Ришар Эли, Фредерик Дево

Мифические духи зимы. Праздники, традиции и существа самого волшебного времени года

Информация от издательства

Оригинальное название:

Le grand livre des esprits de noël

На русском языке публикуется впервые

Эли, Ришар

Мифические духи зимы. Праздники, традиции и существа самого волшебного времени года / Ришар Эли, Фредерик Дево; пер. с фр. А. Васильковой — Москва: МИФ, 2025.

ISBN 978-5-00214-972-8

Все права защищены.

Никакая часть данной книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме без письменного разрешения владельцев авторских прав.

Copyright © Éditions Véga 2023, Russian rights rights arranged by Cristina Prepelita Chiarasini, Literary Agent, www.agencelitteraire-cgr.com

© Издание на русском языке, перевод, оформление. ООО «МИФ», 2025

Моим детям и всем зимним огонькам

Р. Эли

Нашим читателям и всем, кто верит в магию Рождества

Ф. Дево

Предисловие

Мифы, волки-оборотни, феи, драконы, речные нимфы, обряды, поверья не умирают, они странствуют вместе с нами во времени…

Пьер Дюбуа

У горящего камина ровненько стоят две пары тапочек. Весь дом наполнен благоуханием корицы. В моих руках чашка горячего, упоительно сладкого шоколада. На большом устланном скатертью столе красуется тысяча сокровищ: вереница позолоченных светильников, праздничный сервиз, начищенное столовое серебро, цветные бокалы… Кое-что не менее грандиозное стоит в углу комнаты: елка, с которой из-за натопленной жары уже осыпаются иголки. Ее ветви слегка сгибаются под тяжестью гирлянд, стеклянных шаров и серебристых ангелочков. Горящая на вершине звезда бросает отсветы на бумагу, в которую завернуты десятки разложенных на полу подарков. Гости точно будут рады, когда придет время их раздавать. За ними последуют другие сюрпризы: их принесет Санта-Клаус, когда все лягут спать. Но не только он заглянет в комнаты в эту ночь.

Еще придут феи, да и призраки тоже… Разделят между собой остатки ужина — поэтому не стоит убирать их со стола до утра. Духи обойдут все кругом и, конечно же, заметят приготовленные для них подарки и угощения: место для еще одного гостя за столом, плошка с горячим молоком в саду, орехи и изюм, аккуратно сложенные вязаные вещи, открытая табакерка, подернутые золой, но все еще горящие угли и табурет, придвинутый к очагу.

Шоколад еще дымится, пар оседает на оконном стекле. Заходящее солнце окрашивает улицу в нежно-розовый цвет. Я делаю вид, будто не замечаю на свежем снегу следов гусиных лап, улыбаюсь, когда в небе загорается первая звезда — ей тоже не терпится отпраздновать Рождество. Вскоре появятся другие звезды, принесенные ангелами, и все зимние создания тут же оживут. Милые или злобные, испуганные или чувствующие себя как дома: одни знают, что их ждут, другие — что их вскоре прогонят. Ведь это время перемен: духам, покинувшим свой дикий край, вскоре придется туда вернуться, и их сменят другие — от посева до сбора урожая. Так устроена природа, таков круговорот жизни.

Об этом я и рассказываю в книге. Вы узнаете, как пляшут духи зимы, вернетесь в прошлое, чтобы узнать, кто из них нарядился в маскарадный костюм, кто прячется под чужой маской и, наконец, кто сумел незваным гостем пробраться в наши традиции. Этих волшебных созданий прекрасно воплотила на бумаге Фредерик Дево — близкая подруга гномов, домовых и эльфов. Они навещают ее с первыми заморозками, находя в мастерской художницы чудесный приют, где по стенам вьются гирлянды плюща, а каменные лица оживают в синих сумерках.

Книга поведает вам обо всех тайнах конца и начала года, о волшебном времени перехода, когда слышно, как перешептываются феи и смеются эльфы, а Снежная королева и все повелители погоды наигрывают самые прекрасные мелодии — сама жизнь в это время колеблется между тенью и светом, мимолетное становится вечным, а может, и наоборот…

Я отставляю пустую чашку. Осталось одно слово, чтобы завершить эту книгу, — пять букв в самом низу последней страницы. Внезапно поленья начинают трещать, огонь разгорается, и среди пляшущих язычков пламени мне чудятся знакомые очертания, предназначенный мне знак. Я роняю перо. Оставлю последнее слово за вами — это и ваша история тоже, история ваших зим, история, у которой нет конца.

Ришар Эли

Зимние духи, торжество Рождества…

Зимние духи появляются в темное время года. Они то скользят по белому снегу, то несутся, подхваченные метелью, то прячутся под скрипучими половицами, то танцуют с языками пламени в очаге. Самые известные из них угощают детей лакомствами и дарят им игрушки, их тени мелькают даже при ярком свете дня. Всю зиму феи, эльфы и домовые дают знать о себе, но самое интересное происходит в чудесную рождественскую ночь.

ДВА ДОЛГИХ ВРЕМЕНИ ГОДА

Зима, весна, лето, осень — благодаря Вивальди мы даже позабыли, что долгое время год делился лишь на две части. Летом феи нежно касались золотых полей, амбары полнились драгоценным зерном, домовые, согнувшись, перетаскивали на спине охапки сена — они помогали крестьянам, а те знали, как их отблагодарить… Время нелегкого труда, но и радости было место: часы работы перемежались праздниками. Зима проходила в других делах. Все возвращались домой под покровительство семейного духа-хранителя. А погода напоминала людям о том, какими жестокими могут быть ее капризы.

Тогда у времени не было ни начала, ни конца, оно следовало за природой и ее циклом. Все постоянно возобновлялось. Солнце, которое было союзником людей и земли, скрывалось за горизонтом, но каждый раз возвращалось с утренней зарей к облегчению тех, кто боялся, что оно зайдет навсегда. Растение, принеся плоды, уходило в землю или засыхало, когда наступали холода, и снова расцветало с приходом тепла. И повсюду, сопровождая этот круговорот, были духи — они появлялись как с порывами ветра и ледяными дождями, так и с теплыми летними сумерками, голубым вечерним светом, когда добрые феи покрывали луга чистой росой.

И все же этот вечный цикл был размечен переходами. Главные изменения происходят четыре раза в год. 1 мая прокладывает дорожку чистоты кельтский Бельтайн: белые цветы священного боярышника наполняют благоуханием тропинки, по которым снуют феи и духи. 24 июня — день летнего солнцестояния, когда горит защитный огонь, воспевающий цвет зерна и соломы. Тот же цвет мы увидим на полях через несколько недель. Следом идут 1 ноября и его сумрачные вереницы усопших, кельтский Самайн: двери волшебной страны вновь открываются, чтобы через них могли пройти духи, возвещающие о переходе в темное время года. И наконец, 25 декабря — другой праздник света, когда зимние духи, дав знать о себе в последний раз, опять впадают в спячку. Между этими переходами — как мы увидим на следующих страницах — есть и другие ключевые даты, духовные праздники, связанные с представлениями о свете и изобилии. Зимние духи, как и летние, — носители жизни, одного без другого не бывает.

В этой книге речь пойдет о полугодии с ноября по апрель, отмеченном своими праздниками, своими обрядами, а главное — множеством духов, помогающих зиме рассыпать снег и иней, оживляющих вечера у камина и вокруг котелка. И торжествующих в Рождество, самую сердцевину холодного времени года, когда собираются воедино все силы зимы, все решается и все проходит, уступая место летним духам, или остается еще на несколько месяцев, подвергая опасности круговорот природы.

ТЕМНОЕ ВРЕМЯ

В эту пору являются духи недобрые. Это и неудивительно, но бояться не стоит, не все они такие. Но и забывать о них тоже нельзя! Человек всегда был настороже в ночное и вечернее время. В прежнюю пору, когда наши дороги не так хорошо освещались, зимние путешествия бывали очень опасными. В непроглядной тьме человек утрачивает ориентиры, он движется на ощупь, лишенный зрения и вооруженный лишь слабым чутьем, его пугают потрескивающие на морозе ветки, завывания ветров и метелей, доносящиеся сквозь окна и двери. Не зря этот мрачный период начинается с траурных шествий — он приходит с праздником мертвых, Самайном, когда открываются врата преисподней и дороги заполняются мрачными вереницами духов. Наступает темное время с мерцающими в тыквах огоньками — первая и далеко не последняя ночь призраков, ведьм и чертей.

Следующие шесть недель, которые начинаются 29 ноября (или сразу после Дня святого Николая) и заканчиваются после Богоявления, — магическое время, когда может случиться все что угодно. В эти дни строго запрещается плевать в пламя очага: оттуда может выскочить рассерженный дух. Если ваш кот спит в доме, он непременно будет мяукать на призраков. А главное — ни в коем случае не сжигайте в камине письма, любовные признания и тайны, не то их снова и снова будут нашептывать вам каждую ночь. Да, это колдовское время, когда лучше быть настороже.

В христианском календаре дни, отделяющие Рождество от Богоявления, — это период, определяющий весь следующий год. В эти двенадцать ночей усопшие и призраки скитаются между двумя мирами, сидят за столом и наблюдают за нами. Зыбкое время, полное предсказаний. Считается, что эти двенадцать дней связаны с двенадцатью месяцами года: погода в каждый из них указывает, какой она будет в соответствующем месяце. Это время не только запретов, но и безумного веселья: сколько шумных праздников в начале января!

В центре пугающего, но неизбежного хаоса прочным, льющим свет маяком возвышается Рождество. Это первый день надежды, а за ним следует Богоявление — праздник, который положит конец лукавым выходкам, прогонит оборотней из садов и ведьм от порогов, выкурит домовых из каминов, вытеснит диких духов в леса и луга. Конечно, на этом все не заканчивается — в начале весны еще будут дожди с градом и порывистые ветра, но можно рассчитывать, что огни Имболка и Бельтайна наведут порядок. Они очистят землю, на которой всю зиму бесчинствовали беспокойные духи.

ХРИСТИАНСКИЙ ФОЛЬКЛОР

С тех пор как много веков назад западный мир обратился в христианство, складывался рождественский фольклор, который постепенно стал самым известным и последовательным из всего существующего сегодня. Звезда на верхушке елки напоминает Вифлеемскую — ту, что указала путь пастухам и волхвам. К древней процессии присоединяются ангелы, которые оберегают нас и отвечают на молитвы. Кстати, в окрестностях Франции говорят, что именно они приносят елочные украшения до праздника и возвращают их в рай, когда снятые с елки гирлянды кладут на подоконник. Другие известные христианские персонажи, святые, приносят подарок. Самый известный из них — святой Николай, который 6 декабря радует детей на севере Франции, в Бельгии и Голландии. История этого великого святого полна чудес. Песня о детях, воскресших после того, как они попали под нож мясника, обошла всю Европу. Святой Мартин тоже раздает подарки волшебной зимой. А следом за ним — сам младенец Иисус, который наполняет рождественские сапожки сюрпризами во Франции и многих других местах.

Бытует поверье, которое восходит к животным из вертепа, будто в рождественскую ночь волы, ослы и собаки разговаривают и открывают секреты хозяев, нередко эти беседы предсказывают скорую смерть. В некоторых местах был обычай наглухо закрывать в эту ночь конюшни и хлева, больше из страха перед мрачными предсказаниями, чем из опасения, как бы звери не вышли оттуда.

ВРЕМЯ ЧУДЕС

Когда сады увядают, а деревья тянутся оголенными ветвями к пасмурному небу, появляются необыкновенные цветы — растения вносят немалую лепту в зимние чары. Люди начинают искать сказочный цветок папоротника, который распускается лишь в рождественскую ночь и обещает тому, кто его сорвет, богатство и могущество. В Бретани одна из веток орешника становится золотой, и вы можете сделать из нее волшебную палочку, исполняющую все желания. Главное — не торопиться, когда вам попадется такое сокровище. Дождитесь, когда часы начнут бить полночь, и заберите ветку до того, как удары затихнут в ночи. Сделайте все правильно! Ведь если попытка не удастся, вас похитят феи!

Еще одно чудесное растение, связанное с Рождеством, — гластонберийский боярышник, выросший из воткнутого в землю посоха Иосифа Аримафейского. Этот терновник цветет два раза в год: первый раз — весной, как и все боярышники, второй — среди зимы. Цветущую ветвь каждый год дарили английским королям, этот обычай продолжает существовать благодаря многочисленным черенкам изначального дерева, сожженного войсками Оливера Кромвеля.

Перед Рождеством пробуждаются и домовые. Их шалости заметны повсюду. Ключи, как назло, теряются чаще обычного, коробки с хлопьями оказываются перевернутыми, печенье — надкусанным, а за стенами и на чердаке кто-то скребется или мелко топочет.

А еще в рождественскую ночь начинают двигаться камни. Дольмены, менгиры и валуны перемещаются, дрожат, взлетают всего на несколько часов, позволяя увидеть зарытые сокровища. Стражи слишком заняты подготовкой шалостей (по другим поверьям, в рождественскую ночь духи теряют свою власть), и эти сказочные сокровища становятся доступными счастливцам, которые их найдут. Но и здесь надо проявить немалую ловкость, потому что при малейшем промахе или из-за чрезмерной жадности камень поймает вас в ловушку. Никто не знает этого наверняка, но желающий поживиться за счет гномов всегда сильно рискует. Они могут убежать, а могут и отомстить — и то и другое будет иметь неприятные последствия.

Вот почему лучше следовать давно установленным правилам и в эти дни чудес проявлять осторожность. Наблюдать за проделками духов, поменьше ворчать, не сердиться на домашнего хранителя, заново украсившего елку по-своему (он ведь оберегает вашу семью), и не затягивать с мытьем, напрочь позабыв о том, что этот вечер отведен и баннику, который непременно ущипнет того, кто заберется на его территорию.

ФЕИ-ГОСТЬИ

Швейцарских детей в Рождество одаривают Белые дамы, которые ходят вечером по домам накануне первого дня года, чтобы выпить вина и съесть хлеба. Во многих странах феи-пряхи проверяют, завершена ли в домах работа, все ли закончено, убраны ли инструменты. Для кротких следующие месяцы будут радостными, но горе тем, кто, желая заработать еще несколько монет, сядет за прялку в Рождество или первый день года.

У дам, которые ходят по земле в эти магические дни, много имен. Феи не довольствуются только встречами в пути и случайными появлениями в глуши некогда священных лесов: они входят в дома, заглядывают в хлева и оставляют там капли воска, стекшие с их свечей. Они вдыхают ароматы нашей еды, устраиваются у наших каминов, снятся детям. Повсюду они действуют, благословляют, присматривают. Вспомните название «рождественская феерия» — она не случайно так называется.

ПОЮЩИЕ ЭЛЬФЫ

Из сотен волшебных созданий, окружавших зимнее солнцестояние, до нас, кажется, дошли лишь крохотные эльфы в красных и зеленых колпачках. Они целыми днями мастерят игрушки, чтобы Рождественский Дед, когда придет время, раздал их детям. Мы далеко ушли от скандинавских томте и ниссе, которые в прежние времена сами награждали и раздавали подарки. В Дании во дворах некоторых ферм все еще ставят плошки с горячим молоком, чтобы эти маленькие существа могли полакомиться. В Исландии каждый год продолжают петь песни в честь потаенного народца, который в первый день перемещает свои жилища. В этой книге вы найдете немало следов этих духов зимы, награждающих тех, кто их не забывает. Есть много способов их поблагодарить, спрятав угощение под столом, в камине, где-нибудь в саду или на заснеженном балконе. И тогда феи улыбнутся, а домовые запляшут, и мы снова услышим среди зимы пение эльфов.

ДУШИ УСОПШИХ

Зима — время воспоминаний, она начинается днем памяти, когда кладбища покрываются цветами. Время благоговения и общения с умершими. За каждым праздничным столом будет еще одно место — поставят приборы для предков, родственников, ушедших из жизни в минувшем году, или для странствующей души, которая ненадолго задержится, чтобы вдохнуть немного счастья и согреться у царящего за столом веселья. В некоторых регионах Франции, например в Лангедоке, все еще можно увидеть подношение для усопшего в виде блюд из трески в молоке, бобов и чернослива, который выложен вокруг пирога.

В это время Белые дамы бродят по крепостным стенам разрушенных замков, а в Бретани обитатели Анаона — потустороннего мира — шествуют по дорогам длинными и унылыми вереницами. Эти призрачные процессии можно узнать по огонькам их свечей — они не дрожат на ветру. Все там же, в Бретани, рассказывают, что то же делают утопленники и что на море можно увидеть вереницы их душ, скользящие по воде. От заброшенных часовен, где проходят службы особенных рождественских месс, до призрачных городов и деревень, которые показываются на несколько часов или доносят до нас звон колоколов, — все это неоспоримые факты, подтверждающие, что середина зимы — пора волшебных явлений.

А еще страждущие души возвращаются, чтобы искупить свои грехи. От умершего, проклятого за нарушение заповеди и обреченного ежегодно присутствовать на полночной мессе, до неприкаянной души, ищущей избавления в эту чудесную ночь, — историй о рождественских призраках не счесть.

Но такие встречи не всегда пугающие — это поистине время воспоминаний и общения, и здесь есть место надежде для всех, кто потерял близких. Это послание о том, что можно почтить их память, почувствовать их рядом, открыть свои сердце и двери дома. Это и делает Рождество таким особенным праздником, и разнообразные чувства, которые испытывают столько людей, радость и печаль вперемешку, придают ему настоящую красоту. Мы вслушиваемся в отголоски прошлого, предвкушаем будущие радости, восстанавливаем семейные узы и укрепляем дружбу. Прекрасный урок зимы, снова нашептывающей нам, что нет никакой границы, что все круговорот и возобновление.

РАДОСТНЫЕ ОБЕЩАНИЯ

Новогодние и рождественские праздники не конец, а начало нового витка. Мы не столько провожаем ушедший год, сколько радуемся рождению наступающего — это вновь обретенная надежда, истинный миг разделенной радости и время обещаний.

В некоторых графствах Англии выходят в сад, чтобы помолиться духам плодовых деревьев, и поливают подножие почитаемой яблони сидром урожая этого года. Толпы детей поют под окнами, выпрашивая монетку. Еду, особенно рождественский хлеб, берегут, чтобы лечить им скот и людей. Зерно, насыпанное в расставленные на камине плошки 4 декабря, в День святой Варвары, прорастет к Рождеству. Чем дружнее взойдет зерно, тем лучше будет урожай. Все ради будущего: и подношение пожарным, чтобы уберечь дом от огня, и подаяние нищим, чтобы тоже получить помощь, когда она понадобится. Дом украшают амулетами. Целуются под омелой, желая друг другу всего наилучшего, суля здоровье, богатство и удачу. Повсюду символы и знаки, предвещающие плодотворный год. И духов тоже не забывают: кто сыплет под стол крошки, кто сохраняет огонек в камине под золой — каждый старается порадовать домового и маленьких вечерних посетителей, чтобы и они в свой черед были к нам добры.

В этой книге вы найдете способы сделать зимний праздник по-настоящему сказочным. Счастливого вам пути под треск поленьев в камине, рассыпающих волшебные искры, вокруг столов, ломящихся от яств, в глубину зимних ночей, где танцуют феи.

Ангелы. Хранители наших жизней

Духовные существа, связанные с божеством и наделенные особыми обязанностями. Близки к людям. Иногда принимают облик молодых бесполых крылатых людей или маленьких щекастых мальчиков. От древнегреческого  — вестник.

Декабрьский вечер. Я сижу у окна и смотрю, как падает снег. На столе чашка горячего чая. Завитки пара образуют в воздухе рисунок, в котором угадывается лицо. Я ощущаю его присутствие. Он здесь. Совсем рядом. Мой бесценный хранитель. Ангелы путешествуют по земле в течение всего года, большую часть времени они невидимы, а к Рождеству становятся жизнерадостнее и инициативнее — в этот период их можно увидеть. Они приходят к нам в виде знака или сна, реже — как пронизанная светом фигура человека.

В иудаизме упоминаются малахим (единственное число — малах), созданные из светящейся материи, неуловимые, как воздух, и не нуждающиеся ни в чем земном. В исламе же два ангела малаика приставлены к каждому человеку: один отмечает все хорошие поступки, другой — плохие. Они тоже созданы из света. И наконец, ангелы в христианской традиции, Божьи посланники, делятся на несколько категорий, и у каждой есть свои особенности. Серафимы с красными крыльями — стража, окружающая престол Господа. Херувимы с голубоватыми крыльями превратились из гибридного существа, сочетавшего в себе животное и воина, в невинных пухлощеких малышей, которых еще называют путти. Престолы, лучезарные создания, настолько же удалены от людей, насколько близки к Богу, они передают ему наши молитвы. Господства, получающие распоряжения от Господа, управляют Царством Небесным. Силам дарованы божественные озарения, они снаряжены священными книгами и сопровождают тех, кто постоянно жаждет становиться лучше. Власти, которые часто держат руки скрещенными на стихаре, борются со злом и сопутствуют священникам. Начала заботятся о каком-нибудь приходе, народе, нации или городе. Их цвет аметистовый, лоб украшен венцом с двумя звездами. Они часто становятся заступниками общины, когда она в чем-то провинилась. Архангелы, исполняющие божественные распоряжения, приходят к людям, когда нужно передать им особенно важную весть или когда происходит значительное событие. Так Гавриил явился Марии, чтобы возвестить ей, что она носит Божье дитя. Он же предстал перед царями-волхвами и пастухами, чтобы сообщить им о рождении Христа. И наконец, ангелы, которые нас охраняют. Они сопровождают каждого человека в его судьбе, присматривают за ним, слушают его и понимают. Ангелы несут груз грехов своих подопечных, стараются наставить тех на истинный путь, радуются их счастью и преисполнены сочувствия в скорбные времена. Тот, кто сможет их услышать и ощутить присутствие, разделит их свет, но и тот, кто закрывает глаза на их существование, не будет оставлен. Сила ангела-хранителя — всегда быть рядом с вами что бы ни случилось. Традиционно им посвящен октябрь — когда заканчивается светлое время года, присутствие наших хранителей особенно чувствуется. Их праздник — в самом его начале, второго числа. Самый подходящий момент, чтобы поблагодарить ангелов-хранителей за доброжелательность, за то, что передавали наши молитвы, заступались за нас, мирились с нашими слабостями и делили с нами радости. Это они внушают нам добрые мысли, покровительствуют нашей судьбе, подсказывают решения и сопровождают до конца жизни, а когда она завершается, то и здесь выступают спасителями, оберегая наши души от демонов и ведя их к вечному свету.

В славянских странах 8 ноября отмечают День архангела Михаила, изгоняющего демонов, и это последний безопасный день года. Уже на следующие сутки наступит время злых духов, которые появляются в течение всей темной и волшебной зимы. В Рождество у ангелов особенно много дел. В одной ирландской легенде говорится, что Мария каждый год в это особенное время посылает ангелов, чтобы те разбудили некоторых детей и привели их в рай петь младенцу Иисусу рождественские гимны. Получив благословение небес, дети вернутся в свои кроватки и позабудут эту волшебную ночь, но счастье и удача будут сопровождать их всю жизнь. В течение зимы ангелов можно увидеть и на других праздниках. Изображениями ангелочков украшают рождественские елки и вертепы. Дети наряжаются ангелами, чтобы участвовать в сценках и рождественских шествиях. О них поют и песни — Генрих Сузо, вдохновленный образом ангела, сочинил In dulci jubilo (лат. «В сладком ликовании»). Позже церковная песнь была положена на музыку Пирсоллом, а много лет спустя, в 1976 году, композиция Майка Олдфилда подняла его на верхнюю строчку английского хит-парада. Появляются ангелы и в виде лакомств, печений с белой сахарной глазурью. В Литве и Польше пекут хворост: в Литве его называют žagarėliai, а в Польше — chrusciki. Эти «ангельские крылья» из теста, посыпанные сладкой пудрой, едят после зимы — они приносят изобилие и удачу тем, кто ими лакомится.

АМЕША СПЕНТА

В иранском зороастризме Амеша Спента — это духи, связующее звено между людьми и божеством Ахура-Мазда. Их семь, они близки к архангелам христианской традиции и связаны с духовной властью и добрыми мыслями.

ШЭНЬ

Доброжелательные души, ангелы-хранители, духи-покровители — к китайским шэнь относят высших существ, которые находятся выше земного уровня и взаимодействуют с человеком ради его блага. Иногда они появляются в человеческом облике, а затем снова возвращаются в бессмертную форму.

Барбегази. С замороженными бородами

Гномы с большими ступнями • Живут в горных пещерах • Любят снег и долгое скольжение • Тело покрыто густым белым мехом. Искаженное barbe glacée означает «замороженная борода» — этим прозвищем они обязаны своей привычке выбираться наружу только в морозы.

В горах добрые духи часто спасают путников от верной смерти, предупреждая их о сходе снежной лавины. В Альпах, особенно в швейцарской их части, достаточно прислушиваться к крикам барбегази. Этот крик очень похож на звук, издаваемый сурками. Пронзительный свист предупреждает вас, что вскоре обрушатся тонны снега, под которыми вы оказались бы погребены, если бы не услышали спасительного предостережения.

Барбегази — это удивительные горные гномы. Они не любят температуру воздуха выше ноля, поэтому никогда не спускаются в долины, предпочитая покрытые льдом и снегом горные вершины. Летом их не увидишь, они спят беспробудным сном в глубоких пещерах или забиваются в расщелины и там отдыхают, а когда приходит зима с морозами, выходят из своих укрытий и подолгу катаются с гор. У барбегази есть одна особенность, позволяющая совершать им головокружительные пируэты: у них непомерно длинные ступни. Плотный белый покров на камнях создает для гномов замечательный трамплин, и вот, разогнавшись с крутого склона, они уже кружат в воздухе. Даже грозные лавины их не пугают — напротив, они рады сходу снега и, скрываясь в белом облаке, со сказочной ловкостью и без всякой опасности для себя несутся вниз с самых высоких гор.

Поговаривают, будто эти горные гномы построили под скалами целый подземный лабиринт, чтобы можно было перемещаться незаметно и не оставляя следов и все время, пока солнце пригревает, оставаться в холодке, в укрытии, дожидаясь возвращения зимних морозов. Вход в эти тоннели находится в местах, где снега не тают, — он искусно скрыт глыбами льда или огромными валунами. Вспомните об этом, когда в следующий раз разглядите едва заметную щель. Может быть, это один из входов в царство барбегази!

Они услужливы и потому, несмотря на робость и недоверие к людям, всегда стараются вернуть пастуху отбившуюся от стада овечку, вытаскивают провалившегося в расщелину ягненка, спешат на выручку оступившемуся альпинисту или застигнутым лавиной туристам — тогда они усердно и с недюжинной силой раскапывают снег, чтобы вытащить наружу накрытых лавиной людей и избавить их от страшной участи.

Как уже говорилось, внешность у них необычная. Кроме огромных ступней, на которых им удобно и скользить, и ходить по снегу, барбегази выдает полностью покрывающий их тела густой белый мех, а особей мужского пола — длинная белая борода, из-за которой они и получили свое имя. Ростом они малы, человеку примерно по пояс, глаза у них удивительного льдисто-голубого оттенка. Между собой гномы общаются долгими криками, напоминающими завывания ветра. Робкие от природы, они держатся вдали от человеческих жилищ и никогда в них не заходят. А если человек встретится им на пути, барбегази всего за несколько секунд облепляют себя снегом или зарываются в него, прячась от непрошеных взглядов. Подтвердить, что они действительно существуют, могут лишь немногие пастухи или истинные горцы, которым удается мельком их увидеть, когда гномы катаются с гор и, увлекшись любимой забавой, слегка теряют бдительность. Не без оснований они боятся людей. В старинных книгах упоминаются редкие случаи поимки этих горных духов, неизменно погибавших всего через несколько часов после того, как они оказывались среди людей. Нет, никто, к счастью, их не истязал, просто этим нелюдимым существам невыносимо пребывание у наших очагов. Некоторые полагают, что сердце у них мгновенно разрывается от нестерпимого страха, по мнению других, одна только мысль, что им больше никогда не увидеть милых вершин, погружает их в такие бездны тоски и печали, что смерть становится избавлением. Как бы там ни было, не будем пытаться их ловить и запирать, как и всех диких существ, — пусть и дальше живут на заснеженных вершинах Альп той жизнью, которую они для себя выбрали и которая их вполне устраивает.

При всей своей скромности барбегази в горах не упускают случая вмешаться в любое действие. Разумеется, чтобы помочь, позаботиться о диких животных, сурках и птицах, с которыми соседствуют зимой. Но еще и чтобы наказать всякого, кто плохо себя ведет в их владениях. Тот, кто во время прогулки бездумно развлекается, разрушив гнездо или столкнув большой камень, на собственной шкуре узнает, что такое гнев горных гномов, получив крепким снежком в лицо. А раздавшийся при этом пронзительный свист нагонит на него такой страх, что у наглеца вмиг пропадет всякое желание гулять дальше, и он тут же спустится обратно в долину. То же ждет грязнулю, который посмеет оставить в горах мусор: очень скоро злость гномов заставит его пожалеть о своей ошибке. А если проступок и впрямь непростительный, барбегази способны сами вызвать лавину, чтобы сурово наказать оскорбившего гору преступника. Как бы они ни были любезны, не нужно давать им повода для холодной ярости!

ШМУЦЛИ

В Швейцарии Самихлауса, совершающего свой обход 6 декабря, сопровождает не кто иной, как дух с черным лицом и красными глазами, скрытый под просторной черной накидкой. Шмуцли — это образ карающего духа.

ЧАГАТА

В швейцарской долине Лотшенталь страшные, одетые в шкуры существа в масках гремят колокольчиками и пугают гуляющих по вечерам от Дня свечей до Масленицы.

Бефана. Выметающая зиму

Старуха с большим мешком • Платок на голове и стоптанные башмаки • Одета в темное. Считается, что ее имя происходит от названия праздника Эпифания (Богоявление): epifania — bifanià — befania — befana.

Накануне Богоявления все в доме были взволнованы. Детишки повесили свои носочки у окна. Эмилио, самый старший, приставал к матери с расспросами про Бефану. Почему она приходит только в этот день? Хватит ли у нее конфет на всех детей в Италии? Как ей удается тащить так много вещей и заходить в столько домов? А Серена задумчиво смотрела, как кружатся снежинки за окном. Год закончился, праздники прошли — Богоявлением завершается чудесное время, когда вся семья собирается вместе, когда лакомятся разнообразными пирогами, нугой, панеттоне[1]… Любительнице сладостей было немного грустно оттого, что все это осталось в прошлом. Лука, сидя на полу в углу гостиной, хмуро поглядывал на старших. Его не так уж и занимало появление Бефаны. Надо сказать, он не очень хорошо себя вел в последние несколько дней, и сейчас ему вспоминались замечания родителей. Хотя Лука и притворялся, будто не боится пожилой гостьи, теперь, когда она вот-вот прибудет, ему было не по себе. Наблюдая за приготовлениями к приходу феи, маленький сорванец все явственнее ощущал угрозу. Он нерешительно поднялся и подошел к матери. С полными слез глазами попросил прощения. Мама обняла его и поцеловала. И Лука наконец-то задал вопрос, терзавший его уже несколько часов: чем Бефана наполнит его носок — конфетами или углями?

Чудесная история Бефаны началась много веков назад. Под ее платком прячутся древние духи, такие как Стрения — ей поклонялись в Риме, принося на Капитолий ветвь из священной рощи богини. Отсюда и пошли традиция вручать новогодние подарки и обычай множеством подношений прогонять холодное время года. Легенда о Бефане описывает нам ее как старуху, которую встретили цари-волхвы на пути к младенцу Иисусу. Она отказалась пойти с ними к новорожденному на поклон, отговорившись тем, что ей надо убирать и подметать комнаты в своем доме. Затем, мучимая раскаянием, она все же отправилась в путь, но — увы! — Иисуса ей найти не удалось. С тех пор каждый год в ночь Богоявления она бродит по итальянским деревням, заходя в дома, где есть дети. Малыши аккуратно развешивают носочки и выставляют башмачки для этой старой дамы, которая уже давно стоптала свою обувь, скитаясь по дорогам. Тем, кто хорошо себя вел и слушался родителей, Бефана положит в носки приятные подарки: сладости, игрушки и бефанини — печенье с изюмом и шоколадной крошкой. А непослушные дети, которые плохо себя вели в минувшем году, найдут только угольки. Поначалу это действительно были куски угля, напоминавшие о традиции сжигать прошедший год, но со временем их сменили черные сласти или кусочки лакрицы.

Другая легенда сближает Бефану с немецкой госпожой Метелицей. У обеих есть обыкновение заходить в дома и проверять, хорошо ли там убрано. В Италии существует множество вариантов Бефаны, и для некоторых из них главное — чтобы все вовремя завершили свои дела. Редодеза, которая носит на голове не платок, а островерхую черную шляпу, бесшумно пробирается в дома, чтобы застать врасплох все еще работающую в рождественскую ночь хозяйку и отходить ее железным веретеном. В провинции Беллуно ее близкие родственники, Редуойе, выслеживают женщин, не закончивших свою работу, или похищают детей, слоняющихся по дорогам в рождественскую ночь. И существует еще множество других Бефан, связанных с Рождеством или Богоявлением существ, которые бродят в эти волшебные ночи и одним приносят лакомства, а другим — угрозы и разные неприятности. В окрестностях Дозоледо темными ночами вблизи домов, где живут непослушные дети, слышно бряцание цепей Ардуа. В Трентино Джампа летает над деревней в повозке, обвешанной цепями, а ее свора бешеных собак издалека вынюхивает нехороших детей. Еще страшнее Вуарволи, которые пробираются в дома через дымоход, чтобы забрать с собой непослушных малышей. Через тот же дымоход спускается в гостиную и милая Бефана, чтобы оставить подарки в развешанных носочках. К счастью, так же поступают и многие другие ее сородичи. Например, сморщенная старушка Маратега в окрестностях Венеции тоже раздает конфеты тем, кто их заслужил, и угольки — озорникам.

Вы, должно быть, уже поняли, как важно детям угодить Бефане, да и вам самим тоже! Прибранный дом, безупречно подметенный пол, царящий в доме запах чистоты и починенная одежда — вот что порадует зимнюю старуху, которой только и останется, что вымести своей метлой последние снежинки, расчистив место для солнца и грядущего изобилия. Тогда она будет довольна и оставит презент в выставленных для нее сапожках. А на рассвете, возможно, вы с удивлением обнаружите, что ваша собственная пара обуви исчезла — Бефане тоже время от времени нужно менять свои изношенные башмаки, ведь ей так много приходится ходить.

САМБЛАНА

Королевство Самбланы, обольстительной королевы зимы, расположено в Доломитовых Альпах. Юноша, пораженный ее снежным светом, испытывает непреодолимое желание отправиться к этой прекрасной даме, а на пути его подстерегают пропасти и лавины.

ФРАТЕЛЛОНИ

Зимними ночами в долине Камоника (итальянская провинция Брешиа) проходит медленное призрачное шествие Фрателлони. Снег падает на саваны, едва прикрывающие невероятную худобу этих духов. За цепочкой их фонарей наблюдают издали, в глубоком ужасе и безмолвии.

Елка

Всем знакома песенка про елку, и чем ближе праздник, тем чаще ее весело напевают. Можно подумать, что она появилась еще в незапамятные времена, подтверждая тем самым происхождение елки как главного рождественского дерева. Но на самом деле мы украшаем колючие ветви блестящими бусами и яркими стеклянными шарами из-за переплетения множества различных традиций, связанных с главным периодом зимы.

ЯЗЫЧЕСКИЕ ВЕРОВАНИЯ

Добрые и злые духи — основа этой традиции. И лучший способ защитить себя от нападений злых — призвать на подмогу тех, кто защищает домашний очаг и семью, кто согревает нас в темное и полное опасностей зимнее время. Для этого германские, скандинавские и многие другие народы приносили домой ветки растений из дикого леса, приводя в дом таким образом и живших там духов. Это были остролист, можжевельник, плющ… и ель!

