Елена Ронина

Мама знает

© Ронина Е., 2025

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2025

* * *

Моим внукам

Кристине и Боре

Счастлив тот, кто устроил свое существование так, что оно соответствует особенностям его характера.

Георг Гегель

По традиции: зачем я написала эту книгу?

Честно вам скажу, я энергичных людей боюсь. Тех, у которых все получается, в руках все горит, в глазах огонь, и дел на дню они проворачивают вполовину больше от задуманного.

Во-первых, боюсь за них. Помереть ведь могут. Во-вторых, боюсь за себя. А вдруг это заразно?

Как соблюсти баланс? Жить счастливую жизнь и при этом сохранить себя?

Собственно, об этом я и пишу свою книгу. Позвольте, скажете мне вы, вы же в прошлый раз призывали не жалеть себя, спать и есть меньше, работать больше.

Не вырываем слова из контекста. Кто забыл, перечитайте книгу, в ней я вас призываю не гробить себя, а улучшать. Это про разное.

Возможно, я вас разочарую, но это совершенно другая книга, хотя серия та же: «Время быть счастливой». Здесь хочется добавить – еще и умной не помешает. Издательство от моих идей скоро сойдет с ума, но что поделаешь. Такова мысль писателя. Она постоянно ведет меня вперед, а вам я предлагаю следовать за собой.

Я вполне себе готова, что вторая книга сначала вас может разочаровать. Уж слишком попала в цель по своему содержанию первая. И все же верим в нашу с вами космическую связь. Вы транслируете вопросы – я их ловлю на лету.

Я, когда только задумывала всю эту историю, видела ее как триптих. Да, есть у меня что вам сказать, дорогие друзья-товарищи. Правда, сознаюсь: и названия, и наполнения были немного другими. Но по мере написания я поняла, что это не просто книги, это наш с вами разговор. Вы не ослышались: не мой монолог, а именно разговор. Потому что на каждое мое высказывание я четко слышу вашу реакцию. Я начинаю свой рассказ, задаю вам вопросы, а вы мне отвечаете. Более того: вы со мной спорите! Я, естественно, начинаю вас убеждать, а иногда, наоборот, прислушиваюсь к вашему мнению:

– Что вы говорите? Какая интересная мысль. Ну-ка, ну-ка… А что дальше?

Не подумайте, что у меня биполярное расстройство. Просто вроде как я пишу про себя, но думаю в это время исключительно о вас. В моей голове происходит примерно такой внутренний диалог: «Вот это будет вам полезно. А это – мои личные комплексы-заморочки, коих у меня достаточно. Упоминать или нет? Упомяну! Известно же, лучше учиться на чужих ошибках. Вдруг у вас получится и вам мои ошибки пойдут на пользу?»

В этой связи почему-то вспомнился мне мой поход – как молоды мы были! – на концерт группы «Агата Кристи». То был их второй альбом. И вот собрались мы, их фанаты, в концертном зале «Россия». Его еще к тому времени не закрыли, и выступали в том зале все российские и зарубежные звезды. Причем самые разные: Сальваторе Адамо, Вячеслав Малежик, Борис Моисеев и его женщины. Кстати, своими женщинами он считал и Людмилу Зыкину, и Валерию, и Ирину Понаровскую. Вот такой разброс.

Да, о чем это я? Концерт группы «Агата Кристи». Второй альбом. Песни – одна другой лучше. На мой сегодняшний взгляд – их самые яркие хиты. Мы хлопаем, свистим, радуемся. Они все сыграли: до свидания, говорят. А мы: «Что значит “До свидания”? А как же “А на тебе, как на войне”?!»

Я помню, как страшно были разочарованы выступающие. Они поняли, что мы хлопали и свистели из вежливости, а слушать мы хотим исключительно песни из первого альбома.

Так вот, возвращаясь к нашим баранам. Писать продолжение – дело неблагодарное. Каждого творческого человека сравнивают не только с соседом по искусству, но еще и с самим собой. Та книга лучше, та хуже. А уж про продолжение – тема и вообще отдельная.

И тем не менее я взялась это самое продолжение написать. Потому что поняла, что не обсудила с вами еще одну очень важную тему. Нам есть о чем поговорить. Так что продолжаем.

Введение

Очень важно, на мой взгляд, разобраться в себе. Не просто плыть по течению, а понять, кто я, зачем я живу? Сегодня мы много говорим про миссии. Я против всяких там миссий. Зачем улучшать мир? Проживи достойно свою жизнь. Пойми сам себя и живи счастливо.

Понять свое предназначение в самом раннем детстве невозможно. Хорошо, когда помогли родители. Да-да, из той самой серии, что мама плохого не посоветует. (Иногда, правда, родители думают, что помогают, но получается наоборот, об этом тоже поговорим отдельно.)

Человек должен брать ответственность на себя. Он должен отвечать за себя сам. Чем раньше мы понимаем, что нам в этой жизни никто и ничего не должен, тем лучше. Иногда понимание приходит во второй половине жизни, а иногда и того позже. Это не фатально. Главное – прийти к себе. Повезет, если такой момент все же наступит.

Без нашего участия и желания это не наступит никогда. Пробовать новое, учиться, не зависать на одном месте, уметь слушать себя. Вот об этом и поговорим в этой книге.

Для кого я ее писала? Надеюсь, она будет интересна всем. И подросткам, которые стоят на перепутье и не знают, какую дорогу им выбрать, кого слушать. И их родителям, потому что в этот период их роль в жизни ребенка очень важна. Кстати, не сбрасываем со счетов бабушек и дедушек, иногда вы даже представить себе не можете, какой секретной информацией о ваших детях они владеют.

Можно круто изменить нашу жизнь в середине пути. Почему бы и нет? Это наша собственная жизнь! Или мы, или никто. Никогда не поздно.

Поэтому, если у вас есть вопросы к вашей жизни, вам кажется, что живете вы не совсем так, как вам мечталось или не мечталось вовсе, а тут вдруг в голову пришли новые гениальные идеи, а вы не знаете, что со всем этим делать, – эта книга для вас.

Часть 1. А не прислушаться ли к мнению родителей?

Не для того на свете мы живем,

Чтоб смерть застала нас в блаженной лени!

Данте Алигьери «Божественная комедия»

1. Кто будет делать выбор?

Наверное, стоит начать с древней притчи:

– Мастер, ты говорил, что если я познаю, кто я, то стану мудрым. Но как это сделать?

– Для начала забери у людей право решать, кто ты.

– Как это, Мастер?

– Один тебе скажет, что ты плохой, ты поверишь ему и расстроишься. Другой тебе скажет, что ты хороший, ты обрадуешься. Тебя хвалят или ругают, верят тебе или предают. Пока у них есть право решать, кто ты или какой ты, тебе не найти себя. Забери у них это право. И у меня тоже.

Есть люди, которые с рождения знают, кем они хотят стать. У них есть мечта или, так скажем, цель. И вот они к этой цели идут. Это большая редкость, и таким людям можно от души позавидовать.

Кем хотела стать я? Сложно сказать, не могу вспомнить. А раз не помню, значит, и мечты настоящей не было. Уж точно не врачом, не учительницей. Возможно, актрисой. Но это я сейчас так думаю, потому что всегда был талант собирать вокруг себя людей, рассказывать, спорить, отстаивать свою точку зрения. Мне это нравилось, мне это доставляло удовольствие.

Никогда не задумывалась, а кем я буду работать? Вот окончу школу, а дальше что? В большинстве семей об этом думают родители. Кто-то начинает задумываться раньше (я все еще имею в виду родителей), кто-то позже. Придумали – объяснили детям.

Недавно общалась с одной парой, у которой родился ребенок. Дочке полгода, а они уже вовсю думают о ее будущем. Мама размышляет, кем дочка будет работать, папа – в какой спорт отдать. Правда, надо отдать должное, молодым родителям не по 18. Маме 30, папе 50. Мне показалось, что как-то рановато люди напрягаются на сей счет.

– Понимаешь, никак не можем найти правильную няню, – расстроенно объясняет мама. – Я ей про развивающие игры, она мне про прогулки. Зачем нам такая няня?

Про няню я могу написать отдельный трактат, но мне кажется, я эту мысль вставляю во многие мои книги. Например, в книге «Я вас не слышу» об этом рассказано подробно. Мысли проносятся вихрем в моей голове, молодой мамочке преподношу выжимку:

– Ваша принцесса еще такая маленькая. Главное, чтобы няня умела ее правильно кормить и одевать на прогулку. А еще была бы порядочным человеком и любила детей.

– А как же развивающие игры?

– Ну не весь же день с ребенком няня будет заниматься. Все же пару часов и вы ему уделить сможете? Вам же ее будущее определять? Вот и играйте сами. Вы должны присмотреться, к чему у девочки есть склонности.

Родители кивают. Им нравится, что я говорю про склонности, они в этом слове уже считывают про талант и даже, возможно, гениальность. Это хорошо, это очень хорошо. Ребенку нужна поддержка, нужно направление.

Заинтересованность родителей в будущем детей – это важно. Это, можно сказать, основа.

Значительно легче, если в семье есть династия. Например, учителей или ученых. Как правило, дети так и идут по ступенькам отцов и мам. В любом случае они точно знают, как это будет. Могут понять, нравится им такая жизнь или нет. К примеру, как в моем случае, полночи тетрадки проверять с чужими сочинениями. Это к тому, что моя мама учительница. А учитель – это не только выступление на публике, пусть даже детской, но еще и много рутинной работы.

При таком раскладе родителям особо напрягаться не нужно. Своего примера достаточно.

Есть еще такая тема – нереализованные мечты. Думаю, многие сталкивались. Как рассуждает мама? Я не стала, а ты будешь обязательно! Хотела написать: «Я вот не такая! Слава богу, мне не пришло в голову делать из своих сыновей бухгалтеров». Но я же их учила музыке! Согласитесь, это из другой оперы. Это не про нереализованные мечты, а про то, что точно должно пригодиться. Учеба в музыкальной школе никому еще не помешала. Я сама этот путь прошла. Возможно, он был не очень легким, но те знания лишними не были. Я всегда хотела, чтобы сыновья знали нотную грамоту. Сама училась музыке и окончила языковую спецшколу, изо всех сил старалась, чтобы и дети мои такое образование получили.

Мои родители были людьми конкретными и скромными. Несмотря на возможности, родители, как они утверждали, «шли от своих дочерей». Когда поняли, что в головах у нас ветер, но отметки тем не менее хорошие (мы всегда были дисциплинированными и как-то понимали, учиться плохо – стыдно), они нас двигали в сторону бухгалтерии. Странное, конечно же, направление, но так уж сложилось.

Недавно муж спросил мою маму:

– А как так получилось?

Мама даже не поняла, о чем речь.

– Ну как же? У вас же были все возможности. Иняз, МГИМО. Почему ваши девочки пошли учиться на экономический факультет, причем самого обычного вуза?

– Мы как-то об этом не думали, – растерялась мама, – хорошие девочки, специальность твердая, всегда в жизни пригодится…

Что я вам хочу сказать? Пригодилось. Можно даже сказать, где-то помогло. Вот только без этих знаний я бы точно прожила, а времени было упущено вагон.

Так что совет для родителей…

Совет

Ваши дети, естественно, находятся в растерянности. За них вы все решали ровно 17 лет, а в каких-то семьях и больше. Они нуждаются в вашей опоре. Поэтому вы должны внимательно следить за их взрослением. Чем интересуются, что лучше получается? Чтобы потом дать им тот самый необходимый для них совет.

Давайте сразу договоримся: родителей никогда не осуждаем. Лучше вообще никого не осуждать. Так жить легче, точно вам говорю. Но! Вопросы к моим родителям у меня остались. Как можно было для меня выбрать профессию бухгалтера? Как это даже им в голову могло прийти? Ну да… Мама абсолютно уверена в своей правоте. Это из области: должна быть база. «Встань твердо на ноги, получи специальность, а потом делай что хочешь».

Это уже потом мои однокурсницы и мои первые сослуживицы мне рассказывали, что я была кругом инопланетянкой. Почему? Учиться мне было неинтересно, скучно, я не понимала, зачем все это нужно, поэтому я придумывала что-то другое, чтобы окончательно не превратиться в синего чулка. Свои идеи я претворяла в действия. Вечера, конкурсы, совместные культурные походы, чего только не придумывала.

Должны ли были мои родители разглядеть во мне будущего писателя или организатора больших культурных проектов? Вряд ли. Более того, им было бы страшно такое представить. Наши родители жили жизнь следующую: главное – не выделяться. Зачем нам нужны писатели или артистки? Иди лучше на счетах доходы чужие подсчитывать! На фотографии встань не в первый ряд, а куда-нибудь в серединку! Про себя много не говори! Наш девиз: скромность во всем. Девочка должна быть культурной, вежливой. И лучше, если бухгалтером. Это если девочка точно не хочет быть врачом или учительницей.

А ведь они прекрасно видели мое стремление к творчеству. Но… не поощряли. Нет, не мешали. Но никак не поддерживали, не восторгались, плавно пытались уводить меня в другую сторону. Меня, пожалуй, уведешь…

В любом случае они видели мои организаторские способности, видели, что я могу за собой повести коллектив. Да, вести за собой – не профессия. Может, и правы они были, может быть, понимали, что нужна база. Нейтральная. Чем плох бухгалтерский учет?

Но вот не увидели они, что плохо у меня, допустим, с цифрами, не люблю я их… И никогда не любила.

Что я любила? Праздники я организовывать любила. Придумывать что-нибудь этакое. Подобного творчества в моей жизни всегда было много. Даже слишком. Как выбрать? Да еще и когда особой поддержки не было.

Совет

Какие выводы я сделала, исходя из ошибок прошлого? Как в детстве, так и в юности вы можете не понять своего истинного предназначения, и это не страшно. Но! Обязательно нужно жить наполненно, смотреть по сторонам и многим интересоваться. А еще окружать себя интересными людьми.

2. Где найти тех самых, интересных?

У девчонок с выбором подружек дело идет проще. Те еще интриганки. Объединяются, ссорятся. Кляузничают друг на друга. У мальчишек по-другому. Все значительно сложнее. Где того друга найти, как объяснить, что хочется дружить? Поэтому, какого мальчика имя узнал, тот сразу и друг.

И сыновьям объясняла, и сейчас внуку, что друг не тот, который «оказался вдруг, и сразу не разберешь, плох он или хорош». Нет. Нужно выучить песню Высоцкого наизусть и каждого сверять по строчкам. Кто же слушает маму, а тем более бабушку? Не соглашаются, не берут в голову. Кто кивнул – тот и друг. С другой стороны, других взять неоткуда, выбора у мужчин гораздо меньше.

Такая жизнь, и от этого никуда не деться. В итоге у мужчин друзей по жизни раз, два и обчелся. И было мало, а осталось еще меньше. Хорошо, если есть жена, которая заменяет всех и вся.

Девчачья дружба, как правило, сохраняется надолго. Наверное, поэтому девчонки и смотрят друг на друга с детства критически. Оценивают. Подойдет эта на всю жизнь или нет? Переживет ли мои падения и успехи? И тогда уже назначают тебя в подруги.

Понятное дело, маленькие девочки об этом не знают. Но чувствуют. Они все чувствуют. Почему новорожденный мальчик смотрит на мир удивленно и растерянно, а девочка сразу хитро и оценивающе? Бывает, еще и недовольно. «Что это вы тут собрались? Куда это меня привезли? Вот этот, со слезящимися глазами, это кто? Что? Это он и есть мой отец? Боже… Куда я попала… на мать можно даже уже не смотреть. А эти кто такие? Дедушка с бабушкой? Ну ладно. Два приличных человека в семье – это уже нормально».

Почему важны друзья? У друзей можно учиться. Всему. Откуда вы узнали, как дети рождаются? Неужели вам родители рассказали? Или, может быть, в школе? На уроках? Ну, это я так, для смеха спросила. И вот так дальше по списку. Новые знания, жизненный опыт – это все друзья.

Все мои подружки были затейницы и выдумщицы. Как-то так складывалось по жизни. В классе пятом мы организовали наш первый ансамбль – пели и танцевали. Костюмы делали сами из папиросной бумаги, играли на расческах. И кстати, я не была заводилой. Но с жаром поддерживала любую инициативу. Учителя нас не то чтобы поддерживали, но не останавливали, когда мы им докладывали, что на следующий новогодний «Огонек» приготовили номер. Ну, номер так номер.

Очень хорошо помню, как мы гордо вошли в класс в этих самых сиреневых пачках из папиросной бумаги, предварительно переодевшись в туалете, и затянули «Ой, цветет калина в поле у ручья». Двое из нас свистели на расческах, а еще четверо пели на два голоса.

Учителя сначала опешили, они не были готовы к расческам, потом пытались не рассмеяться в голос, понимали: девочки старались. Это ж какая энергия была направлена в правильное русло! Они громко хлопали в конце, следили, чтобы хлопали все. Все и хлопали. От души! А наша предводительница, тоже Лена, дирижировала нами из зала.

Про Лену, думаю, нужно написать отдельный рассказ, потому что это важно.

Зарисовки на тему и без

Первые разочарования

Кто из нас не пережил первую любовь? Кто из нас не слышал вот это: «Пройдет! Еще сама над собой смеяться будешь!» Когда ты в подростковом возрасте, тебе кажется, что первая любовь – это навсегда. И есть примеры. Чего далеко ходить? Ромео и Джульетта, к примеру, в то время были идеальным для нас примером.

Я никогда не могла себе точно ответить на вопрос: я ему нравлюсь или нет? Чем я была лучше других, чтобы завоевать его внимание? А в него были влюблены все девчонки нашего класса. Помню, в шестом классе на новогоднем празднике мы выбирали короля и королеву бала. Девчонки выбрали его, мальчишки выбрали меня. Про него мне все было понятно, про себя расценила так: кто бы сомневался. На мне же была новая юбка старшей сестры. Этого было невозможно не заметить. И пусть в нашем классе мальчишки всегда были немного глуповатыми, этого пропустить не могли даже они. Он? Нет, он не был глуповатым. Он был ярким, харизматичным, ироничным. Несмотря на свой небольшой рост, на всех смотрел свысока, надо всеми слегка насмехаясь.

Даже когда он убежал со мной из кинотеатра, где мы смотрели какой-то программный фильм всем классом, это не было мне звонком начала чего-то возвышенного. Даже когда взял мой портфель и донес до дома. Ну он же не сам его попросил. Это я ему дала, никак не могла завязки на шапке завязать. А когда завязки наконец-то поддались и я попросила портфель обратно, просто сказал: «Да ладно» – и так и шел до моего подъезда с двумя портфелями в обеих руках наперевес.

Я шла, и сердце мое постепенно уходило в пятки. Я начала что-то такое про себя думать и даже чуть-чуть мечтать. Отдавая портфель, он посмотрел на меня как всегда и на всех. Немного надменно, немного с презрением.

Почему я не верила во взаимное чувство? Думаю, я его боялась. Мне хватало моих чувств. Сама я себе в этом не признавалась, но, скорее всего, так оно и было. Он иногда звонил и даже приглашал прогуляться. Но всегда была веская причина для отказа. Книга из библиотеки, ответы по контрольной. И тем не менее мы потом гуляли по лесу, много и долго разговаривали. И все же я не верила…

Своими мыслями и терзаниями делилась с подругой. С той самой Леной. Рассказывала ей подробно и страстно. Что вот, я его люблю до гроба, понятное дело, а как можно еще любить в шестнадцать лет, а он, скорее всего, – нет! Она меня подробно расспрашивала, мы с ней вместе обсуждали, что дальше делать и как лучше себя вести, если он меня еще раз позовет совместно решать физику.

У нас в классе училось целых семь Лен. Причем в параллели не было ни одной. О чем думали те, кто формировал классы?

Но как-то я набралась смелости и сама позвонила мальчику.

Трубку взяла мама:

– А ты, наверное, Лена?

– Да… – Вот дела! Значит, мама знает о моем существовании?

Моего кавалера дома не было, поэтому мама радостно решила побеседовать со мной сама. И я отвечала так же радостно. Пока мама не брякнула:

– А вот вы во вторник в кино ходили, а я так и не поинтересовалась, фильм-то хороший? От моего все равно не добьешься…

Тогда я не умела еще «делать лицо» и реагировать быстро. Я запнулась. На том конце провода мама поняла, что наговорила лишнего. И вообще поняла, что, видимо, это какая-то совершенно другая Лена. Я, прокашлявшись, нашла в себе силы сказать «до свидания» и повесила трубку.

Долго еще сидела и смотрела перед собой, соображая, что произошло, и, возможно, все это мне показалось. Но как же могло показаться, когда Ленка действительно во вторник ходила в кино – и на тот самый фильм. По ее словам, с какой-то двоюродной сестрой. Якобы та приехала в гости. Да, там была длинная история про сестру, ее несчастную маму, которую должна была успокоить Ленкина мама. Какая-то душевная драма. Нужно было срочно увести сестру, чтобы ту драму разобрать, и Ленке пришлось, хоть и не хотелось, вести сестру в кино. Про кино Ленка мне рассказала подробно, она вообще была хорошая рассказчица. Так что, в принципе, я вполне даже могла в телефонном разговоре все заместо Ленки очень даже складно кавалеровой маме пересказать дальше.

Я никак не могла взять в толк, зачем и почему они встречаются у меня за спиной. Про мальчика я и раньше не была уверена и как-то даже сильно и не удивилась. Но вот Ленка… Она же вроде как подруга.

Я надела пальто и пошла к Лене домой. Я давно не была у нее дома. Позвонила в дверь. Она слегка опешила и пропустила меня в комнату. Я сбросила сапоги в коридоре и, как была в пальто, прошла вперед и плюхнулась на диван. Из серванта напротив на меня смотрела фотография нашего, как выяснилось, общего, так сказать, друга.

Лена молча села рядом. Мы сидели и смотрели на эту фотографию. О чем было говорить? Зачем я пришла? Неожиданно раздался звонок в дверь, Ленка побежала открывать. Это была ее мама. Я услышала громкий Ленин шепот: «Почему так рано? Я не одна. Вот сейчас все догадаются, что папа нас бросил, раз ты с работы одна идешь, без него». Лена вдруг громко разрыдалась в коридоре. Мама ее успокаивала, я слышала следы борьбы, потом Лена вбежала в комнату, кинулась на диван и зарылась, плача, в подушки.

Я молча надела в коридоре сапоги, намотала шарф.

– Простите нас, – зачем-то извинилась Ленкина мама.

«За что?» – подумала тогда я. Про того мальчика она вряд ли была в курсе. За то, что ушел Ленкин папа?

То был один из первых моих жизненных уроков. Не все подруги – подруги, а когда уходит папа – это стыдно…

3. Друзья – это важно

И все же нужно отделять зерна от плевел. Именно Лена тогда научила меня организовывать веселые праздники. Именно она была инициатором всяких веселых игр по типу «А ну-ка, гости», да и ансамбль школьный, по сути, создала она. Просто сказала, что категорически не хочет быть руководителем, поэтому руководителем стала я. Я многому у нее в жизни научилась и, слава богу, ничего не зачеркнула и не перечеркнула. И кстати, ту историю до конца выяснять не стала. Значит, мне это не так уж было и важно. А ей, может, важно.

Дружить нужно уметь. Находить время, силы, ставить интересы друга выше своих. Это не значит погружаться с головой в жизнь друзей, замещать свою жизнь чужой. Просто вставить в расписание.

В противном случае не заметишь, как окажешься один. Вы скажете – это не страшно.

Может быть, но жизнь с другом – она лучше. Люди, которые умеют дружить, живут дольше. Но об этом мы еще поговорим.

Сегодня про цели в жизни. Посмотрите по сторонам. Как часто именно друзья определяют нашу дальнейшую судьбу. Мой муж стал физиком, потому что в физтех поступал его сосед по парте. Друг моего сына стал физиком за компанию с моим сыном. Сейчас в другую школу переходит наш внук. Готовился к собеседованию. Мы с дедушкой даем советы, как правильно отвечать на вопросы:

– Тебя наверняка спросят, зачем ты идешь в эту школу? Так вот, ты должен найти вескую причину. Понял? – наставляет дед.

– Понял.

На следующий день интересуемся:

– Ну как, вопрос про причину задавали?

– Да.

– И как же ты ответил?

– А я сказал, что друг решил сюда поступать. А я за ним.

Ну что тут скажешь? Мы очень расстроились. С другой стороны, он же правду сказал. Надеемся, что комиссия это оценит.

И еще одна зарисовка из сегодняшнего дня. Нашла тут меня одна институтская подружка:

– Ленка, я мечтала об этой встрече сорок лет.

Вы скажете, пафосно? А я скажу, что нормально. И я ждала этой встречи, потому что было время, когда мы были одним целым. Вместе ели, вместе влюблялись, строили планы. И вот встретились мы через сорок лет: конечно же, изменились, что делать, годы взяли свое. Но на привыкание нужно буквально пять минут, а потом все та же Надька, та же Ленка. Те же улыбки, тот же смех, те же эмоции.

Надька, или Наоми с Кавказа. Слушая ее сегодня, поражаюсь ее невероятно богатому и цветистому русскому языку, широте суждений, количеству обсуждаемых тем. Сегодня так не говорят, мы формулируем просто и незамысловато. Все эти «норм», «супер» и так далее. Я поняла, что мое писательство, выбор тем и желание высказаться – это тоже мои друзья. Они меня поддерживали, направляли. А главное, я взрослела среди образованных и глубоких по знаниям людей.

Так что, товарищи родители, еще один совет для вас…

Совет

Выбираем друзей своим детям. Друзья – это важно.

4. Твое или не твое? Вот в чем вопрос

Как понять, что в жизни действительно важно? Как вычленить: вот это на один день, а это на всю жизнь? На что нужно делать ставку?

Совет тут один. Допустим, ты начинаешь новое для тебя дело. Если хочется действовать самому, сделать что-то новое, появляются новые идеи – значит, это действительно твое. А если ты, сам того не замечая, постоянно отвлекаешься и уже час как листаешь ленту в интернете, то это совсем даже не твое. Так, мимо проходил, на какое-то время задержался, но это точно не дело всей твоей жизни.

И опять повторюсь, помощники тут родители. Именно они могут заметить, на что у ребенка хватает внимания и терпения. Все время хочу написать слово «должны» и бью себя по рукам. Никто никому ничего не должен. Хотя я была уверена, что должна дать детям старт. А там уж они пускай сами. Что в моем понимании «старт»? Образование. И только образование.

Совет

Товарищи родители, проводите с детьми больше времени. Хотя бы отпуск. 10 дней совместного времяпрепровождения вам много что друг про друга расскажут.

5. Реализовываем свои мечты в детях

Ох, какая это тема. Из всех тем тема. Так что еще немножко напишу про себя, родителя. Я изо всех сил старалась быть нейтральной. Я не хотела видеть в детях повторение себя, но сегодня понимаю, что шла от потребностей общества. Что востребовано, тому и будем учить. Потому что это точно пригодится. А там посмотрим. По ходу пьесы. (То есть по ходу жизни.)

Спорт, конечно, тоже в жизни моих сыновей был. Но как-то я все равно смотрела, чтобы это в жизнь их будущую легко встраивалось. Не чтобы здоровыми были, а чтобы в том самом спорте можно было еще и с людьми интересными (нужными) познакомиться. Почему-то я не сомневалась, что познакомиться можно исключительно на теннисном корте.

Что я могу сказать? Сыновья мои в теннис играть умеют, но именно там пока знакомств не завели. Младший еще и полез в горы. Видит Бог, я этому его не учила и точно такого сыну не желала. Мечту альпиниста-скалолаза реализовывал папа. Правда, моя мама тут же припомнила няню сына. Она его всегда так ловко пеленала, упаковывала, утрамбовывала, что крошечный ребенок, который терпеть не мог собираться на прогулку, замолкал в восторге.

– Как это у вас так лихо получается? – восхищалась моя мама.

– Так я же бывшая альпинистка! А у нас главное – это собрать рюкзак!

На следующий день няня принесла с собой фотографии. Кто бы мог подумать: на фоне заснеженной вершины наша достаточно крупная сегодня няня выступала с идеальной фигурой в купальнике и с ледорубом в руках…

Свою дочку няня тоже нашла где-то в горах. Воспитывала ее одна. Дочка альпинисткой не стала, а вот сыну нашему, видно, она все же что-то нашептала.

Свои мечты я в детях не реализовывала, но ничего на самотек не пускала. Мысли были такими: «Что может помочь в жизни? Вот это. Или это? А вот это обязательно». Я не хотела, чтобы они стали музыкантами, но понимала, что с этими знаниями легче войти в любое общество, интересно провести досуг. Ты начинаешь слышать по-другому, по-другому планируешь свое свободное время. Уметь слышать музыку – это дополнительные возможности. Ну и языки, само собой.

А что мои родители? Нет, они никаких своих надежд в нас, своих детях, не реализовывали. Для них был бы человек хороший, не вор и не преступник. И чтоб себе на хлеб мог заработать. И чтобы обязательно честным трудом. Можно даже не врачом и не учительницей. Да хоть сапоги шей или в метро вагоновожатой. Лишь бы на пользу общества!

Про наши способности родители только пожимали плечами. Да нет у них никаких способностей. Девочки и девочки. Очень средние… (Не забываем, родители мои люди очень скромные.) А вот не соглашусь! Наверное, мы все же были немножко выше, чем просто очень средние. Не буду эту фразу вычеркивать, хоть мама прочитает и расстроится…

Как найти ту золотую середину? Не залюбить, не вырастить самовлюбленного эгоиста, но дать понять, что в чем-то ребенок особенный. Причем каждый особенный. А еще важно объяснить, что эту особенность у себя нужно искать. Будешь искать – найдешь. Не будешь – так и останешься… счетоводом.

Ничего не имею против счетоводов, это важная профессия, и кто-то может быть гениальным в ней, а что самое важное – очень ее любить. Вот только этим кем-то была не я.

И по течению я плыть была не согласна.

Совет

В спорт все же отдаем исключительно для здоровья! И исключительно из показаний и предписаний докторов.

6. Когда в тебя верят

Про это, наверное, хочется поговорить отдельно. Про то, как нас, своих дочерей, характеризовали наши родители. Мол, девочки как девочки. Средненькие такие.

Я всегда ужасно боялась подвести родителей. Помню вот это папино «эх», когда я получала очередной трояк. Я видела, что у него вот прямо жизнь рушилась от этих моих троек. Не так уж часто я их и приносила. И было понятно, что никаких троек в четверти у меня не будет. Ну, недоучила, не там списала. А что? Вы разве не списывали? Мы так с подругой частенько приходили минут за пятнадцать до уроков и одну отличницу просили немножко пораньше прийти. И вот так сидели на подоконнике: тетрадь отличницы посередине, мы с двух сторон. Пока нас математичка не застукала.

– Там двадцать пять написано.

– Что? – Я даже сначала не поняла, кто это. – А! Точно!

В бок меня уже пихала подружка, которая списывала с другой стороны, к ней, видимо, претензий у математички не было, все она списывала правильно. Ужас и позор. Мы быстренько закрыли наш маленький гешефт, тетради засунули в портфели и на ватных ногах поплелись в класс. Что-то там сейчас будет. Надо отдать должное нашей мудрой математичке, она с нами счетов не сводила, пропустила нас перед собой и вошла как ни в чем не бывало в аудиторию. Идеальный, доложу я вам, педагогический ход. Мы потом тот подоконник обходили стороной и списывать перестали. Она прекрасно знала и меня, и мою подругу, и как мы контрольные решали, и как у доски отвечали. Ну что-то иногда забывали (не успевали) делать дома – так дело молодое. Могла бы охоту отбить от математики у нас начисто. Не стала. Вот что значит позиция взрослого, позиция педагога. И кстати, хвалить она умела. Если было за что, обязательно отмечала, причем перед всем классом. Коротко, по делу, но так, что запоминалось.

А вот родители меня не хвалили. Если тройка, то «эх», если пятерка, то «а как иначе». Четверка – а что про это говорить?

Недавно говорила со своей дальней родственницей. Она меня этак лет на десять постарше и все учит языки. Сейчас учит испанский. Переехала жить к дочери в Испанию. А как без языка? Нужно учить. И как моей родственнице кажется, дается ей это хуже, чем другим – таким же, как она, возрастным ученицам. И тут она наконец нашла причину.

– Понимаешь, – говорит, – Леночка, я долго не понимала почему? Что со мной не так? И вдруг меня осенило. Как говорится, спасибо маме с папой.

– У них тоже было плохо с иностранными языками? Думаешь, гены?

– При чем тут гены? Ты же знаешь, папа у меня был с феноменальной памятью. Они в меня не верили. Все, что я делала, всегда ставилось под сомнение. Они всегда давали понять, что можно было сделать лучше. Смотрели на меня с сожалением, вздыхали, вечно подружку мою в пример ставили. И у меня развился комплекс, что все, что я делаю, – это все не так, все не то.

– Слушай, тебе сколько лет? При чем тут родители?

– Да сама все знаю! Но как только мне надо где-нибудь в магазине на испанском что-то узнать, тут же передо мной образ удивленного папы. Неужели спросишь? А у тебя точно получится?

– Подожди, ты же кандидат наук. Диссертацию защищала, преподавала сколько лет.

– Так то ж я сама все придумала. Это мои личные наработки. Это другое. А тут я как будто в детство попадаю. И сразу перед глазами мама из кухни с поварешкой выглядывает, головой качает, папа руками разводит.

Зарисовки на тему и без

Верить друг в друга

Верить в человека нужно. На протяжении всей его жизни это крайне важно. Кто-то и сам справится, а кому-то очень важна поддержка. Раскрою вам сейчас страшный секрет. Мужчине поддержка нужна больше, чем женщине. Давайте немного разберем природу вещей и определим цепочку в связке «мужчина – женщина». Мужчина способен горы свернуть ради любимой женщины, ради того, чтобы она на него посмотрела восторженными глазами, похвалила, обняла и поцеловала. А дальше свою энергию женщина передает любимому мужчине, и он готов на новые свершения.

Разговор в такси начался, естественно, с обсуждения дороги и пробок. А потом таксист – пожилой грузин – вдруг с отеческой мягкостью мне сказал:

– Счастливый ваш муж.

– Да? – Я растерялась. Интересно, с чего это он сделал такой вывод? Ах, ну да. Стал свидетелем моего телефонного разговора. Я в Тбилиси, муж в Москве. Возвращаюсь из театра, муж позвонил узнать, все ли в порядке, и я достаточно пространно рассказывала ему про спектакль, который только что посмотрела. Для нас это совершенно обычный вечерний разговор, когда мы не вместе. Я ему рассказываю о том, что произошло. Иногда жалуюсь, он успокаивает. Он, в свою очередь, делится рабочими проблемами. Да, я периодически вставляю:

– Ты сделал все возможное. Ты, как всегда, был на высоте. Уверена, это было лучшим решением.

Надо же, водитель такси, оказывается, не просто был рядом и вел автомобиль.

– Вы извините, конечно, что разговор ваш слушал. Но вы так хорошо говорили и тепло так, заинтересованно. Вот моя жена не спросит: «Слушай, а что у тебя сегодня было, кого возил? Что за клиенты?» А я, может, устал! Или подрался с кем! А? Может такое случиться?

– Вы? Вряд ли. Вы очень интеллигентный.

Водитель довольно рассмеялся:

– Ладно, ладно! А может, артиста какого вез известного? Ну ты спроси у меня! Нет, понимаешь! Я на порог, она тут же на повышенных тонах: «Устала уже ждать, все остыло. Руки мой, пошла опять все греть!» – а потом просто сидит рядом со мной молча. Смотрит на меня. Ничего не спрашивает.

– А вы?

– А что я? Футбол включаю!

