Игорь Сивов

Ненавредители. Как стать счастливым родителем счастливого ребенка

© Сивов И. В., текст, 2022

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2022

Все права защищены. Книга или любая ее часть не может быть скопирована, воспроизведена в электронной или механической форме, в виде фотокопии, записи в память ЭВМ, репродукции или каким-либо иным способом, а также использована в любой информационной системе без получения разрешения от издателя. Копирование, воспроизведение и иное использование книги или ее части без согласия издателя является незаконным и влечет за собой уголовную, административную и гражданскую ответственность.

* * *

В жизни мы исполняем много разных ролей: супруга или супруги, подчиненного и руководителя, друга и брата, ребенка и родителя. И чем лучше мы справляемся с каждой из ролей, тем полнее и радостнее наша жизнь. И наоборот: причина самых больших страданий – осознание, что с ролью не справляешься. Если бы можно было составить рейтинг, то, без сомнений, самым болезненным осознанием стало бы «я плохо справился с ролью родителя». И, увы, в отличие от многих других, эту роль уже нельзя переиграть заново.

Книга Игоря Сивова «Ненавредители» – самый настоящий ориентир в сложной и ответственной теме родительства. Пока я читал и перечитывал ее главы, я соглашался и спорил с автором, сопереживал ему и переосмысливал свои поступки, восхищался точностью метафор и аргументов, смеялся и надолго погружался в задумчивость. Если для вас актуальна тема родительства, потратьте несколько часов на прочтение книги, усовершенствуйте себя в роли родителя, подарите себе и своим детям больше радости в спектакле, который играется всего один раз, – в спектакле под названием «жизнь».

Радислав Гандапас (бизнес-тренер, президент Ассоциации спикеров СНГ, отец четверых детей)

* * *

Игорь Сивов – амбассадор культуры осознанного родительства России, медийный блогер (более 500 тыс. подписчиков), многодетный отец.

* * *

«Каждый родитель задумывается о том, как вырастить ребенка счастливым. Но далеко не каждый находит ответ в простом решении: стать счастливым самому. Дети научат нас, если только мы позволим им сделать это. Перестанем «причинять» добро, а просто честно заглянем в их глаза и осознаем отражение. Именно об этом и пишет в своей книге Игорь».

Константин Хабенский,

Народный артист РФ, основатель «Благотворительного фонда Константина Хабенского»

Предисловие

Путь Отца

Дети – жестокие наши разоблачители. Они беспощадно и неподкупно свидетельствуют миру о том, кто мы с вами есть на самом деле.

Симон Соловейчик

– Ты больше меня не любишь!

Пространство вокруг заполняется гулкой тишиной. Я понимаю, что сын бросил трубку. И тут во мне взрывается адский коктейль из жгучего чувства вины, отчаяния и ярости.

Бросил трубку?! Что за безобразное поведение? Никакого уважения! Что значит «не любишь»?! Да я ради него пашу, как конь! И при этом умудряюсь каждые выходные к нему летать, звоню каждый день! Да я на себя столько времени не трачу, сколько на него! У меня его, этого времени на себя, вообще нет! Живу как проклятый. Вообще не живу! Да я… Я же…

Вру.

Это слово вдруг застревает комом в горле. Я же вру себе, сыну, всему миру. Вру уже много лет…

Знаете, как это бывает? Ты изо дня в день поступаешь как надо, как положено, как ПРАВИЛьно, но вдруг останавливаешь этот бег и задаешься вопросом: а кто эти ПРАВИЛА установил?

Как часто мы слышим треклятое: «Когда ты приедешь?» Близкие забрасывают эту удочку, когда мы в дороге, в работе над очередным отчетом, на совещании в офисе партнеров или переговорах в баре, на пороге дома по утрам. Но мы не хотим на нее ловиться, каждый раз вынимая из кармана прописанный ПРАВИЛАми ответ: «Ты же знаешь, мне надо работать. Это все для тебя. Для нашего блага».

Они слышат вот такой язык любви. Значит, для сына моя любовь – это страдание под гнетом работы и «важных» дел? В то время как истинно важное остается за бортом в ожидании лучших времен, завтра или нового выходного дня. Но ведь и в выходной я сую сына в игровую комнату, откупившись мороженкой, а сам прячу замученное лицо в телефон. Там дела. Тело мое гуляет с ребенком, но сам я – далеко.

Так проходят дни.

Месяцы.

Годы.

Восемь лет жизни старшего сына я находился рядом физически, но где был душой все это время? Если раньше спасением были поцелуи с объятиями на ночь и утренние поездки на занятия, то теперь – после развода – и эти теплые мгновения стали недоступны.

Ярость остыла.

Реальность покрылась тонкой ледяной коркой. Стала хрупкой и ненадежной. Мне внезапно всей душой захотелось оказаться РЯДОМ. Так, чтобы это РЯДОМ стало искренним и честным. Мне захотелось стать БЛИЗКИМ. Захотелось понять, что у него на душе, почему он ТАК сказал? Захотелось показать ему истинную любовь.

Да, после развода и моего переезда из Казани в Москву жизнь кардинально изменилась. Новая работа, обстановка, окружение. Но крик сына из трубки телефона показал мне, что не изменилось главное – я сам.

Тогда я решил проводить выходные со своими мальчишками иначе. Каждый раз я летел в Казань, отбрасывая страдальческие, жертвенные мысли, что ранил сыновей расставанием с их матерью, оставляя на работе дела и искренне включаясь в роль Отца. Я летел к детям учиться. Честно и ответственно учиться быть таким папой, какого не было у меня самого. И каким я хотел бы его видеть.

Мне захотелось понять, чем живут мои сыновья. Я осознал, что ничего не знаю про Матвея[1]. Выполнял придуманные формальные функции – гонял его на хоккей, поднимал отжиматься в 6 утра – и думал, что таким образом делаю из него мужчину. То есть старался держать себя и его в ежовых рукавицах. Но за годы жизни вместе сын вообще не видел от меня отцовской любви и теплой, искренней заботы.

Теперь я начал вникать, проживать моменты его жизни, интересоваться, что с ним происходит, пока меня нет рядом, что он любит, какую музыку слушает, что смотрит. Мы стали больше разговаривать. Я прочитал множество литературы по воспитанию, провел сотни бесед с профессионалами в детской психологии и педагогике. Стал изучать себя и свою жизнь, изучать своих детей и отражения, которые они формировали для меня.

Я прямо захлебывался этим общением, этими эмоциями. Они стали необходимы мне, как вода и воздух. А потом понял главное: какой я с детьми – такой я и с собой.

Это с собой мне скучно, неинтересно и некогда.

Это перед собой мне стыдно.

Это себя я раздражаю.

А сыновья просто отражают мою реальность.

Хватит! Не желаю больше быть или выставлять себя заложником внешних обстоятельств, выхожу из роли жертвы и не стану делать жертвами своих детей. Я поставил перед собой задачу: приезжать к ним не просто повидаться, а поделиться теплом, наполнять их. Поэтому накануне встречи заряжался положительной энергией, чтобы разделять и преумножать ее в детях. Пришла пора взять ответственность за ситуацию в свои руки. Пришла пора не физически, а душой стать отцом для своих детей. И точка старта вовсе не в ложной ответственности «я потерплю, попотею, зато дети будут жить лучше и счастливее» (а они пока поучатся у меня также ответственно потеть).

Для многих людей, родившихся в Советском Союзе, уравнение «счастливый ребенок» равно «счастливый родитель» – это парадокс. Но ведь дети вырастут счастливыми взрослыми, только если увидят, как это – такими быть. Счастье ребенка формируется не из несчастья взрослого, не из наблюдения, как родитель страдает ради него. Для этого мы должны перестать приносить им с работы пустых себя. Перестать отдавать им уставшего, расколотого противоречиями родителя. Мы должны сформировать фокус на себе в будущем и перенести это состояние в настоящее, чтобы быть готовыми к этому будущему.

Начинать нужно с себя.

Многим знакома моя история. Особенно отцам. Нас с детьми разделяют расстояния, обязательства, работа. Развод усугубляет положение. Но каждый понимает, как важно быть истинным родителем своим детям. Каждый отец хочет передать ребенку свои знания и опыт, как бы банально это ни звучало. Каждая мать хочет помочь ребенку вырасти успешным и счастливым. Не найдется среди моих читателей таких, кому это было бы безразлично.

Все наши мотивы и действия формируются из позиции любви к ребенку. Тогда почему же однажды утром мы натыкаемся на внезапную стену из обид, непонимания и нежелания понять?

«Он совершенно не слушается!», «Почему он не может быть нормальным ребенком?», «Он на меня кричит!», «Он совершенно не слышит, что я говорю!» – топ самых популярных запросов от родителей.

Не слышит и не услышит – вот в чем проблема. Не увидит наших стараний. Его этому не научили. Лично я, видимо, все это время учил своих детей страдать.

Как дети могут услышать нас, если мы сами себя не слышим, не знаем себя, своего тела, своих желаний? Дети лишь отражают нас. Нет, речь даже не об очевидных привычках или словечках. Они отражают нас и нашу жизнь честно и в полном объеме: и хорошее, и плохое.

Окружение каждого человека состоит из таких зеркал. Да, да: «Скажи мне, кто твой друг», и далее по тексту. Однако мы предпочитаем не смотреть в отражения. В поисках комфорта продолжаем перебирать и подбирать наиболее благоприятные внешние условия – нужно просто сменить плохую работу, отвадить назойливых родителей и найти нового супруга.

Так и с детьми. Не слушается? Орет? Стал неуправляемым? Отведу к психологу. Этот ребенок явно «сломан», пусть починят. Но мы даже не пробуем искать решение в себе.

Но правда жизни в том, что ребенок изначально цел. Проблема, которая возникает в отношениях с ним, только лишь отражает родительскую внутреннюю проблему. Нужно просто рассмотреть отражение.

А способен на это лишь эмоционально зрелый, осознанный человек. Требуется немало усилий, знаний и душевного труда, чтобы в момент детской истерики или хамства остановиться, вдохнуть и отказаться от такого понятного и всегда доступного «а ну-ка, прекрати сейчас же, не то выпорю!».

Я предлагаю разглядеть в детях не объект приложения воспитательных усилий и нервов, а партнеров по жизни, спутников на жизненном маршруте. Стоит только понять это – и путешествие станет увлекательным, наполнится новыми позитивными событиями и возможностями для развития. Прежде всего нашего собственного. Ведь чтобы стать проводником ребенку в этом большом и сложном мире, нужно сперва самому в нем разобраться. Найти выход из собственного лабиринта.

И я начал решать эту задачу.

Я искренне считаю, что преуспел! За прошедшие пять лет достиг прекрасных результатов, сохранив теплые отношения с сыновьями. От второго брака у меня родились дочка и еще один сынок. Для Матвея и Мирона они – родные. За что я также бесконечно благодарен первой супруге. Нам удалось избежать этого барьера. Старшие чувствуют, что я люблю их так же сильно, как и малышей. И все они очень любят друг друга. Эти отношения они копируют с нас – родителей.

Лично мне на этом пути помогли практики и медитации, в которых я начал восстанавливаться, наполняться. Но это уже другая история, на еще одну полноценную книгу. Мы немного коснемся этой темы, но главное, что я предлагаю вам – встать на путь эмоциональной зрелости. Научиться осознавать себя, свои отношения с детьми и не только с ними. Научиться видеть свои отражения и корректировать не их, а исходный образ. Ибо, как говорил классик, нечего на зеркало пенять!

Я покажу, как улавливал свои отражения и как это делали участники онлайн-школы «Осознанный родитель». Она начала работу весной 2020 года. Запрос родился в пандемию, когда «самые близкие и родные» томились мучительным совместным пребыванием друг с другом, и в обществе повисла проблема «как же с этой невыносимой любовью сосуществовать». Когда крики, обиды, претензии друг к другу и угрозы заполнили пространства, в которых предполагалось место для любви…

К нам в онлайн-школу приходят мамы и папы, такие же, каким раньше был я, – с проблемами и сложностями в отношениях с детьми.

Некоторые стали героями этой книги. Все истории здесь реальные. Я позволил себе лишь изменить имена героев и предлагаю любые совпадения считать случайностью.

Если вы готовы лучше узнать своих детей, стать ближе к ним и к себе и для этого даже рискнуть погрузиться глубже – в свое истинное я, – эта книга станет вашим помощником.

Если у вас еще нет детей, все равно выполняйте практики, которые я предлагаю в книге. Ведь она не случайно попала в ваши руки. Не задумывайтесь, почему или зачем, не ищите причину – просто читайте. Читайте не спеша. Пропускайте через себя главы, одну за другой. В каждой из них мы рассмотрим на реальных жизненных примерах отражения взрослых проблем в детских капризах, а также разберемся, как справиться и с капризами, и с другими проблемами.

Обещаю: ваше родительство, как и вся ваша жизнь, больше никогда не будут прежними. Вы найдете в нем ресурс. Вы сами станете этим ресурсом.

Я искренне желаю, чтобы во время чтения книги во мне или моих героях вы увидели себя. Мы готовы стать вашими отражениями. Увеличивающими зеркалами неурядиц и проблем. Возможно, это поможет понять, что сделать, чтобы исправить ситуацию, которая мучает вас. И ваша жизнь начнет преображаться. Появятся симпатичные люди, у которых вам захочется учиться. Созреют новые цели, родятся новые планы.

И тогда неизбежно начнут преображаться ваши дети! Запомните, это и будет знак, который подскажет: вы на верном пути. Здесь вас ждет успех.

Согласны? Тогда начнем!

Глава 1

Я не игрушка

Как проблемы с самореализацией родителей влияют на здоровье детей

У детей нет ни прошлого, ни будущего, зато в отличие от нас, взрослых, они умеют пользоваться настоящим.

Жан де Лабрюйер

– Он моргает.

– Ольга, поясните, пожалуйста, мы все моргаем. Это же естественная функция организма…

Молодая, ухоженная женщина с изможденным взглядом нервно заломила тонкие пальцы.

– Нет, он чрезмерно часто, слишком активно моргает. Ненормально. Я уже устала водить его по неврологам, обследованиям, остеопатам и ведуньям, пичкать таблетками. Он начинает злиться на меня за это. Высказал на днях: «Ты всем говоришь, что я больной»… А я не понимаю, что делать. Это какой-то нервный тик у него…

– Ну, ведь это у него не с рождения началось, если я правильно понимаю? Давайте вспоминать, в какой момент он проснулся с этим тиком.

– В начале учебного года. Он в этом году в первый класс пошел.

– Если бы проблема была в нагрузке, вы бы ее уже решили. Но вы здесь. Расскажите, пожалуйста, о своей семье…

После общения с Ольгой стало понятно, что дело действительно не в школе вообще. Разгадка в маме. Передо мной сидела настолько обиженная жизнью, нереализованная, неуверенная в себе женщина, что глазам было больно смотреть…

Знаете, такое часто бывает в состоятельных семьях: «Раз уж меня дома нет, – я же зарабатываю, я лев, – так давай хотя бы ты будешь с ребенком», – принимает решение муж. Дурацкая компенсаторика. Почему мужчины думают, что это правильно? Классика: я – добытчик, а ты – хранительница очага. Но на деле это буквально медвежья услуга всей семье и особенно детям.

Когда мать самозабвенно заботится о грудничке, ей некогда размышлять о самореализации, отчасти помогает этому соответствующий набор гормонов в крови. Но когда ребенок вырастает, начинает ходить в школу (читайте – жить своей жизнью), эта потребность для женщины становится необходимостью.

Детям нужна счастливая мама, красивая, довольная, с горящим взглядом. Несчастная мать – несчастные дети – папа тоже становится несчастным. И понеслось: «Какого черта?! Я ради вас работаю, света белого не вижу. Прихожу домой, а вы тут – один с тиком, вторая с глазами на мокром месте!» К такому очагу и возвращаться не хочется.

Есть одна простая, но неочевидная многим из нас мысль: чтобы лампочка светила, ей нужен источник питания. А для поддержки очага его хранительнице нужна энергия.

«Обесточенные» мамы в поисках применения себя часто начинают водить детей по докторам. И что видит ребенок? Больницы, больных, боль. Тогда он честно включается в предложенную роль: «Вот такая у меня реальность. Если вы нарисовали, что я больной – я буду болеть». Ему от этого ни жарко, ни холодно. Для него любой вариант развития событий – норма. При этом условия для решения маминой задачи соблюдены: ей есть куда приложить силы, внимание и время.

Но это ширма. За этой игрой прячется нездоровая реальность. И увидеть, все ли в порядке, помогут дети.

Ребенок – всегда отражение наших эмоций. Понаблюдайте, если раньше этого не замечали: когда вы в приподнятом настроении, все спокойно, дети занимаются своими делами, играют, веселятся. Но если вы раздражены…

Как стрелка барометра на плохую погоду, дети реагируют на наше безресурсное состояние. Они начинают требовать к себе внимания всеми силами. Но нам не до того, мы хотим покоя, уединения, тишины, сосредоточенности. И чем сильнее портится наше настроение, тем сильнее раздражается ребенок.

Мы заражаем его своей энергией, а он часто не знает, что с ней делать. Он орет, не спит по ночам, плохо ест, потому что его разрывает. «Папа, мама! Что происходит? С вами явно что-то происходит!» В такие моменты он требует срочно доказать, что с ним все в порядке, мир в безопасности, его по-прежнему любят. До окончания подросткового возраста (а иногда и всю жизнь) дети существуют в эгоцентрическом мире. По их мнению, они и только они представляют собой причину всего происходящего вокруг. И если маме или папе плохо – по умолчанию «я виноват». Малышу срочно требуется подтверждение, что это не так. Дело не в нем. Но маме с папой не до того…

Об этой особенности детской психики подробно пишет Людмила Петрановская[2]. Я прочувствовал все на себе, когда проходил через это со старшим сыном. После работы я забирал его из садика, а все мои мысли были о проектах, о завтрашней презентации или очередных проблемах с отчетностью. Я и так был на взводе, а это маленькое существо хотело от меня непонятно чего. И это раздражало еще больше.

Прошло время, прежде чем до меня дошло, что именно от моего внутреннего состояния зависит настроение моего ребенка. Если я прихожу в отличном настроении, у меня все хорошо, сын ведет себя точно так же. Его мир в безопасности. Нет необходимости перепроверять папину любовь, привлекать к себе внимание капризами и слезами. И мне самому становится любопытно, чем он занимается, я опускаюсь на колени, ползаю вместе с ним, смотрю, во что он играет. В такие моменты кажется, что ты сам становишься ребенком. Только круче. Соединяется твой опыт и взгляд этого маленького человека.

Все, что было вне дома: работа, друзья, хобби, – не важно. Передо мной стоит маленькое чудо: теперь я твой папа. Я опускаюсь на твой уровень.

Что ты хочешь, мой родной? Ползать? Поползли! Добрались до стола, начали вставать, вместе стукнулись головой: «Бум! Теперь ты знаешь, почему здесь резко вставать нельзя?» Он смотрит, согласно кивает и реально понимает, о чем речь.

Для здоровья семьи и для собственного здоровья архиважно научиться переключаться, когда приходишь домой.

Несмотря ни на что! Нужно сменять роли. Роль работника, бизнесмена, добытчика оставлять за порогом и «переодеваться» в роль родителя, супруга.

И второй немаловажный фактор: если уж вы «переоделись», играйте честно. Мама – так мама, папа – значит папа. Проводите время качественно. Пожалуй, это самое главное в построении отношений. Это должен понимать каждый родитель.

Что такое качественное время? Это не быть РЯДОМ с ребенком 24 часа в сутки, а быть ВМЕСТЕ с ним. Быть вовлеченным в него, в его дела. Делать домашние дела вместе, отвечать на его вопросы, даже если он еще не говорит, беседовать с ним, играть, показывать или объяснять то, что его интересует. Без телефона, без левых мыслей. Погрузиться в ребенка. Честно вспомнить, как это интересно – собрать «Лего», нарисовать остров, слепить черепашку.

Четверть часа такого времени, такого искреннего взаимодействия гораздо ценнее часа в роли надзирателя. Когда ребенок занимается своим делом, а родитель поглядывает на него из-за телефона со словами: «Че ты там творишь? А ну не лезь туда!»

Эти 20–30 минут после работы, после поездок, деловых встреч, насыщенного трудового дня важны и для вас, и для ребенка. Поверьте, вам тоже полезно на время самому стать ребенком. Покричать, поползать, посмеяться вместе с ним. А если малыш упал, стукнулся и плачет, пережить это вместе. Когда же слезы утихнут, объяснить, как произошел ушиб. Даже совсем кроха будет внимательно слушать вас. Просто потому, что с ним разговаривают.

«Я тоже падал, когда был маленьким, – рассказывал я своему среднему, Мирону, когда он разбил коленки. – До 7 лет весь был в синяках, царапинах и шрамах». Он смотрел на меня, потом на свою ногу. Все понятно, так бывает, пойдем, папа, дальше.

Знаете, почему качественное время важно не только для ребенка, но и для родителя? Это как медитация. Ты отключаешься от внешней среды, от мыслей, и потом ловишь себя на том, что оставил за дверью весь мир, а здесь и сейчас есть только ты и твой ребенок.

Минутка самоанализа

Смею предположить, что люди, не способные выдержать пятиминутную медитацию либо просто побыть в тишине с самим собой, также не способны искренне поиграть со своим чадом 5–10 минут. Умеете ли вы медитировать? А веселиться с детьми можете? Когда вы последний раз играли в снежки? А из пластилина лепили когда? Как часто вы уделяете время себе, своему телу, настроению?

И вот вы узнаете себя. Не можете ответить на вопросы: «Да, легко медитирую и вообще живу для себя по полной программе». Что делать? Признать, что нужно это проработать. Запомните: если вы будете осознанно исправлять ситуацию и вкладывать в нее энергию, обязательно получите позитивный результат. А сейчас предлагаю вам первый шаг в работе над отношениями с ребенком (и со всем окружающим миром).

Практика «Качественное время»

Давайте начнем с малого. Не станем пускаться в марафон, а поставим посильную планку.

1. Добавьте в свое расписание на ближайшую неделю обязательный пункт: 5 минут честного качественного времени с ребенком.

2. За минуту до начала занятий уединитесь и глубоко подышите – вдох на счет «шесть» и выдох на счет «шесть», повторите шесть раз.

3. Предупредите ребенка, что вы «немного устали»/«есть дела»/«есть свои желания», но сперва (!) очень хотите побыть с ним, пообщаться пять минут. То есть честно обозначьте временные рамки.

4. На протяжении намеченного времени искренне отдайтесь потоку общения.

5. На следующей неделе увеличьте время общения на 2–5 минут. Постепенно доведите практику до получаса.

6. По возможности, фиксируйте свои ощущения в ежедневнике или при помощи диктофона на телефоне.

Пройдет пара месяцев, и вас тоже захватит совместное время с ребенком. И однажды вы поймаете себя на мысли: «Да идите вы нафиг со своей работой, а я хочу еще макаронные открытки клеить!»

Качественное время с детьми старше 10 лет и подростками отличается от качественного общения с малышами. Для четырехлетки мама и папа – это боги, которые предсказывают погоду и время прихода Деда Мороза. Поэтому ребенок согласен на любую проявленную родителем инициативу. А в 10 лет ребенок, во-первых, уже соображает, как все в этой жизни устроено, а во-вторых, у него появляются свои интересы.

И «раз он теперь уже соображает», у родителей часто включается программа «поскорее научить его уму-разуму».

• Что за дрянь ты слушаешь?

• Двойка… Мечтаешь о карьере дворника?

• Дай-ка посмотрю, что у тебя в школьном рюкзаке…

Знакомо? Но по сути это гнобеж. Вот вам захочется общаться с человеком, который не ценит ваших увлечений и интересов, не поддерживает в неудачах и совершенно не чувствует вашего личного пространства?

Для здоровья семьи и для собственного здоровья архиважно научиться переключаться, когда приходишь домой.

Так и ребенку не хочется общаться с родителями в таком ключе, не хочется делиться важными мыслями или событиями.

Другое дело, когда вы проявляете уважение и интерес к его увлечениям. «Что у тебя там в наушниках, дай послушать? Круто! А кто это? Откуда они? Расскажи про них что-нибудь интересное?»

Если только допустить вероятность, что его музыка тоже хороша, хоть и существенно отличается от любимых вами Земфиры или Лепса, можно открыть для себя много нового. Другой мир. В котором правят не «тупые фразочки», а, например, нестандартный бит и рифма. Так вы начнете разбираться в интересах ребенка и развиваться вместе. И тогда, возможно, он проявит интерес и к Земфире.

Я недавно, к своему изумлению, узнал, что мой старший сын начал слушать Цоя. У детей нового поколения нет границ, нет разницы между прошлой культурой или нынешней. Они не чувствуют время так, как их родители. Они еще не научились разделять времена на хорошие и плохие. Знаете, какие первые признаки старения? Когда в речи взрослого человека появляются фразы а-ля: «Вот молодежь нынче пошла», «То ли дело мы», «Я-то в советские времена о-о-о».

Если подростку понравились песни Цоя – он будет их слушать, и совсем не важно, в каком веке они были написаны. Музыка и есть музыка. Она нравится человеку, потому что задевает струны его души.

Качественное общение с подростком – это время, когда вы интересуетесь даже тем, что не совпадает с вашими увлечениями и мировоззрением.

Такое может быть. У вас вызывают стойкое отторжение звуки в наушниках у ребенка. Но ему это почему-то нравится! Только один этот факт кричит вам: постарайтесь понять, ЧЕМ ИМЕННО. А для этого стоит послушать эту музыку вместе.

Нет? Не хотите?

Тогда просто будьте готовы, что ребенок найдет тех, кто оценит его увлечение. Ваш сын или дочь окружат себя теми, кому важно их мнение. А доверие к вам начнет постепенно разрушаться…

Однако давайте очертим четкую грань между необходимостью качественно проводить время с детьми, погружаться в их увлечения, делая вклад в ваше будущее, в ваши отношения, и полным погружением в ребенка. Когда родитель теряет себя. Перестает жить своей жизнью, всецело отдаваясь интересам ребенка. Как Ольга, наша первая героиня.

Практика показывает: часто такое самоотречение родителя сказывается именно на здоровье ребенка. Заниматься лечением – самое понятное и очевидное проявление заботы. Но не стоит усердствовать, забывая о себе. Вы принесете ребенку больше пользы, если будете вкладывать энергию и в себя.

В школе «Осознанный родитель» взрослые понимают, что дело, видимо, не в ребенке, чаще всего уже на второй лекции. И тогда возникает вопрос: а где в этой ситуации я? Чем я занимаюсь? В чем моя реализация и мое предназначение? Занимаюсь ли своим телом, развитием? Какой я внутри? На кого хочу быть похожим? Я сексуальный? Умный? Богатый? Насколько я разносторонний? Насколько готов идти в новое? Воспринимаю ли я ошибки как полезный опыт и возможность сделать шаг вперед?

Человек начинает «копать» и понимает: «Если я не могу сказать, кто я такой и чего хочу, – что я могу дать своим детям, партнеру, этой жизни, себе»?

Конечно, бывает, что ребенка воспитывают без папы, как и меня. Я только сейчас, в 40 лет, разбираю эту ситуацию и начинаю понимать, что к чему. Но речь о другом.

Моя мама была мне и мамой, и папой. Она старалась дать и жесткость, и доброту, и ласку. Но мы иллюзорно считаем, что такая замена возможна. Мама может быть бизнес-леди, заниматься серьезным жестким делом, но ее природа остается мягкой, теплой. Поэтому она должна показать и дочке, и сыну, что такое любовь, что такое женская энергия. Не говорить: «Упал, отжался! А ну-ка вперед! К целям! Гони!» Это неестественно.

Что остается в сознании сыновей таких мам? Что женская энергия подавляет. Когда он вырастет, будет думать, что все женщины деспоты. При этом обязательно выберет ласку.

Конечно, у одинокой мамы включается инстинкт, потребность максимально заменить недостающее звено. Здесь важно уметь переключать «тумблер». В одной ситуации можно проявить настойчивость и твердость, а в другой оставаться только мамой. Дарить ласковые прикосновения и взгляды, готовить по утрам блинчики, вкуснее которых нет на всем белом свете, говорить слова поддержки, когда ребенок нашкодил и ему хочется забиться в угол.

Пока не поздно, включив осознанность, мы можем измениться, чтобы дать сыновьям и дочерям лучшее будущее.

И через детей продолжать совершенствоваться. Сложно точно сказать, мы ли им обеспечиваем счастливую жизнь или они нам.