ТЕАТРАЛЬНОЕ ПРЕВРАЩЕНИЕ

Мистерии эпохи Средневековья представляли собой театральные представления по религиозным сюжетам, их играли на Пасху и Рождество. Некоторые из них включали в себя райское древо, украшенное облатками[2] и красными яблоками, которые символизировали запретный плод. Тогда христианским символом была не елка, а яблоня! Однако нельзя не признать, что зимой она выглядит не очень красиво, в отличие от вечнозеленых растений, которых полным-полно среди хвойных. Яблоки со временем превратились в нарядные стеклянные шары… А облатки — в развешанные на ветках фигурные печенья.

ЭЛЬЗАССКИЙ ОБЫЧАЙ

Традиция праздновать Рождество с елкой, пришедшая из германских и скандинавских стран, соединилась с обычаем зажигать свечи на самшите и постепенно распространилась далеко за пределы Эльзаса. В 1825 году было отмечено, что свечи размещают на ветвях рядом с яблоками, обернутыми в золоченую бумагу орехами и пряничными фигурками. Все это стало прообразом светящихся гирлянд.

БУРЖУАЗНЫЙ ОБЫЧАЙ

Следом за принцами и королями — например, Альбертом Саксен-Кобург-Готским, который приобщил к этому обычаю королеву Викторию, — традицию украшать на Рождество елку и складывать под ней подарки переняла вся буржуазия. Во время оккупации 1870 года немецкие офицеры ставили елки в школах и госпиталях, а уже в ХХ веке обычай распространился и в народе! Да, да, наряжать елку — не настолько давняя традиция, как кажется.

Белсникель. Конфеты под шубой

Его лохмотья скрываются под густым мехом • Волосы всклокочены, лицо заросло бородой • При нем всегда палка, кнут или конфеты, выбор «подарка» зависит от поведения ребенка, которого он навещает. Nickel происходит от «Николас», прозвища черта, а bels — от слова pelz, которое переводится как «мех».

В Германии Рождество начинают справлять с 1 декабря: повсюду вырастают роскошные, сияющие огнями ярмарки, где можно согреться глинтвейном или вкусным шоколадом. На прилавках сказочных мастеров — россыпь лакомств, лица озаряются улыбками. Здания украшены гирляндами и венками из веток — так лесных духов приглашают на зиму укрыться в домах. Все предвещает приход Рождества. Пока все заняты праздничными хлопотами, одно существо, тоже связанное с этим особенным моментом года, готовится выбраться из своей пещеры, спрятанной в старом лесу под корнями древнего дуба, и навестить маленьких жителей Северной Германии. Белсникель подвязывает свой пояс с бубенцами, облачается в шкуры и меха и взмывает в воздух, не забыв прихватить с собой большой мешок и кнут.

Ганс вместе с братьями и сестрами сидит за столом. Весь вечер они наряжали елку. Звонит телефон. Короткий разговор — и отцу приходится отлучиться, оставив детей под присмотром матери. Вся семья уже приступила к десерту, и вдруг Ганс откладывает ложку. Он услышал, как кто-то скребется в дверь, и кричит другим, чтобы помолчали. Дети прислушиваются. Никаких сомнений: за дверью кто-то есть! Одновременно догадавшись, они в один голос восклицают: «Это Белсникель!» — и бегут открывать. Перед ними вырастает груда меха, над ней виднеется черное лицо. Гость зорко оглядел их, и вот они уже по очереди выполняют задания. Один должен прочитать стишок, другой — пропеть куплет рождественской песенки, а третий, нахмурив брови, пытается решить задачку. К счастью, Белсникель каждый ответ встречает веселым смехом, а потом, сунув руку в свой огромный мешок, достает оттуда игрушки и конфеты и раздает их послушным детям. Конечно же, послушным — если бы это было не так, им была бы уготована совсем другая участь. В лучшем случае — несколько ударов дубинкой, а в худшем Белсникель унес бы их с собой по воздуху в чащу своего темного леса…

Этот древний дух появился во времена Средневековья. Он перемещается по воздуху — некоторые изображают его скачущим на белом коне, что сближает его с богом Одином. Кроме меха, он может быть покрыт мхами, лишайниками и всяким лесным сором. Все это создает образ дикаря, лесного духа, навещающего людей в то время, когда верх берут древние верования и вольные сущности вторгаются на территорию человека. В мешке у него не только фрукты, сласти и игрушки, но еще и рукавицы, шарфы, шапки или носки — все, что требуется с наступлением зимы. Он стучится в двери, скребется в окна и требует от детей выполнить небольшое задание, а потом награждает их, но тут же делает и выговор самому капризному или самому вертлявому. Иногда он служит святителю Николаю или его самого сопровождает Кнехт Рупрехт. В результате таких тандемов этих персонажей начинают смешивать — хоть они и близки, все же правильнее будет воспринимать их раздельно.

Белсникель вместе с немецкими колонистами отплыл от берегов родного Рейна, пересек Атлантический океан и обосновался в Пенсильвании. Каждый год маленькие американцы слышат звон колокольчиков Белсникеля еще до того, как он появляется в их домах в начале декабря — так он прокладывает путь святому Николаю, который придет в рождественскую ночь. Белсникель окидывает суровым взглядом самых непослушных детей, изумленных таким быстрым разоблачением, — им придется ответить перед зимним духом за свои проступки. Если рассказать стишок, спеть песенку или выполнить какое-нибудь другое задание, то можно избежать наказания. Но только на этот раз. Наверняка ребенок, которому пригрозили, что в следующем году Белсникель будет не так снисходителен, дважды подумает, прежде чем нашалить. В Соединенных Штатах Белсникеля можно встретить в окрестностях Балтимора, штат Мэриленд, или даже в Индиане, где он чаще носит не шубу, а длинный темный плащ и меховую шапку. Нечто похожее можно увидеть в Новой Шотландии в Канаде, где наряженные дети ходят по домам и поднимают жуткий шум, гремя бубенцами и цепями, а потом затягивают песенку — за это их чем-нибудь одаривают.

Всегда любопытно взглянуть, какой путь проделывают зимние духи, следуя по пятам за кочующими с континента на континент народами, при этом веками сохраняя свои уникальные атрибуты. Так и Белсникель, добравшись из родной Германии до новых земель Северной Америки, каждый год радует своим появлением послушных детей!

ПЕЛЬЗЕБОК

Это еще одно имя, которым зовут Белсникеля, когда вдобавок к меху у него на голове красуются рога. Бок — это козел, так что нетрудно связать его с диким животным духом, а еще легче — с чертом, у которого тоже есть рога.

ШКОРОМАТИ

С приближением Великого поста странные существа выбираются из своих укрытий и смешиваются с жителями словенских деревень. Хотя они и выглядят свирепыми духами, которые покрыты мехом и носят удивительные, нагоняющие страх маски, все радуются, когда они разгуливают по улицам.

Берхта. Мать изобилия

Фея изобилия, которая действует в течение двенадцати дней • Иногда старая, иногда юная и прекрасная • Белоснежная кожа • Награждает прях, портних и усердных хозяек. От протогерманского brehtaz — блестящий.

Если угодить зимним духам, то и лето будет удачным, и амбары будут набиты до отказа. Вот и пришло время отчитаться… Кто выполнил свою работу, у кого полотно соткано, последний клубок пряжи смотан, последняя вязанка хвороста занесена в дом? Везде ли чисто и убрано в доме? Не забыли ли поставить тарелку для предка на семейный праздничный стол? А скот? В тепле ли он, хорошо ли накормлен? Зимние феи посещают дома с дубинкой или веретеном в руке, оставив за собой отпечатки гусиных лап, — они расцветают чудесной улыбкой, если их радуют старания хозяев.

Госпожа Берхта часто является во всем блеске своей невероятной красоты, ведь она происходит от яркой и сияющей богини Фригг. Мы видим ее в конце года — она приходит в своем белом платье и озаряет комнаты, проверяя, все ли домашние дела завершены к ее приходу. Нить спрядена, полотно соткано, начатые клубки смотаны до конца, остальные убраны. На столе в честь Берхты и ее сопровождающих — самые красивые столовые приборы и лучший сервиз. На тарелках еще дымятся блюда, приготовленные для фей, которые вдохнут их аромат, оценят предупредительность, и глаза у них заблестят от радости: о них не забыли. В ответ они благословят домашний очаг, и это станет гарантией счастливого и во всех отношениях изобильного года. Здесь будущий урожай прорастет, едва наступит весна, скот будет плодиться легко, а может, даже и у хозяйки дома появится долгожданный ребенок. И молоко потечет обильно, и в яйцах недостатка не будет. Таков закон фей: почитайте их и будете вознаграждены!

Иногда фея является в облике старухи с крючковатым носом, похожим на клюв, — это напоминание, что богиня также способна превращаться в хищную птицу или в ворона. Она все так же обходит дома и в первую очередь заглядывает к пряхам, чтобы проверить и оценить их работу. В Альпах фея хорошо знакома детям под именем Перхты — она стучится в дверь в последний день года и дарит самым послушным блестящую монетку.

Совсем другая участь ждет тех, кто забывает фей или, хуже того, бросает им вызов, запуская ложку в миску с овсяной кашей, лакомясь только что выловленной из реки рыбой или уплетая за ужином кусок мяса только сегодня убитого животного. К таким обжорам, лентяям и грубиянам феи совсем не добры. Берхта вспарывает когтями живот дерзкого глупца и, набив его желудок камнями, топит в пруду или в колодце на ферме. Она может одним щелчком пресечь дыхание жизни, взглядом остановить сердце, а потом улететь в ночную тьму, ни о чем не жалея — разве только о том, что с ней обошлись так грубо и непочтительно.

Но если ребенок послушен, пряха прилежна, а муж заботлив, госпожа Берхта обязательно будет щедра. Новенькое веретено, серебряные и золотые монеты, а также игрушки по волшебству появляются на обеденном столе, на полу у кровати или под дверьми счастливых домочадцев. Ее ждут и с беспокойством, и с радостным нетерпением в дни между зимним солнцестоянием и Богоявлением, то есть с 21 декабря по 6 января. Время посещения зависит от области Германии и заканчивается ночью Перхты, в которую она присоединяется к Одину на Дикой охоте. Они уносятся в небо верхом на пышущих жаром конях с горящим взором, от бешеной скачки небо гудит, и немецкие малыши прячутся поглубже под одеяла, радуясь, что зима проходит и угроза становится все дальше…

В этот неистовый полет Берхта иногда отправляется не одна: фея дарует достойным похвалы пряхам особую возможность подняться в воздух вместе с ней. Такая честь выпадает лишь самым лучшим, выполняющим свою работу тщательно и безупречно, содержащим дом в образцовом порядке. Оседлав свое веретено, они воспарят над родным краем. Во время чудесного путешествия счастливицы пронесутся над всей страной, от края до края, и увидят сказочные пейзажи, воспоминания о которых станут самыми яркими за всю их простую жизнь. Это очень похоже на то, как ведьмы летают на метле. В конце концов, разве так уж сильно различаются все эти прикоснувшиеся к магии женщины? Разве не схожим образом прядут они нить судьбы каждого существа, ведают тайны трав и природы? Сестры или кузины, они отправляются в путь под светом зимней пятничной луны, следуя за тенями древних богинь. Они блуждают в безвременье, упиваются свободой, забыв про все заботы, чтобы потом довольными вернуться и, получив благословение фей, начать новый год.

АБОНДА

Госпожа Абонда в сопровождении других фей приносит счастье и изобилие в те дома, где в конце года позаботились об ужине для нее.

КВАТЕРНИЦА

В Словении в ночи трехдневного поста в дома заходит фея Кватерница. Она тоже дарует процветание и изобилие в течение года, следующего за этой зимой.

БУЦЕНБРЕХТ

Именно это прозвище госпожи Берхты чаще всего запоминают дети. Утром 6 января фея Буценбрехт непременно приносит послушным детям чудесные подарки.

Новогодний человечек. Для нового начала

Бородатый старик • Одет в серое • Через трубу пролезает в дома во французском департаменте Эр и Луар • Оставляет монетки, орехи и слойки, которые называются кохелинами. Как вы могли догадаться, его имя связано с наступлением Нового года и с тем, что он милый человек!

С зимними духами дела обстоят так же, как со многими другими. Некогда им поклонялись, их почитали, с ними тесно соседствовали и неизменно относились с глубоким уважением, а потом большинство из них позабыли. У науки появились свои химеры, и они стали вытеснять прежних богов, больших и малых. Джеймс Мэтью Барри, создатель Питера Пэна — ребенка, который не хотел становиться взрослым, — часто повторял, что если кто-то перестает верить в фей, одна из них умирает. Кажется, что там, где вечера с феей электричества заменили посиделки со сказками, на которых эльфы плясали среди теней от огня в печке, все исчезло. Но все ли? Может, и нет… Зимние духи слишком хитры и умны, чтобы пропасть бесследно и перестать так или иначе о себе напоминать. Это же можно сказать и о Новогоднем человечке, и о слоеном печенье.

Когда-то Новогодний человечек навещал тех, кто жил в окрестностях Бонневаля в Босе. Бородатый старик в темной одежде ночью под Новый год спускался в камин через дымоход. Накануне вечером дети непременно развешивали там для древнего духа свои шапочки и башмаки, а наутро будили весь дом радостными криками — они были доверху наполнены монетками и лакомствами. Значит, заходил Новогодний человечек, и оставалось только поблагодарить его, спев песенку перед тем, как отправиться поздравлять с Новым годом родных, друзей и соседей.

А потом Бос с его благодатными землями обо всем позабыл. Иссяк источник новогодних радостей и молитв. Просьбы, с которыми обращались к этому духу, были связаны с прошлым, с холодным временем года, но еще больше — с будущим и обильным урожаем. Надо сказать, центральная часть Франции была очень избалована. Плодородные земли Боса, отнятые у духов леса, веками кормили всю страну. Здесь отлично растут пшеница и овес. Земля чуть ли не сама раскрывается, чтобы принять драгоценное зерно. С весны до осени здесь все рождается, растет, собирается. Тучная, насыщенная влагой земля. Под ней всем на зависть проходит водоносный слой — гигантский резервуар пригодной для питья воды. Впрочем, достаточно просто пройтись по улочкам Бонневаля, чтобы понять, почему этот город прозвали маленькой Венецией. Среди этого изобилия человек позабыл, откуда к нему пришло богатство. Что оно досталось ему лишь по милости исчезнувшего леса. Что прежде он ежегодно благодарил духа природы и ждал от него знака одобрения и помощи, которая и в новом году обеспечит такой же обильный урожай. Но так ли уж позабыт Новогодний человечек?

Перед Новым годом некоторые маленькие пекарни в Босе начинают готовить особенную выпечку — пирожное из слоеного теста, которое со временем приобрело форму толстенького, кругленького человечка с большой головой. Одни уверяют, что это давняя средневековая традиция и ее смысл с годами позабылся. Другие же заявляют, что его начали печь в честь посещения Наполеоном Курвиля в 1808 году. Ничего подобного! Как же легко все стирается из памяти! Этот плут и шутник, хитрец, как и все его сородичи, сам пробрался в духовки пекарей — он выбрал этот путь, чтобы его не позабыли окончательно. Как и древний дух, слоеный человечек высовывает кончик своего засахаренного носа под Новый год. Сладкий, усеянный изюмом или шоколадной крошкой, он напоминает о лакомствах, которые находили в шапках. Выпечка постепенно заменила полезные в хозяйстве предметы, которые по обычаю дарили молодоженам для их будущего дома как символ удачи в семейной жизни. Но куда чаще таких человечков получают дети, которые с жадностью их съедают, или друзья и родные — это пожелание богатства и изобилия в новом году. Именно это приносил зимний дух тем, кто почитал его, специально открывая дымоход в последний день года.

Если хотите возродить Новогоднего человечка, возьмите 500 граммов муки и щепотку соли. Смешайте их и влейте в смесь два стакана воды. Быстро замесите тесто пальцами и дайте ему полчаса отдохнуть. После раскатайте тесто и распределите по нему 80 граммов сливочного масла. Сложите его вдвое. Повторите эти два последних действия еще дважды, каждый раз не забывая дать тесту полчаса отдохнуть. Теперь можете вырезать человечков высотой 10–15 сантиметров, каждый в готовом виде будет весить около 100 граммов. Украсьте их изюмом, цукатами или шоколадной крошкой так, чтобы получились глаза, нос, рот, пуговицы на рубашке и т. д. Смазав человечков желтком, поставьте их на полчаса в духовку, разогретую до 180 °C. Вот они и готовы. Настоящие сладкоежки могут полить их сахарным сиропом и еще на несколько минут поставить в горячую духовку. Некоторые разрезают человечков на две половинки и наполняют вареньем, восхитительным домашним яблочным пюре или ванильным кремом. Перед тем как откусить, не забудьте повесить шапочку на камин. С Новым годом!

СНЕГОВИК

В Цюрихе каждый год во время праздника Шестизвонья сжигают Бьёг — чучело снеговика, которое олицетворяет зиму. Рассказывают, что до того, как стать снеговиком, Бьёг шатался по деревенским улицам и сельским дорогам и строил рожи встречным, пугая людей.

ОТЕЦ-ВРЕМЯ

Он появляется в последний день года, одетый в лохмотья, под которыми прячутся крылья. Устало глядя на циферблат часов, держа в одной руке косу, а другой поглаживая длинную белую бороду, он готовится уступить место полному жизни и надежды малышу Новому году, который рождается в первый день года.

Гостьи

В рождественскую ночь феи выходят из леса и навещают наши дома. Они расхаживают по комнатам, поглядывают на нашу работу, принюхиваются к ароматам блюд и ласково касаются лиц детей. Эти духи дружат с растениями и потому обходят уснувшие сады и балконы, чтобы, проснувшись, те расцвели во всей красе. Они также дружат с животными и потому осматривают шерсть собак, заплетают гривы лошадям, отбеливают шубки овец. Горе тем, кто оскорбит фей жестокостью к животным и бездельем, горе лентяям и грубиянам — их настигнет гнев духов в виде болезней и нищеты. Других же, заботливых и совершающих добрые дела, они вознаградят множеством чудес.

Франк уже несколько дней был встревожен. Его любимая кобыла явно заболела. Она отказывалась от сена, которое он каждое утро ей приносил, и держалась поодаль от других животных на ферме. Если так пойдет и дальше, зиму ей не пережить…

После обеда пришел ветеринар. Он был уже в годах, но о животных знал как никто другой. Врач больше часа провел рядом с лошадью, хмурился, что-то невнятно бормотал. Когда он вернулся к Франку, по лицу его было видно, что ничего хорошего ждать не стоит. «Не нравится мне это, Франк, совсем не нравится. Плоха твоя кобыла. Я сделал ей укол, чтобы поддержать, но она устала, Франк, очень устала… Послезавтра я зайду взглянуть, не станет ли ей получше. Если нет, надо готовиться к худшему». Они обменялись рукопожатиями, и ветеринар ушел, оставив Франка наедине с растущим отчаянием.

Вечером фермер вернулся в дом. Его жена на кухне готовила праздничный ужин, благоухание еды ласкало ноздри. В столовой уже был накрыт стол на шесть человек. Точно, сегодня ведь с ними ужинают дети, придут встретить Рождество с родителями. С тех пор как они покинули дом, каждая такая встреча была настоящим счастьем для всех. Но Франк чувствовал, что сегодня вечером груз тревог помешает ему радоваться — прошло уже несколько часов, а он ни разу не засмеялся. Лишь стандартные вежливости и пара дежурных вопросов, чем занимались дети последние недели, — мысли его были заняты совсем другим. Все-таки лошадь — его давняя и верная спутница, между ней и хозяином была особая связь. Для Франка она была сердцем всего хозяйства, и он не мог свыкнуться с мыслью о ее смерти. Когда дети вскоре после полуночи отправились по домам, он оставил жену убирать со стола, а сам снова отправился в конюшню.

По пути он осознал, что вокруг царит непривычная тишина. Ферма и соседний лес, обычно куда более оживленные, погрузились в полное безмолвие. Даже собака, никогда не упускавшая случая подбежать к приближающемуся хозяину, дремала в своей будке. Франк на мгновение остановился. Прислушался. И ничего не услышал. Даже ветер и тот стих. Деревья казались замершими, и словно само время остановило свой бег… Франк пошел дальше вдоль стены амбара. Когда до цели оставалось всего несколько метров, он заметил, что под воротами конюшни пробивается свет. Не раздумывая он укрылся за кучей хвороста. Сквозь щели в стенах было видно, что внутри мелькают огоньки, но ни единого звука оттуда не доносилось, да и снаружи тоже было тихо. Странно, что животные не реагировали на ночных посетителей, как будто те были им знакомы. У фермера дрожали руки, ему недоставало смелости войти и застать врасплох незваных гостей, и он продолжал тихонько ждать, затаившись в темноте.

Через несколько минут ворота распахнулись, и наружу устремились какие-то белые существа. Это были феи. Франк слышал множество историй про них. Его растили в мудрости лесных людей, тех, кто хранит старые деревенские поверья. И потому каждое утро он первым делом ставил миску с кашей для хранителя фермы, а его жена каждое Рождество накрывала второй стол, для фей. Франк подумал, что как раз сейчас она и хлопочет, накрывая на стол, который останется нетронутым до утра. И хотя легенды о феях он слышал с детства, видеть их до этого вечера ему не доводилось ни разу. Все еще скованный страхом, он смотрел на трех ошеломляюще прекрасных женщин, окутанных воздушными белыми покрывалами и держащих в руках свечу. Некоторое время они еще побродили вокруг фермы, перемещаясь совершенно бесшумно, будто призраки, а потом направились к лесу.

Когда первые две феи уже скрылись среди деревьев на опушке, в последний миг третья обернулась к ферме, ища что-то глазами, и в конце концов встретилась взглядом с Франком. Не прошло и секунды, как она оказалась рядом и, коснувшись его лба рукой, погрузила мужчину в глубокий сон. А потом медленно направилась к лесу и растворилась в ночи.

Жена фермера, обеспокоенная тем, что он так долго не возвращается, отправилась его искать и увидела у амбара лежащее на земле тело. Опасаясь самого страшного, она кинулась к нему — и вздохнула с облегчением, убедившись, что муж всего-навсего уснул. Она долго его расталкивала, и в конце концов он открыл глаза. Должно быть, холод уже сковал Франка, потому что встал он с большим трудом, и жене пришлось помочь ему дойти до дома. Всю дорогу мужчина что-то бессвязно бормотал, но жена списала это все на лихорадочный бред. Она уложила его в постель, сделала ему компресс на лоб и сидела рядом, пока он не уснул.

На следующее утро Франк проснулся со смутными воспоминаниями о том, что было вчера. Расспросил жену, и та рассказала, как нашла его лежащим на земле и привела домой. Сам он помнил мало, только что вечером, оставив жену дома, пошел взглянуть на кобылу, а утром проснулся в своей постели. А между этими двумя мгновениями — провал. Фермер поспешно оделся, твердо намереваясь на этот раз добраться до лошади.

Кобыла была на ногах и встретила хозяина бодрым ржанием. Она выздоровела. Франка охватила безудержная радость, и он, не сдержавшись, от души прокричал: «Ура!» На его крик откликнулась вся ферма. Подойдя к лошади поближе, он с удивлением увидел, что грива у нее тщательно заплетена. Кто же мог так постараться? Подойдя еще ближе, он отчетливо разглядел на гриве какие-то желтоватые пятнышки. Потрогал их и понял — это воск…

Каганер. Удобряющий дух

Лукавый каталонский дух • Носит на голове красную барретину[3] и всегда готов спустить штанишки • Прекрасно удобряет сельскохозяйственные земли. От каталанского cagar и латинского cacare — испражняться.

Тысячелетиями зимние духи были не только проводниками природы. Если священные узы между людьми и природой и проходили через этот период, считавшийся скорее неблагоприятным — ни в полях, ни на деревьях ничего не росло, — то он был также и временем осознания благодетельного характера этого мира. Лишения говорят человеку куда больше, чем изобилие. Осознавая, что мог утратить или больше не найти, он особенно усердно молился духам и богам о возвращении теплых дней. Именно страх утраты заставлял человека почитать духов.

Время шло. Человек научился обрабатывать землю и даже стал ее хозяином. По крайней мере, так ему казалось. На прилавках зеленщиков даже среди зимы полно клубники, а летние овощи зреют и в трескучие морозы, но природа любит давать понять, что так не может продолжаться вечно. Наводнения, ураганы, засуха… Современный человек позабыл уроки прошлого. Надо срочно вернуть природе волшебство, чтобы оценить ее по достоинству.

Все это подводит нас к реалиям в среде зимних духов. Мы помним прекрасных фей и опасных ведьм, но с удобряющими духами все совсем по-другому. А ведь в вопросах грядущего изобилия они самые главные! Но видите ли, когда речь заходит об удобрениях, неизбежно упоминаются экскременты. Да, это неприятно, даже само слово, кажется, выговорить трудно, и думать о таком противно. Однако еще не так давно наши предки выливали в огород содержимое своих выгребных ям.

Следы этого встречаются во многих легендах, которые сохранили связь с практикой, хоть и пытались скрыть намеки на навозную жижу. В Вогезах нередко можно увидеть, как пляшут на навозных кучах сотре, неоценимые помощники на фермах. В других краях существовали черти, призванные помочь крестьянам распределить по полям перед пахотой эту субстанцию, которой еще благоухает сельская местность в конце зимы. Спросите крестьянина — он-то знает цену экскрементам. Он понимает, что представляет собой то, что мы гоним из наших мыслей. Превращать навоз в золото — это не просто слова, это основа культуры. Отходы в любом виде — это основное удобрение для будущих растений. В природе ничто не пропадает, все во что-нибудь превращается! Но нам эта тема настолько противна, что даже стала способом прогонять приставал. В Валлонии барышня, которую преследовал навязчивый поклонник, могла обратить его в бегство, съев бутерброд и одновременно испражняясь. Поклоннику (и, должно быть, не только ему) это казалось омерзительным, он убирался прочь и больше никогда к этой барышне не приближался.

У нас осталось мало сведений о тех многочисленных духах, которые водили хороводы на навозных кучах или любили обитать где-то рядом. И все же в одной местности по-прежнему почитают такого духа. Так, в Каталонии мы встречаемся с Каганером. Это существо носит традиционную одежду, на голове у него барретина. Чуть что — он присаживается, спускает штаны и накладывает роскошную кучу. Если сам дух, возможно, и исчез вместе с ритуалом плодородия, с которым был связан, то Каганер все еще остается частью традиций. Некоторые при виде его насмехаются над его позой, другие краснеют и поспешно отводят взгляд — как бы то ни было, он прочно вписан в рождественский фольклор. Если вы когда-нибудь окажетесь в Каталонии незадолго до 25 декабря, загляните на рождественский вертеп. Позади младенца Иисуса, лежащего в выстланной соломой кормушке, в укромном уголке хлева, где стоят осел и бык, этот персонаж занимается своим естественным делом. Кощунство? Вовсе нет! Каждый персонаж здесь на своем месте, и Каганер прекрасно исполняет свою роль, передавая идею будущего изобилия в форме возврата земле, а из нее позже выйдут плоды, которыми мы будем питаться. Заметьте, что и животные, и солома — все связано с этой идеей и что навоз, пища земли, всегда недалек от хлева, где он скапливается.

В наши дни популярность Каганера стремительно выросла. Фигурки с его образом можно купить на любом углу и в самых разных вариациях — в виде спортсмена, телезвезды или политика. Наверное, так получилось из-за его комической стороны. Но здесь же и кроется кощунство, ведь не только сильные мира сего осмеиваются через образ Каганера — сам древний дух превращается в карикатуру на современного человека. Из-за этого забывается главное — то, что кроется за этим испражняющимся человечком. К сожалению, немного осталось примеров духов, подобных этому. Но если изучить нравы и обычаи вокруг Рождества, можно легко разглядеть там образ жизненного цикла, где экскрементам отводится немало места. И даже прекрасному Рождественскому Деду, приносящему подарки и лакомства, приходится пролезть через дымоход, чтобы потом вымазанным сажей свалиться в камин. Говорю вам, это цикл!

ПЕС ПИМПИ

В Каталонии, вблизи Тортосы, это дух, связанный с Богоявлением. Он принимает облик огромного черного пса, который следит за детьми и рассказывает царям-волхвам, чем они провинились. То же делают и другие духи — льуфы.

КАЧИНА

У хопи и других индейских племен это духи плодородия, которые в зимние месяцы посещают земли. Кроме того, благодаря им у нас есть дыня и маис, это они научили людей их выращивать.

Ужин

Традиционный рождественский ужин сопровождается рядом обычаев, которые продолжают соблюдаться.

В Эстонии на День святого Фомы режут свинью, в северных странах никому и в голову не придет сесть за стол, не очистившись прежде в сауне, а в Бельгии, например, варят особые сорта пива. Повсюду всходит тесто для пирогов, из кастрюль и чугунков поднимается пар, наполняя зимний воздух ожиданием вкусных угощений. Это поистине священное время, когда с любовью приготовленные блюда обретают огромную важность. Людей ждут настоящие пиры, являющиеся метафорами изобильного и плодотворного года. Звезда немецкого Вечера полного живота — блюдо из свинины, напоминающее о кабане, которого приносили в жертву Вотану-Одину, а в испанской сочельник лакомятся зажаренным ягненком. Эти обильные пиры в северных странах завершаются кашей, а в Англии — традиционным пудингом, приготовленным за четыре недели до Рождества и украшенным веткой остролиста.

СОЧЕЛЬНИК И РОЖДЕСТВЕНСКИЙ УЖИН

Во Франции местные обычаи нередко предписывают скромно поужинать до полночной мессы и наесться до отвала по возвращении. Блины в Бургундии, каштаны в Дофине, вишневый суп в Эльзасе… а в Провансе — Большой ужин, состоящий из тринадцати постных десертов. Здесь не столько оканчивается пост, сколько отмечается переход от одной крайности к другой, от темного времени года к светлому.

ПУСТОЕ МЕСТО

Еще один обычай, связанный с рождественским застольем, — ставить для него лишний стул. В христианской традиции это место бедняка. Некогда на столе всегда ставили тарелку для самых нуждающихся — к сожалению, постепенно эта традиция уходит. Один из них мог в любую минуту постучаться в двери и присоединиться к семье, празднующей Рождество, чтобы погреться и вкусно поесть. В этом, разумеется, кроется древний обычай в конце года (или, скорее, в момент обновления) угощать души предков, умерших, слишком рано ушедшего близкого человека, недавно скончавшегося родителя или ребенка.

ДОЛЯ ДОМОВОГО

И наконец, в начале или по завершении ужина одна порция либо остатки блюд оказываются на полу под столом. Все это — от рассыпанных по полу крошек до миски, поставленной у печки, — дары хранителю дома, духу домашнего очага, ведь он тоже празднует в эти особенные дни.

Калех. Зимняя колдунья

Старая ведьма, связанная с зимой • Ее узнают по голубоватой коже • Часто сопровождают олени и другие рогатые звери, стражи дикой природы. Гэльское Cailleach — колдунья — происходит от Caillech (то есть «та, что носит покрывало»). Bheur означает «острый, пронзительный» и может быть связано с зимним холодом или с рогами животных, сопровождающих колдунью.

Зимние создания, которых так боятся люди, правят на земле с Самайна по Бельтайн, то есть с ночи 31 октября до ночи 30 апреля. Потом они уступают место светлым собратьям. Но не обманывайтесь: хотя они и более грозные, отталкивающие и темные, чем летние духи, эти существа не менее необходимы. Без мороза, снега и льда нам тоже никуда. Природе нужно это время отдыха, чтобы возродиться, — так же как светлым существам нужна тень, чтобы сиять.

Калех — одна из тех зимних духов, которые появляются в мертвый сезон. Более того, она сама зима. Этой колдунье с морщинистым лицом, низведенной до персонажа детских сказок, некогда поклонялись как самой великой и могущественной богине. За этой маской, за застывшей, словно заледеневшей, гримасой все еще скрывается Бейра, или Беара, — темная сторона светлой Бригиты. Таким образом, дочь зимнего солнца правит в холодное время года.

Калех оставила след во многих кельтских регионах. Расхаживая по долинам с молотом, она ударяла по холмам и горам, придавая им форму. Стремительно пробегая по Ирландии, яростно перешагнув остров Мэн, а затем мчась по шотландским ландам, она бросала, роняла, теряла громадные камни, которые несла с собой в переднике, и повсюду вырастали новые холмы, появлялись лощины, носящие ее имя. Она живет на горах Бен-Невис, Бен-Круахан, Бен-Вивис, Кейстил Абхейл, среди красных холмов острова Скай и во многих других местах.

Говорят, осенью она стирает свой плед в водовороте Корриврекан. Она полощет его, отжимает, выкручивает до тех пор, пока одеяло не обретает наконец прежнюю белизну. И тогда Калех может расстелить свой ослепительно белый плед по всей стране. Вот так снег каждую зиму покрывает гэльские земли. А еще ей достаточно воткнуть свой посох в землю, чтобы она тотчас замерзла. У Калех лицо злобной старухи, но так было не всегда. Раньше она обладала способностью омолаживаться. Колдунья знала секрет волшебного источника горы Бен-Круахан в Шотландии. Она приходила туда каждый вечер, окуналась в воду и выходила из нее юной и прекрасной. Но однажды, приняв свою омолаживающую ванну, она позабыла вернуть на место камень, преграждавший путь потоку. Чудесная вода стекла по горному склону и затопила долину, образовав озеро Лох-Аве, и, к сожалению, утратила при этом свою волшебную силу. Когда ведьма на следующий вечер пришла к источнику, оказалось, что он иссяк и она обречена на вечную старость. Понятное дело, характер после этого у нее испортился.

Калех, королева зимы, в это время года оберегает лесных зверей. Особенно она заботится о ланях и оленях — известно, что эти животные принадлежат феям. Горе охотнику, который зайдет на ее земли и убьет одно из них. Он очень быстро попадет в когти ведьмы, и его тело превратится в лед. И напротив, тому, кто заблудился во время прогулки, колдунья может иногда и помочь, не дать замерзнуть насмерть. Волки ценят общество Калех, а она с особенной нежностью относится к козам и поросятам.

Вся Шотландия боится гнева Калех-Бюэр, которая всю зиму держит в заточении несчастных летних фей. Эти прелестные девы, еще хранящие благоухание летних цветов и обещание восхитительных плодов, отныне проводят эту темную пору в пещере ведьмы, расположенной под горой Бен-Невис. Повелительница зимы держит их там, подвергая жестоким пыткам, до тех пор, пока один из ее сыновей, слуг или доблестный герой не освободит несчастных в день Имболка. Обезумевшая, вопящая от ярости Калех отправляет в погоню своих чудовищ и волков, чей вой сливается с завываниями ветра. Но время для мести упущено, феи уже улетели — теперь можно ждать возвращения солнца и светлых дней.

Каждый год Калех отчаянно пытается продлить свое царствование, и иногда ей удается выиграть несколько недель. Для этого ведьме достаточно собрать запас хвороста в день, когда чествуют ее соперницу Бригиту, то есть 1 февраля, в день Имболка. Если погода будет ясная, можете не сомневаться, что она соберет много веток и сучьев, чтобы продлить зиму как можно дольше. Но если день будет хмурым, Калех не сможет выйти из своего логова и собрать хворост. Смирившись, она отдаст солнцу свои заснеженные склоны, льдинки и морозные хлопья. Силы королевы зимы будут медленно убывать по мере наступления весны. Измученная Калех укроется в тени старого остролиста, отбросит свой волшебный посох, обратится в камень и пробудет неподвижной все теплое время года, а осенью возродится и снова будет править магическим миром, которого не существовало бы без нее.

СВЕТИЛЬНИК ДЖЕКА

Для бедняги Джека, пьяницы, одурачившего дьявола, после смерти не найдется места ни в аду, ни в раю — он обречен скитаться с раскаленным угольком в выдолбленной тыкве. Разумеется, чаще всего этот дух появляется во время Самайна.

