраты депозитов.

«Я уговорил своего близкого друга вложить 60 тысяч долларов за Tesla Roadster, – говорилось в письме, – и теперь мне совестно стоять в стороне и смотреть, как компания обманывает общественность и вводит в заблуждение наших дорогих клиентов. Ведь именно они сделали Tesla настолько популярной. Обманывать их просто неприемлемо».

Это разоблачение не просто обескуражило Маска, но и разрушило все его планы по привлечению денежных средств за счет заказов Model S. Что скажут потенциальные покупатели, узнав, насколько неосторожно Tesla распоряжается их депозитами? Взбешенный Маск хотел узнать, кто его предал. Он вызвал частного детектива, чтобы тот снял отпечатки пальцев у работников. Через несколько дней Маск разослал по электронной почте компании сообщение от Пэн Чжоу, директора по исследованиям и разработкам, в котором тот извинялся за разглашение информации о финансах компании. «Последний месяц был очень трудным: на планерках мы наблюдали, как сотрудники попадают в список на увольнение. Потерять 87 работников за неделю – очень досадно, – писал Чжоу. – Я расстроился и поступил крайне глупо, написав письмо в Valleywag. Мне и в голову не приходило, что оно поставит Tesla Motors в такое неприятное положение, и я не должен был его отправлять».

Но Маск решил играть по-крупному. Он займет деньги у SpaceX, чтобы дать Tesla столь необходимую жизненную силу, даже если это грозит потерей собственных средств в случае неудачи.

Но раскаяние его не спасло. Чжоу был уволен.

3 ноября Маск опубликовал заявление о том, что компания получила «обязательство по финансированию в размере 40 миллионов долларов». Правда, он не вдавался в подробности, кроме того, что совет директоров компании одобрил новый план долгового финансирования. В заявлении говорилось, что деньги выделены на основе обязательств «почти всех нынешних крупных инвесторов», но при этом отмечалось, что в финансировании могут принять участие и более мелкие инвесторы. «Сорок миллионов – это значительно больше, чем нам нужно, – сказал Маск. – Однако мы считаем важным иметь значительные денежные резервы».

В действительности все было не так однозначно. Да, Маск просил партнеров вложить больше денег, но столкнулся с возражениями. Глава основного венчурного инвестора Tesla, Алан Зальцман из Vantage Point, был недоволен Маском уже несколько месяцев. Он был в бешенстве от того, что Маск использовал свою власть, назначив себя генеральным директором. Также его беспокоило, что у Маска слишком много обязательств, связанных со SpaceX и Solar City, которая принадлежит его двоюродным братьям. Зальцман грозил отказаться от дальнейшего финансирования. Некоторым руководителям Tesla казалось, что он сам хочет стать генеральным директором и председателем совета директоров.

Какое-то время между главными инвесторами нарастало напряжение. В начале года Зальцман стал играть более активную роль в Tesla, поскольку представитель Vantage Point в совете директоров Джим Марвер (который сомневался в финансовой компетентности Эберхарда и беспокоился о депозитах за Roadster) ехал на велосипеде и попал в аварию, пролежав несколько дней в больнице. Когда он пришел в себя, в компании Vantage Point решили, что пришло время выйти из состава совета директоров, разочаровавшись в том, как идут дела. «Мы часто расходились во мнениях, когда дела касалось баланса между риском и возможностями», – сказал Зальцман.

Тем не менее Зальцман не отказался от инвестиций в компанию. Однажды сотрудники подслушали, как они с Маском ссорились в офисе Tesla. Речь шла о разногласиях по поводу будущего компании. Маск хотел превратить Tesla в глобального автопроизводителя, простую и понятную компанию, которая сможет конкурировать с гигантами Детройта и заставить их заняться производством электромобилей.

Тогда как Vantage Point делала более безопасную ставку: сделать Tesla поставщиком других автомобильных компаний или продать стартап одной из них. По словам руководителей Tesla, команда Vantage Point часто использовала фразу: «Tesla строит автомобиль, а не автомобильную компанию», подчеркивая, что успех Roadster продемонстрирует другим автопроизводителям мощь электродвигателя. Спорткар должен был стать рекламным щитом, нацеленным не на потребителей, а на других производителей автомобилей.

По мнению инсайдеров, в Vantage Point считали, что Tesla может стать следующей BorgWarner, а Маск считал, что она может стать следующей GM. Зальцман позже опроверг мнение о том, что не поддерживал более масштабную идею стать автомобильной компанией, но отметил, что в 2008 году было трудно продать автомобиль, который не приносит прибыли: «Первое правило бизнеса – оставаться в деле». По его словам, идея продажи «начинки» для электромобиля автопроизводителям была частью бизнес-плана, разработанного еще Мартином Эберхардом в 2006 году. «Так мы могли бы преодолеть разрыв и привлечь необходимое для компании финансирование».

Это было невероятно. Машина не похожа ни на одну из тех, что мне встречались. После нее мой Porsche теперь кажется машинкой для гольфа!

Мало кто из ближайшего окружения Маска знал, как много рисков берет на себя инвестор. Однажды вечером, когда Маск и другие изучали последние финансовые прогнозы, зазвонил телефон. Это был личный менеджер Маска по денежным операциям. «Да, я понимаю, что сейчас никто ничего не продает, – сказал Маск в трубку, – но сотрудники Tesla должны получать зарплату. Найдите что-нибудь, что можете превратить в реальные деньги». Он выписывал личные чеки на зарплату сотрудникам и оплачивал расходы со своих кредитных карт.

Вернувшись в Лос-Анджелес, Маск отправился на ужин в стейк-хаус в Беверли-Хиллз со своим другом и первым инвестором Tesla Джейсоном Калаканисом. Маск был в мрачном настроении. Его третья ракета только что взорвалась на старте, и если это произойдет с четвертой, то SpaceX пойдет ко дну. Калаканис прочитал, что у Tesla осталось денег только на четыре недели, и спросил Маска, правда ли это.

«Нет, неправда, – ответил инвестор. – Не на четыре, а на три».

Маск признался, что друг одолжил ему деньги на покрытие личных расходов. Были и другие благотворители: Билл Ли, зять Альберта Гора, вложил 2 миллиона долларов, а Сергей Брин – 500 тысяч. Даже некоторые сотрудники выписывали чеки, не будучи уверенными, что когда-нибудь вернут эти деньги. Ситуация выглядела удручающе. Тем не менее Маск сказал, что хочет кое-что показать Калаканису. Он достал свой BlackBerry и продемонстрировал фотографию глиняного макета Model S.

«Выглядит восхитительно, – ответил Калаканис. – Сколько он будет стоить?»

«Ну, электромобиль сможет проезжать где-то 320 км, – сказал Маск. – Думаю, на одну машину мы потратим от 50 до 60 тысяч долларов».

Позже вечером Калаканис вернулся домой и выписал два чека на 50 тысяч долларов каждый, подписав: «Илон, автомобиль должен выйти замечательным… Беру два!»

Когда средств для выплаты зарплат оставалось всего на несколько недель и Маск завершал оформление документов на новый этап инвестирования, он вдруг обнаружил, что Vantage Point не заполнил ни одной бумаги. Он позвонил Зальцману, и, по утверждению Маска, тот ответил, что у них возникли сложности с расчетами стоимости, указанной в техническом задании. Зальцман предложил Маску провести на следующей неделе конференцию, чтобы разобраться в ситуации.

При столь шатком положении Tesla Маск услышал в этой просьбе угрозу как существованию компании, так и собственному видению ее будущего. «Учитывая, сколько денег у нас осталось, следующая еженедельная зарплата может стать для работников последней», – сказал Маск и предложил Зальцману встретиться на следующий день, но, по словам Маска, тот отказался. Почти с самого начала между ними назревала борьба двух сильных личностей. Маск подозревал, что задержка была частью стратегии, чтобы привести Tesla к банкротству, а Зальцмана и Vantage Point – к захвату власти над компанией.

«Не могу описать, через что мы прошли, пытаясь реализовать этот проект, – обратился Маск к публике, выступая в Лос-Анджелесе. – Иногда работа была столь мучительна, как будто жуешь стекло. И мы съедали по сэндвичу со стеклом каждый чертов день!»

Это была жестокая схватка. Без денег Зальцмана Маску пришлось бы искать другой источник финансирования. А Vantage Point, как инвестор, мог заблокировать его попытки привлечь деньги от внешних организаций. Но Маск решил играть по-крупному. Он займет деньги у SpaceX, чтобы дать Tesla столь необходимую жизненную силу, даже если это грозит потерей собственных средств в случае неудачи. Другим инвесторам он также предложил выделить деньги в виде займа. Чтобы их раззадорить, Маск сказал, что соберет все 40 миллионов долларов в одиночку, если они откажутся.

Рискованный шаг оправдал себя. Другие инвесторы побоялись упустить прибыль, в которой Маск был так уверен, поэтому сравнялись с ним по сумме инвестиций, собрав 20 миллионов долларов. В итоге Зальцман отступил. Он не хотел вкладывать деньги в компанию, которую считал потенциальным банкротом, но опроверг слухи о том, что собирался взять на себя управление автоконцерном. Сделка была закрыта в канун Рождества.

Маск, гостивший в доме своего брата в Колорадо, не смог сдержать эмоций. Ему чудом удалось спасти компанию, банкротство которой погубило бы все мечты об электромобиле. Tesla, которая появилась в жизни Маска как второстепенный проект после SpaceX, теперь стала серьезной тратой времени, денег и особенно энергии. Все состояние инвестора поставлено на карту.

После кризиса 2008 года Маску удалось невозможное – сохранить свой бизнес на плаву. В декабре того года Конгресс отклонил предложение о выделении средств на поддержку GM и Chrysler. И хотя президент Джордж Буш-младший ненадолго оттянул банкротство компаний, предоставив им временные кредиты, оба автомобильных гиганта так или иначе потерпели крах. Но с Tesla такого не случилось. И это благодаря Маску, который, получив новые полномочия, переделал компанию по своему образу и подобию.

Однако нужно было решить еще один неприятный вопрос – существенно поднять цену на Roadster. Это нервировало клиентов, которые и без того теряли терпение из-за многочисленных переносов, не говоря уже о волнениях, вызванных упадком американской экономики. Многие клиенты уже отменили свои заказы, и депозитов у компании осталось мало. Поэтому Маск решил поднять цену на оставшиеся 400 автомобилей.

Потенциальные покупатели не только обязались приобрести эти машины, но и внесли предоплату на сумму от 30 до 50 тысяч долларов (первая сотня клиентов платила по 100 тысяч за привилегированную версию). Повышение стоимости (а для кого-то начальная цена на Roadster 2008 стартовала с 92 тысяч) могло стать последней каплей для покупателей, которые не собирались тратить на автомобиль так много.

В январе Маск разослал клиентам электронное письмо, в котором объяснил, почему пришлось пойти на этот радикальный шаг. Представители отдела продаж Tesla лично обзвонили несколько сотен покупателей и сообщили о необходимости изменения конфигурации опций автомобиля. Многие функции, которые раньше были стандартными, теперь стали опциональными, а прежние дополнения подорожали в цене. Впоследствии Roadster будет стоить от 109 тысяч долларов, а дополнительные опции обойдутся примерно в 20 тысяч. Учитывая, что цена модели, представленной на пресс-конференции в 2006 году, составляла 80 тысяч долларов, итоговые цифры увеличились в разы.

Реакция была неоднозначной. Миллиардер Ларри Эллисон, соучредитель Oracle, сообщил, что хочет приобрести самую дорогую комплектацию автомобиля и тем самым помочь компании получить необходимые средства. Том Сакстон, один из самых ранних покупателей и активный участник фанатского интернет-сообщества компании опубликовал письмо о повышении цен в личном блоге, прикрепив ниже свой любезный ответ: «Мы много жаловались на задержки, но в конечном итоге подобрали соответствующую комплектацию и согласились заплатить повышенную цену, потому что нам важно, чтобы Tesla стала успешной, и мы хотим получить наш автомобиль как можно быстрее. Сейчас нет смысла тратить время на недовольство и споры, тем более, когда автомобиль уже готов к запуску в производство».

Маск хотел превратить Tesla в глобального автопроизводителя, простую и понятную компанию, которая сможет конкурировать с гигантами Детройта и заставить их заняться производством электромобилей.

Однако по мере нарастания негативных отзывов команде Tesla стало ясно, что Маск должен провести несколько встреч с клиентами, чтобы ответить на вопросы и развеять опасения. Он уже делал так ранее, когда уволил Мартина Эберхарда, и обычно эти собрания проходили на ура – его встречали как героя. Но на этот раз публика была недовольна.

Маск пытался объяснить клиентам, что не только они страдают от постоянных задержек: «Не могу описать, через что мы прошли, пытаясь реализовать этот проект, – обратился Маск к публике, выступая в Лос-Анджелесе. – Иногда работа была столь мучительна, как будто жуешь стекло. И мы съедали по сэндвичу со стеклом каждый чертов день!»

В начале 2009 года Tesla окончательно переключилась с продаж Roadster на увеличение объемов производства. Это означало, что Джей Би Страубелу надо было ускориться с разработкой прототипа Model S. Маску нужен был новый автомобиль для продажи. Ничего и близко готового к производству у команды Страубела пока не было, но Маск хотел что-то, чем можно похвастаться перед публикой, и чтобы это было похоже на его собственное представление о новой модели. Времени на раздумья не было – инвестор запланировал вечеринку по поводу презентации автомобиля на конец марта, всего через несколько месяцев.

Франц фон Хольцхаузен, бывший дизайнер GM, приступил к работе в закупке ракетного завода SpaceX, отделенном белой ширмой, чтобы обозначить территорию Tesla. Инженеры компании в то же время начали работать с другим седаном Mercedes-Benz, разобрав его на части. Шасси автомобиля и его электропроводку, расположенную под днищем, решили взять за основу, которую затем соединят с предполагаемым кузовом Model S из углеродного волокна. А команда Страубела должна была придумать, как установить в этот импровизированный автомобиль уже существующий блок батарей и двигатель от Roadster. Днем фон Хольцхаузен работал над дизайном, а ночью инженеры пытались придумать, как закрепить кузов Model S на шасси Mercedes и привести эту конструкцию в движение.

Они работали в изнурительном темпе до самой последней минуты, когда накануне презентации Маск собрал покупателей Roadster и других почетных гостей, чтобы показать свое новейшее творение. Вечеринка была организована в офисе SpaceX, для украшения которого привезли апельсиновые деревья. Главным событием вечера стало то, что Маск сел за руль своего «франкенштейна».

Model S была потрясающей: элегантный седан с очертаниями Aston Martin, но с просторным, как у внедорожника, салоном. Компания утверждала, что внутри могут одновременно поместиться горный велосипед, доска для серфинга и телевизионная панель с диагональю 50 дюймов. Вместо того чтобы разместить аккумуляторы в огромном коробе багажника, как в Roadster, команда Страубела поместила их в небольшой прямоугольный ящик под днищем. Двигатель, установленный между задними колесами, был гораздо меньше бензинового. Основная часть трансмиссии располагалась снизу автомобиля, а не под капотом, поэтому в салоне появилось много свободного места.

Почти с самого начала между ними назревала борьба двух сильных личностей. Маск подозревал, что задержка была частью стратегии, чтобы привести Tesla к банкротству, а Зальцмана и Vantage Point – к захвату власти над компанией.

Маск вышел из машины под приветственные возгласы и аплодисменты, которые пробивались сквозь грохот колонок, возвещавших о начале презентации. «Надеюсь, вам понравится то, что вы увидите», – сказал Маск собравшимся, в то время как позади него нервно ерзал Страубел, засунув руки в карманы.

«Перед вами первый в мире серийный электромобиль, – продолжил Маск. – Эта модель откроет для вас все возможности электрокаров». Далее он пообещал, что внутри могут с комфортом разместиться пятеро взрослых, а сзади можно установить два детских кресла. На переднем сиденье вместо приборной панели располагался огромный экран. Радио с привычными кнопками заменил сенсорный дисплей с теми же функциями, что и у Apple iPhone, выпущенного менее чем за два года до этого. Этот экран Tesla представила за год до выпуска iPad.

Хотя внешне автомобиль был похож на Mercedes E или BMW 5, Маск пообещал технические характеристики, которые значительно превзойдут эти автомобили. Model S сможет разгоняться до 100 км/час менее чем за шесть секунд. Запас хода на одной зарядке составит 480 километров. Цена автомобиля будет начинаться от 57 400 долларов, а это значит, что с учетом недавно введенной федеральной налоговой льготы (скидка 7500 долларов на покупку автомобиля с аккумуляторными батареями) клиенты фактически заплатят чуть меньше 50 тысяч долларов. По словам Маска, производство Model S начнется в 2011 году.

«А теперь ответьте, что бы вы выбрали: Tesla или Ford Taurus?» – спросил инвестор под дружный смех собравшихся.

Маск заложил фундамент для своей мечты об идеальном электромобиле – пусть пока и не для широкого потребителя, но хотя бы для среднего класса. Теперь осталось только понять, как воплотить эту мечту в реальность. Инсайдерам автомобильной отрасли его задумка казалась в лучшем случае неосуществимой, а в худшем – смехотворной. В Детройте уже пытались создать электромобиль для массового поупателя, и все видели, чем это закончилось.

Но скоро эти люди перестанут смеяться над планами Маска.

Часть 2

Лучший автомобиль

Глава 9

Спецназ

Прямо из международного аэропорта Лос-Анджелеса Питер Роулинсон отправился на ужин в Санта-Монику. Он только что прилетел из Лондона, но есть не хотел. По его биологическим часам была уже глубокая ночь. Однако Роулинсону не терпелось услышать, что скажет Илон Маск, который позвонил ему за пару дней до этого. Телефонный звонок застал Роулинсона в загородном доме в Уорикшире, примерно в двух часах езды к северо-западу от Лондона, где выпускник Имперского колледжа сделал карьеру консультанта, работая с автомобильными компаниями, стремящимися попробовать что-то новое. Роулинсон следил за новостями о трудностях Tesla, поэтому еще до звонка Маска, имел представление о том, какой путь прошла компания. Он и сам долго мечтал о создании автопредприятия. Несколько лет назад Роулинсон даже спроектировал и вручную собрал собственный родстер.

В середине января 2009 года Маск спасся от банкротства, но остальные проблемы никуда не делись. Через три месяца работы на посту генерального директора ему предстояло решить три сложные задачи: поставлять клиентам Roadster, чтобы обеспечить финансовый поток; создать команду, которая сможет реализовать его видение Model S; и, наконец, найти на все это деньги. Сидя с Маском и его недавно нанятым автомобильным дизайнером Францем фон Хольцхаузеном, Роулинсон не понимал, как он вписывается в эту картину. Ему казалось, что Маск ничем не отличается от остальных клиентов, ждущих совета, как спроектировать автомобиль при помощи компьютеризированных инструментов, или информации о нестандартных материалах для производства.

Но клиенты Роулинсона работали в нормальных условиях ведения бизнеса. Здесь ситуация была совсем другая. После обвала финансовых рынков осенью прошлого года автомобильная промышленность переживала болезненные изменения. Компания General Motors готовилась к поддерживаемой правительством США реструктуризации, которая позволит сбросить миллиарды долларов долга, но потребует сокращения тысяч рабочих мест и станет концом для сотен франчайзинговых дилерских центров. Новоизбранная администрация Обамы оказывала поддержку автомобильной промышленности только на создание более топливосберегающих моделей, например, Министерство энергетики предоставляло займы для переоборудования заводов под выпуск электромобилей. Tesla уже несколько лет пыталась получить финансовую поддержку от правительства. Рассчитанный на более широкие слои населения Model S, стоимостью 50 тысяч долларов, мог бы убедить Министерство энергетики.

После того как несколькими месяцами ранее Маск заглянул в бездну банкротства, он задумался о том, что стоит иметь больше источников прибыли, помимо продаж дорогого автомобиля. Если в 2006 году он хотел сосредоточиться исключительно на выпуске Roadster и не становиться поставщиком запчастей, то с тех пор стал более открытым для партнерства. Возможно, это было реакцией на изменения в индустрии: многие крупные автоконцерны осознали важность разработки собственных электрокаров, особенно на фоне скачка цен на нефть, из-за которого бензиновые автомобили стало сложнее продавать.

В выборе партнеров Маск был разборчив. Он считал, что совместная работа с таким люксовым брендом, как Mercedes-Benz компании Daimler AG, может принести выгоду. И вот после нескольких месяцев переговоров, всего за пару дней до ужина с Роулинсоном, Маск объявил о сделке, которая принесет Tesla миллионы долларов – речь шла о поставке тысячи аккумуляторных батарей для малолитражных автомобилей марки Smart, принадлежащей Daimler.

Все это создавало бурный фон для того ужина, но Маска занимало другое. Он задумался о команде для производства Model S. Финансирование было не за горами, поставки Roadster более-менее наладились, так что Tesla нуждалась в перезагрузке, если и правда собиралась конкурировать с Daimler и воплотить мечту Маска, став автомобильной компанией, выпускающей доступные электромобили.

Совместная работа главного инженера и дизайнера может быть напряженной: это постоянный поиск компромисса между тем, что классно выглядит, по мнению дизайнера, и тем, что выглядит выполнимым, по мнению инженера.

Изначальной целью Roadster было показать, каким крутым может быть электромобиль, но во время его разработки инженерам пришлось сделать множество уступок: от комфорта до функциональности. В Model S, если она собиралась конкурировать с гигантами индустрии, уступок быть не должно. Маск хотел, чтобы она была лучшей в своем классе – без скидок на электрический двигатель. Таков был план успеха: показать, что, покупая экологически безвредную машину, не нужно ничем жертвовать. Более того, Маск хотел убедить людей в том, что электрокары даже лучше бензиновых автомобилей.

Однако для этого ему нужна команда, которую не тяготил опыт прежних ошибок, чтобы работать с чистого листа. Чтобы построить Model S, нужно создать инновационные отделы проектирования и разработки, а также сборки и продажи. Компания должна была повысить месячные объемы производства с 20 автомобилей до 2000.

Рядом с Маском сидел фон Хольцхаузен, который уже успел найти со своим новым боссом общий язык. Роулинсон не подозревал, что к другому недавнему сотруднику, Майку Донохью, бывшему руководителю Chrysler, который помог спасти Roadster и собирался запустить Model S в производство, Маск относился скептически. Между этими «альфа-самцами» уже начались конфликты. Так что инвестору нужен был главный инженер, который воплотит в жизнь разработки фон Хольцхаузена.

Совместная работа главного инженера и дизайнера может быть напряженной: это постоянный поиск компромисса между тем, что классно выглядит, по мнению дизайнера, и тем, что выглядит выполнимым, по мнению инженера. Если все идет хорошо, то пара работает слаженно, как хорошо смазанные шестеренки. Если же нет, то это может привести (и часто приводит) к задержкам или, что еще хуже, к неисправностям.

Уже поработав с Роулинсоном несколько лет назад над одним проектом, фон Хольцхаузен заверил, что по части воплощения дизайнерского замысла в жизнь британцу можно доверять. Обычный инженер Маску не требовался. Ему нужен был тот, кто, увидев эскиз фон Хольцхаузена с утопленными дверными ручками, разработает такой механизм, который будет скрывать ручки, когда они не нужны.

Сидя за столом и ковыряясь в тарелке, Роулинсон на первый взгляд имел мало общего с грубоватым создателем ракет. Сидящий перед ним Маск носил футболки, а Роулинсон предпочитал блейзеры. Он обладал английскими манерами, любил кататься на лыжах и был на 30 сантиметров ниже Маска. Но в ходе беседы стало ясно, что они одинаково пренебрежительно относятся к автомобильной промышленности. Роулинсон поделился своим разочарованием от неэффективности, которую наблюдал 25 лет в этом бизнесе. Он рассказал о том, как всю свою карьеру пытался добиться улучшений, настаивая на использовании компьютеров для ускорения проектирования и дизайна. Он также экспериментировал с небольшими командами, чтобы преодолеть корпоративную бюрократию и сэкономить месяцы работы.

Свою карьеру Роулинсон начал в Rover Group и быстро обнаружил, что крупные корпорации могут быть скучными, медлительными и не склонными к экспериментам. Часами сидя перед зеленым монохромным экраном, он пытался понять, как использовать компьютеры для проектирования своих разработок. В конце концов он устроился в Jaguar – тогда еще частную компанию, которая в 1980-х годах одна из первых стала использовать компьютеры для ускорения процесса проектирования.

Маск был аномалией автопрома, ему плевать на достижения предыдущих поколений, особенно если в итоге получился отстойный автомобиль. Казалось, его заботит только одно – сделать самый лучший и стильный автомобиль из всех возможных.

Работа была трудная, да и команда Роулинсона была еще слишком мала, так что разносторонний опыт в таких условиях получить было сложно. Особенно его привлекала инженерная работа, связанная с кузовом. Она затрагивала почти все остальные функции машины, давая широкое представление о том, как разрабатывается автомобиль. Он узнал о подвесках, трансмиссиях, приводах, производстве двигателей и о том, как все они собираются в единое целое, словно гигантский пазл. В этом смысле Jaguar давал уникальную возможность. В других автомобильных компаниях инженеры сосредоточивались лишь на одном аспекте производства. К примеру, можно было стать специалистом по дверным защелкам и заниматься только ими, не представляя, как работает автомобиль в целом.

Но когда в 1989 году Ford Motor Co. приобрела Jaguar, Роулинсон начал замечать, как в деятельность компании проникает бюрократия американского автопрома. Он ушел, чтобы заняться разработкой собственного автомобиля. В гараже своего дома в Уорикшире он сконструировал двухместный родстер, о котором писали в журнале Road & Track, приложив фотографии каркаса. Через год ему позвонили из компании Lotus, которая тогда переживала не лучшие времена и нуждалась в быстрой и эффективной разработке новых автомобилей. Он показал им фотографии своего концепт-кара, но в ответ встретил лишь странные взгляды со стороны руководителей. Позже Роулинсон понял, что его дизайн похож на секретный проект, над которым работали сами Lotus, – спортивный автомобиль Elise.

В итоге его взяли на работу главным инженером. Наконец-то у него было достаточно влияния и опыта, чтобы реализовать свои идеи на практике, существенно сократив не только персонал, но и время разработки автомобиля – с нескольких лет до нескольких месяцев. Когда глава Lotus покинул компанию и занялся консалтингом, Роулинсон последовал за ним, работая с автопроизводителями по всему миру, а потом решил заняться тем же самым в одиночку.

Во время первой встречи в тот вечер в Санта-Монике Маск расспрашивал Роулинсона о некоторых деталях типового автомобиля, к примеру о том, какую подвеску лучше использовать. По воспоминаниям самого Роулинсона, он с энтузиазмом показывал Маску, как работает та или иная система автомобиля, используя вместо деталей тарелки. Дальше Маск спрашивал о материалах, технике сварки, пока наконец не убедился, что Роулинсон относится к тому типу инженеров, которым нравится докапываться до самых основ, изучая, что можно изменить, чтобы сделать лучше. В свою очередь, Роулинсон увидел в лице инвестора настоящего энтузиаста, который готов поддерживать любые начинания.

Ужин продолжался, но Роулинсон был слишком занят беседой, чтобы думать о еде. Теперь настала очередь Маска. Он признался Роулинсону, что его команда инженеров в Детройте разработала план по найму 1000 новых сотрудников к Рождеству. Они утверждали, что для разработки Model S нужна целая армия. По приблизительным подсчетам, у Tesla будет уходить более 100 миллионов долларов в год на инженеров, если они и правда решатся собрать команду, к которой привыкли детройтские руководители. «У меня нет денег, чтобы содержать такой большой штат. Что и говорить, у нас и специалистов по найму столько не найдется, – сказал Маск. – А сколько сотрудников потребуется вам?»

«Дайте-ка подумать». – Роулинсон мысленно подсчитывал, сколько инженеров он привлекал для проектов в Lotus. «К июню у меня будет около 20 человек, – сказал Роулинсон. – К июлю-августу – примерно 25… Думаю, к Рождеству будет от 40 до 45 сотрудников».

«Получается, всего лишь двадцатая часть от числа инженеров, названного в Детройте! – воскликнул Маск. – Что не так с автомобильной индустрией? Зачем им столько людей…»

«Позвольте мне объяснить вам, как устроена эта индустрия, – сказал Роулинсон, словно профессор, начинающий лекцию. – Современный автозавод похож на поле битвы Первой мировой войны». По мнению Роулинсона, автомобильные компании, как и армии, нанимают на службу полки плохо подготовленных солдат, которые маршируют вперед как пушечное мясо, пока генералы руководят ими, находясь далеко за линией фронта и не зная, что на самом деле происходит во время сражений.

Маск хотел узнать, чем отличается подход Роулинсона. «Я хочу руководить не многочисленной армией, а элитным боевым подразделением», – продолжил свою метафору Роулинсон. «Взять, к примеру, тот же Парашютный полк[17] – его командир всегда находится со своими бойцами и может напрямую контролировать ведение боя».

Маск удивленно посмотрел на собеседника. «Парашютный полк? В смысле, спецназ, да?»

«Ой! – запнулся Роулинсон, вспомнив, что в Великобритании и США элитные войска называются по-разному. – Ну да, точно!»

В небольшом офисе SpaceX Маск поприветствовал вошедшего Роулинсона, который проработал в Tesla только первую неделю, но уже успел съездить в пригород Детройта, чтобы познакомиться с командой, проектирующей Model S. Да, это отделение компании все еще существовало, несмотря на распоряжение Маска уволить всех работников еще во времена Мартина Эберхарда. Теперь Роулинсон хотел узнать, что задумал Маск в отношении Model S. «Выкладывайте абсолютно все идеи, какие у вас есть», – сказал Роулинсон.

Оставаясь сидеть за столом, Маск повернул голову от компьютера: «Я хочу заткнуть за пояс BMW 5-й серии», – сказал он и продолжил заниматься своими делами.

Для Маска цель была проста – сбросить с пьедестала среднеразмерный седан немецкой компании, который по габаритам находился между компактным BMW 3 и большим BMW 7. Если 3-ю серию называли роскошной версией Toyota Corolla, то 5-я тогда была люксовой Camry.

Роулинсон замешкался, обдумывая то, что что узнал о ходе разработки Model S в детройтском офисе Tesla, где провел несколько дней, встречаясь с будущими членами команды и вникая в их планы по проектированию. К тому моменту инженеры уже работали около года и проект обошелся Tesla в 60 миллионов долларов. Роулинсона насторожило то, что он увидел: казалось, что экономия средств для инженеров важнее производительности. Например, команда была рада, что заключила хорошую сделку с Ford на приобретение передней подвески автомобиля – настолько хорошую, что они планировали перепрофилировать переднюю подвеску в заднюю. Роулинсону идея не понравилась, поскольку это могло негативно сказаться на управляемости автомобиля. К тому же главный инженер понимал, что на такие жертвы Маск не пойдет.

Роулинсон вновь отвлек Маска от компьютера. Он видел, как продвигается проект Model S, и сообщил, что выглядит он не очень хорошо: «Боюсь, придется прекратить текущую работу и начать все сначала».

Маск вновь повернулся к Роулинсону: «С самого начала?»

«Именно так», – уверенно ответил Роулинсон. Model S нужно создавать с нуля. Инженер остановился, ожидая реакции босса. Маск помолчал, откинувшись в кресле и отрешенно глядя вдаль. Его большие пальцы судорожно переплелись между собой. За уверенностью Роулинсона скрывалась нотка сомнения: что, если новый начальник уволит его за неподчинение?

Маск снова переключился на Роулинсона и пристально посмотрел ему в глаза: «Так я и думал».

В этот момент Роулинсон взглянул на свою работу по-новому. Речь не о рядовом задании, которое нужно выполнить за полгода, чтобы перейти к следующему. Маск был аномалией автопрома, ему плевать на достижения предыдущих поколений, особенно если в итоге получился отстойный автомобиль. Казалось, его заботит только одно – сделать самый лучший и стильный автомобиль из всех возможных.

«Что ж, игра началась! – подумал Роулинсон. – Это чертовски большой шанс». Приход Роулинсона никого так не удивил, как Майка Донохью, который был нанят как раз для запуска Model S. А тут появился Роулинсон, назначенный лично Маском для разработки какого-то туманного проекта. Роулинсон ездил туда-сюда, изучая работу инженеров Донохью и их планы по развитию. В общем, ничего хорошего бывшему руководителю Chrysler это не сулило.

И когда в начале нового года методы Донохью принесли результаты, ситуация оказалась еще более удивительной. Проблемы с панелями из углеродного волокна были решены, как и трудности с поставщиками. Производство Roadster увеличивалось с 5 штук в месяц (как это было летом, когда Донохью только пришел в Tesla) до 20–25 штук в месяц в первом квартале и 35 штук во втором. Конечно, по сравнению с тем, сколько машин Донохью выпускал, когда руководил заводом Chrysler, это было ничто, но для Tesla стало знаменательным достижением, которое стоило отметить. Донохью притащил в офис несколько бочонков пива, и они выпили за свой успех.

Правда для Донохью веселье было недолгим. Он понимал, что должен уйти, и к лету благородно организовал свою отставку. В отличие от остальных работников, покинувших компанию, Донохью не стал распускать слухи о Маске – после всего увиденного ему нетрудно было поверить в то, что у Tesla неплохие шансы на успех.

И он был не единственным, кто так думал. Компания Daimler, которую Маск пытался привлечь в качестве инвестора, проявила к Model S гораздо больший интерес, чем можно было ожидать. У разросшегося немецкого автопроизводителя было подразделение MBtech, которое занималось консалтингом сложных автомобильных проектов. Поскольку интерес корпорации к Tesla возрастал, детройтский офис MBtech получил указание убедить Маска передать им инженерную разработку.

Они утверждали, что у Tesla не хватает времени, денег и опыта для создания такого амбициозного автомобиля. Во время однодневной встречи в SpaceX команда Daimler рекомендовала использовать автомобильную платформу, на которой был создан Mercedes-Benz Е-класса, среднеразмерный седан, похожий на 5-ю серию BMW – именно эту платформу использовали ван Хольцхаузен и Страубел для демонстрационного образца Model S.

В этом был определенный смысл. Подобная сделка соответствовала первоначальному бизнес-плану, несколько лет назад разработанному соучредителем Tesla Мартином Эберхардом, которому приходилось вести переговоры с более мелкими автопроизводителями вроде Lotus. Теперь же Tesla заинтересовала второго по величине производителя люксовых автомобилей в мире и могла сделать то же самое, что они сделали с Elise, но на этот раз взяв за основу более крутой автомобиль.

Роулинсон внимательно выслушал предложение команды Daimler. Он пришел в компанию всего несколько недель назад, и казалось, что шанс разработать автомобиль с нуля теперь был под угрозой. После завершения презентации Маск обратился к Роулинсону: «Как бы вы поступили на моем месте?»

Идея была настолько радикальной, что казалась безумной. Команда MBtech была вне себя и пообещала, что если Tesla последует плану Роулинсона, то компанию ждет неминуемый провал.

Роулинсону идея не нравилась, и он не стеснялся в этом признаться. Инженер изложил альтернативный план, который показался немецкой команде невероятным. Он предлагал создать совершенно новую платформу, в которой блок батарей встроен в конструкцию самого автомобиля, как об этом публично заявлял Маск. Роулинсон пошел еще дальше, предположив, что теоретически блок батарей может даже помочь автомобилю смягчить удар при аварии. Идея была настолько радикальной, что казалась безумной. Команда MBtech была вне себя и пообещала, что если Tesla последует плану Роулинсона, то компанию ждет неминуемый провал.

Пока Маск несколько дней взвешивал оба варианта, другие сотрудники Tesla анализировали подход Роулинсона. Он предполагал пропуск некоторых этапов, которые крупные автопроизводители свято соблюдали: изучение рынка и разработку нескольких прототипов. Роулинсон хотел провести как можно больше испытаний на компьютерных симуляторах, чтобы сэкономить не только время, но и рабочую силу.

Дипак Ахуджа, новый финансовый директор Tesla, ранее работавший в Ford, изучил цифры и остался под впечатлением. Если им удастся создать автомобиль таким небольшим количеством людей, то это даст Tesla конкурентное преимущество по стоимости перед более крупными игроками. «Это прорывная идея, – сказал он Роулинсону. – Никогда не видел ничего подобного».

Принимая решение, в Tesla учли урок, полученный при создании Roadster. Ведь тогда им пришлось заменить почти все детали Elise, чтобы добиться желаемых характеристик и внешнего вида. Для эффективного применения новой технологии аккумуляторов Tesla нужно было построить автомобиль вокруг нее, а не вставлять батареи в существующую модель.

Позже Роулинсон прилетел в Детройт, где созвонился с главой офиса MBtech, который изложил ему свой план создания электромобиля на базе E-класса и попросил начинающего руководителя Tesla объяснить, почему тот считает его неудачным. Роулинсон взял список из примерно трехсот деталей, перечисляя одну за другой. Сидя на полу, он поочередно рассказывал о каждой запчасти и о том, почему она не подходит для Model S. Дойдя до шестьдесят пятого номера в списке, Роулинсон прервался.

«Ладно, я понял, – сказал на том конце провода немец. – Вы правы. Наш план и правда не сработает». Он положил трубку и перезвонил Маску, чтобы отозвать свое предложение. Теперь пришло время Роулинсона. Его ждал или большой успех, или полный провал.

Глава 10

Новые друзья и старые враги

27 января 2009 года адвокаты Джастин Маск подали ходатайство в суд по семейным делам Лос-Анджелеса, который рассматривал ее развод с Илоном. Юристы Джастин хотели приобщить Tesla и другие компании Маска к бракоразводному процессу. До этого момента Маск рассчитывал, что их расставание пройдет легко и просто. В 2000 году перед свадьбой она подписала финансовое соглашение, которое гарантировало защиту сравнительно небольшого состояния Маска[18]. В случае рождения ребенка и последующего развода Джастин получала дом в Бель-Эйр, а также алименты – общая сумма соглашения составила 20 миллионов долларов. Однако девять лет спустя она посчитала, что имеет право на нечто большее, чем недвижимость.

Распад брака никогда не бывает приятным. С точки зрения Джастин, отношения с Илоном изменились после продажи PayPal, когда в их жизни появились атрибуты богатства. Из крошечной квартиры в Маунтин-Вью они переехали в особняк на Беверли-Хиллз. Пара с трудом пережила потерю первого ребенка, скончавшегося в 2002 году от синдрома внезапной детской смерти, после чего им пришлось воспитывать двойню, а затем еще и тройню. На фоне деловых начинаний своего мужа Джастин стала чувствовать себя второстепенной. Как она утверждает, он часто критиковал ее: «Если бы ты была моим сотрудником, я бы тебя уволил».

Адвокат Маска по бракоразводным делам Тодд Марон заявил суду, что включение Tesla в дело о разводе угрожает существованию самой компании. Со стороны Джастин это была просто манипуляция, чтобы добиться мирового соглашения. Маск опасался, что в случае успеха она сможет требовать участия в каждом значимом для компании решении. «Если у Джастин получится втянуть в это дело Tesla, то она может получить статус управляющей спорным имуществом, в результате чего Илон и другие 324 акционера потеряют свои инвестиции», – заявил Марон в суде. К тому моменту все свое состояние Маск вложил в SpaceX, Tesla и Solar City. Марон также предупредил, что такой дорогостоящий и публичный бракоразводный процесс, несомненно, отразится на работе Tesla.

К счастью для Маска, никто не обратил внимания на планы его жены. Иначе их огласка могла бы помешать следующему этапу финансирования компании. Осторожные инвесторы и так с подозрением относились к необъяснимой живучести Tesla.

Пока Маск пытался одновременно удержать компанию и подогреть интерес публики к Model S, Барак Обама предпринимал дальнейшие шаги по спасению General Motors. В число этих мер входило смещение генерального директора Рика Вагонера и объявление о том, что администрация планирует провести реорганизацию автоконцерна. Руководство хотело признать компанию банкротом, а затем, при поддержке правительства, восстановить ее с меньшим количеством брендов, дилеров и сотрудников.

Несколько месяцев страна была охвачена спорами о том, какую роль должно сыграть правительство США в спасении GM и Chrysler. После неудачной попытки Конгресса в конце 2008 года договориться о выделении средств на восстановление и промежуточных займов Буша Обама решил предоставить еще один кредит. В поисках выхода из ситуации компании представили федеральному правительству планы реструктуризации.

В этих неурядицах Маск увидел возможность для Tesla. Один из его ключевых заместителей, Диармайд О’Коннелл, несколько месяцев провел в залах Конгресса, лоббируя включение Tesla в кредитную программу Министерства энергетики, призванную помочь американским компаниям, работающим в сфере экологически чистых технологий. Бывший начальник штаба по военно-политическим вопросам в Государственном департаменте США, О’Коннелл пришел в компанию Tesla незадолго до презентации Roadster в 2006 году, руководствуясь ни чем иным, как желанием замедлить глобальное потепление. Его опыт работы в Вашингтоне пришелся калифорнийскому стартапу как нельзя кстати.

К счастью для Маска, никто не обратил внимания на планы его жены. Иначе их огласка могла бы помешать следующему этапу финансирования компании. Осторожные инвесторы и так с подозрением относились к необъяснимой живучести Tesla.

Тогдашний генеральный директор Мартин Эберхард поддержал идею О’Коннелла лоббировать законопроект, призванный привлечь покупателей льготой на покупку автомобиля с нулевым уровнем выбросов. Успешное принятие этого закона стало мощным инструментом в продвижении Model S по более низкой цене. Именно на это намекал Маск на презентации автомобиля, говоря, что его цена составит чуть менее 50 тысяч долларов после вычета государственной налоговой скидки.

В конце 2008 года администрация Джорджа Буша-младшего реализовала программу государственного кредитования, которую Министерство энергетики уже пыталось запустить, когда GM испытывала трудности на фоне краха мировой экономики. Той зимой Маск и финансовый директор Дипак Ахуджа подали заявку на получение займа в Министерство энергетики, надеясь привлечь более 400 милллионов долларов на поддержку разработки Model S.

Мартовский показ демонстрационного автомобиля, построенного вручную в SpaceX, подарил О’Коннеллу идеальный повод для поездки в Вашингтон. В конце марта концепт-кар, который демонстрировали в Лос-Анджелесе, отправился в турне по Восточному побережью, включая остановку в студии CBS на Манхэттене, где Model S показали в «Позднем шоу с Дэвидом Леттерманом». В турне отправился и один из авторов журнала New Yorker, написавший длинную статью, которая вышла несколько месяцев спустя с фотографиями Маска и его маленьких сыновей. Внимание СМИ придало проекту инвестора особую значимость.

Пожалуй, важнее всего было то, что О’Коннелл смог показать электромобиль в Вашингтоне. Model S доставили в штаб-квартиру Министерства энергетики, чтобы прокатить небольшую команду управленцев, которые распределяли средства программы кредитования. Среди них был Янев Суисса, недавний выпускник юридического факультета Гарварда. Выйдя к автомобилю, он заметил, что у окон офиса толпятся работники Министерства, чтобы поглазеть на необычное зрелище. Чиновники не привыкли к такому вниманию. Сев в Model S, Суисса был впечатлен просторным салоном и большим экраном посередине приборной панели.

Целью команды Суисса была выдача кредитов компаниям, у которых был шанс расплатиться с правительством. А сможет ли вернуть деньги Tesla? По словам Суиссы, калифорнийский стартап не считался перспективным претендентом на субсидии. «Поначалу было неясно, удастся ли Tesla реализовать проект, – вспоминал он. – Это было невероятно рискованно. Они не просто что-то строили, но фактически создавали новую отрасль».

Власти не хотели быть единственными, кто вкладывает деньги в Tesla. Компании предложили найти дополнительных спонсоров. Но, к разочарованию Tesla, не только Министерство энергетики опасалось инвестировать в проект.

Герберт Колер, глава передовой инженерной группы Daimler, встречался с Маском еще на заре создания Tesla и хотел инвестировать стартап. Не все начинающие компании приветствуют корпоративные инвестиции, опасаясь заработать репутацию вспомогательного проекта для крупной компании, которая будет ставить свои приоритеты выше интересов стартапа. Так что Маска это не заинтересовало.

Но к 2008 году он изменил свое мнение. Ища новых инвесторов, он съездил в Германию и встретился с руководством компании Daimler, где узнал, что им нужен поставщик аккумуляторных батарей для создания электрической версии автомобиля Smart. Через несколько месяцев Колер написал электронное письмо и сообщил, что через шесть недель приедет в Кремниевую долину и готов ознакомиться с технологией Tesla. Маск попросил Джей Би Страубела превратить крошечный двухместный автомобиль Smart в электромобиль. Страубел уже стал специалистом в таких задачах. Только в этот раз на работу давалось всего несколько недель.

Всего несколькими месяцами ранее Маск отверг предложение о сотрудничестве с GM и другими производителями аккумуляторных батарей, но теперь у него не было выбора. Сотрудничество с Mercedes могло принести выгоду, хотя и влекло некоторые трудности. Первая проблема была связана с логистикой: Daimler еще не продал ни одного автомобиля Smart в США. Ближайший образец, который Tesla смогла найти, находился в Мексике. Пришлось идти в финансовый отдел и просить 20 тысяч долларов наличными, чтобы отправить в Мексику человека, говорящего по-испански и купить там подержанный Smart. Как только автомобиль прибыл, команда немедленно приступила к его переоборудованию, стараясь при разборке не повредить салон автомобиля.

Наступил день встречи. Во время презентации Маска немцы не выглядели особенно впечатленными, так что руководитель Tesla прервал беседу и предложил гостям спуститься вниз, где на парковке их уже ждал переоборудованный Smart. Немецкая команда с удовольствием покаталась на изделии Страубела, которое, получив мгновенный крутящий момент от электродвигателя, из скромной малолитражки превратилось в адскую машину. Представители Daimler остались под впечатлением.

К январю 2009 года компании наладили поставки, так что в Daimler подумывали о том, чтобы вложить деньги и в Tesla. Однако не все в Штутгарте были готовы к сотрудничеству. Как и Министерство энергетики, многие опасались за финансовое будущее Tesla. Маск оказался в затруднительном положении. У него были Daimler, заинтересованный в инвестициях, и правительство США, готовое одолжить деньги. Но никто из них не хотел действовать в одиночку.

Однако время наконец-то оказалось на стороне Маска. Пока GM и Chrysler переживали трудности, администрация Обамы давила на кредитный отдел Министерства энергетики, требуя объявлять о предоставлении займов, даже если сделки еще не утверждены окончательно. В итоге Министерство сообщило о выдаче кредита сначала компании Solyndra, которая занималась солнечными батареями, а вскоре и Tesla. Тогда в Daimler последовали этому примеру. В мае они объявили об инвестициях в размере 50 миллионов долларов, что дало немецкому концерну долю в Tesla 10 %.

Как выяснилось, объявление Министерства означало не конкретную сделку, а лишь условную договоренность. Суисса прокомментировал ситуацию, пояснив: «Это был скорее пресс-релиз. Люди подумали, что контракт уже подписан, но до этого было еще далеко». Требуются месяцы, чтобы оговорить все детали сделки. Но с точки зрения пиара, это хорошая новость для обеих сторон. Правительство показало свою заинтересованность в поддержке экономики, а Tesla получило протекцию со стороны государства. Теперь какое-то время вечно бедствующий стартап мог рассчитывать на дополнительные деньги.

В то время, как Маску удалось избежать огласки вокруг своего запутанного бракоразводного процесса с Джастин, другое его расставание готовилось стать достоянием общественности. Почти год Мартин Эберхард терзался по поводу увольнения из основанной им же компании. Ведь именно он собрал первоначальную команду, которая в 2006 году работала над созданием прототипа Roadster, чтобы заинтересовать покупателей. Именно он, а не Маск, стал «мистером Тесла», о чем свидетельствовали автомобильные номера, подаренные женой Эберхарда.

Правительство показало свою заинтересованность в поддержке экономики, а Tesla получило протекцию со стороны государства. Теперь какое-то время вечно бедствующий стартап мог рассчитывать на дополнительные деньги.

Недели и месяцы после своей отставки, он наблюдал за увольнением или добровольным уходом многих из нанятых им друзей. Эберхард по-прежнему любил Tesla, но презирал Маска. Бывший руководитель выплескивал свое разочарование, подробно описывая произошедшие в компании перемены в своем блоге, пока наконец член совета директоров Tesla Лори Йолер не попросила его сбавить обороты. Она заявила, что злоба Эберхарда только вредит компании. Юрист Tesla был более прямолинеен и сообщил Эберхарду, что, по мнению руководства, тот нарушил договор о неразглашении информации, поэтому лишился возможности получить 250 тысяч опционов на акции.

Череда нападок со стороны СМИ в середине 2008 года еще больше разозлила Эберхарда. В газетных и журнальных статьях Маск обвинял Эберхарда во всех неудачах компании. Но последней каплей стала ситуация в конце лета того же года. В первые дни существования компании Маск и Эберхард в шутку спорили о том, кто из них получит первый произведенный Roadster, предполагая, что цена коллекционного экземпляра когда-нибудь во много раз превысит цену продажи. Тогда они пришли к компромиссу: Маск получит Roadster № 1, а Эберхард – № 2.

Производство началось, но из-за многочисленных задержек, сооснователю Tesla все никак не удавалось получить свой автомобиль. В июле 2008 года Эберхарду позвонили представители компании и сообщили, что его Roadster в ходе испытаний на прочность врезался в кузов грузовика и был сильно поврежден. Кроме того, он узнал, что вторая по счету машина полагалась не ему, а Антонио Грасиасу – члену совета директоров, чья предусмотрительность привела к отстранению Эберхарда в 2007 году.

Весной 2009 года Эберхард подал ответный иск с обвинениями в клевете, оскорблениях, нарушении контракта и т. д. Это была полномасштабная контратака на тщеславие и комплексы Маска. Своим иском Эберхард ставил под вопрос право инвестора называться основателем Tesla. Он подверг сомнению часто рассказываемую Маском историю о том, что тот переехал в Калифорнию ради получения степени в Стэнфордском университете, а через два дня бросил учебу, чтобы основать компанию по производству программного обеспечения. «Маск вознамерился переписать историю», – говорилось в начале иска.

Это стало болезненым уколом в сторону бывшего партнера, ведь всем известно, как щепетильно относится Маск к своему месту в истории Кремниевой долины. Однажды, когда сайт Valleywag предположил, что Маска нельзя считать основателем PayPal, тот разразился опровержением больше двух тысяч слов со сносками.

Не дожидаясь судебного разбирательства с Эберхардом, Маск опубликовал на сайте компании собственный обширный рассказ об истории Tesla, отметив, что, когда он впервые встретился с Эберхардом по поводу Tesla, у того «не было ни собственной технологии, ни прототипа автомобиля и он довольно плохо разбирался в электромобилях. Все, что у него было, это бизнес-план по коммерциализации концепции электрического спортивного автомобиля AC Propulsion tzero»[19].

Началась канцелярская война. Помощница Маска, Мэри Бет Браун, пыталась найти документы, подтверждающие, что он действительно учился в Стэнфорде, хоть и недолго. И хотя эти нападки привнесли драматизм в мир технологий, они отвлекали помощников Маска от попыток привлечь необходимые средства. Когда суд отклонил иск Эберхарда о том, что Маск не может называться основателем Tesla, последний выступил с заявлением о победе: «Мы с нетерпением ждем возможности как можно скорее доказать факты в суде и внести ясность в историю».

В обращении Эберхарда говорилось: «Вклад Илона в развитие Tesla был исключительным», а Маск писал: «Без неоценимых усилий Мартина Tesla Motors сегодня не было бы». Их перепалка закончилась миром. Но обида осталась на долгие годы.

В заявлении компании сказано, что решение суда «соответствует позиции Tesla в отношении команды основателей, куда входят нынешний генеральный директор и технический разработчик компании Илон Маск, а также главный технический директор Джей Би Страубел, которые с самого начала сыграли фундаментальную роль в создании Tesla».

В частных беседах некоторые советовали Маску проявлять осторожность. Майкл Маркс, недолго исполнявший обязанности временного генерального директора после того, как Эберхард был понижен в должности, тем летом написал Маску и совету директоров письмо с призывом остудить пыл. Он назвал высказывания об Эберхарде «ужасно досадными» и «обидными». «Наверное, самое тяжелое из обвинений – это комментарии о том, что Эберхард солгал совету директоров. Вы все можете представить, как это отразится на возможностях его трудоустройства, – написал Маркс. – Кроме того, мне кажется, дела обстояли несколько иначе».

По его словам, главная проблема для Эберхарда заключалась в том, что Tesla не хватало опытного финансового директора, а руководство нереалистично оценивало затраты и сроки. «Я не говорю, что Мартина не следовало отстранять от должности из-за его недостаточной компетентности в решении вопросов, за которые он отвечал как генеральный директор. Я поддерживал эту идею. Но я не знаю, что происходило до моего прихода в компанию. Однако в мои первые месяцы на этом посту, он еще работал и отчитывался передо мной и делал все, о чем я его просил, причем с энтузиазмом. Это также должно быть частью его послужного списка».

Какой бы эффект ни произвели уговоры Маркса, к сентябрю Эберхард и Маск урегулировали свой спор, хотя условия были конфиденциальными. По словам человека, знакомого с обстоятельствами дела, соглашение между ними включало договор о неразглашении информации. Эберхард получил свои акции, а главное – Roadster. Tesla выпустила заявление, в котором и Маск, и Эберхард названы соучредителями Tesla, среди которых также числятся Марк Тарпеннинг, Иан Райт и Джей Би Страубел.

Обе стороны выступили с заявлениями, по которым можно сказать, что на замену слепой ярости в их отношения пришла искренность. В обращении Эберхарда говорилось: «Вклад Илона в развитие Tesla был исключительным», а Маск писал: «Без неоценимых усилий Мартина Tesla Motors сегодня не было бы». Их перепалка закончилась миром. Но обида осталась на долгие годы.

Обе судебные тяжбы – с бывшим деловым партнером и бывшей женой показали, какой отпечаток может оставить жесткий характер Маска. В 2008 году его целеустремленность, вероятно, спасла Tesla от банкротства, но побочный ущерб, нанесенный близким людям, породил новые угрозы в будущем. С ростом Tesla подобные ссоры могли иметь еще более серьезные последствия – ставки становились все выше, как и цена ошибки.

Глава 11

Роуд-шоу

Для финансового директора Tesla Дипака Ахуджа, сделавшего карьеру в Ford Motor Co., работа в калифорнийской компании стала своеобразным экспресс-курсом выживания в стартапе. Ахуджа вырос в Мумбаи. Его родители открыли несколько швейных фабрик по пошиву джинсов и нижнего белья. Он был способным студентом и учился в Бенаресском индуистском университете, где получил степень в области технической керамики, а затем отправился в США защищать докторскую диссертацию по материаловедению. После обучения Ахуджа планировал вернуться в Индию, чтобы вместе с отцом заниматься производством керамических изоляторов для электрических сетей.

Однако жизнь в чужой стране перевернула планы молодого инженера: он поступил в Северо-Западный университет под Чикаго, где его поразили не только суровые зимы, но и доступ к уникальным академическим ресурсам. Несмотря на то что в Индии Ахуджа уже занимался программированием на ЭВМ, с персональными компьютерами он столкнулся впервые и даже не знал, как они включаются. На его просьбы о помощи люди отвечали недоуменными взглядами, а индийский акцент мешал наладить взаимопонимание с одногруппниками и преподавателями.

Но Ахуджа быстро освоился, встретил в Америке будущую жену и в конце концов передумал защищать докторскую. Он переехал в Питтсбург и устроился инженером в компанию Kennametal, разрабатывающую керамические композиты для автомобильной промышленности. Параллельно он учился на магистра делового администрирования в Университете Карнеги-Меллона. В 1993 году Ахуджа устроился в компанию Ford, известную своей интенсивной подготовкой сотрудников финансового отдела.

Сначала он работал на одном из штамповочных заводов компании, изучая местные методы ведения бизнеса, а следующие полтора десятилетия продвигался по корпоративной лестнице. В 2000 году Ахуджа занял должность финансового директора совместного предприятия Ford и Mazda, а затем – южноафриканского подразделения американского автоконцерна. В 2008 году он лишь недавно вернулся в Мичиган для нового задания, когда ему позвонил рекрутер Tesla. В итоге Ахуджа присоединился к стартапу в преддверии экономического кризиса и провел первые месяцы работы, ожидая скорого увольнения, поскольку Маск тогда пытался сэкономить на сокращении штата.

Ситуация в компании ухудшалась, Маск все чаще привлекал свои собственные средства для оплаты налогов, но Ахуджа не рассказывал жене и дочерям о проблемах на работе. Он занимался сокращением расходов на Roadster и готовил финансовую отчетность Tesla к предстоящим событиям, предполагая, что они смогут продержаться до тех пор, пока не выйдут на биржу. Происходящее стало уроком не только для Ахуджи, но и для самой Tesla. Компания столкнулась со всеми трудностями, которые возникают при публичном размещении акций – квартальные отчеты и ожидания Уолл-стрит. Но также этот шаг мог привлечь миллионы, если не миллиарды долларов, которые так необходимы для Tesla, вечно страдающей от нехватки средств.

Банкиры с Уолл-стрит какое-то время уже налаживали отношения с Tesla. Однако к середине 2009 года рынок первичного размещения акций многим членам команды Tesla казался весьма неопределенным. GM тогда проходила процесс признания банкротства, избавляясь от тысяч дилеров и десятков тысяч сотрудников, а автомобильная промышленность в целом переживала спад на фоне снижения продаж[20].

Той осенью, казалось, появился проблеск надежды для начинающих участников рынка, таких как Tesla. Небольшой поставщик автомобильных аккумуляторов под названием A123, отложивший размещение своих акций в 2008 году, вернулся на Уолл-стрит в конце сентября 2009 года, всколыхнув рынок – акции взлетели на 50 % в день выпуска. Этого было достаточно, чтобы сотрудники финансового отдела Tesla окончательно поверили в план Маска.

Несмотря на весь свой опыт работы в компании Ford, Ахуджа нечасто взаимодействовал с Уолл-стрит напрямую. От банкиров он узнал, что выходу Tesla на биржу могло помешать одно из двух обстоятельств: либо эффект от бракоразводного процесса Маска, либо отсутствие у Tesla собственного завода.

Эксперты придерживались второго варианта. Прежде чем размещать акции, Tesla должна была обзавестись собственным автозаводом. Смысл выхода на биржу заключался в том, чтобы собрать деньги на выпуск Model S. Все прогнозы доходов Tesla были основаны главным образом на продажах этого автомобиля. Как можно обещать инвесторам: «Мы достигнем таких-то и таких-то показателей», если у компании нет собственного завода для выпуска автомобиля? Об этом и пытались предупредить Маска банкиры.

Но и руководство Tesla думало об этом. Несколько лет мысль о поиске собственного завода терзала компанию – прежде всего, из-за нехватки денег на такую роскошь. Они отказались от идеи построить завод в Нью-Мексико, что вызвало недовольство местных застройщиков. Еще один вариант – строительство в Сан-Хосе – сошел на нет как раз в тот момент, когда Маск занял пост генерального директора. По выходным он ездил в Лос-Анджелес с брокером по коммерческой недвижимости, пытаясь найти там место для строительства. Примерно в 50 км от новой штаб-квартиры SpaceX в Хоторне, в городке Дауни, Маск нашел старую промышленную площадку, на которой раньше располагался огромный объект NASA, закрытый в 1999 году. Маску понравилась связь с космической индустрией, как и то, что это недалеко от дома.

Деньги – безусловно, важная часть соглашения, но для Маска важнее была поддержка его компании одним из лучших автопроизводителей мира. Прямо перед выходом на биржу Tesla получила признание сразу двух автогигантов – Toyota и Mercedes-Benz. Неплохое подспорье для молодой компании.

Но не все приняли эту идею с таким же энтузиазмом. Чтобы превратить площадку в завод по производству автомобилей, нужна большая подготовительная работа. Внутри Tesla многие беспокоились, что понадобится много времени на получение разрешений, особенно на длительный и сложный процесс создания покрасочного цеха. Хотя правительство штата обещало ускорить процесс, некоторые руководители опасались, что на постройку уйдут годы, пока Tesla будет тратить все больше и больше денег.

Был и альтернативный вариант: по другую сторону залива от Сан-Франциско находился бывший завод GM-Toyota, который имел разрешение на производство автомобилей. Производство было законсервировано Toyota после того, как ее партнер GM подал заявление о банкротстве. Жильбер Пассен, недавно принятый на работу из Toyota Motor Corp., где руководил сборочным заводом Lexus в Канаде, решил, что бывший работодатель будет заинтересован в передаче предприятия Tesla.

Toyota наращивала производственное присутствие в Техасе и стремилась перевести свои американские операции туда. Пассен и другие предположили, что Toyota воспользуется таким удобным случаем избавиться от своего завода. Закрытие было недопустимо: это противоречило корпоративным принципам Toyota – закрытие предприятия считалось признаком неграмотного планирования и обманом работников, которым обещали «вечное трудоустройство».

Несмотря на взаимную выгоду, Toyota не проявляла особого интереса к сотрудничеству с Tesla. Маску даже пришлось действовать через личного врача из Беверли-Хиллз, который был знаком с генеральным директором Toyota Акио Тойодой. В начале 2010 года Tesla получила ответ, и, ко всеобщему удивлению, Тойода согласился на встречу, которую быстро организовали в доме Маска в Бель-Эйр.

После прибытия официальной делегации Маск усадил уважаемого гостя, внука основателя Toyota, на пассажирское сиденье Roadster и с ветерком прокатил по кварталу. Тойода, который занимался автогонками, был под большим впечатлением. Ему также понравился предпринимательский дух Tesla. Когда Маск спросил о возможности покупки завода, Тойода быстро согласился. Более того, он задумался об инвестировании в компанию.

Деньги – безусловно, важная часть соглашения, но для Маска важнее была поддержка его компании одним из лучших автопроизводителей мира. Прямо перед выходом на биржу Tesla получила признание сразу двух автогигантов – Toyota и Mercedes-Benz. Неплохое подспорье для молодой компании.

Сделка по строительству завода стала неприятным сюрпризом для городских чиновников Дауни. Они надеялись, что Tesla откроет предприятие в их регионе, и теперь негодовали из-за «предательства» Маска.

Джей Би Страубела эта сделка тоже застала врасплох. Крошечная Tesla искала любые рычаги для ведения переговоров с более крупными конкурентами. Когда она пыталась наладить отношения с Daimler, менеджеры в Европе также посетили BMW AG, припарковав свой Roadster на видном месте в надежде, что слухи о нем дойдут до представителей индустрии. Пока Маск налаживал контакты с Toyota, Страубел добивался сотрудничества с другим автопроизводителем массового сегмента – Volkswagen AG.

Маск отправил его в Германию, чтобы убедить немецкую компанию заключить сделку с поставщиками, аналогичную той, на которую согласился Daimler. Команда Страубела оснастила Volkswagen Golf электрической трансмиссией и доставила его в Германию, чтобы продемонстрировать преимущества литий-ионных элементов и возможности совместной работы двух компаний. Генеральный директор Volkswagen Мартин Винтеркорн даже проехался по испытательной трассе на Roadster, который команда Tesla привезла с собой.

О сделке с Toyota было объявлено в день переговоров с Volkswagen. Винтеркорн вызвал Страубела к себе в кабинет и жестко спросил: «Что, черт возьми, сейчас произошло?» Страубел не знал, что ответить. Малейшие надежды на потенциальную сделку между компаниями мгновенно рухнули – команда Винтеркорна и без этого была против партнерства, в частности из-за опасений по поводу безопасности литий-ионных элементов. Представители Volkswagen с подозрением относились к технологиям, придуманным другими компаниями. Страубелу и его команде оставалось только паковать чемоданы и возвращаться в Сан-Карлос.

«У меня нет на это времени, – прокричал Илон Маск. – Я должен запустить эту гребаную ракету!» С этими словами он выбежал из стеклянного конференц-зала SpaceX, внезапно завершив совещание, на котором обсуждались тонкости маркетинговых исследований для первичного размещения акций Tesla.

Хотя Маск показал, что может уследить за множеством деталей, прозвав себя за эту особенность «наноменеджером», ему явно не хватало терпения. Страстный писатель, он спорил с юристами о формулировках в проспекте выпуска акций, который был опубликован в начале января 2010 года после девяти месяцев работы банкиров Goldman Sachs и Morgan Stanley. Одним из них был Марк Голдберг, которому тогда исполнилось всего 24 года. Интерес к возобновляемым источникам энергии привел его на работу в Morgan Stanley, где он оказался в положении новичка, участвующего в очень необычном процессе первичного размещения акций.

Не раз Маск грозился уволить всех экономистов, которые работали над выходом Tesla на биржу. «Текст должен быть ярким», – требовал Маск, настаивая на смелых утверждениях вроде «Tesla займет весь рынок среднеразмерных седанов премиум-класса». Также он выступал против слайдов, в которых Audi называли конкурентом Tesla. Маск возмущался, что с таким скучным маркетингом у Tesla нет никаких шансов появиться в супергеройском блокбастере «Железный человек 2», поскольку платить за появление бренда в фильме он отказался (что, однако, не помешало Маску сыграть там самого себя). «К чему здесь вообще Audi? – недоуменно восклицал Маск во время работы над презентацией. – Они нам не соперники. Tesla их просто уничтожит».

Подобное поведение было ожидаемо от основателя стартапа, но нехарактерно для руководства публичных компаний, где внимание уделяется прибыли акционеров, а коммуникация с ними строится по определенному сценарию, чтобы избежать ненужного риска. Если Маск так мечется, еще не выйдя на биржу, то что будет, когда Tesla станет собственностью тысяч инвесторов и он окажется во власти их капризов? Но выбора у Маска практически не было. Выход на биржу позволял привлечь деньги, пусть и ценой потери Маском абсолютного контроля над компанией.

Были и другие странности. Первоначально на роль престижного ведущего партнера претендовал банк Morgan Stanley, но затем его подвинул Goldman Sachs. Позднее документы, поданные на регистрацию первичного размещения акций, показали, что Goldman предоставил Маску персональный кредит – до того нестабильным стало финансовое положение инвестора.

При подготовке к выходу на биржу Ахуджа нанял для работы с инвесторами Анну Йен, бывшего руководителя компании Pixar. Ей предстояла утомительная работа по подаче документов в Комиссию по ценным бумагам и биржам. Заполняя формы, команда Ахуджи поняла, что в том году Tesla не представила надлежащую документацию в Агентство по охране окружающей среды, что грозило штрафом в размере 37 500 долларов за каждый проданный автомобиль, то есть в сумме почти 24 милллиона долларов. Не очень хорошие новости для компании с нестабильным бюджетом.

Маск нанял главного юрисконсульта, чтобы спустя всего несколько недель наблюдать за его уходом. Как известно, Маску было очень трудно найти на эту должность подходящего человека. Иногда это доходило до смешного. Похоже, советы юристов его попросту не интересовали.

В последние дни 2009 года Tesla поспешила оформить документы, договорившись с Министерством энергетики о выплате штрафа в размере 275 тысяч долларов. Что важнее, Агентство по охране окружающей среды согласилось распространить действие сертификата на все автомобили, проданные в 2009 году, как если бы они изначально были сертифицированы должным образом. Маск лично звонил администратору Агентства Лизе Джексон и просил помочь ускорить решение вопроса, чтобы оно не затянулось на месяцы.

Именно тогда Маск нанял главного юрисконсульта, чтобы спустя всего несколько недель наблюдать за его уходом. Как известно, Маску было очень трудно найти на эту должность подходящего человека. Иногда это доходило до смешного. Похоже, советы юристов его попросту не интересовали.

Одна из вещей, которую компания Tesla решила не делать при подготовке к переходу в общественную собственность, что аукнулось Маску много лет спустя, – это введение двухклассовой системы акций, которая позволила Ларри Пейджу и Сергею Брину в Google сохранять контроль над своей компанией, даже владея небольшой долей всех ее акций.

Непонятно, почему документы Tesla для выхода на биржу, поданные в январе 2010 года, не содержали данного положения, обеспечивающего постоянный контроль Маска над компанией. Финансисты, работавшие с бумагами, сообщили, что Tesla и без того было трудно продать инвесторам, поэтому этот пункт вписывать не стали. Наличие упрямого и непредсказуемого руководителя усложняло размещение акций, к тому же брат Маска, Кимбал, входил в совет директоров, заставляя задуматься о непотизме[21] в управлении компанией.

Максимум, чего добился Маск, – это пункт о том, что любые решения акционеров об изменениях в компании, таких как поглощение или продажа, должны быть приняты двумя третями голосов от общего числа акций. Это называлось положением о квалифицированном большинстве и фактически давало Маску право вето на неугодные ему решения до тех пор, пока он сохраняет свою долю в компании, которая в январе 2010 года составляла около 20 %. Тем самым, если другие акционеры захотят обойти Маска в принятии какого-то решения, им нужно будет получить одобрение примерно 85 % держателей акций – крайне непростая задача, учитывая влияние инвестора на компанию.

Был еще один пункт, который защищал права Маска в компании как минимум ближайшие пару лет. Сделка, заключенная с Daimler, фактически гарантировала положение Маска на посту генерального директора до 2012 года, негласно подтверждая, что, по мнению Daimler, именно Маск играет ключевую роль в будущем Tesla.

Через несколько недель после подачи документов на размещение акций случилась катастрофа. Самолет до Хоторона с группой инженеров Tesla на борту разбился при взлете. Все три инженера погибли. Тем же рейсом должен был лететь и Маск, но в последний момент он отменил поездку, узнав, что его брат Кимбал сломал шею, катаясь на горных санях в Колорадо. Маск был в шоке, узнав о новостях.

Наличие упрямого и непредсказуемого руководителя усложняло размещение акций, к тому же брат Маска, Кимбал, входил в совет директоров, заставляя задуматься о непотизме в управлении компанией.

Два дня спустя Tesla потряс удар, который хоть и был гораздо менее трагичным, но бросил тень на перспективы выхода компании на биржу. Интернет-издание Venture Beat, посвященное индустрии Кремниевой долины, распространило новость о том, что бракоразводный процесс Маска принял неожиданный оборот. Будучи миллиардером, Маск утверждал, что он беден. «Примерно четыре месяца назад у меня закончились деньги», – заявил Маск суду в своих документах. С октября 2009 года он жил, занимая деньги у своего друга и тратя по 200 тысяч долларов в месяц[22]. В лондонской газете The Times жена Маска, Джастин, вела блог о своем разводе и всячески подогревала к нему интерес. Маск оказался в затруднительном положении. Ведь Tesla выжила благодаря его богатству, а всего несколькими годами ранее он обещал клиентам, что лично вернет им деньги в случае банкротства компании.

Юристы компании занялись ликвидацией последствий. Они составили обновленную документацию для выхода на биржу, в которой говорилось, что Tesla «больше не зависит от финансовых ресурсов г-на Маска» и «личная финансовая ситуация г-на Маска не оказывает влияния на компанию». Однако за кулисами банкиры, работавшие с Tesla, беспокоились, что развод сорвет публичное размещение акций. Если Джастин Маск вдруг предъявит права на акции Tesla и не согласится на срок запрета продаж (период, когда инсайдеры не имеют права продавать свои активы, чтобы не обесценить выпущенные акции), то планы выхода на биржу могут пострадать. Все это давило на Маска, вынуждая его как можно быстрее решить вопрос с разводом.

Когда Джастин проиграла в споре за отмену брачного контракта, оба мирно уладили дело. Хотя бы эта угроза была устранена.

Маск не раз показал, что его злейший враг – это он сам. Например, будучи поклонником Стивена Кольбера, он хотел принять участие в сатирическом телешоу комика «Отчет Кольбера». Банкиры и юристы Tesla настоятельно советовали ему воздержаться. В процессе подготовки к выходу на биржу наконец-то начался спокойный период, и любое неосторожное слово Маска могло привести к переоформлению документации и новым задержкам. Маска злили попытки его усмирить.

Он угрожал уволить всю команду, занимавшуюся размещением акций, и в довершение всего организовал собственное роуд-шоу по Восточному побережью для потенциальных инвесторов. Когда банкиры попросили Маска пересказать подготовленную речь, тот отказался. Ему было наплевать на их мнение. В конце концов был достигнут компромисс. Маска убедили в том, что сотрудники банковских отделов продаж должны знать его речь, чтобы работать с потенциальными инвесторами Tesla.

Обычное роуд-шоу Маска не интересовало: сдержанные выступления частной компании, которая жаждет стать достоянием общественности; конференц-залы, забитые инвесторами; презентации PowerPoints. Все это уже было. Маск хотел, чтобы инвесторы получили истинное представление об автомобилях будущего. Так, Марк Голдберг неделями добивался разрешения на демонтаж стеклянных дверей в офисном здании Morgan Stanley на Таймс-сквер, чтобы занести Model S в холл. Для особо важных инвесторов также были организованы тест-драйвы в магазине неподалеку. Голдберг вспоминает: «Никогда еще не видел таких довольных инвесторов с улыбками до ушей».

Презентация также привлекла тех, кто мечтал увидеть Маска лично. Он еще был не так знаменит, как станет в будущем, но уже завоевал репутацию бунтаря в мире технологий.

Презентация также привлекла тех, кто мечтал увидеть Маска лично. Он еще был не так знаменит, как станет в будущем, но уже завоевал репутацию бунтаря в мире технологий. Летом того года он начал использовать маркетинговые возможности новой социальной медиаплатформы Твиттер, в которой можно отправлять посты до 140 символов прямо со своего смартфона. Во время своей презентации Маск призвал инвесторов взглянуть на Tesla по-другому: «Думайте о нас как об Apple или Google, а не как о GM или Ford».

Чтобы подчеркнуть эту мысль, он показал слайд со штаб-квартирой Tesla в Кремниевой долине в окружении технологических гигантов. Несмотря на удаленность от Детройта, он хотел использовать связи с Daimler и Toyota для поддержки репутации Tesla. Маск отметил, что Daimler когда-то изобрел автомобиль, а теперь обращается за помощью к Tesla. «Это, как если бы Гутенберг попросил сделать для него печатный станок», – пошутил Маск.

Очевидно, что многих инвесторов интересовал один вопрос: как Маск будет совмещать работу генерального директора сразу двух компаний: Tesla и SpaceX, не говоря уже о роли председателя совета директоров Solar City? Каждый раз, когда Маск слышал подобный вопрос, он злился и потом винил Ахуджу и его команду в том, что они плохо информируют публику, раз в зале возникают такие глупые вопросы.

Те же, кто проникся идеями Tesla, могли переосмыслить облик автомобильной промышленности. Аналитик банка Morgan Stanley Адам Джонас начал свою карьеру под влиянием Стива Гирски, признанного авторитета в отрасли, а после банкротства и реорганизации компании General Motors вошел в ее совет директоров. Представления Маска настолько взволновали Джонаса, что он вернулся в США из лондонской командировки.

Его работа заключалась в наблюдении за автомобильными компаниями, чтобы давать инвесторам беспристрастные рекомендации. Он изучал финансовые показатели и место компаний в отрасли, регулярно публикуя заметки о положении дел и оптимальной цене на акции. Джонас считал, что со временем стоимость акций Tesla может вырасти до 70 долларов за штуку. Это был весьма оптимистичный прогноз.

Мнение такого эксперта, как Джонс, формировало представление людей о результатах деятельности компании. Оправдает ли она ожидания или нет? Ответ на этот вопрос способен повлиять на цену акций, либо снижая ее в случае провалов, либо, наоборот, повышая, когда дела идут хорошо.

Джонс видел потенциал компании в том, что она спустилась от сегмента люксовых спорткаров к автомобилям для массового потребителя. При этом он предупреждал инвесторов, что экономическая независимость компании в долгосрочной перспективе может быть достигнута только благодаря давней цели Маска – выпустить электромобиль по цене около 30 тысяч долларов. Риски были велики. Джонс говорил, что оплошности и задержки в выпуске Model S могут помешать реализации этой цели, равно как и выход на рынок электромобилей более опытных автопроизводителей.

«Как это нередко бывает с начинающими компаниями, самый большой вопрос заключается в том, сможет ли Tesla оставаться платежеспособной достаточно долго, чтобы извлечь выгоду из предстоящих технологических прорывов», – написал Джонас в финансовом отчете для инвесторов после нескольких месяцев изучения деятельности Tesla. При худшем варианте развития событий акции компании могут полностью обесцениться.

Потенциальные инвесторы в основном разделились на три лагеря. В первом спрашивали, зачем покупать акции Tesla, пока компания не доказала, что может построить Model S. Во втором считали, что сейчас самое время покупать, потому что как только Tesla докажет свою состоятельность, акции тут же взлетят в цене. А в третьем были необычные инвесторы. Перед выходом на биржу Маск настоял на том, чтобы банки выделили кучу акций для продажи первым покупателям Roadster. Это позволит им приобрести долю в компании, которую они и так поддержали как покупатели. Своеобразное признание того, что без их терпения и поддержки не было бы Tesla. Такие люди долгие годы будут защищать компанию, подпевая каждому действию Маска, словно хор в древнегреческом театре.

Очаровав инвесторов перспективами Tesla, Маск встретился с финансистами, чтобы обсудить первоначальную цену акций. Банкиры рекомендовали начать с 15 долларов за штуку. «Нет. Выше!» – ответил Маск.

Голдберг начал заниматься организацией первичного размещения акций совсем недавно, но за три года своей работы ни разу не видел, чтобы генеральный директор так настаивал на повышении цены. Ведь банкиры из Goldman Sachs и Morgan Stanley были профессионалами своего дела. И сейчас они были шокированы. В ходе телефонного разговора группа банкиров отключила звук, чтобы отвести душу в крепких выражениях и решить, что делать дальше. Кем он себя возомнил? Как его переубедить? Неужели вся эта затея провалится? Не слишком ли поздно отступить?

В конце концов они поняли, что зашли слишком далеко, чтобы отказываться. Маск держал их в кулаке, и, наблюдая за ним уже несколько месяцев, финансисты понимали, что, не получив желаемого, он может просто развернуться и уйти. А он хотел самого главного дивиденда от выхода на биржу – денег. До этого момента Маск всегда оказывался прав, так что банкиры установили ту цену, которую он просил.

В конечном итоге акции были оценены в 17 долларов за штуку. По такой стоимости компания привлекла бы 226 миллионов долларов, столь необходимых для развивающегося автопроизводителя. В день размещения акций Tesla, Маск и его команда приехали на своих Roadster в нижний Манхэттен на фондовую биржу NASDAQ[23]. Вместе с Маском была его девушка и будущая вторая жена Талула Райли, с которой он познакомился в лондонском ночном клубе за два года до этого.

Инвестор торжественно объявил о начале торгов. В тот же день акции Tesla выросли на 41 %. Маск вышел на улицу, чтобы дать интервью давнему автообозревателю телекомпании CNBC Филу ЛеБо, который не стал церемониться с только что коронованным руководителем публичной компании и прямо спросил, когда Tesla получит первую прибыль, подчеркнув, что многие в отрасли сомневаются в обещанных объемах производства Model S. «Пришла пора позитивнее смотреть на будущее нашей компании. В конце концов, мы каждый раз доказывали, что критики ошибаются насчет Tesla. Когда-то эксперты должны понять, что они попросту заблуждались», – ответил Маск со свойственной ему напыщенностью.

Затем они вместе с Ахуджей помчались к самолету Маска, чтобы успеть во Фримонт на вечеринку в недавно приобретенном заводе компании. Ахуджа наблюдал за тем, как разливают шампанское в бокалы сотрудников. Этот день стал кульминацией не только месяцев подготовки, но и многих лет работы: Tesla успешно вышла на биржу. Для стартапа это весьма знаменательное событие.

Маск поднял бокал за это событие, его тост был краток: «К черту нефть!»

Глава 12

Почти Apple

Диаграммы говорили сами за себя: в неделю Tesla продавала лишь несколько автомобилей Roadster. Как-то раз Зак Эдсон, директор по планированию, представлял Маску статистику в штаб-квартире Tesla. Генеральный директор ответил: «И это вы называете продажами? Уж лучше в зоопарке на голозадых обезьян смотреть, чем на эти цифры». Остальные в комнате еле сдержали смех.

Однако это легкомысленное замечание отражало нарастающую проблему компании. Первые семь лет существования Tesla в основном сосредоточивалась на создании Roadster: проектировании, разработке, поиске деталей и, наконец, сборке автомобиля. В 2010 году все должно было измениться – на первый план выходили продажи. У команды Tesla было мало опыта в этой области, но нужно было поскорее его приобрести.