Про себя думаю: ну вот, и чего обижается? Он же ее тоже ни о чем не спрашивает. Футбол включает. Но не перебиваю, слушаю дальше. Чувствую, ему нужно выговориться. Помолчав, водитель опять подал голос:

– А вот вы действительно так думаете?

– Про что?

– Ну вот, что ваш муж все правильно сделал. Или просто его поддержать хотели?

Какой хороший вопрос. Я задумалась. Теплый вечер. Грузия. Тбилиси. Поток машин уже схлынул, пробок почти нет, из радио льется красивая грузинская мелодия, которая тоже настраивает меня на искренность.

– Да, я так думаю… Во-первых, я не вру. В каком-то возрасте решила, что так легче жить. И когда мой муж не прав, я так и говорю, что он не прав. Правда, я всегда найду, за что его похвалить. Хвалить нужно всегда. Обязательно. И всегда есть за что.

Какой хороший вопрос задал этот немолодой уже грузин. Кстати, заметила, что в Грузии мужская дружба существует, культивируется. У каждого грузина есть друг. Посиделки с ним обязательны. Хотя бы раз в месяц. И это не обсуждается. Да, мужчина может выговориться с друзьями. Но выходит, ему и с женой хочется раскрыть душу…

А ведь в последнее время я действительно стала хвалить мужа значительно чаще. Раньше видела в нем больше недостатков. Что случилось? Он стал другим? Лучше? Или я стала мудрее?

Я поняла вот что. Я в него стала больше верить. Когда я говорю, что муж принял самое верное решение, – я говорю это искренне. Ведь очень важно взять на себя ответственность. Он это сделал. Точка. Назад пути нет. Дальше идти по этому пути тоже ему. Для этого нужны силы. И я ему эти силы даю. И он точно знает, что ему есть на кого опираться. Это я.

7. Во всем виноваты родители

Задача у родителей сложная. С одной стороны, они про своих детей знают больше других, и ребенок на них рассчитывает. С другой стороны, как только они начинают высказываться, выясняется, что их советы никому не нужны.

Итак, позиция детей. Сколько же претензий к родителям. Причем, как это ни странно, чем старше мы становимся, тем претензий больше. Почему? Банально ищем виноватых: жизнь не сложилась, не ту профессию выбрали, не за того замуж вышли… Родители ближе всех, а не сделать ли их ответственными?

В раннем детстве мы им просто верим, альтернативы нет. Выбирая жизненный путь, мы в растерянности. Это наш первый выбор. Как поступить, что выбрать?

Многие взрослые дети именно в этот момент хватаются за родительские советы как за спасительную соломинку. Мы же от них еще и материально зависим. В это время нам не до рассуждений. Лишь бы помогли. Интересно, что слушаем мы их, исключительно когда речь идет о выборе профессии.

Когда мы влюблялись и наши родители пытались нам мягко объяснить, мол, дорогой, дорогая, куда-то тебя заносит не туда, – мы это никак не воспринимали. А вот про выбор техникума или института… Тут кругом родители должны. Сначала посоветуй, потом найди репетиторов и оплачивай их целый учебный год. (В некоторых семьях значительно дольше.) Сегодня еще и оплачивай учебу. Хорошо, если все сложилось хорошо. А если нет? Опять виноваты родители, мол, я туда не хотел, меня туда насильно впихнули.

Отвечу от лица всех родителей. Да, у нас есть свое видение, мы понимаем, что могло бы подойти нашему ребенку.

Не всегда мы свое мнение высказываем вслух, что уж греха таить. Если я вижу, что у моего ребенка есть артистический дар, разве же я ему об этом когда скажу? И надо ли это? Не знаю. Но сейчас уже скорее приму решение промолчать, если он сам будет настаивать на артистической карьере.

Как правило, мы стараемся найти для наших детей компромисс. Чтобы и для него, и для жизни. Неправильно сформулировала. Сначала, конечно, для жизни, потом для него. Это плохо? Нет. Это хорошо. Но не всегда дети хотят нас слушать. Так бывает, что у детей диаметрально противоположное мнение. Как найти ту самую золотую середину?

Но как хорошо все и всегда свалить на родителей. Сегодняшние психологи нам в помощь:

– Так каким, говорите, был ваш папа? Так что же вы хотите? Вас недолюбили! Или перелюбили?

Или вот еще мне понравилось:

– До какого возраста вас мама грудью кормила? Так это вы не наелись, поэтому ни одна диета вам не впрок.

И ведь взрослые люди слушают этих замечательных профессионалов и радуются. Ну слава богу! Оказывается, и не я совсем виноват. Как там у Шварца? Что-то вроде «…дедушка по маминой линии. Монстр, душегуб. А я добрый и сердечный».

Совет

Дорогие дети! Вы тоже будете родителями. Рано или поздно судить будут вас. Не забывайте об этом.

8. А вдруг родители знают не все?

И еще вот что. Есть и другая сторона медали. Мы знаем своих детей. Нам кажется, лучше них самих. Во-первых, это неправда. Во-вторых, мы не всегда понимаем, как этими знаниями правильно воспользоваться. А еще мы видим только то, что хотим видеть, а не то, что есть на самом деле.

Не забуду один случай. Сын переходил из обычной школы в математическую. Нужно было сдавать сложные экзамены. Я в физиках-математиках мало что понимаю, постоянно спорила с мужем:

– Ты вообще ребенка не видишь! Ему легко даются языки и гуманитарные науки, пусть идет туда!

Мне в голову прийти не могло, что ему и другие науки легко даются, я не пробовала посмотреть глубже. И вот муж спохватился и начал сына мотивировать. А он никак не мотивировался. Тут же нужно учиться, пахать как вол, а он привык левой ногой. Тогда муж повел его в профильный институт на день открытых дверей. Тут лаборатории: колбы и пробирки, всякие осциллографы. Студенты все в очках, задумчиво смотрят кто в книгу, кто в небо. Какой интерес? Никакого! Еще и девчонок нет. А потом выступил ректор. Речь его была короткой. Он сказал так:

– Учиться в нашем институте сложно. Но если справитесь, то будете или большим ученым, или миллионером!

И вот это сын услышал. Подействовало на раз.

– Миллионером хочу! Что нужно делать, чтобы сюда поступить? В специальную школу переходить? В математическую? Легко!

И вот наступил день экзамена. Поехал, как всегда, уверенный в себе, звонит нам через два часа:

– Ни о чем меня не спрашивайте. Но я в эту школу ни ногой.

Что, почему?! Молчит. Нет, и все.

Мы с мужем в панике. Ничего не понимаем. Решили посоветоваться с бабушкой, все же она с нашим сыном много времени проводит. И вот интересно, что именно бабушка тогда тут же и совершенно спокойно нам все объяснила:

– Все ясно. Он не смог произвести впечатление. Он привык, что его любят. Его знают и любят. А тут его восприняли с холодной головой и ледяным сердцем. Он растерялся. Это новый урок. Он просто не готов.

Мы смогли поговорить с сыном так, что он все же пошел на следующий экзамен. Сжал зубы и принял тот факт, что это новая школа, его тут не знают и он больше не любимец педагогов.

Что же мы сказали? Сказали правду. Перехватили его по пути с этого экзамена домой, затащили в японский ресторан на разговор. Сын долго отнекивался, но против японского ресторана не устоял, суши – его слабость (все же мы родители и что-то должны знать про собственного сына).

То был первый тяжелый разговор такого содержания. Он ел молча, а мы вроде как разговаривали сами с собой. Вспоминали свои ошибки и упущенные возможности. И сразу сказали сыну, что согласимся с его решением. Если нет – значит, нет. Но это и вправду шанс.

Говорили долго. Потом рассказывать начал он. Бабушка была права. Сына убил снисходительный и насмешливый тон педагога, недоверие, откровенная нелюбовь.

Какие выводы из этой истории я делаю? Это был как раз тот самый случай, где мы знаем ребенка лучше, чем он сам. Мы должны были ему это показать. Направить. Быть внимательными. Не пропустить момент. Не отступать. Так бывает, что дети теряют уверенность в себе, не знают, как им быть. В этот момент родители должны быть рядом. Предлагать, поддерживать.

Если у ваших детей есть свой план, то вникнуть нужно глубоко, а не поверхностно. Предложить свою помощь. Главное, чтобы дети знали, что у них есть плечо.

А еще что важно и о чем детям нужно подробно разъяснить: выбирать свою жизненную колею, долго сидя на шее у родителей, они не смогут.

В той истории я очень благодарна своей маме. Она помогла нам всем принять правильное решение. Без нее, без их сердечной дружбы с внуком мы бы не справились.

Бабушка и внук много времени проводили вместе. Он ей доверял все свои секреты, она его никогда не сдавала, много чего брала на себя. Она имела право давать ему советы по жизни. А он их правильно воспринимал.

Это очень хорошо, когда ребенка воспитывает семья. Тогда ему легче найти свой путь и не плутать по жизни долгое время.

Совет

Бабушек и дедушек со счетов не сбрасываем, кое в чем они разбираются даже лучше нас.

Кстати сказать, у моего папы тоже был свой план на мой счет. Я должна была выучиться на бухгалтера, а потом, по его плану, получить еще одно короткое языковое образование и отчалить работать в европейские страны. Вот только поделился он этим планом со мной, когда я уже закончила институт и собралась замуж. План был очень даже достойным. Вот только время ушло. Я уже не была растерянным ребенком, мне казалось, что я поняла эту жизнь. Еще бы! В двадцать один год! Папа опять вздыхал, как когда-то, когда я ему рассказывала про свои трояки, но уговаривать не стал. «Твоя жизнь».

Жалею ли я? Прошло сорок лет. Жизнь пошла бы точно по совсем другому сценарию. Скажу так, про ту возможность я никогда не забываю. И почему папа не рассказал мне про свой план раньше, когда я только оканчивала школу?

9. И все же давайте все не сваливать на родителей

Повторюсь, исключительно модная на сегодняшний день тема. Можно уже к психологам и не ходить: «Все наши проблемы из детства, если что в нас не так – виноваты родители».

А кто еще? Кстати, как родитель я с такой постановкой дел уже смирилась. Детям так легче? Да ради бога. Делов-то. По мне, так лишь бы они были счастливы. И надо отдать мне должное, я последнее на них никогда не тратила, чтобы во всем себе отказать, перейти на хлеб и воду, взять кредит, а потом всю жизнь его выплачивать и оплатить детям образование.

А ведь некоторые так и поступают. Никого не хочу осуждать, но совершенно искренне считаю, что так делать ни в коем случае нельзя! И даже не в том дело, что не оценят. Хотя понятное дело, не оценят. Никогда. И спасибо не скажут. Все равно виноваты будут родители. Найдут повод. Просто ни к чему.

Так что не поддаемся на провокации, свою собственную жизнь в угоду детям не меняем, интересы свои не ущемляем.

Да, ребенок может прийти и сказать:

– Я хочу стать… дипломатом! Я так чувствую. У меня есть к этому потребности.

– Дорогой, у тебя есть потребности, а у нас нет возможностей… – вот так, по-хорошему, должен ответить уважающий себя родитель. Можно даже мысль свою развернуть: – Для того чтобы ты стал дипломатом, нам нужно влезть в долги, причем на такое-то количество лет. А мы, если честно, хотели уже и отдыхать в далеких странах, и автомобиль новый себе купить…

Ребенок может резонно ответить:

– Отдыхать? На кой вам далекие страны? А дача на что?! Сколько лет строили! Да и машина еще бегает…

На этих словах ребенка нужно тут же заткнуть и отправить его учиться в политехнический институт, на учебу в котором ваших скромных средств бы вполне хватило. Поэтому, чтобы не доводить дело до выяснения отношений, а главное – завышенных ожиданий у вашего чада, нужно все и вся объяснить заранее.

И сразу оговорюсь: всегда детям даем шанс. Если что и ляпнул, не обижаемся и в голову особо не берем. Успокаиваем себя: сказал сдуру, не подумав, через какое-то время будет жалеть.

Совет

Ругаться с детьми смысла нет. Но!

Объяснять. Стоять на своем. Не идти на поводу.

Повторяем эти правила как мантру.

Вернемся к нашему примеру с дипломатами. Как объяснить, что сегодня эта история для вашей семьи и вашего ребенка не то чтобы недоступна, но не на сто процентов возможна?

Про то, что нет денег, объяснить невозможно. У детей ответ один: «Нет? Найди!» Действительно, делов-то. Вспоминаем наши правила. Объясняем. Напираем на то, что он (она) же еще очень молодые. И возможно, этот придуманный путь совершенно им не подходит.

В свое время, когда наш старший сын поступал на филфак, репетитор его спросил:

– А какой язык ты выберешь в качестве основного?

– Китайский, – радостно ответил сын.

– Почему?

– Родители посоветовали. – Мы сидели рядом, краснели и бледнели. Действительно, мы посоветовали.

– И ты их слушаешь?

Тут мы слегка возмутились. О чем это он? Можно подумать, родителей слушать не надо. Наш сын тоже призадумался, к чему это учитель ведет.

– Я к тому, что это ведь не родителям жить, а тебе. Ты в Китае когда-нибудь был? А как ты относишься к китайцам?

– Нет. Никак.

– Ну ты их представь. В больших количествах. Вот только они – и больше никого. Это же другая раса, другой менталитет. Если ты выучишь китайский, тебе придется жить среди этих людей. Ты к этому готов? Ты с детства бредил китайской культурой, изучал историю Китая?

Кстати, это был ледяной душ для всех нас. Мы все тогда поняли, что пошли куда-то не в ту сторону. В итоге сын изучал английский язык.

Ну и еще про дипломатов. Чтобы учиться на дипломата, лучше, если ребенок будет из семьи дипломата. Как это ни горько осознавать, но именно такое сегодня положение вещей. В противном случае будет постоянное ощущение, что ты другой.

Мне кажется, объяснение всегда можно найти. Пусть ребенок еще раз сам для себя все решит. И вам попытается как следует и доказательно объяснить. Это просто «хочу не могу» или есть веская основа?

Хорошо или плохо, если у ребенка такая высокая жизненная планка? Если он в себе уверен? Это хорошо. Но может ли он смотреть на вещи реально? И что делать в этом случае родителям? С его планками?

Всем нам хочется, чтобы наши дети устроились в жизни лучше нас и, конечно, чтобы они получили высшее образование. Чтобы стали дипломатами, тоже хочется. Чтоб их в телевизорах показывали, чтобы они денег много получали, а может, и нам потом что перепало…

Но можем ли мы в этом им помочь? Вот так, чтобы опять не впрягаться по полной. Мы уже обсудили, что и как, времени было потрачено на детей достаточно много. Семнадцать лет все же с нами жили. Можно даже сказать, на нашем полном обеспечении, а по-простому – на нашей шее. (Правда, они вам скажут: а вас никто не просил.)

Естественно, они вроде как не просили. Но ребенок сам себя прокормить и одеть не может. Не просил, потому что говорить не мог. А теперь говорить научился, еще и требовать начал. Поэтому в какой-то момент говорим: «Стоп!» Есть деньги на политехнический институт. Оплатим. Еще пять лет кормить будем. Не нравится политехнический? Не ходите. Идите работать. Заработайте сами на то, что нравится. Но мы вам рекомендуем все же воспользоваться нашим предложением. Побудьте еще немного детьми, посидите у родителей на шее. Возможно, эта профессия вам не понравится. Но все равно эта учеба мимо вас не пройдет. Никогда и ничего не бывает зря. Мы об этом будем тут часто говорить.

Мне моя учеба не нравилась категорически. Но! Эта профессия меня много лет кормила, именно она привела меня в итоге туда, где мне очень понравилось. В студенческие годы я встретила своих прекрасных друзей и, кстати, моего первого мужа. И пусть мы развелись, но у нас есть замечательный сын.

10. Работа по душе

Вы только не подумайте, что я точно знаю, как жить, и живу я абсолютно правильно. Нет, конечно. Я сделала в жизни кучу ошибок, но я внимательно в своей голове их фиксировала, анализировала. В этой книге я хочу поделиться своими мыслями. Я долго думала, какую тему выбрать для этого нашего еще одного откровенного разговора, тем-то актуальных и животрепещущих много! Но я взяла себя в руки и выбрала одну: «Как не пропустить свою дорогу».

Жизнь так устроена, что у нас всегда есть выбор. И дорог великое множество. Идти можно по любой. А еще есть тропинки, а есть шоссе, автострады, есть авиамаршруты, есть путь по морю – можно вплавь, можно на катере.

Есть такое мнение, что путь наш предопределен. Есть маршрут: из пункта А в пункт Б. И так всю жизнь. Родители как раз меня готовили к такой жизни. Сначала школа, пусть будет обычная, в нашей стране прекрасное образование. (Слава небесам, что самая близкая к дому оказалась немецкая.) Дальше институт – и тоже: зачем нам дипломат в семье? (Можно подумать, нашей семье нужен был бухгалтер или экономист высокой квалификации.) Нет, конечно, родители думали исключительно обо мне, чтоб профессия позволяла твердо стоять на земле, чтоб на кусок хлеба хватило.

Опять же тебе, Леночка, еще детей рожать. А муж ведь может и бросить. А на что детей растить?! Так что профессия должна быть фундаментальная! Да. Естественно, родители видели всю мою жизнь наперед. Планировали. Дети, муж – это обязательно. И так далее. Дом – работа, работа – дом.

Так жили мои родители. Никому в голову не приходила мысль, а нравится ли им их работа? (Хотя я уверена, что вот именно им она нравилась.) Но давайте разбираться.

Мечта мамы была стать врачом. Причем конкретно – детским врачом. Она и сердечная, и детей всегда любила, и волевая, и принципиальная. За каждого ребенка готова была бороться до конца.

В городе, где она жила, не было медицинского института, надо было ехать учиться в Красноярск. Моя бабушка воспитывала мою маму с братом одна, двоих в Красноярск она послать не могла, поэтому выбрали обучение брата. Кто бы сомневался. То поколение. Все на благо мужчин, а женщина уже потом, как-нибудь сама. В городе Абакане был только педагогический институт. Ну, значит учитель. И мама была идеальным учителем. Она действительно лечила души. Она была на своем месте. А все почему? Она свою профессию полюбила. Вникла, поняла и полюбила. Так можно. Нужно ли? Будем разбираться в этой книге.

У мамы получилось. Сколько же творчества было в ее работе. И театральные кружки, и походы по театрам и музеям, и потом, как она говорила, у нее всегда была возможность побыть немного актрисой. Кстати, в юности мама играла в драмкружке. По рассказам, лучшая ее роль была – Ульяна Громова в «Молодой гвардии». Прекрасно пела, танцевала. Но это же не может быть делом жизни? То есть такие идеи ей даже в голову не приходили.

А вот папа, что интересно, поступил в тот самый Красноярск на инженерную специальность, проучился год и вернулся в родной город. Он сам не понял, что пошло не так. То ли боялся, что мама его не дождется (как будто он маму не знал – раз сказала, что дождется, то так и будет!), то ли не пошли у него все эти физики с математиками. Короче, он сказал твердое «нет», приехал в родной город и поступил на исторический факультет. И это было абсолютно «его». Но ведь перед этим он убеждал, что «его» – это как раз стать инженером. Родители собирали деньги, в чем-то себе отказывали, чтобы его отправить на учебу в другой город!

Совет

На поводу у детей не идем. Они те еще манипуляторы.

Да, вернулся и поступил тоже в пединститут, на исторический факультет. Тут, к слову надо сказать, выяснилось, что у него не только потрясающая память, гуманитарный склад ума, но еще и недюжинные организаторские способности. Он умел за собой повести, умел убедить. Его замечали, выдвигали на всякие там должности, продвигали. А папа оправдывал, не разочаровывал. Так родители оказались в Москве. Папа точно занимался своим делом, был на своем месте. Но он иногда говорил о том, что, скорее всего, из него бы получился просто хороший ученый. И уже работая в Монголии, он начал исследовательскую работу по хану Батыю. Болезнь не дала ему продвинуться в этом направлении. Очень жаль.

Совет

Все нужно делать вовремя. Не откладывать на потом. Есть сомнения? Пробуй. Делай. Это только твоя жизнь.

Да, мои родители прожили сложную жизнь, и они не думали о каких-то там мечтах. Главное – это стабильность.

Сама я тоже так долго думала. Да и сейчас думаю. Но все же горизонты мои расширились. А уже окончив институт и получив профессию, которую никогда не любила, я еще долгое время раздавала советы: работа – это чтобы работать, а не для того, чтобы нравиться. Для удовольствия – это, пожалуйста, вечерами крестиком вышивай. А деньги зарабатывают на другом. И любую работу можно полюбить!

Так я учила других. И своих собственных детей, кстати, тоже. Но потихоньку я видела, как открывался мир: мы стали жить лучше, спокойнее и стабильнее. Можно уже было не думать про горбушку хлеба, можно было совмещать работу и учебу. У нас у всех расширились горизонты.

Зарисовки на тему и без

Чего мы боимся?

К нам на работу пришла устраиваться красивая молодая женщина. Я, как всегда, провожу собеседование. Это даже не собеседование, а разговор по душам. Про профессиональные качества поговорят другие сотрудники. Мне важен человек. Наша компания небольшая, важно сохранить атмосферу, которая создавалась годами. Нужно не разрушить, нужно дать возможность новому специалисту влиться плавно. И кто-то должен объяснить, как тут у нас все устроено.

– Я знаю, что вы пишете книги, – вдруг говорит она.

Да, когда-то это было секретом, именно для этого я взяла псевдоним. Сегодня уже могу сказать, Елена Ронина – это я. Немного поговорили о моих книгах, и вдруг слышу такой вопрос:

– А вам не страшно было?

– Страшно что?

– Печататься. Чтобы вашу книгу напечатали и ее прочитали.

Такого вопроса я не получала никогда. И этот вопрос не про меня, он про нее…

– Нет, никогда. – Я говорю очень твердо. – Когда я поняла, что я могу сказать свое слово миру, мне так захотелось это сделать! Я боролась, убеждала, спорила со своей семьей, которая не всегда меня поддерживала, плакала, доказывала. Нет. Мне не было страшно.

Совет

Да, если это твое, то не страшно. Нельзя сомневаться, нужно идти вперед. Но для этого ты должен быть уверен в себе и ты должен знать, что тебе это очень надо, все обязательно получится. Это длинная дорога. Отступать нельзя. Ты в полете.

11. Главное тут не заиграться

Есть родители, которые действительно очень хорошо чувствуют своих детей. И иногда могут распознать гения в своем ребенке.

Быть родителем гения никому не пожелаю. Но уж если так сложилось, то куда деваться. Есть очень авторитарные родители. Они точно знают «как», четко видят дорогу, по которой должен идти ребенок, более того, могут правильно поддержать и вместе со своим чадом начать тот длинный и сложный путь.

Методы тут бывают разные, чего греха таить. Например, заставляют идти по этому пути насильно, при этом мнением ребенка не интересуются – мол, откуда ему знать, как лучше, потом еще спасибо скажет.

Путь неправильный и тупиковый. Ребенок такое насилие терпеть не станет, а если станет, то запомнит. К сожалению, порой родители добиваются обратного эффекта.

Ребенок может намеренно зарубить для себя эту дорогу и идет совсем другим, но зато собственно выбранным путем. Назло, наперекор. Кстати, часто добивается успеха, а родителей в последующих интервью изображает монстрами и практически садистами. Талантливый человек, как правило, талантлив во многом.

Есть вариант, когда ребенок подчиняется. Опять же, в итоге добивается успеха, а потом опять же этих самых родителей поносит почем зря. Забывает их самоотверженный труд и отказ от своей собственной жизни, а вот насилие над собой не забудет никогда.

Делаем выводы…

Совет

Не заставляем. Убеждаем. Пытаемся из тяжелого труда делать маленькие праздники.

Сложно, душевно затратно, но если вы растите будущего гения и уверены в этом, то путь только один. Такие родители практически сливаются с детьми, и они вместе идут к покорению вершин.

Как правило, это творчество – музыка, танцы. Или спорт. И обычно на этом настаивают мамы. Хотя и папы иногда. И все же – выскажу свою точку зрения – папам легче. Они не способны вот так раствориться полностью. Всего себя положить на алтарь этой, по большому счету, чужой жизни. А вот мамы… То, чего они никогда бы не сделали для себя, для мужа, для своих родителей, они готовы сделать для своего сначала маленького, а потом великовозрастного ребенка.

Сама переживала эти сладкие минуты. Сын стоит на сцене. Сначала это музыкальная школа, потом консерватория. И я уже летаю на крыльях. Учусь вместе с ним, присутствую на всех занятиях, устала не устала, это не важно. Главное – он, его успехи.

Слава богу, я остановилась вовремя. А может, просто не было таких задач, амбиций, а может быть, и талантов у сына.

Но я наблюдала тех, у которых те амбиции были. К сожалению, все и всегда заканчивается одинаково. В какой-то момент выросший младенец говорит своей маме: «До свидания». В лучшем случае скажет: «Спасибо, до свидания». Но это редко.

«Спасибо» говорим себе сами, главным образом за то, что ребенок совсем не вычеркивает нас из своей жизни.

И вот здесь существует главное правило. Мы помогаем нашим детям, поддерживаем, вникаем, но ни на секунду не забываем: это не наша жизнь. Не наша собственность.

Уйдут. Рано или поздно уйдут. Если задержатся рядом с нами дольше положенного – им же хуже, не нам. Мы свою жизнь уже построили, они нет. Чем позже они начинают строить свою, тем им будет сложнее.

Ну и совет для родителей…

Совет

Дети себя все равно найдут. Мы звено вспомогательное, но совсем даже не обязательное. А вот себя мы в любой момент можем разрушить.

12. Как оторвать младенца от груди?

Наверное, на эту тему нужно написать отдельную книгу. Как-то я записала на ютуб-канале ролик с названием «Как вернуть любовь взрослого сына?». Прошло уже много лет, но этот ролик смотрят и смотрят, комментируют и комментируют. Стоит вселенский стон: «Что делать?! Он ушел! Я на него всю жизнь положила, а он не оглянулся».

Знаем, проходили. Сама стонала, сама умирала: «Ах, сын не общается, ах, звонит раз в неделю, я, наверное, от этого помру».

Но выдержала. Поняла весь абсурд моего горя. Приняла новую повестку – у сына своя жизнь. Свои цели и задачи.

Не померла. Более того, вовремя осознала всю глупость и бессмысленность своих переживаний.

Поэтому первое и главное: нужно иметь свои интересы, отдельные от сына. У меня тоже были не всегда, но как-то я себя насильно заставила их заиметь. А второе – попытаться дать советы другим мамочкам.

Вижу такую же, какой была я, восторженную мамашу – тут же открываю ей глаза на ее будущее, которое, не успеет оглянуться, – а вот оно наступило. И она уже на обочине. И не она его за руку на концерт или на футбольное поле, а надменная девица, которая еще и свысока на ту самую мамочку смотрит. Так что лучше эту руку отпустить заранее. Всем рассказываю. Провожу профилактические беседы на заданную тему.

Не верят! Никто не верит. Но моя совесть спокойна, я предупреждала. Причем я сразу так и говорю:

– Я не настаиваю. У вас может быть по-другому. Но у меня было вот так. И у Мани! И у Тани!

– Да-да! Это вам не повезло. И Тане, и Мане. У нас с Петечкой именно что будет по-другому.

Ну, ну…

Зарисовки на тему и без

А мама настраивает против

Таксисты – мои главные друзья. Как-то прочитала у Дины Рубиной: «Ужасно люблю разговаривать с таксистами. Мои основные познания о жизни происходят как раз из бесед с таксистами».

Мне, конечно, кажется, что я никогда и ничего не выведываю. Мне зачем? Все мои истории – они в голове, и скажу вам по секрету, крайне редко рассказанная история достойна книги. Обычно этим грешат многие начинающие писатели. Им кажется, раз есть начало и конец у истории – вот тебе уже и рассказ. Не тут-то было. Рассказ – это мысль, это атмосфера, это что-то горячее и живое, а главное – узнаваемое и переворачивающее твою собственную ситуацию. Услышанная история, даже самая интересная редко превращается в такой же яркий рассказ.

Но случается, когда обычный вроде бы разговор сильно цепляет. Особенно когда попадает в тему твоих мыслей. А мысли мои на тот момент были такими: «Да, мы влияем на наших детей. Но кто из нас влияет больше? Мама или папа? К гадалке не ходи – мама. Правда, до определенного возраста. Папы могут обижаться, но виноваты они сами. Где они были, когда дети не спали по ночам и бесконечно болели? Ах, с ними не о чем было разговаривать? Вот подрастет… вот заговорит… вот можно будет с ним поиграть в футбол… А когда с ним можно играть в футбол, он уже по велению мамы записан на бальные танцы. И мама ему внушила, что это его путь и есть. Попробуй разубеди».

Может, я какую историю редкую рассказываю? Почему я тогда слышу подобное от каждого второго таксиста?

Нет, таксист мне, конечно, рассказывает все под другим углом. Не про то, что он что-то не доделал, а про то, что мать ребенка на свою сторону перетянула, неизвестно чему учит.

– На фиг ему это рисование?! Сидит целый день, рукой водит вверх-вниз, горшки с вазами изображает. Нет чтобы по двору побегал, шайбу погонял…

– А ему нравится?

– Вы про что?

– Ну, горшки рисовать. С вазами.

– Да при чем здесь горшки? Я же вам про жену толкую! Сегодня все женщины одинаковые. Они считают, что им все должны и они тут главные. С мужика только деньги тянут. А когда им кажется, что денег недостаточно, тут же ребенка в охапку – и на поиски нового, того, который с деньгами.

– То есть от вас жена ушла? Нашла другого?

– Да никого она не нашла! И никуда не ушла. Ребенка против меня настраивает. Отец – дурак, денег вечно у него не допросишься. Ни на какие секции не хватает.

– А на какие секции-то он ходит? Он же вроде рисует.

– Это по воскресеньям. А так фигурным катанием занимается. Это же деньги немыслимые. Мечта у нее была с детства – фигуристкой стать, но что-то не срослось. Вот теперь свои мечты решила в сыне воплотить. Я сам как-то сразу не усек, что к чему. Думал, все-таки спорт. Хотя, конечно, уж лучше бы на хоккей отдала. Но у нас же теперь все разговоры про каток, все интересы про него же, а главное, сколько и что стоит. Страшно домой возвращаться. И ведь главная ее присказка? «Папе на тебя денег жалко. Другие на подработку идут, а он вон, на диване лежит». А у меня спина больная. Я целыми днями баранку кручу. Мне после этого только лежа возможно отдыхать…

– А сыну-то нравится?

– Да не поймешь его. Он мать боится. С детства муштра, как в армии.

– И что теперь?

– Да ничего. Она злая, сын плачет…

Хочется плюнуть на все и сбежать куда…

Совет

Прежде чем воплощать свои мечты в детях, сначала посчитайте финансы.

13. Идти своим курсом

Каждый здравомыслящий человек в этой жизни пытается найти себя, свою лучшую версию, понять собственное предназначение, чтобы ощутить себя на своем месте. Пытаясь это понять, люди задают себе океан вопросов о смысле жизни, в надежде, что это поможет им выиграть сию гонку!..

Аркадий Райкин

Моей внучке уже двадцать. Думаю, у нее в жизни еще многое что будет меняться. Но уже сейчас она из моих так называемых учениц становится моим учителем.

Чему же я у нее учусь? Главное – это с интересом идти по этой жизни. Вникать в то, что делаешь, понимать, что нельзя тратить время зря, чтобы потом доучивать и переучиваться.

Так получилось, что со своей любимой внучкой я познакомилась, когда ей уже исполнилось восемь лет. Сын привел ее в наш дом и сказал: «Это теперь тоже наша семья».

Я сыну очень верю: раз сказал – значит, так и есть. Значит, будем жить семьей. Та маленькая девочка на мой вопрос, кем ты хочешь быть, когда вырастешь, ответила: «Учительницей физкультуры». Не скрою, ответ меня удивил. Девочки же хотят быть актрисами! Ой, нет, это было вчера. А еще раньше хотели стать учителями и врачами, чуть позже юристами, сегодня блогерами и моделями. А еще просто жить богато.

А тут вдруг учительницей физкультуры. Потом было много всего и разного. Кристина окончила художественную школу, в какой-то момент захотела стать дизайнером, потом архитектором, занималась танцами, монтировала видеоклипы и поступать должна была в институт легкой промышленности на специальность дизайнера. Но… в последний момент нам всем было сказано: «А я передумала!»

Да, спорт был с ней всегда, но для нас это было всего лишь фоном. А для нее, значит, нет.

Я всегда с невероятным уважением отношусь к людям, у которых есть своя точка зрения, которые умеют ее отстаивать, идут вперед к своей цели.

Так может случиться, что впереди нашу девочку будут ждать разочарования. Но была мечта, и она попробовала. Я вижу, с каким интересом и даже азартом она учится. Как мгновенно ей хочется все попробовать на практике, как она стремится найти что-то новое, задает вопросы, прислушивается. Что-то не получается, где-то обжигается, но идет вперед. Не все в жизни гладко, и это только самое начало, но оно выбрано лично ею. И это дорогого стоит. Я такой смелой в ее возрасте не была. Да и сейчас еще не такая…

14. Ничего не бывает зря

Случается, что дорога не та. Иногда это понятно сразу. Кто-то начинает все сначала, пускается на поиски своей дороги. Кто-то принимает решение, что стерпится-слюбится. Бывает, что выясняется весь этот дисбаланс через какое-то время. Вроде как мечтал, надеялся, а на поверку вышло – не твое!

Да, какое-то время упущено. Про этот временной промежуток поговорим позже. В этой главе хотелось поговорить про то самое потерянное время.

Вот вы оглянулись назад и поняли: все было не то и неправильно. Зачем столько времени угробили? Ужас и кошмар!

Да. Время ушло. Вот только оно не угроблено и не потеряно. Вы же все это время не на диване лежали. Где-то учились, что-то читали, где-то работали. Не может быть, чтобы полученный опыт и знания вам вот прямо совсем никак не пригодились. Никогда не поверю.

У меня, правда, был такой случай в моей жизни. Был очень сложный и болезненный развод. Я тогда пережила жуткое предательство. Как я выкарабкалась из всего этого? А вот как: раз – и вычеркнула тот период из жизни. Полностью. Все пять лет. Такая защитная реакция организма.

Но когда тебе 30 лет, можно смело вычеркивать что-то как ненужное. Это потом я начала себя беречь. Каждый вечер перед сном проговариваю, что было сделано за день. Понимаю, что сделано было много, и все полезное: вот это конкретно для себя, а вот это для мужа. Сколько страниц написала, какие темы осветила, как пообщалась с внуком. Тепло разливается по телу.

В тот свой сложный жизненный период просто достала воспоминания, затолкала в мешок – черный мусорный, крепко перевязала, лично проследила, чтоб мусоровоз увез, еще и мусорщику рукой помахала. Мол, давай, давай! И чтоб без возврата.

Кстати, если уж совсем начистоту… Мы ж тут про честное. В одной из моих книг вдруг тот самый бывший муж умудрился вылезти из того самого мешка. Видимо, не плотно я все же тот самый мешок затянула. И тут уж я остановиться не могла. Описала его во всей красе. То есть все же тот полученный опыт очень даже пригодился. И получается, не только мне, но всем моим читателям.

Но это я отвлеклась. Про полученные знания… Мне, например, своего времени потраченного всегда жаль. Никогда не скажу: давайте все перечеркнем и забудем. Даже если мне в моменте кажется, что это мне никогда не пригодится. Пригодится. Уже точно поняла. Рано или поздно обязательно.

А еще так бывает, мне что-то предлагают сделать бесплатно, а это требует от меня достаточно много сил и времени. Например, написать статью для журнала или выступить с лекциями. Я понимаю, что все это идет в ущерб моей основной деятельности. Но я делаю. И рано или поздно это будет новый рассказ, новая книга.