ЧЕРЕП КАТРИНЫ

В День мертвых можно встретить Катрину — нарядную даму-скелета с на редкость грациозной походкой. Смерть ей очень к лицу!

Черт. Чешский дьявол

Маленького роста • Покрытый шерстью • Рогатый • На одной или обеих ногах вместо ступни копыто • Может менять внешность, принимать облик красивой женщины. Čert на чешском означает «дьявол». От древнего славянского корня ker — резать.

Декабрь в Чехии насыщен праздниками и традициями, и кульминация всего этого — Рождество. Все должно быть безупречно чистым, чтобы можно было праздновать с семьей этот волшебный период, когда творятся чудеса и появляется так много духов. Тщательно моют стекла во всех окнах, наводят порядок во всех комнатах. На видном месте размещают венок, сплетенный из различных растений, со вставленными в него четырьмя свечками. Каждую неделю адвента[4] будет зажигаться одна свеча, которая поведет нас к празднику и рождественскому ужину. Каждый огонек оберегает от Белых дам, ундин, призраков и лесных духов, которые куда чаще обычного появляются в середине темного времени года. Тот, кто прислушается, проходя мимо большого леса, непременно услышит дикий крик гейкалека и тут же ускорит шаг.

В Чехии всегда строго соблюдали рождественские традиции. В канун Рождества постятся или едят ваночку, сдобный хлеб с миндалем и изюмом. Тот, кто довольствуется этой скудной пищей, несомненно, увидит, как по небу летит маленькая золотая свинка. Повезет тому человеку, кто заметит это волшебное животное: вскоре ему улыбнется удача!

К рождественскому ужину хозяйка дома приготовит карпа в сухарях. По всему городу стоят чаны с живой рыбой, там дети и выбирают карпа. Разумеется, под каждую тарелку положат его чешуйку, это принесет счастье и благополучие в новом году. Если же ее сунуть в бумажник, она обеспечит достаток, который позволит жить в свое удовольствие. Кроме рыбы на стол ставят картофельный салат и другую еду. Но (внимание!) надо соблюдать строгие правила. Прежде всего за стол садятся только после того, как в небе покажется первая звезда. Затем, когда уже сели, никто из-за стола не встает, пока не закончится ужин. Кроме, само собой, хозяйки дома, которая будет непрерывно сновать между плитой и столом, чтобы накормить оголодавших гостей. На столе также лежит лимон, напоминающий приносящую удачу золотую свинку. Доев штрудель, рулет с яблоками, семья нередко гадает, желая узнать, что ждет ее в будущем году. Способов много: разрезают пополам яблоко и смотрят на форму звездочки из семечек, льют в воду свинец, а также проверяют, кому улыбнется удача, четырежды раскалывая грецкие орехи — должна остаться непременно целая, без трещин, скорлупа. Наконец, слышится звон колокольчика — это Ежишек, младенец Иисус, положил под елку подарки, и теперь гости могут встать из-за стола, чтобы их открыть.

Если Рождество — веселое и семейное время, посвященное грядущему году, то предшествующие ему недели включают в себя традиции, не лишенные опасности для не очень-то послушных детей. Шестое декабря — День Николая Чудотворца, чехи называют его сватый Микулаш. Накануне, как стемнеет, можно было увидеть святого Микулаша, бродящего по улицам в сопровождении двух персонажей, которых нечасто встретишь на других праздниках такого рода в Европе. Первый — ангел, он указывает доброму святому на послушных детей и угощает их конфетами. А второй — совсем другой по своей природе. Черный, рогатый, с большим мешком и пугающий детей. Это черт, который сопровождает Микулаша, чтобы раздавать адские угли и жалкие картофелины всем тем, кто явно не заслуживает лакомств получше. Каждому ребенку предстоит небольшое испытание: нужно прочитать стишок или спеть рождественскую песенку. И надо сказать, редко кто терпит здесь неудачу: чешские дети усердно репетируют в течение нескольких дней, чтобы не попасть в когти страшного черта.

В христианской традиции черт — это дьявол. Темная, покрытая шерстью кожа, рога и хвост — все сближает его с хозяином преисподней. В таком виде он подписывает договоры, воздвигает невероятные здания быстрее, чем мы успеваем это произнести, перемещает горы и реки. Иногда он даже помогает прогонять других демонов, хотя люди над ним часто потешаются. В действительности черт — дух куда более древний, чем христианский демонический пантеон. Он близок к сумрачным божествам, которым принадлежат темные месяцы. Мы можем увидеть его в славянском черте с поросячьими пятачком, копытами и хвостиком. Черт часто скрывается среди людей, на время расставаясь с обликом лохматого коротышки и превращаясь в молодого или старого мужчину. Ему нравятся злые шутки — чтобы не попасть в его ловушки, вам нужно глядеть в оба. Вы можете высмотреть среди черных кудрей пару рожек. А по его прихрамыванию догадаться, что вместо одной ступни у него копыто. И пусть совесть вас не грызет: Черт привык к тому, что его планы расстраиваются.

МОЛОХ

Молох, Сатурн, Кронос — все это древние божества, пожиравшие детей. Молох, с человеческим телом и головой быка, правивший подземным миром и связанный с огнем, стал в христианских верованиях одним из демонов ада. Одно из древних божеств, несомненно, скрывается за образом всех чертей, наказывающих детей.

ГОХОН

Зимний дух у ирокезов. Это старик, который ходит по лесам и стучит своей палкой по деревьям до тех пор, пока некоторые из них не сломаются под натиском жестокого мороза. Когда холодный ветер начинает утихать, индейцы знают: Гохон удаляется.

Шошвьей. Чудесный кошмар

Она то добрая старушка, которая приносит детям орехи и апельсины, то старая ползучая тварь, которая ложится на спящих людей. Chauche происходит от cauche, от слова cauchier — давить. Vieille — от латинского vetus, vetulus, которое превратилось в velz, из которого затем получилось vieil — старый.

Довольно странный путь, похоже, проделала Шошвьей из швейцарского кантона Во. Это известный персонаж множества легенд и рассказов как во Франции, так и в Швейцарии и Испании. Шошвьей прежде всего связана с кошмаром. Даже ее имя — синоним кошмара. С этимологической точки зрения последний связан с Марой — ведьмой, призраком, духом, который по ночам ложится на людей, чтобы душить их и вызывать страшные сны. Но как этот ужасный дух, способный пробраться под дверью и через замочную скважину, мог переродиться в славную тетушку, со временем превратившуюся в жену Добряка, Рождественского Деда, старика, который делит с ней обязанности добрых духов Рождества, раздавая конфеты, шоколад и апельсины?

Продолжая расследование, мы узнаем, что она (Кошмарда, Шошпай или Шошвьей), поначалу душившая людей в течение всего года, затем сосредоточилась на тех, кто совершил огромный грех и пропустил рождественскую мессу. Всякого, кто в ночь с 24 на 25 декабря предпочитал нежиться на мягких перинах, вместо того чтобы сидеть на жестких деревянных стульях, или оставаться в теплой постели, вместо того чтобы, преодолев ледяной ветер, потом и в церкви не иметь возможности согреться, посещала Шошвьей. Ведьма давила им на грудь, дышала своим кошмарным дыханием в лицо гадким грешникам. А поскольку у нее вошло в привычку приходить в Рождество и использовать те же пути, что и Добряк, да и тот, в общем-то, в таких же преклонных годах, почему бы им было и не пожениться! Время делало свое дело, оно смешивало обычаи разных уголков, пока все это не переплавилось в поверье о старой тетушке, которая ходит по домам уже не насылать плохие сны, а чтобы награждать или наказывать детей. Надо заметить, что Добряк изначально приходил не в рождественскую ночь, а в новогоднюю. В эту волшебную ночь добрый старик покидал свой дом в облаках и спускался в дымоход, чтобы оставить несколько игрушек. В другом месте, Улане, утверждают, что он живет в ущельях Коватанна и покидает их на одну ночь, на этот раз в сопровождении осла! Но, женившись на Шошвьей, он, похоже, решил трудиться вместе с ней в рождественскую ночь.

Так, в кантоне Во дети получают свою награду от нее. Та, кого по-другому называют Цусевилье, или Чаутце-та-Вилья, раньше приносила грецкие и лесные орехи, а сегодня мы видим апельсины, шоколад и другие лакомства. Орехи — это символ вечности. Они хранятся всю зиму и дают жизнь новым деревьям и кустам, которые принесут новые плоды. Здесь явно присутствует идея обновления и изобилия. Позже традиция дополнится апельсинами, символами солнца, связанными с югом и теплом, с мыслью о грядущем окончании зимы и надеждой на лучшие времена. Даже лакомства обещают прекращение ледяного ветра, изобилие и праздники. От сладкого глаза и мысли всегда делаются блестящими.

Шошвьей занималась также пряхами, которые не соблюдали традицию отдыхать от Рождества до Богоявления. В это веселое время, когда нитоны развлекаются в наших конюшнях, заплетая гривы лошадям, старая дама шествует своим путем, наказывая тех, кто не слушается или беспечно относится к этому священному моменту года, переходу от завершающегося темного времени к возрождающемуся свету. С годами Шошвьей смягчилась. Позабыты кошмары и розги, которыми она порола неугомонных детей, — в наши дни это орудие наказания будет всего лишь оставлено на их ботинках. Предупреждение нередко хорошо запоминается.

Закончим парой слов о супруге Шошвьей, которого мы знаем как Добряка, но также его называют и Пер-Шаландом. Однако этот другой рождественский дух, который раздает орешки детям в окрестностях Женевы, тоже всего лишь плод сопоставления. В считалочке говорится, что пришел Шаланд в островерхом колпаке, с соломенной бородой и мы до Нового года будем колоть орешки и есть белый хлеб. Из этой считалочки мы многое узнаем об этом духе. Прежде всего, что отцом его стали называть позже, так что лучше говорить просто о Шаланде. А еще — что этот дух связан с изобилием через те же орешки, которые в других местах раздают Шошвьей или Николай Чудотворец, и белый хлеб, который ели не каждый день. В этом тоже надо видеть прославление изобилия. Еще один след традиций перехода зимнего солнцестояния и обещания наступления лучших времен.

В конце концов, не все ли равно, с кем водится Шошвьей — с Шаландом или Добряком? Лишь бы ее тень посещала наши дома и приносила сладости, напоминая о себе тем, кто соблюдает запреты, бережет традиции и хранит память о наших предках и их мудрость. Потому что настоящим кошмаром было бы все это позабыть.

АНЖЕТТ

Дух из кантона Во в Альпах сообщал о своем приближении звоном колокольчика. А потом дети находили в своих туфлях апельсин или орех — знак того, что дух здесь появлялся, чтобы наградить их.

ГИРА-КАРЛИНГ

В Лоуленде в Шотландии и на севере Англии опасаются встречи с королевой фей по имени Гира-Карлинг, или Никневен. Она покидает свое королевство вместе с войском, чтобы оставаться на земле от Самайна до конца зимы.

Кристкиндль. За покрывалом — свет

Красивая девушка • Во всем белом • На голове покрывало или корона из свечей • Появляется только перед Рождеством • Приносит подарки. Это имя означает «дитя Иисус», Христос в младенчестве. От немецкого kindlein — младенец.

Однозначно, в это насыщенное предрождественское время много чего происходило! Мы в Эльзасе и Лотарингии, где каждый год светлая фигура этого зимнего периода несет факел будущих ясных дней. Кристкиндль, или Кристкиндель, на первый взгляд кажется довольно молодым персонажем. Он порожден в XVI веке протестантским мышлением, чтобы вытеснить прочно обосновавшегося в регионе и, на взгляд последователей Лютера, несколько сомнительного святителя Николая. Итак, ему предпочли младенца Иисуса. Но крестьянские представления живучи, и у маленького мальчика, который символизировал Сына Божия, вскоре появилась соперница. Это юная девушка в белом одеянии, которое было символом ее чистоты, со свечой в руке или с короной из четырех свечей на голове — очевидная связь с адвентом. Кристкиндль, чей праздник отмечают 23 декабря, приобрел большую популярность в окрестных регионах и стал появляться в Германии, Швейцарии и Австрии: посещать хижины и оставлять лакомства послушным детям. Со временем его роль ушла на второй план, и все же он остался одним из действующих лиц Рождества — на этот раз как советник святителя Николая, которого народ никогда не забывал. И вот Кристкиндль одобряет дары великого святого и указывает тому на послушных детей, наподобие ангела, с которым мы встречаемся в других странах, где он выполняет ту же задачу как добрый персонаж в паре с грозным Гансом Траппом. Подзабыта юная чистая девушка, одетая в белое, с еловым венком на голове, украшенным четырьмя горящими свечами, которая каждый год появлялась в эльзасских домах 23 декабря. В одной руке она держала волшебную — если судить по звезде на ее конце — палочку, другой протягивала бределе[5] заслужившему это ребенку. Кто сегодня еще вспоминает это чистое существо? О былом величии свидетельствует лишь Страсбург с его знаменитой рождественской ярмаркой Кристкиндельмарик!

Протестантскую реформацию, желавшую очистить христианскую веру, постигла неудача не только с устранением святителя Николая — сама фигура Кристкиндля, принявшего облик юной девушки, также обернулась поражением. Потому что за этим обликом скрывается святая Лючия, или Люсия, сиракузская мученица, чье имя несет в себе свет, столь милый Юноне (у римлян — Люцине), а в северных странах — светлой Перхте.

К святой Лючии, прежде всего символу безупречной чистоты и непорочной девственности, обращаются страдающие болезнями глаз. Саму ее пытали, вырвав глаза, которые тотчас были ей возвращены благодаря доброте Пресвятой Девы Марии. День святой покровительницы Сиракуз — 13 декабря. Эта дата сохранилась во многих регионах, хотя на самом деле, учитывая, что календари и правила со временем изменились, ее праздник следовало бы отмечать 26 декабря.

Итак, святая с говорящим именем — символ обновления, света и светлого времени года. Дату ее праздника надо связывать с первым днем, когда солнце побеждает ночь, а день наконец начинает выполнять обещание, что тень отступит, уйдет. Значит, римская Люцина, аватар богини Юноны, — божество света как надежды на будущее изобилие. Юнона была в первую очередь богиней плодородия, матерью богов. Прибавим к эклектизму фигуры святой Лючии и Перхту, богиню света, с которой связаны многие современные ритуалы и обычаи и которая тоже славила среди зимы возвращение периода изобилия. Теперь туман, окружающий эльзасского Кристкиндля, немного рассеивается, становится яснее его связь с различными традициями празднования Дня святой Лючии.

В Швеции до сих пор чествуют Лючию, или Люсию, 13 декабря. В этот день девушку, выбранную сверстниками, наряжают в белое, и она возглавляет ночное шествие женщин. Кое-где в этих процессиях участвуют и переодетые мальчики, некоторые даже наряжены томте или ниссе, северными духами, несущими фонари. День святой Лючии особенно почитают в этой стране — должно быть, из-за связанных со светом древних традиций, которые благодаря этому празднику сохранились через века. Рождественские дни также связаны с этой святой и в Дании, Венгрии и на севере Италии. В последней Лючия приходит к детям и приносит послушным конфеты, а шалунам — угольки, что на этот раз связывает ее с хорошо известной Бефаной.

Древние поверья живучи, они сопровождают человека с незапамятных времен. Не в обиду будет сказано ревностным поборникам чистоты всех религий — они могут набрасывать на них сколько угодно покрывал, наносить сколько угодно слоев лака, чтобы скрыть изначальный цвет, — шепот фей не заглушить. Любое покрывало рвется, всякий лак трескается, а шепот становится пением.

ПРЕСВЯТАЯ ДЕВА

По французскому поверью, Пресвятая Дева в рождественскую ночь устраивается рядом с горящим поленом, чтобы перепеленать свое дитя. Тот же обычай встречается в окрестностях Барселоны.

Подарки

Важная рождественская и новогодняя традиция — дарить подарки, складывать под елку разноцветные свертки или совать детям в руку купюры. Девочки и мальчики навещают бабушек или поют на лестничных площадках соседних домов, за ними по пятам следует длинная вереница представителей разных профессий, обменивающих поздравления и пожелания счастья в новом году на звонкую монету. Но откуда пришел обычай дарить вещи или деньги?

СТРЕНА

По легенде, царь сабинян дарил знатным римлянам веточки вербены в марте, который в те времена был первым месяцем года. Эта вербена росла в священном храме, а на самом деле — в роще богини Стрены. Позже, когда первым месяцем года сделали январь, а обычай желать счастья и добра закрепился, люди заменили вербену медовыми сладостями и засахаренным инжиром. Традиция развивалась, скромные дары трансформировались в бронзовые и золотые монеты и серебряные медали, которые складывали к ногам императора и великих мира сего. С течением времени она дошла и до наших новогодних подарков.

ПОД ОМЕЛОЙ, ИЛИ СЧАСТЛИВОГО НОВОГО ГОДА!

У галлов друиды в первый день года срезали магическую омелу и несколько дней раздавали ее ветки окружающим с пожеланиями счастья и здоровья. Это растение по-прежнему подвешивают к потолку, и, пока часы бьют двенадцать ударов, стоящие под ней целуются. Но и здесь ветки растения, приносившего счастье и процветание, постепенно заменили деньгами.

ДАРЫ ВОЛХВОВ

Образ царей-волхвов, приносящих мирру, ладан и золото, также подкрепил обычай дарить подарки детям и другим членам семьи. Например, в Испании эта традиция сохранилась в виде обмена презентами в праздник трех королей.

МАГИЯ РОЖДЕСТВА

Сколько всего переменилось со времен зарождения традиции желать здоровья, счастья и процветания! Отметим явное различие между рождественскими подношениями и новогодними подарками. Если говорить о первых, то изначально это были дары, поднесенные могущественным покровителям. Потом их стали щедро раздавать представителям всех профессий, от пожарных до мусорщиков, а главное — детям, год за годом желая им здоровья, радости и успехов. Вторые же вошли в традицию только в XVIII веке. Новогодняя магия наполняет волшебством подарки, которые таинственным образом появляются под елкой — их приносят сказочные существа из древних верований.

Дед Мороз

Старик с длинной белой бородой • Носит синюю шубу с серебряными узорами и высокие сапоги, при себе у него волшебный посох • Ездит в запряженных тройкой санях. Дед Мороз, Дедушка Мороз — объяснения здесь не требуются.

Люди охотно избавляются от духов. Но надо признать, что за теми в конце концов всегда остается последнее слово. Как, например, в истории русского Деда Мороза. Изначально существовал некий связанный с зимой дух в далеких сибирских лесах, постепенно затерявшийся в легендах по мере того, как его близкий родственник Пер-Ноэль, Рождественский Дед, начал баловать русских детей — тогда же, когда орехи сменялись сладостями. Но это еще не все. В 1917 году Ленин и большевики перевернули вверх дном великую царскую Россию. Началась коммунистическая революция, все резко переменилось, появилась новая империя. И ее надо было строить не только оружием, но и, самое главное, используя пропаганду, а значит, заменяя традиционные ценности теми, которые несла новая власть. Потому-то и прогнали слишком капиталистического и религиозного Рождественского Деда. И Рождество исчезло, уступив место празднику зимы и Нового года. В глуши своего далекого леса пробудился дух, откликнулся на зов своих новых сторонников. Дед Мороз запрягает тройку — опять пришло его время! Этот дух очень похож на Рождественского Деда, он отличается лишь синим цветом одежды, напоминающим о морозе, зиме, его стихии. А еще у него густая белоснежная борода, красивые и прочные сапоги, защищающие его от сырости, на голове — круглая меховая шапка. Ходит он, опираясь на посох, взятый из того древнего леса, где он родился и обрел магическую силу. Возвращаясь к славянским традициям, он позволил себе прихватить мимоходом юную девицу, которую приличия ради называют его дочерью[6], — Снегурочку, а также старую Бабушку, большую любительницу холода, как и он сам. Теперь он рука об руку то с одной, то с другой, а иногда и с обеими каждый зимний праздник бороздит улицы деревень и городов России, чтобы принести детям гору подарков.

Похоже, Морозко и правда вернулся с добром. Он, происходящий, должно быть, от сумрачных зимних божеств, оставил попытки мстить. По его искренней улыбке видно — он не злился из-за того, что его на время отстранили, и даже с некоторой гордостью сопровождал русскую экспансию и колонизировал многие страны. В Белоруссии он известен как Дзед Мароз; в Хорватии его называют Дед Мраз; в Словении — Дедек Мраз; в Македонии — Дедо Мраз; в Румынии 31 декабря игрушки детям приносит Мош Герила. Во всех этих странах зимний дух все еще приходит к тем, кто его не забыл, хотя после падения коммунизма Пер-Ноэль снова завоевал почти все сердца и снова отодвинул в тень Деда Мороза. Даже в истинно католической Польше было несколько попыток привести на зимние праздники Дзядека Мроза, но народ это не поддержал.

Этот древний дух, хотя отчасти и порабощенный человеком с его стремлением подчинить себе сограждан, не даст забыть о его собственной глубинной природе. Морозко — это дух русской зимы, но он не единственный. В тех регионах, где жизнь и смерть зависели от лютого холода, люди знали многих могущественных духов, связанных с морозом, снегом и ледяными ветрами. У народа мари Йушто Эрге, «дитя холода», представляет собой реальную угрозу для избы. Среди зимы он заявляет о себе резким звуком — как будто мяч попал в стену или отскакивает от крыш. Маленькие дети могут принять это за приглашение выйти к духу и поиграть с ним. К счастью, если запереть дверь и спрятать ключ от любопытных малышей, это убережет их от опасности. Днем дух невидим, но знаки его присутствия не обманывают. Эрге забавляется, покусывая людей за кончики пальцев, вцепляясь им ледяными зубами в нос, или даже может отморозить им ноги. Этот марийский дух соседствует с другими, например со старой четой Йушто Кува и Йушто Кугыза. Первая замораживает замочные скважины, пытаясь проникнуть в дома, но их охраняет домовой, удобно устроившийся у горячей печки. Огонь остается самой надежной защитой от любого враждебно настроенного духа. И потому жена мороза скребется в двери и окна, а из-за ее старого супруга скрипят стропила крыши и потрескивают стены. Столько подозрительных звуков слышится по ночам — на этот раз они должны выманить из домов родителей. Днем куда спокойнее, разве что несколько оплеух получишь или холодом в лоб влепят — жалкая месть двух духов, обозлившихся оттого, что не смогли схватить человека ночью, утащить его от спасительного тепла его избы, понемногу сковать его холодом, парализовать и обречь на верную смерть.

Да, духи зимы не смогут смириться с человеческими радостями. Многие прячутся и ждут своего часа, чтобы куснуть или оцарапать; еще больше тех, кто ушел в глушь северных лесов. А некоторые, подобно Деду Морозу, научились возвращаться и жить среди детского смеха и радостных возгласов.

БАБУШКА

Иногда Деда Мороза в его зимних поездках сопровождает старушка. Подобно итальянской Бефане, русская Бабушка, чрезмерно озабоченная чистотой своего дома, упустила случай подарить игрушку младенцу Иисусу. С тех пор она в конце каждого года балует какого-нибудь ребенка и наказывает озорников, оставляя в их ботинках черный хлеб.

ДЯДЮШКА ДАРИН

Странный дух водится вблизи Намюра в Бельгии. Дядюшка Дарин — один из тех духов, что по самой своей природе опасны для человека. Его можно встретить среди зимы, когда лютый мороз хватает вас за руки, вцепляется в пальцы и терзает их до тех пор, пока ваша кожа не посинеет, как у него самого.

Фантомы и прочие призраки

Мимолетные видения • Прозрачные тела • Призрачные шумы • Воспоминание, которое не может покинуть этот мир, не выполнив последней миссии, или душа, отягощенная ненавистью, а иногда — любовью. Название этого сверхъестественного явления происходит от древнегреческого слова (phantagma), уже тогда означавшего «призрак»; латинское phantasma, искаженное галло-романским марсельским диалектом, превратилось в phantauma, и безумное путешествие с привидениями завершилось «фантомом».

Зима приносит вести от умерших. Достаточно прислушаться вечером к свисту ветра, который пробирается в щели, шепотом сообщая о скором приходе гостей. Нам надо открыть окна и двери и впустить в жилище холод, а вместе с ним — эти древние души, которые входят и выходят, когда им заблагорассудится. Главное — не делать ничего такого, что могло бы их задеть. Пусть метла спокойно отдохнет в углу, чтобы не поранить ни одну душу, влезшую в дом рождественской ночью. Стол надо накрыть еще на одного, кроме сотрапезников из плоти и крови. Это место умершего, место феи. В полночь надо будет наполнить еще одну тарелку. Поставить бутылку лучшего вина. У очага, поближе к трещащим дровам, тоже оставить пустое место — разумеется, так, чтобы это было заметно. Все эти знаки внимания, эта предупредительность — для того, чтобы зашедшие в дом призраки остались довольны. Рождество — самое благоприятное время для духов, Чарльз Диккенс не ошибся, когда насытил его историями о призраках, самая известная из которых — о злоключениях несчастного Скруджа, который встретился с тремя святочными духами — прошлых лет, нынешних и будущего.

В вечер душ и тем более в ночи до и после дня усопших лучше не бродить по кладбищам. Не надо! Если только вам не хочется, чтобы вас терзали тысячи духов, вырывающихся в эти ночи из могил, постарайтесь не приближаться к кладбищам, а еще лучше — вообще не гуляйте по ночам. Вернувшийся мертвец опасен всегда, но чувства фантома куда разнообразнее. Душа грешника, шутница, заблудшая душа, удерживаемая обещанием или привязанная к месту, — у призраков много причин для появления.

Говорят, ночи принадлежат призракам. Если днем они не показываются, то с наступлением вечера являются толпой. Внезапно мелькают за окном или в зеркале, будто отражение поблекшего воспоминания. Жалобные стоны и плач чаще всего затихают после нескольких молитв. Они шепчут, кричат, вопят, шумят, пугают нас своими завываниями, но мы не понимаем, а иногда и не слышим их сообщений. То же можно сказать про банши и прочих Белых дам, которые появляются на обочинах дорог или у стен, предупреждая нас о близящемся несчастье.

Так вот, с начала ноября до конца февраля надо быть начеку. Темное время года — время мертвых. Оно начинается с Черного месяца и заканчивается с возвращением света, его высшая точка — зимнее солнцестояние. В эти долгие недели Анку особенно усердно собирает в свою повозку души усопших, Дикая охота в самом разгаре, ее сопровождают порывы ветра и град, леса захвачены адскими войсками, по земле скитаются всевозможные создания, связанные с преисподней. Но это еще и возможность для умершей матери снова увидеться с детьми, для любящего мужа — погладить руку слишком рано ушедшей жены, для покойного деда — еще раз присоединиться к семейному застолью. Обычно мертвые уходят быстро, но есть и множество призраков, которые не спешат. Зайти в комнату, в которой родились, навестить потомство, погулять в большом прекрасном саду, где оцарапались о колючку. Существуют и доброжелательные фантомы, а дух влюбленной женщины может быть воплощением ни с чем не сравнимой романтики. Зимние месяцы — это еще и время памяти. Работы в полях закончены, и люди вспоминают отцов и дедов. Без смерти нет жизни. Вскоре сама земля заявит об этом, проращивая зерно из кучи разложившейся материи, всю зиму его питавшей.

Древние греки чествовали в феврале бога всего живого, Диониса. Трехдневные празднества назывались антестериями. Этот разгул цветущего и живого на третий день завершался поклонением мертвым. Храмы были закрыты, пороги обмазаны смолой, для призраков были приготовлены горшки с едой, к которой не имел права прикоснуться никто из живых. Это был важный момент года, когда появлялись духи и керы, эти божества преисподней, питающиеся воинами, павшими на поле боя. Они принимали последний вздох и провожали умерших к Гермесу Психопомпу, который вел процессию душ к их последнему пристанищу. В конце этого дня все кричали: «Уходите, керы, антестерии миновали!» Тогда время мертвых завершалось, и живые вновь вступали в свои права на земле. Тот же цикл сохраняется у нас и сегодня. С ноября до конца февраля в нашем мире душ куда больше, чем летом.

ПРАЧКИ

С момента, когда начинают завывать осенние ветра, и до конца холодной зимы прачки повсюду становятся куда более многочисленными и опасными, чем обычно. Если кто-то встретит одну из них у заброшенной прачечной или на берегу пруда, ни в коем случае нельзя пересекаться с ней взглядом и тем более помогать выкручивать окровавленное белье.

Призрачный танец

Зимой ветер приносит с собой мелодии, рожденные в самой глубине леса. Днем они едва слышны, растворяются в шуме людских дел, а с наступлением темноты убаюкивают тех, кто спит с открытым окном. Они вплетают в его сны неясные видения, иногда ведущие к постижению иного мира, а временами пугающие так, что человек просыпается в холодном поту. Говорят, будто эти таинственные песни, принесенные зимними ветрами, — шепот призраков, след их поблекшей памяти, крик их настоящего, надежда на будущее. Редко кому доводится запомнить эти мелодии, добраться до их происхождения и найти места, где танцуют призраки.

Мне было лет девятнадцать или двадцать, когда мой слух впервые заворожила нежная потусторонняя мелодия. Я возвращался домой через лес, час был уже поздний. Накануне я встречался с друзьями, мы увлеклись бесконечными разговорами и лишь за полночь решились разойтись. Все отправились по домам, дальше всего от нашего обычного места встречи был мой дом — мне предстояло пройти около двух километров. Помню, что ночь была холодная, очень холодная. Снег еще не выпал, но мороз уже сковал растения вокруг, ветки деревьев и кустов заиндевели. Луна сквозь оголенные вершины освещала мне путь, и выбеленный, потрескивающий пейзаж был немного нереальным. Внезапно я остановился. Ледяной ветер, пробравшись через мою толстую вязаную шапку, принес с собой звуки, совершенно невероятные посреди ночи и в глубине леса. Это была музыка. Поющие голоса. Люди снова и снова повторяли однообразный мотив, одновременно нежный и таинственный. Мне тотчас пришли на ум древние ритуалы. Но кто же мог совершать их в лесах в это время года? Преодолев мгновенно охвативший меня страх, я поддался любопытству и, свернув с пути, углубился в лес. Сквозь иссушенные зимой кусты я издали заметил слабое, неясное свечение. Казалось, какие-то человеческие фигуры проходят перед источником света, двигаясь в ритме этого пения, которое становилось громче, но все же оставалось невнятным для моего ума, я не мог разгадать смысл, не понимал ни слова.

Я подошел еще ближе. Но теперь безотчетный страх, который становился все сильнее, заставлял меня быть очень осторожным. Я шел молча, стараясь держаться против ветра, как охотник, который приближается к добыче так, чтобы она не могла его учуять. Все мои чувства обострились, как будто то неведомое, что я видел перед собой, было нечистым по своей природе и могло представлять для меня опасность. В эту минуту я уже знал, что мне надо отступить, бежать, отвернуться от запретного сборища… Но я не только не бежал, но и продолжал идти вперед, как будто что-то против моей воли тянуло меня к пропасти, и я, зная, что падение грозит мне гибелью, не мог в нее не броситься.

Вскоре я вышел на открытое место. Беззащитный перед врагом, я почти касался рукой силуэтов, которые за несколько минут до того заметил сквозь кусты, и мой разум вопил, чтобы я бежал оттуда.

Иногда наше поведение, наши поступки диктует нам бессознательное. Решения идут не от рассудка, а от души, и я думаю, что в ту ночь мной овладело такое наваждение. Должно быть, моя душа распознала другие души, потому что перед моим ошеломленным взглядом происходил невероятный танец, в лунных лучах кружились прозрачные видения. Кое-где непрочные фигуры, складываясь из игры светотени, какое-то время держались, не переставая кружиться. Я все более отчетливо различал неудавшиеся попытки проклятых видений вернуть себе тела. Они словно безуспешно старались втиснуться в прежнюю скорлупу, передо мной мелькали скелеты, черепа, убогие наброски человеческих лиц. Некоторым из продолжавших тянуть нескончаемую литанию, от которой мне теперь было не отвязаться, удавалось в конце концов облечь свою душу в плоть, и я совершенно отчетливо видел женщину в старинном платье, мужчину в одежде всадника, а другого — в рединготе. По мере того как наброски обретали детали, я видел рождение призраков — по-другому и быть не могло, — заявлявших о своем происхождении. Они рассказывали свою историю, показывали, какими были раньше, в момент смерти, как тот, что плясал с веревкой на шее, или при жизни, как эта пара с почти счастливыми застывшими усмешками. Наконец все предстали передо мной людьми из плоти и крови, более или менее цельными, разве что недоставало нескольких деталей. Все они снова и снова напевали эту мелодию, эту песню, они точно произносили слова, которых я по-прежнему не понимал. Духи кружились в хороводе и, проносясь в танце мимо, втянули меня в свой круг. Я тоже закружился на этой призрачной карусели, мертвые увлекли меня за собой, я уже не знал, как вырваться из круга, у меня не было своей воли — должно быть, меня околдовала эта однообразная музыка с ее холодной, но обольстительной красотой.

Казалось, танец продолжался часами, но мне уже не было дела до времени. Я уподобился им, этим призракам. Для меня ничего уже не существовало, кроме этого танца среди леса, только бы не сбиться с ритма. Позже я понял, что это связывало с жизнью проклятые души. В танце они жили, на время восстанавливали связь с нашим миром. Они нашли способ ненадолго ускользнуть от своих мучительных скитаний. Все эти потерянные души, внезапно оторванные от своих, не сумевшие найти дорогу на небеса или отказавшиеся ее искать, все еще привязанные к родным, не смирившиеся с разлукой. Мать не может покинуть детей, сын — отца, женщина — возлюбленного. Эти прочные узы и создают фантомы. Упущенная возможность проститься, не сказанные слова, поступки, в которых живые отказывают умершим, обрекая их на изгнание и не давая обрести покой.

Я кружился в танце и уже начинал впадать в забытье, душа понемногу отделялась, готовая навсегда присоединиться к новой компании, отуманенная этим несмолкающим пением. И в ту минуту, когда мне показалось, что я различаю слоги, когда я начал напевать слова, внезапно ставшие внятными, ночь была разорвана криком. Это тоже было пение, но совсем другого рода: прокричал петух — и тени исчезли.

Ничего не осталось вокруг меня — только пустая поляна, покинутая призраками, побелевшие деревья и мое тело, рухнувшее наземь в изнеможении. Я едва дышал. Вдали послышались голоса, крики — меня искали.

Помню, как меня подхватили сильные руки и быстро отнесли домой, как плакала мама. Помню строгий взгляд врача, помню, что бредил долгими ночами и лихорадка упорно держалась всю зиму. Помню вкус бульона и любовь близких, в конце концов вернувшую меня к жизни, а потом — их радость, когда я встал на ноги, когда снова заговорил. Я был спасен, меня отняли у мертвых, я возвратился к живым.

Но в глубине моей души дремлет музыка. Иногда она пробуждается. И я знаю, что однажды вернусь в лес, чтобы завершить этот танец.

Гоблины. Самые неугомонные

Духи местности или домашнего очага • Насмешливые • Привязаны к домашним, любят повторять их позы и так же одеваться, а то и наряжаться в их обноски • Часто принимают облик раскормленного кота.