Я понимаю, что чем больше мы знаем, чем больше изучаем себя, тем больше возникает вопросов. Как будто живешь в маленькой деревне, в маленьком доме 10 лет. Но однажды тебе говорят, что рядом есть город, столица. И ты с жадностью начинаешь его изучать. А потом узнаешь, что на самом деле это был маленький городок, а рядом есть еще 10, и они еще больше! Ты начинаешь изучать их. Потом тебе говорят: вокруг огромный мир, разные национальности, климат, культура. И нужно все успеть узнать…

Также и с детьми, которые раскрывают нам дверь в самопознание. Когда мы обращаем внимание на наши отражения, начинаем углубляться в себя, в наши отношения, то сначала нащупываем маленький уголок, из которого все дальше и дальше погружаемся в этот прекрасный мир. И путешествию в глубины себя и самосовершенствованию нет ни конца, ни края. Нельзя остановиться.

Я сам всегда в процессе.

Чем закончилась история с Ольгой?

Умная, образованная женщина вышла замуж по любви. Супруг – серьезный бизнесмен. С точки зрения социальных стандартов – идеальная картина благополучия.

Когда жена забеременела, муж уговорил ее бросить работу. Теперь, считая, что способен обеспечить все необходимое для комфортной жизни, не поддерживает ее намерений выйти из декрета. Настаивает, что жена должна заниматься сыном. Медвежья услуга активировалась по умолчанию.

Мы начали работать с их семьей в школе «Осознанный родитель». В программе есть терапевтическое задание: ребенок должен нарисовать кувшин и расположить на рисунке всех близких – где мама, где папа, где сам ребенок, где все остальные члены семьи.

Сын Ольги нарисовал в кувшине только себя. Одного. Маму – за пределами кувшина, папу еще дальше.

Когда она прислала мне этот рисунок, у нее буквально была истерика: «Как так?!» Мы долго беседовали, что в этом нет ничего страшного, просто сигнал – ребенок не наблюдает в своей жизни родителей. Они отсутствуют. Своим морганием он транслирует, что они не видят важного. Он буквально старается «сбросить пелену с глаз», очиститься от иллюзорного представления благополучия. И с этим нужно работать.

Она долго сопротивлялась, ходила вокруг «все у нас хорошо». Я пытался достучаться:

– Но что-то же происходит с вами, чего вы не понимаете. Горит внутри огонь, который вы игнорируете, делаете вид, что его нет.

– Да о каком огне вы говорите! Я занимаюсь только сыном, его образованием и здоровьем, ну и домом. Давно никаких огней, никакого увлечения нет, дизайном сто лет не занималась, забыла, как выглядят подруги. Мы раньше вместе проектировали на архитектурных конкурсах. А потом я вся отдалась семье. А он вот рисует, что меня с ним нет…

Я старательно записал каждое ее слово. И, когда к ней вернулась способность слышать меня, прочитал запись.

Она заплакала…

– Начните снова проектировать, начните с малого, с дизайна квартир, например. Или просто – с рисования.

– Муж не поймет. Я не могу. У меня нет на это времени.

– Я не вправе диктовать вам, решение за вами. Главное: теперь вы знаете, в чем именно проблема.

Мне неизвестны детали их дальнейшей жизни, но к концу занятий Ольги в школе я получил сообщение: «Не знаю, как это работает. Может быть, медики помогли, может, адаптировался к школе, или сыграло роль то, что я поменяла отношение к жизни, но тик прекратился. Он проснулся в один день и перестал моргать».

На мой взгляд, все логично: она занялась собой, любимым делом и самореализацией. По крайней мере, включилась в эту задачу. И у ребенка все прошло.

Глава 2

У меня все иначе

Как детские травмы родителей влияют на отношения с детьми и их успех на жизненном пути

Ваши дети – это не ваши дети.

Они сыновья и дочери Жизни, заботящейся о самой себе.

Они появляются через вас, но не из вас,

И, хотя они принадлежат вам, вы не хозяева им.

Вы только луки, из которых посланы вперед живые стрелы,

Которые вы зовете своими детьми.

Джебран Халиль Джебран

– Я не могу ей ничего объяснить, она меня не слышит!

– В смысле? У нее проблемы со слухом?

– Да нет же! Ей 12 лет, самый разгар школы, а она ничего не хочет! Ни один урок ей не интересен, домашнюю работу не делает. Вон, у соседей-алкоголиков дети головы не поднимают – над учебниками сидят до ночи, почти отличники. А у моей все есть: и школа лучшая, и комната своя, живем хорошо. Казалось бы, все условия созданы. А она не учится. На уме одно рисование и мода, тьфу! Я устала. Просто хочу, чтобы она училась нормально.

– Зачем вы смотрите на соседей? Вы же не знаете, что у них в семье происходит. Может, их дети много учатся не потому, что умные, а от страха наказания или чтобы от них отстали. А у вас творческий ребенок. Вы не допускали мысли, что она может стать всемирно известным художником? И вообще, творчество полезно для эмоционального здоровья. Отличный антистресс.

– Это ерунда полная! Если я дам ей рисовать, она школу забросит, уйдет в техникум. А у нас очень хорошая дорогая школа.

В процессе общения с Еленой стало понятно, что дело, конечно, не в сопротивлении дочери, а в самой маме. Вернее, в ее нереализованности. Я видел перед собой уставшую одинокую женщину. Она долго отчаянно противилась идее сфокусироваться на себе, а не на дочери. Но в процессе обучения в школе «Осознанный родитель» включилась в эту задачу.

Вскоре Елена призналась: в детстве у нее была большая мечта – играть на скрипке. Но родители запрещали, говорили, что это полная ерунда, нужно хорошо учиться в школе. Не дали ей возможности даже попробовать. Елена похоронила мечту о музыке и стала финансистом. Сейчас она даже не думает, что могла бы стать музыкантом. И про увлечение дочери говорит то же самое. Елену научили, что нужно окончить школу, получить надежное высшее образование… Вариант помочь дочери выбрать специализированный техникум – не вариант вовсе…

Представьте, ваш ребенок приходит и заявляет, что ему не нравится математика, – ваши действия?

Самый популярный вариант – отругать или сказать, что «это все глупости». Можно еще отправить его к репетитору. То есть активно дать понять ребенку, что его интересы и увлечения, его страхи и неприятности для вас не имеют никакого значения. И все это под соусом «для твоего же блага», разумеется. Удивительное такое «благо».

Важнее показать свою заинтересованность. Конечно, вариант с репетитором нужно держать в рукаве – это помощь. Особенно, если родитель сам не может помочь и признает это: «Друг, я реально не понимаю, как эту математику делать. Но с этими задачами нужно разобраться. Таковы правила игры в этом мире».

Попробовали вместе, не получилось, следующий вариант – репетитор. Но обязательно с признанием сложности задачи для ребенка. Когда мама или папа говорит: «Ну, ты ващеее… Пусть репетитор с тобой разбирается», он унижает ребенка, оставляет его наедине с проблемой. Гораздо полезнее признаться: «Ты знаешь, я сам(а) в школе с математикой не дружил(а). Какой-то темный лес, честное слово! Понимаю, тебя, детка. Давай обратимся за поддержкой? Пусть профессионал нам поможет». Тогда контакт с ребенком сохранится.

Мой старший сын учится в американской школе. Сейчас он в 10-м классе. Года два или три назад он показал мне свои задачи по алгебре. Вот мрак… Я сразу честно признался: «Вообще ничего не понимаю. Горжусь тобой, что ты в это способен вникнуть».

Мы тогда договорились обратиться к опытному преподавателю, специально искали такого, кто знаком с американским подходом. Даже ей понадобилось время на подготовку. Матвей потом делился, что все понял, сказал: «Это реально круто».

Ммм, не представляете, как приятно!

При этом важно не обесценить учителя. Да, ребенок может не понять объяснений в школе. Нужно разбираться в ситуации. Мы не знаем всех нюансов. Может, не сложился эмоциональный контакт с учителем. Не нравится педагог – не нравится предмет. Дети перестают воспринимать информацию.

Критическое значение имеют внешние условия. Если в классе 35–40 человек, учитель физически не может уделить внимание каждому. Отстрочить материал, уложиться бы в 40 минут. Увидеть и оценить реакцию каждого – шансов нет.

Если ребенок стеснительный – вообще пиши пропало. Особенно, когда соседка-зубрилка его подначивает: «Ну что тут непонятного?» Непонимание наслаивается – отставание усиливается, стресс растет. Да еще и дома родители добавляют: «Все дети как дети – учатся нормально, а ты бездарь. Треугольник от квадрата отличить не можешь!»

На многих психологических тренингах для родителей используется такое упражнение, когда один взрослый встает на корточки (то есть буквально становится маленького роста), а другой начинает на него кричать. Повод может быть любой. Тут центральным персонажем становится «маленький» взрослый. И его задача – пережить ощущения ребенка, которого ругает родитель.

Подавляющее большинство людей в этих ситуациях впадают в совершенно жуткое состояние истерики, отчаяния[3]. Всплывают самые болезненные детские травмы. Но главное: человек вдруг осознает, как это ужасно, когда большой и сильный представляет для тебя угрозу. И в разы ужаснее понимание, что этот «большой» вообще-то, вот так между нами, должен быть твоей защитой, источником безопасности и любви…

На самом деле аналогичное упражнение можно провести в обесценивающем ключе – один холодно и жестко внушает второму, что его проблема «ерунда». Ощущения не намного будут отличаться, возможно, будут не такими яркими (так как речь о холодности, градус эмоций значительно ниже).

Учиться натягивать на себя шкуру маленького, зависящего от обстоятельств человека, и прожить его эмоции – это отрезвляет. Чтобы лучше понять логику и мотивы ребенка, его цели и намерения, порой полезно этим заниматься.

Но вернемся к несовпадению интересов. Что же происходит, когда мы отправляем ребенка к репетитору по математике?

1. Ребенок отдает себя и свое время нелюбимому делу, а мы… Разрываем тонкую нить доверия, теряем кислородную подушку, которая была между нами. Лишаем себя возможности быть ближе к нему, понимать его, а значит, более качественно помогать ему выстраивать его жизнь. Таким поступком мы явно дали понять: нам безразличны его мнение и интересы.

2. В ребенке начинает формироваться самообесценивание, столь популярное в поколении, которое родилось и выросло в Советском Союзе. «Я не важен. Мои желания не имеют значения. Надо делать то, что надо».

Да, уже слышу отголоски страха по имени «Он еще не готов!». Считаете, что ребенок не может сам принимать решения? Есть ощущение, что до этой страницы читатель с подобными убеждениями не доберется. Но если у вас есть сомнения, если внутри червячок точит нерв, попробуйте ответить на вопрос: а как он научится, если не будет пробовать?

К сожалению, не все понимают, что каждый человек, даже маленький, строит свою жизнь самостоятельно.

Вспомните: ребенок сам учится ходить (и в прямом, и в метафорическом смысле), наша задача – подать ему руку, поддержать. Родитель – только опора маленькому человеку. Еще поговорим об этом дальше.

Ну, хорошо, с математикой не вполне тривиальный пример. Ведь это база, царица наук и все такое. Как же быть? Вспомните о последствиях жестких решений. Всегда полезно учиться искать компромиссы. Начать можно с вопросов: «Почему тебе не нравится этот предмет? Что конкретно ты не понимаешь?» В большинстве случаев решение кроется в личности учителя. Поэтому стоит разузнать, что за человек преподает математику, какие у него отношения с остальными детьми в классе.

Возьмите решение этой задачи на себя, попробуйте создать такую обстановку, в которой у ребенка загорится огонек интереса к этой науке, на базе которой, я не спорю, строится все дальнейшее обучение.

И все это не отменяет особенностей личности ребенка: он от природы может тяготеть к другим сферам. Тогда ступайте на следующий этап: «А что тебе нравится, какой предмет? Музыка, рисование? Круто!»

Вы когда-нибудь бывали на пробном уроке в школе искусств? Ммм, он стоит того, чтобы его посетить. Или съездить в выходные вместе на ярмарку мастер-классов. И главное, честно посмотреть на все это глазами вашего любимого человека. А потом обсудить, что запомнилось или понравилось больше всего вам, что вызвало интерес и восторг у него.

Когда у ребенка есть ощущение, что вы его слышите и он вам небезразличен, он останется в диалоге не только в вопросе проблем с учебой. В случае более серьезной неприятности он придет за советом к вам. А не к старшим товарищам из соседнего двора.

Все же знают этот анекдот?

Размышления сына о маме.

5 лет – мама знает все!

10 лет – мда… не все мама знает.

15 лет – Господи, да что вообще мать о жизни знает!

25 лет – надо было слушать маму…

Мы не можем избежать этих 10 и 15 лет. Но мы можем максимально настроить контакт с будущим подростком, уважая его интересы, пока тот еще пяти- или семилетка. Связь создается, читайте «тренируется», именно «на кошках» – на безопасных ситуациях поиска интересов и построения планов. Если взрослый слышит ребенка, то со временем и он не утратит способность слышать родителя.

В таких отношениях вы уже больше, чем родитель и ребенок, больше, чем друзья. Вы партнеры по жизни. Безусловно, сохраняющие иерархию. Ребенок никогда не должен становиться родителем для своего родителя. Но об этом позже. Главное: в доверительных, «слышащих» отношениях ребенок дольше сохраняет ощущение, что взрослый во многих вещах разбирается, он грамотнее в силу жизненного опыта. Шестнадцатилетка обязательно сделает собственный вывод и примет свое, отличное от вашего, решение, это неизбежно. Но все же прислушается к вашему мнению, взвесит его, рассмотрит, как возможно верное.

А знаете, что говорит большинство современных подростков? «Ой, предки вчера опять там что-то мне лечили. Bluetooth-гарнитура – это спасение». И все. Канал восприятия информации перекрыт. И не только потому, что уши заткнуты. А еще и потому, что ребенок не желает больше слышать взрослого. Еще с тех пор, как отец ему сказал, что «рисование – это бред», и заставил заниматься с репетитором по математике.

Разумеется, любой родитель думает, что действует из позиции любви. Среди моих читателей нет тех, кто откровенно не рад рождению своего ребенка и безразличен к его судьбе. Но иногда мы путаем любовь и контроль. Печально осознавать, что зачастую любя обрезаем крылья самым дорогим на свете людям. Всего лишь используя в общении инструменты запретов и ограничений.

Слово «нет» в своей методике запретила Мария Монтессори. Я всерьез заинтересовался ее жизнью, когда наткнулся на огромное количество совершенно противоположных мнений о ней и ее работе. И понял одну вещь: она продемонстрировала слово «нет» своей судьбой. В ее заметках прекрасно передана атмосфера времени и условия, которые заставили ее отдать своего ребенка в детдом. Для его же безопасности. Я, реально, поставил бы ей памятник.

Вы наверняка знаете эту притчу.

Однажды к Соломону пришли две женщины и принесли маленького ребенка. Каждая из них утверждала, что это ее дитя. Чтобы узнать, кто из них лжет, Соломон предложил рассечь ребенка надвое и дать каждой женщине по половине. Тогда одна из женщин сказала: «Рубите! Пусть не достанется ни мне, ни ей!» Другая же закричала: «Лучше отдайте младенца другой, но только не убивайте его».

Так Соломон узнал, которая из них настоящая мать. Ведь только мать согласится потерять дитя, но сохранить ему жизнь.

Это наглядный пример, как работает слово «нет». Нет моим желаниям. Мы не можем полностью понять поступок Марии Монтессори в условиях современной жизни. Каково это – переступить через свой эгоизм: «Да, я хочу, чтобы ребенок был рядом, несмотря ни на что, лишь бы мне было хорошо». Монтессори была первой, кто показал, сколько боли на самом деле приносит настоящее «нет».

В современном мире мы говорим «нет», стараясь уберечь детей от опасностей и угроз жизни. Так мы думаем. Таков наш мотив. Но на самом деле мы не оберегаем их, как это делала Монтессори, а ограничиваем от повседневности. «Нет, не трогай», «Нет, не ходи», «Нет, ты делаешь не так» – это лишь ограничения без объяснения причин, которые выстраивают внутренние рамки и запреты. «Не стоит мне узнавать новое», «Не стоит пробовать начинать», «У меня все равно ничего не получится (потому что я все делаю не так)». И в итоге: «Мир опасен и недружелюбен». Вот как начинает рассуждать ребенок.

Представьте, что вы на работе проявили инициативу, а начальник говорит: «Не нужно этого делать». У вас разумно возникнет вопрос: «Почему». А представляете, сколько вопросов роится в голове ребенка?

В общении со своими детьми я исключаю категоричные запреты и стараюсь объяснять свое мнение.

Когда ребенок берет стеклянный стакан, который стоит на краю стола, ответственность за это находится в руках родителей. Однажды мой средний сын разбил вазу. Я понимал, что это была моя вина: не догадался убрать хрупкий предмет на безопасное расстояние. То же самое со стаканом. Если вы понимаете, что ребенок может его смахнуть, то именно в вашей ответственности убрать вещь от греха подальше, предотвратить опасную ситуацию. Но если стакан все-таки оказался в руках ребенка – не стоит повышать голос, пугать его и обижать. Надо объяснить, что этот предмет стеклянный, хрупкий, и помочь ребенку справиться с ситуацией наиболее безопасным способом, подстраховать. Если малышу такой эксперимент еще не по силам даже с поддержкой родителя – я в таких случаях говорю: «Поставь, пожалуйста, этот стакан. Я не допущу больше, чтобы в твоих руках оказались вещи, которые могут причинить тебе вред». И тогда ребенок спокойно ставит опасную вещь обратно. По сути, это тоже качественное время – дать развернутое объяснение. Ведь в подобных ситуациях с нашей помощью маленький человек начинает разбираться, как устроен мир.

А как быть с подростковыми желаниями? Например, когда возникает интерес к алкоголю или, не приведи Господь, к наркотикам? Когда мы априори не можем сказать «да». Как сказать «нет» в этом случае? Как сделать так, чтобы ребенок именно с ваших слов все понял, а не пытался потом постигать азы таких развлечений тайно, неизвестно где и с кем?

В подростковом возрасте «нет» опирается на авторитет родителей. Но тут принципиально важно, построен он на страхе или на уважении к мнению взрослого. К пубертату правильно сформировавшийся авторитет уже совершенно точно создает почву для понимания: «Если родитель запрещает это, значит оно представляет для меня опасность».

Да, подобный результат достигается огромным трудом над собой и над отношениями с ребенком. Они выстраиваются годами.

Сколько лет вы воспитывали ребенка на страхе, столько же лет понадобится, чтобы вернуть его в парадигму доверия.

Но если эта работа не ведется вовсе, общения нет и есть только запреты без объяснений и качественного совместного времени, ребенок легко может уйти и в наркотики, и в алкоголь, и куда угодно, лишь бы выпрыгнуть из этой шкуры. Тогда любое «нет» в процессе воспитания сводится к нулю. Он ведь всю жизнь слышит это слово, и ничего, жив до сих пор. Ребенок, воспитанный в парадигме запретов, перестает на них реагировать.

Как ребенку не переступить эту грань? Как увидеть черту, где начинается его взрослая жизнь? За это переживает каждый родитель.

Я совсем недавно столкнулся с этим, когда мой старший сын уехал учиться в школу в другой стране. Он жил в кампусе с детьми со всего мира, и, конечно же, перед ним раскинулось море соблазнов. И тут мне помогло наше качественное время. Ребенок знает, что он всегда может позвонить маме или папе, чтобы поделиться ощущениями. И что, если он захочет попробовать новое, может рассказать мне об этом. Я трезво смотрю на жизнь, поэтому понимаю: рано или поздно он будет самостоятельно решать «пить или не пить». Но вся моя работа над собой и нашими отношениями сейчас направлена на то, чтобы помочь ему в будущем сделать правильный выбор. Пока я, как могу, объясняю ему, что к чему.

У него в компании уже есть ребята, которые курят. Я не даю никаких оценок этому, не говорю, что это плохо и «курить нельзя». И тем более не угрожаю, мол, если застукаю, – заставлю всю пачку скурить или о губы затушу. Может, и вас в детстве так пугали?

Я спросил Матвея, как он к этому относится. Сын ответил: «Я понял, что мне не очень приятно. Но это их жизнь и их дело. Мне они не предлагают. Но, даже если предложат, – я знаю, что ответить».

Хотя оба моих родителя курили, я пробовал лишь два раза в жизни. И мне не понравилось. Я постоянно был занят. В спорте, на учебе, в КВН, на секциях. Уходил из дома в 7 утра и возвращался в 9 вечера. Я играл в команде хоккеистов и был единственным из 25 человек, кто не курил. А идти против привычек компании для подростка – серьезный вызов. Но я всегда шел вразрез с курением, пытался понять, зачем все они делают это. Не брал в руки сигареты из принципа, именно потому, что все так делали.

И только сейчас понимаю, как сильно отличается мой путь от пути большинства ребят из команды. Конечно, дело не столько в курении, сколько в жизненной позиции. Ведь чтобы иметь собственное мнение, нужно уметь его отстаивать. Подростки часто начинают курить за компанию, несмотря на неприятные ощущения, невкусный запах.

Сейчас вот пошла мода на электронные сигареты. И мы тоже попали в эту ловушку. Мама нашла такое устройство в кармане у Матвея.

Конечно, у нас случился диалог:

– Для чего тебе это?

– Пап, ну это же безвредно. Просто баловство.

– Давай сделаем так. Я тебе расскажу, что знаю. Если захочешь, поищешь дополнительную информацию. Я прошу тебя задуматься, что тебя обманывают. Это такой же бизнес, как и табачный. Тренды на ЗОЖ подрывают их продажи и они находят новые способы заработка. Это совершенно новая штука. Человечество курит тысячи лет, и только сейчас наука дошла до понимания последствий курения. Но последствия употребления электронных устройств для курения еще не полностью изучены. Тем не менее первые результаты исследований не обнадеживают. Тяжелые пары глицерина оседают в гортани и верхних отделах легких. Альвеолы гибнут. Уже есть официальные диагнозы, связывающие курение жидкостей и заболевания органов дыхания, сердца, сосудов.

Он, конечно, перепугался. Пошел изучать вопрос.

Осознанное родительство не предполагает прямых запретов.

Даже если ребенок закурил, задача не отобрать сигареты, а дать ему максимум информации. Рассказать о вреде. В любом случае, что бы вы там себе ни придумывали, решать ребенок будет сам.

Но если мы ребенку в 13 лет скажем, что запрещаем курить, потому что это плохо, – он точно закурит. Не будьте в плену родительских иллюзий. Оглянитесь на свое детство: вашим родителям или родителям ваших друзей удалось спасти чадо от курения запретом или наказаниями? Захочет курить – будет курить. Захочет пить – будет это делать. Влюбится в наркомана или девицу на 15 лет старше – никакие увещевания не помогут.

Свое пятнадцатилетие Матвей взялся организовывать самостоятельно. Полностью. Впервые.

– Пап, мне нужен бюджет. Я все сделаю сам.

– Хорошо! Но у тебя будет толпа несовершеннолетних гостей, а это значит, что ответственность за вас несу я. Тут уж, прости, вынужден за вами присматривать. Давай обсудим культурную программу и меню. Мне важно, что и когда вы будете есть и пить. Позволь, я помогу с кейтерингом? Дам проверенных людей, они сделают все, что скажешь.

– Давай, но я не хочу, чтобы твои знакомые все за меня выбирали.

Мы обговорили с ним меню, включая спиртное. Договорились на две бутылки шампанского. Я был дома, когда он позвонил из магазина:

– Пап… Короче, мы взяли еще две бутылки виски.

– Но мы же с тобой о другом договаривались. К тому же, если ребята вернутся домой не трезвыми, вопросы у родителей будут не к тебе, а ко мне. Как я мог такое допустить. Надеюсь, ты понимаешь меня. Поступай, как считаешь нужным, но я тогда поставлю двух своих охранников.

– Пап, в клубе есть охрана.

– Я ее не знаю. Поскольку ни меня, ни мамы рядом не будет, я оставлю своих людей, чтобы они обеспечили безопасность. И пожалуйста, передай им эти две бутылки виски.

После вечеринки он позвонил мне довольный:

– Пап, все прошло круто! Но я очень устал. Оказывается, не так просто организовать хорошую вечеринку. И спасибо тебе за охрану.

– Благодарю, что ценишь мою помощь. Рад, что все прошло гладко.

Важно проговаривать с ребенком планы и обсуждать произошедшее без метафор. И конечно, без коронного «А-а-а, я же говорил(а)!». Чем больше вы будете практиковать искренние беседы, тем быстрее начнете получать реальную обратную связь в форме адекватного диалога.

А главное, прежде чем говорить подростку «нет», попробуйте разобраться, откуда родилось это его желание. Возможно, за ним кроется нечто другое? Потребность во внимании? Или стремление заявить о себе в среде друзей? Не кидайтесь бездумно накладывать запреты. Попробуйте для начала поговорить и выяснить, что с ним сейчас происходит в жизни, какое у него настроение, какие переживания.

Все мы сталкиваемся с желанием запретить без объяснений. Закрыть от угрозы, отнять, приковать к батарее, только уберечь от беды. Нами движет страх за дорогих нам людей.

Но взрослый, осознанный, эмоционально зрелый родитель – это не тот, у кого все идеально, а тот, кто умеет слышать позицию ребенка, понимать и принимать ее.

Когда Матвей уехал учиться в Америку, мы столкнулись с серьезными вопросами. У меня появилась богатая почва для работы над собой. Изначально сын мечтал поскорее туда улететь, но потом ему стало не по себе. Друзей нет, карантин, в кампусе никого нет. Мы столкнулись с серьезной подростковой психологической проблемой. Учиться в этой школе – его собственное желание, никто его не заставлял и не внушал ему эту мысль. Но вдруг ему захотелось все бросить, отказаться от этого решения. Ему было невыносимо стыдно признаться, что не справился.

Когда я понял, что сын хочет домой, первой реакцией было раздражение. Меня конкретно триггернуло! Что за ерунда? Все продумали, готовились, все просчитали, взрослый же пацан, сам же хотел! Мы так старались, дали ему возможность учиться в Америке. Это крутая школа! Но благо, мне хватило знаний и сил вовремя остановиться и осознать, что я не прав. Это не он хотел. Это я так хотел. Мне была приятна мысль: «Мой сын учится в престижной американской школе».

Мы подключили психотерапевта. Специалист пообщался с Матвеем, с нами, со школой. Сказал, что ребенок очень чистый, откровенный: «Надо, чтобы он побольше был с вами». Мы все вместе решили, что сын возвращается домой. Но мне было важно, чтобы он осознал: ничего страшного в этом нет. Чтобы он сказал сам: «Пап, я попробовал и понял, что пока не готов. Хочу еще поучиться в Казани, а потом, позже, попробую еще раз».

Это было огромное испытание для всей семьи. Мы с его мамой думали, что сын достаточно вырос, уже взрослый. Мы были так уверены в своей правоте, что забыли: он все еще ребенок, которому нужны реальные родители рядом.

Я знаю много случаев из близкого окружения, когда дети так же уезжали за границу. Мамы рыдали, а отцы просто обрубали любые разговоры и намеки на отмену решения. Дети оставались учиться вдали от семьи. Но как это дальше отразится на их жизни? Пока не знает никто.

Кстати, Матвей вышел из той ситуации мудро. Вернувшись, он сказал мне: «Да, я сделал шаг назад в плане учебы. Но я делаю огромный шаг вперед в творчестве. Здесь, в России, я добьюсь больших успехов, чем там. Здесь друзья, моя команда, вы – все, кому я доверяю. И вкладывая себя разумно в учебу, не убиваясь в ней и не теряя силы на переживания, у меня будет больше времени и сил на музыку».

Я был в восторге в тот момент. «Это круто, сын».

Недавно они с другом самостоятельно мотались на студию в Москве, записали свой трек. Я не участвовал, только эмоционально. Матвей все организовал сам.

Он позвонил и сказал: «Папа, все получилось! Спасибо, что дал возможность мне справиться самому, отпустил нас одних в отель, подсказывал, но совершенно не вмешивался ни во что. Я так тебе благодарен! Когда стану знаменитым, обязательно расскажу об этом в интервью. Поведаю миру, как ты поверил в меня и поддержал».

Конечно, это приятно. Я бесконечно рад, что мы смогли понять друг друга!

Давайте откатимся немного назад и попробуем понять, где же, в какой момент, рождается взаимопонимание между родителем и ребенком.

Когда малыш появляется на свет, некоторые родители как огня боятся взять его на руки. Как правило, тут же появляются сердобольные бабушки, няни или опытные мамы, которые усугубляют эти страхи.

• Я его сломаю.

• Я не знаю, как его купать.

• Я не знаю, как правильно его кормить.

Что делать? Как успокоить себя? На какие факторы следует обратить внимание, чтобы перестать бояться быть родителем?

Вспомните, как вы первый раз в жизни сели за руль. Страшно было? Особенно, если это папина машина, или вам только подарили свою, а она стоит кучу денег и совершенно новехонькая! И права у вас тоже новые. Но вы поворачиваете ключ зажигания, включаете передачу и едете.

Но это ведь просто железка, а тут речь идет о собственном ребенке! Если вы пугаетесь и не хотите брать его на руки, а в машину садитесь, получается, что эта железка для вас более значима, чем ребенок?