Как-то я помогала писать компьютерную программу по бухучету. Да, не заплатили. Но потом именно эта программа стала основой моих лекций по бухучету.

Или, например, свою первую пьесу на заказ я тоже написала бесплатно. А это огромная работа. Но какая же это была неоценимая учеба для меня. Я увидела театр глазами режиссера.

Так что никогда не бойтесь потерянного времени. Все ваши знания и опыт – это все и всегда остается с вами.

Зарисовки на тему и без

Колония нестрогого режима

Это случилось в бытность наших московских посиделок. Тогда со мной много случалось разного и интересного, в том числе приходили ко мне на программы незнакомые люди с идеями и просьбами. Я никого не отталкивала, говорила: «можно, я подумаю». Честно говоря, это уже я потом так начала говорить, когда поняла, что физически со всем не справляюсь. Но, как правило, помогала, заодно и себя пробовала.

Но одно предложение поставило меня буквально в тупик. Причем оно ко мне пришло от человека мною глубокоуважаемого, на мнение которого я опиралась, удивлялась его грамотности и начитанности, экспертности в вопросах музыки и литературы.

– Вот вы такая, Елена, вся интеллигентная и культурная. И говорите правильно – подозреваю, и думаете. А смогли бы вы выступить в тюрьме?

– Что значит в тюрьме? Там есть какие-то выступления? А при чем тут я?

Александр Юрьевич посмотрел на меня, прищурившись:

– Вы точно ни при чем. И слава богу.

Но к этим людям редко кто приходит. Они никому не нужны. А я хожу. Книги им читаю. Потом про книги говорим.

– Я пойду, – сказала, не раздумывая.

– А я в вас не сомневался.

Так началась моя дружба с женской колонией в Печатниках. Об этом упоминаю иногда вскользь, распространяться не люблю.

Это слишком сложно, чтобы вот так вот просто рассказывать. Это надо начинать с того, как ты туда приходишь. И отдаешь телефоны, флешки, диски, а потом за тобой закрываются двери. Одна за другой. Решетки, тяжелые замки, огромные ключи. И ты все дальше и дальше удаляешься от этого мира. Проходишь через шлюзы, как в подводной лодке, и понимаешь: если сейчас что произойдет, ты останешься в этом отсеке, выхода нет. А потом ты идешь через двор и видишь мамочек с колясками и наконец через лестницы и коридоры попадаешь к своим подопечным отряда номер семь.

Каждый, кто тебя встречает, вытягивается в струнку и громким голосом говорит, практически выкрикивает:

– Здравствуйте!

Туда идешь: «Здравствуйте», обратно через минуту опять «Здравствуйте».

Очень сложный был первый раз. В чем идти, о чем говорить? Нужно ли одеваться нарядно и, господи прости, красить губы яркой помадой? Потом поняла – обязательно. Меня там рассматривают под микроскопом. Я весточка с воли. Важно все: в чем пришла, как улыбнулась, какая сумка, какие сапоги.

Сначала меня внимательно рассматривали – я тогда поняла, что нужно взять паузу и позволить этим взглядам пробежаться по моей персоне. У нас есть время. Нужно было наладить контакт и установить доверие. Читать книги, говорить о литературе – это все потом. Хотя уже в тот самый первый раз я поняла: им нужно про жизнь, про них, они сравнивают, сличают.

Когда уходила, мне сказали одно:

– А вы вернетесь? К нам, как правило, не возвращаются… Боятся. Вы ведь тоже испугались? Но мы вас всегда будем ждать.

Я ехала обратно в такси и плакала навзрыд всю дорогу. Да, я испугалась, но четко поняла, что и это тоже жизнь. Бывает по-разному.

Я вернулась. Ездила регулярно. Читали книги, обсуждали. Я слушала истории. И каждый раз руководитель отряда спускала меня на землю:

– Елена, они еще и большие выдумщики. И пожалуйста, не забывайте: вы находитесь не в санатории, а в исправительном учреждении.

Как-то на 8 Марта получила в подарок от девчонок спектакль по моему рассказу. Мой первый спектакль. Это ли не награда?

Уже не плакала, возвращаясь домой, но, садясь в такси, первым делом позвонила мужу и сыновьям. Вышла, все в порядке…

Вызов для меня? В начале – да. Но я точно кому-то смогла помочь, скрасить его дни, что-то объяснить, дать надежду.

15. А что же я сама?

Каюсь, своим детям я тоже пыталась в первую очередь дать надежную профессию. Правда, у них никакой особой мечты не было. Оба себя в этой жизни нашли. И тем не менее вижу, они открыты для всего нового, смотрят по сторонам, смело берутся за новые дела. Абсолютно самостоятельно. Нам просто рассказывают про свои новости, как про данность. Старшая внучка уже тоже идет своей дорогой, но есть еще внук. Ему двенадцать, и он к нашему мнению прислушивается.

Мы то самое мнение никак не навязываем, просто много беседуем на разные темы, прислушиваемся, иногда мягко направляем.

Накануне разговаривала с внуком. Ежевечерний ритуал. Как всегда, сначала про жизнь друг другу доложили. Что за день произошло? Что у меня? Что у него? После обмена новостями, как правило, во что-нибудь играем. В тот раз переводили предложения. Я ему фразу на русском, он переводит ее на английский.

Предложение следует за предложением: «Я учусь хорошо. Занимаюсь баскетболом. Моя сестра учится в университете и будет учительницей. Я еще не решил, кем я хочу стать».

И вдруг мой внук запнулся.

– А я решил.

– Кем?

– Певцом.

Тут уже запнулась я. И подумала: как хорошо, что я не его родитель. И не мне с этим разбираться. Но сыну позвонила и сказала: «Поздравляю…»

Часть 2. Мой голос

1. Опять виноваты родители

Почему я не бросила институт, хотя понимала, что все это не мое? Почему не пошла своим путем, своей дорогой? Я ведь не глухая и не слепая. Истории из серии «Поступала в медицинский семь раз, работала нянечкой в больнице, была мечта» слышала не раз. Или про актеров… Я не знала, что мое и за что биться?

Не было у меня такой мечты! Вот чтобы ради нее нянечкой или санитаркой работать! Я не хотела быть врачом или ветеринаром, не было у меня глубоких знаний в области наук или тяги к физике и математике.

Что мне нравилось? Мне нравились и легко давались языки. С удовольствием читала книги, слушала музыку, занималась творчеством, причем любым. С удовольствием вязала, всякие праздники организовывала, пела и танцевала. И да, обожала уроки немецкого языка. Тут у меня были одни пятерки. А еще я всегда легко общалась. И что? Что из этого следовало? Быть конферансье?

Как-то давно в одном фильме услышала важную для себя фразу. Сколько лет прошло, а из головы не выходит. Старый такой советский фильм. Как называется, не вспомню, но главного героя играл модный тогда актер Карельских. И вот он сказал примерно так: «Нужно обязательно развивать те способности, где человек легче всего добивается высоких результатов». Мысль эта глубокая мне запомнилась на всю жизнь, я ее потом приняла как руководство к действию. Кстати, и в отношении своих детей. Им же тоже языки легко давались. Вот пусть в ту сторону и идут! Я совершенно не учитывала, что в сторону математики и физики я их не больно-то и направляла по причине того, что сама в этом не сильно разбиралась. Хорошо, что вовремя перегибы заметил их папа и быстро развернул ситуацию.

На мою учебу родители смотрели исключительно со стороны, никак не помогая и не направляя. Что сама выучила, то и выучила. Да-да, еще раз повторюсь: главное, чтобы девочка была скромная и у нее были хорошие отметки. А разве можно за это хвалить? Хвалить нужно только за достижения.

В принципе, подход верный. Сегодня тоже все психологи наперебой убеждают: никогда не говорите ребенку, что он замечательный, самый лучший. Обязательно хвалите не его, а поступок.

О том, что я симпатичная, я не знала. Красивой была сестра, а я просто девочка Лена. Поэтому, когда меня мальчишки вдруг на одном из наших вечеров выбрали королевой бала, я искренне удивилась. Я? Да вон у нас и одна, и другая. Уж точно есть из кого выбрать. Я так, ничего особенного. Когда пошли свидания и мальчики начали делать мне комплименты, я тут же, захлебываясь, рассказывала про сестру. Вот она – да! У нее знаете волосы какие? А в детстве какая была коса? Я-то что…

Да, опять про родителей. Стало быть, внешность дали, но ничего про нее не рассказали. Сама должна была как-то до этого додуматься… Только не подумайте, что я на родителей своих жалуюсь или думаю, что они мне что-то большее должны, чем дали. Это я так, рассуждаю, беру их опыт на заметку, чтобы его замесить в свой собственный. Наоборот, очень рано я поняла, что это я родителям должна.

И все-таки, поскольку я сама мама, конечно же, я задавалась вопросом: а что мы должны дать своим детям. Есть же у родителей конкретные обязательства?

По мнению специалистов, родители должны научить детей:

– регулировать свои эмоции;

– находить нужный стиль общения;

– содержать себя.

Замысловато так. Хотя если разобраться, то все правильно. Но про это читайте в их умных книжках. Здесь я пишу про свой личный опытный путь, поэтому мое мнение: детям нужно дать образование и помочь с жильем. Про жилье – это, конечно же, по возможности. Про образование – тоже по средствам.

И еще о чем не забываем – смотреть на ребенка всегда любящими глазами, хвалить его. Не захваливать ни в коем случае. Правы, наверное, специалисты: за красоту хвалить не стоит, а вот за то, что он старается, за то, что прикладывает усилия – обязательно.

Отвлеклась… Но это все важные дополнения.

Да. Так, стало быть, про немецкий язык. Тут на дыбы встал папа.

– Что значит тебе нравится немецкий язык? Ты хочешь быть учительницей?

– Нет…

Я никогда не хотела быть учительницей. Я всегда боялась толпы. Толпы детей тем более. Учительница – это моя мама с кипой тетрадок, мама, у которой в голове не ты, а чужие дети. Возможно, я маму еще и ревновала. Я уже тогда понимала, что школа забирает учителя целиком без остатка, его личная жизнь отходит на второй план. Даже он сам, его личность отходит на второй план. Что же в этом хорошего, когда ты сам на втором плане?

– А кем? – нажимал на меня папа.

Его вопросы ставили меня в тупик. – Может, ты хочешь стать переводчицей? – Тон был практически зловещим.

Ну как же могу хотеть быть переводчицей? Невозможно же забыть папин рассказ про тот самый ужин с иностранным коллегой. Нет, не ужинали. Это был деловой обед. И это очень важно. То есть обсуждались серьезные бизнес-вопросы. Нельзя было отвлекаться, отрываться. Переводчица должна была ловить каждое слово, переводить не только смысл, но и интонации. Дело закончилось тем, что девушка грохнулась в обморок. Папа с партнером сначала ничего не поняли, а потом метрдотель потихоньку шепнул: «Так она голодная у вас. Вы уже тут три часа сидите, а она ничего не съела до сих пор».

А действительно, когда ей? Папа сказал, положил кусок в рот, жует. Переводчица переводит. Потом отвечает партнер. В это время она тоже есть не может, она должна вникнуть. Вот так все и закончилось. Позором.

– На этом месте я свою дочь видеть не хочу, – постановил папа. Правда, тогда, в общих рассказах про переводчиц, он еще упомянул о нюансах в отелях. Так, обтекаемо. Это мне тоже не очень все было по душе. Я тихо вздыхала.

Где еще можно использовать знание иностранного языка, я, честно говоря, не очень себе представляла. Это сейчас я понимаю: на иностранных языках просто нужно уметь разговаривать. Причем желательно всем и как после языкового вуза. Или хотя бы чтобы и тебя понимали, и ты все улавливала правильно. Но тогда границы только открывались, мы об этом толком ничего не знали. Кстати, про бухгалтеров я тоже не очень была в курсе. Слово мне, правда, не нравилось категорически, но как-то я была уверена, что выход найдется. А пока я буду студенткой.

2. Прекрасная студенческая пора

Зачем было обязательно поступать в институт? Чтобы пережить время молодое, которое одновременно золотое? Нас же убеждали, что эти годы мы всю жизнь будем вспоминать, как свои самые лучшие!

Вот кто сказал, что эта пора прекрасная? Я очень быстро поняла, что мне в этом бухгалтерском институте не нравится все! И то, что ехать было далеко, и сами предметы – нудные и неинтересные. Но главное – отношение преподавателей, снисходительно-высокомерное. Даже не ко мне, а к ребятам, которые приехали со всех уголков России. Причем, как правило, из сел и деревень (я одна была в группе москвичка). Многие из моих сокурсников выживали в прямом смысле этого слова. Жили на стипендию, одевались очень скромно, старались учиться хорошо и сдать прилично сессию. Для них стипендия – это было «не на булавки», как у меня, они на эти деньги действительно жили.

Меня в то время с головой окунули в другой мир. Кстати, что было неплохо. Вот это действительно стало для меня хорошей учебой. Я училась жизни, не бухучету.

Со своими однокурсниками я быстро подружилась, у нас образовалась крепкая и веселая компания. Очень надеюсь, что я их своей инаковостью не раздражала: никогда не была высокомерной и ничего из себя не строила. Но и не прибеднялась. Такая, какая есть. Да, еще мне всегда были искренне интересны другие люди. Разные. Я пытаюсь их понять, от души им радуюсь. Если я вижу, что в чем-то знаю больше, немедленно делюсь знаниями. Без всяких нравоучений. От души.

Я была другой. Ну так получилось! Москвичка, окончила языковую школу, играла на пианино и была за границей: «Да я вам сейчас все расскажу! Подробно!» У меня всегда получалось влиться в разные коллективы. Как? Думаю, от вот этой самой любви к людям и интереса к ним. Человек всегда чувствует искренность.

Недавно встретилась с одной моей бывшей одногруппницей.

– Ты, Ленка, всегда была с другой планеты.

– Как это?

– А вот так. Мы все тебе удивлялись. Но тянулись за тобой. С тобой было интересно.

Я не стала раскрывать своего секрета: это все потому, что мне было с вами интересно.

На этом весь интерес к институту заканчивался. То, что там преподавали и как, – было просто как страшный сон. У меня началась легкая паника. Я не понимала: зачем? Почему я вот это самое должна учить? А дальше что? Это означает, что мне всю жизнь сводить дебет с кредитом? Вот в этих самых балансах? Для этого, что ли, живу? Чтобы в двадцать лет угробить свою жизнь?

Интересно, что остальным нравилось. В основном. Эти девчонки и мальчишки точно знали, куда они приехали и чему они будут учиться. А еще они знали, что их ждут в родных селах. По возвращении они станут главными бухгалтерами в местных хозяйствах, вздохнут с облегчением их родители, жизнь их семей станет легче и обеспеченнее, а мамы с папами будут ими гордиться.

Что будет у меня? Чем тут гордиться? Сидит в подвале в нарукавниках и считает на счетах? Ой, только не рассказывайте, что у нас все профессии в почете. Именно тогда я очень четко поняла: совсем даже не почетно занимать чужое место, что я, собственно, и делала, учась в этом институте. Про то, что могу просто угробить какое-нибудь прекрасное хозяйство своей некомпетентной работой, я пока еще не знала.

Опять хочется найти виноватых. Не так учили, не заинтересовали, не зажгли. Да, честно вам скажу, из всех педагогов с теплом помню одну учительницу по товароведению. Она единственная относилась с пониманием к моей первой любви и к тому, что четыре года я ходила за руку с одним и тем же мальчиком. Педагог обязан не только наукам учить, но учить конкретного студента. Для этого жизнь того студента ему должна быть известна и небезразлична. Так мне кажется. Поэтому и науку товароведение я не то чтобы полюбила, но принимала.

А еще мне нравился преподаватель по теории относительности. Он нам рассказывал истории. Через них вводил нас в мир цифр и разных схем. К доске вызывал нас следующим образом:

– Сегодня вызываю тех, кто… – он оглядывал огромную аудиторию: – Кто в красном.

Те, кто в красном, тут же начинали сползать вниз. Мы, девчонки, уже знали, что кофт на себя нужно надевать несколько. И если что, просто быстро верхнюю снимать.

На экзамене нужно было перед началом ответа рассказать анекдот. Это, как правило, помогало. Меньше четверки он не ставил.

Мне достался совсем ужасный билет. Анекдот рассказала. Видимо, с настроением у педагога в тот день было вяло.

– Что в билете?

Я молча протянула билет.

– Ну?

Я решилась на еще одну попытку:

– А еще я по-немецки говорю.

Он молчал.

– Свободно.

– Говори!

Я почему-то рассказала ему про дивный город Веймер, где родилось огромное количество прекрасных музыкантов. Включая Баха и Бетховена.

– Все?

– Могу на любую тему.

И вдруг он сам начал говорить на немецком. А я отвечать. Так мы поговорили минут пять.

– Ставлю четверку за то, что подняла мне настроение.

Он рассмеялся, потер руки и посмотрел на дрожащий зал.

– Всем, кто пришел в синем, сразу ставлю пять!

Зарисовки на тему и без

Останкинская телебашня

И все-таки не всем я нравилась. Кого-то я раздражала. Я никогда не стремилась в начальство. Староста группы или ее заместитель – это никогда не было моей темой. Старостой стала Лариса. Высокая худощавая девушка с гордо поднятой головой. Серый костюм в мелкую клеточку с узкой юбкой, хлопчатобумажные рубашки – в противовес – в полосочку, под мышкой портфель. Она никогда не ходила одна. С двух сторон обязательно семенили ее бессменные ординаторши Таня и Валя.

Именно они предложили Ларису на должность старосты. Поскольку никто еще никого не знал – это было первое собрание группы – и всем по большому счету было все равно, Ларису выбрали единогласно. Как выяснилось впоследствии, девушек поселили в общежитии в одну комнату. Лариса им так и сказала: «Я буду старостой».

– А откуда знаешь?

– Так вы меня предложите!

– А…

Так и случилось. Они предложили, мы выбрали. А дальше Ларисин портфельчик носил кто-то из Тань – Валь, потому что у Ларисы были всегда заняты руки. Она постоянно что-то записывала в своей тетрадочке. Куда бы ни шла, тетрадочка открыта, Лариса пишет. Фиксирует все, что видит. Как потом мы поняли: кого видит. Кто куда, кто с кем. А потом прямиком в деканат.

Как-то так случилось, что зачеты Лариса уже получала автоматом, преподаватели, которые косились на нас, ей улыбались, а Лариса все выше поднимала, а если уж по-честному, задирала голову.

Вот как раз Ларису я раздражала страшно. Тем, что у меня были джинсы и я их носила не по праздникам, а прямо вот так нагло ходила на занятия. Тем, что не зубрила, но четверки получала, и тем, что со мной всем хотелось дружить.

Она, кстати, так и ходила все время одна. Таня с Валей не считались, они же были не с ней, а за ней. Мне казалось, что она с ними даже не разговаривает. Руку назад протянула – свой портфель получила. Взяла, что нужно было, вернула, даже назад не оборачиваясь.

Но она никак не могла найти на меня компромат. Я не курила, на занятия не опаздывала, не списывала.

И все же ей повезло. Как-то она застукала меня в общежитии после 21:00. Это были ее звездные минуты. Вместе с комендантом и с тетрадочкой она ровно в 21:00 ходила по комнатам. Комендантша была женщиной пожилой, видела плохо, не всех знала в лицо. Сидят за столом и сидят, в книжки свои учебные смотрят, кровати расстилают. Стало быть, здесь живут.

Ларису было не провести:

– Иванова, на выход! Сидорова, нечего за Петрову прятаться!

Переночевать у подружек в общежитии – что может быть прекраснее? Это же мечта всей жизни. Романтика. Полночи шептаться, потом спать валетом пару часов, чтобы на следующий день клевать носом на лекциях. Мечта!

В общежитие надо было прорваться, чтобы тебя не отметили на проходной. Отметили – все, значит, надо уходить. И вот комендантшу отвлекали, я практически ползком пробиралась. И ура! Я на месте. Вместе жарили картошку на общей кухне, доставались домашние соленья – пир горой. Разве ж дома так поешь?

Проверку в 21:00 пережили, спрятать меня сумели, и вот сидим ужинаем. Свечку зажгли, разлили по кружкам чай с вареньем из айвы – такое только мама нашей Наомишки (а в миру Нади) варит. Одно слово – счастье. И тут Лариса нарисовалась. В халате. На голове две бигуди. На ногах стоптанные тапки. Якобы за солью.

– А что тут Ронина делает? Немедленно вон!

А куда вон? Время 12 ночи.

– Лариска, офонарела? Где ей теперь ночевать? Под мостом? – На нее с ложкой пошла Надя. – Ты зачем пришла? За солью? Да забирай хоть всю банку.

– Мне всю банку не надо. Мне макароны посолить. А где твоя Ронина ночевать будет, меня не волнует. Точно не здесь. Не положено правилами. А впрочем, ваше дело. Можете оставаться. Она же не себе хуже делает. Тебе. А тебя из общежития выпрут.

Моя подруга – девушка с Кавказа – была не из боязливых.

– Меня выпрут – родители квартиру снимут, так что пугать тут меня не надо. Но только запомни: брат мой тебя из-под земли достанет. И я не шучу.

Тогда Лариска на нас не настучала, но появилось в ее взгляде снисходительное превосходство. Она своего добилась, я ее побаивалась.

Так и все побаивались. А вот Лариса, похоже, счастлива от этого не была. Никто не хотел с ней дружить. Да, все уже поняли: она староста, она командир. Но в какой-то момент стало ясно, что это совсем даже не победа. Ей хотелось, чтобы смеялись над ее шутками, приглашали в кино. Но она же ничего смешного не рассказывала. И кому в голову могло прийти, что она хочет пойти в кино.

Прорвало нашу Ларису на новогодней дискотеке. Совершенно неожиданно она напилась. Да так, что ее начало выворачивать наизнанку. От стыда расплакалась и разоткровенничалась.

Отмывали ее мы с моей кавказской подружкой.

– Почему меня не любят?

– А за что тебя любить? Ты же на всех стучишь!

– Я не стучу! Я дисциплину поддерживаю! Мне повышенная стипендия позарез нужна. И место в общежитии. У меня нет братьев, которые за меня драться придут, и квартиру, если что, мать оплачивать не сможет.

– Ой, ладно! Это ж я так. Нужна я моему брату – еще драться за меня…

– У меня вот день рождения скоро. 18 лет. Так мечтала его отметить как-нибудь особенно. И что? Даже если я приглашу ребят, не придут ведь!

Арбитром у нас была Надя. Я сидела рядом, гладила Ларису по голове, и Надя успокаивала девчонку.

– Брось ты, Лариска, эту тетрадочку. Прям порви ее! И чтоб все видели. Ты ж головастая. С какой стати тебя должны общежития лишить? Ты хорошо учишься, вон, в научном кружке какие-то расчеты аналитические делаешь. Нам с Ленкой и не снилось такое. Зачем выслуживаться – прислуживать? У тебя и так все хорошо.

– А вдруг? – плакала Лариса.

– А вдруг кирпич завтра может на голову упасть. И про день рождения – а ты поувереннее. И пригласи всю группу!

– Как всю группу. Куда?

– Куда? Ты о чем мечтала?

– Я… – Лариска подумала. – Про ресторан «Седьмое небо».

– Вот туда и пригласи.

– А вдруг никто не придет? И потом, дорого.

– Вместо подарка каждый пусть сам за себя заплатит. И ты не думай про «придет не придет». Ты пригласи. От души. Вот у нас собрание через неделю. До тех пор мы с Ленкой про ресторан тот все узнаем. И приглашай! Мечты должны сбываться!

Надя – та про добрые дела. Съездила в ресторан, узнала, что есть там специальное предложение «Обед на седьмом небе». Час крутишься на этой самой башне, одновременно тебе приносят салат, второе и десерт. Ты лицезреешь Москву со всех сторон и беседуешь с друзьями. Кстати, и выходило все это совсем даже не дорого.

– Может, просто на экскурсию всех позвать? – заикаясь, предлагала Лариска. Я раньше никогда не видела ее такой перепуганной.

– Нет! – упрямо возражала Надя. – День рождения у нас!

Кстати, уже как неделю Лариска свою тетрадочку убрала подальше, сама носила свой портфель, еще и давала списывать лекции. Народ только руками разводил.

На собрании Лариса, как всегда, провела политинформацию, рассказала про институтские новости. Обычно у нее еще был список тех, кого нужно было пропесочить по разным поводам, а тут – тишина. Про день рождения – тоже молчок.

Помочь решила Надя.

– Ларис, а день рождения? Зажать решила? Други! Тут Лариса поделилась идеей. А не подняться ли нам под облака и не выпить за здоровье Ларисы по чашке чая на Останкинской телебашне?

Девчонки захлопали, мальчишки затянули:

– Только чай…

– Там техника безопасности. Голова закружится, свалишься.

Пришли все. Это был прекрасный праздник. Лариса восседала с гордым видом. Башня крутилась в ее честь, и все мы парили над Москвой.

А я поняла тогда про людей нечто большее. Лариса не была отъявленной негодяйкой. Она пыталась вписаться в новую жизнь. Ей показалась, что так будет правильно. Откуда-то она такую жизненную схему взяла. А мы ей показали – не работает! Или работает, но с большими оговорками. Всегда есть выбор. Слава богу, Лариса свой выбор сделала в пользу простой жизни. Честной и интересной.

3. Что со мной не так?

Так почему же я не бросила учебу, коль все было так плохо? Потому что я не знала, что дальше. Я была не уверена в завтрашнем дне, а еще в своих силах.

Я приспосабливалась к тому, что есть.

Я могла скорректировать ситуацию, но мир вокруг себя я менять бы не стала. Брала тот, который предлагался, и создавала в нем комфорт.

Я и представить себе не могла, что, когда вдруг я, совершенно случайно, наткнусь на дело, которое и есть моя мечта и, наверное, мое предназначение, я начну крушить все вокруг, двигаясь к своей цели.

В то время я тихо плыла по течению. Институт не нравится? Нет. Профессия, которой меня учат? Это ужас и кошмар. Однокурсники, которые меня окружают? Если им нравится обучение, бегу от них стремглав. Моими друзьями стали такие же, как я, которые получали отметки, чтобы натянуть на стипендию. А не затем, чтобы что-то там узнать.

Почему это меня никак не удивляло? Молодость, глупость, беззаботная жизнь с родителями. И потом, мало ли, что эти преподы безумные тут нам рассказывают? Может быть, на деле все по-другому окажется? У меня же других вариантов не было. Иностранный язык нет-нет да и всплывал в моей голове, но тут же рядом в моих мыслях появлялся разгневанный папа с рассказами про переводчиц.

Я решила и дальше плыть по течению этой мутной воды. Тогда творчества в моей жизни вообще никакого не было. Ах нет, вру. Я вязала на спицах. Придумывала грандиозные модели, одевала себя и семью, чем удивляла окружающих. Всегда одевалась своеобразно и необычно. Часто получала вопросы от малознакомых людей: «А где все это можно достать?»

Где – знали мои одногруппники. Потому что вязала я каждый свободный момент. В электричке, на лекциях под партой, на переменах… Но разве же это творчество? Все же, на мой взгляд, творчество – это когда еще и хочется поделиться процессом и результатом. А так получалось слишком уж камерно.

Задумываться о том, что меня ждет впереди, я начала только на производственной практике. Я даже не предполагала, что вот эта вся нудятина прорвется в мою жизнь. На практике стало понятно, что учили нас конкретно нашей работе. В один миг я осознала, что меня ждало в недалеком будущем. Вот так вот сидеть в полуподвальных помещениях и считать. Сверху вниз, потом вбок, а потом еще как-нибудь. В перерывах подмигивать коллегам: «Опять сошлось!» – у них опять сошлось, у меня опять нет! М-да…

Люди все вокруг попадались хорошие, меня им было и жалко, и как-то сразу они понимали: ну не про меня это все. Как одна моя наставница говорила: «Ее даже ругать не за что. Она же старается. Если бы она филонила, так нет же! Честно работает». Про себя, наверное, думала: «Может, тупая? Тоже вроде нет».

Ко мне всегда все хорошо относились, помогали и поддерживали. В одном месте даже придумали: они за меня поработают, а я им истории всякие рассказывать стану. И вот я им Агату Кристи пересказывала. «Десять негритят» в лицах!

Но ведь это все неправильно! А с другой стороны, я думала: а чем занимаются другие люди на других работах? Куда ни придешь, все сидят: что-то пишут, что-то считают. Я взяла себя в руки и вникла.

4. Полюбить то, что не любишь

Как-то вступила я в спор с одной продавщицей. Не очень опрятного вида молодая полная девушка продавала мне что-то в бакалейном отделе. Дело было давно. В то время я только-только перешла в ранг главного бухгалтера. Продавец швыряла в меня товаром, не желала отвечать на мои робкие вопросы про «свежий – не свежий». Это сейчас подошел – бирку посмотрел, даты сверил, можно еще в руках повертеть и даже понюхать или выбрать с полки, что нравится больше.

Раньше был прилавок. Стеклянный такой. Другого ничего не было. И вот стояла такая начальница этого прилавка, и ты от нее полностью зависел. Может тебе дать сосиски, а может сказать, что они закончились. А может свежие из подсобки принести. Или колбаску, допустим. Особенно я любила телячью.

– Вам кусочком или постругать?

Не помню, чем уж так разнервировала меня эта девица, но я в сердцах ей высказала свою точку зрения:

– Девушка, вот вы же все равно тут работаете? Уйти вы отсюда никак не можете. Во всяком случае, до вечера. Вы же не только мне настроение портите, вы его себе портите. В каждой работе можно найти какие-то плюсы. Ну ладно, не в работе, сама бухгалтером работаю. Какие уж тут плюсы? Но может, у вас коллеги хорошие или вам помещение это нравится. Да погода за окном, наконец!

Девица посмотрела на меня с сомнением:

– Так вы же с улицы только что! Там грязища и холодище!

– Там самый разгар осени. Я в такую погоду Пушкина представляю. Он стоит на ветру и придумывает очередную поэму.

– А я представляю то, что у меня сапоги промокают! – не унималась девица.

Я поняла, что спорить дальше бесполезно, мнение свое я высказала, меня об этом никто не просил. Вылезла зачем-то. А с другой стороны, сейчас ее все раздражает. А потом вдруг задумается? И вспомнится ей наш разговор. Я же задумалась. И поняла: дело не в цифрах, дело во мне. Тоже мне, царица Шамаханская. Все ей не по вкусу. Счеты ей не нравятся и считать на них… А может, стоит поменять вкус?

5. А как сегодня?

Недавно меня пригласили на встречу со студентами в один из московских вузов. Тема беседы – «Как прийти к успеху». Моими слушателями были будущие инженеры.

Я рада, что была заявлена тема вечера. Не просто встреча с писателем, а разговор про важное.

Знаю, педагоги боялись неудобных политических вопросов. Вдруг чего спросят – я растеряюсь, а они не смогут ребят угомонить. Попробуй-ка повлияй на сто пятьдесят человек, которые сидели передо мной.

Я не боялась. Потому что был задан вектор: мы говорили про будущее ребят, сидящих в зале.

Как стать успешными? Как состояться в этом мире? Не потеряться, не растеряться? Как остаться собой, но постоянно развиваться.

Я начала свою беседу с вопроса: «А что вы сами понимаете под успехом?» Ведь каждый из нас успех понимает по-разному.

Деньги, слава, интересная работа, дружная семья…

Для меня успех – это в первую очередь найти дело по душе. А дальше идти по дороге жизни в заданном направлении, в ладу с самим собой. Ребята слушали меня очень внимательно. Можно даже сказать, затаив дыхание. Им это было нужно. Они уже на меня надеялись. А вдруг я им сейчас скажу что-то важное. Конкретно и каждому.

Я говорила в общем. Но надеюсь, что это не стало для них просто словами:

– Что нам помогает найти свое место в этом мире? Конечно же, образование. И самообразование. Важно учиться. Всю жизнь. Не останавливаться. Брать ответственность на себя. Общаться. Быть комфортным в общении. Ну и как же нам образовываться без книги? А никак! Важно читать. Вникать, использовать прочитанное, делиться мыслями с другими… Да, и удача имеет место быть, и везение. Но шанс дается каждому, я в этом не сомневаюсь.

Я говорила минут двадцать, а потом отвечала на вопросы. Их было много – и все умные, непростые. И один из самых важных вопросов: «Как понять, что успех уже пришел?»

Да, ребят зацепило. Они хотят стать успешными, хотят стать личностями, найти свое дело.

Говорили долго и много. Передо мной сидели заинтересованные молодые люди. Они точно знают, в какое время живут, они понимают непростую ситуацию в мире. Но у них есть силы эту ситуацию развернуть. Я это почувствовала. Уж не знаю, кто из нас получил большее удовольствие от этой встречи, но я узнала много нового. А главное, появилось чувство защищенности. Нам на смену идут хорошие люди. Они не допустят плохого.

6. Чем можно заниматься на работе?

Почему-то я надеялась, что случится чудо. Приду я на работу, а там все другое. Что другое? С какой стати? Но, как говорится, надежда умирает последней. Да, мне не сладко было на практике, но я же не в Москве практику проходила, в провинциальных конторах. А тут Москва. Солидное заведение.

Что оказалось на поверку? Государственное учреждение, где мне предстояло работать, находилось недалеко от метро. Дорога приятная, через бульвар. Я изо всех сил пыталась найти плюсы. Вот иду, свежим воздухом дышу, деревья шелестят, дамы собачек выгуливают. И само учреждение располагалось в отдельно стоящем здании – видимо, бывшем особняке. Широкие лестницы, высокие потолки. Меня привели в просторную комнату с большими окнами и указали на мое рабочее место. На мое приветствие присутствующие ответили невнятно. Шесть человек, все сидят, насупившись. Считают…

Я честно пыталась влиться в коллектив. Получалось не очень. «Неужели им всем интересно работать?» – думала я. Вот так вот считать непонятно что? Ни тебе поговорить, ни тебе помечтать. Я так не могла. Все равно я мечтала и совершенно не могла сконцентрироваться на работе.

Я концентрировалась на своих коллегах. Тех самых, что сидели в комнате. Первая, конечно же, – это начальница.

Столы в комнате были развернуты странным образом. Начальница сидела лицом к нам, все остальные лицом к ней рядами, как в школе. Наша руководительница была крепко сбитой женщиной лет пятидесяти, а может, и сорока. Кто его знает? Мне тогда все казались не девушками. Тем более если учесть, как она выглядела. Основной частью ее гардероба был толстый вязаный жилет. Видимо, собственного творчества. Под ним уже не важно что. Может, что и хорошее. Но жилет же в полосочку продольную. Все полосочки темных цветов, так что… Там уж дальше, что ни надень – хоть юбку, хоть платье.

Телефон у нас был один, на столе у начальницы. То есть мы все вкалывали, а она отвечала на телефонные звонки. Несправедливость. Это я вам сейчас свои мысли озвучиваю, которые тогда ко мне в голову приходили, выталкивая изо всех сил мысли нужные, про работу.

Разговаривали мы, стоя рядом со столом. Много, стало быть, не наговоришь. Ты разговариваешь, а начальница смотрит на тебя. Мол, не стыдно? Уже вторая минута пошла. Если нам кому-то надо было позвонить, мы спрашивали: «Можно позвонить?» Вот такие строгие правила.

И ведь если вдуматься, то это же правильно, ничего нас от работы не отвлекало. Ни тебе телефонов и соцсетей, ни новостной ленты. Не то что сейчас. Так нет же, я улетала мыслями в свои неведомые миры.

Ах, да. Про телефон. Если, допустим, наша руководительница шла в туалет, а тут – бац – и звонок, мы имели право снять трубку. Интересно, что, если звонил муж начальницы, он всегда говорил:

– А можно Галочку?