Гоблины любят пошалить в течение всего года, но с приближением зимнего солнцестояния эти непоседливые шутники особенно щедры на всякие проделки. Достаточно взглянуть на внешность гоблина, чтобы отпали всякие сомнения в происхождении этого дикаря. Маленькое существо с темной кожей — ее цвет напрямую связывает его с землей, от которой создание и произошло, — с длинными и тощими, иногда куцыми, часто искривленными руками и ногами. Лицо будто создано для кривляния. Язык свешивается, нос курносый, глаза блуждают, волосы всклокочены, гримасы бесконечно сменяют одна другую — это само по себе уже настоящее представление. А как они раздражают своими прыжками и тем, что с бешеной скоростью носятся по всему дому, от подвала до чердака, непременно наступая на скрипучие ступеньки деревянной лестницы, особенно по ночам! Да, гоблин не самый приятный сосед. Пожалуй, он самый несносный из домашних духов, и его происхождением объясняется все. Ведь гоблины — грозные стражи тех или иных мест, со временем почувствовавшие живой интерес к человеку. В противоположность многим своим сородичам, они нашли людей чрезвычайно интересными. Веками эти чертенята, способные превращаться в любое животное — лошадь, собаку и даже лягушку, — заливаясь смехом, сбрасывали путников в овраги, загоняли в лужи и пруды. Несчастная женщина, возвращаясь домой с рынка, слышала на обочине плач новорожденного. Она наклонялась, а ее внезапно толкали — и бедняжка приземлялась в удачно размещенную кучу навоза. Девушка, заблудившаяся в их лесу, бродила по нему часами, вздрагивая от каждого странного звука и следуя за щебечущей птицей, которая заманивала ее все дальше. Гоблины развлекались до тех пор, пока им не надоедало, и бросали, как только им в голову приходила новая недобрая проделка.

Гоблина нельзя назвать милым и любезным. И хотя нельзя и всерьез назвать их злыми, склонность этих существ к глупым шуткам настолько велика, что человек в конце концов стал их остерегаться. С течением веков были составлены списки мест, где водились гоблины, — их оставили духам, которым вскоре стало скучно, ведь они лишились таких потешных гостей. И тогда некоторые гоблины стали с приближением Рождества на время покидать свои территории и перебираться в дома. Несколько недель они вовсю развлекаются. Двигают с места на место предметы, стучат по стенам, вмешиваются в игры детей, чтобы их напугать, толкают человека, несущего к столу рождественское полено. Их ненасытная страсть к шуткам быстро передается другим феям и домовым. В последние несколько лет они дают о себе знать куда чаще, чем раньше. Весь декабрь эти духи веселятся, нарушая привычный уклад, а после Рождества уходят на предначертанные Природой дороги. Теперь эта веселая неразбериха распространилась и по Европе, феи и домовые тоже развлекаются вволю, но до дьявольских гоблинов им далеко! А некоторые из них решили остаться в домах, где погостили. Можно сказать, одомашнились наподобие некоторых видов животных. В этом случае их называют хобгоблинами. Их потомство в наши дни оказывает немало услуг хозяевам таких домов. Во время вечеринки было слишком много выпито, нет сил убрать со стола и навести порядок в кухне? Хоп! Маленькие человечки ночью похлопочут, и утром вся посуда будет аккуратно расставлена на полках. Кстати, таким образом вы точно выясните, кто у вас живет — хобгоблин или гоблин. Первый перемоет всю посуду, перед тем как расставить по местам, второй — нет. То же и со многими другими их занятиями. Собака благоухает розами и миска у нее полна до краев? У вас живет хобгоблин. Перемазанный в грязи щенок лезет в холодильник? Гоблин. Все углы чисто выметены, на потолке ни одной паутинки? Хобгоблин. Мешок из пылесоса вытряхнут в гостиной, вся пыль из ковров тучей висит в воздухе? Гоблин. Трудно поверить, что эти два создания одной породы, и все же… Хоть ведут они себя немного по-разному и в доме явно лучше жить с хобгоблином, чем с его неодомашненным собратом, все гоблины, со всеми их ужимками и шутками, разделяют то любопытство, которое приблизило их к человеку.

Многие из этих духов после зимы возвращаются в свои леса и болота и долго посмеиваются, вспоминая, как им было весело, а с наступлением холодов снова возвращаются в человеческое жилье.

ХОХЛАТКИ

В Пикардии хохлатки любят зимой подражать людским голосам, чтобы сбить с пути человека, спешащего в свою теплую хижину, и заставить его плутать и мерзнуть.

ТОМ БОУКОК

Каждый год 23 декабря в Корнуолле вспоминают о героическом поступке Тома Боукока, который спас деревню Маусхол от голода, отправившись среди зимы ловить рыбу. История породила обычай каждый год в этот день есть пирог с сардинами. За этой легендой и таким блюдом кроется традиция, восходящая к очень далеким временам, и мы подозреваем, что здесь не обошлось без какого-нибудь духа!

Грила. Людоедка

Толстая, старая, безобразная людоедка • Тело заканчивается пятнадцатью хвостами, и на всех есть мешки • Рога, клыки, переменное количество глаз • Часто носит одежду, удобную для хлопот по хозяйству — ей это нравится, — и старые деревянные башмаки. Возможно, ее имя произошло от древнескандинавского gryre, означающего нечто свирепое, ужасное, страшное.

Когда слабеет свет, а мороз сковывает уснувшую природу, древняя теллурическая сила может проявить всю свою ярость. Она свирепствует оттого, что долгие месяцы провела в заточении в темной пещере, и оттого, что с течением веков ее забыли дети тех, на кого она прежде наводила ужас. Ей еще повезло обитать в стране, где поверья по-прежнему живы — в Исландии. В стране огня и льда, в магическом крае, где природа еще утверждает свое главенство. Вот она, самая грозная и пугающая из всех созданий исландских зим, людоедка, поедающая детей, мать многочисленного потомства, тоже связанного с зимней порой, — страшная Грила!

Для того чтобы точно охарактеризовать эту троллиху, нам потребуется целый ряд цифр. Три мужа, тринадцать детей, пятнадцать хвостов, и на каждом по сто мешков, в каждый можно засунуть двадцать маленьких озорников; также у нее триста голов с тремя глазами на каждом лице. Трудно представить такое создание. Разумеется, человеческий страх придал ей самые чудовищные черты, сделал ее отталкивающей, украшая то рогами, то волосами как черная пакля, то непомерно длинными и грязными ногтями, которые она отращивает и на руках, и на ногах. Обычно бывает достаточно описать состояние ее ногтей, которыми она ловко хватает свою маленькую жертву, чтобы заставить слушаться самого непокорного ребенка. Но со временем мысли людей отвернулись от мифов, легенд и прочих истин прошлого и обратились к будущему, спрятав в тень всех этих существ. И все же, когда происходит природное явление, мы снова слышим о духах. Как будто человек может вспомнить о них, только если случится катастрофа. Так, в 2010 году многие исландцы приписали извержение вулкана Эйяфьядлайёкюдль гневу Грилы. Люди увидели в этом ее раздражение из-за растущего числа туристов на таинственном острове. Когда ей принесли дары, чтобы она не сердилась, вулкан постепенно успокоился.

В наши дни в Исландии можно найти Грилу в виде статуй или персонажей из папье-маше, расположенных у входа в музеи, на площадях или вдоль дорог. Они забавляют детей и взрослых, потихоньку заставляя забывать о связанных с Грилой угрозах. Взять хотя бы историю маленькой Адди, которая вот уже несколько месяцев задавала жару родителям. Не было такой шалости, до которой она не додумалась, такой рожи, какую не состроила бы. Она никогда не доедала суп, а про домашние задания и говорить нечего! По всему дому разносились крики братьев и сестер, которых она щипала, царапала и лупила изо всех сил, и плач ее бедняжки матери, которая не могла справиться с этой фурией. Бабушка предостерегала Адди: если она будет продолжать в том же духе, за ней придет Грила и засунет ее в свой мешок. Но это лишь рассмешило девчонку, и та ускакала, насмешливо распевая: «Грила, Грила, поймай меня, если сможешь, Грила, Грила, ты слишком старая и бегать не можешь!» Бабушка горестно вздохнула, в ее усталом сердце таился страх за девочку, которую она нежно любила, несмотря на паршивый характер Адди. Пришло время Рождества. Девочка, измотанная собственными выходками, крепко спала в своей комнате. Внезапно она открыла глаза. Ее разбудил какой-то шум: что-то стучалось в стекло. Дерзкая девчонка тихонько подкралась поближе, влезла на табуретку и посмотрела в окно. Улица была освещена убывающей луной, и Адди заметила на земле тень. Огромную тень безобразного создания. Искривленные руки завершались громадными когтями, ниже от великанского тела отходили еще какие-то штуки, на концах которых угадывались мешки — сотни мешков. Девочка взвыла от ужаса, выбежала из комнаты, забилась в постель к родителям и, вся в слезах, умоляла ее простить. Она пообещала больше никогда не озорничать — и обещание свое с того дня ни разу не нарушила. Перепуганная увиденным в ту ночь, она поменялась комнатами с бабушкой. В первую же ночь старушка выглянула в окно. В слабом лунном свете на земле покачивалась тень дерева, которое росло рядом с домом. Бабушка улыбнулась. Спасибо этим старым историям и их способности наставлять непослушных детей на верный путь. Старушка уже собиралась покинуть свой наблюдательный пост, когда ее внимание привлекла одна деталь. На перекрестке что-то шевельнулось, и она отчетливо увидела огромный хвост, который волочил за собой несколько дергающихся мешков.

Грила появляется каждый год под Рождество вместе со своими детьми и котом. Людоедка спускается с горы, чтобы ловить малышей, которые в этом году были непослушными. Сложив ребят в большие мешки, она уносит их с собой, чтобы приготовить восхитительное жаркое, которое дружно расхваливают ее дети и муж Леппалуди.

ВЕТР

Ветр на Крайнем Севере движется, замораживая все на своем пути, он порождение зимы и сам ее порождает, его укусы опасны для всякого, кто отклоняется от веками проторенных дорог.

ТРОЛЛИ

Зима — любимое время троллей, этих скандинавских исполинов, укрывшихся на холодных вершинах и в непроходимых лесах. Для их мерзких деяний лучшее время настает, когда солнце отступает и христианам легко заблудиться в снегах и окоченеть на холоде.

Король Остролист. Лиственный король

Старик с колючей бородой • На голове венок из остролиста • Одет в зеленое • Зима — его время, лето — время его брата, Короля Дуба. От старого франкского hûliz, которое превратилось в houx, holly. Holly King — конечно же, Король Остролист.

Зима и лето — два неразрывно связанных между собой времени года. Первая — необходимый период отдыха. Время, когда по уснувшей земле свободно бродят многие духи. Пора благодарения, когда можно предаться созерцанию и самоанализу, когда человек оказывается лицом к лицу с сомнениями и со своими обязанностями по отношению к миру, который так много ему дает. Затем приходит второе с его изобилием жизни. Жаркое время года дышит энергией, и из хаоса рождается жизнь. Два явственно различающихся времени года, повторяющийся цикл. Без зимы нет лета. Без лета не может быть зимы. Борьба неизбежна, но спасительна.

Во главе сказочного войска зимы — известный и почитаемый король, The Holly King, Король Остролист. На его стороне — пронизывающий ветер, ледяные копья, лютый мороз. Против него выступит The Oak King, Король Дуб, а с ним — жаркий ветер, набухшие дождем и заряженные молниями тучи. Братья-враги, два лика одного и того же духа. Никто не может сказать, когда именно происходят мифические сражения. То, с которого начинается зима, и то, с которого начинается лето. Большинство сходятся во мнении, что это май, другие шепчут — июнь или же декабрь. Но все утверждают, что битвы эти настолько же яростные, насколько и невидимые для человеческого глаза. И люди стали подражать им, повторять эти столкновения, где духи попеременно сражаются за то, чтобы укрыть землю ее зимним плащом, и за то, чтобы принести тепло и летние радости. Настает время карнавалов, песен и шалостей. В борьбу вступают отряды детей, одетых в белое и зеленое, девушки несут гирлянды таких же цветов. Противники берут друг друга в плен и освобождаются, бесконечно повторяя действия и молитвы, прославляющие времена великого перехода. И так происходит повсюду, от Юга до Севера, где люди разделяются в соответствии со временем своего рождения и связанными с этим силами, чтобы решить, пройдут ближайшие месяцы под знаком лета или под знаком зимы, будет погода благоприятной или вредоносной.

А в других местах шествуют ряженые короли и нарядные королевы и все пляшут вокруг больших костров, даже не догадываясь, что лесные духи, ледяные призраки и зеленые дамы тоже смотрят и забавляются тем, как их передразнивают. Настает черед могущественных солнцестояний, зорь, отмеченных колдовством минувшей ночи, и вот духи задирают друг друга, ссорятся. «Это мое, мое время!» — кричат мятежные войска, гордо выступающие под остролистом. «Вы не пройдете!» — дают им отпор спутники дуба, эльфы плюща и девы боярышника. Но природе круговорот необходим, и приходится ему подчиниться. Даже если иногда кажется, будто один сезон немного потеснил другой, победа всегда одинакова. Духи полей поочередно отступают, возвращаются в землю, и снежные хлопья сыплются на опавшие листья. Король Остролист наступает. Он знает, что начинается его царствование. Он смотрит, как его брат Дуб падает к его ногам, теряет силу, сдается… И тогда он простирает руки над горами и долами, спускает свою завывающую свору, яростные, леденящие ветра. Его воинство зимних духов будет править безраздельно. Но и он несет в себе обещание грядущего поражения. Его колючие листья темно-зеленые, плоды — кроваво-красные. Вся жизнь отзывается в нем. С первыми признаками весны, с возвращением нежного тепла он поведет ослабевшие войска в последнюю атаку. «Это мое, мое время!» — закричат войска Дуба. «Вы не пройдете!» — ответит им гвардия Остролиста.

Король Остролист входит в большую семью духов растительности, которых мы куда лучше знаем по их действиям в теплый сезон, чем в зимний. Так, изображения Зеленых людей, начиная с VI века украшающие колонны и фронтоны церквей, представляют этих духов плодородия. Многие фестивали по всему миру сохраняют память о Зеленом человеке или Зеленой женщине в шествиях и сценках, напоминающих, что неотъемлемой частью древних верований был Дикий человек. Если в наше время этот персонаж куда ближе к крестьянскому фольклору, чем к истинной религии, то Король Остролист, похоже, возвращается и на эту сцену. Впрочем, остролист всегда был растением, которое глубоко почитали. Во время сатурналий римляне использовали его как амулет. Если посадить остролист перед фермой, он будет отгонять злых духов. Он входит в состав многих магических напитков, и христианство не преминуло увидеть в его шипах и красных ягодах терновый венец и кровь Христа.

И если плющ и дуб делят между собой летнее время, а служащие им духи мощно сражаются, стремясь оставить его за собой, все остальные, скользящие по ледяным коридорам зимы, повинуются зову остролиста. Он проблеск надежды в глубине темного времени, символ жизни в середине мертвого сезона. Он служит порукой изначального цикла и обеспечивает его равновесие. Навсегда.

ГИРЛЯНДЫ

В Англии гирляндами из остролиста украшают дома внутри и снаружи, прославляя бессмертную природу. Придется ждать мая, чтобы увидеть на празднике другие гирлянды, напоминающие об этих.

ДЖЕК-В-ЗЕЛЕНОМ

Празднуя возвращение растений после зимы, в Англии ловят Джека-в-зеленом, чтобы прогуляться с духом, заключенным в ворохе листвы, а потом отпустить его и позволить вернуться на землю.

Человек с носами. Аромат детства

Странный человечек, у которого столько же носов, сколько дней в году • Показывается детям 31 декабря • Носит шляпу с высокой тульей, помогающую ему спрятать немалую часть своих ноздрей. Вот уж чье имя учует шалости домовых!

С приближением Нового года в сердечках Марты, Альберто и Ракели, трех, пяти и семи лет соответственно, нарастало беспокойство. Как и все дети в окрестностях Барселоны, наши маленькие каталонцы боялись появления одного из самых ужасных чудовищ, которое, как говорят, бродит в последний день года и рассказывает легендарным трем королям про все хорошее и плохое, что дети сделали в этом году. Из всего огромного числа наушничающих больше всего пугал Человек с носами. Во всей Каталонии не было ни одного малыша, которому не снилось бы по ночам это странное создание, существо, с гордостью выставляющее напоказ свою особенность, отличавшую его от всех прочих духов конца года. Человек с носами, El Hombre de las narices, как показывает его имя, обладает множеством носов!

Трудно представить более невероятное создание. Ведь — держитесь крепче! — носов у Человека с носами столько же, сколько дней в году! Вот уж точно, по этой особенности можно узнать его с первого взгляда. Пытаясь спрятать свое и в самом деле необычное лицо, он часто носит широкополую шляпу и низко наклоняет голову. Не думайте, что жить ему так уж легко. Такое количество носов создает немало проблем. Само собой, у него невероятно развито обоняние, что позволяет издали унюхать любую шалость и полезно скорее для его основного занятия — собирать детские проделки. Но обратная сторона этого мучительна. Он постоянно чует все запахи, ни один от него не ускользнет. Конечно, это и самые приятные: когда у него сводит живот от голода, он улавливает множеством своих носов восхитительные ароматы, плывущие в воздухе. Но среди них и самые ужасные: когда он проходит мимо свалки или прогуливается в день вывоза отбросов, его ноздри втягивают вонь тухлятины. Вот потому большую часть времени он избегает городов и деревень и уходит туда, где можно вдыхать благоухание подлеска, цветов и земли.

Больше всего Человек с носами боится насморка. Еще бы! Вы ведь, наверное, жалуетесь, когда у вас течет из носа, приходится то и дело вытаскивать из кармана платок и вы все время чихаете? А теперь умножьте эти неудобства в несколько сотен раз, и вы сможете отдаленно представить себе ужасную пытку, которой подвергается этот дух. Потоки соплей струятся у него по щекам и подбородку, он чихает без остановки, и его несчастные заложенные ноздри терзает постоянная боль. Едва он высморкает один нос, как дает знать о себе другой. Феи-травницы, которым ведомы тайны всех растений, хорошо с ним знакомы. Ни одной зимы не проходит без того, чтобы он бросился к ним, выпрашивая драгоценную успокаивающую мазь или сильнодействующие капли. Этот дух, несмотря на свой странный облик, принадлежит к тем, кто испытывает настоящую нежность к человеческим детенышам. Человеку с носами больше всего нравится этот последний день года, в который он может навещать детей, и та неповторимая минута, когда один из них, посмелее прочих, более дерзкий или более уверенный в своем хорошем поведении, подойдет к нему и прикоснется ладошкой к одному из его носов. Потому что самый приятный на свете аромат — это запах любви и дружбы.

Вот и настал последний день года. Марта, Альберто и Ракель уткнулись носами в окно. В угасающем свете сумерек видно, что к их дому шагает какая-то тень. У идущего к ним человека в нелепой, плохо подогнанной одежде — будто он как попало напялил несколько ее слоев — лицо скрыто громадной шляпой. Дети совершенно уверены в том, что их сейчас навестит Человек с носами. Младшая уже отпрянула от окна, следом за ней попятились и двое других. Кто-то трижды стучит в дверь. Мать открывает, и три пары глаз заглядывают под шляпу, пытаясь подсчитать, сколько носов скрывается в тени ее полей. На лицах у детей сомнение, брови сдвигаются. Там всего один нос, один-единственный! Но ведь это точно он. Гундосым голосом он обращается к детям. Перечисляет все их достижения и злоключения за год. Он все про них знает. Постепенно малыши приближаются к духу. Младшая девочка в конце концов забирается к нему на колени. Все трое слушают его истории, его обещания поговорить с тремя королями, а главное — обещание чудесных подарков, которые получат послушные дети. Ракель наконец задает вопрос, который не дает покоя всей троице. Почему на лице у Человека с носами всего один нос? Куда же подевались сотни остальных? Ответ прост и очевиден. Разве сегодня не последний день года? Иметь столько же носов, сколько в году дней, означает терять по одному с каждым уходящим днем. И только назавтра после этой встречи дух снова обретет все свои ноздри.

После такого ответа глаза снова загораются, брови расходятся, раздается смех. Дети машут духу на прощание, а он уносит с собой ароматы детства и немного той удивительной способности, которой обладают люди, особенно в самом нежном возрасте, — благоухание воображения.

ЧЕЛОВЕК С ГЛАЗАМИ

В Испании есть еще одно странное существо, которое имеет больше глаз, чем дней в году. Если вы сомневаетесь в существовании подобных духов, присмотритесь повнимательнее к людям вечером 31 декабря. Удивительно, не правда ли?

ВЕСЬ В ЛИСТЬЯХ

Пьер Дюбуа в своей «Эльфемериде» упоминает Человека с носами, который выбирается наружу только в канун Нового года. Он одет в 365 листьев двенадцати разных деревьев, четырех оттенков, соответствующих временам года.

Ледяной Джек. Эльф, который замораживает

Молодой шаловливый эльф • Любит замораживать листья, кончики пальцев и носов • Красивые белые волосы и ледяные глаза • Чудак и проказник • Восклицает «Хи-хо!», поэтому его легко узнать. Джек — это уменьшительная форма от Джона, имени, которым обозначают мужчину, очень часто молодого. Дух появился в 1826 году, когда к имени присоединилось слово frost — мороз. Другие предполагают куда более древнее и нордическое происхождение духа, связывая его с Йокулем-Фрости.

Многие страны знают Деда Мороза, или Отца Мороза, того, кто насылает пронизывающий холод, следом за которым появляется иней. Этот дух на всем западе Европы скорее веселый, а на востоке — куда более язвительный. Там любая молодая женщина, которая пожалуется на хмурую погоду или на то, что ей надо закончить работу, получит от духа леденящий поцелуй!

Дальше к северу, в тех краях, где больше половины года безраздельно властвует великий холод, люди опасаются укусов зимы и полчищ страшных созданий, одно другого ужаснее. Тролли, огры, демоны… Здесь не перечислить всех духов, которые пугали людей и не позволяли заходить в свои горы. Каждый, боязливо вглядываясь в пики, в вечные снега на вершинах, надеялся, что не увидит, как кто-то из этих ледяных чудовищ спускается в долину. Больше всего скандинавы опасались оказаться на пути великанов, силой равных богам. Одного из них, сына ветра, называли Фрости, или Йокуль. Это был ётун, исполин, связанный с силами природы, могущественный дух, способный одним прикосновением заморозить ваше сердце. Заставить его отступить могли только свет и тепло солнца. Со временем появилось новое магическое средство, несущее эти важные ресурсы, — электричество. Когда поверья и легенды были низведены до ранга вздора и бредней, некогда внушавшие страх духи были оттеснены туда, где тьма не рассеивается, в затерянные царства и глубины забытых пещер. Однако древние духи, пробираясь в самые тонкие трещины, в самые незаметные отверстия, узнали новую жизнь.

Джек принадлежит к их числу. Это имя часто заимствует сам дьявол, что, несомненно, причисляет его к духам. Джек — шутник и плут, любящий покрасоваться, как все его сородичи. Он обладает особенностями, которые позволяют легко отличить его от прочих созданий. Прежде всего Джек — одиночка. У него холодная душа великого путешественника, он может привязаться к той или иной девушке лишь на время поцелуя, с его стороны — ледяного. Потому что Джек не просто Фрост. Он воплощение мороза. Все в его облике указывает на это. Глаза цвета льда из самого древнего ледника. Непослушные белоснежные волосы и светлая кожа. Одет он в белый плащ, усеянный льдинками, которые весело звенят, когда тот перемещается по воздуху. Джек может летать, порхать, кружиться в воздухе, перескакивать с вершины на вершину, с елки на елку, тотчас покрывая их инеем. Чтобы оценить его стремительность, достаточно посмотреть, с какой скоростью замерзает вода! Джек Фрост проворен, что видно и по его внешности. Если большинство духов мороза — пузатые старики, то Джек — стройный юноша.

Джек — англичанин, но никто толком не знает почему. Он выбрал эту страну, чтобы родиться, в середине XIX века. Но вскоре пересек Атлантический океан и обосновался в Новом Свете, где все возможно для юных духов вроде него. И вот он перескакивает из одного американского города в другой. Джека быстро замечают киностудии, и его появление вдохновляет нескольких режиссеров. Но что остается главным свойством этого духа и бесспорно сближает его с остальными — это то, что он шутник. Ему нравится щипать людей за пальцы рук и ног — так сильно, что они синеют. И за нос тоже, только носы он обожает раскрашивать красным. Еще он умеет делаться незаметным и большую часть времени невидим для человеческих глаз. Иногда достаточно остановиться на углу улицы или постоять в своем саду, чтобы увидеть его в деле. Часто Джек действует ночью, в темноте, начиная с вечера и до волшебной зари. Тогда можно заметить, как на листке начинает сверкать иней, на дороге появляются обледеневшие участки, постепенно покрывается льдом кровля, замерзает пруд. Это Джек Фрост щиплет листья, бегает по крышам, скользит по воде. Повсюду, где он прошел, материя замерзает. Все это так забавляет его, что, если вы хорошенько прислушаетесь, услышите его смех: «Хи-хо, хи-хо!» — или звон, который издают льдинки, усыпающие его одежду.

Обычно он лишь забавляется, но порой может доставлять и чуть больше неудобства. Как и у многих эльфов, настроение у него легко меняется, и он может разозлиться из-за пустяка. При малейшем недовольстве Джек ущипнет вас за нос. Рождественское украшение пришлось ему не по вкусу, на дорогу высыпали многовато соли, из-под дворника брызнула струя незамерзайки — и вот он впадает в ярость. А для вас это часто оборачивается севшим аккумулятором, загипсованной ногой или еще какой-нибудь неприятностью из тех, которые мы связываем с зимой, не подозревая, что к ним привели наши же действия. Ведь зима принадлежит таким духам, как Джек Фрост, и каждый год они пробуждаются от забвения, чтобы странствовать по свету и замораживать все подряд. И тогда к ним возвращается мощь былых времен.

НИКОЛАЙ ЧУДОТВОРЕЦ

Святой Николай Чудотворец, особо почитаемый в русской православной традиции, как и святитель Николай, каждый год 6 января приносит детям подарки, а потом скрывается в дымоходе.

НЕГАФОК

Инуиты, живущие на севере Канады, уверяют, что мороз приносит этот дух холода.

Хлеб, пироги и печенье

Чем было бы Рождество без сладких ароматов из духовок, без тщательно вымешанного теста, без пирогов с румяной корочкой и печенья — любимых детских лакомств? Крестные дарят подарки крестникам, святитель Николай и Дед Мороз оставляют сюрпризы, семья делит хлеб, запивая его горячим шоколадом. Сладкие традиции существуют повсюду и находят отражение в рецептах, ставших атрибутом этого праздничного времени года.

ХЛЕБ С УГОЛКАМИ

Чемпионы во всех весовых категориях рождественской выпечки — кугню из Валлонии, кугноль из Эно, кюни из Лотарингии, кюине из Фландрии, квино из Бургундии, квиноль из Дуэ… и множество других производных от латинского Cuneolus — уголок. Эти булки с уголками — в виде ромбов — шли в уплату долга, имели белый мякиш, могли уколоть дьявола или напомнить Диане милую луну.

ХРИСТИАНСКИЕ БУЛОЧКИ

Уголки Panis natalitus с годами преобразовались в голову, ноги и другие детали, чтобы придать рождественским булочкам очертания младенца Иисуса или животных из вертепа. В качестве примера назовем кошелины из Шартра или фламандские кениоли, которые кладут под подушку спящим детям. Немцы лакомятся штолленами с орехами и цукатами.

ПРЯНИКИ

Еще одно лакомство — эльзасские пряники, которые раздают за рождественским столом и подносят Берхте и ее воинству мертвых, путешествующим между 24 декабря и 6 января.

ХЛЕБ С СЮРПРИЗАМИ

Некоторые виды хлеба украшают остролистом, дубовым или лавровым листом, гипсовыми фигурками. В выпечку также могут засунуть монетку. Хлебу придают форму животного — оленя, петуха, лошади. Часто его наделяют магическими свойствами: он лечит животных, защищает их от бешенства или от колик, оберегает дом, если его хранят в углу, на полке, в шкафу или даже бросают в печь. Болгарину, который найдет в боговой пите монетку или записочку, непременно посчастливится.

Все эти пироги, хлеб, печенье и пряники ведут свою историю от прославления зерна как источника жизни. Большой зимний праздник, связанный с едой обряд — его проводят, чтобы урожаи в новом году были обильными. Эти верования прошли через фильтр христианства, где хлеб тоже важный символ. И если мясо церковь запретит, то зерно продолжит свой путь в самых разных формах — от итальянских панеттоне до греческого курабье, от русской кутьи до северной каши.

Янус. Отец Январь

Немолодой бородатый мужчина • Два лица: одно повернуто к прошлому, другое — к будущему • Римское божество, связанное с переходом, стартом, начинаниями • Очень древний дух. Одни считают, что Janus происходит от латинского ire — идти, другие — от Than, имени этрусского бога. История происхождения теряется во тьме веков.

Существуют древние боги, настолько древние, что из памяти давно стерлись их происхождение и род занятий. Это относится и к двуликому богу. Некогда римляне называли его отцом богов, наравне с Аполлоном или Марсом. Без него ни один бог, от самого скромного до самого могущественного, не мог взойти на небеса или покинуть их. Как всякое первичное божество, Янус обеспечивал изобилие, был аграрным демиургом, возможно даже связанным с источниками. А мы знаем, насколько драгоценна пресная вода для людей и для жизни.

Если изначальная функция Януса затерялась в тумане времен, то та, которая изображает его как стража врат и проходов, широко известна. Он — Patulcius, открывающий, и Clusius, закрывающий. Его храм в Риме функционировал, когда шла война, и не работал в мирное время. По правде сказать, поскольку обстановка тогда была в основном неспокойная, очень редко можно было увидеть его двери запертыми! «Должность» стража он делит с Карной, богиней дверных петель. Это интересная связка. Карну чествовали в июне, тогда как Янусу был посвящен январь. Можно задаться вопросом, почему они так отдалены друг от друга, почему так велико расстояние между праздниками двух существ, которых многое объединяет и которые так друг друга ценили? На самом деле, в этом надо видеть дополнительное сходство: их время определяет начало сезона. Богу достается честь открывать год, его подруге — начинать лето. Таким образом, они делят солярные черты, глубоко скрытые под обрядами и обычаями, направленными на то, чтобы прославлять свет, победившее солнце, будущие изобилие и плодородие.

Януса, которого славили в первый месяц года, также вспоминали в первые дни каждого месяца и в первые часы любого дня. Так что он был богом рождения и посевов, всего, что могло расцветать, всего, в чем отзывалась жизнь. Кроме того, он был богом предсказаний и предзнаменований, откуда, должно быть, его связь с этрусским божеством Таном, к которому обращались с просьбами о предсказаниях и который приносил предзнаменования с четырех концов неба. Четыре… Еще одна цифра, общая с Янусом и его храмами, в каждом из которых было по четыре входа, как в году — четыре сезона. Ну а сегодня от обрядов, связанных с богом переходов, у нас остались январские подарки. Кто бы мог подумать, что в монетках, которые мы суем в детские ладошки, в подарках друзей и родственников на самом деле продолжаются традиции януалий — праздников в начале января, когда после танцев и игр люди обычно преподносили близким инжир, лавровый лист и другие маленькие подарки. Эти презенты выражали привязанность к дорогим людям и пожелание им процветания в новом году. В те времена не забывали поблагодарить бога. В только что обожженный глиняный сосуд помещали мед, финики, вино, ладан и медную монетку — символ богатства, которое Янус дарует тому, кто воздает ему почести. Всякое подношение будет умножено и вернется к людям, обеспечивая им процветание.

Этот обмен подарками и добрыми пожеланиями совершался под благосклонным взглядом небесного отца, Бифронса, одно из лиц которого видело все, что происходило в прошлом году, а другое с легкостью заглядывало в будущее людей. Янус обретал черты старика с густой бородой. Это бородатое лицо мы все еще встречаем у старого доброго Январского деда, под Новый год посещающего дома в Морване и Ниверне. Приходя, он наполнял ровно выстроенные под дымоходом сабо. Сюда — конфеты, леденцы. Туда — маленькие, искусно сделанные игрушки. В департаменте Сона и Луара, в окрестностях Сермуайе, еще знали крестного отца Зеньи, весело наполнявшего сластями и подарками подвешенные у очага носки. Конфеты, орехи, орешки, множество приятных мелочей, от которых загорались глаза у детей, восхищенных тем, что их навестил этот дедушка, этот зимний дух, обещающий скорое возвращение тепла. До тех пор, пока щекастый толстяк в красном с лицом, скрытым белой бородой, не заменил всех дедушек конца и начала года, их насчитывались десятки — этих бородатых стариков, которые ходили по Земле в темное время и несли тепло и свет душам тех, кто в них верил. В каждой деревушке был свой, не было страны, которую не посещали бы эти зимние духи, следуя тысячелетней традиции дарить вместе с надеждой на лучшее будущее что-нибудь сладкое или небольшой презент, служащий добрым предзнаменованием, сокровище тем более прекрасное, что часто оно было вырезано любящим отцом, связано милой матерью или создано из ничего дедушкой. Так рождалась радость повсюду во все времена. И бог с любопытством на это смотрел: одно лицо было обращено к счастливым воспоминаниям прошлого, другое направляло взгляд на чудо, которому предстоит свершиться.

НЯНЬ

Существо с телом быка и львиной головой появлялось в Китае каждую зиму, стремясь его разорить. Чтобы прогнать это создание, люди зажигали огни, вывешивали из окон красную ткань и стучали по кастрюлям. Спасительный шум дошел до наших дней вместе с новогодними петардами.

ГОСПОЖА МЕТЕЛИЦА

С приходом зимней стужи появляется колдунья, рассыпающая снег. Она обожает белить Швейцарию. Матушку Гагаш, похоже, знают даже в Савойе и Эльзасе.

Йоласвейнары. Дьявольские гномы

Тринадцать невероятных гномов • Действуют с 12 декабря по 6 января • Волосатые, бородатые, лохматые • Одеты в старые вещи из вадмала (vaðmál), грубой шерстяной ткани. От древнескандинавского jól, йоль — период от декабря до января, sveinn — мальчик, слуга.

Исландия — страна, пробуждающая грезы. Особенно ближе к Рождеству. Так легко представить, как Рождественский Дед шествует оттуда в наши края, но на самом деле во время зимнего солнцестояния там говорят не про деда и даже не про отца, а про тринадцать сыновей. Недавно вы познакомились с их матерью, троллихой-людоедкой Грилой. Что касается их отца Леппалуди, этот лежебока очень редко спускается со своих гор.

Рождество — очень важное время для исландцев. В Исландии, как и во многих других странах, все семьи собираются 24 декабря на рождественский ужин, но праздники продолжаются с 12 декабря до 6 января. Этот период соответствует скандинавским Святкам — циклу празднования зимнего солнцестояния в северных традициях. В это время строго соблюдается ряд обычаев. Коптят баранину, пекут особый хлеб, танцуют, едят и пьянствуют несколько дней подряд. Кроме рождественской ночи, или Йоля, есть еще две особенные даты. Ночью 31 декабря тюлени выходят из воды и принимают человеческий облик, животные начинают разговаривать, и в эту же ночь эльфы покидают свой дом и переселяются в новое место. Наконец, 6 января отмечают окончание праздников, танцуя вокруг больших костров вместе с эльфами!

Это особенное время отмечено появлением тринадцати духов, которые задают жару исландцам. Йоласвейнары, или Йольские парни, поочередно спускаются с гор, чтобы предаваться любимым занятиям: воровать и шуметь. Каждый из них появляется и исчезает в точные даты, пользуясь предоставленным временем не только для неблаговидных поступков, но и для того, чтобы радовать детей. В башмачках, выставленных на подоконник за тринадцать дней до Рождества, малыши будут находить каждый день по конфете или маленькой игрушке. А те, кто вел себя плохо, утром обнаружат старую картофелину. Это значит, что в уходящем году они были непослушными.