Когда ребенок появляется, нужно максимально полюбить этот момент! Ничего страшного случиться не может. Да, он маленький, но природа позаботилась о безопасности и крепости его тела. Как и о том, что родители не будут знать, как с ним обращаться.

Когда мы боимся? Когда не уверены в себе, нам кажется, что мы можем причинить ребенку вред.

Мне было 26 лет, когда родился Матвей, и я понятия не имел, что такое дети. У меня нет ни братьев, ни сестер. Не было соседей или друзей с маленькими детьми. И все же я с 16 лет верил, что у меня будет сын, очень ждал его.

Я не понимал, как его взять, не знал, как купать или пеленать. Да, страшно причинить вред. Но ребенок чувствует родные руки мамы и папы, их тела начинают взаимодействовать на клеточном уровне, сами подстраиваются друг к другу. Буквально десять секунд, и ты уже инстинктивно понимаешь, как держать младенца.

У меня есть друг-француз. Когда его жена родила, он поприветствовал ее с ребенком и сказал, что начнет контактировать с ним не раньше, чем ему исполнится два года. То есть мать занимается воспитанием, а отец обеспечивает семью, но тактильного контакта с младенцем не имеет. Кормление, замена подгузников, игры, прогулки и купание – все только в маминых обязанностях.

Но уверяю: именно в такие моменты заботы, ухода за ребенком устанавливается наиболее теплый контакт. Суметь быстро и ловко поменять памперс – это не просто рутинное действие, нужно понимать и чувствовать малыша. Я практиковался и в самолете, и на стоянке в багажнике машины, и в общественных местах. Здесь нужна не просто сноровка, надо любить это делать. Тогда и ребенок будет улыбаться, а не кричать.

Однажды я стал случайным свидетелем, когда папе пришлось поменять сыну памперс. Малыш сходил по полной программе, а мамы рядом не было. У папы шок, конец света! Его выражение лица рисовало картину, будто он оказался перед огромной кучей навоза, которую нужно убирать голыми руками.

Лично я придерживаюсь мнения, что в первые месяцы и мама, и папа должны уделять ребенку больше времени и максимум внимания.

Когда ребенок начинает подавать невнятные, на наш взгляд, сигналы, когда он еще толком не говорит, эти призывы могут вызвать раздражение. Мы не всегда понимаем, чего он хочет, хотя он, вроде как, пытается это объяснить. Если оба родителя активно участвовали в младенчестве ребенка, им проще будет понять его первые, слоговые фразы. И это еще одна причина, по которой папам не стоит отлынивать от заботы о малыше.

И даже если первый год вы упустили, еще не поздно приниматься за настройку невидимой связи взаимопонимания. Спускайтесь к нему, а не тащите на свой уровень мышления. Говорите на его языке, но не в буквальном смысле, повторяя его «ма» и «ка», а расшифровывайте их, называя «машина» и «каша». И будьте готовы ошибиться не раз, прежде чем поймете: «ма» – это «мячик». Ползите вместе под стол, помните?

Но что делать, если у вашего ребенка этот возраст далеко позади? Время упущено? Все потеряно? Ну, конечно же, нет! Вспоминаем про качественное время и практику из предыдущей главы. И добавляем к ней еще одну.

Минутка самоанализа

Всегда ли вы слышите мнения и желания ребенка? Всегда ли принимаете решения относительно его жизни, основываясь на его желаниях и стремлениях, на понимании его целей? Осознаете ли его страсти и увлечения? Не влияют ли страхи и запреты из вашего детства на жизнь ребенка?

Следующая практика поможет вам найти истинные ответы на эти вопросы, а также изменить подход к ним.

Практика «И что тогда»

Предлагаю начать анализ с банальных жизненных ситуаций. Не стоит сразу нырять в глобальный вопрос «кем он вырастет», потренируйтесь «на кошках» – выбор пижамы на ночь, например. Постепенно вы сможете осознанно подходить к более сложным задачам.

Эту практику сложно зафиксировать по времени. Вам придется учиться фокусировать внимание на деталях в момент общения с ребенком.

1. На протяжении недели старайтесь обращать внимание на ситуации, когда ребенок проявляет инициативу, предлагает план действий, совершает выбор. Любую инициативу, не выделяя по степени важности и сложности. Ваша задача на первом этапе: научиться слышать и видеть ее.

Чтобы добиться результата, общайтесь с ребенком вовлеченно, слушайте его, анализируйте его слова. Да, сперва вы не будете различать, где он просто поделился мыслями, а где высказал предложение, вы ведь только учитесь держать фокус внимания. Но постепенно начнете слышать – вот он предложил попить вместе чаю, вот хочет погулять в выходные в парке, вот предпочел конфету печеньям, а сейчас изъявил желание раскрасить шар синим, а не красным цветом.

Выделите пять минут перед сном, чтобы кратко зафиксировать, сколько раз за день вам удалось услышать детскую инициативу и в чем именно она проявлялась.

2. Спустя неделю переходите к анализу собственной реакции: какой отклик вызывают у вас его инициативы? Вы всегда одобряете, поддерживаете его? Или по-разному? Не углубляйтесь. Просто соберите статистику. В итоге вы получите срез – малыш чаще получает поддержку и одобрение своих действий или вы «продавливаете» свои решения?

Понаблюдайте за собой и на вечерней пятиминутке фиксируйте, как именно вы ответили на детскую инициативу.

А если вы не поддерживаете его, накладываете запрет, то какова причина? Это следующий этап в работе над вашими отношениями.

3. Третью неделю посвятите анализу последствий. Представьте, что вы разрешили ему сделать то, что он хочет, или поступили так, как он предлагает, – что тогда? Ну, наденет он другую пижаму, а не заранее приготовленную вами, что тогда? Нарисует он хвост и ноги колобку, хотя этого не было в задании, что тогда? Нальет он себе воды сам, что тогда? Разольет? И? Да, будет лужа, зато можно вытереть ее вместе. Намочит рукава – можно переодеться. И так далее. Подвергните критическому анализу ваши запреты и отказы. При этом доводите их до крайней степени абсурда.

Давайте на конкретном примере. Сын не хочет надевать шапку, а на улице +3°. Если вы разрешите ему выйти без шапки, что тогда?

Включаем негатив – он замерзнет и простынет. И что тогда?

Мне придется его лечить и брать больничный. И что тогда?

Мне придется уходить на удаленку и совмещать «работу мамой» с «работой сотрудника банка». И что тогда?

Я буду сильнее уставать и больше злиться. И что тогда?

И ничего… Злая буду… И что тогда?

Буду кричать и ругаться на ребенка. И что тогда?

Испорчу с ним отношения. Он вырастет запуганным и забитым.

А вот тут стоп. То есть то, что вы все решаете за него и запрещаете ему учиться понимать собственное тело, осознавать терморегуляцию, чтобы укрепить ваши отношения и помочь ему расти сильным и уверенным в себе? Серьезно?

В подобных цепочках есть два варианта финала: либо вам станет смешно и вы поймете, что ничего страшного не случится, либо вы придете к абсурдному итогу, нелогичному, неразумному.

Вернусь к этому примеру чуть ниже. А сейчас – следующий уровень осознанности в отношениях с запретами.

4. Если из анализа следует, что ничего страшного не случится, когда вы поддержите инициативу ребенка, то предлагаю изменить решение, отменить ваше «нет».

Посвятите следующую неделю тому, чтобы в режиме реального времени отлавливать отрицательные реакции на детскую инициативу и корректировать их. Фиксируйте результаты на вечерних пятиминутках.

И про шапку. Практика показывает: если вы позволите ребенку выйти на холод без шапки, фантастически велика вероятность, что он через несколько минут ее попросит. Просто суньте заранее шапку в карман и все.

Можно научиться улавливать тонкую грань: где у малыша настоящее беспокойство и он не в силах с ним справиться, а где начинается манипуляция и капризы с целью получить желаемое. Хорошо бы понять, чего именно ребенок хочет. Выглядеть взрослым? Так покажите ему, что взрослые – и папа, и мама, и сестра, – ходят в шапке. Важно объяснять: «Я забочусь о тебе, беспокоюсь, что замерзнут твои ушки. Давай договоримся: я возьму шапку с собой. Если тебе станет холодно, ты мне об этом скажешь и мы ее наденем».

И пожалуйста, оставьте вот это вот: «Ааа! Я же тебе говорил, что будет холодно. Ага, ты меня не слушал!» Давайте относиться с уважением к любому детскому опыту. Упреки не научат ребенка принимать решения и понимать причинно-следственные связи.

Давайте сейчас для наглядности раскидаем по чашам весов два типа последствий наших реакций, опираясь на пример с шапкой:

Для меня совершенно очевидна разница в последствиях. И вес каждого плюса и минуса. Глобальные, да и локальные плюсы позитивной, поддерживающей ребенка реакции на порядок массивнее всех минусов. И я готов на конкретном примере показать, почему.

Есть у меня знакомые. А у них – сын, Леша, лет 18–20. Так вот, он целиком и полностью существует под пристальной опекой мамы. При этом по полгода Леша находится под домашним присмотром, а по полгода проводит в больницах, чаще психиатрических.

Почему? Потому что уже фактически взрослый человек вообще не хочет жить. Ничто не вызывает у него позитивных эмоций или желаний.

В семье также есть старшая дочь, Полина. Отличница, спортсменка, комсомолка, сделала прекрасную карьеру, чуть ли не содержит их всех. В общем – мамина и папина гордость. За компанию с родителями тоже постоянно пытается вытащить, «спасти» брата. Показывает его докторам, возит к шаманам, таскает по расстановкам и тренингам.

И однажды она случайно в разговоре, сама того не понимая, раскрыла семейную трагедию. Рассказала о своем детстве и отношениях в семье.

Испытывая гордость за старшую дочь, родители бесконечно шпыняли сына. Прямо говорили, чуть ли не обвиняли, что он не такой, как сестра. Сперва: «Ты должен учиться на пятерки, получить медаль/красный диплом», «Какой хоккей, что еще за глупости, ноги только ломать да зубы терять», «Поступать надо в лучший вуз мира», «Нет, не на эту специальность, что за ерунда, а вот на эту, которую мы выбрали, это ведь надежный путь к успеху». Потом он должен был хорошо зарабатывать, найти достойную девушку и так далее. Лешу постоянно сравнивали со старшей сестрой, причем в достаточно жестких формулировках: «Да кто тебя родил? Вообще не в меня. И не в сестру. Совершенно никчемный». Представляете? Годами человек слушает, что он не такой, неправильный, плохой, всем неприятен, а значит – никому не нужен, ему не рады. Его не любят.

В классификации, которую дает в своей книге Елена Друма[4], такой случай относится к установке «Не живи». И она неизбежно ведет к болезням и даже гибели человека. Ведь его личность, его заботы и боли, интересы и цели никого не волнуют. Такому человеку нет смысла оставаться в этой парадигме. Душа стремится удовлетворить запрос самых значимых в его жизни взрослых – исчезнуть. Ведь «не они его родили». Это страшная трагедия.

Конечно, Леша вырос психически неуравновешенным. Его личность полностью задавлена, стерта. Беда знаете в чем? Его родители ведут себя так «из позиции любви», искренне, страстно желая помочь ребенку. Согласен, есть такой тип людей, которых заряжает мотивация от противного. «Да ты не сможешь!» – «Нет, я это сделаю!» Но далеко не для всех она работает. А в случае с Лешей даже наоборот.

Мы тогда долго общались с его сестрой. Она вдруг увидела всю свою жизнь и жизнь брата под совершенно другим углом. Я предложил Полине: «А может, вы все отстанете от него? Перестанете его бесконечно лечить, внушать, что он больной, ненормальный? Вы настолько глубоко зашили ему эту программу, что теперь уже сами боитесь за его жизнь».

Каждый человек хочет жить. Каждая душа хочет жить. Потому что у каждой души есть предназначение и она ему следует.

Но когда родители не хотят признавать право ребенка на самореализацию, он начинает заболевать.

Леша – нормальный, здоровый пацан. Реально здоровый! Я общался с ним: уравновешенный, здравомыслящий человек. Безусловно, я не психиатр и могу не видеть тонкостей, возможно, изменения в его организме перешли уже на физико-химический уровень, но все же склоняюсь к тому, что я прав.

Полина смогла на время изолировать брата от родителей. Не погружая никого в детали, просто поставила эксперимент – что будет, если создать ему благополучную, ободряющую, поддерживающую атмосферу. Сказала: «Я еду в монастырь, на ретрит. Хочешь со мной развеяться, отвлечься?»

Цель была – отключить Алексея от бесконечного лечения, дать возможность почувствовать свободу.

Они уехали. И пока я не знаю, чем закончится эта история.

Это яркий пример ситуации, когда родители из любви и с благими намерениями загнобили ребенка. Он вырос неуверенным и психически неуравновешенным. Будем надеяться, что все еще можно исправить.

Если копнуть глубже, к теме этой главы эта история также иллюстрирует и предыдущее отражение. Из рассказа Полины совершенно очевидно, что ее родители сами не реализованы. Оба! Поэтому хотели осуществить все свои мечты и планы через детей. Но если в ситуации с дочерью предназначение ее души совпало с планами родителей, то с сыном явно случился промах. Он устал демонстрировать им: «Я – не вы» и выбрал путь в болезнь и страдание.

Что же касается Елены…

– Вы же можете работать финансистом, но при этом заниматься музыкой, – сказал я ей во время очередной встречи. Появилось ощущение, что после разговора о собственном детстве в ней начал тлеть огонек. Я ухватился за это. – Можно ведь иметь хобби отдельно от работы. Играть на скрипке и таким образом налаживать отношения с собой.

– Да? Я как-то не думала об этом.

– Попробуйте. Вы просто будете играть, а ваша энергия будет восстанавливаться. А потом поделитесь со мной впечатлениями.

Через некоторое время Елена позволила дочери свободно заниматься рисованием. А сама пошла на скрипку.

После окончания потока «Осознанный родитель», она написала мне в вотсапе: «Не знаю как это получилось, наверное, дочка просто одумалась… Но она стала спокойнее, наладила учебу и перестала без конца ругаться со мной».

Уверен, что вместе со скрипкой к Елене вернулась и любовь к себе, которую в детстве отрезали родители своим запретом. Ее любовь выражалась через творчество, а родительское «нет» перекрыло этот поток. А по цепочке оно перекинулось и на дочь Елены.

Мне безумно жалко, когда люди не осознают, как быстро меняется ситуация, стоит только посмотреть в себя. Сконцентрироваться на собственной жизни. Чаще всего говорят: «Так не бывает».

Ведь по сути творческая энергия – это та же сексуальная энергия. Энергия креатива, в результате которой получается нечто прекрасное. Именно через творчество выражается любовь к миру. И к детям. Только нужно разрешать себе эту энергию проявлять.

И всегда помнить, что ребенок – это не вы. Он не ваша собственность. Ведь истинная задача, поставленная перед вами Господом, Вселенной, миром, природой – назовите, как хотите, – это научить вашего ребенка жить без вас. Жить самостоятельно. Легко и уверенно принимать решения.

Глава 3

Мальчики не плачут

Как запрет на эмоции влияет на развитие ребенка

Зеркало – это мой лучший друг, потому что, когда я плачу, оно никогда не смеется.

Чарли Чаплин

«Сижу, рыдаю… Ну что я за отец? Почему я так поступал?» – прилетело сообщение от Константина.

«Сейчас зашла в комнату, а он сидит весь в слезах», – тут же написала его жена.

Вера и Константин пришли в школу «Осознанный родитель» вместе. Воспитывая единственного ребенка, они разделились на «плохого» и «хорошего» полицейского. Мама заняла позицию «хорошего», а папе досталась роль «плохого».

«Вставай, давай! Ты че, баба? Ну-ка не плачь!» – каждый день звучало в их доме.

Вере часто было жаль сына, но перечить мужу она не смела. Тем более что результат такого воспитания был налицо – ребенок послушный, не спорит, игрушки на место убирает. У нее же не получалось быть с сыном строгой.

В детстве Вера сама жила в семье жесткого папы и мягкой мамы. Страх и трепет перед главой семьи хозяйствовали в ее душе практически с рождения. Это было нормальное для нее состояние. Она не осознавала, что в детстве переживала то же самое, что и сейчас ее ребенок.

При этом оба родителя – и Вера, и Константин – всегда действовали исключительно из позиции любви. Отец вел себя так не потому, что «мне было плохо, значит, я и ему тоже плохо сделаю», а потому, что он любил ребенка и хотел защитить. Помочь ему вырасти сильным и мужественным. Для Константина любить – равно держать в ежовых рукавицах, а «внушать страх» и «воспитывать уважение» – синонимы.

Но однажды мать зашла в комнату и увидела, как ее славный, спокойный, покладистый малыш ломает машинку. Со всей силы бьет по ней деревянным молотком и хладнокровно добивается конкретного результата – разрушения. Машинку Вера отняла, ребенку сделала выговор.

Но приступы агрессии стали повторяться. В разных ситуациях малыш совершенно без причины начинал швырять, пинать или ломать игрушки. При этом он выглядел достаточно безмятежно и бывал даже весел. То есть делал это, получается, ради забавы.

Беседы, внушения, угрозы и наказания не дали позитивного результата. Мальчик только лишь стал скрывать свои действия от взрослых, ожидая неодобрения…

Прежде чем разбираться, как родительские эмоции влияют на детей, нужно понять природу этих эмоций, откуда они берутся. Предлагаю пойти в одну из самых спорных и всем понятных тем. Слезы.

Допустим, вы – родитель – плачете, и ребенок спрашивает у вас: «Что случилось?»

Как отвечает большинство родителей? Бинго! «Ничего, я не плачу». Но ребенок-то видит, что вы лжете.

Так из одной ситуации образуется сразу три ветви неприятных последствий.

Первая. Если ребенок знает истинную причину переживаний, то ваш ответ «все в порядке» приведет к выводу: с мамой (папой) можно так поступать, ничего страшного не случится. Не имеет значения, что или кто стал причиной слез. Просто сделали плохо, причинили боль твоему самому сильному, самому важному в жизни человеку, который все знает и все умеет (а для ребенка до 7–8 лет родитель представляется именно в таком свете). Однако он (самый сильный и главный) говорит, что все окей значит, все окей. Нет сомнений. Ребенок верит взрослому безоговорочно. Мама все выдержит, с ней можно так поступать. Папа не чувствует боли, с ним так можно.

В результате из таких детей вырастают жесткие сердцем люди, которые не считают необходимым думать о чувствах близких людей, сопереживать их проблемам.

Во-вторых, в следующий раз, когда малыш будет расстроен и захочет плакать, он применит ту же модель поведения. Ведь ему показал пример значимый взрослый. Ребенок станет подавлять и обесценивать собственные эмоции и ощущения. Он постарается «не расстраиваться из-за пустяков», не прислушиваться к собственной боли, глушить ее. А она начнет искать выход. Как вода, будет просачиваться везде, где предоставится возможность. Например, проявится в агрессии на одноклассников, братьев и сестер или игрушки. Ведь это наиболее понятный вариант реализации негатива.

Ребенок не способен с ним справляться самостоятельно. Исследования подтверждают: функция самоконтроля формируется у человека в подростковом возрасте, поэтому малыш по определению не может остановиться в момент выплеска. Это вам кажется, что он «плохо воспитан и не умеет себя вести». Нет, его просто разрывает изнутри этот химический коктейль из катехоламинов[5]. Не сформирована еще та область мозга, которая отвечает за преодоление подобных состояний.

Каждый взрослый в той или иной степени обладает эмоциональным интеллектом. По крайней мере, способен отличить грусть от зависти или удивления. Эмоции вызывают физическую реакцию – агрессию, смех или слезы. Именно по этим внешним проявлениям можно понять, что эмоция «вышла», организм отработал полученный от нее набор гормонов.

Но, к сожалению, вырастая, мы перестаем давать выход своим чувствам. Так уж принято в социуме. Дети же автоматически считывают любую эмоцию папы или мамы. И, если родители не отрабатывают ее сами, малыш делает это за них. Все сам, все сам… Сам кричит и топает ногами, сам рыдает и тоскует. А нам в этот момент часто кажется, что у него истерика «без веской на то причины».

Важно научить детей правильно выражать свои эмоции и не подавлять их.

Например, моя дочь Серафима недавно проходила весьма эмоциональный этап развития. Но контролировать себя у нее пока не получается. Если что не выходит, она сразу же начинает верещать, топать ногами с криками «Не трогайте меня!».

Сперва я даю ей время побыть в охватившем ее состоянии. Не кричу: «А-ну, перестань!»

Затем спокойным голосом говорю: «Серафима, давай ты сейчас успокоишься, а когда будешь готова, мы обсудим, что произошло, хорошо?» Через минут 10 она подошла сама:

– Я накричала на маму и на няню, потому что у меня не получалось.

– Я горжусь тобой! Ты понимаешь, что причинила им боль. Они не виноваты в твоих неудачах или трудностях. Что теперь нужно сделать?

– Извиниться перед ними.

Я не заставлял ее. Она сама прожила этот опыт и сама приняла это решение.

«Перестань, ты что делаешь!», «Ты не прав», «Хорошие дети так себя не ведут», «Ну-ка не плачь!» – подобные высказывания можно услышать на каждом углу. И не только от родных ребенку людей. Сердобольные прохожие всегда готовы включиться в воспитание. Из раза в раз мы заставляем ребенка проглатывать свою агрессию, боли, страхи, разочарования, не выясняя причин и не объясняя последствий. Дети не учатся ценить и проживать эти ощущения, не умеют обсуждать их, не понимают, зачем проговаривать случившееся. И часто они возвращают нам неотработанные эмоции либо неконтролируемыми выплесками, либо болезнью.

Идем дальше.

Третья ветка. В стрессовой ситуации на вопрос: «Что с тобой?» ребенок по вашему же шаблону ответит: «Ничего. Все окей». Он закроется. Чем младше ребенок, тем сложнее ему справиться с душевной болью. А потому опять же на передний план выступают капризы «на пустом месте». Сперва малыш умалчивает, что он испугался собаки, а затем устраивает скандал из-за не того цвета мороженого. Родитель недоумевает: что это вдруг его кроха швыряет игрушки об стену или бьется в истерике на полу? «Безобразное поведение» маскирует истинную причину – внутреннюю боль. Ведь ребенка уже научили, что быть искренним, раскрываться, проговаривать проблему – это неправильно. Нельзя сознаваться в своей боли.

Этот механизм внедряется в работу на всю дальнейшую жизнь. Вы наверняка знаете таких взрослых, которые без видимой на то причины ведут себя неадекватно. Но ко взрослым вернемся чуть позже.

Чтобы избежать таких последствий, искренне объясняйте, что с вами происходит, честно отвечайте на вопрос ребенка. Если понимаете, что не навредите ему деталями, расскажите, в чем дело, что случилось. Считайте, что вопрос «Почему ты плачешь?» был задан вами самому себе. Что вам дана возможность self-исповеди.

Зачастую эмоции живут в нас своей жизнью, крутятся в голове, и мы не замечаем их. Проживаем «по накатанной», злимся, боимся. Многолетними исследованиями и практикой специалистов в области эмоционального интеллекта доказано: часто достаточно проговорить эмоцию вслух, чтобы понизить градус ощущений, испытать облегчение.

Честно скажите ребенку: «Ты знаешь, я не справился(ась) с эмоциями. Я очень люблю тебя и хочу быть в ресурсе, чтобы на все хватало времени и сил. Но вот именно сейчас не хватило. Хочу понять, как с этим быть. Пока не могу, оттого и плачу. Это нормально, и это пройдет. Спасибо, что ты пришел и спросил. Без тебя я, наверное, себе не признался(ась) бы в этом».

Вы не представляете, как возрастает уровень доверия в этот момент!

Или вот еще пример: мама в разводе не показывает сыновьям свои слезы. «Им больше не на кого рассчитывать, – говорит она. – Я их единственная опора. Если я буду раскисать, кто тогда будет им поддержкой?» Она не может при них плакать.

Это совершенно другая грань, которая напрочь стирает с мамы образ человечности. Мальчики растут рядом с «железной» женщиной. Их мама никогда не бывает слабой, уставшей, она все способна вынести и не нуждается ни в чьей помощи.

Жены этих мальчиков, будущих мужчин, будут ровно такими же. И этим мальчикам никогда даже не придет в голову, что их «стальные» жены остро, просто катастрофически, как любой живой, нормальный человек, нуждаются в поддержке и заботе.

Конечно же, не надо на ребенка вываливать все проблемы. Нужно уметь гармонично показывать – я хоть и родитель, но живой человек. Устающий, порой ранимый, нуждающийся в отдыхе, ресурсе и помощи.

Маме иногда может быть страшно или больно. Главное при этом обязательно объяснять, что ребенок в этом не виноват.

Про детали вашего ответа. Тут, конечно, нужно учитывать глубину погружения в проблему. Важно трезво оценить, что стоит, а что пока не стоит говорить ребенку. Если вы ушиблись так больно, что не сдержали слез, то даже нужно озвучивать подробности события, ваши ощущения и переживания. Если же причина в измене любимого человека или крахе компании, достаточно назвать вашу эмоцию: «Мне очень больно, меня предали», «Мне страшно, я потерпел неудачу и не знаю, что делать дальше». И добавить, что сейчас вы не готовы рассказывать подробности, так как еще сами в них не разобрались. Потом, спустя время, обязательно поделитесь в деталях. Но сначала честно озвучить саму суть своего состояния – это важно.

Внимание! Не «ТЫ не дорос», «мал еще», «подрастешь – поймешь», а «Я – не готов(а)». Дело не в ребенке, с ним все в порядке. Это вам нужно собраться с мыслями. Кардинально другой подход к настройке маленького человека.

Помните про эгоцентричную картину мира? Растущему человеку жизненно важно получить от вас подтверждение, что с ним все в порядке. Не он причина ваших слез или агрессии. Все нормально, и все пройдет, наладится.

Поэтому радуйтесь, когда ребенок спрашивает вас, проявляет внимание. Говорите с ним, проговаривайте, разгребайте вместе, что вас беспокоит. Пусть он даже не понимает всех слов, но почувствует вашу искренность.

Например, я прихожу домой, а сын просит внимания. Если я не готов, прямо говорю ему: «Матвей, ты знаешь, у меня сейчас был не очень приятный разговор по телефону. Мне необходимо немного подумать о случившемся, нужно найти вариант выхода из сложившейся ситуации. Дай мне полчаса, а потом мы обсудим все твои вопросы». Этой паузой оставляю себе, так скажем, пространство «для маневра» – возможность остыть и подумать, успокоиться. Через 30 минут я сам подхожу к нему и спрашиваю, что он хотел мне сказать. Показываю ребенку мою заинтересованность в нем, в его вопросе. Спросит меня, что случилось, – расскажу. Если, конечно, буду твердо уверен, что это даст ему дальнейшее развитие и принесет пользу. Но если о деталях произошедшего ему пока знать рано, спокойно и честно отвечу: «Сынок, спасибо большое за твою внимательность, я разобрался с ситуацией. В следующий раз, когда у меня возникнут затруднения, мы обязательно вместе это обсудим. А теперь давай рассказывай, о чем ТЫ хотел со мной поговорить».

Главное – успокоить ребенка. «Мир в безопасности, все целы». И дать ему жить своей жизнью, а не вашей.

И конечно, важно честно реагировать на их потребность понять свои эмоциональные переживания. Так однажды ко мне подошел озадаченный Мирон. На тот момент ему еще не исполнилось 7 лет:

– Пап, у меня есть одна девочка в классе, она меня раздражает. Постоянно что-то выдумывает. Недавно сказала, что подарит мне плейстейшен. Но я-то знаю, что этого не будет. Зачем она это говорит?

– Просто ей так легче. Хочет порадовать тебя, но не знает как, вот и выдумывает. У каждого свой способ взаимодействия с окружающими, но мы необязательно всегда должны понимать друг друга. Я рад, что в твоей картине мира обман – это плохо. И если ты видишь обман с ее стороны и это вызывает у тебя агрессию, нужно сообщить ей о своих чувствах. Либо перестать с ней общаться, чтобы избежать неприятных ощущений.

Когда возникают подобные осознанные диалоги с ребенком, ты замираешь от восторга. Вот бы достать сейчас смартфон и записать все, что он говорит! Но боишься лишний раз вздохнуть, лишь бы не спугнуть этот удивительный поток рассуждений. Какое счастье, что сын делится со мной своими переживаниями. И я всегда делюсь своими в ответ.

А недавно классный руководитель Мирона рассказала мне невероятную историю. На днях его однокласснику Роберту не достался диплом за участие в конкурсе. Учительница при всех пообещала, что принесет его «завтра». Мирон встал и громко сказал:

– Очень прошу вас не забыть. Я переживаю, что если Роберт не получит завтра диплом, то очень расстроится. К тому же, вы сейчас пообещали не только ему, но и всему классу.