И вот что за странность такая? Или он не знал, кем у него жена работает? И что тут еще пять человек подчиненных сидит? Стало быть, еще одна мысль, чтобы ее подробно подумать.

Но больше всего мне нравилось думать про Фриду Абрамовну. Жила у нас в комнате еще такая сильно пожилая женщина. Почему жила? Потому что лет ей было сильно за 80 или даже больше, а пришла она в это самое заведение сразу после техникума.

От почтенного возраста Фрида Абрамовна совершенно согнулась пополам, лицо ее смотрело на нас при повороте головы где-то на линии талии. Кстати, линия талии у Фриды Абрамовны как раз присутствовала. Как и восхитительный гребень на седом пучке, и неизменные очки на крючковатом носе в роговой оправе. Персонаж из мультфильма «Карлик Нос», господи прости. Ну это я вам сейчас образно объясняю, чтобы не запутались и точно представили данный персонаж.

Скорее всего, в молодости Фрида тоже красотой не блистала, но, по ее рассказам, она была безумно счастлива в браке. Замуж она вышла лет под тридцать, видимо, раньше не было ну никакой возможности, за человека старше нее на сорок лет.

– Это как?

– Это, милочка, прекрасно!

– Так он же старый!

– Он показал мне жизнь! Что может тебе показать двадцатилетний юнец?

– Например, он может показать мне любовь, – зачем-то выпалила я.

Фрида аж задохнулась:

– Невелика ценность. А Борис показал мне мир. Он знакомил меня с архитекторами! Мы плавали на пароходах!

Две подружки Райка и Катерина тут же начинали тихо хохотать и одними губами мне подсказывать: «А еще он помер через десять лет, и Фриде досталось все состояние».

Это уже потом я заметила разного диаметра мутные камушки в длинных ушах и на заскорузлых пальцах нашей Фриды.

– Фрида Абрамовна! Неужели настоящие? – осмелилась предположить я.

– Другого не носим.

Своих детей у Фриды не случилось, с детьми Бориса она вусмерть переругалась из-за наследства, так что домом ее стала работа. В коллективе она тоже ни с кем не общалась. Сначала я попыталась к ней присоседиться – люблю я пожилых женщин, мне с ними очень интересно, – но быстро поняла, что это мне хочется общаться с Фридой, а ей со мной – нет.

– А почему она так высокомерна? Она же старая. А если ей помощь понадобится? Зачем со всеми ссориться? – пыталась я вникнуть в ситуацию.

– Тут нет людей ее уровня! – констатировали Райка и Катерина. – Даже и не старайся. А потом, она еще боится, что мы ее обворуем.

– Как это?

– А так. А иначе зачем она с сумкой в туалет ходит?

Да, общаться мне было не с кем. Фрида всех боялась, Катерина с Райкой общались исключительно друг с другом. Еще одна девочка, Зина, пришла только после училища. Попыталась общаться с ней. Но она либо про расчетные ведомости – к какому сроку их нужно сдавать, либо про то, что сготовила вчера мамка на ужин, что было к макаронам. А еще меня всегда удивляло, почему Зина спит в комнате с мамой. А папка в комнате с братом.

– А у меня родители вместе спят, – попыталась я выяснить, что к чему.

– Так папка храпит!

Хотела спросить: «А брат у тебя глухой?», но не стала.

Я тогда еще не знала, что если пришел на работу, то надо ее полюбить, а не заниматься невесть чем. Я неправильно подошла к вопросу. И вроде как по наитию и пыталась эту работу полюбить, но только получалось все, кроме самой работы. Работа была нудная и скучная, за что ее любить? И как? Вокруг тоже ничего хорошего не наблюдалось. Ни поговорить, ни вместе чаю попить.

А с Фридой мы как-то все же пообщались.

Зарисовки на тему и без

Фрида и ее камни

Как-то мы остались с Фридой одни в комнате во время обеда. Она по привычке пальцами, согнутыми артритом, достала из своей видавшей виды торбы целлофановый пакет с неизменным бутербродом и огурец, отвернулась к окну и медленно захрустела.

– Чего в столовую не ходишь? – Фрида принципиально ни к кому не обращалась по имени.

– Тошнит. – В то время я уже забеременела и свою беременность переносила очень тяжело. Не выносила никаких запахов, мне пахло везде и ото всех. Бедные люди, как они живут, они даже не представляют, чем от них пахнет и как невозможно рядом с ними находиться.

Кстати, от Фриды не пахло. Она была какая-то бестелесная. Всегда в черной юбке, плотных чулках, шелковые блузки менялись строго раз в два дня, а кофта шерстяная так же, как и юбка, была неизменна. Темно-фиолетовая, вязаная.

– Ненавидишь работу? Или нас?

Я опешила. Вот это вопросик. Даже тошнота прошла.

– А вы? Вы работу любите? И сотрудников наших? – Как я тогда решилась ответить вопросом на вопрос, ума не приложу. Но уж больно вредной была Фрида. Вредной и злой. Никогда не улыбалась, смотрела на всех с небольшим презрением и свысока.

– Работа хорошая. – Фрида достала из своего огромного ридикюля мужской платок и тщательно вытерла губы. После этого вытащила пальцами-крючками бархатную косметичку и накрасила губы помадой такого же отвратительного фиолетового цвета, что и кофта.

Я решила ждать. Каким-то чутьем я поняла, что Фрида нацелена на разговор и все вопросы ко мне были лишь преамбулой. Ничего ей про меня не интересно. Она просто сегодня вдруг решила поговорить. Я не ошиблась, через какое-то время Фрида продолжила:

– Работа хорошая, люди – говно. Причем все. – Она исподлобья зыркнула на меня, ожидая реакции. К этому моменту я проработала в этом странном коллективе – а по мне, так клоповнике – уже год. Не то чтобы я была согласна с формулировкой Фриды, но ход мыслей ее меня развеселил. Мне лично работа не нравилась. А люди не нравились конкретно эти. В других местах хороших было хоть отбавляй. Так что с формулировкой «все» я была не согласна и решила оспорить данное заявление:

– А как же ваш покойный муж?

– А что муж? Не смог меня защитить от этих циклопов. Все сама вырывала. С кровью. Ничего им не оставила, чтоб неповадно было. – Фрида повернула голову и посмотрела на мой живот, дальше голова не поворачивалась. Пыталась понять мою реакцию: достаточно ли она ясно сейчас выразилась? Уразумела ли я, что циклопы – это ее падчерицы? Видимо, реакция моя была недостаточно бурной, поэтому старушенция развернула свою мысль:

– Видите ли, не поняли они отца, – она слегка повысила голос. – Как можно было жениться?! После смерти матери прошло всего-то ничего – пятнадцать лет. И тут я нарисовалась. Причем мать их еврейкой не была – что неправильно. Еврей должен жениться только на еврейке. – Она опять исподлобья зыркнула в мою сторону. – Хотя кому я это рассказываю? Он был красив. Евреи, как правило, обаятельные, но чтобы красавцы – это редкость. Обычно маленькие, пузатые, шеи нет, глазки-щелочки, сами вертлявые, суетливые…

М-да. Доброта необычайная. Но я все так же молчала. Поняла, что сегодня день ее арии. Тем более она уже вердикт в мою сторону высказала на тему «кому она это все рассказывает». Фрида пошамкала синими губами и заскрипела дальше:

– А Борис был высоким, почти под метр девяносто, статный, ямочка на подбородке. Да, нас сосватали знакомые евреи. Пришли к родителям: так и так, есть такой человек, не желает ли ваша Фрида познакомиться, присмотреться? Мой папа тоже сначала про возраст задумался. Ему тогда было 60, а Борису 70. Но он сказал мне так: «Смотри сама, мы с мамой уже смирились, что ты будешь жить с нами и семьи у тебя не будет. Так тоже можно жить. Племянников у тебя хватает, всех возрастов. То, что своих детей нет, – оно, может, и обидно, но не смертельно. За кем ты больше хочешь ухаживать? За родными родителями или за чужим мужчиной?» Вот так поставил вопрос папа. И стало мне так горько. Оказывается, они сами уже все решили, судьбу мою определили и на своем совете утвердили. Я решила встретиться с Борисом. Да, я знала, что не красавица. Но у меня были другие качества, за которые точно можно было меня полюбить. Я всегда была умная, шустрая, все по дому умела делать.

Фрида уже не вертела головой, и голос перестал скрипеть. Она вернулась в свою юность.

– Я видела, что Борис не был в восторге от моей внешности. Я ему не понравилась. Такого не скроешь. Говорил как вроде из вежливости и из жалости. Я не выдержала и расплакалась. Никогда себе такого не позволяла. И тут вдруг он опешил. Охнул так и притянул меня к себе. Девочка моя, говорит, зачем же… И начали мы встречаться с ним. Через два месяца расписались. Да, прожили всего десять лет. Он так меня любил, что тут же попросил оставить работу. Жаль, говорил, времени, немного его у нас. Стало быть, чувствовал. Мы с ним все время были вместе. Дочерям своим тут же на дверь указал, как только те фыркнули в моем присутствии. Вот такой сложный для себя сделал выбор.

– Вы думаете, это правильно? – подала голос я.

– Я же сказала, – Фрида повысила голос. – Он сделал свой выбор. В следующий раз мы с ними на похоронах увиделись. Пришли как хозяйки, пытались все меня от гроба оттеснить. Ну я им и отомстила. Да, всего десять лет. Но мне хватает этих воспоминаний. А это кто все?

– Кто?

– Ну те, кого ты сотрудниками называешь. Пустые все люди.

– А зачем вы работаете? Раз вам все не нравится?

– Во-первых, я не сказала, что все не нравится. Работа хорошая. А люди говно.

Я поняла, что мы пошли по кругу. А тут и Райка с Катериной из столовой вернулись. Как всегда, зашли, умирая от смеха, комната тут же наполнилась разными запахами, Фрида прямо смотрела перед собой стеклянными глазами, а я все думала про ее слова. И про отношение к людям, и про то, что работа хорошая.

7. Меняем вкус

Можно ли полюбить работу? Можно. И нужно. Но тут главное правило: нужно в этой работе разобраться. Невозможно полюбить то, чего не знаешь. Нужно вникнуть, выучить, потратить свое время. Если просто по верхам, то ничего не получится.

Этому меня научил мой младший сын. Видимо, такие знания появляются после учебы в физтехе.

– Можно освоить все что угодно.

– Ну подожди, ты не прав. А как же певцы? Художники?

– Можно. Научить можно всему и научиться всему. Вопрос, сколько ты для этого затратишь труда. Кому-то нужно совсем ничего, а у кого-то такая учеба займет годы тренировок.

– А дальше?

А дальше я сама себе отвечала на все свои вопросы. Это уже наша жизнь, мы сами должны понять, есть ли у нас склонности, способности или даже талант.

Сын отчасти прав. Раньше всех учили петь и рисовать. И ничего – пели и картины маслом писали. Не все стали Патти, но пели все.

Я как-то присутствовала на занятиях пения дочки одних наших знакомых. Мы пили чай и болтали, а в соседней комнате раздавались дикие звуки под фортепьяно. Родители, слегка извиняясь, дали свои комментарии:

– Дочке нравится, это главное. Она нам как-то заявила: «Я хочу быть тем, кем хочу казаться».

– Какая интересная мысль…

– Глубокая. Мы решили поддержать.

И ладно, что нравится. Человек должен заниматься тем, что нравится. Родители молодцы. Они рядом. Могут поддержать на первых порах? Хорошо. Дальше пусть сама. А может, распоется? Или станет театроведом? Директором оперного театра? Почему нет? Важно вовремя остановиться, если талант все-таки не откроется, и не проплачивать себе карьеру. Примеров таких сегодня масса.

Мечта должна дружить с головой и с амбициями. Во всем должна быть гармония. Многие люди становятся несчастными, потому что думают, что могут, а они только хотят. Сложно тем, кто рядом. Если человек сам себя трезво оценить не может, ему нужно помочь и сказать ту самую горькую правду, уберечь от страшной трагедии. Причем не только его самого, но и его окружение.

Ну, это, наверное, тема другой книги. Но в этой главе я хотела сказать главное: занимаешься каким-то делом – не скучай лениво, а вникай что есть силы. Каким может быть результат? Например, тебе может понравиться эта работа.

Есть еще такая тема. Мы сами себе благодарны за наш труд. Мы его ценим. Чужой не всегда, а свой обязательно. Очень жаль себе признаваться, что усилия потрачены зря. А может, все не так уж и плохо?

8. Вникаем

Ровно это самое произошло и со мной. Пока я сидела в общей комнате и на машинке печатала платежки, я не понимала, чем я занимаюсь. Сказали напечатать – я и печатала. Зачем? Про что? Какая разница.

В итоге дело чуть не закончилось огромной трагедией. Я ведь как рассуждала? Подумаешь, запятую не там в сумме поставила! Это для меня была просто цифра, а не сумма, которую наше министерство переводило подведомственной организации…

Ужас и кошмар. Чуть не разорила место своей работы. Потом я видела, как бегали начальники друг к другу, решали, что можно сделать, как исправить ситуацию, при этом косо смотрели на меня. Меня не выгнали сразу, потому что мой папа в то время трудился в параллельной системе. Вроде как я там по блату работала. Может, поэтому со мной и не дружил никто. И это тоже оборотная сторона той работы, где ты трудишься по чьей-то рекомендации. Если думаешь, что тебе зажигается зеленый свет, все может быть по-другому.

Странная сложилась ситуация на той самой моей первой работе. И сама я не поинтересовалась, чем занимается эта структура: кого мы спонсируем, куда идут деньги – и мне про это никто не рассказывал. Это, конечно, удивительно – почему я сама не поинтересовалась? Просто обязана была это сделать! Не сделала. А мне неудобно было. Думала, наверное, так положено. Может, тайна какая государственная? Каждый знает только от сих и до сих.

Уж какая там тайна? Обычная работа в государственной структуре. Деньги спускали свыше, мы их дальше посылали. Сначала обсчитали, перераспределили. Вот и всех делов-то. Когда что-то перестает быть обезличенным, то сразу же меняется наше мнение или отношение. Если бы я понимала, на что конкретно уходят эти деньги, кому мы помогаем, кто от этого получит пользу, – наверняка у меня к той работе отношение бы изменилось.

Сейчас я сама принимаю людей на работу. И первое, что я спрашиваю: а что вы знаете о нашей компании? Как правило, мой собеседник очень внятно рассказывает: что, как, чем компания занимается, сколько лет на рынке, цифры продаж. Сегодня вся информация открыта. Если захочешь – все найдешь.

Дальше обязательно интересуюсь, что сам человек ждет от этой работы, чем бы хотел заниматься, на что рассчитывает в перспективе? И уже если мы договариваемся об испытательном сроке, а без этого никак, то я лично провожу инструктаж. Рассказываю подробно, отвечаю на все вопросы. Человек должен быть в курсе, куда он пришел. Сюрпризы все равно будут, но пусть их будет поменьше.

Я хорошо помню себя… Возможно, такой инструктаж в свое время поменял бы мое отношение к моим первым местам службы. В мое время все было по-другому. А еще было такое понятие, как распределение. Куда направили – там сиди. Или по блату. Тем более сиди и не высовывайся. Все еще на тебя и с тихой ненавистью смотрят. Чье-то место заняла.

Да. Заняла. Это точно. Мне это место было, как говорится, ни уму, ни сердцу. А нужно было отрабатывать то самое распределение, причем работая несколько лет.

Сегодня ситуация в корне другая. И вот я тоже обязательно на собеседовании проговариваю. Испытательный срок три месяца. Но у нас с вами еще есть первая неделя, после которой мы с вами садимся и обсуждаем статус-кво: «Нравитесь ли вы нам и нравимся ли мы вам. Важно и то, и другое. Вам должна понравиться работа, вам должен понравиться коллектив, место должно устроить».

Было, например, такое. Все нравится, но добираться до работы два часа. Нет, говорю, невозможно. У вас двое детей. И вот женщина начинает мне доказывать, что все хорошо, она справится, это ее тема, и зарплата хорошая, и коллектив. Но я смотрю на резюме этой самой женщины. Она просто засиделась дома. Обалдела от детей, от проживания вместе со свекровью, бежать готова куда угодно, чем дальше от дома, тем лучше. Но ведь новая работа – это большой совместный труд. Не только ей нужно будет вникать, нам нужно будет учить. А потом приедет ее муж, потратив те самые два часа на дорогу, стукнет кулаком по столу и увезет свою жену. И я отказала соискательнице:

– Ищите рядом с домом.

Совет

Приходите на новую работу – не стесняйтесь спрашивать. Собеседование – это не только для вас, оно и для ваших работодателей. Стерпится-слюбится – это и для работы не подойдет.

9. Начинаем действовать

На самом деле это было страшное для меня время. Время, когда я не понимала, зачем я работаю, на работу шла как на каторгу. А куда было деваться? Ничего другого, как мне казалось, я делать не умела. (Можно подумать, я пробовала.) Еще и поселился страх. А может, я ничему другому просто не могу научиться? Я почему-то уже забыла, что всегда хорошо училась и, между прочим, играю на рояле и свободно говорю на немецком языке. У меня уже начали формироваться комплексы, я все больше замыкалась в собственной скорлупе. У других же получается? Почему тогда не получается у меня?

Я понимала, надо что-то менять. Но как? И на что? Помог случай. У знакомых на предприятии главный бухгалтер уходила в декрет. Нужно было ее заменить на весь декретный и послеродовой период, а там, глядишь, она не вернется или еще как по-другому жизнь сложится. На первый взгляд я была идеальной кандидатурой. Образование высшее, отметки в дипломе хорошие, где-то уже поработала. (Посидела, ничего не понимая.)

Я, конечно же, была против. Если я обычным экономистом ничего не соображаю, с какой стати я что-то соображу, работая главным бухгалтером? А с другой стороны, что я теряю? Семья меня поддержала, мол, иди, хуже не будет. Куда уж хуже. Короче, собрала волю в кулак, уволилась, пришла.

Эту беременную бухгалтершу я видела ровно десять минут. Она меня встретила в кабинете, открыла сейф, показала, где лежат чековые книжки, еще шкаф с ведомостями продемонстрировала.

– Ты тут пока все полистай. Мне к врачу бежать нужно, опаздываю. Завтра с утра сядем и начнем разбираться. За две недели я научу тебя всему.

Она и вправду хотела. Вот только к вечеру она уже и родила. А я осталась с открытым сейфом и шкафом, полным каких-то папок. Ах, да. Через две недели я как раз должна была сдавать годовой отчет.

Я задумчиво смотрела на все это хозяйство и даже не понимала, с чего начать. Слева направо или наоборот. И вспоминала с нежностью тот период, когда все было тоже непонятно, но хотя бы предсказуемо. Как правило, каждое утро моя начальница давала мне задание. А я глядела на нее и ничего не слышала. Почему-то мой мозг вырубал ее голос. Я особенно даже не переживала, сама себя успокаивала: ну, ничего, ничего, вот она сейчас уйдет, ты спокойно сядешь за свой стол и начнешь прикидывать, о чем она могла говорить. Обязательно придет в голову какая-нибудь идея.

И вот я попала прямо-таки в западню. Спросить было не у кого и непонятно, про что. Я притащила из дома свои институтские учебники, начала их читать. Раньше я же как училась? Зубрила, не вникая. Оставалось оттарабанить на экзамене, получить свою честную четверку (видимо, педагоги тоже понимали, что говорю я бойко, но не очень понимаю, о чем речь) – и гуляй, Вася!

И тут я впервые начала вникать. От ужаса и страха. А еще от того, что я взяла на себя ответственность. Теперь мне не спрятаться ни за чью широкую спину. И первое, что я осознала: какие ужасные учебники. Это кто ж такое писал? Это же вредители какие-то. Набор фраз, умно выстроенных, через которые продираться, как через африканские джунгли. Что это? Так это значит, не только я такая неспособная, нас еще и учили каким-то странным образом.

Выбора другого не было, и я разобралась. Нашла учебники других вузов, монографии, общалась с другими бухгалтерами, ездила в Ленинград, в вышестоящую организацию и сдала-таки тот первый для себя отчет. Мне тогда было двадцать пять лет. Я наконец-то поняла, чем я занимаюсь. Апофеозом счастья стало, когда сошелся дебет с кредитом. К тому же я нашла ошибку у предыдущего бухгалтера и поняла, где могу оптимизировать процесс. Что ж, похоже, я выбрала не самую плохую профессию на свете.

Двадцать пять лет. Это сейчас все по-другому. В этом возрасте молодой человек еще только начинает задумываться. А встать ли ему с дивана? Или еще полежать лет пять, поискать себя? Тогда в этом возрасте в семьях уже подрастали дети, родители дружно зарабатывали по сто рублей и стояли в очередях на стенки и кухни.

Жизнь была предопределена: работа – дом – работа. Средняя зарплата, все читают одни и те же книжки, ходят в одинаковых темно-серых пальто и на Новый год готовят оливье. Зачем нам что-то менять? Жизнь прекрасна!

Правда, можно было двигаться по карьерной лестнице. Но по большому счету не сильно-то это продвижение меняло жизнь.

10. На этом уже можно расслабиться

Одним из самых важных вопросов на встрече со студентами, о которой я уже писала выше, был таким:

– А как понять, что вот это уже и есть ваша жизнь? Что вы добились того, чего хотели? Что можно остановиться и дальше уже не карабкаться?

Скажу вам по секрету: все же карабкаться нужно всегда. Даже когда вы точно занимаетесь своим делом, вам все нравится, вы поняли, что идете по своей дороге. Той самой, из желтого кирпича. Причем уже не туда, а обратно. Стало быть, со всеми дарами.

Как правило, сценарий жизни значительно проще. Редко кто пускается в сложный путь поиска своей мечты. «Мое, не мое» – это ваши вопросы к самому себе. Что важно? Жизнь, а стало быть, и работа должны приносить удовлетворение. Да, может быть, не удовольствие. Но удовлетворение – обязательно. И тогда ты просто живешь свою жизнь. И это жизнь большинства людей. Без метаний и исканий. По большому счету этого достаточно.

Чтобы вот прямо работа приносила удовольствие и чтобы на работу как на праздник – такое бывает крайне редко, да и вообще бывает ли?

В любой работе, даже если это была мечта всей твоей жизни, всегда есть плюсы и минусы. Коллектив, начальник, зарплата. Сегодня нравится, завтра разонравилось. Нужно уметь выделять главное и радоваться тому, что есть. Ухватиться за это главное, культивировать и стараться не разочаровываться.

А что же делать творческим людям? Как им быть? Хочется вспомнить легендарный фильм «Берегись автомобиля» и цитату Евстигнеева про то, насколько бы лучше играла Ермолова, если бы она отстояла смену у станка.

Я много общаюсь с творческими людьми и вижу, как им тяжело. Вот они как раз занимаются тем, к чему у них талант. Но редко, когда на это можно прожить.

Это огромное счастье, когда работа вас кормит, вы свободны в пределах своей сферы деятельности, можете применить свое творчество и, возможно, свой талант. Конечно же, к этому надо стремиться обязательно. Если чувствуете, что начался день сурка, бегите с этой работы со всех ног.

Страшно превратиться в безвольное существо, которому все безразлично.

Совет

Для начала постарайтесь полюбить то, что есть. А для этого досконально в этом разберитесь. Возможно, ваше отношение к происходящему полностью изменится.

11. Сделать работу удобной

Вернемся к моей работе в качестве главного бухгалтера. Мне она неожиданно понравилась. Я видела результат. Я чувствовала уважение коллег. В моей работе был четкий ритм, мне нравилось сводить ведомости, анализировать итоги месяца, квартала. Была даже какая-то музыка во всех этих странных ведомостях.

Я наконец-то нашла, за что мне полюбить мою работу. От меня зависел процесс, я могла лавировать внутри, я не действовала полностью под чью-то указку. Я сделала для себя эту работу удобной. Это тоже важно.

И кстати, как часто мы делаем свою жизнь на работе невыносимой совершенно самостоятельно.

Я не люблю спешки, не терплю, когда меня торопят, особенно без причины. Если мне не удавалось выстроить график, удобный для меня, я с такой работой расставалась.

Может быть очень по-разному. Удобный график можно построить даже в жестком рабочем регламенте. Был период, когда я работала на закрытом предприятии с 9 и до 18. Для меня это вариант сложный, поэтому я его для себя немного усовершенствовала в заданных рамках. Был четкий перерыв на обед. В это время я обязательно уходила с работы. Мне было важно полностью перезагрузиться и понять, что есть другая жизнь. Она моя, и здесь я сама себе хозяйка. Никому не подчиняюсь.

То самое предприятие находилось недалеко от места жительства моих родителей. Мама к тому времени уже была на пенсии. Она приезжала на трамвае к месту моей работы уже с готовым обедом. Мы с ней вместе гуляли, я возвращалась пораньше и быстро съедала то, что мама для меня готовила. Час с мамой был очень важен. Честно вам скажу, я тогда не думала про маму, я думала про себя. Я была с любимым и любящим человеком, я отдыхала душой. Теперь-то понимаю, как это важно было и для мамы.

Или я читала, обычно тоже выходила на улицу, находила милую скамеечку. Про производственную гимнастику я вам уже рассказывала. Был у меня перерыв и на обязательный кофе, и на то, чтобы я выходила из кабинета пройтись по лестницам.

Работа засасывает, особенно работа с цифрами, да, наверное, и любая другая. Можно, работая, забыть про время, не встать ни разу за целый день. Я себе такого не позволяла, перерывы мои были обязательными. Я видела, как вначале на меня осуждающе смотрели коллеги. «Видимо, ей заняться нечем. Она просто еще не знает дат и сроков». Да, поначалу не знала. Но даже когда узнала, отношение к этой работе-жизни не изменила.

Быстро пришло понимание, что работа – это бо́льшая часть моей жизни. Гробить ее на сведение совершенно чужих для меня цифр я не собиралась. Более того, проветрив мозги, отвлекаясь на что-то совершенно другое, можно было посмотреть на проблему незамыленным взглядом и решить ее гораздо быстрее.

Никогда не сделаешь работу лучше и проворнее, если будешь посвящать ей 24 часа в сутки.

Помню мой первый договор с крупным издательством на книгу «Пунктиром по Европе». Это было издательство «Азбука» из Петербурга. Редакторам понравились мои рассказы, но они просили изменить форму.

– А вы покажите нам маршрут, чтобы это было одним цельным произведением. Вот сели вы в поезд, он отправляется из пункта А во столько-то, цена билета такая-то. Где-то остановились, где-то с кем-то разговорились. Сможете?

– Ну да, почему нет.

– Хорошо, у вас две недели.

День я находилась в ступоре от невозможности выполнения этой задачи. То есть мне нужно было писать по шесть часов в день.

– Что такого? Чего ты всполошилась? – поинтересовался муж.

Действительно. Рабочий день же восемь часов. Как раз еще и на перекусы время останется.

Но это невозможно. Писатель не просто набивает текст, который ему кто-то диктует, даже если это диктует его внутренний голос. Текст нужно придумать, проверить по всяким справочникам, облечь в интересную форму. Он должен стать живым, читатели должны увидеть конкретных персонажей.

Но согласие-то я уже дала! И две недели уменьшились на целый день. Шеф, все пропало?! Никогда! Значит, приступаем к работе.

Мое главное правило – не суетиться, не менять свой обычный режим. Не уходить в аврал. Иначе и рукопись моя будет такой же сумбурной, без целей и задач. Каждым своим рассказом я всегда хочу сказать что-то конкретное. Может, вы об этом даже и не догадываетесь, но у меня в голове есть четкий план. Пока я сама для себя его не закрою, точку не поставлю. Вы просто увидите законченную форму. И это будет правильным.

А тогда я, выпив кофе с утра и полчаса посмотрев в окно, настроилась на правильный темп и начала работать. С перерывами, в которых я продумывала цепь событий, с обязательными вечерними прогулками с мужем, занятиями музыкой с сыном. Никто не страдал, я с вытаращенными глазами по дому не бегала и в итоге закончила еще и на день раньше. Еще раз пробежала глазами все то, что получилось, убедилась, что мысль донесена, тема раскрыта, и послала рукопись в издательство.

Совет

Нельзя работать в стрессе или превращать работу в вечный стресс.

Хотя иногда это именно так и есть. Сегодняшнюю работу любого руководителя или владельца бизнеса по-другому никак не назовешь. Каждый день все с чистого листа. Все то, что придумали вчера, сегодня уже не годится. Банки закрыты, таможня не работает, законы новые, бухгалтер уволилась. Как хочешь, так и живи.

Как учил меня в свое время немецкий коллега? Закрой дверь, лучше на замок, налей себе кофе, посиди с закрытыми глазами, подумай о чем-нибудь приятном или посмотри в окно. Не думай о работе. Думай о том, что тебе хорошо. За эти 15 минут ничего не решится, мир не перевернется, а ты хотя бы выйдешь к своим сотрудникам красивая, позитивная и отдохнувшая. Ну и по собственному опыту: многие вопросы за это время отпадают сами собой.

И еще что важно. Если вы руководите коллективом, никто и никогда не должен догадаться, что все, горим, спасения нет. До последнего вы должны вселять веру в своих подчиненных, говорить, что все вместе вы справитесь. Это все рабочие моменты.

Зарисовки на тему и без

Жемчуга Таити

Хорошо, что я назвала этот цикл «Зарисовки на тему и без». Потому что этот рассказ будет совсем из другой оперы. Хотя тема само собой присутствует. Я уже рассказала в своих сборниках про путешествия, что много лет назад мы с мужем отдыхали на Таити. И про то, что там жемчуг особенный, тоже рассказывала. Да, именно так нас и отправляли в путешествие туроператоры:

– Денег берите побольше. Там очень дорогой жемчуг.

Хотелось сказать, что деньги уже все закончились, ушли на оплату этого самого путешествия, да и жемчуг вроде как дома есть.

И тем не менее, когда мы осмотрелись на очередном острове, пошли мы тот самый жемчуг искать. Ну, коль столько о нем разговоров. Магазинчик жемчуга был совсем небольшим: хижина в национальном стиле, вся утопающая в огромных пальмах, стояла прямо на берегу. Толкнули дверь – никаких засовов, зашли – нашему взору открылась комната, увешанная гитарами.

– Есть кто живой? Жемчуг – это к вам?

Из соседней комнаты послышался слегка заспанный голос:

– Да-да. Проходите, сейчас подойду.

Мы оглядывали комнату. Типичная холостяцкая берлога. Продавленный диван, стол, где, видимо, еще с вечера стояла чашка с использованным пакетиком чая и пустая бутылка пива. Вдоль стен – пара комодов и на подставках гитары. Самые разные – электрические, акустические.

К нам навстречу вышел слегка помятый мужчина лет сорока пяти. Шорты, рубашка из хлопка с типичным таитянским узором нараспашку и босиком. Накаченное тело в татуировках. На голове дреды, серьга в носу. И тем не менее перед нами стоял человек с европейской внешностью. Светлые волосы, голубые глаза, прекрасная английская речь.

– Жемчуг? Сейчас!

Он начал открывать комоды, доставать пакетики и прямо на стол, предварительно отодвинув грязную посуду в сторону, высыпать жемчужины.

– Вот эти хорошие. Рекомендую.

– Дороговато… Может, помельче?

– Так вы бусы не покупайте. Купите одну или две. Я сделаю на лесках. А можно и вообще не покупать. Вы сейчас увидели настоящий жемчуг. Полюбовались. В памяти останется. Это самое главное.

Все же мы купили три жемчужины. Джон, так звали продавца, сделал очень простое стильное колье, три лески на разных уровнях, на каждой по жемчужине. И жемчужины мы выбрали разного размера и разного цвета. Джон был прав, мы долго выбирали, рассматривали, думали, что купить, и получили удовольствие все. И покупатели, и продавец.

– Вы ведь родились не здесь?

– Вы правы, я из Канады, в этом году отметил пятидесятилетие, но на Таити живу уже десять лет.

– А как так случилось?

– У меня в Канаде был хороший бизнес. Но вы же про бизнес наверняка сами все понимаете. Вы вот тут у меня час, а вашему мужу уже три раза по телефону позвонили. И это у нас разные часовые пояса с Европой. А так бы звонили постоянно. Не могу сказать, что я выгорел на работе, даже не думал об этом. Работал и работал. Сюда приехал со своей девушкой. Кстати, собирался сделать ей предложение. Не успел. Она уехала ровно через три дня. Ей тут все не понравилось. Грязно, нет того комфорта, воды, к которой она привыкла. Ящерицы по стенам бегают. Короче, я, конечно, был в некотором шоке. Нет, не от ящериц. Оттого, что она уехала. Ей, видите ли, не понравился антураж. Нужно было выбрать «Ритц» в Париже или что-нибудь на Манхэттене в Нью-Йорке. Она долго и пространно рассказывала мне, как нужно жить и что в этой жизни главное, а что нет. А я ведь собирался с ней связать судьбу, предложение хотел сделать на Бора-Бора, на той самой горе, рядом с пепелищем каннибалов.

– Ну, про каннибалов – может, это и действительно не совсем в тему, – осторожно заметила я.

– В тему! Это как раз в тему! Я не люблю в жизни условности, шик и лоск. Жить нужно эмоциями. В общем, остров все расставил по своим местам. Грейс улетела. Дней пять пил я, правда, был в нее без ума влюблен. А потом как-то проснулся часов в 5 утра, вышел на берег и посмотрел по сторонам. Песок, пальмы, солнце, на досках по океану неторопливо плывут местные накачанные парни. Красота. Просто рай на земле. Меня вдруг осенило, просто как заряд электрического тока пробил. А почему нет? Кто сказал, что это все не про меня? Почему я, Джон Смит, не могу каждый день видеть эти фантастические восходы, а потом закаты? Играть на берегу на любимой гитаре?

– И что, вот прямо так все сразу бросили? – это уже спросил муж. Помню, я тогда слегка напряглась. Хорошо, что муж не умеет играть на гитаре.

– Не сразу. Месяц пожил, думал, надоест. Не надоело. Сначала нужно было выживать. Я решил не пользоваться своими деньгами, а сначала сам покрутиться. Пошел работать на ферму, где устриц выращивают. Поработал там обычным рабочим, а потом и сам купил пару ферм. Тут уже да, нужно было принимать решение. Продал свою долю в бизнесе партнеру.

– А гитары?

– А это самое главное. Я пишу музыку. И кстати, она хорошо продается. Раньше времени на это не было, да и казалось, все это несерьезно. А теперь и время нашлось, и вдохновение пришло.

– Не жалеете?

– О чем? Вернуться назад всегда можно. Но пока не хочу. Пока мне тут очень комфортно.

Вот такая история. Человек сумел поменять жизнь. Кардинально. Страну, работу, отказался от любви.

– И как тебе? – Муж задал вопрос первым.

– Я, наверное, примерила бы на себя роль девушки. Видимо, она поняла, что все это не ее, и вовремя свернула эту историю. Это по-честному. А ты что скажешь?

– Нет, я бы на себя роль Джона точно примерять не стал. Заманчиво, но смелости бы не хватило.

Ну что ж, тоже по-честному.

Ну и как тут не привести, к слову, гениальную цитату Александра Грина из не менее гениальной повести «Бегущая по волнам»?

«Переезжая из города в город, из страны в страну, я повиновался силе более повелительной, чем страсть или мания. Рано или поздно, под старость или в расцвете лет, Несбывшееся зовет нас, и мы оглядываемся, стараясь понять, откуда прилетел зов. Тогда, очнувшись среди своего мира, тягостно спохватясь и дорожа каждым днем, всматриваемся мы в жизнь, всем существом стараясь разглядеть, не начинает ли сбываться Несбывшееся? Не ясен ли его образ? Не нужно ли теперь только протянуть руку, чтобы схватить и удержать его слабо мелькающие черты? Между тем время проходит, и мы плывем мимо высоких туманных берегов Несбывшегося, толкуя о делах дня».