Презентация автомобиля в 2006 году вызвала интерес у первых покупателей, после чего в 2008 году компания открыла несколько собственных салонов, ставших визитной карточкой для поклонников стартапа, в основном из Калифорнии и других богатых районов за ее пределами. Повышение цен в 2009 году помогло компании покрыть свои расходы, хотя для некоторых покупателей такой ход стал сюрпризом. Впрочем, это не вызвало особых трудностей, так как по сравнению с обычными клиентами, ранних фанатов компании цена не сильно заботила. По сути, автомобиль продал себя сам.

В 2010 году проблема была в том, что список предзаказов на Roadster закончился, а новые продажи шли не так гладко. Из 2500 автомобилей, на производство которых Tesla заключила контракт с Lotus, еще предстояло найти владельцев для 1500 электрокаров. А для того, чтобы окупить разработку Model S, нужно было распродать все оставшиеся Roadster. Маск рассчитывал на эти деньги для покрытия текущих расходов компании по выпуску на рынок нового автомобиля. По сравнению с прошлым периодом доходы в четвертом квартале 2009 года упали на 60 %. Инвестиции и публичное размещение акций несколько смягчили финансовую напряженность, но если половина автомобилей прошлой модели останется непроданной, то как убедить клиентов, что следующая станет народным хитом? Нужно было что-то менять. Но что?

Будучи любителем дорогих машин, Маск считал, что многое знает о продажах в автомобильном бизнесе. Навязывание продукта путем надоедливой рекламы Маска не интересовало. Его прошлый проект PayPal достиг успеха на основе вирусного маркетинга, когда довольные услугами покупатели рассказывали о сервисе своим друзьям и родственникам. Такой подход Маск хотел применить и в Tesla. Продавать продукт должно его качество. А если с продажами что-то не так, значит, и продукт далек от совершенства. Придерживаясь таких принципов, Маск не уделял особого внимания организации продаж, которые казались ему скучными.

В поисках решения он обратился к члену совета директоров Антонио Грасиасу и своему деловому партнеру по компании Valor Тиму Уоткинсу, мастеру на все руки, который носил все черное, ходил с рюкзаком и собирал волосы в хвост. Вместе они когда-то решили вопрос непомерно высокой стоимости Roadster и устранили проблему с цепочкой поставок компании. В ходе работы троица прониклась глубоким взаимным уважением.

Поначалу могло показаться, что проблема в узнаваемости бренда, но данные говорили о другом. Проведя расследование, Уоткинс обнаружил, что интерес к Tesla велик – у компании было 300 тысяч потенциальных покупателей, благодаря известности проекта и самого Маска. Но вот продать им машины почему-то не получалось.

Теория Грасиаса и Уоткинса заключалась в том, что компания должна сосредоточиться на «моменте продажи», когда клиент принимает решение о покупке. По их мнению, это происходит не когда выписывается чек, а немного раньше – когда клиент чувствует эмоциональную связь с автомобилем. Оба были уверены, что ключевой фактор успешной продажи – это тест-драйв. Если вернуться к поездке Мартина Эберхарда на tzero в AC Propulsion и к прототипу Lotus для продажи инвесторам на Сэнд-Хилл-роуд, то крутящий момент электромотора давал такое возбуждение, которое не могли повторить никакие рекламные тексты и звонки. Покупателя нужно посадить за руль.

К 2010 году Tesla открыла чуть более десяти автосалонов, и в планах было открытие еще пятидесяти. Изучив особенности организации продаж, Уоткинс предложил альтернативу, утверждая, что следует пока отложить открытие точек продаж и сосредоточиться на проведении тест-драйвов. Для Уоткинса и Грасиаса математика была проста. Если вероятность того, что кто-то купит автомобиль, увеличивается после пробной поездки, то Tesla должна сконцентрироваться именно на этом.

Розничные автосалоны занимали слишком небольшую территорию, требуя недвижимости и постоянного персонала. В таких условиях трудно организовать продолжительные и продуманные тест-драйвы.

Грасиас и Уоткинс приступили к набору мобильной команды продаж Tesla. Они выискивали нужных людей на маркетинговых мероприятиях, а затем связывались с ними, предлагая работу. Проводили собеседования с потенциальными кандидатами, часто отказываясь от опытных продавцов в пользу молодых людей, только что окончивших колледж, которых привлекала экологическая политика компании. Грасиас, в частности, ориентировался на спортсменов, поскольку они привыкли работать в команде.

Новые сотрудники – более тридцати человек за первые двенадцать месяцев – проходили программу обучения под руководством Уоткинса. В первый месяц работы каждый из новобранцев обзванивал около 3000 потенциальных клиентов, а затем отправлялся в другой регион страны. Вместо стандартных продающих приемов – предлагать кредитование или допродажи, их обучали подробно рассказывать о технических возможностях автомобиля.

Продавать продукт должно его качество. А если с продажами что-то не так, значит, и продукт далек от совершенства. Придерживаясь таких принципов, Маск не уделял особого внимания организации продаж, которые казались ему скучными.

Каждые выходные по всей стране маркетинговая команда уже проводила мероприятия по рекламе автомобиля, и Грасиас с Уоткинсом хотели, чтобы их новобранцы активно в них участвовали. Бывало, за пару дней продавцам удавалось заманить на тест-драйв тысячу потенциальных покупателей. Все сотрудники отдела продаж получили сценарий, и после каждого тест-драйва должны были оценить вероятность того, что клиент в итоге совершит покупку. Таким образом, команда могла расставить приоритеты при заключении сделки, особенно учитывая, что на тот момент Tesla могла выпускать только около пятидесяти Roadster в месяц.

Одним из первых нанятых сотрудников была Мики Софер, выпускница Стэнфорда, а ее первой потенциальной покупательницей стала Бонни Норман, руководительница Intel. Даму в возрасте 57 лет заинтересовало, чем Model S заслужила такое внимание прессы. Одним субботним днем для Норман организовали тест-драйв Roadster. До этого женщина ездила на Porsche и BMW, но недавно, из этических соображений, перешла на Toyota Prius – точь-в-точь типичный покупатель, которого представлял себе еще Мартин Эберхард.

В тест-драйве ничего сложного не было. Софер отдала ключи от машины клиентке и села рядом с ней, чтобы отвечать на возникшие вопросы. Говорила она мало, чтобы не мешать Норман наслаждаться поездкой. Женщина удивилась, что на таком автомобиле можно получить штраф за превышение скорости. Когда тест-драйв подошел к концу, Софер не стала ничего рекламировать, а сразу перешла к техническим деталям: машина может проехать больше 300 км, но, учитывая агрессивный стиль вождения клиентки, цифра будет варьироваться. После чего Норман просто спросила, как ей оформить покупку.

Подход сработал. После внедрения системы Уоткинса и Грасиаса число квартальных предзаказов увеличилось в три раза. Но это было временное решение. Если Tesla хочет продавать больше, чем несколько сотен автомобилей в год (а сравнительно доступная Model S предназначалась именно для этого), нужно развивать свою сеть автосалонов.

Следя за тем, как стремительно растет число розничных центров Apple, Маск попросил своего помощника найти человека, отвечающего за эту работу.

Карьера Джорджа Бланкеншипа в розничной торговле началась после того, как он бросил Делавэрский университет. Сначала он подрабатывал менеджером магазина Gap в Ньюарке. Ему нравилось общаться с покупателями, тратя время на то, чтобы понять, чего они хотят и как их привлечь. Его команда побеждала во всевозможных конкурсах продаж компании – один из сотрудников даже получил автомобиль во время школьного сезона. Сам Бланкеншип мечтал когда-нибудь стать управляющим магазином, а затем и региональным менеджером.

Но он не умел следить за деталями, например, чтобы на полках магазина были все размеры и цвета. Когда руководство компании спросило, готов ли Бланкеншип к следующему шагу, его начальник отнесся к этой идее скептически: «Он никогда не станет управляющим. Слишком много времени тратит на покупателей и не следит за чистотой в магазине».

Однажды Бланкеншип увидел, как перед витриной остановились две женщины: «Хм. Tesla… Что это?» – спросила одна из них. «Какой-то новый итальянский ресторан», – ответила ей подруга.

Однако показатели продаж Бланкеншипа говорили об обратном. Вскоре он получил в распоряжение собственный магазин и доказал, что бывший начальник ошибался. В конце концов, Бланкеншипа перевели в отдел недвижимости, где он и провел большую часть карьеры, занимаясь активным расширением компании. Он стал известен тем, что умел быстро заключать сделки с торговыми центрами, понимая все тонкости внутренней политики, а также правила переговоров с застройщиком.

По мере продвижения по карьерной лестнице Бланкеншип сначала курировал дизайн и планирование магазинов, позже отвечал за недвижимость на Западном побережье, а затем занимался общей стратегией корпоративных магазинов – такая работа позволяла ему сосредоточиться на обслуживании покупателей. При этом он не забывал и о повседневной жизни магазина. Каждый рождественский сезон компания работала в полную силу – Бланкеншип выбирал магазин, где были нужны дополнительные руки, и работал там до позднего вечера в канун Рождества.

К двадцатой годовщине работы в компании он успел открыть 250 магазинов Gap. Вместе с женой Бланкеншип предвкушал скорый уход на пенсию и бесконечный отпуск на залитых солнцем пляжах Флориды. Однако неожиданный звонок от Стива Джобса из Apple заставил пару передумать. Бланкеншип пришел в технологическую корпорацию как раз перед выпуском первого iPod, когда Джобс уже переходил к стратегии создания собственных розничных магазинов. Каждый вторник утром он проводил с Джобсом три часа, планируя, каким должен быть магазин Apple. По всей стране Бланкеншип искал места, которые могли бы стать олицетворением «яблочной» компании. В итоге он помог компании открыть 150 магазинов, уже ставших культовыми, после чего ушел на пенсию и занялся консалтингом.

Именно тогда он получил электронное письмо от неугомонной помощницы Маска Мэри Бет Браун. Сначала Бланкеншип проигнорировал сообщение – работая в сфере недвижимости, он привык к нежелательным предложениям, как правило, от местных торговых центров. Однако Браун упорствовала, и одно из ее писем привлекло внимание Бланкеншипа: «Илон Маск хотел бы поговорить с вами о вашей работе в Apple. Пожалуйста, позвоните мне».

Он решил набрать указанный номер телефона. На том конце провода сразу ответила Браун и тут же соединила с Маском. В течение часа они говорили о компании, после чего Маск сказал, что хочет встретиться лично.

«Извините за настойчивость, но как насчет сегодняшнего вечера?» – спросил Маск.

«Да без проблем! – ответил Бланкеншип. – Только я сейчас во Флориде».

Тогда Маск спросил про следующий день: «Мы как раз завтра проводим презентацию для Обамы на мысе Канаверал».

Бланкеншип согласился. Разговаривать с Маском было интересно, а идея сделать что-то для помощи окружающей среде казалась привлекательной. Перед встречей Бланкеншип посмотрел фотографии торговых точек Tesla в интернете – большинство были бывшими автосалонами или, по крайней мере, выглядели так. Добраться до них можно было только на машине. Такая система работы совершенно не подходила Tesla.

Покупатели автомобилей обычно крайне преданны производителю, и большинство клиентов, купивших в 2010 году новую машину, выбрали ту же автомобильную марку, что и в прошлый раз. У некоторых компаний процент вернувшихся к ним покупателей был крайне высок – к примеру, у Ford Motor Co. он составлял 63 %. Перед Tesla стояла задача не просто убедить покупателя в надежности бренда, но и заставить его забыть обо всех остальных автопроизводителях. А то, что компания предлагала людям рискнуть, перейдя на новую технологию, только усложняло дело.

Вместо стандартных продающих приемов – предлагать кредитование или допродажи, их обучали подробно рассказывать о технических возможностях автомобиля.

Бланкеншип считал, что нужно подловить покупателей в тот момент, когда они еще не решились на приобретение нового автомобиля. Он хотел создать для потенциальных клиентов комфортные условия, чтобы привлечь внимание к бренду как можно большего числа людей. Бланкеншип вспомнил о своей работе с Джобсом. В 2001 году они открывали сеть магазинов Apple перед выпуском музыкального плеера iPod, когда компания решила перейти от персональных компьютеров к мобильным технологиям. Благодаря грамотному персоналу и открытому в магазинах консультационному отделу Genius Bar, им удалось открыть клиентам двери в цифровую эпоху.

Совет Бланкеншипа для Маска был прост: «Сделайте так же, как в Apple».

Первая встреча во Флориде прошла хорошо. За ней последовала поездка в Калифорнию для знакомства с командой и тест-драйва Roadster. Как и много раз прежде, это сыграло ключевую роль в принятии окончательного решения. Бланкеншип увидел в Tesla потенциал для перемен. Он вспомнил Apple в начале пути. Как и у Джобса, у Tesla был потрясающий продукт, который только и ждал своего выхода на рынок. Со своей стороны, Маск считал, что Бланкеншип способен повторить грандиозный успех, которого добился в Apple.

Те салоны, которые уже успела открыть компания Tesla, обычно обходились в полмиллиона долларов. К концу года Маск планировал удвоить количество торговых точек и открыть 50 автосалонов к началу продаж Model S в 2012 году. Поскольку Tesla не собиралась складировать инвентарь или держать в салоне много автомобилей, компания хотела сэкономить на площади помещения.

В итоге Бланкеншип согласился подписать договор. Он сосредоточится на открытии автосалонов Tesla по всему миру, в основном подыскивая места в элитных торговых центрах. Вероятно, их владельцы скептически отнеслись бы к автосалону на территории торгового комплекса, но авторитет Бланкеншипа открывал нужные двери.

В наследство Бланкеншипу достался важнейший ресурс, о котором Маск заботился с начала работы компании: преданная группа первых покупателей, фанатично следовавших за брендом. Бонни Норман, которая купила свой Roadster в конце 2010 года, была в их числе. После покупки она с удивлением обнаружила сообщество любителей Tesla в интернете. Они общались на сайте под названием Tesla Motors Club, обмениваясь советами и отвечая на вопросы новеньких. К примеру, Норман нашла там инструкцию, как подключить свой телефон к Bluetooth автомобиля. Она перешучивалась в комментариях с остальными автовладельцами, многие из которых не ожидали, что женщина заинтересуется электромобилями. В шутку Норман предлагала перекрасить машины в розовый. Эти люди стали основой пиар-стратегии Маска, который не хотел тратить деньги на телерекламу. По его мнению, маркетинг должен работать как сарафанное радио. Любящие компанию клиенты стали для Бланкеншипа авангардом, который продвигал компанию, пока он открывал автосалоны.

Когда Бланкеншип полноценно начал работать с Маском, то заметил не только его сходство со своим бывшим начальником, Стивом Джобсом, но и существенные различия. Джобс был внимателен ко всем аспектам ведения бизнеса. Вместе с основателем Apple Бланкеншип часами сидел на совещаниях, вникая в такие тонкости, как сорт древесины в ножках столов для демонстрации продукции или расположение, размер и форма отверстий для прокладки шнуров.

Тогда как Маск концентрировался на инженерных решениях и дизайне автомобиля, но на иные детали, вроде интерьера магазинов, внимания не обращал. Он просто хотел получить результат, как у Apple, а до сортов древесины для мебели в автосалоне ему дела не было. С Джобсом Бланкеншипу приходилось по нескольку раз обсуждать дизайн складских помещений в магазине, а Маску достаточно было показать несколько смоделированных изображений: «Так вот как это должно выглядеть?» – искренне удивлялся Маск.

Бланкеншип предложил украсить стены графикой и предусмотреть место для хранения одежды и брошюр. Строительство обойдется недорого – открытая планировка с автомобилем в центре зала. «Окей», – ответил Маск и оставил все как есть.

В отличие от коллег-инженеров, которым приходилось отстаивать каждое принятое решение, у Бланкеншипа была свобода действий. Маск доверял ему во всем, что касалось автосалонов. Бланкеншип знал, что неудача будет на его совести и придется за нее расплачиваться.

Почти через год после начала работы Бланкеншип открыл первый салон Tesla нового поколения в элитном торговом центре Сан-Хосе под названием Santana Row. В центре просторного магазина стоял Roadster в окружении дисплеев с информацией о достижениях Tesla и большого интерактивного монитора, позволяющего покупателям увидеть, как различные цвета покраски будут смотреться с кожаным салоном.

Продавцов в традиционном понимании в автосалонах не было. Вместо них Бланкеншип нанял специалистов, рассказывающих покупателям о новой технологии. Подобно Apple, которая открывала магазины, когда потребители еще не были хорошо знакомы с продукцией компании, Бланкеншип делал ставку на знакомство с брендом Tesla. А когда они решат купить новый автомобиль, дорога приведет их в автосалон калифорнийского стартапа.

«Мы меняем представление о покупке автомобиля и владении им, – сказал Бланкеншип в интервью газете San Jose Mercury News. – В обычном автосалоне цель дилера – продать вам машину, которая стоит на парковке. В Tesla мы продаем автомобиль, который вы создаете сами. После этого вас не нужно уговаривать – в этом и разница».

Вслед за Сан-Хосе он быстро открыл аналогичный салон к югу от Денвера, в престижном торговом центре Park Meadows. Посещаемость не разочаровала. В неделю в салон Сан-Хосе приходили от 5 до 6 тысяч человек – гораздо больше, чем прогнозировала команда Бланкеншипа. На волне популярности первого салона в Денвере цифры были еще выше – от 10 до 12 тысяч посетителей в неделю.

Дальше Бланкеншип нацелился на Техас, но в этом случае все было не так просто. В штате действовал закон, запрещавший прямые продажи автомобилей покупателям. Однако Маска это не останавливало. Просто нужно найти способ обойти это требование.

Вскоре после окончания очередной законодательной сессии в Техасе в мае 2011 года Бланкеншип отправился в Остин на встречу с чиновниками штата в надежде обойти законы о дилерстве. Он привез с собой Roadster, чтобы устроить функционерам пробную поездку. Бланкеншип знал, что, прокатившись по кварталу, неуступчивый бюрократ становится более сговорчивым.

Маск концентрировался на инженерных решениях и дизайне автомобиля, но на иные детали, вроде интерьера магазинов, внимания не обращал. Он просто хотел получить результат, как у Apple, а до сортов древесины для мебели в автосалоне ему дела не было.

Вместе с юристом Tesla Бланкеншип сидел в офисе штата, строчка за строчкой просматривая документы в поисках любой возможности. Они предложили открыть салон, который будет полностью образовательным – никаких продаж, только сотрудники, рассказывающие людям об электромобилях. Чиновник глянул на действующую формулировку закона: «Ну, здесь о таком ничего не написано».

«Значит, мы можем это сделать?»

«Что ж, нам придется…»

«Нет, нет, нет! – вмешался в разговор юрист Tesla. – Если этого нет в законе сейчас, то и на следующей неделе не появится».

Tesla удалось найти нужную лазейку. Теперь у них было целых два года, чтобы открыть в штате автосалон, прежде чем местное правительство сможет пересмотреть законодательство.

Бланкеншип не терял времени даром. Он приступил к разработке проекта, который назвал не салоном, а экспозицией. Как и в остальных случаях, в автосалоне были персонал и демонстрационные материалы, но устанавливать ценники в помещении нельзя. Если кого-то интересовала покупка автомобиля, то его направляли к компьютеру для ввода контактных данных, по которым с ним свяжется колл-центр в Колорадо. Согласно закону, автомобиль не мог физически находиться в штате до продажи, но это не стало проблемой для Tesla, так как в Техасе все равно не было складов. Чтобы получить свой автомобиль, покупателю приходилось ждать, пока его соберут. Только после получения чека от техасского клиента автомобиль мог въехать в штат и свободно перемещаться по территории Техаса.

Этот обходной путь был крайне полезен, поскольку, помимо Техаса, открыл дорогу к другим штатам со схожими законами. Благодаря нововведению Бланкеншипа, Tesla реализовала один из своих ранних принципов – отказ от дилерских центров в пользу прямых продаж.

Бланкеншип все больше верил, что компания движется в нужном направлении. Каждый вечер пятницы, прежде чем вместе с женой отправиться на ужин в стейкхаус неподалеку от автосалона Сан-Хосе, Бланкеншип заходил в выставочный зал Tesla, чтобы понаблюдать за покупателями. Он смотрел, как они останавливаются, глядя на огромные дисплеи на стенах, как записываются на тест-драйв и пользуются бесплатной зарядной станцией на парковке за салоном. А еще Бланкеншип прислушивался. Его внимание привлекла небольшая группа энтузиастов – возможно, они уже купили Roadster и с нетерпением ждали следующую модель.

Большая часть посетителей заходила из любопытства: «Почему здесь стоит машина?», «А это что такое?», «Это временный автосалон или постоянный?» Очевидно, далеко не все представляли себе, что такое электромобиль. А те, кто кое-что слышал, были полны предубеждений, скорее всего основанных на отзывах об EV1. Все это лишний раз убедило Бланкеншипа в необходимости просвещения нового поколения покупателей.

Tesla готовилась к открытию первой «экспозиции» в Хьюстоне. Бланкеншип вновь следил за тем, как люди останавливаются перед рекламными плакатами, обсуждая увиденное. Это помогало менеджеру понять, что они думают о бренде.

Правда, иногда у людей складывались неверные представления о компании. Однажды Бланкеншип увидел, как перед витриной остановились две женщины: «Хм. Tesla… Что это?» – спросила одна из них. «Какой-то новый итальянский ресторан», – ответила ей подруга.

Глава 13

50 долларов за акцию

Когда в 2011 году Питер Роулинсон приехал на автошоу в Детройте, на въезде в штат его встретил суровый январский мороз. По сравнению с теплой калифорнийской погодой такие условия были непривычными. Большую часть времени Роулинсон находился в Хоторне, где руководил технической работой Tesla. Его кабинет располагался прямо по соседству с офисом Маска в штаб-квартире SpaceX. Необходимость такого «тесного» сотрудничества обусловливалась двумя вещами. Они с Маском разрабатывали автомобиль, который должен заложить фундамент компании на долгие годы вперед. И более того, они строили целую культуру вокруг калифорнийского автопроизводителя. Выполнение этих задач могло стать ориентиром для целого поколения.

Роулинсон приближался в двухлетней годовщине работы в компании, а напряжение вокруг разработки Model S все нарастало. Тяжелый грипп, сваливший Роулинсона, был следствием изнурительного рабочего графика: он трудился с раннего утра до позднего вечера, прерываясь лишь на ужин, который подавали в отеле на Манхэттен-Бич, где руководители компании жили до переезда на север, поближе к заводу во Фримонте.

Прежде чем покинуть рабочие места, команда созванивалась с барменом отеля и делала заказ, чтобы успеть до закрытия ресторана. Потом они спускались со второго этажа, где находился офис SpaceX, и обсуждали за ужином прошедший день. За год до болезни Роулинсон повредил бедро, катаясь на лыжах с Дагом Рекхорном, вторым по важности управляющим, который курировал сборочное производство Tesla.

Сейчас Роулинсон хотел просто отлежаться в постели. Но неожиданно его вызвал Рикардо Рейес, руководитель отдела по связям с общественностью, и попросил выступить на пресс-конференции в Детройте, рассказав толпе журналистов со всего мира о новшествах Tesla. В перерывах между мероприятиями инженер отсыпался в гардеробной выставочного зала.

Роулинсон стал лицом инженерных разработок компании. Когда Tesla наняла Рейеса, ушедшего ради этой должности из Google, Маск поставил перед ним задачу сместить внимание общественности со своей персоны на автомобили, которые производит компания. По словам Маска, клиенты должны понять, что Tesla предлагает что-то новое. Безусловно, первое время люди будут настроены скептически: «Они станут задавать неудобные вопросы. Так и должно быть. А мы должны на эти вопросы грамотно отвечать».

Приверженность этим принципам и заставила Роулинсона выйти на сцену в Детройте и рассказать, как устроена платформа Model S – скелет автомобиля, скрывающийся под отполированным до блеска металлом. Он подробно рассказал о том, как команда инженеров стремилась использовать каждый сантиметр пространства максимально эффективно, так что в автомобиле будет много места, поскольку блок батарей перемещен под кузов, бензобак в задней части отсутствует, а под капотом нет двигателя. Роулинсон подчеркнул, что команда позаботилась и о безопасности.

Он также отметил разницу между Tesla и другими автопроизводителями на рынке. «Традиционно, индустрия разделяет сотрудников по специальностям: кто-то занимается кузовом, кто-то подвеской, – отвечал Роулинсону одному из репортеров. – Мы делаем все иначе и ориентируемся на процесс создания автомобиля в целом».

На этой выставке компания General Motors праздновала победу в престижном конкурсе «Автомобиль года в Северной Америке», которую получил гибридный седан Chevrolet Volt. На создание этой модели, которая начала поступать в автосалоны всего несколько месяцев назад, компанию вдохновила именно презентация Tesla Roadster в 2006 году. Хотя GM опередила калифорнийцев, выпустив свой седан раньше них, но когда команда Tesla увидела Volt вживую, то вздохнула с облегчением. По сравнению с тем, что готовили они, Volt казался обычной малолитражкой.

Когда Роулинсона спрашивали, что было самым трудным в работе над Model S, он сразу отвечал: подбор сотрудников. Их потребовалось больше, чем пара десятков человек, о которых он говорил Маску до этого. Но все же число работников было несравнимо меньше, чем называли другие соискатели на должность главного инженера. За два года Роулинсон лично провел собеседования с сотнями кандидатов, наняв в свою команду более ста человек.

Подход Роулинсона хорошо сочетался с подходом Маска. Тот тоже стремился найти лучших специалистов в каждой области – будь то дизайн или сварка, – а затем дать им свободу действий. Маск часто начинал собеседования с вопроса: «Делали вы что-то необычное?» Инженеров восхищала его способность вникать в тонкости их работы. А отрицательный ответ на этот вопрос быстро подводил собеседование к концу, и раздражение Маска выливалось на специалиста по найму, который прислал неподходящего кандидата.

Tesla собрала достаточно денег, чтобы оставаться на плаву и финансировать разработку Model S, но все еще нельзя было сказать, что компания может свободно распоряжаться средствами. По зарплатам Tesla хоть и могла сравниться с Детройтом, но стоимость жизни в Лос-Анджелесе или Пало-Альто брала свое. По сравнению с тем, что предлагали крупные технологические компании Кремниевой долины, заработок сотрудников автопроизводителя был откровенно низким.

Искать сотрудников и «продавать» им мечту Tesla пришлось рекрутерам, таким как Рик Авалос, который годами подбирал персонал для корпораций вроде Google. Кандидаты на работу в Tesla были разными: одних привлекала идея помочь окружающей среде, других – построить что-то уникальное. Авалос говорил соискателям, что компанию ждет невероятный успех. «Что, если однажды мы будем брать по 50 баксов за акцию?» – рассуждал он. В январе 2011 года, когда акции компании стоили около 25 долларов, что было ненамного лучше, чем годом ранее в конце первого дня выхода на биржу, такое предположение казалось почти фантастическим.

Маск часто начинал собеседования с вопроса: «Делали вы что-то необычное?» Инженеров восхищала его способностью вникать в тонкости их работы. А отрицательный ответ на этот вопрос быстро подводил собеседование к концу.

Высокая планка Маска при приеме на работу вынуждала рекрутеров гораздо лучше готовить кандидатов к собеседованиям. Например, один инженер разочаровал Маска, сказав, что алюминий для кузова – плохая идея, так как его слишком сложно и дорого сваривать. Как раз накануне Маск и Роулинсон окончательно договорились об использовании алюминия, чтобы уменьшить вес автомобиля и увеличить запас хода. Около 97 % конструкции машины будет алюминиевой, и лишь отдельные части – из высокопрочных сталей, например стойка, расположенная вдоль автомобиля, между передней и задней дверями. Планировалось штамповать алюминиевые детали своими силами. За незнание этой информации кандидата сразу отвергли.

Нанимая новых менеджеров и инженеров, Маск формировал особую корпоративную культуру, ориентируясь на свое представление о том, как должна работать Tesla. Он придерживался «метода первых принципов» – способа решения проблем, который, по словам Маска, взят из физики, а на деле вышел из трудов Аристотеля. Цель метода – дойти до фундаментальных идей, которые нельзя вывести из других предположений. С точки зрения Tesla, если все так делают, не обязательно, что это правильно (особенно если Маск хотел по-другому).

Но Маск также признавал, что, если идея не работает, нужно быстро придумать что-то новое. «Стремительное принятие решений может показаться хаотичным, но это не так, – уверен Маск. – Многим трудно понять, что отсутствие решения – это тоже решение. Лучше принимать больше решений, чаще ошибаясь, чем принимать мало решений, избегая ошибок. Ведь очевидно, что будущее правильное решение отменит предыдущее неправильное, при условии, что оно не было катастрофическим, а это случается редко».

Новые сотрудники быстро учились вещам, которым непредсказуемый по натуре Маск придавал особое значение. Теперь он пристально следил за расходами, пытаясь разобраться, что покупать, а что нет. Если инженеры компании хотели потратить деньги, то сначала спрашивали разрешения у Маска, попутно объясняя, зачем им это приобретение. Если повезет, инвестор сразу соглашался. Поначалу многие совершали одну и ту же ошибку, оправдывая расходы тем, что они вписываются в рамки установленного бюджета. Один из инженеров надолго запомнит ответ Маска: «Никогда больше не говори мне о бюджете, потому что это означает, что ты отключил свой мозг». Как правило, Маск соглашался на траты, если в них была необходимость, но хотел быть в ней уверен.

Пока команда Роулинсона работала в Хоторне, штаб-квартира компании оставалась на севере. Почти каждую неделю Маск летал из Лос-Анджелеса в Кремниевую долину на своем частном самолете (только за 2009 год он совершил 189 рейсов и суммарно провел в воздухе 518 часов). Если инженерам Ролинсона тоже нужно было на север, они писали помощнику Маска, чтобы узнать о свободных местах на борту. Главная сложность заключалась в том, чтобы прибыть в аэропорт раньше Маска, потому что, как только он садился в самолет, двери захлопывались и пилот начинал взлет. Бывало, Маск поднимался на борт, не говоря ни слова, полностью поглощенный смартфоном. В иные дни он был само очарование, вел увлекательные дискуссии о жизни на Марсе или предлагал сумасбродные идеи – например, соединить три ракеты Falcon 9 вместе, чтобы построить сверхтяжелый космический корабль (он назвал его Falcon 27).

Многим трудно понять, что отсутствие решения – это тоже решение. Лучше принимать больше решений, чаще ошибаясь, чем принимать мало решений, избегая ошибок. Ведь очевидно, что будущее правильное решение отменит предыдущее неправильное, при условии, что оно не было катастрофическим, а это случается редко.

Один из инженеров вспоминает, как во время полета решил посоветоваться с Маском о характеристиках подвески Model S. В команде много спорили о том, должен ли автомобиль быть более спортивным, как BMW, или с более мягким управлением, как Lexus. Поскольку Tesla строила свой электрокар с нуля, то это решение оставалось на усмотрение инженеров. Мнение Маска было простым: «Мне нужно продать хренову тучу машин. Если ваша подвеска позволит это сделать, значит мне она тоже подходит».

Возможно, это был не лучший день, чтобы расспрашивать Маска о таких вещах. А возможно Маск просто стремился расставить приоритеты. В конце концов, он управлял сразу двумя компаниями и не мог пристрастно обдумывать каждую деталь. Маск часто отпускал такие небрежные реплики, а в иные моменты какая-то деталь становилась его навязчивой идеей. В мире Tesla сотруднику ставят определенную задачу и дают полную свободу действий, пока однажды Маск не обратит на нее внимание.

Инженер, задавший вопрос, решил, что лучший способ сохранить карьеру в Tesla – избегать новых командировок с Маском – так сказать, не летать слишком близко к солнцу, чтобы не обжечься.

Когда команда Роулинсона работала над созданием Model S, один из ведущих специалистов, доставшийся Роулинсону от его предшественника, представил Маску план определения приоритетных функций автомобиля. Он сказал, что GM и Ford работают по схожему принципу. Например, при разработке Ford Fusion компания собрала все данные о конкурирующих автомобилях, проранжировала каждую функцию, затем решила, какой именно показатель она хочет превзойти, а при необходимости пошла бы на компромисс.

Маск терпеливо слушал эту речь двадцать минут, а затем резко прервал докладчика: «Это самая глупая вещь, которую я когда-либо слышал, – сказал он, прежде чем выйти из конференц-зала. – Даже не пытайся рассказывать мне что-то подобное еще раз». Маск не хотел выбирать что-то одно, для него было приоритетно все.

Примерно через неделю того менеджера уволили, но это не было чем-то необычным: в команде была большая текучка кадров, что обычно объяснялось либо тяжелым финансовым положением компании, либо невозможностью донести инженерную мысль из Детройта в штаб-квартиру Tesla. Маск собрал вместе оставшихся коллег ушедшего руководителя. «Послушайте, они хорошие инженеры, просто недостаточно хороши для нашей компании», – сказал он.

В то время как Роулинсон обосновался в Хоторне, Джей Би Страубел и его команда по производству батарей оставались в Кремниевой долине. В 2010 году, перед выходом на биржу, Tesla переехала в свою новую штаб-квартиру в Пало-Альто. Вдали от Роулинсона и его сотрудников команда Страубела развивала собственную культуру. Это был настоящий оплот стабильности. Многие из тех, кого Страубел нанял на первых порах, благодаря связям в Стэнфорде, остались работать в компании, заняв новые должности или развив свои профессиональные навыки в области аккумуляторов.

Инженер, задавший вопрос, решил, что лучший способ сохранить карьеру в Tesla – избегать новых командировок с Маском – так сказать, не летать слишком близко к солнцу, чтобы не обжечься.

Успех Roadster в сочетании с настойчивостью Курта Келти открыл компании двери в Японии. Страубел упрекал Келти, что тот до сих пор пытается договориться с Panasonic, часто ездя в Японию. Особенно учитывая, что Tesla уже нашла партнера в лице Sanyo (не говоря о письме Panasonic, в котором представители компании сообщали, что не намерены сотрудничать с Tesla). Но Келти по-прежнему верил, что качество батарей Panasonic стоит того, чтобы добиваться их расположения – по сравнению с Sanyo их аккумуляторы вмещали гораздо больше энергии.

Так, в поисках соглашения с Panasonic, Келти оказался в зале переговоров со своим бывшем руководителем – Наото Ногучи, который теперь стоял во главе подразделения компании, отвечающего за аккумуляторы. Ногучи много курил, отчего стены вокруг пожелетли. Келти сидел на коленях перед традиционным японским столиком на коротких ножках, пытаясь удержать свой ноутбук. Данные продолжающихся испытаний и результаты реальной эксплуатации Roadster позволили Келти продемонстрировать, как работает их система аккумуляторных батарей. В частности, он мог заявить, что ни один Roadster не загорелся от теплового выброса.

Келти повезло, и Ногучи согласился предоставить Tesla аккумуляторные элементы для проведения тестов. В том году Ногучи побывал в штаб-квартире Tesla вместе с Йоши Ямадой, ответственным за американское направление в Panasonic. Их интерес к калифорнийскому стартапу появился как раз тогда, когда Panasonic находился на стадии поглощения Sanyo (к декабрю 2009 года они завладели контрольным пакетом акций).

По щелчку пальцев сотрудничество Tesla и Panasonic стало реальностью. Производитель был рад стать частью громкого стартапа в Кремниевой долине и согласился поставлять элементы питания для Model S. Более того, Келти и Страубел предложили Panasonic инвестировать в Tesla, которая все еще нуждалась в средствах. Японская компания согласилась вложить 30 миллионов долларов.

Несмотря на успехи, команде Страубела еще предстояло повзрослеть. Tesla больше не была маленьким стартапом, переделывающим автомобили Lotus в электрокары, опираясь на опыт британских коллег. Теперь Tesla планировала производить тысячи седанов Model S в год – без чьей-либо помощи. Инженеры уже имели представление о том, каково это, когда делали аккумуляторные блоки для Roadster. А также когда собирали компоненты, которые Tesla планировала продавать Daimler и Toyota в рамках жизненно важных сделок, подписанных Маском годом ранее. Это сотрудничество и его влияние на развитие корпоративной культуры Tesla сыграют для компании даже большую роль, чем вырученные деньги.

Хотя Акио Тойода с Илоном Маском уже праздновали предварительное соглашение о совместной работе двух компаний над электрокарами, обсуждение деталей сделки было далеко от завершения. Предполагалось, что Tesla будет оснащать популярный компактный кроссовер Toyota RAV 4 электрическими трансмиссиями, которые стартап начал производить для Smart компании Daimler. Но для команды инженеров, которым поручили это задание, все было не так однозначно.

Для электромобиля Smart Страубелу пришлось переделать силовой агрегат Roadster так, чтобы он поместился в крошечный двухместный автомобиль. Теперь Маск хотел, чтобы Страубел с небольшой командой сделал то же самое, но для более крупного автомобиля, одновременно продолжая работать над аккумуляторными блоками для Daimler, а также разрабатывая новый силовой агрегат для Model S.

Команда Страубела предполагала, что они просто передадут трансмиссии своим деловым партнерам. Но сотрудники Toyota, не имевшие опыта работы с технологией литий-ионных батарей, рассчитывали на помощь в разработке электрокара RAV 4 с нуля. Некоторые инженеры Tesla задумались, не хочет ли Toyota украсть их технологическое ноу-хау.

Культурные различия тоже давали о себе знать. Это стало понятно на первых совместных встречах двух команд. К примеру, Грег Бернас, который в Toyota ранее работал над другой моделью, специально для обсуждений приобрел учебник по основам разработки электромобилей. В то же время один из инженеров Tesla носил на встречи губную гармошку, чтобы играть на ней в перерывах.

Потребовались месяцы переговоров, прежде чем все были готовы приступить к работе. Поскольку у них было всего двадцать месяцев на создание автомобиля, Toyota согласилась использовать старую платформу RAV 4, избежав кучи испытаний и тестов, которые по корпоративным правилам требовались для выпуска машины на новой платформе.

В Toyota не привыкли к тому, что Tesla вносит изменения «на лету», например, в аккумуляторный блок и управляющее им программное обеспечение. Во время испытаний в холодную погоду на Аляске они пытались определить, почему прототип автомобиля вибрирует на скользкой дороге. Инженеры Tesla постучали по клавишам своих ноутбуков, корректируя алгоритмы управления тягой автомобиля, и решили проблему за несколько часов, вместо того чтобы возвращать данные в лабораторию для дальнейшего изучения.

Хотя скорость и впечатлила руководителей Toyota, они были недовольны качеством полученной продукции. Демонстрационный автомобиль, привезенный для автошоу в Лос-Анджелесе в 2011 году, привел управляющих в ярость. Новость о том, что Tesla прислала некачественный внедорожник застигла одного из руководителей Toyota на вечеринке по случаю футбольного матча Мичиганского университета. Машина выглядела неопрятно, что для такой компании, как Toyota, непозволительно, особенно если они собирались показать ее публике. Прямо с вечеринки менеджер позвонил в Tesla. «Что это за чертовщина?!» – рявкнул он в трубку и потребовал, чтобы инженеры Tesla встретились с ним в Лос-Анджелесе на следующий день для устранения неполадок.

Одной из основных причин для конфликтов стал подход Tesla к тестированию своих трансмиссий. К ужасу Toyota, инженеры Tesla сообщили, что верят поставщикам на слово – если те сказали, что детали соответствуют требованиям, значит так оно и есть. Никаких испытаний по контролю качества, чтобы гарантировать долгий срок службы запчастей при эксплуатации, в Tesla не проводили. В мире автомобилестроения такой подход недопустим.

Несмотря на всю головную боль, команда Tesla получила полезный урок того, как разработать силовой агрегат, способный обеспечить не только мощь, но и долговечность в реальных условиях. Оказывая помощь Toyota в работе над RAV 4, Страубел и его коллеги получили незапланированные результаты в виде знаний, которые сразу внедрили в Model S.

В Хоторне, в одном из промышленных зданий рядом со штаб-квартирой SpaceX, Илон Маск открыл новую дизайн-студию Tesla. Он выбрал старый самолетный ангар, который несколькими годами ранее был переоборудован в баскетбольную площадку. Благодаря такому соседству, Маск мог легко пробраться из SpaceX, чтобы посмотреть, над чем работает команда главного дизайнера Франца фон Хольцхаузена.

В 2011 году, даже учитывая, что Model S все еще находилась в разработке, компания начала строить планы насчет следующей модели. Долгое время Маск мечтал создать автомобиль третьего поколения, доступный широкому потребителю, но пока было слишком много препятствий для его выпуска на рынок. Если продавать всего 20 тысяч седанов Model S в год, это не приведет к достаточному росту доходов и узнаваемости бренда.

Автомобили создавались по образу и подобию Маска. Осталось выяснить, разделят ли покупатели его видение.

Поэтому команда Tesla просчитывала альтернативные варианты. Они могли бы использовать платформу Model S для производства разных типов автомобилей, к примеру фургона или кроссовера. Это позволит сэкономить на комплектующих и оснастке, распределив затраты по разработке на большее количество продаваемых автомобилей. Крупные автопроизводители годами работали по такой схеме – например, таким же образом восемь лет назад был построен Roadster, платформу для которого предоставил Lotus. Это помогло снизить расходы калифорнийского производителя и одновременно компенсировало часть затрат Lotus.

Но прошлый опыт многому научил. Во время разработки Roadster Маск внес так много изменений в оригинальную платформу Elise, что стоимость получившегося автомобиля оказалась гораздо выше, чем предсказывалось ранее. Его требования к машине, которую планировалось производить на основе Model S, грозили повторением этого сценария.

Следующая модель, которую Маск назвал Model X, должна была стать семейным автомобилем с тремя рядами сидений. При обсуждении нового проекта большое значение имел личный опыт Маска. Пятеро детей инвестора росли, и он все чаще отдавал предпочтение кроссоверам. Дизайнеры и инженеры держали в голове этот факт, поскольку Маск частенько жаловался на неудобства, связанные с перевозкой его большого семейства.

У Маска было несколько конкретных идей. Во-первых, он хотел облегчить процесс размещения детей на втором ряду. Сдвижная дверь минивэна может открываться дальше, чем у внедорожника, но все равно трудно посадить ребенка в автокресло, не ударившись головой о крышу, особенно для Маска с ростом 180 см. Другой проблемой был третий ряд сидений. Маск рассказал, как он рассаживает детей в машине. Сначала размещает младших детей в креслах безопасности на втором ряду, чтобы иметь возможность присматривать за ними спереди, а старших близнецов сажает на третий ряд. Но Маск не хотел, чтобы Tesla X была похожа на Audi Q7, где, пробираясь через второй ряд на третий, нужно было извернуться не хуже гимнаста.

Команда представила, что будущий кроссовер по дизайну будет похож на Model S с ее плавными изгибами, но задние двери будут открываться вверх, словно крылья птицы (немного похоже на DeLorean из фильма «Назад в будущее»). Такое решение позволит сделать большой дверной проем, чтобы Маск мог усаживать своих детей стоя. Теоретически, благодаря таким дверям, проем был бы настолько большим, что можно пройти на второй и третий ряды сразу. Инженеры создали макеты конструкции, чтобы Маск мог вживую увидеть и потрогать задние двери. Он сразу заявил, что проем слишком мал. Маск хотел добираться на задний ряд без малейших сложностей. В итоге, чтобы вместить такой дверной проем, нарисованный концепт-кар становился все длиннее и длиннее.

На разработку автомобиля влияет множество факторов. У конкурентов Tesla дизайнеры и инженеры мучительно долго ждали, пока бюрократические структуры согласуют проект на разных уровнях, от маркетинга до финансов, не говоря уже о высшем руководстве и его предложениях, поступающих в последнюю минуту. В Tesla решающий голос был у Маска и только у него. Один из ранних примеров – его жесткая позиция по поводу качества приборной панели, когда компанией руководил Мартин Эберхард.

В зависимости от настроения генерального директора главной шуткой были планы Маска на обед: кого он сожрет на этой неделе?

Дизайнерские решения в Model S также напрямую зависели от вкусов Маска. Например, из-за своего роста он сидит немного выше над рулем, чем среднестатистический водитель. Поэтому Маск заставил инженеров расположить солнцезащитные козырьки соответственно уровню своих глаз, несмотря на возражения сотрудников, считавших, что обычным людям так ездить будет неудобно. Или, например, Маск редко возил с собой что-то, кроме телефона – все необходимое было у его помощника. Поэтому не хотел загромождать приборную панель ящиками для хранения. Вместо этого команда проложила между двумя передними сиденьями автомобиля ковровое покрытие с небольшими перегородками, образующими желоб для мелочей.

Маск повлиял даже на расположение внешнего разъема для зарядки, чтобы машину было удобно заряжать в его собственном гараже. Большинство американских водителей паркуются носовой частью автомобиля, так что разместить разъем в передней части казалось дизайнерам логичным решение. Но Маск парковался иначе, так что зарядка расположилась сзади.

Автомобили создавались по образу и подобию Маска. Осталось выяснить, разделят ли покупатели его видение.

Даже после выхода на биржу и партнерства с крупными автопроизводителями в 2011 году стало до боли ясно, что у Tesla не хватит денег на выпуск Model S. Требовалось дополнительное финансирование. Штат Tesla вырос до свыше 1400 сотрудников, в основном в северной Калифорнии, и компания спешила оснастить завод дорогим оборудованием для сборки Model S. При этом продажи Roadster закончились в том же году после завершения срока действия контракта. Это означало, что единственным источником поступления денег были сделки с Daimler и Toyota.

Команда Роулинсона искала способы сэкономить каждый цент. Они проводили бесчисленные компьютерные симуляции, чтобы понять аэродинамику автомобиля и то, как она повлияет на характеристики. Затем они арендовали аэродинамическую трубу Chrysler за 150 или 200 тысяч долларов, приходили туда в субботу вечером и оставались до утра понедельника, чтобы посмотреть, как автомобиль работает в реальных условиях.

Команда столкнулась с проблемой изготовления люка на крыше, чтобы он соответствовал требованиям Маска. Поставщики либо просили больше, чем Tesla могла себе позволить, либо предлагали некачественные варианты. Разозлившись, Маск приказал нанять дизайнеров у поставщиков люка и сделать его своими силами, решив, что так будет дешевле.

И все же Роулинсон доработал автомобиль до готовности пройти все важнейшие краш-тесты. Каждая машина стоила 2 миллиона долларов, но ничего не поделать – пришлось отправить эти «бриллианты на колесах» на аварийные испытания, чтобы с разбегу крошить их о разные препятствия. В ходе тестов команда обнаружила, что алюминиевая сварка держится не так крепко, как задумывалось. При ударе вся конструкция разлеталась на части. Потребовалась доработка дизайна, что увеличило сроки и расходы и усилило давление на Роулинсона, поскольку Маск нависал над ним во время каждого испытания.

Роулинсон не единственный, кто чувствовал витающее в воздухе напряжение. Команду руководителей Tesla объединял мрачный юмор. Каждый вторник Маск, который распределял свое время между Хоторном и Пало-Альто, в начале рабочего дня проводил заседание исполнительного комитета, которое часто затягивалось до обеденного перерыва. В зависимости от настроения генерального директора главной шуткой были планы Маска на обед: кого он сожрет на этой неделе?

Все чаще в меню на обед оказывался Роулинсон – именно он вызывал все большее раздражение Маска. Те, кто работал на Роулинсона в Хоторне, не могли этого не заметить, подслушивая его разговоры с генеральным директором, а затем ощущая последствия пожара, который разгорался в душе их начальника. Во время одного из споров раздражение Маска на Роулинсона вырвалось наружу. Маск, обладающий крепким телосложением, нависал над Роулинсоном и, тыча ему пальцем в грудь, кричал: «Я тебе не верю!»

Их отношения выматывали Роулинсона, который к тому же беспокоился о больной матери в Великобритании. Ее здоровье ухудшилось, и, не имея никого, кто мог бы помочь, он пытался организовать уход за ней, находясь на другом конце света.

Свои проблемы были и у Маска. Его отношения с Талулой Райли были на грани распада. В 2010 году они сыграли свадьбу, но последние месяцы жили раздельно. Редкие свободные часы Маск проводил в подвале своего огромного особняка в Бель-Эйр в стиле ар-нуво. Там он в основном играл в BioShock, антиутопическую видеоигру, основанную на идеологии Айн Рэнд. На рождественской вечеринке Tesla Маска видели лежащим без сознания на бильярдном столе одной из комнат, вход в которую преграждал его брат Кимбал.

Роулинсон и Маск спорили по поводу множества вещей. Но прежде всего по поводу решения Хенрика Фискера, ставшего конкурентом Tesla. Еще в начале работы над Model S именно он предложил идею, после внедрения которой машину шутливо обозвали «белым китом». Речь идет о размещении блока батарей под автомобилем, что существенно увеличивало его высоту. Чтобы сделать машину не такой выпуклой, Франц фон Хольцхаузен, нынешний дизайнер компании, растянул форму электрокара, что позволило распределить аккумуляторные элементы по всей площади днища. Благодаря этому, линия крыши кузова стала ниже, а сама Model S выглядела как элегантный седан, а не как среднегабаритный автомобиль, куда Фискер попытался впихнуть все, что можно.

Но все же Маск продолжал волноваться из-за выпуклости на крыше, считая, что она слишком заметна. Он попросил Роулинсона сделать блок батарей как можно тоньше. Но главный инженер ответил, что слишком тонкая конструкция будет уязвима для дорожного мусора, который может пробить аккумуляторы при езде. Они продолжали спорить из-за каких-то миллиметров, но в конце концов Роулинсон сдался. Он пообещал Маску уменьшить нижнюю часть настолько, насколько хочет генеральный директор. И солгал.

Команда Роулинсона усердно работала и над Model X, придумав, как воплотить в жизнь задние чудо-двери. Инженеры изучили двери в форме крыльев чайки, которые использовали в Mercedes (один из предлагаемых Маском вариантов), но пришли к выводу, что для новой модели нужно что-то помощнее. Их двери будут большими и к тому же двухшарнирными, что позволит не только подниматься наружу, но и складываться на полпути. Они тоже будут похожи на крылья, но не чайки, а скорее парящего сокола. Инженеры остановились на гидравлической системе, которая будет автоматически поднимать дверь, без помощи человека. В качестве теста они приварили концепт двери к автомобилю, стоящему на заднем дворе SpaceX, и в предвкушении нажали на кнопку.

С тихим свистом дверь взмыла вверх, словно соколиное крыло.

«С ума сойти!» – сказал Роулинсон.

Это была маленькая победа, но даже после ее достижения Роулинсон чувствовал, что дни его работы на Маска сочтены. Накануне Дня благодарения он уехал домой в Великобританию. Друзья и знакомые уже не думали, что он вернется обратно, но в декабре Роулинсон удивил всех, появившись в офисе Tesla с твердым намерением попробовать свои силы еще раз.

В частности, он хотел показать Маску концепт-кар Model X и продемонстрировать двери, которые разработала его команда. «Илон, я хотел показать лучшее, на что способен», – сказал Роулинсон Маску. Но тот ответил прямо: «Не следовало этого делать». Гендиректор считал, что разрабатывать такие двери – большой риск. К тому же это добавляет в производство сложности, которые компании были не нужны – в конце концов даже Model S еще не готова к производству. Между ними вновь разгорелся жаркий спор. По итогу Маск отверг технические решения Роулинсона.

Но инженера волновала не только прочность аккумуляторного блока или открывание спроектированных им дверей в зимнее время, когда на машине будет лежать снег. Ему в принципе казалось, что с коммерческой точки зрения, в этих оригинальных дверях нет никакого смысла. Однажды он прокатился на концепт-каре, и эта поездка не доставила ему ничего, кроме дискомфорта. Model X изначально задумывалась как обычная доработка платформы, на которой спроектирована Model S. Но проект раздувался, как пузырь, создавая дополнительные затраты и сложности. Роулинсон не хотел отвечать за все это. На Рождество он вновь уехал домой, но на этот раз не вернулся. Он позвонил Маску и сообщил, что покидает компанию.

Его уход застал Маска врасплох, и всю первую половину января 2012 года он умолял Роулинсона вернуться. Финансовый директор Дипак Ахуджа пытался примирить их. Маск также обратился за помощью к главному заместителю Роулинсона, Нику Сэмпсону. Но бывший главный инженер был слишком измотан, чтобы возвращаться в Tesla. В ярости Маск приказал уволить и Сэмпсона.

Новость об уходе просочилась поздно вечером в пятницу, и на внебиржевых торгах акции компании упали на 20 %. Инвесторов беспокоила потеря ключевых инженеров всего за несколько месяцев до начала производства Model S. Впервые после размещения акций Маск осознал, насколько публичные рынки не прощают ошибок. Стоило инвесторам узнать об уходе двух ведущих руководителей из компании, как их вера в успех Tesla пошатнулась. Сможет ли компания выпустить Model S, как было обещано? Если нет, то давно обещаемый Маском народный электромобиль так и останется фантазией.

Случай с Роулинсоном был не первым громким уходом из Tesla и не последним. Во многом он повторил судьбу Мартина Эберхарда. Сначала оба добились расположения Маска, дав ему то, чего он хотел. Эберхард показал, как из одной идеи построить целый бизнес. Но со временем Маск потерял веру в своего руководителя, который не справлялся со все более сложными задачами. Роулинсон дал Маску крайне необходимые компании знания и опыт, но в итоге ему нужно было нечто другое – руководитель, который контролирует не только разработку, но и запуск производства нового автомобиля.

В следующий понедельник Маск попытался сгладить последствия недавних событий, проведя конференц-звонок для журналистов до открытия рынка в Нью-Йорке. Он назвал уход Роулинсона новым этапом развития компании и преуменьшил сферу влияния бывшего сотрудника, обозначив его просто как ведущего инженера по разработке кузова.

«В чем я абсолютно точно уверен, так это в том, что мы начнем поставлять Model S уже в июле, а может, даже и раньше». Маск пообещал, что в 2013 году Tesla выпустит по крайней мере 20 тысяч новых автомобилей.

На следующий день Райли подала на развод. Поздно вечером того же дня Маск опубликовал пост в Твиттере: «Это были удивительные четыре года. Я буду любить тебя вечно. Верю, что однажды ты сделаешь кого-то очень счастливым». На следующее утро он дал интервью корреспонденту Forbes: «У меня по-прежнему остались к ней чувства, но наша любовь ушла. Я не могу дать ей то, что она хочет. С моей стороны было бы опрометчиво тут же начинать следующие отношения. Для начала я должен убедиться в том, что третий брак получится удачным. Я никогда не стремился к коротким отношениям. Так что, прежде чем жениться снова, мне нужно тщательно обдумать это решение. Но, безусловно, мне бы хотелось встретить человека, с которым это будет возможно».

Глава 14

Ультрахардкор

В глубине огромного завода во Фримонте, который должен был стать производственным комплексом Tesla площадью 500 тыс. кв. метров, находилась глубокая яма размером с олимпийский бассейн – остатки гигантского станка, который использовался для штамповки дверных панелей из металла. Toyota демонтировала его перед отъездом. Теперь эта зияющая пустота наглядно демонстрировала, насколько серьезная задача предстоит. Когда-то команде Питера Роулинсона пришлось с нуля разработать Model S, а теперь коллективу завода предстояло выяснить, как этот автомобиль построить.

Запуск нового завода – это вызов даже для опытных автопроизводителей, однако для них он становится легче, благодаря опыту поколений. Уроки, полученные при производстве автомобилей, передавались на протяжении многих лет и записывались в свод правил и инструкций. У Tesla не было ничего, кроме тикающих часов. Компании нужно было быстро понять, как построить Model S, чтобы выпустить автомобиль к лету 2012 года, как обещал Маск.

Он нанял экспертов по производству. Завод был разделен на два подразделения: сборка аккумуляторных батарей и сборка автомобилей. Джей Би Страубел курировал производство батарей, а машинами занимался Жильбер Пассен, бывший управляющий завода Lexus, который во время приобретения производственной площадки играл роль моста, соединяющего две разные культуры. Вместе с Пассеном сборкой автомобилей руководил Даг Рекхорн, которого Илон Маск нанял за его опыт работы с алюминием.

В течение нескольких месяцев они торговались о том, какие части оборудования Toyota продаст Tesla, а какие заберет с собой. Руководство понимало, что для Toyota во многом было бы дешевле и проще продать оборудование Tesla со значительной скидкой, чем выкидывать и утилизировать отслужившие свой срок машины. Для Tesla это стало еще одним подарком судьбы. Вместо того чтобы собирать части завода по всему миру, они фактически приобрели стартовый набор всего необходимого. Маск распорядился покрасить завод в ярко-белый цвет, а роботов – вместо привычного желтого – в красный. Вместе с Пассеном он обсудил возможность установки огромных окон, чтобы добавить света в темное рабочее пространство.

Чтобы заполнить массивную яму, Рекхорн нашел гигантский штамповочный станок обанкротившегося производителя из Мичигана, который можно было купить по дешевке. Его доставка в Калифорнию обошлась дороже, чем сама покупка, но это был важнейший механизм, и он стоил затраченных усилий. Появление станка ознаменовало начало нового этапа по созданию Model S.

Строительство автомобилей началось с прибытия громадных рулонов алюминия весом до десяти тонн каждый, что почти соответствует весу автобуса. Листы алюминия разматывали и разрезали на большие прямоугольники, которые попадали в штамповочную машину Рекхорна, где 40-тонные прессы превращали каждый кусок в трехмерную деталь. Пресс оглушительно грохотал, падая на алюминий с силой более тысячи тонн. Он был метрономом хорошо отлаженного автомобильного завода, выдавливая из металла форму детали с максимальной скоростью. Теоретически каждые шесть секунд на заводе рождалась новая часть будущего автомобиля.

Но команде Пассена нужно было научиться работать с мелкосерийным автопроизводителем. Крупные автоконцерны могли использовать штамповочный станок беспрерывно, получая 2000 новых деталей за один удар штампа. Tesla такие объемы были не нужны. Вместо этого компании нужно было сделать сотню капотов, а затем переключить станок на производство, скажем, автомобильного крыла.

Смена штампов могла занять один час. Следующие два часа уходили на изготовление выбранной детали, после чего станок вновь перенастраивался. По сравнению с темпом, к которому привыкли рабочие завода, это было похоже на ползание черепахи: раньше по несколько дней подряд они штамповали одну и ту же деталь, создавая целую армию комплектующих, которые потом отправлялись на сборочные заводы для производства миллионов автомобилей.

На заводе Tesla после штамповки отдельные детали отправлялись в кузовной цех, где их сваривали, создавая каркас автомобиля, а затем соединяли с внешними панелями, чтобы придать автомобилю форму. Роботизированные манипуляторы двигались в слаженном танце, выполняя все движения с молниеносной скоростью и точностью. Звуки предупреждающих гудков. Лязг металла при перемещении от одного участка к другому. Жужжание сварки, летящие искры, едкий запах в воздухе. Именно здесь, благодаря сборке, клепанию и сварке, серийный автомобиль обретал свою форму.

Здесь же команда училась обращаться с алюминием, который в то время был не самым распространенным материалом для производства автомобилей. Попадание частиц пыли при резке могло привести к образованию вмятин, а некоторые виды алюминия и вовсе могли треснуть. Поэтому команда рабочих внимательно следила за тем, чтобы механизированные молоты и сверла работали не дольше определенного времени, иначе они легко могли испортить дорогой материал. Для этого командам важно было придерживаться определенного темпа работы.

После завершения работ кузов Model S отправлялся в покрасочный цех, где его погружали в громадную емкость с раствором для электропокрытия, который оседал на всех поверхностях автомобиля. Через резервуар пропускали электрический ток, чтобы защитить материал от коррозии. Затем кузов извлекали и отправляли в печь, нагретую до 177 °C, для полимеризации раствора. Дальше наносили грунтовку, затем основной слой краски ярко-красного, синего или черного цвета и, наконец, прозрачный лак для придания блеска новому автомобилю.

Управляющие научились увиливать от прямого ответа и говорить Маску, что сначала должны проверить информацию, надеясь, что он забудет о своем вопросе. Довольно рискованная лотерея, учитывая, что Маск мог с точность компьютера запоминать одни вещи, при этом совершенно не помня других.

Новый покрасочный цех мог легко обойтись в 500 миллионов долларов, чего Tesla и близко не могла себе позволить. Рекхорну удалось найти поставщика, который переоборудовал один из существующих на заводе покрасочных цехов примерно за 25 миллионов, что было на 10 миллионов дороже, чем планировал Маск, но к тому времени команда уже поняла, как убедить генерального директора. Они заявили, что в результате сделки компания получит более совершенных роботов, а это откроет широкие возможности в будущем. «Он обожает роботов», – сказал один из руководителей.

По мере расширения заводских коллективов руководители стали понимать, что определенные слова, сказанные сотрудниками, могут прямиком привести к тому, чтобы стать безработным. «Мы быстро осознали, что «нет» никогда не может быть ответом на вопрос, поэтому предостерегали работников от этого слова», – сказал один из менеджеров. Управляющие научились увиливать от прямого ответа и говорить Маску, что сначала должны проверить информацию, надеясь, что он забудет о своем вопросе. Довольно рискованная лотерея, учитывая, что Маск мог с точность компьютера запоминать одни вещи, при этом совершенно не помня других.

Из покрасочного цеха покрытый новым лаком кузов отправлялся на окончательную сборку, где выполнялись важнейшие заключительные этапы: установка лобового стекла и сидений и, что особенно важно, соединение машины с аккумуляторным блоком. Это был невероятно сложный этап. Часто требовалась небольшая армия рабочих, чтобы прикрепить детали вручную. Пассену для завода нужно было пятьсот рабочих, но на первую же ярмарку вакансий пришла целая тысяча человек. Многие из тех, кто долгое время работал на GM и Toyota, были рады вернуться обратно.

По любым меркам это была тяжелая работа. В особенности для команды Пассена, так как инженеры Хоторна еще не завершили разработку автомобиля, что не позволяло оборудовать рабочие места для окончательной сборки.

В феврале 2012 года Пассен и Жером Гильен, возглавлявший программу Model S в отсутствие Питера Роулинсона, получили неприятную новость о том, что испытания на низкой скорости выявили потенциальную проблему. Несмотря на то что автомобиль прошел краш-тесты, инженеры заметили дефект одной из важнейших деталей системы безопасности, предназначенной для амортизации силы, действующей на бамперы в случае столкновения. Они понимали, что более жесткие испытания на предприятии под Лос-Анджелесом, запланированные на следующий понедельник (уже через четыре дня), автомобиль не пройдет.

У компании было всего 11 прототипов для краш-тестов, и, учитывая семизначную стоимость каждого из них, они не могли отправлять автомобиль на испытания, зная, что он наверняка провалится. Откладывать тоже было нельзя, поскольку производство должно было начаться через четыре месяца.

По опыту работы в крупных автокомпаниях Филипп Чейн, который несколькими месяцами ранее пришел на должность вице-президента по контролю качества, знал, что именно такая ошибка может задержать выпуск нового автомобиля и привести к шести месяцам внутренних расследований. В таких компаниях, как Renault или Audi, провели бы болезненное «вскрытие», чтобы точно определить, в чем заключалась неисправность и кто в этом виноват. Все это время проблема решалась бы в рамках внутренней политики и многоуровневой бюрократии, сопровождаясь бесконечными совещаниями и попытками найти крайнего.

У Маска не было времени на подобную возню. «Исправьте это!» – коротко сказал он.

Команда из Фримонта собралась вместе с инженером, ответственным за разработку неисправной детали, и стала обдумывать решения. Они быстро пришли к единому мнению: нужно не переделывать конструкцию детали, а просто использовать более прочную марку стали. Менеджер по закупкам тут же позвонил и разыскал необходимый материал – в Северной Каролине нашелся один стальной рулон весом 450 кг. За двадцать четыре часа рулон доставили на специальный завод на Среднем Западе, где его разрезали, сформовали и сварили.

После случилась небольшая заминка, поскольку грузовой самолет до Калифорнии не мог взлететь из-за поднявшейся снежной бури. В субботу вечером, когда деталь прибыла для окончательной обработки, печь компании, необходимая для закалки материала, вышла из строя. Ремонтника вызвали прямо посреди ночи. В воскресенье вечером Чейн погрузил еще горячую деталь в машину и ехал всю ночь, чтобы успеть на встречу в понедельник днем.

Все это было не зря: деталь прошла испытания. В конечном итоге Model S получит пятизвездочный рейтинг Национальной администрации безопасности дорожного движения США.

Эта история, ставшая своего рода легендой, доказала, что Tesla заметно проворнее конкурентов. Но она также позволила увидеть, что компания еще не выработала систему, позволявшую предотвратить такого рода ошибки, поскольку Tesla ориентировалась на темпы, а не на процесс производства, которому традиционные автопроизводители уделяли основное внимание. Неприятное расследование причин возникновения ошибки, которое непременно провели бы автогиганты, позволяло им предотвратить подобные ситуации в будущем.

Конечно, Tesla не собиралась рисковать безопасностью, но на некоторые проблемы с качеством Маск готов был закрыть глаза, так как долгие разбирательства приведут к дорогостоящим задержкам. К примеру, немецкие автопроизводители могли проехать на тестовых автомобилях миллионы километров, проводя испытания две зимы подряд, лишь бы выявить все возможные в ходе эксплуатации неисправности. У Tesla не было столько времени. Вместо этого Чейн получил разрешение провести испытания, пройдя полтора миллиона километров за шесть месяцев, чтобы обнаружить и устранить потенциальные проблемы.

И даже на такие сокращенные тесты Маск согласился только при условии, что производство начнется в срок. Это значит, что какие-то неполадки могут обнаружиться уже после начала выпуска, требуя внесения запоздалых изменений и дополнительных трат. Проданные автомобили придется отзывать обратно на доработку. Как если бы Маск бежал по взлетной полосе, пока вокруг него достраивают самолет.

Еще сильнее усложнял ситуацию сам Маск, продолжавший вносить косметические изменения в дизайн автомобиля. За несколько недель до начала производства он распорядился установить шины большего размера, которые, по его мнению, выглядели лучше. Это решение было принято вопреки протестам инженеров, опасавшихся внесения сложных изменений в антиблокировочную тормозную систему, что сократит запас хода автомобиля.

Временами Маск, казалось, даже сам признавал, что выполнять его поручения нелегко. Перед началом производства, поздним июньским вечером, Маск разослал всем сотрудникам компании электронное письмо, в котором призывал их объединиться вокруг одной общей цели. В разговорах с рабочими он часто делился тем, как волнуют его возникающие трудности, – такая ранимость многим казалась искренней и даже мотивирующей.

Это значит, что какие-то неполадки могут обнаружиться уже после начала выпуска, требуя внесения запоздалых изменений и дополнительных трат. Проданные автомобили придется отзывать обратно на доработку. Как если бы Маск бежал по взлетной полосе, пока вокруг него достраивают самолет.

Для кого-то предстоящий выпуск автомобиля станет первым в жизни, и Маск не собирался утаивать, насколько это тяжелый процесс. Шишки, набитые при производстве Roadster, все еще давали о себе знать. Отправленное Маском письмо называлось «Ультрахардкор», далее следовало предупреждение: «В следующие шесть месяцев рост масштабов производства Model S без потери качества потребует от вас невероятных усилий. Пожалуйста, будьте готовы в ближайшее время столкнуться с такой интенсивностью, какой еще не знали прежде. Промышленная революция – занятие не для слабонервных, но при этом нет дела более ценного и захватывающего».

Автомобиль постоянно менялся. Пассен не мог установить дорогостоящую сборочную линию, потому что лишь предполагал, что потребуется для сборки. Вместо этого он и его команда придумали интересную идею использовать автоматические тележки для перемещения рамы автомобиля от одной производственной станции к другой. Эти тележки двигались по заводу с помощью магнитной ленты. Решение оказалось весьма дальновидным, поскольку в итоге компании потребовалось более чем в два раза больше рабочих мест, чем предполагалось изначально. В начале производства команда по сборке автомобилей насчитывала около пятисот сотрудников и еще столько же работали на втором этаже завода, вручную соединяя блоки батарей.

После пробного запуска осенью 2011 года[24], в июле 2012 года, команда запустила в производство первые десять автомобилей, которые собирались не с помощью роботов, а вручную. Каждая из этих машин предназначалась для инвесторов компании. Одним из них, к примеру, был Стив Джурветсон, ранний член совета директоров, который был близко знаком с Маском и инвестировал в другие его предприятия, включая Solar City.

Целый месяц бригада рабочих трудилась почти без перерыва, заканчивая в 3 часа ночи. Каждая панель, выходящая из штамповочного станка, попадала к рабочим, которые с помощью молотков придавали панелям нужную форму. Когда автомобили поступили на общую сборку, они были в таком плохом состоянии, что даже крышки багажников не закрывались до конца. Но каждый день рабочие старались сделать их лучше и быстрее. По словам Маска, к концу года компания планировала выпускать по пятьсот автомобилей в неделю.

К августу они выпустили пятьдесят автомобилей. Будь это предприятие GM или Toyota, они бы относились к ранним машинам как к опытным образцам для тестирования сборочного конвейера – за время их выпуска можно тщательно отладить все процессы и подготовить завод к официальному началу производства, когда каждая выпущенная машина будет отправляться прямиком в автомобильный салон. Однако в Tesla эти первые модели уже считались пригодными для продажи, но только важным для компании людям – таким как Джурветсон.

Тем временем инженеры, сдедя за первыми образцами, могли узнать, что не так, и начать доработку. Сами управляющие понимали, что у только что выпущенных моделей полно недостатков – автомобиль Джурветсона, например, сломался почти сразу после доставки. Компания прислала к его дому грузовик и отвезла Model S обратно на завод, накрыв тканью, чтобы не поднялась шумиха в прессе. Специально созданная группа должна была проехать на каждом автомобиле 160 км, чтобы выявить возможные неисправности и вероятность преждевременной разрядки батареи. Про такие случаи в компании говорили «машина умерла в младенчестве». Проблемы некоторых аккумуляторных блоков Страубела были связаны с утечкой охлаждающей жидкости, что делало их бесполезными.

Внешний вид машины также отличался зазорами между панелями кузова, на которые любят обращать внимание ценители автомобилей. В традиционных автоконцернах такие образцы попросту не допустили бы к отгрузке с завода. В Tesla же рабочие с помощью киянок и пенопласта подгоняли детали, пока они не притирались друг к другу.

Еще одной непонятной проблемой была утечка воды. Часто при проверке автомобиля после схода с конвейера работники обнаруживали, что салон залит водой. Команда перестроила конвейер таким образом, чтобы машину можно было проверить на герметичность перед установкой сидений. Однако дефект был весьма непоследовательным, это заставило предположить, что дело в способе сборки автомобиля.

Тим Уоткинс, который в 2010 году занимался выявлением финансовых трудностей Roadster и созданием нового отдела продаж, вернулся во Фримонт, чтобы снова прийти на помощь. К тому моменту ходил слух, что если в период кризиса поблизости видели Уоткинса, значит, дело по-настоящему плохо. Некоторые за глаза называли его Волком, а то и вовсе – Палачом, потому что всякий раз, когда человек в черном появлялся на пороге, кого-то вскоре увольняли.

Проанализировав процесс производства, Уоткинс понял, что на рабочих местах отсутствует единая процедура выполнения действий. Это было связано с тем, что конструкция автомобиля постоянно менялась, а без стандартизации сложно определить, вызвана проблема неправильной установкой деталей или изначальной ошибкой в чертеже инженеров. По правилам все этапы должны расписываться на годы вперед, а затем проверяться бесчисленное количество раз, сертифицироваться и документироваться в виде руководства с рисунками, чтобы рабочие могли их запомнить. Но в Tesla все было иначе – каждый рабочий придумывал свой собственный процесс сборки.

Уоткинс думал, что знает, как решить проблему. Он заказал камеры GoPro и закрепил их на некоторых рабочих, чтобы фиксировать их действия. Они собирались провести обратную разработку сборки автомобиля, чтобы выяснить, как устранить проблемы. Более того, на заводе была запущена система «друзей-помощников» – каждый следующий рабочий участок проверял, не допустил ли ошибку предыдущий. Как позже напишет о своих впечатлениях руководитель отдела качества Филипп Чейн: «То, что любой другой автопроизводитель посчитал бы неприемлемым, Илон Маск рассматривал как часть непрерывного процесса, справедливо полагая, что ощущения покупателей от управления действительно инновационным автомобилем перевесят незначительные дефекты, которые в конечном итоге будут исправлены».

В течение года Tesla все больше втягивалась в американскую политику. Накал президентских выборов 2012 года нарастал. Барак Обама стремился избраться на второй срок за счет того, что он, по сути, спас General Motors и расправился с Усамой бен Ладеном. Республиканец Митт Ромни, бывший губернатор Массачусетса, критиковал политику Обамы по выдаче миллиардных кредитов «зеленым» компаниям, включая жизненно необходимые займы, предоставленные Tesla в 2010 году, которые помогли оплатить Model S. Во время первых дебатов между двумя политиками Ромни обрушился на Обаму за поддержку Tesla, Fisker и Solyndra: «Один мой друг сказал: “Вы выбираете не между победителями или проигравшими, вы выбираете неудачников”».

Компания Solyndra была особенно привлекательной мишенью. Производитель солнечных панелей, также расположенный во Фримонте, получил 535 миллионов долларов займов от администрации Обамы. Но когда рынок наводнили солнечные панели китайского производства, а сокращение субсидий в Европе привело к снижению спроса, Solyndra оказалась в затруднительном положении и за год до этого подала заявление о банкротстве.

То, что любой другой автопроизводитель посчитал бы неприемлемым, Илон Маск рассматривал как часть непрерывного процесса, справедливо полагая, что ощущения покупателей от управления действительно инновационным автомобилем перевесят незначительные дефекты, которые в конечном итоге будут исправлены.

Fisker, похоже, тоже испытывала трудности. Министерство энергетики выдало стартапу по производству электромобилей кредит в размере 529 миллионов долларов по той же программе, что и Tesla, но в конце 2011 года приостановило выдачу денег из-за опасений по поводу перспектив бизнеса. Компания Fisker задержала выпуск своего люксового седана Karma, а впоследствии продала автомобилей меньше, чем обещала по условиям кредитного соглашения с правительством. Когда Karma в конце концов появилась на рынке, Fisker не смогла решить проблемы с качеством и нехваткой деталей, так как почти во всем полагалась на поставщиков, и была на пути к банкротству. Вывод был очевиден: компания уступила другим слишком много контроля над собственным производством.

Отношения Tesla с Министерством энергетики также были напряженными. Но тут проблемы заключались в другом: все, что касалось Model S, Маск хотел держать под своим контролем. Задержки во Фримонте означали, что доходы, на которые Tesla делала ставку, пока не поступали. В конце лета 2012 года команда Пассена изо всех сил пыталась нарастить производство, поскольку по прогнозам до конца года Tesla сможет продать лишь половину от запланированного количества автомобилей. К концу сентября компания увеличила производство до 100 машин в неделю. Для того чтобы поставить клиентам 5000 седанов Model S за оставшиеся три месяца, как было обещано инвесторам, Пассен должен был сильно постараться.

Эффект от медленного старта отразился на финансовых показателях компании. Операционные расходы росли, в то время как доход был на 400 миллионов долларов ниже, чем худшие прогнозы финансового директора Дипака Ахуджи, сделанные в начале года. В своем бизнес-плане Ахуджа делал ставку на то, что автомобили будут быстро покидать завод и поступать к покупателям, принося деньги, необходимые для оплаты новых запчастей. А по итогу завод едва мог использовать те детали, которые у них были. Объем наличности в кассе сократился до 86 миллионов долларов. Пытаясь сэкономить, компания накапливала счета, и по сравнению с прошлым годом ее кредиторская задолженность увеличилась в два раза.

Ситуация была нестабильной. Маску пришлось снова привлекать инвестиции. Чтобы продержаться до выпуска Model S, нужно было продавать больше акций. В отличие от 2008 года, когда Маск мог искать финансирование в частном порядке, сейчас любой шаг Tesla привлекал пристальное внимание общественности. За неделю до денверских дебатов между Обамой и Ромни газета The New York Times опубликовала разгромную статью о проблемах Tesla, написанную после того, как компания объявила о пересмотре планов по доходам и намерении продать больше акций для привлечения наличности.

Теперь Tesla обещала доставить клиентам от 2500 до 3000 седанов Model S за оставшиеся три месяца 2012 года – впечатляющие цифры для такой небольшой компании, которые при этом все еще не дотягивают до предыдущих прогнозов. «Сказка Tesla трещит по швам, – сказал газете Times один из аналитиков. – Это показывает, что привлечение инвестиций из роскоши, как они утверждали ранее, превратилось в необходимость».

Перед дебатами Маск попытался сгладить ситуацию, разместив на сайте компании пост, в котором заявил, что СМИ неправильно истолковали его мотивы привлечения денег, сравнив это с подготовкой на случай стихийного бедствия. Он рассказал, что на заводе одного из поставщиков Tesla недавно произошел потоп, и это повлияло на поступление деталей.

Но несмотря на все попытки Маска разубедить общественность, проблемы Tesla становились все более очевидны. Компанию стали ставить в один ряд с обанкротившимися производителями, чему Маск сопротивлялся, заявляя журналистам, что у Tesla в наличии даже больше денег, чем требует производство Model S.

«Представители Solyndra были настроены, мягко сказать, слишком оптимистично, – сказал Маск журналистам пресс-клуба в Вашингтоне, неявно и непреднамеренно раскрывая собственные карты. – Последние события они пытались представить в лучшем свете. Но если бы они этого не сделали, то их обращение стало бы самосбывающимся пророчеством – ведь стоит генеральному директору сказать, что он не уверен в будущем компании, как сразу все летит к чертям».

Глава 15

Один доллар

Дипак Ахуджа, тихий и спокойный финансовый директор, закончил свои расчеты. 2013 год только начался, и Ахуджа изучал показатели компании за прошлый год, в течение которого Tesla поставила всего 2650 автомобилей Model S, что оказалось намного меньше, чем прогнозировалось в четвертом квартале. Однако в других областях дела шли в гору. Они смогли привлечь дополнительные инвестиции, чтобы выиграть время. К концу 2012 года команда Жильбера Пассена во Фримонте достигла еженедельного темпа сборки в 400 автомобилей. Чтобы быть в курсе всех возникающих неполадок, Жером Гильен, руководитель программы Model S, вел огромную электронную таблицу с информацией о каждом автомобиле и его проблемах. Если возникала какая-то трудность, то на ее решение назначали нескольких инженеров, работу которых Гильен проверял по два раза на дню, пока им не удавалось справиться с проблемой. И хотя компания вышла на показатель 400 автомобилей в неделю гораздо позже, чем планировалось, многие все равно гордились этим достижением.

Теперь, когда выпуск автомобилей наладился, нужно было их продавать. И несмотря на внушительный список из тысяч людей, внесших по 5 тысяч долларов за предзаказ, отделу продаж вновь не удавалось закрывать сделки с покупателями. Официально Маск объяснил это трудностями доставки автомобилей клиентам во время рождественских праздников. Так это или нет, но факт остается фактом: впервые в истории Tesla у компании были сотни непроданных автомобилей.

В начале года Маск сообщил Уолл-стрит, что по итогам первого квартала Tesla рассчитывает получить небольшую прибыль. В компании почти молились на слова «небольшая прибыль». По словам Маска, после потери более миллиарда долларов компания наконец стояла на пороге рентабельности. Если получится увеличить продажи, то Tesla достигнет важнейшей вехи своего существования. Это докажет, что мечта Маска осуществима и Tesla – не просто бездонная махина по пожиранию денег. Но если в следующем квартале показатели продаж будут такими же скудными, что и в предыдущем, то компания вновь может остаться без финансовых средств. И что делать в таком случае – никто не знает. Цель Маска выпустить народный электромобиль так и останется утопией.

Маск жаловался сотрудникам, что приходится подчиняться капризам рынка: каждый шаг компании выдергивается из контекста и вызывает слишком острую реакцию, а инвесторы думают только о следующем квартале, тогда как Маск строит планы на десятилетия вперед.

Ахуджа подбил итоги. Если за первые три месяца 2013 года Tesla продаст 4750 седанов Model S, а это почти максимальное количество автомобилей, которое мог выпустить завод, то прибыль компании составит 1 доллар. К этой вершине они и стремились.

Маск обратился к Джорджу Бланкеншипу, ныне руководителю отдела международных продаж, с четкими инструкциями: «Если заработаем доллар, то это будет значить, что компания на плаву. А если потеряем доллар, тогда это станет еще одним убыточным кварталом и считай, что никакой компании у нас нет».

Годы работы над созданием Model S сказались на многих из сотрудников. Рик Авалос, ответственный за подбор персонала компании, переманил в Кремниевую долину немало работников вместе с их семьями для работы в Tesla. Он видел, что их работа становится все напряженнее. На праздничной вечеринке Авалос, бывало, общался с недовольными женами сотрудников, которые отвечали ему ледяным тоном: «О, так это по вашей вине мы оказались здесь?»