Давайте присмотримся к этим тринадцати рождественским гномам. Двенадцатого декабря появляется Стеккьярстёйр на деревянных ногах. Он забирается в овчарни, сосет молоко у овец и злит баранов. На следующий день приходит Гильягёйр, которому нравится забираться в сточные и прочие канавы на ферме. Там он смирно дожидается возможности украсть сливки из ведер и молоко. Четырнадцатого декабря к ним присоединяется коротышка Стувюр. Он запрыгивает на столы и в раковины, чтобы полакомиться тем, что пристало ко дну кастрюль, а еще лучше жиром со сковородок — это его слабость. Затем появляется еще один лакомка, Твёруслейкир, который тоже заглядывает на кухню. Больше всего он любит облизывать деревянные ложки, пропитавшиеся ароматами вкуснейших блюд, которые готовят в эти дни обжорства. Шестнадцатого декабря к занятым своими делами гномам присоединяется пятый, такой же прожорливый, Поттаслейкир (его еще называют Поттаскефил). Он таскает кастрюли, чтобы вылизывать их до блеска — потом они сверкают так, будто в них никогда не готовили. Наутро невозможно отличить их от тех, что были чистыми. Только и остается, что перемыть все!

Семнадцатого декабря к ним присоединяется Аскаслейкир. Этому мисколизу пришлось приспосабливаться к изменившимся привычкам исландцев. Раньше посуду с едой ставили под кровать, и духу легко было забраться туда и все съесть. В наши дни на пол ставят только миски домашних животных, и дух, хотя и ворчит, довольствуется тем, что есть. Хюрдаскеллир появляется 18 декабря, и его приход заметен: если его сородичи ведут себя довольно скромно, то этот непрерывно хлопает дверьми. Это его любимая игра — заставлять людей вздрагивать, особенно по ночам. Назавтра к братьям присоединяется Скиргаумюр, который жадно набрасывается на скир и наедается до отвала. Бьюгнакрайкир предпочитает колбасы, которые таскает из коптильни и весело уплетает одну за другой. Двадцать первого декабря настает черед проделок Глюггагайира. Дети его недолюбливают прежде всего из-за его привычки заглядывать в окна, что многих уже напугало, но главное — его привлекают игрушки, и он все время их ворует. Двадцать второго декабря Гауттатевюр вынюхивает у дверей запах рождественских пирогов, которые пекутся в духовке. Если никто не проследит, пирог исчезнет! Кеткроукюр зависает в дымоходе, когда готовят копченую баранину, и при помощи крюка пытается утащить несколько лакомых кусочков. И наконец, 24 декабря Кертасникир ходит по пятам за детьми, несущими свечи. Раньше, когда свечи были сальными, он делал это, чтобы их съесть, теперь — чтобы задуть. Вся компания уйдет в том же порядке, в каком появилась, к 6 января — и время волшебства закончится.

ЙОЛЬСКИЙ КОТ

Кроме тринадцати гномов, перед Рождеством появляется чудовищный кот. Он похищает детей, у которых нет обновок, поэтому в Исландии существует традиция дарить ребятам одежду, чтобы отвести эту угрозу.

ФАЛДАФЕЙКИР

Еще один беспокойный и молодой исландский дух задирает юбки девушкам. Надо заметить, что такой бесстыдный обычай известен и во Франции: этим занимается некий игривый домовой.

Юль Томтен. На ферме в Рождество

Красный колпак, красная куртка из шерсти, сапожки • Белая борода, блестящие глаза • Ростом не выше годовалого ребенка. От древнескандинавского jól — йоль, и уменьшительной формы от tomtebisse — духа, связанного с участком земли, хранителя места.

Юль Томтен — дух, без которого не обходятся рождественские праздники как у народов Севера, так и все чаще и чаще в других странах. Этот рождественский гном в красной одежде с длинной белой бородой явно напоминает старого доброго Рождественского Деда. И связь между двумя этими персонажами не случайна.

История Юль Томтена началась в незапамятные времена. Тогда его звали томтебиссе, или томте. Это был гений места, дух-хранитель, покровитель, который присматривал и за овцами, и за полями, и за детьми, и за другими духами, куда более дикими, чем он сам, чтобы при необходимости их отогнать. В каждом доме непременно был свой томте — или целая семья Томте, потому что этот гном не одиночка: у него есть жена — матушка Томте, и дети, которых он, пока они не вырастут, прячет от людских глаз.

Параллельно со всем этим существует Йоль — зимнее солнцестояние. Праздник солнца, переходящего в другую стадию цикла и теснящего ночь. В это время бог Хеймдалль спускается на землю. Он страж света, луны и Бифрёста, радужного моста, разделяющего миры и соединяющего мир богов с другими царствами, в том числе с царством людей, — который посещает дома и наполняет сладостями носки хороших и золой — носки плохих. В это время его сопровождают другие асы, и среди них — Тор. У бога грома было два козла, Тангриснир и Тангниостр. На них он мог путешествовать по небу. То же самое животное с течением веков станет в Скандинавии символом рождественского времени. Еще в XVII веке крестьяне плели из ивовых прутьев козликов и ставили их в домах перед тем, как придет Рождественский козел. Дух ходил по домам и пугал детей, насмехаясь над ними и оскорбляя. Два века спустя этот дух подобрел и начал раздавать подарки и сладости тем, кто их заслужил. И тогда дети сами стали мастерить козочек из соломы, мечтая, что в рождественскую ночь те улетят в страну даров и вернутся нагруженными множеством подарков. Еще одна ловкая подмена из тех, что характерны для фольклора, — и коза в конце концов становится средством передвижения для томте.

К середине XIX века томте, в прежние времена маленький гном в скромных серых одежках, «приблизился» к Рождеству и получил имя Юль Томтен. В 1881 году стихотворение Виктора Рюдберга утвердит его в качестве главного рождественского персонажа: «В далекой усадьбе все спят. Не спит один только Томте». Стихотворение было проиллюстрировано рисунками Йенни Нюстрём, на которых Юль Томтен был изображен с белой бородой и в красной одежде, позаимствованных у другого духа, который пробуждается повсюду в те же дни и тоже дарит подарки, — у Рождественского Деда (или святителя Николая). Вот так наш хранитель дома стал разносчиком подарков.

Каждое Рождество Юль Томтен садится на свое соломенное животное — и оно везет его к домам, где живут дети. Гном, пренебрегая дымоходом, входит через парадную дверь, чтобы оставить детворе игрушки и конфеты. Улыбаясь, он разглядывает елку, украшенную фигурками, очень похожими на него самого, и маленькими плетеными козочками. Перед уходом гном зачерпнет ложку приготовленной для него каши — еще одно напоминание о тех временах, когда он был хранителем усадьбы: без него в ней не могла бы продолжаться жизнь. Принятое угощение предзнаменовало счастье и процветание в будущем году, нетронутая миска — череду черных дней и разорение в случае, если Томте перебрался на другое место.

Перед уходом Юль Томтен с нежностью вспомнит былое, и в его глазах блеснет свет надежды. Он знает, что люди — как и в случае с его норвежским родственником Юлениссеном — стараются отыскать истоки этих традиций, а значит, Томте смогут вернуться к прежним обязанностям. И тогда они перестанут быть только милыми рождественскими дарителями радости и вновь обретут славу истинных хранителей, доброжелательных покровителей как зданий, так и душ тех, кто в них обитает. Ведь, в конце концов, этот праздник Рождества лишь обещание возвращения света, всего света.

ОЛЕНИ

Олень стал животным, сопровождающим Рождественского Деда, в 1821 году. В стихотворении 1823 года A visit from St. Nicholas («Визит святителя Николая»), более известном теперь под названием The Night Before Christmas («Ночь перед Рождеством»), появляются восемь оленей.

РОД

Среди древних славянских богов Род и рожаницы занимают особое место. Специалисты видят в них первых домашних богов — хранителей домашнего очага. Они предшественники русского домового, что говорит об их древности. День рожаниц, подательниц судьбы, был 9 сентября и приходился на период уборки урожая.

Камин

Если есть в доме место, отмеченное зимними обычаями и рождественскими традициями, то это камин. Конечно, они встречаются все реже и реже, и духам приходится приспосабливаться, но на картинках, в рождественских песнях и сказках сохраняется представление о камине — этом окошке в мир, где ярко горит пламя наших прежних верований.

ЕДИМ ПОЛЕНО

Известно, что зимой повсюду зажигали магические огни, ну а нам от этого осталось полено в виде десерта. Снаружи горели костры и головешки, а в домах традицию подхватили большие камины.

ЗАКОПЧЕННЫЕ ДУХИ

Камин всегда был главным местом в поверьях, связанных с домом. Его, собственно, и называют очагом. Огонь прогоняет болезни, холод, злых духов. Естественно, камин стали воспринимать как место, где живет домашний дух — хранитель дома. Подвешивание котелка на крюк знаменовало новоселье и в неком смысле символизировало связь с предками, чьи души, как верили, пребывали в этом предмете. Связанные с камином традиции бросать в огонь еду и плескать святую воду продержались долго. Но если там обитают добрые духи, то могут поселиться и злые. Именно здесь живут ведьмы из северных сказок. Чтобы преградить им путь, самое верное средство — положить на каминную полку подкову, распятие или связку трав, собранных в Иванов день.

ХОД ДЛЯ ПОДАРКОВ

Этот ход, настолько же удобный, насколько и волшебный, позволяет духам, несущим лакомства и подарки, попасть в дом, чтобы все это там оставить. Рождественский Дед, несмотря на свою полноту, умудряется протиснуться через дымоход, не запачкав свою красивую одежду, чего не скажешь про Деда с розгами, который идет следом за святителем Николаем и выбирается наружу перепачканным с головы до ног. Бефана пробирается через него с метлой: она всегда пригодится, чтобы вымести просыпавшуюся золу.

ИСЧЕЗНУВШАЯ ВОЗМОЖНОСТЬ

Камины по многим причинам уже не так часто встречаются в домах, так что духи перебрались из очага в печку, а из нее — в кухонную плиту, духовку или отопительный котел. Бразильский Папа Ноэль, не найдя привычного дымохода в домах в этой жаркой стране, начал стучать в дверь. Таким образом, духи быстро стали приходить к дверям и окнам, складывать там подарки.

Каликандзары. Греческие деймоны

Маленькие, безобразные, волосатые и недоброжелательные • Мордочки темные и сморщенные, два торчащих клыка • Весь год живут под землей, наружу выбираются только в период от Рождества до Богоявления.

Время многое стирает из человеческой памяти, и духи, которых некогда славили веселые процессии, теперь ушли в тень. Кто еще помнит, что в свите Диониса во время хмельных вакханалий следом за пляшущими фавнами и прелестными нимфами ковыляли, пробираясь среди ветвей священной рощи, другие существа? Кто может назвать по имени этих природных духов с ослиными ногами, обезьяньими руками и свисающим языком?

Забытые всеми каликандзары со временем укрылись в недрах земли, замышляя дьявольский план — низкую месть. Все это время они подпиливают мировую ось — гигантское подземное дерево, на котором держатся наши жизни. Единственное время, когда эти деймоны не могут не подняться наверх, — Додекамерон, двенадцать дней между Рождеством и Богоявлением. В это благословенное или проклятое время духи, чья внешность настолько же гротескна, насколько порочны их замыслы, вовсю развлекаются, отравляя людям жизнь.

Говорят, что они появляются на мельницах, мостах, берегах рек и на всех тропинках, ведущих в древние леса, на забытых дорогах, по которым некогда шествовали боги. Тот, кто отважится пойти туда в эти страшные дни, непременно увидит перед собой одного из этих черных и косматых духов с горящими ненавистью глазами и выпирающим членом. Может быть, он застанет одного из них пожирающим излюбленное лакомство: несчастных лягушек и множество червей. Он узнает, какой страх нагоняют их гримасы, испытает ужас, когда они запрыгнут ему на спину и будут до рассвета кататься на нем верхом.

Рассказывают, что каликандзарами становились люди, которые покончили собой в эти священные дни, или дети, святотатственно родившиеся в рождественскую ночь или плохо окрещенные: священник перепутал слова, забыл произнести благословение или невнятно мямлил. Таких младенцев кладут в колыбель, оплетенную связками чеснока, чтобы отогнать демонов, которые захотели бы их похитить, чтобы пополнить свои ряды. Как правило, греки избегают венчаться и крестить детей в течение этих двенадцати дней и придумывают уловки, чтобы отогнать этих духов от своего дома. Многие рисуют в день Рождества на входной двери черный крест.

Каликандзары проникают в дома через любые отверстия, даже через замочную скважину. Приоткрытое окно, неплотно притворенная дверь или щель в стене — и вот они уже переворачивают все в доме вверх дном, рассыпают по полу муку, гадят в кладовой, открывают краны, чтобы вода затопила комнаты, или совращают девушек, вспоминая о прекрасных телах нереид. Этим занимаются только холостяки, потому что многих духов сопровождают ревнивые супруги.

Но больше всего их привлекает камин. Потому там и жгут ладан или очень большое рождественское полено, которое должно гореть все двенадцать дней. Если такого не было, древние бросали в огонь соль, чтобы прогнать духов. Есть еще два способа отвадить духов, заслуживающие того, чтобы их упомянуть. Первый — оставить перед дверью решето или сито. Каликандзары непременно станут считать дырочки, а поскольку число три для них под запретом, они будут снова и снова начинать счет — и так до тех пор, пока крик петуха, возвещающий восход солнца, не прогонит их от порога. Другая хитрость — сжечь пару старых башмаков того дядюшки, который славится вонючими ногами. Запах, который пойдет от них вместе с густым дымом, окончательно убедит духов-шутников избегать вашего дома.

Но многие считают подарки лучшим способом умилостивить каликандзаров. Они кладут в камин конфеты, колбасу и свиные ребрышки. Доброжелательные матери бросают на крышу косточки или ставят туда тарелки с печеньем; другие, более хитрые, щедро добавляют туда мед, чтобы руки деймонов к ним прилипли.

Наконец приходит спасение: время диких духов истекло — настает Богоявление. Чтобы убедиться, что в доме не осталось ни одного из них, зовут священника окропить стены освященной водой или сжигают в жилище базилик. В последнюю ночь, перед самым рассветом, каликандзары снова зарываются в землю, чтобы добраться до мирового древа и завершить свое подлое дело. Но на свою беду, они увидят новую кору и дерево безо всяких следов повреждений. Ярясь все сильнее, они набросятся на него, будут грызть и драть когтями до следующего Рождества — и тогда странный цикл начнется заново.

КУЦОДАЙМОН

Один из каликандзаров хорошо известен — это Куцодаймон (от греч.  — хромой, и  — демон), который иногда появляется один, а иногда командует целой толпой. Его легко узнать по высокому росту и хромоте.

КАРАКОНДЖУЛ

У того, кто решится выйти погулять в одиночку в сельской местности в Сербии, очень скоро может оказаться на спине омерзительный тип, который отпустит его только с первым криком петуха. Этих уродливых и надоедливых духов называют караконджулы.

Когда духи приходят в Рождество непрошеными гостями

На деревню сыпались снежные хлопья. Сквозь белую завесу виднелась идущая тень, которая волокла по земле другую, лежащую. Мороз щипал щеки, но человек шел вперед и тащил за собой большой мешок. Наконец он подошел к красивому серому дому, окна которого уже были освещены зажженными свечами. Он постучал в дверь, и она тотчас распахнулась. Два белокурых малыша запрыгали перед ним.

— Папа! Ты ее принес? Принес?

— Да, дети, дайте же мне войти, на улице очень холодно.

Дети посторонились, и отец смог войти в дом и втащить мешок. Оказавшись внутри и отгородившись дверью от мороза, он сразу почувствовал тепло большой печи, и его лицо разгладилось. Он без промедления вытащил из мешка то, что принес. Это была ель. Большая, роскошная ель, только что срубленная дровосеками в соседнем лесу.

Пока отец устанавливал ее на приготовленной накануне деревянной крестовине, дети шумно подтащили огромные коробки и стали их открывать, вытаскивая поочередно красивые стеклянные шары и гирлянды из искусственного остролиста и плюща. Им не терпелось нарядить рождественскую елку.

Мама присоединилась к ним, и через несколько часов все любовались деревом, наряженным как нельзя лучше. Там были пряничные человечки, блестящие красные шары, лампочки, вспыхивающие одна за другой хороводом волшебных светлячков, и всякий раз, как они загорались, дети улыбались. Но, кроме этой радости для глаз, в комнате был нежный и свежий лесной запах, обещание весенних прогулок, проникшее в дом и заставившее почти забыть о зимнем холоде.

Дети и родители, взглянув напоследок на свою великолепную рождественскую елку, легли спать, довольные этим волшебным вечером.

Поздней ночью еловые ветки начали дрожать. Сначала появились крохотные снежинки — по крайней мере, такими они казались на первый взгляд, потому что, если присмотреться, сверкающие штучки не имели ничего общего с этими кристалликами льда, если не считать цвета. Это были крохотные светящиеся человечки, и они начали разгуливать вдоль веток. Один из них приблизился к стеклянному шару — и тут же отпрянул, увидев свое отражение. Снова приблизился — и на этот раз осмелился потрогать шар. Сделал несколько движений, стал кружиться все быстрее и быстрее, и отражение тотчас же повторило все его пируэты. Крохотному человечку так понравилась эта игра, что он бросился к соседу и потянул его за руку, предлагая присоединиться. И вскоре, сотрясая все дерево, белые существа кривлялись и принимали различные позы, забавляясь своими отражениями.

От шума и суеты в конце концов проснулись и другие волшебные существа. Зашевелились, выбираясь из ствола и самых толстых веток, морщинистые гномики в одежде из коры. Они тотчас покинули дерево, соскользнув на пол. Их было трое. Три гнома с бородами из лишайников сновали по комнате, исследуя ее. Они быстро нашли дорогу в кухню и, помогая друг дружке вскарабкаться наверх, добрались до еды. Три приятеля огляделись в предвкушении, а потом набросились на всю эту вкусную еду, раздирая картонные коробки, сбрасывая крышки, кое-как вскрывая консервные банки. Пришло время пировать!

Незадолго до рассвета от елки отделилось последнее существо. Оно было невидимым, но его присутствие явственно ощущалось. Прозрачная тень сделала круг по комнате, остановилась перед пианино, коснулась клавиш — послышались легкие звуки, мелодия, удивительно напоминающая пение ветра. Услышав музыку, крохотные светящиеся существа прекратили свои игры, и елка перестала дрожать. Из кухни высунули головы три гнома: им было любопытно, кто исполняет эту прекрасную и нежную мелодию, словно прилетевшую из лесной глуши, из их волшебного царства, в это странное жилье, куда они отправились вместе со своим деревом, которое забрали из леса, чтобы поставить в доме. Все они слышали про давний человеческий обычай каждый год приглашать нескольких из них в свои крепости, чтобы дикие духи защитили их от других, еще более диких. Им рассказывали о сокровищах, с которыми они и сами теперь познакомились, о пирах, которые люди устраивают, приветствуя свет, и трое маленьких лакомок рассчитывали угощаться нескольких недель, пока дерево будет блистать в гостиной. Но сейчас их страж предлагал им вернуться под прикрытие игл и коры, возвратиться в собственное жилье. И все тут же, цепляясь за гирлянды, забрались на елку, в последний раз позвонили в стеклянные колокольчики и скрылись среди елочных украшений. Комната снова погрузилась в темноту, и до конца ночи воцарилась тишина.

Родители проснулись от детских криков. Сбежав по лестнице, они увидели, что подушки с кресел разбросаны, ковер скатан, но хуже всего было на кухне — там их встретил настоящий хаос. Плиток пола было не видно под слоем муки, поверх него тянулся липкий след, в котором смешалось содержимое перевернутых консервных банок. Не один час уйдет на уборку. Что же это за зверь забрался в дом и устроил такое?

К счастью, прекрасную елку, которую они вчера нарядили, он не тронул, и это всех утешило. Ни одно из сокровищ, украшавших зеленого исполина, не разбилось. Настоящее чудо, если поглядеть на следы разрушительной работы в кухне, которая превратилась в чудовищную свалку. Но елка осталась цела и невредима, а в Рождество, когда происходит столько всего странного, это было главным — возможность собраться вокруг наряженного дерева, делиться радостью, слышать песни и смех.

Когда с уборкой было покончено, отец и мать положили под елку большие нарядные пакеты. Через несколько дней появятся и другие, чтобы в новогоднюю ночь, когда соберется вся семья, все обменивались подарками и желали друг другу изобилия в наступающем году. Едва родители вышли из гостиной, как на елке открылись десятки глаз: всем было любопытно, что лежит в этих пакетах. Ночь предстояла долгая и активная — как всегда бывает перед Рождеством, когда в дом приводят лесных духов.

Коляда. Полное счастье!

Божественный дух, связанный с зимним солнцем • Юный, как новорожденное дитя, древний, как мир • Золотые волосы, рога, козий мех. Предполагается, что он связан с римскими календами, первыми днями, когда обращались к богам, в особенности к Юноне.

Вечером 6 января в воздухе кружили снежные хлопья. Дети ступали теплыми сапожками по белому ковру, вскоре к ним присоединились взрослые, и среди них женщина со звездой на палке. Яркие краски отчетливо выделялись на фоне темной одежды, и посреди белой зимы в этом было нечто магическое. Вечером накануне Рождества — русские православные празднуют рождение Христа 6 января — собирались первые хоровые процессии. Вскоре они тронутся в путь, и повсюду будут слышаться колядки — традиционные песни, которые поют во время Святок, святых дней от Рождества до Крещения. Последнее будет 19 января, когда это время вне времени завершится очищающим ритуалом: во льду сделают прорубь, чтобы можно было окунуться в холодную воду. Корни этих традиционных песен, которые у людей ассоциируются с христианским Рождеством, надо искать в куда более древних верованиях. Этот обычай ведет в далекие, очень далекие времена. Настолько давние, что связь с веками истончилась и в конце концов оборвалась и затерялась во тьме. И одно только имя осталось, уцелело, прошло через множество нравов и обычаев, чтобы и сегодня звучать из уст поющих. Имя-талисман, имя бога радости и обновления, торжествующего солнца — Коляда!

Зимнее солнцестояние здесь, как и повсюду, — момент перехода, ключ к циклу. Богатый сезон закончился, земля замерзла, от растений остался только урожай в доверху наполненных амбарах. И теперь обращаются к духам и богам с просьбой, чтобы это изобилие не пропало, вернулось на следующий год, и благодарят их — тех, кто его дает. На праздничные столы кладут солому, напоминая о том, что все высыхает и умирает, и о том, как бесценны жизнь и все живое. Для того же юные певцы ходят по улицам и разбрасывают зерно, символ жизни, получая за это небольшие подарки. В это время пекут булочки в виде коровы или головы барана. Все это символы земель, которые возделываются, хлевов и овчарен, где весной послышатся голоса новорожденных телят и ягнят, если того пожелают боги и позволят духи этих мест.

Но это время полно опасностей. Духи-шутники не дают покоя: стучат в окна и двери домов, шумят по ночам. Те же духи проявляют немалую изобретательность, осложняя жизнь крестьянам. Одна из их излюбленных проделок — обливать водой ступеньки крыльца, чтобы, когда мороз сделает свое дело, они покрылись льдом и превратились в каток, на котором вскоре начнут поскальзываться все живущие в доме, а непонятные существа будут сопровождать падения приглушенными смешками. Хлопающие двери, пропажа вещей, разбитая посуда… Всем известно, на что способны зимние духи.

К счастью, солнечный бог не дремлет, его сила унимает мучителей, а могущество прогоняет тени. Этот дух счастья живет в священных песнопениях. Хорваты называют их коледа, румыны — колинда, все балтийские страны и славянские народы сохранили древнюю традицию ходить от порога до порога и по лестничным площадкам с песнями, неся повсюду радость и хорошее настроение. Песни сопровождаются танцами и настоящим торжеством обжорства. Все это олицетворяет прежнее и желаемое изобилие. Для того же разводят большие костры, напоминающие солнце и подобно ему рождающие тепло и свет, отчего сердце бьется веселее, а на лицах сияет радость.

В наши дни никто не задумывается, что эти песни обладают способностью отгонять злых духов и привлекать добрых. Впрочем, маленький хор, увязающий в снегу, почти не обращает внимания на человека, который смотрит на идущих мимо него. Его лицо скрыто большим темным капюшоном. Пара блестящих голубых глаз смотрит вслед процессии, которая переходит от дома к дому, желая много-много счастья их обитателям. А когда колядующие скрываются из виду и ночь становится еще темнее, он улыбается. Он знает, что все уснули, и угадывает далекий рассвет. Приближается Рождество. Он широким движением сбрасывает капюшон, и его волосы сияют во всем своем великолепии. Из золотой копны торчат рожки. Человек буквально лучится счастьем. И это понятно, потому что он тот, через кого приходит все хорошее. Он бог, пришедший к людям, чтобы открыть им истину всякого цикла: все утрачивается и воссоздается. Он сообщает всем, что именно среди зимы зарождается лето, что одно время года не может существовать без другого. Он — счастье, он — Коляда.

СОЛЯРНЫЕ БОГИ

Во время зимнего солнцестояния первостепенную роль играют светлые божества, символизирующие солнце. Темный период был наполнен надеждой на победу светила, которое прогонит тени и пообещает людям обильные урожаи. Сауле, литовская солнечная богиня, никогда не перестает ходить по небу, разве что иногда зимой; инки в своих храмах славили Инти, супруга богини земли, больше всех прочих богов; не менее священной для японцев была Аматэрасу, и нам известно, какое значение имел и как повлиял на римские культы Митра. Последний неразрывно связан с зимним солнцестоянием, поскольку дата мифического рождения бога — 25 декабря.

Крампус. Дьявол во время адвента

Большие рога • Гримасничающее лицо • Красный свисающий язык • Густой мех • Оглушительные колокола • Вооружен розгами из березовых прутьев. От старонемецкого Krampe — коготь, крюк.

В эти декабрьские ночи в глухих лесах Восточных Альп раздаются странные звуки. Темноту пронзает свист, ночную жизнь под кроваво-красной луной оживляет звон колоколов. Десятки, сотни теней пробираются среди деревьев и направляются к охваченным страхом деревням. Внезапно лунный свет озаряет лицо одного из вынырнувших из леса созданий. У него грубые, дикарские черты. Горящие глаза, длинный красный язык. Любой, кто его встретит, испугается больших рогов. Его тело, покрытое густым мехом, кажется огромным, а коровий или конский хвост довершает дикий облик. Иногда лунный свет подчеркивает ужасающие гримасы чудовища. В эти дни адвента на людей готов обрушиться весь сверхъестественный ужас.

Но один святой, похоже, сумел укротить этих чертей. Вечером 5 декабря толпы Крампусов более или менее покорно следуют за святителем Николаем. Конечно, одного их устрашающего вида достаточно, чтобы напугать любого ребенка, и даже взрослым, которые смотрят на их шествие, становится не по себе. Кроме того, время от времени эти дьявольские создания пытаются хлестнуть зрителей розгами, и те поспешно отступают. Несколько слов об орудии, с которым эти создания так ловко управляются. Изначально — и так оно и осталось до наших дней — розги делали из прутьев березы, дерева почитаемого и символизирующего чистоту и надежду, что делает его применение здесь довольно загадочным. Еще это отродье гоняется за женщинами и обращает их в бегство, гремя цепями. Ведь Крампусы до сих пор носят эти символы привязанности к аду — или недавнего пленения служителем Божьим? Никто не знает.

В других местах молодые люди в эти же дни любят наряжаться подобными чудовищами, чтобы устраивать на улицах карнавал, где разыгрываются всевозможные страшные сценки, в которых древние поверья перемешаны с куда более современными ужасами. И в эту беспорядочную суету затесываются несколько настоящих Крампусов, весело используя сутолоку, чтобы вернуться к крупным злодеяниям, ведь, когда черт смешивается с толпой рогатых, его никто не заподозрит!

Если Крампус в последние несколько лет возвращается с новыми силами, то в 1950-е годы дело обстояло совсем по-другому: он был почти побежден. Тогда традиция нашла приют в самых маленьких альпийских деревушках, а во всех прочих местах пропаганда, связавшая Крампуса с дьяволом, исключила его из обычаев христианского адвента. Но, подобно тлеющему угольку, дух ждал, затаившись в тени, подходящего момента, чтобы выйти на первый план. Вот так, почти через полвека после того, как его практически уничтожили, он снова набрался сил и в конце ХХ века заставил говорить о себе повсюду до самой Америки, являясь посреди зимы и во время адвента!

Сейчас для многих немецкоязычных регионов, от Германии до Швейцарии, стали характерны эти кривляющиеся слуги, ужасные, рогатые и косматые, пугающие как чудовищным обликом, так и звоном своих колоколов. У каждой местности есть свой, и целой книги, наверное, не хватило бы, чтобы рассказать вам о них. Бартель, Буллеклас, Хершеклос, Клаубауф, Кнехт Рупрехт, Крампель, Пельцникель, Ровер, Руббет, Ругеклас, Руприх, Заммихлаус, Сумерклас и прочие служители славного святителя Николая по-прежнему наблюдают за детьми с улыбкой — и пеной у рта. Надо сказать, что все эти дикие рогатые духи сблизились в том, что касается их особой функции, заставляющей таскать с собой большой мешок. Как только веселым и послушным детям раздадут сладости и игрушки и мешок опустеет, он может пригодиться, чтобы унести в нем лентяев и самых озорных сорванцов. Перспектива провести всю оставшуюся жизнь в обществе этих рогатых чудовищ, несомненно, многих заставит призадуматься!

За этими шумными традициями кроется желание отогнать злых духов. В конечном счете ужасающие гримасы и маски, возможно, предназначены не людям, а всем тем существам, которые пользуются темным временем, чтобы, затесавшись среди нас, совершать куда более мрачные злодеяния. В этом случае Крампус окажется лучшим помощником, который, высовывая язык и звоня в колокол, побеждает истинного врага и прогоняет кошмары и ведьм, правящих в течение всей зимы. Традиция охоты, повторяющейся именно в это время. Получается, Шествие Крампусов, эта безумная процессия устрашающих созданий, предназначается не для людей. Оно связано с периодом очищения — Богоявлением, праздником возрождения света и надежды на возвращение теплых дней. Кстати, в это же время в тех же местностях появляются другие существа, очень напоминающие Крампусов и, может быть, куда более древние, — Перхты. Они выходят из своих убежищ, чтобы прогнать зиму и сопутствующих ей злых духов. Что может быть лучше для изгнания безобразного чудовища, чем еще более устрашающее создание?

ПЕРХТ

От Баварии до Австрийских Альп с декабря по январь слышен звон особых колоколов. Это бродят по лесам и горам полчища Перхтов. Самые дикие и опасные выходят только по ночам, а кроткие осмеливаются подойти и поздороваться с вами среди бела дня и помогают прогонять зиму перед Богоявлением.

КНЕХТ РУПРЕХТ

У этого бедного немецкого беса темная одежда и борода. Он сопровождает святителя Николая, когда тот трогается в путь. Он низведен до положения слуги, но в его взгляде все еще виден отблеск былого могущества, когда злоба, с которой он поедал плохих детей, способствовала его превращению в страшилище.

Волк-оборотень. Зимние стаи

Дух-метаморф — человек или колдун, способный превращаться в волка в результате укуса, проклятия или сделки с дьяволом. Этот оборотень проделал долгий путь! От франкского werwolf, wer — человек, и wolf — волк, возможно, с заимствованием средневекового garlos — дикий зверь, к garwaf или пикардскому warou, чтобы завершить его ужасным плеоназмом loup-garou.

Той зимней ночью 1847 года метель бушевала вовсю. Фермер с большим трудом отыскал след тропинки, которая вела к спасительному домашнему очагу. Он уже представлял треск горящих в камине поленьев и запах приготовленной его женой вкусной похлебки, идущий от дымящегося котелка над огнем и заполняющий всю комнату. Когда от мороза вы перестаете чувствовать пальцы, когда зимний ветер бьет в лицо и зубы выбивают дробь, особенно сильно тянет к домашнему теплу. Человек понимает, что укрытие, защищающее его от нападок зимы, — главное его богатство. Эти мысли немного подбодрили крестьянина, и он ускорил шаг. Вдали уже угадывались огни деревни, а рядом — свет окон его фермы. И вот тут-то до него с опушки, которая была совсем рядом, донеслось какое-то потрескивание. Человек попытался разглядеть, кто мог издать этот звук там, за оголенными деревьями, но стволы стояли тесно, образуя сплошную стену. «От мороза трещат, наверное», — подумал он. И когда уже хотел продолжить путь, увидел два желтых огонька. Волк! Вот не повезло: эти звери охотятся стаей, сейчас наверняка рядом засветятся другие глаза. Но нет, в полумраке леса по-прежнему блестела только одна пара огоньков. И тут фермер заметил, что глаза не на той высоте, что у волка, а на той, что у человека. Слишком поздно он понял, с кем имеет дело. Оборотень выскочил из леса и набросился на него. В туманном воздухе разносились легкие звуки, отголоски далеких песен, веселые мелодии растворялись в морозной дымке рождественского вечера 1847 года.

Человек и зверь с давних времен поддерживали странные и тесные отношения. Из всех животных, поражавших воображение людей, больше всего завораживал волк, этот опасный хищник. И время около Рождества, среди зимы, когда волкам нелегко найти пищу и они осмеливаются приблизиться к человеку, удивительным образом соединяет оба мира. В старинных книгах есть множество упоминаний о волках-оборотнях, о людях, которые превращаются в волков, об этих полулюдях-полуживотных или о колдунах, обретавших могущество, когда они облачались в шкуру зверя. Упоминания об этом можно найти в древних северных книгах, где идет речь о женщинах-волчицах, и во многих античных сочинениях говорится о метаморфозах, происходящих с людьми. В XII веке существовало достаточно рассказов об ирландцах, которые стали оборотнями во время праздника Йоль и были прокляты за свои злодеяния. Дело в том, что такое превращение очень часто происходит из-за проклятия. В Греции считается, что родиться в Рождество и тем самым оскорбить Бога достаточно, чтобы сделаться оборотнем. То же происходит в Германии с детьми, родившимися в Двенадцать ночей — между Рождеством и Богоявлением. Повзрослев, они способны присоединиться к воющим стаям оборотней.

Не все эти проклятые создания опасны. Некоторые волки-оборотни во время праздников в конце года присоединяются к людям, чтобы вволю поесть и выпить, когда вино льется рекой. В балтийских странах, заметив среди людей за столом одно из этих существ, достаточно было отвести взгляд, чтобы оборотень весь год вас охранял. В Валлонии волки-оборотни прыгают на плечи тем, кто прогуливается по вечерам, и всю ночь их погоняют, пока те не упадут в изнеможении. Не такая уж жестокая шутка… В Стране холмов в Бельгии, если вы хотите отделаться от разъяренного оборотня, который жаждет полакомиться вашей плотью, достаточно бросить ему лоскут. Зверь не сможет снова за вами погнаться, пока не раздергает ткань на нитки. Один человек, за которым гнался оборотень, бросил ему синий носовой платок. Пока чудовище выдергивало из него нитки, он успел добраться до дома. В тот же вечер к нему зашел сосед, и крестьянин уже собирался рассказать ему о своем приключении, но увидел во рту у соседа застрявшую между зубов синюю нитку. Тут он понял, кто живет в доме по соседству!

Добавим важную деталь к тому обстоятельству, что волк-оборотень связан с зимой. Древние римляне в конце года — для них это был февраль — отмечали праздник луперкалии. Они одновременно славили бога Фавна, который оберегал их стада от нападений волков, и вспоминали миф об основании Рима, поскольку святилище Луперка находилось в той самой пещере, где некогда волчица вскормила своим молоком Ромула и Рема. Празднование состояло из обрядов очищения и плодородия. Это был важнейший праздник, обозначавший переход от плохого времени года к хорошему. Христианская церковь замаскировала его, прикрыв все еще актуальным для нас Валентиновым днем. Так что стоит остерегаться поцелуя в этот день — как бы он не обернулся скверным укусом.

ЧЕРНЫЕ ПСЫ

В Англии водятся черные собаки размером с теленка. Они появляются в сельской местности в полнолуние. Это Черные псы, предвещающие близкое несчастье, страшные звери, встречи с которыми надо опасаться.

ФРАУ ГАУДЕ

Фрау Гауде появляется в новогодний вечер в окрестностях Мекленбурга в Германии, ее сопровождают двадцать четыре дочери в облике собак, обнюхивающих все двери, оставленные открытыми в эту темную ночь. И берегись всякий, кто по беспечности забудет запереть дом!