Я не сдержался, повернулся к сыну и прямо при всех сказал: «Я тобой горжусь!»

Нет, он не стремится казаться лучше. Просто это уже привычное ему поведение – проговаривать, что чувствуешь. Он часто поступает так. И друзья ценят его мнение, тянутся за ним.

Но такую модель отношений в семье и с миром возможно настроить только при условии, что мы – родители – ведем себя соответственно. Открываемся, искренне проживаем не только радость или удовлетворение происходящим, но и недоумение, страх, печаль или агрессию.

Иногда мы приходим домой и приносим с собой гнев, полученный от других людей. На работе, или от грубого таксиста, или соседа, который поцарапал машину. А тут нам навстречу летят наши любимые дети! Они жаждут качественного времени. Будучи не в ресурсе, не в настроении, мы можем причинить им боль, вред. Мы автоматически начинаем сливать негатив на самых близких.

Что же делать?

Если гнев держать в себе, он будет провоцировать болезни. Ведь все эмоции основаны на химических реакциях, происходящих в крови. Если химическая реакция не завершена подобающим образом, она провоцирует воспалительные процессы в тканях и органах. А наш организм очень умный, он старается защитить себя, и поэтому ищет любые доступные возможности эту реакцию завершить, пытается реализовать этот гнев. Способов его реализации, как вы наверняка знаете, не так много – бить, убегать или хотя бы кричать. Помогают физическая нагрузка и медитации, практики благодарности и прощения. Нужно обязательно давать выход злости и агрессии, только делать это осознанно, и не в сторону родных и даже не в посторонних. В отличие от детей, мы с вами уже вполне в состоянии контролировать это!

Я, например, люблю проораться в поле или у реки. Или дать мощный выброс во время тренировки, на пробежке. А назвал это «Практикой викингов» – после просмотра фильма, в котором скандинавские воины перед началом каждого боя собирались огромной толпой и громко орали. Они раскачивали свою агрессию, повышали уровень адреналина.

Необходимо выбрать тихое и удобное место, найти объект, которому свою агрессию можно «отдать». Обычно я выбираю крупный камень. Сначала от души, громко ору на него. Потом делаю несколько глубоких медленных вдохов и благодарю его за то, что принял мою агрессию. Я понимаю, что будучи частью Земли, он сильнее меня, и с легкостью выдержит всю энергию, которая во мне кипела.

Ребенку, своей половинке или даже коллеге по работе, если он попался под руку в неподходящий момент, стоит сказать: «Я сейчас немного расстроен(а), я пойду к себе, а чуть позже мы поговорим. Окей?»

А дальше уже приступайте к легальным выплескам гнева.

Давайте обсудим, как именно можно отработать подступивший гнев или желание рыдать. Вы можете:

• пойти к себе в комнату и проораться в подушку (только не в ту, на которой кто-то спит);

• побить эту подушку, чем сильнее – тем лучше. Можно зажать в углу коленями фитбол и от души поколотить его кулаками, издавая при этом звериный рык. Если у вас есть боксерская груша – просто замечательно! Груша вам в помощь;

• можно принять ванну или успокаивающий душ. Вода прекрасно забирает негативную энергию, нейтрализует ее. Плавание в бассейне даст тот же эффект;

• и, наконец, пение! Ну, или просто крик. Через голос точно так же можно нейтрализовывать негативные эмоции.

Гнев, страх, тоску всегда нужно выбрасывать наружу, нельзя держать их в себе, чтобы вас не разорвало. И контролировать тоже не надо. Негатив надо выпускать. Всегда выбирайте экологичный способ выброса этой энергии.

Мы – поколение современных родителей – выросли в парадигме: отрицательные эмоции – это плохие эмоции. А раз плохие, то и испытывать их нельзя. Но что значит «нельзя испытывать эмоцию»? Как это вообще возможно? Ведь она естественным образом рождается в ответ на события во внешней среде, в ответ на поступки или слова других людей. Запрещая себе испытывать их, мы, так же как и дети, страдаем, заболеваем, или внезапно, без, казалось бы, видимой причины, сливаем давящую неотработанную энергию в «неположенных местах».

Минутка самоанализа

Когда в последний раз вы были честны со своим ребенком? На его вопросы «Как дела?» или «Что с тобой?» вы чаще правдиво отвечаете или отмахиваетесь, скрываете свое истиное состояние? Как для вас проще и привычнее?

Любая проблема решаема, поправима. Мы можем натренировать новые, нужные нам реакции, когда фокусируемся на этой задаче, выводим ее на уровень осознанности. Чтобы соответствующим образом реагировать на вопросы ребенка в стрессовой ситуации, лучше тренироваться «на кошках», «в мирное время». Выбрать опережающую тактику. Давайте не будем ждать вопросов и начнем учиться искренности (в пределах разумного) без первоначального запроса. Вы же продолжаете практику «Качественное время»? Предлагаю усилить ее еще одной.

Практика «Разрешаю»

1. Во время общения с ребенком расскажите ему об одном событии, произошедшем с вами в течение дня, которое вызвало у вас эмоциональную реакцию. Вариант «ничего такого не происходило» – не принимается. Не обязательно выбирать для практики участие в международном конфликте или ограбление банка у вас на глазах.

Если на пути к офису вы увидели корзину с необычными цветами или в лифте вам просто так улыбнулся незнакомый старичок, – расскажите об этом. Обязательно добавьте к рассказу, что вы при этом почувствовали: удивление, любопытство, радость.

Из-за угла на вас выскочил лающий бульдог? Оказалось, что лаял он вовсе не на вас, а на кошку, но вы при этом: испугались, разозлились?

2. Спросите ребенка, что сегодня его больше всего удивило/рассмешило/вызвало любопытство? В этой части практики предлагаю сосредоточиться на позитивной формулировке. Если ребенок сам выберет для обсуждения негативное переживание – отнеситесь максимально внимательно. Ни в коем случае не давайте оценок. Фразы «Что же тут страшного?» или «Сам виноват» категорически запрещены. Допустимо только сочувствие.

К сожалению, встречаются взрослые, которые действительно не испытывают негативных эмоций. Но это другая тяжелая крайность, потому что они живут и без позитивных. Наверняка вы знаете таких – холодные истуканы. Пусть их будет как можно меньше на нашем пути.

В тот день, когда жена застала рыдающего у компьютера Константина, он осознал, чего был лишен и как много отобрал у сына.

В ходе работы с супругами мы долго обсуждали, что мальчики тоже должны плакать. Мальчикам нужно давать выражать эмоции, хоть это и противоречит тому, чему учили нас в детстве. Мы подробно разбирали, что запрет на слезы – это, по сути, запрет на проявление остальных чувств. Если мальчик держит все эмоции в себе, он вырастает тираном.

Отец понял, как сильно давил на ребенка своими армейскими методами. Он упорно выстраивал с шестилеткой отношения «командир-подчиненный». Потому что стремился защитить и вырастить его сильным, запрещая плакать, сознаваться в своих страхах или расстраиваться от поражений. Запрещал проигрывать! Он блокировал в сыне и остальные эмоции. Ведь сам давно утратил яркость красок в жизни. Кто не чувствует соленого, тот не чувствует и сладкого. Так же и с эмоциями.

Вот так, заглянув в себя, двое взрослых научились показывать ребенку свою любовь. К счастью, у этой истории хэппи-энд.

Зеркала не врут. Хочешь разобраться, что с тобой происходит, – взгляни на своего ребенка. Его суровость – твоя суровость. Его жесткость – это твоя жесткость. Ты думаешь, что он в деда такой агрессивный? Нет. Если ребенок швыряет и ломает игрушки, находясь в совершенно спокойном настроении, – это повод поискать, кто в семье генерирует агрессию. Да такую мощную, что малышу справиться с ней не под силу.

Глава 4

Голоса в голове

Как слова, которые родители говорят ребенку, превращаются в жизненные установки

Часто мы совершаем ошибку: отказываемся действовать из-за гнетущего голоса внутреннего критика. У нас есть намерение и желание дать что-то ценное этому миру, но увы, мы поддаемся увещеваниям в голове и ничего не делаем.

Татьяна Мужицкая, «Брать, давать и наслаждаться»

Заданием Риты было в течение дня записывать, что она говорит ребенку. На вечернем разборе у нее случилась истерика:

– Я самая ужасная мать на свете! – захлебывалась слезами она.

«Опять проспал, вставай быстрей».

«Почему постель не заправил?»

«Опять зубы не почистил. Ты что, еще не умылся?»

«Ты что, еще не оделся?»

«Ты до сих пор не поел?»

«Тебе же в школу нужно! Ну как ты так можешь. Иди быстрей, занятия через 10 минут начинаются. Снова опоздаешь!»

«Ты опять уроки не сделал?»

«Почему не поужинал?»

«На тренировке опять ничего не получилось?»…

Я читал написанное вслух. А рыдания Риты становились все интенсивнее с каждой фразой. В глазах ее стоял ужас. Она поняла, что говорит ТАКИЕ фразы каждый день. Годами.

– Все не так плохо. Вы же увидели проблему, обратили внимание на это, значит, половина успеха у нас в руках.

– Но как теперь это изменить?..

Отличный вопрос. Раз он возник, значит, мы на верном пути. Проблема обнаружена, и с ней можно работать.

Но к нам в школу Риту привел совсем другой запрос – твердая уверенность, что с ее ребенком не все в порядке. «Почините!» Сына девяти лет накрыло волной регулярных капризов, истерик, потребностью агрессивно спорить и скрывать происходящее. В этот бодрый коктейль добавилась потеря интереса к учебе и занятиям спортом.

Мы только начали поиск возможных причин, когда вскрылось, что в фундаменте отношений между мамой и сыном есть трещина из отрицательных формулировок.

С одной стороны, Рита больше всего хотела наладить отношения с ребенком. Но понимания, что работать нужно в первую очередь с собой, а не с ним, не было вообще. На первом шаге казалось нелепым, что слова – «Как это ты не понимаешь?! Ну-ка сделай! Эх ты, руки кривые! Я же тебе 15 раз показала, ну как так можно?!» – не делают ребенка послушным, организованным и старательным. Хотя всю жуть самих формулировок она уже прочувствовала. И это было очень хорошо. Она обещала попробовать сфокусироваться не на ребенке, а на себе.

И планомерно начала работу по предложенной в школе программе.

На первый взгляд фразы, повергшие в шок Риту, не вызывают никакого диссонанса. Вопросы как вопросы. Как-то же нужно помочь ребенку, поддержать его, не дать оступиться (опоздать, забыть, сделать неправильный выбор). Безусловно, в основе – только благие намерения.

Но давайте обратим внимание на формулировки. В глаза бросается обилие отрицательной частицы «не» в описании происходящего и негативные прогнозы на будущее. «Ты еще НЕ сделал…», «ты еще НЕ встал…», «НЕ надел…», «опоздаешь», «двойку получишь», «дворником вырастешь» и так далее.

Что же тут плохого? Ведь мать старается защитить ребенка, оградить от плохих последствий неверных решений или поступков. Безусловно, это хорошее намерение. Только фокус в том, что выбранный для достижения этой цели инструмент ведет совсем к иному результату.

Давайте разберем по отдельности каждую часть фразы – констатацию неправильного действия и прогноз плачевного результата.

Частица «НЕ». Родственница запрета. Недаром они так похожи. Но если запрет выстраивает блокпосты и ограничивающие рамки для роста и развития личности, то отрицательная частица вовсе не такая агрессивная. Она, по сути, сама по себе не делает ничего плохого. Проблема во все той же теории привязанности.

Помните, я уже упоминал: для ребенка самое главное в жизни – быть нужным своему взрослому. Полностью соответствовать требованиям значимого взрослого. Чтобы тот был доволен и не отказался от беззащитного малыша, не бросил, не выкинул, часом, на мороз или съедение волкам. А потому задача ребенка – во всем соответствовать требованиям своего вожака. Во всем. Во что бы то ни стало.

Потому маленькие дети бесконечно, неописуемо послушны. Именно по причине потребности быть нужным семье, а значит – выживать. Каждый ребенок послушен. Он полностью соответствует тем требованиям, которые выдвигает его маленькая стая.

Как бы парадоксально сейчас ни прозвучало мое утверждение, не отрицайте. Просто задумайтесь!

Когда изо дня в день растущий человек слышит «не успел», «не сделал», «не надел», включается эта жизненная потребность в том самом соответствии требованиям. Ребенок буквально начинает НЕ успевать, НЕ делать и НЕ надевать. Ну, а как иначе? Ведь родители от рассвета и до заката повторяют, что я такой. Значит, у меня нет другого выбора, кроме как именно таким и стать.

Чтобы соответствовать их видению.

Чтобы выжить.

Это маленькое, безобидное и такое вообще-то полезное, нужное в языке слово играет злую шутку в вопросе отношений.

И тут мы получаем «послушного непослушного». Удивительно!

И очень страшно. Потому что семьи из поколения в поколение живут в такой парадигме. Бабушка ворчала на маму «НЕправильно белье стираешь», потому что когда-то давно так ворчали на нее. Затем мама ровно в таком же тоне и такими же фразами общается со своей дочерью, а та – уже со своей. И вот перед нами четыре поколения несчастных, измотанных внутренними противоречиями и внешним давлением женщин.

В советское время подростковые бунты, особенно у девочек, безжалостно подавлялись. Система позволяла и поощряла в качестве методов воспитания физическое и психологическое насилие – от порки до ограничения свободы. Однако в сегодняшних реалиях использовать такие методы невозможно. Во-первых, у нас больше знаний о последствиях. О влиянии на мозг, психику и вообще всю дальнейшую жизнь человека. Во-вторых, гораздо более свободные современные дети активно выражают протест попыткам подавить их. А в-третьих, все та же система изменилась – ювенальная юстиция не дремлет.

Сама модель отношений в отрицательных формулировках губительна в своей безжалостной, удушающей хитрости.

Чем сильнее мы «утверждаем», что ребенок действует НЕправильно, тем сильнее он начинает подстраиваться под это требование и тем больше возмущаются и продолжают требовать исправления поведения родители. Как снежный ком. Один поступок «послушного непослушного» провоцирует реакцию родителя, которая вызывает очередную подстройку к этой (скорее всего) негативной реакции. Круговая порука.

И тут «случается страшное». Ведомый тревогой родитель выдает ужасный прогноз: «уроки НЕ выучил – двойку получишь». Конечно, в печальной реальности, как и в нашем случае с Ритой, родитель не ждет, пока ребенок подстроится под его негативную установку. Чего тянуть. Лучше сразу, на старте предупредить. Негативные прогнозы дружат с отрицательной формулировкой.

Что же в этом плохого?

Зачастую необдуманные слова родителей в настоящем ломают будущее детей. Создают те самые блоки для развития и негативные установки.

«Дворником вырастешь» – значит, будешь неуспешным. А значит – ненужным. Это воспитание на страхе. Ну и, опять же, внушение своему истинно послушному ребенку, прописывание плана действий, как дальше жить.

Наша задача: вывести подобные схемы отношений на уровень осознанности и защитить ребенка от негативных программ. Давайте лучше прописывать позитивные! Те, которые помогут ему добиться больших успехов.

Мы должны осознавать: все, о чем мы беседуем с детьми или говорим при ребенке, когда он непосредственно не участвует в разговоре, – все диалоги, эмоции, даже внутренний настрой, – все это передается ребенку, все это откладывается глубоко в его подсознании. Каждое слово, которое мы произносим, каждый запрет, который мы говорим ребенку сегодня, – образуют огромное количество нерешенных вопросов завтра. Они отражаются на взрослой жизни.

Вы наверняка слышали такие выражения-программы на будущее:

• Ты вообще нормальный?

• За что мне такое наказание?!

• Вечно с тобой одни проблемы.

• У всех дети как дети, а ты…

• Кто тебя такую замуж возьмет?

• А ты что, думал, все тебе на блюдечке будут приносить?

• Верить вообще в этой жизни никому нельзя.

• Это я тут буду решать, когда тебе… (есть/спать/гулять/с кем дружить/подставьте свой вариант).

Такие выражения описывают будущее детей в негативном ключе и буквально закачивают в них определенную программу.

• «Ты вообще нормальный?» = «Я ненормальный». Это утверждение подрывает веру в себя.

• «За что мне такое наказание?!» «Вечно с тобой одни проблемы» = «Я тяжелая обуза для своего взрослого, я не такой, как он хочет». Эти фразы формируют тревожность, страх за свою нужность, значит – за безопасность.

• «У всех дети как дети, а ты…» = «Я не соответствую ожиданиям». Плачевное сравнение не в пользу ребенка также формирует и тревожность, и разочарование в собственных способностях, разрушает самооценку.

• «Кто тебя такую замуж возьмет?» = «Чтобы быть нужной, я должна соответствовать требованиям, быть удобной». При таких прогнозах о здоровой самооценке и способности отстаивать свои интересы, свои границы не может быть и речи.

• «А ты что, думал, все тебе на блюдечке будут приносить?» = «Все в этом мире достается тяжким трудом». Это высказывание также подрывает базовое доверие к миру и формирует негативную программу, свойственную трудоголикам, или, наоборот, людям без амбиций (зачем перенапрягаться, все равно мне ничего не достанется, у меня ничего не получится).

• «Верить вообще в этой жизни никому нельзя» = «Мир враждебный, все кругом враги». Это утверждение также нарушает доверительные отношения с окружающими, с миром, становится основой для тревожности и неврозов.

• «Это я тут буду решать, когда тебе… (есть/гулять/спать и так далее)» = «Я не имею права на принятие решений». Высказывание, отключающее силу воли. Саму волю.

Кроме того, когда негативный прогноз сбывается в краткосрочной перспективе, ребенку свойственно винить себя – меня предупреждали, что так будет, и вот это случилось. Промочил ноги – простыл – не пошел на день рождения друга. Горе!

Масла в огонь подливает фраза: «А я тебя предупреждал(а)!» Родитель всего лишь хочет, чтобы его чадо осознало, что он «лучше знает, как надо», и в другой раз прислушивалось к мнению взрослого. Но ребенок уже сам получил негативный опыт. А заявление родителя только усугубляет и без того мучительное чувство вины. Где уж тут организму справиться с болезнью, когда в крови бушует пожар глюкокортикоидов[6].

Конечно, папы и мамы делают все это не со злым умыслом. Но неосознанно своими действиями не в лучшую сторону меняют ребенка и его восприятие жизни.

Взрослые формируют отношение детей к миру. Если каждый день они говорят, что этот мир опасен, «не ходи, споткнешься», рисуют множество вариантов несчастий и угроз, то отбивают у ребенка естественное желание к познанию окружающей действительности.

А затем удивляются, почему это он не хочет учиться…

Ошибка многих родителей – они дают сценарий с единственно возможным исходом.

Банальная ситуация с оценками. Традиционно она укладывается в программу: «Учись на пятерки, иначе будешь бедным и никому не нужным». Чем чаще родители такой путь обозначают, тем больше вероятности, что дети пойдут тем самым путем.

Сейчас наблюдается огромный спрос на курсы и тренинги по темам, связанным с проработкой внутренних ограничений и негативных установок. Страхи, которые есть у нас с вами, в большинстве своем тянутся из детства. Вспомните эти фразы: «Не в деньгах счастье», «Не имей 100 рублей, а имей 100 друзей», «Бьет – значит любит», «Женщина должна готовить и убирать, а мужчина должен работать, чтобы обеспечить жену и детей». Жизнь показала, что многие из этих установок не работают. Не только не помогают, а еще и тормозят развитие и ограничивают наши возможности. Таких программ может быть сотни, и все проблемы из-за них.

Давайте рассмотрим еще несколько типовых высказываний, на которые стоит обратить внимание:

• «Я уйду, а ты останешься» – провоцирует в ребенке страх, что его бросят. Подрывает базовое доверие к миру. «Я не нужен. Мой вожак стаи считает меня незначительным, не важным».

• «Я работаю ради тебя» – провоцирует чувство вины и формирует в ребенке позицию жертвы. «Мой отец страдал и я буду жить так же».

• «Ты не такой, как…» – да, это уже было. Но это одна из самых страшных фраз, которая провоцирует стыд: «Я не соответствую», «Я не такой, каким меня хотят видеть». Из этого стыда вырастают и проблемы с самооценкой, и неспособность к постановке целей, определению собственных приоритетов. Взрослые, выросшие на сравнениях, бесконечно подстраиваются под мнение окружающих, не имеют внутреннего стержня, они тревожные и очень удобные.

• «Ты весь в папу/маму» (с негативной окраской) – подрывает базовое доверие к миру. Выстраивает фундаменты для разного типа расстройств. Ведь мой отец/мать – это изначально один из самых значимых людей, тот, кто меня создал. Если он плохой, а я на него похож, значит, я тоже плохой, – как тогда вообще жить?

• «Сделай это, тогда куплю, что ты хочешь» – торгово-рыночные отношения. Это откровенный подкуп. Во-первых, в ребенке убивается способность действовать бескорыстно. Он за любой поступок всегда будет требовать что-нибудь взамен. А во-вторых, человек теряет естественную мотивацию. «Я буду учиться не потому, что это интересно, а потому что родитель мне за это платит». На выходе – невротичные и циничные взрослые, не любящие свою работу.

• «Ты устал? От чего?» – это подсказки. Такого рода «помощь зала» отбивает у ребенка способность чувствовать и понимать себя, свое настроение, свое тело. Мы знаем множество взрослых, которые не способны понимать свое состояние усталости, стресса, останавливаться при приеме алкоголя, – и работать, и развлекаться до потери сознания. Инфаркты, переломы – их печальные спутники.

Малыш капризничает? Не нужно подчеркивать, что он устал. Не надо жалеть и делать поблажки. Лучше вместе вспомнить, как много событий сегодня было пережито, как много эмоций испытано, и спросить, чего ему сейчас больше всего хотелось бы. Чем младше ребенок, тем больше ему требуется молчаливая поддержка родителя. Наша задача – создать безопасную обстановку, в которой ребенку комфортно пережить накопившийся стресс.

• «Он у нас стеснительный» – аналогично ситуации с частицей «не». Ребенок может и не стеснительный/тревожный/чересчур активный/агрессивный/ленивый/медленный/подставьте свой вариант. И возможно, такое его поведение связано не с его характером, но родители не оставляют выбора. Сами прививают ребенку это качество.

И заметьте, мы ведем себя так не только с детьми. Они всего-навсего подсвечивают наш образ. Если мы общаемся с ними через отрицательную частицу «НЕ», это всего лишь показывает нам, что так мы общаемся и с другими людьми. Так мы общаемся со всеми – с друзьями, коллегами, кассиром в магазине, со всем миром. Мы так говорим подчиненным и так же формулируем мысли во внутренних диалогах с самим собой. «Я не смогу», «Я не сделаю», «У меня нет столько денег», «Я не такой одаренный» и так далее.

Что же теперь со всем этим делать? Вообще с ним не разговаривать, что ли?

Ну конечно же, разговаривать.

Давайте начнем с одной из тех базовых проблем, которые провоцируют родителей постоянно подталкивать ребенка. Беспокойство за его способность к самоорганизации.

Часто своими фразами мы торопим детей жить. «Давай быстрее, не успеешь погулять», «Делай уроки быстрее, не успеешь пообедать». Но дети живут здесь и сейчас, их время расширено. До подросткового возраста в мире ребенка вообще нет таких понятий как «завтра» или «через час». Только сейчас, только это мгновение. Когда мы начинаем их ускорять, сужаем их время и вгоняем в стресс.

Дети иначе чувствуют время, не так, как взрослые. Пока ребенок не начал разбираться в днях недели и месяцах, пока не научился хорошо считать, фраза «вчера», «в прошлом месяце» или «полгода назад» для него звучит бессмысленно. Просто набор слов. Нет ни вчера, ни завтра, ни через полчаса, ни год назад – только сейчас.

В нашей ответственности контролировать время. Знаете, что ваш малыш медленный, – начинайте собираться раньше. Планируете дальнюю поездку – учитывайте пробки, чтобы не торопиться и не психовать. Когда вы нервничаете из-за нехватки времени или опоздания, ребенок в этот момент совершенно не понимает, чего вы от него хотите. И чем больше вы сердитесь, тем сильнее он «тормозит».

«Я делаю что-то неправильно – родитель недоволен – я не соответствую требованиям – сейчас он меня бросит – я погибну». Безусловно, я утрирую. Но именно такая цепочка причинно-следственных связей рождается в животном, рептильном мозге ребенка – в самой древней его части, отвечающей за инстинкты, самосохранение и выживание. А если ребенок в стрессе, то и соображать, а значит действовать, он начинает медленнее. И автоматически дети действительно перестают успевать.

Эффективнее будет не указывать ребенку на ошибку: «не успел», «еще не вышел», «еще не сделал», «еще не дорос», а заранее помочь ему. Научить его не доводить до этих «НЕ».

Покажите ребенку, как можно грамотно распоряжаться своим временем. Дайте ему «удочку», инструменты самоорганизации и научите ими пользоваться. Это поможет ему избавиться от стресса в связи с постоянной нехваткой времени и повысить свою продуктивность в самых различных сферах жизни.

Разумеется, для этого сперва нужно самим справиться с этой задачей. Родители должны научиться максимально эффективно использовать свое время, чтобы на личном примере помочь ребенку внедрить техники тайм-менеджмента.

Чем раньше ваш ребенок научится любить время и грамотно его организовывать, тем спокойнее и эффективнее пройдут его школьные годы. И тем более радостную, насыщенную и наполненную событиями жизнь он проживет.

Когда человек наслаждается событием, он успевает намного больше. Если делает нелюбимую работу, время тянется, а когда заинтересован и увлечен, его не замечает и успевает за тот же срок действовать более продуктивно. Словно время расширяется и дает больше возможностей.

Почувствуйте своего ребенка. Когда он говорит, что все успеет, дайте ему возможность показать, что он имеет в виду, дайте ему возможность ощутить это время. И даже если он вдруг не успел, акцентировать внимание нужно не на негативном результате, а на анализе деталей произошедшего. Подумать, понять и сделать выводы – вот, что важно. А вовсе не подчеркнуть, что «кое-кто облажался».

Осознание «я плох» не учит ничему хорошему.

Время – самый ценный ресурс в жизни человека! Но в сутках всего 24 часа. Как выглядит график людей в среднем?

Итого остается всего три-четыре часа на то, чтобы заняться собой – своим здоровьем (сделать зарядку, сходить на тренировку), саморазвитием (почитать книгу, посетить лекцию, посмотреть фильм), выделить время на любимого человека, на детей.

На самом деле времени у нас достаточно, но мы сами делаем так, что его не хватает. Нужно полюбить время, научиться его ценить и планировать.

Малышам надо показывать, что у него и родителей есть план:

• проговаривать весь распорядок дня,

• прививать привычку планировать день,

• обозначать, что время – это друг и его надо ценить.

Если ребенок планирует свой день, он знает, что еще ему предстоит сделать, – у него не возникает желания использовать время впустую. Когда мы с вами показываем ребенку, что за один день можно успеть много всего: и поиграть, и поучиться, и погулять, и почитать, – у него меняется мироощущение. Он понимает, что в течение дня можно многого добиться.

Когда говорите ребенку про время, не торопите его, не ускоряйте его жизнь. Дайте детям насладиться процессом. Ничего страшного не случится, если вы куда-то опоздаете на две-три минуты. Давайте получать удовольствие от жизни!

Чтобы это было делать проще, вот пять советов по детскому тайм-менеджменту.

1. Научите ребенка составлять план на неделю. Не просто обговорите его, но и пропишите на бумаге. Купите красивый ежедневник или повесьте на стену детский календарь, чтобы дела на каждый день всегда были перед глазами. Для чего это нужно? Не для того чтобы испугать ребенка большим количеством дел и вызвать ощущение, что времени на все не хватает. Наоборот, надо показать, что мы все можем успеть. При этом важно оставить личное время. Не разбивать 24 часа по кружкам, а показать, что есть минутки для себя. В графике обязательно должны быть «окна» и для работы, и для игры, и для отдыха. Тогда дети начинают осознавать, что их время – это их время, оно им принадлежит.

2. Составляйте план на день. Здесь принцип такой же, как и с планом на неделю, но он будет состоять из более мелких дел (прочитать 2–5–10 страниц книги, сделать домашнее задание, позвонить бабушке и т. п.). Помните, что детям нужно показать: в течение дня можно многое успеть.

3. Научите определять приоритеты. Важно, чтобы ребенок понимал, что есть задачи, которые требуют большего внимания и/или времени, а есть те, которые выполняются легче и быстрее. Например, я спросил у старшего сына, когда он собирается сдавать долги в школе. Он ответил, что выберет для этого время, когда у него будет вдохновение. А сейчас он лучше поиграет на гитаре. И я понимаю, что он действительно быстрее выполнит задачу тогда, когда сам себе это запланирует, а не в состоянии «не хочу, но надо». Важно не своим авторитетом навязывать ребенку расстановку приоритетов, а позволять ему проявлять инициативу и самостоятельность. И не случится ничего страшного, если все пойдет не так, как вы задумали. Это их жизнь и их опыт. Позвольте ему случиться.