«Иногда люди разводились или просто разъезжались. Семейных проблем было много, – вспоминает Авалос. – От такого всегда тяжело на сердце».

Многие сознательно шли на снижение зарплаты лишь бы попасть в Tesla, веря, что в будущем компанию ждет большой успех. Авалос давал людям мечту о том, что однажды акции Tesla будут стоить по 50 долларов за штуку. Но пока работники бились над выпуском Model S, акции их мало утешали. Один юрист при поступлении на работу согласился на сокращение зарплаты почти на 70 %. Чтобы компенсировать эту потерю, акции должны были по-настоящему взлететь.

Но несмотря на все трудности, Маск умел сплотить компанию. Однажды, созвав всех на небольшую вечеринку, он сказал сотрудникам, что нужно продолжать двигаться вперед. Выпустив Model S, они создадут новое поколение, и тогда электромобили станут доступны для всех.

«Я знаю, что многого от вас требовал, и вы все усердно работали. Хотел бы я сказать, что дальше будет легче, но не могу. Если у нас ничего не получится, то от этой компании останется только пепел. Но если мы все-таки сделаем это, то Tesla будет продавать свои акции по 200–250 долларов за штуку».

Авалос глянул на своего менеджера, который в ответ пожал плечами, как бы говоря: «Он просто спятил». Рекрутер был бы вполне доволен 50 долларами за акцию, которые он обещал сотрудникам при приеме на работу. И даже для этого цена акций должна подняться почти вдвое, так как в начале 2013 года они стоили по 35 долларов за штуку. Мечты о цене в 250 долларов казались галлюцинациями Маска. При таких условиях стоимость Tesla на рынке составила бы 28 миллиардов долларов, что всего в два раза меньше, чем у Ford Motor Co. Это было невообразимо.

Когда компанию не могли поддержать ни деньги, ни корпоративный дух, на помощь приходили их автомобили. Осенью предыдущего года до Tesla дошли замечательные новости. В ноябре авторитетный журнал Motor Trend, изучив 25 марок для ежегодной премии «Автомобиль года», шокировал всю индустрию, выбрав Model S. Пока GM и BMW изо всех сил старались привлечь внимание членов жюри, Tesla удалось получить важную награду, которая показала всем, что автомобиль Маска не стоит недооценивать.

Если за первые три месяца 2013 года Tesla продаст 4750 седанов Model S, а это почти максимальное количество автомобилей, которое мог выпустить завод, то прибыль компании составит 1 доллар. К этой вершине они и стремились.

Сама рецензия тоже не могла не радовать: на обложке Маск сидел за рулем Model S, а по центру красовался заголовок январского номера «Электрошокер!». В обзоре авторы журнала отмечали производительность, управляемость, комфортабельность салона и внешний вид, заключая: «Сам факт существования Tesla Model S свидетельствует о тех новаторстве и предприимчивости, которые когда-то сделали американскую автомобильную промышленность самой большой, богатой и могущественной в мире. Единогласное решение 11 членов жюри о признании первого автомобиля компании, сделанного вручную, автомобилем 2013 года по версии Motor Trend – настоящий повод для праздника. Америка по-прежнему способна создавать великие вещи».

Хвалебные отзывы появились как раз вовремя, когда деловая пресса разбирала финансовые проблемы Tesla. Сочетание похвалы и критики на долгие годы станет отличительной чертой продвижения Tesla.

Но Маск с самого начала стремился к подобному признанию общественности, подталкивая своих сотрудников созданию не просто лучшего электрокара, а лучшего автомобиля на рынке.

В то же время в личной жизни Маска также наступили перемены к лучшему. Через несколько месяцев после развода Талула Райли вернулась к Маску осенью того же года, заявив в интервью Esquire, что ее миссия – удерживать Маска от «королевской мании величия». Поясняя свою мысль, она добавила: «Ведь часто люди получают корону, а потом сходят с ума». В 2013 году они снова поженились.

На торжественном мероприятии для клиентов в Нью-Йорке Бланкеншип и Маск праздновали победу. Воодушевленный Бланкеншип говорил о том, что миссия Tesla когда-то считалась невыполнимой, а сейчас компания стоит на пороге чего-то грандиозного. «Наши планы не ограничиваются этим годом, следующим или даже двумя ближайшими, – произнес он срывающимся от волнения голосом. – То, что мы делаем, гораздо больше этого. Мы работаем на благо ваших детей и ваших внуков. Я верю, что после сегодняшнего вечера наша компания перестанет двигаться ползком и встанет на ноги, а потом и побежит».

Бланкеншип внес большой вклад в расширение сети салонов Tesla по всему миру. К концу 2012 года, меньше чем за два года его работы, у компании было 32 автосалона, и в ближайшие шесть месяцев планировалось открыть еще 20. Только за последние три месяца Бланкешип запустил восемь торговых точек, включая ослепительные экспозиции в Майами, Торонто и Сан-Диего. Его команда подсчитала, что за этот период в салоны Tesla пришло более 1,6 миллиона человек – почти столько же, сколько за первые девять месяцев текущего года. Учитывая то, что Tesla не тратилась на телевизионную рекламу, интерес к компании был огромным.

Но несмотря на популярность автосалонов, люди почему-то не стремились покупать автомобили. Менеджеры по продажам следили за все растущим количеством отмененных заказов. В какой-то момент рост продаж стал отрицательным – отмены превысили число проданных машин. Даже у некоторых сотрудников Tesla, которые верили в успех своей миссии и считали автомобили компании превосходными, покупка машины вызывала легкий ужас. Ведь для многих людей автомобиль – одна из самых крупных покупок в жизни. А тем более, когда речь идет об электромобиле от недавно появившейся на рынке компании с ценником в 106,9 тысяч долларов, что значительно выше тех 50 тысяч, о которых Маск говорил в 2009 году. А вдруг этот дорогой автомобиль сломается, кто будет его чинить и во сколько обойдется ремонт?

Если заработаем доллар, то это будет значить, что компания на плаву. А если потеряем доллар, тогда это станет еще одним убыточным кварталом и считай, что никакой компании у нас нет.

Так же, как и с Roadster, компании понадобилась армия продавцов, которые бы рассеивали опасения людей и превращали их из интересующихся зевак в покупателей. На помощь Tesla вновь пришла парочка-выручалочка в лице Тима Уоткинса.

Для продаж он постарался привлечь как можно больше сотрудников из разных отделов. Рекрутеры обзванивали потенциальных клиентов, задавая им разные вопросы о покупке Model S. Отдел кадров обрабатывал заказы. А Бланкеншип тем временем руководил доставкой, отслеживая движение каждого автомобиля на пути к заказчику. Согласно правилам корпоративной бухгалтерии, автомобиль не считался проданным, пока не оказывался во владении у покупателя. Блакеншип отмечал на доске статус каждой из отправленных машин. К примеру, узнав, что на Среднем Западе перевернулся грузовик с полудюжиной автомобилей, Бланкеншип велел помощнику стереть их номера с доски – в этом квартале они уже не будут доставлены.

К счастью, многие из клиентов жили в Калифорнии, что ускоряло доставку. Каждый вечер, незадолго до полуночи Бланкеншип отправлял Маску электронное письмо с цифрами продаж.

«О’кей. Нужно больше», – ответил гендиректор в один из дней.

На следующий день: «Слишком мало и слишком поздно».

В четверг, за несколько дней до окончания квартала, Бланкеншип осознал, что они идут вровень с графиком. Он вновь отправил Маску сводку последних новостей.

«А вот это выглядит многообещающе», – ответил тот.

Электронные письма Бланкеншипа из ежедневных превратились в ежечасные и теперь отправлялись все большему числу сотрудников. В последнюю субботу квартала в 15:00 прибыла 4750-я по счету машина. Бланкеншип поставил точку в письме и нажал «Отправить». Совершенно измотанный, он включил на компьютере главную тему из фильма «Рокки» и выкрутил звук на полную.

Сидевший рядом помощник повернулся к нему и сказал: «Джордж, это только начало».

С того дня до конца пасхального воскресенья они поставили еще 253 автомобиля. Только за этот месяц доходы от продаж взлетели до 329 миллионов долларов – больше, чем Tesla выручила за весь 2011 год, и 80 % от общего дохода в 2012 году.

Увеличение количества продаж имело умножающий эффект. Не все автопроизводители могли выполнить строгие требования Калифорнии и других штатов по продаже автомобилей с нулевым выбросом. Поэтому, чтобы хоть как-то сократить финансовые штрафы, автоконцерны были вынуждены перекупать квоты у компаний с переизбытком продаж, соответствующих стандартам. Такой была Tesla – все ее продажи были оформлены согласно требованиям штатов. В итоге в первом квартале компания продала квот на сумму, равную половине своих продаж, получив от других автомобильных компаний 68 миллионов долларов – и это чистая прибыль. Другими словами, всего за три месяца 2013 года Tesla на выдаче квот заработала на 68 % больше, чем за весь предыдущий год.

Это был тот самый толчок, который позволил Tesla получить первую в истории квартальную прибыль. Компания, мечтавшая о прибыли в один доллар, вместо этого заработала 11 миллионов. Маск не мог сдержать своего восторга и поздно вечером опубликовал в Твиттере пресс-релиз. Это было 30 марта, и, поскольку Калифорния в другом часовом поясе, Маск добавил, что это не первоапрельская шутка.

На праздничной вечеринке Авалос, бывало, общался с недовольными женами сотрудников, которые отвечали ему ледяным тоном: «О, так это по вашей вине мы оказались здесь?»

В ответ акции Tesla начали стремительно расти, повышаясь в цене практически каждый день: $43,93… $44,34… $45,59… $46,97… $47,83… К концу дня 22 апреля стоимость одной акции Tesla составляла 50 долларов и 19 центов. Авалос, ответственный за подбор персонала, не мог в это поверить. Выбежав на улицу подышать свежим воздухом, он не сдержал слез. Наконец-то он испытал облегчение. Он не обманул людей, которые ему доверились.

Биржа явно вознаградила Tesla за проделанные усилия. Тот факт, что компании удалось создать автомобиль с нуля и получить прибыль, пускай даже с выдачи нормативных квот, заставил людей задуматься. А что если обещание Tesla сделать доступный электромобиль для любой семьи вполне осуществимо?

Но события предыдущих месяцев, похоже, выбили Маска из колеи. Tesla вновь оказалась близка к тому, чтобы остаться без денег. Вдобавок, естественные трудности с производством нового автомобиля, казалось, раздражали инвесторов гораздо сильнее, чем это было в 2008 году, когда запуск Roadster помог изменить ситуацию. Маск жаловался сотрудникам, что приходится подчиняться капризам рынка: каждый шаг компании выдергивается из контекста и вызывает слишком острую реакцию, а инвесторы думают только о следующем квартале, тогда как Маск строит планы на десятилетия вперед.

Усилилось внимание и со стороны регулирующих органов. Друг Маска, член совета директоров Антонио Грасиас, и его фирма Valor оказались под следствием Комиссии по ценным бумагам и биржам за продажу акций Tesla примерно годом ранее. Как раз незадолго до этого другой крупный акционер также распродал свои позиции, что вызвало беспокойство на рынке и привело к снижению курса акций. Тогда и без того росли опасения, вызванные неожиданным уходом Питера Роулинсона. И хотя компания Грасиаса оправдывала свои действия, чиновникам такое неожиданное стечение обстоятельств все еще казалось подозрительным. В конечном итоге Комиссия по ценным бумагам и биржам решила не предъявлять никаких претензий к Valor, что, однако, не уберегло Tesla от негативных отзывов прессы[25].

Все это оставило неприятный осадок. Маск, похоже, начал сомневаться в целесообразности выхода на биржу. 7 июня 2013 года почти в час ночи он разослал служебную записку своим сотрудникам в SpaceX, которая все еще оставалась частной. Некоторые работники, несомненно, с нетерпением ждали доходов от первичного размещения акций, но Маск объявил, что этому не бывать. По крайней мере, не в ближайшее время. «Учитывая мой опыт работы с Tesla и Solar City, я решил не выводить SpaceX на биржу, особенно когда речь идет о такой долгосрочной миссии, как производство космической техники».

Для тех, кто не следил за происходящим вокруг Tesla, Маск пояснил свою мысль: «Акции публичных компаний, особенно если речь идет о кардинальных технологических изменениях, крайне нестабильны, как за счет собственной специфичности, так и по причинам, не имеющим отношения к экономике. В результате люди отвлекаются на маниакально-депрессивные скачки стоимости акций вместо того, чтобы создавать отличные продукты».

Если у нас ничего не получится, то от этой компании останется только пепел. Но если мы все-таки сделаем это, то Tesla будет продавать свои акции по 200–250 долларов за штуку.

Tesla добилась огромных успехов. Но теперь начиналась настоящая работа – пришло время шинам встретиться с асфальтом. В ближайшее время станет ясно, стоят ли того годы усилий. Теперь автомобили поступили к клиентам, и только от их положительных отзывов зависело будущее компании.

Если Маск прав, то скоро начнется шумиха, которая запустит вирусную маркетинговую кампанию. Люди будут рассказывать друг другу о Tesla – лучшей рекламы, чем положительный отзыв Consumer Reports[26], быть не может. Издание гордится конфиденциальностью и независимостью и, в отличие от Motor Trend, подвергает испытаниям не тестовые автомобили, присланные производителями, а реальные машины, купленные случайным образом в разных местах. Consumer Reports проводит 50 различных тестов, собирая массу данных по каждой машине. Многие карьеры рушились или взлетали после публикации их итогов, а детройтские автоконцерны долгое время жаловались на предвзятое отношение к японским автомобилям, даже когда прилагали все усилия для улучшения показателей.

Поэтому индустрия сразу обратила внимание, когда Consumer Reports объявил, что Model S набрала 99 из 100 баллов – поистине ошеломительный результат. За всю историю журнала лишь один автомобиль удостаивался такой высокой оценки – большой седан Lexus LS. Рецензия вышла на редкость восторженной. Критики писали, что Model S «удивительным образом сочетает в себе инновации, отвечающую мировым стандартам производительность и поразительное внимание к деталям. Именно на таком автомобиле мог бы ездить Марти Мак Флай, вместо своего DeLorean, в фильме “Назад в будущее”».

Хвалебные отзывы Motor Trend, полученные прошлой осенью, помогли Tesla наладить контакт с автомобильными знатоками, но высокая оценка от Consumer Reports была гораздо важнее. Для массового потребителя это стало доказательством того, что Model S – не какой-то научный эксперимент (как, например, Karma от Fisker, которая получила 57 баллов), а автомобиль, который может соперничать с машинами всемирно известных брендов. Немаловажно, что рецензия рассказывала о повседневном опыте пользования автомобилем, который «оказался достаточно вместительным» и «способным проезжать долгие извилистые дороги».

Последний пункт мог лишь обнадежить обеспокоенных покупателей. Компания уже вовсю строила собственные зарядные станции вдоль основных автомагистралей в Калифорнии и по всей территории США, тем самым подтверждая, что любители автомобильных путешествий смогут проехать от Лос-Анджелеса до Нью-Йорка, не беспокоясь о поиске места для заправки. Что еще лучше – Tesla раздавала электричество бесплатно.

В день, когда Маск вызвал к себе Бланкеншипа, Tesla была на пике: казалось, что в продажах компания совершила маленькое чудо. Но несмотря на очевидный успех, оба понимали, что Бланкеншипу пришло время оставить пост руководителя отдела продаж. Отношения Маска с Бланкеншипом стали напряженными после почти полного провала в первом квартале, за что генеральный директор затаил обиду – его подчиненный, отвечающий за продажи компании, все это время утаивал масштаб проблем.

«Чтобы добиться успеха, на каждой позиции у вас должен быть лучший специалист из тех, что есть на рынке, – сказал Бланкеншип. – Что касается продаж, то я не тот, кто вам нужен». Бланкеншип устал и был готов уйти на пенсию с чувством выполненного долга. Он проработал еще несколько месяцев, открывая автосалоны за рубежом, после чего вернулся на заслуженный отдых.

Маск с самого начала стремился к подобному признанию общественности, подталкивая своих сотрудников к созданию не просто лучшего электрокара, а лучшего автомобиля на рынке.

Маск, может, и наслаждался моментом, но не хотел, чтобы его вновь застали врасплох. Tesla в 2013 году – это совсем не тот стартап, каким он был в 2009-м, когда руководству с трудом удалось пережить финансовый крах. Маск решил переделать Tesla по своему образу и подобию, надеясь сначала выпустить Model S, а затем и Model 3. Он собрал команду из рискованных людей, которая выросла почти до 4500 сотрудников.

Но с ростом компании появилась и возможность соблюдать дистанцию. Маск уже не держал руку на пульсе, как раньше. Его прямое влияние на работу ослабевало. В ряде электронных писем своим сотрудникам Маск выразил надежду, что руководители компании не будут препятствовать свободному обмену информацией: «Я действительно готов попросить человека уйти с должности, если он станет преградой для обмена мнениями между работниками». В другом письме он сообщал, что любой сотрудник компании может поговорить с ним напрямую: «Вы спокойно можете обсудить что-то с начальником вашего начальника, с вице-президентом из другого отдела или со мной. Вы можете поговорить с кем угодно, и для этого не нужно специального разрешения. Более того, считайте, что вы обязаны делать это до улучшения ситуации. Суть такого общения не в бесцельной болтовне, а в желании быстро и качественно решать возникающие проблемы». Возможно, это и так, но в письмах скрывался и другой посыл: если Tesla стала больше, это не значит, что Маск отказывался от участия в делах компании. И не важно, идет ли речь о совете директоров или о мелких трудностях заводских рабочих.

Чтобы лучше контролировать финансы компании, Маск выдвинул план по прекращению сотрудничества с Министерством энергетики. Если займы государства стали поводом связывать Tesla с политикой, значит, нужно от них избавиться как можно быстрее. Кроме того, Маск устал от всех обязательств, которые накладывала на компанию правительственная поддержка: постоянная необходимость советоваться при принятии деловых решений и ограничения на трату бюджета Tesla.

В том году акции Tesla выросли более чем в три раза. Энтузиазм инвесторов дал Маску возможность привлечь рекордную сумму денег, что он и сделал, собрав около 1,7 миллиарда долларов за счет нового займа и продажи акций. Эти деньги позволили погасить государственный кредит на несколько лет раньше срока. Маск объявил, что оставшейся суммы, около 680 миллионов долларов, а также денежных средств, которые он ожидал получить от продаж Model S, будет достаточно для выпуска Model X (внедорожника на той же платформе) и, наконец, автомобиля третьего поколения. Именно последняя машина, при стоимости 30 тысяч долларов, будет предназначена для массового потребителя и навсегда изменит автомобильную индустрию. По крайней мере, это обещал Маск. Он рассчитывал, что разработка Blue Star, как прозвали модель внутри компании, хотя вскоре она станет известна просто как Model 3, обойдется в 1 миллиард долларов.

Компания, мечтавшая о прибыли в один доллар, вместо этого заработала 11 миллионов. Маск не мог сдержать своего восторга и поздно вечером опубликовал в Твиттере пресс-релиз. Это было 30 марта, и, поскольку Калифорния в другом часовом поясе, Маск добавил, что это не первоапрельская шутка.

Все это стало редким моментом, когда Tesla могла похвастаться безоговорочным триумфом. Но мало кто знает, и это еще более удивительно, что компания могла пойти совсем по другому пути. Всего за несколько месяцев до этого, в один из тяжелых периодов Маск задумался, не передать ли права собственности на компанию, за которую он проливал кровь, кому-то другому. Он по-тихому связался со своим другом, соучредителем Google, Ларри Пейджем и предложил продать Tesla техногиганту примерно за 6 миллиардов долларов, плюс еще 5 миллиардов на расходы по расширению завода во Фримонте. Маск также хотел оставаться руководителем компании в течение восьми лет, чтобы гарантировать успешный выпуск массового автомобиля третьего поколения. Какой будет судьба Маска в Tesla после этих восьми лет, никто не знал.

Но как только в первом квартале начались продажи, переговоры с Google быстро свернули. Tesla больше не нуждалась в выкупе. Маск вновь спас свою компанию.

Глава 16

Возвращение гиганта

Дэн Акерсон не хотел, чтобы его заметили разъезжающим по Детройту на Tesla Model S. Но к середине 2013 года исполнительный директор General Motors уже должен был понять, какая шумиха поднялась вокруг электроседана, названного журналом Motor Trend автомобилем года. Ведь тот же титул двумя годами ранее получил Chevrolet Volt – собственный ответ GM на появление Tesla. Но несмотря на успех у критиков, Volt довольно плохо продавался, в то время как Model S принес калифорнийскому стартапу первую квартальную прибыль, дав идее Маска о создании народного электромобиля второе дыхание. По итогам первого полугодия Tesla продала 13 тысяч седанов Model S и оценивалась фондовым рынком в 12,7 миллиарда долларов – в три с лишним раза больше, чем в начале года. Илон Маск заявлял, что в 2014 году продажи Model S достигнут 35 тысяч автомобилей в год.

Акерсон, бывший офицер ВМС и руководитель телекоммуникационной компании, вошел в совет директоров GM в рамках реорганизации автоконцерна в связи с банкротством в 2009 году, когда случился мировой экономический кризис. Он стал генеральным директором перед тем, как GM вновь вышла на биржу осенью 2010 года, через несколько недель после первичного размещения акций Tesla, что говорило об улучшении ситуации на рынке.

С первых дней работы в совете директоров стало ясно, что Акерсон не в восторге от происходящего в GM. Несмотря на то что банкротство избавило компанию от миллиардных долгов и поставило на более прочную финансовую основу, Акерсон был убежден, что автопроизводителю требуется новая кровь. Оставшиеся руководители были слишком сосредоточены на себе и своих интересах и не могли быстро адаптироваться к меняющимся условиям рынка, который двигался значительно быстрее автогиганта.

Акерсон помнил, как управляющие автоконцернов поначалу насмехались, встречая Model S в Детройте, – так же когда-то реагировали на приход Toyota, когда японские производители еще казались новичками. И он видел, чем обернулось такое легкомысленное отношение. Пришло время провести внутреннее расследование.

У автомобильных экспертов был длинный список причин, почему Tesla крайне специфичная компания, обреченная на провал. Да, компания выпустила потрясающую Model S, которая стоила в среднем 100 тысяч долларов. Но Маску и его команде потребовались годы полного сосредоточения на одном автомобиле, чтобы вывести его на рынок. Работа над следующим продуктом будет еще более напряженной, а давление на компанию увеличится, поскольку Tesla придется не только выпустить новый автомобиль в кратчайшие сроки, но и поддерживать производство Model S. Удастся ли Маску достичь всех этих целей и при этом не разориться? Вряд ли.

Тем не менее Акерсон был убежден, что команда GM по исследованиям и разработкам изжила себя, тратя время на бесперспективные проекты. Они все еще не могли забыть неудачные попытки внедрить свои недавние идеи. К примеру, EV1. В GM задумывали разместить батареи на плоской, похожей на скейтборд раме под автомобилем, но при создании Volt отказались от этой технологии в пользу Т-образного блока батарей внутри салона, который занимал место на заднем сиденье. Tesla же применила идею плоского аккумуляторного блока под кузовом в разработке Model S, что позволило сконструировать такой просторный салон. Напрашивается вопрос: почему Tesla пожинает плоды инновационных решений, придуманных в GM?

Став генеральным директором, Акерсон решил посетить отдел исследований и разработок в просторном кампусе к северу от Детройта, в пригороде под названием Уоррен. Он обнаружил, что большинство сотрудников имеют степени магистра или доктора наук. Каждый новый полученный ими патент отмечается карьерным взлетом и премией от GM. Ежегодно компания входит в число крупнейших в Америке патентообладателей – только в 2013 году на научные исследования и опытно-конструкторские разработки было потрачено 7,2 миллиарда долларов. Формально Акерсон приехал поздравить их с новыми патентами. Стоя перед фотокамерой с одним из инженеров, который успел получить несколько патентов, работая в GM, Акерсон узнал, что эти инновации так и не были внедрены в автомобили GM. Это возмутило гендиректора. Как же так?!

Также Акерсона волновала безуспешная, по его мнению, попытка внедрить технологию сотовой связи в машины GM. В 1990-х годах, в разгар развития персональных технологий, компания разработала систему OnStar – телефонный сигнал, передаваемый автомобилем, который позволял водителям обращаться к оператору за помощью или указаниями. Маск доказал, что такую технологию можно применять гораздо эффективнее. Программное обеспечение Model S можно было обновлять дистанционно – при помощи беспроводного домашнего интернета или используя ту самую технологию телефонных сигналов. Это позволяло инженерам и программистам вносить улучшения в седан уже после продажи, не заставляя водителей ехать в автосалон. Например, если какая-то деталь износилась, программисты могли продлить срок ее службы, изменив код автомобиля и уменьшив прилагаемый к ней крутящий момент.

Осенью 2013 года эта возможность сыграла решающую роль для Tesla, когда череда пожаров Model S вызвала опасения по поводу безопасности автомобиля с тысячами литий-ионных элементов на борту. Первый пожар произошел в октябре недалеко от Сиэтла. Там Model S наехала на дорожный мусор, который повредил днище автомобиля, пробив аккумуляторный блок, что подтвердило опасения Питера Роулинсона, спорившего с Маском о миллиметрах высоты автомобиля.

С Model S все было иначе. Внешне она выглядела ну уровне Porsche, а салон по качеству не уступал Mercedes Е-класса. И полный нокаут: запас хода Tesla на аккумуляторе был почти таким же, как у Volt на бензине.

Никто не пострадал, но пожарные с трудом смогли потушить пламя – все происходящее очевидцы засняли на телефон и выложили в сеть. Вторая Model S загорелась в Мексике, а третья – в ноябре в Теннесси, вызвав интерес Национальной администрации безопасности дорожного движения. Эти новости лишь подкрепили беспокойство людей по поводу опасности использования литий-ионных батарей. При том что инженеры Tesla с самого начала пытались рассеять эти сомнения и доказать надежность своей технологии.

Именно таких скандалов и боялись в GM. И их опасения оказались вполне обоснованы. Цены на акции Tesla резко упали. В довершение всего, той же осенью актер Джордж Клуни, чей ранний интерес к Tesla компания использовала в рекламных целях, пожаловался в Esquire на надежность своего Roadster: «У меня была Tesla. Я был одним из первых, кто купил ее. Может, где-то пятым по счету. Но сколько же часов мне пришлось провести в этой машине, стоя на обочине! Тогда я сказал сотрудникам: “Слушайте, ребята, почему у меня постоянно что-то ломается и я вынужден торчать на чертовой обочине? Сделайте уже что-нибудь, чтобы эта машина нормально работала”».

Инженеры Tesla принялись за работу. Изучая случаи пожаров, они поняли, что низкая высота автомобиля увеличивает статистическую вероятность пробоя аккумуляторного блока. Тысячи других автомобилей проезжали по тем же дорожным обломкам, но их кузова располагались на пару сантиметров выше, поэтому вероятность повреждения резко снижалась. Инженеры подсчитали, что если хоть немного приподнять кузов с помощью подвески автомобиля, то вероятность столкновения с мусором уменьшится. Они изменили программное обеспечение и той же зимой провели обновление в автомобилях. Это сработало, и у них появилось несколько месяцев на то, чтобы придумать более толстую пластину для защиты аккумуляторного блока. А пока шум вокруг возгораний автомобилей быстро утих.

GM со своими электромобилями оказалась не настолько проворной. Несмотря на то что Chevrolet Volt можно было считать победой компании (как минимум, выпуск автомобиля получил финансирование государства и положительные отзывы публики) Акерсон все равно считал, что команда не до конца реализовала потенциал проекта. Он сам ездил на Volt и хвастался партнерам по гольфу, что может с легкостью отправиться в долгую поездку, не особо тратясь на бензин. Да, в этом смысле GM удалось создать уникальный автомобиль. И все же компания выпустила на рынок семейный седан стоимостью в 41 тысячу долларов (до вычета государственной льготы 7500 долларов) с кучей недостатков, включая внешний вид, производительность и вместительность. На заднем сиденье машины могли уместиться лишь два человека. Да, на Volt можно было отправиться в поездку, но не в самую приятную.

С Model S все было иначе. Внешне она выглядела на уровне Porsche, а салон по качеству не уступал Mercedes Е-класса. И полный нокаут: запас хода Tesla на аккумуляторе был почти таким же, как у Volt на бензине. Концепция Маска вызвала справедливые вопросы с Уолл-стрит о том, смогут ли традиционные автопроизводители конкурировать с Кремниевой долиной.

Когда Акерсон сел за руль Model S, то не мог скрыть своего восторга: «Чертовски красивый автомобиль! Нам нужно построить такой же и установить в него двигатель внутреннего сгорания. Тогда мы бы добились успеха». Убежденный, что именно Tesla станет следующей угрозой для GM, Акерсон тайно собрал внутри компании команду для изучения методов, с помощью которых стартап мог сокрушить гигантский автоконцерн.

Люди выбирают Tesla не просто как повседневное транспортное средство. Они – ранние последователи и добровольные испытатели новомодной технологии.

Члены спецгруппы Акерсона – примерно дюжина перспективных менеджеров 30–40 лет из разных подразделений компании, лично убедились, что Акерсон отличается от других руководителей GM, с которыми они имели дело. Он пришел из мира телекоммуникаций и знал, что с появлением новой технологии мир меняется в одно мгновение. «Эта недавно избранная команда понимала, что в мире грядут перемены, – вспоминает один из сотрудников. – И времени было в обрез».

Инженеры по-прежнему пренебрежительно отзывались об аккумуляторной технологии Tesla, подвергая сомнению выбор используемых элементов и упирая на риск возгорания. Также их насторожил огромный сенсорный экран в центре приборной панели, который, по их мнению, может отвлекать водителя. Кроме того, руководители усомнились в законности стратегии прямых продаж Tesla, избегая франчайзинговых дилеров.

Но было еще кое-что: Model S стоила от 100 тысяч долларов. У GM не было ни одного автомобиля с шестизначной ценой. Да и вообще у американских производителей таких машин было мало. Mercedes-Benz S-класса, первоклассный большой седан немецкого качества, в 2012 году стоил 91 850 долларов, став самым продаваемым автомобилем в этой ценовой категории – за 2012 год автоконцерн продал в США 11 794 машин. Tesla давно обещала Model S за 50 тысяч долларов, но на самом деле выпуск электрокара по такой цене был практически невозможен из-за стоимости батарей. Когда Tesla сообщила о первом прибыльном квартале в 2013 году, она тихо свернула планы по выпуску базовой Model S с меньшей емкостью батарей на 40 кВт/ч, обосновав решение тем, что на более дешевую версию приходилось лишь 4 % от общего числа заказов. Для таких клиентов будет разработана Model S с более емким аккумулятором на 60 кВт/ч, хотя дальность ее хода будет ограничена программным обеспечением.

К концу 2013 года компания Tesla планировала продать почти 23 тысячи седанов Model S – даже больше 20 тысяч, обещаных ранее. В США Model S опережала по продажам Mercedes-Benz S-класса, который некоторые считали более роскошным и надежным. Но Model S по-новому определила для людей понятие роскоши. Tesla создала новый сегмент рынка, ориентированный на покупателей, которые любили технологии и с удовольствием водили экологически безопасные автомобили. По прогнозам Маска, в 2014 году продажи Model S вырастут более чем на 55 % (свыше 35 тысяч машин), поскольку Tesla продвигала продажи в Европе и Азии.

Инженеры GM следили за этим с усмешкой. Они тоже могли бы выпустить седан за 100 тысяч долларов, но их специалисты по планированию производства даже не предполагали существования подобного рынка. В спецгруппе Акерсона некоторые считали, что Tesla суждено остаться нишевой компанией, идеально подходящей для богатых калифорнийцев, но практически недоступной для широких слоев населения. Они сомневались, что стартап готов к массовому производству, которое только усилит проблемы с качеством, периодически возникающие на заводе.

Однако успех Tesla может предвещать другую угрозу. Что если щедро финансируемые китайские автопроизводители возьмут пример со стартапа и попытаются зайти на американский рынок? В течение многих лет инсайдеры отрасли опасались, что китайский автопром станет достаточно мощным, чтобы конкурировать с США – многие считали это вопросом времени. Какие-то компании даже называли сроки выхода на американский рынок, но в этих планах отсутствовал ключевой компонент – распространение продукции.

Местные автопроизводители имели в распоряжении тысячную армию франчайзинговых дилерских центров, продающих и обслуживающих их автомобили. А если Tesla смогла продавать машины напрямую через веб-сайт нескольких десятков автосалонов в торговых центрах, то что мешало какому-нибудь китайскому автоконцерну поступить так же, конкурируя по цене, к примеру, с Chevrolet?

Отчасти поэтому сотрудники спецгруппы особое внимание уделили автосалонам Tesla. Шпионы из GM наблюдали за процессом покупки. Они отметили, что в магазинах могут быть один или два автомобиля для тест-драйва, но для формирования заказа покупателей отправляли к компьютеру. По их мнению, многие клиенты рассматривали Model S как дополнительный автомобиль, а не как повседневное транспортное средство. Tesla была одной из лучших компаний по оснащению автосалонов наглядными пособиями, но оказалась одной из худших по успешности базовых процедур продажи, таких как запрос имени покупателя, предложение пробной поездки или обсуждение вариантов оплаты.

Сотрудников GM также волновал вопрос, как Tesla собирается обсуживать растущее количество автомобилей без помощи дилеров. Несмотря на положительные отзывы в СМИ, некоторые владельцы все же сообщали о проблемах. Сайт Edmunds.com, предоставляющий обзоры на автомобили и данные о продажах, приобрел Model S в начале 2013 года и вел учет возникших неисправностей.

За это время авторы нанесли семь незапланированных визитов в сервисный центр Tesla и столкнулись с одной поломкой, из-за которой застряли на дороге. Две поломки касались трансмиссии автомобиля и потребовали дорогостоящего ремонта. И это далеко не первый случай: один из владельцев заявил, что за первые 19 тысяч километров пробега успел заменить блок привода целых пять раз. Признаком проблемы был рокочущий шум, который возникал при ускорении после относительно спокойной езды.

«Я был возмущен, садясь писать этот пост. Представьте себя на месте этого водителя. Если бы мне пришлось менять двигатель на своем автомобиле хотя бы дважды – черт, да даже один раз – я бы навсегда отказался от этой марки, – написал рецензент Edmunds. – Но, обсудив вопрос с коллегами, я вспомнил, что люди выбирают Tesla не просто как повседневное транспортное средство. Они – ранние последователи и добровольные испытатели новомодной технологии».

Спецгруппе GM казалось, что, выходя на более широкий рынок, Tesla придется изменить стратегию продаж и обслуживания. Маск уже успел рассказать, что запас хода автомобиля Tesla третьего поколения составит более 320 км, а цена при этом будет гораздо ниже. До сотрудников GM доходили слухи, что Tesla планирует выпустить его к 2016 году. На команду инженеров GM по разработке батарей обрушилась куча вопросов. Каким образом Tesla собирается снизить стоимость силовой установки, чтобы продавать автомобиль за 35 тысяч долларов и получать какую-то прибыль?

«Это невозможно, – ответили инженеры. – Они не смогут сделать автомобиль за 35 тысяч долларов, который по характеристикам сможет превзойти наши машины».

Если уж на то пошло, у GM было больше шансов сделать это. Компания закупала детали по более низкой цене, благодаря объему заказов, а некоторые компоненты можно было использовать в разных моделях. Последние два года команды в Мичигане и Сеуле трудились над созданием собственного автомобиля нового поколения и дико радовались, когда им удалось обеспечить запас хода хотя бы на 240 км. «Если у вас не получится дойти до 300 км, то даже не пытайтесь выпускать этот автомобиль – только опозоритесь», – сообщил им Стив Гирски, вице-председатель GM.

Осенью того же года GM объявила, что работает над электромобилем, который сможет проехать 300 км на одной зарядке, по цене 30 тысяч долларов (себе в убыток). Посыл был ясен: Детройт принял вызов Маска.

Глава 17

В сердце Техаса

Биллу Волтерсу было 70 лет, когда, в костюме и галстуке, он прибыл в штаб-квартиру Tesla в Пало-Альто по перелете из Остина, столицы Техаса. Давний защитник интересов франчайзинговых автодилеров хотел напрямую встретиться с человеком, который, казалось, был полон решимости перевернуть многолетние укоренившиеся порядки в этом бизнесе. Волтерс приехал убедить Илона Маска в том, что для продажи его популярного седана Model S пришло время обратиться к франчайзинговым дилерам.

В 2011 году Волтерс наблюдал, как Tesla открывала свою первую экспозицию в торговом центре Хьюстона, а вторую – в Остине. Обсуждая планы Tesla с Диармайдом О’Коннелом, заместителем Маска, который продвигал интересы компании в Техасе, Волтерс отнесся ко всей затее крайне пренебрежительно: «Что ж, удачи тебе, сынок». Однако к середине 2013 года Tesla стала приносить прибыль, а Маск все чаще появлялся в Техасе, в том числе из-за планов расширения SpaceX в этом штате. Весной того года он прилетал на слушания в сенат штата и выступал на ежегодном фестивале Southby Southwest.

Несомненно, к тому моменту Маск был известен далеко за пределами Техаса. Даже успел стать культовой фигурой. Так, режиссер Роберт Родригес пригласил его исполнить эпизодическую роль в фильме «Мачете убивает», вышедшем в 2013 году. Среди актеров была и Эмбер Херд, и хотя Маску не удалось сняться с ней в одной сцене, он попытался познакомиться с ней через Родригеса. «Если вдруг будет какая-то вечеринка с Эмбер, то я буду рад с ней увидеться. Просто из интереса, – писал Маск режиссеру в электронном письме, которое потом просочилось в прессу. – Говорят, ей нравятся Джордж Оруэлл и Айн Рэнд… Очень любопытно».

Тем же летом Маск вновь женился на Талуле Райли, которая впоследствии сыграла роль сексуального робота в сериале «Мир Дикого Запада» от HBO. По словам сотрудников, их отношения были нестабильными и личные неурядицы часто отражались на работе Tesla. Работники даже пытались угадывать настроение Маска, следя не только за новостями о его личной жизни, но и за изменениями во внешности Талулы. Многие считали, что при платиновом оттенке ее волос, гендиректор чувствовал себя гораздо счастливее.

Маск хотел лишь одного – превратить свой технологический стартап в настоящий автоконцерн. Этот путь был усеян обломками компаний, дерзнувших поверить, что они могут достичь успеха.

Все это казалось чем-то далеким от техасских автосалонов, и все же повышенное внимание приносило не только негатив, но и позитивные результаты, помогая Tesla создавать ажиотаж. В 2013 году General Motors потратила 5,5 миллиарда долларов на рекламу и промоакции – примерно на 2 миллиарда меньше бюджета компании на исследования и разработки. GM и другие автопроизводители были одними из крупнейших телевизионных рекламодателей в США. Их франчайзинговые дилеры тоже тратили крупные суммы на рекламу в местных газетах, радио- и телеэфирах.

Маск долгое время избегал рекламы, считая ее высасываемой из пальца и фальшивой. По его мнению, для продаж достаточно высокого качества автомобилей. Маск мог себе позволить такие заявления, поскольку сам неплохо генерировал новостную повестку вокруг компании. Подобно политикам, которым шумиха шла только на руку, Маск и Tesla получали выгоду от повышенного интереса. Одним твитом он мог всколыхнуть общественность, а когда Tesla стремилась открыть побольше автосалонов, местные СМИ только и успевали строчить на них обзоры.

Франчайзинговые автодилеры больше не могли списывать Tesla со счетов. Дилеры в Массачусетсе и Нью-Йорке подали иски, стремясь запретить прямые продажи компании, а законодатели в Миннесоте и Северной Каролине пытались ради этого внести изменения в свои законы. По мнению Волтерса, для Tesla не было никакого смысла брать на себя расходы по открытию собственной сети автосалонов. Почему бы не переложить эти расходы на дилеров? Именно ради этого десятки лет назад GM и Ford придумали модель франчайзинга.

В Tesla Волтерса встретил О’Коннелл, который провел для него экскурсию по штаб-квартире и показал лабораторию по производству аккумуляторов. В итоге они оказались в небольшом конференц-зале, где Волтерса представили Маску. «Я по-настоящему восхищен тем, что вы сделали для создания нового продукта, и мы хотим помочь вам добиться успеха, – вспоминает детали того разговора Волтерс. – Мы готовы сотрудничать с вами всеми возможными способами, чтобы продвигать автомобили в Техасе при помощи системы франчайзинга».

Конечно, в отношении дилерской деятельности Волтерс был довольно предвзят. Несколько лет он был президентом Техасской ассоциации автомобильных дилеров. Свою карьеру Волтерс начал в Ford, имея дело с их франчайзинговыми дилерами, как в Техасе, так и за пределами страны. Он пробыл в Ford достаточно долго и подробно изучил лоскутное одеяло из городков, раскиданных по его родному Техасу. По мере того как сетевые гипермаркеты и торговые центры заполняли центры городов, автосалоны часто оказывались единственными коммерческими предприятиями, оставшимися в руках местных бизнесменов. Пускай люди часто не могли купить там ничего, кроме обычного Chevrolet, зато они были уверены, что в случае чего смогут обратиться за помощью в знакомый автосалон.

«Я вырос в Льюисвилле, штат Техас. Это небольшая фермерская община, где на две тысячи человек населения было 40 торговых точек – и все принадлежали местным владельцам, – позже объяснял Волтерс, почему он подался во франчайзинг. – Сегодня в руках у местных остался лишь один бизнес – это Huffines Chevrolet. На место остальных пришли сетевые гипермаркеты, которые заполонили штат, потому что тогда еще не существовало ограничивающих законов».

Работники даже пытались угадывать настроение Маска, следя не только за новостями о его личной жизни, но и за изменениями во внешности Талулы. Многие считали, что при платиновом оттенке ее волос, гендиректор чувствовал себя гораздо счастливее.

Типичный франчайзинговый автодилер зарабатывал на продаже и обслуживании новых и подержанных автомобилей. По данным Национальной ассоциации автомобильных дилеров, в том году средний дилер получал около 1,2 миллиона долларов прибыли до уплаты налогов, продав 750 новых и 588 подержанных автомобилей. Прибыль в основном приходилась на сервисное обслуживание – в том году новый автомобиль в среднем приносил дилеру всего 51 доллар. Как и во многих других отраслях автомобильной промышленности, ключом к успеху стал масштаб.

Когда-то франчайзинговые дилеры были в основном семейными предприятиями. Но, как и в остальных сферах, это становилось все менее распространенным явлением. Крупные корпорации теперь владели десятками, а то и сотнями франшиз. Крупнейшим продавцом автомобилей была Auto Nation Inc., публичная компания из Флориды, которая в США имела 265 франшиз и продавала все: от Chevrolet до BMW. В 2012 году в AutoNation работала 21 тысяча человек (по сравнению с 2964 штатными сотрудниками Tesla). Крупнейшим акционером компании был соучредитель Microsoft Билл Гейтс, который в том году вложил в бизнес 177 миллионов долларов. Компания получила доход в размере 8,9 миллиарда долларов от продажи более четверти миллиона новых автомобилей.

Хотя эволюция коммерческой деятельности была несколько сложнее, чем ее описывал Волтерс, он тем не менее твердо придерживался своей точки зрения, опираясь на поддержку более чем 1300 франчайзинговых дилерских центров в 289 городах и поселках Техаса. Эти дилеры приносили более миллиарда долларов прибыли в год и были одними из крупнейших в штате компаний по количеству работников, налоговых баз и гражданских инициатив.

«Не подумайте, что я был легкомысленным, – вспоминает Волтерс о своей поездке к Маску. – Я приехал туда, всерьез желая заключить с ним соглашение о сотрудничестве».

Но Маска это совершенно не интересовало. Он показывал Волтерсу результаты исследований, подтверждающих, что люди хотят покупать автомобили напрямую у производителей. Тот не мог согласиться: «В прошлом году в наших франчайзинговых дилерских центрах мы оформили 2,8 милллиона новых и подержанных автомобилей, и ни один человек не сказал: “Эх, лучше бы я купил машину прямо с завода”».

Маска это не убедило. Ему совершенно не хотелось продолжать эту беседу. «Я готов потратить хоть чертов миллиард долларов, чтобы отменить законы о дилерских франшизах в Америке», – сообщил он.

Волтерс был ошеломлен: «Безопасность и благополучие каждого техасца в моем штате – а это 28 миллионов человек – зависит от сети франчайзинговых дилерских центров».

В ответ Маск лишь молча посмотрел на него.

«То есть вы не будете сотрудничать с нами из принципа?» – спросил Волтерс.

Мало кто говорил с Маском так откровенно. Для него Волтерс олицетворял собой все, что ему хотелось изменить, – чопорный пожилой человек, считавший своим долгом поддерживать устаревшую систему, которая работала ради процветания кучки людей, случайным образом унаследовавших прибыльный бизнес, где клиент никогда не считался чем-то особенным. Маск не смог сдержать свой гнев. Он вскочил и вышел из комнаты, хлопнув дверью и крикнув: «Выведите его отсюда к чертовой матери!»

Подобно политикам, которым шумиха шла только на руку, Маск и Tesla получали выгоду от повышенного интереса. Одним твитом он мог всколыхнуть общественность, а когда Tesla стремилась открыть побольше автосалонов, местные СМИ только и успевали строчить на них обзоры.

Позже Маск рассказывал, что Волтерс назвал его антипатриотом. Тот это отрицал. Когда речь шла о том, каким они видят будущее Америки, эти два человека находились на противоположных полюсах. Волтерс боролся за сохранение системы, которая, по его мнению, обеспечивала целые семьи в Техасе, и за способ ведения бизнеса, который он считал основой сегодняшней Америки. Маск придерживался более типичной для Кремниевой долины визионерской точки зрения. Он увидел лучший способ ведения дел и не хотел, чтобы старые правила ограничивали его возможности. Предыдущие несколько лет при открытии своих салонов Tesla пыталась обойти законы штатов. Пришло время изменить этот подход – пора переходить в наступление. Если нельзя обойти законы, то он собирался их изменить. И Техас станет первым полем битвы.

В том году Маск бывал в Техасе постоянно. Он одобрил привлечение денег для финансирования лоббистской кампании Tesla, потратив до 345 тысяч долларов на привлечение восьми лоббистов в штате. Tesla была гораздо агрессивнее, чем SpaceX, которая параллельно также пыталась добиться изменения законодательства штата, чтобы получить возможность построить коммерческий космодром на юге Техаса.

Но эти цифры меркнут по сравнению с тем, сколько тратил Волтерс. Ассоциация дилеров Техаса наняла почти в три раза больше лоббистов на сумму до 780 тысяч долларов, и это помимо политических взносов, которые во время прошлогодних выборов достигли более 2,5 миллиона долларов. Маск мог ощутить все влияние, которым обладали дилеры. Во время визита в палату представителей штата к Маску подошел сенатор: «Мне нравится то, как вы ведете дела в SpaceX, – сказал политик. – Но вот подход Tesla я терпеть не могу». Маск еле сдержался, хотя внутри у него все кипело.

Несмотря на трудности, Tesla удалось найти сторонников в сенате и палате представителей, которые внесут изменения в законодательство штата, которые позволят Tesla иметь собственные автосалоны. Чтобы поддержать законопроект, Маск решил продемонстрировать свою значимость. В апреле он дал показания в комитете палаты представителей и разослал всем сотрудникам компании электронное письмо, призывающее их связаться со знакомыми в Техасе и провести митинг у здания штата:

«Просто безумие, что в Техасе, который гордится своими гражданскими свободами, при этом самые жесткие законы в стране, которые защищают больших автодилеров от конкуренции. Знай жители штата, насколько это плохо, они подняли бы оружие, ведь автодилеры фактически обирают их до нитки (не говоря уже о нечестном бизнесе – есть исключения, но многие из них просто отвратительны). Нужно просто донести эту мысль до населения, пока эти мошенники снова не обхитрили их. Говорю каждому техасцу, которого когда-либо обманул автодилер, – пришло время отомстить».

Призыв Маска сработал. Местные автовладельцы припарковали свои седаны Model S в аккуратный ряд у здания Капитолия и собрались в зале комитета по бизнесу и промышленности, чтобы выразить поддержку Маску и понаблюдать за его выступлением. Одетый в темный костюм, Маск вел себя совсем не так свободно, как на многочисленных презентациях. Он спокойно рассказывал о том, что Tesla необходимо привлечь новый тип покупателей, а для этого нужно выйти за пределы обычных методов продажи автомобилей. Маск считал, что у традиционных франчайзинговых дилеров возник конфликт интересов, так как продажа электромобилей подорвет их бизнес по сбыту машин на бензине.

Просто безумие, что в Техасе, который гордится своими гражданскими свободами, при этом самые жесткие законы в стране, которые защищают больших автодилеров от конкуренции.

Законодатели отнеслись к речи Маска с долей скепсиса. Один из них спросил, понадобится ли Tesla в конечном итоге франчайзинговая сеть для кредитования и обмена старых автомобилей на новые, когда компания перейдет на массовые продажи. Маск отметил, что, возможно, когда-нибудь Tesla и понадобятся франчайзинговые автосалоны, но пока им нужна возможность выбора. «На самом деле мы просто пытаемся сделать все возможное для успеха своей компании», – сказал Маск.

Отдельно он провел пресс-конференцию, где произнес более эмоциональную речь: «Когда мы выбрали этот путь, все говорили, что нам надерут задницу. Что ж, существует большая вероятность, что так оно будет. Но мы все равно попытаемся».

В тот день комитету удалось продвинуть законопроект, но дальше дело не пошло, поскольку законодательная сессия штата 2013 года подошла к концу. Ничего не получилось. Tesla пообещала вернуться к следующей сессии в 2015 году, но руководители компании знали, что предстоит нелегкая борьба. А пока в Техасе достаточно экспозиционных салонов компании.

Но надолго этого не хватит – идей по поводу автомобиля третьего поколения, за которым окончательно закрепилось название Model 3, становилось все больше. Успех Model S удивил автомобильную промышленность, но для Маска этого было недостаточно. Все подразделения компании должны быть улучшены и расширены. Следующий шаг должен был стать звездным часом Tesla. Маск хотел лишь одного – превратить свой технологический стартап в настоящий автоконцерн. Этот путь был усеян обломками компаний, дерзнувших поверить, что они могут достичь успеха.

Часть 3

Автомобиль для всех

Глава 18

Гига

Когда план Tesla по созданию роскошного электроседана близился к завершению, Джей Би Страубел занялся созданием сети зарядных станций на всем протяжении от Сан-Франциско до Тахо и от Лос-Анджелеса до Лас-Вегаса, чтобы снять опасения калифорнийцев по поводу нехватки заряда во время длительных поездок. На автомагистралях между штатами уже развернулась похожая сеть станций под названием Supercharger. Шел 2013 год, и Страубел, находясь на борту частного самолета Маска, обдумывал последствия дальнейших планов своего босса по поводу развития Tesla.

После приобретения завода GM-Toyota во Фримонте, Маск был уверен, что предприятие сможет производить 500 тысяч автомобилей в год, как в годы расцвета производства при бывших владельцах[27]. На Уолл-стрит Маск заявил, что, по его мнению, мировой спрос на седаны Model S составит 50 тысяч автомобилей в год. Такой же спрос планировался и на внедорожники Model X. Таким образом, на недавно приобретенном заводе оставались мощности для производства еще 400 тысяч будущих Model 3 – головокружительная цифра для компании, которая весь предыдущий год билась над запуском Model S и до сих пор с трудом наращивала их производство.

Сложности были, в основном, с батареями. В производстве тысяч литий-ионных элементов питания, которые собирались вместе для создания аккумуляторного блока в каждом из автомобилей, Tesla полностью зависела от Panasonic. По расчетам Страубела, чтобы выпускать запланированное количество автомобилей, Tesla ежегодно нуждалась в мировых запасах всех производимых на тот момент батарей. Еще более серьезная проблема – цена. При текущих затратах на батареи Tesla не могла себе позволить электромобиль по цене 30 тысяч долларов. Несмотря на все усилия Страубела и Курта Келти по снижению стоимости аккумуляторов, она все еще мешала автомобилям компании стать общедоступными.

Элементы питания обходились примерно по 250 долларов за киловатт-час, по сравнению с 350 долларами в 2009 году. Это означало, что батареи в аккумуляторном блоке весом около 590 кг и емкостью 85 кВт/ч (что вполне разумно для седана, способного конкурировать с аналогами на двигателе внутреннего сгорания), будут стоить около 21 тысячи долларов, то есть больше двух третей от прогнозируемой цены Model 3. Аналитики полагали, что нужно снизить стоимость до 100 долларов за кВт/ч, чтобы затраты на производство электромобиля сравнялись с затратами на выпуск обычных машин.

Когда Страубел обсуждал свои расчеты с Маском в самолете, оба быстро пришли к выводу, что нужен завод, который будет производить батареи только для Tesla. Лишь тогда они смогут увеличить масштабы производства. Такая затея могла стоить миллиарды, и, хотя Tesla добилась успеха в продажах Model S, после привлечения средств в начале года денежный баланс компании составлял чуть менее 800 миллионов долларов. Эти деньги должны были пойти на финансирование Model X и Model 3, но в компании уже стали понимать, что кроссовер обойдется дороже, чем Маск обещал инвесторам. Но даже имея собственный завод по производству батарей, Tesla нуждалась в помощи Panasonic, чтобы выпускать миллиарды аккумуляторных элементов в год. Задачка не из легких.

Более того, при тех прогнозах, которые озвучивал Маск, выполнить эту цель все равно было невозможно. Model S хоть и получила признание критиков и ценителей, но не достигла заявленной Маском стоимости в 50 тысяч долларов. Пока что это не было проблемой, но дальше ситуация могла измениться. Маску нужно было построить механизм, в прямом и переносном смысле, который сделает его новый автомобиль доступным.

По расчетам Страубела, чтобы выпускать запланированное количество автомобилей, Tesla ежегодно нуждалась в мировых запасах всех производимых на тот момент батарей.

Увеличение масштабов производства могло бы помочь в борьбе за снижение стоимости за счет распределения цены на как можно большее количество выпускаемых автомобилей. Основная часть стоимости батареи приходилась на ее изготовление – рост объемов позволял сократить эту статью расходов. Но широкий модельный ряд требовал быстрого роста продаж. Если получится объединить эти два элемента – производство батарей и активные продажи, – то Tesla сможет повторить успех 2008 и 2013 годов, когда компания совершала прорывы на рынке.

Сложность заключается не в разработке какого-то гениального плана (куда двигаться дальше было предельно ясно), а в его реализации. И здесь все будет гораздо сложнее, чем могло быть в 2013 году.

Роль Страубела в разработке технологии аккумуляторных батарей, обеспечивающей работу автомобилей Tesla, была настолько важной, что Маск (и руководство компании) рассматривали его кандидатуру в качестве соучредителя. Конечно, технические разработки впечатляли, но помимо этого, Страубелу также удалось убедить Panasonic тесно сотрудничать с Tesla. Отношения двух компаний с самого начала были непростыми – их укрепление зависело от настойчивости и большой доли удачи, не говоря уже о роли Курта Келти, которого Страубел нашел в Panasonic в 2006 году.

Однако Tesla практически не использовала готовые батареи для Roadster, и в преддверии выпуска Model S Страубел хотел изменить химический состав и структуру аккумуляторных элементов, чтобы сделать их более надежными для нового широкого рынка. Спрос на элементы питания предполагался настолько большой, что Panasonic пришлось бы выделить на это дополнительные ресурсы. К тому же Tesla ставила слишком сжатые сроки, и японская компания никак не могла к ним привыкнуть. По мере проработки деталей соглашения с Panasonic, которая стала инвестором Tesla в 2010 году, Маск все большее разочаровывался в поставщике.

Как всегда, вопрос упирался в цену. После особенно неудачной встречи в Пало-Альто в 2011 году партнерство, казалось, было под угрозой. За несколько лет до этого Маск шутил с финансовым директором Дипаком Ахуджа, что пришлось надеть галстук ради знакомства с генеральным директором Toyota Motor Corp. Но теперь ему уже было не до церемоний с японскими компаниями вроде Panasonic. Когда Маск услышал цену, которую японцы назначили за свои элементы питания для Model S, он пришел в ярость: «Это безумие!» – и, разозлившись, резко покинул совещание. Его помощники, включая Страубела, убеждали гендиректора пойти на общее собрание, где несколько сотен сотрудников ждали, что им скажет глава компании. «Это катастрофа. Так мы точно не сделаем», – бормотал про себя Маск. Он повернулся к Страубелу и, сказав, чтобы тот проводил собрание без него, ушел.

Для Страубела и его команды это стало очередным вызовом: Tesla рассматривала возможность самостоятельно производить аккумуляторы, тем более если Panasonic заламывал цены и не укладывался в сроки. Постепенно Маск стал вмешиваться в работу команды Страубела, поручая некоторым из участников задачи по строительству завода для батарей. Перспективы пугали: назначенные сотрудники даже не понимали, говорит ли Маск серьезно или шутит. «Нет уж, я чертовски серьезен!» – послышался однажды крик из его кабинета.

Но, помимо стоимости, был еще вопрос опыта. Panasonic потратила годы на создание необходимых технологических условий. Батареи очень капризны в производстве и требуют специальных костюмов и стерильных помещений. Тогда как в Tesla до сих пор не разобрались, как перемещать вагонетки для кузовных деталей Model S на своем заводе. Некоторые сотрудники считали всю эту затею безнадежной. В конце концов, после нескольких месяцев работы, когда предполагаемые расходы становились все больше, Маск отказался от этой идеи. Пока что компания не готова была на равных конкурировать с глобальными производителями вроде Panasonic и Sanyo. Но напрочь отметать эту задумку Маск не стал.

Аналитики полагали, что нужно снизить стоимость до 100 долларов за кВт/ч, чтобы затраты на производство электромобиля сравнялись с затратами на выпуск обычных машин.

В этом время Келти за спиной у Маска тихо продолжал работать над соглашением с Panasonic, которое устроило бы обе стороны. Гнев Маска постепенно утих. Правда, команда Страубела так и не поняла почему. То ли удалось убедить его в целесообразности партнерства, то ли он просто потерял интерес к запуску собственного производства батареек, а может, это вообще было его тактикой ведения переговоров. В октябре 2011 года компания Panasonic объявила о заключении сделки на производство достаточного количества элементов питания, чтобы в течение следующих четырех лет Tesla могла собрать более 80 тысяч машин. Panasonic гарантировал, что до конца 2012 года обеспечит достаточное количество элементов для производства более 6 тысяч седанов Model S Tesla. Чтобы удовлетворить такой спрос, японская компания установила вторую сборочную линию.

В итоге сроки оказались даже более сжатыми, чем Tesla требовала изначально. Зато к 2013 году стало ясно, что Model S принесла успех не только калифорнийскому производителю, но и японскому. Для Panasonic это была победа, в которой компания отчаянно нуждалась после трудного 2012 года. За десять лет до этого компания делала большие ставки на мобильные телефоны и телевизоры с плоским экраном. Но конкуренция со стороны более дешевых китайских производителей привела к миллиардным убыткам.

Началась болезненная многолетняя реструктуризация компании, кульминацией которой стало назначение президентом Казухиро Цуга в 2012 году. Он отказался от выпуска телевизоров и сократил десятки тысяч сотрудников. Но этого было недостаточно. Цуга понимал, что компании нужен новый путь развития.

Потребность Tesla в дополнительных батареях для Model S в 2013 году пришлась как раз кстати для Цуги. В будущем он хотел превратить автомобильное подразделение в одно из основных для Panasonic – ведь громкое партнерство с Tesla может стать сигналом для других автопроизводителей, не решавшихся до этого выйти на рынок электромобилей.

Цуга стремился к укреплению отношений, убеждая Tesla гравировать название поставщика на заднем стекле в обмен на 50 миллионов долларов наличными. Но Маск и слышать об этом не хотел. Затем Цуга назначил новое руководство своего подразделения по производству батарей, которое отправилось в Пало-Альто на встречу с Tesla.

Маск был уверен, что они хотят поговорить о снижении цен. Это было бы логично.

Спрос на Model S был столь велик, что новой сборочной линии Tesla пришлось остановить работу из-за нехватки батарей. Так что Маск требовал от японского производителя все больше и больше элементов. Увеличение объемов должно означать снижение цены. Но вместо этого Panasonic, напротив, хотели поднять стоимость.

Возможно, посланцы Panasonic таким образом пытались впечатлить нового президента компании, но их действия имели обратный эффект. Маск еле сдержался, чтобы не обругать японских менеджеров, как он поступал со многими другими поставщиками. Но ему удалось сохранить самообладание. Вместо этого он задумал кое-что получше – месть.

Перспективы пугали: назначенные сотрудники даже не понимали, говорит ли Маск серьезно или шутит. «Нет уж, я чертовски серьезен!» – послышался однажды крик из его кабинета.

На следующий день, в субботу, Маск собрал в штаб-квартире Tesla свою команду, чтобы отдать уже знакомый всем приказ: надо начать производить собственные батареи. Но эта попытка будет успешнее предыдущих. Если с Model 3 компания добьется успеха, то Tesla уже не будет зависеть от третьих сторон, как с Panasonic и Model S. То, что когда-то Маск и Страубел задумали, сидя в частном самолете, теперь могло стать реальностью.

Но отказ от аккумуляторных элементов Panasonic не означал, что Tesla не нужны японские деньги. Так же, как с Келти в 2006 году, компания рассчитывала на нового руководителя в рядах Panasonic. Один из высших менеджеров компании, Йоши Ямада, отличался от своих коллег более западным подходом к ведению бизнеса и стремился вырваться за пределы традиционного японского производителя. Он помог модернизировать американские подразделения Panasonic, внедрив более современный подход к управлению, и уделял внимание развитию деловых связей в Кремниевой долине. В 2011 году, ближе к пенсии, в возрасте 60 лет, он занялся марафонским бегом, а отпуск проводил, путешествуя по США и посещая места сражений Американской революции.

Вернувшись в Японию, он встал во главе подразделения Panasonic, отвечающего за батареи. Но сохранял наработанные в США контакты, в том числе и с Tesla. В 2009 году, еще будучи руководителем американского филиала, Ямада посещал Tesla, когда Panasonic еще только изучали возможность партнерства. А до этого японского коллегу, часто приезжавшего в Кремниевую долину для ведения переговоров с технологическими компаниями, принимал у себя Келти, который еще работал на Panasonic. Поэтому, когда в 2013 году требования Маска грозили срывом переговоров, Ямада лично вмешался, чтобы исправить положение. До этого переговоры с Tesla воспринимались японцами как рядовой этап ведения бизнеса, потому высшее руководство не принимало в них участия. Ямада же решил, что пришла пора ему вмешаться.

Осенью того же года стороны объявили о продлении контракта. Чтобы решить проблемы, связанные с запросами Tesla для производства Model 3 и нехваткой мощностей у Panasonic для его удовлетворения, Ямада предложил двум компаниям создать совместное предприятие. Маск относился к подобным соглашениям пренебрежительно – ведь компанию «50 на 50» контролируют обе стороны. Любой, кто работал на Маска, знал, что босс не любит делиться властью. Но к тому времени Келти и Страубел уже успели кое-что придумать, чтобы развеять его опасения.

Для Страубела это была пора перемен. Он как раз встретил Боряну, молодую сотрудницу отдела кадров Tesla, которая считала себя настоящим гиком и разделяла увлечение инженера большими данными. Тем же летом они поженились. В конце 2013 года Страубел уже готовил презентацию с обоснованием строительства крупного завода по производству аккумуляторов. Согласно дерзкому плану, завод должен строиться поэтапно, по мере необходимости наращивая мощности. Его стоимость составляла до 5 миллиардов долларов, а площадь – 900 тысяч квадратных метров – больше, чем Пентагон. Для строительства завода требовалось 400 гектаров земли и 6500 сотрудников.

Такие задумки по масштабу были сравнимы, скорее, с планами Генри Форда столетней давности, чем с подходом нынешних автопроизводителей. Но не все члены команды поддерживали идею самостоятельного производства батарей. Келти опасался, что сложность проекта слишком велика и это подтолкнет его коллег в Panasonic к поиску других решений. В грандиозном плане Страубела компания Panasonic, по сути, открывала свой цех на заводе Tesla, где будет производить элементы питания, из которых автопроизводитель тут же будет собирать аккумуляторные блоки. Получалось вертикально интегрированное предприятие: туда поступает сырье для аккумуляторных элементов, а оттуда выходят аккумуляторные блоки для Model 3. Сам автомобиль будет собираться во Фримонте.

Если построить завод в США, только на доставке можно сэкономить 30 %. Но чтобы снизить стоимость электромобиля и сделать его массовым, этого было недостаточно. Бензиновые автомобили все еще были примерно на 10 тысяч долларов дешевле, чем аналогичные по размеру электрические конкуренты.

Идея создания этой Гигафабрики, как прозвал ее Маск, возникла у Страубела как раз в тот момент, когда ему требовался новый ориентир для работы. Примерно в это время Маск решил расширять свою команду руководителей высшего звена и понял, что за производство должен отвечать один человек, а не два соперничающих подразделения – автомобили и аккумуляторы. Страубел предложил кандидатуру Грега Райхоу, который отвечал за выпуск батарей и без особых проблем управлялся с работой во Фримонте. Маск согласился, но, к удивлению Страубела, Райхоу поднялся с ним на одну ступень и теперь подчинялся только гендиректору, который поручил ему создать обе новые сборочные линии как для Model S, так и для Model X. Влияние Страубела ослабевало.

Аналогичным образом, Маск пригласил в команду Дага Филда, высокопоставленного инженера Apple. Когда Маск повел Филда на экскурсию по заводу, управленцы Tesla поняли, что его рассматривают не только как инженера. Филд представлял собой новый тип руководителя для новой эры в истории компании. В отличие от инженеров, нанятых Питером Роулинсоном, он не относился к тем, кто сделал карьеру в традиционном автопроме и теперь выбрал небольшой стартап, чтобы начать все с чистого листа.

Филд также не был и недавним выпускником Стэнфорда, жаждущим найти работу в Кремниевой долине, как это произошло со Страубелом и многими его коллегами. Он был опытным корпоративным бойцом, который руководил тысячами сотрудников Apple и отвечал за разработку культового компьютера Mac. Привлекая Филда, Tesla заявляла Кремниевой долине, что может работать с крупными игроками – и, что важнее, переманивать их к себе.

Именно с таким человеком, как Филд, Tesla была готова начать новый, более профессиональный этап своей деятельности. После окончания Университета Пердью в 1987 году Филд начал инженерную карьеру в Ford Motor, а затем покинул компанию, разочаровавшись в культуре автопроизводителя. Ему поручили изучить автомобили Lexus и BMW, и он понял, что пройдет немало времени, прежде чем Ford сможет соперничать со своими конкурентами. Филд перешел в компанию Segway, где курировал разработку электрического скутера, опередившего свое время. Наконец, Стив Джобс пригласил его на работу в Apple.

Наблюдая за тем, как Маск обхаживает Филда, Страубел понял, что тот, скорее всего, займется производством Model 3. А значит, сам Страубел должен был заняться чем-то еще. Гигафабрика позволяла ему создать целую империю. Так же, как однажды он решил проблему производительности электрокаров, придумав технологию литий-ионных батарей, Страубел был готов к решению вопроса стоимости, мешающего электромобилям стать массовыми.

Таким образом, работая вместе, Маск и Страубел придумали авантюру с высокими ставками. Они нашли рычаги влияния на своих поставщиков и на местные власти, чтобы те помогли финансировать новый объект. По плану Panasonic вносила вклад в разработку и оплачивала половину стоимости проекта. Также предполагалось получение правительственных льгот, ведь штат, где будет размещен завод, получит тысячи высокооплачиваемых и высококвалифицированных рабочих мест.

Диармайд О’Коннелл, который помогал компании в получении спасительных кредитов Министерства энергетики, а также в борьбе с франчайзинговыми дилерами, начал рассылать по штатам запросы, чтобы стравить их друг с другом в битве за тендер. Техас мог дать Tesla рычаги влияния, необходимые для одобрения отмены законов о защите франчайзинговых дилеров в палате представителей штата. Но Маск хотел выбрать Калифорнию, чтобы завод был ближе к дому.

Однако все более привлекательным местом казался городок Спаркс в Неваде. Штат был не против, а до завода во Фримонте было всего четыре часа езды. На частном самолете Маска это было немногим дальше, чем лететь из Лос-Анджелеса в Кремниевую долину.

Для ознакомления с планом в штаб-квартиру Tesla пригласили правительственных чиновников. Зайдя в офис, они увидели, что в зале уже сидят их конкуренты из другого штата, и поняли, что за тендер придется побороться.

В конце февраля 2014 года, чтобы усилить давление, Tesla обнародовала свои планы для привлечения 1,6 миллиарда долларов в виде нового займа. Компания сообщала инвесторам, что эти деньги пойдут на строительство крупного завода по производству аккумуляторов, выпуск автомобиля третьего поколения и другие корпоративные вопросы. Эти спекуляции заставили Panasonic задуматься об участии в проекте.

Вернувшись в Японию, Ямада увидел, что многие руководители выступают против сотрудничества с Tesla. Не все в индустрии хорошо представляли, насколько большим будет спрос на электромобили. Потребители не спешили выстраиваться в очередь ни за Chevrolet Volt, ни за недавно выпущенным Nissan Leaf. А идея строить дорогостоящий завод, которым будет владеть Tesla, не слишком привлекала Panasonic. Такого японский производитель еще никогда не делал.

Чтобы добиться поддержки Panasonic, Страубел должен был доказать Ямаде, что Tesla стоит вложенных денег. И у калифорнийского технолога был план, который напоминал стратегию компании, когда нужно было убедить первых инвесторов в надежности стартапа. Тогда, чтобы разжечь интерес Toyota и Daimler AG к Model S, команда Страубела создала несколько концепткаров – презентационных автомобилей, максимально приближенных к финальному варианту. Это давало публике представление о том, как будет выглядеть модель в будущем. Сейчас вновь настало время продемонстрировать что-то внушающее уверенность – например, концепт производства.

Однако чертежи предприятия не произведут такого впечатления, как прототипы автомобилей. Команда Tesla решила, что должна показать Panasonic и другим поставщикам, что настроена очень серьезно. Без лишнего шума они заключили сделку с владельцами земли в Спарксе и начали готовить площадку для строительства. Компания установила массивные фонари и собрала бульдозеры и землеройные машины со всего штата для перевозки тонн грунта. Расходы были огромными, достигая 2 миллионов долларов в день, но Страубел хотел подготовить для партнеров максимально убедительную демонстрацию. Только так Tesla могла показать, что собирается двигаться вперед – с ними или без них.

Авантюра была рискованной. Если об этом станет известно, то кто-то решит, что Tesla уже выбрала место и не нуждается в государственных деньгах. Маск рассчитывал на помощь штата в размере 10 % от стоимости проекта, что составляло 500 миллионов долларов. Зачем законодателям Невады или любого другого штата утверждать льготы для завода, строительство которого уже началось? Когда в местной газете опубликовали новость о масштабных работах, пошли предположения о том, что стройка принадлежит Tesla, но компания отмахнулась, заявив, что это лишь одно из возможных мест, которые готовятся к запуску, – в такое было трудно поверить, учитывая невероятные затраты и ограниченные финансы автопроизводителя.

Но детали не имели значения. Маск и Страубел делали все, чтобы создать великую иллюзию – своеобразную «потемкинскую фабрику». На площадке в Спарксе Страубел соорудил смотровую площадку, с которой открывался обширный вид на строительство. Он пригласил Ямаду навестить стройку, и, пока они осматривали объект, для пущего драматизма Страубел организовал проезд гигантских землеройных машин и самосвалов. Он хотел, чтобы Ямада увидел – будущее уже наступило, с ним или без него.

Страубел был взволнован и ожидал от Ямады того же. Но вместо этого японский руководитель демонстрировал спокойствие. Лишь слегка побледнел. Возможно, ему стало дурно от увиденного. Уловка сработала даже лучше, чем предполагал Страубел. Ведь Tesla не просто заманила Panasonic, но загнала их в угол.

Ямада вернулся в Японию, проникшись видением будущего Tesla, а через несколько недель туда прилетели Страубел и Маск, чтобы узнать итоговое решение Цуги. После короткой светской беседы Маск перешел к делу: «Вы готовы взяться за это?» Цуга ответил положительно.

После ужина Страубел сел в самолет Маска, чтобы вернуться в Калифорнию. За короткое время своего существования Tesla успела заключить множество спасительных соглашений: сотрудничество с Daimler помогло оплатить электричество, а заброшенный завод Toyota позволил производить Model S. Но сделка с Panasonic, возможно, более значительная, чем все предыдущие. Неожиданно у Tesla появился потенциал для огромного роста. Если Страубел и Маск правы, то это откроет миру дорогу к доступным электроавтомобилям.

Глава 19

Выход на мировую арену

Удивительным образом Tesla приобрела культовый статус в крайне далеком от Калифорнии месте – в Норвегии. В середине 2012 года, когда Сатиш Варадхараджан, IT-предприниматель из Осло, искал замену подержанному внедорожнику BMW X5, он наткнулся в интернете на видео, снятое в начале того года, где Маск демонстрировал Model X. Автомобиль его очень заинтересовал, и он быстро прочитал о компании всю информацию, которую смог найти, а затем отправился в недавно открывшийся местный салон Tesla, где впервые увидел Model S. До выхода кроссовера оставалось еще несколько лет, зато уже через несколько месяцев Варадхараджан мог опробовать только приобретенный седан компании.

«Чем только ни была напичкана эта машина. Такого я никогда не видел», – вспоминает бизнесмен. Большой экран на приборной панели, мгновенное ускорение. Варадхараджан тут же согласился на предложение Tesla. Его привлекла и цена – фактическая стоимость с учетом государственных льгот в Норвегии составляла около 60 тысяч долларов, что примерно в два раза меньше, чем он заплатил за подержанный BMW. Многие последовали примеру предпринимателя, и рынок в Норвегии стал для компании вторым по величине после США.

Большие надежды подавал и Китай. Борясь с загрязнением городов и загруженностью дорог, правительство также настаивало на внедрении электромобилей. Такие мегаполисы, как Шанхай, накладывали на водителей ограничение пользоваться собственными автомобилями лишь раз в несколько дней. А на электрокары эти правила не распространялись. Общенациональные налоговые льготы для покупателей позволяли снизить фактическую стоимость. По прогнозам, увеличение числа электромобилей в Китае будет способствовать значительному росту рынка в целом.

Мировые производители люксовых автомобилей уже вовсю зарабатывали деньги на стремительном росте числа китайских покупателей BMW и Mercedes. Поэтому идея продвигать в Китае электромобиль премиум-класса казалась беспроигрышной – это могло стимулировать развитие Tesla перед выпуском Model 3 и подготовить еще больший рынок для продажи массовой модели. Наращивая возможности по производству миллиардов батарей, Tesla была просто обязана выйти на рынок, где миллионы покупателей способствовали бы росту ее продаж.

После отставки Джорджа Бланкеншипа Илон Маск передал управление продажами и обслуживанием Жерому Гильену, 38-летнему доктору наук в области машиностроения из Мичиганского университета, который хорошо зарекомендовал себя при запуске в производство Model S после ухода Питера Роулинсона.

Для некоторых в Европе приход француза в Tesla осенью 2010 года стал неожиданностью: его карьера в Daimler AG шла в гору. Немецкие СМИ утверждали, что в ближайшем будущем Гильен мог войти в состав исполнительного совета автоконцерна. Дитер Цетше, главный исполнительный директор Daimler, перевел его из подразделения грузовых автомобилей компании, где он руководил разработкой нового поколения полуприцепов, на должность руководителя недавно созданного отдела бизнес-инноваций. Занимая столь высокую должность, Гильен создал команду для оценки перспектив развития компании. Сотрудники нового отдела рассматривали вопрос о том, как технологический прогресс может изменить будущее Daimler. Одним из успехов Гильена стал запуск каршеринга под названием Car2Go, который позволял клиентам арендовать автомобили Smart на почасовой основе.

По словам тех, кто с ним работал, Гильен показал себя с двух сторон: с Маском он был почтителен, а с подчиненными – жестким, мог кричать или угрожать. Отдел кадров неоднократно получал жалобы на его стиль управления и пытался убедить Гильена вести себя с людьми не столь агрессивно. Маск публично заявлял, что при приеме на работу в компании действует правило «никаких мудаков». Но многим казалось, что из этого правила есть исключения, во всяком случае до тех пор, пока их подход приносил результаты (да и четкого определения «мудака» у Маска не было).

Здесь, конечно, с какой стороны посмотреть. Кому-то человек кажется мудаком, а кому-то – прямолинейным и честным руководителем. Для Маска Гильен был тем, кто способен решить любую проблему. Именно к нему обращались, когда дела шли наперекосяк. Подчиненным Гильен советовал обращаться к нему по субботам, когда у него было время обдумать их вопросы, и никогда не беспокоить его за обедом, который был для него единственным свободным временем. Такой подход резко отличался от его предшественника Джорджа Бланкеншипа, который с удовольствием устраивал вечеринки с пиццей в честь роста продаж в автосалонах и всегда держал наготове доброе слово.

Родная для Гильена Европа должна была стать следующим плацдармом Tesla, а пока самым ценным рынком для компании оставался Китай. В начале 2014 года Маск заявил Bloomberg News, что в течение года продажи Tesla в Китае могут сравняться с продажами в США («Это не предсказание, а, скорее, предположение»). Для наблюдения за ростом Гильен нанял Веронику Ву, руководителя из Apple, которая на предыдущем месте работы смогла расширить едва заметное присутствие компании на китайском рынке, почти уравняв продажи с американскими и превратив Китай в мощный тягач для детища Джобса. Сфера ее занятий могла показаться более «гламурной», но не менее значимой по сравнению с прямыми продажами розничным покупателям. Ву отвечала за реализацию продукции образовательным учреждениям и предприятиям.

Во время собеседования Гильен попросил ее написать свои мысли о китайском рынке, чтобы поделиться ими на встрече с Маском. Она подчеркнула, что Tesla недостаточно известна в Китае, поэтому компания должна правильно позиционировать себя на местном рынке. Ву также предупредила, что иностранные компании часто сталкиваются с проблемами, полагая, что методы, которые работают в США, будут автоматически работать и в Китае. Наконец, она посоветовала Tesla тщательно продумать отношения с правительством. Это не просто вопрос регулирования, как в США. В Китае правительство может или помочь Tesla добиться успеха, или разрушить все ее мечты о новом рынке. Для выживания в Китае компания должна руководствоваться дарвиновскими принципами, то есть приспосабливаться, а не стремиться показать свою силу и ловкость.

Для выживания в Китае компания должна руководствоваться дарвиновскими принципами, то есть приспосабливаться, а не стремиться показать свою силу и ловкость.

После приема на работу ее задачей номер один стало получение разрешения правительства на ввоз продукции Tesla в страну, а также ее сертификация для получения субсидий на электромобили. Власти Шанхая встретили Ву доброжелательно и даже предложили заранее оформить машины Tesla для получения электромобильных номерных знаков, до выдачи разрешения на дотации от китайского правительства. Городские власти хотели знать, есть ли у Tesla планы по строительству завода в Китае? Они были бы рады предоставить для него место в своем регионе. Перспективы создания нового автомобильного предприятия и рабочих мест весьма привлекали местных руководителей, карьера которых зависела от роста экономического благосостояния их муниципалитетов.

Шанхай всегда был более гостеприимен к западным автопроизводителям, чем остальная часть страны. Но иностранная компания не могла ни с того ни с сего начать строительство завода. Для этого требовался местный партнер, который будет владеть примерно половиной предприятия. General Motors и Volkswagen разместили штаб-квартиры своих китайских предприятий в Шанхае, сотрудничая с одной и той же китайской компанией.

Маск, однако, был против идеи заходить на китайский рынок через совместное предприятие с местным партнером, опасаясь потери контроля над брендом и технологией. Но без такой поддержки иностранные компании не могли производить автомобили в стране, а импорт из-за рубежа облагался пошлинами 25 %.

Тем не менее отсутствие местного завода было не самой большой проблемой для Tesla на начальном этапе, хотя это и могло сорвать планы продавать Model 3 по более низкой цене. Важнее было отсутствие в стране инфраструктуры для зарядки автомобилей. Многие покупатели в крупных городах страны жили в многоэтажных домах, где нет ни собственной парковки, ни места для подзарядки. Это заставило ускорить открытие станций Supercharger в Пекине и Шанхае.

Несмотря на все трудности, в первые несколько месяцев Ву добилась определенных успехов. В конце апреля Маск прилетел в Пекин, чтобы отпраздновать вручение первых седанов Model S местным клиентам на зарядной станции, установленной в промышленном парке. Tesla обнаружила, что мотивация китайских покупателей отличается от мотивации покупателей в Калифорнии, где клиенты в основном ценят идею компании, а не сам автомобиль.