Маги, или волхвы. Цари видений

Шелковые, расшитые золотом одежды с широкими рукавами • Волочащиеся по земле плащи • Короны или сверкающие головные уборы • Взгляд, полный мудрости. От латинского magus, от греческого , от персидского (maguš), от названия племени мидян, откуда произошли персидские жрецы. Впоследствии этим словом стали обозначать колдунов, кудесников и волшебников.

Могущественные властители, волшебники, хранители языческих религий или представители далеких народов, осененные благодатью, — из-за царей-волхвов, или магов, было потрачено немало чернил учеными, которым мы предоставим судить да рядить и сочинять нелепицы вокруг историко-мифических персонажей, нас же интересуют только герои фольклора. Пусть они спорят о том, сколько волхвов присутствовало при рождении Христа. А у нас будет веселая прогулка трех добрых королей. Пусть берут себе реликвии, которые хранятся в Кельнском соборе. А нам достанутся сладости и знаменитый пирог со спрятанным в нем бобом, который каждому хочется заполучить, потому что он укажет, кто из нас будет гордо красоваться в короне из позолоченного картона!

Кстати, скажем пару слов про этот боб. Традиция очень и очень давняя. Зерно растения, которое считалось могущественным и магическим, участвовало в выборе властителей и во многих древних ритуалах. Теперь же оно оказалось в слоеном тесте, в сдобной булке или в пироге, чтобы указать на того, кто станет королем на один день. Где-то выбор зависит от забравшегося под стол ребенка, где-то куски передают друг другу сидящие за столом — ритуалы в разных регионах отличаются, но основа у них общая. Она ведет нас к римским сатурналиям, к этому времени вне времени, когда маленькие люди получают доступ к большим привилегиям, когда все опрокидывается, переворачивается, те, кого притесняли, могут перевести дух, напряжение спадает благодаря милому безумству, спасительному карнавалу. Здесь боб, горошина или орешек укажут на короля праздника, а также на того, кто будет платить. Становится понятнее, почему зерно, которое легко проглотить, заменили маленькими фарфоровыми фигурками. Там традиция булочников дарить эти пироги людям очень быстро сменилась продажей. Человек мелочен, а фольклор за все в ответе. Традиция выпекать пирог с бобом обогатилась целым рядом деталей: то вытаскивать карты, чтобы образовать настоящий королевский двор, то исполнять застольные песни, мелодии которых до сих пор оживляют вечеринки в день Богоявления во Франции, в Бельгии и других местах.

Ночь с 5 на 6 января не только время пирушек, но и прежде всего окончание Двенадцати дней. Царствование злых духов заканчивается. По дорогам Германии бредут три силуэта. Они переходят от одного дома к другому, неся всем благословение Христа в обмен на провизию. То же самое происходит во Фландрии, где три волхва благословят год для тех, кто впустит их в дом и что-нибудь подарит. Повсюду в эту сказочную ночь сияют звезды, обещая счастье тем, кто по-настоящему его желает, прогоняя святотатцев и прочих злодеев звуками тамбурина или трещотки. Ведь эта ночь еще и шумная, наполненная стуком по кастрюлям, криками и звоном колокольчиков. Ведьмы, привидения, призраки и кривляющиеся эльфы выползают из зимних укрытий и возвращаются в миры, из которых на время вырвались.

Наконец, в Испании, где традиция широко поддерживается и в наши дни, можно увидеть, как три светящихся существа спускаются с холмов, летят по воздуху или едут верхом по улицам. Детям являлись три фигуры, иногда едва различимые, иногда вполне осязаемые. Хуану было лет пять или шесть, когда он, разинув рот от удивления, разглядывал вблизи Аликанте трех исполинских королей, наряженных в роскошные шелка и бархат, верхом на огромных украшенных конях. Сейчас ему под сорок, и он все еще помнит золотые венцы на их головах и эту атмосферу волшебства, эту особенную ауру, созданную мыслями детей, которые, как и он сам, глаз не могли отвести от зрелища. Улицы были заполнены улыбающимися и поющими людьми, сладости падали у их ног, но они не набрасывались на них — ждали, пока эти создания удалятся, а уже тогда забирали сокровища.

Тому, кто все еще сомневается в волшебстве этой ночи, надо всего лишь испробовать одно из многочисленных гаданий, которыми занимаются в последние темные часы. В это время девушка узнает имя будущего мужа; не поддающиеся лечению болезни уйдут вместе с произнесенными словами, стоит только назвать имена трех волхвов, магов, королей — Каспар, Мельхиор, Бальтазар. Счастливая встреча — когда они исцеляют раны, как телесные, так и душевные; страшная — когда предсказывают день вашей смерти. Чтобы уберечь себя от всякой беды, можно в последний раз воспользоваться бобом из пирога. Если завернуть его в три слоя бумаги и положить в карман, он будет оберегать вас от колдовства и духов и от всяких неудач. Не вынимайте его из кармана — защита будет действовать ровно год, день в день.

КРИАДО ГРЕГОРО[7]

Духа, прислуживающего магам, легко узнать по длинным усам, концы которых задевают стены по обе стороны улицы, когда он прогуливается по ней. Не усы ли помогают ему угадать, какие дети живут в каждом доме, чтобы тотчас рассказать об их проступках или хороших свершениях трем волхвам, раздающим подарки?

Матушка Гуди. Сладости и лакомства

Добрая бабушка • Любит чай с горчинкой • Достает из карманов передника приготовленные накануне лакомства • Появляется только в новогодний вечер, среди зимы. От английского good — хороший. Goody или goodie указывает на что-то приятное, очень вкусное, как печенье или конфета.

У чудесной старушки были маленькие, хитро поблескивающие глазки, и выглядела она необычайно доброжелательной. Она нетерпеливо подпрыгивала, напевая веселую песенку, отчего царившее в кухне хорошее настроение делалось еще лучше. Маленькие домовые хлопотали вокруг больших кастрюль и раскаленных духовок, по кухне плыл восхитительный аромат карамели. В последний день года целая армия поварят завершала длившиеся целый год сладкие приготовления.

Но скорость, с которой все происходило на кухне, не шла ни в какое сравнение с тем, что делалось в соседней мастерской. Маленькие феечки быстро махали крылышками, чтобы как можно скорее остудить тысячи разноцветных леденцов, весело поблескивавших на всех полках, от пола до потолка. Вот к феечкам приближается приветливая матушка, ложкой выливает на пергаментную бумагу жженый сахар, и получаются причудливые алые конфеты. Сладкие капли превращаются в человечков, колпачки эльфов и всевозможные забавные фигурки. Последний штрих перед наступлением решающего мгновения. Потому что сегодня, в последний день года, матушка Гуди страшно занята!

Милая старушка покидает толпу маленьких домовых-кондитеров — ей нужно совершить последний обход с проверкой. Потому что мало приготовить сласти, надо еще ничего не напутать с доставкой! Матушка Гуди порхает по заснеженным дорогам Канады, едва касаясь свежего снега и не оставляя следов. Вот она и добралась до места. Приглушенно хихикнув, бабушка приникает к замочной скважине в двери большого белого дома. Двое малышей пристраивают на камин свои носочки. Они весь год вели себя очень хорошо. Чуть подальше тем же способом старушке удается разглядеть хорошенькую девчушку, которая играет в куклы. Улица за улицей, дверь за дверью, одна замочная скважина за другой — матушка Гуди отметит в своей большой ярко-розовой записной книжке все хорошие и плохие поступки детей. Все проверив, она вернется к себе домой, где эльфы и домовые уже заканчивают собирать сладости, которые вскоре окажутся в переднике доброй феи.

Здесь горы яблок и орехов, леденцы на палочках и карамельные посохи, мягкое маршмеллоу и скачущие шарики драже, мармелад и засахаренный миндаль, тающий во рту шоколад и липнущая к зубам жевательная резинка. Вот уж точно пещера Али-Бабули! Матушка Гуди довольна: этой ночью все большие носки будут наполнены, а завтра утром, в первый день года, дети разбудят родителей криками и прыжками. Добрая фея раздает радость в леденцах, ее карамель украшает жизнь.

И вот она подставляет свой передник, чтобы в него ссыпали все сладости. Домовые бросают и бросают, и все туда входит, все помещается. Еще осталось место для миндаля, тачки фундука, полки фисташек. В последнюю минуту туда же суют несколько палочек лакрицы. Все, закончили. Передник полон, завязан, готов к обходу.

Можно подумать, что матушка Гуди идет налегке. Она напевает, мурлычет, насвистывает знакомые нам мелодии. От дома к дому, от двери к двери, от улицы к улице — она щедро сыплет сладкие мечты в подвешенные чулки. И каждый раз шепчет имя хорошего мальчика или милой девочки, которые завтра проснутся, полные надежды, и запрыгают от радости, найдя спрятанные лакомства. С этого начинается чудесный год под знаком сладкого волшебства.

Матушка Гуди — старая дама, хорошо известная в канадской провинции Нью-Брунсвик. Она родилась где-то на острове Кампобелло. В последний день каждого года старушка-благодетельница развлекается вовсю, поглядывая через замочные скважины на детей, чтобы решить, кому достанутся восхитительные сласти, которые она насыплет в подвешенный у камина большой носок. Иногда послушные дети получают в награду игрушку, или фрукты, или орехи. Добрая фея, которую еще считают женой Рождественского Деда, и в наши дни продолжает зимние прогулки, пусть даже ее понемногу забывают вместе с традициями. Каждая ее морщинка появилась оттого, что она смеялась вместе с детьми. Сколько радости она приносит в каждый дом, когда заканчивается год, полный благоразумия, и вот-вот начнется другой, тоже под знаком доброты и изобилия. Матушка Гуди не только приносит нам сладости, она соединяет нас с феерией жизни, той, что связывает между собой годы и делает жизнь такой удивительной. Как смех ребенка, увидевшего конфеты и чудеса.

КОРОЛЕВА МАБ

В Канаде, в провинции Нью-Брунсвик, маленькая фея, которая откликается на имя Королева Маб, вешает на верхушку елки чулок, наполненный сластями. А тот, кто плохо себя ведет, скорее всего, найдет внутри несколько березовых прутьев.

КРЕСТНЫЙ ЗЕНЬИ

В Маконе каждый год 31 декабря на рождественскую елку вешали носок, а крестный Зеньи оставлял в нем небольшие подарки.

СТАРУШКА БЕЛЕН

В Доминиканской Республике детей, про которых забыли три короля, балует старушка Белен, которая приходит ночью 13 января.

Полено

Трудно думать, уплетая в конце праздничного ужина этот прекрасный пирог, о происхождении рождественского полена, украшенного лесными деталями, посыпанного сахарной пудрой или покрытого взбитыми белками. Однако все у нас перед глазами — или почти все. Эти марципановые грибочки, сахарные елочки — все связывает десерт с настоящим поленом, которое приносили из ближайшего леса, чтобы наши молитвы улетели вместе с пламенем при его сгорании.

РАЗНЫЕ ДЕРЕВЬЯ

Раньше полено выбирали, учитывая свойства того или другого дерева, это всегда наделялось особым смыслом. Яркий боярышник, священный дуб, расколотая молнией ель… Плодовое дерево было отличным выбором, поскольку на его ветвях росло пропитание для семьи, подарки от матери-природы ее детям. Для того чтобы уж точно дождаться этой милости, освященное полено из самшита посыпали солью, кропили вином, растительным маслом или водкой.

ЧЕМ ДОЛЬШЕ…

Всегда брали очень большое полено, чуть ли не целый ствол, чтобы огонь горел подольше. Надо было, чтобы он продержался от Рождества до Нового года, до Богоявления, трое суток или по меньшей мере целую ночь: тогда полено принесет удачу, наполнится магией, то, что от него останется, и зола будут исцелять от многих болезней, защищать от грозы, бури и колдунов. Главное, чтобы огонь не погас во время полночной мессы. Если такое случалось, люди, видели в этом предсказание несчастья. И наконец, им пользовались многие духи, Дева Мария пеленала около него свое дитя, домовые рядом с ним пировали, умершие согревали души.

ПОЛЕНО С СЮРПРИЗОМ

Эта связь с изобилием проявляется также в лакомствах, которые стали прятать внутри не полностью сгоревшего полена. Когда по нему ударяли, появлялись фрукты, печенье, чернослив и игрушки. А еще полено разговаривало, трещало, сыпало искрами — сколько предсказаний будущего, новых урожаев.

Нууттипукки. Превратит вас в козу

Козлиные рога и мех • Кожа на лице напоминает березовую кору • Любит выпить рюмочку очень сладкого ликера. Nuutti — от шведского Knutt (связано с Рождеством) или христианского cвятого Кнута[8] и Pukki — с финского «козел» (отсылка к ряженым в козлиных шкурах).

Следуя скандинавской традиции, в наши дни на улицы выбегают стайки ребятишек, наряженных рогатыми животными. Они оглушительно распевают праздничные песни, стучатся в двери домов, просят впустить и тянут ручонки, надеясь, что им дадут несколько монеток, а то и сладости. Традиция продолжает жить, но она претерпела немало изменений. Постепенно менялся и образ загадочного Нууттипукки, духа-козла, с незапамятных времен обитавшего в этих северных краях. Достаточно вернуться на несколько лет назад, чтобы ряженых детишек сменили мужчины, при виде которых мурашки бежали по спине. Представьте березовые, грубо вырезанные маски, увенчанные рогами, и густой мех, который покрывает тела этих духов, являющихся в тринадцатый день января, чтобы окончательно изгнать радости Рождества. Остаются разве что несколько других духов, слишком давно обосновавшихся в наших домах. Ведь в тринадцатый день января разбирают елку и съедают украшавшие ее фрукты, печенья и пряники. Затем дерево через окно выбросят на улицу. То, что пришло из дикой природы, возвращается в нее.

За несколько веков до того, незадолго до 1680 года, Нууттипукки приходил к людям не в тринадцатый, а в седьмой день января! И по очень простой причине. До того как церковь передвинула праздник, считая, что он слишком близко к Богоявлению, этот особенный день был связан с историческим и даже мифическим скандинавским персонажем. Кнуд Лавард, правитель викингов, был убит 7 января 1131 года, и его смерть, похоже, сопровождали чудеса. Позже в результате некоторой путаницы этого Кнуда объединили с его дядей, Кнудом Святым, и день его памяти отмечали каждый год 7 января. Вам понятно?

Да, но коза-то откуда взялась? Вернее, козел. Викинги очень почитали это животное. Некоторых скандинавских богов сопровождали мифические козлы — вспомним для начала колесницу Тора, которую везли Тангриснир и Тангниостр. Праздники викингов подразумевали жертвоприношения, и часто для этого выбирали козла как символ плодородия, плодовитости и жизни. Подношение позволяло вступить в контакт с богами. Так что сомневаться не приходится: первые празднества, где чествовали Кнуда, отмечая годовщину его гибели, сопровождались подобными жертвоприношениями. Образ козла прошел через века и присоединился к нынешним куда более безобидным шествиям. Мы находим его и за фигурой Йоулупукки, которого так любят дети, — духа, который в Рождество приносит им подарки и конфеты. В Швеции, как говорят, дух-коза появляется за несколько дней до Рождества и внимательно наблюдает за семьями, которые готовятся к празднику зимнего солнцестояния. Многие знаки и символы связывают присутствие этого духа с праздничными обычаями Севера. Самый очевидный — изготовление соломенной козы, которую некогда тайком ставили у соседа.

Рассказывают, что люди-козлы, подобно волкам-оборотням, некогда были теми, кто в темное время суток превращался в животное. Их ярость можно было сдержать, лишь напоив их пивом, которое они, похоже, очень любят и в наши дни. В некоторых отдаленных регионах Финляндии еще можно увидеть настоящих Нууттипукки. Их можно узнать по высокому росту, конечно же, по рогам и длинному меху. Рядом с ними, оставляя на снегу маленькие следы, идут гномы — тонтту, так их здесь называют. Они помогают нести подарки, предназначенные гостеприимным семьям. Ведь когда Нууттипукки появляется у вас на пороге, он очень рассчитывает полакомиться рождественскими блюдами: отведать большого лосося, тщательно засоленного и приготовленного хозяйкой дома, согреться вкуснейшими запеканками из брюквы и других овощей и завершить трапезу миской каши. А если налить ему хороший стакан глёга, горячего сладкого вина, которое традиционно пьют в Рождество, он еще больше обрадуется и охотно благословит всех обитателей дома. Для самых маленьких он вытащит из своей котомки небольшую деревянную игрушку или угощение от гномов. А на прощание семья даст ему йоулуторту — слоеный пирожок в виде вертушки или звезды, начиненный сливовым джемом.

Кто еще после всех этих радостных обменов подарками, восхитительных блюд, танцев и улыбок может сказать, что Нууттипукки был духом, которого боялись, что его лицо появлялось в самых страшных снах маленьким финнам? Кому его рога еще напоминают о принесенных в жертву козлах, о крови, пролитой ради богатых урожаев будущего года? Кто еще слышит грохот колесницы Тора, бешено несущейся по небу? А когда дверь закрывается за рогатым существом и на его лице появляется довольная улыбка, потому что его хорошо принимали, его тень рисует совсем другую гримасу — она-то еще привязана к древним поверьям. Сколько времени осталось до того, как тень восстанет?

КЛАППЕРБОК

Дух с внешностью козла известен на острове Узедом в Балтийском море. Он ходит по домам в рождественский вечер и задает детям вопросы. Самых внимательных ждет награда.

ПАК

Маленького роста, козлоногий, самый известный из английских духов благодаря пьесе Шекспира «Сон в летнюю ночь». Кроме того, этот лукавый дух темного времени насмехается над людьми, при этом часто проявляя благосклонность к самым обездоленным.

Оленцеро. Дух-угольщик

Лицо со множеством глаз • Грязная от угольной пыли одежда • Вооружен серпом и охапкой утесника • Ценит лакомства, оставленные в сочельник на кухонном столе. От баскского onantzaro, от onantz — к добру, и aro — время. Он понимает, в чем суть этого времени на пути к хорошему сезону.

А теперь я приглашаю вас отправиться в чудесную Страну Басков. В эти долины, над которыми возвышаются величественные горы, покрытые лесами, туда, где прячутся ламиньи, где бьют их чудодейственные источники, где вырыты их гроты и пещеры, хранящие в себе тайны этих существ. В страну, где люди по-прежнему накоротке с пчелами, а духи спокойны и неизменны с незапамятных времен. Один из них пробуждается в каждый адвент, предвещая приход Иисуса, рождение Кишми, того, кто изгнал народ йентилак, великанов, прежде занимавших баскские земли. Но, как и всегда, христианское объяснение видит лишь лак, которым покрыт древний дух, приходящий из лесной глуши, чтобы отпраздновать возвращение света.

Оленцеро весь год бродит в темных глубинах, используя все стихии, чтобы извлечь драгоценный уголь из покрытых соломой и землей древесных горок. Неудивительно, что люди узнали в этом духе одного из угольщиков с таинственной репутацией. Кого-то из тех сильных и мужественных людей, что некогда все свое время проводили в горах, добывая источник тепла и света для деревенских жителей. Ведь уголь здесь прежде всего символ этого тепла, огня, снова напоминающего нам о солнце. Двадцать пятое декабря — день, когда солнце торжествует, возрождается, очищает своими лучами наши пейзажи, светлое время суток прибавляется. Это новое обещание согреть поля, обещание, что всходы прорастут, хлеб взойдет, все будут накормлены. А еще обещание прогнать тени, всех этих брушас[9] и брухас[10] — ведьм, которые завладели деревнями и домами на время зимы, а с возвращением светлого времени настает конец их мерзостям.

Чтобы встретить должным образом славного Оленцеро, хозяин каждого баскского дома перед Рождеством чистит дымоход. Ведь дух, само собой, проникнет в дом через него, тоже выпачканный сажей. Хозяева оставят ему большое полено, чтобы тот мог согреться. То самое полено, которое иногда в некоторых деревнях носит имя духа, связывая его с этим особенным периодом года. Спустившись через дымоход, Оленцеро спокойно войдет в дом. Он растопит камин утесником, который всегда носит с собой, и согреется этой холодной ночью у огня. Свой серп Оленцеро поставит у стены. Еще один символ, указывающий на него как на косца, косаря холодного сезона, каким был бог Сатурн, которого в эти же дни чествовали древние, истребителя духов, тщетно старающихся удержать территорию, захваченную темной зимней порой. Серп, которым он также потрясает, угрожая непослушным детям.

Оленцеро скрывает под грязной потрепанной одеждой и низко надвинутым беретом грубые черты лица. Он выглядит добрым великаном с взлохмаченной бородой и большим носом, любит глотнуть хорошего вина из фляжки, висящей у него на боку. Но людей, конечно, поражает количество его глаз. У него их столько, сколько дней в году, плюс один. И столько же взглядов, брошенных на минувшие дни, чтобы вспомнить только что прошедший год и поступки каждого. И один взгляд в будущее, на следующий день — первый в новом сезоне, словно искра надежды, от которой вспыхнут лучшие дни.

Несколько лет назад совсем уж пропавший Оленцеро вернулся в Страну Басков. Когда-то его боялись из-за внешности и из-за грозного серпа, а сегодня очень ждут дети: Оленцеро теперь раздает подарки в дни праздников. Еще в его обязанности входит разбираться с детьми, которые в течение года не были послушными — на них он строго посмотрит. Вместо угля он носит в большом мешке сладости и игрушки, можно сказать, современные символы изобилия. Так что его прихода с нетерпением ждут в деревнях, где он, спустившись с гор, участвует в большом празднике, устроенном в его честь. Оленцеро шествует по улице, окруженный улыбающимися людьми. Его шумно приветствуют, несут припасы и, разумеется, открывают несколько бутылок доброго вина к величайшему удовольствию духа, у которого на обратном пути ноги будут слегка заплетаться, но сердце будет полно радости оттого, что люди все-таки его не забыли. Заметьте, в Барастеги родители считают, что он довольно вульгарен, и склонны оберегать свое потомство от этого «дурного примера». Так что в одних деревнях этого духа опасаются, а в других — встречают с распростертыми объятиями. Изначально он был нелюдимым, но сумел найти себе место в современном мире. Так что неважно, рады ему или нет, — он существует, и вместе с ним остается обещание хорошего нового сезона.

ПЕЛУДО

Пелудо — один из тех духов, которые в Ла-Гарроче рассказывают трем королям о поведении детей. Его легко узнать по густому меху, делающему его похожим на медведя, по вымазанному сажей лицу и по большому мешку за спиной (лучше не говорить, для чего он предназначен).

ФУМЕРА

Это странная кукла, которую подвешивают в каталонских каминах в рождественскую ночь. У Фумеры четыре глаза на лице и еще три на шее, чтобы видеть все проделки детей, живущих в этом доме. В день Богоявления Фумера загадочным образом исчезает.

Они. Горный демон

Большого роста • С красноватой кожей • Волосатый • С двумя торчащими клыками, с когтями и рогами • Одет в набедренную повязку из шкуры тигра и вооружен металлической палицей. Его имя связано с понятием «скрывать», потому что обычно он невидим.

Монахи вышли из медитации. У двери храма в горах стояло какое-то существо. В это время года, когда все было покрыто снегом, алая кожа демона отчетливо выделялась на нетронутой белизне. Демон они, спустившийся с гор, пришел с северо-востока, с той стороны, откуда ничего хорошего появиться не может. Монахи знали, что храм был построен именно здесь как раз для таких событий — это оплот последней защиты для деревень внизу, преграждающий путь желающим напасть. Схватив свои палки из персикового дерева, они осторожно стали приближаться к стоявшему перед ними исполину. Следом за ними шли старики, каждый из них нес ведро. Они сжал когтями канабо, разрушительную металлическую палицу, послышалось угрожающее ворчание. Старые монахи принялись горстями черпать из своих ведер соевые бобы и швырять их в демона. Под градом бобов чудовище попятилось. Осмелев, молодые монахи с криками бросились вперед, размахивая оружием из волшебного дерева. Против всех ожиданий, они развернулся и убежал в горы. Вскоре вдали виднелась только его тигровая набедренная повязка, яркое пятно, постепенно скрывшееся среди снегов. Угроза миновала. Сегодня ночью люди будут спать спокойно.

В этой истории они изображен злобным демоном, но так бывает не всегда. Вообще, рассказывают, что изначально они были скорее добрыми горными чудищами, которые обращали в бегство злых и опасных духов. Может быть, те и сами от такого соседства в конце концов погрязли в адской тьме, а может быть — и мы предпочитаем это объяснение, — люди стали путать их с теми, с кем они боролись. Не впервые духа из-за его внешности ошибочно причисляют к злым. И все потому, что у они красная, синяя, черная или зеленая кожа, на голове рога, на теле пучками растет черная шерсть, у него острые когти, переменное количество глаз и пальцев на руках и ногах, а рот кривится, и из него торчит несколько клыков. Словом, непривлекательная и даже устрашающая внешность, из-за которой его в конце концов отовсюду прогнали. Понятно, почему они большую часть года предпочитает оставаться невидимым. Заметьте, эта непривлекательная внешность с веками сильно изменилась: поначалу у него из всех отличительных черт была лишь бычья или конская голова. Его изображения еще украшают некоторые японские храмы, и главная их задача — отпугнуть всякого злого духа, который вознамерится проникнуть. Очередное доказательство в пользу того, что они — союзники людей!

В наши дни японцы прогоняют их в начале года, как и всех прочих демонов, пришедших зимой. Во время весеннего праздника Сэцубун люди бросают в окна соевые бобы и произносят: «Они-ва сото! Фуку-ва ути!» — что означает: «Пусть они уйдет, и пусть счастье войдет!» Этот ритуал начала года приносит в дом богатство и счастье и одновременно прогоняет зимних духов и всех тех злополучных созданий, которые поселились в домах.

От прежних могущественных горных духов остался лишь один отчетливый след на севере Японии. Если когда-нибудь судьба приведет вас на полуостров Ога в префектуре Акита, вам, несомненно, попадется на пути странный дорожный знак. Он будет предостерегать вас: вы вступили на территорию могущественных намахагэ! Эти они севера Японии появляются каждый год 31 декабря. В этот день намахагэ врываются в деревни, стучатся в двери и входят в дома с криками «Есть здесь непослушный ребенок?» или «Есть здесь кто-то, кто не уважает старших?» и прочими подобными вопросами. Увидев, какие они страшные, и услышав их грубые голоса, дети тут же цепляются за одежду матери, начинают плакать или прячутся за спину отца. Хозяин дома, облачившийся в традиционную одежду, чтобы почтить и как должно принять духов, заверит их, что ни одного непослушного ребенка в этом доме нет и они могут спокойно сесть. Намахагэ угостят саке и моти, пирожными из клейкого риса, которые любят подавать на праздниках в конце года. Демоны успокаиваются, обстановка перестает быть напряженной, и все наслаждаются этими магическими минутами до тех пор, пока они не решат наконец уйти, благословив всю семью и пообещав ей прекрасный год. Дети смотрят из окна, как странные создания направляются к соседнему дому, так же ужасно колотят в дверь и кричат, разыскивая лентяев — лень для них самый ненавистный порок. Малыши бросают последний взгляд на широкие плащи они и их пояса из рисовой соломы. В этом году им удалось спастись от демонов благодаря храбрости их отца, блюдам, приготовленным матерью, а главное — благодаря тому, что сами они были послушны, милы и вежливы со всеми, особенно с родителями. Да и может ли быть иначе, когда в конце каждого года являются такие гости и требуют отчета?

ТОСИГАМИ

Японские духи, приносящие новый год. У них облик старой четы, которую охотно зовут в гости.

ХОТЕЙОШО

Благоприятное божество, дух, принимающий облик жизнерадостного монаха, одетого в красное, с мешком, полным игрушек. Его отличает одна особенность: у него глаза на затылке, чтобы следить за детьми и все про них знать.

ХИБАГОН

Гигантское существо с черным мехом и белыми ступнями, иногда можно увидеть его бегущим по заснеженным вершинам гор.

Рождественское волшебство

Заря рисовала яркие картины на нетронутой белизне снега, всю ночь сыпавшегося с небес. На этом прекрасном белом ковре перед каждым домом отпечатались одинаковые следы. Вскоре, всего через несколько часов, когда машины разъедутся во все стороны, они затеряются среди отпечатков шин. И никто не заметит эти странные бороздки. Странные, поскольку для того, чтобы оставлять у каждого дома такие следы, надо подпрыгивать или взлетать, приземлившись чуть подальше. И на чем же можно так передвигаться? Золотая лента на водосточной трубе большого дома на углу тоже не привлечет внимания. Люди не замечают таких вещей. Мы на них почти и не смотрим, скользнули взглядом — и тут же обо всем позабыли. И едва замечаем под окнами маленькие следы, похожие на отпечатки птичьих лапок, а когда в конце зимы неизменно появляется заляпанный грязью красный колпачок, мы решаем, что его потерял какой-нибудь рассеянный ребенок, и на этом успокаиваемся. Мы не удивляемся, даже увидев, что в саду, среди всех этих волшебных рождественских украшений, пошевелился какой-нибудь олень или гном — мы ни на мгновение не осмелимся поверить, что они настоящие. Нет, наши картезианские умы отступают перед всеми этими доказательствами, и мы предпочитаем огни витрин свету звезд на небе.

Ранним утром по городу шел старик. Он насвистывал одну из тех веселых рождественских песен, которые делают людей счастливыми. На пути ему изредка встречались сонные прохожие, глядевшие в землю. В ответ на его искренние пожелания доброго дня они что-то невнятно бормотали, лишь один скупо улыбнулся. Но эти мелкие неприятности нисколько не влияли на прекрасное настроение старика. Потому что он чувствовал себя счастливым в эти минуты рождественского утра, когда дома просыпаются и сквозь стены тех, где есть малыши, доносится громкий смех. Потому что дети-то всегда неравнодушны к волшебству. Вот старик прислушался у окна красного кирпичного дома. Подождал минутку — и в доме раздались голоса. Крики, радостные и удивленные вопли: «Замок! Пираты! Конфеты! А здесь-то — мама, папа, смотрите! Он это выпил, а олени сгрызли морковки!» Крики доносились из каждого дома, а старик все прислушивался к словам благодарности, к смеху, ловил растворенную в воздухе любовь. Конечно, с веками игрушек требовалось все больше, пришлось несколько раз менять сани на более вместительные, нанять на большую фабрику игрушек на Северном полюсе еще несколько гномов. Он даже начал подумывать, не открыть ли вторую фабрику на Южном полюсе, чтобы справиться со все возрастающим спросом… Но все это такие мелочи по сравнению с разлитым в воздухе счастьем, с отголосками волшебства, которые отскакивали от стен, поднимались по дымоходам, вылетали в окна. Такое случалось только раз в году — человек, уже не осознающий своих действий, восстанавливает связь с первыми утрами прошлого. Каждый мерцающий огонек, начиная с тех, что мигают на наряженных елках, — это надежда, обращенная к будущему, к жизни, и в то же время все они наполнены воспоминаниями. Семейные застолья, рука помощи, протянутая обездоленному, искорки, вспыхивающие в глубине души, когда происходит встреча, когда ребенок в первый раз засмеется и где-то в зачарованном саду рождается фея. О да, Рождество — волшебное время, и уж кто-кто, а старик с густой и длинной белой бородой и довольной улыбкой не станет с этим спорить. Он блаженствует в такие оживленные утра, полные восторга и чудес.

Уже полдень, и толпа заполняет улицы. Люди снуют во всех направлениях, идут в гости к друзьям и родным, чтобы вместе с ними снова отпраздновать долгожданное Рождество. На столах — вкуснейшие блюда. Люди пируют, наедаются до отвала. Добавляют к вчерашнему ужину свою долю еды, свой смех, свои «Как поживаешь?» и «Надо бы видеться почаще». Волшебство действует. Магия встреч, магия прощения и надежды на изобилие, магия единения и дружбы в эти минуты, любовно и страстно связанные с жизнью. Все это старик знает лучше других, потому что он странствует по свету много лет и годами видит те же заговорщические взгляды, те же нежные жесты. Волшебство здесь. Оно не во всяких ухищрениях, но в этом времени вне времени, когда все может возродиться, когда все начинается заново с первым восходом солнца.

И старик, довольный, отправляется восвояси под звенящую мелодию Jingle Bells, которая не затихает до вечера, вылетая из нескольких постепенно закрывающихся магазинов, из домов, ярко освещенных в этот вечер нового Рождества. В воздухе стоит сладкий запах счастливых, довольных душ, он согревает землю. И бородатый старик чувствует всю эту энергию, черпает в ней силу, питает ею наши мечты — мечты маленьких и больших детей.

Он удаляется от города, поднимается по склону холма, входит в рощу, где его ждут олени. В санях мирно похрапывают два спящих гнома. Ночь была долгая, надо было раздать много подарков. Старик сбрасывает с плеч толстый серый плащ, надевает красную куртку, которую на один день снял. На тот день, когда Рождественский Дед, как всегда, наугад выбирает деревню или город из тех, где перед тем побывал, чтобы послушать радостные детские крики, посмотреть на людей, порадоваться их вновь обретенным надеждам. Когда солнце заходит и становится темно, он выводит упряжку из рощи, направляет оленей к вершине холма, щелкает кнутом, кричит «Хо-хо-хо!» — и сани взлетают в небо. В эту ночь лишь немногие припозднившиеся мечтатели поднимут глаза к луне и на мгновение увидят, как на фоне ее светлого круга промелькнет тень из детских воспоминаний, но через несколько секунд и они позабудут об этом.

Старик ненадолго остановится у входа в волшебный дворец. Окинет взглядом невидимую фабрику, где сотни гномов отдыхают после того, как целыми днями трудились, собирая машинки с пультом управления, делая длинные леденцы, выпекая пряники. Он вслушивается в тишину, воцарившуюся, когда вся работа была закончена. Но пройдет несколько дней, и все снова примутся за дело, готовясь к новому чудесному Рождеству, чтобы волшебство продолжалось еще очень-очень долго.

Дед с розгами. Подстегивает шум!

Лицо и руки выпачканы сажей, всклокоченные черные волосы • За спиной большой мешок, в руке буковые розги • Одет в темный плащ. Имя говорит само за себя, fouettard — от fouetter, что означает «хлестать, сечь». Надо только отметить этимологию слова fouetter, которое происходит от старинного французского названия бука — fou.

Что за дух таится в тени существа, которого все меньше боится наше общество, очищенное от всего, что может более или менее напоминать об Ином? Как на самом деле выглядит тот, чье лицо черно от сажи, и этот цвет заставил его столько раз опасно свернуть и столько раз срезать путь, что в конце концов мы утратили всякие ориентиры в том, что относится к нему? Какой символ надо угадать за этим бичом, за этой плеткой, этими кожаными ремешками, связанными с какой-то пыткой, прежде чем мы увидим в нем ветви светлого дерева? Как должен выглядеть этот помощник святителя Николая, даже не столько помощник, сколько оттеняющий его спутник, чья роль, некогда столь важная, постепенно уменьшалась, пока окончательно не исчезла? Год за годом его очерненное лицо, предмет множества споров, медленно вытесняется, отступает в ночную тьму и вскоре, несомненно, растворится в ней.