Для меня это своеобразная мантра, которую время от время перечитываю и повторяю. И это даже не про сожаление. Это про мое будущее. Все еще впереди. А если я о чем-то сожалею, нужно просто оглянуться назад и покопаться в своих воспоминаниях. Может быть, многое уже и сбылось, а я просто не заметила?

12. Творчество в детях

Я приняла свою работу. Не сказать чтобы полюбила, но приспособилась. И все равно мне хотелось какого-то творчества. Что делать?

Когда я более или менее разобралась в рабочем процессе и перестала думать только про то, где у меня в цифрах не сходится, я начала ходить на разные курсы. То шила, то моделировала. Всегда одевалась не так, как другие. Мне везло на педагогов, это все были сподвижники, и они от души делились своими знаниями. Ну а там и сын подрос.

Умудрился же он родиться у такой мамы. Но я всегда искренне верила, что это не я его так развиваю бесконечно, а он такой талантливый. Это я должна соответствовать его высоким стандартам. Поэтому и школы специальные, и музыка, и концерты бесконечные – то консерватория, то филармония. А куда ж его еще водить? Он же исключительно по классике. М-да. Когда мой сын начал играть тяжелый рок, изумлению моему не было конца. Как же так? Вроде как ничего не предвещало… А кто интересовался его увлечениями? Я ему предлагала дивной красоты классику, он соглашался. Но то, что в душе у него гремела совсем другая музыка, – это мне даже в голову прийти не могло. Но это уже все было потом.

Мой маленький сын был исключительно послушным, откликался мгновенно на все мои поиски прекрасного. На все у меня хватало времени, несмотря на должность главного бухгалтера. Нагрузка была колоссальная, но я справлялась. Меня грело то, что в жизни появилось настоящее творчество. Ради этого я много чего могла.

Но опять же я не упахивалась на работе, а концентрировалась. Делала все быстрее, чем раньше, потому что с первого раза вникала и тут же выдавала результат. А потом уже наслаждалась той самой учебой сына. А это было действительно наслаждение. Мне же не надо было музыкальные пьесы учить, звук извлекать – это все делал сын. Зато я присутствовала при процессе, помогала готовиться к концертам, вся кухня проходила перед моими глазами.

Как-то один молодой коллега спросил:

– А какое у вас хобби?

– Сын. Его учеба.

Он даже не стал переспрашивать. Да я ему и слово вставить не дала, сразу начала рассказывать, насколько это интересно, сколько нового я узнаю, как все это здорово и сколько дает мне сил и энергии. Это действительно так.

В стране полным ходом шла перестройка. Когда сегодня другие вспоминают то время, они говорят о голоде, о лишениях. У меня тоже на работе были горячие дни. Помню, как я должна была уходить в отпуск. Может даже куда-то уезжать. А тут бац – дефолт… Утром я уже стояла (вместо отпуска) у дверей банка. Я приехала первой, через 5 минут приехал наш директор. Мы даже не созванивались, просто пришли и ждали. То была судьба нашего предприятия, считай – наша судьба. Да, мне уже стало не все равно. Я болела за свою работу, за свой коллектив. Теперь для меня это уже были не цифры, а живые люди.

Это я все к чему? Когда меня просили рассказать про перестройку, про то, как тяжело было жить, я ничего такого вспомнить не могла, вот сейчас специально для книги из недр памяти достала. Вспоминаются мне исключительно занятия с сыном, как самое светлое и прекрасное время.

И все-таки очень важно отдавать себе отчет в происходящем. Жизнь, которой я с таким удовольствием занималась, моей не была. Это была жизнь моего сына. Хорошо, что он тянул ко мне свои руки, я его подхватывала – и мы бежали вместе.

А дальше… У него началась жизнь своя. Я осталась там, где была. Правда, уже четко понимая, что на хобби у меня всегда время найдется.

13. У мамы хобби, у папы амбиции

Есть такая тема, что папа включается в воспитание сына лет с семи. До этого времени ему, видите ли, не интересно. То есть папе не интересно.

– С ним же ни поговорить, ни поиграть.

Действительно, о чем можно говорить с годовалым сыном? И поиграть с ним можно только в те игры, которые интересны младенцу. В шахматы не поиграешь… Смотрит папа на всю эту мамину истерику: как поел, как покакал – и в лучшем случае надевает наушники, а так и вовсе сбегает из дома. Нет, не насовсем. Он всех любит, просто не понимает своей нужности в моменте. Нельзя с сыном в футбол поиграть? Пока сам поиграю. Потренируюсь. А вот он подрастет… Тут мы все наверстаем.

И вот сын подрастает. И тут может быть два варианта хода событий. Первый вариант – сын уже целиком в маминой власти и занимается балетом. Какой футбол?! (Это я для примера.)

Есть вариант другой. Папа считает, что он точно знает как. И если он, к примеру, успешный физик, то сын тоже непременно должен стать таким же. О том, что в голове у сына может быть что-то другое, папе даже в голову прийти не может. Есть же формула: не любишь – заставим, потом спасибо скажешь.

Да, именно так я внедряла своих детей в музыку или музыку в них. Спасибо действительно сказали. Но музыка – это фон, который помогает в этой жизни существовать, но никак не дело всей жизни. Так думала я. И кстати, тоже ошиблась. Один из сыновей как раз музыку и выбрал. Прямо скажем, к моему ужасу.

Так вот, про амбиции пап. Им хочется сыновьями гордиться. Они должны состояться. Сын обязательно должен быть спортивным, умным, сильным – так сказать, настоящим мужиком.

Плохо ли это? Нет, конечно, это нормально. Я против перегибов. Иногда именно такой «будущий мужик» и рождается. Но может родиться совсем другой человечек. С тонкой ранимой душой. Будущий танцовщик, или модельер, или повар. Согласны ли папы с таким развитием событий? Не будут ли ломать через колено? Будут. Обязательно. Главное, чтобы папы вовремя остановились и прислушались к мнению ребенка. У мамы тут и совсем сложная миссия. (А когда она была легкой?) Она должна всех помирить и примирить.

И кстати, очень верно говорил Махатма Ганди: «Если вы даете образование мужчине, вы обучаете отдельную личность, но если вы даете образование женщине, вы обучаете нацию». Эту цитату можно принимать, можно отвергать, но это опять же про роль мамы.

Зарисовки на тему и без

Леша – повар

Я очень хорошо знаю эту семью. Наши мужья оканчивали один институт, оба физики-математики, оба успешные. По жизни идут бодро, знают, чего хотят, добиваются своих целей.

Причем они совершенно не сомневаются, что дело в образовании. Физтех не только дает научную базу, он переворачивает мышление и учит трудиться. Да, формулы не нужно заучивать. Зачем? Их нужно уметь выводить опытным путем. Формулу можно забыть, поэтому используй логику. Верь в себя, в свои силы, в свой ум. Живи своей головой, но опирайся на команду. Это действительно уникальный институт, один из самых лучших. Он точно не для всех. Не все могут выдержать эту гонку наукой. Но тем, кто выдерживает, по жизни легче.

И в нашей семье сыновья, и в той сыновья.

В нашей семье папе удалось сына приобщить к физике. Это было не просто, и сын отнекивался, и я долго не понимала, зачем это все нужно. Сегодня вижу, что решение было правильным. Так совпало или папа угадал? Сложный вопрос. Сын уже не занимается наукой, но вот это самое – уметь решить любую задачу, знать, что тебе все по плечу, – этого не отнять. И он тоже бодро идет по жизни, уже обгоняет папу и даже иногда может дать совет. Слава богу, пока без снисходительного тона.

А что у наших друзей? Сыновья тоже особого желания заниматься точными науками не выказывали, их папу это никак не волновало. Думал, еще не время, все еще впереди, куда торопиться. Но, понятное дело, для своих сыновей желал в будущем образования в техническом институте.

Впервые Леша сказал, что хочет стать поваром, в девять лет. Родители только посмеялись. Дело было так: родители ушли в гости, и сын решил сделать им по возвращении сюрприз. Сварил макароны и приготовил соус. Не получилось ни то, ни другое.

– Сынок, не расстраивайся! Какие твои годы. Научишься еще.

– Даже не понимаю, почему не получилось… Я вроде все, как мама, делал…

Никто не обратил внимания, что мальчик все чаще крутился на кухне, смотрел, задавал вопросы, а где-то уже и сам помогал.

Следующая попытка озвучить свою мечту случилась в 12 лет. В тот раз Леша приготовил торт «Наполеон».

– Брат, до мамы тебе, может, еще далеко, но ты на верном пути. – Папа сам не понял, что тогда поддержал сына.

А сын через какое-то время заявил, что решение принято и отступать он не собирается.

Молчала мама, кричал папа:

– Нет! Нет и нет! Не бывать.

Почему нет, папа объяснить не мог, да и просто не считал нужным. Мало ли что подростку может в голову прийти? Как в тот момент казалось отцу, даже голову такими мыслями засорять не стоит. Как всегда, на работе были сплошные авралы, не до сына с его кулинарными проблемами.

После девятого класса парень принял твердое решение – кулинарное училище.

– Никаких поваров в моей семье не будет!

Это был сложный разговор, сложный для обоих. Хваталась за сердце мама, ночами не спал папа. В итоге вердикт был таким:

– Да будь ты хоть сантехником! Главное, чтобы о тебе говорили: «У этого парня золотые руки».

– Обещаю, стыдно вам за меня не будет.

Путь был непростым. И разочарования были, и успехи. Но Леша, не жалея своих сил, шел по выбранной дороге. Учился, разбирался, вникал. Понял, что это не просто про то, сколько времени варить макароны. Работа на большой кухне – это и про качество продуктов, и про закупку инвентаря, и про многое-многое другое. К тому же ты должен быть коммуникабельным и умеющим работать в команде, ловким и быстрым. И работать по двенадцать часов у огненной печки. Такая работа. Но она по душе.

И успехи есть. В какой-то момент наши друзья пригласили нас в ресторан, где работает сын.

Я видела Алексея в работе, видела, с каким уважением относятся к нему сотрудники, а еще я видела гордость в глазах отца. Мама просто незаметно гладила своего сына по плечу.

А ведь парень мог отказаться от своей мечты, но проявил характер, твердость.

Совет

Всегда внимательно слушаем, что говорят наши дети. Не отмахиваемся. Не переводим в шутку. В их шутках доли истины значительно больше, чем нам бы хотелось. Да, и еще не делаем из того, что вдруг узнали, трагедию. Все вполне даже может вырулить к счастливому концу.

14. Наши хобби

Что такое хобби? В переводе с английского это значит «наслаждение». То есть это то, что доставляет нам особенное удовольствие. То, что мы делаем исключительно для себя и из любви к себе. Как же без хобби? Хобби должно быть. Без него никак.

Я, в принципе, уверена, что нет людей, которые бы не увлекались чем-то. Возможно, они просто об этом не догадываются. Не задумываются. Хобби может быть все что угодно.

И рыбалка, и шахматы, и бальные танцы, и задачки математические втихаря порешать. Да, это про удовольствие, когда вы забываете про время. И начинает работать мысль. Можно сделать так, а можно и по-другому.

Главное в нашей жизни – соблюсти баланс. А может ли работа стать хобби? Чтобы и кормила, и удовольствие доставляла? Так бывает? Нет.

Ну то есть, может, где-то у кого-то… Я не встречала.

Всегда есть что-то, что вас не устраивает:

Вы работаете на кого-то.

Вас не устраивает зарплата.

Вам приходится работать круглые сутки.

Ваша работа вас выматывает, хоть и приносит удовольствие.

Поэтому ничего страшного не произойдет, если эти две составляющие разделить – работу и хобби. И все же они должны быть не очень далеко друг от друга, не мешать друг другу.

Зарисовки на тему и без

Любительница книг

Книги – это моя жизнь. И не только потому, что я их пишу. В первую очередь я их читаю. Вспоминаем чукчу, а почему бы и нет? Читать книги не просто важно, это еще и увлекательно.

Я в книгах ищу ответы. Причем на все вопросы сразу. Иногда ответ глядит на меня со страницы книги – как говорится, бери и делай. Чаще всего читаешь между строк и догадываешься, о чем завуалированно хотел сказать автор. А иногда вдруг приходит озарение, совершенно вроде бы и не связанное с данной книгой. Ах, вот оно что… Вот, стало быть, как… Спасибо тебе, автор.

Вот только как найти ту самую книгу? Как понять, что в данный момент нужна именно эта, что именно она даст ответы на сегодняшние вопросы? Раньше были библиотеки и милые вдумчивые библиотекари. Почему они остались в моем глубоком детстве? Они ведь и сейчас есть, и наверняка библиотекари прекрасные.

Но я люблю книжные магазины. Иду туда как на охоту. Что за лес, пруд? Каким может быть улов? Иду и предвкушаю. Вот сейчас…

Не все книжные магазины мне нравятся. Есть те, в которых нет души. Это сложно объяснить, но это чувствуется сразу. По тому, как расставлены книги, как улыбаются тебе продавцы. Еще для меня важно само пространство. Должно быть удобно перемещаться, ходить между стеллажами, чтобы было место, где можно было бы неторопливо полистать понравившееся. Ну и главное, подбор книг. Я его тоже сразу вижу, и сразу понятно, мой магазин или не мой. Ну а уж если еще и можно совет получить от продавца или с ним обсудить книги, то это уже просто счастье.

Сначала мы просто с Викой улыбались друг другу. Если у меня возникали вопросы, она тут же показывала мне нужную полку. Ей не нужен был компьютер, она точно знала, есть книга в магазине или нет, на какой полке она выставлена.

В один из дней, лавируя между полками, я решила обсудить с Викой книгу, которую только что прочла. Вика отозвалась мгновенно:

– А как вам главная героиня? А как вы оцениваете ее поступок?

Так началась наша книжная дружба.

– Сколько лет вы работаете в этом магазине?

– Уже девять.

– А как вы сюда попали? Какое у вас образование?

– Экономическое. Попала случайно. В очередной раз меняла работу. Но книги со мной всегда. И интересно, куда бы я ни приходила, немедленно рядом открывалась книжная лавка или книжный ларек. Я поняла, что это судьба. Книги меня зовут.

– Ну надо же! Вы ведь много читаете?

– Это мое самое любимое занятие. Просто я не думала, что любимое занятие может стать еще и обычной работой. Даже как-то неловко было про это думать.

– Вы здесь совершенно на своем месте.

– Спасибо. Это правда невероятное счастье.

– И не только для вас. Мы-то, покупатели, как рады!

А еще мне невероятную радость принес сам рассказ Вики. Надо же, человек решился поменять жизнь и сделать хобби профессией. Оказывается, такое тоже возможно.

15. Могут ли быть дети вашим хобби?

Опять же нет. Дети – это дети. Это не ваше развлечение и не ваше обучение.

Вам нравится учиться музыке? Учитесь! При чем тут ваш ребенок? Почему вы и его решили поучить заодно? Учимся думать о себе, а не обо всех, кто рядом. Не ставим себе в заслугу, что всех встроили и построили. Чем должен заниматься муж, чем сын, все по расписанию. Ребенок возмущается, муж, наоборот, уже превратился в ослика на поводке: зачем думать, спрошу-ка у жены – она лучше знает. В некоторых случаях жену еще и мамой называют, оно и понятно… Да, еще ведь есть родители.

Но про родителей отдельно.

16. Поколение «сэндвич»

Не я придумала. Социальные психологи. Но, услышав этот термин, поняла, как же это верно. Раньше говорили только про «ребенка сэндвич». Тоже, кстати, судьба незавидная. Приглядитесь, если у кого имеется. Это тот случай, когда в семье трое детей. И вот тот самый, который посередине, – он и есть тот самый сэндвич.

Он совсем недолго побыл самым маленьким и любимым. А может, и не побыл, потому что старшему ребенку надо всю дорогу было показывать родительскую любовь. (Мы же все знаем, как ревностно относятся дети к появлению малыша в доме. Некоторые совестливые родители изо всех сил выказывают свою любовь именно к старшему ребенку.) И тут бац – родился еще один. И вот уже все вместе без всякого зазрения совести любят этого самого вновь народившегося.

Да, у человека развиваются комплексы. У того, который оказался посередине. Ему кажется, он чего-то в этой жизни недополучил, его обделили. Родители с раннего детства давили ответственностью. Мол, ты должен, мы на тебя опираемся, полагаемся, ты один из нас. Он вроде и рад стараться, но где же его детство? Когда уже с малых лет все настаивают, что он взрослый? В детство не вернешься. Разве что только в глубокой старости. Но хотелось бы, чтобы все было в свое время.

И вот тут потирать руки начинают психологи. Так-так-так. Ах, у вас, оказывается, детей в семье много? И вы, стало быть, средненький? Так вот в чем дело! Начинаем прорабатывать. И мама, стало быть, грудью не кормила, и папа как-то нехорошо смотрел, а тут еще и вон оно что. Очень запущенный случай. До второго возраста детства, то бишь до самой старости, не разобраться!

И надо же такому случиться. Этим сэндвичем обозвали целое поколение. И ведь это все так и есть. Мы – те, кому сегодня по 50–60 – оказались намертво зажаты между нашими престарелыми родителями и нашими великовозрастными, но не приспособленными к жизни детьми.

Да, жизнь сегодня всем добавила лет по двадцать. Все предыдущие поколения должны были ухаживать – отсматривать либо тех, кто сверху, либо тех, кто идет следом. У нас по-другому. Мы должны и тем, и этим.

И те недовольны: вы совершенно нас не бережете, не так ухаживаете, и эти – лезете со своими советами, лучше помогите материально. А еще выслушайте, в какой мы опять оказались заднице. Но только ничего не говорите! Сами все знаем. Мы не хотим, как вы!

– А это как?

– А вот так! От зари до зари!

– А вы как хотите?

– Мы хотим получать удовольствие.

Да, хорошо получать удовольствие, когда ты полностью на дотации у мамы с папой, и пробовать «всяко разно». Знаешь, у тебя всегда есть плечо, на которое можно опереться.

Кстати, у нас такого плеча не было. Поэтому и поисками (метаниями, терзаниями) мы не занимались. Есть работа, деньги платят, занимать приходится всего-то за три дня до зарплаты. Ну это же мы просто в шоколаде живем!

Зарисовки на тему и без

Немецкий язык в Грузии

В одно из путешествий по Грузии познакомилась с очень колоритной немецкой парой. Я их приметила сразу. Муж и жена, обоим лет, наверное, сильно за семьдесят, но все равно спортивные, подтянутые. Но хмурые. Почему хмурые? Оказалось, они ничего не понимают. Да, в грузинской глубинке найти человека, который говорит по-английски, непросто (про немецкий даже и говорить не будем), а эти двое смело путешествуют одни, без всякой группы, еще и машину напрокат взяли. Вай мэ! – какой кошмар! – как говорят в Грузии. В Грузии на машине, может, ездят не как в Индии, но что-то такое наподобие присутствует.

И вот сидят эти двое в ресторане отеля за завтраком, слава богу, заказывать ничего не нужно, шведский стол, можно не напрягаться, а тут я со своим «Гутен Аппетит!».

Ох, как же они обрадовались. Это ж счастье сплошное! Для начала они все беды свои мне на голову вылили. Я слегка опешила. Никогда не думала о Грузии в таком ключе. Для меня Грузия – это про тепло и душевность, про красоту природы, про пение и танцы.

О чем мне рассказывают эти приятные люди? Почему они ничего этого не видят? Пришлось посмотреть на Грузию, а еще и конкретно на дождливую Чакви, район недалеко от Батуми, глазами иностранцев. Грузины – это ведь про общение. Тепло разговора, сердечность. А если эти составляющие убрать? Что останется, как сегодня принято говорить, в сухом остатке? Мы увидим полуразрушенные дома, собак и коров на улицах, женщин в платках и в черных одеждах. Громко сигналят машины, под ногами коровьи лепешки. Да много чего в Грузии можно найти неприглядного. Есть те, кому эта страна не близка, кто искренне удивляется и спрашивает меня: «А что ты тут делаешь?»

Мне нравится Грузия. С ее достоинствами и недостатками. Я просто приняла эту страну сердцем. Иначе тут никак. Своим новым знакомым я постаралась, насколько смогла, донести свои ощущения от этой страны. В основном рассказывала про людей, с примерами и в лицах. Они вздыхали и кивали. Уж не знаю, удалось ли мне их убедить, но думаю, кое-что про Грузию им стало понятнее.

А потом они мне рассказали про себя. Я их слушала и удивлялась. Как мы похожи, а с другой стороны, разные какие.

Моника и Петер из разных стран. Она родилась в Нидерландах, училась германистике в университете Роттердама, практику проходила во Франкфурте. Именно во Франкфурте она познакомилась с Петером, где он изучал экономику. Петер родился в Австрии, в Зальцбурге. Папа органист, старший брат пианист. Он сам должен был пойти по музыкальной линии и вдруг увлекся экономикой. Учитель в школе был хороший. Да-да, учитель. Про учителей мы еще поговорим отдельно.

– Я понял, что музыка со мной останется навсегда, но я могу сделать лучше жизнь людей.

– Став бухгалтером? – Я аж прямо опешила. Видимо, что-то я про эту профессию не знала.

– И бухгалтером в том числе. Вы не согласны? Ни одно предприятие, ни одно дело, в принципе, без бухгалтерии работать не будет. Но мне хотелось посмотреть на проблему в целом. Как работает государство, как распределяются ресурсы? Почему кто-то живет бедно, кто-то богато? От чего это зависит?

– А родители как отнеслись к вашему выбору?

Захлопали глазами оба.

– Ну это же мой выбор. Они обрадовались, что я в поиске. В Германии и в Австрии в 18 лет ребенка отпускают в свободное плавание. Ищи сколько хочешь свое место в этой жизни, только за свой счет.

– А как это?

– А так. Если ребенок идет учиться дальше, конечно же, родители поддерживают, но, как правило, ребенок сразу идет жить в кампус или снимает квартиру, рядом с домом никто не учится.

В разговор вступила Моника:

– А еще, к примеру, наша дочь после окончания школы решила год поработать волонтером, поехала в Африку. Честно говоря, она у нас как раз очень домашняя, мы немного волновались. Но что делать, если она не решила, кем она станет? Работала в клинике, преподавала английский язык, жизнь посмотрела. Совсем другую жизнь.

– И что? Поняла, кем хочет быть?

– Да. Экономистом, как папа.

Мы рассмеялись хором. С одной стороны, абсурд. А с другой – Петер не мог ей объяснить, что его работа и полезная, и нужная, и интересная. (Мне, например про полезность, может, и понятно, но про то, что прям вот задыхаюсь от интереса, – нет.) А издалека, из той самой Африки, их дочь что-то такое поняла. Вот ведь дела.

– Сегодня она работает в одном из швейцарских банков.

– То есть вы живете с дочерью в разных странах? Тяжело?

– А у нас и сын живет не в Германии. Он выбрал для себя Францию. Математик. А что тут сложного? Границы открыты. Приезжай, когда хочешь. Вопрос нескольких часов, было бы желание, – добавил Петер.

– Вот когда были живы родители, было действительно тяжело. То есть дети уже разъехались, им реально нужна была наша помощь с их малышами, и тут взбунтовались родители. Им захотелось внимания. И в Австрии, и в Нидерландах старость устроена достойно. И медицинская помощь есть, и социальная. Но вот поговорить… Мы им изо всех сил пытались донести про занятость нашу, про деньги на дорогу. Нет! Папа хочет вам рассказать что-то важное. Садимся в машину. Едем. Оказывается, он вспомнил, что я когда-то попросила купить у него плюшевого медведя, а он не купил. И не то чтобы дорого было, забыл. А я тогда замолчала. А он не мог понять почему. А когда понял, в чем дело, психанул еще сильнее. И вот, оказывается, эти воспоминания его мучили. Почему не сказал по телефону? Ему нужно было при этом разговоре видеть мои глаза. – Моника говорила очень эмоционально. – Сдержалась, чтобы не психануть тогда, я. Сильно заболела внучка, дочь ждала помощи от меня. Я выбрала отца. Постаралась тогда не показать своего разочарования. Но он понял.

– А ты про что подумала? Про завещание? Ты ж у родителей одна. И так было понятно, что все тебе достанется, – хохотнул Петер. Но Монике было не до смеха, ее накрыли воспоминания:

– Помню, ехала обратно в машине и ревела… У внучки есть мама и папа. И целая жизнь впереди. А у моего папы только я. И вот так и жили с постоянной болью в сердце. Старые родители раздражают своих детей. Но у этих детей тоже есть дети. И раздражение кругами расходится по семьям.

Моника помолчала. Молчала и я. И тоже думала о своих родителях. Об ушедшем папе, и как мама до сих пор винит себя за то, что не уделила должного внимания своей маме, моей бабушке.

– А когда их не стало, – продолжила Моника, – появилось чувство вины. Любим вспоминать с бокалом вина у камина про наше детство. Сколько для нас делали наши родители. Вроде как не очень много и делали, судя по нынешним временам. Время было другое. Работать нужно было. Но были семейные традиции, праздники с накрытыми столами и неизменными шницелями и штруделями. Много смеялись, шутили.

– А выбор вашего жизненного пути? Что для этого делали родители? – Я окунулась совсем в другую жизнь. Спасибо моему немецкому языку. Такого из книжек и фильмов не узнаешь.

– Мы просто смотрели на них, на их жизнь и делали выводы. И потом я верю в генетику. В нас все заложено.

– Но это же нужно достать, – не унималась я.

– Вот это задача родителей. Однозначно. Они должны подтолкнуть и дать свободу.

– Как вы, когда разрешили поехать дочери в Африку?

– Примерно.

Еще один пример из серии «поколение сэндвич».

17. Жить по средствам

Работа должна кормить. Я с этим росла, знала про этот тезис всю жизнь. Жить на иждивении? У кого? И с какой стати?

А еще нужно жить по средствам. Этому меня учила моя семья. Я видела, как живут родители, и мне никогда не хотелось иметь больше того, на что я могла заработать.

Наверное, именно поэтому я практически никогда не занимала денег. Ах, нет, вру. У папы занимала. Да, у меня был очень строгий папа. Несмотря на то что он занимал солидную должность, никогда меня не баловал.

– Пальто? Хорошо. Сколько стоит? Со стипендии отдашь.

Кстати, я потом испытывала практически животное наслаждение, когда я уже покупала своим возрастным родителям холодильники и стиральные машины. Папа говорил: рассчитаюсь в конце месяца. Я соглашалась:

– Договорились.

А в конце месяца гордо говорила:

– Подарок!

Но вот никогда не понимала я людей, которые брали те самые кредиты, чтобы покупать дорогие машины, ездить на курорты, типа: «А чем мы хуже других?»

А почему съездить отдохнуть на Селигер, а не в Турцию – это значит хуже? Там природа и здесь природа. Тут вода и там вода. Там тебе шоу показывают с танцем живота, тут песни у костра под гитару. Кто сказал, что это хуже, а это лучше? Это просто разное. Но вот только после Селигера ты просто себе живешь, еще и можешь потихонечку на ту самую Турцию неспешно откладывать, ну уж если очень хочется. А после пятизвездочных отелей в Турции нужно отдавать долги. А ты ведь не знаешь, какие жизнь может преподнести сюрпризы и каких трат от тебя может потребовать. А ведь часто так и получается. Жизнь впритык. Разве это лучше?

Неужели так важно пускать пыль в глаза и рассказывать про дорогостоящий отдых? А потом изворачиваться, перезанимать…

Никогда этого не понимала и всегда жила по средствам. Могла себе позволить ездить на «Запорожце» – и ездила. А потом на «Таврии». И так по списку. На машину своей мечты пересела в 50 лет. И всегда знаю, не в этом счастье. В любой момент опять пересяду на что-нибудь бюджетное или буду ходить пешком. Очень даже полезно. А еще я не буду никогда этого скрывать. Да, деньги есть только вот на это. Но зато вот это самое я лично заработала. И горжусь вот этим самым своим.

Жизнь в кредит, напоказ, чтобы все посмотрели, – для меня это то же самое, что фотографироваться на фоне чужих домов и машин. Ну я-то знаю, что это не мое.

Есть другое мнение на этот счет. Есть у меня один знакомый, который сразу ездил на самых дорогих марках машин. И прямо говорил: брал кредит.

– Понимаешь, я посчитал: чтобы откладывать, а потом купить, мне понадобится лет 5–7, а может, и десять. А захочу ли я ездить на этой самой машине через 5–10 лет? Вопрос… А сейчас я прямо вот хочу. До зарезу.

Отмечу, что знакомый этот руководил достаточно крупной клиникой, она ему и принадлежала. То есть, где деньги брать на погашение того самого кредита, сомнений у него не возникало. У него те деньги были. Просто рачительный бизнесмен все деньги вкладывает в дело, вытащить деньги из бизнеса – это всегда проблема. Так что все было просчитано и выверено. И я такой подход одобряю.

Перед глазами другой пример. И тоже главный врач. Как-то задала я ему вопрос:

– А почему вы не ездите за рулем?

– Не люблю. Понимаешь, у меня первый автомобиль появился в 36 лет. До этого банально не было денег. Хотелось машину страшно. Но денег не хватало, дети маленькие. А когда появилась возможность – перегорел.

Совет

Желания должны исполняться. Но все должно быть подкреплено вашими возможностями.

Зарисовки на тему и без

Мечта про «Мерседес»

Ну и еще один пример. И опять разговор с таксистом.

Мой старший сын, будучи студентом, безумно мечтал ездить на «Мерседесе». Никак не хотел понять, что и у нас-то «Мерседеса» нет. Это, говорил, ваши личные проблемы. А у меня будет! А я хочу. Причем он, как вы сами понимаете, не просто хотел, он просил у нас на тот самый «Мерседес» денег. Причем, понятное дело, «Мерседес» тот был старенький, сильно в летах, не то чтобы очень дорогой. Мы считали те его мечты блажью и абсурдом. Денег не давали, сын обижался.

И вот я делюсь с таксистом своими переживаниями. Дескать, ну куда это годится? Ну с какой стати?

– Ой, не ругайте его. Знаете, сам через такое прошел. Тоже бредил одной машиной. В итоге кредит взял. А у нас тогда только дочка родилась. Жена в шоке, живем от зарплаты до зарплаты. А тут еще этот кредит. Машина старая. Тут же сломалась, запчасти дорогущие. Но меня было не переубедить.

– Кошмар же!

– Не то слово, но это я сейчас понимаю. А тогда уперся, и все тут. Глаза мне что-то застилало.

– Так что застилало? Сегодня вы, наверное, уже можете на этот вопрос ответить. Времени же много прошло.

– Да, сейчас хорошо понимаю, дурак был. Идиот безмозглый. Даже не другим, себе доказывал. Мол, я мужик! А ведь кто такой мужик? Тот, у кого семья крепкая, жена любящая, дети с радостью встречают, когда в дверь звонишь. И вот они не должны ни в чем нуждаться. Понимаете?

Я-то хорошо понимаю. Парень крутит руль и продолжает свой рассказ:

– Вот нас недавно на свадьбу пригласили. А там, знаете, как сегодня принято, цвет объявили, в котором женщины прийти должны. Темно-синий. Пошли с женой по магазинам. Она платья мерит, и вдруг в одном – ну просто принцесса, впору самой замуж выходить. А она крутится передо мной, видит, что я на нее глазами по ложке смотрю. Покупай, говорю.

– С ума сошел. На один раз? Его же больше никуда не наденешь.

Ушли, а я визитку того магазина взял. Звоню:

– Вы платье можете отложить на пару дней? У меня как раз премия наклевывалась. Честно вам скажу, для рыбалки кое-что планировал купить, там тоже все небюджетно. Ну вот. Как премию получил – бегом в магазин. Они вошли в положение, еще упаковали платье так, знаете, в коробку, бантом перевязали.

Парень уверенно и неторопливо вел автомобиль. Рассказывал негромко, не отрываясь, следил за дорогой.

– Ну вы романтик. А жена? Оценила? – Я со страхом ждала завершения этой истории. Бывает же по-разному. Что греха таить, можем мы наших мужей отругать за цветы, за то, что деньги на ветер.

– Еще как. Охнула, так обняла меня.

У парня слезы выступили на глазах, если честно, у меня тоже.

– Так что не ругайте сына. Это он так самоутверждается. Пройдет. Сам потом оглянется, удивится – кому все это было надо?

– Ну а нам-то что делать? Он же с нас денег просит.

Парень помолчал:

– Много очень просит?

– Да нет… Машина-то старенькая…

– Дайте.

К чему все это я? Кто-то может идти к мечте, а кто-то нет?

Могут все! И должны все. Вот только идти нужно. Путь нужно проложить, а не так чтобы: раз – и все на блюдечке! Как в сказке. Вспоминаем Пушкина и его старуху. Ну, то есть золотую рыбку.

За все и всегда нужно платить. И деньги тут ни при чем. Платим своим временем, упорством, лишениями и невзгодами, разочарованиями. Так что ищем дорогу. Рано или поздно она покажется на горизонте. Та, которая ведет к мечте. Рано или поздно.

Часть 3. Выбор сделан

Господи, мы знаем, кто мы такие, но не знаем, чем можем стать.

Уильям Шекспир «Гамлет, принц Датский»

1. А если я хочу что-то большее?

В прошлой главе мы поговорили о том, что не обязательно ваша работа должна быть вашей мечтой. Очень важно, чтобы она вас устраивала. Про мечту – это не обязательно. Это, наверное, какой-то один процент из ста. Но вот чтобы устраивала – это обязательно.

Важно, чтобы вы шли на работу не как на каторгу и чтобы все-таки удовлетворение какое-то оставалось. Чтобы вам хотелось туда красиво одеваться, чтобы на работе хотелось улыбаться. Чтобы был ну хоть какой-то стимул. Можно даже, не приведи господи, чтобы это был роман. Правда, после окончания романа, как правило, нужно немедленно увольняться.

На мой взгляд, когда ты видишь результат своего труда и тебя окружают приятные люди, – это уже и есть то самое достаточное условие для того, чтобы больше ничего не искать.

Финансы. И я сейчас скажу совсем даже непопулярные вещи. Деньги – это не самое важное. Нельзя работать за большие деньги, если вам эта работа противна. А вот если деньги небольшие, но остальное вам нравится, это значительно важнее. Это ваш комфорт, ваше спокойствие, а следовательно, здоровье и долголетие. Ну а дальше Вселенная вас услышит. И денег подбросит.

Не подбрасывала? Нет? Жаль… Значит, подбрасывала что-то другое. Повспоминайте.

В моей жизни у меня был опыт увольнения с работы как раз с очень хорошей зарплатой, потому что в какой-то момент я поняла, что схожу с ума. При этом работа мне нравилась, я тогда работала главным бухгалтером в одном совместном предприятии. И тема была научная, и я точно знала, что мы занимаемся интереснейшей проблемой. Меня окружали сплошь ученые, и коллеги из Лондона приезжали. Но не смогла я сработаться с исполнительным директором. Не нравилась я ему. Он постоянно уличал меня в некомпетентности и капал на меня основному директору. Тот приходил ко мне, вздыхал, ему было неудобно передо мной. И просто даже неловко выяснять отношения. Он был как раз ученым и ничего не понимал ни в управлении, ни в бухгалтерии.

Я шла ему навстречу и сама начинала неприятный разговор:

– Вам кажется, я как-то неправильно работаю?

Он в ответ опять вздыхал.

– А давайте я вам сейчас все покажу.

Я шла к книжному шкафу и одну за другой вытаскивала толстенные папки, где у меня было все подшито и подобрано.

– Вот смотрите, это наши отчеты в налоговую, а вот зарплаты. Видите? А вот командировочные расходы. Давайте посмотрим. Вот видите? Это ваша командировка в Лондон. Помните? Вы осенью ездили.