Китайский потребитель, приобретая машину за 120 тысяч долларов, ожидал, что процесс покупки будет удовольствием. Простой демонстрационный зал с голыми стенами многим казался странным – никаких удобств, вроде комнаты отдыха или закусок, которые предлагали дилерские центры. Недовольные клиенты даже начали устраивать целые акции по антипиару. Например, один мужчина собрал репортеров у автосалона Tesla в Пекине, чтобы те посмотрели, как он разбивает кувалдой лобовое стекло только что купленной Model S в знак протеста против задержки доставки.

Китайский потребитель, приобретая машину за 120 тысяч долларов, ожидал, что процесс покупки будет удовольствием. Простой демонстрационный зал с голыми стенами многим казался странным.

Ву пыталась доказать Гильену, что Tesla должна расширить свои продажи в Китае за счет привлечения партнерских розничных сетей, как это сделала Apple (в отличие от США, где магазины находились исключительно в руках технокомпании). Для Гильена, знавшего позицию Маска в отношении франчайзинга, это предложение оказалось неприемлемым. Tesla была построена вокруг идеи контроля над собственными продажами, и, выходя на новый крупный рынок, компания не собиралась отказываться от своих принципов. Несмотря на возникшие сложности, в третьем квартале продажи в Китае набирали обороты.

Однако в тот самый момент, когда бизнес, казалось, встал на ноги, Ву столкнулась с огромной проблемой. Осенью 2014 года Маск сотворил маркетинговое волшебство в Калифорнии, и китайские покупатели, наблюдавшие за происходящим по интернету, взбунтовались.

Все началось в октябре, когда, для затравки написав несколько постов в Твиттере, на одном из мероприятий Маск сообщил, что Tesla скоро выпустит новую версию Model S с двумя двигателями. Он обещал более быстрый разгон до сотни за невообразимые 3,2 секунды, что сравнимо с показателями суперкара McLaren F1. Помимо этого, компания планировала внедрить программное обеспечение под названием Autopilot с использованием искусственного интеллекта для управления автомобилем. Запас хода электрокара также увеличится.

«Это настоящее безумие, а не автомобиль, – говорил Маск. – Трудно поверить, но ощущения – будто взлетаешь на авианосце. Представьте, что у вас в гараже стоят свои собственные американские горки, на которые можно сесть, когда захочется». Водители смогут выбирать режимы езды на сенсорных экранах: нормальный, спортивный или безумный. Tesla заявила, что клиенты в США могут заказывать модель уже сейчас. Доставка по Северной Америке начнется в декабре, а затем возможность приобрести автомобиль появится в странах Европы и Азии.

Команду Tesla в Китае эта новость застала врасплох. Клиенты, ожидавшие доставки предыдущей версии Model S, стали требовать новую комплектацию, а не ту, которую они настроили ранее. Доставка автомобиля занимала около двух месяцев с момента заказа, за которые машина покидала Фримонт, добиралась на корабле до Китая и проходила таможню. То есть у Ву оказались сотни устаревших, никому не нужных автомобилей, готовых к поставке. Еще хуже, что не было ясности, когда новые версии доберутся до Китая и сколько они будут стоить. В офисе в Пало-Альто не могли четко ответить на вопросы, которые мучали Ву и ее команду.

С проблемой выпуска новых моделей на замену старым многие автомобильные компании по всему миру сталкивались уже давно. Большинство производителей стараются контролировать свои запасы, чтобы в дилерских центрах не оставалось слишком много старых машин. Иногда автосалоны устраивают распродажи прошлогодних машин, чего многие клиенты ждут с нетерпением – обычно лучшим месяцем для покупки устаревшей модели считается август. Но такая политика продаж шла вразрез с принципами Маска. Tesla избегала резкого падения продаж на китайском рынке.

Но, увы, команде Ву оставалось лишь наблюдать за быстрой отменой заказов. Приход Tesla в Китай был на грани провала. По сравнению с третьим кварталом в четвертом продажи упали на 33 %, а по данным одной из компаний, исследующих рынок акций, почти половина автомобилей, ввезенных Tesla в страну, к концу года остались незарегистрированными. При этом в снижении показателей Гильен обвинил именно Ву, а не Маска и его театральные выходки. Ее немедленно отстранили от должности, а в начале 2015 года, когда продажи в Китае упали еще сильнее, Маск разослал по электронной почте письмо с угрозами уволить или понизить в должности менеджеров, если они «не вернут ситуацию в нужное русло с долгосрочным положительным показателем прибыли».

В середине 2014 года, спустя целый год после заказа Model S в Осло, Варадхараджан наконец получил свой автомобиль. Норвежский ИТ-руководитель нисколько не пожалел, восхищаясь простотой зарядки машины прямо у себя в гараже и радуясь тому, что ему больше никогда не придется ездить на заправку. Более того, он еще не встречал такого качества обслуживания. Как-то раз во время путешествия по Европе его машина сломалась. Варадхараджан позвонил в сервисный центр в Осло, где ему сообщили, чтобы он ни о чем не волновался и спокойно летел домой – о его автомобиле позаботятся. По его словам, ему даже предложили оплатить обратный перелет. Подобные истории Варадхараджан не раз слышал и от других норвежских покупателей. В июне 2014 года он стал президентом Клуба владельцев Tesla в Норвегии, который помогает расширить сеть зарядных станций в дополнение к управляемым самой компанией.

По признанию Варадхараджана, в первый год у него возникли и другие проблемы. В какой-то момент у машины перестали работать дверные ручки, что было распространенным дефектом. Также во время движения бизнесмен слышал дребезжание внутри. Тогда он без проблем записался на диагностику, да и ремонт провели довольно быстро. Но к 2015 году ситуация изменилась. Ожидание диагностики растянулось на недели, а ремонт теперь длился по несколько дней. По воспоминаниям Варадхараджана, другим участникам клуба приходилось ждать и дольше.

Что-то пошло не так, и команда Гильена в Пало-Альто это понимала. По их данным, среднее время ремонта автомобиля в Норвегии составляло 60 дней, а некоторые клиенты на интернет-форумах жаловались, что ждать приходится гораздо дольше (в Калифорнии общий срок выполнения работ составлял около месяца). Во многом именно Норвегия стала для Tesla тревожным звоночком. Благодаря государственным субсидиям, направленным на стимулирование продаж электромобилей, дела Tesla там шли в гору. В США, согласно опросу клиентов, проведенному в 2014 году, рядовой покупатель Tesla имел еще один автомобиль. Тогда как в Норвегии электрокары для многих людей были единственным средством передвижения.

Так было и в случае с Варадхараджаном. Если сейчас Tesla ничего не предпримет, то в будущем, с выпуском Model X и Model 3, ситуация будет только ухудшаться. Именно об этом предупреждали компанию франчайзинговые дилеры в Массачусетсе, Техасе и других штатах, которые по-прежнему не верили в идею Tesla продавать автомобили напрямую. Если задержки распространятся на США, то компания, по сути, подарит своим конкурентам легкую победу, не говоря уже о том, что это отпугнет новых клиентов как раз в тот момент, когда бренд пользуется успехом.

Бонни Норман, владелица Roadster из Калифорнии, начала замечать, как постепенно меняется тон сообщений на сайте клуба Tesla, который она помогала модерировать. Все чаще новые покупатели жаловались на возникающие проблемы, с которыми они явно не ожидали столкнуться при покупке столь дорогого автомобиля. Норман верила в идею Маска сделать электромобили доступными, но приходилось тратить все больше усилий на помощь «новообращенным» в электромобильную религию.

Единственное, о чем забыли сообщить Макниллу, так это о том, что придется найти другие способы улучшения качества обслуживания вместо найма новых сотрудников, открытия автосалонов и сервисных центров. На все это у Tesla попросту не было денег.

Она написала служебную записку заместителю Маска Диармайду О’Коннеллу с просьбой разработать более эффективную стратегию просвещения автовладельцев. Ведь преданные клиенты, которые повсюду создавали клубы Tesla, наподобие тех, что Норман открыла в Сакраменто и близ озера Тахо, могут стать для компании мощной опорой. Хотя Tesla отказалась от традиционного маркетинга, но старалась поощрять клиентов, которые становились послами бренда. Так, компания создала систему промокодов на скидку, которые владельцы могли передавать потенциальным покупателям. После применения кода, его владелец получал баллы, которые мог накапливать и тратить на другие продукты Tesla, включая покупку новых машин. Суммы были сравнимы с комиссионными менеджеров по продажам. К примеру, Норман, благодаря этой системе, была на пути к получению специальной версии Model X.

«У вас есть группа владельцев, которые сделают что угодно для компании – собственные вывески для мероприятий, целые шествия и вечеринки, на которые люди съезжаются со всей страны. Может, вы сможете как-то использовать страсть этих людей для подготовки других покупателей к покупке Model 3? Тогда те, кто покупает электромобиль в первый раз, не будут заваливать компанию пустыми вопросами и надуманными проблемами, – писала Норман. – Как бы перенаправить этот дикий поток энергии на решение проблемы, с которой Tesla непременно столкнется в будущем?»

Трудности, связанные с мировыми продажами и сервисным обслуживанием, начали действовать Гильену на нервы. В начале 2015 года Маск поставил амбициозную цель увеличить годовой объем продаж Tesla до 55 тысяч автомобилей, что на 74 % больше, чем в 2014 году. Однако к концу первого полугодия Tesla вновь стала отставать от темпов, необходимых для достижения таких показателей. Отдел продаж переживал не лучшие времена, в том числе и его руководитель. Совершенно измотанный, Гильен принял решение отказаться от своей должности и покинул компанию, уйдя в так называемый «творческий отпуск», что стало для отдела продаж еще одним потрясением.

Весной Маск взял продажи под свой непосредственный контроль, а член совета директоров Антонио Грасиас и его партнер Тим Уоткинс вернулись в Tesla, чтобы разобраться в сложившейся ситуации. Они помогали укрепить отдел продаж в самом начале его существования, когда Roadster был на грани провала, а также когда Model S нуждалась в более агрессивном продвижении. Но сейчас даже Грасиас и Уоткинс не могли придумать, как стимулировать продажи компании. Некоторые члены высшего руководства все чаще задавались вопросом, не достигла ли компания предельного уровня спроса на Model S. Маск обратился за помощью к своим кузенам из Solar City, попросив о помощи их главного специалиста по продажам Хейса Барнарда.

По мнению Барнарда, трудность отчасти заключалась в том, что сотрудникам отдела продаж требовались недели на заключение сделки. Это началось еще в тот момент, когда компания сознательно сосредоточилась на просвещении потенциальных клиентов, а не на развитии традиционных методов продаж. Теперь Маск хотел пересмотреть этот концепт и сконцентрироваться на умении грамотно представить продукт. Барнард пригласил самых успешных сотрудников отдела продаж Tesla со всех уголков США и заснял их работу на видео. Это легло в основу образовательной программы компании, которая распространялась среди продавцов по всему миру.

Маск решил, что ему нужен руководитель, который будет заниматься всем, что не касается инженерии. Короче говоря, теми задачами, которые он сам считал скучными и когда-то нанял для их решения Бланкеншипа. Он обратился к Шерил Сандберг, операционному директору Facebook Inc[28], с предложением занять ту же самую должность в Tesla. Она отказалась, но порекомендовала Джона Макнилла, друга своего покойного мужа.

Макнилл отличался от многих руководителей, принятых на работу в последние годы. Он был предпринимателем, который понимал, насколько нужно быть рискованным при работе со стартапами. Почти десять лет назад журнал Fast Company включил Макнилла в ежегодный список передовых бизнесменов за его работу по расширению авторемонтного бизнеса под названием Sterling Collisions Centers Inc. Макниллу удалось развить компанию до 40 филиалов и годового объема продаж около 120 миллионов долларов. Он добился таких результатов, значительно упростив зачастую неудобный процесс кузовных работ после автомобильных аварий.

Вместе с Макниллом в Tesla пришло понимание того, как использовать данные для улучшения качества обслуживания. Еще до официального вступления в должность главы компании по продажам и другим не инженерным направлениям Макнилл заглядывал в автосалоны Tesla, чтобы лучше понять процесс продажи. Обычно он соглашался на тест-драйв, а потом каждый раз указывал разные электронные адреса. Но за несколько недель ни один из салонов не связался для заключения сделки.

С первых дней существования компания верила в силу пробных поездок, благодаря которым клиент сразу понимал разницу между электрическим и бензиновым двигателем. Весь процесс продаж Грасиас и Уоткинс построили именно вокруг тест-драйвов, считая, что человек решает приобрести автомобиль именно в этот момент. Но тот факт, что никто даже не предпринимал последующих попыток совершить сделку, говорил лишь о неорганизованности отдела продаж.

Недавно принятый на работу Макнилл отправился в Норвегию, где встретился с Варадхараджаном и членами исполнительного совета возглавляемого им клуба на базе автосалона компании. Руководитель пообещал им, что Tesla намерена исправить ситуацию. Единственное, о чем забыли сообщить Макниллу, так это о том, что придется найти другие способы улучшения качества обслуживания вместо найма новых сотрудников, открытия автосалонов и сервисных центров. На все это у Tesla попросту не было денег, которые компания придерживала для выпуска Model 3.

Так что команда Макнилла занялась изучением данных, поступающих после продаж Model S. Сотрудники пришли к выводу, что 90 % всех проблем можно выявить удаленно. Более того, около 80 % неисправностей можно решить непосредственно в гараже владельца: например, установка новых кресел или ремонт тормозов, в общем, все, кроме замены батареи и трансмиссии. Вместо того чтобы тратить миллионы на строительство новых сервисных центров, команда Макнилла предложила пересадить сотни техников в специальные фургоны и разъезжать по домам клиентов.

Осматриваясь в сервисном центре в Осло, Варадхараджан понял, что верит в решимость Макнилла. Как поверили и многие другие: за время их разговора в помещении успели собраться десятки кандидатов на работу в компании.

Глава 20

Варвары в гараже

Сидя на четырнадцатом этаже Трамп-тауэр в центре Манхэттена, Лоуренс Фосси занимался уникальной работой – руководил частным офисом одного из самых ярких миллиардеров Нью-Йорка. Его боссу, Стюарту Рару, было уже за шестьдесят. Но после продажи фармацевтической компании и развода с женой он по-прежнему оставался одним из самых известных представителей манхэттенской тусовки. Его приключения с моделями и знаменитостями подробно описывались в газете New York Post. Если же Рар не видел публикаций о себе, то сам рассылал по почте пикантные подробности своих похождений, прилагая свои фото со знаменитостями вроде Леонардо Ди Каприо или в окружении красивых женщин разной степени раздетости. Такие письма от него получали сотни звезд, журналистов и других миллиардеров. В 2013 году Forbes выпустил статью с заголовком: «Безбашенная гедонистическая сага о миллиардере Стивене Раре – короле вечеринок».

Фосси вел более спокойную жизнь. Он был тем, кто за всем этим стоит. И дорога к этой вершине для Фосси, который вырос в многодетной семье, став первым ребенком, поступившим в колледж, была непростой. Он выбрал Университет Райса в Хьюстоне, потому что это место казалось максимально удаленным от его дома в Коннектикуте. Фосси родился в 1957 году, выпустился в эпоху Уотергейта и после колледжа пошел работать в маленькую еженедельную газету города Уинтон в своем родном штате. Там он занимался всем понемногу: от подготовки репортажей о местных органах власти до верстки первой полосы. Но самое главное – у него была возможность писать. Через год Фосси поступил на юридический факультет Йельского университета, а затем устроился на работу в Vinson & Elkins LLP, крупную юридическую фирму в Хьюстоне.

Там он сначала занимался бизнесом, но со временем приобрел опыт в области судебных разбирательств по коммерческим делам. Так он и познакомился с Раром. В 1999 году Рар нанял Фосси в рамках судебного процесса против компании по утилизации отходов, в которую Рар вложил деньги и счел, что его обманули. По данным разбирательства, руководство компании вывело почти 12 миллионов долларов из его инвестиций и растащило их по своим карманам. Рар выиграл иск и продолжал поддерживать связь с Фосси, обращаясь к нему по разным юридическим вопросам. Когда пришло время продавать фармацевтическую компанию, Рар снова прибегнул к услугам своего помощника.

После продажи Рар попросил Фосси управлять его семейным офисом[29] в Нью-Йорке. Фосси согласился не сразу. Он не рассматривал себя как специалиста по инвестициям, так как не имел высшего образования в области бизнеса и мало занимался бухгалтерским учетом. Его предпринимательский опыт больше походил на опыт патологоанатома. Всю свою карьеру Фосси копался в корпоративных судебных процессах, диагностируя причины проблем, будь то мошенничество или должностное злоупотребление. Но кое-что для этой должности у него все-таки было – доверие Рара.

В 2011 году Фосси переехал в Нью-Йорк и спустя три года, именно на службе у Рара, заинтересовался компанией Tesla. До этого он слышал о ней лишь мимоходом. Он знал, что Рар был одним из первых ее поклонников и несколько лет назад купил несколько Roadster. Но, присмотревшись к Tesla, Фосси заметил, что кое-что не складывается. Его внимание привлекло прошлогоднее видео, на котором Маск объявлял о планах компании по замене батарей.

Чтобы сократить время зарядки и распространить технологию повсеместно, Tesla предложила водителям самостоятельно заменять аккумуляторные блоки, когда их заряд заканчивался. Полученный Tesla от правительства займ способствовал реализации такого плана, который позволял компании претендовать на повышенные налоговые льготы, которые штат Калифорния предоставлял, чтобы стимулировать развитие системы быстрой зарядки. Идея Маска могла показаться достаточно простой, но те, кто хоть что-то понимал в электромобилях, знали, что это совсем не так.

Тем летом Маск устроил перед толпой свое фирменное представление. Стоя на сцене в черной футболке, джинсах и бархатном пиджаке, он обещал, что заменить батареи можно будет быстрее, чем заправить бензобак в обычном автомобиле. Маск рассказал о будущих станциях Tesla, где владельцы смогут выбрать между бесплатной зарядкой и быстрой заменой аккумулятора стоимостью от 60 до 80 долларов. «Когда вы приедете на станцию Tesla, то единственное решение, которое вам нужно будет принять – выбрать быструю зарядку или бесплатную», – сообщил гендиректор по всеобщий смех.

В подтверждение его слов на сцену выкатили красную Model S, а позади включили огромный экран, на котором работник компании стоял рядом с Audi и готовился заправить машину. Заиграла фирменная мелодия компании, а на экране появился таймер. Под Model S находилось устройство, которое, предположительно, вытаскивало аккумулятор и заменяло его новым, хотя зрители и не могли разглядеть, что именно там происходит. В этот же момент водитель Audi на видео взял заправочный пистолет и начал заполнять бензобак. Маск стоял на краю сцены и, скрестив руки на груди, наблюдал за происходящим.

Спустя чуть больше минуты Маск добавил: «Знаете, у нас тут есть автоматические гайковерты. Те самые, которые мы используем на заводе. Они самостоятельно находят место, где расположены болты, и закручивают их в соответствии со спецификацией, то есть именно так, как это нужно для правильной установки блока».

Чуть более чем через тридцать секунд Model S была готова и уехала со сцены под аплодисменты, в то время как Audi продолжала заправляться. Маск посмотрел на экран, пока таймер отсчитывал секунды. «Да, похоже, у нас есть еще немного времени, – сказал он. – Может, повторим?» Под одобрительные возгласы и смех на сцену выкатили еще одну, на этот раз белую Model S. Прошло около полутора минут, и вторая машина уехала обратно с замененным аккумулятором. «Почти закончили с заправкой», – сказал Маск толпе. Снова потекли секунды. «Извините, не хотел заставлять вас так долго ждать», – сообщил он публике, когда заправщик Audi стал закругляться. Наконец водитель на экране сел в машину и тронулся с места. Тогда как вторая Model S уехала примерно минуту назад.

Не скрывая озорной ухмылки, Маск вернулся на центр сцены и пожал плечами. Зал наполнился звуками аплодисментов. Гендиректор поблагодарил всех за поддержку, как всегда отметив, что без них у Tesla ничего бы не вышло. «Все это мы показали, чтобы убедить скептиков, которым требуется чуть больше доказательств, чтобы поверить в происходящее, – сказал Маск. – Этой задумкой мы хотим продемонстрировать, что в сравнении с бензиновыми автомобилями, электрокары могут быть даже удобнее. Надеюсь, именно это окончательно докажет людям, что будущее за электромобилями».

Может, Маск и добивался обратного, но, когда Фосси смотрел видео у себя в офисе в Трамп-тауэр, его сомнения только усиливались. Возможно, сыграло роль то, что Фосси смотрел видео намного позже его выхода и уже знал, что ничего из этой затеи не вышло. Идея Tesla не вызвала особого интереса у владельцев электромобилей. Некоторые беспокоились о том, что аккумуляторы могут заменить на неисправные. Похоже, все это шоу, прежде всего, было продиктовано желанием компании получить правительственные займы.

На что Фосси действительно обратил внимание, так это на возбуждение толпы. «Меня поразило, что для многих это стало религией», – вспоминает он. Он был впечатлен тем, что Маску удалось сформировать образ великого провидца, который запускает ракеты, разрушает устои и делает мир лучше: «Он был похож на проповедника, который собрал в шатре свою паству».

Когда вы приедете на станцию Tesla, то единственное решение, которое вам нужно будет принять – выбрать быструю зарядку или бесплатную.

После выхода Tesla на биржу появились и те, кто сомневался в планах Маска. Все чаще акции компании привлекали инвесторов, предпочитающих так называемые короткие продажи, считая, что акции компании переоценены и в конечном итоге их стоимость упадет до реальных показателей. Тем самым они играли против Tesla на понижение.

Например, обычный инвестор покупает акции компании по цене 100 долларов за штуку, надеясь, что со временем их стоимость вырастет до 105 долларов и их можно будет продать с прибылью в 5 долларов. Те, кто предпочитает короткие продажи, поступают наоборот. Они занимают акции по 100 долларов и сразу выставляют на продажу, делая ставку на то, что их стоимость упадет до 95. Тогда они выкупают акции и возвращают владельцу, положив в карман 5 долларов разницы. Это сложная игра, связанная с высокой долей риска. Максимум, что может потерять обычный продавец акций – это свои 100 долларов. А вот если «короткая» акция вырастет в цене не до 105, а до 1000 долларов, то продавцу придется выкупить ее, потеряв на продаже 900 долларов. И возможные потери не ограничены.

В 2015 году около 20 % акций Tesla находились в руках «коротких» продавцов, что делало их еще более нестабильными. График роста Tesla с первого прибыльного квартала в 2013 году напоминал американские горки – неуклонный подъем сопровождался резкими падениями. Например, если кто-то из инвесторов держал акции Tesla с начала 2014 года до конца 2015 года, то их стоимость выросла почти на 50 % – поразительный рост. Но все это время цены колебались то в одну, то в другую сторону. Год начался с падения стоимости акций на 7,4 % до минимального уровня в середине января – 139,35 доллара. К сентябрю цена отскочила назад, увеличившись более чем в два раза и достигнув максимума в 286,05 доллара. Но к концу года снова упала, на этот раз на 22 %, составив 222,40 доллара.

Если короткие продавцы вовремя делают ставки, то такие периодические падения приносят определенную прибыль. Однако по мере роста акций Tesla, короткие продажи оказались убыточными. С момента выхода Tesla на биржу до 2015 года потери по коротким позициям составили почти шесть миллиардов долларов. Несмотря на это, многие из тех, кто играл на понижение, по-прежнему были уверены, что смогут отыграться. Тем временем 2015 год преподнес рынку новые сюрпризы.

Короткие продавцы любят подстраиваться под события компании, такие как публикация квартальных финансовых отчетов или выпуск нового продукта. Они ждут новостей, которые рынок сочтет плохими, что вызовет распродажу. Но если акции продолжают расти, многие понимают, что игра заканчивается. Некоторые короткие продавцы, почувствовав давление, объединяются в группы, чтобы атаковать компанию – через СМИ, форумы инвесторов в интернете и, все чаще, в Твиттере. Все для того, чтобы повлиять на представление о компании, подчеркнуть негативные стороны бизнеса или выявить недостатки, которые обычные инвесторы могли не заметить. По сути, они пытаются напугать инвесторов, чтобы сбить цену на акции.

Один из последних известных «коротких» продавцов на Уолл-стрит прославился, предсказав гибель компании Enron Corp. Джим Чанос впервые заинтересовался Enron осенью 2000 года, прочитав в техасском разделе The Wall Street Journal статью, в которой говорилось, что компания увеличивает свою прибыль, сообщая о нереализованных, безналичных доходах от долгосрочных энергетических сделок – по сути, добавляя к своим бухгалтерским отчетам прибыль, которой на самом деле не предвидится в течение ближайших двадцати лет.

Он был впечатлен тем, что Маску удалось сформировать образ великого провидца, который, запускает ракеты, разрушает устои и делает мир лучше: «Он был похож на проповедника, который собрал в шатре свою паству».

Его аналитики стали копать глубже, и Чанос пришел к выводу, что Enron – это «замаскированный хедж-фонд», использующий для получения основной части своих доходов биржевую торговлю, а не продажу электроресурсов. По его расчетам, Enron не очень хорошо справлялся с ролью хедж-фонда. Для получения весьма скромных результатов компании требовалось все больше и больше капитала. Согласно вычислениям Чаноса, Enron получал годовую прибыль 7 %, тратя на это более 10 % капитала.

Надеясь подогреть интерес, в начале 2001 года он рассказал о своих соображениях по поводу Enron на конференции «коротких» продавцов. Бетани Маклин, работавшая репортером в Fortune, позвонила Чаносу, чтобы собрать материал для статьи. Давление на Enron усилилось, и началом конца стал телефонный разговор между генеральным директором Джеффри Скиллингом и отраслевыми аналитиками, один из которых спросил, почему Enron не представляет бухгалтерский баланс вместе с отчетами о доходах, как это делают другие компании. В ответ Скиллинг обозвал его «засранцем». Восемь месяцев спустя Enron подала заявление о банкротстве. Журнал Barron’s назвал короткую продажу Чаноса «несомненно, одним из главных событий на рынке за последние десять, а может, и пятьдесят лет».

Путь Чаноса не менее удивителен, чем путь Фосси. Будучи сыном греческого американца во втором поколении, владевшего химчисткой в Милуоки, Чанос поступил в Йельский университет, где изучал экономику, а затем устроился на работу в Чикаго в брокерскую фирму Gilford Securities.

Он обратил на себя внимание, когда рекомендовал продавать акции компании Baldwin-United, что противоречило общему мнению аналитиков. Они считали, что у фирмы, которая занималась годовыми рентами, достаточно устойчивые позиции на рынке. Чанос, напротив, утверждал, что Baldwin-United – это «карточный домик», который скоро развалится из-за больших долгов, сомнительной бухгалтерии и отрицательного денежного потока. Чуть больше года спустя его предсказания сбылись – компания подала заявление о банкротстве, списав свою рыночную стоимость в размере шести миллиардов долларов.

Смелый прогноз Чаноса высоко оценили в The Wall Street Journal и других СМИ. В дальнейшем он основал собственный фонд и добился успеха в начале 1990-х годов, занимаясь продажей коротких позиций региональных банков и других финансовых институтов, связанных с крахом недвижимости в Техасе, Калифорнии и Новой Англии. Чанос также неплохо заработал на так называемом «рынке мусорных облигаций[30]» Майкла Милкена. В те годы фонд Чаноса рос быстрее, чем индекс S&P, стоимость которого за это время выросла почти в четыре раза. Но в 1991 году рынок пошел на спад, и удача Чаноса закончилась. Он совершил несколько невыгодных сделок: ставил на короткую продажу авиастроительной компании McDonnell-Douglas и неправильно интерпретировал бухгалтерские отчеты America Online, решив, что фирма находится на грани провала, однако на волне успеха интернета компания, напротив, начала расти.

И все же это не отменяло того факта, что Чанос был крайне прозорливым и выдающимся трейдером. Глобальный финансовый кризис 2008 года положительно сказался на его компании Kynikos Associates, названной в честь древнегреческого слова «циник». В 2008 году фирма достигла пика своего развития с активами почти в 7 миллиардов долларов. New York Magazine написал о Чаносе подробную статью, полную историй о его противостоянии с Goldman Sachs и другими компаниями, и назвал его «капиталистом, наживающимся на катастрофах». Другие сравнивали его с Леброном Джеймсом в мире коротких продаж. С ростом его репутации, уже одна только новость о том, что он проявляет интерес к компании с короткими продажами, могла всколыхнуть рынок акций.

Своим рвением Чанос показал, что занимает достойное положение в финансовой экосистеме Уолл-стрит. Одному из репортеров он сказал, что «убежден до мозга костей в одном – короткие продажи играют роль сторожевого пса, который следит за происходящим в реальном времени. Это один из немногих элементов системы сдержек и противовесов на рынке».

Однако к 2015 году его фирма столкнулась с новыми проблемами. Один из крупных акционеров вывел свои деньги из фонда, и Чанос открыл его для внешних инвесторов. В том же году Чанос начал активно обсуждать бизнес Маска. В январе во время интервью CNBC он усомнился в Tesla, отметив, что акции компании оцениваются по прогнозируемой прибыли на 2025 год, в то время как сам автопроизводитель с трудом может спрогнозировать следующий квартал. «По сути, основу их продукта [батареи] делает Panasonic, – сказал Чанос. – Да, это производственная компания. Это автомобильная компания. Но отнюдь не та компания, которая изменит мир».

Той зимой Маск иначе описывал будущее Tesla. В февральском разговоре с аналитиками он изложил план того, как Tesla может достичь стоимости в 700 миллиардов долларов (примерно столько стоила Apple в то время). «Мы собираемся потратить огромные суммы, – сказал он. – Но совсем не напрасно. И, к тому же, с большой окупаемостью». По его словам, в течение десятилетия Tesla будет расти на 50 % в год при операционной прибыли в 10 % и соотношении цены и прибыли в 20 %[31]. Расчеты Маска предполагали неслыханный для автомобильной промышленности рост, а также невероятную для большинства компаний стоимость. Для скептиков это выглядело как большая шутка, особенно учитывая, что хоть какую-то квартальную прибыль компания получила лишь однажды в 2013 году. В лучшем случае заявление Маска было простым хвастовством. В худшем – он действительно знал что-то, чего не знали другие.

В августе Чанос вновь появился на телеканале CNBC, где объявил, что начал «шортить» акции Solar City, то есть делать короткие продажи. В связке своих бизнесов Маск рассматривал Solar City как дополнительный продукт и услугу: солнечные панели будут вырабатывать энергию для питания автомобилей Tesla. Независимо от того, насколько правдоподобным было это видение, гораздо более насущной проблемой были экономические показатели компании. Solar City устанавливала солнечные панели на домах и предприятиях, и суть ее бизнеса заключалась в том, чтобы ездить от двери к двери, совершая продажи и обеспечивая кредитование продукта на 20 лет. Этот срок мог оказаться слишком долгим, поскольку в будущем неизбежно должны появиться новые технологии.

Чанос сравнил этот бизнес с субстандартным кредитованием[32], так как панели кредитуются как обязательство, прикрепленное к недвижимости. «На самом деле можно сказать, что вы арендуете панели у Solar City. Они устанавливают их на ваш дом и собирают регулярные платежи, как если бы у вас появилась вторая ипотека – вы думаете, что это финансовый актив, а на деле все наоборот». Solar City теряла деньги и накапливала долги. «Вся эта затея очень странная», – сказал Чанос.

На самом деле можно сказать, что вы арендуете панели у Solar City. Они устанавливают их на ваш дом и собирают регулярные платежи, как если бы у вас появилась вторая ипотека – вы думаете, что это финансовый актив, а на деле все наоборот.

Как он и надеялся, в тот же день акции компании резко упали.

Если Solar City в беде, значит, и вся империя Маска под ударом. Солнечная компания, наряду с Tesla и SpaceX, была частью пирамиды, на вершине которой, по мнению Маска, сидел он сам. Если часть этой пирамиды обрушится, то может развалиться и вся конструкция. Личные финансы Маска и финансы его компаний были неразрывно связаны. С момента выхода Tesla на биржу, по мере роста займов, его финансовые обстоятельства становились все более запутанными. Он брал индивидуальные кредиты под 25 % своих акций Tesla и 29 % акций Solar City. У него была кредитная линия в Goldman Sachs и Morgan Stanley на общую сумму 475 миллионов долларов, часть которой он использовал в прошлые годы для покупки акций Tesla и Solar City, чтобы поддержать их развитие.

Если акции Solar City рухнут, Маску, скорее всего, придется снова выложить кучу денег или ценных бумаг, чтобы банки остались довольны. Он не любил расставаться с акциями Tesla, делая это лишь в исключительных случаях, например для погашения кредита SpaceX, который он брал, чтобы предотвратить банкротство Tesla в 2008 году. Статус крупнейшего акционера Tesla помогал ему сохранить жесткий контроль над компанией. Но чем больше сокращалась его доля, тем более уязвимым он становился в случае поглощения компании или смещения с поста генерального директора. Более десяти лет ему удавалось избежать потери влияния на Tesla, как это произошло с PayPal, а успехи Tesla в привлечении необходимых для расширения средств, казалось, все сильнее переплетались с публичностью Маска.

Той осенью Маск и члены его семьи в полной мере ощущали всю неустойчивость акций Solar City. Член совета директоров Tesla Кимбал Маск управлял своими финансами совсем не так, как старший брат. В конце октября, когда акции Solar City упали до половины той стоимости, которую они имели в начале года, Кимбал получил от своего банка требование внести на депозит больше денег, чтобы покрыть накопившиеся убытки. «Сегодняшнее положение дел не внушает доверия», – написала ему финансовый консультант Карен Винкельман, увидев новую стоимость акций Solar City. Кимбал был в затруднительном положении: ему нужны были средства на расширение ресторанного бизнеса. Он попросил своего консультанта связаться с Илоном и занять у него.

Однако старший брат отнесся к этой просьбе без особого энтузиазма. «Ты же знаешь, что сейчас я без денег, – написал он. – Самому придется занимать».

Семья Масков долгие годы была связана профессиональными отношениями. Маск помог своим двоюродным братьям Линдону и Питеру Риве основать компанию Solar City в июле 2006 года, когда Tesla представила Roadster в аэропорту Санта-Моники. На том мероприятии он упомянул (хотя публика обратила на это мало внимания), что концепция Tesla предполагает получение энергии при помощи солнечных батарей. А в генеральном плане развития Tesla, опубликованном в следующем месяце, Маск рассказал о будущем партнерстве с Solar City.

В теории бизнес по производству солнечных батарей был прост. Когда нужна была установка системы, работающей на солнечной энергии, у домовладельцев и предпринимателей было два варианта. Можно сразу выложить около 30 тысяч долларов за установку батарей и получить федеральные налоговые льготы, которые тогда составляли 30 % от общей стоимости системы. Или можно взять батареи в аренду – на льготы рассчитывать уже не приходилось, зато ежемесячный платеж был сравнительно небольшим. Налоговые выплаты в таком случае получала организация, ответственная за установку батарей.

Им нужно наконец превратиться в автоконцерн, что гораздо сложнее, чем стать высокотехнологичной сенсацией.

На практике, как отметил Чанос в эфире CNBC, Solar City превратилась в сложную финансовую структуру, которая, по сути, представляла собой два бизнеса в одном: бизнес, который продавал и устанавливал солнечные батареи, и бизнес, который создавал инвестиционные инструменты, продавая права на налоговые льготы и другие преимущества, связанные с системами, работающими на солнечной энергии.

Установка батарей требовала больших расходов. Solar City, которая вышла на биржу в 2012 году, почти через два года после Tesla, за это время ни разу не получила прибыли. С 2009 по 2015 год компания потеряла 1,5 миллиарда долларов, привлекая деньги за счет продажи акций и выпуска долговых обязательств. В своей философии Solar City опиралась на принципы Маска, который считал, что нехватка денежных средств заставляет руководителей управлять операциями более эффективно и находить нестандартные решения, чтобы избежать сокращения своей доли в компании. Но в этом случае ситуация была на грани провала. Когда в 2015 году короткие продавцы, в частности Чанос, начали охоту на Solar City, Маск использовал SpaceX для улучшения финансового положения компании кузенов. Космическая компания купила у солнечной облигации на сумму 165 миллионов долларов. Это был единственный случай, когда SpaceX инвестировала свои средства в публичную компанию.

Рассуждая о Solar City, Чанос не забывал и о Tesla. У него была теория, что высокая текучесть кадров – признак проблем внутри компании. За последние несколько лет Маск сменил несколько юрисконсультов, в итоге остановившись на своем бывшем адвокате по разводам Тодде Мароне, который стал заниматься корпоративными отношениями. В конце 2015 года с поста финансового директора ушел Дипак Ахуджа, который должен был наращивать производство Model X. В то же время ушли и несколько руководителей Autopilot, проекта компании по развитию беспилотных автомобилей.

Через несколько месяцев после комментариев о Solar City Чанос выступил на Bloomberg TV, отметив резкую разницу в рыночной стоимости BMW и Tesla. Немецкая компания продавала два миллиона автомобилей в год, в то время как Tesla заявляла, что планирует выпустить в 2015 году лишь 55 тысяч моделей. Однако инвесторы подняли стоимость акций Tesla так высоко, что компания по производству электромобилей стоила примерно как половина автогиганта.

«Это переоцененная компания», – сказал Чанос о Tesla, предупредив, что планы по запуску линейки электрокаров строят и другие автопроизводители, которые скоро догонят калифорнийский стартап. «Им нужно наконец превратиться в автоконцерн, что гораздо сложнее, чем стать высокотехнологичной сенсацией».

Вернемся в Трамп-тауэр к Ларри Фосси, у которого были собственные подозрения насчет Tesla. Сидя дома вечерами и по выходным, он изложил свои мысли по поводу компании. Эти тезисы он решил анонимно опубликовать на сайте Seeking Alpha, размещающем материалы от инвесторов. Фосси хотел почувствовать себя частью большой игры, в итоге занявшись короткими продажами Tesla.

Это был девятистраничный анализ, критикующий излишнюю амбициозность целей Маска и описывающий прошлые неудачи компании, когда пророчества ее гендиректора не сбывались.

Ему нужен был псевдоним. Влюбленный в штат Монтана, где собирался провести пенсию, Фосси придумал себе имя «Скептик из Монтаны». Для фото профиля он выбрал изображение Галилео Галилея – астронома, осужденного католической церковью за еретическое (как оказалось, точное) суждение о том, что Солнце является центром Вселенной.

В конце 2015 года он опубликовал свою первую статью под названием «Почему прогнозам Илона Маска о продажах Model X не суждено сбыться». Это был девятистраничный анализ, критикующий излишнюю амбициозность целей Маска и описывающий прошлые неудачи компании, когда пророчества ее гендиректора не сбывались. Несколько недель спустя под новым прозвищем Фосси опубликовал еще одну статью, в которой предупредил, что в будущем Model 3 обязательно столкнется с проблемами.

Глава 21

Муки рабочих

Над огромным сборочным заводом Tesla во Фримонте возвышается неровная горная цепь высотой 600 метров. В сырые зимние месяцы лишенные деревьев холмы становятся изумрудно-зелеными, резко контрастируя с ярко-белой окраской завода и стильной серой надписью Tesla. За почти два десятилетия, что Ричард Ортиз проработал там, завод никогда не выглядел так красиво. И все же, несмотря на блеклый в прошлом вид предприятия, Ортиз с детства мечтал работать именно здесь. Его отцу не удалось достичь подобных высот, да и самому Ортизу в средней школе такая работа казалась недостижимой.

General Motors открыла завод в 1962 году, за четыре года до рождения Ортиза, в рамках стратегии по производству легковых и грузовых автомобилей рядом с местами их покупки, чтобы сэкономить на доставке. Целые поколения семей зависели от предприятия, которое многим дало возможность подняться до среднего класса. Но к 1980-м годам эта система оказалась под угрозой. Американские автопроизводители столкнулись с растущей конкуренцией со стороны японских компаний, таких как Toyota, а качество их собственных автомобилей ухудшилось из-за накопленных за много лет ошибок в управлении.

В 1982 году GM закрыл несколько предприятий, включая завод во Фримонте, который считался одним из худших предприятий концерна и был известен весьма непримиримыми работниками, выступающими под знаменем Объединенного профсоюза автомобильной промышленности. Тогда рабочие называли свой мрачный зеленовато-коричневый завод «линкором», на котором несколько лет бушевали бесконечные конфликты вплоть до окончательного закрытия. В борьбе с руководством GM работники шли на все уловки – больничные, торможение работы, забастовки, ежедневно невыходы на смену достигали 20 %. После закрытия завода в базе данных GM оставалось еще более 6000 жалоб от работников.

Уже будучи подростком Ортиз осознавал силу Объединенного профсоюза автомобильной промышленности. В рамках школьного проекта он прочитал книгу о жизни основателя организации Уолтера Ройтера и в будущем мечтал стать президентом ее местного отделения.

В 1984 году завод был спасен. Столкнувшись с растущими протекционистскими[33] тенденциями, Toyota стремилась открыть свое производство в США. Стечение обстоятельств заставило GM и Toyota задуматься о партнерстве в создании производственного предприятия. GM жаждал изучить знаменитую производственную систему Toyota, а японские менеджеры сомневались, что справятся с американскими рабочими. Поэтому была достигнута договоренность о совместном открытии завода во Фримонте с привлечением многих бывших работников GM.

Вернувшись в цеха, работники обнаружили, что обстановка на предприятии в корне изменилась, начиная с названия: завод был переименован в NUMMI – New United Motor Manufacturing Inc. Японцы привезли сотни инструкторов для обучения калифорнийской рабочей силы своим методам, в которых особое внимание уделялось постоянному улучшению, уважению к сотрудникам и стандартизации операций.

Система предполагала принятие решений, оптимальных в долгосрочной перспективе, а не только устраняющих сиюминутные проблемы. Работы выполнялись с минимальными перемещениями. Сборочный конвейер двигался с постоянной скоростью, рассчитанной на выполнение каждой операции за 60 секунд. При возникновении проблем рабочие могли дернуть за свисающий с потолка шнур, чтобы остановить конвейер. Мантра гласила: делай все правильно с первого раза, чтобы избежать появления неисправностей в дальнейшем.

Теоретически все это имело смысл. Сложность была в том, чтобы заставить эту систему работать. Руководителей, которые часто сталкивались с давлением из-за невыполнения ежедневных производственных норм, все было не так просто. Управленцам пришлось жить по новым принципам. В 1991 году, почувствовав, что слаженность в работе снижается, они вывесили баннеры и раздали специальные кнопки, призывая рабочих сосредоточиться на качестве. В том году завод получил престижную награду J.D. Power за высокое качество автомобилей.

Ортиз устроился на работу в 1989 году. У него не было стажа в профсоюзе, поэтому сначала его направили в малярный цех, а не сварщиком, на которого он учился. Тяжелая работа в малярном цехе открыла Ортизу глаза на мир за пределами Фримонта. Твердая вера японского руководства в профессиональную подготовку позволила ему получить общее представление о бизнесе, в частности благодаря познавательной поездке в японский город Тоета.

Также Ортиз начал профсоюзную деятельность, поднявшись до уровня члена местного комитета – влиятельной должности, на которой он следил за соблюдением договора между руководством предприятия и профсоюзной организацией. Ортиз смог устроить на завод своих родственников, купил дом и завел семью. Ему было приятно стать предметом гордости для своего отца. «Он всем только о тебе и рассказывает», – говорили Ортизу родственники и друзья.

В 2006 году, спустя почти двадцать лет службы, Ортиз ушел с предприятия. Он разочаровался в политике руководства и переживал непростые отношения с женой, чей портрет был вытатуирован на его правой руке. После развода Ортиз решил получить дополнительное образование рихтовщика. Момент был выбран удачно: в 2008 и 2009 годах автомобильная промышленность переживала спад, а реорганизация GM в связи с банкротством предусматривала передачу завода в руки Toyota.

Действительно, почему поставщик не может ускорить процесс? Но по мере того как множились требования сотворить невозможное, график становился все жестче, а риски выпуска растущего числа автомобилей все выше.

Однако японская компания заявила, что без GM финансовые показатели завода снизятся, а потому к 2010 году деятельность предприятия была свернута. Для многих работников закрытие завода было трагедией, и некоторые винили во всех бедах профсоюзную организацию. Все это время Toyota гарантировала работникам пожизненное трудоустройство. Средний стаж на предприятии почти 5000 рабочих составил 13,5 лет при среднем возрасте лишь 45 лет. Ортиз с тоской наблюдал за тем, как члены его семьи пытаются найти новую работу.

Когда в 2010 году завод приобрела Tesla, компании не нужны были тысячи рабочих – ее производство было не таким масштабным, и прежде всего упор делался на автоматизацию. Неприятные воспоминания о прошлом опыте работы были еще свежи и мешали Ортизу вернуться на завод. Через несколько лет с Ортизом произошел несчастный случай: неудачно упав, он ударился головой, что привело к отслоению сетчатки.

Очнувшись после падения, он понял, что ослеп, и не знал, сможет ли когда-нибудь видеть снова. После операции потребовалось тяжелое восстановление (часами приходилось держать голову в определенном положении), но зрение вернулось. «После операции я проснулся человеком, который вновь мог видеть, – говорит Ортиз. – В этот момент все остальные проблемы показались полной ерундой».

Постепенно возвращаясь к обычной жизни после операции, в декабре 2015 года вместе с сыном он проезжал мимо завода. «Почему бы тебе не подать заявление?» – спросил его сын. В тот же вечер Ортиз включил компьютер и заполнил анкету. И вновь в самое подходящее время. Tesla как раз отчаянно нуждалась в рабочих, пытаясь увеличить производство Model X. Через несколько дней Ортиз снова отправился на завод, впервые за несколько лет.

Едва войдя, он увидел, как все изменилось. И хотя корпуса остались прежними, но внешне здание сильно отличалось от того, что он помнил. Исчезли темные закоулки и мрачные стены. Полы выкрашены в белый цвет, все выглядело свежо и ярко. Повсюду установили новые окна. На вводном инструктаже Ортизу рассказали о революции в автомобильной промышленности, которую совершает Tesla, сосредоточившись на создании машин, каких прежде не видел свет. «Это была мечта любого авторабочего», – вспоминает Ортиз.

Приступив к работе на линии общей сборки, он чувствовал себя как дома. Быстро освоился с обязанностями, и его переводили на все более сложные задания. Правда, зарплата была не такой высокой, как раньше: 21 доллар в час по сравнению с 27 долларами, которые Ортиз зарабатывал при руководстве GM-Toyota. Он также чувствовал, что, несмотря на сверкающую краску и жизнерадостные заявления, все не так радужно, как кажется. От коллег веяло тревогой.

Ортиз пока этого не понимал, но он вернулся во Фримонт в довольно опасный момент. Все эти восторги вокруг Model S привели к тому, что Tesla поверила в свои силы. Илон Маск продал инвесторам мечту о будущем, связанном с выходом третьего поколения автомобилей. Но эта мечта исходила из того, что с выпуском Model S и Model X все в полном порядке, а это оказалось совсем не так.

Зерна проблем были посеяны задолго до того, как Ортиз появился на заводе Tesla. В разработке Model X царил хаос, подобный тому, когда команда Питера Роулинсона не могла запустить производство из-за бесконечных переделок в дизайне Model S. Тогда виной были внешние проблемы: у Tesla попросту заканчивались деньги, и для получения прибыли нужно было срочно запускать автомобиль в производство. В 2014 году ситуация немного изменилась.

На фоне восторженных отзывов Model S приносила деньги, а в 2013 году некоторое время даже обеспечивала прибыль. Маск поверил в себя – возможно, слишком сильно. Он хотел, чтобы Model X произвела еще большее впечатление. Инженерные и производственные команды посещали дизайн-студию Франца фон Хольцхаузена в Хоторне, где почти любой новой идее давали зеленый свет. Беспокойство по поводу возможностей поставщиков или ограничений завода воспринималось как надоедливое жужжание.

Маску особенно не нравилось выслушивать оправдания по поводу нехватки времени. Он не понимал, почему нельзя изготовить ту или иную деталь в срок. В каждом отдельном случае он мог быть прав. Действительно, почему поставщик не может ускорить процесс? Но по мере того как множились требования сотворить невозможное, график становился все жестче, а риски выпуска растущего числа автомобилей все выше.

К примеру, у компании возникла проблема с лобовыми стеклами: они были больше стандартных размеров, поэтому пришлось искать поставщика по всему миру. Один из производителей, отвечавший всем требованиям, нашелся в Южной Америке.

С сиденьями второго ряда тоже возникли сложности. Чтобы выдержать удар при столкновении, они должны соответствовать определенным требованиям по нагрузке. В большинстве автомобилей задние сиденья крепятся болтами к полу по четырем углам, а ремень безопасности фиксируется на стойке конструкции. Но, по замыслу Маска, в Model X пассажиры должны легко пробираться на третий ряд, поэтому он хотел, чтобы сиденья второго как бы висели в воздухе. Маску также не нравилось, что ремни безопасности тянулись сверху вниз, загораживая проход. Чтобы учесть все пожелания гендиректора, нужно было сиденье, которое крепится к полу за счет собственной стойки. Но, как оказалось, легче сказать, чем сделать что-то подобное. Маск был настолько недоволен поставляемыми сиденьями, что приказал начать их собственное производство – дорогостоящий и трудоемкий процесс, который в итоге приведет к появлению нового завода.

Тем не менее все эти трудности не шли ни в какое сравнение с проблемой открывающихся наверх дверей. Еще в конце 2011 года Питер Роулинсон предупреждал Маска, что реализовать такое будет непросто, но его слова уже давно забылись. Весной 2015 года команда ломала голову, как заставить двери взлетать, словно крылья птицы. Гидравлическая система не выдерживала испытаний: конструкция протекала прямо на пассажиров. В конце 2014 года руководителем программы Model X стал Стерлинг Андерсон, исследователь из Массачусетского технологического института, который стал известен благодаря работе над автономными автомобилями. Он без лишних разговоров разработал новую конструкцию дверей, используя менее сложную электромеханическую систему. Маску она понравилась, и в последнюю минуту он распорядился внести изменения.

Изменение дизайна двери на столь позднем этапе работы было рискованным шагом – придется дорабатывать кузов и создавать новые штамповочные формы. Обычно на это уходит девять месяцев, а затем еще три месяца на настройку оборудования. Но столько времени у компании не было. Производство должно начаться всего через несколько месяцев. Помимо всего прочего, завод переходил с инновационных тележек Гильена на полноценное использование сборочной линии, чтобы удовлетворить возросшие требования по выпуску. Tesla вновь пыталась построить самолет прямо во время взлета.

Когда пришло время открывать двери, команда за кулисами затаила дыхание. Ключевая особенность автомобиля тестировалась прямо на глазах у публики. В случае неудачи их тяжелый труд обернется потерей работы.

В итоге, прежде чем начать официальное производство, для проведения финальных испытаний завод изготовил несколько десятков ранних версий кроссовера на старом оборудовании. Машины были почти не пригодны для сборки. Они выглядели ужасно, с большими зазорами между деталями. Но выбора у команды не было. Нужно собрать первые десять моделей, чтобы передать их клиентам на мероприятии в честь начала производства Model X, запланированном на конец сентября 2015 года.

Автомобили отвезли в подсобное помещение и разобрали, чтобы команды дизайнеров и инженеров заново собрали их вручную. Детали пришлось переделывать. Рабочие ножами вырезали дверные уплотнители. Две недели они работали круглосуточно, чтобы подготовить первые модели. Утром накануне мероприятия автомобили по-прежнему были далеки от идеального состояния. Генеральная репетиция прошла неудачно – двери большинства машин были неисправны. Несколько программистов горбились над ноутбуками, выясняя, почему двери не хотят открываться. Маск старался сохранять спокойствие, призывая сделать самое необходимое, чтобы провести презентацию, а остальное доработать позже.

В вечер выступления Маск появился перед публикой в фирменном черном пиджаке из бархата, джинсах и начищенных до блеска туфлях. Как обычно, он начал презентацию с того, почему Tesla делает то, что делает. «Нам важно показать, что любой тип автомобиля может быть электрическим, – сказал он. – Мы уже продемонстрировали электрический спорткар, представив Roadster. Model S – пример электрического седана. А сейчас мы представим вам кроссовер». Под звуки электродэнса на сцену выехал Model X.

Когда пришло время открывать двери, команда за кулисами затаила дыхание. Ключевая особенность автомобиля тестировалась прямо на глазах у публики. В случае неудачи их тяжелый труд обернется потерей работы.

Двери открылись!

Им удалось преодолеть еще один рубеж, но, как и в 2012 году, когда компания праздновала начало производства Model S, компания и близко не была готова к достижению обещанных Маском показателей. Он заявил на Уолл-стрит, что в последние три месяца 2015 года Tesla будет производить от 15 до 17 тысяч автомобилей (примерно от 1250 до 1400 в неделю).

Грег Ричоу, глава производственного отдела, и его заместитель Джош Энсайн, бывший армейский офицер, который пришел в Tesla в 2014 году, должны были придумать, как воплотить эти слова в реальность. В погоне за поставленной Маском целью завод один за другим начал выпускать неисправные автомобили. Двери не закрывались, окна не открывались. Вскоре парковка была заполнена сотнями автомобилей с неполадками, и никто толком не понимал, чем они вызваны.

Однако работников вроде Ортиза эти проблемы не удивляли. Перекрасив завод, Tesla словно отказалась и от производственного духа Toyota. Ортиз обнаружил, что вместо долгосрочных последствий его руководители сосредоточены на краткосрочных решениях. Как и в случае с Model S, работа на разных сборочных станциях не была стандартизирована, технологические процессы зависели от случайностей. Вместо тщательно выверенных операций Ортиз теперь носился вокруг кузова с разными запчастями.

В этом не было никакой эффективности, к которой его приучили ранее. Иногда оказывалось, что детали не подходят. Ортиз часто показывал начальнику целую корзину, в которой лежали треснувшие комплектующие дверей. Бывало, ему предлагали покопаться в этой куче и поискать подходящие элементы. А иногда велели использовать все подряд, вне зависимости от того, хорошая попалась деталь или бракованная. У Ортиза сложилось впечатление, что на его мнение всем наплевать.

Если в Toyota для устранения таких проблем рабочие останавливали конвейер, то сейчас Ортиз просто пропускал автомобили дальше, надеясь, что на финальных этапах работы их исправят вручную. Иногда комплектующие приходилось соединять с применением физического усилия. Работа была трудоемкая и изнурительная, что сказывалось на рабочих, число производственных травм стало расти.

В 2015 году в Tesla зарегистрировано 8,8 травм на 100 работников, что превышает средний показатель по отрасли – 6,7. По словам руководителей, многие из них были связаны с повторяющимися движениями. Ортиз обратил внимание на травмы спины и рук, которых можно было бы избежать благодаря эргономике. В отличие от Toyota, в Tesla не задумывались о том, как рабочие будут собирать внедорожник. Необычные сиденья второго ряда позволяли пассажирам удобнее пристегиваться ремнями, зато рабочим приходилось изворачиваться, чтобы прикрутить их к полу. Болты срывались, и приходилось загонять их вручную.

Однако, несмотря на все трудности, коллектив чувствовал единение. Tesla билась изо всех сил, чтобы доказать миру, что он ошибается. Когда год подходил к концу, Энсайн разослал сообщение, в котором просил сотрудников отработать три недели без выходных, чтобы достичь годовых показателей. Маск хотел показать всему миру, что компания способна на подвиги – или хотя бы выглядела так, будто способна.

В итоге для достижения поставленной цели общему производству Tesla не хватило примерно 1000 автомобилей, зато продажи (в основном благодаря Model S) соответствовали обещаниям Маска. В последнем квартале 2015 года Tesla произвела всего 507 кроссоверов, большинство из которых было выпущено в последние дни года. Именно тогда рабочие приложили усилия для достижения еженедельного показателя – около 238 автомобилей.

Маск начал говорить инвесторам, что к июню они будут производить по тысяче автомобилей в неделю. Однако руководство компании уговаривало его сбавить обороты, чтобы дать рабочим передохнуть. Но гендиректор беспокоился, что низкие темпы квартала отпугнут рынок. Он сказал руководителям, что успех Tesla базируется на впечатлении, что спрос превышает предложение. Как только ситуация изменится, они будут обречены.

Терпение Маска было на исходе. Его не интересовали причины неразберихи на сборочной линии – вызвана ли она конструкторскими решениями, принятыми несколько месяцев назад, или чем-то еще. Он просто хотел, чтобы все было исправлено – и немедленно.

В 2016 году запал Маска, похоже, спадал. Начались трудности у Solar City: согласно квартальным отчетам, у компании не хватало денег на фоне общего спада в отрасли солнечной энергетики. Брак Маска с Талулой Райли распался – уже во второй раз. Все больше времени бизнесмен проводил с актрисой Эмбер Херд, которая на тот момент еще была замужем за Джонни Деппом. По словам работников, той весной, пока Депп был за границей, Маск частенько наведывался в кондоминиум пары в центре Лос-Анджелеса. Он приезжал поздно вечером и уезжал рано утром[34].

Характер сна Маска – или его отсутствие – был хорошо известен среди старших сотрудников. Электронные письма посреди ночи были нормой. Он казался одним из тех людей, которые от природы не нуждаются в долгом сне. Но по мере того как отношения с Херд набирали обороты, Маск ужимал свой и без того сложный график, чтобы подстроиться под девушку. Он мог спонтанно отправиться в Австралию, где Херд снималась в фильме «Аквамен», чтобы недолго побыть с ней и тут же вернуться обратно. Таблоиды замечали его вместе с Херд в ночных клубах Лондона и Майами. Во время совещаний с сотрудниками он жаловался на надоевшие перелеты, но окружающим было ясно, что Маск хочет видеться с актрисой как можно чаще.

Все по старинке: никаких споров, разговоров и голосований. Просто всем выйти из здания. Если они примут наши требования – вернемся к работе, если нет – останемся стоять на улице.

«Ему неизвестен недостаток сна. Маск прекрасно работает, проспав всего пару часов, – рассказывал один из давних помощников. – Больше всего его раздражали поездки и смена часовых поясов».

Несмотря на все трудности, Tesla открыла людям глаза на возможности электромобилей, перечеркнув мнение о том, что традиционные автоконцерны – это единственный путь к успеху в этой индустрии. Поэтому неудивительно, что крупнейшая компания Кремниевой долины приняла это к сведению. В 2014 году Apple тайно начала работу над собственной программой создания электромобиля Project Titan, наняв для ее запуска множество опытных специалистов. Но вскоре стало понятно, что разработка автомобиля гораздо сложнее, чем они думали. Поэтому, когда акции Tesla упали, а проблемы с Model X стали достоянием общественности, генеральный директор Apple Тим Кук увидел новую возможность.

У Tesla и Apple сложились непростые отношения. Маск восхищался достижениями Apple и охотно принимал на работу людей, в резюме которых значился опыт работы в компании. Автосалоны Tesla были построены по образцу магазинов Apple, а дизайн автомобилей черпал вдохновение в iPhone. У обеих компаний были фанаты, которые видели потенциал для совместной работы. На собрании акционеров Apple в начале 2015 года Кук встретился с несколькими инвесторами, которые только и ждали заключения союза между двумя компаниями. «Было бы неплохо, если бы вы купили Tesla», – сказал Куку один из них под смех и одобрительные возгласы аудитории.

Первые признаки того, что Apple работает над собственным автомобилем, появились, когда команда Кука пыталась переманить руководителей Tesla, обещая оклад на 60 % выше и подписные бонусы в размере 250 тысяч долларов. Такого Tesla терпеть не собиралась. Маск наносил по Apple ответные удары, утверждая, что на самом деле техногигант нанимает тех, кто недостаточно хорош для Tesla. «Мы в шутку называем Apple “кладбищем Tesla”», – сказал он немецкой газете Handelsblatt в 2015 году.

Несмотря на медийную перепалку, Маска интересовало мнение Кука об этой ситуации, так что они назначили телефонный разговор. По словам знакомых с версией Маска людей, Кук прощупывал почву на предмет приобретения Tesla. Маск проявил интерес, но с одним условием: «Я буду генеральным директором».

Кук сразу согласился, что Маск, разумеется, останется гендиректором Tesla после слияния с Apple. Но Маск говорил о другом. Он хотел стать генеральным директором Apple. Кук, который после смерти Стива Джобса превратил Apple в крупнейшую публичную акционерную компанию в мире, был ошеломлен таким предложением.

«Да пошел ты!» – ответил Кук и бросил трубку. По крайней мере, так описывал Маск (Apple отказалась от комментариев[35]).

Независимо от того, правда это или нет, трудно представить, что Маск всерьез хотел встать во главе Apple. Скорее, эта история соответствовала представлению Маска о том, что в будущем Tesla встанет в один ряд с техногигантом. Ситуация также была знаком для тех руководителей, кто надеялся, что все проблемы решатся сами собой, когда компанию купит Apple. Нет, со всем беспорядком на заводе во Фримонте нужно разобраться самим, а не то пеняйте на себя.

Но по-настоящему ничто не могло отвлечь Маска от деятельности завода. В 2008 году Roadster был спасен именно личным вмешательством Маска, и сейчас он был настроен снова ринуться в бой. Он принес матрас на сборочную линию и публично рассказывал, что буквально спит на заводе.

Для Маска главной загвоздкой Model X были пассажирские окна, которые поднимались и опускались с ужасным скрипом. Многие знали, насколько гендиректор чувствителен к звукам и запахам. Например, работающей неподалеку бригаде, запрещалось включать звуковые сигналы безопасности на тележках, когда Маск находился рядом. Еще ему не нравился желтый цвет – базовый для техники безопасности, поэтому везде, где возможно, он требовал заменить его на красный[36].

Однажды поздним вечером Маск собрал на мотивационную речь команду работников, доделывающих Model X. Он сказал, что понимает, чем они жертвуют. Маск прервался, на глаза навернулись слезы. Ведь он сам не понаслышке знает, как это сказывается на семейной жизни.

Именно такие моменты эмоциональной открытости вдохновляли людей. Маск не просил никого работать больше, чем он сам. Даже Ортиз признал, что его присутствие подталкивало команду к высоким результатам. Признаком посещений Маска стало появление автомата для попкорна возле его стола. В его присутствии мобилизовались не только рабочие, но и руководители. Такая атмосфера напоминала Ортизу о прежних днях, когда с инспекцией наведывалось Федеральное агентство по охране труда и здоровья.

В таких условиях всем приходилось трудиться особенно усердно. Оплата сверхурочных была неплохой, но смущала непредсказуемость рабочего дня. Бывало, они приходили на смену по выходным и простаивали без дела из-за неожиданных заминок.

На фоне растущего недовольства Энсайн пообещал рабочим, что в начале каждого месяца они будут получать лист с графиком выходных. Но именно в тот день, когда пришла пора первого выходного, Маск хотел, чтобы на заводе кипела работа. Возникла проблема с заменой фар – поставщик в Мексике с трудом справлялся с их изготовлением, каждый день отправляя небольшие партии самолетом. Одна сложность повлекла за собой десятки других, в итоге сотни кроссоверов ждали доработки. Маска напрягало, что за все время не вышло ни одного безупречного автомобиля Model X.

Однажды вечером после работы между Маском и Энсайном разгорелся спор по поводу отгулов для рабочих. Энсайн утверждал, что людям нужен отдых. Этот довод, казалось, привел Маска в ярость. «Я мог бы сейчас сидеть на собственном острове в окружении супермоделей и попивать коктейль Май Тай, – закричал Маск. – Но я целыми днями торчу здесь и вкалываю на износ, и не хочу слышать о том, что кому-то тяжело работать».

На этом Маск развернулся и ушел. Позже вечером, проходя вдоль сборочной линии, Маск наткнулся на рабочего, который пытался справиться с неприятно скрипевшим окном. Маск, кажется, начал закипать, но работник сказал: «Я знаю, как его починить». Он объяснил, что если сделать надрез вдоль дверного уплотнителя, то звук исчезнет. Маск попросил его продемонстрировать, что рабочий и сделал. Звук действительно исчез.

Дальше случилось то, чего рабочий совсем не ожидал. Маск набросился на Энсайна с претензиями: «Как же так? Мы столько времени бьемся с этой проблемой, а у вас в штате есть человек, который знает, как ее исправить».

В присутствии рабочего Энсайн не стал говорить, что инженеры давно предлагали такое решение, но обнаружили, что через несколько недель скрип возвращается снова. Не хотелось смущать человека, который чувствовал себя героем перед Маском. Но гендиректор был в ярости. Похоже, внутри у Маска загоралась лампочка, которая означала, что стоящий перед ним сотрудник непригоден. Поэтому босс продолжил: «То, что у вас работает человек, знающий решение, о котором вы даже не подозреваете, – просто неприемлемо!»

Вся команда наблюдала, как затем Маск и Грег Ричоу, начальник Энсайна, удалились в конференц-зал для жаркой беседы. Итог не заставил себя долго ждать: Энсайн был уволен, а Ричоу подал в отставку. Накануне запуска Model 3 Маск остался без руководителей производственных операций.

Через несколько недель Маск торжественно отметил сход с конвейера первой Model X без каких-либо дефектов. Это произошло около трех часов ночи. И даже после такого рывка Tesla не смогла достичь своей цели – тысяча автомобилей в неделю к концу квартала. Тем не менее Маск сообщил инвесторам, что во второй половине года компания произведет 50 тысяч автомобилей, то есть столько же, сколько за весь прошлый год.

Наращивание производства Model X, возможно, помогло улучшить показатели Tesla на Уолл-стрит, но для покупателей лишь создало дополнительные проблемы. Посыпались жалобы на качество автомобиля. Общенациональные продажи еще не достигли такого годового объема, чтобы заслужить оценку исходного качества от J.D. Power, эталонного исследования характеристик автомобилей.

В итоге Tesla удалось отказаться от оценки качества – компания запретила J.D. Power обзванивать своих клиентов в Калифорнии и Нью-Йорке, где собирать отзывы можно было лишь с разрешения производителя. Тем не менее J.D. Power опросил достаточно клиентов за пределами упомянутых штатов, чтобы сделать неутешительные выводы: исходное качество Tesla было худшим среди люксовых брендов и одним из худших в отрасли в целом. Согласно исследованию, лишь Fiat и Smart обгоняли Tesla по суммарному количеству неполадок. Тем не менее из-за высокой доли неточности данные не были опубликованы[37].

Список претензий к Tesla был длинным: от превышения шума до перекоса панелей кузова и проблем с ремнями безопасности. Несмотря на это, исследование выявило преимущества автомобилей Tesla: большие сенсорные экраны и мощная электрическая трансмиссия. По сути, Tesla превзошла конкурентов в областях, в которых автопроизводители традиционно не разбирались, но ужасно справлялась с задачами, традиционными для автомобилестроения.

И хотя клиенты сообщали J.D. Power о множестве неполадок, привлекательность бренда от этого не страдала. За популярность компания получила больше баллов, чем кто-либо еще. J.D. Power завершил частный отчет предостережением, что первоначальные претензии к качеству «могут усилиться с ростом продаж и появлением покупателей другого склада».

Ортиз мог видеть, что значил бренд Tesla для людей на примере своего сына, который боготворил Маска настолько, что однажды попытался взять у него автограф. Но Ортиз также видел, насколько плохо управляется компания – иногда это даже представляло угрозу. Он часто задумывался, что возьмись за дело профсоюз, руководителям Tesla пришлось бы очень несладко.

Летом ему представился шанс проверить эту идею на практике. Ортиз получил таинственное приглашение встретиться в выходные со старыми приятелями по профсоюзу. Войдя, он застал в комнате официальных представителей из Детройта, которые хотели узнать, не желает ли он помочь с организацией кампании против Tesla – о такой возможности Ортиз размышлял все это время. Это не составит труда, подумал он, – рабочие были готовы. Ортиз хотел вернуть славные годы профсоюзной организации, когда ее усилиями закрывались заводы GM.

«Моей конечной целью была забастовка, – вспоминал он. – Все по старинке: никаких споров, разговоров и голосований. Просто всем выйти из здания. Если они примут наши требования – вернемся к работе, если нет – останемся стоять на улице». Ортиз подумал, что его юношеская мечта стать президентом местного профсоюза рабочих близка к исполнению.

Глава 22

Почти S-E-X

Выбирая название следующей модели, Маск сначала остановился на Model E. Эта буква означала бы «электрический», а модельный ряд компании выстраивался в абревиатуру S-E-X. Руководители от души посмеялись над предложением, но его пришлось подкорректировать, поскольку товарным знаком Model E уже владел Ford. Так что буква «Ԑ» перевернулась в цифру «3», подразумевая запуск третьего поколения автомобилей и позволяя сохранить шутку.

Apple не смогла бы назвать свой новый iPhone, исходя из подобных побуждений. Жизнь в Tesla сильно отличалась от того, что Даг Филд наблюдал у предыдущего работодателя, где руководил тысячами инженеров, которые разрабатывали новейшие компьютеры Mac. Но Филд быстро понял, что в Tesla пора что-то менять. Если автомобильная компания собиралась стать крупным производителем, она не могла и дальше наступать на одни и те же грабли, как это было с Model S и Model X. С ростом компании росла и цена ошибок, в которых винили команду Филда. Подобные задержки с выпуском автомобиля для массового рынка могут окончательно погубить компанию. Его назначение стало сигналом того, что Tesla пора повзрослеть, покончить с жизнью стартапа и превратиться в корпорацию.

Когда Филд обосновался в штаб-квартире компании в Пало-Альто, первобытные нравы Tesla сразу бросились ему в глаза. Со времен Питера Роулинсона существовала пропасть между инженерами и технарями. Инженеры по автомобилям и производству из подразделения Роулинсона в Лос-Анджелесе со временем были переведены в Кремниевую долину. В основном они приходили в компанию из европейских автоконцернов. У некоторых был британских акцент. Они не носили костюмов и ходили в расстегнутых рубашках без галстуков. Это были люди 40–50 лет, живущие в богатых пригородах Залива, таких как Плезантон или Уолнат-Крик.

Технари пришли в Tesla вместе с Джей Би Старубелом. Это было более молодое поколение, охваченное духом стартапов Кремниевой долины, и большая часть из них, конечно же, окончила Стэнфорд. На работу они приходили в кроссовках и футболках, а жили в основном в Сан-Франциско и Пало-Альто.

Между двумя лагерями чувствовалось определенное напряжение. Инженеры считали, что у технарей нет уважения к проверенным способам создания автомобилей и опыту индустрии, накопленному с таким трудом. А технари были уверены, что инженерам не хватает конструкторского мышления – они во всем полагаются на прошлое. Как заметил один из руководителей: «Между ними не было ни одной культурной точки соприкосновения».

Нужно было что-то менять. Филд хотел, чтобы обе команды работали сообща – только так можно было придумать, как сочетать все, что нравилось людям в Model S, в производстве нового продукта с наименьшими затратами. Нужно было пересмотреть подход компании. Прежде, когда инженеры, работающие над Model S, затрагивали тему бюджета, Маск выходил из себя. Он хотел, чтобы они сосредоточились на создании максимально качественного автомобиля – к черту затраты! Сейчас перед Филдом стояла другая задача. Tesla уже доказала, что может производить качественные машины. Теперь компания должна была сделать повседневный автомобиль, который будет приносить деньги – электромобиль для каждого. Лишь так Tesla могла превратиться из авантюрного стартапа в серьезного автопроизводителя.

На одной из первых встреч по поводу Model 3 Филд показал сотрудникам слайд, на который стоило обратить внимание. Цена Model 3 должна составлять 35 тысяч долларов США, дальность хода на одной зарядке – более 320 км, при этом машина должна не просто удовлетворять запросы покупателя, но излучать страсть, присущую Model S. Если это получится, то «мы сможем изменить мир», – сказал Филд.

Ключевым фактором была начальная стоимость в 35 тысяч долларов – это золотая середина для седанов. Именно с этой цены начинались продажи BMW 3 и Mercedes C. Столько же стоила Toyota Camry в лучшей комплектации. По данным Edmunds, в США в 2015 году новый автомобиль в среднем продавался за 33 532 доллара. Конечно, полностью оснащенная Model 3 будет продаваться дороже, что увеличит прибыль, которую может получить компания.

Но проблема оставалась той же, что и десять лет назад, когда Мартин Эберхард впервые начал думать о том, как превратить tzero от AC Propulsions в серийный автомобиль: стоимость батарей. Началом послужила идея Страубела о создании гигафабрики в партнерстве с Panasonic. По расчетам Tesla, если завод будет расположен недалеко от Рино в Неваде, это поможет снизить затраты почти на треть. Но предстояло еще много работы. Филду нужен был способ мотивировать команду, которая не привыкла думать об окупаемости инвестиций.

Он построил график на основе данных о продажах и показал, как стоимость влияет на количество проданных автомобилей. На каждый доллар, который они могли урезать из стоимости автомобиля, компания получала сто продаж в год. «Вот какова цена одного доллара, – сказал он сотрудникам. – Один доллар – это плюс сто семей в актив компании и минус сто автомобилей с двигателем внутреннего сгорания на дорогах. Это плюс сто счастливых водителей, которые будут ездить на безопасных электрокарах и получать удовольствие от пользования Model S». Короче говоря, их задачей было создать более дешевую версию Model S, которая позволила бы сократить расходы, сохранив при этом все привлекательные особенности.

Помимо оптимизации производства, еще одним способом снижения стоимости батарей могло стать увеличение их энергоемкости, а значит, использование меньшего количества элементов. В Model S используются литий-ионные элементы, получившие название 18 650 за размер 18 на 65 мм. Команда главного технического директора Джей Би Страубела задумала использовать ячейки немного большего размера (21 на 70 мм), что позволит получить больший внутренний объем и вместить больше энергии. Инженеры пытались найти способ получить ту же дальность хода, что и у Model S, но используя на 25 % меньше энергии.

Еще со времен Model S компания пыталась собрать небольшую группу самых умных инженеров и позволить им выдвигать нестандартные идеи для решения, казалось бы, неразрешимых проблем. И вот наконец это произошло.

Для этого нужно было сосредоточиться на повышении общей эффективности автомобиля. Инженеры Филда получили два бюджетных плана на комплектующие. Он хотел, чтобы команда думала о стоимости своих решений не только в денежном выражении, но и с точки зрения нагрузки на электрическую систему автомобиля. Так, например, представляя расходы на тормоза, они указали их стоимость не только в долларах, но и в энергии, необходимой для ускорения и замедления.

Чтобы увеличить дальность хода автомобиля, необязательно тратиться на дополнительные батареи по 4 доллара за штуку. Достаточно изменить аэродинамические характеристики машины – например, добавить пластиковую ленту в нижней части кузова. Ее изготовление обойдется 1,75 доллара, а установка – 25 центов. Это была победа. По мере уменьшения веса и улучшения аэродинамики запас хода автомобиля увеличился до 540 км, что намного больше исходной цели.

Еще одним способом снизить стоимость стал выбор стальной рамы вместо дорогостоящей алюминиевой, используемой в Model S (хотя двери по-прежнему делали из алюминия). Сэкономить можно было и на салоне: привычную приборную доску с датчиками заменили на один большой экран, отражающий всю информацию об автомобиле.

Также разработали систему вентиляции, которая была значительно дешевле обычной и состояла из меньшего количества деталей. Автомобильные дизайнеры годами мечтали отказаться от круглых или прямоугольных вентиляционных отверстий на приборной панели автомобиля, заменив их чем-то более элегантным, но никто не мог придумать достойный вариант.

В команде Филда за разработку взялся инженер по имени Джо Мардалл, который до прихода в Tesla в 2011 году работал в McLaren Racing, улучшая аэродинамику гоночных автомобилей. В 2015 году он проектировал систему воздушного фильтра для Model X, которая, по утверждению Tesla, удаляла не менее 99,97 % мелких твердых частиц. Новая задача заставила его подумать об использовании воздуховодов, которые действуют подобно оконным створкам, направляя воздушный поток без обычных громоздких отверстий. Для подачи воздуха он соорудил изящную и незаметную щель в приборной панели. Круглым вентиляционным отверстиям пришел конец. Еще со времен Model S компания пыталась собрать небольшую группу самых умных инженеров и позволить им выдвигать нестандартные идеи для решения, казалось бы, неразрешимых проблем. И вот наконец это произошло.

Сокращение расходов – это одно. Однако кошмарная весна 2016 года на заводе во Фримонте показала необходимость улучшить не только экономические аспекты, но и качество сборки автомобилей. Мнения Филда и Грега Ричоу, на тот момент еще работавшего в компании, здесь были едины. Основной проблемой на пути к началу производства Model X стало бесконечное внесение изменений в дизайн и конструкцию кроссовера. До начала производства завод должен был выстроить работу с поставщиками деталей, протестировать и наладить оборудование для изготовления автомобилей.

Чтобы добиться единства мнений между инженерами и технарями завода, Филд собрал их на встречу вдали от штаб-квартиры в Пало-Альто и завода во Фримонте. В пятницу, когда Маск был в Лос-Анджелесе, они незаметно собрали менеджеров и директоров, всего около пятидесяти человек, на однодневное мероприятие в Пресидио, бывшем военном форте в Сан-Франциско с видом на залив. День начался с того, что команда дизайнеров Франца фон Хольцхаузена и руководители технических программ представили проект Model 3 и алгоритм взаимодействия с клиентом.

Сотрудники сравнили автомобиль с Model S, а также с немецкими и японскими конкурентами по всем техническим параметрам, начиная с размеров и заканчивая производительностью. Они ориентировались на BMW 3 серии, Audi A4 и Mercedes-Benz C-класса. Получив представление о том, каким должен быть автомобиль, во второй половине дня команды перешли к обсуждению плана его создания. Ведущие инженеры по проектированию продукции описали весь процесс. Были идеи по использованию недавно приобретенного штамповочного завода для сокращения времени, необходимого на замену прессов и штампов.

Описывая, чего он хочет добиться, Филд прибег к простой метафоре: инженеры должны были представить себя фермерами. Чтобы избежать трудностей в будущем, нужно уделить достаточно времени посеву зерен – инженерных идей, после созревания которых они соберут урожай в виде Model 3, полностью готовой к выпуску. С самого начала Tesla пыталась сосредоточиться на нескольких вещах одновременно. Так было при создании Roadster и Model S и продолжалось при выпуске Model X. Но с Model 3 все должно быть иначе.

Разрабатывая продукт, сказал Филд, наибольшее влияние на его развитие мы оказываем в самом начале. Именно на этом этапе генеральный директор уделяет проекту меньше всего внимания. А вот когда работа близится к завершению, происходит обратная ситуация: Маск требует конкретных результатов, и теперь у инженеров нет возможности внести кардиальные изменения. Как раз это и происходило с Model X. Бродя вдоль сборочной линии, Маск возмущался по поводу инженерных решений, принятых за годы до этого, и требовал серьезных корректировок.

Может, Маск и не присутствовал на этой выездной встрече, но и он продемонстрировал вновь обретенное понимание сложности производства. Когда фон Хольцхаузен проводил в Хоторне сессии по проектированию Model 3, руководители заметили, как изменилось поведение Маска по сравнению с тем, что они видели при производстве Model X. Он оставался таким же инициативным, но теперь, вместо того чтобы предлагать невероятные идеи, старался разъяснить менеджерам по закупкам и производству последствия их решений. Давним руководителям компании, которые привыкли к «старому» Маску, казалось, что он не так сильно вовлечен в процесс создания Model 3, как это было с Model X. Маск хоть и проводил на заводе еще больше времени, но со стороны казалось, что его больше беспокоят другие проблемы – дома или где-то еще.

Маску и не нужно было активно участвовать в процессе: у него была команда руководителей, которая держала все под контролем. Очевидно, что этой командой руководил Филд. Тем временем во Фримонте сотрудники активно готовились к началу выпуска. Специально для новой модели собирались открыть еще одну сборочную линию. Для улучшения качества процесс планировали сделать более автоматизированным.

Мысли по этому поводу стали появляться уже в конце 2017 года, чтобы к лету 2018 года компания смогла выпускать по 5 тысяч новых моделей в неделю. При таких темпах, с учетом плановых простоев на техобслуживание, они будут выпускать около 260 тысяч Model 3 в год, что для компании было внушительным показателем. На втором этапе добавят больше роботов и автоматизируют больше участков сборочной линии, чтобы к 2020 году достичь цели 500 тысяч автомобилей в год.

Все согласились, что план амбициозный. Но двухэтапный подход позволял справиться со сложным, требующим времени, процессом автоматизации параллельно с производством. Это также позволит Tesla получать доход от сходящих с конвейера Model 3, чтобы финансировать предстоящие нововведения.