4. «Ешьте слона по кусочкам». Дробите. Помогите ребенку разделить большую сложную задачу на несколько небольших. При этом составные части должны быть четкими и конкретными. Например, мы требуем от ребенка много читать. Такая задача абстрактна и не имеет точных границ. Вместо этого договоритесь, что каждый месяц ребенок будет прочитывать четыре книги. Это значит – одна книга в неделю. Из чего несложно рассчитать, по сколько страниц требуется читать в день.

И результат точно будет, если вы сядете читать рядом с ним. Это касается не только чтения. Ребенок всегда лучше откликается на дела, в которых родитель показывает пример. Если хотите, чтобы ребенок занимался спортом, – занимайтесь сами. Хотите, чтобы учил иностранный язык, – покажите, как вы тоже учитесь.

5. Мотивируйте ребенка. Покажите, что и для вас планирование – важная задача. Ребенок должен видеть, что вы тоже составляете свой список задач. И в нем не только работа, но и время отдохнуть, поиграть с детьми, почитать и погулять. Если вы постоянно находитесь в состоянии «ничего не успеваю», тревога перекинется и на ребенка. Он будет переживать на себе недостаток вашего времени. Когда родители в гонке и при этом еще подгоняют детей, ребенок не знает, как с этим справиться. Как следствие – начинает плохо учиться, опаздывать, не высыпаться, капризничать и так далее.

Обратите внимание, как часто в ответ на просьбу поиграть или сходить на спектакль, вы отвечаете:

• У меня работа, давай позже.

• У меня накопилось столько дел, мне сейчас не до этого.

• Я устал, давай потом.

Мы все время откладываем общение, откладываем, говорим, что нет времени. Может быть, мы действительно сильно заняты, но не это ли лишний повод остановиться? Вот он знак, в лице ребенка, который предлагает замедлиться и подумать, как лучше распределить дела, чтобы было время и на отдых.

Покажите детям, как прекрасно жить и дружить со временем, просыпаться каждый день с ощущением, что сегодня я испытаю нечто новое. Время – самый ценный, самый значимый ресурс, и мы, родители, должны научить детей этому пониманию.

Еще один камень преткновения, провоцирующий упреки и общение в отрицательных формулировках с плачевными прогнозами, – домашние задания.

Знаю, для многих это болезненная тема. Еще можно понять, когда родители помогают с домашкой первокласснику, осваивают новое и расширяют зоны ближайшего развития. Но когда в чатах пяти- или, что еще ужаснее, семиклассников появляются вопросы «А что НАМ сегодня задали? Мы не записали» – это катастрофа.

Но не будем углубляться в патологию. Уверен, мои читатели – адекватные люди, которые правильно понимают тему самостоятельности ребенка. Важно понимать, насколько вы уверены в нем и готовы создать ему пространство для роста.

В большинстве случаев дети не любят выполнять домашнее задание. Особенно после уроков. Особенно когда взрослые, в свою очередь, отдыхают после работы. Папа зависает в Ютубе, мама читает интересный детектив, – то, что нужно после восьмичасового рабочего дня. А ребенок? Оттрубил день в школе, сходил на все кружки, так еще и домашки назадавали. Приходит уставший, падает передохнуть, а ему кричат с дивана: «Чего расселся? А ну марш в комнату, уроки делать!»

Узнаете себя?

Я считаю, что выполнение домашнего задания не должно быть ребенку в тягость. И делать его нужно не потому, что его завтра с тебя спросят, а потому что это должно быть интересно. Ведь ты узнаешь новое.

Согласен, случается, без помощи старшего не обойтись. Но если окажется, что вы забыли какую-то тему из школьной программы (тем более она сейчас отличается от нашей, как земля и небо), – нет ничего страшного, чтобы признаться в этом. Смело скажите: «Я действительно этого не помню» или «Я в школе это совсем-совсем не понимал». Не делайте вид, будто вы самые умные и все на свете знаете. Будьте с ребенком на одной волне. Все мы теряли в изложениях запятые. А некоторые и сейчас «жи-ши» неправильно пишут. Дети должны понимать, что родители тоже были детьми.

Серафима недавно спросила у меня:

– Папа, а ты тоже был раньше маленьким?

– Конечно! Я был такой, как ты сейчас. И даже еще меньше, когда жил в животике у твоей бабушки!

Она так удивилась. И стала ко мне еще немного ближе.

Идеально, когда родитель приходит в комнату к ребенку сделать домашнее задание не вместо него, а вместе с ним. Но здесь нужно держать руку на пульсе – помогать, только когда ребенок действительно не может «врубиться» в тему. Ни в коем случае не потому, что вам просто «так захотелось» и потому что «сам не справится, завтра тройбан поймает».

Чувствуете, чем пахнет?

Правильно – разрушением самооценки и гибелью интереса к познанию нового, проявлению инициативы.

Практика показывает, что дети не понимают и заваливают предметы тогда, когда от них требуют результата, не убедившись, что материал был понят и закреплен.

Моя мама – гений в познании русского языка. Она смогла привить Матвею интерес к культуре орфографии. Просто качественно общаясь с ним в мессенджерах.

Когда я учился в школе, слышал вокруг только «должен». Желания учиться это не прибавляло. Моя мама придумала для внуков подобие игры. Теперь Матвей замечает орфографические и грамматические ошибки вокруг, показывая их мне. Чем я в открытую восторгаюсь и говорю об этом ему: «Как круто, что мой сын знает орфографию лучше, чем папа в его возрасте!»

Домашнее задание для ребенка – это возможность закрепить знания и приобретенные навыки, которые помогут ему во взрослой жизни. Если ребенок выполняет «домашку» через агрессивный посыл «иди делай» – стоит ли ждать интереса к занятию? Процесс не принесет ему удовольствия. Ребенок будет выполнять его из чувства долга. Потому что вы хотите, как родители, выглядеть хорошими, показать друзьям, директору или другим родителям, какой ваш ребенок молодец. Но об этом мы подробно поговорим в следующей главе.

Минутка самоанализа

Свойственно ли вам замечать недостатки или неправильные действия своего ребенка? Акцентируете ли вы внимание на ошибках и неудачах? Любите ли подчеркнуть свою правоту? Грешите ли запугиваниями о туманном безуспешном будущем? Прошу вас, остановитесь. Закройте книгу. Подумайте над этими вопросами, прежде чем читать дальше и приступать к практике.

Иногда естественные ответы на эти вопросы могут быть отрицательными. «Нет, это не про меня». Но все же я приглашаю вас в исследование себя и своих привычек речевой коммуникации с детьми. Будет только радостно удостовериться, что вся эта история – не про вас.

Практика подходит даже тем родителям, чьи детки еще не умеют разговаривать. Ведь мы общаемся с малышами с первых месяцев жизни. Они впитывают каждое слово еще в утробе матери. Все, что вы говорите, ребенок «забирает» себе – каждую фразу, каждую установку, полученную от ваших родителей. Так давайте осознанно подходить к качеству информации, которую транслируем своим детям.

Практика «Что он слышит»

1. В течение дня отлавливайте и записывайте фразы, которые произносите во время общения с ребенком. Разумеется, нет задачи выписать собственные монологи целиком. Но важно фиксировать высказывания, которые вы произносите в ответ на его действия или их предупреждающие, максимально дословно.

2. На вечерней пятиминутке проанализируйте записанное. Можете ли выявить типовые проблемы? Вот наиболее частые ошибки в коммуникации с ребенком – это преобладание:

а. запретов,

б. отказов в общении (отложенное общение),

в. отрицательных формулировок,

г. негативных прогнозов (вообще любых прогнозов),

д. угроз,

е. подкупа или манипуляций.

3. Проанализируйте и попробуйте определить, что скрывается за вашими фразами? Выпишите напротив каждой из них, что именно вы хотите донести до ребенка этими словами, какой ваш страх формирует этот посыл?

4. Подберите альтернативное высказывание или альтернативное действие, которое приведет к противоположному, позитивному результату.

Кроме того, предлагаю взять на вооружение фразы, которые надо говорить ребенку каждый день, независимо от обстоятельств и его поведения. Просто так. За то, что он есть и он ваш:

• Я тебя люблю.

• Мы счастливы, что ты у нас есть.

• Для меня ты самый лучший, самый красивый, самый талантливый ребенок в мире.

• Я верю, что ты справишься. Я всегда буду верить в тебя и поддерживать.

• Ты можешь делать, что хочешь (если это не угрожает твоей безопасности).

• Ты можешь рассказывать мне, что с тобой происходит, что тебя беспокоит.

Все эти фразы жизненно важно в первую очередь говорить себе. И, желательно, максимально искренне:

• Я люблю себя.

• Я счастлив, что я у себя есть.

• Я самый лучший.

• Я самый красивый и талантливый человек в мире.

• Я верю, что справлюсь.

• Я всегда буду верить в самого себя и сам себя поддерживать.

Многие формально твердят такие фразы в качестве аффирмации. Только ничего не чувствуют, не верят этим словам. Но если вы не можете сказать это с любовью самому себе, с чего вы взяли, что скажете это ребенку и он вам поверит?

И для детей, и в отношении с самим собой нужно расшифровывать эти фразы, подкреплять примерами. Это программы, которые записываются в подсознание. Детям они помогут во взрослой жизни. Они будут звучать одобрительными голосами в их голове.

И конечно, изменить общение возможно, только изменившись внутри.

Рита была близка к пониманию этого. Она проделала все предложенные мною практики в общении с сыном, но тревожность нужно было снижать изнутри.

– Попробуйте утром вставать на полчаса раньше, чтобы заниматься собой, делать что-то для себя. Гимнастику, медитацию.

– Я не умею медитировать.

– Ну вот опять. Попробуйте вместо «я НЕ умею» говорить «Я хочу научиться, я смогу» или «Я попробую завтра».

Рита сомневалась:

– Прямо мистика. Я буду месяц каждый день медитировать и вставать на полчаса раньше – и все наладится?

– Нет, конечно.

– А если полгода?

– Нет.

– А если я еще вечером что-то добавлю? Все поменяется?

– Да не в этом же дело! Вы думаете, что медитация, зарядка, что угодно еще поспособствует переменам в вас? Но начинать нужно со своего внутреннего состояния, со своего восприятия окружающей действительности. Проживите остаток дня с мыслью: «Хочу встать утром пораньше и сделать гимнастику». Вы хотите этого не для галочки, не потому что Игорь Сивов так сказал, а потому что вы истинно ощущаете, что это вам нужно. Это принесет вам удовольствие и пользу. С удовольствием, для себя, а не потому, что «Ох, надо ж эту гимнастику делать, а если не сделаю – не видать мне счастья». Вот и все. Не хотите гимнастику делать – танцуйте. Не хотите танцевать – выходите на утренние прогулки.

К концу занятий в школе «Осознанный родитель» Риту было не узнать. Яркая, уверенная в себе! От нее исходило столько энергии, будто в кабинет вошла не женщина, а маленький атомный реактор. На последней встрече она прислала мне новый список.

• «Доброе утро, дорогой! Как спалось?»

• «Вставай, уже пора».

• «Давай постель вместе уберем?»

• «Умывайся, я жду тебя завтракать».

• «Я вижу, что время поджимает, есть шанс опоздать. Поэтому я приготовила бутеры с собой – поешь на перемене».

Я невольно улыбнулся и приготовился выслушать подробности.

– Я не знала, что так бывает. Мы ведь как обычно делаем? Хочу похудеть. На 20 килограммов. Чтобы кардинально изменить внешний вид. Буду голодать, бегать на морозе, обливаться ледяной водой, рычать от злости. Еще растяжку буду делать. Ненавижу ее, но делать буду. И понеслась. Тренировки через силу, на мужа срываюсь по три раза в неделю. Злая как собака, но зато стройняшка и с новыми фотками в Инстаграме. Но я только спустя время после нашего разговора поняла, почувствовала, как что-то переключилось во мне. Я захотела измениться. Утром проснулась даже без будильника. Сначала думала, что это совпадение, потом – удачное стечение обстоятельств, а потом просто приняла, что теперь вот так. И в голове постоянно звучало «Я это могу!».

– Отлично! Горжусь вашим успехом. Что-нибудь еще произошло за это время?

– Я начала понимать себя. Я же почему такая вредная была? Потому что у меня велосипеда не было. Теперь, когда злюсь, осознаю, что ребенок мой ни при чем, в него моя злость и плохое настроение больше не летят. И кажется, я понимаю сына. Какой он, чего он хочет, что любит, что его раздражает. Мне нравится этот парень, и я больше всего хочу, чтобы он был счастлив. Понимаю, чем я счастливее и свободнее, тем больше людей вокруг меня становятся такими же! Продолжаю работать над собой и это, видимо, будет длиться всю жизнь.

Глава 5

Будь по-моему

Как родители выстраивают жизнь детей по строго продуманному плану, реализуя собственные амбиции

Это не ребенку «нужно и полезно» четыре раза в неделю ездить в музыкальную школу – это вам хочется иметь ребенка, играющего на скрипке или фортепиано, или быть (слыть, выглядеть в своих глазах) «хорошей матерью», активно развивающей своего ребенка.

Екатерина Мурашова, «Дети взрослым не игрушки»

– Мы хотим, чтобы сын вырос успешным и богатым, – заявила Кира.

– Отличное намерение. И что вы для этого делаете?

– Он занимается финансовой аналитикой и учит китайский, – видимо, в моем взгляде возник немой вопрос, потому что Кира поспешила объясниться. – Это язык будущего. Вырастет – отправим в Китай обязательно. Я думала, вы мне подскажете, что еще добавить, чтобы помочь сыну.

– А сколько ему лет?

– Восемь.

Признаться, к такому жизнь меня не готовила…

Внешне совершенно благополучная семья. Родители – финансисты. Папа работает на бирже. Именно он уловил тренд «за китайским – будущее».

В школу «Осознанный родитель» Кира с супругом пришли, чтобы понять, каких репетиторов пригласить, где еще можно ребенка «подкрутить», чтобы он рос сильным и успешным. Они хотели получить подтверждение, что все делают правильно. Ну и, конечно, найти новые рецепты полной, максимально эффективной загрузки растущего олигарха. При этом ни один из них китайский не знал и не изучал. Просто решили: круто, если ребенок будет знать модный язык.

Разумеется, мнения «будущего китайца» никто не спрашивал. И тот тихонько увядал в глуши родительских амбиций. Никаких собственных интересов и увлечений у него не было, что, в свою очередь, маму и папу жутко раздражало.

– Отстаньте от ребенка.

Родители ожидали услышать от меня все что угодно, только не это. В воздухе повисла оглушительная пауза…

Мода на раннее развитие еще не угасла. В каждой компании можно встретить мамашу, которая с 8 месяцев учит малыша буквам, с 3–4 лет водит по всевозможным кружкам и секциям, впихивает в него логику, ментальную арифметику, английский и испанский, водит на занятия по развитию памяти и на пять спортивных секций. Она искренне считает, что все это замечательно развивает ребенка и помогает ему вырасти гением.

Часто родители отдают ребенка в спорт с намерением сделать его олимпийским чемпионом. Это как минимум. Они считают, что он должен побить все рекорды. Когда чадо идет в школу, ждут, что в дневнике будут только пятерки. Когда отдают его в художку, планируют участие во всех выставках и славу как минимум в своем районе. Нет, лучше, чтобы во всем городе. А еще лучше – во всей стране! В мире!

Но в этот момент мало кто осознает, что такая попытка воплотить в ребенке собственные амбиции выглядит печально. Это родители руками детей хотят исполнить свои несбывшиеся мечты. Это мама страдает, что ее карьера остановилась из-за незнания иностранного языка. И теперь с гордостью заявляет одноклассницам: «А мой уже свободно говорит по-английски». Вот ведь какая я молодец! Нет-нет, безусловно, это все для его же блага. Никаких сомнений…

Только схема на самом деле выглядит так: «тебе нужна пятерка» = «мне нужна пятерка».

Это родителям она нужна. Отправляя ребенка добиваться признания или успеха, которых сами не достигли, они удовлетворяют потребности своего детского эго. Когда говорят «беги быстрее всех», «рисуй лучше всех», «нужно сделать так, как не делает никто», родители хотят в лице детей видеть исполнение собственных тайных, а иногда и явных, желаний. Так легче – проживать несбывшиеся мечты в детях.

Роковой ошибкой становится уверенность, что «если бы я тогда учил иностранный язык, – сейчас был бы дипломатом». Это не работает. Во-первых, потому что мы живем в другое время в другой стране. Буквально в другой: не существует больше той системы, в которой развивалась наша личность и закладывались основы нашего будущего (ставшего сегодня нашим настоящим). Как и не существует того мира.

Сегодня дети живут на других скоростях, в совершенно иных информационных потоках.

Об этом не сказал только ленивый. Но все же, говоря об этом, умные взрослые не задумываются, как же их представления об успешности могут вписаться в новые, неведомые нам рамки? Мы понятия не имеем, что будет завтра. Каков тот мир, в котором успеха будут достигать наши дети?..

А во-вторых, во всех этих «я знаю, как сделать ему хорошо» полностью отсутствует мнение самого ребенка. Если он живет родительскими планами и фантазиями, то когда же ему проживать свои? Мы не оставляем детям пространства для мечтаний, желаний и воображения. Мы не позволяем им быть собой. Мы не даем им жить своей жизнью, которой они бы хотели жить.

Потому что так случилось с нами?

Я ужасающе часто, в 90 % случаев, слышу от друзей и знакомых: «Я стал отличником и поступил на физфак, потому что так хотела мама», или «Я десять лет занимался футболом потому, что так хотел папа», или «Я окончил мединститут потому, что мои родители врачи в третьем поколении. Я не мог иначе».

Такие же «воплощатели» родительских амбиций женятся/выходят замуж и рожают детей не по любви, а потому, что того страстно требуют их мамы и папы. И этот чудовищный сценарий продолжается в новых поколениях несчастных людей.

Оглянитесь вокруг: какое безумное количество ваших знакомых не знают, чего хотят от Деда Мороза? Не умеют хотеть ничего, кроме шаблонных «пляж с песочком и бокал мартини», не имеют собственных увлечений, не могут рассказать о своих достижениях ни в какой сфере, кроме, может быть, карьеры. И родительства, разумеется. Да-да, эти же самые люди точно знают, в чем хороши их отпрыски и кем они станут, когда вырастут.

Недавно подруга поделилась печальным опытом. В выпускном альбоме начальной школы предложили написать, кем ребенок мечтает работать в будущем. Отличная затея! Открыть альбом через лет 10–15 и улыбнуться детским мечтам.

Сын с гордой улыбкой сообщил маме, что он будет слесарем в автомастерской.

«Видел бы ты меня в тот момент, – с тоской рассказала мне подруга. – Вероятно, я выглядела как пожиратель не просто лимонов, а еще и приправленных Табаско! Я как представила: Виталик планирует стать банкиром, Данька – чемпионом по биатлону, а мой – слесарем… Вот дура! В общем, я, видимо, так красочно это визуализировала, что сын отвращение к этой идее считал по моему выражению лица. Сперва спросил, что не так, а наутро… сказал, что будет бизнесменом.

Теперь в альбоме красуется коллаж: сын в костюме с ноутбуком в руках улыбается с заднего сиденья дорогого авто. Мне бы радоваться, да не хочется. Кто такой «бизнесмен» и чем он занимается, мой ребенок не может мне объяснить. О чем я думала, когда впихивала его картину мира в свои кривенькие рамочки? Чего я добилась? Непонятно».

Радует, что мама, хоть и допустила ошибку, но сразу же осознала ее. Значит, еще не все потеряно! Есть время исправить положение. Она еще может помочь сыну найти свой путь, поддерживая его начинания.

Эта мама твердо встала на путь эмоциональной зрелости, с успехом отделяя себя и свои амбиции от ребенка и его жизни. Она учится смотреть на его мнение и опыт со стороны. И отчетливо понимает, что сын будет счастлив, когда будет делать то, что ему нравится, а не то, что хочет мама.

Все мы искренне мечтаем видеть успехи своих детей. Но ребенок должен выстраивать собственный путь. Родителям же стоит сфокусироваться на своем, оставаясь для детей в первую очередь поддержкой. Мы говорим: «Это твоя жизнь, мой хороший. Получил тройку? Не спорю, пятерку видеть приятнее. Но если биология доставляет тебе дискомфорт и ты не хочешь ею заниматься, – я уважаю твои желания. Ты предпочитаешь рисование – давай заниматься им».

Кажется, что мы уже говорили об этом во втором отражении. Но почувствуйте разницу. Мы рассуждали о том, как часто дети живут не свои жизни, когда родители подгоняют их под шаблоны собственных детских травм. Сейчас речь о ситуации, когда «мама умней» и «мама лучше знает». Да, конечно, страх – не лучший советчик. Но поверьте: слепая уверенность в собственной правоте, отсутствие гибкости во взгляде на мир и запрет ребенку на принятие решений – тоже советчики не лучше.

Помню, отдал старшего сына на хоккей. Я не жалею об этом. Он тоже. Но сегодня понимаю, что мое решение было основано на собственной несбывшейся мечте. Когда настал момент выбирать хоккей или образование, Матвей вдруг сказал:

– Пап, ну ты же так этого хотел!

Эти слова послужили катализатором к моему пробуждению…

Я всегда был непоколебимо уверен, что Матвей любит хоккей. И что вообще каждый мальчик должен его любить. Я прямо-таки болел этим спортом! И конечно, проецировал свою страсть на весь мир. Ведь профессиональный хоккей – моя несбывшаяся мечта. В итоге я вкладывал в это занятие больше энергии, чем сам ребенок. Нет, у нас не было таких ситуаций, чтобы он протестовал, отказывался ходить на тренировки. Но и особо выдающихся результатов тоже не показывал.

Все время, пока водил сына на спорт, я закрывал свои гештальты. Я буквально прозрел!

– Нет, сынок! Важно, чтобы ТЫ того хотел. Забудь, что я говорил. Да, действительно мне мечталось, чтобы ты испытал в хоккее те эмоции, которые я недополучил в свое время. Но тебе это трудно. Я вижу, что ты ходил на занятия лишь потому, что «папа заставил». А ты же такой творческий! Музыку сочиняешь! Тебе рисовать хочется. Так что я буду только рад, если ты займешься тем, куда тебя самого тянет.

После этого разговора сын взял паузу в несколько дней. Затем принял решение:

– Я подумал. Не буду связывать свою жизнь со спортом. Я хочу учить языки, хочу понимать других людей. Это для меня важно.

Я самый счастливый папа на свете, потому что Матвей, в возрасте 10 лет, сам сделал выбор. И даже если потом он передумает или у него не заладится с языками, он будет знать, что это его решения. Это будет его осознанный опыт, не навязанный мной или мамой.

Мы лишились бы этого, если бы сын продолжал жить моим видением его характера и его желаний.

Важно воспринимать ребенка как самостоятельную личность и не отнимать у него детство, заставляя соответствовать вашим ожиданиям. Чтобы отделять свои мечты от желаний ребенка, нужно слушать и слышать своих детей. Жизненно необходимо говорить с ребенком, узнавать, как он хочет проводить время. Замечать, насколько у него горят глаза, с интересом ли он бежит на тренировку, ждет ли с нетерпением нового занятия.

Минутка самоанализа

Знаю ли я своего ребенка? Кто он такой? Какой у него характер? Что он любит? Что его раздражает? С какими мыслями он просыпается по утрам?

Большинство родителей думают, что знают ответы на эти вопросы. И я раньше был уверен, будто мне очевидно, чего хочет мой ребенок. Но всегда ли это так? Взрослые часто рисуют себе картинку детей, которая не соответствует действительности. И при этом также часто не могут нарисовать собственную картину мира. Предлагаю это поисследовать.

Но сперва прошу вас взять паузу. Закрыть книгу и пожить немного с озвученными вопросами. Возвращайтесь к чтению, когда будете готовы честно погрузиться в следующую практику.

Практика «Перестановка слагаемых»

1. Выпишите все занятия, кружки, секции, на которые сейчас ходит ваш ребенок.

2. Напротив каждого выписанного пункта ответьте себе на вопрос: эта секция выбрана, потому что она действительно нравится вашему ребенку? Или потому что она нравится вам? Посещать ее – это его желание или ваше?

Чтобы ответы получились действительно честными, давайте добавим еще один пункт для анализа: что случится, если вы перестанете водить его на эту секцию? Кто расстроится? Для кого наступит крах планов и надежд? Ответы на эти вопросы позволяют осознать, кто же на самом деле получает удовольствие от занятий и кому же они так нужны.

Углубитесь в изучение себя и своих детей в этом ракурсе.

3. Ответьте себе на вопросы:

Что мне не нравится в ребенке? Поведение? Отношение к делу? Ко мне? Он мной манипулирует?

Что я хочу поменять в ребенке?

А теперь сделайте глубокий вдох…

Наша психика организована таким образом, что в детях (партнерах, родителях, друзьях, соседях) нам не нравится именно то, что есть в нас самих и что мы активно в себе неприемлем. Вытесняем. Это наша темная сторона, изучению которой посвятил годы Карл Густав Юнг.

Нужно поставить знак равенства между

«мне не нравится в ребенке» = «мне не нравится во мне»

Это вы в себе не приемлете медлительность. Это себе вы запрещаете пробовать новое и бросать неинтересное занятие.

4. А теперь задайте следующий вопрос: что мне нравится в моем ребенке?

Например, он спокойный, он занимается спортом, усидчивый, целеустремленный, общительный… Понаблюдайте, что он делает с большим удовольствием? За каким занятием у него горят глаза? Что у него получается легко и непринужденно?

Ищите для своего ребенка такое дело, в котором его лучшим качествам будет дано максимум свободы и развития. Например, если мальчик любит петь и танцевать, то лучше отдать его в кружок актерского мастерства, а не вести его на футбол.

И если сегодня вы узнали, что ребенку не нравятся его тренировки, не корите себя. Это было не зря, и чему-то он научился. Как и вы! Это был ваш совместный путь в осознанность. В эмоциональную зрелость.

Можно менять кружки. Ну, правда, можно! Можно бросать такие, которые не нравятся, пробовать новые, искать те, что по-настоящему заинтересуют.

Вы, наверное, всегда дочитываете книгу до конца, даже если скучно стало уже на первой трети? Так можно же бросить и не дочитывать! Даже НУЖНО взять другую. Кто сказал, что это плохо? Кто сказал, что это некрасиво, вредно, безответственно? Давайте посмотрим с другой стороны: а тратить драгоценные, невозвратные минуты своей единственной жизни на то, что НЕ НРАВИТСЯ, оставляя без внимания ИНТЕРЕСНУЮ книгу, которая даст желанные знания и эмоции – это ответственно?

Ответственно упускать то, что может истинно принести пользу в вашу жизнь?

Ответственно лишать себя удовольствия, а, значит, и жизненной энергии?

Ответственно так поступать со своим самым любимым человеком? Со своим ребенком.

Каждый ответит на этот вопрос по-своему.

Сделайте паузу. Прежде чем читать дальше, подумайте над этим. Перечитайте предыдущие несколько абзацев еще раз.

Стоит все же разрешить себе искать и пробовать. Давайте позволим себе наполняться, а не опустошаться от дел, которые делаем каждый день. И позволим это делать нашим детям.

Помогать им в поиске никто не запрещает. Предлагать варианты, показывать этот мир. Главное – понять, где заканчиваются ваши собственные мечты и начинаются увлечения и интересы ваших детей.

Важно не допустить противоречия, когда ребенок хочет одно, но жизнь, в лице родителя, вынуждает его делать совсем другое. А для этого родителю важно понимать самого себя, свое мироощущение. Учитесь отслеживать, как ваше внутреннее состояние отражается на вашем ребенке.

Третий и четвертый пункты практики помогут найти ответы. Понять, чего же так отчаянно не хватает вам в жизни, чего вы так боитесь или так сильно хотите, но запрещаете себе. Разрешите себе быть счастливым, разрешите делать, что хочется.

И вы увидите: меняетесь вы – меняется и ребенок.

Чтобы наладить отношения с детьми, раскрыть их личность и индивидуальность, важно начинать с себя. Ведь пока у вас не будет счастья, здоровья, богатства, вы не сможете вложить это в своих детей. И не сработают никакие благие намерения, стремления решать за них, что им поможет лучше устроиться в этой жизни.

Своими грандиозными планами и желаниями мы тут же загоняем детей в рамки. В клетку. В которой шансов развиваться и становиться умными и успешными у них немного. У каждого такого успеха есть потолок. Как у любой клетки.

Сколько мы знаем трагических историй детей-гениев: Надя Рушева, Ника Турбина, Полина Осетинская. А скольких историй мы не знаем?