Директор оживлялся:

– Помню. Точно!

Он с удовольствием смотрел все чеки, которые я обязательно наклеивала на лист А4, а потом еще вручную расписывала и итоги подводила.

– Это я столько денег потратил? Кошмар какой!

После таких проверок директор уходил успокоенный, и мой злой гений оставлял меня в покое. Но через какое-то время опять все начиналось по новой. Терпение мое лопнуло, и я ушла. В никуда… От хорошей стабильной зарплаты. В тот самый период, когда разводилась с мужем и вообще было непонятно, на что я буду жить с сыном. Я точно знала, что что-нибудь придумаю. Нельзя себя не уважать. Нельзя жить в стрессе, постоянно оправдываясь.

И надо же было так случиться, что именно в тот момент пришла ко мне работа, самая-пресамая интересная в моей жизни. Та работа, которую я, сколько лет уже прошло, вспоминаю как свою самую лучшую.

Меня пригласили преподавать бухучет на коммерческих курсах.

2. Работа мечты

На эту тему у меня есть отдельный рассказ, повторяться не буду, но упомянуть тот период своей жизни просто обязана. Совершенно неожиданно я попала в свою стихию. Да, мне не очень понравилась тема, которую я должна была рассказывать народу. Опять этот бухучет. Но рассказывать-то я должна была не просто скучающим студентам, многим из которых эта профессия на фиг не сдалась, как мне, например, или моим подружкам с Кавказа. Они вообще готовились к замужеству, у них там принято, чтоб невеста была с высшим образованием. И не важно, что работать никто там не собирался, но диплом вынь да положь.

На курсах ситуация была другой. Годы нулевые, все сплошь заделались собственниками кооперативов: художники и учителя, сантехники и инженеры. Продавать вроде все у нас могут. А вот как это дело все записать?

Я в который раз поняла, что не так уж плоха профессия, которую я освоила. Спасибо маме с папой.

Но я же помню, что я училась, училась, а ничему не научилась. Это я такая бездарная? Да вроде бы нет. Вон как-то балансы сводить научилась. Педагоги такими были? Не будем обижать пожилых людей.

Мы просто не совпали. Я и мой институт. Мне было скучно. Мои педагоги меня веселить не нанимались. Да им вообще было все равно. Они честно отбывали свое время. Из года в год, изо дня в день тарабаня одно и то же. У них, типа, время – деньги. Пара, две пары, семинар, экзамен. Они только на экзаменах и оживлялись. Ну надо же, счастье какое – можно не говорить, теперь эти дебилы говорить будут… А что мы, то есть дебилы, действительно из всей этой учебы поняли и как все это на практике применять будем, никому не было никакого дела.

Нет, я так не хотела. Я хотела, чтобы мои студенты поняли. А еще лучше, чтобы им это помогло в жизни. И я не только про цифры тогда рассказывала, а еще и как сработаться и что делать, если работник оказался пьющим, а работница беременной, и нужно ли поощрять служебные романы. А еще, как правильно одеваться на поход в налоговую, как найти общий язык с аудиторами. И про это тоже обязательно. Потому что это жизнь. Нельзя учить только цифрам.

Я понимала, надо было сначала аудиторию взбодрить. Ну не по 100 граммов же им наливать? Люди же вечером приходили уставшие, нужно их как-то расшевелить, в чувство привести. Так что обязательно рассказывала смешные истории из жизни коллектива, а потом можно и про дебет с кредитом.

Ну что я вам скажу, нудное это дело – бухгалтерия. Да, есть люди, которые эту работу искренне любят. Но это все было не про мою аудиторию. Я хорошо понимала, что вряд ли 30–40-летние люди, которые тогда сидели передо мной, так уж сильно хотели быть бухгалтерами. Хотели бы – уже бы ими стали. А тут их нужда заставила. Понятное дело, от нужды полюбишь и козла, но ведь не хочется, чтобы уж совсем противно было.

Я же сама нашла что-то хорошее в этой профессии? Так что изо всех сил я старалась привить эту – не сказать, чтобы любовь – своим студентам. Или хотя бы добавить чувство юмора и хорошее настроение в их сложную жизненную ситуацию.

Как ни странно, это действительно стало моим самым счастливым временем. Все срослось. Я поняла про себя что-то новое. То, что я могу быть хорошим рассказчиком. Я умею доносить мысль, умею заинтересовать и могу вот прямо вбить в голову.

Вспомнила учительницу по сольфеджио у младшего сына. Вот она пока блеск в глазах у ребенка не увидит – не отстанет. Так и я. Изо всех сил спать никому не давала. Не только учила, но и развлекала. Первое занятие обязательно знакомство: я про себя, они про себя. Обязательно перерывы, где посмеемся, и обязательно контрольные и зачеты. А в конце экзамен.

– Корочки эти вам вряд ли понадобятся, вы учитесь не для корочки, а для дела (подразумевалось, чтобы в тюрьму не сесть).

И тут я не шучу. Про свой подшефный отряд номер семь в женской колонии я вам уже рассказывала. За ошибки в бухгалтерии там тоже сидят. Свят, свят, об этом не будем.

Что я поняла еще? Я поняла, что я приношу пользу. И это очень важно, быть нужным. Я видела те самые горящие, а потом благодарные глаза. Я видела, что есть контакт и есть взаимопонимание. И это было невероятное счастье.

Пишу эту книгу, а сама всю дорогу опрашиваю всех друзей и знакомых: а кем вы хотели стать? И была ли в вашей жизни работа, которая вам очень нравилась? Совпадений, к сожалению, мало, но они случаются. Чтобы вот так: мечта-работа.

Сама, оглядываясь назад, думаю именно о работе преподавателя. Причем в высшем учебном заведении. И лучше, чтобы студенты понимали, чего они хотят. Хотя это ведь задача учителя – заинтересовать. Мне кажется, я бы смогла.

Вы тоже подумайте: а у вас была такая работа? И кстати, еще не поздно что-то поменять.

3. Наши учителя

Есть такая расхожая фраза: все, кого мы встречаем, наши учителя. В какой-то мере это правильно. Мы учимся всю жизнь. Каждый человек, которого мы встречаем на своем пути, что-то нам дает. Это всегда опыт. Положительный, отрицательный.

Но все же это не учителя. Это подсказки, вешки, которые судьба расставляет нам по жизни.

Мне больше по душе высказывание одного известного психиатра, обращенного к родителям: «Прекратите воспитывать своих детей. Вы не учителя, вас этому не учили!»

А ведь и действительно. Это же сложная профессия. Не зря в институте учат целых пять лет. Тут тебе и психология, и анатомия, а раньше еще был и марксизм-ленинизм. Ну это, наверное, не то, чтобы уж совсем обязательно. Но у учителей есть методики, есть наработки, они знакомы с детской психикой. Мы все знаем главное правило врача – не навреди. Учителя в этом плане – это те же врачи. Разве нет?

Сегодня мы все учителя. Все, кому не лень, дают советы. У кого энергии побольше, тот блогер. И вот раздает такой человек советы налево и направо. Не то, как надо, а как ему вздумается. Кто-то улыбнется и мимо пройдет, кто-то рецепт шарлотки запишет.

А кто-то всерьез начнет вслушиваться и действовать, как велит новоиспеченный гуру. Про гуру – это тема отдельная. Очень приятно, когда тебя слушают, когда тебе кажется, что ты можешь управлять людьми. Страшное это дело. Если только признаки такого самолюбования появляются, нужно немедленно сворачивать лавочку.

Про взрослых людей – это я к слову. Страшно, когда такой руководитель умов вдруг появляется в виде педагога ваших детей. Тут важна роль родителей. Вовремя спохватиться, мягко защитить своего ребенка, ни в коем случае не роняя авторитет учителя, разобраться и направить обучение в нужное русло.

У каждого из вас, думаю, были примеры и безразличных педагогов, и идеальных, и тех, кто всерьез поменял вашу жизнь.

Зарисовки на тему и без

Леля и Ленхен

У нас любовь была взаимная. Я восхищалась ею, а она иначе как Ленхен меня не называла. Ольга Ивановна преподавала у нас немецкий язык. Между собой мы ее звали Леля. Леля вся состояла из любви – к нам, к окружающему миру, к своей семье, к себе. Она жила счастливо.

В языковых школах класс на уроках иностранного языка, как правило, делится на три группы. Группы небольшие, по 10 человек. И каждый раз есть вопросы: какой педагог лучше, к кому нужно обязательно попасть, чтобы твой немецкий был идеальным.

Про нашу Ольгу Ивановну легенды не ходили. Учитель и учитель. Правда, нужно отдать должное нашей школе, у нас все учителя были сильными, все с хорошими знаниями. А дальше, как и положено, у всех у них были свои методы обучения и воспитания. Кого-то из учителей откровенно боялись, кто-то из них брал нудной рутиной. Наша Леля привила нам любовь к немецкому языку. Думаю, это и есть основа основ. Мы свою учительницу обожали.

– Посмотрите на меня. Видите, какая я счастливая. Будете знать немецкий – станете такими же.

Сдвоенные уроки практически каждый день. Сами понимаете, этот учитель становился для нас практически нашим жизненным партнером.

Как же было комфортно с Лелей. Иногда нам казалось, что и не учимся мы совсем, что это так – передышка между физикой и математикой.

В начале урока она всегда давала нам немного отдохнуть, понимала, нам нужно настроиться, переключиться. Мы попадали в другой мир, мир тепла и заботы, в мир идеально красивого немецкого языка. Леля нам внушала, что это самый красивый язык на свете. А иначе зачем бы она сама им стала заниматься?

– Делать нужно только то, к чему душа лежит. Если совсем не получается, то полюби то, что есть, – часто повторяла она. – Но у меня как-то всегда происходило, что меня все окружает самое лучшее. Вы же не сомневаетесь, что школа у нас самая лучшая? И учителя в ней?

Мы, конечно, сомневались, особенно после того, как все очень хило написали последнюю контрольную по геометрии. А с другой стороны, тут же пытались смотреть на ситуацию глазами Лели. Математичка-то тут при чем? Она сколько нас к этой контрольной готовила? И объясняет она хорошо. Или вот, допустим, учительница химии. Я в химии вообще ничего не понимаю. Но при чем тут опять же наша химичка? Она же сразу нас предупредила:

– Друзья, таблицу Менделеева нужно выучить наизусть. Просто даже не вдумывайтесь, просто выучите, как таблицу умножения. Потом мне спасибо скажете.

Я советам не вняла, учить не стала. Так что сама виновата.

Удивительное дело, с одной стороны, наша Леля была как вроде немного блаженная. Не могут быть все люди хорошими. Но если вдуматься, то ведь она была права. Во-первых, в каждом человеке действительно много хорошего, а во-вторых, за что-то всегда можно уцепиться. И потом человек же поступает так или иначе, потому что считает такое действие верным, а не потому что ему нужно тебе напакостить.

Вот такие мысли нам внушала наша Леля. Причем она, наверное, даже и сама не знала, что их внушает, она так жила и нам об этом рассказывала.

– А я сама не знаю, почему мне так везет? У меня самый лучший муж на свете. Во-первых, он красивый, во-вторых, умный. А еще очень любит меня. Но, наверное, я вам сейчас неправильно приоритеты расставила. Все-таки на первом месте – это то, что он очень любит меня. Потом, наверное, что умный. Ну и красивый. Я им просто любуюсь.

Я была сильно удивлена, когда наконец-то увидела Лелиного мужа. Ростом с Лелю, а Леля была чуть выше Дюймовочки, небольшое пузико, походка смешная. Но с какой улыбкой он смотрел на нашу Лелю! А она смотрела на него с восхищением.

Мы его стали наблюдать регулярно, когда наша Леля забеременела. Они жили недалеко от школы, и муж каждый день провожал нашу учительницу до ее работы. Они шли неторопливо – Леля опиралась на его локоть – и оживленно разговаривали. Периодически Леля смеялась, в ответ муж сжимал ее ладошку и смотрел на нее с каким-то особенным теплом.

Того ребенка они потеряли. Уж не знаю, что произошло, мы провожали нашу Лелю в декрет, грустили, что увидимся теперь через год, и вдруг она появилась через месяц. Наша классная руководительница нас предупредила:

– Ребята, у Ольги Ивановны случилась страшная трагедия, постарайтесь ее не расстраивать.

А как не расстраивать? Мы шли на урок немецкого языка с некоторым опасением. Женщина потеряла ребенка. Это что же может быть страшнее?

Леля стояла рядом с аудиторией. Мы по одному подходили к ней, она нас обнимала, вздыхала и переходила к следующему.

А когда мы зашли в класс, она просто сказала:

– Мне очень-очень тяжело. Спасибо, что вы у меня есть.

И мы продолжили учиться. А через год она опять забеременела и родила дочку Леночку.

Эта замечательная молодая женщина меня научила жить счастливо, любить свое и никому не давать разрушить свое счастье.

4. Передать опыт

Поговорим, как важно делиться своими знаниями. К сожалению, не все тут так просто. Многим жалко, мол, пусть с наше попотеет, пусть наступит на те же грабли. Мы, понимаешь, страдали, а ему все на блюдечке?

Не на блюдечке. Как бы мы ни помогали, ни рассказывали, человек все равно свои грабли найдет. Никто еще так не усвоил урок, чтобы все у него потом шло без сучка и задоринки. У всех свои обстоятельства. Все мы живем в разных условиях, и люди на нашем пути разные встречаются. И удача сопутствует по-разному. Поэтому не бойтесь учить и рассказывать. Это всегда добавляет вам бонусов по жизни. Узнал что-то новое – поделись, расскажи.

Как-то один начинающий писатель меня спросил:

– А вот вы свои рукописи рассылали по издательствам. А если украдут?

– Напишем новую. Пусть крадут! Зато моя идея пойдет в народ.

Помню, тот начинающий писатель посмотрел на меня с недоверием. Жалко ему было свой драгоценный манускрипт отпускать на волю. Мне никогда не было жалко.

А еще я всегда тратила свое время на обучение молодежи, на всякие конкурсы молодых талантов. Это ведь сколько рукописей нужно прочитать. И вот читаешь. Много всего бывает примитивного, избитого, того, что уже было сто раз. И вдруг что-то совсем новое. Может быть, и несовершенное, но самобытное. Другое. Хватаешься как за соломинку. Понимаешь, что у этого молодого дарования может быть будущее. Но это только начало, нужно много работать, при этом не только много писать, оттачивать мастерство, а еще и учиться дальше, читать других авторов и… пробиваться. Если ты сам про себя не расскажешь, про тебя никто не узнает. Такова жизнь.

И вот моя задача – вселить уверенность, поделиться своим опытом. Услышит ли меня молодой писатель?

А это еще одна история.

Зарисовки на тему и без

Молодые дарования

Как-то «жюрила» один конкурс молодых писателей. В тот раз болела душой за одного парня. На финальном собрании членов жюри отстаивала, доказывала, почему именно он достоин награды. И стиль письма новый, и не похож ни на кого, и тема интересная. И важно, что пишет парень от души.

Я, понятное дело, нашла юношу в соцсетях, даже написала ему, что мне нравятся его работы, заодно посмотрела на его жизнь. А жизнь-то сложная: российская глубинка, трое младших братьев, отца нет. И про это, кстати, тоже на заседании рассказывала, мы же премию материальную даем. Не только публикации.

И вот парень выигрывает конкурс. Радуюсь, как за себя. Подхожу, улыбаюсь, что-то сбивчиво говорю. И вдруг натыкаюсь на стену. Парень практически меня не слушает, а то, что слышит, – не воспринимает, смотрит на меня не то чтобы свысока, но немного снисходительно. В его взгляде читаю:

«Я, между прочим, тут победитель. И это только начало. Зачем мне с тобой общаться? Ты кто? Жюри. Можно сказать, обслуживающий персонал. Не Лев Толстой и не Пелевин. Так, Ронина какая-то».

Может быть, показалось? Не показалось. Возвращались домой с одним известным киноактером. Уже потом поняла, что это для меня он известный, я на его фильмах выросла, а для этого парня артист этот – так уже, из бывших, практически списанных в утиль.

– А ведь толку с него не будет.

– Почему?

– Да потому что урок не усвоил. Делиться нужно и благодарить. А еще нужно в себе всегда немного сомневаться.

5. Сомнения на тему

Почему сомневаются в себе только самые достойные? Почему они не уверены в себе и вечно тонут в терзаниях и метаниях: а достойны ли они этого? А правильно ли они тут все делают? Не занимают ли чужое место?

И кстати, это тоже на тему про дело по душе. Если работа тебе не нравится, то ты и сомневаться не будешь: подходишь ты этой работе или нет? Можно сказать, своего рода лакмусовая бумажка. А вот если работу ценишь, любишь, то сразу начинаются сомнения. А достаточно ли я сам хорош для такого прекрасного дела? Если такие мысли в голове есть, то наверняка это та работа, которую вы ищете.

Зарисовки на тему и без

Про Веру Глаголеву

Нас познакомил Тургенев. Я запускала сезон клуба «Московские посиделки» в «Тургеневке», а Вера заканчивала съемки фильма «Две женщины». Мы долго общались по телефону и наконец встретились.

К тому времени Вера смонтировала фильм, много рассказывала о съемках, о натуре, о костюмах. Рассказывала и внимательно следила за моей реакцией. Правильно ли она все делала? Я удивлялась ее смущению, ее неуверенности в себе. Она же мастер! И пьесу она прочитала тысячу раз, и видение у нее абсолютно тургеневское. Как и сама она. Не зря же Веру в свое время Эфрос уговаривал на роль Верочки. Не сложилось. Но та Верочка в ней осталась, та совершенная тургеневская девушка.

Мне удалось убедить Веру показать фильм на конгрессе тургеневедов. Вера сомневалась, официальной премьеры еще не было, и потом она немного побаивалась профессионалов. Как они воспримут фильм, который так выстрадан? Которому отдано столько сил, столько души!

Вера рискнула. На показе ее не было, она была тогда в отъезде. «Немедленно позвони, как все пройдет! В любое время суток! Я буду ждать!»

Прошло блестяще! Сколько было хороших слов сказано нашими специалистами в адрес Веры и ее фильма! Как я рада, что сумела первой сказать ей самые для нее важные слова об этой тонкой, глубокой и очень русской картине.

Как же тяжело говорить о Вере в прошедшем времени. Несправедливо, невозможно. Для меня Вера была совершенно единственной в своем роде. Очень легкой в общении, при этом честной, прямой и очень принципиальной. А еще скромной и постоянно сомневающейся в себе.

Вера умела говорить спасибо. Помню, как она приехала к нам в библиотеку с книгами «Две женщины», чтобы поблагодарить, чтобы просто поговорить. Мы сидели в кафе с директором Тургеневского общества Татьяной Коробкиной и продюсером Натальей Ивановой. И опять Вера копалась в себе и была недовольна. Вдруг ошиблась, вдруг не донесла мысль?

А мы, наоборот, ее убеждали, что она настолько погрузилась в тему, что впору начинать думать про фильм о любви всей жизни Ивана Тургенева. И Вера загорелась. Началась работа над сценарием. Она часто звонила, советовалась, ей важна была каждая деталь. Не успела. Не срослось.

Но я думаю, в нашей памяти не только у меня она навсегда останется очень скромным, талантливым и благородным человеком.

6. Избавиться от страха

Нужно иметь большое мужество, чтобы вдруг просто так бросить хорошую работу. Кто-то скажет – безрассудство. Работа кормит, дает уверенность в завтрашнем дне. И потом, чай, уже не мальчик, есть ответственность – за родителей, за детей.

У меня в жизни таких моментов было крайне мало. Риск – это не про меня. У меня все плавно. Сначала сто раз подумаю и взвешу, а ухожу, только когда невыносимо. Почему-то мне всегда казалось, что жизнь сама все расставит по своим местам. Верующие люди говорят – Бог управит. На этом месте, наверное, многие книжку закроют, потому что я выскажу крамольную вещь. Управляем нашей жизнью мы сами. Да, за нами явно кто-то присматривает, выдает нам шансы и бонусы. Но просто сидеть и ждать, а потом раз – и выиграть в лотерею? Анекдот помните? Чтобы выиграть в лотерею, надо хотя бы купить лотерейный билет.

Я милости от природы не жду, в авантюрах участия не принимаю, просто двигаюсь вперед. Не останавливаясь. Бодрым спортивным шагом. Еще и смотрю по сторонам. Раз – появился переулок. Заглядываю. Ничего вроде так, миленько. Но я-то уже вырулила на шоссе, где все гладко, ехать удобно, машина разогналась. Да и сама машина очень приличная. Правда, не премиум-класса, но я сама ее выбирала с любовью и кредит уже на ее покупку выплатила. Как можно с того шоссе свернуть? Нужно ли? А тут дождик начал накрапывать, пришлось дворники включать, и не идет у меня из памяти тот самый переулочек. Почему-то кажется, что уютно там. Почему? А не знаю. Может, деревья шумят как-то по-особенному, домики красиво оформлены… И понимаю я, что это мой адрес. И я останавливаю машину. Разворачиваюсь и еду обратно. Да, есть такое понятие, как интуиция или зов сердца. Со счетов не сбрасываем. Не обманет.

Как-то давно покупала я квартиру. Ждали второго сына и улучшали свои жилищные условия. На новостройку денег не хватало, поэтому квартиру смотрели в старом фонде. Вариантов уже отсмотрели массу, и все не то. Все какое-то чужое. Мне уже неудобно перед риелтором, но она не теряет надежды.

– А давайте еще в одно место заедем?

– Вряд ли, я посмотрела фото, квартира для нас маловата.

– И все-таки? Тут недалеко, – уговаривает нас сотрудница компании.

И вот заходим мы во двор. И сразу сердце у меня екнуло. Я еще квартиру не видела, а уже поняла, что в этом месте мне хорошо дышится. А дальше поднялись мы в квартиру, и я почувствовала – мое. Хотя в своих мыслях я свою будущую квартиру представляла по-другому: больше, с другой планировкой.

– Окно открывайте, пожалуйста, аккуратнее. Что вы его дергаете? – остановила я риелтора. – Я, может, тут жить буду, не сломать бы.

Риелтор тогда только улыбнулась. Вот что значит внимательный человек. А еще любящий свою работу, нацеленный на результат.

Ту квартиру мы купили, риелтор оказалась права. Она почувствовала нас, я доверилась внутренней интуиции. Свернула с шоссе в маленький проулок. Иногда нужно слушать сердцем.

Ну это я немножко отвлеклась. Но еще раз повторюсь, я скоропалительных решений не принимаю. Есть люди, которые принимают. Я таких людей боюсь.

Зарисовки на тему и без

Взять удар на себя

Люба работала менеджером в телефонной компании, муж работал там же, в другом отделе. Собственно, на работе они и познакомились. Компания большая, как-то встретились в столовой, сначала зацепились друг за друга взглядом, потом и словом. Повстречались с полгода, сыграли свадьбу. Через пару лет родился сын, еще через три года дочь. Люба уходила в декрет, возвращалась на работу. Было непросто, но так живут все. Машина в кредит, квартира в ипотеке, с детьми родители помогали. Нормальная семья. Родители работают, дети учатся, отпуск уже позволяли себе по неделе аж два раза в год. Андрея повысили по службе, так что могли себе позволить.

Как-то в один прекрасный день, хотя прекрасным его уже назвать было сложно, Андрей лег на диван и негромко, но уверенно заявил:

– Я не могу больше работать там, где мне противно.

Люба сначала потеряла дар речи. Она почему-то сразу поняла, что муж не шутит. И вот то, что он сейчас сказал, – это серьезно. Через какой-то момент, прокашлявшись, Люба решила выяснить хотя бы причину. Правда, вслух было произнесено совсем другое:

– Хорошенькое дельце. И что делать будем?

– А не знаю. – И муж включил боевик на английском языке.

Своим разговором Андрей поймал Любу уже практически в дверях. Она подкрашивала губы и готова была через пять минут выйти из дома. Муж начинал работать на полчаса позже.

Утро всегда было суетным. Как правило, они проводили его каждый по своему графику. Люба собиралась сама, собирала детей, слава богу, школа и сад находились во дворе их дома. Старший сын девяти лет отводил сначала в сад сестренку, а потом уже бежал в школу сам. Нужно было проследить, чтобы ребята не забыли бутерброды, собрать обеды себе и мужу. Да, в столовую они уже больше не ходили. Одежду она всегда готовила с вечера: в чем пойдет сама и мужу чистая рубашка. Все на вешалках висело на дверях их спальни.

Завтракали тоже отдельно. Как правило, ничего существенного, йогурты, булочки. Муж, как всегда, завтракал, уткнувшись в свой телефон, переодевался он в самый последний момент после того, как выходила из дома Люба. Ничего не предвещало странного заявления. Настроение у Андрея было все утро ровным, она бы почувствовала.

И с вечера ничего такого не было. Не рассказал, не поделился. А что было вечером? А вечером позвонила подруга Светка. Целый час рассказывала про гада начальника. Прохода не дает, что-то от нее требует, намекает.

– На что?

– Ну, ты сама понимаешь!

– Может, тебе кажется?

– А вдруг не кажется?

Когда Люба дошла до спальни, Андрей уже спал. Ну спал же! И всю ночь спал. Стало быть, не так все страшно. Когда у нее что-то в жизни не сходится, организм тут же откликается бессонницей.

Опаздывать на работу Люба никак не могла. Она взялась за ручку двери:

– Ну ты тут полежи, подумай. А я не могу позволить себе лежать. У меня дети, родители – кстати, и твои тоже…

10 минут до автобуса, 20 минут до метро, 30 минут на метро, 10 минут пешком. Итого практически час. Если точно, то она укладывалась в 52 минуты. Андрей всегда удивлялся:

– Откуда этот час? Я доезжаю за сорок пять минут!

– Это потому, что ты выходишь позже и автобус едет быстрее.

Она сама себе разрешила подумать над словами мужа уже в метро. Первые полчаса она просто дышала. Без всяких мыслей. А в метро уже начала думать и сопоставлять.

Они жили дружно, старались сразу решать все проблемы, не замалчивали обиды, делились рабочими переживаниями и неурядицами. В последнее время Андрей действительно жаловался. Пришел новый руководитель отдела, муж никак не мог найти с ним общий язык.

– Понимаешь, мне кажется, он меня провоцирует. С меня спрашивает одно, нашему начальнику все объясняет по-другому.

– Поговори с ним.

– Говорил. У него на все есть свое мнение.

Значит, довел. Люба хорошо знала своего мужа. Просто так на диван бы не лег. Более того, он был уверен в своей жене. Знал, что она рядом не ляжет, возьмет удар на себя.

Интересно, что все-таки Люба пыталась мужа в своих мыслях оправдать, не было к нему ненависти, была злость на того самого начальника. Уже на выходе из метро зазвонил мобильный телефон:

– Презираешь меня?

– Да ты что?

– Люб, поддержи меня, прошу. Я тебя первый раз в жизни об этом прошу.

Она почувствовала слезы в голосе мужа. Этого еще не хватало.

– А мы с тобой все выдержим. Раз ты решил, значит, правильно. Я с тобой.

Она уже входила в офис, говорить больше не могла. Как хорошо, что она как раз свою работу очень любила. Стало быть, теперь она добытчик и кормилец. Да, на какое-то время. Они выдержат. И кое-какие накопления имеются. Все будет хорошо.

Совет

Никогда не уходите в никуда. Обязательно должен быть запасной аэродром, план Б.

7. Договориться с собой

А еще хорошо бы понять, что вы хотите на самом деле? Странное дело, но иногда мы сами себя не знаем. Почему? На мой взгляд, виноваты наши стереотипы, воспитание. Живем себе и живем, совершенно не предполагая, что у нас есть какие-то другие таланты и способности.

Так получается, что частенько найти себя, заняться чем-то стоящим нам помогает стресс.

Я уже рассказала, что работу мечты я нашла именно потому, что меня, так прямо скажем, выгнали с предыдущей работы и я осталась без средств к существованию.

То, что я стала писателем, тоже не вот прямо: мечтала, готовилась – и на тебе.

Я об этом часто рассказываю. Был очень сложный период жизни. Ушел из жизни папа, как-то все не ладилось в семье, дети не радовали. На работе все было плохо. Рассказы я начала писать, чтобы не сойти с ума. Чем тяжелее была жизненная ситуация, тем веселее получались рассказы. В итоге я нашла дело всей своей жизни, поняла, кто я есть на самом деле.

Но разве обязательно загонять себя в угол, чтобы понять, кто ты есть? Можно же просто изменить свою жизнь и осмотреться вокруг без стрессов, страданий и панических атак?

Наша интуиция обязательно нам подскажет, если в жизни происходит что-то не то. Или не совсем то.

Итак, остановились, огляделись. Из чего или из кого складывается наше окружение?

Друзья. Вроде как имеются, но давайте посмотрим, а о чем мы с ними говорим? Что приносят нам эти самые встречи? А может, эти встречи исключительно повод тебя обсудить за углом в другой компании?

Наш досуг. Что мы читаем, куда ходим, на что смотрим? Нам это точно нравится? Или это выбор нашего партнера? Вот этот фильм про шпиона, который смотрит муж, или модная театральная постановка, которой все восхищаются, отпуск в Турции, где все включено? Это действительно наш выбор? Или привычка? По пятницам бокал вина и боевик. По субботам спортклуб, в воскресенье обед у родителей. Жизнь идет своим размеренным чередом. Работа и вообще не обсуждается. Позволит ли другая работа ходить в спортклуб или покупать дорогое вино?

А если попробовать изменить порядок вещей? Это, знаете, как неправильная еда. Вроде как нам вкусно, а потом мы понимаем, откуда килограммы, изжога и вообще встать не можем с утра от переедания. Тогда зачем?

Наверное, это занудные рассуждения, но мы никогда не сможем измениться, если мы не изменим фон. А это всегда наше окружение и наша обстановка.

Я много говорю про то, как важно читать книги. Тем самым мы попадаем в другие миры, видим, что есть за пределами нашего окружения. И вдруг выясняется, что можно жить по-другому.

Для этого книги нужно читать разные, уходить от легкого чтива, которое, конечно же, помогает нам отвлечься от забот. А дальше-то что? Мы же хотим изменений в жизни.

Поскольку я и сама не знала себя, то теперь и всем пытаюсь эту мысль внушить: пробуйте! А вдруг? Вдруг вы певец или художник, а до сих пор не брали краски в руки. Но! Как я уже говорила, для этого нужно сделать усилия.

В том окружении, которое вас воспринимает такими, какие вы есть сегодня, вы новое не попробуете, не изменитесь. А начав меняться, чтобы действительно чего-то достичь, нужно немного уйти вглубь себя. Не разбрасываться и не размениваться, и только тогда…

8. Работа как отдушина

Я знаю людей, у которых для души есть подработка. Как правило, это работа раз в неделю, платят за нее не очень большие деньги. И это не хобби, нет, это действительно работа для души.

Зарисовки на тему и без

Панагиота

В своих книжках про путешествия я уже писала про Панагиоту. Молодая девушка греческого происхождения работала в немецкой компании, с которой мы сотрудничали, секретарем.

Панагиота первая в семье родилась в Германии. Дома с родителями, естественно, говорили по-гречески, каждое лето в отпуск ездили на историческую родину, где проживала ее огромная семья. Мы с Панагиотой подружились. Когда я приезжала в командировку, то, как правило, жила в ее семье. Вечерами мы с удовольствием смотрели видеоролики из отпуска: греческие свадьбы, танцы, застолья. Сколько же в этих людях энергии и задора.

Панагиота любила свою работу в медицинской компании, ее ценили и уважали и сотрудники, и директор. Зарплата ее тоже устраивала. И тем не менее раз в неделю, по пятницам, Панагиота работала официанткой в греческом ресторане. Ехала на другой конец города, возвращалась далеко за полночь, получала за эту работу копейки.

– Зачем тебе это нужно? Собирать тарелки, таскать тяжелые подносы? Это же не про деньги? Тогда зачем?

– Я там говорю по-гречески. – Панагиота гордо поднимала подбородок, и шея у нее вытягивалась, как у Нефертити. Так бывало всегда, когда она начинала говорить о своей родине.

– Почему тогда не уезжаешь обратно в Грецию?

– Потому что моя жизнь уже здесь, но сердце осталось там. – Она вздыхала, выравнивала брови и вытягивала вперед руку. – Видишь кольцо? Бабушка подарила. Оно очень старинное, маме моей не отдала, а мне на руку надела. При всех! Ты понимаешь?

Я понимала. Она вся была кусочком Греции. Германия – это так, место для проживания. Та работа в ресторане – это была связь с родиной, с родной землей, с корнями.

9. У каждого свой потолок

Есть такое убеждение, что у каждого свой потолок. Кто-то может быть руководителем, кто-то исполнителем. И это абсолютно нормально и естественно. Быть лидером – это огромная ответственность. Не спать ночами, никогда не иметь выходных. Даже если ты в отпуске, у тебя в каждой руке по телефону, и с утра ты должен проверить почту. А еще бесконечные авралы и тушение пожаров. Это жизнь? Да, жизнь. Вот такая жизнь у директора или собственника бизнеса. С отпуском на Мальдивах, с дорогими машинами и домами. Но она очень сложная. Это выбор. Можешь работать от звонка до звонка, можешь вот так. Кто счастливее? Возможно, как раз тот, который от звонка и до звонка. Счастье, когда он это понимает.

Недавно услышала такое утверждение: тот, кто исполнитель, не может быть руководителем. А вот с этим я поспорю.

Очень важно оказаться в правильном месте, в окружении правильных людей. Мы даже не представляем себе, сколько в нас всего намешано, какие потенциалы скрыты.

«Ему не дано, какой из него директор, он типичный исполнитель, сейчас он на своем месте», – как правило, мы так говорим о других. А что сам человек о себе думает?

Зарисовки на тему и без

Лившиц и Ландау

Их называли Лившиц и Ландау. Феликс и Рома оканчивали один из престижных московских вузов. И вот здесь начинается еще один разговор. Про гениев и трудяг.

Феликс однозначно был гением. У него голова была устроена по-другому. Он видел мир по-своему и постоянно хотел его улучшить. Хотел и мог. Он чинил все, что оказывалось у него в руках. Мог починить чайник, а мог лазер. Он обучался всему и мгновенно. Не важно, химии или китайскому языку. Про себя он тоже все знал, но относился к себе объективно. «Я обучаемый», – просто говорил про себя Феликс.

Рома был трудягой. Способным, старательным, но ему приходилось затрачивать на освоение нового материала в десять раз больше усилий, чем Феликсу.

Феликс поступил в институт сам. Приехал из маленького провинциального городка и с легкостью сдал экзамены. Хорошо, что в этот вуз принимают не по блату, а по знаниям.

Рома упорно занимался с репетиторами три года. Репетиторы успокаивали парня: «Зато ты научился трудиться. Знаешь, как это бывает? Те, которые гении, поступают легко, а потом не учатся толком, думают, что им и так все известно. А это совсем не так. Бывало такое, что те самые гении вылетали из института после первой же сессии, а вот такие, как ты, не просто учатся до самого конца, хотя порой и не очень блестяще, но потом они успешно ведут тяжелые бизнесы».

Свыше было суждено тем двум парням столкнуться и пойти по институтской жизни закадычными друзьями, помогая и вытягивая друг друга. Ромка не давал Феликсу заболеть звездной болезнью и помогал не лениться. Прав был репетитор, не раз он слышал от друга: «Отстань, и так все знаю». Знать-то ты знаешь, но мысль нужно оформить, нужно правильно подать, а еще нужно сдать экзамен, то есть терпеливо донести до вредного порой преподавателя, что ты умный, способный и учился по ночам.