Важно не повторить ошибок, присущих выпуску Model S и Model X: нельзя запускать производство одновременно со строительством новой сборочной линии. Tesla уже проводила доработку тысяч Model X, выпуск которых стартовал вместе со срочной постройкой конвейера. Если при выпуске в три раза большего количества автомобилей завод будет нуждаться в столь же серьезных доработках, это может вызвать катастрофические последствия для компании.

Пока Филд пытался объединить компанию, некоторые сотрудники стремились проложить свой собственный путь. Занятые на Гигафабрике члены команды Джей Би Страубела обсуждали, как перевозить батареи из Спаркса на завод во Фримонте. Одной из идей была разработка электропоезда на аккумуляторных блоках. Затем разговор перешел на электрический грузовик с полуприцепом, так как его стоимость стала более приемлемой.

В команде проснулся азарт, и Страубел спокойно разрешил им начать работу над прототипом, чтобы проверить, возможно ли это. Они планировали собрать небольшой автопарк электрических грузовиков, курсирующих между двумя заводами. По привычке Страубел предложил приобрести одну из моделей Freightliner, работающую на бензине, и переделать ее в электромобиль. Он поручил Дэну Пристли, молодому инженеру, разобрать грузовик на части и построить прототип, вставив полдесятка аккумуляторных блоков Model S. Постепенно команда начала проводить тестовые поездки и заряжать грузовик на станциях Supercharger. Скорость машины была просто восхитительной.

Однако через некоторое время они столкнулись с проблемой. Команда, по сути, разработала совершенно новый продукт, никому об этом не сказав. По плану Филд занимался автомобилями, а Страубел – строительством завода аккумуляторов. К тому же Маск не очень любил сюрпризы, хотя исключения бывали. Страубел был уверен, что новый полуприцеп настолько впечатляет, что гендиректор простит эту вольность. Однажды он позвал Маска на площадку позади завода во Фримонте и продемонстрировал прототип грузовика. Машина была такой быстрой, что скорее напоминала спорткар, чем громоздкий полуприцеп.

Маску идея понравилась, но он не хотел, чтобы проектом занимался Страубел – ему и без того было чем заняться. Вместо этого Маск хотел использовать прототип, чтобы заманить обратно Жерома Гильена, который заслужил доверие гендиректора, выпустив Model S, но выгорел, занимаясь продажами.

После ухода в августе 2015 года Гильен взял перерыв, чтобы набраться сил. Он устроил себе грандиозное путешествие по США, периодически делясь с коллегами фотографиями из поездок. Никто из сотрудников еще не видел Гильена таким счастливым. Когда Маск заговорил о возможности вернуться, Гильен замялся. Он не был уверен, что для него найдется место. Филд уже курировал разработку Model 3, а Джон Макнилл руководил продажами и обслуживанием. Чем тогда заниматься ему?

Но предложенный Маском прототип оказался привлекательным. В начале своей карьеры Гильен уже работал над полуприцепами. Может, с этой машиной у компании появится совершенно новый рынок? В итоге Гильена удалось убедить, и в январе 2016 года он вернулся в Tesla, чтобы руководить этим неприметным проектом. Выходит, что той зимой, все еще сражаясь за выпуск Model X, Tesla параллельно разрабатывала не один, а целых два новых автомобиля. Компания показывала, что не только не боится большей ответственности, но и проявляет определенную гибкость, которая так важна для выхода за пределы своей ниши.

Прохладным мартовским вечером 2016 года Илон Маск, Даг Филд, Джон Макнилл и другие руководители стояли за кулисами дизайн-студии Tesla, где сотни клиентов и фанатов ждали возможности взглянуть на давно обещанный Маском автомобиль Model 3. Несколькими днями ранее Маск объявил о предстоящем событии в Твиттере, причем дошло до того, что посыпались предварительные заказы на автомобиль, который вживую еще никто не видел.

Руководители в соцсетях смотрели ролики с очередями покупателей в автосалонах Tesla по всей стране. На мониторе отображались поступившие депозиты в размере 1000 долларов. Никто не мог поверить в происходящее. Как обычно, команда пыталась угадать количество предзаказов на новую модель. Когда Tesla впервые представила Roadster, сотрудники надеялись набрать 100 покупателей, готовых внести 100 тысяч долларов. На это ушло несколько недель. Model S собрала 3 тысячи предзаказов за несколько месяцев после презентации. Но сейчас творилось что-то невероятное – компания получала десятки тысяч заявок на автомобиль, который никто еще даже не видел. Затем десятки переросли в сотни.

Сотрудники не находили подходящих слов, чтобы выразить свое удивление. Если посчитать предполагаемые темпы выпуска Model 3, то за один только вечер компания уже набрала достаточно средств на финансирование первых нескольких лет производства. И хотя не все предзаказы станут реальными покупками, они были явным признаком огромного интереса к новой модели. Филд поблагодарил Маска за возможность присутствовать на презентации.

Маск вышел на сцену под аплодисменты. «Ты сделал это!» – прокричал кто-то в толпе. Наконец публика увидела Model 3. В зале присутствовали Бонни Норман, владелица Roadster (а теперь и Model X), которая выступала добровольным послом бренда, и Йоши Ямада, руководитель Panasonic, который поддерживал участие своей компании в строительстве завода в Неваде. Оба были в приподнятом настроении.

Выехавшая на сцену Model 3 не поражала новизной дизайна. Во многом она напоминала Model S, хотя была меньше и имела не столь элегантные пропорции, особенно в передней укороченной части, которая придавала профилю машины сходство с черепахой. Люди не заметили особой разницы между Model 3 и Model S. И это не могло не радовать: автомобиль начальной стоимостью в 35 тысяч долларов мало чем отличался от своего предшественника за 100 тысяч долларов. Презентацию можно было считать невероятным успехом.

Многим менеджерам Tesla приходилось управлять всем, включая генерального директора, иными словами, они руководили своим руководителем. Маск продолжал проводить еженедельные встречи со своими сотрудниками, и в этот загруженный период малейшая ошибка могла сделать козлом отпущения кого угодно. Чтобы совладать с непредсказуемым характером Маска, можно было посоветоваться с главой персонала Сэмом Теллером, который сопровождал гендиректора в поездках, играя роль посредника между боссом и компанией.

Теллер был одним из немногих приближенных к Маску, кто мог оценить ситуацию за рамками происходящего в Tesla, Space X или Solar City. Он мог предупредить сотрудников, какая именно часть империи Маска вызывает у него наибольшее раздражение. Новым руководителям Теллер обычно говорил: не все проблемы являются таковыми. Многие воспринимаются нормально. Маск всю жизнь посвятил исправлению безнадежно испорченных ситуаций. А вот сюрпризы – это уже проблема. Сюрпризов босс не любит.

Часто общаясь с Теллером, Джей Би Страубел научился предотвращать междоусобные распри на встречах с Маском. Он собирал ключевых заместителей на предварительные совещания, чтобы все обсудили свои разногласия и представили боссу единую точку зрения. Все шло как по маслу – пока об этом не узнал сам Маск. Конечно, ему это не понравилось, и он распорядился прекратить эти встречи. Заместители не должны плести интриги у него за спиной: Маск хотел лично следить за их перепалками и принимать ключевые решения, не дожидаясь, пока они дойдут до него в удобоваримой форме.

Несмотря на подобные заминки, через неделю после презентации Model 3 Маск прибыл в штаб-квартиру Tesla в приподнятом настроении. Руководители сидели в стеклянном конференц-зале рядом с его кабинетом, восторгаясь количеством предзаказов, превзошедшем самые смелые ожидания. Но вскоре возбуждение сменилось напряжением. В азарте Маск решился на шаг, который наверняка испугал присутствующих: он захотел ускорить производство Model 3.

План, который они разрабатывали в последнее время, предусматривал начало производства в конце 2017 года, после нескольких месяцев наладки и тестирования новой сборочной линии, при полной уверенности, что каждый участок может выполнять одно задание за другим с периодичностью в несколько секунд.

Согласно этому проекту, нынешний финансовый директор Tesla Джейсон Уилер, который занял место Дипака Ахуджи в конце осени 2015 года, прогнозировал, что в 2018 году выручка вырастет более чем в два раза по сравнению с 2016-м. По его расчетам, в 2017 году Tesla впервые получит прибыль в размере 258,9 миллиона долларов, а в 2018 году – почти 900 миллионов. К 2020 году, когда Маск пообещал поставлять 500 тысяч автомобилей в год, Уилер прогнозировал выручку от продаж в размере 35,7 миллиарда долларов, а чистую прибыль – 2,19 миллиарда. Tesla была на пути к тому, чтобы, благодаря Model 3, превратиться в огромную корпорацию.

Но внезапно Маск решил, что этого недостаточно. Нынешний план подразумевал, что первые несколько лет производство будет финансироваться только за счет предзаказов. К тому времени, когда компания с ними разберется, продаваемый автомобиль уже устареет. Кроме того, рост заказов сигнализировал всему миру об огромном потенциальном спросе на электромобили, что, несомненно, заставит конкурентов всерьез заняться собственными проектами.

Маск не упомянул о том, что многие считали основной причиной его решения – компания стремительно теряла деньги. Задержка с выпуском Model X пожирала финансы Tesla. В конце марта компания имела на руках 1,5 миллиарда долларов, и эта сумма была бы гораздо меньше, не воспользуйся Tesla возобновляемой кредитной линией (что-то вроде корпоративной кредитной карты). Конечно, средств было значительно больше, чем несколько лет назад, но при нынешних темпах развития к концу года компания рисковала остаться без денег. Нужно было или увеличить производство Model X, или привлечь больше инвестиций.

Затраты на наращивание производства Model 3 неизбежно усилят финансовое давление. Поэтому чем быстрее Tesla выйдет на уровень 5 тысяч автомобилей в неделю, тем скорее сможет получить наличные средства, необходимые для поддержания бизнеса. Но возникли разногласия по поводу целесообразности такой поспешности. Еще свежи были воспоминания о провале на сборочной линии Model X. Так что Филд активно выступал против этой идеи. Страубел тоже был обеспокоен, он не обещал, что сможет вовремя вывести Гигафабрику на полную мощность, чтобы удовлетворить спрос.

Но Маск был непоколебим. Это был не вопрос для обсуждения, а его окончательное решение.

Филд держал свое мнение обо всех этих переменах при себе. Он собрал свою команду, чтобы сплотить сотрудников перед предстоящими событиями. «Считайте, что вы работаете в другой компании, – сказал он. – Теперь ничего не будет так, как прежде».

После ухода Ричоу и Джоша Энсайна управление производством перешло непосредственно к Маску, а отдел продаж – к Джону Макниллу. Целая когорта руководителей теперь без всяких посредников напрямую подчинялась темпераментному генеральному директору. Шен Джексон, инженер-технолог, предложил трехэтапный план, по которому производительность увеличивалась с 5 тысяч моделей в неделю до 10, а затем и 20 тысяч. Для Маска это было недостаточно быстро. Он хотел начать сборку Model 3 следующим летом, примерно на шесть месяцев раньше первоначального графика. Мало того, Маск хотел выйти на гораздо более интенсивные темпы сборки, чем планировалось ранее.

Команда по производству предложила идею контролировать возникновение заминок на рабочих местах. К примеру, можно создать резервные буферы, производя сразу несколько машин. Если критически важная рабочая станция выйдет из строя, то они смогут поддерживать работу на следующих участках, не останавливая линию полностью. Идея казалась разумной, но Маск ее отверг. Если инженерные решения будут безупречны, то не будет необходимости в таких переключениях.

Некоторые руководители, в том числе менеджер покрасочного цеха, оказали сопротивление, сказав Маску, что его предложения неосуществимы. Ответ Маска был краток – ищи другую работу. Сотрудника уволили. Остальные поняли, что если хотят сохранить свое место, то должны держать сомнения при себе.

Забеспокоились и поставщики. Руководителей Panasonic шокировало ускорение графика. Они по-прежнему пытались наладить производство в Неваде, поскольку на объекте постоянно возникали неисправности и постоянно отключалось электричество. К тому же нужно было подготовить рабочую силу в непривычной для производства части страны. Но Маск не сдавался.

4 мая он, можно сказать, отцепил страховочный трос. В письме к акционерам и на телефонной конференции с аналитиками Маск объявил инвесторам, что Tesla ускоряет свои планы и начнет ежегодно производить 500 тысяч автомобилей не с 2020-го, а с 2018 года. А в 2020 году планируется выпуск 1 миллиона электромобилей.

Прогноз был ошеломляющим. Когда прессе предоставили возможность задать вопросы, Фил ЛеБо, давний автомобильный корреспондент CNBC, попросил уточнить: «Это производственная цель или гипотетический прогноз?»

Маск ответил, что, по его прогнозам, в 2018 году Tesla выпустит более 500 тысяч автомобилей, после чего в следующем году рост составит примерно 50 %, а в 2020 году компания достигнет 1 миллиона. «Я имею в виду, – сказал он, немного сбавив обороты, – наилучший вариант развития событий».

Он сообщил инвесторам, что поставщики проинструктированы о готовности начать серийное производство 1 июля 2017 года. Затем для выхода на полную мощность потребуется несколько месяцев, чтобы разобраться со всеми возникшими проблемами. «Чтобы достичь желаемых объемов производства Model 3 к концу 2017 года, в середине года мы должны запустить производство. Только так мы сможем выполнить поставленные на 2017 год цели по выпуску автомобилей, – заявил Маск. – Поэтому по приблизительным подсчетам во втором полугодии мы стремимся к производству 100–200 тысяч автомобилей Model 3».

Покупателям он сообщил, что сейчас самое время делать заказы: «Не стоит переживать, что вы закажете автомобиль сейчас, а получите его через пять лет. Заполнив заявку сейчас, вы с большой вероятностью получите машину уже в 2018 году».

Теперь клиенты тоже были в курсе. Первые Model 3 сойдут с конвейера и отправятся покорять дороги страны уже через год. Решение принято.

Глава 23

Смена курса

В субботу в начале мая 2016 года, чуть позже 16:30, сорокалетний Джошуа Браун из Огайо ехал по разделенному шоссе к югу от Гейнсвилла, штат Флорида, как вдруг его Model S въехала прямо в полуприцеп, пересекающий проезжую часть. Машина, двигавшаяся со скоростью 120 километров в час, не успела затормозить и пролетела под прицепом, в результате чего у нее сорвало крышу. Затем автомобиль въехал в дренажную канаву, пробил два проволочных забора, врезался в столб, крутанулся против часовой стрелки и остановился на лужайке перед одним из домов. Браун погиб при столкновении. Водитель грузовика не пострадал. Хотя чиновники заявили, что водитель грузовика не уступил дорогу, сразу возникает вопрос: почему Браун, ехавший по прямой дороге без каких-либо препятствий, не предпринял никакой видимой попытки остановиться или хотя бы снизить скорость, чтобы пропустить огромный грузовик, пересекающий проезжую часть? Тот факт, что автомобиль продолжал движение, наводил на мысль, что в новой, широко известной функции, которая начала внедряться, может быть фатальный изъян.

На расследование аварии у представителей власти ушли месяцы, но Tesla смогла быстро получить данные и вскоре узнала, что в момент столкновения Браун использовал Autopilot, специальную программу компании для помощи водителю. Вся поездка длилась 41 минуту. Водитель включал вспомогательную систему на большей части пути и брался за руль семь раз, в общей сложности сознательно управляя автомобилем около 25 секунд, чтобы убедить систему, что он контролирует ситуацию. Наибольшее время между сигналами о необходимости взяться за руль составило почти 6 минут. Суммарное время, в течение которого система предупреждала Брауна вернуть управление машиной, составило 2 минуты. В последний раз водитель коснулся руля за 2 минуты до аварии. Никаких попыток остановить машину система не предприняла.

Для Маска авария произошла совсем не вовремя. После ажиотажа вокруг Model 3 несколькими неделями ранее он пытался собрать деньги для покрытия расходов на производство автомобиля. Параллельно он незаметно работал со своим двоюродным братом Линдоном Ривом, генеральным директором Solar City, над приобретением солнечной компании, переживающей не лучшие времена. Solar City уже долгое время атаковали «короткие» продавцы акций, ставившие под сомнение существование бизнеса. Стечение этих обстоятельств ставило под угрозу возможности Tesla реализовать многолетние усилия Маска по выпуску Model 3.

Долгие годы Маску каким-то образом удавалось совмещать управление Tesla и SpaceX с председательством в совете директоров Solar City. Это было нелегко, особенно в 2008 году, когда и Tesla, и SpaceX столкнулись с рядом трудностей. В начале весны 2016 года его хитроумный финансовый дом снова оказался под угрозой, хотя к тому времени это перестало восприниматься как что-то удивительное. Презентация Tesla Model 3 позволяла надеяться на будущий успех, но многомесячные хлопоты по выпуску Model X подорвали финансы компании. Тем временем бизнес Solar City становился все слабее.

В начале 2016 года Маск застал врасплох своего нового финансового директора Tesla Джейсона Уилера, позвонив ему рано утром в субботу. Судя по фоновому шуму, Маск летел в самолете. Тем не менее его инструкции были четкими. Маск планировал созвать экстренное заседание совета директоров Tesla, состоящего из семи человек. Он попросил Уилера подготовить презентацию, которая убедит остальных в том, что приобретение Solar City – хорошая идея. На это у финансового директора было 48 часов.

Уилер не подозревал, что Маск собирался провести выходные на озере Тахо вместе с Ривом. Solar City была в беде, а значит, и бизнес-империя Маска тоже. До того как позвонить Уилеру тем февральским утром, Маск с двоюродным братом целый месяц обсуждали, как сберечь финансовые средства Solar City. В конце 2015 года компания имела на руках 383 миллиона долларов. В условиях одного из возобновляемых кредитов, который помогал компании вести бизнес, было прописано требование к Solar City поддерживать среднемесячный баланс наличности на уровне 116 миллионов долларов. В случае нехватки денежных средств компания должна была немедленно объявить о невыполнении этого обязательства, что могло спровоцировать невыплату других долгов, о чем также сообщалось публично.

Такое развитие событий могло поставить под угрозу платежеспособность компании. А поскольку финансы Solar City переплетены с финансами Tesla, то невыполнение обязательств могло помешать автопроизводителю получить новые займы, необходимые из-за задержек с Model X и растущими расходами на выпуск Model 3.

Уилер, который за несколько месяцев до этого перешел в Tesla из Google, где был вице-президентом по финансам, сильно переживал по поводу такого неоправданного риска при подготовке к выпуску Model 3. Он заменил Дипака Ахуджу, который после семи изнурительных лет работы под руководством Маска решил уйти в отставку. Все выходные Уилер и его команда работали над составлением отчета о перспективах покупки компании Solar City для Tesla.

Результат получился не слишком радужным: трудно было увидеть в Solar City что-то, помимо стремительно теряющей деньги компании. Слияние почти удваивало долговую нагрузку Tesla и могло оказаться весьма рискованным, отвлекая финансы от основных целей. Уилер представил совету директоров свои расчеты в презентации, названной «Проект Икар». Если вкратце, то сделка отрицательно скажется на стоимости акций Tesla. Совет директоров согласился, что сейчас неподходящее время, тем более что завод во Фримонте продолжает испытывать трудности с наращиванием производства Model X. Идею отложили на будущее.

Однако в мае на фоне ажиотажа, вызванного анонсом Model 3, Tesla была вынуждена обратиться на Уолл-стрит, чтобы привлечь средства, но уже для себя. Растущее число клиентов, вносящих депозиты, помогло Маску легко обосновать необходимость дальнейших инвестиций – Tesla нужно финансировать постоянно расширяющееся производство автомобилей. Руководители компании были едины в том, что нужно привлечь вдвое больше средств, чем собирался Маск. Такая сумма, по их мнению, обеспечивала достаточную поддержку для выпуска автомобиля в ускоренные сроки, на которые теперь рассчитывал Маск. Но столько гендиректор просить не хотел (это размыло бы его собственную долю в компании). Вместо этого 18 мая Tesla подала заявку на продажу акций, чтобы выручить 1,4 миллиарда долларов.

Менее чем через две недели на закрытом ежеквартальном собрании совета директоров Tesla Маск снова озвучил идею о покупке Solar City. На этот раз совет директоров, в состав которого входило несколько заинтересованных лиц, отнесся к этому вопросу благосклонно, разрешив проанализировать перспективы и нанять консультантов для оказания помощи.

Долгие годы Маск и некоторые члены совета директоров, как, например, ранний инвестор Антонио Грасиас, поговаривали о том, чтобы объединить две компании под одной крышей, тем более что Tesla и Solar City все чаще работали вместе. В 2015 году Джей Би Страубел, технический директор Tesla, разработал еще одно направление бизнеса для автопроизводителя – продажу больших аккумуляторов для дома и коммерческих предприятий, что заинтересовало покупателей солнечных батарей, желающих накапливать энергию, которую они получают днем, чтобы использовать ее ночью. Идея включить сферу производства солнечной энергии в бизнес Tesla появилась еще в 2006 году, до того, как была основана Solar City, но тогда совет директоров от нее отказался. Кимбал Маск, брат Илона и член совета директоров, объяснил это недальновидностью своих коллег.

Самый ценный актив Tesla – это доверие, которое она завоевала у своих инвесторов. Даже при отказе от сделки это оставит пятно на корпоративном управлении компании, изменив цену, которую инвесторы потребуют за участие в капитале Tesla.

Эта задумка обрела новое, гораздо большее значение в начале 2015 года, когда совет директоров Tesla посетил строительную площадку Гигафабрики в Спарксе, где Маск и Страубел планировали работать с Panasonic над созданием миллионов аккумуляторных элементов и батарейных блоков. При взгляде на огромную площадку многие осознали всю серьезность происходящего. Если Tesla позиционирует себя как производитель аккумуляторов и продает их в комплекте с солнечными батареями, то она должна контролировать весь процесс обслуживания клиентов. Таким членам совета директоров, как Грасиас, это позволило понять, что компания входит в новую эру, а именно в бизнес по хранению электроэнергии.

20 июня, менее чем через месяц после получения разрешения на изучение сделки, Маск созвал специальное заседание совета директоров – на этот раз они собрались рано утром на заводе во Фримонте.

Обсуждая потенциальное приобретение, финансовый директор Уилер вновь выразил беспокойство. Он опасался, что слияние приведет к увеличению издержек Tesla на привлечение заемных средств в будущем. Если верить записям, сделанным консультантами, то среди рассматриваемых вопросов было и влияние на акции коротких продавцов вроде Джима Чаноса.

Совет директоров решил, что один из его членов, Робин Денхолм, которая недавно перешла из австралийского телекоммуникационного гиганта Telstra на должность главного операционного директора, а затем стала финансовым директором, должна выступить перед инвесторами и обосновать, почему объединение Tesla и Solar City – разумный шаг. Денхолм была одной из немногих, кто никак не связан с солнечной компанией, в которой Грасиас также был инвестором и членом совета директоров. Обсуждая, сколько Tesla готова заплатить Solar City, Маск ответил, что цена не должна быть слишком высокой, иначе ее будет сложно оправдать. Что касается тактики ведения переговоров, Маск заявил собравшимся: «Я переговоров не веду».

Он покинул помещение вместе с Грасиасом, чтобы избежать конфликта интересов. В итоге члены совета остановились на диапазоне от 26,50 до 28,50 долларов за акцию, что соответствует оценке Solar City в 2,8 миллиарда. Компания быстро направила официальное письмо Риву в Solar City, и на следующий день, после закрытия рынков в Нью-Йорке, опубликовала сообщение о предложении на сайте Tesla.

«Миссия Tesla всегда была связана с устойчивым развитием, – говорилось в сообщении. – Сейчас пришло время дополнить картину. Клиенты Tesla могут ездить на экологически чистых автомобилях, используя наши аккумуляторы для более эффективного потребления энергии, но им по-прежнему необходим доступ к самому устойчивому источнику питания – солнцу».

Реакция инвесторов была незамедлительной и абсолютно ожидаемой. Акции Solar City выросли на 15 % – обнадеживающий знак для компании, чьи позиции на бирже за предыдущий год упали более чем на 60 %. А вот котировки Tesla рухнули в пропасть. Оценка автомобильной компании упала на 3,38 миллиарда долларов.

Когда стало известно о сделке с Solar City и резком падении Tesla, CNBC знал, к кому обратиться. Деловой телеканал прервал свой дневной эфир громким баннером «срочные новости». Джим Чанос выступил с заявлением, в котором осудил это соглашение: «Беззастенчивое спасение Solar City компанией Tesla – это позорный пример корпоративного управления в худшем проявлении». Конечно, у Чаноса в этой борьбе были свои интересы. Ведь, пока Tesla шла на спад, акции Solar City стремительно росли – новость не самая приятная для Чаноса, который ставил на крах компании.

Но негативные отзывы поступали не только от продавцов коротких акций. Фирма Evercore, консультанты Tesla, собрали ряд неблагоприятных комментариев отраслевых аналитиков, которые инвесторы используют для оценки рынка. «В отсутствие подробного объяснения (на данный момент) нам сложно увидеть преимущества объединения брендов, клиентов, каналов сбыта, продуктов или технологий», – написал аналитик J.P. Morgan. «Мы считаем, что такая интеграция возможна, но, скорее всего, сложна и сопряжена с финансовыми рисками», – заключил аналитик Oppenheimer. И самый резкий отзыв исходит от эксперта Morgan Stanley Адама Джонаса, чей энтузиазм в отношении Tesla стал стимулом для его возвращения в США из Лондона: «Самый ценный актив Tesla – это доверие, которое она завоевала у своих инвесторов. Даже при отказе от сделки это оставит пятно на корпоративном управлении компании, изменив цену, которую инвесторы потребуют за участие в капитале Tesla».

На фоне рыночного давления Национальное управление безопасностью движения на трассах[38] объявило о начале расследования смертельной аварии во Флориде, впервые обнародовав свои опасения по поводу использования функции Autopilot и спровоцировав критику этой системы в СМИ. Обозревательница журнала Fortune Кэрол Лумис задалась вопросом, почему Tesla не опубликовала информацию об аварии, когда привлекала финансирование 11 дней спустя[39]. Этот вопрос вызвал беспокойство и у Комиссии по ценным бумагам и биржам, в результате чего Tesla попала в поле зрения мощного регулирующего органа, который контролирует публичные акции.

Отбиваясь от критики в адрес технологии Autopilot, Маск и совет директоров, казалось, были застигнуты врасплох тем, насколько активно рынок отвергает идею приобретения Solar City. Денхолм постоянно получала упреки со стороны крупнейших акционеров Tesla – институциональных инвесторов. Они владели миллиардными пакетами акций, и их голос в одобрении сделки мог оказаться решающим. Компания T. Rowe Price – один из крупнейших институциональных акционеров – была недовольна тем, что всего несколькими неделями ранее Tesla провела публичное размещение акций, но не раскрыла информацию о предстоящем приобретении. Много критики доставалось и Джеффу Эвансону, вице-президенту Tesla по связям с инвесторами.

«Честно говоря, быть публичной компанией – ужасно», – писал Кимбал Маск своему другу после новостей о падении акций Tesla в ответ на ситуацию с Solar City. Эту тему они с братом обсуждали и раньше, говоря о том, насколько легче управлять SpaceX, которая была частной компанией. И подобные жалобы прозвучат еще не один раз.

Он нарисовал концепцию будущего автомобилей, о которой Кремниевая долина фантазировала на протяжении многих поколений. Но почему-то эти фантазии казались правдоподобными только тогда, когда о них говорил Маск.

Предполагаемая сделка с Solar City взбудоражила не только рынки, внутри компании она тоже не встретила понимания. Tesla и раньше рисковала, но это всегда было связано со стремлением к чему-то большему. Возможно, кому-то со стороны это казалось сентиментальностью, но многие руководители, работающие в компании не первый год, поддерживали ее экологическую миссию – они верили, что работают над созданием электромобиля, который поможет снизить загрязнение окружающей среды и сделать планету лучше. Но к 2016 году некоторые из них уже с трудом верили, что акции Tesla когда-нибудь снова вырастут в цене. Стабильные показатели на рынке помогали менеджерам оправдывать долгие часы работы, вечные жертвы и переменчивое настроение их босса.

Теперь все было иначе. Казалось, что на этот раз Маск действовал исключительно в своих корыстных интересах. «Илон любит рисковать, но обычно ему удается принимать хорошие бизнес-решения, – прокомментировал ситуацию один из давних руководителей. – Однако этот шаг казался бессмысленным: зачем покупать эту компанию, этот бизнес, этот бренд? Только чтобы выручить ее из беды?»

Эвансон из отдела по работе с инвесторами признался одному из членов совета директоров Tesla, что руководство компании не одобряет эту сделку. «В компании и за ее пределами царит крайне негативная атмосфера, – написал он в электронном письме. – Старшие менеджеры вынуждены заткнуться и соглашаться».

Хотя Маск был председателем совета директоров и крупнейшим инвестором как Tesla, так и Solar City, культуры этих двух компаний сильно расходились. Например, они различались способами продажи продукции. Маск презирал практику жестких продаж, из-за чего автосалоны Tesla больше походили на образовательные центры. В Solar City все было наоборот: продавцы ходили от дома к дому, а также постоянно обзванивали потенциальных клиентов, чтобы склонить их к покупке.

Кроме того, успешная работа отдела продаж активно поощрялась руководством Solar City с помощью бонусов. Такая политика тоже была не про Tesla: компания не хотела, чтобы продавцы соревновались друг с другом из-за бонусов. Различия проявились и в бухгалтерских отчетах. Команда Уилера подсчитала, что за предыдущий год Solar City потратила на выплату комиссионных 175 миллионов долларов, в то время как Tesla – всего 40 миллионов.

Непонимание возникало даже в мелочах. В Tesla Маск противился присвоению громких должностных титулов, отказывая тем кандидатам, которые, по его мнению, стремились к высокому статусу, а не к интересной работе. В Solar City же таких должностей было в избытке, возможно, для того чтобы компенсировать зарплату, которая, как правило, была ниже средней. В обеих компаниях в США работало около 12 тысяч сотрудников. В Solar City было 68 вице-президентов со средней зарплатой 214 547 долларов. Тогда как в Tesla всего 29 вице-президентов, получающих в среднем 274 517 долларов.

Руководство инженерного подразделения Tesla было не в восторге от новых потенциальных сотрудников. Майкл Снайдер, один из менеджеров в энергетическом подразделении Tesla, считал, что уровень инженерных кадров Solar City невысок, и по десятибалльной шкале оценил их в 2–3 балла. Он даже сказал Маску, что среди них есть только один человек, которого он готов принять на работу. Маск успокоил Снайдера: «Мы собираемся распрощаться со многими сотрудниками Solar City».

Конечно, Tesla была уже не той компанией, к которой многие присоединились во времена Model S и Model X, – она эволюционировала так же, как после своего кризиса в 2008 году.

Чтобы совладать с этим сдвигом, как и в 2006 году, когда Маск изложил свое видение развития компании от Roadster до Model 3, тем летом он тоже опубликовал запись в блоге, в которой подробно описал, что ждет Tesla в будущем, – явная попытка перевернуть мнение Уолл-стрит о неудачной сделке.

Дальше Маск занялся тем, что умел делать лучше всего, – преподносить инвесторам блестящие новинки, которые убедят их в необходимости сделки с Solar City. Он заявил, что собирается создать новый вид солнечных панелей, которые вместо того, чтобы устанавливаться на крышу, сами станут крышей.

Запись называлась «Генеральный план. Часть вторая». В ней Маск постарался точнее описать экосистему, о которой он, его брат и Грасиас говорили все эти годы. По его словам, он хочет «создать гармонично интегрированный и красивый продукт в виде солнечной крыши с батареей, который расширит возможности человека как самостоятельного потребителя, а затем распространить его по всему миру. Единый процесс заказа, единая процедура установки, единый сервис, единое приложение для телефона».

Но Маск не ограничился объяснением преимуществ покупки Solar City. Он изложил и перспективы автомобильного бизнеса. После Model 3 он планирует разработать еще один компактный кроссовер Model Y (меньше Model X и построенный на том же шасси, что и Model 3), а также новый вид пикапа и грузовик с полуприцепом для коммерческих целей. Скорее всего, Tesla не придется разрабатывать еще более дешевый автомобиль, чем Model 3, так как Маск уверен, что в будущем беспилотные такси вытеснят личный транспорт. Он уже представлял себе то время, когда владелец Tesla сможет сдавать свой автомобиль в автопарк роботакси, «просто зайдя в приложение для телефона. Пока вы на работе или в отпуске, машина будет приносить вам доход, значительно компенсируя, а иногда и превышая ежемесячные расходы на кредит или лизинг».

В этом был весь Маск. Он нарисовал концепцию будущего автомобилей, о которой Кремниевая долина фантазировала на протяжении многих поколений. Но почему-то эти фантазии казались правдоподобными только тогда, когда о них говорил Маск. Пытаясь наверстать упущенное, General Motors в марте объявила о приобретении малоизвестного стартапа Cruise из Сан-Франциско, чтобы запустить собственную программу по созданию беспилотных автомобилей. Всеобщее внимание привлекли заголовки с суммой сделки более миллиарда долларов. Но гендиректор Tesla не стал уделять много внимания деньгам и конкретным срокам. Он был выше этого. За него говорил простой исторический факт: десятью годами ранее разговоры Маска о выпуске полностью электрического люкс-автомобиля казались чем-то несбыточным. А теперь посмотрите на Tesla!

Как бы в подтверждение своих слов Маск потянул за рычаг, который раньше Tesla редко использовала, направляя усилия на развитие, а не на доходы. Компания начала увеличивать прибыль. В ноябре Tesla объявила, что за квартал с июля по сентябрь ее прибыль составила 22 миллиона долларов, что стало вторым прибыльным кварталом в истории компании. Помогло увеличение поставок более дорогой Model X, но, как и в 2013 году, значительную выгоду Tesla получила от продажи регуляторных кредитов конкурентам, которые не достигли установленных показателей вредных выбросов в таких штатах, как Калифорния, за что им грозили штрафы.

Дальше Маск занялся тем, что умел делать лучше всего, – преподносить инвесторам блестящие новинки, которые убедят их в необходимости сделки с Solar City. Он заявил, что собирается создать новый вид солнечных панелей, которые вместо того, чтобы устанавливаться на крышу, сами станут крышей. После встречи со скептически настроенными инвесторами Маск отправил записку Джей Би Страубелу и своему двоюродному брату из Solar City Питеру Риву: «Крупные инвесторы относятся к идее Solar City крайне негативно. Надо показать им, как выглядит интегрированный продукт, поскольку пока они с трудом это представляют. Важно довести ситуацию до голосования». В конце октября на киностудии Universal Маск представил свой концепт, используя крыши домов, показанных в телесериале «Отчаянные домохозяйки». Ни одна из солнечных батарей на самом деле не работала, но это было не важно. Маск обещал, что крыши будут выглядеть «сексуально». Несколько недель спустя акционеры одобрили сделку.

Маск также работал над тем, чтобы изменить представление людей о системе Autopilot. Она вызвала большой интерес, когда была анонсирована в 2014 году и начала активно внедряться в конце 2015 года, что еще больше укрепило репутацию Tesla как автомобильной компании будущего. Маск рассматривал систему как свидетельство того, что Tesla находится на пути к внедрению полностью беспилотных автомобилей – технологии, которая привлекала все большее внимание в Кремниевой долине, благодаря достижениям Google и других компаний.

Основу технологии Tesla взяла у поставщика запчастей Mobileye, который разработал систему камер для распознавания объектов на проезжей части. С помощью искусного программирования команда Tesla расширила границы этой системы. В результате пользователь мог включить ряд систем, таких как контроль полосы движения и адаптивный круиз-контроль, которые удерживали автомобиль на полосе и позволяли ему соблюдать в потоке машин определенное расстояние. Как показала авария во Флориде, эта система была отнюдь не безупречной. Иногда она не распознавала дорожные опасности, поэтому водителей просили не терять бдительность. Однако технология работала настолько хорошо, что водители чувствовали себя чересчур уверенными в том, что ситуация под контролем.

Команда разработчиков программного обеспечения Autopilot под руководством Стерлинга Андерсона, который также ассистировал в руководстве разработкой Model X, предлагала различные идеи для вовлечения водителя. Они отслеживали крутящий момент, прилагаемый к рулевому колесу (не слишком достоверный показатель), и рассматривали возможность установки датчика, который мог бы определить, лежит ли вообще рука водителя на руле.

Поначалу Маску не нравилась идея сделать систему более жесткой, так как возникнет ощущение, что автомобиль донимает водителя своими сигналами. Но после аварии во Флориде он одобрил изменения, которые предусматривали отключение Autopilot, если водитель игнорировал предупреждения о необходимости держать руки на руле. Маск также хотел выпустить новое поколение системы, оснащенное дополнительными функциями.

По мере приближения к анонсу разработок Autopilot осенью того года, Андерсона все больше беспокоила привычка Маска давать слишком много обещаний. По крайней мере, так говорили те, кто был знаком с работой Tesla. Последнее, что было нужно Андерсону, – это объявление Маска о том, что следующая версия Autopilot предусматривает полностью автономное движение автомобиля.

Своими опасениями он поделился с Джоном Макниллом, руководителем отдела продаж и маркетинга. Было бы неверно говорить, что система может управлять автомобилем без человека, который нужен только для подстраховки. По словам сведущих людей, юридический и пиар-отделы Tesla уже проиграли нелегкую битву с Маском по вопросам подачи информации. Весь последний год они всячески подчеркивали важность того, чтобы водители держали руки на руле. Для этого необходимо, чтобы любое официальное сообщение Tesla демонстрировало правильное использование рулевого колеса. Но когда Маск пригласил тележурналистов прокатиться, он тут же показал работу системы Autopilot, убрав руки с руля.

Именно в этом и состояла прелесть работы с Маском. Благодаря его решениям команда смогла проделать такой большой путь и преодолеть такие препятствия, с которыми другие автопроизводители не справились бы.

В октябре для Маска настало время объявить о новом устройстве. Он заявил, что оно будет установлено на все автомобили, и что покупатели смогут дооснастить его расширенными функциями. Гендиректор также подтвердил опасения Андерсона, заявив, что аппаратное обеспечение системы может управлять вождением полностью автономно. По обещаниям Маска, к концу 2017 года он покажет автомобиль, способный самостоятельно проехать от Лос-Анджелеса до Нью-Йорка. Клиенты могут приобрести эту функцию вместе с новыми машинами и установить ее сразу же, как только она будет доступна – правда, с небольшой оговоркой, что для этого может потребоваться разрешение регулирующих органов.

Некоторым инженерам его комментарии не понравились. Они сомневались в том, что предложенные Маском идеи возможны. Другие просто пожали плечами – если босс так сказал, значит, это реально. Хотя они и сами не ожидали, что из предыдущей системы удастся выжать столько функциональности. Именно в этом и состояла прелесть работы с Маском. Благодаря его решениям команда смогла проделать такой большой путь и преодолеть такие препятствия, с которыми другие автопроизводители не справились бы.

Однако приближенные Маска отнеслись к его заявлению гораздо серьезнее. Они не только понимали, что босс вновь назначил неразумные сроки, но и знали, что вскоре он начнет искать виноватых. Некоторые посчитали, что на этот раз его обещания были совсем за гранью. В прошлом их еще можно было назвать смелыми заявлениями, но теперь это действительно казалось чем-то невозможным.

В начале 2017 года Андерсон и Уилер покинули компанию Tesla. На последней телефонной конференции с аналитиками Уилер приветствовал возвращение Дипака Ахуджи на пост финансового директора и дал комментарии, в которых, казалось, предрекал надвигающиеся неприятности. «Учитывая все сложности, с которыми столкнулся Дипак, работая в компании ранее, когда она была на грани банкротства, сейчас ему досталось хорошее место», – сказал Уилер, прежде чем Маск прервал его.

Как бы ни беспокоился Уилер, но с началом нового года авантюры Маска, похоже, стали окупаться. Во-первых, в январе 2017 года Национальное управление безопасностью движения на трассах завершило шестимесячное расследование системы Autopilot, объявив, что не обнаружило никаких «дефектов в ее конструкции или работе». Используя множество туманных формулировок, правительство сообщило, что, изучив данные Tesla о работе системы, пришло к выводу о снижении аварийности автомобилей после установки Autopilot почти на 40 %. Маск был в экстазе – он сразу опубликовал эти цифры в своем Твиттере. Некоторые члены команды были потрясены. Откуда взялся такой высокий показатель?

Такое внимание к системе Autopilot и мечте Маска о беспилотных автомобилях вызвало новый ажиотаж на Уолл-стрит. В день, когда Национальное управление по безопасности движения на трассах опубликовало свои выводы, Адам Джонас из Morgan Stanley представил аналитический отчет, в котором предсказал, что котировки Tesla могут вырасти на 25 %, до 305 долларов за акцию. Такой поразительный рост станет невероятным достижением для компании: Tesla будет оценена выше, чем Ford или General Motors. Подчеркивая, что видит в Tesla нечто большее, чем производство автомобилей, Маск исключил слово «Motors» из официального названия компании, подобно тому, как Apple несколькими годами ранее избавилась от слова «Computers».

В феврале этого года Маск отпраздновал запуск ракеты из Космического центра Кеннеди во Флориде, откуда НАСА когда-то отправило первых астронавтов на Луну. В истории космодрома это был первый коммерческий старт. После нескольких лет неудач SpaceX стала подавать надежды и привлекать новое внимание. В 2015 году компания впервые посадила космический аппарат на землю, что стало ключевым шагом в создании многоразовых ракет. В 2016 году Маск пошел еще дальше, повторив то же самое на морской платформе. Разговорами о жизни на Марсе он захватывал воображение людей, собирая все больше денег для SpaceX, которая, оставаясь частной компанией, вызывала гораздо меньше общественного резонанса, чем Tesla. Маск стал живым воплощением Тони Старка из «Железного человека».

Инвесторы поддержали позитивные настроения вокруг Tesla. Акции пошли в гору. К весне 2017 года Tesla совершила немыслимое – обошла Ford и стала вторым по рыночной стоимости автопроизводителем в США, уступая только GM. А через несколько недель вышла на первую строчку. Калифорнийский автопроизводитель, который продал не так много автомобилей и никогда не получал годовой прибыли, теперь считался ценнее, чем вековые иконы американской промышленности, ее самые прибыльные титаны. Видение Маска относительно новой эры казалось инвесторам более перспективным, чем то, что предлагали GM или Ford.

Маск наслаждался публичным триумфом. В Твиттере он азартно атаковал продавцов коротких акций, актриса Эмбер Херд опубликовала их совместную фотографию, объявив об отношениях, о которых до этого шептались и намекали в таблоидах. Его видели за ужином в Австралии, сияющим от следов губной помады на щеке.

Благодаря ажиотажу вокруг Model 3 и появлению известной подружки, публичная известность Маска поднялась на новый уровень. Он стал одним из самых знаменитых топ-менеджеров. В начале 2017 года он впервые попал Q-рейтинг, который оценивает привлекательность знаменитостей и брендов.

Повышенное внимание изменило его жизнь. К плюсам можно отнести отношения с голливудской звездой – он с удовольствием приводил актрису в офис, чтобы произвести впечатление на своих руководителей. Иногда Херд сидела рядом с Маском во время совещаний, а в честь дня рождения даже принесла в штаб-квартиру праздничный торт. Новоизбранный президент США Дональд Трамп интересовался мнением Маска по разным вопросам, предлагая ему войти в состав высокопоставленных консультативных комитетов. По словам свидетеля, во время одного из звонков Маску он просил совета по НАСА: «Я хочу снова сделать НАСА великим». Той зимой руководители компаний часто сталкивались с серьезной критикой со стороны клиентов за связь с Трампом. Херд упрекала Маска за переговоры с президентом-республиканцем. Для команды Tesla это стало одним из первых признаков того, что новые отношения их босса вновь обернутся расставанием.

Но у славы была и обратная сторона. Каждое действие Маска становилось объектом пристального внимания. Всякий раз при выходе на публику Маска непременно преследовали незнакомые люди. После нескольких лет скитаний по Кремниевой долине он купил поместье площадью 19 гектаров в Хилсборо на полуострове Сан-Франциско, где находился столетний особняк, известный как Де Гинье Корт. Покупка за 23 миллиона долларов подарила ему потрясающий вид на залив Сан-Франциско и место для проведения вечеринок и частных ужинов.

Хотя инвесторы снова демонстрировали энтузиазм, внутри Tesla раздавались тревожные звоночки. И завод во Фримонте, и Гигафабрика отставали от графика. Пока Маск искал причины неполадок, некоторые возлагали вину – заслуженно или нет – на Panasonic. Почти с самого начала команда Tesla придерживалась жестких сроков. Форсирование производственных планов не облегчило ситуацию. Подобно тому, как Model S дорабатывалась по мере начала производства, с началом выпуска Model 3 Гигафабрика все еще проектировалась.

Подчеркивая, что видит в Tesla нечто большее, чем производство автомобилей, Маск исключил слово «Motors» из официального названия компании, подобно тому, как Apple несколькими годами ранее избавилась от слова «Computers».

Опасаясь последствий задержек, Дэн Диз из Goldman Sachs, давний банковский партнер Маска, убеждал его собрать деньги на случай, если все пойдет не так гладко. Опыт 2008 и 2013 годов очевидным образом показывал, что любая задержка может обрушить хрупкий финансовый дом, который построила Tesla, опустошая ограниченные денежные запасы компании.

В то же время японский технологический конгломерат Soft Bank, владеющий долями в Alibaba, Sprint и других компаниях, создавал новый огромный венчурный фонд. Генеральный директор Масаеси Сона контролировал фонд стоимостью около 100 миллиардов долларов. Он хотел переписать правила инвестирования в Кремниевой долине и, выбрав компании, меняющие мир, вложить в них такие суммы, каких еще поколение назад невозможно было представить на частном рынке.

В Goldman подумали, что встреча между Маском и Соном может принести плоды. Они нашли посредника между ними – соучредителя компании Oracle Ларри Эллисона, который жил неподалеку от дома Сона в Кремниевой долине и поддерживал дружеские отношения с обоими предпринимателями. А еще Эллисон был одним из первых, кто приобрел Roadster. Он был в восторге от машины и постепенно накопил значительный пакет акций Tesla.

В марте конференц-зал на втором этаже завода во Фримонте с видом на сборочный конвейер был переоборудован в обеденную зону. Для небольшой компании приготовили ужин из стейков. На встрече присутствовали Маск, Эллисон, Сон, а также Ясир Аль-Румайян, управляющий директор суверенного фонда Саудовской Аравии с внушительными капиталами, который вскоре войдет в совет директоров Soft Bank.

Все четверо вместе владели сотнями миллиардов долларов, хотя, в отличие от других собеседников, состояние Маска было в основном неликвидным. Всех объединяло стремление играть по-крупному. В случае успеха они могли навсегда изменить мир. В случае неудачи – сжечь горы денег. Сидя за столом с едой и вином, они обсуждали множество различных вариантов, в том числе и переход Tesla в частные руки.

Как Маск и его брат Кимбал отмечали ранее, в SpaceX все было гораздо проще, как раз потому, что она была частной компанией. Но приватизировать компанию масштаба Tesla – непростая задача.

Около года Маск неспешно обдумывал эту идею. В ходе размышлений он обращался за советом к Майклу Деллу, который в 2013 году вывел свою одноименную компьютерную компанию в частные руки, а также к адвокату, который помог ему в этом деле. Маск беспокоился по поводу растущей стоимости Tesla. При текущей цене акций в 250 долларов им пришлось бы привлечь еще 60 миллиардов – такой была оценка компании с учетом надбавки 20 %. Это стандартная практика при приобретении компаний – надбавка обеспечивает выгоду от сделки и предотвращает конкуренцию на торгах.

К весне 2017 года Tesla совершила немыслимое – обошла Ford и стала вторым по рыночной стоимости автопроизводителем в США, уступая только GM. А через несколько недель вышла на первую строчку.

После нескольких бокалов вина Сон, одетый, как обычно, в вязаный свитер, поинтересовался, зачем Маск разбрасывается на столько компаний. Почему бы не сосредоточиться на производстве автомобилей, оставив солнечные батареи в покое, не говоря уже о периодических разговорах про рытье туннелей для высокоскоростного транспорта и разработку компьютеров, которыми можно управлять силой мысли? Эта скрытая критика не понравилась Маску. Кроме того, Сон настаивал на выходе Tesla на индийский рынок. Маск согласился, что когда-то это будет иметь смысл, но сейчас у компании много других задач, с которыми она пытается разобраться. Он начал подозревать, что мотивы Сона прежде всего связаны с интересами Soft Bank в США.

В итоге стало ясно, что сотрудничеству не суждено состояться. Оба предпринимателя уважали друг друга, но были слишком независимыми. У каждого было свое видение будущего, и они получали истинное наслаждение, доказывая неправоту скептиков. Любые деньги от Soft Bank, скорее всего, будут сопровождаться определенными условиями. Сон имел репутацию практичного инвестора, а Маск, естественно, был против такого влияния.

Ужин закончился обещаниями продолжить дискуссию[40]. Но пока Tesla, похоже, оставалась публичной компанией. В условиях ажиотажа на бирже Маск мог снова вернуться на рынок, чтобы привлечь больше денег (что он и сделал той весной). Такой путь накладывал на Tesla меньше ограничений по сравнению с тем, что предлагал Сон. К тому же, в этом случае Маск оставался полноправным руководителем компании.

Гораздо важнее для будущего Tesla было то, что происходило этажом ниже, в заводских помещениях, где рабочие спешно готовились к сборке Model 3. Официальное производство должно начаться 1 июля, то есть всего через несколько месяцев.

Глава 24

Илон в аду

«Как вы себя чувствуете? Кажется, предстоящие испытания не дают вам спокойно спать», – спросил у Илона Маска один из репортеров во время пресс-конференции на заводе Tesla во Фримонте. Двадцать пять минут Маск сидел на стульчике перед толпой журналистов, собравшихся для обсуждения запуска Model 3. За несколько недель до этого гендиректор обозначил официальный старт производства в Твиттере, отметив, что первый автомобиль, предназначенный для продажи, будет готов 6 июля 2017 года. Он также сообщил, что в следующем месяце ожидается выпуск первой сотни Model 3, а в сентябре – более полутора тысяч. По утверждению Маска, к декабрю Tesla выйдет на уровень 20 тысяч Model 3 в месяц.

Но все это в будущем. Сегодня же, в последнюю пятницу июня, намечался праздник как для сотрудников, так и для постоянных клиентов. В тот вечер Tesla проводила мероприятие по передаче клиентам первых 30 автомобилей Model 3 – событие, которое десять лет назад казалось несбыточной фантазией Маска. Чтобы дойти до этого момента, потребовались огромные жертвы, упорство и немалая доля удачи.

Несмотря на столь знаменательную дату, во второй половине дня при ответе на вопросы журналистов Маск не выглядел особенно жизнерадостным. Он предупредил собравшихся репортеров, что скоро для Tesla наступит как минимум шесть месяцев «производственного ада», пока компания будет устранять недостатки конвейерной линии для достижения к концу года еженедельной производительности в 5 тысяч автомобилей. Маск отметил, что трудно предсказать, когда именно компания выйдет на этот уровень, но выразил уверенность в том, что к концу следующего года Tesla достигнет показателя в 10 тысяч автомобилей в неделю. Этим планам могут помешать лишь наводнение, торнадо, пожар или затонувший корабль «в любой точке земного шара».

Многие в зале не нуждались в подобном напоминании. Tesla испытывала трудности со всеми новыми автомобилями. Компания совершила огромный скачок с выпуска около 600 суперкаров Roadster до 20 тысяч седанов Model S в год, а затем добравшись и до 50 тысяч внедорожников Model X в год. Теперь компания нацелилась на 500 тысяч Model 3. «Задача будет не из простых», – сообщил Маск. И это еще мягко сказано.

Отвечая на вопрос о своем настроении, Маск сделал паузу. «Вечером я буду чувствовать себя повеселее, – сказал он. – Прошу прощения. У меня сейчас много забот».

Сотрудники недоуменно наблюдали за боссом. Все это время они боролись с его неиссякаемой энергией во время обсуждения различных деталей, но, представ перед журналистами мировых СМИ, он не выглядел победителем. Умом Маск, казалось, понимал неуместность мрачного настроения, но не мог совладать со своими чувствами. В итоге он просто продолжил говорить о том, какой это важный день для Tesla: «Мы стремились к этому с самого начала существования компании».

Спустя несколько часов Маск стоял на сцене перед сотнями празднующих сотрудников и вел себя как обычно, готовясь торжественно передать ключи от автомобиля. К этому событию было приурочено сотрудничество Tesla с журналом Motor Trend, который годом ранее расхваливал Chevrolet Bolt[41]. Обозреватели журнала получили возможность впервые сесть за руль Model 3. Позже вышла хвалебная статья с их первыми впечатлениями. Авторы писали: «На свет появилась Tesla Model 3 – самая важная машина этого века». После тестовой поездки журналисты отметили, что Model 3 в значительной степени напоминает Model S – на что и надеялась команда во главе с Дагом Филдом двумя годами ранее.

В тот вечер Tesla проводила мероприятие по передаче клиентам первых 30 автомобилей Model 3 – событие, которое десять лет назад казалось несбыточной фантазией Маска. Чтобы дойти до этого момента, потребовались огромные жертвы, упорство и немалая доля удачи.

Обзор заканчивался следующим: «Недавно я был на тест-драйве электрокара Chevrolet Bolt. Проезжая на нем километр за километром, я понимал, что стал свидетелем второго рождения автомобилей. Доступность, внушительная дальность хода и восхитительная управляемость – все это заставило поверить в то, что новая эра пришла. Но остановимся на этом. Теперь я осознал, что по-настоящему смена эпох начинается с Model 3, которая может похвастаться потрясающей производительностью, изящным дизайном, захватывающей изобретательностью и, что особенно важно, сетью зарядных станций Supercharger».

Происходящее подкинуло Твиттеру еще одну тему для бурного обсуждения. Почти каждая четвертая акция оказалась в руках «коротких» продавцов, считающих, что Tesla переоценена. Ларри Фосси, который управлял частным офисом эксцентричного миллиардера Стюарта Рара на Манхэттене, под псевдонимом Скептик из Монтаны написал в блоге язвительный пост, задаваясь вопросом, почему Tesla не показала свою новую сборочную линию на мероприятии в честь начала производства. Фосси предсказал, что до конца года компании понадобится собрать еще больше денег: «В итоге я ставлю Model 3 тот же генетический диагноз, что и Model S с Model X: еще один автомобиль с хроническим заболеванием потери денежных средств».

Насчет сборочного конвейера Фосси был прав. Пока команда Дага Филда спешно заканчивала работу на линии Model 3, рабочие активизировали усилия по созданию профсоюза. Ричард Ортиз, почасовой рабочий, вернувшийся на завод во Фримонте после двадцати лет работы на GM-Toyota, потихоньку присматривался к коллегам. Он хотел выяснить, кто может встать и публично поддержать профсоюз трудящихся, который в помощь Ортизу прислал представителей из Детройта.

Они остановились в соседнем отеле и открыли офис в небольшом здании, расположенном недалеко от завода. На доске вели список рабочих, которые подписали карточку о готовности помочь в организации митинга. Список был коротким: Ортиз и еще один рабочий Хосе Моран, также работавший на GM-Toyota. Этот тихий человек каждый рабочий день покидал свой дом в Мантеке в 3:25 утра, проезжал почти 100 км до завода, чтобы выйти на смену в 5:25. Он обратился в профсоюз с предложением помочь в организации еще летом 2016 года. Они решили, что Моран будет идеальным лицом движения.

В феврале профсоюз разослал по технологическим СМИ письмо со ссылкой на статью, размещенную на блог-платформе Medium и подписанную именем Морана. Этим сайтом частенько пользовались стартапы для публикации своих анонсов под видом новостей. В статье из 750 слов под названием «Tesla пора бы прислушаться» описывалась жизнь на заводе во Фримонте: тяжелые условия работы почти 5000 сотрудников и слишком много обязательных сверхурочных и производственных травм, которых можно было избежать. «Однажды из-за несчастных случаев на работе на больничном одновременно находились шестеро из восьми членов моей команды, – писал Моран. – Я часто слышу, как рабочие жалуются друг другу на боли в разных частях тела, но боятся сообщить о своем самочувствии начальству, опасаясь, что их примут за “нытиков” или плохих работников». Он написал, что хочет сделать Tesla лучше, и этого можно добиться, создав профсоюз. «Многие из нас говорили о создании профсоюзной организации и обращались за поддержкой к Объединенному профсоюзу рабочих автомобильной промышленности».

В итоге я ставлю Model 3 тот же генетический диагноз, что и Model S с Model X: еще один автомобиль с хроническим заболеванием потери денежных средств.

Реакция Маска была быстрой. Он попытался дискредитировать Морана, заявив сайту Gizmodo: «Мы понимаем, что профсоюз заплатил этому парню, чтобы он устроился на Tesla и агитировал за создание рабочего объединения. По сути, он работает не на Tesla, а на профсоюз». Маск также добавил: «Честно говоря, я считаю это нападение возмутительным с моральной точки зрения. Из-за больших затрат среди всех автопроизводителей в Калифорнии осталась только Tesla. В 2010 году профсоюз уничтожил предприятие GM-Toyota и оставил людей без работы. У них нет никаких веских аргументов». Маск разослал работникам электронное письмо, в котором высмеивал профсоюз и обещал специальные льготы, включая вечеринку в честь выхода Model 3 с замороженным йогуртом и электрическими американскими горками на заводе во Фримонте. «Будет здорово», – написал Маск, добавив в конце смайлик.

Но Моран действительно работал на Tesla – и он сам, и профсоюз всячески отрицали его материальную заинтересованность. В свободные минуты Моран и Ортиз раздавали листовки рабочим.

Первые 30 седанов Model 3, выпуск которых праздновали в июле, скрывали горькую правду: они были собраны вручную, а не выпущены с новой конвейерной линии завода во Фримонте. Их корпуса сваривали в цехе прототипов, рядом с покрасочным цехом. Это настолько тесное помещение, что составляющие автомобилей приходилось ввозить и вывозить на тележке. Затем кузов переносили на участок, где он проходил окончательную сборку.

Этот процесс занимал несколько дней и был крайне изнурительным. Так должно было продолжаться еще несколько недель до завершения подготовки помещения для кузовного цеха, где гигантские роботы будут сваривать раму автомобиля перед отправкой в покрасочный цех, а затем на окончательную сборку. Сбылось предостережение начальника инженерного отдела Дага Филда, высказанное Маску весной 2016 года. Был ли повод для праздника или нет, но компания все еще была в нескольких месяцах от получения всего необходимого оборудования для начала серийного производства.

Это стало облегчением для работников в Спарксе, где производство батарей тоже было еще не готово. Ища виноватых, Маск указал пальцем на Курта Келти, давнего руководителя Tesla, который много лет назад помог наладить отношения с Panasonic. Японский поставщик тоже был не в восторге от Келти, которому выпала незавидная обязанность держать их в курсе событий по поводу ускорившихся сроков Tesla и проблем на Гигафабрике. Застряв меж двух огней – Маском и Panasonic, Келти решил, что его время работы в Tesla подошло к концу. Он наблюдал за празднованием выхода Model 3 на мероприятии в июле – в свой последний рабочий день. Как и Мартин Эберхард, Питер Роулинсон, Джордж Бланкеншип и многие другие, он отдал все, что у него было. Теперь пришло время уходить.

Хотя Маск винил в задержках Panasonic, на деле было несколько иначе. Трудности, связанные с первым опытом строительства завода и запуском новой производственной системы, были просто непреодолимы. Кевин Кассекерт, один из ключевых заместителей Страубела, курировавший проект строительства, из последних сил поддерживал электропитание производственных линий, поскольку все время добавлялись новые участки предприятия. К октябрю Маску, как и всем, стал очевиден масштаб трудностей с производством, которые испытывает Tesla. Компания сообщила, что в третьем квартале произвела всего 260 седанов Model 3, включая те 30, что были представлены на мероприятии в конце июля. Tesla расплывчато объяснила такие результаты «дефектами в производстве».

«Хотя подавляющее большинство производственных подсистем как на калифорнийском автозаводе, так и на Гигафабрике в Неваде способны работать с высокой скоростью, некоторым из них потребовалось больше времени для активации, чем ожидалось», – говорилось в заявлении компании.

Через несколько дней The Wall Street Journal сообщил, что кузовной цех завода не работает, а автомобили изготавливаются вручную. В ответ Tesla резко заявила: «Более десяти лет WSJ неустанно нападает на Tesla, публикуя недостоверные статьи, которые, за редким исключением, переходят границы журналистской этики. Возможно, данная статья и относится к числу таких исключений, но это крайне маловероятно». Издание осталось при мнении, а другие СМИ вскоре начали писать аналогичные статьи. Акционеры оперативно подали иск, заявив о мошенничестве[42]. Претензии к производству Tesla привлекли внимание Министерства юстиции.

Во многом это была классика Tesla: Маск делал многообещающие заявления, чтобы мотивировать своих сотрудников совершить невозможное и заинтересовать инвесторов. Однако в этот раз Маск утверждал, что во второй половине года завод выпустит до 200 тысяч автомобилей, тогда как за три месяца было произведено менее 1 % от этой цифры. Поставленная цель изначально была фантастической, к тому же Маск часто путал производство 5000 автомобилей в неделю с общим показателем за год. Но в октябре этого года, когда команда спешно запускала кузовной цех, даже 5000 автомобилей в неделю казались невыполнимой задачей. Когда в 2016 году Маск не смог выполнить столь же амбициозные требования к Model X, пропасть между его целью и результатом была не столь велика. Теперь же разрыв был настолько большим, что сквозь него могла проехать целая колонна электрогрузовиков.

Частично проблема заключалась в том, что Маск добивался все большей и большей автоматизации. Цех был переполнен роботами, которых нужно настраивать и программировать для выполнения конкретных задач, например сварки в определенной точке автомобильной рамы. Нехватка места во Фримонте и убежденность Маска в том, что роботы будут действовать быстрее, если поставить их ближе друг к другу, сделали компактность важным элементом дизайна. В результате для кузовного цеха Model 3 было подготовлено около тысячи роботов, в том числе сотни подвешенных к потолку, чтобы использовать как можно больше пространства.

То же самое происходило и на Гигафабрике. Но если в кузовном цехе прогресс, по общему признанию, просто притормозил, то команда Страубела столкнулась с полной неразберихой. Кое-где инженерам было трудно даже пробраться к роботу, чтобы починить его, настолько плотно они размещались. Иногда батарейные блоки приходилось изготавливать вручную, и для помощи привлекали работников Panasonic.

Вместе с трудностями накапливались и нераспакованные поставки из Японии. Наконец, один из руководителей Tesla оказался посреди множества ящиков с готовыми к сборке аккумуляторными элементами, которых, по его оценке, собралось уже около 100 миллионов штук – они только и ждали, чтобы попасть в батарейные блоки. Запасы на сотни миллионов долларов просто лежали без дела, истощая финансы компании.

Проблемы Гигафабрики привели Маска в ярость. Он стал чаще летать на новый завод, чтобы лично разобраться в ситуации. Гендиректор и раньше быстро увольнял людей, но обычно это происходило через управляющих, а не лично. Теперь под горячую руку Маска мог попасть любой, с кем он столкнется на заводе. Переубедить его было невозможно: Маск обвинял всех, кроме себя, даже когда ему пытались объяснить, что роботы выходят из строя из-за его собственных требований.

Маск разослал работникам электронное письмо, в котором высмеивал профсоюз и обещал специальные льготы, включая вечеринку в честь выхода Model 3 с замороженным йогуртом и электрическими американскими горками на заводе во Фримонте.

В день, когда Tesla собиралась объявить убийственные результаты третьего квартала, Маск почувствовал себя плохо и несколько часов пролежал на полу в темном конференц-зале. Одного из старших руководителей послали, чтобы он помог ему сесть в кресло для переговоров с Уолл-стрит. Во время телефонного разговора голос Маска звучал ужасно. Адам Джонас, аналитик Morgan Stanley, который всегда высоко оценивал потенциал Tesla, спросил Маска: «Насколько жарко сейчас в аду?»

«Допустим, девятый круг – худший из всех возможных. Мы были на девятом. А сейчас мы на восьмом», – ответил Маск.

В какой-то момент Джону Макниллу, начальнику отдела продаж и одному из главных заместителей Маска, пришлось успокаивать своего босса. «Я думаю, мы справимся», – сказал он, а затем напомнил пословицу: «Никто не может придумать хорошую идею, когда за ним гонится тигр».

Возможно, пытаясь сплотить команду, однажды вечером Маск организовал на крыше Гигафабрики пикник для руководителей. Он хотел жарить зефир на костре. Кассекерт, директор по развитию инфраструктуры, был шокирован указанием разжечь огонь на крыше завода по производству легковоспламеняющихся батарей. Ничего не оставалось, как придумать способ сделать это, накрыв крышу защитной тканью.

Тем вечером Маск пил виски и пел песни. После двух часов ночи он выложил короткое видео в интернет. Этот эпизод вместе с опубликованной в ноябре статьей в Rolling Stone, где Маск рассказывал о разрыве с актрисой Эмбер Херд, заставили публику беспокоиться о том, все ли в порядке с гендиректором Tesla. Кроме того, Маск продолжал возмущаться тем, что компания находится в публичной собственности, поскольку продавцы коротких акций по-прежнему играли против нее. «Я хотел бы, чтобы Tesla была частной, – сказал он. – Публичность компании делает нас менее эффективными».

К концу лета усилия Ортиза, мечтавшего стать президентом профсоюза, и Морана, который стал лицом профсоюзного движения, получили поддержку законодателей Калифорнии. В конце августа Ортиз вместе с тремя другими почасовыми работниками Tesla и организаторами профсоюза отправился в столицу штата в Сакраменто для встречи с представителями законодательных органов. Группа пыталась пролоббировать включение в законодательство о налоговых льготах на электромобили формулировки, по которым Tesla должна быть «справедливой и ответственной», обеспечивая безопасность на рабочих местах. В ответ на это в следующем месяце Tesla собрала несколько своих работников для дачи показаний в Капитолии, включая Трэвиса Пратта, ведущего техника по обслуживанию оборудования. Во время слушаний Пратт похвалил компанию и сообщил законодателям, что его годовой доход в Tesla составляет 130 тысяч долларов.

Видеозапись выступления попала к Ортизу. Он переслал его Морану с просьбой опознать рабочих. «Дай мне знать, кто они. Я хочу подойти к ним и сказать: “Увидимся в Сакраменто, лизоблюды”», – написал он своему другу.

Моран подключился к справочнику сотрудников компании, чтобы проверить их имена. Он нашел Пратта, сделал скриншот с его фотографией и должностью и переслал Ортизу. Тот разместил фото на частной странице в соцсети, которую завели работники, желающие объединиться в профсоюз. «Эти парни были в Сакраменто и говорили, что мы лжем о состоянии дел в Tesla. Руководство берет их под свое крыло… Один из них говорит, что заработал 130 тысяч долларов в прошлом году… Это только доказывает, как много в Tesla могут дать подлизывания и доносы, за счет тех, кто делает настоящую работу».

Опубликовав пост, он передумал и удалил его после отповеди, которую Пратт написал ему в личные сообщения: «За закрытыми дверьми говорите обо мне, что хотите… Те деньги за прошлый год я заработал честным трудом, будучи техником по обслуживанию второго разряда. Многие из твоих коллег по производству сейчас работают там же. Желаю удачи, но знай, что со мной согласны многие. Возможно, начинать с оскорблений – не лучший способ добиться успеха».

Пратт отправил скриншот удаленного поста в отдел кадров Tesla – своего рода подарок. «Похоже, кому-то мы наступили на больную мозоль», – написал он, добавив краснеющий смайлик. Именно такой повод и был нужен Tesla, чтобы начать расследование в отношении Ортиза и, как надеялась компания, подавить движение профсоюза. Попытки предпринимались и ранее. За несколько месяцев до этого Габриэль Толедано, глава отдела кадров, в переписке с Маском уговорил Морана и Ортиза занять места в команде по безопасности – перейдя в разряд служащих, они лишались права на вступление в профсоюз. Теперь у Tesla появились доказательства того, что Моран получил доступ к корпоративным документам способом, нарушающим политику компании.

В конце сентября Ортиза вызвали на встречу со следователем, которого привлек отдел кадров. Он пришел в профсоюзной футболке со значком на груди. Ему предъявили копию сообщения в соцсети. Он признал размещение поста и сказал, что после жалобы Пратта удалил его и извинился.

«Но кто дал вам фотографии из служебного справочника?» Ортиз не ответил. Следователь попросил посмотреть его мобильный телефон, но никаких улик там не обнаружил – телефон был совершенно новый, купленный в тот же день.

Однако преданности Ортиза было недостаточно, чтобы защитить Морана. Компания быстро отследила его цифровые записи. К началу октября для обоих было готово обвинение: Морану сделали выговор, а Ортиза уволили[43].

Для профсоюза последствия были катастрофическими. Доска в офисе с перечнем работников, поддерживающих объединение, быстро опустела. Мечта Ортиза стать президентом профсоюза испарилась. По его словам, ему предложили помочь переехать в Детройт и найти работу там, но он отказался. Ист-Бэй был его домом.

Вначале 2018 года внимание людей, следящих за Tesla, удалось переключить с производственных неполадок на нечто другое. Маск вернулся к своим маркетинговым трюкам. Он начал с электрического грузовика Страубела, которым продолжал заниматься Джером Гильен. Новая модель, которая, как обещалось, будет проезжать около 800 км на одном заряде, стала для покупателей приятным открытием. Однако еще более захватывающим моментом стала концовка презентации, которая проходила рядом со взлетно-посадочной полосой аэропорта Хоторна. Прицеп грузовика открылся, и из темноты сверкнули фары, похожие на глаза змеи. А затем оттуда показался новый Roadster – более «мускулистая» версия оригинальной модели. Он был длиннее, шире и сексуальнее – настоящий суперкар молнией вылетел из ангара под звуки песни «Sabotage» в исполнении группы Beastie Boys. Толпа сходила с ума.

Когда в 2016 году Маск не смог выполнить столь же амбициозные требования к Model X, пропасть между его целью и результатом была не столь велика. Теперь же разрыв был настолько большим, что сквозь него могла проехать целая колонна электрогрузовиков.

У Tesla ушли годы на создание Model 3, однако она застряла в производственном аду на заводе в 640 км к северу от аэропорта. Но в тот вечер Маск хотел продемонстрировать всю мощь нового автомобиля, способного приковать внимание каждого. Технические характеристики суперкара заставляли автолюбителей содрогаться от восторга. Автомобиль должен разгоняться до 100 км/ч за 1,9 секунды. Если это действительно так, то новый Roadster станет самым быстрым серийным автомобилем из когда-либо созданных. Все это довольно прозрачно намекало, что если Tesla переживет кризис, то Маск сполна наградит тех, кто оставался рядом несмотря ни на что. Вслед за этим Маск объявил о начале приема авансов в размере 50 тысяч долларов за новый Roadster стоимостью 200 тысяч, который будет выпущен в 2020 году. Ограниченное количество так называемых Founder Edition будет продаваться по цене 250 тысяч долларов.

Маск, конечно же, получал удовольствия от такого маркетинга. Он был категорически против платной рекламы. Когда в прошлом году темпы реализации Model S замедлились, Макнилл, руководитель отдела продаж, предложил запустить рекламную кампанию в социальной сети, чтобы подстегнуть показатели. Для Tesla такая идея была ересью. Ее отклонили из-за несогласия Маска. Вместо этого компания могла предоставить двухлетнюю аренду, заинтересовав тех покупателей, которые не хотели (или не могли) платить наличными. В 2017 году компания подогрела интерес к автомобилю очередным обновлением программного обеспечения, позволив некоторым Model S разгоняться до сотни еще быстрее (за 2,4 секунды), благодаря так называемому режиму Ludicrous Mode.

В распоряжении Маска был еще один маркетинговый рычаг. В начале 2018 года SpaceX готовилась к испытаниям гигантской ракеты Falcon Heavy. Это была самая мощная ракета в мире с тех пор, как США доставили астронавтов на Луну почти полвека назад. Она предназначалась для доставки тяжелых грузов на околоземную орбиту. Чтобы продемонстрировать ее возможности, Маск поместил в грузовой отсек вишнево-красный Roadster. Его команда установила на автомобиль видеокамеры для съемки в космосе. За рулем сидел пустой космический скафандр, прозванный Старменом.

Получился потрясающий кадр, который показывал, что автомобили Tesla и космические путешествия – это вещи одного порядка, то есть Tesla – не просто компания по производству электромобилей, а путь в будущее. Маск четко обозначил эту связь перед аналитиками, отчитываясь о чудовищных убытках за четвертый квартал, который стал одним из худших в истории Tesla. «Надеюсь, люди понимают, что если мы смогли отправить Roadster в астероидный пояс, то сможем и решить проблему производства Model 3», – сказал он.

Судя по всему, инвесторы были согласны с этим, в основном сохраняя терпение и делая ставку на то, что Маск совершит еще один невозможный прорыв. Это проявилось и в цене акций Tesla, которая по итогам 2017 года выросла на 46 %, что позволило компании достичь рыночной стоимости в 52 миллиарда долларов.

Взглянув на цену акций, Маск сообщил совету директоров, что акционеры поддержат и еще более грандиозные долгосрочные планы. Долгие годы Маск не получал зарплату. Его реальным вознаграждением стали опционы на акции, которые стоили миллионы и были приурочены к определенным вехам, таким как выпуск Model S и Model 3. Теперь пришло время обсуждать новый компенсационный пакет, и Маск потребовал от совета директоров предоставить такой план, который сделает его самым высокооплачиваемым генеральным директором в истории и теоретически в случае полной выплаты – одним из самых богатых людей в мире.

С нами связался представитель Tesla, чтобы сообщить, что Филд был ведущим инженером не всей компании, а только одного автомобиля. Как есть лишь один Бог, так и в Tesla может быть только один главный инженер – Илон Маск. И пророк его – Джей Би Страубел.

Десятилетний план, который он хотел получить, стоил более 50 миллиардов долларов, при условии, что Tesla достигнет различных финансовых целей, включая увеличение рыночной стоимости до 650 миллиардов долларов, что почти на 600 миллиардов больше нынешней цены. Такие амбиции предполагали переосмысление Tesla – Маск говорил о компании с миллионными продажами автомобилей в год, стоящей во много раз больше, чем любой другой автопроизводитель.

Реализовать такой план будет нелегко, учитывая трудности, с которыми Маск столкнулся на пути к прошлой цели – производству сотен тысяч автомобилей. По словам причастных людей, совет директоров разделился во мнениях относительно поощрения, учитывая размер потенциальных выплат, но план был принят, благодаря тому, что в совет входило много единомышленников Маска, включая его брата Кимбала. О принятии программы было объявлено в начале 2018 года.

Предложение вызвало недовольство некоторых членов высшего руководства Tesla, которые считали, что тоже достойны большего вознаграждения за успехи компании.

По словам одного из бывших руководителей, среди тех, кого задели решения Маска, был Джей Би Страубел, который работал в компании с самого начала и считался ее соучредителем. «Это стало переломным моментом, – вспомнил очевидец, – и разрушило их отношения».

Страубел отрицал, что эффект был настолько драматичным. Он понимал, что пакет Маска сопровождался не только «большой наградой», но и «безумно высокими рисками». Страубел сказал: «В любых отношениях бывают дни разочарований, взлетов и падений, но мы с Илоном прошли через куда более тяжелые ситуации, чем эта, и смогли сохранить наше партнерство».

Условия выплат были весьма запутанными, включая двенадцать траншей. Например, для получения первого транша в размере 1,69 миллиона акций Tesla должна была либо увеличить годовой доход до 20 миллиардов долларов (с 11,8 миллиарда в 2017 году), либо достичь скорректированной прибыли в размере 1,5 миллиарда долларов. Кроме того, рыночная стоимость должна вырасти до 100 миллиардов долларов, сохраняя этот уровень на протяжении 6 месяцев и 30 дней. Чтобы реализовать опционы, Маск должен был бы заплатить 350,02 доллара за акцию. Ни одно из требований не включало чистую прибыль, которой компания до сих пор не смогла достичь на годовом отрезке или хотя бы в двух кварталах подряд. Следуя веяниям технологический сферы, эта система опиралась на рост и цену акций, а не на старомодное зарабатывание денег.

По условиям сделки Маск должен удерживать свои акции в течение пяти лет. И самое главное – обязательно должен оставаться на работе в Tesla в качестве генерального директора или председателя совета директоров. Хотя в последние годы он заговорил об уходе с поста гендиректора, новый пакет платежей сигнализировал высшему руководству и инвесторам, что в ближайшее время Маск не собирается отпускать бразды правления. Поговаривали, что в будущем генеральным директором Tesla может стать Макнилл или, возможно, Филд, инженер, курирующий Model 3, чьи полномочия расширились до надзора за производством. В следующем месяце Макнилл покинул Tesla и стал главным операционным директором компании Lyft Inc.

Во время телефонного разговора голос Маска звучал ужасно. Адам Джонас, аналитик Morgan Stanley, который всегда высоко оценивал потенциал Tesla, спросил Маска: «Насколько жарко сейчас в аду?»

С началом нового года Маск уже и забыл, что думал об отказе от управления компанией. Очевидно, что главным препятствием был именно Фримонт, а не Спаркс. Поэтому Маск переключил внимание на него. Появление нового Roadster и полуприцепа помогло Tesla улучшить ситуацию с финансами, хотя денег снова стало не хватать, но по некоторым причинам Маск не хотел обращаться за дополнительным капиталом. Во-первых, Министерство юстиции начало проверку производственных отчетов Tesla в связи с подозрениями в том, что Маск ввел своих инвесторов в заблуждение. По словам осведомленных людей, на тот момент Tesla еще не раскрывала информацию о расследовании, но ей пришлось бы это сделать при любой новой попытке привлечения средств. Это только усугубило бы отчаянное положение компании. Во-вторых, Маск всегда говорил, что нужно привлекать средства, когда в них нет необходимости, а когда они нужны, приходится соглашаться на более жесткие условия, и эти деньги дорого обходятся.

По сути, Маск поставил все на то, что завод наконец заработает. Он уже дважды срывал сроки выпуска 5000 автомобилей в неделю. Его крайний срок – последняя неделя июня.

Пока они боролись с автоматизированной сборочной линией, Антуан Абу-Хайдар, инженер, нанятый несколькими месяцами ранее из Audi для контроля качества производства, обратил внимание Филда и других руководителей на одно обстоятельство. Команда инженеров настолько хорошо проработала конструкцию Model 3 для сборки, что в прошлых июле и августе они сравнительно легко собирали автомобиль вручную. Может, вместо сложной автоматизированной сборочной линии, которую они строили, стоит начать все сначала – без роботов?

Тогда идея не получила поддержки. Маску было важно, чтобы его линия (которую он назвал «Инопланетный линкор») заработала. Он убеждал инвесторов, что со временем на заводе понадобится всего несколько человек, подобно тому, как когда-то на фабрике Тима Уоткинса запрограммированные станки сами работали в ночную смену. Маск представлял себе трехуровневый сборочный конвейер, на котором части автомобиля перемещаются по верхнему уровню над вторым уровнем, где сотрудники добавляют необходимые детали, доставляемые с нижнего уровня по ленточному конвейеру у их ног. В теории это выглядело как отличный способ сэкономить пространство и рабочую силу. На практике же все оказалось не так просто. Инженеры не могли правильно рассчитать время. Из-за нехватки места люди работали почти вплотную друг к другу, словно это был не завод, а корабельный трюм.

Однако к весне стало очевидно, что нужно что-то делать, иначе застой не преодолеть. Компания прожигала деньги, и идея Абу-Хайдара вновь обрела актуальность. Для ее реализации на заводе была построена вторая, менее роботизированная линия общей сборки, что немедленно привело к подъему производства. Маск в Твиттере признал свою оплошность: «Чрезмерная автоматизация в Tesla была ошибкой. Если быть точным, моей ошибкой. Нельзя недооценивать человека».

Однако для достижения цели в 5 тысяч автомобилей в неделю, теперь придется приложить еще больше усилий. Для Model 3 необходима была третья сборочная линия. Но к тому моменту завод был переполнен – дошло до того, что проверку качества пришлось проводить на улице, под огромным тентом. Команда задумалась, можно ли сделать то же самое со сборочной линией?

Получился потрясающий кадр, который показывал, что автомобили Tesla и космические путешествия – это вещи одного порядка, то есть Tesla – не просто компания по производству электромобилей, а путь в будущее.