Думаю, вы точно знакомы с родителями, которые с гордостью заявляют, что их четырехлетний малыш складывает в уме четырехзначные числа. Правда ни с кем в саду не играет. Или с мамой, которая жалуется, что дочь – отличница, на трех языках говорит, но никак не может решить, что ей важнее – играть на флейте или выступать с цирковой труппой. «Наверное, от спортивной гимнастики нам придется отказаться, – сетует обеспокоенная мать. – Здоровье не позволяет. Раз в полгода дочь попадает в больницу…»

Почему бы это?

А еще пошерстите по знакомым, которые не вполне успешны – проблемы с карьерой, с семейной жизнью. С большой вероятностью вы узнаете, что в возрасте четырех лет эти люди декламировали «Бородино».

Современные педагоги и психологи доказали: всему свое время. В восемь месяцев ребенку полезно изучать пространство, свое тело и его возможности в этом пространстве. А в четыре года архиважно учиться договариваться с соседом по песочнице. И «Бородино» в такой коммуникации ну совсем не помогает.

Задумайтесь на минуту: чего недополучает ваш ребенок, пока активно зубрит китайский? В чем, истинно важном, он в этот момент НЕ развивается?

Ребенок должен быть ребенком! Полноценное развитие есть только в том случае, когда соблюдены законы природы. Когда в детстве у человека есть детство, есть время просто подурачиться, побегать по траве, погонять мяч, пожить НЕ по расписанию.

Конечно, есть гениальные дети, в которых с раннего возраста раскрываются таланты. Когда без влияния извне в раннем возрасте ребенок начинает писать прекрасные стихи или складывать в уме шестизначные числа. Это возможно, когда родитель вовремя заметил его силу и помог ей раскрыться. Не давил, не тащил за уши, а поддерживал, создавал комфортное и безопасное пространство для экспериментов и роста.

На математике ребенок считает без калькулятора? Ищите интересные математические кружки, шахматные клубы с современными педагогическими подходами и игровыми методиками.

Отвели его на спорт, а там сказали, что у него феноменальная растяжка? Подбирайте надежного тренера, удобный график занятий.

Если ребенку показывать, какие бывают виды искусства, спорта, всю красоту и разнообразие этого мира, рано или поздно что-то захватит его внимание, заинтересует. Просто детям-гениям чуть больше повезло – пришлось перебрать меньшее число вариантов, прежде чем попался нужный.

Не передавить, не сломать, создавать ребенку пространство для развития способностей и позволить ему развиваться в своем темпе – все это в родительской ответственности.

Я предложил Мирону попробовать несколько видов секций. Не с первого раза, но больше всего ему понравилось заниматься айкидо. Недавно я спросил:

– Какие у тебя сейчас еще увлечения, помимо айкидо? Может быть, ты чем-то еще хочешь заняться?

– Я бы хотел научиться рисовать.

Он сам об этом сказал. Теперь ищем для него подходящую школу. Не такую, где выращивают художников, а с творческим подходом, с обучением в игровой форме, где можно, например, взять и измазаться красками, подурачиться на занятии или порисовать на прогулке. Чтобы сыну действительно нравилось. Чтобы детство оставалось детством.

Если лишить ребенка этого состояния беззаботности и игры, – он будет компенсировать его нехватку во взрослом состоянии. Либо будет долго и упорно раскапывать эти проблемы с психологами. В том числе и проблемы с пониманием собственных потребностей и амбиций. Пока дети живут желаниями родителей, они не живут своими желаниями.

«Мы не знаем, что ему дарить на день рождения, он ничего не хочет» – популярная нынче песня. Дети действительно ничего не хотят. У них уже все есть. Но опасность даже не в том, что они все уже получили. Истинная проблема – за них это все уже захотели.

Ребенок не успевает захотеть велосипед. Ему дарят это чудо техники задолго до момента, когда он увидел подобный у друга. Он не успевает захотеть научиться кататься на роликах, его записывают в секцию прежде, чем он узнал такое слово. Ребенок не успевает захотеть ничего. За него заранее все хотят мама с папой. Иногда даже еще до его рождения.

В результате, к 10 годам мы получаем человека, который в принципе не умеет хотеть. Эта способность атрофируется, ведь ей нет применения в жизни.

А когда человек не знает, чего он хочет, то и решения принимать не вполне способен. Любые решения. От мелких, что съесть на завтрак, до глобальных, куда пойти работать.

Нам, поколению современных родителей, свойственно допускать эту осечку. Мы все хотим за своих детей больше, раньше, сильнее, чем они. Этому есть простое объяснение. О многих игрушках, играх, занятиях, не говоря уже о технологиях, доступных современному детству, в нашем детстве можно было только мечтать или прочитать в фантастических книжках. Мы с жадностью смотрим на этот мир глазами своего внутреннего ребенка. Но не можем позволить себе беззаботно гонять на роликах или строить города из «Лего». Мы торопимся запихнуть в свое чадо всего и побольше, чего не было у нас. И не хотим, чтобы ему приходилось просить, как мы безрезультатно просили у родителей, которые не могли себе такое позволить.

Тут и начинаются проблемы с мотивацией. Ребенок не успевает захотеть. Тогда маму и папу захватывает недоумение: «Как же так, ведь это же предел мечтаний». «Почему у тебя не горит глаз?», «Почему не лепишь на гончарном круге? Он бешеных денег стоит!», «Почему ты не катаешься на велосипеде?» Да потому, что он и не хотел вовсе. Это вы скинулись со всеми родственниками и подарили этот дорогущий, высоченный, двухколесный велосипед.

Как развивать в ребенке способность принимать решения? Как сделать так, чтобы он понимал, что это его выбор, самостоятельный, и только он за него отвечает?

Это непросто. Непросто дать возможность выбирать, когда ты, с высоты своего опыта, понимаешь, что это точно ошибочное решение, оно приведет к «катастрофе». Так тяжело смотреть на неправильные шаги самого дорогого на свете человека! К этому нужно подходить плавно, постепенно. На своих лекциях в школе «Осознанный родитель» я часто говорю: надо начинать с маленьких задач.

Например, когда мы с дочкой[7] собираемся на прогулку, мама кладет ей на кровать два-три костюмчика и обувь на выбор. На завтрак Серафима сама решает, что будет есть – кашу или яичницу. В любом ее решении для нас, взрослых, нет никакого риска.

А если он есть – в наших силах его минимизировать. Вот тут полезно вспоминать, что «мы взрослые и лучше знаем».

Сейчас открою небольшую тайну.

Есть такая техника, которая отлично работает с детьми двух-, трехлетнего возраста. Допустим, вы предлагаете ребенку на выбор несколько пар обуви. Но переживаете, что он может выбрать не ту. Ну, во-первых, не предлагайте совсем нежелательный вариант. Это же просто! Не создавайте почву для конфликта. А если все же выбор не критичен, но у вас есть собственные предпочтения, сделайте так: пусть та пара обуви, которую вы бы хотели, чтобы ребенок обул, стоит последней. В 99 % случаев он выберет предложенное в последнюю очередь. Синие или красные? Красные. Красные или синие? Синие.

Ребенок будет повторять за вами последний вариант.

С едой еще проще. Когда ребенок подрастает, ему говорят: кушай кашу, а он – «не хочу». А ему: «Кушай кашу, тебе говорят! Вот брат твой старший съел уже почти всю тарелку. А ну быстрее давай, а то останешься без еды!». Тут у нас полный набор – и приказной тон, и унижение через неблагоприятное сравнение с братом, и угроза. Шантажа только не хватает – «а то гулять не пойдешь».

Попробуйте в альтернативу каше, называя ее последней в списке, предложить ему яичницу с беконом или салат с тунцом и вялеными помидорами. Вы удивитесь, как быстро и с удовольствием он согласится на вашу прекрасную и самую вкусную на свете кашу!

Или вообще пусть предложит, чего он хочет. Может, это будут хлопья? Не лучший выбор, но… с другой стороны, что плохого в том, чтобы иногда поесть и хлопья?

Давайте не путать манипуляцию и помощь в выборе. Я предлагаю вам «технику», позволяющую подтолкнуть ребенка к решению, которая облегчает ему задачу, позволяет снять тревожность. При этом с ним остается ощущение «я так решил».

Именно на базе этой уверенности и будет строиться взрослая способность брать ответственность в свои руки.

Это бесконечно важно! Когда ребенок понимает, что выбор за ним, к 13–14 годам это становится для него обычной практикой. Он не будет бегать к вам с вопросом: «Что делать?» Скорее, принесет готовые решения. Вы можете предложить еще пару вариантов, и их станет уже четыре. Но окончательный выбор он должен сделать самостоятельно. И ваша задача – с уважением отнестись к этому выбору.

Недавно старший сын решил поэкспериментировать с прической. Я понимаю, как это нужно в подростковом возрасте. Объяснил ему свою позицию, позицию мамы. Уточнил: если он считает это приемлемым, то, пожалуйста, пусть поступает по-своему. Как только заработает свои первые деньги…

– Стоп. Чего? А вы не поможете мне?

– В этой ситуации – нет.

Вопрос повис, пока сын был на каникулах. Скоро он должен получить деньги за работу. И мне крайне интересно, потратит он их на новый цвет волос или на что-либо другое. Если он действительно на эти деньги покрасится, значит, это ему нужно. Может быть, чтобы самоутвердиться, в конце концов. Он сейчас находится в совершенно незнакомом мне пространстве, где много девочек и мальчиков из разных стран, с разными менталитетами.

И конечно же, я не стану любить его меньше с другим цветом волос. Моя задача по-прежнему та же – создавать для него безопасное пространство выбора. Просто теперь, с возрастом, включается чуть больше опций.

Иногда мне кажется, что мои дети слишком быстро стали самостоятельными. А мне так хочется побыть еще папой, который их может многому научить. Но всякий раз, когда возникает такое желание, ловлю себя на этих мыслях и спрашиваю:

• Это его жизнь или моя?

• Я сейчас, используя его юные годы, исполняю свое желание (закрываю свой страх, реализую собственные амбиции) или хочу быть счастливым наблюдателем, как растет и развивается мой ребенок?

И если я отчетливо понимаю, что в созданном пространстве вариантов нет реальной опасности, или предполагаемая угроза совершенно точно совместима с нормальной жизнью, я глубоко вдохну и позволю детям самостоятельно сделать выбор.

После первого собеседования папа вышел из игры. Мы продолжили работу только с Кирой. Она еще надеялась услышать от меня «что-то разумное».

– Признайтесь себе, что вас совсем не устраивает ваша жизнь, – продолжил я на следующем занятии. – Все, что вы сейчас делаете – это попытка самореализоваться через ребенка, через его будущее. Отдали сына на китайский. Наверное, это здорово. Только для кого? Для ребенка – это полное непонимание жизни и ситуации, диссонанс. Человек учится ходить, чтобы комфортнее и быстрее передвигаться в пространстве. Учится разговаривать, чтобы общаться с окружающими. Он учит русскую речь, потому что слышит ее от родителей. Допустим, он учит английский язык, но и этому есть применение – в школе общается с учителями и одноклассниками. Есть хоть какое-то понимание: это продиктовано условиями среды, в которую он погружен. Но вот он учит китайский. Он сам этого захотел? Где-то услышал его и заинтересовался?

– Нет…

– А вы или ваш супруг знаете китайский?

– Не знаем…

– Возможно, вы регулярно бываете в Китае? Тоже нет? В голове ребенка зарождается вопрос: зачем он учит незнакомый и непонятный ему язык, если этот навык никак нельзя применить в его объективной реальности? Это одна сторона ситуации. А теперь давайте вернемся к вам. Почему вы не учите китайский? Почему возложили эту миссию на ребенка? Как вы относитесь к этому языку? Как бы вы хотели применить его к своей жизни?

Я видел, как ее мир разбивается вдребезги. А главное, как через ситуацию с сыном она начинает видеть себя и свою жизнь.

Внешне успешная, она хотела большего. Гораздо большего. Но решила, что не способна и не могла даже признаться себе в этом. Оба они с супругом зарабатывали хорошо, но негласно решили, что достигли потолка и «своей яхты и самолета» у них уже точно не будет. А сына видели миллиардером. Ну, как минимум рублевым. И все свои огромные надежды переложили на маленького ребенка.

Спустя время Кира осознала, что ей хочется иметь собственный замок, построенный на собственном острове, которых у нее никогда не будет. На этом поставлен жирный крест. Она сказала это вслух. И услышала себя со стороны. И поняла, что ждет исполнения этой мечты «руками ребенка»… Что, по меньшей мере, нечестно.

Я видел в ней большой потенциал, попросил рассказать ее о себе.

После института Кира хотела открыть свою компанию, заниматься консалтингом. Но всегда работала по найму. Потом вышла замуж. Декрет. Из декрета вернулась на прежнее место.

– Вот и займитесь консалтингом! При работе на себя вы достигнете какого угодно дохода. Да, у вас не будет стабильного пакета «зарплата+бонусы+премии», но при этом и не будет максимума, больше которого невозможно заработать. Потолок исчезнет.

Не сразу, но она поверила в себя, поняла, что еще не достигла своего предела.

И забрала ребенка с китайского.

Папа был сильно против. Рвал и метал. Но маму уже невозможно было остановить, она поставила достаточно жесткое условие: «Если мы поедем жить или на долгий срок гостить в Китай, – продолжим занятия». На что папа ответил: «Хорошо, я буду работать над тем, чтобы уехать в Китай».

И теперь, если он сам так туда хочет, – ему самому нужно выучить язык, начать работать с китайскими партнерами, приложить кучу усилий. Понятно, что он боится. Но коль страстно желает, у него все получится.

К счастью, в этой истории реализация родительских амбиций детскими руками не состоялась. Но у каждого в окружении найдется семья, где дети попадают в аналогичную ситуацию.

Ребенок не готов нести на своих плечах взрослые мечты. У него ведь глубоко в душе есть и свои… И он разрывается, надламывается, замыкается в себе, теряет интерес к жизни. Заканчивается все, как правило, аллергиями и бесконечными походами к врачам.

Задача родителей – не строить отношения с ребенком на основе собственных ожиданий, а дать информацию, которая поможет ему выстраивать траекторию движения по жизни.

Ведь ребенок – это капитан. Он должен научиться управлять своим кораблем самостоятельно. Мир безграничен, шансов миллиарды, путей в жизни несчетное количество! Не нужно у ребенка забирать штурвал и управлять вместо него. Родитель может показать направление, но решение «капитан корабля» принимает самостоятельно. А вы сосредоточьтесь на своем корабле. У каждого он свой.

Глава 6

Пуповина длиною в годы

Как нездоровое слияние с родителями влияет на развитие и жизненный путь детей

Когда человек растворяет себя в другом, предполагается идеальный результат – слишком высока уплаченная цена. Но идеала в жизни, как известно, не бывает. Поэтому горечь разочарований неизбежна.

Гражина Павловская, «Двуликая мать: от безусловной любви до симбиоза с ребенком»

– Я уже и не знаю, что делать. Это третий колледж, в который нас не берут. Наверное, в армию пойдем… – с экрана монитора на меня смотрела внушительных размеров, ухоженная, напористая женщина. На заднем плане в кадре виднелся долговязый подросток в очках, уткнувшийся в планшет. Я не поощряю присутствие детей на ознакомительном интервью, но тут решил промолчать – парня все равно в нашем «эфире» не было.

– Пойдете всей семьей? Военную часть выбрали? – улыбнулся я, но Евгения Петровна не поняла моего сарказма. Даже не моргнув глазом, она продолжала:

– Не уверена, что нас и в армию-то возьмут – с детства проблемы со зрением.

– У вас, Евгения Петровна? Вы носите линзы?

– Да нет же! У меня стопроцентное зрение. Читать недавно в очках начала, но это возрастная норма. У сына, у Сергея, жуткий минус на оба глаза. Поэтому армия для НАС сомнительный вариант.

– Так… Давайте с начала. Сформулируйте, пожалуйста, проблему. Что вас как мать беспокоит?

– МЫ не хотим учиться. Никуда не хотим поступать. Кроме этого гадкого Ютуба НАС вообще ничего не интересует.

– Вы сейчас о ком говорите?

– Ну, о сыне, разумеется! – Я почувствовал, что она начинает раздражаться. Но не вправе был указывать пальцем. Она должна была понять сама.

– Евгения Петровна, я буду непреклонен. Пожалуйста, сформулируйте еще раз суть проблемы.

Она глубоко вздохнула. Было очевидно, что ей уже непросто держать себя в руках, но и откровенно послать меня она тоже была еще не готова:

– Игорь, МЫ закончили девять классов, но экзамены во все колледжи проваливаем. Кроме Ютуба никаких увлечений нет. Я в тупике и искренне не понимаю, что НАМ делать.

Ну, непробиваемо. Но и мне упорства не занимать.

– Евгения Петровна, в каком году вы окончили школу?

– В прошлом. Год уже болтаемся.

– Еще раз. Вы – взрослый человек, Евгения Петровна Маленкова, мать Сергея, – в каком году окончили школу?

Она недоуменно вскинула брови:

– В 94-м… А какое это имеет значение?

– Отлично! Вы – Евгения Петровна – окончили школу в 1994 году. А Сергей?

– В прошлом…

– И теперь?..

– Теперь не знаем, чем заняться, как строить жизнь.

– Кто не знает? Кто эти «вы», которые не знают?

– Я и мой сын…

– У вас лично тоже какие-то проблемы с планами по жизни?

Планы у матери были грандиозные. Она мечтала, что Сергей закончит престижный колледж, затем университет, найдет высокооплачиваемую стабильную работу, женится и наконец-то уже даст ей пожить своей жизнью. Ей было очевидно, что проблема только лишь в Ютубе, который съедает время и убивает без того плохое зрение ее ребенка. О том, как это – «жить своей жизнью», как она это видит и что будет делать, на первом интервью я так и не добился.

– Неужели вы не слышите, как все это время задаете вопрос? Мы с вами выяснили, что лично вы школу окончили больше двадцати пяти лет назад.

– Так. И как же я тогда должна сформулировать?

– Давайте внимательно. Я вам только что объяснил, как это работает, уверен, что вы сейчас сами справитесь.

Она еще раза три повторила формулировку проблемы через «МЫ». Настолько сильно было это слияние.

– Сергей не хочет поступать в университет… – вырвалось у нее на четвертый раз. Казалось, уже от отчаяния…

Скорее всего, многие из вас увидели здесь себя. И я таким был, когда МЫ с сыном ходили на хоккей. Подобный диалог повторяется в среднем 3–4 раза, прежде чем человек понимает, что я от него хочу. Евгении Петровны, слившиеся с детьми в единое целое и не желающие отрезать наконец эту бесконечную пуповину, составляют 90 % приходящих ко мне родителей. Это грустно.

Особенно в ситуациях с мальчиками.

Пока ребенок маленький, не так режут ухо фразы «мы пописали», «мы заболели», «у нас прорезался первый зубик». Еще есть время осознать ситуацию и отделиться от малыша. Но когда человеку 35 лет, – парадоксально слышать: «мы женились», «мы работу сменили» или «мы тут приболели».

Подобное слияние зачастую столь велико, что у этого бедного «мальчика» по факту нет ни семьи, ни карьеры, ни вообще личной жизни. Он не смог оторваться. Своевременная сепарация не случилась. Результат: сын привязан к матери. И, как следствие, – он не способен самостоятельно принимать решения, выстраивать отношения с противоположным полом, со всем миром, не способен самостоятельно жить. У него никогда ничего не получается. И это невозможно. Ведь, что бы он ни начал делать – мама тут как тут! У нее на все есть собственное мнение, свое решение любого вопроса. Есть ключ от квартиры сына, она приходит, когда ей удобно, раскладывает вещи, наводит порядок, гладит ему рубашки. Знаете такие семьи? Даже если «мальчик» живет уже не один. Женщина ему нужна только как половой партнер. Во всех остальных вопросах сыну комфортно и с мамой.

Да, к сожалению, как пример мы берем маму, потому что сильная, даже болезненная привязанность со стороны родителей к ребенку чаще встречается именно у женщин. Такие матери постоянно думают о младенце, стараются всегда быть рядом, посвящают ему все свое время. Им сложно оставить ребенка с другими, даже с папой или с бабушкой. Не могут найти няню, довериться ей.

В медицине такое слияние считается нормой, пока в крови женщины бушуют послеродовые гормоны. Природа автоматически включает программу заботы о потомстве. Однако, как любая химическая реакция в крови, и она должна своевременно заканчиваться. Поэтому дико слышать «МЫ» в контексте разговора о подростке или, подавно, женатом/замужнем взрослом ребенке.

Симбиотические отношения встречаются и среди пап. Глубокому, болезненному слиянию, как правило, способствуют трагические события или сильное присоединение к матери ребенка. Такой «коллективный симбиоз». Но в целом, все, о чем поговорим далее, может проявляться хоть у мам, хоть у пап.

Давайте разбираться, зачем подобная созависимость нужна и как она влияет на детей. А главное, что же с ней делать родителям.

Эмоциональная пуповина приезжает еще из роддома. «Ну вот, мы покакали», «Мы уже искупались. Сейчас гулять пойдем», «Мы покушали», «Сегодня кашляем». Это объяснимо, потому что многие действия совершают родитель и младенец вместе.

Но вместе с тем, когда родитель начинает постоянно говорить с позиции «мы», он с первых же дней лишает ребенка самостоятельности – а значит, и собственной жизни.

Не говоря уже о том, что нет полноценной жизни и у взрослых.

После рождения ребенка родители часто подстраивают под него свой режим. Самый наглядный пример – пока малыш спит, все разговаривают шепотом и ходят на цыпочках. Но крепкий сон днем обещает «веселую», бодрую ночь – биоритмы сбиваются.

До полутора лет моя дочь спокойно спала вместе с нами по 8–9 часов, как раз потому, что мы никогда особым образом не оберегали ее дневной сон.

Разумнее не менять кардинально свой образ жизни, а встраивать малыша в ваш привычный режим. Ночью мама и папа спят, вокруг темно, и ребенок тоже уходит в глубокий сон. Это он попадает в семью мамы и папы, а значит, ему придется приспосабливаться к их повседневной жизни.

Важно понимать: мир не должен крутиться вокруг детей. Но часто получается, что с рождением ребенка фокус родителей полностью перемещается на него. Мама отказывается от хобби, подруг, ухода за собой, папа полностью подстраивает график под ребенка. Родители забывают о себе, друг о друге, ставят детей на первое место и начинают жить ради них.

Только привязанность к ребенку – не равно любви к нему. Почему? Что же во всем этом плохого?

Во-первых, у человека, который присоединен к другому человеку, полностью отсутствуют личные границы. Если взрослый не видит и не уважает границ ребенка, он не умеет устанавливать и свои. И речь не только о стуке в дверь детской или заглядывании в школьный рюкзак. Родитель с позицией «мы» не только лишает ребенка собственного физического пространства, но и психологически захватывает чадо, лишает его собственной точки зрения. Контролируя ребенка, он сужает зону его развития. В любом возрасте. Насколько важно не вмешиваться в личную жизнь взрослого человека, настолько важно давать возможность ребенку иметь и высказывать свое мнение.

Но когда взрослый заявляет «я знаю, как лучше», он автоматически возвышается, демонстрируя тем самым, что мнение ребенка не важно. Помните пример с начальником? Вы приносите новую крутую идею, а вам в ответ: «Не умничай, делай, как я сказал. Я лучше тебя знаю, что нужно вашему отделу. Вот станешь сам начальником – тогда и будешь командовать». Какова будет ваша внутренняя реакция? Разочарование, неуверенность в себе. И полная потеря желания проявлять инициативу в дальнейшем. У детей, не имеющих возможности высказаться, происходит ровно то же самое.

Может, он и хочет по-своему, но еще не знает, как выразить мысль. Как следствие: такие дети не понимают, чего они хотят, не чувствуют своего тела – жарко им или холодно, наелись они или голодны. Человек утрачивает способность понимать себя. Незачем – родители лучше знают.

Жестокое, унизительное для человека нарушение психологических границ происходит, когда родители говорят: «Ты занимаешься ерундой». Решать за детей, что для них важно, а что нет, давать оценку их делам – опасно. Лучше обсудить с ребенком, чем он занимается и для чего ему это нужно.

Возможность мечтать, фантазировать – это бесконечно важно для детей!

Не ограничивайте их словами «брось ты это», «так не бывает», «этого не существует», «лучше займись делом, чем глупости выдумывать». Это самое настоящее психологическое насилие. Да-да! В таких, казалось бы, совершенно безобидных словах.

До подросткового возраста у детей стерты границы между реальностью и вымыслом. Именно поэтому они не различают в полумраке: кончик шарфа торчит из гардероба или лапа монстра. Не сформированы еще области головного мозга, отвечающие за объективный взгляд на мир. Поэтому фантазия – неотъемлемая часть их жизни. Воображая, они примеряют на себя различные роли, анализируя в игре, каково это – быть злодеем или доброй феей. Подходит ли им это?

Но когда родитель обесценивает детскую фантазию, он обрубает возможности для внутреннего роста, для развития личности.

Кроме того, мечта – это энергия, которая дает нам силы жить и действовать. Откуда им взяться, если мама с папой с детства запрещают человеку мечтать?..

Пубертат – 13–16 лет – тот самый возраст, когда сепарация от родителей просто обязана произойти естественным образом. Если малыши в процессе познания мира часто пробуют на прочность родительские границы, то подростки активно сосредоточены на том, чтобы отстраивать их, воздвигая неприступные стены между собой и родителем. В этот период скорость отстройки границ ребенка возрастает в геометрической прогрессии. Но родители, которые до сих пор находятся в слиянии, чаще всего пытаются эти границы сломать. Особенно мамочки, которые не желают признавать, что их дети выросли.

Стоит ли лишний раз говорить, что переходный возраст – испытание для всех членов семьи. Ваш пушистый пупсик начинает меняться, превращается в совершенно другого человека. В его голове формируются новые нейронные связи, а многие из уже сформированных разрушаются за ненадобностью. Бегал перед глазами всегда такой маленький, ненаглядный, «мой хороший». А тут вдруг такой мужик или девка «чокает» и фыркает на любой вопрос, выглядит непонятно, ведет себя агрессивно. Заходишь в комнату – из-под одеяла торчит не нежная розовая пяточка, а волосатая нога 42-го размера. И пахнет в комнате вовсе не розовыми единорогами, а чужими, взрослыми, резкими запахами.

Родителям сложно такое принять.

Нужно вовремя перестроиться и понять: детство прошло. Пупсика больше не будет. И это важно осознавать. Не тащить ребенка обратно в роль малыша.

Как бы ни было больно в этот момент, истинно взрослый, осознанный родитель понимает, что это совершенно нормальный процесс. И он обязательно закончится. Если пройти его достойно, все встанет на свои места. Помните анекдот с 41 страницы? Мама и папа снова будут нужными и значимыми. Но только при условии, что в подростковом возрасте они уважительно относились к границам ребенка, понимали и принимали его потребность в сепарации и самостоятельном развитии.

Ведь главная задача подросткового переходного возраста – отделиться от родителей.

Это важный, задуманный самой природой жизненный этап, проходя который ребенок должен стать в первую очередь психологически самостоятельной, независимой от родителей личностью. Для того чтобы в дальнейшем создать собственную семью. Все его действия, слова, реакции и даже запах – все направлено на сепарацию.

Нежелание парней мыться и стричься, потребность девочек выглядеть так, чтобы вызывать у родителей отвращение, – это не что иное, как естественный механизм отделения от родителя. Особенно от родителя противоположного пола. Таким нехитрым способом тело ограждает нас от инцеста. Как бы это ни звучало, но в дикой природе нет такого понятия. А самая древняя часть нашего мозга – животная часть. Она и командует такого рода процессами.

При этом в организме ребенка происходят изменения, которые сопровождаются мощнейшими нагрузками. Непонятные перепады настроения, страхи и отчаянные попытки поиска себя, непропорционально растущие во все стороны части тела, эти жуткие волосы везде где ни попадя и пресловутые запахи – ребенку это доставляет дискомфорт не меньше, чем родителям.

Но в отличие от детей мы – взрослые – обладаем знаниями. И что немаловажно, должны владеть навыком самоконтроля. А значит, способны помочь своим детям, как минимум созданием безопасной среды для преодоления этого периода. Как максимум, избавлением их от дополнительных проблем в виде внеплановых нравоучений и оскорблений в стиле «Что за идиотский внешний вид?» или «Выруби немедленно эти отвратительные звуки. Как можно называть это музыкой?».

Если с пониманием пройти подростковую сепарацию, то можно предполагать, что со временем ребенок снова станет «нормальным человеком». Юношеский максимализм и нигилизм, отказ от всего важного и ценного закончатся. Человек продолжит жизненный путь, используя те знания, те принципы и навыки, которые получил в раннем детстве.

А пока, крепко ухватившись за лозунг «это нормально, и это пройдет», вся семья должна перестроиться на новый лад. Мы должны понимать, что с нами теперь живет по большому счету еще один взрослый человек, у которого есть свои желания и эмоции. И с ними надо считаться.