Они дополняли друг друга, им было вместе хорошо и комфортно. И наукой вместе занимались, и статьи научные писали. И работать пошли в один научный институт.

Возможно ли что-то делать вдвоем? Написать книгу, сделать научное открытие? Возможно. Говорю вам как писатель, который пишет пьесы вместе с режиссером. Очень даже можно, особенно работая над театральной постановкой. Я знаю, как прописать диалоги. Режиссер видит в своем воображении актеров на сцене. А вместе мы делаем спектакль.

Про научное открытие и говорить нечего. Один делает руками, другой записывает. Один делает подсчеты, другой анализирует. И так далее. А в наше время и того больше. Нужно еще заниматься продвижением. И тут бедные ученые, которые что-то на коленке изобрели, но никому про это рассказать не сумели, всегда оказываются в проигрыше. Вот тут тандем Рома – Феликс был на высоте.

Но жизнь все расставляет по своим местам. Друзьям пришлось разъехаться по разным городам. И опять те самые репетиторы оказались правы. Роме было легче. Он умел договариваться, разговаривать, голова светлая, образование прекрасное.

На первых порах Феликсу было очень тяжело. Он привык, что все вопросы всегда решал Роман и прикрывал Рома. Да, все знали на работе про гениальность Феликса. А дальше? И еще приклеился ярлык – исполнитель. Есть лидер, а есть исполнитель. Исполнителю никогда не стать лидером.

Кто сказал? Это и так все знают. И все же?

И все же на жизненном пути Феликса появилась Таня. Таня сказала Феликсу:

– Что? При чем тут Рома? Ты и сам все можешь делать!

– Не, я не могу, – пытался отлынивать Феликс.

Но Таня была рядом, верила и вела за собой своего парня. Сначала за собой, потом слегка подталкивая в спину, а потом просто шла рядом. И все получилось. Кто сказал, что лидерами рождаются?

И лидерами тоже становятся. Но очень важно, чтобы рядом был тот, кто верит.

10. Может быть, дело в директоре?

Иногда так случается, что нам не нравится не работа, а человек, который нами управляет. И вот работа мечты превращается в тихий кошмар. Да, так бывает. А бывает, что тебя невзлюбили. Что делать?

Продолжать работать. И да, так получается, что где-то нужно умерить свою инициативу. Не обязательно всем рассказывать, как надо, показывая, что вы знаете лучше. Хотя, может статься, что так и есть. Просто работайте, учитесь, спрашивайте. Обязательно найдется то, что вы не знаете. Спрашивайте и делайте. Занимайтесь самообразованием. Лучше молча. В обеденный перерыв говорите на отвлеченные темы. Как в Германии: о спорте и о погоде. И про цены в магазине. Я про это уже писала, но повторение – мать учения. Программы по телевизору тоже лучше теперь не обсуждать – такое время, можно переругаться.

Старайтесь быть нейтральным. Но самое важное – никогда не обсуждать директора. Это вот просто первое правило! На работе друзей нет. Покивают, потом доложат. Или посчитают мысль правильной и понесут ее дальше. Ну и, как говорится, беда придет с той стороны, с которой не ждешь.

Ах, да, вот еще что. Пока не забыла. Некоторые начинают обсуждать директора – правда, бывшего – прямо на собеседовании.

– А почему вы уволились с предыдущего места работы?

– Так директор был идиот.

– Прямо идиот? – Я еще даю шанс человеку как-то выкрутиться из этой ситуации. Мол, чего это я? Это же я идиот, а директор просто строгий, не всегда вникал и т. д. Но тот, кто сидит напротив, уже вошел в раж:

– Да! Так он же по блату. Сын собственника. Вообще ни фига не понимал. Ну ладно бы просто на работу ходил. Он же еще с инициативой. Каких-то книжек начитался и давай пертурбации устраивать. Этого туда, этого сюда. А у нас все уже как часы работало.

Я уже не комментирую, вопросов не задаю, так и не нужно. Потенциальный сотрудник, которым он, кстати, на нашем предприятии никогда не станет, уже сел на любимого конька. Про дурака директора он рассказывает подробно. Надо отдать ему должное, он еще и свои положительные качества старается вставить в этот рассказ. Что он-де вон что придумал, а директор решил работать в другом ключе. Я относительно этого рачительного молодого человека все решения уже приняла, уже думаю про другое, хотя делаю заметки в тетради. Я всегда провожу собеседование с блокнотом и обязательно делаю записи.

Совет

Блокнот на работе – ваш верный помощник. Особенно на совещаниях. Вы сами не забудете, что произошло, и это производит на других благоприятное впечатление.

А может быть, я не права? А прав вот этот молодой и прыткий, который точно знает как, не то что идиот-директор? И все-таки позволю себе высказать мысль, что, скорее всего, правда на моей стороне. Это директор создал предприятие, которое исправно существует много лет. Время уже давно все расставило по местам. Директора он будет судить, когда создаст свое собственное и успешное предприятие. Как коллега коллегу. А пока нет у него на это никакого права.

Должна ли я рассказать претенденту про его ошибку? Нет. Это его позиция, и он взрослый человек. Я его переучивать не собираюсь, научит жизнь.

И конечно же, бывают ситуации, о которых только что рассказывал претендент. Приходят на смену дети, а им неинтересно, им скучно или они действительно хотят тут все перестроить, забывая, что есть уже наработки, от которых нужно отталкиваться. Нельзя все разрушать и строить на обломках. То есть, конечно, можно, вот только правильно ли это? Иногда сложно бороться с косностью. Сложно, но можно. Директором, в принципе, быть нелегко.

Поэтому, если вам не нравится директор, сначала поставьте себя на его место. Причем возьмите не только свой отрезок работы, а работу директора в целом, возможно, и его жизнь. Вы точно хотите быть на его месте? А если не хотите и вас устраивает работа и зарплата, может быть, не надо осуждать директора, а продолжать осваивать свой участок? Углубляться в процесс?

Ситуации бывают разными. Иногда действительно нужно уходить. Но перед этим вы сами себе должны четко ответить на вопрос: «Я точно сделал все, чтобы на этой работе остаться?»

11. А вы сами комфортный человек?

Почему с кем-то общаться легко, а кто-то совершенно непереносим в общении? Кто-то рассказчик интересный, кто-то не очень?

Разные люди, разная харизма. Кстати, не обязательно ты должен нравиться всем. Есть люди закрытые, немногословные, общающиеся тяжело, но тем не менее для кого-то они интересны и желанны.

Но вот есть люди, которые приятны для всех. От таких исходит какой-то внутренний свет. Как этого добиться?

Хочется, конечно же, пошутить на тему «Такой человек я! И сейчас я вас этому научу». Нет! Я обычный человек. Хотя слышу от других комплименты в мой адрес. Помню, во времена начала моей карьеры я заходила в другой отдел и мне сотрудницы говорили: «Ты так общаешься приятно, приходишь – как будто свет зажигается».

На мой взгляд, главное тут – хорошая русская речь. Она не должна быть заумной и витиеватой. Но она обязательно должна быть грамотной. Да, важен еще сам тембр голоса, улыбка, посыл. Много всего. Но основа всего – грамотная речь. Сегодня мы говорим как попало. Легко учимся модным выражениям, которые и мне, честно вам скажу, сначала кажутся интересными, а потом я понимаю, это все не по-русски. Я научилась себя контролировать и не даю пробраться вредным словечкам в мой лексикон.

Сюда же в копилку семья: мои родители-педагоги, мама – филолог, папа – историк. А еще я много читаю с детства, и в этой связи обязательно хочется упомянуть слова Виктории Токаревой: «Чтение – это пассивное творчество». Хочешь, чтобы тебя слушали, – читай. Причем не бездумно, учись, расти вместе с писателем.

Сама люблю людей, у которых речь льется, которые говорят легко и красиво. Правда, есть люди, у которых льется невесть что. Говорить красиво можно и про всякие глупости, а можно еще зомбировать людей.

Я изо всех сил стараюсь говорить правильно, по делу, про интересное и ни на что людей не агитировать. Сто раз повторю, что это всего лишь мое мнение. Но я считаю так потому и потому. У меня есть аргументы, но вот спорить я не буду. И если меня начинают убеждать в обратном, я, возможно, приведу еще пару доводов, но исключительно пару. А потом тут же завершу разговор: «Возможно, ты прав. Или – давай останемся каждый при своем мнении», – чаще всего я просто переключаюсь на другую тему. Как? Например:

– Это ладно, а вот вчера мне позвонила моя школьная подруга. Кстати, вы же знакомы?

И все! Разговор пошел в другое русло.

Очень важно: как мы говорим и что мы говорим. Но еще важнее наше настроение, наш посыл. У меня есть четкое правило: я говорю не про себя, а с другим человеком. Те самые не связанные части предложения, но именно такой подход имеет первостепенное значение. И еще я никогда не стараюсь подделаться под ту или другую аудиторию. Не заигрываю, не заискиваю. Я – это всегда я. Это всегда мой язык, всегда моя позиция.

Как-то на своих «Московских посиделках» разговорилась со своим гостем, известным ведущим и интервьюером. Спросила у него:

– Как тебе удается с такой любовью всегда вести свои программы?

– А я люблю своих гостей. Дарю тебе эту идею. На время концерта, интервью я действительно влюбляюсь в человека.

Я вам честно скажу, я всех любить не могу. Поэтому я выработала для себя немного другой лозунг: каждый человек – интересная личность. Он заслуживает внимания и уважения.

Говорят, на своих посиделках я тоже неплохо справлялась. Почему? Потому что мне самой было безумно интересно. И я задавала только те вопросы, ответы на которые было получить интересно мне самой.

Совет

Чтобы быть комфортным человеком, нужно нести уважение к другим. Люди всегда это чувствуют и считывают. Это основа.

Зарисовки на тему и без

Рюмка чая

Да-да, про «Посиделки» нужно писать отдельную книгу, я уверена, что это будет интересно всем. Там было много веселого, трогательного, поучительного. Верстать программы было непросто, иногда казалось, что просто ничего не срастется, все делалось на живую нитку, но в итоге как-то все выруливалось и получалось.

И вот как-то я пригласила на наши посиделки одну известную актрису. Тогда мы еще не в состоянии были заплатить за выступления, поэтому я пускала в ход красноречие, пыталась убедить, увлечь, рассказать, как важно выступить именно на наших посиделках именно этому артисту.

Не все измеряется деньгами, хотя, уж если начистоту, человек всегда ищет выгоду. Такая жизнь, как иначе? И потом время – деньги. Я ж не миллиардеров приглашаю, а обычных людей. Я вполне отдавала себе отчет, что, когда артисты у меня бесплатно разговаривали, они где-нибудь могли бы то же самое рассказать за деньги. Моей задачей было убедить моих гостей, что им это тоже нужно! Причем никогда не блефовала, врать не люблю и не умею. Я всегда находила причину. Рассказывала, что-де у них спектакль на носу, вот вам реклама. Или невзначай упоминала о приглашенных именно на этот вечер в качестве гостей их коллег или режиссера, который, чем черт не шутит, возможно, предложит сотрудничество.

Как правило, мне это удавалось. И в первую очередь приглашенные чувствовали мое к ним искреннее расположение.

В том случае, как назло, никакой веской причины не находилось. Актриса тем не менее трубку не бросала, внимательно меня расспрашивала, как проходит само мероприятие, есть ли фуршет. Особенно ее интересовал фуршет «до». Я не сразу поняла, о чем речь, тоже мне переговорщик. Ну что делать, учимся сами у себя.

– Спрашиваете, что у нас на фуршете? А что бы вы хотели? Бутерброды? Фрукты? Или вы пьете определенный сорт чая?

– Понимаете… Я на своих выступлениях обычно пою. Вы, кстати, в курсе того, что я пою?

Я была не в курсе. Ужас! Это мой промах, ориентируюсь на месте.

– А как же! У вас очень приятный голос. Можно сказать, бархатный.

– Вот. Вы понимаете, он без смазки не звучит.

Пауза. И тут до меня доходит. Вряд ли актриса имела в виду яйца, которые била о нос статуи певица в кинофильме «Веселые ребята».

– Очень вас понимаю. И потом на улице так похолодало. У нас в гримерке всегда есть хороший коньяк. Вдруг кому пригодится? – говорю, а сама холодею, что несу? Угадала или нет? А актриса, наоборот, успокаивается, мою фразу в конце как будто бы пропускает мимо ушей и уже вполне себе дружелюбным тоном говорит:

– Так вы про какое число говорите? А вы знаете, у меня как раз в этот день выходной. И вы правы, от таких предложений не отказываются.

Я похвалила себя за то, что умею все же договариваться. В начале разговора совсем не было никаких идей, а вот разговорила человека, и он сам мне подсказал, что делать, как быть.

Но все с этой дамой пошло не так. Нет, вы не подумайте, коньяк я принесла из дома хороший, был в запасе из дьюти-фри. Но дама наша сильно опоздала. А в так называемую гримерку вход был через зал, где уже сидели зрители. Причем сидели они уже минут сорок. Ну я же не могла им сказать, мол, посидите еще минут пять, нашей прекрасной актрисе нужно немного жахнуть. Рюмку на стол я тоже поставить не могла, это было бы странно. И я решила налить коньяк в чашку из-под чая. Наливать пришлось, правда, много. Было жалко, но куда деваться.

И вот входит наша актриса. Я уже за столом развлекаю народ, рассказываю: а вот сейчас придет та самая, которую вы часто в телевизоре видите. Но она ведь еще и в театре играет, а если в голосе будет, прямо сейчас еще и споет. Не верите? Я тоже уже не очень верю. И все же, а вдруг.

Пришла наша актриса злая, хмурая. На зрителей даже не взглянула, с шумом отодвинула стул, прямо скажем – брякнулась со всего маху и тут же трубным голосом начала распекать пробки и шарлатанов-таксистов, которые совершенно не ориентируются в Москве. Где их только таких берут.

Пытаюсь поднять актрисе настроение, шучу, зал хлопает, актриса все равно обиженно смотрит в окно, на вопросы отвечает односложно, без всякого интереса. Понятное дело, с ее точки зрения, ее, можно сказать, обманули. Никакого интереса. Я ей пытаюсь все время ненавязчиво предложить чаю.

– Ой, да какой чай! О чем вы говорите? И так голова с утра болит, а вы со своим чаем.

Хочу ей сказать, да вы только пригубите, поднимаю кружку поближе к ней, может, запах учует. В ответ моя актриса громко сморкается.

– Еще и простыла, запахов вообще не слышу. Может, водичка у вас есть?

– Так чай! Зачем вода? Он уж и подостыл, – а сама ей все моргаю. И тут до нее доходит.

Она глубоко вдыхает, потом выдыхает и делает большой глоток.

– Печеньице…

– Да-да… кстати, а вот ваша последняя роль в театре…

И буквально через минуту она обводит зал глазами своих героинь: томными и страстными. Из сумки достает флешку с аккомпанементом песен, а дальше все пошло как по маслу.

Никто уже не вспомнил про ее плохое настроение в начале и нашу заминку. Удалось найти контакт, удалось провести еще один интересный вечер. Что делать? У каждого свои особенности.

12. Давайте говорить друг другу комплименты

Возможно, это опять про комфортное общение, но именно из этого и состоит наша жизнь. Я не согласна, что в жизни нужно страдать. Нужно жить радостно. И жизнь должна доставлять нам ту самую радость. От чего это зависит? Или от кого? От нас это зависит. Хотите, чтобы комфортно было вам, станьте в первую очередь комфортным человеком для других.

И начните с комплимента. Спасибо Окуджаве. Вроде бы слова простые, но они про многое. Именно так я назвала свой ютуб-канал: «Давайте говорить друг другу комплименты». Потом, правда, его переименовала, но долго еще это название вспоминалось с теплом моими подписчиками.

Доброе слово, сказанное от души. Вы говорите, что для некоторых у вас нет таких слов? Так не бывает. Всегда есть за что зацепиться: деталь одежды, голос, улыбка, крепкое рукопожатие, милое приветствие. Кто-то находит слова быстро и верно. Если вы не такой человек, заучите какие-то фразы. Это важно. Сначала будет непросто, потом научитесь. Это тот навык, который можно и важно развить.

Можно прочитать массу книг про легкое общение, но, механически их читая, никуда не продвинешься, нужно разговаривать. На этот счет существует целая наука: как сидеть, куда смотреть, как держать руки и откидывать волосы. Мой вам совет – важно оставаться самим собой. Быть непосредственным.

Прекрасный совет в своей книге «Моя жизнь» дает Голда Меир. Это из письма ее сестры, но как же важно: «Единственное, чего я тебе желаю от всего сердца, – не старайся быть тем, чем ты должна быть, будь просто сама собой. Если бы каждый был просто тем, что он есть, наш мир был бы гораздо лучше».

Быть доброжелательным и не играть никакую роль – вот и весь секрет.

Возможно, в ответ на ваш комплимент вы ответного комплимента не получите. Не обращайте внимания, не расстраивайтесь. Мы же сейчас про деловые отношения. Это друзей мы с вами можем выбирать. Сотрудников – нет. Даже если вы директор и сами нанимаете персонал. Так случается, что успешные сотрудники могут быть для вас не очень комфортными людьми. Но зато они прекрасны на своем месте. Такие компромиссы тоже в жизни случаются.

Так что говорим комплименты, не ждем ответного, а еще соглашаемся с тем, что нам говорят. И вот этот совет, на мой взгляд, очень важный.

Совет

Хотите завоевать расположение вашего собеседника, соглашайтесь с его высказываниями. Находите ситуации из своей жизни, которые подтверждают правоту сказанного. Свое собственное мнение, если оно не совпадает, лучше держать при себе. Или высказать его немного после в качестве предположения, что возможно и так.

Зарисовки на тему и без

Собственное мнение

Санаторий – это не только про здоровье и перезагрузку, это еще и про новые знакомства. Поэтому очень важно, кто будет твоим соседом за столом. Хочется верить, что администратору, который рассаживает новых гостей, тоже не все равно. Скорее всего, я ошибаюсь, но почему-то в своих мыслях я надеюсь: а вдруг? Вдруг эта приятная женщина в белом халате точно знает про возраст приезжающих, про то, кем они друг другу приходятся. Вот это – семейная пара, а эти – брат с сестрой, а вот две подруги.

Во власти администратора рассадить людей по интересам. Ага, этих двух подруг посажу с возрастной парой. И по возрасту подходят, и достаточно пожилой мужчина из пары раздражать не будет. А вот молодежь. Да, 45 лет – для санатория – это молодежь. Кого им в пару? Возможно, вот этих двух мужчин, которые приехали поодиночке. Может, и мужчины познакомятся, на экскурсии вместе поедут или на концерт.

Иногда такие соседи по столу могут отдых не то чтобы испортить, но точно не улучшить. А иногда и наоборот.

Та пара нам с мужем сразу понравилась. Спасибо администратору. Соседи, по виду примерно нашего возраста, встретили нас с улыбкой. Мы, естественно, поздоровались, пожелали приятного аппетита. Мужчина первым представился:

– Николай.

– Людмила.

Мы улыбнулись и представились в ответ. Тут же обсудили, кто и откуда приехал, завязался неторопливый разговор.

Обычно в нашей семье за разговор отвечаю я. Муж может задуматься, углубиться в свои мысли и даже не заметит, что он ведет себя странно для окружающих. Хотя, конечно же, это неправильно. Но что поделать, человек такой. Раньше я пыталась его из той скорлупы достать, но за больше чем 30 лет брака поняла: ни к чему. Человек должен жить в комфорте. Если ему комфортно молчать, пусть молчит, на то мы муж и жена. Я отвечаю, сама задаю вопросы, ненароком вовлекаю в разговор мужа:

– Согласен? Я все правильно сказала?

В ответ могу услышать:

– Ты о чем? – не самое комфортное общение для окружающих. Но опять же я точно знаю, что ничего плохого мой муж сказать сейчас не хотел, он действительно задумался, мне не лень ему объяснить еще раз и все свести к шутке. И вот так, пообщавшись пару дней с соседями за столом, я выдала мужу на прогулке свой вердикт:

– Как же сложно общаться с этой Людмилой.

– Ты о чем? – уже в недоумении бросил муж.

– А ты не заметил, как Люда общается? Обрати внимание.

– Нормально общается.

– Ну-ну.

У Люды на все и всегда было свое мнение. Она никогда не давала себе труд сказать: «Надо же, как интересно» или «А я и не знала. Нужно попробовать».

Да мало ли сколько еще можно придумать ответов на фразу говорящего. О чем мы говорим за обедом в санатории? Как правило, все начинается с обсуждения процедур.

– Пришлось задержаться. Очередь на ванну была.

– А вы что, в нашем санатории на ванны ходите? Вы что, не знаете, что лучшие ванны в парке?

– Решили в парк не ходить. Далековато. И холодно.

– Но от вашей же ванны здесь, в санатории, никакой пользы!

Зачем было сюда ехать тогда? Лежали бы у себя дома в ванне.

– Ну тут вроде что-то еще доливают. – Я пытаюсь шутить.

– Ну так и вы долейте!

– Ну, да, наверное, вы правы.

Люда хотела как лучше? Возможно, она выбрала неверный тон, несколько снисходительно-покровительственный, но настроение мне подпортила. В курортном городке зарядили дожди, поэтому я в своем решении не шататься по улице после ванн осталась непоколебимой. Кстати, Люда через несколько дней уже начала кашлять и сморкаться.

Все же я пыталась Люду оправдать и все списать на заботу о нашем здоровье.

Как выяснилось впоследствии, Людмила лучше всех знала обо всем.

– А вы зачем на лазер ходите? Зря!

– Вам нравится сайра? По мне, так невкусно.

– Вы ходили баян вечером слушать?! Вы? Удивили… Что в этом хорошего?

Я не сразу обратила внимание на то, что Люда не просто не соглашается. У нее на все противоположное мнение, что бы я ни сказала. И не только я. И ее муж тоже. Хорошо, что мой муж молчал и не вникал, не так много оппонентов. Николай на выпады Людмилы похохатывал и говорил: «Ну и ладно, тебе виднее». Он, наверное, привык ко всему этому и не спорил. Более того, когда он оставался за столом один, он обязательно говорил про Людмилу неизменно очень хорошо.

– Ой, она у нас такая молодец! Люда этот санаторий как выбрала, так мы и ездим сюда 20 лет! И номер тот же.

– Ну вам же не нравится ни санаторий, ни номер. Вы же его все время ругаете.

– И не говорите. Ну за 20 лет могли хотя бы минимальный ремонт сделать. Это же уже никуда не годится.

– А почему не поменяете на другой?

– У нас за это Людмила отвечает.

Хорошо это или плохо, не нам судить. Хорошая крепкая семья, вместе уже много лет.

Общение между близкими людьми – это отдельная тема. Такое общение со стороны может показаться странным. Мы же не стараемся быть с нашими родными особенно деликатными и приветливыми. Это же не работа. Это там надо постараться. Дома можно и не стараться, быть собой…

Но при чужих людях стараться нужно. Это просто не обсуждается.

13. Формула двух У

А вы знаете, что это за формула? Угадать. Угодить. И сразу же вы в компании комфортный человек. Когда вы все предугадали и ведете себя так, как от вас ожидают.

Комфортно ли вам самому? Возможно, в самом начале вы сможете себя в этом убедить. Но жить так постоянно? Не приведи господи.

Мы много говорим про пользу улыбки. Нам нравятся люди, которые улыбаются, и сам ты, если улыбаешься от души, живешь радостнее. Всегда есть повод улыбнуться, всегда есть то, чему можно порадоваться. Но это никак не может сравниться с улыбкой подобострастия. Или с улыбкой натужной. Такая безостановочная вселенская радость может в итоге привести к психбольнице.

А что же руководитель? С кем ему лучше работать? С теми, кто тебе постоянно прислуживает и улыбается, или с тем, кто тебя критикует и вечно недоволен?

Понятное дело, критика неприятна. И если это делается при всем коллективе, не особенно культурным образом, то с таким человеком нужно расставаться. Работа все же должна приносить удовлетворение. Тем более если ты ее сам создал и человек, который тебе постоянно высказывает свой негатив, еще и получает от тебя немалую зарплату. Но лесть, поверьте, утомляет еще больше. Умные руководители всегда разберутся, причем достаточно быстро, кто есть кто.

Зарисовки на тему и без

Всему есть предел

Роберт пришел к нам в коллектив не в самый лучший период. Ушел из жизни сотрудник, с которым мы проработали достаточно долго и который был как раз тем, кто нашел тот самый правильный баланс работы с руководством. Он и критиковал, и не льстил, но много работал, брал на себя ответственность и любил свою работу. Да, это было самое главное. Он работой горел, болел за дело, никогда не вел подковерных игр, а еще был с нами честен. Если он видел, что мы поступаем неправильно, так и говорил, прямо как есть. И тем не менее это было всегда в очень уважительной форме. Не забывал добавить:

– Бизнес принадлежит вам, вам решать, но мое мнение – нужно поступить так и так.

Тот случай, когда человек нашел себе дело по душе. Он знал, чего он хочет, и шел медленно к своей цели. Пришел после медицинского института. Семья врачей. Но он точно знал, что врачом быть не хочет, а вот в медицинском бизнесе работать хочет. Он многому у нас учился, было сложно, но он терпеливо шел вперед. Командировки, выставки, шаг за шагом. В итоге он стал для нас незаменимым. Говорят, что незаменимых нет. Они есть. Жизнь доказывала уже это не один раз.

Но и для него наша работа стала той целью, к которой он шел. Умный, талантливый, толковый… Ушел из жизни совсем молодым. Как так случилось? Почему порой уходит из жизни человек на пике славы, успеха… Невосполнимая потеря.

Жизнь тем не менее продолжается, в компанию начали приходить новые люди. И вот пришел Роберт. Человек кавказский, еще на собеседовании он нам рассказал, какие мы хорошие люди (видел нас в первый раз) и как мечтает он у нас работать. Мы подумали, ну что делать – волнуется, привыкнет, поймет нашу практически домашнюю атмосферу, все будет по-другому. Без ненужной лести.

По-другому не получилось. Каждый день Роберт писал мужу письма, как он счастлив с ним работать, какой муж необыкновенный человек. И никогда еще такого необыкновенного он не встречал. Я сначала воспринимала все это с юмором, муж мой – человек не из легких, а потом, честно говоря, это стало уже перебором. Особенно когда он у нас попросил адрес кладбища.

– Какого еще кладбища?

– Я слышу, как вы хорошо говорите о вашем безвременно покинувшем мир сотруднике. Из ваших разговоров я понял, что это был уникальный человек. И нет в мире другого такого. Считаю своим долгом немедленно поехать на кладбище и преклонить голову у его могилы.

Это было уже слишком, Роберту пришлось искать другую работу. Возможно, где-то его высокопарные речи придутся по душе. Но, честно говоря, я что-то сомневаюсь.

Часть 4. Оттачиваем результат

1. Миссионерство

А вот еще одна тема. Жить для других, ради других и так далее. Вы как к этому относитесь? Я с легкой степенью скепсиса. Нам не нравится, делаем через силу, зато приносим пользу. Вот не согласна я с такой постановкой дел.

Во всем надо искать радость и удовольствие. И если вам это никак не греет душу и вы делаете это только из чувства долга, то нужно разворачиваться и уходить.

Пользу действительно нужно другим приносить. Но нужен баланс. Тут польза, тут радость.

Есть и другая сторона медали. Когда, наоборот, живут только для себя, не думая о других.

Недавно посчастливилось пообщаться с преподавателями одного из старейших вузов Москвы. Причем это же не просто учителя, это все сплошь, как пел Высоцкий, доценты с кандидатами. Они ведут научную работу, передают свои знания на самом высоком уровне, в лучших традициях. И вот что я заметила. Педагоги старшего поколения в первую очередь все же думают о студентах. А молодым педагогам в первую очередь важно защитить свою работу, получить степень.

Вы скажете, это потому, что люди старшего поколения уже все свои степени получили, успокоились и спокойно учат студентов. Да, иногда совсем за маленькие деньги, как раз больше «из любви к искусству». Но ведь и молодые педагоги учат. И чему они учат, если они мыслями в своих рефератах? И всю свою обучающую модель строят на сборе данных для своих работ?

Мне кажется, надо быть честными. И если уж действительно так, то нужно и с ребятами договориться. Я учу вас, но вместе еще и проводим научный эксперимент. Вы у меня немного подопытные кролики. Может, даже рассказывать о своей работе, делиться открытиями. Польза будет для обеих сторон. И статус педагога в глазах ребят поднимется, и статус института, а может, кто-то тоже захочет стать ученым, работать в дальнейшем не только на себя, но и на науку.

Как сказал кто-то из мудрецов – не учите людей быть добрыми, создайте им мир, в котором им выгодно быть добрыми.

Учитель, что бы он ни преподавал, должен оставаться учителем и, рассказывая о любой науке, в первую очередь должен нести в студенческую среду общечеловеческие ценности. Тем более если это педагог хороший в своем предмете и ребята ему верят, идут за ним.

Когда же все наоборот – пришел только ради себя, – это не скрыть, ребят не проведешь. Таким людям в науку сразу, без захода в студенческую аудиторию. Думаю, что так. Но можно, конечно, поспорить.

И это еще раз про наших учителей. Учитель – это призвание и немножко миссия, если хотите. Эту профессию обязательно нужно любить. И как же хочется, чтобы она в денежном варианте была достойно отмечена.

2. Зависть

Про зависть можно говорить много и долго. Но говорить нужно. Чем больше, тем лучше.

– У меня чувство зависти отсутствует полностью. Мы с мужем никому не завидуем.

Слышали такое? А от людей, которые только и делают, что завидуют, слышали?

Вот то-то и оно. Причем те, кто не завидует, как правило, про зависть не говорят. Говорят как раз те, которые уверены, что они живут праведно и без всякой зависти.

Так вот. Завидуют все. Белая зависть, черная зависть. По-хорошему. По-плохому. С добрыми пожеланиями, со злыми пожеланиями.

Иногда зависть помогает нам развиваться. Появляется чувство азарта. Ничего себе, куда он улетел! Неужели я не могу? Такая появляется спортивная злость. И человек на фоне этого адреналина может добиваться много чего. На самом деле это история про все спортивные состязания. Не просто поставить рекорд, а победить противника.

Вот только спортсмены – люди к этому привычные. Это их жизнь. Сегодня победил ты, завтра я и так далее. Они понимают, что все зависит от них самих. Да, еще есть, конечно же, случай и удача. Но это миг. А дальше опять все зависит от твоего здоровья, эмоционального состояния и воли к победе. Побеждают тренированные и стрессоустойчивые.

А что же в обычной жизни? А в обычной жизни те, которые «не завистливые и постоянно всем про это рассказывающие» – это борцы за правду и справедливость. Им непонятно, почему так устроен мир? Вот тот, который опять лезет вперед, хоть и недостоин? Давайте посмотрим на него внимательно! Ему же просто повезло! За него родители заплатили, взятку дали. В противном случае ничего бы у него не получилось! Вот я за своего ребенка заплатить не смогла, поэтому он сидит до сих пор в луже. Да, и что, что уже сорок лет сидит? А вот старта не было! А у того был.

И вот эти самые «не завистники» обижаются на мировую несправедливость. При чем тут зависть? Нет у них никакой зависти. Одна только ненависть к тем, кто занял не по праву чужие места.

Можно, конечно, и так все повернуть. Вот только к чему переживать за чужую жизнь? Каким боком вот тот самый, за которого заплатили, мешает вашему собственному чаду вылезти из лужи? Он занял его место? А что, на земле есть только одно место? Мест много. И да, получается, что одно из них занято. Одно. А еще миллион свободных.

Вывод один. Не смотреть в чужую сторону. Не обсуждать и не осуждать. Думать про себя и про свое. Раствориться в себе и радоваться собственным успехам. Они точно есть. У каждого своя жизнь.

3. Правило бумеранга

Хорошим и добрым человеком быть выгодно. Почему? Ну хотя бы потому, что бумеранг не прилетит.

И опять же вы можете мне возразить:

– Почему-то к негодяям не прилетает… Живут себе и не тужат.

Поверьте, тужат. Еще как… Я в этом нисколько не сомневаюсь. Человек всегда знает про свои ошибки, промахи, про то зло, которое он совершил. Знает и не спит ночами. Или еще как по-другому мучается.

Мы просто об этом с вами не знаем. И слава богу. Нам это и неинтересно. Нам же важно только про нас с вами. А кто там как живет? Не наше это дело. Мы за чужую жизнь переживать не будем.

Наша с вами задача, чтобы зло не прошло дальше нас. Чтобы оно на нас остановилось. Вот об этом нужно не забывать. Вот об этом нужно думать.

Зарисовки на тему и без

Бумеранг по-грузински

Застолья в Грузии длинные – сидят по три-четыре часа. И это еще в лучшем случае.

Что можно делать столько времени за столом? Ясное дело: люди едят, пьют, и тосты, конечно же, изрекают – витиеватые и мудрые. Вино льется рекой, поэтому грузины предпочитают пить белое, и лучше свое, домашнее.

Во время застолий грузины много говорят. И всегда рассказ идет про конкретных дядю, тетю, двоюродную сестру. С датами, адресами, и своим отношением к делу. Каждый раз думаю: неужели правда? Это же не просто из разряда «соседка рассказала». Это истории из жизни семьи.

Хочу поделиться с вами историей, которая, как мне кажется, подойдет к нашей теме.

Резо в деревне не любили.

Вечно со всеми ссорился, выяснял отношения, пил без меры, как говаривали, и на жену руку поднимал. А кто ему что скажет? Друзей он ни в грош не ставил, жена, вечно забитая, в пол смотрела, дети по углам прятались. В итоге воевала с ним только мать. Она встречала у порога, гневно смотрела, не давала войти в дом и выкрикивала все, что о нем думает. Соседи уже привыкли. Как правило, крики те продолжались минут двадцать. Резо вяло отвечал, а потом все же отпихивал мать. Соседи слышали, как кудахчут куры, как гремят кувшины, которые мужчина переворачивал на своем пути, потом негромко чертыхалась мать.

В тот день все пошло по-другому. Перебранка закончилась истошным женским криком, после которого наступила гробовая тишина. Соседи знали, что жена с детьми в этот день уехали в Кутаиси к родителям. Резо с матерью были в доме одни.

Ну а дальше… Дальше мужчина с воем выскочил во двор и начал звать на помощь. Помогать уже было некому. В доме лежала бездыханная женщина с ножом в груди.

– Сам не знаю, я сам не знаю…

И был суд, и соседи свидетельствовали, что это был несчастный случай. Не могли они такой позор на свою деревню навлечь. Трагедия уже произошла, ничего исправить невозможно. Больше, чем сам себя Резо наказал, наказать его было нельзя. И все же срок он получил: за то, что вовремя не оказал помощь.

Через пару лет мужчина вышел на свободу. Тихий, задумчивый. Жена его к себе жить не пустила – она переехала за это время с дочерьми к родителям, – да Резо и не рвался. Жил в доме матери, много работал, соседей избегал.

А через какое-то время в его жизни появилась Марина. Она приехала в деревню ухаживать за пожилой сестрой – думала, на время, а в итоге вошла в дом к Резо и осталась там жить. Так и жили: работали, к себе не звали, общения не искали. Но, судя по всему, все у них в той новой образовавшейся семье было хорошо.

Время шло.

Умерла первая жена Резо, похоронили ее в Кутаиси, Резо даже на похороны не поехал, он и с дочками почти не общался.

– Давно это было, и вспоминать нечего.

А через год умер и сам. Тихо, во сне. Уснул и не проснулся.

Марина убивалась, но всем говорила: умер как праведник. Она не была в курсе истории с матерью, никто из свидетелей тех страшных дней ничего ей не сказал. А что в тюрьме сидел… А кто в те времена в Грузии не сидел? Почти в каждой семье такое случалось.