Дополнительные сборочные линии, особенно неавтоматизированные, требовали гораздо больше рабочих, чем планировалось изначально. На совещаниях Маск терялся в цифрах. Он говорил о том, что у него работает около 30 тысяч человек, тогда как на самом деле число сотрудников, работающих по сторонним контрактам, превышало 40 тысяч (говорят, что на финансовых презентациях внимание Маска иногда рассеивалось). Дипаку Ахудже, вновь ставшему финансовым директором, в конце концов пришлось мягко поставить Маска перед фактом, что в компании теперь работает гораздо больше людей.

Маск воспринял новость не лучшим образом. Он увидел в этом признак более серьезной проблемы – структура затрат Tesla не работала. По плану компания должна была выйти на безубыточность при производстве 2,5 тысяч Model 3 в неделю. Но дополнительный ручной труд увеличивал стоимость. По новым расчетам Ахуджи, сделанным весной, компания не выходила на безубыточность даже при производстве 5000 автомобилей в неделю. Маск начал замораживать расходы, в том числе остановил планы по значительному увеличению центров обслуживания и доставки по всей Северной Америке. Гендиректор также хотел как можно быстрее сократить рабочие места.

Неудачи во Фримонте логично привели к тому, что Маск был недоволен Филдом, который хоть и выполнил поставленные ранее задачи (перенес все лучшее, что было в Model S, в общедоступную Model 3), но допустил царящий на заводе беспорядок. Конечно, можно утверждать, что это было виной самого Маска, который торопил производство, несмотря на все предостережения. Но, как бы то ни было, гендиректор принял привычное для себя решение: взял все управление на себя, лишив Филда права контролировать производство.

Это стало началом бесславного конца для Филда, который поднял деятельность Tesla по разработке продукции на новый уровень, конкурируя с лучшими инженерами Кремниевой долины и создав автомобиль, по многим показателям превосходящий Model S. Однако и он не избежал критики внутри компании. Бывалые сотрудники говорили, что он ввел более корпоративный подход к работе и при нем компания стала более формализованной. Тем не менее из всех сотрудников он, возможно, лучше всего подходил на роль нового генерального директора, если бы Маск и правда собирался сдержать свое обещание покинуть пост и сосредоточиться на разработке продукции.

Той весной Маск взял на себя фактически единоличное управление заводом. Понижение Филда не помешало Маску однажды вечером позвонить ему, чтобы узнать, где он находится. Об этой истории слышал один и сотрудников компании.

В другой вечер Маск вызвал в конференц-зал группу инженеров, работавших над запуском сборочного конвейера. Гендиректор ворвался в комнату и заявил, что их работа – «полное дерьмо». Он приказал каждому выйти вперед и рассказать, кто он такой и что делает, чтобы «починить мою чертову сборочную линию». Одному из инженеров надоело слушать ругань, и он прямо там сообщил Маску, что увольняется. Под крики босса молодой специалист вышел из зала. На другом совещании гендиректор накинулся на одного из менеджеров, которым был недоволен: «Я думал, что уволил тебя еще вчера».

Ни одно из требований не включало чистую прибыль, которой компания до сих пор не смогла достичь на годовом отрезке или хотя бы в двух кварталах подряд. Следуя веяниям технологической сферы, эта система опиралась на рост и цену акций, а не на старомодное зарабатывание денег.

Примерно тогда же, во время осмотра завода, Маск заметил остановку линии. Ему сказали, что автоматический датчик безопасности останавливает линию, когда на пути оказываются люди. Маск возмутился. Рассуждая о том, что медленный конвейер не представляет никакой опасности, он ударялся головой о переднюю часть автомобиля, стоящего на линии. «Не понимаю, как это может мне повредить, – сказал он. – Я просто хочу, чтобы машины продолжали двигаться». Старший технический директор пытался возразить, что это мера безопасности, на что Маск закричал: «Убирайтесь!»

Для тех, кто знал Маска дольше всех, подобные инциденты были лишь болезненной мутацией того, что они заметили с самых первых дней. Все знали, что у Маска вспыльчивый характер и он терпеть не может глупых людей. Но в первые годы многие полагали, что раз человека уволили, значит, он этого заслужил. В конце концов, в Tesla оставались самые лучшие и стойкие. Руководители делились друг с другом историями о выходках Маска, словно боевыми байками. Например, однажды босс сильно рассердился на менеджера и сказал, что раскроит ему череп и поставит на мозг клеймо «F» – «неудачник».

Но теперь старожилы отмечали, что гнев Маска стал слишком непредсказуемым. Вместо того чтобы дать волю гневу за закрытыми дверьми, гендиректор вымещал его на сотрудниках, независимо от должности. Как будто компания настолько разрослась, что Маск уже не знал, кого конкретно винить, и поэтому орал на всех подряд.

Как бы то ни было, Филд достиг своего предела, оказавшись в незавидном положении: его нанимали для разработки Model 3 (и последующего кроссовера Model Y), но после ухода Грега Ричоу на него свалились все тяготы производственных операций. После понижения в должности он наблюдал, как Маск уничтожает его команду одного за другим, причем самыми унизительными способами. Конечно, Филд не хотел уходить, бросая оставшихся сотрудников. Но время пришло. У него умерла мать, а отец был болен. Кроме того, его сын заканчивал колледж. Оставаясь работать на заводе, он бы не смог находиться рядом с семьей в такие важные моменты жизни.

Команде сообщили, что Филд уходит в отпуск, но многим было ясно, что это навсегда. Осознание того, насколько болезненным был его уход, пришло лишь в момент официального объявления о нем. Филд стал одним из как минимум 50 вице-президентов и руководителей высокого ранга, покинувших компанию за последние два года. К этому числу относились и многие руководители Solar City, ушедшие после приобретения компании. Как и ожидалось, новость об уходе руководителя инженерного отдела известной автомобильной компании вызвала шумиху в СМИ. Маска возмущало, что этому событию уделяли столько внимания.

Отдел Tesla по связям с общественностью пытался убедить СМИ, что они слишком преувеличивают значение происходящего. Автомобильный сайт Jalopnik опубликовал шуточное опровержение: «С нами связался представитель Tesla, чтобы сообщить, что Филд был ведущим инженером не всей компании, а только одного автомобиля. Как есть лишь один Бог, так и в Tesla может быть только один главный инженер – Илон Маск. И пророк его – Джей Би Страубел».

Маск всегда говорил, что нужно привлекать средства, когда в них нет необходимости, а когда они нужны, приходится соглашаться на более жесткие условия, и эти деньги дорого обходятся.

В Спарксе команда Страубела наметила некоторые улучшения, но они дались дорогой ценой. Производство достигло темпа сборки 3000 комплектов в неделю, судя по почасовым показателям, в пиковые моменты – до 5000. Но одно дело – достичь пика, а другое – держать такой ритм изо дня в день. При этом они тратили много материалов впустую – некоторые из автоматов повреждали элементы. Команда бросилась искать неполадки.

Согласно отчету о проблемах, составленному руководителем отдела контроля качества Брайаном Наттером, производство было похоже на игру «Убей крота»[44]: на одних участках аккумуляторы браковались из-за вмятин, а на других – из-за излишков клея между элементами. На одной производственной линии произошел сбой из-за недостаточного количества охлаждающих трубок, а другую завалило аккумуляторами, потому что из-за ошибки автоматики застряла стойка.

Той весной, во время публичной телефонной конференции с аналитиками, Маск пытался оправдать ужасные результаты первого квартала. Примерно через полчаса после начала разговора один из аналитиков Уолл-стрит спросил, когда компания выполнит свой план по валовой прибыли для Model 3, который, по его мнению, сдвинулся на шесть-девять месяцев вперед. Маск прервал финансового директора, который пытался объяснить ситуацию, и ответил, что вопрос будет решен за несколько месяцев. «Не стоит раздувать из этого дело федерального масштаба», – язвительно сказал Маск.

Далее аналитик задал вопрос о потребностях компании в деньгах, пытаясь прояснить, чем он вызван. Но Маск вновь встрял в разговор. «Скучные и глупые вопросы – это не круто, – сказал он. – Следующий!» Эксперт из RBC Capital Markets хотел узнать, как на производство повлияло открытие бронирования Model 3 для множества клиентов, которые заказывают разные конфигурации. Маск пренебрежительно отмахнулся. «Извините, нам пора на YouTube, – сказал он, имея в виду частного инвестора – видеоблогера, которому разрешили позвонить с вопросами. – Эти вопросы такие ограниченные. Они меня просто убивают».

Дерзость Маска инвесторам не понравилась. За 20 минут акции компании упали более чем на 5 %. Вокруг прошедшей телеконференции ходили зловещие слухи. Некоторым эта выходка напомнила о последних днях Enron.

Глава 25

Саботаж

В воскресенье, 27 мая 2018 года, в 1:24 ночи технический специалист Tesla Мартин Трипп разослал электронное письмо по адресам CNN, Reuters, Fox News и Business Insider. «В настоящее время я работаю в Tesla, поэтому прошу не раскрывать моего имени, – начал он. – Ежедневно я наблюдаю за производством, производственными показателями, стоимостью брака и т. д. на всех уровнях и в каждом отделе. Несколько раз Илон откровенно лгал инвесторам и общественности. Я присоединился к компании, следуя его философии, и мне досадно видеть, что на самом деле мы совершенно разные». Далее Трипп предположил, что Tesla по-прежнему не в состоянии производить пять тысяч Model 3 в неделю и что Маск выбирает легкие, но рискованные пути для ускорения производства.

Электронное письмо из папки новостей Business Insider быстро попало к Линетт Лопес, ведущей корреспондентке по финансовым вопросам. Будучи знаменитостью среди коллег, за последний год Лопес написала несколько материалов о Tesla, но ни один из них не пробил стены корпорации. Несколько месяцев назад она взяла интервью у «короткого» продавца Джима Чаноса, в котором спросила о его ставке против Tesla. Тот сказал, что главная способность Маска – это его умение продавать. «Он всегда выдвигает грандиозные идеи, – сказал Чанос. – Но исполнение этих идей оставляет желать лучшего. Именно здесь начинаются все сложности. К тому же, мне кажется, он все чаще дает обещания, которые на самом деле не может выполнить. И это гораздо более тревожный сигнал».

Позже утром Лопес ответила Триппу: «Меня определенно заинтересовало ваше письмо». Она взялась за изучение проблем на Гигафабрике как раз, когда рабочие начали возводить гигантскую палатку рядом с заводом во Фримонте, расположенном более чем в 400 км от нее в Калифорнии. Многие в руководстве Tesla считали, что выход на рубеж в 5000 автомобилей в неделю ослабит давление, перекроет кислород «коротким» продавцам акций и укрепит финансовое положение компании.

Они надеялись успеть подготовить производство и устранить возможные затруднения к последнему дню квартала, в субботу, 30 июня. Авралы были знакомы всем, кто работал в Tesla с самого начала или хотя бы во время запуска Model S и Model X. Теперь то же самое проделывали с Model 3: Маск устанавливал жесткий дедлайн, в который команда с трудом укладывалась, а удовлетворив внимание общественности, они уже думали, как довести процесс до ума и сократить расходы.

Однако Трипп показал Лопес и обратную сторону медали в таком подходе. 4 июня, через неделю после их первого разговора, она опубликовала статью с краткой сводкой: «Служебные документы показывают, что Tesla расходует безумное количество сырья и денег для выпуска Model 3, однако производство по-прежнему остается сущим кошмаром». Ссылаясь на документацию Tesla от Триппа (которого она не упоминала), журналистка писала, что Гигафабрика производит невероятное количество отходов: до 40 % сырья, используемого для производства аккумуляторных батарей и приводов, отбраковывается или требует доработки. Это уже обошлось компании в 150 миллионов долларов, хотя Tesla решительно отрицает такой уровень отходов.

Автопроизводитель выпустил заявление, пытаясь преуменьшить значимость этого факта: «Мы действительно столкнулись с высоким уровнем брака на ранних этапах выпуска Model 3, чего и следует ожидать от любого нового производственного процесса. Мы заранее учитывали это и считаем, что подобные ситуации – нормальный этап наращивания производства».

На самом деле компания внимательно следила за этим вопросом. В производстве аккумуляторов Tesla была на передовой и столкнулась с неизведанным в автомобильной промышленности. Заниматься утилизацией придется и другим участникам рынка. Страубел был настолько обеспокоен этой проблемой, что убедил руководство финансировать стартап для изучения вопросов переработки электромобильных аккумуляторов.

В производстве аккумуляторов Tesla была на передовой и столкнулась с неизведанным в автомобильной промышленности. Заниматься утилизацией придется и другим участникам рынка.

Через несколько дней Лопес опубликовал еще одну статью на основе информации, полученной от Триппа. Она писала, что новые роботы Маска для Гигафабрики еще не готовы к работе. Несколькими неделями ранее в Твиттере Маск назвал эти механизмы ключевым фактором для увеличения производства до 5 тысяч автомобилей в неделю.

В отличие от утечки Пэна Чжоу, которая в 2008 году показала, что Tesla осталась почти без денег, текущая информация вскрывала все огрехи производственного процесса компании. В результате все больше людей начали сомневаться, сможет ли вообще Tesla достигнуть обещанного уровня. Что еще всплывет с подачи анонимного инсайдера? Команда не стала дожидаться ответа на этот вопрос и занялась поисками неблагонадежного сотрудника.

Трипп работал в Tesla относительно недавно, получив приглашение в сентябре прошлого года. Он был в числе множества новых сотрудников, нанятых в связи с увеличением штата на Гигафабрике – до свыше шести тысяч рабочих мест. Его ставка составляла 28 долларов в час. По документам компании, в 2018 году он получил выговор за частые конфликты с коллегами. Он проявил наивность, которая ему еще аукнется.

Даже когда служба безопасности Tesla уже охотилась за нарушителем, Трипп направил Маску и Страубелу электронное письмо, делясь своими опасениями по поводу работы завода. «Хочу заявить, что многие сотрудники Tesla обеспокоены, – писал он им. – По приблизительным подсчетам, стоимость металлолома до конца года превысит 200 миллионов долларов. Еще более опасно, что нам физически некуда будет складывать токсичные отходы».

В воскресенье, 10 июня, 3:22 утра Маск ответил, что «следующей главной задачей» станет снижение уровня брака до менее чем 1 %. Такой ответ Триппа не впечатлил. Он решил, что это очередное пустое обещание, которые он слышал и раньше. Через несколько дней расследователи Tesla вышли на Триппа, выяснив, кто имел доступ к приведенным в статьях данным и недавно их просматривал. Сотрудника уволили.

Маск воспринял это раскрытие не очень хорошо. Поздно вечером в воскресенье, 17 июня, он разослал по всей компании электронное письмо, предупреждая всех быть начеку на случай появления новых предателей: «Я был потрясен, узнав о сотруднике, который устроил против Tesla довольно масштабный и вредоносный саботаж».

Не раскрывая личности Триппа, Маск писал, что главной причиной такого поступка стал отказ в повышении и что расследование масштабов утечки продолжается. «Нам нужно выяснить, действовал ли он в одиночку или с кем-то еще из нашей компании. А также прибегал ли он к помощи сторонних организаций, – продолжал Маск. – Вы знаете, как много компаний желают Tesla скорейшего банкротства. К ним относятся и «короткие» продавцы с Уолл-стрит, которые уже лишились миллиардов долларов и могут потерять еще больше».

Между Маском и Триппом началась частная война. Бывший сотрудник Tesla хоть и был полон бравады, но с финансовой точки зрения ему было трудно бороться с разгневанным миллиардером. В среду Tesla подала иск против Триппа якобы за кражу гигабайта данных и ложные заявления о деятельности компании. Тем временем в личной переписке шла настоящая перепалка. «Не волнуйся, – писал Трипп, – ты еще ответишь за ложь, которую наговорил общественности и инвесторам».

Маск всегда спал мало, но в последнее время даже в эти редкие часы он засыпал с трудом. Для успокоения он начал прибегать к снотворным препаратам: «Бокал красного вина, винтажная пластинка и таблетка золпидема творят волшебство».

«Угрожая мне, ты делаешь себе только хуже», – отвечал Маск.

«Я и не угрожал, – возразил Трипп. – Просто сообщил о том, что ждет тебя в будущем».

«Тебе должно быть стыдно за то, что ты пытаешься подставить других людей. Ты ужасный человек», – настаивал Маск.

«Я никогда не “подставлял” никого, кроме тебя, и не говорил, что кто-то другой причастен к твоим миллионным отходам, проблемам безопасности и наглой лжи инвесторам и всему миру. Выпускать на дороги небезопасные автомобили – вот что значит быть ужасным человеком».

Волна негатива в прессе могла затмить эпохальное для Маска и Tesla событие. Чтобы рассказать свою историю о том, что происходит на заводе во Фримонте, Tesla пригласила репортеров самим посмотреть на происходящее. Стоя в окружении журналистов, Маск рассказывал о том, что полностью уверен в успехе компании (даже несмотря на то, что иногда ему приходится спать на полу). «У меня есть хорошее предчувствие, – сказал он. – Здесь царит приятная атмосфера, чувствуется позитивная энергия. Зайдите на завод Ford – кажется, что вы оказались в морге».

На вопрос, почему он изменил планы производства Model 3, хотя его предупреждали о возможных трудностях, он ответил: «Люди твердили мне об этом всю жизнь. Тут ничего нового. Они также говорили, что мы никогда не сможем посадить ракету».

Во время визита репортеров Маска сопровождала руководитель отдела по связям с общественностью Сара О’Брайен. Бывший менеджер по коммуникациям в Apple, в свои 37 лет она руководила отделом, состоящим из более чем 40 сотрудников. Два года работы с Маском давали о себе знать. О’Брайен была измотана и уже дважды падала в обморок после работы. Ее расписание начиналось в 5 утра и заканчивалось около 9 вечера даже в выходные. Часы AppleWatch на ее руке оповещали о твитах гендиректора.

Активно пользоваться Твиттером Маск начал с 2014 года. Только за первую половину 2018 года он успел опубликовать 1250 твитов, а это примерно по шесть твитов в день. Они касались самых разных тем: ответы на жалобы клиентов, критика СМИ, борьба с продавцами акций. Май и июнь стали особенно активными месяцами – Маск размещал в семь раз больше твитов, чем в январе. Когда его спрашивали о жизни, он мрачнел: «Реальность – это великие взлеты, ужасные падения и непрекращающийся стресс. Не думаю, что люди хотят слушать о двух последних пунктах». Маск всегда спал мало, но в последнее время даже в эти редкие часы он засыпал с трудом. Для успокоения он начал прибегать к снотворным препаратам: «Бокал красного вина, винтажная пластинка и таблетка золпидема творят волшебство».

Как бы все ни было мрачно, но появились и некоторые признаки надежды. Однажды Маск хотел опубликовал в Твиттере малопонятную для большинства шутку про искусственный интеллект, но увидел, что кто-то его опередил. Это была набирающая популярность поп-звезда Клэр Элис Буше, более известная как Граймс, которой на тот момент было 30 лет. Между ними завязалась беседа, и вскоре пара начала встречаться.

Тем временем обещание Маска выпускать по 5000 автомобилей в неделю близилось к выполнению. Рано утром 1 июля проработавшие всю ночь сотрудники устроили на фабрике праздник. Дополнительные конвейеры и рабочие руки совершили то, чего не смогла сделать автоматика. Они расписались на капоте Model 3, которая стала пятитысячным автомобилем, выпущенным на этой неделе. Маска на заводе не было – он улетел на свадьбу брата в Лиссабон, но он разослал всем сотрудникам электронное письмо, в котором хвалил их усилия: «Думаю, только что мы стали настоящей автомобильной компанией».

Однако этот праздничный повод обернулся безобразным публичным спектаклем – самым ужасным за всю историю компании.

Глава 26

Ураганы Твиттера

Пока усталые рабочие Tesla отмечали производственный рубеж во Фримонте, Маск приземлился в Португалии как раз к свадьбе своего брата Кимбала. Отдых для него был как нельзя кстати. Несколько месяцев его друзей все больше беспокоили постоянные отказы Маска от встреч – он говорил, что нужен на заводе. Его публичные высказывания о теперь уже бывшей девушке Эмбер Херд казались сумасбродными, а новая возлюбленная, Клэр Буше, не попадала в типаж Маска.

Он достиг больших высот с Tesla, но времени упиваться успехом у него не было. Теперь, когда трудности на производстве устранены, нужно думать о не менее насущной проблеме – доставке автомобилей покупателям. Пятью годами ранее после запуска Model S ее слабые продажи чуть не погубили компанию. В этот раз Tesla нужно продать гораздо больше, чем 4750 автомобилей, и цель заключалась не в том, чтобы выйти в ноль. Желание заявить о себе осталось в прошлом. Теперь нужно зарабатывать деньги и оплачивать счета поставщиков, которых становилось все больше. Еще важнее, чем поставки автомобилей, был выход за пределы единственного сборочного завода в Сан-Франциско, чтобы стать производителем международного масштаба. Лишь так удастся достичь необходимых объемов продаж и выдержать конкуренцию с GM.

И все же, несмотря на конфликт желаний (отдохнуть или сфокусироваться на продажах), мысли Маска были заняты другим. Он был на грани публичного срыва, который мог не только запятнать его репутацию и помешать созданию массового электромобиля, но и привести к тому, чего Маск упорно пытался избежать на протяжении многих лет – к потере контроля над компанией.

Привычка Маска заходить в Твиттер казалась безобидной. Он постоянно заходил туда в течение дня, но кто из нас не проверяет социальные сети каждую свободную минуту? Его первые публичные оплошности случились именно в Твиттере. Несколько месяцев назад он напугал всех первоапрельской шуткой о разорении Tesla. А годом ранее, когда компания обошла по рыночной стоимости Ford, Маск зашел в социальную сеть позлорадствовать над трудным положением «коротких» продавцов акций. Его враги по Твиттеру не забыли об этом и теперь придирались к каждой новости об успехе компании. После утечки информации от Мартина Триппа Маску везде мерещились заговоры против него. Не имея никаких доказательств, для себя он решил, что за всем этим стоит «короткий» продавец Джим Чанос.

Однажды внимание Маска привлекла трагедия, развернувшаяся на другом конце света, в Таиланде: футбольная команда мальчиков оказалась в ловушке в затопленной пещере. Пока мир наблюдал за отчаянными попытками спасателей освободить их, кто-то в Твиттере призвал Маска вмешаться. Поначалу он сомневался, но через несколько дней заявил, что его инженеры разработают мини-подлодку для спасения детей (даже не думая, понадобится ли такая помощь спасателям или нет). Все усилия по реализации этой идеи он описывал в Твиттере.

Команда Tesla готовилась к встрече Маска с китайским правительством в честь сделки по открытию завода в Китае. Это соглашение имело огромное значение и могло вывести компанию за рамки нишевого автоконцерна. Вместо того чтобы привлечь внимание к своему триумфу, по пути в Китай Маск сделал остановку в Таиланде, где поспешил к пещере. Он опубликовал фотографии в Твиттере: «Только что вернулся из пещеры. Если что, наша мини-подлодка готова к использованию. Мы сделали ее из частей ракеты и назвали “Дикий кабан” в честь этой детской футбольной команды. Оставляю ее здесь на случай, если она пригодится. Таиланд прекрасен», – написал он 9 июля, в то время как шла смелая (и в конечном итоге успешная) попытка спасения.

Содействие Маска стало частью увлекательного зрелища, которое обернулось душещипательной историей о чудесном спасении тайских мальчиков, когда 10 июля их наконец вызволили из заточения. «Как здорово, что они все благополучно выбрались, – написал Маск в Твиттере. – Поздравляю выдающуюся команду спасателей!»

Подлодка Маска так и не пригодилась. Руководитель операции по спасению Наронгсак Осоттанакорн сообщил журналистам, что она была непрактична для этой миссии. В тот момент Маск уже был в Китае. Он получил сообщение от Буше, более известной как Граймс, с предупреждением о том, что после этого заявления СМИ настроены против него. Маск связался со своими сотрудниками: «Я только что проснулся в Шанхае. Что происходит?» Пока команда пыталась выяснить, кто этот Осоттанакорн, Сэм Теллер, начальник штаба Маска, написал по электронной почте: «Это чертов местный губернатор, который не отвечает на наши звонки».

Маск не мог просто так оставить этот выпад в свою сторону и написал в ответ: «Нужно сделать все, чтобы он отказался от своего комментария».

Страсти накалялись. Через несколько дней британец по имени Вернон Ансворт, спелеолог, который помог спасателям знаниями о пещерах, дал интервью CNN. Вскользь его спросили и о подводной лодке Маска. Он назвал ее пиар-трюком и сказал, что «никаких шансов на успех у нее не было». Маск «понятия не имеет о том, что такое пещерный проход, и может засунуть свою подводную лодку куда подальше».

Запись интервью быстро разлетелась по Твиттеру. Уже к 15 июля Маск был вне себя от ярости и настрочил в ответ Ансворту несколько твитов, включая и такой: «Уж извини, “pedo guy”[45]. Ты сам напросился». Когда другой пользователь заметил, что Маск назвал Ансворта педофилом, тот ответил: «Готов спорить на доллар, что это правда».

Теперь нужно зарабатывать деньги и оплачивать счета поставщиков, которых становилось все больше. Еще важнее, чем поставки автомобилей, был выход за пределы единственного сборочного завода в Сан-Франциско, чтобы стать производителем международного масштаба.

Нельзя сказать, что это вызвало бурю в Твиттере. Потому что это был супертайфун. Акции упали на 3,5 %, пустив на ветер 2 миллиарда стоимости. Джеймс Андерсон из Baillie Gifford, один из крупнейших инвесторов Tesla, в интервью назвал произошедшее «досадным инцидентом» и заявил, что Tesla нуждается в «спокойствии и исполнительности». Крупные новостные издания связывались с отделом коммуникаций Tesla, чтобы узнать, действительно ли Маск считает Ансворта педофилом.

Команда внимательно следила за освещением событий, просмотрев более двух десятков заголовков – от BBC до Gizmodo. Один из помощников написал служебную записку с анализом ситуации: «СМИ продолжают освещать твит Илона. Некоторые пишут, что “вспышка гнева произошла всего через неделю после того, как он обещал в интервью Bloomberg, что постарается быть менее агрессивным в Твиттере”». По мнению ряда инвесторов и аналитиков, «комментарии Маска подтверждают их опасения, что гендиректор слишком отвлекается от ведения бизнеса Tesla».

В статье агентства Reuters кратко описана дилемма, с которой столкнулся совет директоров Tesla: «Увольнение за твит про “педофила” может привести к кризису доверия среди инвесторов. В отличие от окончательного отстранения [генерального директора] Трэвиса Каланика в тогда еще частной компании Uber, для изголодавшейся по капиталу публичной компании это может стать катастрофой. Учредителям придется выбирать: лишить его звания председателя совета директоров или же генерального директора».

На следующий день, 17 июля, рано утром Теллер, начальник штаба, которому было 32 года, попытался образумить Маска, сказав, что пришло время извиниться. Он сообщил, что поговорил со всеми людьми, которых Маск глубоко уважал, – членом совета директоров Антонио Грасиасом, финансовым директором Дипаком Ахуджей, главным юристом Тоддом Мароном (бывшим адвокатом гендиректора по разводам) и другими – и все они согласились, что извинения и уход из Твиттера «вернут вас на правильный путь как внутри компании, так и за ее пределами». Теллер даже взял на себя смелость предложить варианты формулировок для письма с извинениями. Он сообщил своему боссу: «Вас станут любить и уважать еще больше, если вы открыто признаете ошибку и покажете, как сильно заботитесь о своих сотрудниках и миссии компании».

Час спустя Маск ответил: «Я подумал об этом и понял, что предложенный подход меня не устраивает». Он опасался, что извинения, принесенные сразу после падения акций Tesla, воспримут как неискренние и трусливые. «Нужно перестать паниковать», – сказал Маск.

Однако позже вечером Маск сдался, отправив еще один твит: «Те слова были написаны в порыве гнева в ответ на то, что Ансворт кое-где сказал неправду и предложил мне вступить в половой акт с мини-подлодкой, которая, между прочим, была построена из добрых побуждений и на основе спецификаций, указанных руководителем спасательной группы».

Примерно в то же время сторонники Tesla раскрыли в Твиттере реальную личность Скептика из Монтаны – инвестиционного менеджера Ларри Фосси, размещая информацию о нем. Бонни Норман, ранняя владелица Roadster, ставшая инвестором и проповедником Tesla, передала Маску и Марону сведения, которые помогла собрать. В электронном письме она отметила, что анонимная группа инвесторов Tesla раскрыла личность Фосси, когда он опубликовал фотографию своего дома в Монтане, которую они исследовали на предмет метаданных. Это помогло определить местоположение и тем самым установить личность Фосси. «Я чуть не лопнула от смеха, когда услышала», – написала она в электронном письме с заголовком «Они не такие уж умные». Стало известно, что Фосси работал на миллиардера Стюарта Рара, который прославился своими выходками стареющего плейбоя.

«Ого, действительно интересно», – ответил Маск на письмо Норман в 1:22 утра 6 июля. Рар был ему известен: «Он купил несколько ранних экземпляров Model S, каким-то образом узнал мой личный номер и преследовал меня, оставляя в пьяном виде длинные сообщения на мою голосовую почту, а потом злился, что я не хочу с ним общаться».

Маск связался с Раром и, по словам Фосси, сообщил его боссу, что если Фосси продолжит писать о Tesla, то подаст на него в суд и втянет в это дело Рара. На следующий день Фосси объявил, что прекращает вести свой блог: «Илон Маск выиграл этот раунд. Он заставил критика замолчать».

Пока Твиттер бушевал, руководители Tesla пытались сконцентрироваться на работе. В конце июня они достигли первоначальной цели и впервые выпустили 5 тысяч автомобилей за неделю. Но повторить этот успех, а тем более развить его, было непростой задачей. Задержки означали, что Tesla не может обеспечить необходимый объем продаж, чтобы удержать бизнес на плаву. На конец июня денежные средства компании сократились до 2,24 миллиарда долларов. Теперь нужно было не только увеличить продажи, но и сократить свои расходы, причем быстро.

Tesla даже пришлось пойти на необычный шаг, который говорит о том, насколько тяжело приходилось компании в тот момент: они просили поставщиков вернуть часть выплаченных ранее средств. Этот запрос, отправленный на той же неделе, когда Маск разбирался с Ансвортом, был сформулирован как просьба помочь компании получить прибыль в 2018 году. Менеджер, которому поручили разослать сообщение, писал, что скидка или возврат – самые очевидные способы помочь.

«Эта просьба необходима для продолжения работы Tesla», – говорилось в служебной записке. Но она сразу вызвала у поставщиков беспокойство по поводу Tesla. Они уже видели такую тактику автопроизводителя, которая была обычным делом накануне банкротства General Motors.

Серьезность финансового положения Tesla действовала Маску на нервы. В какой-то момент он вслух рассуждал о том, что Apple с резервным фондом в 244 миллиарда долларов могла бы помочь. По общему мнению, дела с разработкой электромобиля у производителя iPhone шли не очень. Но бравада, проявленная Маском несколько лет назад по отношению к Тиму Куку, гендиректору техногиганта, когда Tesla также переживала не лучшие времена, возможно, поставила крест на дальнейшем сотрудничестве.

На этот раз Маск смиренно обратился к Куку с просьбой встретиться и обсудить возможную сделку. Может, Apple захочет приобрести Tesla за 60 миллиардов долларов, что почти в два раза превышало сумму, которую Кук предлагал изначально. Стороны обговаривали детали встречи, но быстро стало ясно, что Кук не заинтересован в конкретных переговорах. Вместо этого Apple снова наняла Дага Филда, только что закончившего работу над Model 3, для руководства собственной автомобильной программой.

7 августа, проснувшись в одном из пяти своих особняков в Лос-Анджелесе, Маск увидел статью в Financial Times, рассказывающую о неких событиях, назревающих в Tesla. Суверенный фонд благосостояния Саудовской Аравии приобрел в компании долю в размере 2 миллиарда долларов, что сразу сделало его одним из крупнейших акционеров автопроизводителя. Несколько минут спустя, Маск уже мчался в аэропорт, чтобы вылететь в Неваду на Гигафабрику. Он напечатал в Твиттере судьбоносное сообщение: «Рассматриваю возможность приватизации Tesla по цене 420 долларов. Финансирование обеспечено».

Позже гендиректор признался в Комиссии по ценным бумагам и биржам, что шутка о марихуане, чтобы повеселить свою девушку, – «не самая лучшая причина» для выбора стоимости акции.

Это был один из тех полушутливых, свободных от всякой цензуры твитов, которыми славился Маск, чем и привлекал миллионную аудиторию фанатов и недоброжелателей. Но Маск был совершенно не готов к реакции, которую вызвали эти несколько слов.

Реакция на Уолл-стрит была мгновенной – акции, которые и без того росли, подскочили. Маск прибыл на Гигафабрику почти в приподнятом настроении и спросил менеджеров, знают ли они, что означает 420? Он сказал, что это отсылка к марихуане и засмеялся[46].

Обычно о таких маневрах, какой сейчас вскользь предложил Маск, компания предупреждает NASDAQ заранее, и торги приостанавливаются. Это не любезность, а правило биржи: компании должны прислать уведомление по крайней мере за десять минут до появления новостей, серьезно влияющих на динамику курса акций. Например, о намерении стать частной компанией. В таком случае торги могут быть остановлены, чтобы дать инвесторам время переварить новую информацию. Но это объявление застало биржу врасплох – Tesla никому ничего не сообщала.

Представители NASDAQ судорожно пытались связаться со своими контактами в компании, но без особой пользы. Главу Tesla по связям с инвесторами тоже никто не предупреждал. Он написал Сэму Теллеру, главе штаба Маска: «Это правда?» Подключились и репортеры: «Ну и твит! (Это шутка?)», – спрашивал один, а другой спросил Маска напрямую: «Вы валяете дурака?»

Примерно через 35 минут после публикации твита финансовый директор Дипак Ахуджа написал Маску: «Илон, я уверен, что ты собирался посвятить сотрудников и потенциальных инвесторов в причины и детали своего предложения. Может быть, Сара [О’Брайен, руководитель отдела по связям с общественностью], Тодд [Марон, главный юрисконсульт] и я составим для тебя сообщение в блоге или электронное письмо для сотрудников?» Маск ответил, что это было бы здорово.

Казалось, для него это еще один рутинный день, главным событием которого был запланированный ужин с руководителями высшего звена в Кремниевой долине. В свободные минуты он отправлял новые твиты. Почти через час после первого он написал: «Сейчас у меня нет решающего голоса, и я не хочу, чтобы в случае приватизации он появился у кого-то другого. Я не продам его ни в коем случае». Через двадцать минут он добавил: «Надеюсь, все нынешние инвесторы останутся с Tesla, даже если мы перейдем в частные руки. Я бы создал для этого специальный фонд, как мы уже делали с инвестициями Fidelity в Space X». Более чем через два часа после первого твита он уточнил свои доводы: «Надеюсь, все акционеры останутся. Работа частной компании будет намного более плавной и менее разорительной. Покончим с черным пиаром со стороны коротких продавцов».

На следующий день Комиссия по ценным бумагам и биржам начала расследование.

Может, Маск и Масаеси Сон из Soft Bank и не сошлись характерами, но после роскошного ужина, который друг Маска и инвестор Ларри Эллисон устроил на заводе во Фримонте в марте 2017 года, саудовцы постоянно поддерживали связь с гендиректором Tesla. В июле 2018 года, в ходе войны Маска с «короткими» продавцами акций, фонд попросил о встрече, которая состоялась вечером 31 июля, во вторник – за день до объявления результатов второго квартала Tesla, когда Маск пообещал, что в будущем постоянно будет получать прибыль, а также за неделю до твита, прогремевшего на весь интернет. Вместе с боссом на непродолжительной встрече присутствовали Теллер и Ахуджа.

Он отметил, что должно остаться не менее 300 акционеров. В Tesla только среди институциональных инвесторов было свыше 800 организаций. Было и множество мелких инвесторов, с нетерпением ждущих каждой новой презентации компании.

Оглядываясь назад, можно сказать, что их договоренность можно было толковать по-разному. Саудовцы сообщили Маску, что купили на открытом рынке акции Tesla в объеме почти 5 % – чуть меньше порога, после которого придется публично объявить о своем участии в компании. Так же, как и год назад, за ужином Маска и Ясира Аль-Румайяна, управляющего директором фонда, был затронут вопрос о перспективе продажи Tesla в частные руки. Маск не стал вдаваться в подробности сделки. Саудовцы хотели построить в своей стране завод по производству автомобилей Tesla – за что много лет боролись несколько стран Ближнего Востока. По словам самого Маска, примерно через полчаса с начала встречи Аль-Румайян оставил выбор за бизнесменом: дайте нам знать, когда решите продать компанию, и, если условия будут «разумными», сделка может состояться.

Маск задумался. В четверг, на следующий день после объявления результатов второго квартала, он наблюдал за ростом акций компании на 16 %, в результате чего рыночная стоимость Tesla составила 59,6 миллиарда долларов. Его беспокоило, что если Tesla продолжит расти в цене, то может упустить шанс стать частной компанией. После закрытия рынка он направил совету директоров служебную записку. Ему надоело, что Tesla подвергается «клеветническим» нападкам со стороны «коротких» продавцов.

Постоянные атаки вредили бренду Tesla, и Маск хотел поставить предложение о передаче компании в частные руки на голосование. Желая, чтобы акционеры как можно скорее рассмотрели вопрос о приватизации, он указал, что срок действия предложения истекает через 30 дней. Маск назначил цену за акцию 420 долларов, что означало стоимость компании примерно в 72 миллиарда долларов, с учетом надбавки 20 % к цене акций на момент закрытия торгов (на самом деле цена составляла 419 долларов, но Маск округлил цифру, чтобы посмешить свою девушку). Позже гендиректор признался в Комиссии по ценным бумагам и биржам, что шутка о марихуане, чтобы повеселить свою девушку, – «не самая лучшая причина» для выбора стоимости акции.

Чтобы еще больше запутать ситуацию, на следующий вечер Маск созвал специальное заседание и сообщил совету директоров, что хочет оставить открытой дверь для нынешних инвесторов. Он хотел дать инвесторам возможность остаться в новой частной компании Tesla, если они захотят, и выкупить акции у тех, кто от этой идеи откажется. Мелкие розничные инвесторы, такие как Бонни Норман, на протяжении многих лет были одними из самых преданных сторонников бизнесмена, и он не хотел терять их поддержку.

Некоторые члены совета директоров отнеслись к этому скептически, но все же разрешили Маску обратиться к нескольким крупным инвесторам с предложением о сделке. Он пообещал сообщить о результатах.

Также он рассказал, что из-за проблем со сном принимает золпидем. Это вызвало беспокойство некоторых членов совета директоров, которые связывали это с ночными посиделкам Маска в Твиттере.

В понедельник, после экстренного заседания совета директоров Маск, позвонил Эгону Дурбану из частной инвестиционной компании Silver Lake и озвучил свое предложение. Эта фирма, инвестором которой был Ларри Эллисон, пользовалась большим авторитетом в Кремниевой долине. В 2013 году они помогли Майклу Деллу вывести основанную им компанию Dell в частные руки, заключив сделку с привлечением заемных средств на сумму 25 миллиардов долларов. Дурбан предупредил Маска, что таких случаев – когда все существующие инвесторы оставались с компанией – еще не было. Он отметил, что должно остаться не менее 300 акционеров. В Tesla только среди институциональных инвесторов было свыше 800 организаций. Было и множество мелких инвесторов, с нетерпением ждущих каждой новой презентации компании.

На следующее утро, помня об этом предостережении, Маск опубликовал свой взрывной твит.

Нельзя сказать, что решение Маска шло вразрез с его методами управления Tesla на протяжении большей части ее истории: сначала объявить о чем-то, а потом уже думать, как это сделать. Проблема в том, что заявления генерального директора и председателя совета директоров публичной компании приобретали все больший вес. Между тем, заведомо ложные высказывания о компании преследовались по закону. Учитывая, насколько неожиданно прозвучало заявление Маска в Твиттере и насколько надуманными оказались основания для него, вокруг ситуации предсказуемо возникли подозрения. Обычно компании заключают такие сделки лишь после тщательной юридической проверки. После объявления Tesla поспешила собрать команду для анализа соглашения.

Через неделю после твита совет директоров сообщил, что создает комитет для рассмотрения возможности сделки, который возглавили Брэд Басс, пришедший в компанию в 2009 году (некоторое время он был финансовым директором Solar City), а также Робин Денхолм, помогавшая Tesla в приобретении солнечной компании. Вместе с ними будет работать Линда Джонсон Райс, новый член совета директоров, руководитель СМИ из Чикаго. Ее включили в совет в прошлом году после жалоб на то, что среди учредителей слишком мало людей, не имеющих никаких личных связей с Маском. Небольшая команда начала нанимать юристов и консультантов.

Маск попытался потушить вызванный им пожар, но только ухудшил ситуацию. В своем блоге он написал сообщение о том, что сделка еще далека от завершения и что всему свое время. «Провернуть это прямо сейчас было бы преждевременно, – сообщал Маск. – Я продолжаю вести переговоры с саудовским фондом, а также общаюсь с рядом других инвесторов, как делал это и раньше. Для меня важно, чтобы у Tesla была обширная инвестиционная база».

Он также пытался объяснить, зачем рассказал о непродуманной идее: «Полная откровенность о моем желании сделать компанию частной – единственный способ говорить по существу с нашими крупнейшими акционерами. Но было бы неправильно делиться этой информацией только с крупными инвесторами. Другие вкладчики тоже имеют право знать об этом решении». Твит об «обеспеченном финансировании» он объяснил тем, что во время встречи в конце июля представители «выражали готовность предоставить средства для проведения частной сделки для Tesla на тот момент».

Он заключил, что «если когда-то получит окончательное предложение», то в случае одобрения советом директоров компании, акционеры смогут проголосовать за него.

Маск просто хотел, чтобы все это закончилось. «Разве им не о чем больше писать? – спросил он своего пиар-консультанта. – Так утомительно постоянно видеть себя в новостях!»

Это сообщение привело Уолл-стрит в еще большее замешательство – акции компании резко упали. Пошли слухи, что Маску не удастся загладить свой очередной промах. Влиятельный бизнес-обозреватель New York Times Джеймс Стюарт услышал, что печально известный финансист Джеффри Эпштейн[47] по указанию Маска составляет список кандидатов на пост председателя совета директоров Tesla. Это дикое заявление было сделано в самый разгар невероятного процесса. Стюарт связался с Эпштейном по поводу слухов, а затем 16 августа посетил его дом на Манхэттене, чтобы взять интервью с условием не раскрывать источник. Это значило, что Стюарт может использовать информацию в статье, но не имеет права ссылаться на Эпштейна. В ходе интервью журналисту показалось, что финансист уклончиво отвечает на вопросы.

Когда издание связалось с Маском, чтобы узнать подробности, тот пришел в ярость. «Эпштейн, один из худших людей на Земле, фактически сказал NYT, что работает со мной и Tesla над приватизацией, – негодовал Маск в беседе с Джулианной Гловер, высокопоставленным пиар-консультантом из Вашингтона, приглашенным, чтобы помочь ему правильно общаться со СМИ. – Под этим предлогом он сообщил журналистам о своих “опасениях” на мой счет. Отвратительное и дьявольское зрелище». Он позвонил в Times для опровержения, но вместо этого Маск разразился часовой речью о своих проблемах и трудностях, с которыми он столкнулся в последние месяцы, пытаясь выпустить Model 3, – чуть не пропустил свадьбу брата и провел свой день рождения на заводе.

В результате заголовок гласил: «Илон Маск рассказал о “мучительных” личных переживаниях, связанных с неурядицами в Tesla». Статья описывала эмоциональность Маска, у которого за время интервью несколько раз «подкатывал комок к горлу». Также он рассказал, что из-за проблем со сном принимает золпидем. Это вызвало беспокойство некоторых членов совета директоров, которые связывали это с ночными посиделкам Маска в Твиттере.

Казалось бы, громких новостей вокруг Маска и так достаточно, но отношения с Буше дополняли шумиху. Примерно в то же время рэперша Азилия Бэнкс, известная агрессивными высказываниями на публике, пожаловалась в интернете на сорванную совместную запись с Буше. Сначала она утверждала, что несколько дней ждала Буше в одном из домов Маска в Лос-Анджелесе, а затем предположила, что Маск опубликовал свой твит под кислотой[48]. Когда репортеры обратились за уточнениями, Бэнкс рассказала, что была в доме Маска в выходные после публикации печально известного твита, наблюдая за тем, как он пытается устранить последствия. «Он носился по кухне, поджав хвост, и искал инвесторов, чтобы прикрыть свою задницу, – сказала она. – Его лицо покраснело от давления».

Маск просто хотел, чтобы все это закончилось. «Разве им не о чем больше писать? – спросил он своего пиар-консультанта. – Так утомительно постоянно видеть себя в новостях!»

Поведение Маска беспокоило ближайшее окружение весь последний год, но его последние оплошности привлекли к нему и его проблемам всеобщее внимание. Испугало оно и инвесторов – на следующий день после публикации интервью в New York Times акции компании упали почти на 9 %. Аналитики Уолл-стрит пересмотрели свои ожидания в отношении компании, заявив инвесторам, что считают акции переоцененными. Совет директоров Tesla из-за поддержки Маска оказался в сложном положении. Если они закроют глаза на его последнюю выходку, их могут привлечь к ответственности.

Кое-кто считал, что для компании по производству электромобилей, которая хочет вытеснить бензиновые двигатели, не лучшая идея брать деньги от крупного иностранного поставщика нефти.

В следующую субботу они провели телефонную конференцию. Маск и его брат Кимбал, который прикрывал тылы, пытаясь помочь с пиар-акциями, вышли на связь из Лос-Анджелеса. Маск сообщил, что его план удержать мелких инвесторов может не сработать. Команда консультантов из Silver Lake, а также консультанты из Goldman пытались заставить цифры работать на них. Маск полагался на то, что даже в статусе частной компании Tesla сможет сохранить крупнейших акционеров. Это было наивно. Он узнал, что в связи с нормативными требованиями взаимным фондам придется сократить свою долю. По его плану, за компанией последуют две трети акционеров, но если такие фонды, как Fidelity и T. Rowe, владеющие в совокупности 20 миллионами акций, не смогут пойти на это, то придется выкупить у них акции по цене 420 долларов за штуку. Проще говоря, Маску потребуется собрать еще 8 миллиардов долларов для воплощения своего замысла.

Но дело не только в поиске денег. Маск столкнулся с противодействием внутри Tesla. Кое-кто считал, что для компании по производству электромобилей, которая хочет вытеснить бензиновые двигатели, не лучшая идея брать деньги от крупного иностранного поставщика нефти. Между тем, саудовцы не спешили выходить с официальным предложением. Им не нравилось, как Tesla пытается реализовать эту идею. Позднее руководитель фонда Аль-Румайян скажет правительственным юристам, что не соглашался на сделку с Маском. Возможность перехода в частные руки разделила руководство Tesla. Да и поведение гендиректора вызывало вопросы, ставя под сомнение как его эмоциональную стабильность, так и его ключевую роль в компании.

Это заставило консультантов Маска искать другие крупные компании, которые могли занять место саудовцев. Среди них был и Volkswagen AG. Команда представила Маску план по привлечению до 30 миллиардов долларов. Однако новые инвесторы такого масштаба неизбежно захотят иметь право голоса в управлении компанией. Такое развитие событий не нравилось Маску. Разве смысл приватизации не в том, чтобы ограничить внешнее влияние? Некоторые из предложенных инвесторов, в том числе и Volkswagen, Маска не устраивали.

В четверг, через шестнадцать дней после твита Маска о переходе компании в частные руки, совет директоров Tesla вылетел на завод во Фримонте, чтобы обсудить варианты с небольшим штатом консультантов и юристов. Те представили свои аргументы, а затем покинули зал. Члены совета директоров устремили свой взор на Маска, желая услышать его мнение.

Маск заявил, что на основании собранной информации он отзывает предложение. Tesla останется публичной компанией. «На мой взгляд, в ближайшие месяцы и годы стоимость Tesla значительно вырастет, что сделает компанию недоступной для выкупа и делистинга[49], – написал Маск в электронном письме после принятия решения. – Так что если мы не сможем сделать это сейчас, то, вероятно, уже и никогда».

На том и закончились две самые тревожные недели в истории Tesla. Но как бы Маск ни мечтал просто удалить свой твит и двигаться дальше, он загнал себя в угол. Теперь ему предстояло убедить Комиссию по ценным бумагам и биржам США в том, что он действительно обеспечил финансирование сделки, когда написал об этом в Твиттере, а не вводил инвесторов в заблуждение. В ближайшие дни Маск и другие члены совета директоров должны давать показания следователям под присягой. Комиссия по ценным бумагам и биржам США, возглавляемая офисом в Сан-Франциско, работала быстро.

Менее дерзкий руководитель, возможно, получил бы сполна. На фоне происходящего Маск вернулся в Твиттер. Его эмоциональный всплеск в The New York Times в начале месяца привел к дискуссии о том, можно ли женщинам-руководителям плакать на работе. «Для протокола: во время интервью в NY Times у меня всего лишь сорвался голос – один раз. И все! Никаких слез не было», – написал он в Твиттере 28 августа в 8:11 утра. У некоторых это вызвало презрение. «Илон, твоя приверженность истине и фактам очень пригодилась бы, когда ты называл человека педофилом», – написал один из пользователей, на что Маск ответил: «Вам не кажется странным, что он не подал на меня в суд? Ведь ему предложили бесплатные юридические услуги».

К тому времени у Ансворта уже был адвокат, который присоединился к обсуждению: «Проверьте свою почту».

После этих твитов СМИ начали мусолить историю по второму кругу, заинтересовав Райана Мака, репортера BuzzFeed, который 29 августа связался с Маском. Они обменивались письмами, пока через день Маск не начал очередное сообщение со слов «Не для записи», а затем предложил Маку: «Позвони в Таиланд и перестань защищать детских насильников, ты, чертов придурок!» Маск продолжал закапывать себя: «[Ансворт] старый, одинокий белый мужик из Англии, который на протяжении 30–40 лет периодически ездил в Таиланд и жил там в основном на пляже Паттайя, пока совсем не переехал в Чианграй ради невесты, которой на тот момент было около 12 лет[50]. Есть только одна причина, по которой люди едут на пляж Паттайя. Интересных пещер там нет, но есть кое-что другое – Чианграй славится секс-торговлей детьми. Он утверждает, что знает, как нырять в пещеры, но не был в команде спасателей, а большинство настоящих дайверов отказались с ним общаться. Интересно, почему?»

Наконец, Маск добавил: «Черт возьми, я надеюсь, он подаст на меня в суд».

По правилам журналистской этики Мак имел право использовать слова Маска, поскольку тот предупредил его не перед началом интервью, а уже в середине. До беседы они таких деталей не обговаривали. 4 сентября BuzzFeed опубликовал статью репортера.

Маск сразу понял, что у него большие неприятности. У пиар-консультанта Джулианны Гловер были связи в политических кругах округа Колумбия – она переслала Маску письмо от Джеффа Несбита, политически подкованного эколога, который предложил свою помощь, выразив опасения о последствиях для компании откровений Маска в Твиттере: «Еще один или два таких выпада, и могу гарантировать, что совету директоров будет объявлен вотум недоверия».

Маск написал, что и сам понимает, насколько это плохо. Все, чего он хочет, – чтобы BuzzFeed провел расследование в отношении своего журналиста. «Я чертов идиот!» – заключил он.

Гловер предложила ему дать интервью под запись, «чтобы покончить с этой чепухой и спекуляциями вокруг психического состояния» Маска. Ей хотелось вновь показать его публике как решительного, смелого и самодостаточного человека. Маск предложил сходить на The Joe Rogan Experience – подкаст стендап-комика Джо Рогана, комментатора боев UFC и бывшего ведущего телешоу «Фактор страха», который завоевал популярность в медиасфере, беседуя с авторитетными экспертами, учеными, знаменитостями и разного рода острословами, чьи крайние позиции большинство СМИ предпочитало обходить стороной.

На следующий день на первой странице субботнего выпуска газеты The Wall Street Journal Илон Маск пускал облако дыма с косяком в руках. Смогут ли гендиректор Tesla и его компания когда-нибудь выбраться из этого тумана – большой вопрос.

Через два дня все было согласовано. Гловер предупредила Маска, что интервью Рогана могут длиться по несколько часов. «Джо не часто перебивает, так что даст вам возможность выговориться (он забавный и частенько ругается в эфире, поскольку правила Федеральной комиссии по связи США не распространяются на подкасты)», – подготавливала она Маска. Вместе с юристами они решали, что нужно ответить, если Роган спросит о ведущемся расследовании Комиссии по ценным бумагам и биржам США. Кроме того, умоляла Гловер, если он спросит об Ансворте, уклоняйтесь от ответа: «Очень-очень-очень прошу, если речь зайдет о тайском дайвере, просто скажите, что у вас уже достаточно неприятностей из-за него и больше сказать вам нечего».

Интервью в прямом эфире транслировалось на YouTube и началось поздно вечером по местному времени. Маск, одетый в черную футболку с лозунгом «Захватим Марс», находился в хорошем расположении духа. Во многих отношениях Роган был идеальным интервьюером для Маска, позволив ему подробно рассказать о своих интересах, от космических путешествий до рытья туннелей. По ходу беседы они начали пить виски. Ближе к концу почти трехчасового интервью Роган зажег марихуано-табачную (по его словам) сигарету и поинтересовался, курил ли Маск марихуану раньше. «Думаю, пробовал один раз», – отшутился Маск. «Вам, наверное, нельзя из-за акционеров, верно?» – спросил Роган.

«Это же легально?» – спросил Маск, сидя в Калифорнийской студии[51].

«На сто процентов», – ответил Роган и передал косяк Маску. Разговор стал головокружительным.

Роган задумался о роли изобретателей в развитии общества. «Что если бы таких, как Никола Тесла, был миллион?» – спросил он. Маск ответил, что дела пошли бы очень быстро. «Верно, – согласился Роган. – Но Илонов Масков не миллион. Всего один ублюдок. Ты помнишь об этом?»

Маск проверил телефон.

«Что, девчонки пишут?» – спросил ведущий.

«Да нет, – ответил Маск. – Тут куча сообщений от моих друзей: “Какого черта ты куришь траву?!”»

На следующий день на первой странице субботнего выпуска газеты The Wall Street Journal Илон Маск пускал облако дыма с косяком в руках. Смогут ли гендиректор Tesla и его компания когда-нибудь выбраться из этого тумана – большой вопрос.

Глава 27

Большая волна

Несколько дней этот шокирующий снимок появлялся в каждом втором издании. Но Маску было некогда зацикливаться на очередном пиар-провале. До окончания третьего квартала 2018 года оставалось три недели – сроки поджимали. На спасение Tesla оставалось 23 дня. Тремя месяцами ранее Маску удалось добиться впечатляющего успеха – Tesla достигла цели в пять тысяч выпущенных Model 3 за неделю. Тем не менее, если компания не продолжит производить автомобили в таком же темпе, не говоря уже о том, чтобы продавать их клиентам, то любые достижения прошлого пойдут прахом. Маск обещал прибыль, и после стольких невыполненных обязательств он был одержим стремлением ее получить.

К августу денежные средства Tesla упали до минимума в 1,69 миллиарда долларов. Этой суммы едва хватало на ведение бизнеса. Маск требовал от команды поставить в третьем квартале 100 тысяч автомобилей – примерно столько же, сколько Tesla продала за весь 2017 год. Было неясно, сможет ли завод во Фримонте произвести такое количество, учитывая, что рабочие по-прежнему сталкивались со множеством дефектов. Одним из самых проблемных стал цех окраски, который в начале года пострадал от нескольких пожаров. Член совета директоров Антонио Грасиас пытался решить проблему, пока отдел продаж повышал цены на модели в красном цвете, с которыми возникало больше всего трудностей.

Согласно плану Маска, в последние недели сентября компания должна поставить почти 60 % автомобилей. Сотрудники тщательно отслеживали время доставки каждой модели и ставили галочку, когда владелец получал машину. Автомобили для отправки на Восточное побережье производили в начале квартала, с учетом более длительной доставки. Затем начинался выпуск моделей для Западного побережья. Погрузка и тех, и других партий происходила непосредственно перед концом квартала, чтобы вырученные средства вошли в доходы за этот период. Внутри компании этот процесс называли «волной», так как автомобили поставлялись всем клиентам сразу. Но в этот раз масштабы поставок разрослись так быстро, что следующая волна грозила накрыть и саму компанию.

Другим следствием такого подхода было то, что успех или неудача компании (удастся достичь квартальных показателей или нет) станут известны только в последние дни сентября. Еще большее давило на Маска то, что Комиссия по ценным бумагам и биржам, которая расследовала его заявления о получении денег для приватизации Tesla, тоже интересовалась концом этого квартала. Именно тогда заканчивается финансовый год для чиновников. Через несколько часов после появления на шоу Рогана адвокаты Маска встретились с юристами правительства, чтобы договориться о сделке в надежде избежать судебного разбирательства. Если им удастся прийти к соглашению, то правительство завершит разбирательство до конца месяца, чтобы засчитать наложенный на Tesla штраф в годовую сумму сборов.

Но в субботу после разговора с Роганом Маск сосредоточился на поставках. Он переместил свое рабочее место с завода во Фримонте в центр доставок Tesla, расположенный примерно в трех километрах от предприятия. Там гендиректор проводил ежевечерние совещания с руководителями подразделений Tesla по всем Соединенным Штатам. В бизнес-центре Фримонта офис Tesla выглядел как и любой другой гостеприимный салон, созданный Джорджем Бланкеншипом семью годами ранее. Но в просторной подсобке располагался, по сути, сборочный конвейер, на одном конце которого находились клиенты, а на другом – автомобили. Подобные центры доставки по всей стране стали основной причиной текущих проблем Tesla. Как и в 2013 году, когда компания пыталась получить прибыль в один доллар, производство автомобилей было лишь половиной успеха. Их также нужно было продать в невиданных для компании масштабах. В 2013 году едва не случившийся крах был неожиданностью для Tesla, потому что предзаказы не становились продажами. Так что команда подготовилась, чтобы предотвратить новую версию поставочного ада.

Внутри компании этот процесс называли «волной», так как автомобили поставлялись всем клиентам сразу. Но в этот раз масштабы поставок разрослись так быстро, что следующая волна грозила накрыть и саму компанию.

Однако на этот раз адскую обстановку создал сам Маск, поставив ряд невыполнимых задач. Прежде чем уйти с поста президента в феврале, Джон Макнилл со своей командой разработал план, который поможет справиться с огромным ростом поставок, намеченных на конец года. Проект был масштабным и стоил сотни миллионов долларов, предусматривая объединение поставок в 25–30 крупных региональных центров по всему миру. Однако, пока в первой половине 2018 года Даг Филд и Джей Би Страубел изо всех сил пытались нарастить производство, Маск посмотрел на бухгалтерские отчеты и пришел к выводу, что Tesla попросту не может позволить себе такие грандиозные планы. Он велел придумать другое решение. Предприниматель Дэн Ким, которого Макнилл нанял для управления глобальными продажами, начал работать над улучшением онлайн-услуг, надеясь увеличить количество продаж через сайт компании и приложение для смартфонов, чтобы снизить зависимость от автосалонов.

Tesla-2013 и Tesla-2018 – это два разных бренда. Тогда покупатели относились к Model S с недоверием, сомневаясь, стоит ли брать автомобиль с непроверенной технологией, да еще и от производителя-новичка. Но для Model 3, на волне успеха прошлого автомобиля, эта проблема уже была не актуальна. Однако покупателям все еще требовалась помощь, особенно когда речь шла о вопросах кредитования и обмена автомобилей. Ким работал над улучшением колл-центров, в которых собственные отделы продаж возьмут на себя ведущую роль в заключении сделок. Tesla не собиралась совершать ошибку, которую допустила с Roadster и Model S, надеясь, что предзаказ сам собой превратится в продажу.

В январе 2018 года Кейла Хантера наняли для руководства новой внутренней командой по продажам и доставке, которая базировалась в Лас-Вегасе, в старом офисе Solar City недалеко от бульвара Стрип[52]. Другие, более мелкие группы работали во Фримонте и Нью-Йорке. У них была четкая задача – заключать сделки, проработав список из 500 тысяч человек, которые внесли предоплату в размере 1000 долларов за Model 3.

За первые восемь месяцев работы Хантер увеличил свою группу с 35 до 225 человек. Сначала у них не было проблем с поиском покупателей для автомобилей, мелкими партиями выходивших с завода во Фримонте. В первых рядах шли покупатели предыдущих моделей Tesla, которые внесли предоплату. С ними уговоры были не нужны. Их волновал вопрос не «зачем», а «когда» – когда они получат Model 3? В первые месяцы Хантер считал, что это даже нельзя назвать продажами. Поначалу цели на первые два квартала 2018 года откровенно пугали, но со временем они уменьшались, так как завод просто не мог выпустить столько автомобилей, так что цифры казались достижимыми.

Однако к лету ситуация изменилась. Маск эффективно разобрался со сложностями на заводе во Фримонте, и производство неуклонно росло. Команда Хантера перешла от непринужденного подбора автомобиля для жаждущего клиента к настоящим интенсивным продажам. Обзванивая покупателей, они все чаще встречали на другом конце линии неприятие.

На Восточном побережье совещания приходились на глубокую ночь. Сотрудники работали под сильным давлением – распоряжения часто сопровождались скрытыми (а порой и явными) угрозами увольнения.

Отчасти успех презентации 2016 года был связан с обещанием Маска, что стоимость Model 3 начнется от 35 тысяч долларов. Фактическая цена продаж в августе 2018 года и близко не стояла с обещанной суммой. Самая доступная комплектация стоила от 49 тысяч долларов, а более мощная версия – около 64 тысяч. Просматривая список заказов, команда понимала, что многие ориентировались на 35 тысяч, а для кого-то эта цена была предельной.

Были и те, кто готов потратиться. Команда Хантера рассказывала потенциальным клиентам, что лучше купить автомобиль сейчас, чем ждать (возможно, еще год), пока стоимость снизится до 35 тысяч. Кроме того, покупатель получал федеральную налоговую льготу в размере 7500 долларов, а с января следующего года эта программа постепенно будет сворачиваться. Да и расходы на пользование электромобилем значительно ниже, поэтому лучше начать экономить прямо сейчас. Эти доводы зачастую срабатывали, но по сравнению с началом года продавать стало сложнее.

Тогда Маск сказал команде, что пришло время извлечь выгоду из покупателей, готовых потратить на автомобиль 65 тысяч долларов. Действовать нужно сейчас, пока желающих много, а в начале следующего года самые нетерпеливые уже получат автомобиль и продавать станет еще сложнее. Сейчас Tesla не может получить прибыль при цене 35 тысяч долларов, наоборот, убыток от такой поставки составит больше 1000 долларов. Поэтому в третьем квартале Tesla собиралась получить прибыль именно за счет продажи более дорогих версий «потребительской» модели.

Несмотря на рост темпов производства, по-прежнему было неясно, успеет ли завод выпустить 100 тысяч автомобилей. Даже если это удастся, у Tesla нет места для хранения таких запасов. Чтобы справиться с грядущей волной поставок, команда составила список из четырех тысяч сотрудников, которые вызвались отправиться в перегруженные центры доставки по всей стране. Но он застряли, ожидая решения руководства.

В начале квартала, когда Маск занимался спасением тайской футбольной команды и приватизацией Tesla, некоторым топ-менеджерам показалось, что финансовый директор Дипак Ахуджа придерживает ресурсы, необходимые для подготовки к поставкам. Это заставило задуматься, собирается ли руководство получить прибыль сейчас или ведет игру, чтобы увеличить показатели в четвертом квартале. Однако присутствие Маска в центре поставок говорило о том, что в сентябре приоритетом компании стали именно продажи.

Но даже при наличии дополнительных рабочих рук в каждом центре доставки было ограниченное количество мест для размещения автомобилей. Каждое из них бронировалось на час. Если посчитать рабочие часы за три месяца, то всего в США за третий квартал у Tesla могло быть 100 тысяч свободных мест. Проблема в том, что автомобили появятся только во второй половине квартала – до последнего дня отчетного периода нужно доставить десятки тысяч Model 3. Машины парковали везде, где только можно: на железнодорожных станциях, в гаражах и торговых центрах. Продавцы «коротких» акций обратили на это внимание, размещая фотографии в социальных сетях и строя теории о том, что компания прячет бракованные автомобили.

Они не так уж заблуждались. Перед отправкой клиентам многие автомобили действительно нуждались в ремонте. В Марина дель Рей, в Южной Калифорнии, один из самых важных центров по доставке попал под горячую руку Маска. Покупатели жаловались на качество автомобилей в социальных сетях. Маск позвонил среди ночи и пригрозил, что уволит всех сотрудников центра, если еще раз услышит жалобы на неисправные автомобили. Начальник Хантера, Ким, прекратил отправку автомобилей до исправления дефектов покраски (даже когда Джером Гильен спросил, знает ли он, во сколько это обойдется компании). Ким направил в Марина дель Рей бригаду для переделки кузовных панелей и нанял сторонних подрядчиков, чтобы исправить покраску.

В первой половине года сотрудники отдела продаж и поставок, в отличие от заводских команд, жили относительно спокойно, не попадаясь на глаза Маску. Теперь все изменилось. Маск регулярно проводил телефонные конференции (исходя из его режима, в основном ночные) с руководителями отделов продаж по всей стране. На Восточном побережье совещания приходились на глубокую ночь. Сотрудники работали под сильным давлением – распоряжения часто сопровождались скрытыми (а порой и явными) угрозами увольнения. Один из таких звонков Хантер принял летом, когда Маск продолжал ускорять процесс поставок.

«Вегас на связи? – спросил Маск у Хантера во время конференции. – Сколько сделок вы заключили сегодня?» Для Хантера это был знаменательный момент: именно в тот день его команда сделала 1700 продаж Model 3 – рекорд, о котором он с гордостью сообщил боссу.

Но Маск остался недоволен и приказал на следующий день увеличить результат более чем в два раза, иначе он сам возьмется за дело. Вдобавок ко всему Маск услышал, что команда Хантера в основном обзванивает клиентов, чтобы договориться о поставке автомобиля. Теперь звонков не будет. «Никто не любит, когда ему звонят. Это отнимает слишком много времени, – сказал Маск. – Лучше отправляйте сообщения – так быстрее». Босс предупредил, что если завтра услышит хотя бы об одном звонке, то уволит Хантера.

Руководитель запаниковал. Жена и дети только недавно перебрались к нему в Лас-Вегас, едва закончив распаковывать вещи. А теперь Маск угрожал увольнением, если за 24 часа он не совершит чуда. В отделе продаж не было сотен корпоративных мобильников, чтобы рассылать текстовые сообщения. Личными телефонами пользоваться тоже нельзя – в компании действует система отслеживания взаимодействия с клиентами, чтобы избегать недоразумений и вести учет. Придется как-то выкручиваться.

За ночь Хантер с другими менеджерами нашли программное решение, позволяющее рассылать сообщения с компьютеров сотрудников. Также продавцы перестали озвучивать клиентам содержание стопки документов, которые нужно заполнить и подписать для продажи. Это имело бы смысл, если бы Маску нужны были очереди томящихся в ожидании клиентов. Теперь сотрудники просто назначали клиентам время, в которое те могли прийти и забрать свой автомобиль: «Можете ли вы подъехать в пятницу в 16:00 для получения своей новой Model 3?» Часто Хантер даже не ждал ответа, чтобы внести клиента в список на получение. Если клиент не мог прийти, ему сообщали, что тогда он потеряет свое место в очереди на получение автомобиля в этом квартале. Теперь клиенты стали охотнее предоставлять все необходимые личные данные – ведь в их интересах было как можно скорее оформить Model 3, чтобы она не уплыла из-под носа. Команда Хантера просила покупателей заполнить все документы за 48 часов до доставки.

Команда пробежалась по списку клиентов, случайным образом назначая время в центрах самовывоза по всей территории США. К 18:00 следующего дня число заключенных сделок достигло 5000. Хантер собрал команду, чтобы поблагодарить всех за работу. Он не мог сдержать слез. Хантер не говорил им, что на кону стоит его работа. Все и так знали, что важно оформить как можно больше поставок. В тот же вечер по телефону Хантер доложил Маску о результатах.

«Вау!» – ответил гендиректор.

Маск, окруженный друзьями и родственниками, выглядел очень счастливым, вспоминает один из менеджеров. «Это было похоже на большой семейный праздник… Ему такое нравится – он любит преданность».

Это был грандиозный прорыв, который запомнился как решающий момент квартала. Но времени праздновать не было. Команду ждало следующее испытание. Когда центры поставок переполнились, Маск решил отправлять автомобили прямо к домам покупателей. В компании уже работала система удаленного оформления продаж – именно так они обходили законы в Техасе и других штатах, где франчайзинговые дилеры не давали открыть обычные автосалоны Tesla.

Клиентов в автоэкспозициях направляли к компьютерам, чтобы связаться с компанией по поводу покупки автомобиля. Далее продавцы из Лас-Вегаса или других мест договаривались о заключении сделки. На следующий день клиенту доставляли на дом конверт со всеми документами, требующими подписи, с просьбой вернуть их вместе с чеком в течение двух дней. После этого автомобиль покидал Южную Калифорнию и доставлялся в Техас.

Со временем темп работы стал таким стремительным, что Хантер стал отправлять автомобили еще до получения всех документов от покупателя, надеясь на то, что, когда грузовик компании пересечет границу штата, чеки от покупателей будут уже на месте. Если же сроки срывались, то Хантер должен был платить за отправку автомобиля обратно для повторной доставки. До сих пор лишь небольшой процент продаж совершался напрямую. Теперь же Маск в третьем квартале хотел продать напрямую 20 тысяч автомобилей. Теоретически это позволяло сэкономить на расширении центров доставки, но на практике требовалась целая армия, чтобы физически доставлять автомобили клиентам. Компания никак не была готова к доставке 20 тысяч автомобилей на дом.

Ким, который работал над улучшением процесса онлайн-заказов, обратился к сотрудникам отдела продаж Amazon и Uber. Ему нужен был совет по отслеживанию поставок и найму внештатных работников. Маск хотел, чтобы автомобили доставляли в крытых грузовиках. Но пока Ким и главный дизайнер Франц фон Хольцхаузен разрабатывали внешний вид фургонов, они поняли, что их производство будет слишком затратным как по финансам, так и по времени. Вместо этого Ким предложил Маску, чтобы сотрудники просто приезжали на автомобилях к домам клиентов и передавали им ключи. Потом водители Tesla возвращались в ближайший офис на такси Uber или Lyft. Такой тип доставок был непривычен для индустрии, и многие покупатели относились к нему с недоверием.

Были и другие стратегии ускорения доставки. Вместо того чтобы тратить по часу на каждого клиента, знакомя его с возможностями купленного автомобиля, Ким хотел, чтобы доставщики укладывались в пять минут. Теперь они просто включали клиентам обучающее видео. Некоторые сотрудники так торопились, что вызывали Uber или Lyft еще на подъезде к дому клиента. Неплохая уловка для экономии времени, если только таксист не приедет раньше и не постучит в дверь покупателя, ожидающего Model 3.

По мере приближения к концу квартала команда поняла, что просчиталась с количеством грузовиков, необходимых для постоянно растущих объемов завоза машин в центры доставки. У сторонних автоперевозчиков не хватало для них места. Менеджеры рассчитывали, что будут просто увеличивать объемы поставок по мере схода автомобилей с конвейера.

Во время одной из вечерних конференций слово взяла Кейт Пирсон, которую недавно наняли на должность руководителя отдела клиентского опыта и операций. Она 13 лет курировала цепочки поставок для Армии Национальной гвардии США и пришла в Tesla из Walmart, где была вице-президентом по электронной коммерции. У нее был большой опыт в управлении потоками, и, судя по цифрам, у нее были плохие новости для Маска. В этом квартале компания не сможет достичь поставленной им цели в 100 тысяч поставок. В таком темпе они успеют доставить только 80 тысяч автомобилей.

По сути, Tesla достигла своих показателей за счет поставщиков – это проверенный годами трюк крупных автопроизводителей. Однако он свидетельствовал о росте могущества компании. Не самый красивый подход, но благодаря ему инвесторы могли отпраздновать очередную победу.

Маска это не устроило. Он ответил, что нужная цифра будет достигнута. Через несколько дней Пирсон была уволена. На вечерней планерке с руководителями отделов продаж Маск сказал, что ее уволили не потому, что она не сумела подлизаться, а из-за «внутренней неготовности работать на результат». На самом деле Пирсон просто сказала Маску то, чего он не хотел слышать. Нужно было сказать что-то вроде: «Мы сделаем все возможное». Менеджеры привыкли обходить неприятную правду.

Еще один случай произошел, когда один из старших менеджеров по продажам после двух лет работы в компании понял, что с него хватит. Он подал заявление об увольнении. Узнав об этом, финансовый директор Ахуджа стал уговаривать его остаться – уход руководителя отдела продаж было очень некстати. Маск, наоборот, пришел в ярость. В центре доставки во Фримонте он подбежал к менеджеру и, осыпая его ругательствами, потребовал убраться. «Я не собираюсь держать в компании того, кто готов бросить ее в такой ответственный момент», – передал слова босса один из очевидцев. Маск вывел этого сотрудника до самой парковки. Свидетелями этого неприглядного инцидента стали многие работники – совету директоров даже пришлось провести расследование обвинений в том, что Маск в какой-то момент толкнул менеджера.

В итоге, пока адвокаты Маска пытались договориться с Комиссией по ценным бумагам и биржам, к списку обвинений против него добавилось еще и рукоприкладство по отношению к сотруднику. Маск только все усложнял. Стороны достигли соглашения к вечеру 26 сентября, и комиссия планировала объявить об этом на следующий день. Однако рано утром следующего дня позвонил адвокат Маска и сообщил, что босс передумал: сделка отменяется. Маска волновало, что соглашение может повлиять на возможность привлечения заемных средств для SpaceX.

Ошеломленные отказом, представители комиссии поспешили в суд. После закрытия рынков они подали иск, в котором официально заявили, что Маск ввел инвесторов в заблуждение, когда объявил о получении финансирования для приватизации Tesla. Юристы комиссии просили судью пожизненно исключить Маска из числа руководителей Tesla и запретить ему когда-либо снова управлять публично торгуемой компанией. Подача иска стала сюрпризом для инвесторов и, несомненно, порадовала финансовых врагов компании. Акции Tesla упали на 12 %, и «короткие» продавцы получили прибыль в размере примерно 1,4 миллиарда долларов.

Аналитики Уолл-стрит обдумывали перспективы Tesla без Маска, размышляя, как скажется его уход на торговой цене акций. Другие задавались вопросом, готовы ли кредиторы так же охотно предоставлять Tesla деньги без уникального видения ее руководителя.

Однако все эти разборки в Комиссии по ценным бумагам и биржам работали Маску на пользу. Он знал, что гибель Tesla нанесет комиссии не меньший ущерб, чем ему самому. Налагаемые на компанию штрафные санкции могут навредить и акционерам, а значит, и самой комиссии, которая не любит использовать всю полноту своей власти. Поэтому многие считали, что никто не будет всерьез добиваться наказания. Комиссия просто хотела взять Маска под контроль и внедрить новые меры безопасности, которые удержат его от будущих выходок.

Адвокаты Маска всю ночь пытались убедить его подписать мировое соглашение. За помощью обратились даже к Марку Кьюбану, знаменитому инвестору, миллиардеру и владельцу баскетбольной команды «Даллас Маверикс». Он также схватился с Комиссией по ценным бумагам и биржам, когда его обвинили в инсайдерской торговле, и это затянулось на пять лет. Их встреча была похожа на эпизод сериала «Миллиарды»: юристы и Кьюбан, нависая над Маском, убеждали его пойти на мировую, чтобы не тратить несколько лет на тяжбы. Судебное разбирательство принесет гораздо больше проблем, чем мировое соглашение.

Маска раздирали внутренние противоречия. Он считал, что устной договоренности с саудовцами достаточно для оглашения сделки – не обязательно иметь письменное соглашение с зафиксированной ценой, как того требовала комиссия. На Ближнем Востоке сделки довольно часто заключаются на основе устного подтверждения. Кроме того, Маск полагал, что смог бы провести сделку по переходу в частные руки, используя свою долю в SpaceX, которая сама по себе стоит миллиарды.

Но, когда надо, Маск мог быть прагматиком, особенно если нет другого выхода. В пятницу утром его адвокаты обратились в Комиссию по ценным бумагам и биржам с вопросом, могут ли они пересмотреть прежнее соглашение. Теперь у комиссии был перевес, которым она собиралась воспользоваться.

Третий квартал близился к завершению, а невероятная цель Tesla по продажам все еще оставалась недостижимой. Тогда Маск решил воспользоваться Твиттером и опубликовать там своеобразный крик о помощи. «Помогите нам доставить автомобили», – обратился он к постоянным клиентам.

Вызов приняла Бонни Норман – давняя поклонница Tesla, которая, выйдя на пенсию, жила в Орегоне. Она хотела, чтобы компания добилась успеха, поэтому приехала в центр поставок в Портленде. Вслед за ней, в центры по всей стране стали приезжать и другие люди. Они рассказывали новым покупателям о том, как пользоваться электромобилем, избавив оплачиваемый персонал от рутинной работы. Маск и его новая девушка Клэр Буше, более известная как певица Граймс, работали в центре доставки во Фримонте. К ним также присоединился и член совета директоров Антонио Грасиас. Кимбал Маск помогал в автосалоне компании в Колорадо. Теперь все были по-настоящему «в сборе». Маск, окруженный друзьями и родственниками, выглядел очень счастливым, вспоминает один из менеджеров. «Это было похоже на большой семейный праздник… Ему такое нравится – он любит преданность».

Эта поддержка была необходима. После короткого перерыва в переговорах с Комиссией по ценным бумагам и биржам, адвокаты Маска вернулись для заключения сделки. Пришлось согласиться на новые условия комиссии: Маск оставался на посту генерального директора, но отказывался от должности председателя совета директоров на три года, а не на два, как предлагалось изначально. Гендиректор должен был лично оплатить штраф в размере 20 миллионов долларов, что на 10 миллионов больше, чем первоначально. Такую же сумму оплачивала и Tesla, которая, помимо этого, обязалась включить в совет директоров двух новых представителей. Компания также должна разработать план контроля за публичными комментариями Маска. Ему будет запрещено публиковать в Твиттере существенную информацию без предварительного одобрения. Больше никаких постов «финансирование обеспечено» без одобрения юриста.

Акционеры восприняли это как признак падения спроса – тревожный сигнал для компании, которая построила бизнес на безграничном росте и до сих пор так и не придумала, как сократить расходы.

Стороны договорились и объявили об этом в субботу, 29 сентября. Инвесторы испустили вздох облегчения, который разнесся по Уолл-стрит в первый день торгов после объявления о сделке: акции компании взлетели на 17 %, что стало самым большим однодневным изменением котировок за этот крайне нестабильный для автопроизводителя год. К радости Маска, «короткие» продавцы потеряли на этом примерно 1,5 миллиарда долларов.

Компания готовилась подвести итоги квартальных поставок. Они были близки к цели – 83 500 автомобилей. Этот рекорд превзошел ожидания Уолл-стрит, но не дотянул до желаемых 100 тысяч. Показатель был также удивительно близок к оценке Пирсон, главы отдела по работе с клиентами, которая была уволена за такую точность. Однако на конец квартала еще целых 12 тысяч автомобилей были на пути к своим покупателям, хоть и не попали в отчетность.

Но даже не дотянув до установленной Маском планки, итоговый результат стал прорывом для Tesla. К тому же этого оказалось достаточно, чтобы принести компании прибыль – в основном за счет того, что команда Хантера сосредоточилась на продаже более дорогих версий Model 3, и благодаря работе финансового директора Ахуджи над отсрочкой платежей поставщикам. В результате кредиторская задолженность компании поставщикам и третьим лицам выросла на 20 % по сравнению со вторым кварталом и на 50 % по сравнению с прошлым годом.

По сути, Tesla достигла своих показателей за счет поставщиков – это проверенный годами трюк крупных автопроизводителей. Однако он свидетельствовал о росте могущества компании. Не самый красивый подход, но благодаря ему инвесторы могли отпраздновать очередную победу. По окончательным подсчетам прибыль Tesla составила 312 миллионов долларов – исторический рекорд компании по вырученным средствам, удививший аналитиков с Уолл-стрит, которые предрекали убытки.

Такая динамика продолжалась, и в январе Tesla впервые отчиталась о двух прибыльных кварталах подряд. Во время телефонного разговора с инвесторами и аналитиками Маск уверенно заявил, что ожидает в предстоящем 2019 году получения небольшой прибыли в первом квартале, а затем «в каждом следующем». Спустя восемь с лишним лет после выхода Tesla на биржу инвесторы наконец могли собрать давно обещанный урожай.