В нашем, еще не совсем ушедшем от авторитарности в вопросах воспитания, обществе психологи только сейчас начали поднимать на флаги важность и нужность сепарации. Лет 30 назад любой активно сепарирующийся подросток быстренько причислялся к стану хулиганов и «потерянных для общества». По сей день редкий родитель осознанно проходит процесс отделения. В большинстве случаев, напичканные напутствиями дети идут в университет, выбранный родителями, заканчивают его и скорее уже устраиваются на «достойную» работу. Только бы мама с папой были спокойны. Других родители держат на финансовой удочке. У третьих выбранный путь – семейная традиция, и нарушать ее нельзя.

В таких ситуациях у ребенка теряется понимание, что его жизнь принадлежит ему. А ведь этому человеку еще предстоит стать женой/мужем, отстраивать заново свои границы во взрослой жизни.

В современном мире подростковый возраст отягощен бонусами от социума. 14 лет – это период принятия важных решений. Как закончить школу? Куда пойти учиться? Кем устроиться работать?

У родителей на этой почве снова случаются флешбэки. Все, чего они не испытали в своем подростковом возрасте, вдруг вываливается на головы детей:

– Мы тебе плохого не посоветуем.

Вот она, неразорванная пуповина, как яркое проявление нереализованных амбиций. Мы говорили об этом в пятой главе: мама или папа хотят в ребенке воплотить все, чего сами не смогли добиться.

Также взрослые говорят про своих детей через множественное число, через слияние или симбиоз, когда у них нет собственной жизни, зато есть проблемы с самореализацией. Тогда жизнь ребенка для них гораздо интереснее и важнее. Вспоминаете? Этот вариант мы подробно изучили в первом отражении.

Скорее всего, после рождения ребенка мама стала уделять меньше внимания своей жизни, интересам, например, работе, и теперь не может себя реализовать ни в чем другом, кроме материнства. Тогда она перекидывает самореализацию на ребенка. Начинается полное слияние с ним – «у нас первый зубик», «мы пошли в садик», «мы закончили школу», «мы выбираем институт». Этого быть не должно. Каждый взрослый человек должен самореализовываться. Так мы устроены.

Решение: заняться новым делом или вспомнить про увлечения. Заняться собой, для себя. И тогда нездоровая привязанность уйдет.

Еще один вариант потребности в симбиозе, когда родители активно стремятся дружить со своими детьми. Что может быть плохого в дружбе? Сегодня мамы и папы часто гордятся якобы свободными, партнерскими отношениями с младшим поколением. Современная мама ходит по тусовкам вместе с дочерью. И не различить, кто из них старше. Современная бабушка позволяет обращаться к ней только по имени. Такие взрослые делят с детьми и горе, и радости. Но если с радостями все более-менее понятно, то далеко не все горести стоит разделять с детьми. Зачастую такие родители не особо анализируют возраст «друга», а также его жизненный опыт и эмоциональную зрелость.

«Папа от нас ушел» – одна из самых страшных формулировок через слияние. «Мы разорены», «нас предали», «мы не должны с ними больше общаться». Все эти фразы упаковывают родителя и ребенка в оболочку одной общей проблемы. Я предлагаю не углубляться сейчас в отчаянные попытки прояснить, что не папа ушел от ребенка, а муж от жены, что разорены не вы с ребенком, а компания, состоящая из опытных и образованных людей (и так иногда случается), что вас обоих, и ребенка в частности, никто не предавал, возникло недопонимание, и даже, возможно, разрушились отношения между взрослыми людьми.

Главное, что я хочу до вас донести: как бы там ни было, ребенок должен оставаться ребенком.

В этих отношениях взрослый – вы! Никакие жизненные ситуации не должны переворачивать роли в семье с ног на голову. Не может ребенок быть в иерархии равным родителям. Так задумано природой.

Когда «по дружбе» родители присоединяют ребенка к собственной проблеме или, того хуже, призывают его к совместному решению, они лишают его детства. Ребенок автоматически становится в позицию взрослого. Равного. Или даже старшего. А взрослый при этом попадает в роль жертвы, которая нуждается в помощи и защите. Такая расстановка ролей рисует весьма неприглядные жизненные сценарии, передающиеся из поколения в поколение.

Если маленькому ребенку приходится исполнять роль ответственного взрослого, самого сильного в семье, значит, помощи ждать неоткуда. Значит, «я не в безопасности». Это прямая дорогая к неврастении. А от нее недолго и до позиции жертвы, которую так наглядно демонстрировали родители. Этакая игра получается. Нездоровые отношения с мамой и папой приводят к аналогичным нездоровым отношениям с собственными детьми.

Еще вернемся к этому вопросу в следующей главе.

Нездоровое слияние может проявляться и с той, и с другой стороны. То есть возможен вариант, когда ребенок испытывает дефицит внимания и не отходит от родителей ни на шаг, «за юбку держится». И это может длиться годами.

Если даже маленький ребенок совершенно не дает свободы, постоянно рядом, не может оторваться от мамы, – это тревожный сигнал. Это повод задуматься о себе и своих отношениях с окружающими. Почему малыш видит угрозу вашим с ним отношениям? Почему постоянно перепроверяет вашу связь на прочность? Почему не может насытиться общением? Все эти вопросы важно направить на анализ собственной жизни, своего психологического состояния. Даже если вы рядом 24 часа в сутки, но и этого ребенку не хватает для обретения уверенности, – обратите внимание на качество проведенного вместе времени.

Не надо себя винить, что мало проводите времени вместе. Лучше обратите внимание, как именно вы это делаете. Важно не количество, а качество. Помните? Нужно отличать «время с ребенком» и «время рядом с ребенком». Если он в планшете, а вы сидите за компьютером, занимаетесь своими делами, – вместе ли вы?

Важно хотя бы один час в день быть с ребенком в контакте, общаться, находить и обсуждать общие интересы, говорить, что вы его любите, и быть полностью вовлеченным в диалог.

Пусть время, проведенное вместе, будет удовольствием для всех. Временем, когда мы не терпим, а искренне наслаждаемся каждой минутой, с удовольствием делимся информацией, изучаем своего ребенка.

Во время игр и чтения дайте ему возможность рассуждать и делать выводы, поддерживайте его интерес. Это тоже про выстраивание границ. И про взаимное уважение, про признание самостоятельности этой маленькой личности. Про все ту же подготовку к самостоятельной жизни.

Если «отпускать» постепенно, сперва в мелочах, в ближайшей, безопасной зоне развития, то в подростковом возрасте естественная сепарация произойдет намного легче и безболезненнее. Для всех.

Страхи всегда мешают развитию. Как его отпустить?! В нем же вся жизнь! Я 15 лет на него потратил, вложил в него столько сил и любви! Кому теперь эту любовь отдавать? Жене? Мужу? Ну не себе же!

Так и образуются эти великовозрастные «МЫ». Без собственного личного пространства, времени, планов и интересов.

Ребенок вырастает. Ему уже 35 лет. Он создает, как может, свою семью, у него появляются дети. А мама по-прежнему вовлечена в его жизнь. Будто ребенку все еще 10.

Соответственно, она сама полноценно не живет, и детям своим нормально жить не дает.

Потому что родители не смогли вовремя разорвать пуповину. Во многих парах мысль, что чадо уйдет и супруги останутся одни, невыносима. Мучительно опять остаться один на один без ребенка. Много лет эти два человека были папой и мамой, а теперь им снова нужно вернуться в роли мужа и жены. А они капец какие некомфортные! В течение 15–20 лет эти люди не давали себе возможности полноценно уделять друг другу внимание, отдыхать вдвоем. Они разучились это делать. Они изменились, обрели новые привычки и пристрастия. Если они не умеют быть друг для друга мужем и женой, конечно, отпустить ребенка им сложно.

Почему в некоторых семьях между детьми очень большая разница в возрасте? Когда старший ребенок активно сепарируется, родителей душат страхи о будущей невостребованности. Что же они будут делать, когда птенчик выпорхнет из родительского гнезда во взрослую жизнь? Нужно срочно завести еще одного птенчика! Продлить прекрасное родительство на новые 15 лет.

Чаще всего это происходит неосознанно. Сперва начинаются неконтролируемые ссоры. А затем появляется новый объект воспитания. Родители рожают еще одного ребенка, а старшего отпускают.

Но здесь таятся другие риски: у старшего ребенка может возникнуть ощущение, что его бросили. Столько лет опекали, проявляли заботу, проходу своим воспитанием не давали. И вдруг появился новый маленький человек и забрал все родительское внимание на себя.

– Ну все, ты уже взрослый, можешь делать, что хочешь!

А подросток вообще не понимает, что происходит. Воспитанный в слиянии, он не готов к самостоятельной жизни. В него не вложили уверенность в себе и осознанность. Напротив, за него всегда принимали все решения, строили планы и просчитывали ходы. Теперь он остается совершенно неподготовленным, один на один с этим миром и огромным количеством вопросов. И конечно, со злостью на родителей.

Именно в подростковом возрасте дети обычно убегают из дома. Начинают заниматься тем, что им не свойственно. Потому что подсознательно хотят скорее стать взрослыми, которые курят, пьют, матерятся и рожают детей. У них часто нет глубинного понимания, в чем же она, эта взрослость, заключается. Ведь оно формируется постепенно. Из образа значимого взрослого. Самостоятельного и самодостаточного. А не из взрослого, который не способен отделить себя от ребенка.

Совершенно очевидно, что сепарация некомфортна для всех участников процесса. Разрыв происходит на обоих концах пуповины. И это больно. Никто не хочет менять свое уже понятное и привычное состояние. Поэтому, чтобы не покидать ставшие естественными роли, многие родители торопят детей быстрее рожать внуков. Знакомо?

Альтернатива, когда самим перекрывать образовавшуюся пустоту уже поздно. Внуки – удобный вариант! С внуками жизнь начинает играть новыми красками.

Но ведь все это серьезный повод задуматься! Почему вы так стремитесь наполнить свою жизнь другими, да, дорогими, да, близкими, но все-таки другими, дополнительными людьми. Все ли в порядке у вас в отношениях?

Бесконечно радуют осознанные бабушки и дедушки. Просишь их с внуками посидеть, а в ответ:

– У нас самолет до Австралии через два дня! Вам с няней помочь? Можем денег дать.

Это не означает, что они не любят внуков. Они показывают детям, что у них есть свои границы, своя жизнь. Достойно уважения!

Но гораздо чаще встречаются пары, которые не умеют быть вдвоем. Они как будто не вместе, ведут себя, как кошка с собакой. Им легче молчать, они не могут оставаться наедине друг с другом, у них нет общих интересов, кроме детей или внуков.

Или родитель, который не умеет быть наедине с собой, не интересен сам себе, не самодостаточен. Он сидит и ждет, когда же дети приедут, когда внуков привезут?!

Так и продолжает крутиться из века в век это «колесо Сансары». Поколения созависимых детей и родителей, неспособных жить полноценной счастливой жизнью. Кто же остановится первым? Нельзя пускать такие вопросы на самотек. Нужно показывать детям, как это – быть взрослыми, на собственном примере. Не на словах, а на деле демонстрировать ребенку: «Я дал тебе все, что мог, подготовил тебя к самостоятельной жизни. Теперь перехожу на уровень поддержки. Не бросаю тебя, но готовлю к этой ответственности. Если хочешь посоветоваться, я готов поделиться с тобой мнением и помочь совершить первые шаги».

Например, мы с Матвеем давно договорились, что учебу я ему оплачиваю до 18 лет. Дальше – 50 на 50. Он начинает зарабатывать и подключается к оплате своих расходов до окончания учебы. Он готов к этому.

Я также говорю ему, что все, что есть у меня, – это мое. Например, я не отдам ему свою машину. И не буду переписывать на него свой бизнес. И это не проявление жадности. Я просто не хочу его лишать собственной жизни. Захочет развивать свое дело – пожалуйста. Скажет: «Папа, я бы хотел у тебя поучиться. Можно на тебя поработать?» И такой вариант приму.

У меня в Дубае есть грамотный финансовый аналитик, который открыл свою школу. Я предложил Матвею поучиться: «Сынок, честно сказать, сам я в фондовых рынках не очень разбираюсь, но тебе предлагаю попробовать разобраться. Вдруг понравится, и ты реально научишься зарабатывать на бирже».

То есть я предоставил возможность, оставляя за сыном право отказаться от нее. К моему удовольствию, он предложение принял. Ему стало интересно. Сейчас он уже владеет небольшим пакетом акций.

Конечно, нельзя просто в 18 лет сказать: «Теперь ты большой, давай – все сам!» Важно постепенно готовить детей к самостоятельности, показывать жизнь, ее возможности и ресурсы. Имеет смысл научить и финансовой грамотности, и стирке носков, и приготовлению каши. Может, он в жизни стирать носки не будет, может, через 15 лет мы все будем пользоваться одноразовыми, но моя задача, как родителя, – показать, дать инструменты.

И я, в свою очередь, тоже готовлюсь к тому, что в 18 у сына начнется совершенно другая жизнь.

Переходный возраст – этакое перманентное состояние. Заканчивается один – начинается другой. И каждый такой период отличается от предыдущего. Просто при самых первых переходах есть помощники – родители, которые готовят нас к предстоящему пути. А дальше мы уже сами справляемся со своими внутренними изменениями. Важно показать ребенку: если мы находимся в переходном периоде, мы тоже испытываем необычные чувства. При этом мы по-прежнему остаемся близкими и надежными друг для друга. Просто немного меняемся.

У меня самого сейчас очередной переходный возраст – 40 лет. Сын видит это. Я делюсь с ним переживаниями. (Не путайте «делиться переживаниями» со «сваливанием на детские головы проблем»!) Я рассказываю ему, как мне непросто. Он это понимает. Я ему не жалуюсь, а показываю:

– Сынок, у тебя тоже это будет. Ты должен понимать, что в жизни так происходит всегда: и с возрастом мы переходим из одного состояния в другое. Мы меняемся непрерывно, и порой на это требуется чуть больше сил, чем обычно. Это надо понимать. Надо любить себя разного в разных состояниях и на разных этапах этой прекрасной жизни. Надо принимать, что любой переходный период означает лишь новый виток, новый этап роста и развития. Означает, что мы идем дальше.

Такие отношения возможны лишь тогда, когда у взрослых есть своя собственная жизнь и они готовы ко встрече с ней лицом к лицу.

Минутка самоанализа

Чем была наполнена ваша жизнь последние 15 лет? Насколько вы самореализованы? Насколько хорошо умеете проводить время с самим собой, с супругом или партнером?

Безусловно, неразорванная эмоциональная пуповина не мешает нам дышать физически и не заплетается в ногах. Мы вполне в состоянии самостоятельно передвигаться по планете. И все же, предлагаю поизучать себя и свои отношения с миром в этом разрезе.

Практика «Сами с усами»

На вечерней пятиминутке ответьте на следующие вопросы:

1. Перечислите 10 дел, которыми ребенок может заниматься самостоятельно, без вашего участия. Речь идет не об уроках или «развивайках», а о занятиях в удовольствие, о способности увлекательно проводить время по собственному желанию.

2. Составьте список из 10 дел, которые вы с удовольствием можете делать в одиночестве.

3. Составьте перечень занятий и увлечений, которые вы предпочитаете делить с партнером. Не буду мучить вас точным числом. Напишите, сколько захотите, от души.

Теперь рекомендую вам остановиться в чтении и как следует подумать над вашими списками. Уделите процессу качественное время. Например, если читаете днем, вечер посвятите анализу задания, а книгу отложите до завтра.

Составили? Получилось наполнить все три списка? Примите мои поздравления! У вас все чудесно с самоидентификацией и способностью жить своей собственной жизнью!

Если же возникли сложности хоть с одним из списков – это повод задуматься. Не пора ли вам сконцентрироваться на себе или своих отношениях с партнером? Задайтесь целью наполнить предложенные списки в конкретный срок. Прямо отметьте в календаре дату, когда они должны быть готовы. И затем регулярно возвращайтесь к ним, добавляя новые пункты.

Согласен, эта работа может отнять и много времени, и сил. Ведь сперва родитель блокирует свои привычки, желания, свой внутренний мир, а потом говорит: «Я же это сделал ради ребенка. Я готов быть жертвой, лишь бы моему любимому детке было хорошо».

Но важно понимать: так родитель перекладывает ответственность на детей, особенно, когда постоянно подчеркивает: «Только для тебя я живу», «Сделал это ради тебя», «Много работаю, чтобы у тебя все было». Дети это слушают, осознают и выращивают в душе огромный внутренний долг перед родителями. И чем чаще родители используют такие выражения, тем глубже ребенок испытывает чувство «я им должен». Привет, треугольник Карпмана[8].

Замените «ради тебя» на «из-за тебя». По сути, эффект равнозначен. Просто «из-за тебя» – это буквальное обвинение. Еще более понятное и явное. «Из-за тебя я терплю твоего отца/твою маму» – жертвенная и опасная для ребенка постановка вопроса. Когда вместо решения своих проблем в личной жизни, родители делают детей виновниками: «Из-за тебя я отказалась от карьеры», «Из-за тебя я не уехал в столицу» – это такое же перекладывание ответственности на ребенка.

Долг и вина, так же как обида и стыд, – одни из самых главных причин развития тяжелых заболеваний и зависимостей.

Да, именно так. Алкоголизм, наркомания и даже трудоголизм – потомки этих тяжелых психологических состояний.

Ведь как устроен механизм развития зависимости? Человек употребляет алкоголь (например, находясь в роли жертвы) в поисках облегчения душевных мук в состоянии опьянения. Недаром в измененном сознании люди полностью избавляются от чувства стыда и ответственности. Пьяный или наркоман легко идет на преступления как против закона, так и против совести.

Когда же человек трезвеет, возвращается в эту суровую реальность, осознает, что делал. И попадает в новый виток вины, обиды или чувства долженствования. А как от этих мучений избавиться? Верно! Снова выпить!

Ровно так же, шаг в шаг, развивается абсолютно любая зависимость. Человек уходит от реальности в компьютерные игры или в работу, где обретает статус героя, уважение окружающих. Так он избавляется от боли, которую получает там, где этих статуса и уважения нет. Вынырнул из виртуального мира, а тут – вечно недовольные родители, которые унижают, обесценивают чувства и диктуют свои требования.

В любом возрасте человек с любым типом зависимости рано или поздно начинает болеть. И если с алкоголем все прозрачно, то, например, с уходом в виртуальную реальность немного сложнее.

Находящимся в отчаянии родителям проще обвинить гаджеты в ужасном влиянии на зрение. Гораздо сложнее признаться себе, что сам загоняешь ребенка в это болезненное состояние.

Помните, что для каждого ребенка родитель очень-очень долго остается чуть ли не божеством? И каждый ребенок бесконечно стремится быть послушным для своего значимого взрослого. Так вот, если мама постоянно твердит, что мой канал на Ютубе – это плохо, значит, я плохой. Значит, мое занятие плохое. Но при этом, оно поднимает мой статус в глазах сверстников, поэтому отказаться от этого занятия я не могу.

Получается, что этот канал жизненно ему необходим. И что в итоге?

Подросток попадает в состояние неразрешимого конфликта. Ему не остается ничего, кроме как ограничивать себя в любимом деле на уровне тела. Психосоматику никто не отменял. Чтобы буквально не иметь возможности смотреть Ютуб, человек начинает терять зрение…

Именно в такую ситуацию попали Евгения Петровна с Сергеем. Но чтобы раскрутить этот клубок, нам нужно было начать с осознания, как глубоко мама погрузилась в жизнь сына.

– Браво! – откровенно порадовался я, когда на очередном витке Евгения Петровна таки сформулировала проблему в терминах «Я» и «мой ребенок». – До сих пор вы твердили не про Сергея, не про себя, а про неких ВАС. Вы сына соединили с собой. В вашем запросе не было ни его, ни вас, как матери, а только непонятное, аморфное «МЫ».

Последовала долгая пауза. На лице Евгении Петровны начали мелькать эмоции, видимо, вызываемые наступившим озарением. Я терпеливо дождался, пока она вернется в диалог. Наконец она сказала:

– Кажется, я начинаю понимать. Пока я выбираю, как «нам» жить, я и сама при этом толком не живу… Что же я творю?..

Болезненное, но освобождающее открытие. Которое лучше совершить «поздно», чем никогда. Хотя, пока мы живы и здоровы, «поздно» быть не может.

Она продолжила занятия в школе. А параллельно начала посещать психотерапевта.

Через некоторое время я услышал от нее уважительные высказывания о Ютуб-канале Сергея. В моменты качественного совместного времени мама позволила себе поглубже заглянуть в этот мир. Как оказалось, ребенок серьезно занимался монтажом видео, ему платили за этот труд и за рекламу на канале. Который, к слову о «глупостях», насчитывал больше 50 тысяч подписчиков!

Евгения Петровна пошла на курсы скетчинга и всерьез увлеклась созданием собственного блога в Инстаграме на эту тему. Тогда и пришло осознание, как много труда и знаний требует увлечение ее ребенка.

Следующим шагом в осознанное родительство стало предложение Сергею реальной помощи в ЕГО деле.

«Спросила его вчера вечером, что ему нужно, чтобы дальше развиваться в этом направлении, – рассказывала Евгения Петровна на последнем занятии. – Он сказал, что ему не хватает пары десятков тысяч рублей на новую видеокарту. А потом попросил меня помочь в выборе курса видеомонтажа. Мол, изучает этот рынок несколько месяцев, но никак не может определить, кому все-таки лучше заплатить за обучение. И на сами курсы уже накопил, денег, говорит, не надо, подскажи только, как выбрать. Я так обрадовалась, что он обратился ко мне за советом! Это же неописуемое счастье: видеть, как горят его глаза, когда он рассказывает об очередном освоенном инструменте в редакторе!»

Но главное чудо этой семьи долетело до меня спустя год. Пришло сообщение от Евгении Петровны: «Игорь, Сергей в очередной раз проверял зрение. Врач обнаружила положительную динамику!»

Если вы полностью отказались от своих интересов и увлечений – это ваш выбор. И опять же, ваш выбор жить жизнью своего ребенка, блокируя его собственный путь и развитие. Но стоит задуматься, что все вы теряете в этот момент, обретая иллюзорное счастье самозабвенного погружения друг в друга.

Не хороните себя ради детей, им не расплатиться с вами за такую жертву. Давайте любить их безусловно, ничего не требуя взамен.

Глава 7

Отцы или дети?

Как смещение ролей между детьми и взрослыми приводят к проблемам в личной жизни и карьере

Задача родителей – кормить, одевать, защищать, воспитывать, направлять и подсказывать, как поступить в том или ином случае. Дело детей – с одной стороны, следовать родительским наставлениям, а с другой – шалить и нарушать установленные нами правила, пытаясь нащупать границы дозволенного. Если эту систему перевернуть с ног на голову, дети окажутся на позиции взрослого, что абсолютно противоестественно.

Марина Мелия, «Почему вредно дружить со своими детьми»

– Я очень ждал той встречи. Заранее сам собрался, готовился. По договоренности мама привела меня к нему и ушла по своим делам. Она помахала мне и закрыла дверь с той стороны, оставив меня в темном коридоре… – я вдруг понял, что совсем не дышу.

В горле неприятно саднило. Я стал оглядываться вокруг, будто желая убедиться, что нахожусь в светлом просторном кабинете, на приеме… Психотерапевт, уловив мое непроизвольное движение рукой, протянула стакан воды.

– У него были гости, – продолжал я. – Так часто случалось в те дни. Образ жизни моего отца, мягко говоря, нельзя было назвать… здоровым. После развода он периодически забирал меня. И хотя, видимо, делал это регулярно, в моей памяти таких дней отложилось немного.

– Все верно. Твоя психика просто блокировала эти воспоминания. Что ты чувствовал, сидя в том коридоре?

– Мне было очень одиноко. Я чувствовал себя ненужным, брошенным.

– То есть он забирал тебя, но при этом не был с тобой?

– Да, формально, я проводил с ним время, но мы не общались. Ну а как общаться-то, в таком… в незожном состоянии… Я тогда не особо об этом задумывался. Просто был рад встречам. Все-таки это папа.

– Сколько тебе было?

– Лет 8. Помню, уже прилично стемнело. Папа курил тогда. Он вышел в коридор и долго шарился по карманам, никак не мог найти сигареты. Потом начал одеваться, решил пойти в киоск. Но завалился на бок. Выскочила его новая супруга, отняла куртку, не пустила… Я смотрел на него и очень переживал. Мне казалось, что ему так плохо. И отчаянно хотелось помочь. Я вдруг вспомнил, что видел пачку в одном из ящиков. Подбежал, достал их и говорю: «Пап, вот твои сигареты». И он так обрадовался! Просто просиял! Даже приобнял меня и потрепал по голове…

Кто-то, видимо, откачал весь кислород из комнаты. Я встал, подошел к окну и распахнул его. По щекам потекли слезы.

Терапевт молчала. Дала мне продышаться. Когда я снова посмотрел на нее, спросила:

– Можешь сказать, в чем причина этих слез?

– Я заслужил его внимание на какие-то жалкие минуты тем, что нашел помятую пачку сигарет. Я нашел для папы его СИГАРЕТЫ. Он был так рад, так хвалил меня! Казалось, что я лопну от восторга и гордости. Я был таким сильным, умным и взрослым! Я был его спасителем! Но это длилось жалкие пару минут. Так прошел наш единственный контакт за весь вечер. Через несколько часов мама пришла и забрала меня с того же места, где оставила…

К моменту, когда я попал на эту психотерапевтическую сессию, в моей голове уже было достаточно знаний об ответственности, жертвенности и спасательстве, об отношениях с родителями и о правильной иерархии в семье. Я сознательно пошел в терапию, чтобы расставить по местам роли в отношениях с родителями.

Это был один из первых сеансов по проработке папы. Вскрывшееся воспоминание никогда не было со мной на уровне сознания. Я совершенно не помнил ни папиного состояния, ни этой квартиры, ни каких-либо встреч вообще. История как-будто выскочила на меня из-за угла в переулке и опалила пламенем обиды. Последующие несколько недель я оплакивал одинокого героического мальчика из темного коридора, который спустя совсем немного лет принял решение стать старшим в семье и сильным для всех…

Мои обиды постепенно привели к полному разрушению отношений с папой. Будучи уже взрослым, я выяснил, что это был прочно закрепившейся в нашей семье сценарий. Традиция, передающаяся из поколения в поколение. Когда дедушка – царствие ему небесное – умер, мы с отцом совсем перестали общаться. Вообще. Я исключил его из своей системы отношений с миром.

Родители разошлись, когда мне было 7 лет. Долгое время я думал, что их разрыв никак на меня не повлиял. То есть я так считал: у меня есть биологический папа, который подарил мне жизнь, – на этом все. Спасибо.

Редкое общение было скорее условным. Не было ни тепла, ни взаимного интереса. Я никогда не приходил к отцу за советом или просто попить чайку, поинтересоваться, как дела. И мы бесконечно ругались. Особенно из-за деда, из-за их отношений. Для меня отец был каким-то… монстром во плоти. Я вообще не понимал, как можно так себя вести со своим родителем. Я жестко осуждал папино поведение и поступки по отношению к деду. Мне было совершенно непонятно, как можно повышать на него голос?! Как можно материться в его присутствии?! Почему мой отец смел ставить себя в позицию старшего, главного, более умного, опытного?!

В то время я не задумывался о значимости и сути иерархии в семье, не оценивал с точки зрения здравого смысла, кто кому «старший». Я рассуждал, основываясь исключительно на эмоциях. Использовал ярлыки, привычные оценки и суждения «что такое хорошо» и «что такое плохо». А так как с дедом у меня были более близкие отношения, в моей жизни он всегда был значимым мужчиной, то, по умолчанию, я требовал уважительного отношения к нему.

Однако со временем случилось так, что я невольно встал на путь своего отца. После окончания универа я официально взял на себя роль главы семьи. Мне казалось, что это совершенно нормально и закономерно. «Вы все не справляетесь. Я сам буду ухаживать за дедом, обеспечивать себя и его. Мама, я буду тебе помогать». И… всех это устроило.

И послужило поводом для окончательного разрыва с отцом.

Так для своих родителей я стал папой. Для мамы холодным и опекающим, а для папы – таким же, каким он был для меня – безучастным, отсутствующим, существующим лишь номинально, по документам. Я минимизировал общение с ним. Сам того не понимая, просто вернул ему его родительство.

Часто дети, вырастая, становятся родителями для своих родителей. Начинают их опекать, говорить им, что и как лучше делать. Те, в свою очередь, быстренько превращаются в детей. Роли меняются. Семейная иерархия переворачивается с ног на голову.

Казалось бы, что особенного. Это достаточно логичная картина, ведь старики становятся как дети. А при такой схеме все востребованы, все обеспечены вниманием, теплом и эмоциями – сплошные плюсы!