Вот и заканчивается еще одно 6 декабря. Следом за шествующим впереди человеком в красном тяжело бредет жалкая сгорбленная фигура в грязной одежде, она волочит ноги, оставляя за собой на холодной дорожной грязи длинные борозды. Весь день Дед с розгами вытаскивал из своего огромного мешка игрушки, чтобы раздавать их улыбающимся, радостно возбужденным детям, лишь изредка слыша от них «спасибо»: благодарность всегда доставалась другому, с длинной белой бородой, спокойно восседающему на своем троне и весело болтающему с малышами. Всю прошлую ночь он до изнеможения занимался другой неблагодарной работой. Переходил от камина к камину, таскал тяжелые ящики, обвязанные лентами, поднимал коробки в блестящей бумаге. Ему — тяжкий труд, другому — благодарность. Так было всегда. И вот на долгом обратном пути по тропинкам, ведущим к мечтам, Дед с розгами принимается вспоминать минувшие века. В те времена был только он. Никакого доброго святого, никаких игрушек. Он был могущественным духом, которого уважали и боялись. Сажа показывала, что он дух домашнего очага, хранитель дома и покровитель семьи. Его бич хлестал ведьму и отваживал нежеланных гостей от каменных порогов, прогонял зиму с ее холодом и демонами. Кнут щелкал, потому что этот дух был не таким скромным, как его нынешний хозяин в митре. Он громко шумел, его сабо тяжело стучали по полу, временами вместо пояса он носил цепь, а иногда на его одежде были колокольчики. Все эти детали указывали на его древнее занятие — прогонять демонов. Прежде в нем видели вольного лесного духа, воплощение царства, утраченного людьми, и мало-помалу невозможным становилось возвращение в это опасное место, которое следовало позабыть, туда, где колыбель мира стала преисподней. Он — Рогатый, Дикий, воплощение Природы. Чернота сажи становится чернотой земли; ремешки его плетки превращаются в ветки березы, бука, орешника. Все в нем дышит древними храмами, зелеными душами, тайнами, скрытыми среди листвы, у истоков рек, в сердце гор.

Споры насчет происхождения загадочного Деда с розгами продолжают вести ученые мыслители и салонные искатели приключений, возможно слишком быстро проскочившие мимо очевидного. Некоторые из них видят в нем скорее выдумку иезуитов XVII века, создавших угрожающего спутника для славного святого. Плетка здесь лишь орудие наказания за наши слабости, инструмент, которым эти священники, кстати, ежедневно пользовались в своих школах. Трудно забыть и вейсенбургский вариант легенды о некогда известном своими злодеяниями и жестокостью рыцаре, чья проклятая душа каждый год появляется в этих краях в облике мерзкого создания, опаленного пламенем преисподней, исполинского роста и держащего свою голову под мышкой. Наконец, с помощью детских считалочек и песенок распространился слух, будто этот нехороший спутник — тот самый мясник, который разрубил на куски трех малышей, собиравших в поле колоски, но великий святой все исправил, а убийцу обрек вечно следовать за ним, неся на спине груз своих грехов в виде тысяч игрушек, которые он все еще раздает в наши дни.

Пер-Фуэтар, Ганс Трапп, Ханскроф, Гансмус, Черный Пит, Море, Шмуцли — множество духов, выполняющих те же обязанности и одновременно появляющихся в разных местах, подарили святителю Николаю этого странного персонажа, то ли слугу, то ли спутника. Несомненно, это создание существовало раньше святого и давным-давно появлялось зимами в этих краях. Дьявол — прежде ада, дикарь — прежде нашей одомашненной жизни, святой — прежде наших милых современных цивилизаций… Чтобы довершить этот портрет, завернем в Нормандию. Там все еще встречается Пер Лапук, который уносит шалунов в своем большом мешке. Тот же Пе Лапук в Квебеке стал очень ценным страшилищем для матерей, которые никак не могут уложить спать свое потомство. Эту роль он делит с Торговцем метлами, который размахивает… березовыми ветками. Надо же — береза? То самое светлое дерево, чьи ветки прогоняют зиму. Говорю вам, все сходится.

ХАНСКРОФ

Ханскроф, или Жан-горбун, грязный и безобразный, сопровождает святителя Николая в Лилле, раздает детям монетки или, забираясь в дома через дымоходы незадолго до 6 декабря, оставляет подарки в корзине, подвешенной к крюку для котла.

ЧЕРНЫЙ ПИТ

Черный Пит носит традиционную одежду пажей XVI века и прибывает в Нидерланды морем. Странно себя ведет этот персонаж, в котором смешались различные народные поверья — от дьявола до мавров, от добычи угля до печальной колониальной эпохи.

Рождественский Дед. Всемирная фигура

На ногах сапоги • Толстый живот • Одежда, шапка и иногда нос ярко-красные • Издает хорошо известное всем «Хоу-хоу-хоу!» • Летает по воздуху в санях, запряженных оленями • Живет на Северном полюсе.

Кристиан давным-давно приготовил список. Синий робот. Машинка с дистанционным управлением. Гараж для других машинок. И если можно, пусть Рождественский Дедушка покатает его на своих больших летающих санях. Последнее желание подчеркнуто красным. Кристиан поставил ботинки у камина, прочитал свои желания, спел песенки, но главное, он хорошо себя вел в последние несколько недель, надеясь получить за это награду. Родители смотрели на него с умилением и гордостью, а старший брат — с насмешкой. Встречаясь с ним взглядом, Кристиан невольно начинал злиться. Накануне этот дурачина посмел заявить, что никакого Рождественского Деда не существует. Мало того, он сказал — и это было худшее вранье, нелепое и гадкое, — что игрушки оставляют у камина их собственные родители. Да еще, когда они всей семьей отправились за покупками в супермаркет, воспользовался этим, чтобы шепотом посоветовать Кристиану получше присмотреться к Рождественскому Деду, который расхваливает сладкий напиток. Ну да, Кристиан прекрасно знал, что в магазинах Рождественский Дед поддельный, а как же! Настоящий приходит только ночью 24 декабря, вот так-то! Но в глубине души мальчику до дрожи хотелось знать наверняка, и потому, когда все легли спать, он бесшумно спустился в гостиную и спрятался за креслом. И вскоре уснул. Услышав «Хоу-хоу-хоу!», Кристиан открыл глаза. Во сне он сидел в санях, летевших над городом. Рядом с ним от души хохотал щекастый человек с белой бородой. Желание исполнилось. Сегодня ночью он покатается на санях вместе с Рождественским Дедом. И Кристиан тоже засмеялся от радости — он был так счастлив этой волшебной ночью.

В сказках и легендах всегда есть доля истины. Магия существует, она жива, и каждый из нас поддерживает ее существование. Каждый год в ночь с 24 на 25 декабря все дети Земли ждут своего рождественского чуда. И не только они. Десяткам эльфов в огромной мастерской Рождественского Деда не терпится увидеть, как летающие олени потянут за собой сани, заваленные игрушками, которые они мастерили целый год в ожидании этой волшебной ночи. Потому что у Рождественского Деда всего одна ночь на то, чтобы совершить свое мировое турне. Да, да, мировое… И в самом деле, живущий на Северном полюсе старик известен повсюду. В Хорватии, где его называют Дед Божичняк, в зеленой Ирландии, где он известен как Даиди на Ноллаг, его знают даже в Китае, там он Шэнь Дань Лаожэнь!

Магическим был и путь, которым следовали голландские колонисты, взявшие с собой своих духов и суеверия за океан, в новый город, который назвали Новый Амстердам. Мы в XVI веке. Европейские традиции, прибывшие вместе с багажом тогдашних мигрантов, прижились на новом континенте. Два века спустя встретились раздающий сласти святитель Николай, чей день отмечали 6 декабря, и английский Отец Рождество, чьей датой уже стало 25 декабря. Затем Вашингтон Ирвинг упомянул святителя Николая в одной из своих историй, написанной в 1809 году. Он сделал его святым покровителем первых колонистов, которые в его рассказе прибудут туда, где теперь стоит Нью-Йорк. Святитель Николай, для голландцев — Синтер Клаас, носил широкие штаны и курил трубку. В 1823 году стихотворение, имевшее шумный успех, прославило Синтера Клааса, ставшего Санта-Клаусом. Автор стихотворения — Клемент Кларк Мур, и если первое его название «Визит святителя Николая» ничего вам не говорит, то второе — «Ночь перед Рождеством» — должно быть вам известно. Этот текст, в котором святой приходит в рождественскую ночь, окончательно уничтожает всякую связь с прежней датой 6 декабря. Там же появляются сани и олени. Будущее Рождественского Деда отныне определено. Вдохновившись этим стихотворением, карикатурист Томас Наст изобразил американского рождественского духа, обув его в черные сапоги, одев в красный костюм и снабдив большим мешком с игрушками. Известная марка напитков еще добавила ему обаяния, заказав в 1931 году иллюстратору Хэддону Сандблому портрет знаменитого Санта-Клауса для зимней рекламной кампании «Кока-Колы». Целью было увеличить зимой продажи прохладительного напитка, который чаще всего пили летом. Изображение, не сходившее с афиш и экранов до начала шестидесятых, укрепило образ Рождественского Деда, а после окончания Второй мировой войны оно добралось до Франции и старой доброй Европы. Можно сказать, в конце концов его вернули отправителю.

ОДИН

Некоторые считают, что Рождественский Дед происходит от Одина, бородатого и связанного со светом бога, которого некогда славили в северных странах во время Йоля, зимнего солнцестояния.

РОЖДЕСТВЕНСКИЙ ЧЕЛОВЕК

До того как раствориться в легенде Рождественского Деда, был еще и Вайнахтсман, Рождественский человек (от нем. Weihnacht — Рождество и Mann — мужчина, человек), еще один старик, одетый в серое, сам раздавал подарки в протестантских областях Германии.

Царь Ирод. Адская охота

Это имя царя, проклятого за то, что преследовал и хотел убить новорожденного Христа • Высокого роста, в длинном плаще, иногда висящем лохмотьями • Сумрачный • Скачет верхом на коне с дымящимися ноздрями или красного цвета • Гонит свою адскую свору по лесам и полям. От греческих слов  — герой, и  — вид, облик.

Зима принадлежит призракам, темным духам и ведьмам. Этим зловредным народцем правит царь, который приходит как раз перед возвращением королей света, в ночь с 5 на 6 января. Первыми на его пути окажутся французские департаменты Юра и Эн. Проклятый правитель приходит очень шумно, и его появления избежать непросто. Этот царь — Ирод. Тот самый, что пытался убить новорожденного Христа и велел лишить жизни столько невинных детей. Его проклятие — возглавлять отряд призрачных всадников, которые проносятся по небу: бесплотные тела смешиваются с черными тучами, грозные копья и пики сверкают среди молний, рев перемежается ударами грома.

Существует множество рассказов об этой Адской охоте. Высокая фигура царя Ирода, вооруженного иногда копьем, а иногда ружьем, едет верхом в окружении отвратительных чудовищ. Иногда он в одиночестве скачет со сворой своих псов. Их много — свидетели говорят о сотнях собак. Если кто-то поможет Ироду переправиться через реку Эн, тот наградит его золотыми монетами. Но как только свора умчится, золото обратится в пыль или бесполезные листья самшита.

Царь Ирод встречается повсюду. В Брессе тоже боятся появления его своры. Жители горного массива Шартрез рассказывают о кобылицах, которые то появляются, то исчезают. Их называют эгародами. В Алье, если незадолго до Рождества случается ураган, его приписывают вернувшемуся на землю царю Ироду. В департаменте Кот-д’Ор призрачная охота происходит каждую ночь перед Рождеством. Тот, кто прислушается, различит долетевший с ветром стук копыт, звук рога и лай проклятых псов. В Бургундии их слышат каждый год в ночь на 6 января, но ничего не видят.

Во Французских Альпах тот же царь скачет верхом в компании неприятных спутников. Местные люди распознают необычный характер отряда по безголовым коням. Все там же, в Альпах, короли-всадники седлают крупных козлов или гонят странные стада коз. Если кто-то посмотрит из окна, когда они едут мимо, ему ударом кнута свернут голову. Несчастному придется прожить вот так, с лицом, повернутым назад, целый год, и только затем представится возможность это исправить. Единственный способ поставить позвонки на место — в следующем году ждать у того же окна нового удара кнута проклятых царей. В Дофине король Ирод скачет, пугая людей раздающимся в воздухе бряцанием цепей и звоном бубенцов. В Германии король Рудс в окрестностях Ганновера или Нимрод в Верхнем Гессене скачет на звере, извергающем пламя из ноздрей. Легко догадаться, где он мог обзавестись подобным верховым животным.

В Перигоре тоже можно встретиться с Охотой царя Ирода. Говорят, если эта летящая по воздуху охота пронесется слишком близко к земле, скоро произойдет большая беда. Две последние такие охоты, почти касавшиеся земли, видели незадолго до двух мировых войн. Есть еще Охота Иродиады. Во главе этой ревущей процессии скачет верхом высокая белая женщина с грозным копьем в руке. И она тоже, коснувшись земли, предвещает большое несчастье или скорое необычайное событие. В последний раз за ее появлением следовали революция и террор. В России у этого окаянного Ирода насчитывается семь или двенадцать дочерей, которые свирепствуют зимой. Крестьянские матери больше всего боятся их появления, потому что они несут с собой опасные лихорадки. Безобразные, босые, с темной, покрытой шерстью кожей — их облик явно указывает на адское происхождение.

А что сказать про Охоту Эллекена, который в Средневековье появлялся в январе? Его свита состояла из призраков, фей-мстительниц, проклятых наемников, женщин, у которых груди были утыканы горящими гвоздями, безобразных карликов и прочих демонов, которые охотятся на наших землях на погибшие души и всех тех, кто посмеет оказаться у них на пути. Существует немало следов этой страшной средневековой охоты. Например, в Вогезах по воздуху проносятся невидимые музыканты, но такое случается скорее летом.

Несмотря на угрозу, свидетельства и слухи, всегда находятся глупцы, которые отчаянно стараются увидеть или хотя бы услышать одну из этих диких охот. Им можно только посоветовать стоять на перекрестке: форма креста отведет гибельную встречу. Там вполне можно попытать счастья, хотя вероятность остаться целым и невредимым невелика. Но знание, что, если получится услышать призрачную охоту и не попасться, тебя ждет очень долгая жизнь, возможно, придает отваги… или безрассудства!

АДСКАЯ ПОВОЗКА

Во Фландрии к тем, кто поздно гуляет зимними вечерами, прилетает повозка. Берегитесь: она уносит в ад!

ГРОХОЧУЩАЯ ПОВОЗКА

Сказочная повозка, которая оглушительно грохочет в Тюрнхауте и обладает способностью проехать куда угодно через отверстие любого размера.

ХИОНА

Дочь Борея, бога северного ветра, каждую зиму собирает снег, чтобы сыпать его на наши земли.

Орехи и сухофрукты

Лесные и буковые орешки и каштаны зимой украшают столы, а завернутые в цветную бумагу — елку. Их передают из рук в руки, вызывая улыбки у ребятишек. Прежде те, кто приносил подарки — святитель Николай, фея Бефана и многие другие, — награждали послушных детей именно орехами. Но почему?

ИСТОЧНИК ПИЩИ

Все эти орехи в сельской местности были важным источником пищи. Люди подбирали под ореховыми деревьями, собирали в лесах эти осенние дары, которые так хорошо сохраняются всю зиму. Даже желуди люди сначала ели сами, а уж потом стали кормить ими скот. Все еще распространен обычай — и мы иногда по утрам слышим его отголоски — стучать по стволам ореховых деревьев, чтобы отвести от них все плохое, духа или грызуна и таким образом обеспечить себе обильный урожай отборных плодов.

ВОЛШЕБНЫЕ СКОРЛУПКИ

Всем известно, что лукавые домовые, волшебники и смешливые феи носят в карманах и корзинах груды золоченых орешков. Разгрызите один из них, и он предскажет вам будущее. Например, скорлупка окажется пустой, если вас подстерегает ведьма. Считается, что ореховое дерево и лещина обладают сильной магией, они связаны с предсказаниями и общением с душами умерших и духами-покровителями.

ЧЕТВЕРО НИЩИХ

Орехи все еще входят в состав рождественских десертов. В Португалии Боло Рей — пирог волхвов — украшают орехами и цукатами, в керсттулбанд, рождественский кекс с отверстием в центре, кладут много цукатов, да и английский пудинг без них тоже не обходится. В Провансе рождественский ужин завершается тринадцатью десертами, в их числе — Quatre mendiants, «Четверо нищих», связанный с цветами одеяний четырех монашеских орденов: фундук (коричневые рясы) — в честь кармелитов, миндаль (белые рясы) символизировал доминиканцев, сушеный инжир (серые рясы) — францисканцев, изюм (черные рясы) — августинцев. Затем возникла мысль соединить орехи и сухофрукты с шоколадом. Так появилось кондитерское изделие, которое в наши дни можно найти повсюду, хотя компоненты часто варьируются.

Вместо орехов теперь дарят сладости и игрушки, но все же есть их зимой очень приятно. А как вкусно пахнут каштаны, которые жарятся на углях, наполняя благоуханием весь дом, а часто и улицы! Он напоминает о радостях прежних рождественских праздников.

Святитель Николай. Покровитель школьников

Митра, красный плащ и белая туника • В руке золоченый посох • Длинная белая борода • Часто ездит верхом на осле • Раздает детям подарки, игрушки и сласти.

В Бельгии 5 декабря детей охватывает некая эйфория. Каждый ставит на стол рюмку спиртного и кладет рядом морковку. Дети знают, что назавтра около пустой рюмки и огрызка морковки появится множество игрушек, шоколадных фигурок, печений спекулос и ник-нак, клементинов, марципана и прочих лакомств. Каким образом святитель Николай и его осел проникают в дома с тех пор, как большие камины и широкие дымоходы стали редкостью, остается тайной. Но утром 6 декабря в каждом бельгийском доме раздаются радостные крики, и все наперебой благодарят святого.

Человек в митре и красном плаще, святой покровитель школьников, заходит и в школы — дети найдут на партах тарелки с конфетами. Нередко он заглядывает в другие учебные заведения Бельгии — и не только туда: он бывает и в офисах, и на заводах. А вечером бельгийцы встречаются за ужином святителя Николая, состоящим из большой булки в виде человечка или осла, которую едят, обмакивая в горячий шоколад. Вкусные традиции соблюдают строго!

В Нидерланды святитель Николай приплывает на пароходе в сопровождении одного или нескольких Черных Питов в яркой одежде — каждый год в разные города. Это происходит за несколько дней до даты его шествия, 5 декабря, и его приветствуют политические деятели страны. Он прибывает из далекой Испании, чтобы угостить всех голландских детей. Святой бывает и на севере Франции, в Эльзасе и Лотарингии. От Люксембурга, Германии, нескольких регионов Швейцарии или Италии и до Польши приветствуют святителя Николая, конфеты сыплются дождем, воздух звенит от считалок и песен в его честь. Надо сказать, что его история обошла всю Европу. Особенно одно из чудес, которое приписывают этому епископу из Мир Ликийских, родившемуся в 270 году и умершему в 345-м. Он воскресил троих детей, павших от ножа кровожадного мясника, который нарезал их мясо и засолил. Но оригинал этой истории несколько отличается от того, о чем поют и сейчас. Изначально в легенде говорилось о трех военачальниках, возвратившихся из Фригии и заподозренных в том, что они готовили покушение на жизнь императора Константина. Приговоренные к смертной казни, они взывали в молитвах к епископу Мир Ликийских. Святитель Николай явился во сне императору и убедил его в невиновности этих троих. Желая его отблагодарить, военачальники отправились в Миры с подарками. Эту историю, многократно рассказанную и изображенную на вазах и пластинах на Востоке, торговцы распространили по всему Западу. На этих рисунках образ епископа дается крупно, чтобы продемонстрировать его святость, а фигуры троих военачальников — поменьше, ведь они просто люди. Но из-за этого в них увидят трех детей, и эта история смешается с другой, о царе Ироде и избиении младенцев, вифлеемских детей. Так родился рассказ о трех детях, которые собирали в поле колоски, на этот раз в Меце. Они попросили приюта у мясника, а тот разрубил их на мелкие кусочки и засолил, как поросят. Семь лет спустя святитель Николай, проходивший там, потребовал дать ему этой солонины и воскресил детей. Что же касается мясника, в истории не говорится, раскаялся ли он или, как думают многие, был приговорен следовать за святителем Николаем, каждый год принимая облик черного и грязного Деда с розгами. Эта легенда, ставшая песней, гуляла по городам и деревням начиная с XII века, утверждая тем самым святителя Николая в роли защитника детей.

Если митра, посох и даже дата смерти — 6 декабря — вполне соответствуют святому Николаю Мирликийскому, то его особенное имя связывает его с зимними духами. И в самом деле, для Запада и в особенности северных стран слог «ник», начало его имени, связан с тем же источником, откуда происходят ниссе, Никс и прочие производные от еще более древних духов. Некоторые видят явную связь с Одином, одно из имен которого — Гникар. Как бы там ни было, в святом покровителе школьников, в начале каждой зимы приходящем в дома, есть нечто от древних духов, от тех изначальных созданий, память о которых проявляется в наших нравах и обычаях, в оставленных подарках и конфетах — знаках, врывающихся в мертвый сезон и зажигающих в глазах блеск предвкушения лета и пирушек.

В Бельгии, когда в начале декабря на закате вспыхивают облака, окрашивая небо в оранжево-красные тона, говорят, что это святитель Николай печет спекулос. Вот рецепт этого традиционного печенья. Смешайте 250 граммов муки, 125 граммов коричневого сахара-сырца, щепотку соли, добавьте молотые корицу, имбирь, звездчатый анис, гвоздику, мускатный орех и немного пекарского порошка. Сделайте в середине ямку и влейте туда взбитое яйцо, смешанное с 100 граммами растопленного сливочного масла. Замесите тесто. С вечера уберите его в холодильник, достаньте на следующий день, разрежьте на ломтики и придайте им форму нашего святого. Выпекайте в течение 10 минут в духовке при температуре 180 °C — и можете пробовать восхитительные спекулос!

СВЯТОЙ ВАСИЛИЙ

В Греции в День святого Василия едят хлеб с запеченной в нем монеткой в память о милосердии Василия Кесарийского. В этот же день, 1 января, святой приносит детям игрушки.

СВЯТОЙ МАРТИН

Вечером 10 ноября в некоторых фламандских регионах святой Мартин ходит по домам и раздает фуларены — маленькие сдобные булочки, в которые превращается помет его осла.

СВЯТАЯ ВАРВАРА

Покровительница пожарных — ее день отмечают 4 декабря — тоже связана со многими зимними обрядами. Даже в Ливане накануне ее праздника ряженые дети каждый год ходят по домам и выпрашивают сласти.

Скади. Лыжная королева

Божественная великанша • Королева скольжения • Длинные светлые волосы • Короткая туника и кожаные ремешки на ногах • Вооружена луком и копьем. Древнескандинавское Skaði, вероятно, восходит к индоевропейскому корню skot, связанному с понятием темноты, тени. Другие видят в ней первоначальную богиню, давшую свое имя Скандинавии, если не наоборот.

Если и существует дух, о котором должен помнить всякий лыжник, когда занимается своим излюбленным видом спорта, то это великанша Скади. Некогда она обитала в сказочной горной стране Ётунхейм, на отгороженной от нашего мира стеной огня территории грозных инеистых великанов, которым она доводилась сестрой. Теперь Скади появляется везде, где царит мороз, на вершинах самых высоких гор севера Европы, там, где нетронутый снег ждет самых отважных лыжников. Эта великанша, оттолкнув лавину и удерживая тонны льда своими громадными мускулистыми руками, помогает избежать худшего тем, кто к ней воззвал. Тот, кто заблудится, увидит блеснувший в небе свет глаз ее отца, превращенных в звезды, чтобы все могли найти дорогу в этой белой пустыне. А если ночью ударит стужа, доброжелательная великанша еще и укроет заплутавшего плащом, чтобы он не замерз насмерть.

Скади, чье имя звучит в душе каждого скандинава, возможно, самая несправедливо забытая из фигур великой богини-матери Севера. И действительно, она делит этот титул с не менее значимой Фрейей, матерью плодородия, богиней любви из рода ванов, и могущественной Фригг из асов, богиней плодородия, облачной пряхой. Поскольку две последние обладают способностью предсказывать будущее, понятно, каким образом Скади предчувствует опасности и потому может помогать лыжникам. В «Эдде» и других северных мифологических рассказах мало говорится об этой богине, только что она появилась после смерти ее отца Тьяци. Он похитил богиню Идунн с ее волшебными яблоками, благодаря которым боги вечно оставались молодыми. Легко представить себе их ярость, когда они поняли, что состарятся! Исполинского орла, которым обернулся Тьяци, заманили в огненную ловушку, где он и погиб. Горюющая Скади облачилась в доспехи и с оружием отправилась к богам. А с великанами сражаться непросто даже обитателям Асгарда. Желая утишить горе и ярость Скади, боги предложили ей золото — много золота, но великанше оно было ни к чему. Тогда они предложили ей лучшее, что есть на земле и небесах, — любовь. Скади согласилась, но поставила перед богами последнее условие: прежде они должны ее рассмешить. А это не так-то просто, когда имеешь дело с великаншей с застывшим лицом. В конечном счете хитрецу Локи удалось заставить рассмеяться прекрасную Скади. Он не постеснялся привязать свои бубенцы к бороденке козы и проскакать в таком виде. И впрямь удивительное зрелище — похоже, великанам смешно на такое смотреть. Каждому свое.

Выбирая мужа среди богов, Скади могла видеть только их босые ноги, остальное было скрыто. Она остановила свой выбор на самых красивых, думая, что они принадлежат тому богу, по которому сходили с ума все богини, — богу любви и красоты, прекрасному белокурому Бальдру. Но она промахнулась: симпатичные ножки на самом деле принадлежали Ньёрду, самому старшему из ванов и далеко не такому красавцу, как Бальдр. Но что поделать, если судьба решила так. Новобрачным оставалось лишь решить, где вить гнездышко. Скади мечтала вернуться в Ётунхейм и наслаждаться холодом и покоем вершин. А Ньёрд не представлял себе жизни вдали от теплого моря и голосов лебедей. Они решили попробовать жить и там и там. Великанше резали слух крики чаек. Морского бога пугал волчий вой. И потому они первую половину года стали жить в одном месте, вторую — в другом.

Скади была сильной, атлетически сложенной, ее муж — толстяком. Она была молода и любила заниматься спортом; он — в тех летах, когда хочется спокойно жить, вкусно поесть, а потом отдохнуть. Так что Ньёрд был полной противоположностью супруге и предпочел ей свою родную сестру, Нерту, которая стала матерью его детей, в том числе и Фрейи. Говорят, Скади в конце концов вернулась одна в свое ледяное царство, предоставив мужу радоваться теплому ветерку, соленой волне и возможности помогать рыбакам. Снова начав кататься на лыжах, она встретила Улля, бога охоты и зимы. Скади, несравненно владевшая луком, очень это оценила. К тому же она считается покровительницей лучников. Так что после встречи с могущественным Уллем, с которым Скади делила радости заснеженных гор, не могла не зародиться счастливая любовь.

В наши дни, если вы выберете какой-нибудь безлюдный склон, возможно, во время метели вы различите, как вдали проносится невероятная лыжница с луком на плече. А когда вы вернетесь на лыжную станцию, вам расскажут немало историй про нее, про эту Ёндурдис. Вам поведают, сколько людей спасла эта богиня, которую еще называют Ёндургуд. Высокая белокурая красавица, вечно скользящая по заснеженным склонам Севера.

ИМИР

От встречи огня и льда родился Имир, первый из великанов Севера. Он был убит богами, и из его тела был создан мир, а из его пота родились ледяные великаны.

ВЕНДИГО

Алгонкинские духи, появляющиеся среди зимы. У них ледяное сердце, и они любят лакомиться человеческой плотью. Тот, кого укусит подобное чудовище, тоже превратится в одного из них.

Снегурочка. Дочь снегов

Меховая шуба холодного голубого цвета поверх белого, зеленого или лазурного платья • Длинная светлая коса и ледяной венец • Синие глаза • Белоснежная кожа • Вечно юная и прекрасная. Ее имя происходит от русского слова «снег».

Каждый Новый год в России отмечен приходом Деда Мороза, очень древнего духа, который снова вошел в моду. Его очень часто сопровождает юная красавица по имени Снегурочка, или Снегурка. Говорят, она дочь духа холода и феи весны. Всем своим обликом она напоминает принцессу из зимних сказок. Ледяной блеск ее голубой шубки, сотканной из снежинок, осторожно соединенных искусной рукой волшебницы-портнихи; сверкающий венец на длинных светлых косах, старательно заплетенных феями мороза; белая кожа, по которой могут скользить лишь лучи зимнего солнца — ее оберегают от всякого загара.

В разных сказках говорится о снежных детях, настолько же прекрасных, насколько недолговечных. Истории о них рассказывают по меньшей мере с XIII века. Крестьянская чета мечтала о ребенке, но, увы, он все не появлялся, и однажды они с досады вылепили снежную куклу, придав ей облик желанного дитя. Это была маленькая девочка, которая тотчас ожила. Девочка с белоснежной кожей росла в родительском доме и каждое лето проводила взаперти, чтобы ее не коснулось солнце. Однажды родители, уступив плачущей дочери, позволили ей побегать и поиграть с другими детьми и увидели, что ее сердечко наполняется счастьем. А потом веселой компании взбрело в голову прыгать через костер. Раздался крик. Прибежавшие родители нашли только лужу.

Истории о детях, слепленных из снега, когда-то были так распространены в деревнях, что одна немецкая женщина даже попыталась обмануть своего мужа. В те давние времена заработать на хлеб было еще труднее, чем сегодня. Многим мужчинам приходилось покидать семью и искать заработок в соседней местности. Вернувшись домой после двухлетнего отсутствия, счастливый муж увидел рядом с женой годовалого мальчика. Жена тут же заверила его, что произошло чудо: прошлой зимой она съела немного снега — и от этого снега у нее родился ребенок. Муж сдержал нараставшую в нем ярость и сделал вид, будто поверил. Однажды жена ушла на рынок, оставив ребенка с мужем, а когда вернулась, тот встретил ее в слезах и сказал, что ребенок растаял. Пришлось теперь ей, сдерживая подступившие слезы, смолчать и притвориться, будто она в это поверила.

Досадной склонностью таять с первыми лучами весеннего солнца, или у огня, которым приветствуют возвращение солнца, или при малейшем соприкосновении с источником тепла, вероятно, и объясняется, почему Снегурочка появляется только в морозы. По той же причине она, при всей ее красоте, не находит возлюбленного. Страстная любовь для нее под запретом, ведь если сердце девушки воспламенится, то тело начнет таять. Лишь любовь, которую она испытывает к своему славному дедушке, течет в ее ледяных жилах, и она делит с ним это особенное время Нового года, когда угощает детей сладостями, и тогда звенит ее хрустальный смех. Похоже, этот кроткий дух, томящийся в долгом одиночестве и очень нуждающийся в чувствах, с начала ХХ века находит отдушину в своем несчастье, сопровождая морозного дедушку в его странствиях.

Удивительная красота, облик принцессы и забота о детях делают Снегурочку желанной гостьей в новогодние дни. Изображающие ее куколки украшают елки и радуют малышей, которые могут любоваться ею долгими зимними неделями. Почти забывается ее ужасная судьба, то, что она обречена исчезнуть спустя несколько дней. Растает Снегурочка или сбежит — в любом случае она не может надолго остаться с нами. Когда с обледеневших веток сорвутся первые капли, когда медведь в своей берлоге начнет грезить пчелиным медом, когда по льду на водоемах станет опасно ходить, придет время проститься с красавицей. Может быть, это грустноватый урок для всех детей, которые ею любуются, как печалит окончание зимы всех тех, кто обожает это время года с его ароматом корицы и катанием на лыжах. Прощайте, снежки и белые ангелы, до свидания, морозный ветер и согревающее вино. Несомненно, это причиняет боль, как всякое расставание, но это еще и урок жизни. Для того чтобы весна возродилась, зима должна умереть. Для того чтобы взошли хлеба и наполнились амбары, морозу необходимо уйти. Для того чтобы новые птицы заполнили небо своим порханием и щебетом, надо, чтобы снег отступил, забрав с собой всех зимних духов, освободив место для весенних и летних. Но не горюйте, жизнь хорошо устроена: все в ней повторяется. Снегурочка появится снова с первыми морозами, наденет свою сотканную из снега шубку, опять послышится ее звонкий смех к величайшей радости детей и взрослых, которые все еще верят в магию зимы.

БОЖИЧ

Дух-олень с золотыми рогами является славянам под Рождество и воплощает собой новый солнечный цикл, молодость и возрождение природы.

КИКИМОРА

Кикимора, или шишимора, — жена домового, русского домашнего духа. В Новгороде говорят, что она появляется только в Рождество. Этот дух вовсю забавляется тем, что путает нитки портних и устраивает беспорядок в курятнике.

КОЩЕЙ

Подлый и завистливый дух, связанный с зимой, появляется в вихре и хватает костлявыми пальцами молодых людей, чтобы унести их на свой остров.

Свет

Рождество — это именно праздник света. Бессмертного солнца, которое умирает каждую ночь и затем возрождается с зарей. Это светило — первое воплощение божеств-кормильцев, надежда на пробуждение семян, тепло наших очагов.

РАЗЛИЧНЫЕ СОЛНЦА…

Солнце согревает землю, и зерна начинают прорастать. Оно пронзает ночную тьму, прогоняет страхи и призраков, чтобы человек, укрывшийся в своей пещере, мог наконец оттуда выйти и заняться собирательством и охотой. Неудивительно, что древние культы придавали большое значение солнцу. От вавилонского бога Шамаша до Христа — символика солнца продолжается с незапамятных времен. Египетский Ра, персидский Митра, японская Аматэрасу… Повсюду золотые диски, колеса, львы, факелы, костры, растения с желтыми цветками, например зверобой, напоминают нам о важности солнца. Все верования мира воздают почести светилу, озаряющему землю. И именно это всемирное понятие зародило в уме императора Аврелиана мысль о том, чтобы назначить особый день для восхваления торжествующего солнца, Сол Инвиктус. В III веке единение в песнопениях и молитвах могло сплотить римлян в очень беспокойное время. А кто лучше, чем солнце, может прогнать распри? И вот 25 декабря, в последний день древних сатурналий, засиял древний бог с новым лицом. Вообще, этот культ распространился главным образом в среде военных, поскольку многие легионеры и без того уже ценили тайны Митры, другого солнечного бога. Несколько десятилетий спустя настал черед императора Константина I воздать почести солнцу, объявив седьмой день недели днем отдыха. Он был посвящен солнцу, о чем до сих пор свидетельствуют германские языки словами Sonntag, zondag, sunday… «день солнца», тогда как французское dimanche (от лат. Dominicus dies) — это день, посвященный Господу, тоже провозглашенному светом мира.

…И ПЫЛАЮЩИЕ СИМВОЛЫ

Во время зимних обрядов и праздников используются многие связанные со светом символы, и все это делается ради возвращения солнца. От свечных пирамид немецких Рудных гор до других обычаев адвента — мы зажигаем свечи на пути Рождества. От процессий с факелами и до головешек в камине — зимой огни загораются повсюду.

Другой светящийся символ, чаще всего встречающийся в Рождество, разумеется, звезда! Это еще и символ надежды, когда одна из них сияет в ночной тьме и мы мечтаем о завтрашнем дне. Это также небесный знак, божественное явление, а если звезда падает — предсказание великого события. От пламени очага до мерцающих на елке гирлянд, от ночников на тумбочке до заливающих светом сады и цветники украшений на домах — огни Рождества заставляют на время забыть о зимних страданиях, и за ними угадывается будущее лето.

Ведьмы. Беремся за метлу!

Большая бородавка и нос крючком • Островерхий колпак, метла и котел — ее атрибуты • Злобный смех и ядовитое дыхание • Страшилища, людоедки, злые волшебницы, древние богини. От латинского sors — судьба, изначально жребий, чтобы задать вопрос богам. Слово sorcière станет обозначать женщину, занимающуюся колдовством, начиная с XII века.

Ведьмы сопровождают зиму от ее рождения до смерти. Они возвращаются к нам каждый год в ночь Самайна, и их гнусные прыщавые физиономии мелькают среди масок, надетых на празднующих День Всех Святых. Повсюду натыкаешься на этих странных ряженых, ни на мгновение не заподозрив, что многие из них не люди. Зимняя ведьма — опасное создание, которого боятся с давних времен.