Месяцами Маск был одержим вопросом ценообразования для Model 3, меняя настройки на сайте, как будто смешивая идеальный коктейль. Среднестатистический покупатель малогабаритного седана отличался от среднестатистического покупателя Model S. Для начала, в зависимости от выбранных опций, Model 3 могла стоить на десятки тысяч долларов меньше, чем люксовая модель. Но были и другие факторы. Например, Model 3 в основном приобретали как основную машину для ежедневного пользования, нередко в кредит или в обмен на старый автомобиль по системе трейд-ин. Чтобы не нанимать большой штат продавцов, Маск поручил Дэну Киму упростить онлайн-конфигуратор, персонализирующий каждую покупку. При заказе клиент должен иметь возможность выбрать все и сразу.

Маск подтолкнул Кима к созданию команды по доставке автомобилей на дом. Если в третьем квартале компании не удалось достичь намеченной цели совершить 20 % поставок напрямую, то уже в четвертом, по словам сотрудника, знакомого с отчетами, эта высота была покорена. Все эти шаги предпринимались для сокращения расходов. Маск был помешан на том, чтобы сделать Tesla прибыльной. Он размышлял о возможности закрыть все автосалоны компании.

Маск предупреждал сотрудников о том, что однажды наступит «суровая зима», поэтому важно сосредоточиться на максимальном сокращении расходов и увеличении объемов: «Tesla нужны большие масштабы». Особенно серьезно он стал относиться к затратам после информации о замедлении темпов роста заказов на Model 3 в первом квартале 2019 года. Во многом благодаря успеху Tesla, федеральный налоговый кредит на покупку полностью электрического автомобиля в США постепенно сокращался: с 1 января сумма уменьшилась с 7500 до 3750 долларов. В середине года льгота уменьшится до 1875 долларов, а затем и вовсе будет отменена. В итоге, вместо того чтобы снижаться, цена и без того недешевой Model 3 будет увеличиваться каждые полгода.

Последние три месяца 2018 года команда Хантера в Лас-Вегасе потратила на оформление оставшихся предзаказов, чтобы достичь еще одного рекордного по поставкам квартала. К концу года это становилось все труднее и труднее: список заказчиков, желающих приобрести более дорогую версию, заканчивался, а число покупателей, ориентирующихся на цену в 35 тысяч долларов, напротив, росло. Команда Хантера с нетерпением ждала отпуска. Некоторые и вовсе собирались доработать год и уволиться. Они хоть и достигли поставленной цели, но совершенно выбились из сил. Многие, включая самого Хантера, попадут под сокращение, когда Маск начнет экономить, решив вывести Model 3 на европейский и китайский рынки, где все еще оставались покупатели, желающие приобрести автомобиль в дорогой комплектации.

Для Tesla пришло время перемен. Тодд Марон, адвокат Маска, работавший с ним еще со времен первого развода, собирался уйти в другой стартап. Намеревался покинуть компанию и финансовый директор Дипак Ахуджа. Джей Би Страубел хоть и был готов бороться дальше, но чувствовал себя совершенно измотанным и нуждался в отпуске.

В рамках сделки с Комиссией по ценным бумагам и биржам в состав совета директоров вошли два новых участника, включая Ларри Эллисона, давнего инвестора и соучредителя Oracle. Робин Денхолм, которая помогала Tesla в приобретении Solar City и неудавшейся приватизации, стала председателем совета директоров вместо Маска. Хотя всем было ясно, что, независимо от должности, Маск все равно остается главным.

Он не смог удержаться от комментариев, написав в Твиттере, что удалил свои должности с сайта компании: «Теперь для Tesla я никто. Вроде бы пока все в порядке». В эфире ток-шоу «60 минут» на канале CBS News он выразил полное презрение к комиссии, заявив, что никто не контролирует его посты в соцсетях. «Для ясности, – сказал он, – я не уважаю Комиссию», и назвал ее в Твиттере «Комиссией по обогащению коротких продавцов».

Вопросы о том, сможет ли Денхолм усмирить Маска, быстро исчезли. Расследование совета директоров по поводу неправомерного поведения Маска в центре поставок ни к чему не привело. Когда в конце 2018 года в дизайн-центре Маск представлял кроссовер Model Y, который должен превзойти Model 3, Денхолм стояла в первом ряду среди фанатов и клиентов, подбадривая гендиректора. Позднее, когда ее спросили о том, как он использует Твиттер, она ответила репортеру: «С моей точки зрения, он использует его с умом».

Чтобы компенсировать рост цен, связанный с истечением срока действия федеральной налоговой льготы, Tesla снизила стоимость всех своих автомобилей. Теперь цена Model 3 начиналась не с 46 тысяч долларов, а с 44 (до 35 тысяч все еще далеко). Если в компании надеялись этим шагом успокоить инвесторов, то они ошиблись. Акционеры восприняли это как признак падения спроса – тревожный сигнал для компании, которая построила бизнес на безграничном росте и до сих пор так и не придумала, как сократить расходы. В день, когда было объявлено о снижении, цены акции упали почти на 7 %.

За несколько недель из компании, зарабатывающей деньги с перспективами хорошей прибыли в будущем, Tesla превратилась в компанию, страдающую от излишних, саморазрушающих кризисов с угрожающе маленькими остатками на счетах.

В январе Маск постарался обнадежить инвесторов, уверяя, что спрос на автомобиль по-прежнему высок: «Сдерживающий фактор – это доступность. У людей просто нет денег на покупку автомобиля, но это никак не связано с желанием. Если автомобиль сделать более доступным, то спрос будет чрезвычайно высоким». Чтобы вконец развеять опасения, Маск написал в Твиттере, что Model 3 грузятся на корабль и впервые отправляются в Европу. Он отметил, что в 2019 году Tesla «выпустит около 500 тысяч [автомобилей]». Через несколько часов он пояснил еще одним твитом, что 500 тысяч – это годовой объем производства, а общий объем поставок по-прежнему ожидается 400 тысяч.

Это было одно из тех хвастливых, неосторожных сообщений, размещение которых Комиссия по ценным бумагам и биржам стремилась предотвратить. Надзорные органы и без того подозревали, что Маск отнесся к сделке несерьезно, особенно после его выступления в программе «60 минут». На следующий день после этих твитов они спросили Tesla, одобрил ли кто-то их публикацию. Неудивительно, что ответ был отрицательным. По словам команды Tesla, уточняющий твит был утвержден юристом уже после оригинального сообщения. Маск считал, что не должен обращаться за предварительным одобрением, поскольку всего лишь повторил свои прошлые заявления. Членов комиссии такой ответ не устроил. В конце февраля они обратились к судье с просьбой привлечь Маска к ответственности за нарушение условий сделки.

Показалось, что вновь наступило жаркое лето 2018 года. Но на этом драма не закончилась. Через несколько дней Маск объявил, что Tesla закроет большинство своих автосалонов, чтобы сократить расходы и наконец выпустить давно обещанную Model 3 за 35 тысяч долларов. Полный (почти) переход на онлайн-продажи был его давней мечтой, но команда относилась к затее с опаской из-за трудностей, связанных с продажей электромобилей тем, кто покупает их впервые.

В теории это могло казаться простым способом сократить расходы, но на самом деле Tesla заключила сотни договоров, арендуя торговые точки по всему миру. Общая сумма обязательств составила 1,6 миллиарда долларов, большая часть из которых должна быть выплачена в ближайшие несколько лет. Нельзя просто выключить свет и сразу начать экономить. Tesla – «компания с устойчивой балансовой отчетностью, которая должна уйму денег многим арендодателям», – сказал Роберт Таубман, исполнительный директор Taubman Centers Inc. на конференции несколько дней спустя. Он сам владел восемью автосалонами, включая точку в Денвере.

Долгие годы инвесторы смотрели на легкомысленные выходки Маска сквозь пальцы, в основном потому, что рост компании продолжал производить впечатление, даже если сопровождался бесконечными тратами. Но к апрелю их терпение достигло предела. А затем сказка Tesla закончилась.

Компания сообщила о падении продаж: за первый квартал года поставки упали на 31 % по сравнению с предыдущим, хотя компания боролась за покупателей в США, одновременно пытаясь быстро доставить Model 3 в Европу и Китай, чтобы компенсировать потери. К середине апреля Tesla тихо отказалась от предварительного обещания стартовой цены в 35 тысяч долларов, указав в качестве самой низкой цены 39 500 долларов, утверждая, что обещанная цена по-прежнему доступна, если покупатель обратится прямо в автосалоны. Правда неизвестно, будут ли они открыты. В конце месяца компания зафиксировала один из самых больших квартальных убытков и предупредила, что второй квартал тоже будет убыточным. Это была расплата за неосуществимые мечты.

Маску было необходимо, чтобы компания продержалась еще немного. Появление Model 3 в Европе помогло бы поднять показатели Tesla уже знакомым способом. В 2013 году компания получила первую квартальную прибыль, благодаря продаже регулятивных кредитов конкурентам, которые не смогли достичь целей по ограничению загрязняющих атмосферу выбросов. Теперь менеджеры Tesla вели переговоры в Европе об объединении продаж с Fiat Chrysler Automobiles, чтобы конкурент мог избежать штрафов за нарушение новых строгих правил Евросоюза по выбросам вредных веществ.

Сумма сделки, о которой будет объявлено весной 2019 года, составит более двух миллиардов долларов на несколько лет, позволяя Tesla учитывать чистую прибыль именно тогда, когда это необходимо. А ведь есть еще и Китай, где компания планировала начать производство в конце этого года. Тем не менее во время телефонного разговора с аналитиками Маск признал очевидный для многих факт: Tesla нужно привлечь больше денег. Иначе она катилась под откос.

За несколько недель из компании, зарабатывающей деньги с перспективами хорошей прибыли в будущем, Tesla превратилась в компанию, страдающую от излишних, саморазрушающих кризисов с угрожающе маленькими остатками на счетах. В конце концов Уолл-стрит потеряла терпение. Котировки стремительно падали, достигнув в июне минимума в 178,97 долларов за акцию, что составляло половину от стоимости в начале года. Ставки «коротких» продавцов наконец-то окупились, и в первой половине года их прибыль составила более 5 миллиардов долларов (почти столько же, сколько они потеряли в 2016–2018 годах).

Даже давний поклонник Tesla Адам Джонас, аналитик Morgan Stanley, который одним из первых разглядел ее потенциал, похоже, был сыт Маском по горло. В частном разговоре с инвесторами Джонас предупредил, что теперь Tesla – это не история роста, а история «вынужденных кредитов и реструктуризации». Другими словами, речь идет о возможном банкротстве. Долг компании вырос примерно до 10 миллиардов долларов, отчасти из-за сделки с Solar City, заключенной несколько лет назад. Ситуацию можно было бы пережить, если бы Tesla продолжала расти и зарабатывать деньги, сохраняя доверие инвесторов, но теперь все это было под вопросом.

Компании придется привлечь огромные суммы, предупредил Джонас, или «искать стратегические альтернативы», что на языке банкиров означает продажу или слияние. Три четверти акций компании на той неделе достались «коротким» продавцам. Ее долговые обязательства упали до 85,75 цента за доллар – признак того, что кредиторы не уверены в возврате своих денег от терпящего бедствие автопроизводителя.

Хуже всего, что для плана Маска по спасению Tesla за счет китайского рынка могло быть слишком поздно, так как продажи новых автомобилей в Китае упали впервые с 1990 года, а отношения с США становились все холоднее. Неужели Tesla преодолела марафон, отбиваясь от конкурентов и недоброжелателей, чтобы рухнуть перед финишной чертой?

Или, как сказал Джонас: «Можно ли представить себе худший момент для зависимости от Китая?»

Глава 28

Китайский прилив

Холодным январским днем 2019 года Маск стоял посреди грязного поля на окраине Шанхая. В костюме и пальто, в сопровождении друга по колледжу Робина Рена и мэра Шанхая Ин Юна, он участвовал в торжественной церемонии закладки фундамента. На этом месте Tesla построит свой второй сборочный завод, и это станет для компании первым опытом производства автомобилей за пределами Фримонта. Все трое дружно улыбались для фотографий, которые потом разойдутся по всему миру. Этот момент стал триумфом как для Китая, так и для Tesla.

Правда радость могла продлиться недолго – Tesla была на краю пропасти. Model 3 была уже не мечтой нескольких авантюристов из Кремниевой долины, а настоящим автомобилем, покоряющим дороги по всему миру. И несмотря на неудачи, которые преследовали Маска неспокойным летом (многие по его собственной вине), компания не оставляла надежд на долгосрочную рентабельность. Но Маск не довел свою миссию до конца. Ему так и не удалось сделать Model 3 по-настоящему жизнестойким автомобилем. Для этого нужен масштаб, чтобы снизить затраты. А чтобы достичь масштаба, Маску нужны были деньги – много денег. Поэтому все дороги вели в Китай.

В Твиттере Маск пообещал, что начальная стадия строительства завода завершится к лету, а производство Model 3 начнется уже к концу года. Для многих это стало очередным поводом привычно закатить глаза: очередной нереальный срок для решения невыполнимой задачи. Это лишь последнее из серии оптимистичных заявлений, сделанных Tesla, чтобы восстановить свои позиции после проблемного 2018 года.

Но инвесторы, покинувшие компанию той весной, не совсем понимали (или отказывались в это поверить), что годами назревало за кулисами Tesla.

Все началось с руководства. Маск знал, что для реализации глобальных амбиций ему нужен квалифицированный помощник – доверенный человек, который знает, как он мыслит, и может выступать от его имени на другом конце света. Понятно, что Маск не мог нагрянуть вечером на завод в Китае, чтобы подогнать инженеров, или ночевать возле конвейера, как это было во Фримонте. В поисках подходящего человека он вернулся к временам учебы в колледже.

Однажды, учась в Пенсильванском университете, Маск расстроился, что не возглавляет рейтинг оценок по физике (эту историю он рассказывал руководителям). Подойдя к профессору с претензиями, он спросил, кто может быть лучше него? И в ответ услышал – Робин Рен, студент из Шанхая. Маск встретился с конкурентом в учебе и быстро понял, что Рен не просто лучший в классе, а один из лучших студентов-физиков во всем Китае, которому выпала редкая в то время возможность учиться в США. Две «белые вороны» быстро подружились и после окончания колледжа решили вместе отправиться в Калифорнию, где Маск предпочел развитие собственного стартапа учебе в Стэнфорде. Рен же окончил Стэнфорд со степенью магистра электротехники и продолжил карьеру в Yahoo! и Dell, поднявшись до должности главного технического директора дочерней компании Dell по производству флеш-накопителей XtremeIO. Он заслуживал доверия и обладал необходимым опытом. Если Маск был дерзким, то Рен – сдержанным. Так что, когда Маску понадобилась помощь в возобновлении работы в Китае после провала в 2015 году, за дело взялся именно Рен.

Для начала Рен и Джон Макнилл, который возглавлял отдел продаж до ухода в 2018 году, приступили к решению одной из самых насущных для Tesla задач – получить разрешение на строительство сборочного завода в Китае. В Шанхае были рады появлению нового автопроизводителя, но законодательство страны требовало, чтобы у Tesla был местный деловой партнер, а Маск, естественно, не хотел идти на уступки.

Ему так и не удалось сделать Model 3 по-настоящему жизнестойким автомобилем. Для этого нужен масштаб, чтобы снизить затраты. А чтобы достичь масштаба, Маску нужны были деньги – много денег. Поэтому все дороги вели в Китай.

К счастью, Рен унаследовал от прошлого руководства двух менеджеров, которые имели опыт работы как на строительных площадках, так и в правительственных коридорах. Том Чжу, нанятый для создания зарядной сети Tesla в Китае, имел степень магистра делового администрирования Университета Дьюка и руководил крупными строительными проектами в Африке, так что ему поручили контролировать производство на новом сборочном заводе. Грейс Тао, бывший корреспондент Центрального телевидения Китая, широко известная среди пекинских чиновников, помогала компании разобраться с бюрократией и поддерживала связи с правительством.

По словам сведущего человека, у Тао были родственные связи в Коммунистической партии и она хорошо понимала, как работают рычаги государственной власти. В офисе Tesla она повесила большую организационную схему для знакомства с верхушкой центрального правительства и главными руководителями в ключевых провинциях. По сообщению Bloomberg Businessweek со ссылкой на неназванных сотрудников, однажды она заявила, что от президента Си Цзиньпина ее отделяет лишь одно рукопожатие – «заоблачный уровень связей для Китая» (это заявление Tesla опровергла). Коллеги Грейс восхищались ее ловкостью. «Грейс умеет хорошо сгладить углы, – сказал один из них. – Она лучше всех знает, как играть в политику». Рост общественного авторитета Маска тоже пришелся кстати.

Во время поездки в Пекин в 2016 году, застряв в потоке машин, Маск начал рассуждать о том, как можно избавиться от проблемы городских пробок, и пришел к идее подземных туннелей. Маск славился подобным типом мышления: в такие моменты его глаза закатывались, словно он выкачивал информацию из облака данных. «А что, если…» – начинал он обычно[53]. Это могло быть безумной идеей, о которой тут же забывали, или масштабным проектом, отнимающим годы жизни у менеджеров. Именно такое безграничное мышление однажды уже приводило Маска в Китай. Сейчас он вернулся, всерьез собираясь выйти на местный рынок без поддержки местного партнера, хотя юристы много лет твердили ему, что это невозможно.

Однако к 2017 году шансы на реализацию этого плана значительно увеличились. В конце лета была достигнута сделка, позволяющая Tesla построить завод. По словам осведомленных людей, на фоне торговой напряженности с США китайцы спросили, смогут ли они объявить о соглашении в ближайшее время, предположительно осенью, когда в страну должен был приехать президент Дональд Трамп. Но Маск ответил, что пока сделка невозможна, так как из-за проблем с производством Model 3 у Tesla не было денег на строительство завода. Поэтому Маск хотел отложить объявление на более поздний срок.

В итоге обсуждение сделки перетекло на 2018 год, и многие уже задавались вопросом, сможет ли вообще Tesla когда-нибудь реализовать свои амбиции в Китае. Эти опасения совпали с активизацией торговых переговоров между США и Китаем. В итоге, объявив о сделке, китайцы показали, что готовы сотрудничать с американским бизнесом – во всяком случае, когда им это выгодно.

Маск славился подобным типом мышления: в такие моменты его глаза закатывались, словно он выкачивал информацию из облака данных. «А что, если…» – начинал он обычно. Это могло быть безумной идеей, о которой тут же забывали, или масштабным проектом, отнимающим годы жизни у менеджеров.

Условия окончательного соглашения были выгодны для Tesla во многих отношениях, даже выгоднее тех, которых компания добилась в Неваде. Китайской Гигафабрике отвели 87 гектаров земли, предоставленных Шанхаем, а Tesla инвестировала в проект около двух миллиардов долларов. Кроме того, компания получила на выгодных условиях кредит в размере 1,26 миллиарда долларов от пользующихся политической поддержкой китайских банков. Эти деньги пойдут на строительство завода, плюс еще 315 миллионов долларов – на оплату труда и запчастей. Другими словами, Tesla построит завод в Китае на средства правительства страны.

Такая щедрость была обусловлена тем, что Китай нуждался в Tesla не меньше, чем сама компания – в китайцах. Страна была заинтересована в развитии рынка электромобилей, и лучшим способом пробудить интерес конкурентов стало приглашение Tesla. Китайский автомобильный рынок переживал бум. В 2018 году почти 40 % продаж автомобилей GM пришлось на Китай – крупнейший рынок для автогиганта. Во многом от китайских покупателей зависел и Volkswagen AG. Все это, вместе с ужесточением китайских нормативов на выбросы вредных веществ, заставило мировых автопроизводителей ускорить подготовку к электрическому будущему.

Ажиотаж возник даже несмотря на прошлые неудачные (особенно на фоне Tesla) попытки автопроизводителей зайти на рынок электромобилей. GM объявила о прекращении выпуска гибридного автомобиля Chevrolet Volt, продажи которого никогда не достигали больших объемов – в 2018 году в США было продано менее 19 тысяч. Полностью электрический Bolt продавался еще хуже. Несмотря на передовые разработки, рядом с Model 3 он выглядел скромно.

Но автопроизводители учились на своих ошибках и теперь собирались удвоить усилия. GM и Volkswagen планировали сосредоточить инвестиции на полностью электрических, а не гибридных автомобилях, тем самым признав правильность стратегии Tesla. Volkswagen планировал, что к 2030 году продажи электромобилей составят 40 % от общего объема. GM собиралась к 2023 году представить как минимум 20 электрических моделей. Кроме того, обе компании спешили обеспечить поставки литий-ионных батарей. GM в партнерстве с LG Chem инвестировала 2,3 миллиарда долларов в похожий на Гигафабрику гигантский аккумуляторный завод в Огайо. Volkswagen же обязался инвестировать миллиард долларов в европейский стартап, который строил собственный завод в Швеции с помощью руководителей, принимавших участие в создании фабрики Tesla в Спарксе.

Коллективное видение будущего автомобилей все дальше следовало за идеями Маска. Несмотря на подначивания немецких репортеров, главный исполнительный директор Volkswagen Герберт Дисс говорил о конкуренте лишь в почтительном тоне: «Tesla – это не нишевая компания. Мы с большим уважением относимся к ним. Это серьезный соперник, с которым приходится считаться».

Маск всегда был зациклен на справедливости. И хотя, по мнению многих, сам он не всегда поступал справедливо, ничто не могло вызвать его враждебность быстрее, чем несправедливость по отношению к нему. Список обид был длинным: соучредитель Мартин Эберхард, дизайнер Хенрик Фискер, СМИ, а в последнее время и Комиссия по ценным бумагам и биржам США. Сделка с комиссией, заключенная в сентябре 2018 года во избежание длительной судебной тяжбы, не давала Маску покоя, а последняя перепалка и угроза комиссии привлечь его к ответственности – действовала ему на нервы.

Маск всегда был зациклен на справедливости. И хотя, по мнению многих, сам он не всегда поступал справедливо, ничто не могло вызвать его враждебность быстрее, чем несправедливость по отношению к нему.

По словам работавших с ним юристов, выросший в Южной Африке, Маск питал необоснованное расположение к американской судебной системе. Он был убежден, что судья может решить дело в его пользу. В ходе последнего разбирательства он утверждал, что по условиям соглашения с Комиссией по ценным бумагам и биржам его твит о производственных показателях вполне допустим, а Конституция США защищает его право на публичные высказывания. Он заявил, что комиссия пытается ограничить его свободу слова, не учитывая того, что соглашение заключалось как раз во избежание подобных неоднозначных твитов, которые и завели его в затруднительное положение. Со временем Маск научился так излагать свои соображения, чтобы некоторые инвесторы принимали их за конкретные планы, в то же время оставляя место для маневра, чтобы позже назвать их лишь смутными замыслами.

Той весной в зале суда на Манхэттене вера Маска в судебную систему была вознаграждена. Окружной судья США Элисон Натан, упрекнув юристов правительства в поспешности иска и неточных формулировках, посоветовала обеим сторонам «образумиться». Выйдя из здания суда навстречу толпе репортеров, Маск не мог сдержать ликования и сказал им, что «очень доволен результатами[54]». К концу месяца они урегулируют разногласия, составив более подробный список того, на что Маск должен получить разрешение, прежде чем публиковать твит. Что важнее, грозовое облако над Маском рассеялось, и теперь он мог сосредоточиться на настоящей битве.

После первых трудных месяцев 2019 года было понятно, почему Маск нервничал перед плановым собранием акционеров компании в июне, стоя за кулисами вместе с главным директором по технологиям Джей Би Страубелом. Обычно это мероприятие, проводимое в Музее компьютерной истории в Маунтин-Вью, было оживленным, словно встреча большой семьи. Если Ford старался проводить такие встречи виртуально, чтобы не привлекать ненужного внимания, то Tesla превращала их в праздничное шоу для мелких инвесторов и давних приверженцев, которые верили в успех компании с первых дней ее существования. Многие годы Маск использовал такие мероприятия для анонсов будущих проектов.

В этот раз все будет по-другому. Маск планировал объявить, что Страубел, который не только сыграл важную роль во многих успехах Tesla, но и посвятил ей практически всю сознательную жизнь, успев здесь жениться и обзавестись близнецами, покидает компанию.

За 15 лет совместной работы их отношения стали напряженными, особенно когда Tesla столкнулась с трудностями при запуске Гигафабрики[55]. Маск, как всегда, был требователен, добиваясь совершенства. В конце 2018 года Страубел решил взять перерыв, чтобы немного отдохнуть. Отпуск обернулся размышлениями о том, что ждет его впереди. За годы его работы в Tesla придуманная им концепция автомобилей с литий-ионными батареями прошла путь от рискованной новинки до будущего мировой индустрии. Его план по снижению стоимости батарей в Неваде, похоже, тоже работает, даже если начало было не очень удачным.

По оценкам аналитиков, стоимость батарей Model 3 упала ниже 100 долларов за киловатт-час – магическое число, к которому давно стремится вся автомобильная промышленность, так как стоимость производства электромобиля при нем не превышает стоимость производства бензиновых собратьев. Страубел достиг всего, чего хотел с самого начала. Но, заглядывая в будущее, он понимал, что не может дать Tesla того, что ей нужно: опыт масштабного производства и крупных операций. Компания больше не была одним из стартапов, которыми так увлекался Страубел. Он понял, что пора уходить.

Но прямо перед выходом на сцену, чтобы сделать официальное заявление, Маск отказался от этого плана. Слишком неподходящий момент, подумал он. Страубел должен еще немного задержаться.

Маск вышел на сцену под аплодисменты. «Это был чертовски сложный год, но произошло и много хорошего, – начал он. – И я хочу рассказать об этом подробнее». Сообщив о том, что Model 3 обошла в США всех бензиновых конкурентов в классе люкс[56], он позвал на сцену Страубела, чтобы вместе рассказать об успехах Гигафабрики. Почти час они стояли на сцене, отвечая на вопросы. К концу выступления Маск становился все более задумчивым, вероятно, размышляя об уходе Страубела, все еще хранившемся в тайне.

Он рассказал о судьбоносном обеде с Гарольдом Розеном, на котором много лет назад впервые встретил Страубела. «Хорошо поговорили», – неловко сказал Маск.

«Я думаю, с тех пор компания добилась потрясающих успехов, – ответил Страубел. – В то время мы даже не представляли, как это будет происходить».

«Мне казалось, мы точно провалимся…» – признался Маск.

«Но мы должны были это сделать, – прервал его Страубел. – Даже если шансы на успех были невелики – всего 10 %, да хоть бы и 1 % – это все равно стоило того. Но, конечно, здорово видеть электромобили на дорогах по всему миру. Это невероятно!»

Маск всегда обладал способностью концентрироваться на деталях любого масштаба, когда был захвачен идеей. Начиная с первых дней существования компании, определяющей чертой его руководства было желание контролировать каждый, даже малейший, аспект деятельности Tesla. Может, он и не мог спать на полу сборочного завода в Китае, как это было во Фримонте, но, однако, старался быть в курсе происходящего. Строительство завода, которым теперь управлял Чжу, велось каждый день. Казалось, что в новом руководителе Маск нашел китайского Джерома Гильена, который, в случае чего, может стукнуть кулаком по столу.

Об агрессивном стиле управления Чжу писали местные СМИ, рассказывая о том, что он часто звонил и писал сотрудникам после полуночи, выплескивая свой гнев, а уже на следующее утро приезжал в офис раньше всех и фотографировал пустые рабочие места, спрашивая в общем чате «Где все?». Чжу также осознавал важность тесных отношений с Маском, ежедневно посылая ему фотографии о продвижении строительства и раз в несколько недель, несмотря на разгар работы, лично отправляясь в Калифорнию, чтобы сообщить последние новости. Китайский руководитель усвоил главный урок: чтобы Маск не вмешивался в твою работу, нужно добиваться результатов. Конечно, помогало и расстояние: трудно вмешиваться, находясь за океаном.

Со временем Маск научился так излагать свои соображения, чтобы некоторые инвесторы принимали их за конкретные планы, в то же время оставляя место для маневра, чтобы позже назвать их лишь смутными замыслами.

До сих пор картина была обнадеживающей. Судя по всему, компания учла ошибки прошлого, и завод в Китае избежал многих проблем, с которыми Tesla столкнулась в Спарксе и Фримонте. В компании не забыли шишки, набитые при выпуске невероятно сложной в производстве Model X. Благодаря инициативе Дага Филда, по сравнению с предыдущими автомобилями, собирать Model 3 было гораздо проще. Это позволяло грамотно управлять сборочной линией.

Кроме того, на новом заводе не придется заморачиваться с автоматизацией – отчасти потому, что китайская рабочая сила значительно дешевле американской. В сущности, за 10 000 км от Фримонта Tesla собиралась продублировать сборочную линию, которую построили под тентом рядом с первым заводом, только теперь под настоящей крышей. Компания научилась производить автомобили в одном из самых дорогих мест на земле, а теперь собиралась сделать то же самое в стране с дешевой рабочей силой. Аналитики ожидали огромной экономии, которая сделает Model 3 прибыльнее на 10–15 %.

С благословения китайского правительства колеса бюрократии вращались для Tesla быстрее, чем в Неваде. Государственная компания, управляющая Шанхайской зоной свободной торговли, где строился завод, прилагала все усилия для ускорения строительства. Например, компании разрешили представить лишь часть чертежей, необходимых для получения разрешения на строительство, а стройплощадку подключили к электросети в два раза быстрее, чем обычно.

Уроки, полученные на первой Гигафабрике, применялись при проектировании и строительстве нового завода. Внося последние коррективы в строительство завода в Неваде, Кевин Кассекерт, заместитель Страубела, создал специальную команду строителей-конструкторов, которую можно использовать для проектирования предприятий по всему миру, применяя накопленный опыт на глобальном уровне. Как Model 3 во многом была улучшенной версией Model S, так и новый завод был улучшенной версией американских.

По словам менеджера по строительству, китайская команда убедила Маска не делать точную копию предыдущих заводов, а использовать более характерные для Китая удешевленные и быстровозводимые промышленные конструкции. Теперь сами заводы стали масштабируемым продуктом. Для достижения поставленных Маском целей по росту производства требовалось ежегодно выпускать миллионы автомобилей. Двух сборочных предприятий для Tesla было уже недостаточно, поэтому компания начала искать землю в Германии для строительства еще одного, европейского завода.

Однако для организации производства в Китае, помимо самого предприятия, требовалось еще кое-что. Нужны поставщики деталей, прежде всего батарей, которые должны поставлять местные производители, чтобы компания могла претендовать на налоговые льготы. Panasonic – давний партнер Tesla – отказывался выходить на китайский рынок.

Отношения двух компаний испортились после проблем на Гигафабрике. Поведение Маска в 2018 году только ухудшило ситуацию – в частности, японцев смутило интервью с курением марихуаны в прямом эфире. Глядя на него по дороге в офис, один из руководителей Panasonic с тревогой думал: «Что скажут наши инвесторы?» Другие стали выступать за ограничение связей с Tesla, когда ее акции упали почти на 50 %.

Китайский руководитель усвоил главный урок: чтобы Маск не вмешивался в твою работу, нужно добиваться результатов. Конечно, помогало и расстояние: трудно вмешиваться, находясь за океаном.

Объявляя о начале строительства, Tesla утверждала, что Гигафабрика в Неваде займет площадь более ста футбольных полей. Наступил 2019 год, но таких размеров предприятие не достигло. Курт Келти, наладивший отношения с японским поставщиком, уже ушел. Страубел тоже думал об этом. В итоге сотрудничество с японцами стало ослабевать. Руководитель Panasonic Йоши Ямада, который помог объединению компаний для строительства Гигафабрики, ушел с поста, достигнув пенсионного возраста. Маск тут же нанял его на работу в Tesla, надеясь поддержать дальнейшее сотрудничество. Все чаще и сам Маск созванивался с президентом Panasonic Казухиро Цугой, обсуждая не только вопросы снижения цен на батареи для завода в Неваде, но и возможности строительства нового предприятия в Китае, тем самым продолжая повышать ставку, которая казалась проигрышной.

Учитывая все это, Tesla готовилась к строительству китайского завода без Panasonic. Эндрю Баглино, который руководил производством батарей после Страубела, начал искать другого партнера. Первоначально выбор пал на южнокорейского поставщика LG Chem, который участвовал в программе GM по производству электромобилей. Но в этом случае компания снова будет привязана к единственному поставщику, поэтому был предложен другой вариант – Contemporary Amperex Technology Co., китайский производитель батарей, более известный как CATL, который начинал с поставки деталей для Apple и прошел путь до крупнейшего в мире производителя батарей для электромобилей. Казалось, что Маску эта идея не понравилась. Очевидно, его беспокоило партнерство с компанией, которая снабжает стольких конкурентов.

В субботу Маск созвал руководителей и потребовал, чтобы Tesla начала разработку собственных аккумуляторных батарей – ситуация 2010 и 2013 годов повторялась снова. Баглино создал экспериментальный цех для программы, получившей название Roadrunner.

Тем временем Маск по-прежнему искал поставщика в Китае, где производство должно было начаться к концу года. Его команда поспешила заключить соглашение с LG Chem, одновременно прощупывая CATL насчет возможного сотрудничества. В августе Маск ездил в Китай на деловые встречи. На одной из конференций по искусственному интеллекту, где Маск беседовал с соучредителем Alibaba Джеком Ма, ему удалось познакомиться с основателем CATL Робином Цзэном. В частной беседе они быстро нашли общий язык, и Маск распознал в коллеге родственную инженерную душу. «Робин – крутой», – сообщил он своей команде. Эта встреча расчистила путь для возможной сделки. Судьба Tesla больше не зависела только от Panasonic.

Летняя поездка в Китай дала Маску много поводов восторгаться потенциалом производства и продажи Model 3 на местном рынке. Даже с учетом высоких тарифов продажи Model 3 в Китае уже помогли увеличить прибыль Tesla. В третьем квартале 2019 года выручка выросла на 64 %. Этому способствовали и поклонники Tesla в Европе. В Норвегии автомобили Model 3 раскупались сразу, как только появлялись в продаже. За первые три квартала этого года выручка там выросла на 56 %. Поставки автомобилей шли в таких темпах, что в 2019 году Model 3 стала самым продаваемым автомобилем в стране. Более того, как и в прошлом году в США, сначала за границей продавали более дорогие версии Model 3. Выход на международный рынок получился немного скомканным, но с наступлением осени стало ясно, что план по развитию Tesla работает.

Теперь сами заводы стали масштабируемым продуктом. Для достижения поставленных Маском целей по росту производства требовалось ежегодно выпускать миллионы автомобилей.

Когда в ноябре 2019 года компания сообщила о внушительной прибыли за третий квартал, то уже была на пути к прибыльному четвертому. Более того, Tesla выполнила январское обещание Маска и готовилась начать производство в Китае, что было невероятным достижением. По скорости строительства китайский завод переплюнул опыт Tesla в Неваде. Следить за прогрессом можно было по видео из социальных сетей. В январе там виднелись лишь грязное поле, несколько кранов, контейнеры и металлоконструкции. К августу, когда Маск приехал в Китай, появились контуры гигантского завода. А в октябре правительство дало добро на начало производства автомобилей.

Сперва запустили опытное производство. Tesla опубликовала фотографии новенького оборудования. Рабочие в синих кепках Tesla и стильной униформе трудились над голубой Model 3, которая стояла в конце сборочной линии. После раздутой шумихи при запуске в 2017 году легко было отмахнуться от этих фотографий, как от рекламы. Тем не менее они успокоили инвесторов. А вот «коротким» продавцам пришлось несладко. Согласно оценкам, с июня они потеряли на Tesla более 3 миллиардов долларов. И это еще не конец.

В последние дни декабря Tesla начала поставки Model 3 китайского производства – в первую очередь своим сотрудникам. Один из работников воспользовался этой возможностью, чтобы сделать предложение своей возлюбленной прямо на заводе. Но самый большой праздник был еще впереди, поскольку акции компании продолжали расти, закрепляя за Tesla статус третьего по стоимости автопроизводителя в мире после Volkswagen и Toyota – потрясающий подъем!

Через несколько дней после этого знаменательного события (когда в Китае начиналась потрясшая мир эпидемия) Маск прилетел на завод в Шанхае, чтобы отпраздновать официальное начало производства. С этого момента автомобили будут поставляться не только сотрудникам. Маск торжествовал на специально сооруженной сцене перед сотнями клиентов и работников. Tesla пересекла финишную черту. Компания произвела не только автомобиль, которого ждали потребители и о котором конкуренты могли лишь мечтать, но и средства для его выпуска в невиданных ранее масштабах. Сейчас Маск праздновал то, что еще годом ранее казалось несбыточной фантазией – если не бредом.

Но с тех пор как в 2004 году Мартин Эберхард объявился на пороге Маска, бредом казался абсолютно каждый шаг развития Tesla. 11 лет назад, почти в тот же день, Маск едва впервые не потерял компанию, когда поставил все, включая личные средства, на собственное видение того, как будут выглядеть Roadster и Model S. Каждый новый успех укреплял его веру в то, что он способен на большее.

Конечно, нельзя уверенно утверждать, что и в будущем Tesla ждет успех. Впрочем, ни один автопроизводитель не может этого гарантировать. Учитывая, какой капризной может быть эта отрасль, даже компании, которые существуют на рынке более ста лет, могут не выдержать напора. Путь Tesla к счастливому будущему усеян останками конкурентов. И рядом с дальнейшим успехом всегда будет стоять знак вопроса.

Компания произвела не только автомобиль, которого ждали потребители и о котором конкуренты могли лишь мечтать, но и средства для его выпуска в невиданных ранее масштабах. Сейчас Маск праздновал то, что еще годом ранее казалось несбыточной фантазией – если не бредом.

Но сегодня, представ перед публикой в качестве генерального директора производителя электромобилей с мировым именем (теперь официально), Маск чувствовал, что одержал победу. Ему удалось создать массовый автомобиль на зависть автомобильной промышленности, которую он стремился перевернуть. Конкуренты плелись в хвосте, пытаясь догнать Tesla.

Когда из колонок загремела музыка, Маск сбросил с себя пиджак и с улыбкой во все лицо неловко исполнил победный танец.

«Если нам удалось совершить такое, – сказал он, переводя дух, минуту спустя, – кто знает, что будет дальше».

Эпилог

«Вся паника вокруг коронавируса – глупость», – написал Маск в своем твите от 6 марта. В тот же день Apple, в числе многих технологических гигантов, призвала своих сотрудников оставаться дома, чтобы замедлить распространение нового вируса.

Начавшаяся в 2020 году пандемия могла испортить счастливый для Tesla момент. Всего за несколько недель до этого Маск праздновал на шанхайском заводе запуск производства Model 3, бросая вызов скептикам, считавшим, что компания не сможет добиться такого результата всего за год. Через два дня после его выступления Всемирная организация здравоохранения объявила о загадочном, похожем на пневмонию заболевании, обнаруженном в Ухане – крупном китайском городе, расположенном более чем в восьмистах километрах к западу от завода. Впоследствии эта инфекция станет известна миру как COVID-19. Многие люди отнеслись к новой угрозе как к чему-то далекому, а кто-то и вовсе не обратил на нее внимание.

У акционеров Tesla были все основания присоединиться к празднованию Маска, так как стоимость акций компании продолжала бить все рекорды. Неожиданный успех в Китае, не говоря уже о двух прибыльных кварталах подряд, помогли Маску возобновить доверие к его словам. В конце января он сообщил, что кроссовер Model Y начнет выпускаться не осенью 2020 года, как было объявлено ранее, а в ближайшие недели. Запустив два сборочных завода и строя третий в Германии, Tesla заявила, что в 2020 году перешагнет рубеж в 500 тысяч автомобилей, что на 36 % больше по сравнению с 2019 годом.

Tesla продолжала писать свою историю успеха, а акции компании продолжали расти – цена компании превысила 100 миллиардов долларов и обогнала Volkswagen AG, став вторым по стоимости автопроизводителем в мире, уступая лишь Toyota Motor Corp. Это приблизило Маска к получению первой из двенадцати выплат по его компенсационному плану – амбициозной программе, которая ставила целью повышение рыночной стоимости компании до 650 миллиардов долларов. Многие полагали, что в ближайшее время такого роста не случится. Несмотря на несколько прибыльных кварталов, с момента основания Tesla ни разу не выходила в плюс по итогам за весь год. Однако в 2020 году это могло измениться.

Его следующая безумная цель – стать крупнейшим в мире автопроизводителем по объему поставок. К 2030 году Маск хочет выйти на уровень 20 миллионов автомобилей в год – примерно в два раза больше, чем показатели лидера продаж Volkswagen за 2019 год.

«Если Tesla окажется прибыльной, то исчезнет одно из главных опасений ведущих автопроизводителей, которое удерживало их от активной работы над электромобилями», – отметил Адам Джонас, аналитик с Уолл-стрит, чей давний оптимизм подвергся испытанию годом ранее. Во время телефонной конференции с Джимом Хакеттом, генеральным директором Ford (уже вторым с тех пор, как Tesla обогнала их по рыночной стоимости в 2017 году), Джонас задал вопрос о подъеме Tesla. «Это своего рода исторический день, потому что стоимость Tesla теперь более чем в 5 раз выше Ford, – сказал он. – Что это означает для вас? О чем сигнализирует рынок?» В итоге ответ Хакетта не имел большого значения – через несколько недель он объявил об отставке. Ford, General Motors и другие автопроизводители стали еще больше отставать в сознании инвесторов, делающих ставку на будущее автомобилей. Маск добился своего – убедил мир в том, что автомобиль должен быть электрическим, даже если на самом деле потребитель еще не готов массово покупать электромобили. Казалось, прогресс был на его стороне.

Каждая хорошая новость подкидывала дров в костер Tesla. В течение трех месяцев после объявления о неожиданной прибыли за третий квартал акции удвоились в цене. Через месяц после того, как Маск танцевал на сцене в Шанхае, акции снова удвоились. Котировки продолжали расти и после объявления прибыли за четвертый квартал. Инвесторы делали ставку не просто на электрическое будущее автомобилей, а на то, что именно Tesla станет в этом новом мире ведущим игроком.

Возможно, инвесторы даже слишком сильно полагались на Tesla. Брайан Джонсон, аналитик Barclays, предупредил: ценообразование сигнализирует о том, что рынок считает Tesla «единственным победителем», добавив, что это напоминает технологический бум 1990-х годов, на волне которого поднялись Мартин Эберхард, Марк Тарпеннинг и многие другие.

Несмотря на два хороших квартала, Tesla все еще страдала от фундаментальной слабости, которая преследовала ее с самого основания, – потребности в денежных средствах для поддержания амбиций Маска. Он неоднократно показывал, что в нужный момент может использовать энтузиазм инвесторов. Но неизменно оставался вопрос: «Что будет, когда музыка прекратится?» В автомобильной промышленности бурный рост всегда чередовался с падениями, и это подкосило многие автокомпании. Экономический кризис едва не погубил Tesla в самом начале ее существования, когда у компании внезапно закончились деньги. Тогда Маск с трудом нашел способ удержаться на плаву. В ближайшие недели ему предстоит еще одно испытание, которое определит, стала ли Tesla настоящей автомобильной компанией или карточным домиком.

В начале 2020 года Tesla была готова начать производство кроссовера Model Y – во многом благодаря Дагу Филду, который курировал разработку новых автомобилей до ухода в 2018 году из-за проблем на заводе во Фримонте. Подобно тому, как Tesla планировала создать седан Model S и внедорожник Model X на базе одного и того же автомобиля, Model Y использовала общие разработки с Model 3. Во избежание тех сложностей и затрат, которые обернулись для Model X катастрофой, Филд старался держать разработку кроссовера подальше от Маска, который и без того варился в производственном аду. Когда вопрос о Model Y все же возникал, Маск демонстрировал свою инженерную фантазию, например утверждая, что руль не нужен, так как машина будет полностью самоуправляемой.

Tesla продолжала писать свою историю успеха, а акции компании продолжали расти – цена компании превысила 100 миллиардов долларов и обогнала Volkswagen AG, став вторым по стоимости автопроизводителем в мире, уступая лишь Toyota Motor Corp.

Однако к тому времени, когда у Маска дошли руки до Model Y, команда Филда (или то, что от нее осталось) уже представила ему готовый автомобиль с бантиком на крыше. Переняв от Model 3 около 70 % деталей, машина идеально дополняла популярный седан. Любители точности скорее назвали бы этот автомобиль фастбэком, чем настоящим внедорожником. Он был на 10 % больше Model 3, водитель сидел на несколько сантиметров выше, задняя часть был более выпуклой, чтобы уместить двери багажника. Однако это была все та же Tesla, с элегантным интерьером, большим центральным экраном и быстрым разгоном.

Выпуск Model Y стал важным шагом Tesla на пути к массовому автомобилю, нацелившись на любителей кроссоверов, построенных на легковой платформе, а не грузовой, чтобы добиться более плавного хода, сохранив все преимущества внедорожника – высокую посадку водителя и просторный салон. Это один из самых быстрорастущих сегментов автомобилей, особенно в Китае, где примерно каждый пятый проданный автомобиль – кроссовер. Маск считал, что продажи Model Y даже превзойдут Model 3.

Но с началом февраля светлое будущее Tesla затуманилось в один миг. Когда 5 февраля из Китая пришло известие о том, что производство Model 3 будет отложено из-за COVID-19, акции компании упали на 17 %, что стало одним из худших дней в ее истории. Ажиотаж вокруг Tesla в Китае вызвал реактивный рост стоимости компании, но теперь появилось беспокойство, что новый вирус, который, по уверениям ученых, был смертельно опасным и весьма заразным, приведет экономику страны в упадок.

Пока инвесторы переваривали эту новость, становилось все более очевидным, что COVID-19 представляет угрозу не только для Китая и Азии, как это было со вспышкой атипичной пневмонии почти двадцать лет назад. В Калифорнии, родном штате Tesla, местные власти проявляли все большее беспокойство. В округе Санта-Клара, где находится штаб-квартира компании, уже выявили несколько случаев заболевания.

13 февраля компания неожиданно объявила о том, что привлечет два миллиарда долларов путем продажи акций для укрепления своего баланса. Неужели Маск усвоил урок из неудач 2007 и 2008 годов о том, что неплохо иметь запас на черный день?

Примерно месяц спустя, через несколько дней после того, как президент Дональд Трамп запретил поездки в Европу, а НБА прервала сезон, чтобы остановить распространение вируса, местные власти в районе залива издали указ о самоизоляции, приказав жителям оставаться дома и закрыв «второстепенные» предприятия. Этот термин впоследствии вызовет много споров. Тем не менее, несмотря на панику, в тот день компания Tesla начала поставки первых Model Y с завода во Фримонте.

Невзирая на требования местных властей, Маск был решительно настроен продолжать работу. Поздно вечером того же дня он отправил сотрудникам Tesla дерзкое электронное письмо: «Лично я буду на работе, но это касается только меня, – сообщал он. – Ничего страшного, если вы по какой-то причине решите остаться дома». Завод во Фримонте продолжал работать, даже когда на следующий день окружной шериф публично заявил, что Tesla должна остановить производство.

Ажиотаж вокруг Tesla в Китае вызвал реактивный рост стоимости компании, но теперь появилось беспокойство, что новый вирус, который, по уверениям ученых, был смертельно опасным и весьма заразным, приведет экономику страны в упадок.

К концу недели, когда подобные остановки распространились по всем Соединенным Штатам, Маск смирился, объявив о временном прекращении производства и заверив общественность, что у компании достаточно денежных средств, чтобы переждать бурю. К тому времени губернатор Калифорнии Гэвин Ньюсом предупредил, что если не предпринять активных действий, то 56 % жителей самого густонаселенного штата страны могут быть инфицированы в течение восьми недель.

Учитывая обстоятельства, оказалось, что для Tesla все не так ужасно. Завод в Китае вскоре возобновил работу, а Фримонт остановился в конце квартала, когда большая часть выпущенных автомобилей была готова к поставке.

Более того, некоторые из тех безумных и часто случайных решений, которые Маск принимал в тяжелые периоды 2018 года, внезапно оказались провидческими. Его попытка удаленно продавать автомобили с доставкой на дом принесла плоды, когда пришлось закрыть автосалоны. В этом квартале глобальные поставки Tesla выросли на 40 %, может и не оправдав ожиданий аналитиков, но все же намного опередив конкурентов.

В Китае, где в первом квартале 2020 года продажи в целом по отрасли упали на 42 %, продажи Tesla выросли на 63 %, и этот рост будет продолжаться, если Tesla сможет поддерживать работу китайского завода. Правительству, похоже, очень этого хотелось – сотням рабочим предоставили общежития и транспорт, а также 10 000 масок, термометры и дезинфицирующие средства. Все это позволило Tesla возобновить производство в Шанхае в первый рабочий день после продолжительных новогодних праздников по лунному календарю. Китайские СМИ положительно оценили эти усилия, показав кадры сборки Model 3 местного производства.

Решение Маска о строительстве завода в Шанхае оказалось весьма разумным. Благодаря этому у Tesla появился запасной вариант на случай, если единственный американский завод остановится на несколько месяцев. Привыкший действовать быстро, Маск урезал зарплату штатным работникам и отправил в неоплачиваемый отпуск сотрудников, которые не могли работать удаленно. Также Tesla просила собственников своих складов о снижении арендной платы.

Но даже с этими мерами длительная остановка производства вряд ли будет приятной. С последнего привлечения финансирования на конец марта у Tesla на счетах оставалось 8,1 миллиарда долларов. Джонас, аналитик с Уолл-стрит, подсчитал, что компания будет терять около 800 миллионов долларов в месяц, если не будет работать в обычном режиме. Маск надеялся возобновить работу 4 мая – на следующий день после отмены распоряжения местных властей о приостановке производства. Но как только этот день наступил, правительство штата, все еще обеспокоенное угрозой вируса, продлило срок закрытия.

Неудивительно, что Маск, несмотря на довольно оптимистичные результаты продаж, сорвался на заботливых чиновников, которые держат его завод во Фримонте на замке. «Если кто-то хочет оставаться дома, это замечательно. Люди должны иметь такую возможность, и никто не вправе заставлять их выходить на работу, – сказал Маск в конце апреля во время публичного разговора с аналитиками. – Но говорить, что нельзя покидать свой дом и что за это их арестуют – это фашизм. Это не демократично. Это нельзя назвать свободой. Верните людям их чертову свободу!»

Маск продавал свое видение будущего. Он поставил все на то, что остальные люди поддержат его идеи, если дать им шанс. Теперь своими деньгами, словами и верой они говорили Маску, что готовы действовать вместе с ним.

За кулисами он готовил своих людей к возобновлению работы – независимо от того, получат ли они разрешение местных властей или нет. Примерно через неделю он сообщил рабочим, что они должны вернуться на завод, несмотря на то что правительство продолжало настаивать на изоляции. Но в Мичигане автозаводам уже разрешили возобновить работу, и осторожность калифорнийских властей может поставить Tesla в невыгодное положение по сравнению с конкурентами. «За последнюю неделю мы получили несколько жалоб на то, что Tesla фактически нарушает распоряжение округа Аламида о санитарных мерах, приказав сотрудникам вернуться на работу для возобновления производства», – сообщила местная полиция в электронном письме в компанию от 8 мая.

На следующее утро, в субботу, Маск начал войну на два фронта: в Твиттере и в суде. Он объявил, что подает иск против местных властей, и назвал окружного санитарного инспектора «неуполномоченным невеждой». «Честно говоря, это последняя капля, – продолжил он. – Tesla немедленно перенесет свою штаб-квартиру и будущие проекты в Техас или Неваду. Если мы вообще сохраним производственную деятельность во Фримонте, это будет зависеть от того, как станут к Tesla относиться в будущем. Мы – последний автопроизводитель, оставшийся в Калифорнии».

У рабочих на этот счет были смешанные чувства. Сотрудники хотели, чтобы компания, ради которой они жертвовали столь многим, пережила кризис, ведь им нужно зарабатывать на жизнь. Но также они всерьез беспокоились о своей безопасности, особенно на заводе, где благополучие работников никогда не стояло на первом месте. «Для меня важно понимать, что именно сделает компания для обеспечения нашей безопасности», – сказала одна из сотрудниц производства, которой было 20 лет. Других беспокоила необходимость наверстать упущенное за более чем месяц простоя, чтобы выполнить амбициозные планы Маска по выпуску автомобилей.

Некоторые решили, что пора увольняться. Они еще не успели забыть об изнурительной гонке последних нескольких лет по наращиванию производства Model 3. Какой новый ад их ожидает теперь? Не все хотели остаться, чтобы узнать ответ на этот вопрос.

Не обошли вниманием и тот факт, что стремительный взлет Tesla в начале года приблизил Маска к получению первой части его огромного вознаграждения в размере 50 миллиардов долларов. Чтобы разблокировать 1,69 миллиона акций, нужно удерживать рыночную стоимость Tesla в среднем на уровне 100 миллиардов долларов в течение определенного периода. Немедленно продав акции (чего он делать не собирался), Маск мог бы выручить более 700 миллионов долларов. Десятилетний план не окупится, если Tesla не достигнет рыночной стоимости в 650 миллиардов долларов. По мнению некоторых, учитывая заоблачные требования к рыночной стоимости, в нынешней ситуации Маск мог достичь разве что первой цели в 100 миллиардов.

Тем не менее после комментария о «фашизме» инвесторы, казалось, вознаградили его за неповиновение. Акции поднялись с минимума, достигнутого в феврале. Из-за дальнейших высказываний, преуменьшающих опасность COVID-19, Маск ввязался в охватившие страну растущие политические волнения. В ходе дебатов обсуждался вопрос о том, что является приоритетом: сдерживание пандемии или стимулирование экономики. В основном мнения разделились по партийному признаку. Трамп поддержал стремление Маска возобновить работу.

Некоторые решили, что пора увольняться. Они еще не успели забыть об изнурительной гонке последних нескольких лет по наращиванию производства Model 3. Какой новый ад их ожидает теперь? Не все хотели остаться, чтобы узнать ответ на этот вопрос.

Чтобы поднять ставки, Маск публично бросил вызов местным властям – мол, пусть попробуют его остановить. Он объявил в Твиттере, что производство возобновляется и сам он находится на заводе. «Я буду у конвейера вместе со всеми, – написал он в твите от 11 мая. – Если кого-то и будут арестовывать, то пусть это буду только я».

Столкнувшись с огромным давлением, местные власти дрогнули. Через несколько дней они объявили, что достигли соглашения о возобновлении работы завода, ссылаясь на протоколы безопасности, предложенные Tesla.

К тому времени уже началась гонка по выпуску как можно большего количества автомобилей в попытке наверстать упущенное. Для Tesla это была знакомая ситуация – очередной судьбоносный квартал, когда каждый день решающий. «Очень важно до конца 30 июня выложиться по полной, чтобы обеспечить хороший результат, – сказал Маск своим работникам. – Я бы не стал об этом говорить, если бы это не было так важно[57]».

Этот рывок помог. Уолл-стрит ожидала падения продаж примерно на четверть, но вместо этого Tesla добилась снижения всего на 4,9 % по сравнению с тем же кварталом прошлого года. В перевернутом мире эпохи COVID такие результаты равносильны стремительному росту. Конкурентам Tesla в этот период пришлось гораздо тяжелее. Хорошие результаты позволили получить квартальную прибыль в размере 104 миллиона долларов – четвертый квартал подряд, самый длинный плюсовой период в истории компании (большую роль в победе снова сыграла продажа квот на выбросы на сумму 428 миллионов долларов).

В довершение всего Маск объявил, что выбрал место в окрестностях Остина, штат Техас, для следующего сборочного завода Tesla – центр тяжести компании немного сместился.

Тем летом, через десять лет после выхода на биржу, акции Tesla стали расти с невероятной скоростью. Если полгода назад Маск вернул доверие, выполнив обещание открыть завод в Китае, то теперь он закрепил за собой место в истории автомобильной промышленности. Его результаты еще более впечатляли на фоне того, что остальная отрасль по-прежнему переживала закрытие заводов и падение продаж. Отчасти благодаря молодым инвесторам, застрявшим дома во время пандемии, курс акций поднялся выше 1000 долларов – компания по стоимости обогнала Toyota.

Маленькая Tesla стала самым дорогим автопроизводителем в мире.

И акции продолжали расти. Всего за несколько недель компания стала стоить столько же, сколько Toyota и Volkswagen вместе взятые. Маск достиг необходимой для получения компенсации цели – рыночная стоимость компании составила 100 миллиардов долларов. Затем он преодолел пороговые значения для еще трех выплат (и еще двух к весне 2021 года). Рыночная стоимость компании преодолела рубеж в 700 миллиардов долларов. Маск добился невозможного на несколько лет раньше прогнозируемого срока – словно Бейб Рут[58], он сделал свой коронный бросок. За 244 дня стоимость акций выросла со 100 миллиардов долларов до более чем 800 миллиардов, совершив то, на что у Apple ушло почти десятилетие. С учетом акций, которыми владел Маск до этого, за год его состояние выросло с 30 миллиардов долларов до примерно 200 миллиардов (по состоянию на начало 2021 года), обогнав основателя Amazon Джеффа Безоса, который считался самым богатым человеком в мире, согласно индексу миллиардеров Bloomberg.

Уолл-стрит ожидала падения продаж примерно на четверть, но вместо этого Tesla добилась снижения всего на 4,9 % по сравнению с тем же кварталом прошлого года. В перевернутом мире эпохи COVID такие результаты равносильны стремительному росту.

Ажиотаж (а кто-то сказал бы – психоз) распространился и на смежные компании. В последующие месяцы на биржу вышли несколько стартапов. Среди них и Lucid Motors, генеральным директором которой был Питер Роулинсон. Покинув Tesla в 2012 году, бывший руководитель разработки Model S работал над тем, что можно считать следующим поколением роскошного седана. Компанию основал Берни Тсе, также связанный с Tesla – бывший член совета директоров ушел после того, как Маск задавил его идею создать подразделение по производству батарей.

Бум электромобилей оживил аналогичный проект в Apple, куда вернулся Даг Филд после ухода из Tesla в 2018 году. Бывший руководитель инженерного отдела помогал производителю iPhone управлять секретной автомобильной разработкой.

Джей Би Страубел, эксперт по батареям, тоже не остался без внимания – в его новый стартап вложился Amazon. Компания Страубела Redwood Materials занимается переработкой электромобильных батарей для повторного использования. Он придумал эту идею, пытаясь сократить количество отходов на Гигафабрике весной 2018 года. Состояние, заработанное в Tesla, позволило инженеру воплотить в жизнь и другие идеи. Акции Tesla, которыми он владел на момент ухода из компании, в начале 2021 года стоили бы более миллиарда долларов – если бы он сохранил их все.

Даже Мартин Эберхард наблюдал за успехом Tesla с чувством сопричастности. Хотя после ссоры с Маском Эберхард сказал The New York Times, что планирует продать все свои акции, он признался, что на самом деле придержал несколько активов.

«Я самый давний акционер Tesla в мире», – сказал он с чувством гордости. У него до сих пор есть его оригинальный Roadster и номерной знак «Мистер Tesla».

Маск всегда говорил, что его деньги в основном сосредоточены в Tesla и Space X. Несмотря на резкий рост стоимости этих инвестиций, в конце 2019 года судебные документы пролили свет на его личные финансы, показав, что в то время он был беден. Он продолжал жить за счет кредитов, привязанных к его акциям. По словам Маска, он планирует продать свои акции Tesla, чтобы оплатить программу колонизации Марса, не говоря уже о благотворительности на Земле – он всерьез собирается этим заняться, выйдя на пенсию в возрасте около 60 лет. Правда, трудно представить, что когда-нибудь Маск действительно сможет отказаться от контроля над Tesla.

К концу 2020 года вера Маска в судебную систему укрепилась еще больше – Мартин Трипп, бывший работник Гигафабрики, который в 2018 году заявил, что является корпоративным информатором[59], согласился урегулировать судебную тяжбу с Tesla. В рамках сделки Трипп признал утверждения Tesla о том, что разгласил конфиденциальные данные компании, и выплатил 400 тысяч долларов. Однако, возможно, еще большее удовлетворение Маск испытал, когда в ходе судебного разбирательства выяснилось, что часть судебной тяжбы Триппа финансировал продавец «коротких» акций – новость вызвала множество негативных заголовков в прессе. Пусть это был и не Джим Чанос, которого Маск давно винил в неудачах компании, но в какой-то мере подозрения подтвердились – темные силы преследовали его.

Маленькая Tesla стала самым дорогим автопроизводителем в мире.

На фоне критики в адрес миллиардера, заставляющего рабочих возвращаться на опасную работу во время пандемии, Маск объявил о продаже всех своих домов. «Это личный выбор, и я не стану призывать остальных поступить так же. Если кто-то хочет купить или построить великолепный дом, который сделает его счастливым, – это совершенно нормально, – сказал Маск. – Я просто пытаюсь сделать свою жизнь как можно проще, поэтому буду хранить только те вещи, которые имеют для меня духовную ценность». После этого он в основном жил рядом с космодромом SpaceX в местечке Бока-Чика на юге Техаса и курсировал между Берлином и Остином, проверяя ход работ на заводах, которые собирался открыть в том же году.

Его планы в отношении Tesla столь же амбициозны, как и прежде. Следующая модель компании, пикап Cybertruck, имеет много характерных черт, которые нравятся в автомобилях самому Маску: антиутопический внешний вид, предположительно пуленепробиваемая сталь и ударопрочные стекла – вероятно, будет трудно реализовать их в промышленных масштабах.

Стоимость батарей оставалась самой большой проблемой для Маска, который признал, что планы по производству аккумуляторных элементов могут привести к задержкам. Как обычно, в 2020 году он пообещал инвесторам, что проект Roadrunner позволит снизить затраты вдвое за счет усовершенствования производства и обновления химического состава батарей.

Его следующая безумная цель – стать крупнейшим в мире автопроизводителем по объему поставок. К 2030 году Маск хочет выйти на уровень 20 миллионов автомобилей в год – примерно в два раза больше, чем показатели лидера продаж Volkswagen за 2019 год. «Одна из вещей, которая беспокоит меня больше всего – у нас по-прежнему нет поистине доступного автомобиля, разработкой которого мы и займемся в будущем, – сказал Маск. – А для этого нужно снизить стоимость батарей». Он все еще хочет сделать электромобиль для каждого. Теперь, вместо стоимости в 35 тысяч, компания стремится к цене 25 тысяч долларов. Может, когда-нибудь это случится.

Для Tesla практический эффект от эйфории вокруг цен на ее акции заключался в том, чтобы вновь с легкостью получать деньги от инвесторов. Tesla провела дробление акций 5 к 1, чтобы мелким акционерам было легче их приобрести, а также выпустила миллионы новых акций, чтобы собрать 19,4 миллиарда долларов – примерно в три раза больше, чем компания потеряла за 16 лет работы над созданием Roadster, Model S и Model 3. Денежный запас позволит Маску и дальше финансировать свои дорогостоящие амбиции. Это породило благоприятный цикл: вера инвесторов в потенциал для роста Tesla позволяла легко привлекать деньги, которые способствовали дальнейшему развитию компании.

Критики Маска не нашли покоя, продолжая указывать на слабые стороны Tesla: доходы от продажи квот на выбросы, неустойчивое качество продукции, конечный спрос на автомобили, недостигнутые цели, чрезмерные обещания автопилота, вызовы постоянно растущей клиентской базы. Став самым дорогим автопроизводителем в мире, Tesla оказалась под пристальным вниманием общества. Погоня за титулом лидера продаж в последние годы заводила в тупик многих автопроизводителей. Один неприятный отзыв правительства может нанести сокрушительный удар. Одна неудачная презентация может вывести вперед давнего конкурента. Tesla всегда слишком зависела от сильного лидера, которого может не стать в один момент. Критики утверждали, что когда-нибудь этот пузырь лопнет.

И акции продолжали расти. Всего за несколько недель компания стала стоить столько же, сколько Toyota и Volkswagen вместе взятые.

Такие «короткие» продавцы, как Чанос, признали решение поставить против Tesla крайне неудачным – в 2020 году они потеряли более 38 миллиардов долларов. Тем не менее продавцы по-прежнему верили, что однажды они могут оказаться правы. До сих пор акции Tesla остаются одними из самых популярных среди «коротких» продавцов. «Я никогда не встречался с Илоном Маском и никогда с ним не разговаривал, – сказал Чанос в конце 2020 года, когда акции Tesla приблизились к росту 800 % за год. – Если бы мы встретились, я бы сказал: “Хорошо работаете – во всяком случае пока”».

В начале 2021 года люди по-прежнему утверждали, что Tesla переоценена – даже когда компания отчиталась о шестом прибыльном квартале подряд (и первом полном календарном годе) и наметила рост продаж более чем 50 % в следующем году. За несколько месяцев до этого даже сам Маск признал, что компанию переоценили. Когда аналитики пытались обосновать такой подъем в цене, давний эксперт Джонас объяснил этот рост «верой в лучшее».

Идея создания Roadster была для Маска лучом надежды – он давал ей только 10 % на успех. Идущая следом Model S была попыткой Маска показать, что электромобиль может быть не хуже, а даже лучше, чем любой другой автомобиль на дороге. А Model 3 стала результатом убеждения, что если дать простым людям выбор, то они предпочтут экологичный автомобиль.

Маск продавал свое видение будущего. Он поставил все на то, что остальные люди поддержат его идеи, если дать им шанс. Теперь своими деньгами, словами и верой они говорили Маску, что готовы действовать вместе с ним.

От автора

Популярный миф гласит, что Tesla создал Илон Маск, спавший в заводском цеху. Его решительность и упрямство, безусловно, сыграли огромную роль в успехе компании, и если бы не он, то не было бы и Tesla Inc. Но путь от невероятной идеи летом 2003 года до самого дорогого в мире автоконцерна в 2020 году гораздо сложнее, чем история об упорстве одного человека. Цель этой книги – рассказать о создании Tesla. Повествование основано на сотнях интервью, взятых у бывших и нынешних сотрудников компании. Многие из них были даны на условиях анонимности: одни подписали договор о неразглашении, а другие говорили, что опасаются расправы со стороны Маска. Мотивы сотрудников были разными. Одни чувствовали обиду на Маска, а другие гордились своими достижениями и хотели, чтобы история компании наконец-то была рассказана полностью.

Не указывая на конкретные неточности, Маск просто сказал следующее: «Большинство, но не все, из того, что вы прочитаете в этой книге, – чепуха».

Хотя эта книга опирается на тысячи отчетов компании, судебные документы и видеозаписи, в ней также приводятся и воспоминания людей, которые работали в Tesla на протяжении почти двух десятилетий. Конечно, воспоминания могут быть ошибочными. Диалоги и эпизоды воссозданы со слов очевидцев и, по мере возможности, были подтверждены через другие источники. Некоторые из героев книги принимали участие в событиях, а другие упоминаются, поскольку были свидетелями происходящего.

Что касается главного героя, то у него было множество возможностей прокомментировать истории, факты и характеры, представленные на этих страницах. Не указывая на конкретные неточности, Маск просто сказал следующее: «Большинство, но не все, из того, что вы прочитаете в этой книге, – чепуха».

Благодарности

Эта книга не смогла бы появиться без людей, которые доверили мне свои истории. И я благодарен им за это. Она также опирается на работу тех, кто шел впереди – репортеров, освещавших деятельность Tesla на протяжении многих лет и проложивших тропу для меня. Эшли Вэнс написал полную биографию Илона Маска. Журналисты Дана Халл, Лора Колодни, Кирстен Коросек, Эдвард Нидермайер, Алан Онсман, Сьюзан Пуллиам, Майк Рэмси и Оуэн Томас опубликовали ряд громких историй о компании. В частности, я в долгу перед Рэмси за его советы.

В работе над книгой мне очень помогала поддержка людей, которые долгие годы были рядом со мной. Для меня большая честь делать репортажи и писать для The Wall Street Journal. Без поддержки Мэтта Мюррея, Джейми Хеллера, Джейсона Дина, Скотта Остина, Кристины Роджерс, Джона Столла и многих других сотрудников журнала я не смог бы написать эту книгу.

В начале моей карьеры редакторы Пол Ангер и Рэнди Эссекс убедили меня отказаться от освещения политики штата Айова и писать об автомобилях для Detroit Free Press. Редактор Джейми Баттерс научил меня всему, что я знаю об автомобильной промышленности – сначала в Free Press, а потом в Bloomberg News. Затем Том Джайлс, Пуй-Винг Там и Рид Стивенсон из Bloomberg посвятили меня в мир репортажей о технологиях Кремниевой долины. Благодаря сочетанию опыта работы в Детройте и Сан-Франциско, я хорошо подготовился к глубокому погружению в Tesla.

Хочу поблагодарить своего агента Эрика Люпфера за руководство и поддержку, моего редактора в издательстве Doubleday Янива Соху за терпение и чуткость, а моего фактчекера Шона Лэвери за его пристальный взгляд. Также благодарю моего давнего наставника и редактора Джона Бречера за мудрость и поддержку. Вместе с моими коллегами Сарой Фрайер, Алексом Дэвисом и Триппом Миклом мы образовали уникальное братство, поддерживая друг друга в написании своих первых книг. И наконец, в подобных проектах всегда поддерживает крепкая любовь семьи. Спасибо тебе, Карин.

Примечания

Пролог

Здесь использованы следующие источники:

Детройт – один из крупнейших промышленных центров США: Scott Corwin, Eamonn Kelly, and Joe Vitale, “The Future of Mobility,” Deloitte, September 24, 2015, https://www2.deloitte.com/us/en /insights/focus/future-of-mobility/transportation-technology.html. Kim Hill et al., “Contribution of the Automotive Industry to the Economies of All Fifty States and the United States,” Center for Automotive Research (January 2015).

В среднем автомобиль: Средняя операционная прибыль американских автопроизводителей в Северной Америке в 2018 году, согласно исследованию Брайана Джонсона из Barclays.

“Либо они станут”: Stephen Lacey, “Tesla Motors Raises More Than $1 Billion from Debt Equity,” Reuters, May 17, 2013.

Крупнейшие мировые автопроизводители: William Boston, “Start Your Engines: The Second Wave of Luxury Electric Cars,” Wall Street Journal, June 22, 2018, https://www.wsj.com/articles/start-your-engines-the-second-wave-of-luxury-electric-cars-1529675976.

Если бы инвесторы оценивали Tesla: Philip van Doorn, “Tesla’s Success Underscores the Tremendous Bargain of GM’s shares,” MarketWatch (Oct. 28, 2018), https://www.marketwatch.com/story/teslas-success-underscores-the-tremendous-bargain-of-gms-shares-2018-10-25.

Глава 1

Здесь использованы следующие источники:

Литий-ионные элементы: Sam Jaffe, “The Lithium Ion Inflection Point,” Battery Power Online (2013), http://www.batterypoweronline.com./articles/the – lithium-ion-inflection-point/.

Rosen Motors потратила: Larry Armstrong, “An Electric Car That Hardly Needs Batteries,” Bloomberg News, Sept. 23, 1996, https://www.bloomberg.com/articles/1996-09-22/an-electric-car-that-hardly-needs-batteries.

“В крупной отрасли”: Karen Kaplan, “Rosen Motors Folds After Engine’s ‘50 %’ Success,” Los Angeles Times, Nov. 19, 1997. 7 The result: Chris Dixon, “Lots of Zoom, with Batteries,” New York Times, Sept. 19, 2003.

“Если вы любите космос”: Video posted by Stanford University from Entrepreneurial Thought Leader series (Oct. 8, 2003), https://ecorner.stanford.edu /videos/career-development/. 9 It didn’t align: YouTube video posted by shazmosushi on July 12, 2013: https://youtu.be/afZTrfvB2AQ.

Глава 2

Здесь использованы следующие источники:

В 2000 году: Michael Kozlowski, “The Tale of Rocketbook – the Very First E-Reader,” Good E-Reader (Dec. 2, 2018), https://goodereader.com /blog/electronic-readers/the-tale-of-rocketbook-the-very-first-e-reader.

“Глупо полагать”: Author interview with Martin Eberhard.

Батарейный блок EV1: Data for average sedan weight pulled from U.S. Environmental Protection Agency’s Automotive Trends Data. https://www.epa.gov/automotive-trends/explore-automotive-trends-data.

Он согласился заплатить 100 тысяч долларов: Подробная информация содержится в судебных документах Калифорнии, изученных автором.

Был у жены Генри Форда: Douglas Brinkley, Wheels for the World (New York: Viking Adult, 2003).

Электромобиль, который мог стоить: Michael Shnayerson, The Car That Could (New York: Random House, 1996).

“Чувство, как будто едешь на первой передаче”: Ian Wright, “Useable Performance: A Driver’s Reflections on Driving an Electric Sportscar,” business document created by Tesla Motors (Feb. 11, 2004).

“У него деньги найдутся”: интервью автора.

Маск предложил переоборудовать: электронные письма, изученные автором.

Они подсчитали: Review of Tesla Motor Inc.’s “Confidential Business Plan,” dated Feb. 19, 2004.

“Убедите меня”: Интервью автора с людьми, знакомыми с ходом переговоров.

Инвестор был смещен: Jeffrey M. O’Brien, “The PayPal Mafia,” Fortune (Nov. 13, 2007), https://fortune.com/2007/11/13/paypal-mafia/.

Глава 3

Здесь использованы следующие источники:

Если двигатели EV1: Author interviews with early Tesla employees.

He’d later learn: Author interviews with multiple former Tesla employees familiar with the matter.

Позже он узнал: Автор взял интервью у нескольких бывших сотрудников Tesla, знакомых с этим вопросом.

В 2004 и 2005 годах: Damon Darlin, “Apple Recalls 1.8 Million Laptop Batteries,” New York Times (Aug. 24, 2006), https://www.nytimes.com/2006 /08/24/technology/23cnd-apple.html.

Когда компания LG Chem поняла: Автор взял интервью у нескольких бывших сотрудников Tesla, знакомых с этим вопросом.

“Слушайте, разбег примерно”: Автор взял интервью у нескольких бывших сотрудников Tesla.

Глава 4

Здесь использованы следующие источники:

“Он не из тех”: Justine Musk, “I Was a Starter Wife,” Marie Claire (Sept. 10, 2010), https://www.marieclaire.com/sex-love/a5380/millionaire-starter-wife/.

Он говорил о своих мечтах: Video of CNN interview posted on YouTube by misc.video on Nov. 17, 2017, https://youtu.be/x3tlVE_QXm4.

“В этих отношениях главным буду я”: Justine Musk, “I Was a Starter Wife.”

Эберхард искал: интервью автора.

После Второй мировой войны: Stewart Macaulay, Law and the Balance of Power: The Automobile Manufacturers and Their Dealers (Russell Sage Foundation, Dec. 1966).

Маск настаивал на продаже: Интервью автора с людьми, участвовавшими в дискуссиях.

“Мартин был настроен враждебно”: Интервью автора с лицом, участвующим в комплексной проверке.

Маск заявил, что у них: Подробности переговоров из интервью авторов и интервью Маска Pando Daily, опубликованное на YouTube 16 июля 2012 года, https://youtu.be/NIsYT1rqW5w.

Глава 5

Здесь использованы следующие источники:

“Илон – идеальный инвестор”: Интервью автора и информация об отношениях взята из электронных писем между мужчинами, просмотренных автором.

“И на кой хрен”: Michael V. Copeland, “Tesla’s Wild Ride,” Fortune (July 21, 2008), https://fortune.com/2008/07/21/tesla-elon-musk-electric-car-motors/.

Он предложил назвать неточную цифру: Подробности взяты из электронных писем между мужчинами, просмотренных автором.

Маск уволил их: Michael V. Copeland, “Tesla’s Wild Ride.”

Среди гостей были: Sebastian Blanco, “Tesla Roadster Unveiling in Santa Monica,” Autoblog (July 20, 2006), https://www.autoblog.com/2006/07 /20/tesla-roadster-unveiling-in-santa-monica/.

Толпа выстроилась в очередь: Описание события взято из видео, размещенного AP Archives на YouTube, https://youtu.be/40pZmDdKqt0.

Джо Фрэнсис, создатель: Интервью автора с первыми сотрудниками компании Tesla.

Это был первый признак: Информация взята из интервью и записей, включая электронную переписку между сторонами, изученную автором.

“Для меня важно услышать”: Цитаты и подробности взяты из переписки между мужчинами, проверенной автором.

Маск также хотел установить специальные фары: Michael V. Copeland, “Tesla’s Wild Ride.”

“Уверен, вы можете”: Письма, просмотренные автором, содержат информацию о разговоре и подробности презентации.

“Есть несколько”: Электронное письмо, просмотренное автором.

“Многие считают”: Электронное письмо, просмотренное автором.

Глава 6

Здесь использованы следующие источники:

Он родился в Детройте: Lynne Marek, “Valor Equity Takes SpaceX Approach to Investing,” Crain’s Chicago Business (May 14, 2016), https://www.chicago business.com/article/20160514/ISSUE01/305149992/valor-equity-takes – spacex-approach-to-visionary-investments.

Фирма собрала 270 тысяч долларов, плюс 130 тысяч долларов: Antonio Gracias, Hispanic Scholarship Fund bio, https://www.hsf.net/stories-detail?storyId=101721718.

“Такого я никогда не видел”: Интервью автора.

Это позволило им привлечь: Antonio Gracias, Hispanic Scholarship Fund bio.

Когда Маск впервые побывал: Автор взял интервью у руководителей компании Tesla в то время.

“Много раз я слышал”: Переписка по электронной почте проверена автором.

“Если это правда”: Michael V. Copeland, “Tesla’s Wild Ride,” Fortune, July 21, 2008, https://fortune.com/2008/07/21/tesla-elon-musk-electric-car-motors.

Он подсчитал, что стоимость: Tim Watkins’s declaration filed with California court on June 29, 2009.

“Мартин, похоже, больше сосредоточен”: Электронное письмо, просмотренное автором.

“В компании, как вы знаете, много проблем”: Электронное письмо, просмотренное автором.

Глава 7

Здесь использованы следующие источники:

“Я этой компании я заметил”: Интервью с сотрудниками компании Tesla в то время.

“у нас тоже есть проблемы”: Интервью автора с людьми, сидевшими за столом в тот день.

“Идея меня потрясла”: Keith Naughton, “Bob Lutz: The Man Who Revived the Electric Car,” Newsweek (Dec. 22, 2007), https://www.newsweek.com /bob-lutz-man-who-revived-electric-car-94987.

Некоторые сотрудники Tesla стали называть: Интервью автора с людьми, работающими над проектом.

Анонимные источники сообщили: Josée Valcourt and Neal E. Boudette, “Star Engineer Quits Chrysler Job,” Wall Street Journal (March 26, 2008), https://www.wsj.com/articles/SB120647538463363161.

Новому руководителю был предоставлен: Donoughe Offer Letter (June 4, 2008), filed with the SEC.

Страубел разобрал автомобиль: Интервью автора с несколькими сотрудниками компании Tesla в то время.

По сути, единственными деталями: Details of differences between the Elise and the Roadster come from a blog posting made by Darryl Siry, “Mythbusters Part 2: The Tesla Roadster Is Not a Converted Lotus Elise,” Tesla.com (March 3, 2008), https://www.tesla.com/blog/mythbusters-part-2-tesla – roadster-not-converted-lotus-elise.

Келли отправил письмо: Author interview with Kelley; Poorinma Gupta and Keven Krolicki, “Special Report: Is Tesla the Future or the New Government Motors?” Reuters (June 28, 2010), https://www.reuters.com/article/us-tesla – special-reports-idINTRE65R5EI20100628.

Там они лично демонтировали: Интервью автора с людьми, участвовавшими в этой работе.

Большой седан Mercedes CLS: Интервью автора с людьми, работавшими над проектом.

Глава 8

Здесь использованы следующие источники:

“У его отца была Британская энциклопедия”: Sissi Cao, “At 71, Elon Musk’s Model Mom, Maye Musk, Is at Her Peak as a Style Icon,” Observer (Jan. 7, 2020), https://observer.com/2020/01/elon-musk-mother-maye-model-dietician – interview-book-women-self-help/.

Спустя годы руководители: Интервью автора с работниками компании Tesla того времени.

“Как бы то ни было, я буду оказывать”: Kim Reynolds, “2008 Tesla Roadster First Drive,” Motor Trend (Jan. 23, 2008), https://www.motortrend.com/cars /tesla/roadster/2008/2008-tesla-roadster/.

“Я очень хотел этот автомобиль”: Интервью автора.

86 “Хочу выразиться предельно ясно”: Jennifer Kho, “First Tesla Production Roadster Arrives,” Green Tech Media (Feb. 1, 2008), https://www.greentechmedia.com/articles/read/first-tesla-production-roadster-arrives-546.

Редактор журнала Motor Trend: Kim Reynolds, “2008 Tesla Roadster First Drive.”