Пришли соседи. Встал вопрос – где хоронить?

– Как где? С женой, ясное дело. Вместе должны лежать. Вон, и дочери у порога стоят.

Марина тогда обезумела от горя, но кто ее слушал? Мало того что потеряла любимого, его еще и от сердца отрывают, будет лежать рядом с чужой, по ее мнению, женщиной. Но случилось так, как должно было случиться: Резо похоронили в могиле жены.

А на следующий день гроб из могил пропал.

Что? Куда? Как такое могло произойти?

Пришли к Марине, та в отказ.

– Ничего не знаю, но по большому счету все правильно. Я его жена по жизни. И лежать мы вместе должны. Так и будет.

Соседи только руками разводили, с одной стороны осуждали, с другой – поражались силе духа этой женщины. Это ведь надо такое организовать!

Ну, а когда умерла Марина и пришел черед хоронить ее, вспомнили про Резо. Она же хотела рядом с ним лежать. Только где он? Нету! Никому она не рассказала, где своего мужа скончавшегося спрятала.

– И что? – задала я вопрос рассказчику. Разговор-то наш шел про бумеранг! Мол, расплата человека всегда найдет.

– Как что? Вот что значит – ты не грузинка! Есть такое поверье в Грузии: человек, который поднял руку на свою мать, не имеет права быть похоронен. Так и произошло. Вот тебе и расплата. И жил сколько лет праведно, и Марина не в курсе была. А Всевышний все по своим местам расставил.

– У нас говорят: Бог управил.

– И так можно сказать. А ты говоришь – нет бумеранга!

– Я так и не говорю!

– Да? Ну молодец тогда! Это ты уже в Грузии научилась!

4. Хорошо выглядеть – это тоже наша с вами ответственность

Всё так. Ваша внешность вам в помощь. Наш разговор сегодня о чем? О том, как состояться в этой жизни? Тогда при чем тут внешность? Очень даже при чем.

Да, нужно иметь цель, идти к этой цели, не забывать посматривать по сторонам, обязательно отмечать свои успехи, радоваться им. Принять себя таким, какой ты есть. Но и стараться, чтобы другие тебя приняли. Просто радоваться самому себе – это так себе успех. Нужно еще, хочется нам этого или нет, нравиться другим. А для этого нужно быть не только комфортным человеком, но и еще приятно выглядеть.

Сегодня хотелось бы поговорить о мужчинах. Но сначала все же о женщинах. Да-да, женщины с проблемой хорошо выглядеть уже справились на 100 процентов. Недавно отдыхала в Ессентуках, специально присматривалась к дамам среднего и пожилого возраста. В небытие ушли темно-серые и черные куртки и шляпки с цветочками. На всех куртки самых разнообразных, как правило, светлых расцветок. Тут вам и мята, и персик, и все оттенки песка. А сколько цвета молочного! Кроссовки белые, спортивные тапочки в цвет спортивного костюма. Все подобрано и продумано. Ну как же это прекрасно. И сразу солнечно на душе. Женщина на тот курорт собиралась, она ходила по магазинам, она подбирала свой наряд по цветам и для разной погоды. Тем самым вольно или невольно она подняла настроение не только себе, но и тем, кто на нее смотрит. Мне, например. И я уверена, что я не одна такая.

Зарисовки на тему и без

Семья в тренде

Моими фаворитами с того отдыха стала семья с внучкой. Доподлинно мне это неизвестно, и все же, скорее всего, это были дедушка и бабушка, а маленькая девочка с лицом ангела была их внучкой. Да, сегодня родить можно в любом возрасте. И врачи из телевизора зазывают, призывают. Можно, конечно, но нужно ли? Я на эту тему целую книжку написала, «Стеклянные дети» называется. Причем по просьбе врачей много внимания в книге уделила теме: «Не рожайте после 50! Имейте совесть и разум! Все хорошо в свое время. В том числе рожать, растить, воспитывать».

И все же, мне кажется, то были дедушка и бабушка. Уж слишком они радовались и восхищались всем девочкиным забавам, не было у них от того общения усталости. Ни друг от друга, ни от малышки. Одна сплошная радость. Складывалось впечатление, что ребенка им дали ненадолго и это время только их. Скоро заберут, а сегодня у них праздник.

Но я отвлеклась от темы. Самое примечательное было в том, как та семья была одета. На всех троих костюмы разные, но в одной цветовой гамме. И такое впечатление, что подбор цветов начался с коляски. То есть была некая данность. Коляска цвета хаки. Коляску не поменять, это вам не шапка. Значит, будем обыгрывать. На темном цвете тоже останавливаться не хочется. Поэтому добавили дижонской горчицы и средиземноморского песка. На бабушке спортивный костюм горчичного оттенка и жилет цвета хаки, на дедушке костюм такой же, чуть другого оттенка, и темно-зеленая куртка. За цвет хаки у дедушки отвечала бейсболка. Внучка тоже была одета в цвет. Все то же самое, но на тон светлее. Было понятно, что те костюмы были тщательно подобраны и продуманы. Ну не молодцы ли? Еще и вокруг всем настроение подняли.

И про мужчин. С мужчинами сложнее. Тяжело они идут на светлые тона или яркие цвета. Есть, безусловно, отдельные личности, из тех, которые уже стали метросексуалами. Тут красота и загляденье. А вот те, за кого отвечают жены…

Есть такие установки: «Это зачем я его буду в новое и в красивое наряжать? Чтоб он к молодой сбежал?» Милые женщины! Вряд ли от вас мужья уйдут в новых куртках. То есть в старой не ушли, а в новой сразу и бегом. Уж если вы ходите по аллеям вместе, точно вам говорю, лучше красивыми ходить вдвоем. Модный мужчина к своей модной жене статуса только добавляет. А вот сумрачный вахлак, наоборот. Да, и я вам открою великую тайну. Вашему мужу тоже не все равно. Ему тоже хочется быть и красивым, и модным, и стильным. Он просто боится быть смешным, боится перемен. Вообще всего боится. А если вы с ним сходите в магазин, все вот это купите, еще им и восхититесь, то от этого всем будет только польза. Еще раз повторюсь, уйдет вряд ли. А украсит вас точно!

И отдельно хочется мне рассказать про одного мужчину. Я прямо на него засмотрелась. Подумала, а вот так и должен выглядеть мужчина. Что же в нем было особенное? Все. И я никак не могла отдельный элемент его гардероба поставить на первое место. Может быть, зонт-тросточка? Или хорошо сидящие джинсы? А может быть, ботинки из прекрасной кожи. Ах да. Плащ! На нем был плащ. А поверх плаща кашне…

Кстати, его даму я не заметила. Хотя он шел не один. Потом все вспоминала, а она как выглядела? Видимо, никак.

Почему я столько внимания уделяю одежде? Потому что это та огранка, которая нам может очень сильно помочь.

Мы не будем сегодня говорить, что мы должны быть опрятными, ходить во всем новом и вообще-то самой дорогой одеждой в вашем гардеробе должен быть халат. Почему костюм для работы дорогой, а для дома обязательно то, что в люди не годится? Про это мы уже говорили в моей книге «Лучшая версия меня».

Сегодня хочется все же сделать упор на следующее: вы должны выглядеть так, чтобы на вас хотелось смотреть. Ваш внешний вид – это ваше маленькое послание миру. Я такая. А кто вы? Вот и началось общение. Завязался диалог. Для поиска своего места в этом мире ваша одежда в том числе очень важна.

5. Пришло время отойти в сторону

Да, и это еще одна проблема. Как сказать самой себе честно, что пора на покой? И нужно подвинуться и уступить дорогу молодым? Можно, конечно, бесконечно уверять себя, что покой нам только снится, что они ничего не умеют, они не разберутся. И все же это не так.

Мы уже в прошлой книге[1] говорили, что важно не забывать о том, сколько тебе лет. Вот так вот прямо подойти к зеркалу и сказать: «Мне 62 года». Да, выгляжу вроде бы неплохо, но это про то, что есть еще силы и в зеркало на себя смотреть приятно. Но нужно твердо отдавать себе отчет, что дальше лучше не будет. И обратно к сорока не пойдем. Идем, причем очень быстро (как же это обидно), к семидесяти. Силы еще есть, но уже их нужно правильно распределять. Не браться за все и сразу.

Как-то хороший совет мне дала Наталья Гвоздикова на наших «Московских посиделках». Эх, все же книгу про «Посиделки» нужно написать!..

Совет

«Я теперь больше одного дела в день не делаю. Раньше как было? Весь день распланирован, все по часам. До обеда это, после обеда то. Вечер – это отдельная история. А теперь все просто. Если я с утра к врачу, то вечер – только дома перед телевизором. Позвали на вечер в театр – утром врача отменяю».

Наталья Гвоздикова

С возрастом жизнь меняется, сил становится меньше. И потом надо же переварить информацию. Зачем мне эмоций столько, чтобы не уснуть? Не надо. Одну встречу провела, или в театр сходила, или в поликлинику, вот и есть о чем подумать. Сосредоточиться, выводы сделать.

Кстати, я тогда не стала брать себе эту мысль на заметку, поняв, что у меня так не получится. У меня же расписание. Что значит одно дело, когда нужно делать тысячу? И лучше одновременно. Подумала, молодец эта Гвоздикова. Мыслит правильно. Сегодня уже думаю, не просто правильно она думает. Только так и надо делать.

Как понять, что пришел твой возраст отойти в сторону? Это точно так же, как понять, что ты достиг всего, чего хотел. Должно сработать внутреннее ощущение.

Совет

Как-то на встрече со студентами я получила именно такой вопрос: «Как понять, что вот это и есть работа мечты?»

– Вы почувствуете. Вам станет легко.

Вот и тут так же. Вы почувствуете. Вам станет тяжело. Это не значит, что сразу нужно все бросать. Ни в коем случае. Но жизнь поменять свою точно стоит.

6. А какие мы в быту?

Хотела еще рассказать вам об одном важном исследовании. Что влияет на наше долголетие? Как выяснилось, не походы по врачам, бесконечные зарядки и диеты, а общение. Влияет общение. Постоянное. Причем ваше внедрение в жизнь другого человека. Не путаем со сплетнями. Взять на себя проблемы другого человека, помочь словом и делом. Тут и семья, и друзья. Нужно находить на это время. Дружба нам не только выживать помогает, она нам жизнь продлевает.

Так уж случилось, что лучшие друзья или просто друзья – они из детства. Еще раз повторю, уже в который раз, странную еврейскую мудрость, которая гласит: «важно купить себе друга».

Что значит купить? Объяснение очень простое. Если ты не будешь в друга вкладывать свое время, душевные силы, то такая дружба быстро сойдет на нет. Дружба – это затратно. Отсюда и поговорка. Дружбой дорожим, друзей бережем, чтобы не остаться в старости лишь наедине со своими воспоминаниями. Хорошо, если будет что вспомнить.

С возрастом становится все труднее найти время на друзей. Затягивает семья, внуки, домашние заботы. А дальше лень-матушка. Это же нужно из дома выйти, а перед этим нарядиться, накраситься. Зачем краситься для мужа или для внуков? И вот это тоже вопрос нашей организации. И на этой теме я позволю себе немного остановиться.

Делать макияж или не делать, наряжаться или нет, если не предполагаются гости и вообще, кроме домашних, никто вас сегодня не увидит? Вроде как это все прописные истины, но повторить не мешает. И муж, дай бог ему здоровья, если он присутствует в вашей жизни, и ваши дети и внуки должны вас всегда видеть красивой, нарядной и ухоженной. Как-то прочитала фразу, которая врезалась в память. Дети всегда должны видеть вас при легком макияже, иначе они могут испугаться, расстроиться. Понимаем эту фразу правильно: они увидят не то, что мы такие страшные, им может показаться, что у нас проблемы со здоровьем или им станет не по себе от осознания, сколько же нам на самом деле лет. Можно, конечно, наплевать, пусть знают правду! Но! Это же наши дети. А мы им хотим только хорошего и точно хлопот доставлять не желаем.

У меня есть одна знакомая, она, например, переодевается миллион раз на дню. То есть из спальни после сна она выходит в красивом пеньюаре. К завтраку уже другой вид одежды. Но он тоже практически спальный. К обеду это уже домашний, но красивый костюм с обязательными домашними кроссовками. В принципе, в этом же можно показаться и на ужине. Наверное, муж возражать не станет. А вот к девяти вечера она уже наряжается в пижаму. И эта пижама – она не для сна. Она для мыслей про сон. И у нее, и у него. Да, это уже возрастные люди. Дети выращены, но не подумайте, молодежь, что у нас, у людей старшего возраста, забот меньше. Они у нас просто другие. Да, мы вырастили детей, многие из нас уже не впрягаются в помощь со внуками, как было принято раньше, и, возможно, не нужно ходить на работу. И все-таки забот море. И счастье, когда есть мысли про себя: как себя улучшить и в плане здоровья, и в плане внешнего вида. Вернусь еще раз к этой паре. Моя знакомая мне периодически говорит:

– Думаешь, оно мне надо? Вот так вот по четыре раза в день переодеваться! Я могу и в одном халате проходить! Но очень легко скатиться вниз, разлениться, опуститься.

В этот момент я на нее смотрю практически с восхищением. Это ж какая сила воли! А с другой стороны, соглашаюсь абсолютно! Надо!

Надо ли это ее мужу, для которого вроде как все это и делается? Скорее всего, он и вообще всех этих усилий не замечает. Если мужчина любит свою женщину, он любит ее разной. И в пеньюаре, и в стоптанных тапках. Более того, скажу сейчас страшную вещь: глядя на нее, он видит не ее, а себя, думая: «А я ведь еще о-го-го!» И опять же не в связи с внешностью жены, просто он мысленно проводит параллель с собой, а на ее образ по дороге озирается.

Тогда кому все это надо? Нам! Нам самим и надо. Это продлевает не просто жизнь, активную жизнь, радость от этой жизни. Не дает нам упасть с того самого места, которое мы так долго искали и утрамбовывали в твердую и комфортную платформу.

В этом возрасте вот так, чтобы с размаху в бездну, конечно же, не упасть. Но потихонечку скатиться можно.

Зарисовки на тему и без

Меняем шляпку на лопату

Татьяна была подругой моей мамы и всегда самой модной из их дружного сообщества. Сколько ее помню: затейливая шляпка, платья от портнихи ярких цветов, броши. Туфли новые покупались раз в год непременно. И все это, несмотря на троих сыновей и немного безразличного мужа.

– Тань, когда ты все успеваешь? – удивлялись ее подруги.

– А я лучше посплю поменьше, но из дома, не накрасив губы, не выйду.

Татьяна была для всех нас, в том числе и для детей, абсолютным эталоном. Я смотрела на тетю Таню и удивлялась, почему подружки за ней не следуют? Почему они не такие?

Мама только разводила руками:

– У меня так никогда не получится.

– Почему нет? У тебя идеальный вкус. Ты советы всегда даешь правильные.

– Да. Другим. Но на себе я это все не вижу. Да и зачем?

– Но тебе же нравится, как тетя Таня выглядит?

– Еще бы! Я ею восхищаюсь.

Мама восхищалась, я удивлялась.

С возрастом Татьяна располнела, ушли затейливые прически, волосы она уже просто собирала в пучок. И все равно даже на черное платье, а последняя встреча у нас состоялась на похоронах моего папы, она надела кружевное жабо.

Я знала, что Татьяна тоже похоронила мужа, сыновья жили своей жизнью. Женились, разводились, делили с женами детей и квартиры.

Татьяна не то чтобы потеряла интерес к себе, она его приобрела к даче. Вместо шляпок теперь покупалась рассада и удобрения. В квартире на окнах появились коробочки из-под молока, где постоянно что-то выращивалось. Какие-то кустики.

На подоконниках коробочки, а по квартире стали расползаться коробки побольше, набитые разнообразным хламом.

Как-то мы с мамой зашли к тете Тане в гости:

– Танька, что это? Переезжаешь?

– Это все на дачу. Сватья привезла. Мужнино – то, что он уже не носит.

– Понятно, а тебе зачем? Ты, что ли, носить будешь? – Мама решила перевести разговор в шутку.

– Не смешно, – обиделась Татьяна. – У тебя дачи нет, ты не поймешь, там лишнего не бывает.

– Да ладно, не обижайся! Только твоя дача – крохотный домик и земли 6 соток. Просто если даже представить.

– А ты не напрягайся.

Татьяна все-таки на нас обиделась. Какое-то время они с мамой не общались. Мама погрузилась в жизнь своих дочерей, а тетя Таня все больше сживалась с ролью дачницы. Уже и жабо больше не прицепляла, шляпки заменили платки, вместо туфелек небольшие калоши.

Потом, понятное дело, отношения восстановились. Как были подругами, так и остались, вот только тем для разговоров становилось все меньше. Маме было не интересно про дачу, Тане про нас.

Причем каждая из них проживала не свою жизнь. Мама растворилась в детях и в папе, Таня в помидорах с огурцами. Что лучше? На чем лучше концентрироваться? По мне, так на себе. Обязательно должна быть ты сама. Дача, и внуки тоже пусть будут. Как без этого? Но все это не должно тебя съедать.

7. Где взять энергию?

Часто вы слышите такую фразу: «Глазами бы все сделала, а сил не хватает»? Это тоже все про нас. У меня уже смолоду такое было. Пока едешь с работы домой – планов громадье, доехала – поужинала, прилегла на диванчик – и все…

Поэтому для того, чтобы переделать все самые важные дела, которые ну никак не отложить, я даже не переодевалась. Вот как в дом входила, первым делом шагала к пианино:

– Павлик, быстро за инструмент.

Да, тогда я почему-то считала, что это и есть самое важное. Это моя самая большая задача. Не проверить, что у нас с ужином, не наложить маску на лицо. Нет. Подготовить ребенка к музыкальной школе. Для кого это я делала? Для него? Или все же для себя? Удовлетворяла свои амбиции, воплощала мечты?

Сегодня действительно энергии стало меньше. Существует масса способов, как эту энергию себе привить. Кто в качестве прививки советует правильное питание, кто спорт, кто медитации. Все полезно. Ни от чего не отказываемся и все пробуем.

Ну вот что поделаешь? У каждого же свой организм. Я вот, к примеру, научилась рано вставать. И прямо сразу начинаю ходить, а потом йогой заниматься, а потом еще правильное что-нибудь съем. Но если я вдруг включу телевизор с хорошим фильмом или, не дай бог, сериалом, то через какое-то время уже чувствую, растекаюсь по дивану – силы начинают меня покидать, энергия улетучивается, и я уже чувствую не силы, а полное бессилие. Все болит, ни рукой, ни ногой пошевелить не могу.

Я пытаюсь вспомнить девушек, которых наблюдаю в спортклубах. А как же они? Я их вижу в зале. Тяжеленные тренировки, часто с весами, индивидуальный тренер спуску не дает. И вот она бредет в раздевалку, в душ. И надо же, через пять минут гляжу – уже макияж наводит. Наверное, на работу. Или на свидание. Не важно.

И вывод тут один: внутренний настрой. Себя нужно не только тренировать, но и настраивать. Заниматься бесконечно аутотренингом: «Я сильная, я здоровая».

Мой аутотренинг – я счастливая. Я должна поймать то состояние счастья. И не потому, что сын утром написал, что у него все хорошо, а второй еще и спросил: «Как ты себя чувствуешь?» Нет, это все не про то. Это про них. А нам надо обязательно, чтобы про себя.

Мой настрой – сказать конкретно, какая я молодец, что я сегодня сделала правильного и как это у меня замечательно получилось, и вот от этого я и счастливая. Это дает потрясающую энергию.

Расслабляемся только в шавасане или в медитации, когда сидим в позе лотоса. Все остальное время – ты всегда в тонусе. А еще важно, да простят меня все окружающие, этой энергией налево-направо не делиться. Есть энергия только ваша. Бережем. Аккумулируем.

8. Еще раз про миссию

Еще раз вернемся к этой теме. Итак, про миссию. Нас все уверяют из всех граммофонов, что у нас есть миссия. Что делать? Верим! Сил уже нет, желания тоже, но мы себя уговариваем. Это наша миссия. Нет, ну уж если по-крупному, то у всех у нас миссия одна – изменить этот мир.

Сильно сказано? А вы вдумайтесь. Разве это не так? Даже если мы вообще ничего не делаем. Лежим на диване и периодически выходим из дома, чтобы купить пакет молока. Все равно мы идем по улице. Там кожуру от банана выкинули, а об нее – «черт побери» – кто-то споткнулся или парой слов с кем перекинулись. Нам показалось, что ничего особенного, но кому-то наши слова запали в душу, и он задумался. Или расстроился. И пошло-поехало. Так что откреститься не получится. Все мы влияем на ход истории. Кто-то просто живет, как живется, а кто-то считает себя вершителем судеб.

Вот блогеры, например. Они же как рассуждают. Мы блогеры, потому что эта наша миссия. Народ заскучал, а я тут перед ним всю свою жизнь продемонстрирую – и народ сразу развеселится. Без меня бы он, конечно, никак. Хотя народ бы тот, возможно, на книжку отвлекся, лекцию бы какую про передвижников посмотрел, а может быть, даже на тех самых передвижников в музей сходил.

Нет уж. А чем тогда будут заниматься блогеры? На чем, простите, деньги зарабатывать?

Все же мне кажется, миссионерство – это когда бесплатно. Когда ты за это ничего не получаешь. И когда ты сам от этого получаешь огромный энергетический заряд. Если есть опустошение и выгорание, это не миссионерство. Или, возможно, когда-то оно им было, но на каком-то этапе это перестало приносить пользу и людям, и вам.

Я твердо верю, что если то, чем ты занимаешься, не нравится тебе, то это не нравится никому.

А еще я против обмана. Есть те, кого обмануть легко. Нельзя пользоваться доверием других. Это нечестно.

Тут уже, наверное, нужно поговорить про помощь.

9. Помогать или нет?

Уж не знаю, миссия это или нет. Как нас учат мудрые и древние, помогать нужно, используя правильные круги. Всему человечеству помогать не нужно.

Помоги сначала семье, потом соседям, потом тем, кто из твоего ближнего круга, потом уже думай о мире…

Не знаю, не совсем согласна. Мне кажется, нужно слушать свое сердце. А еще включать голову. Так случилось, что ко мне часто обращаются мамы, которые искренне не понимают, за что их так обижают сыновья? Почему общаются в таком хамском тоне, почему вечно требуют денег, а потом пропадают, чтобы эти деньги быстро потратить, и приходят только, чтобы потребовать что еще. И уж если не даешь, то ты враг номер один.

Это большая и сложная тема – подсадить человека на свою помощь. Да, такова натура человеческая. К такой помощи привыкают быстро, считают это уже само собой разумеющимся.

Все же я за помощь в качестве удочки. Это не когда ты рыбку даешь, а когда удочку, с помощью которой нужно ту рыбку поймать.

И крик души:

«Я хорошая мама! Почему он так со мной?» – меня не убеждает.

Хорошая мама умеет признавать свои ошибки, признает недочеты, в какой-то момент сама начинает учиться у своего ребенка. Дети ведь посылают нам сигналы: «Мам, тут я сам. Я тебе благодарен за все, но ты уже постой в стороне». Более того, возможно, он говорить вам этого не будет. И даже будет радостно принимать ваше общение. Но вы сами должны это почувствовать. Все. Финита ля комедия. Он уже не ваш маленький ребенок и тем более не красивый молодой мужчина, с которым очень классно идти рядом. И чтоб вам все немножко завидовали: не то сын, не то кавалер. А вы идете, гордо подняв голову, и снисходительно улыбаетесь обалдевшей толпе: «Да-да. Все мое! Принадлежит мне».

Нет, не ваше. И никогда вашим не было. К сожалению. Или к счастью. Поэтому я и этот разговор оставила напоследок. К тому, чтобы у вас и в зрелом возрасте было свое место.

10. Найти себя в любых обстоятельствах

Опять делаем круг и возвращаемся к тому, с чего начали. Работа или хобби? Мы не сможем до самой старости работать без устали, когда-то нужно что-то менять. Потому что мы поменялись сами. Но это не должно быть провалом, драмой и росписью в том, что вот и все.

Как-то давно мне одна моя хорошая приятельница, она в то время руководила большим коллективом, сказала:

– Если меня выгонят на пенсию, я умру на следующий день. – Подумав, добавила: – Нет. Через неделю. За неделю я просто состарюсь до смерти.

Но она ошиблась. Слишком уж сильна была ее тяга к жизни. Хотя уволили ее одним днем. Подготовиться не дали. Ни к смерти, ни к недельной старости.

Но она испугалась так, что тут же составила себе план «Как жить дальше». Сначала расписала каждый день недели: что будет делать в понедельник, а что в воскресенье. А потом и каждый день по часам.

Ох, нет. Забыла. Сначала она расписала деньги. Посчитала то, что есть на книжке. Поняла, что маловато будет. Сплоховала, плохо к пенсии подготовилась. Подумала – и продала дачу. А дальше научилась жить не то чтобы скромно, но на другие деньги. Как выяснилось, полно разных интересных и недорогих, а то и вовсе бесплатных экскурсий и концертов. На удивление, и лечиться можно в районных поликлиниках.

Когда мы созваниваемся, я опять разговариваю с полной сил женщиной.

– По понедельникам у меня экскурсии. Вторник посвящаю лесу. В среду бассейн. Очень удобно. Три остановки на автобусе.

Я ее слушаю и не перестаю восхищаться. Это та самая дама, которая и в метро-то не спускалась, а все ее экскурсии были исключительно по Милану.

Она начала новый виток. Она познает совершенно новую жизнь и видит новую себя в этой жизни. Новую счастливую себя! Вот что важно!

11. Дорогу молодым

Да, и уступать дорогу молодым тоже нужно. А чтобы это так болезненно не случилось, надо себя теми молодыми окружать. И радоваться им, и восхищаться. Молодые, красивые, улыбчивые. Ни в коем случае не сравнивать, не нервничать из-за того, что мы за ними угнаться не можем, что у них другие лица и другие фигуры. Не завидовать. Да-да, не завидовать. Поверьте, они нам тоже завидуют. Не всем, конечно, но тем, у кого есть опыт, уверенность в завтрашнем дне – очень даже завидуют. Тому, что мы уже вполне себе можем приостановить гонку и тихо почивать на лаврах.

Мы не видим себя со стороны, но, скорее всего, мы так и выглядим со стороны: статусно, расслабленно и уверенно в себе. И тут важно не только выглядеть, но и чувствовать, радоваться своему сегодняшнему состоянию и тому, что эстафету можно наконец-то передать. Готовить себе смену. Передавать же можно так, что к тебе всегда смогут обратиться, а не так, что потом на порог не пустят.

Уметь дружить. Уметь красиво расставаться. Даже если этот человек тебе не очень нравится. Или даже так, если это не очень хороший человек. Во-первых, мы никогда точно и ничего не знаем. У всех есть свои причины. А еще жизнь длинная и земля круглая. Неизвестно, на каком жизненном витке судьба опять может вас столкнуть. Всегда оставляем себе щелочку, не закрываем дверь до конца. Прикрываем. Но точно ею не хлопаем так, чтобы с петель слетела.

12. Не перестаем учиться

А вы знаете, когда на самом деле наступает старость? Когда мы перестаем задавать вопросы этому миру. Когда пропадает интерес, когда все приедается, когда взгляд потухший, руки опущены. До этого доводить никак нельзя. Что делать?

Думали, я скажу: «Читайте книги Лены Рониной»? Хорошо, что и у меня, и у моих читателей есть чувство юмора. (Тут идет много смайликов, включается воображение.)

А если серьезно, никогда не перестаем учиться чему-то новому. А еще вспоминаем о своих мечтах детства.

Зарисовки на тему и без

Никогда не поздно

С Ниной мы встречаемся раз в год, когда приезжаем отдыхать и лечиться в маленький курортный городок. Счастье – встретить своего человека, абсолютно близкого тебе по духу. Твой – и все тут. И даже не знаю, от чего нам потом становится легче – от лечения или от разговоров с Ниной.

Как правило, каждый вечер мы вместе гуляем, куда-нибудь едем, пьем кофе. А тут она замялась:

– Сегодня не смогу. Я же теперь учусь.

– На курсах психотерапевтов?

Нина ценит мой юмор. Она уже много лет работает в санатории в отделе бронирования и постоянно разруливает всякие ситуации с недовольными отдыхающими.

– Нет. В колледже на медсестру. Так что я три раза в неделю после работы в белом халате и в шапочке сижу на лекциях.

– И сколько учиться? Месяца три?

– Почему? Три года…

Прикидываю, а сколько Нине лет? Ну, если дочери уже лет 25, то… может быть, под пятьдесят в самом плохом варианте. Но уж сорок пять-то точно есть. И тут на тебе – в колледж на медсестру, да еще и учиться три года.

Но я Нину люблю и очень ей верю. Стало быть, ей это нужно зачем-то. Нина сначала что-то там рассказывала про зарплатные надбавки. Она же в медицинском учреждении работает. И если бы была хоть какая-нибудь медицинская специальность, то была бы возможность для маневров. Она же не просто распределяет отдыхающих по корпусам. По-хорошему, нужно еще и вникать, а какие процедуры им назначит доктор, как их расселить, чтобы всем удобнее было. Да и на те же самые жалобы квалифицированно отвечать. Если человек жаловаться начинает, он же про все и сразу вываливает. Ему все равно, кто перед ним сидит – завхоз или директор санатория.

Ну а во время одной из наших прогулок Ниночка все же рассказала основную подоплеку.

– Я же с детства мечтала быть врачом. Любимой книгой была медицинская энциклопедия. Но нужно было ехать поступать в институт в другой город. Родители запретили! Просто вот костьми легли. Нет, и все тут. Я по большому счету ни о чем не жалею. Но все рецепты, инструкции к лекарствам читаю как художественную литературу. Как-то даже учебник по анатомии купила. Почитываю на досуге. И уколы всем родственникам сама делаю, капельницы ставлю. Я же сама понимаю, сколько мне лет. Но тут совершенно случайно узнала, что есть вечернее и заочное отделение. Поступила. Может, это мечта всей моей жизни была.

– И как? Нравится?

– Не то слово! Я просто счастлива!

– Так ты, небось, сама уже многое знаешь.

– Конечно! В том-то и дело! Это совершенно особенное чувство, когда ты уже, в принципе, во всем в этом разбираешься и теперь вникаешь в детали. Я на занятия не просто иду с удовольствием. Бегу!

Да… Вот где настоящее счастье. Сколько раз я возвращалась мысленно назад. Вот если бы меня сейчас на ученическую скамью – ох, как бы я училась… Все познается задним умом. Я видела в глазах Нины неподдельный азарт, а еще новые жизненные цели и новые жизненные радости.

Совет

Учиться не поздно никогда. И никогда не поздно начать что-то совершенно новое. Если ты про это думаешь, то хватит думать. Пора браться за дело.

Ну еще напоследок один эпизод из жизни, который оставил след.

Ждала своего доктора. Договорились о консультации на определенное время, но администратор клиники попросила подождать.

– Все доктора в операционной. Что-то у них там сложное сегодня. Еще минут сорок. Ждать будете?

Конечно. Что делать? Думаю о больном, о нелегкой работе врача. Наконец-то открываются ворота операционного блока, по одному выходят доктора. Я всех их знаю лет двадцать. Так получилось, работаем вместе. Просто иногда из коллеги превращаюсь в пациентку. Лет всем уже от 50 и выше. Кому-то 60, кому-то чуть больше. Обычно бравые мужики идут тяжелой шаркающей походкой, пот стекает по лицам, взгляд в пол, меня даже не узнают. Все в своих мыслях.

Вот-вот выйдет и мой врач – тот, которого жду уже полтора часа. Скажу я вам, с врачом этим я тоже уже иду по жизни лет 15. В молодости он был невероятно красив. Ну просто даже неприлично. В какой-то момент возраст взял свое. Постарел. Я смотрела на него и расстраивалась. Но зачем возраст покушается на вечное? Ах да… Вечного ничего нет. Хотя хочется, чтобы красота оставалась красотой.

И вдруг появляется он. Мой доктор. И опять чертовски хорош. Я даже забываю, зачем я сюда пришла. Просто любуюсь им. Как так вышло? Он тоже оперировал. Почему все такие вымочаленные, а он как будто с курорта.

Ответ пришел, когда мы уже прощались.

– В следующий раз жду вас уже по другому адресу. Предложили другую работу.

Вот, оказывается, как. Новая работа. Новый виток в жизни. Новый поворот. Сколько ему лет? За пятьдесят уж точно. А жизнь опять начинается сначала. Потому что дорога твоя. И цели есть. И весь мир опять у твоих ног.

Свою дорогу можно искать всю жизнь. А можно не искать, просто не забывать, что тех дорог много, периодически заруливать в переулки и пробовать.

Я стала писать книги в сорок пять лет, и оказалось, что нашла свое призвание. Дело своей жизни, работу, которую очень люблю.

Что для этого нужно было сделать? Просто попробовать.

31.03.2025

Примечания

1

«Лучшая версия меня».

Content

Елена Ронина
Мама знает

По традиции: зачем я написала эту книгу?

Введение

Часть 1. А не прислушаться ли к мнению родителей?

1. Кто будет делать выбор?

2. Где найти тех самых, интересных?

Зарисовки на тему и без

3. Друзья – это важно

4. Твое или не твое? Вот в чем вопрос

5. Реализовываем свои мечты в детях

6. Когда в тебя верят

Зарисовки на тему и без

7. Во всем виноваты родители

8. А вдруг родители знают не все?

9. И все же давайте все не сваливать на родителей

10. Работа по душе

Зарисовки на тему и без

11. Главное тут не заиграться

12. Как оторвать младенца от груди?

Зарисовки на тему и без

13. Идти своим курсом

14. Ничего не бывает зря

Зарисовки на тему и без

15. А что же я сама?

Часть 2. Мой голос

1. Опять виноваты родители

2. Прекрасная студенческая пора

Зарисовки на тему и без

3. Что со мной не так?

4. Полюбить то, что не любишь

5. А как сегодня?

6. Чем можно заниматься на работе?

Зарисовки на тему и без

7. Меняем вкус

8. Вникаем

9. Начинаем действовать

10. На этом уже можно расслабиться

11. Сделать работу удобной

Зарисовки на тему и без

12. Творчество в детях

13. У мамы хобби, у папы амбиции

Зарисовки на тему и без

14. Наши хобби

Зарисовки на тему и без

15. Могут ли быть дети вашим хобби?

16. Поколение «сэндвич»

Зарисовки на тему и без

17. Жить по средствам

Зарисовки на тему и без

Часть 3. Выбор сделан

1. А если я хочу что-то большее?

2. Работа мечты

3. Наши учителя

Зарисовки на тему и без

4. Передать опыт

Зарисовки на тему и без

5. Сомнения на тему

Зарисовки на тему и без

6. Избавиться от страха

Зарисовки на тему и без

7. Договориться с собой

8. Работа как отдушина

Зарисовки на тему и без

9. У каждого свой потолок

Зарисовки на тему и без

10. Может быть, дело в директоре?

11. А вы сами комфортный человек?

Зарисовки на тему и без

12. Давайте говорить друг другу комплименты

Зарисовки на тему и без

13. Формула двух У

Зарисовки на тему и без

Часть 4. Оттачиваем результат

1. Миссионерство

2. Зависть

3. Правило бумеранга

Зарисовки на тему и без

4. Хорошо выглядеть – это тоже наша с вами ответственность

Зарисовки на тему и без

5. Пришло время отойти в сторону

6. А какие мы в быту?

Зарисовки на тему и без

7. Где взять энергию?

8. Еще раз про миссию

9. Помогать или нет?

10. Найти себя в любых обстоятельствах

11. Дорогу молодым

12. Не перестаем учиться

Зарисовки на тему и без

Примечания