Существует целый ряд защитных ритуалов, которые люди некогда использовали, чтобы уберечься от посещений этих духов-мучителей. Окропить все углы комнат святой водой, рассыпать на пороге соль, подвесить магические травы в дымоходе или положить под матрас вывернутые наизнанку носки. А еще надо было следить за малейшими отверстиями, через которые мог проскользнуть злой дух, вплоть до замочных скважин: в них всегда должен был торчать ключ. Беспокойное время заканчивается в Германии страшной Вальпургиевой ночью, 30 апреля, когда ведьмы в последний раз седлают свои метлы, чтобы летать и нападать на всякого, кто неосторожно посмеет выйти из дома в это запретное время. Таким образом, зимние ведьмы правят в течение всего темного времени, с 31 октября до 1 мая.

Эти пугающие всех посещения с течением веков соприкоснулись с другими визитами. Постепенно добрые феи прях и швей тоже оказались причисленными к ведьмам. И вот Берхта, Хехельфрау, Хехельгауклере[11] и многие другие, чьи посещения скорее предвещали прекрасное будущее тем рукодельницам, которые соблюдали запрет на работу в Рождество, убирали все по местам и могли гордиться законченной работой, теперь являлись как страшные вечерние гостьи, вампирши или дьяволицы. В Австрии шествия ведьм-перхтен сеют ужас в рождественскую ночь. В Италии добрая Бефана, щедро раздающая детям лакомства, с недавних пор на картинках предстает ведьмой, и теперь нередко можно увидеть ее в островерхой шляпе и летящей на метле.

Лучший способ избавиться от этого дьявольского отродья — использовать их же оружие. И вот повсюду достают из чуланов метлы, под предлогом весенней уборки метут полы, вычищают пороги, прогоняют зиму с ее ужасными мегерами. Ведьма улетела, мы вымели духа, который долгими ночами нас изводил. Если колдуньи упорствуют, пытаются ползком пробраться обратно, можно покрутить трещотку, погреметь кастрюлями или даже запустить несколько петард, чтобы напугать ее, отогнать, заставить обратиться в бегство, уступив место лету. Празднуя победу света над тьмой, зажигают большие костры, пляшут вокруг них под веселую музыку, иногда сжигают чучело из прутьев или сухих веток — все, что напоминает о мучительном прошлом, все, что призывает светлое будущее.

Во Франции все ведьмы, само собой, не знают удержу в свое излюбленное время и развлекаются вовсю. Не стоит разгуливать в такие магические ночи, как рождественская, когда появляются духи. Вечерами ближе к солнцестоянию люди молятся дольше обычного, закрывают ставни, проверяют замочные скважины. На севере опасаются Кокмарды, в Гаскони — Брейшо, в департаменте Од Бреши наводят страх в праздник Богоявления — это тоже время ведьм. В Лотарингии в дрожь вгоняет Эркеш. Надо сказать, смотреть там особо не на что: тощее, костлявое тело, большой беззубый рот, изможденное лицо, частично скрытое широкополой соломенной шляпой, под которой не видно лысой головы. Она безжалостно преследует всех, кто нарушает запрет работать в священные дни, особенно в Рождество. Ведь Рождество и до того, как стало священным днем, когда мы празднуем рождение Иисуса, было решающей датой, магическим временем, когда все меняется, когда длинные темные и страшные ночи укорачиваются, зимние духи слабеют, летние оживляются. Сверхъестественный период, когда возможно все: например, в Берри можно увидеть у подножия крестов расщелины, открытые дьяволом всего на несколько часов. И тогда достаточно над ними наклониться, чтобы увидеть там реки из чистого золота и зачерпнуть целое состояние, но остерегайтесь, как бы отверстие не закрылось, не то вы станете узником ада! В эти ночи перед Рождеством случается бесчисленное множество странных встреч. Вот Таранна, обольстительная ведьма из долины Ож, иногда превращается в огромную свирепую собаку. Другие собаки, черные, с огненными глазами, появляются в Англии. Да, зимние ночи принадлежат ведьмам, этим магическим существам, которые напоминают нам о долге и запретах, о древних обычаях, пекутся о нашем благополучии — и постепенно растворяются, блекнут в современном искусственном освещении.

БЕФФЕНИ

Вечером 13 января в Бургундии прогоняют Беффени, колотя по кастрюлям и стараясь шуметь как можно сильнее, чтобы заставить духа покинуть окрестности домов, где Беффени бродила в рождественские праздники.

ВОЖОТТА

Ведьма с зеленой кожей из реки Ду, которая прячется в реках, чтобы утопить ребенка, склонившегося над водой. Она заметно оживляется зимой, потому что в это время так же голодна, как и ее подруги-рыбы.

Тетушка Ари. Еще одна рождественская бабушка

Старушка с молодым лицом в обрамлении седых волос • Темная накидка поверх юбки • Туфли с пряжками • Гусиные лапы • Ее верный ослик Марион всегда рядом с ней. Tante — тетя — происходит от латинского слова amita, превратившегося в ante, tante — сестра отца или матери.

Если спросить жителей Монбельяра, они расскажут, что тетушка Ари, которая приходит каждое Рождество угощать детей, — это графиня Анриетта д’Орб-Монфокон. Говорят, что ее доброжелательное отношение к населению этих мест в XV веке всем запомнилось. У людей с берегов реки Ду воспоминания о ней мало-помалу превратились в духа. Такая милая дама могла стать только доброй феей.

Все еще продолжаются споры о том, была ли тетушка Ари, или Тантери, изначально знатной дамой, добродетельной, внимательной и заботливой по отношению к своим подданным или же за обликом нынешнего духа скрывается другой, куда более древний. Как бы там ни было, каждый год дети из Франш-Конте нетерпеливо ждут появления той, что всегда готовит для них очень приятные сюрпризы. Деревянный башмак, поставленный на подоконник или у камина, приятный пустячок, иногда немного сена для ослика Марион, и дети начинают караулить добрую фею. К сожалению, многие из них уснут, так ее и не дождавшись. Некоторые услышат звон колокольчика ее осла, когда фея объявится поблизости, другие заметят ее на рождественской ярмарке в Монбельяре, но большинство лишь обнаружат, что она побывала в доме: стол окажется завален игрушками и конфетами. Фрукты, сладкие булочки и орехи дополнят волшебную картину. Но досадная склонность не показываться придала фее Ари столько же несоответствующих обликов, сколько и общих черт с другими духами из соседних местностей. Мешанина для интеллектуалов, настоящий лабиринт деталей, головоломка для тех, кто увлечен историей и этимологией. Гардероб у нее, несомненно, богатый, стоит только посмотреть на ее разнообразные наряды, хотя она явно предпочитает старинную одежду крестьянки, и одного этого уже достаточно, чтобы нас запутать. Прибавим к этому то, как она спускается через дымоход, открывает окно, выходит в дверь или проскальзывает под ней. Ослик — ее неизменный спутник, но иногда к нему присоединяются и другие, например несколько Дедов с розгами или иные, скорее недоброжелательные, персонажи. Неизвестно, почему и каким образом они объединяются и приходят ли из других мест или других времен. Даже ее любезность и приветливая улыбка нас смущают, ведь сразу вспоминаются слухи, будто зубы у нее… железные! А что говорить про ее воздушную походку, которая не очень вяжется с присутствием осла, да и как быть с гусиными лапами? Признайтесь, вы тоже уже успели запутаться. Где-то она оценивает поведение детей — самых достойных одаривает, самым большим озорникам грозит пальцем. А где-то без разбору награждает всех. Или берет послушного ребенка на руки и дает ему грудь, разбухшую от белого молока, а негодника толкает в реку. Здесь она навещает булочников, заглядывает в хлебные печи и интересуется мякишем. Там ее выбор падает на портних и прях — она и сама отлично умеет прясть, возвращая нас к ее образу феи, связанной с судьбой. Здесь она творит чудеса в бедных семействах. Там оборачивается страшилищем, охраняющим сокровища, или нимфой в алмазном венце, доброй феей или веселой крестной. Тетушка Ари не перестает удивлять тех, кто пытается разгадать ее тайны.

В наши дни тетушка Ари ассоциируется с Рождеством, и мы забыли, что она постоянно рядом. Подчеркнем, что эта фея не любит показываться, но, хоть она и невидима, ее присутствие от этого ощущается не меньше. Так, тетушка Ари круглый год следит за тем, чтобы у семей, которые она благословила, все шло хорошо. Она всегда заметит безукоризненно выполненную работу; всякий ребенок, проявивший в школе особое прилежание, все родители, доброжелательные по отношению к своему потомству, несомненно, будут отмечены феей: в Рождество их носки наполнятся сладостями. Но все это пустяки в сравнении с той удачей, какая будет сопровождать семью в течение года. Соседская яблоня будет свешивать гнущиеся под тяжестью плодов ветки на их сторону; в дорожной пыли перед ними иной раз блеснет серебряная монетка; они без труда будут находить место на парковке там, где другие будут искать его часами; врачу не придется часто их посещать; если это крестьяне, урожай на их полях будет куда лучше, чем на других фермах, и т. д. А секрет всего этого — вовсе не секрет. Тетушка Ари остается рядом с нами с вечера до утра и от рассвета до сумерек. Она всегда неподалеку, наблюдает за нашим поведением, отмечает смелые поступки, помощь тем, кто беднее нас, нашу собственную доброжелательность. Замечает она и минуты слабости, хмурит брови, когда на нас нападает лень, и вздрагивает от всякой злой выходки. Все это складывается, накапливается день за днем, чтобы, когда придет время навестить наши дома, фея сверилась со списком и перебрала наши поступки. Тем, кто упорно и усердно трудился, будущий год улыбнется. А придиры, склочники и бездельники пожнут то, что посеяли, у них под ногами окажется только черствый, заплесневелый хлеб.

ФЕИ С ГУСИНЫМИ ЛАПАМИ

Во времена Средневековья фей узнавали по одной части тела, сильно отличавшейся от всего остального. Так, у фей Педок вместо ступней были гусиные лапы. Под окнами домов, в которых они побывали, можно было найти узнаваемые следы.

ТРИ СТАРУШКИ

Каждую рождественскую ночь три старые рогатые феи направляются в Соно во французском департаменте Верхняя Сона. Они приносят подарки послушным детям и без стеснения сталкивают в сточные канавы тех, кто не очень хорошо себя вел в прошедшем году.

Шанделоза. Фея-пряха

Высокая и красивая дама • Бледная кожа и приветливая улыбка • Появляется у окон вечером в праздник свечей • Присматривает за пряхами. От французского названия церковного праздника Сретения Господня — Chandeleur — праздник свечей. Его происхождение связано со множеством культов, в которых праздновали возвращение солнца, сезона изобилия, зажигая факелы, костры, свечи, а до того символом было возвращение вышедшего из спячки медведя.

Близится Рождество. Оно уже на пороге. Тетушка Ирма спешит закончить вязание. Она знает, какую опасность можно на себя навлечь, если не закончить работу до праздника. Ведь в ночь перед Рождеством приходят феи. Особенные существа, которые интересуются работой прях, вязальщиц и портних, смотрят, ровные ли швы, стала ли шерсть одеждой, защищающей от лютого холода, мягкой преградой, о которую разбиваются, теряя силу, ледяные ветра.

Среди всех запретов на работу наказ не прясть и шить стоит на первом месте и должен строго соблюдаться. Стоящая за этим мысль проста: нить — это жизнь, веретено раскручивается, как время, есть опасность все запутать, а того, что накручено в священный день, потом за весь год не распутать. Если по незнанию юная пряха сядет за прялку, все пойдет вкривь и вкось. Охотники не смогут подстрелить вошедшего в штопор гуся, колосья будут перекручиваться, и следующим летом на столе неизбежно будет недоставать хлеба. Так что перед Рождеством и до Богоявления убирают веретена и пряжу, прекращают стирку, прячут подальше катушки, иголки и прочие вызывающие интерес принадлежности. Горе той, что станет искушать дьявола, ибо тогда она вскоре увидит его хвост. Кстати, чтобы не подпустить его к своим веретенам, англичанки в этот особенный момент года пачкали пряжу. Но не только дьявол рыщет недалеко от прях…

Многие феи имеют обыкновение приходить и проверять, как женщины выполнили свою работу. Холле, Берхта, Нароуа, Фрик пробираются в комнаты, чтобы осмотреть кудель. Прядильная госпожа, фрау Штемпе (госпожа Печать) или фрау Зельде (госпожа Судьба) следят за окончанием работы немецких портних. Грозная Торка (букв. «Сушилка») рыщет в те же ночи в славянских странах, превращая в груду костей тех, кто нарушает запреты. Кватрница считает делом чести убедиться в том, что словенки закончили работу до праздников. Хлунгере набросится на ту легкомысленную и неосторожную, что все еще сидит за работой в последний день года в Швейцарии. Цаохавидхе целый год будет запутывать пряжу тех, кто не закончит прясть до роковой даты. Многие существа и колдуньи ходят по домам в канун Рождества или Богоявления не только чтобы найти незаконченные дела и наказать ленивых или непредусмотрительных, но и чтобы наградить тех, у кого работа выполнена безупречно, все убрано, и они с гордостью показывают ткани, одежду и другие искусно сделанные вещи. Таким феи оставят золотую монетку, нитку из своего платья или благословят удачей дом на весь следующий год. Феи могут приходить не только в Рождество, но и на Масленицу, например тетушка Ари, перепутывающая веретена, на которых еще осталась нить. Женщины, которые осмеливаются, несмотря на запрет, прясть после полуночи накануне святого дня, играют с огнем, рискуют навлечь беду на домашних, могут пострадать животные на ферме, в первую очередь овцы, непосредственно связанные с шерстяной пряжей: они могут начать хромать.

Еще одна дата, когда появляется хлопотливая фея, — время древнеримских паренталий, когда поминали умерших. От этих празднеств сегодня остались лишь мерцающие огоньки свечей. Второе февраля — праздник свечей с его золотистыми, солнечными блинами, праздник света, воспевающий скорое возвращение солнца и жизни. Другие видят в лакомом круге лунный символ. Как бы то ни было, с этим праздником связан свой набор суеверий и скитающихся духов, начиная с Шанделозы. Эта фея в Изере ходит по домам прях и портних, чтобы убедиться, что все они накануне праздника свечей усердно трудятся. Ее хорошенькое личико может увидеть тот, кто припозднится, гуляя по дорогам вокруг деревень. Она смотрит особенно долгим взглядом на всякую женщину, которую поймала на незаконченной работе. Достаточно одного взгляда, чтобы прогульщица опустила глаза, догадываясь, кто эта прекрасная незнакомка с магической аурой. И провинившаяся тотчас вернется с праздных гуляний домой, спеша закончить работу до полуночи. Появляется фея и у освещенных окон, за которыми виднеется усталая кружевница или швея: она то и дело зевает, веки у нее тяжелеют и опускаются, рука дрожит. И тогда добрая фея подбодрит ее словами: «Fiala, final mafialousa! Quant sera coma mi, tefialarépri!» — что означает: «Пряди, пряди, моя пряха! Когда станешь как я, прясть уже не будешь!» Ведь за юным лицом прелестной девушки скрываются больше тысячи лет скитаний и существования среди этих прекрасных пейзажей, озер, гор и равнин, и эти долгие годы она делила со множеством других созданий края, столь же великолепного, сколько населенного духами. Итак, древняя фея высказывается ясно: надо пользоваться отпущенным вам временем, чтобы закончить работу, пока годы вас не настигли, пока старость не помешает вам завершить дела. Лениться непозволительно, никакого отдыха, пока не закончите.

БРИГИТА

Ирландская богиня, связанная с огнем и охраняющая стада. Каждый год 31 января, накануне Имболка, из растений сплетали кресты, носящие ее имя. Считается, что они защищают животных от злых духов.

МАКОШЬ

Еще одно божество, наказывающее прях за работу, не законченную к праздникам в конце года. Ее территория — север России.

Чудеса с соленой карамелью

На кухне полночь. Протяжный скрип, потом слышно, как несколько раз что-то стукнуло. Крышка приподнялась — и за край высокой коробки уцепилась рука из выпеченного теста. Тридцать часов назад там была лишь смесь муки, соленого масла и сахара. А теперь из жестяной коробки с трудом выбрался Пряничный человечек. Накануне он видел, как из этой же коробки вытащили звезду и оленя. Слышал ужасные звуки жевания и глотания, а потом рядом с ним посыпались крошки. И тогда он подумал, что надо бежать, чтобы его тоже не сгрызли. Как же ему не хотелось, чтобы его съели!

К дверной ручке была подвешена гирлянда — ряд маленьких красных и белых одежек, прикрепленных крохотными прищепками. Шапочка, шарф, штанишки на лямках. Пряничный человечек сдернул их, оделся, взобрался по веревке и повернул ключ в двери. Остальное сделал ветер. Дверь открылась, и мороз ущипнул Пряничного человечка даже сквозь теплую одежду. Он соскользнул на коврик, а потом растворился в темноте.

Он шел час за часом, день за днем, уворачиваясь от кошачьих когтей и стараясь не попасть на зубок мышкам. Обувшись в пару желудевых чашечек, он шел по дорогам, пробирался через кусты — что угодно, лишь бы его не съели.

Его бесцельное бегство продолжалось до тех пор, пока откуда-то из-за деревьев не потянуло знакомым запахом — сладким благоуханием. Пахло пряностями, корицей, и человечек направился в сторону аромата. Он шел еще долго, пока не попал на полянку, а там — вот неожиданность! — его встретили тысячи точно таких же Пряничных человечков. Его приветствовали радостными криками, обнимали и горячо целовали друзья, щедро посыпанные сахарной пудрой. Как и множеству Пряничных человечков, которые спасаются каждый год, нашему маленькому герою удалось избежать печальной участи. Но о том, что происходит дальше с пряниками, ожившими в эту волшебную ночь, история умалчивает. Может быть, они попадают в другой мир, куда приятнее нашего, и все сладости там купаются в варенье. Кто знает?

Говорят, одна фея славилась своими поцелуями. Когда она студеной зимой касалась губами щеки спящего ребенка, ее поцелуи превращались в ириски. Ведь зимние духи любят полакомиться. Они любят бывать в помещениях, где готовится еда или хранится сахар. Подвалы, кладовые, погреба… Они заглядывают туда вечерами, когда люди ложатся спать. Тени скользят, поднимают крышки банок с медом, сиропом и карамелью. Домовые шарят в пакетах с хлопьями, коробках с сахаром и тайниках с конфетами. Весь этот народец запасается сластями, должно быть, чтобы скоротать время и, конечно, чтобы не мерзнуть, а может, носится попросту оттого, что хочется кувыркаться, красоваться, выкидывать коленца, скакать, перескакивать, запрыгивать и спрыгивать. Этим акробатам требуется сахар — и побольше, черт возьми! Вот поэтому они ныряют в пиво и таскают шоколадки и леденцы.

И эти крохотные барышни тоже обожают сладости. Они, будто пчелки, собирающие нектар, вьются над сладкими блюдами, оставленными на рождественском столе после того, как сытые гости разошлись по домам, а хозяева улеглись спать. И тогда в столовой разыгрывается прелестный воздушный балет. Крохотные, но очень ловкие феи, маленькие волшебницы потягивают остатки газировки, слизывают крем с торта, пробуют засахаренные фрукты. Они уносят с собой эти лакомства, преображают их, совершая еще одно сахарное чудо. На следующий день на рассвете они растягивают на газонах и лугах, между колосками и травинками, тончайшие сладкие шелковистые нити, ткут из них огромное сверкающее полотно с ароматом сахарной ваты. На морозе оно застывает. Попробуйте его, и если уловите сладкий вкус, значит, прелестные феечки ночью навестили вас и утащили остатки ваших лакомств, чтобы вернуть их в таком виде. Попробуйте в следующее Рождество провести подобный волшебный опыт — чудо существует лишь этим золотистым утром, в миг, когда встает солнце и просыпается жизнь, на границе долгой ночи и первого утра.

Пока за столом шумно пировали, рассказывали забавные истории о соседях и друзьях, по комнате распространился аромат жженого сахара. Сотрапезники не сразу осознали, что запах, который щекочет их ноздри и от которого слюнки текут у тех, кто еще не наелся до отвала, идет не из кухни. Хозяева заверили, что никакой карамели в десертах этого рождественского ужина нет, и гости, заинтригованные все более ярким запахом, принялись искать его источник. Открыли окна — и тотчас закрыли, потому что в комнату ворвался лишь резкий, пронизывающий холод, ничем похожим на карамель на улице и не пахло. Обошли весь дом, но запах снова и снова возвращал доморощенных детективов к столу в большой комнате. Наконец кто-то чуть более сообразительный, чем другие, посмотрел на печку. Мать открыла ее — и запах заметно усилился. «Мое полено!» — воскликнула она. «Мое полено!» — отозвался другой голос, куда более тонкий и звонкий, скорее насмешливый, чем испуганный. И все увидели, как что-то белое прошмыгнуло от поленницы к камину в соседней комнате и тотчас в нем скрылось. Никто не решился однозначно утверждать, что это было. В конце концов собравшиеся сошлись во мнении, что это горностай, во всяком случае, они притворились, будто это так, потому что в глубине затуманенных вином умов все прекрасно знали, что это был один из гномов-шутников, что это рождественский дух, никогда не скупящийся на шутки, коварно положил полено, наполненное карамельками, которыми назавтра собирались порадовать детей, совсем рядом с дровяной печью, заставив хозяина дома совершить непростительный промах. Мало того что конфеты пропали, пришлось еще и среди зимы отчищать драгоценный источник тепла, отдирать липкий слой, которым теперь изнутри была покрыта печка.

Мать семейства еще долго слышала пронзительное хихиканье спрятавшегося в камине шутника всякий раз, как вычищала печь и растапливала ее, снова и снова чувствуя запах жженого сахара. По правде сказать, эта история еще долго передавалась из дома в дом, как и все волшебные рассказы.

Юки-онна. Снежная королева

Ослепительная красавица • Молочно-белая кожа • Длинные черные волосы • Синие губы • Леденящий взгляд • Медленно скользит по снегу, не оставляя следов, обнаженная или одетая в белое кимоно. Ее японское имя означает «снежная женщина».

Долгими зимами на севере Японии бродят призраки. Среди них и Белая дама, обитающая в холодных областях Японского архипелага, на высоких перевалах, где снег никогда не тает, и в других местах, где бушуют метели. Свидетельств о ней существует множество, одно из них — рассказ Лафкадио Хирна[12], позволивший легенде об этом духе дойти до нас через время и расстояние. Это история дровосека и его ученика, которых застигла снежная буря. Они нашли хижину и заночевали в ней. Младший из них ночью проснулся и, открыв глаза, увидел в полутьме прекрасную женщину. Склонившись над лицом его наставника, она дышала на него холодным, смертоносным воздухом. Сам он избежал гибели, спасенный своими молодостью и красотой. Однако ему пришлось пообещать никогда не рассказывать про ёкая. Увы, много лет спустя он в конце концов рассказал о странной встрече матери своих детей, на мгновение напомнившей ему о красоте некогда встретившегося ему создания. Чтобы не портить концовку этого чудесного рассказа, мы даем вам возможность угадать, что было дальше, или прочитать об этом в прекрасном тексте ирландского автора.

Историй о Юки-онна в Японии множество. Ее красотой и жестокостью отмечены многие зимы главного японского острова, Хонсю, особенно на севере, например в горной провинции Мияги. Некоторые вспоминают, что видели призрака, скользившего по снегу, не оставляя ни малейших следов. Можно подумать, будто у него нет ног, и это, по-видимому, подтверждают некоторые истории о ее визитах. Многие отводили взгляд, встретив во время метели странную женщину, которая направлялась к ним. На самом деле редко кто остался в живых после сверхъестественной встречи на горных вершинах, на скользких дорогах или даже ночью в заброшенной деревне, когда ветер кружит снег. Так что немногие способны подтвердить, что кожа у этой женщины белая, а губы синие. Наверное, куда больше тех, кто получил от нее последний поцелуй, чей затылок обожгло ее дыхание, кто уснул под ее холодным телом. Она неласковая подруга и наносит куда больше ран, смертельных пощечин, чем ласки. Даже если порой, поддавшись жалости, минутному сочувствию, она позволяет заплутавшим путникам выбраться из метели или оказавшемуся в опасности ребенку избежать верной смерти.

Это дикий дух, странствующая душа. Говорят, что она родилась от женщины, умершей при странных обстоятельствах, или что она дух, тысячелетиями обитающий среди ледяных пейзажей. Чаще всего она показывается в январе, когда особенно холодно. В некоторых местах — с первого до последнего дня, в других, как правило, пятнадцатого числа. Она носится по морозным просторам, едва касаясь снега, подхваченная холодным ветром, смеясь над несчастными, посиневшими от холода созданиями, которые с трудом бредут сквозь метель, теряя занесенную тропинку. К таким фея не знает жалости, она проходит мимо или убивает их поцелуем. Лишь немногие ослепительно красивые юноши могут пробудить в ней немного тепла. Они возвращаются домой с рассказами о невероятной встрече, неспособные забыть синеву ее губ, глубину взгляда и соприкосновение с холодной, очень холодной кожей.

Если в описаниях ее внешности цвет кожи остается постоянным, то другие детали меняются в зависимости от местности. Здесь она человеческого роста, там говорят, что трехметрового. Волосы, по мнению одних, черные, другие утверждают, что белые. Одета она в тонкое, нисколько не защищающее от холода кимоно или даже разгуливает нагишом. Юки-онна, Юки-онаго, Юки-дзёро, Юки-ньёбо, Юки-химе, Юки-анэса, Юки-мусумэ — каким бы именем ее ни называли, она дух холода, никому не прощающий брошенного на нее взгляда. Даже несчастной чете, только что потерявшей ребенка. Таким Юки-омба покажет плачущего у нее на руках младенца. Попросив их минутку его подержать, она бросит их где стоят, а младенец будет вопить все громче и громче, потом вдруг примется расти до тех пор, пока не опрокинет этих несчастных. Когда метель утихнет, найдут тела, придавленные глыбой льда.

Так зима отнимает у людей жизнь. Темное время года каждый раз приходит в сопровождении чудовищ, диких созданий, шумных духов, которые способны напугать того, кто осмелится выйти из дома в морозную погоду, а могут и навсегда забрать с собой. Однозначное предупреждение, ясное послание. Дикое остается в дикой природе, и лишь духи очага и тепло домашних богов защитят вас от клыков и когтей тех, других, кого не следует дразнить и лучше избегать с приходом зимы, ожидая, что они уйдут, когда послышатся первые весенние звуки.

ЮКИНКО

Доподлинно неизвестно, действительно ли дух, принимающий облик снежного ребенка, которого Юки-онна иногда носит на руках, ее дитя или он лишь ростом с годовалого малыша, но на самом деле намного старше. Другое снежное дитя — Юкивараши — появляется в окрестностях Мино и похищает детей, когда падают первые снежинки.

ЮКИ-НЬЮДО

Когда путник замечает на заснеженных лугах повторяющийся след одной ноги, он может быть уверен, что Юки-ньюдо — снежный монах — издалека за ним наблюдает. У этого духа резвая нога и верный глаз — только одна нога и лишь один глаз.

Избранная библиография

Barrau Véronique; Ely Richard, Fées, diables et lutins à la croisée des chemins, Terre de Brume, 2016.

Barrau Véronique; Ely Richard, Terres Enchantées, Plume de Carotte, 2017.

Bowler Gerry, The World Encyclopedia of Christmas, McClelland & Stewart, 2000.

Briggs Katharine, An Encyclopedia of Fairies. Hobgoblins, brownies, bogies and other supernatural creatures, Pantheon, 1978.

Callejo Jesus; Seoane Marina, Hadas — Guía de los seres mágicos de España, Edaf, 2006.

Cazenave Michel (dir.), Encyclopédie des symboles, Le Livre de Poche, 1996.

Coffin Tristram P., The Book of Christmas Folklore, Seabury, 1973.

Collectif, Le Temps de Noël, Tradition wallonne, Traditions et Parlers populaires Wallonie-Bruxelles, Liège, 1992.

Conte Francis, L’héritage païen de la Russie, Albin Michel, 1997.

Craigie William, Scandinavian Folk-Lore, Forgotten Books, 2012.

Dubois Pierre; Sabatier Claudine et Roland (ill.), La Grande Encyclopédie des lutins, Hoëbeke, 1992.

Dubois Pierre, Sabatier Claudine et Roland (ill.), La Grande Encyclopédie des fées, Hoëbeke, 1996.

Dubois Pierre; Sabatier Claudine et Roland (ill.), La Grande Encyclopédie des elfes, Hoëbeke, 2003.

Dubois Pierre; Carine-M et Black’mor Elian (ill.), L’Épouvantable Encyclopédie des fantômes, Glénat, 2012.

Dubois Pierre; Hausman René (ill.), L’Elféméride — Le grand légendaire des saisons Automne-Hiver, Hoëbeke, 2013.

Dubois Pierre; Carine-M et Black’mor Elian (ill.), L’Effroyable Encyclopédie des revenants, Glénat, 2014.

Dubois Pierre, Le Royaume du Nord et des trolls, Hoëbeke, 2014.

Ely Richard, Devos Frédérique (ill.), Le Grand Livre des Esprits de la Nature, Véga, 2013.

Ely Richard, Devos Frédérique (ill.), Le Grand Livre des Esprits de la Maison, Véga, 2015.

Ely Richard; Tsaag Valren Amélie, Bestiaire fantastique & créatures féeriques de France, Terre de Brume, 2013.

Evans-Wentz W. Y., The Fairy Faith in Celtic Countries, Waking Lion Press, 2008.

Henderson William, Folklore of the Northern Counties of England and the Borders, (The Folklore Society, 1879), New edition, 1973.

Joisten Charles, Etres fantastiques des Alpes, Entente, 1995.

Keightley Thomas, The World Guide to Gnomes, Fairies, Elves and Other Little People, Avenel Books, 1978.

Labat Claude, Libre parcours dans la mythologie basque, elkar & Lauburu, 2012.

Lecouteux Claude, Les Nains et les Elfes au Moyen Âge, Imago, 1988.

Lecouteux Claude, Démons et Génies du Terroir au Moyen Âge, Imago, 1995.

Lecouteux Claude, La Maison hantée: Histoire des poltergeists, Imago, 2007.

Martin Sanchez Manuel, Seres míticos y personajes fantásticos españoles, Edaf, 2002.

Monseur Eugène, Le Folklore wallon, Rozez, 1892.

Mozzani Eloïse, Le Livre des superstitions, Robert Laffont, 1995.

Noirez Jérôme, Encyclopédie des fantômes et des fantasmes, Oxymore, 2005.

Perrot Martyne, Noël, Le Cavalier Bleu, 2002.

Propp Vladimir, Les Fêtes agraires russes, Maisonneuve & Larose, 1987 / Пропп В. Русские аграрные праздники. М.: Азбука, 2024.

Raget Catherine, Dictionnaire des fées et du peuple invisible dans l’occident païen, Brepols, 2003.

Rose Carol, Spirits, Fairies, Leprechauns and Goblins, Norton, 1998.

Sébillot Paul, Croyances, mythes et légendes des pays de France, Omnibus, 2002.

Spada Dario, Gnomi, Fate, Folletti e altri esseri fatati in Italia, Sugarco, 2007.

Teirlinck Isidoor, Le Folklore flamand, Charles Rozez, 1895.

Thorpe Benjamin, Northern Mythology, comprising the principal Popular Traditions and Superstitions of Scandinavia, North Germany, and the Netherlands, 3 vol., Edward Lumley, 1851–52.

Vandewattyne Jacques, Collines mystérieuses, Les Amis du Folklore, 1984.

Van Gennep Arnold, Le Folklore français, tome 3: Cycle des douze jours, de Noël aux Rois, Robert Laffont, 1999.

Тексты: Ришар Эли

Писатель, поэт и этноботаник Ришар размышляет о том, что объединяет людей и природу — волшебную природу, разумеется! — и делится открытиями в блоге Peuple-feerique.com и на страницах множества книг. Теперь, после природных и домашних духов, он рассказывает нам о зимних феях, призраках и эльфах.

Иллюстрации: Фредерик Дево

Фредерик с самого детства обожает рисовать фей, рыцарей и прочих обитателей волшебной вселенной. Ее вдохновляют очертания листвы, шепот ветра, а воплотить образы зимнего народца на бумаге ей помогла музыка снежинок.

МИФ Культура

Подписывайтесь на полезные книжные письма со скидками и подарками: mif.to/kultura-letter

Все книги по культуре на одной странице: mif.to/culture

#mifbooks

#mifbooks

Над книгой работали

Руководитель редакционной группы Надежда Молитвина

Шеф-редактор Дарья Калачева

Ответственный редактор Анна Журавлева

Редактор Оксана Трушина

Литературный редактор Полина Дюжева

Арт-директора Марина Королева, Максим Гранько

Иллюстрация на обложке Анастасия Николаева

Корректоры Екатерина Тупицына, Елена Гурьева

ООО «МИФ»

mann-ivanov-ferber.ru

Электронная версия книги — ООО «Вебкнига», 2025

Примечания

1

Традиционная итальянская рождественская выпечка, схожая с пасхальными куличами.

2

Небольшие лепешки из пресного теста, которые используются для причастия.

3

Барретина — традиционный мужской головной убор в Каталонии.

4

Адвент — предрождественское время, отмечаемое частью католиков и протестантов.

5

Бределе — маленькое печенье, традиционное для Эльзаса и Мозеля (Франция), а также для юга Германии в период Рождества.

6

В современной русской традиции Снегурочка — внучка Деда Мороза.

7

Грегоро (от исп. criado) — слуга, Gregoro — возможно, искаженное Gregorio (Григорий).

8

13 января — День Нуутти в Финляндии.

9

Для португальского контекста.

10

Для испанского контекста.

11

Имена этих существ связаны со старыми немецкими диалектами: Hechel — гребень для чесания льна (символ женских работ), Frau — женщина, Gaukler — фокусник, обманщик. Дословно их имена значат «женщина с гребнем» и «плутовка с гребнем».

12

Лафкадио Хирн (1850–1904) — ирландско-американский прозаик, переводчик и востоковед, специалист по японской литературе. Прим. ред.

Content

Ришар Эли, Фредерик Дево
Мифические духи зимы. Праздники, традиции и существа самого волшебного времени года

Информация от издательства

Предисловие

Зимние духи, торжество Рождества…

Ангелы. Хранители наших жизней

Барбегази. С замороженными бородами

Бефана. Выметающая зиму

Елка

Белсникель. Конфеты под шубой

Берхта. Мать изобилия

Новогодний человечек. Для нового начала

Гостьи

Каганер. Удобряющий дух

Ужин

Калех. Зимняя колдунья

Черт. Чешский дьявол

Шошвьей. Чудесный кошмар

Кристкиндль. За покрывалом — свет

Подарки

Дед Мороз

Фантомы и прочие призраки

Призрачный танец

Гоблины. Самые неугомонные

Грила. Людоедка

Король Остролист. Лиственный король

Человек с носами. Аромат детства

Ледяной Джек. Эльф, который замораживает

Хлеб, пироги и печенье

Янус. Отец Январь

Йоласвейнары. Дьявольские гномы

Юль Томтен. На ферме в Рождество

Камин

Каликандзары. Греческие деймоны

Когда духи приходят в Рождество непрошеными гостями

Коляда. Полное счастье!

Крампус. Дьявол во время адвента

Волк-оборотень. Зимние стаи

Маги, или волхвы. Цари видений

Матушка Гуди. Сладости и лакомства

Полено

Нууттипукки. Превратит вас в козу

Оленцеро. Дух-угольщик

Они. Горный демон

Рождественское волшебство

Дед с розгами. Подстегивает шум!

Рождественский Дед. Всемирная фигура

Царь Ирод. Адская охота

Орехи и сухофрукты

Святитель Николай. Покровитель школьников

Скади. Лыжная королева

Снегурочка. Дочь снегов

Свет

Ведьмы. Беремся за метлу!

Тетушка Ари. Еще одна рождественская бабушка

Шанделоза. Фея-пряха

Чудеса с соленой карамелью

Юки-онна. Снежная королева

Избранная библиография

МИФ Культура

Над книгой работали

Примечания