Майкл Бэлзари, более известный: Michael Balzary, “Handing Over the Keys IV,” Tesla blog (Nov. 6, 2007), https://www.tesla.com/blog/handing-over – keys-iv-michael-flea-balzary.

Лено изумился: Description taken from video posted April 19, 2020, by Jay Leno’s Garage on YouTube. https://youtu.be/jjZf9sgdDKc.

Дорога оказалась нелегкой: Интервью автора с людьми, имеющими отношение к плану финансирования.

Маск пожаловался: Интервью автора с людьми, имеющими отношение к плану финансирования.

“Либо мы поступим так”: Интервью автора с работниками компании Tesla того времени.

Маск, пытаясь самостоятельно управлять новостной повесткой: Elon Musk, “Extraordinary times require focus,” company blog (Oct. 15, 2008).

“Я уговорил своего близкого друга”: Owen Thomas, “Tesla Motors Has $9 Million in the Bank, May Not Deliver Cars,” Valleywag (Oct. 30, 2008), https://gawker.com/5071621/tesla-motors-has-9-million-in-the-bank-may – not-deliver-cars.

“Последний месяц был”: Owen Thomas, “The Martyr of Tesla Motors,” Valleywag (Nov. 4, 2008), https://gawker.com/5075487/the-martyr-of-tesla – motors.

Однажды сотрудники подслушали: Интервью автора с работниками компании Tesla того времени.

Tesla строит автомобиль: Интервью автора с работниками компании Tesla того времени.

“Да, я понимаю”: Интервью автора с работниками Tesla, которые были свидетелями усилий Маска.

Вернувшись в Лос-Анджелес: Случай, рассказанный Джейсоном Калаканисом во время подкаста, который вела Алисон Шонтелл из Business Insider (Aug. 3, 2017), https://play.acast.com /s/howididit/investorjasoncalacanis-howiwasbroke-thenrich-thenbroke – andnowhave-100million.

Были и другие: Там же.

“Илон, автомобиль должен быть”: Там же.

Когда средств для выплаты зарплат: Ashlee Vance, Elon Musk: Tesla, SpaceX, and the Quest for a Fantastic Future (New York: HarperCollins, 2015), 157.

Маск подозревал, что задержка: Там же.

Дать Tesla необходимую ей жизненную силу: Там же.

Поэтому Маск: Chuck Squatriglia, “Tesla Raises Prices to ‘Guarantee Viability,’ ” Wired (Jan. 20, 2009).

Миллиардер Ларри Эллисон: Author interview with Tesla workers at the time.

“Нам кажется, что нет смысла тратить”: Tom Saxton’s Blog (Jan. 15, 2009), https://saxton.org/tom_saxton/2009/01/.

“Не могу описать”: расшифровка съемок фильма Revenge of the Electric Car, 2011.

“Надеюсь, вам понравится то, что вы увидите”: Описание события из видео, размещенного Сивалом Теокалом 30 июня 2015 года, https://youtu.be/ZV8wOQsKV8Y.

Глава 9

Здесь использованы следующие источники:

И вот после нескольких месяцев: Kate Linebaugh, “Tesla Motors to Supply Batteries for Daimler’s Electric Mini Car,” Wall Street Journal (Jan. 13, 2009), https:// www.wsj.com/articles/SB123187253507878007.

“У меня нет денег”: Эта история взята из интервью автора с Питером Роулинсоном, а некоторые детали подтверждены другими интервью с работниками Tesla того времени.

Они утверждали, что у Tesla: Интервью автора с двумя людьми, которые участвовали в дискуссиях.

Глава 10

Здесь использованы следующие источники:

“Если бы ты была моим сотрудником”: Justine Musk, “I Was a Starter Wife,” Marie Claire (Sept. 10, 2010), https://www.marieclaire.com/sex-love/a5380/millionaire – starter-wife.

Маск опасался, что практический эффект: Elon Musk, “Correcting the Record About My Divorce,” Business Insider (July 8, 2010), https://www.businessinsider.com/correcting – the-record-about-my-divorce-2010-7.

В поисках выхода из ситуации: Jeffrey McCracken, John D. Stoll, and Neil King Jr., “U.S. Threatens Bankruptcy for GM, Chrysler,” Wall Street Journal (March 31, 2009), https://www.wsj.com/articles/SB123845591244871499.

“Поначалу было неясно”: Интервью автора с Яневом Суиссой.

Герберт Колер, глава передовой инженерной группы: Интервью автора с людьми, знакомыми с ходом событий.

Но ни одна из сторон: Интервью автора с людьми, участвовавшими в переговорах.

“Это был скорее пресс-релиз”: Интервью автора с Яневом Суиссой.

Кроме того, он узнал: Martin Eberhard v. Elon Musk, California superior court, filed May 2009.

“Наверно, самые тяжелые”: Электронные письма, просмотренные автором.

Запасной вариант названия: Elon Musk said on Twitter (Dec. 8, 2018), https:// twitter.com/elonmusk/status/1071613648085311488?s=20.

Глава 11

Здесь использованы следующие источники:

На его просьбы о помощи: Leanne Star, “Alumni Profile: Deepak Ahuja,” McCormick Magazine (Fall 2011), 42.

Однако к середине 2009 года: Интервью автора с работниками компании Tesla того времени.

Команда Страубела оснастила: Интервью автора с людьми, участвовавшими в демонстрации.

И с этими словами он выбежал: Подробности процесса первичного размещения акций получены из интервью автора с несколькими людьми, участвовавшими в этой работе.

“Это как если бы Гутенберг сказал”: Jay Yarow, “Revealed: Tesla’s IPO Roadshow,” Business Insider (June 22, 2010), https://www.businessinsider.com/teslas-ipo – roadshow-2010-6.

“Сейчас людям следовало бы”: Описание эпизода взято из видео, размещенного CNBC 29 июня 2010 года, https://www.cnbc.com/video/2010/06/29/tesla – goes-public.html.

“К черту нефть”: Интервью автора с работниками Tesla, которые были на мероприятии.

Глава 12

Здесь использованы следующие источники:

“И это вы называете продажами”: Author interviews with Tesla workers in attendance.

Теория Грасиаса и Уоткинса: Steven N. Kaplan, Jonathan Gol, et al., “Valor and Tesla Motors,” University of Chicago case study (2017), https://faculty.chicagobooth.edu/-/media/faculty/steven-kaplan/research/valortesla.pdf.

“Илон Маск хотел бы”: Nikki Gordon-Bloomfield, “From Gap to the Electric Car: Tesla’s George Blankenship,” Green Car Reports (Nov. 24, 2010), https://www.greencarreports.com/news/1051880_from-gap-to-the-electric – car-teslas-george-blankenship.

Покупатели автомобилей обычно крайне преданны: “R.L. Polk: Automakers Improve Brand Loyalty in 2010,” Automotive News (April 4, 2011), https://www.autonews.com /article/20110404/RETAIL/110409960/r-l-polk-automakers-improve-brand – loyalty-in-2010.

“Так вот как это должно выглядеть?”: Интервью автора с Бланкеншипом.

“Нет, нет, нет”: Интервью автора с работником Tesla в то время.

Глава 13

Здесь использованы следующие источники:

“Мы делаем все немного иначе”: Ariel Schwartz, “The Road Ahead: A Tesla Car for the Masses?” Fast Company (Jan. 11, 2011), https://www.fastcompany.com/1716066/road-ahead-tesla-car-masses.

В течение двух лет: John Voelcker, “Five Questions: Peter Rawlinson, Tesla Motors Chief Engineer,” Green Car Reports (Jan. 14, 2011), https://www.greencarreports.com/news/1053555_five-questions-peter-rawlinson-tesla – motors-chief-engineer.

“Что, если однажды мы будем брать по 50 баксов”: Интервью автора с Авалосом.

Например, однажды один инженер: Интервью автора с работниками компании Tesla того времени.

Планировалось: John Voelcker, “Five Questions: Peter Rawlinson, Tesla Motors Chief Engineer.”

Он придерживался: Интервью автора с несколькими сотрудниками Tesla, работавшими в компании на протяжении многих лет.

“Стремительное принятие решений”: Электронное письмо автору от Маска.

Если инженеры компании хотели: Интервью автора с работниками компании Tesla того времени.

“Мне нужно продать”: Интервью автора с пассажиром, находившимся в тот день на борту самолета.

“Это самая глупая вещь”: Интервью автора с работниками Tesla, знающими об этом эпизоде.

Японская компания: Tesla press release (Nov. 3, 2010), https://ir.teslamotors.com/news-releases/news-release-details/panasonic-invests-30-million-tesla-companies-strengthen.

В то время, как один из инженеров: Интервью автора с людьми на этих встречах.

Они решили проблемы: Mark Rechtin, “From an Odd Couple to a Dream Team,” Automotive News (Aug. 13, 2012), https://www.autonews.com/article /20120813/OEM03/308139960/from-an-odd-couple-to-a-dream-team.

“И что это за чертовщина?”: Author interview with person involved in the matter.

При обсуждении нового проекта: Интервью автора с сотрудниками компании Tesla, работавшими над проектом.

Редкие свободные часы: Hannah Elliott, “At Home with Elon Musk: The (Soonto-Be) Bachelor,” Forbes (May 26, 2012).

“У меня по-прежнему остались к ней чувства”: Hannah Elliott, “Elon Musk to Divorce from Wife Talulah Riley,” Forbes (Jan. 18, 2012).

Глава 14

Здесь использованы следующие источники:

“Например, мы быстро осознали”: Интервью автора с менеджером компании Tesla.

Пассену для завода требовалось: Pui-Wing Tam, “Idle Fremont Plant Gears Up for Tesla,” Wall Street Journal (Oct. 21, 2010), https://www.wsj.com/articles/SB100014240 52748704300604575554662948527140.

Они понимали: Philippe Chain and Frederic Filloux, “How Tesla Cracked the Code of Automobile Innovation,” Monday Note (July 12, 2020), https://mondaynote.com/how-the-tesla-way-keeps-it-ahead-of-the-pack -358db5d52add.

“Решите эту проблему”: Там же.

Решение было принято: Mike Ramsey, “Electric-Car Pioneer Elon Musk Charges Head-On at Detroit,” Wall Street Journal (Jan. 11, 2015), https:// www.wsj.com/articles/electric-car-pioneer-elon-musk-charges-head-on-at – detroit-1421033527.

“В следующие шесть месяцев рост масштабов производства”: Email reviewed by the author.

Поэтому вместо этого он и его команда: Интервью автора с работниками компании Tesla, которые занимались разработкой.

В течение месяца рабочая бригада трудилась: Интервью автора с работниками компании Tesla.

Была создана специальная группа: Интервью автора с работниками компании Tesla.

Проблемы некоторых батарей Страубела: Linette Lopez, “Leaked Tesla Emails Tell the Story of a Design Flaw. ” Business Insider (June 25, 2020), https://www.businessinsider.com/teslaleaked-emails-show-company-knew-model-s-battery-issues-2020-6.

другие – Палачом: Интервью автора с менеджером компании Tesla.

“То, что любой другой автопроизводитель”: Philippe Chain and Frederic Filloux, “How Tesla Cracked the Code of Automobile Innovation.”

“Последние события, происходившие с этой компанией”: Elon Musk’s appearance recorded by C-Span (Sept. 29, 2011), https://www.c-span.org/video/?301817-1/future-human-space-flight.

Глава 15

Здесь использованы следующие источники:

Если за первые три месяца 2013 года Tesla продаст: Author interview with Tesla workers at the time.

“Я знаю, что многого от вас требовал”: Интервью автора с работниками Tesla, присутствовавшими на встрече.

“Сам факт существования Tesla Model S”: Angus MacKenzie, “2013 Motor Trend Car of the Year: Tesla Model S,” Motor Trend (Dec. 10, 2012), https://www.motortrend.com/news/2013-motor-trend-car-of-the-year-tesla-model-s/.

“Наши планы не ограничиваются этим годом”: Description of events taken from Tesla video recording of the event posted by the company on YouTube on Nov. 17, 2012, https://youtu.be/qfxXmIFfV7I.

В какой-то момент рост продаж: Интервью автора с работниками компании Tesla того времени.

Бланкеншип велел своему помощнику: Интервью автора.

“А вот это выглядит многообещающе”: Интервью автора с Бланкеншипом.

Маск жаловался своим сотрудникам: Интервью автора с работниками компании Tesla того времени.

Хотя компания Грасиаса: Susan Pulliam, Rob Barry, and Scott Patterson, “InsiderTrading Probe Trains Lens on Boards,” Wall Street Journal (April 30, 2013), https://www.wsj.com/articles/SB10001424127887323798104578453260765 642292.

Рецензия получилась на редкость восторженной: “Tesla Model S review,” Consumer Reports (July 2013), https://www.consumerreports.org/cro/magazine /2013/07/tesla-model-s-review/index.htm.

Отношения Маска с Бланкеншипом: Ashlee Vance, Elon Musk: Tesla, SpaceX, and the Quest for a Fantastic Future (New York: HarperCollins, 2015), 216.

“Чтобы добиться успеха”: Интервью автора с Бланкеншипом.

Он по-тихому связался: Ashlee Vance, Elon Musk, 217.

Глава 16

Здесь использованы следующие источники:

Но в ходе разговора Акерсон узнал: Интервью автора с людьми, знакомыми с ходом мыслей Акерсона.

Первый пожар произошел: Tom Krisher and Mike Baker, “Tesla Says Car Fire Began in Battery After Crash,” Seattle Times (Oct. 3, 2013), https://www.seattletimes.com/business/tesla-says-car-fire-began-in-battery-after-crash/.

Вторая Model S: Ben Klayman and Bernie Woodall, “Tesla Reports Third Fire Involving Model S Electric Car,” Reuters (Nov. 7, 2013), https://www.reuters.com/article/us-autos-tesla-fire/tesla-reports-third-fire-involving – model-s-electric-car-idUSBRE9A60U220131107.

“У меня была Tesla”: Tom Junod, “George Clooney’s Rules for Living,” Esquire (Nov. 11, 2013), https://www.esquire.com/news-politics/a25952/george-clooney-interview-1213/.

Изучая случаи пожаров: Интервью автора с инженерами, занимающимися этим вопросом.

“Эта недавно избранная команда”: Интервью автора с членом специальной группы.

Mercedes-Benz S-класса: Данные об исторических ценах были предоставлены автору компанией Edmunds, специализирующейся на исследованиях в области автомобильной промышленности.

Компания обосновала это решение: Don Reisinger, “Tesla Kills 40 kWh Battery for Model S over ‘Lack of Demand,’ ” CNET (April 1, 2013), https://www.cnet.com/roadshow/news/tesla-kills-40-kwh-battery-for-model-s-over-lack-of – demand/.

По сравнению с конкурентами: Research first released on July 7, 2014, by Pied Piper Management Company LLC. Evaluations were conducted between July 2013 and June 2014, firm founder Fran O’Hagan told author in a December 2019 email.

“Я был вне себя”: Ronald Montoya, “Is the Third Drive Unit the Charm?” Edmunds.com (Feb. 20, 2014), https://www.edmunds.com/tesla/model-s/2013/long-term-road-test/2013-tesla-model-s-is-the-third-drive-unit-the-charm.html.

“Если у вас не получится”: Интервью автора с человеком, знакомым с этим вопросом.

Глава 17

Здесь использованы следующие источники:

“Если вдруг будет какая-то вечеринка”: Tatiana Siegel, “Elon Musk Requested to Meet Amber Heard via Email Years Ago,” Hollywood Reporter (Aug. 24, 2016), https:// www.hollywoodreporter.com/rambling-reporter/elon-musk-requested-meet-amber-922240.

Работники даже пытались: Tim Higgins, Tripp Mickle, and Rolfe Winkler, “Elon Musk Faces His Own Worst Enemy,” Wall Street Journal (Aug. 31, 2018), https://www.wsj.com/articles/elon-musk-faces-his-own-worst-enemy -1535727324.

Дилеры в Массачусетсе: Mike Ramsey and Valerie Bauerlein, “Tesla Clashes with Car Dealers,” Wall Street Journal (June 18, 2013), https://www.wsj.com/articles/SB10001424127887324049504578541902814606098.

По мнению Волтерса: Интервью автора с Волтерсом.

“Я по-настоящему восхищен тем”: Интервью автора с Волтерсом.

“Я готов потратить хоть”: Интервью автора с Волтерсом.

Ассоциация дилеров Техаса: Texans for Public Justice, “Car-Dealer Cartel Stalled Musk’s Tesla,” Lobby Watch (Sept. 10, 2013), http://info.tpj.org /Lobby_Watch/pdf/AutoDealersvTesla.pdf.

“Мне нравится, как вы ведете дела”: Интервью автора с человеком, знакомым с происходящим.

Глава 18

Здесь использованы следующие источники:

Стоимость элементов питания: Исследование предоставлено Саймоном Мурсом из Benchmark Mineral Intelligence.

Это означало: Csaba Csere, “Tested: 2012 Tesla Model S Takes Electric Cars to a Higher Level,” Car and Driver (Dec. 21, 2012), https://www.caranddriver.com/reviews/a15117388/2013-tesla-model-s-test-review/.

Когда Страубел обсуждал свои расчеты: Интервью автора со Страубелом.

Если несколькими годами ранее: Интервью с несколькими сотрудниками Tesla того периода подробно описывает развитие отношений с Panasonic.

Чтобы решить проблемы: Интервью автора с людьми, работавшими над проектом.

Вернувшись в Японию: Интервью с несколькими сотрудниками Tesla того периода подробно описывает развитие отношений с Panasonic.

Страубел хотел подготовить максимально убедительную: Интервью автора с людьми, работавшими над проектом.

Глава 19

Здесь использованы следующие источники:

“Чем только не была напичкана эта машина”: Интервью автора с Варадхараджаном.

Гильен показал себя с двух сторон: Интервью автора с менеджерами Tesla, работавшими с ним.

В начале 2014 года Маск: Alan Ohnsman, “Musk Says China Potential Top Market for Tesla,” Bloomberg News (Jan. 24, 2014), https://www.bloomberg.com/news/articles/2014-01-23/tesla-to-sell-model-s-sedan-in-china-from-121-000.

Для Гильена: Интервью автора с сотрудниками компании Tesla, работавшими в этой области.

По сравнению с третьим кварталом в четвертом продажи упали на 33 %: Данные по регистрации в Китае предоставлены автору исследовательской компанией JL Warren Capital.

По их данным: Интервью автора с работниками Tesla этого периода.

В США, согласно опросу: Survey data of U.S. customers provided to author by Alexander Edwards of research firm Strategic Vision.

204 Маск обратился за помощью к своим кузенам: Интервью автора с людьми, работавшими над этим вопросом.

Глава 20

Здесь использованы следующие источники:

В 2013 году у Forbes: Caleb Melby, “Guns, Girls and Sex Tapes: The Unhinged, Hedonistic Saga of Billionaire Stewart Rahr, ‘Number One King of All Fun,’ ” Forbes (Sept. 17, 2013), https://www.forbes.com/sites /calebmelby/2013/09/17/guns-girls-and-sex-tapes-the-saga-of-billionaire – stewart-rahr-number-one-king-of-all-fun/#3ca48b2d3f86.

“Меня поразило”: Интервью автора с Фосси.

По оценкам, с момента выхода: Исследование предоставлено автору исследовательской фирмой S3 Partners.

Для получения весьма скромных: Cassell Bryan-Low and Suzanne McGee, “Enron Short Seller Detected Red Flags in Regulatory Filings,” Wall Street Journal (Nov. 5, 2001), https://www.wsj.com/articles/SB1004916006978550640.

Чанос же, напротив, утверждал: Jonathan R. Laing, “The Bear That Roared,” Barron’s (Jan. 28, 2002), https://www.barrons.com/articles/SB10119106941 6063240?tesla=y.

America Online: Там же.

Он брал индивидуальные кредиты: Документы Tesla, поданные в Комиссию по ценным бумагам и биржам США.

Маск не любил расставаться: Susan Pulliam, Mike Ramsey, and Brody Mullins, “Elon Musk Supports His Business Empire with Unusual Financial Moves,” Wall Street Journal (April 27, 2016), https://www.wsj.com/articles/elon-musk – supports-his-business-empire-with-unusual-financial-moves-1461781962.

“Сегодняшнее положение дел не внушает доверия”: Электронные письма, просмотренные автором.

“Ты же знаешь, что”: Подробности в показаниях, данных Кимбалом Маском 23 апреля 2019 года.

Глава 21

Здесь использованы следующие источники:

GM оставалось еще более шести тысяч рабочих жалоб: Wellford W. Wilms, Alan J. Hardcastle, and Deone M. Zell, “Cultural Transformation at NUMMI,” Sloan Management Review 36:1 (Oct. 15, 1994): 99.

В 1991: Там же.

“Он всем только о тебе и рассказывает”: Интервью автора с Ортизом.

Средний срок пребывания: Harley Shaiken, “Commitment Is a Two-Way Street,” white paper prepared for the Toyota NUMMI Blue Ribbon Commission (March 3, 2010), http://dig.abclocal.go.com/kgo/PDF/NUMMI-Blue – Ribbon-Commission-Report.pdf.

Он получал 21 доллар: Данные по заработной плате GM от Центра автомобильных исследований.

Но по мере того, как множились требования: Интервью автора с работниками компании Tesla, участвовавшими в проектах.

Гидравлическая система не выдерживала: Интервью автора с людьми, работавшими над автомобилем.

Маск в это время старался сохранять спокойствие: Интервью автора с людьми, работавшими над автомобилем.

В 2015: Tim Higgins, “Tesla Faces Labor Discord as It Ramps Up Model 3 Production,” Wall Street Journal (Oct. 31, 2017), https://www.wsj.com/articles/tesla-faces-labor-discord-as-it-ramps-up-model-3-production -1509442202.

Допустим, идея необычных сидений: Там же.

По словам работников, той весной, пока Депп: “Elon Musk Regularly Visited Amber Heard.,” Deadline (July 17, 2020), https://deadline.com/2020/07/elon-musk-amber – heard-johnny-depps-los-angeles-penthouse-1202988261/.

Маск, казалось, растягивал: Интервью автора с руководителями компании Tesla.

Таблоиды замечали его вместе: Lindsay Kimble, “Amber Heard and Elon Musk Party at the Same London Club Just Weeks After Hanging Out in Miami,” People (Aug. 3, 2016), https://people.com/movies/amber-heard-and-elon-musk-party-at-same-london-club-weeks-after-miami-sighting/.

“Ему неизвестен недостаток сна”: Интервью автора с бывшим руководителем компании Tesla.

Первые признаки того: Tim Higgins and Dana Hull, “Want Elon Musk to Hire You at Tesla? Work for Apple,” Bloomberg Businessweek (Feb. 2, 2015).

Многие знали, насколько гендиректор: Interviews with Tesla employees at the time, and Will Evans and Alyssa Jeong Perry, “Tesla Says Its Factory Is Safer. But It Left Injuries Off the Books,” Revealnews.org (April 16, 2018), https://www.revealnews.org/article/tesla-says-its-factory-is-safer-but-it-left-injuries-off – the-books/.

Маск остался без руководителей: Интервью автора с людьми, знакомыми с этим вопросом.

Несмотря на это, исследование показало, что у автомобилей Tesla: Автор просмотрел презентацию J.D. Power “Tesla: BeyondtheHype” (March 2017).

Глава 22

Здесь использованы следующие источники:

“Между ними не было ни одной”: Интервью автора с одним из руководителей компании Tesla того периода.

“Считайте, что вы работаете”: Charles Duhigg, “Dr. Elon & Mr. Musk: Life Inside Tesla’s Production Hell,” Wired (Dec. 13, 2018), https://www.wired.com/story/elon-musk-tesla-life-inside-gigafactory/.

Если бы критически важная: Интервью автора.

Ответ Маска был краток: Утверждение, изложенное в федеральном иске против Tesla, поданном в 2017 году.

Они по-прежнему пытались: Интервью автора с менеджерами Tesla того периода.

Глава 23

Здесь использованы следующие источники:

Браун погиб при столкновении: Details taken from National Highway Traffic Safety Administration report (Jan. 19, 2017), https://static.nhtsa.gov/odi/inv/2016 /INCLA-PE16007-7876.PDF.

Не предпринял никакой видимой попытки: Там же.

На это у финансового директора: Показания Джейсона Уилера, взятые 4 июня 2019 года.

Руководители компании: Интервью автора с несколькими людьми, знакомыми с ходом обсуждений.

При взгляде на: Показания Антонио Грасиаса, взятые 18 апреля 2019 года.

“Я переговоров не веду”: Показания Кортни МакБин, взятые 5 июня 2019 года.

“Миссия Tesla всегда”: Tesla blog posting on June 21, 2016, https:// www.tesla.com/blog/tesla-makes-offer-to-acquire-solarcity.

Обозревательница журнала Fortune Кэрол Лумис: Carol J. Loomis, “Elon Musk Says Autopilot Death ‘Not Material’ to Tesla Shareholders,’ ” Fortune (July 5, 2016), https://fortune.com/2016/07/05/elon-musk-tesla-autopilot-stock-sale/.

Этот вопрос вызвал беспокойство: Jean Eaglesham, Mike Spector, and Susan Pulliam, “SEC Investigating Tesla for Possible Securities-Law Breach,” Wall Street Journal (July 11, 2016), https://www.wsj.com/articles/sec-investigating – tesla-for-possible-securities-law-breach-1468268385.

Денхолм постоянно получала: Лист показаний Денхолм в судебном процессе акционеров против Tesla, взятый 6 июня 2019 года, 154.

“Честно говоря, быть публичной компанией – ужасно”: Показания Кимбала Маска, взятые 23 апреля 2019 года.

“Илон любит рисковать”: Интервью автора с менеджером компании Tesla.

“В компании и за ее пределами”: Показания Брэда Басса, взятые 4 июня 2019 года.

Команда Уилера подсчитала: Презентация, представленная совету директоров Tesla, от 24 июля 2016 года.

“Со многими сотрудниками Solar City”: Показания Илона Маска, взятые 24 августа 2019 года.

“Крупные инвесторы настроены”: Электронные письма, просмотренные автором.

Как показала авария во Флориде: Интервью автора с инженерами Tesla.

Они отслеживали: Интервью автора с людьми, знакомыми с работой Андерсона.

По словам тех, кто был в курсе происходящего, юридический и PR-отделы Tesla: Интервью автора с несколькими людьми, вовлеченными в работу над Autopilot.

Той зимой руководители компаний: Интервью автора с людьми из окружения Маска.

В марте конференц-зал: Интервью автора с несколькими людьми, участвовавшими во встрече.

Глава 24

Здесь использованы следующие источники:

Список был коротким: Author interviews and Tim Higgins, “Elon Musk has an Awkward Problem at Tesla: Employee Parking,” Wall Street Journal (April 11, 2017), https://www.wsj.com/articles/elon-musk-has-an-awkward-problem-at-tesla-employee-parking-1491926275.

“Из-за несчастных случаев на работе находились шестеро из восьми”: Jose Moran, “Time for Tesla to Listen,” Medium.com (Feb. 9, 2017), https://medium.com/@moran2017j/time-for-tesla-to-listen-ab5c6259fc88.

Собраны вручную: Tim Higgins, “Behind Tesla’s Production Delays: Parts of Model 3 Were Being Made by Hand,” Wall Street Journal (Oct. 6, 2017), https://www.wsj.com/articles/behind-teslas-production-delays-parts-of – model-3-were-being-made-by-hand-1507321057.

Это было настолько тесное: Интервью автора с рабочими.

Японский поставщик был не в восторге: Интервью автора с работниками Panasonic и Tesla того времени.

Производственные претензии Tesla: Dana Cimilluca, Susan Pulliam, and Aruna Viswanatha, “Tesla Faces Deepening Criminal Probe over Whether It Misstated Production Figures,” Wall Street Journal (Oct. 26, 2018), https:// www.wsj.com/articles/tesla-faces-deepening-criminal-probe-over-whether-it – misstated-production-figures-1540576636.

В результате: Интервью автора с рабочими.

В некоторых случаях батарейные блоки: Lora Kolodny, “Tesla Employees Say to Expect More Model 3 Delays, Citing Inexperienced Workers, Manual Assembly of Batteries,” CNBC.com (Jan. 25, 2018), https://www.cnbc.com/2018/01/25/tesla – employees-say-gigafactory-problems-worse-than-known.html.

В какой-то момент один из руководителей Tesla: Интервью автора с рабочими.

В какой-то момент: Charles Duhigg, “Dr. Elon & Mr. Musk: Life Inside Tesla’s Production Hell,” Wired (Dec. 13, 2018).

Однако он послушно придумал: Интервью автора с рабочими.

263 “Я бы хотел, чтобы”: Neil Strauss, “Elon Musk: The Architect of Tomorrow,” Rolling Stone (Nov. 15, 2017), https://www.rollingstone.com/culture/culture-features/elon-musk-the-architect-of-tomorrow-120850/.

“Дай мне знать, кто они”: Детали взяты из выводов административного судьи от 27 сентября 2019 года по делу Национального совета по трудовым отношениям против компании Tesla.

Доска в офисе организации: Интервью автора с организатором.

Когда в прошлом году темпы реализации Model S: Подробности о рекламных планах были получены из интервью автора с бывшими руководителями Tesla.

На тот момент Tesla еще не раскрыла: Интервью автора с руководителями компании Tesla в то время.

Пока они боролись: Интервью автора с менеджерами Tesla в то время.

Он убеждал инвесторов в том: Интервью автора с руководителями компании Tesla в то время.

Об этой истории слышал один: Интервью автора с людьми, знакомыми с этим вопросом.

“Кто вы такие и что вы делаете”: Интервью автора с бывшим инженером Tesla.

“Я не понимаю, как это”: Tim Higgins, Tripp Mickle, and Rolfe Winkler, “Elon Musk Faces His Own Worst Enemy,” Wall Street Journal (Aug. 31, 2018), https://www.wsj.com/articles/elon-musk-faces-his-own-worst-enemy -1535727324.

Но время пришло: Интервью автора с людьми, знакомыми с ходом мыслей Филда.

На одной производственной линии произошел сбой: Электронное письмо, просмотренное автором.

Дерзость Маска инвесторам не понравилась: Tim Higgins, “Tesla’s Elon Musk Turns Conference Call into Sparring Session,” Wall Street Journal (May 3, 2018), https://www.wsj.com/articles/teslas-elon-musk-turns-conference-call-into – sparring-session-1525339803.

Глава 25

Здесь использованы следующие источники:

“В настоящее время я работаю”: Письма, просмотренные автором после того, как Марти Трипп опубликовал их в Твиттере.

“Он всегда выдвигает”: Видеозапись интервью, опубликованная на сайте Business Insider 21 февраля 2018 года: https://www.businessinsider.com/jim-chanos-tesla-elon-musk-truck-video-2018-2.

Ему показалось: Детали из показаний Мартина Триппа, взятых в рамках судебного процесса между ним и Маском.

Она придерживалась графика: Показания Сары О’Брайен, взятые 5 июня 2019 года.

Активно пользоваться Твиттером: Susan Pulliam and Samarth Bansal, “For Tesla’s Elon Musk, Twitter Is Sword Against Short Sellers,” Wall Street Journal (Aug. 2, 2018), https://www.wsj.com/articles/for-teslas-elon-musk-twitter-is-sword – against-short-sellers-1533216249.

Между ними завязался разговор: Emily Smith and Mara Siegler, “Elon Musk Quietly Dating Musician Grimes,” New York Post (May 7, 2018), https:// pagesix.com/2018/05/07/elon-musk-quietly-dating-musician-grimes/.

Глава 26

Здесь использованы следующие источники:

“Я в Шанхае и только проснулся”: Электронные письма, просмотренные автором.

“Спокойствие и исполнительность”: Sarah Gardner and Ed Hammond, “Tesla Needs Period of ‘Peace and Execution,’ Major Shareholder Says,” Bloomberg News (July 11, 2018), https://www.bloomberg.com/news/articles/2018-07-11/tesla-ought-to-pipe-down-and-execute-major-shareholder-says.

“Нам нужно перестать”: Переписка по электронной почте, просмотренная автором.

“Я взорвалась от смеха”: Электронные письма, просмотренные автором.

Они просили у поставщиков: Tim Higgins, “Tesla Asks Suppliers for Cash Back to Help Turn a Profit,” Wall Street Journal (July 22, 2018), https://www.wsj.com/articles/tesla-asks-suppliers-for-cash-back-to-help-turn-a-profit -1532301091.

На помощь могла бы прийти Apple: Tim Higgins, “Elon Musk Says He Once Approached Apple CEO About Buying Tesla,” Wall Street Journal (Dec. 22, 2020), https:// www.wsj.com/articles/elon-musk-says-he-once-approached-apple-ceo-about-buying-tesla-11608671609. 284 A back and forth: Author interview with a person familiar with the effort.

“Это правда?” Emails detailed in court filings by the SEC. 287 In 2013, they helped: Miriam Gottfried, “Dell Returns to Public Equity Markets,” Wall Street Journal (Dec. 28, 2018), https://www.wsj.com/articles /dell-returns-to-public-equity-markets-11546011748. 288 Stewart reached out: James B. Stewart, “The Day Jeffrey Epstein Told Me He Had Dirt on Powerful People,” New York Times (Aug. 12, 2019), https:// www.nytimes.com/2019/08/12/business/jeffrey-epstein-interview.html.

“Эпштейн, буквально один из”: Переписка по электронной почте, просмотренная автором.

Маск в течение часа занимался самобичеванием: David Gelles, James B. Stewart, Jessica Silver-Greenberg, and Kate Kelly, “Elon Musk Details ‘Excruciating’ Personal Toll of Tesla Turmoil,” New York Times (Aug. 16, 2018), https://www.nytimes.com/2018/08/16/business/elon-musk-interview-tesla.html.

“Он носился по кухне”: Kate Taylor, “Rapper Azealia Banks Claims She Was at Elon Musk’s House over the Weekend as He Was ‘Scrounging for Investors,’ ” Business Insider (Aug. 13, 2018), https://www.businessinsider.com/azealia-banks-claims-to-be-at-elon-musks-house-as-he-sought-investors-2018-8.

“Разве им не о чем больше писать”: Переписка по электронной почте, просмотренная автором.

вышли на связь из Лос-Анджелеса: Liz Hoffman and Tim Higgins, “Public Bravado, Private Doubts: Inside the Unraveling of Elon Musk’s Tesla Buyout,” Wall Street Journal (Aug. 27, 2018), https://www.wsj.com/articles/public-bravado-private – doubts-how-elon-musks-tesla-plan-unraveled-1535326249.

Позднее руководитель фонда: Bradley Hope and Justin Scheck, Blood and Oil: Mohammed Bin Salman’s Ruthless Quest for Global Power (New York: Hachette, 2020), 251.

Это заставило консультантов Маска: Показания Кимбала Маска, взятые 23 апреля 2019 года.

Некоторые из предложенных инвесторов: Liz Hoffman and Tim Higgins, “Public Bravado, Private Doubts: Inside the Unraveling of Elon Musk’s Tesla Buyout,” Wall Street Journal (Aug. 27, 2018), https://www.wsj.com/articles/public-bravado-private-doubts-how-elon-musks-tesla-plan-unraveled-1535326249.

“На мой взгляд”: Илон Маск сообщил автору в электронном письме 25 августа 2018 года.

“Еще один или два таких выпада”: Переписка по электронной почте, просмотренная автором.

Глава 27

Здесь использованы следующие источники:

К августу дополнительные денежные средства: Tim Higgins, Marc Vartabedian, and Christina Rogers, “Some Tesla Suppliers Fret About Getting Paid,” Wall Street Journal (Aug. 20, 2018), https://www.wsj.com/articles/some-tesla-suppliers-fret-about-getting-paid-1534793592.

Внутри компании: Интервью автора с менеджерами компании Tesla в то время.

Адвокаты гендиректора встретились: Susan Pulliam, Dave Michaels, and Tim Higgins, “Mark Cuban Prodded Tesla’s Elon Musk to Settle SEC Charges,” Wall Street Journal (Oct. 4, 2018), https://www.wsj.com/articles/mark-cuban-prodded-teslas-elon-musk-to-settle-sec-charges-1538678655.

До того, как Джон Макнилл: Интервью автора с руководителями компании Tesla, работавшими над планом.

Когда они обзванивали покупателей: Интервью автора с менеджерами по продажам Tesla.

Ким направил бригады: Интервью автора с менеджерами компании Tesla, знакомыми с ситуацией.

По мере приближения: Интервью автора с менеджерами компании Tesla, участвующими в этой работе.

Планировалось, что они смогут: Интервью автора с людьми, участвовавшими в разговоре.

“Я не хочу держать в компании”: Интервью автора с работником компании Tesla, который был свидетелем этого эпизода.

Ситуация была крайне некрасивая: Dana Hull and Eric Newcome, “Tesla Board Probed Allegation That Elon Musk Pushed Employee,” Bloomberg News (April 5, 2019), https://www.bloomberg.com/news/articles/2019-04-05/tesla-board-probed-allegation-that-elon-musk-pushed-employee.

После объявления о судебном иске: Исследование предоставлено автору исследовательской фирмой S3 Partners.

Адвокаты Маска всю ночь: Susan Pulliam, Dave Michaels, and Tim Higgins, “Mark Cuban Prodded Tesla’s Elon Musk to Settle SEC Charges,” Wall Street Journal (Oct. 4, 2018), https://www.wsj.com/articles/mark-cuban-prodded-teslas-elon-musk-to-settle-sec-charges-1538678655.

Он считал, что у него: Интервью автора с людьми, знакомыми с ходом мыслей Маска.

“Это было похоже на большой семейный праздник”: Интервью автора с менеджером компании Tesla.

к радости Маска: Исследование предоставлено автору исследовательской фирмой S3 Partners.

Расследование совета директоров: Dana Hull and Eric Newcomer, “Tesla Board Probed Allegation That Elon Musk Pushed Employee.”

Когда в конце 2018 года: Наблюдения автора за Денхолм и событиями.

“С моей точки зрения”: Angus Whitley, “Tesla’s New Chairman Says Elon Musk Uses Twitter ‘Wisely,’ ” Bloomberg News (March 27, 2019), https:// www.bloomberg.com/news/articles/2019-03-27/tesla-chair-defends-musk – tweets-even-as-habit-lands-him-in-court.

В день объявления о снижении: Tim Higgins, “Tesla Shares Sink on Model 3 Delivery Miss, Price Cut,” Wall Street Journal (Jan. 2, 2019), https://www.wsj.com/articles/tesla-plans-to-trim-prices-as-fourth-quarter-deliveries-rise -11546437526.

В конце февраля: Dave Michaels and Tim Higgins, “SEC Asks Manhattan Federal Court to Hold Elon Musk in Contempt,” Wall Street Journal (Feb. 25, 2019), https://www.wsj.com/articles/sec-asks-manhattan-federal – court-to-hold-elon-musk-in-contempt-11551137500.

Полный (почти) переход на онлайн-продажи: Tim Higgins and Adrienne Roberts, “Tesla Shifts to Online Sales Model,” Wall Street Journal (Feb. 28, 2019), https://www.wsj.com/articles/tesla-says-it-has-started-taking-orders-for-35-000-version-of – model-3-11551392059.

Tesla «это компания»: Esther Fung, “Landlords to Tesla: You’re Still on the Hook for Your Store Leases,” Wall Street Journal (March 8, 2019), https:// www.wsj.com/articles/landlords-to-tesla-youre-still-on-the-hook-for-your – store-leases-11552059041.

Сумма сделки: Peter Campbell, “Fiat Chrysler to Spend €1.8bn on CO2 Credits,” Financial Times (May 3, 2019), https://www.ft.com/content/fd8d205e-6d6b -11e9-80c7-60ee53e6681d.

Ставки «коротких» продавцов: Исследование предоставлено автору исследовательской фирмой S3 Partners.

Долг компании вырос: Sam Goldfarb, “Tesla Faces Steeper Costs to Raise Cash,” Wall Street Journal (April 29, 2019), https://www.wsj.com/articles/tesla-faces – steeper-costs-to-raise-cash-11556535600.

Хуже всего то: Trefor Moss, “Global Auto Makers Dented as China Car Sales Fall for First Time in Decades,” Wall Street Journal (Jan. 14, 2019), https:// www.wsj.com/articles/chinese-annual-car-sales-slip-for-first-time-in-decades -11547465112.

Глава 28

Здесь использованы следующие источники:

Однажды, будучи студентом Пенсильванского университета: Интервью автора с бывшими руководителями компании Tesla.

Их встретили тепло: Интервью автора с менеджерами Tesla того периода.

Bloomberg Businessweek: Matthew Campbell et al., “Elon Musk Loves China, and China Loves Him Back – For Now,” Bloomberg Businessweek (Jan. 13, 2021), https://www.bloomberg.com/news/features/2021-01-13/china-loves – elon-musk-and-tesla-tsla-how-long-will-that-last?sref=PRBlrg7S.

пришел к идее прорыть: Интервью автора с менеджером компании Tesla, осведомленным об этой поездке.

“Пробки сводят меня”: Твит Илона Маска от 17 декабря 2016 года, https:// twitter.com/elonmusk/status/810108760010043392?s=20.

В итоге обсуждение сделки плавно перетекло: BruceEinhorn, etal., “Tesla’s China Dream Threatened by Stand off Over Shanghai Factory,” Bloomberg News (Feb. 13, 2018), https://www.bloomberg.com/news/articles/2018-02-14/tesla-s-china – dream-threatened-by-standoff-over-shanghai-factory?sref=PRBlrg7S.

GM в партнерстве: Mike Colias, “GM, LG to Spend $2.3 Billion on Venture to Make Electric-Car Batteries,” Wall Street Journal (Dec. 5, 2019), https://www.wsj.com/articles/gm-lg-to-spend-2-3-billion-on-venture-to – make-electric-car-batteries-11575554432.

Volkswagen обязался: Stephen Wilmot, “Volkswagen Follows Tesla into Battery Business,” Wall Street Journal (June 13, 2019), https://www.wsj.com/articles/volkswagen-follows-tesla-into-battery-business-11560442193.

“Tesla – это не нишевая компания”: Christoph Rauwald, “Tesla Is No Niche Automaker Anymore, Volkswagen’s CEO Says,” Bloomberg News (Oct. 24, 2019), https://www.bloomberg.com/news/articles/2019-10-24/volkswagen-s-ceo – says-tesla-is-no-niche-automaker-anymore.

И хотя он сам: Интервью автора с менеджерами Tesla на протяжении многих лет.

“очень доволен результатами”: Dave Michaels and Tim Higgins, “Judge Gives Elon Musk, SEC Two Weeks to Strike Deal on Contempt Claims,” Wall Street Journal (April 4, 2019), https://www.wsj.com/articles/judge-asks-elon-musk – and-sec-to-hold-talks-over-contempt-claims-11554408620.

Например, автопроизводителю разрешили: Wang Zhiyan, Du Chenwei, and Hu Xingyang, “Behind ‘Amazing Shanghai Speed’ ” (translated into English), Jiefang Ribao (Jan. 1, 2020), https://www.jfdaily.com/journal/2020-01-08/getArticle.htm?id=285863.

Кроме того, электросеть подала: Luan Xiaona, “The Power Supply Project of Tesla Shanghai Super Factory Will Enter the Sprint Stage Before Production” (translated into English), The Paper (Oct. 17, 2019), https://www.thepaper.cn/newsDetail_forward_4700380.

“Что скажут наши”: Tim Higgins and Takashi Mochizuki, “Tesla Needs Its Battery Maker: A Culture Clash Threatens Their Relationship,” The Wall Street Journal (Oct. 8, 2019), https://www.wsj.com/articles/tesla-needs-its-battery – maker-a-culture-clash-threatens-their-relationship-11570550526.

Но все чаще Маск: Там же.

К августу, когда Маск: Описание взято из видео, которое разместил пользователь JasonYang на YouTube 20 октября 2019 г.: https://youtu.be/bI-My94Ig5k.

321 Согласно оценкам: Исследование предоставлено автору исследовательской фирмой S3 Partners.

Эпилог

Здесь использованы следующие источники:

Правительству, похоже: Chunying Zhang and Ying Tian, “How China Bent Over Backward to Help Tesla,” Bloomberg Businessweek (March 18, 2020), https://www.bloomberg.com/news/articles/2020-03-17/how-china – bent-over-backward-to-help-tesla-when-the-virus-hit?sref=PRBlrg7S.

Привыкший действовать быстро: Tim Higgins, “Tesla Cuts Salaries, Furloughs Workers Under Coronavirus Shutdown,” Wall Street Journal (April 8, 2020), https://www.wsj.com/articles/tesla-cuts-salaries-furloughs-workers-under – coronavirus-shutdown-11586364779.

Tesla также начала: Tim Higgins and Esther Fung, “Tesla Seeks Rent Savings Amid Coronavirus Crunch,” Wall Street Journal (April 13, 2020), https:// www.wsj.com/articles/tesla-seeks-rent-savings-amid-coronavirus-crunch -11586823630.

“За последнюю неделю”: Jeremy C. Owens, Claudia Assis, and Max A. Cherney, “Elon Musk vs. Bay Area Officials: These Emails Show What Happened Behind the Scenes in the Tesla Factory Fight,” Market Watch (May 29, 2020), https://www.marketwatch.com/story/elon-musk-vs-bay-area-officials-these-emails-show-what-happened-behind-the-scenes-in-the-tesla-factory – fight-2020-05-29

“Честно говоря, это последняя капля”: Tim Higgins, “Tesla Files Lawsuit in Bid to Reopen Fremont Factory,” Wall Street Journal (May 10, 2020), https://www.wsj.com/articles/elon-musk-threatens-authorities-over-mandated-tesla – factory-shutdown-11589046681.

“Я буду у конвейера вместе со всеми”: Rebecca Ballhaus and Tim Higgins, “Trump Calls for California to Let Tesla Factory Open,” Wall Street Journal (May 13, 2020), https://www.wsj.com/articles/trump-calls-for-california-to-let-tesla-factory – open-11589376502.

“До конца 30 июня нам надо”: Fred Lambert, “Elon Musk Sends Cryptic Email to Tesla Employees About Going ‘All Out,’ ” Electrek (June 23, 2020), https:// electrek.co/2020/06/23/elon-musk-cryptic-email-tesla-employees-all-out/.

Маск достиг цели: Sebastian Pellejero and Rebecca Elliott, “How Tesla Made It to the Winner’s Circle,” The Wall Street Journal, (Feb. 19, 2021), https://www.wsj.com/articles/how-tesla-made-it-to-the-winners-circle -11613739634.

“Это во многом личный выбор”: Илон Маск сообщил автору в электронном письме 7 мая 2020 года.

“Я никогда не встречался”: Scarlet Fu, “Chanos Reduces ‘Painful’ Tesla Short, Tells Musk ‘Job Well Done,’ ” Bloomberg News (Dec. 3, 2020), https://www.bloomberg.com/news/articles/2020-12-03/tesla-bear-jim-chanos-says-he-d – tell-elon-musk-job-well-done?sref=PRBlrg7S.

Алфавитный указатель

Алфавитный указатель

A

AC Propulsion 29, 30, 33–34, 38, 39, 40, 44, 45, 47, 54–55, 61, 80, 136, 194, 336

Advanced Micro Devices 119

Alibaba 367, 458

Allstate Insurance 120

Amazon 47, 75, 432, 473–474

Amazon Kindle 36

America Online 309

Apple 61, 95, 149, 187, 196, 198–203, 283–284, 290, 293, 310, 327–329, 334, 365, 367, 400, 408, 458, 462, 473–474

Aston Martin 114–115, 149

Audi 182, 231, 303–304, 388

Audi A4 64, 339

Audi A6 49

Audi Q7 218

Auto Nation Inc. 268

Autopilot 294, 314, 349, 356, 361–365

B

Baillie Gifford 405

Baldwin-United 308

Barclays 464

Barnes & Noble 36

Barron’s, журнал 308

Berkshire Hathaway 138

BlackBerry 86, 144

Bloomberg 290, 314, 405, 447

BMW 10, 12, 15, 42, 163, 196, 211, 243, 268, 284, 288–289, 314

BMW 3, модель 36, 160, 336, 339

BMW 5, модель 115, 150, 160

BMW X5 288

BorgWarner 131–132, 143

Boring Co. 448

Business Insider 395

BuzzFeed 419, 420

C

Camry 11, 128, 160, 336

Chevrolet 72, 261, 267, 268

Chevrolet Bolt 372, 373

Chevrolet Volt 113, 208, 254–255, 257–258, 286, 373

Chrysler 16, 112, 116, 128–130, 138, 146, 156, 162, 166, 170, 220, 443

Clifford Electronics 119

CNBC 190, 309, 310, 313, 348, 355

Confinity Inc. 67

Consumer Reports 249–250

Contemporary Amperex Technology Co., CATL 458

Cybertruck, пикап 476

D

Daimler 155, 162, 163, 169, 170, 180, 181, 184, 185, 187, 188, 214, 215, 287, 289

DaimlerChrysler 99, 116

Dell 413, 446

DeLorean 104, 107, 218, 250

E

eBay 31, 50, 74, 84

Edmunds.com 261–262, 336

Elise 43, 49, 55–56, 59, 90, 116, 130, 158, 164, 217

Enron Corp. 307, 308, 394

EV1, электромобиль 29, 37–39, 41, 52, 55, 113, 124, 205, 255

F

Falcon 27, космический корабль 211

Falcon 9, ракеты 211

Falcon Heavy, ракета 384

Ferrari 17, 36

Fiat 332

Fiat Chrysler Automobiles, 443

Fidelity 410, 417

Fisker 113–114, 117, 237, 250

Flextronics 107, 109, 110

Forbes 225, 301

Ford 10, 12, 15, 16, 19, 63, 72, 99–102, 114, 138, 161, 164, 177, 187, 212, 266, 284, 334, 365, 366, 369, 400, 403, 452, 463–464

Ford Fusion 100, 212

Ford Lincoln Mercury 76

Ford Model T. 10

Ford Mustang 53, 101, 123

Ford Taurus 150

Fox News 395

Freightliner 341

G

General Motors (GM) 10, 12, 15, 16, 19, 23, 37, 38, 41, 43, 52, 63, 72, 73, 99, 104, 110, 112–114, 138, 143, 146, 148, 154, 166, 167, 169, 170, 177, 179, 187, 208, 212, 230, 236, 243, 254–263, 265, 292, 316, 317, 319, 333, 365, 369, 402, 408, 450

Genius Bar 200

Gizmodo 375, 405

GM-Toyota 179, 275, 320, 374, 375

Goldman Sachs 95, 137–138, 182, 190, 309, 311, 367, 368, 417

Google 23, 45–46, 75, 102–103, 184, 187, 207, 209, 253, 351, 361

H

Honda 80

I

IDEO 56, 58, 64, 81

Indianapolis 500, гонка 131

Intel 196

iPhone 71, 149, 328, 334, 408, 474

J

J.D. Power 318, 332

J.P. Morgan. 355

Jaguar 157–158

K

Kennametal 176

Kleiner Perkins 75–76, 117

L

Lamborghini 36

Lehman Brothers 138

Lexus 179, 211, 226, 284

Lexus LS, модель 250

Lexus RX, модель 454

LG Chem 59–61, 450, 458

Lotus 43, 48–49, 54–56, 60, 70, 80, 88–89, 91–92, 105. 116, 118, 130, 132, 158–159, 163, 193, 194, 214. 217

Lucid Motors 473

Ludicrous Mode 384

Lyft Inc. 387, 432

M

Maserati 17

Mazda 3, модель 121

Mazda 9, 112, 128, 177

Mazda Miata 58

MBtech 162–164

Mc Kinsey 74

Mc Laren F1 66, 115

McDonnell-Douglas 309

McLaren F1 294

McLaren Racing 338

Medium, блог-платформа 374

Mercedes-Benz 10, 28, 70, 73, 133, 134, 148, 162, 169, 179, 180, 222, 289

Mercedes Е-класса 150, 162, 257, 258

Mercedes-Benz C-класса 336, 339

Mercedes-Benz S-класса 259, 260

MG Capital 95–97

Microsoft 109, 268

Model 2, электромобиль 137

Model 3, электромобиль 9–10, 13–14, 17, 40, 137, 251, 253, 272, 275, 276, 281–284, 292, 296, 297, 315, 336, 339–352, 359–360, 366, 367, 370–379, 383–385, 387–390, 394–396, 400, 401, 416, 423, 426–430, 432, 438–450, 453–456, 459–460, 462, 465–466, 468, 470–471. 476

Model E 334

Model S 75, 98, 113–114, 116–117, 127, 128, 129, 132–134, 137–140, 144, 148–150, 153–156, 159–164, 166, 167, 168, 178, 187, 189, 190, 193, 196, 200, 206–208, 211–212, 214–224, 226–228, 230, 231, 233, 235, 237–243, 245, 250–252, 254–262, 264, 271, 272, 275–281, 283, 286–289, 292–295, 298, 300, 303, 304, 320–321, 324, 326, 334–339, 341–344

Model X 218, 222–223, 252, 272, 275–276, 283, 288, 296,297, 314, 315, 320–324, 327, 329–331, 338–342, 344, 346, 350–352, 359–360,362, 372, 374, 375, 378, 383, 396, 455, 465

Model Y 360, 392, 440, 465–467

Monolithic Memories 119

Morgan Stanley 182, 187, 188, 190, 311, 355, 365, 379, 379, 387, 444

Motor Trend, журнал 137, 243, 249–250, 254, 372

N

NASA 179

NASDAQ 190, 409– 410

New United Motor Manufacturing Inc. (NUMMI) 317

New York Magazine 309

New York Post 301

New York Times 32, 83–84, 328, 415, 417, 419, 474

New Yorker, журнал 168

Nissan Leaf 286

NUMMI 317

Nuvo Media Inc. 36, 43, 54

O

Oppenheimer 355

Oracle 75, 147, 368, 440

P

Packet Design 46, 80

Panasonic 122–125, 213–214, 276–283, 285–287, 310, 336, 344, 347, 353, 367, 376, 378, 457–458

PayPal 31–32, 36, 50, 67, 96, 165, 172, 193, 312

Pontiac Solstice 112

Porsche 17, 37, 42, 52, 137, 143, 196, 257–258

Porsche 911, модель 36

Porsche 944, модель 28

Project D 128

Project Titan 327

R

RBC Capital Markets 394

Redwood Materials 474

Renault 231

Reuters 395, 406

Ricardo 131, 132

Roadrunner 458, 476

Roadster, модель 48–50, 56, 60, 63–65, 68–70, 74, 75, 78–87, 89–93, 98, 100–102, 104–109, 111–114,118, 121–123, 126–133, 136–140, 142, 146, 148–149, 153–156, 167, 171–172, 174, 177, 180, 181, 189, 190, 183, 195–196, 200, 202–204, 208, 213–215, 217, 220, 233, 235, 245, 248, 257, 278, 298, 303, 312, 324, 329, 343, 359, 383–384, 387, 407, 426, 460, 476

Rolling Stone, журнал 67, 380

Rosen Motors 27–28, 126, 136

Rover Group 157

S

San Jose Mercury News 202

Sanyo 91, 124–126, 213–214, 279

Saturn 28, 52

Seeking Alpha 315

Smart 155, 169–170, 214–215, 290, 332

Soft Bank 367–368

Solar City 142, 166, 188, 234, 248, 298, 310–314, 344, 350–354, 356–359, 361, 414

Solstice 112

Solyndra 170, 237, 239

Sony 24

Southby Southwest, фестиваль 264

Space Exploration Technologies Corp. 31

SpaceX 9, 31, 33, 49, 54, 67–68, 78, 79, 127, 135, 136, 141, 142, 144, 145, 146, 148, 160, 162, 166, 168, 179, 181, 188, 206, 216, 217, 222, 248, 264, 270, 311–312, 314, 350, 357, 365, 368, 384, 410, 434, 435, 474, 375

Sterling Collisions Centers Inc. 299

Supercharger 275, 292 342, 373

T

T. Rowe Price 356, 417

Taubman Centers Inc. 442

Telstra 354

The Joe Rogan Experience 421

The New York Times 32, 238, 419, 474

The Times 185

The Wall Street Journal 128, 307–308, 377, 421, 422

Toyota 10, 15, 16, 112, 113, 179–181, 187, 214–216, 220, 226–227, 230, 234, 255, 286, 287, 316–317, 319, 324, 325, 460, 472

Toyota Camry 128, 160, 336

Toyota Motor Corp. 11, 179–181, 278, 463, 465

Toyota Prius 42, 58, 113, 196

Toyota RAV 4 214, 216,

Toyota Scion 56

Tucker 104, 107

tzero 29, 30, 38–40, 44, 45, 54, 56, 84, 133, 173, 194, 336

U

Uber 406, 432

V

V16, двигатель 112

Valleywag 139, 140, 141, 172

Valor 97, 193, 248

Vantage Point Capital Partners 76–77, 87, 88, 114, 118, 142–145, 149

Volkswagen 10, 39–40, 292, 418, 450, 460, 463, 472, 476, 477

Volkswagen AG 181, 418, 450, 463, 465

Volkswagen Beetle 9

Volkswagen Golf 181

Volt 113, 118, 208, 254, 255, 257, 258, 286, 372, 450

Y

Yahoo! 446

YouTube 394, 422

Z

Zip2 32, 66

А

Абу-Хайдар, Антуан 388

Авалос, Рик 209, 241–242, 247

Адаптивный круиз-контроль 362

Айснер, Майкл 84

Акерсон, Дэн 254–256, 258–260

Аккумуляторная батарея 213, 226, 277, 458

Аккумуляторный блок 39, 53, 106, 118, 119, 137, 215, 223, 230, 235, 255, 257–258, 276, 283, 303, 341, 342

Аль-Румайян, Ясир 368, 411

Андерсон, Джеймс 405

Андерсон, Стерлинг 322, 362–364

Ансворт, Вернон 404, 405, 408, 419, 420, 421, 452

Ассоциация дилеров 266, 267, 270

Ахуджа, Дипак 164, 168, 176–178, 183, 223, 238, 240, 241, 278, 314, 351, 364, 411, 428, 440

Аэродинамика 25, 37, 38, 220, 337, 338

Б

Баглино, Эндрю 458

Барнард, Хейс 298, 299

Басс, Брэд 414

Батарейный блок 38, 59, 119, 126, 353, 378–379

Баффет, Уоррен 138

Безос, Джефф 473

Бензиновый автомобиль 27, 37, 40, 41, 44, 52, 154, 155, 204 283

Бензиновый двигатель 10, 11, 29, 38, 42, 80, 101, 113, 114, 300, 417

Бердичевский, Джин 24–26, 57, 61, 62, 63, 80, 91, 126

Бланкеншип, Джордж 196–205, 241, 244–246, 250–251, 289–290, 376, 425

Браун, Джошуа 349

Браун, Мэри Бет 173, 198

Брейер, Чарльз 377

Бриджман, Колетт 59, 80, 83, 84

Брин, Сергей 45–46, 102, 103, 144, 184

Буше, Клэр Элис (Граймс) 401–402, 404, 416, 436

Буш-младший, Джордж 167

Бэнкс, Азилия 416

В

Вагонер, Рик 104, 110–112, 166

Варадхараджан, Сатиш 288, 295–296, 300

Великая депрессия 71, 139

Винкельман, Карен 312

Винтеркорн, Мартин 181

Волтерс, Билл 264, 266–270

Ву, Вероника 290–292

Вуд, Саймон 91–92

Г

Галилей, Галилео 315

Гейдж, Том 38, 44–45, 47–48, 54

Гейтс, Билл 268

Гигафабрика 283, 336, 341, 346, 353, 367, 376–380, 396–398, 409, 449–450, 453–454, 456–457, 474

Гильен, Жером 230, 240, 289–291, 293, 295–296, 298, 323, 342, 382, 429, 455

Гинье, Корт Де 367

Гирски, Стив 188, 263

Гловер, Джулианна 415, 420–421

Голдберг, Марк 182, 187, 189

Грасиас, Антонио 60, 94–98, 104–105, 118, 172, 193–195, 248, 298, 300, 352–354, 359, 406, 436

Д

Делл, Майкл 368, 413

Денхолм, Робин 354, 356, 414, 440

Джейм, Леброн 309

Джексон, Лиза 183

Джексон, Шен 347

Джобс, Стив 198–201, 284, 290, 328

Джонас, Адам 188–189, 355, 365, 379, 387, 444, 463, 468, 478

Джонсон, Брайан 464

Джурветсон, Стив 234–235

Ди Каприо, Леонардо 301

Диз, Дэн 367

Дилерский центр 12, 16, 52, 70–75, 154, 204, 293–294

Доннер, Ричард 84

Донохью, Майк 128–130, 132–133, 156, 161–162

Драг-рейсинг 29, 37

Дрори, Зеева 119–120, 122, 127–128, 138, 139

Дурбан, Эгон 413

З

Зальцман, Алан 88, 142–145, 149

И

Инсайдер 140, 143, 150, 186, 261, 397

Интегрированный продукт 359, 361

Искусственный интеллект 294, 401, 458

Й

Йолер, Лори 46, 50–51, 68, 89–90, 121, 171

К

Калаканис, Джейсон 143–144

Каланик, Трэвис 406

Каснер, Стивен 37–38, 80, 136

Кассекерт, Кевин 376, 380, 456

Келли, Брайан 76

Келли, Билл 131–132

Келти, Курт 122–126, 213–214, 276, 278–279, 282–283, 376, 457

Ким, Дэн 425–426, 429, 432, 438–439

Китайский рынок 291–292, 295, 439, 444, 457

Клуни, Джордж 86, 89, 257

Коккони, Алан 29–30, 54

Коккони, Эл 38–40, 43–45, 48

Кольбер, Стивен 186

Комиссия по ценным бумагам и биржам 183, 248, 356, 409, 411–412, 419, 421, 424, 434–436, 440–441, 451

Консалтинг 75, 158, 162, 198

Коронавирус (COVID-19) 462, 466, 471–473

«Короткая» акция 305, 355, 366, 380, 429, 475

«Короткий» продавец 306–307, 314, 350, 354, 373, 395–396, 399, 403, 411–412, 434, 437, 440, 444, 460, 477

Космодромом SpaceX 475

Краш-тест 220, 230

Кук, Тим 328–329, 408

Кьюбан, Марк 435

Л

Лайонс, Дейв 56, 64, 81, 106, 122

Лас – Вегас 275, 426, 430–431, 439

ЛеБо, Фил 190, 348

Лейн, Рэй 75–77

Лено, Джей 137

Ли, Билл 144

Литий-ионные батареи 24–25, 30, 33–34, 39–41, 44–45, 54, 61, 120, 123, 215, 257, 284, 450, 453

Ллойд, Рон 99, 114–116

Лопес, Линетт 395–397

Лумис, Кэрол 356

Лутц, Боб 112–113

М

Ма, Джек 458

Мак Флай, Марти 250

Мак, Райан 419

Маклин, Бетани 307

Макнилл, Джон 297, 299–300, 342–343, 347, 362, 379, 387, 425, 447

Макнилл, Рен 447

Марвер, Джим 87, 91–93, 142

Мардалл, Джо 338

Маркетинг 73, 83, 112, 139, 182, 201, 219, 297, 362

Маркс, Майкл 107–111, 116, 118–120, 173–174

Марон, Тодд 166, 314, 406–407, 410, 440

Маск (Уилсон), Джастин 50, 66–67, 89, 136, 165–166, 171, 185–186

Маск, Кимбал 10, 32, 184–185, 221, 312, 353, 357, 368, 386, 402, 417, 436

Милкен, Майкл 308

Министерство энергетики 154, 167–170, 183, 237–238, 252, 285

Моран, Хосе 374–375, 380–382

Н

Нассер, Жак 76

Натан, Элисон 452

Наттер, Брайан 393

Несбит, Джефф 420

Ногучи, Наото 213–214

Норман, Бонни 196, 200–201, 296–298, 343, 407, 412, 436

Ньюс, Гэвин 467

О

О’Брайен, Сара 400, 410

О’Коннел, Диармайд 167–168, 264, 266, 285, 297

Обама, Барак 154, 166, 170, 198, 236–238

Ортиз, Ричард 316–321, 324–325, 330, 332–333, 374–375, 380–382

Оруэлл, Джордж 265

Осоттанакорн, Наронгсак 404

Остин 203, 264, 472, 475

П

Пандемия 462, 471–472, 475

Пассен, Жильбер 179, 226–227, 230, 233, 238, 240

Пейдж, Ларри 45, 102–103, 184, 253

Пиар 92, 117, 170, 411

Пирсон, Кейт 433, 437

Поппл, Райан 105

Пратт, Трэвис 380–382

Пристли, Дэн 341

Профсоюз 316–318, 333, 374–375, 379–382

Р

Райли, Талула 137, 190, 221, 225, 244, 265, 326

Райс, Линда Джонсон 414

Райт, Иан 44, 48, 50–51, 53–58

Райхоу, Грег 283

Рар, Стюарт 301–302, 373, 407

Рейес, Рикардо 207

Реклама 72, 83, 193, 195, 244, 249, 265, 383, 460

Рекхорн, Даг 207, 227, 229

Рен, Робин 31, 445–446

Рив, Линдон 68, 312, 350–351

Рив, Питер 68, 312, 361

Ричоу, Грег 324,331, 338, 346, 392

Роган, Джо 421–422, 424

Родригес, Роберт 264–265

Ройтер, Уолтер 317

Ромни, Митт 236–238

Ротман, Саймон 74

Роулинсон, Питер 153–161, 163–164, 206–210, 212, 213, 220–222, 226, 230, 248, 257, 284, 289, 321–322, 334–335, 376, 473

Рут, Бейб 473

Рэнд, Айн 221, 265

С

Сакс, Дэвид 96

Сакстон, Том 147

Сандберг, Шерил 299

Свинцово-кислотные аккумуляторы 24, 28–30

Свитцер, Джессика 83

Сири, Дэррил 139

Система OnStar 256

Система трейд-ин 438

Скиллинг, Джеффри 307–308

Сколл, Джефф 84

Снайдер, Майкл 358

Совет директоров Tesla 77, 92, 107, 171, 312, 351–353, 358, 406, 415, 417–418

Солнечная батарея 23–24, 53, 57, 68, 79, 170, 313, 353, 361, 369

Солнечная компания 311, 350, 354, 414

Солнечная панель 24–25, 68, 86, 237, 310, 359, 361

Солнечная энергия 24, 25, 313, 353

Сон, Масаеси 367–370, 411

Софер, Мики 196

Стюарт, Джеймс 415

Суисса, Янев 168, 170

Сэмпсон, Ник 223–224

Т

Тай-Тан, Хау 101–102

Тао, Грейс 447

Тарпеннинг, Марк 36–37, 42–44, 50, 53, 55, 58, 86, 109, 122, 174, 464

Таубман, Роберт 442

Теллер, Сэм 344, 404, 406, 410–411

Тесла, Никола 42–43, 79, 422

Тест-драйв 44, 85, 89, 137, 187, 194–196, 200, 204, 261, 299–300, 373

Техногигант 253, 328–329, 408

Т-образный блок батарей 255

Тойода, Акио 180, 214

Толедано, Габриэль 381

Трамп, Дональд 366, 448, 466, 471

Трансмиссия 44, 56, 80–81, 88, 91, 101, 103, 105, 110, 111, 118, 122, 130–132, 149, 157, 215–216, 262, 300

Трансмиссия, электрическая 90, 181, 332

Трипп, Мартин 395–399, 403, 474–475

Тсе, Берни 51, 121, 473

У

Углеродное волокно 78, 148, 162

Уилер, Джейсон 345, 350–352, 354, 358, 364,

Уитфорд, Брэдли 84

Уоткинс, Тим 94–98, 104–105, 107, 118–119, 132, 193–196, 235–236, 245, 298, 300 388

Ф

Федеральная комиссии по связи США 421

Федеральное агентство по охране труда и здоровья 330

Фербер, Роб 55

Филд, Даг 283–284, 334–343, 346, 373–374, 376, 385, 387–388, 390, 392–393, 408, 425, 455, 465, 474

Фискер, Хенрик 114–115, 117, 127–128, 221–222, 451

Форд, Генри 10, 29, 40, 71–72, 283

Фосси, Ларри 315, 373–374, 407

Фосси, Лоуренс 301–305, 308

Франчайзеры 73–74, 76

Франчайзинговый дилерский центр 154, 261, 268–269

Франчайзинговый дилер 259, 264–267, 271, 285, 296, 431

Фрэнсис, Джо 86

Х

Хакетт, Джим 463

Хантер, Кейл 426–427, 429–432, 437, 439

Херд, Эмбер 264–265, 326–327, 366, 380, 402

Хольцхаузен, Франц фон 9, 112, 128, 148, 153, 156, 217, 222, 321, 339, 340, 432

Ц

Цетше, Дитер 289

Цзиньпин, Си 448

Цзэн, Робин 458

Цуга Казухиро 280, 287, 457

Цукерберг, Марк 47, 184

Ч

Чанос, Джим 307–311, 313–314, 354–355, 395, 403, 475, 477

Чейн, Филипп 231–232, 236

Чжоу, Пэн 141, 397

Чжу, Том 447, 454–455

Э

Эвансон, Джефф 356, 358

Экологическая политика 195

Экономический кризис 177, 254

Элджер, Хорейшо 31

Эллисон, Ларри 147, 368, 411, 413, 440

Энсайн, Джош 324–325, 330–331, 346

Эпштейн, Джеффри 415

Эстрин, Джуди 46

Я

Ямада, Йоши 214, 281–282, 285–287, 344

Примечания

1

Гонки в парных заездах на максимальное ускорение по прямому участку трассы на дистанции в четверть мили (402,3 м).

2

Автомобиль, который продается в виде набора запчастей для самостоятельной сборки.

3

Классические американские автомобили с серьезными модификациями двигателя, направленными на линейное ускорение, для достижения максимальной скорости.

4

Американский автор подростковых книг о бедных мальчиках, поднявшихся из низов к богатству.

5

Социальные сети Facebook и Instagram запрещены на территории Российской Федерации на основании осуществления экстремистской деятельности.

6

Социальные сети Facebook и Instagram запрещены на территории Российской Федерации на основании осуществления экстремистской деятельности.

7

Магистральная улица в Кремниевой долине, на которой находятся офисы множества компаний венчурного капитала.

8

Позже Маск признавался, что был готов согласиться на предложение Kleiner Perkins, если в совет директоров войдет Дорр, а не Лейн. Но Дорр не стал идти наперекор коллеге.

9

Компания – объект для инвестирования с целью получения доли или полного выкупа.

10

Весной 2007 года Тай-Тан стал курировать разработку продукции Ford в Южной Америке, а к 2019 году стал главным руководителем по разработке продукции в компании.

11

Компании, которые создавали революционные в технологическом плане автомобили, но потерпели крах, а их основатели заслужили репутацию авантюристов.

12

Спортивный автомобиль Dodge Viper.

13

Тип кузова с покатой формой крыши, плавно, без уступа переходящей в крышку багажника.

14

Осенью 2008 года команда Chrysler объявила о планах по созданию электромобилей, включая один на базе Lotus Elise, который также будет работать на литий-ионных батареях. Однако этот автомобиль так и не поступил в производство.

15

Так японцы называют иностранцев.

16

Для сравнения, по сообщению газеты Detroit Free Press, в 2008 году Chrysler обещала полусотне руководителей бонусы за удержание, поскольку столкнулась с возможным оттоком кадров в преддверии реорганизации после банкротства в 2009 году. Ожидалось, что бывшие коллеги Донохью получат бонусы в дополнение к своей обычной зарплате от 200 тысяч до почти 2 миллионов долларов.

17

Элитное формирование воздушно-десантных войск Великобритании.

18

Хотя первоначальное соглашение было составлено до свадьбы, финальный документ был подписан только после того, как они официально связали себя узами брака.

19

Хотя Эберхард подал документы на приобретение прав на сайт teslamotors.com в 2003 году, Маск позже сообщил, что в итоге заплатил человеку из Сакраменто 75 тысяч долларов и перекупил домен. Запасным вариантом названия компании был Faraday.

20

По данным исследовательского центра Autodata Corp., в 2009 году продажи автомобилей в США достигли рекордно низкого уровня за 27 лет и составили 10,4 миллиона единиц, что на 38 % меньше, чем в 2003 году, когда была создана компания Tesla.

21

Назначение на должности родственников или друзей, независимо от их профессиональных качеств.

22

Позже Маск признавался, что эти расходы в основном состояли из судебных издержек, на которые ежемесячно уходило около 170 тысяч долларов. Большая часть оставшейся суммы, по его словам, шла на оплату няни и содержание Джастин с детьми. Он отметил, что они разделили опеку над своими пятью детьми. «Почти все свободное от работы время я провожу с моими мальчиками. Они – любовь всей моей жизни», – писал он в 2010 году.

23

Служба автоматизированных котировок Национальной ассоциации дилеров по ценным бумагам.

24

В рамках пробного запуска были организованы шоу для СМИ и пробные поездки для клиентов, включая Бонни Норман, которая даже прослезилась, когда подъехала к заводу и увидела большую вывеску Tesla.

25

По словам трех человек, знакомых с делом, позднее в том же году КЦББ уведомила Valor в письме, что не собирается предпринимать никаких мер против фирмы.

26

Некоммерческое издание Союза потребителей, которое помогает читателям в выборе любого вида продукции – от автомобилей до стиральных машин.

27

Согласно калифорнийскому исследованию истории предприятия, пик производства GM-Toyota на заводе во Фримонте приходился на 2006 год, когда было выпущено около 429 тысяч автомобилей.

28

Социальные сети Facebook и Instagram запрещены на территории Российской Федерации на основании осуществления экстремистской деятельности.

29

Частная независимая организация, ведущая дела богатых семей, связанные с управлением их имуществом и другими активами.

30

Высокодоходные долговые бумаги с кредитным рейтингом ниже инвестиционного уровня.

31

Финансовый показатель соотношения рыночной стоимости акции к полученной с нее годовой прибыли – один из основных показателей сравнительной оценки инвестиционной привлекательности акционерных компаний.

32

Субстандартный кредит – это кредит для заемщиков с плохой кредитной историей, поэтому их кредитуют под залог имущества.

33

Протекционизм – государственная поддержка отечественных производителей путем ограничения импорта.

34

Маск заявил, что их отношения начались только после того, как Херд подала на развод в мае 2016 года. До этого они были друзьями.

35

В 2021 году в подкасте New York Times Кук заявил, что никогда не разговаривал с Маском. Тем не менее есть их совместная фотография на встрече с Дональдом Трампом в 2016 году, кроме того, Маск и Кук вместе работали в консультативном совете бизнес-школы в Китае.

36

Маск отрицал это, например, в твите от 21 мая 2018 года: «На заводе Tesla буквально километры желтых линий и лент».

37

J.D. Power начнет включать Tesla в свое исследование только в 2020 году.

38

Федеральная организация, осуществляющая надзор за автомобилями и имеющая полномочия принудительно отзывать неисправные автомобили.

39

Маск защитил компанию, заявив, что эта история не «влияет на стоимость Tesla». Он сказал Fortune: «На самом деле, если бы вы потрудились провести анализ (очевидно, вы этого не сделали), то поняли бы, что за год более чем в миллионе автокатастроф по всему миру примерно полмиллиона человек были бы спасены, будь автопилот Tesla доступен повсеместно. Лучше потратьте 5 минут на чертовы расчеты, прежде чем писать статью, которая вводит общественность в заблуждение».

40

Бизнесмены встречались еще несколько раз, и однажды Сон даже задремал, очевидно, из-за большой разницы в часовых поясах.

41

Новый полностью электрический автомобиль автопроизводителя – не путать с его гибридным Chevrolet Volt.

42

Судья отклонил иск на том основании, что прогнозные заявления Tesla были защищены хеджированием, которое Маск провел во время их объявления. «Федеральные законы о ценных бумагах не предусматривают наказания за то, что компании не достигли своих целей», – написал окружной судья США Чарльз Брейер в августе 2018 года.

43

В 2021 году Национальное управление по трудовым отношениям постановило, что Tesla нарушила трудовое законодательство при проведении организационных мероприятий, включая неправомерное увольнение Ортиза. Tesla отказалась признать свою вину и подала апелляцию на это решение.

44

Игровой автомат или цифровая игра, в которой нужно бить колотушкой по зверюшкам, неожиданно высовывающимся из нескольких рядов отверстий.

45

По словам Маска, это популярное ругательство в ЮАР, где он вырос. Оно синонимично словосочетанию «несносный старик», характеризуя внешность и поведение человека, а не сексуальные наклонности.

46

В североамериканской субкультуре это означает популярное время для курения марихуаны 4:20.

47

Признал себя виновным в сексуальном преступления против девочки-подростка.

48

На протяжении многих лет сотрудники подозревали, что Маск иногда появляется на рабочем месте под действием наркотиков.

49

Процедура исключения ценных бумаг из списка инструментов, допущенных к торгам, в том числе из котировок – вывод акций с биржи.

50

На самом деле Ансворт не заводил малолетнюю невесту. Его давней тайской подруге было 40 лет.

51

В штате Калифорния употребление марихуаны было легализовано в начале 2018 года.

52

Несмотря на публичные заявления Маска о том, что после приобретения компании в 2016 году он будет развивать бизнес Solar City, у него для этого было слишком мало времени и ресурсов. В результате большая часть того, что осталось от солнечной компании, была направлена на помощь в производстве или поставке Model 3.

53

К концу года он описал в Твиттере подобную идею, легшую в основу проекта Boring Co. «Пробки сводят меня с ума. Я собираюсь построить машину для прокладки туннелей и просто начать копать…» – написал он, после чего последовал другой твит: «Я действительно собираюсь это сделать».

54

Удача Маска в суде продолжилась и в 2019 году, когда присяжные оправдали его по иску о клевете после некрасивых высказываний в Твиттере о том, что Вернон Ансворт был педофилом. Адвокаты Ансворта под руководством Л. Лин Вуда представили дело так, будто миллиардер использует свою власть, чтобы навредить их клиенту, тогда как адвокат Маска описывал его комментарии как шутливые насмешки.

55

Оба подчеркнули, что остаются в хороших отношениях. «Если бы я мог повернуть время вспять, мне следовало бы основать Tesla с Джей Би, как и предполагалось изначально, а не объединяться с Эберхардом, Тарпеннингом и Райтом. Все равно в итоге остались только я и Джей Би, но только после множества болезненных драматических событий, которые чуть не погубили компанию», – сказал Маск. «Моя ошибка в том, что я хотел откусить свой кусок пирога, который не мог съесть. Я люблю создавать продукты, но мне не нравится быть генеральным директором, поэтому я пытался поручить управление компанией кому-то другому, пока разрабатывал автомобиль. К сожалению, это не сработало».

56

По данным Edmunds, в 2018 году Tesla продала примерно 117 тысяч Model 3 по сравнению с 111 тысячами Lexus RX, став самым продаваемым люксовым автомобилем за год.

57

Предсказания Маска о том, что к концу апреля 2020 года число новых случаев заболевания COVID-19 в США снизится до нуля, оказались ошибочными. Спустя несколько месяцев он объявил в Твиттере, что получил положительный результат теста на коронавирус.

58

Легендарный бейсболист, один из лучших игроков в истории.

59

Корпоративный информатор – текущий или бывший сотрудник, который действуя добросовестно, раскрывает информацию о подозрительных, неэтичных или противоправных действиях компании. В таком случае, разглашая информацию, он не нарушает закон и может рассчитывать на защиту государства.

Content

Тим Хиггинс
Создавая религию. Как Илон Маск превратил Tesla из компании-выскочки в самого дорогого автопроизводителя в мире

Пролог Начало

Часть 1 Очень дорогой автомобиль

Глава 1 В этот раз все будет иначе

Глава 2 Призрак EV1

Глава 3 Игра с огнем

Глава 4 Не слишком секретный план

Глава 5 Мистер Tesla

Глава 6 Человек в черном

Глава 7 Белый кит

Глава 8 Сэндвич со стеклом

Часть 2 Лучший автомобиль

Глава 9 Спецназ

Глава 10 Новые друзья и старые враги

Глава 11 Роуд-шоу

Глава 12 Почти Apple

Глава 13 50 долларов за акцию

Глава 14 Ультрахардкор

Глава 15 Один доллар

Глава 16 Возвращение гиганта

Глава 17 В сердце Техаса

Часть 3 Автомобиль для всех

Глава 18 Гига

Глава 19 Выход на мировую арену

Глава 20 Варвары в гараже

Глава 21 Муки рабочих

Глава 22 Почти S-E-X

Глава 23 Смена курса

Глава 24 Илон в аду

Глава 25 Саботаж

Глава 26 Ураганы Твиттера

Глава 27 Большая волна

Глава 28 Китайский прилив

Эпилог

От автора

Благодарности

Примечания

Пролог

Глава 1

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Эпилог

Примечания