– Вот вам внуки. Сидите, нянчитесь, нечего работать.

Я сам прошел через это. Совершенно намеренно нарушил расстановку ролей в семье. Если рядом внуки – маме классно. Маме классно, внукам классно – и мне просто супер! А уж деньгами я всех их обеспечу. И в целом, относительно неплохо справлялся с этой задачей. Если бы не давящее ощущение тоски.

Такая тоска ведет современных мужчин в бары. Выстраивает жизнь от пятницы до пятницы. Нет, я не дошел до этого рубежа, но был неприлично близок.

Видели бы вы мои фото пяти-, шестилетней давности! С них смотрит человек лет на 10 старше, чем я сейчас… И я не просто выглядел так, а так себя ощущал. Мне стало казаться, что жизнь состоялась. Все, что было интересного, уже произошло. Я добился в жизни всего, чего мог. Семья, дети, мама под боком, друзья, всегда доступная возможность поехать куда угодно отдыхать – full complect успешного человека. Но успех этот совершенно не вызывал восторга.

Развод и переезд в Москву стал триггером для многих изменений, которые открыли мне двери к эмоциональному созреванию.

В тот период ко мне обратился друг. Георгий пришел с вопросами по бизнесу. Между делом обмолвился, что все у него, вроде бы, хорошо, но не получается выйти на новый уровень.

Разговорились.

К тому моменту я уже всерьез задумывался над иерархией в собственной семье. И, чем больше Гоша рассказывал о своей жизни, тем ярче высвечивалось, насколько его родители зависят от него. Передо мной как будто сидело мое отражение. Сын не только полностью обеспечивал своих родителей. При этом еще и оформил на маму все свои бизнесы. То есть вообще было непонятно, кто кому старший, кто кому партнер, друг или подчиненный. Но уж совершенно очевидно, что сын не был ребенком для своих родителей. Я попробовал подсветить ему это.

– Ну и что же здесь плохого? Они старые, я забочусь о них, отдаю дань.

– Как тебе сказать… Если ты теперь заботишься о них, значит, ты в вашей семье – старший. А они становятся на позиции твоих детей. Тебе не кажется это странным? Неслабый такой разрыв. Тем более, если мама и папа теперь дети, – значит, полностью обнуляется весь их жизненный опыт и знания – все это совершенно теряет значение, обесцениваются все их прожитые годы…

Георгия задели мои слова.

Через несколько дней я получил от него сообщение в вотсапе: «Кажется, ты прав. Я понял, что стал сиротой при живых родителях». И снова что-то тригернуло меня.

Согласитесь, совершенно нормально, когда человек на самом деле хоронит отца и мать и становится старшим в семье. Так должно быть. Так устроена жизнь, это ее закономерное течение.

Но когда человек остается без родителей при живых маме и папе – это совершенно точно ни при каких обстоятельствах не норма.

Гоша осознал, что, став старшим в семье, автоматически лишился материнской и отцовской заботы. Он решил вернуть себе роль сына. Понял, что хочет приходить к родителям за советом, за поддержкой, поплакаться, поделиться удачами и горестями, даже попросить денег, если необходимо. Делать все, что обычно делают дети.

Знаете, как отреагировали родители? Обиделись! Отец совсем перестал с ним разговаривать.

Но постепенно все наладилось. Мама с папой снова стали действительно родителями. Было сложно, но Гоша справился. И дела пошли в гору. Исчез этот ограничивающий потолок.

Через пару месяцев при встрече друг рассказал мне, как стал по-другому смотреть на мир вокруг. Внезапно заметил, что жена – не просто женщина в его квартире, выполняющая функции няньки, любовницы или кухарки. Это действительно близкий человек, с которым можно поделиться мыслями, планами, страхами, прислушаться к ее словам. Совсем по-другому стал воспринимать поступки своих детей. Получается, начав выправлять отношения в родительской семье, он нормализовал их и в той, где действительно был старшим.

Тут мы плавно подошли к вопросу пересечения иерархий. Кто кому семья, кто где кому старший и кто за что отвечает, когда речь идет о трех поколениях? Как урегулировать отношения с нашими родителями, которые стали бабушками и дедушками для наших детей?

Одна из самых частых проблем – бабушки и дедушки разрешают внукам то, что родители запрещают. Это тяжелая битва за любовь. Ее истоки лежат в искаженной реализации старшего поколения как родителей. Все те отражения, которые мы изучали на протяжении этой книги, и есть источники проблем с этой реализацией. Родители, может, и не осознают своих промахов, но точно не чувствуют удовлетворения от материнства и отцовства и начинают компенсировать это неудовлетворение с внуками. Им хочется все исправить, воспользовавшись вторым шансом. Наши родители закрывают свои гештальты и исправляют недоработки. Отчаянно стараются дать внукам свободу, внимание и любовь, которые недодали нам. Еще сложнее, когда на политику воспитания влияют страхи и травмы (например, последствия военного голода).

Единственный способ урегулирования отношений – разговаривать. Как можно больше, чаще и разумнее озвучивать правила и аргументировать свою позицию.

Например, вы вправе сказать: «Мама, я очень уважаю тебя и ценю твою заботу, но прошу не давать моему ребенку мучное, так как он сейчас на диете. Она предписана врачом. Ты имеешь полное право быть несогласной, считать врача шарлатаном и не уважать его, но именно я в ответе за здоровье своего ребенка. Именно мне отвечать за последствия. Все, о чем я прошу тебя в этой ситуации, – помочь мне и придерживаться установленных врачом правил. Мы соблюдаем их, видим позитивный эффект и просим твоего понимания и поддержки в этом вопросе. У нас нет ограничений на покупку фруктов и мороженого, на развлечения, не связанные с едой. Походы в кинотеатры, арт-мастерская, каток – все вам доступно, гуляйте. Запрет распространяется только на мучное. Я настоятельно прошу не нарушать этот запрет».

Сверхважно, каким тоном все это говорится. Без агрессии, без истерики и заискивания. Спокойно и уверенно. Как взрослый, уравновешенный, разумный человек разговаривает с другим таким же взрослым и разумным.

Когда речь касается правил воспитания ваших детей, вы выходите из роли ребенка и становитесь на равные позиции со своим родителем. Вы договариваетесь. Вы остаетесь ребенком только в ваших локальных отношениях.

Моя семья не исключение. Мы тоже все это проходим.

Конечно, бывают ситуации, когда нужен совет от мамы в вопросах воспитания. Тут она объективно должна быть более мудрой и опытной, чем вы. Но всегда нужно взвешивать, к чему именно относится ваш запрос. Действительно ли мама обладает достаточным опытом в этой сфере? Тут подскажет интуиция. Если вы полагаете, что «мама знает лучше», – просите помощи. На то она и мама! Но в таком случае и принимайте эту помощь честно. Лечите горчичниками – не ворчите «Это все мамины методы».

Спрашивать у родителей совета, в какой вуз лучше отдать дочь, точно не имеет смысла. В современных вузах, как и в особенностях современной системы образования, они вряд ли сильны. Если только профессия не стала вашей семейной традицией и вы все потомственные ветеринары. Тогда, возможно, опыт и авторитет родителей сыграют роль. Но, пожалуйста, помните все, что мы обсуждали ранее. В выборе вуза первостепенным должно быть мнение того человека, который будет в нем учиться, – то есть ребенка. Ваше мнение, так же как и ваших родителей, может носить лишь рекомендательный характер. Задача старшего поколения – оказывать поддержку младшему.

С точки зрения иерархии, выбор жизненного пути детей лежит вне зоны ответственности родителей.

Образование не относится к сфере здоровья и безопасности ребенка, как и напрямую к сфере его развития. Это уже совершенно четко построение собственной траектории жизни. Все, что буквально касается развития, родители должны были обеспечить ребенку до момента выбора вуза. Далее в зоне ответственности старшего – только поддержка. Так же как и в ответственности бабушек и дедушек.

Так моя мама поддержала меня в момент поступления в вуз.

Она ездила со мной в Москву, когда я подавал документы в Плехановскую академию. Но нас ждал сюрприз. Оказалось, что иногородних берут не более чем с двумя четверками в аттестате. А у меня их было три. Мне даже не дали возможности сдать экзамены. Всем было плевать, что я готовился целый год, а об изменениях в правилах приема узнал в последний момент. Я был взбешен. Пришлось возвращаться обратно в Казань.

Мы ехали с поезда домой. Я посмотрел в окно на высокое здание и сказал маме:

– Поступлю вот сюда.

– Как сюда?

– Да вот так!

В первый попавшийся на глаза коммерческий вуз? Это была Академия управления Татарского института содействия бизнесу. Мама была в шоке. Она просила попытаться хотя бы в университет подать документы, но я был непреклонен.

– Хорошо, если это твое решение… Но тут платное обучение!

– Да, поэтому я прошу, помоги мне с оплатой учебы первый год. А потом я верну деньги и дальше буду сам зарабатывать на обучение.

Что было бы, если бы мама вмешалась, сыпала бы аргументами, возражениями и соображениями «как лучше»? Как сложилась бы жизнь? Я не знаю. Но, вероятно, вы не читали бы сейчас эти строки.

Неведомо мне и то, каков был бы мой путь, поступи я в Плехановскую академию. Я благодарен судьбе, что она привела меня в ТИСБИ, где я обрел друзей и получил отличное образование, давшее мне опору для дальнейшего роста. Я счастлив, что окончил именно этот вуз.

Все, что случается в жизни, – случается для нас.

И маме хватило мудрости почувствовать это, помочь мне. Она поддержала меня в моем пусть и быстром, но нелегком на фоне обиды на государственную систему образования решении. Заплатила за первый триместр. Дальше я справлялся сам.

В этом суть правильных, гармоничных отношений между родителем и ребенком – создание комфортных, безопасных условий для развития. В любом возрасте.

Итак, давайте постараемся распутать этот иерархический клубок:

• вы – ребенок своих родителей,

• вы – родитель своего ребенка,

• ваши родители – не родители вашему ребенку.

Как минимум потому, что в этой системе отношений бабушки и дедушки не придерживаются базового принципа построения иерархии: они не несут прямой ответственности за ваших детей. Если бабушка нарушила диету ребенка, в результате чего он попал в больницу, то вовсе не бабушке предстоит бегать по врачам и оформлять больничный лист. Не бабушке сидеть ночами у детской кровати и планировать график лечения.

Она может быть возмущена вашими требованиями и запретами, вполне себе имеет право не соглашаться, иметь собственное мнение, но не должна их нарушать. Чем спокойнее, взвешеннее и увереннее будете звучать вы и ваши аргументы, тем больше вероятности договориться.

И все это никак не должно влиять на вашу с мамой систему взаимоотношений. Вы по-прежнему остаетесь ее ребенком. Но в локальной семье, где вы – родитель, бабушкам и дедушкам придется принимать ваши правила игры.

Кто несет ответственность – тот и старше.

Это достаточно легко регулируется и определяется системой семейных требований – законов и правил. Именно наличие и соблюдение требований можно считать признаком здоровой иерархии в семье.

В контексте обсуждения законов мы часто будем употреблять слова «обязанность», «права» и «ответственность». И это не занудство, а база, на которой строится закон. Потому что, например, я, как отец, ОБЯЗАН обеспечивать безопасность своих детей. При этом я, как отец опять же, имею полное ПРАВО в целях безопасности ограничивать их действия, вводить законы, которые они как дети обязаны выполнять. И при этом ОТВЕТСТВЕННОСТЬ за последствия выполнения или невыполнения законов не на детях, а на мне. Именно в этом и есть суть старшинства в иерархии.

Когда родитель наказывает ребенка за разбитый стакан или разлитую воду, он возлагает на ребенка ответственность за произошедшее и снимает с себя ответственность за то, что не создал ему безопасных условий. Тем самым подрывает авторитет старшего. Понимаете?

Семейные законы и правила – это не ультиматумы, не система запугивания.

Они предназначены НЕ для того, чтобы ребенок чувствовал себя плохо из-за ущемления его свободы или вины и стыда за нарушение требований. И они предназначены НЕ для наказаний!

Давайте разберемся в деталях и разнице между законами и правилами подробнее.

Законы продиктованы потребностью в обеспечении безопасности.

Например, подросток обязан возвращаться домой не позднее, чем к 20:00. Или семилетка не имеет права покидать двор. Или если бабушка не соблюдает диету, предписанную ребенку врачом, – это тоже подрывает безопасность.

Законы устанавливает старший в иерархии. Он выступает гарантом безопасности младших членов семьи. В его же ответственности – контроль за исполнением законов. Как и разгребание последствий их нарушения, как мы уже поняли из примера с диетой и больничным: нарушили бабушка с внуком, а на больничный отправилась мама.

Полезно заводить также семейные правила. Это гораздо более мягкие требования, чем законы, иногда совершенно игровые, веселые. Но они помогают устанавливать и оберегать все те же личные границы, развивают способности соблюдать их в отношениях с окружающими.

Конечно, никто не умрет, если вы заглянете в детскую комнату без стука. Но соблюдение простого правила «входить в комнату с разрешения ее хозяина» позволит укреплять ваши отношения и воспитывать взаимное уважение.

Бонус! Правила, соответствующие ценностям и потребностям именно вашей семьи, помогают детям в безопасной обстановке уяснить, как работают причинно-следственные связи. У каждого действия есть последствия. То есть за нарушение правила придется отвечать.

Например, в нашей семье действует правило: во время завтрака мы не пользуемся телефонами. Раньше я делал замечания сыну, просил убрать гаджет, когда садились за стол. Но сам, поскольку стараюсь максимально эффективно использовать время, мог включить за завтраком какую-нибудь лекцию. На что однажды сын задал резонный вопрос: «Ты слушаешь вебинары, я слушаю музыку – в чем отличие? Почему тебе можно смотреть за завтраком в телефон, а мне нет?»

Я признал, что действительно разница отсутствует. И согласился, что правило должно распространяться на всех. Теперь никто из нас не пользуется телефоном во время еды. Когда мы все вместе садимся за стол – убираем гаджеты. Все отдыхаем, наслаждаемся едой, общением друг с другом. Если же один из нас, не важно по какой причине это правило нарушает, остальные могут придумать нарушителю любое наказание. Сын нарушил – завтра будет отжиматься не 30 раз, а 40. Я нарушил – по просьбе сына кукарекаю в окно. И все это проходит в игровой форме.

У каждой семьи должны быть свои правила и санкции. Могут быть четкие и конкретные наказания, могут быть варианты с загадыванием желаний, но главное условие – установленный регламент распространяется на всех.

Как разработать такую внутрисемейную систему?

• Составьте для себя список тех требований, которые вы хотели бы, чтобы соблюдали члены семьи.

• Уточните свои требования. Формулировки должны быть максимально конкретными. Например, «всегда быть на связи» – это неправильно. Такое требование сложно выполнить. Слишком много не зависящих от ребенка факторов. Лучше сформулировать: «Отзваниваться каждые три часа, перезванивать после пропущенных вызовов не позднее, чем через 30 минут». Также их нужно формулировать исходя из заботы друг о друге. Например, правило «не перебивать взрослых во время разговора» – «холодное», оно бросает ребенка один на один с его проблемой. Ведь сообщить мысль взрослому очень нужно, а перебивать нельзя. Что делать? Сформулируйте так: «Если взрослый с кем-то разговаривает, нужно дождаться, пока он договорит, и попросить разрешения вмешаться в разговор».

• Ни одно из требований не должно быть авторитарным – «я так сказал». Каждому из них необходимо сформулировать разумное обоснование, опирающееся на здравый смысл, требования безопасности и взаимное уважение.

• Обсудите с ребенком каждое из требований. Объясните, почему это важно для вас. Нельзя аргументировать смысл закона эмоциями и чувствами, например, «я буду беспокоиться». «Если ты не будешь на связи, я не смогу оказать тебе помощь, как только она потребуется», – вот разумное пояснение к требованию «Ребенок должен быть на связи».

Выслушайте мнение ребенка и, если у него есть аргументированные возражения, обязательно скорректируйте обсуждаемый закон или правило. Это повысит мотивацию их исполнять.

• Обязательно спросите ребенка, что ему остро не нравится в вашем поведении. Например, вы заходите в его комнату без стука, резко включаете по утрам свет, обещаете и не выполняете договоренности и т. п. Включите в список семейных правил пункты, которые вы – родители – обязуетесь исполнять, и четко их зафиксируйте.

• И конечно, оговорите по каждому пункту, какие последствия грозят нарушителю.

Правила должны действовать в равной степени на всех членов семьи. Законы могут распространяться на родителей и детей по-разному, иметь временное действие. Например, срок действия закона связан с возрастом тех, на кого он распространяется (то есть напрямую относится к статусу в иерархии), или с внешними обстоятельствами (период лечения, отпуск).

Обязательно продумывайте систему законов и правил совместно, вовлекая всех членов семьи. Когда человек участвует в этом процессе, ему приходит понимание ответственности за результат. Зная все условия, все возможные последствия, и дети, и старшее поколение понимают, как получить желаемое.

Когда мы указываем в одностороннем порядке: «Делай так, как я сказал», – естественно, встречаем сопротивление.

Еще раз, чтобы свести конфликты к минимуму, нужно четко и прозрачно объяснять:

• в чем смысл вашего требования,

• почему, зачем и как оно работает,

• кто и какую ответственность несет за нарушение установленного требования.

Когда моему среднему сыну Мирону исполнилось пять лет, у него начались проблемы с дневным сном. Видимо, организму его стало слишком много. Но попытка отказаться от сончаса привела к перенапряжению и вечерним истерикам. Тогда мы договорились, что Мирон будет спать через день.

Он это правило с удовольствием принял. Как мы к этому пришли? Сын сам предложил такое решение. Он походил, подумал и предложил попробовать один день спать, следующий нет. Накопление усталости прекратилось. Как и томительная потеря времени в кровати, когда спать совсем не хочется. Сын соблюдает это правило с удовольствием, так как поучаствовал в его придумывании.

Диалог спасет мир!

И конечно, когда есть правила, ребенок к ним привыкает. Так в моей семье давно заведена договоренность – согласовывать детали любых поездок со всеми их участниками. Новый 2022 год мои старшие сыновья встречали в Казани. Мы с их мамой все обсудили, взвесили и решили, что в начале января мальчишки приедут ко мне в Дубай, где я провожу зимние каникулы. Купили билеты на 1-е число.

В последние дни уходящего года, в разговоре по телефону я сказал Матвею:

– Ну все, первого числа увидимся!

– Стоп. В смысле «первого»?..

– Ну как, вы же с Мироном прилетаете к нам в Дубай 1 января.

– Первый раз слышу… Пап, мне неприятно, что ты ставишь меня перед фактом, – прозвучал спокойный и совершенно взрослый ответ. – Мы с тобой договаривались, что я приеду в январе, но даты не обсуждали. Я считаю неправильным, что вы купили билеты, не оговорив детали со мной.

Упс!

– Да, сынок, согласен, нехорошо вышло. Какого числа ты хотел бы прилететь?

– Ну, у меня есть кое-какие дела. Меня пригласили на день рождения, и я планировал встретиться с друзьями. Давай, я прилечу пятого.

Мы с мамой мальчишек все знали, понимали, продумали, но каждый из нас понадеялся на другого и не проговорил с Матвеем детали.

Я нарушил правило. Признал свою вину и принял на себя ответственность. Мне это обошлось в 15 тысяч рублей – бесплатно обменять билет не удалось.

Давайте еще раз уточним: когда я говорю об ответственности и последствиях, речь идет НЕ о наказании. Но раз уж на повестке тема формирования причинно-следственных связей, нельзя обойти вниманием эту болезненную тему.

Если взять две крайности в поведении родителей, то получим:

• постоянно наказывают своих детей за все и всегда,

• вообще не реагируют на детей, что бы те ни вытворяли.

Очевидно, что ни то, ни другое – не норма.

Первый вариант явно попахивает нездоровыми отношениями и психологическим (а может быть, даже и физическим) терроризмом. Я смею предположить, что в кругу моих читателей таких родителей нет. Минусы подобной модели воспитания очевидны.

На втором же варианте давайте остановимся чуть подробнее.

Когда мы вообще не реагируем на поступки ребенка, никак не объясняем последствий, он не получает информацию о нашем отношении к происходящему, оказывается в этаком вакууме. Растет сам по себе. Как сорная трава. В одних вопросах развития, действительно, лучше не вмешиваться и счастливо созерцать, как расцветает ваш ненаглядный цветочек, но в других ситуациях все же важно проявлять участие. Как ни крути, мы с вами обитаем не в тайге, не в пустыне. Существование в социуме предполагает соблюдение четкой системы правил, норм и законов. Нарушение части из них карается штрафами, а другие – уголовно наказуемы. Наша обязанность как родителей научить детей взаимодействовать с этой большой системой и уважать ее.

Если он поступает плохо и не знает об этом, а его действия оставили незамеченными, то это грозит гораздо более серьезными последствиями при дальнейших нарушениях. Тут все логично и понятно? Если же ребенок сам понимает, что поступил нехорошо, но никто на это не реагирует, он попадает в ложную позицию всемогущего и всесильного. Снова происходит разрушение иерархии.

А как мы уже знаем, дети, которые считают себя старшими, самыми сильными, над которыми нет еще более могущественного защитника, вырастают неврастениками. Привет, психозы и неврозы.

Получается, не прорабатывая с ребенком последствия его поступков, делая вид, что ничего страшного не происходит, мы отказываемся от ответственности за его воспитание.

Сказать волевое «нет» в ответ на ряд ситуаций – родительская задача. Она полностью находится в поле ответственности взрослого человека, старшего в семье.

Как же правильно реагировать на проступки и нарушения требований?

1. Ключевое правило: нельзя применять физическое насилие. Даже если вы, находясь в стрессовом состоянии, прикасаетесь к ребенку – встряхиваете, сжимаете руку, хватаете за грудки, – это равносильно удару. Не позволяйте своим эмоциям выплескиваться на ребенка.

2. Реагировать нужно справедливо.

3. Реакция родителей не должна зависеть от их настроения.

Это базовые требования.

Лишать мороженого за забытую в школе тетрадь – несправедливо. Это глупо! Мороженое и тетрадь не имеют друг к другу никакого отношения. В такой родительской реакции нет логичной причинно-следственной связи. Нет логики – нет понимания у ребенка. Нет понимания – урок не усвоен. В следующий раз точно также забудет тетрадь. Жизнь без сладкого никак не влияет на память. Это раз. А два: отношения подорваны. Ребенку совершенно бессмысленно сделали плохо. Близкий человек лишил удовольствия. Что тут может быть хорошего?

Теперь про второй пункт – зависимость от настроения. Например, нельзя наказывать за крик, потому что мама устала.

Или вчера было можно смотреть мультики во время еды, а сегодня нельзя, потому что «я так сказала» (потому что я не в ресурсе объяснять разумную причину). Это точно так же нелогично и несправедливо.

Наша родительская задача – помочь ребенку осознать причинно-следственные связи. Проще говоря, создать безопасную обстановку, в которой он сможет извлечь урок из случившегося.

Одна моя знакомая наблюдала, как пятилетку поставили в угол за пролитый чай. Но малыш ничему не научился от стояния в углу. Потому что жизнь устроена не так. Если ты пролил чай, ты должен его просто-напросто вы-те-реть! И все. Изоляция от общества эту задачу никак не решает.

Хотя, к сожалению, именно в этом чаще всего заключается родительский посыл: удалить источник проблемы и справиться с ней самостоятельно. Мама руководствуется выгодой в моменте. Но давайте задумаемся о глобальной цели. Вы хотите, чтобы в доме несмотря ни на что было чисто или чтобы ваш ребенок рос психологически здоровым, разумным и адекватным? Чистота – вопрос сиюминутный. Сейчас она есть, через пять минут ею уже и не пахнет, а еще через десять – снова все вокруг блестит. А разумность и адекватность ребенка – результат многолетнего, кропотливого родительского труда.

Надеюсь, с этим разобрались. Идем дальше.

4. Реагировать нужно здесь и сейчас на конкретный проступок. Не припоминать ребенку прошлые ошибки. И не давать негативных прогнозов, каким он станет, если будет так поступать (вспоминаем четвертую главу). С ребенком нужно вести диалог. Ваша задача – не покарать, а помочь понять, осознать, разобраться. Поэтому будьте готовы к сотрудничеству.

5. Прежде чем выдать реакцию, определитесь, чего вы хотите. Чтобы слушался? Чтобы в гаджеты не смотрел? Чтобы не получал плохих оценок? Чтобы хорошим человеком вырос?

Очень часто реакция на события – это эмоциональный порыв, в котором нет никакой структуры и логики. Прежде чем что-либо предпринять, дышите! А затем доступно объясните ребенку, чего ожидаете от него и чему хотите научить.

6. Астрономически важно: ваша реакция не должна содержать оскорблений. Никогда. Ни при каких условиях. Это эмоциональное насилие. При унижении ребенок переключается на переживание обиды. В таком состоянии он не способен слушать, понимать и делать выводы.

Если вы понимаете, что бываете не в ресурсе, нестабильны, подвержены всплескам агрессии, – придумайте сигнал, кодовое слово, которое поможет выводить вас из этого состояния.

Когда родитель воздействует на ребенка силой, это не способствует улучшению восприятия информации. Он не станет слышать лучше или слушать внимательнее. Скорее, агрессивный родитель добивается обратной реакции.

Ну и, в конце концов, будьте последовательны. Не бросайте слов на ветер: если правило озвучено, – оно должно выполняться.

Диалог спасет мир! Ведь, чтобы вырастить способных, предприимчивых детей, нужно просто своевременно давать ребенку верную информацию.

Все это важно для установления правильных иерархических отношений в семье, в вашей маленькой стае. Со всеми ее членами нужно вести диалог, просто необходимо договариваться.

И конечно, вы сами должны соблюдать ваши договоренности с детьми. Вы показываете пример, как работают законы и правила в вашем доме, на вашей территории.

Хотите осознанно нарушить какое-то, не влияющее на безопасность, правило? Побаловать ребенка? Окей, иногда можно. Но это нужно делать так, чтобы все были в курсе, и озвучивать условия заранее. Все участники – и папа, и мама, и бабушки с дедушки, и сам ребенок – все всё знают и понимают, нарушение происходит не исподтишка, а осознанно.

Цель таких отношений – не создание образов плохих и хороших нянь, а любовь и взаимопонимание. Потому что навешивание ролей добрых и злых полицейских неизбежно приводит к манипуляциям.

Я неоднократно был свидетелем, как бабушки говорят своим взрослым детям: «Не позволяете даже порадовать внучку. Никому я не нужна». Или саркастическое: «Конечно, от меня один вред, такая я плохая!» Это звучит удручающе.

Манипуляции никогда не приносят пользы. Какими бы благими ни были их цели.

Не важен масштаб случившегося – будь то ссора с подругой или расставание с мужем. Если родители склонны к самобичеванию вслух, ребенок будет записывать это на себя. Буквально: что бы ни происходило в дальнейшем в его жизни, любые негативные последствия он будет приписывать себе, будет обвинять себя. Он не будет учиться на своих ошибках, чтобы использовать их как ступени к новым вершинам. Он будет гнобить себя за каждый проступок. «Я плохой, никчемный и никому не нужный». И дело даже не в эмоциональном состоянии таких людей. Главное – они не учатся видеть, а значит, развивать свои сильные стороны.

Но давайте вернемся к здоровой системе отношений.

Итак, правильно выстроенная иерархия в семье предполагает соответствующее распределение прав и обязанностей среди ее членов. Старший в иерархии несет ответственность за безопасность и комфорт младших. И при этом имеет право на установку системы законов и правил, признание его авторитета и уважение границ. Младшие же, в свою очередь, несут ответственность за соблюдение установленных правил и имеют право, как бы странно это ни прозвучало, на детство. Да-да! Буквально имеют право быть избавленными от ряда обязанностей и ответственности.

А ведь именно в этом и заключается беззаботное детство!

И если ребенок требует прав, не отказывайте ему. Обсудите с ним все, что имеет прямое отношения к их получению. То есть прибавляет дополнительной ответственности. Самый простой пример: водительское удостоверение подразумевает серьезную обязанность в виде соблюдения ПДД и строжайшую ответственность за безопасность всех участников дорожного движения. Чем больше прав, тем серьезнее обязанности.

Что же касается отношений со взрослыми родителями? Конечно, зачастую с годами сама жизнь снимает с них часть обязательств. Так, престарелый папа уже не может в полной мере обеспечить физическую безопасность своей дочери. Но он владеет достаточным уровнем знаний, опыта и степенью мудрости, чтобы делать это косвенно. Тем не менее взрослым родителям вполне под силу обеспечивать выросшим детям психологическую безопасность со своей стороны, дарить искреннюю любовь и поддержку, прикрывать тылы советом, а иногда даже деньгами.

Одна из участников школы «Осознанный родитель» – Тамара – с раннего детства слышала: «Ты должна это, это и то». Слышала не от кого-нибудь, а от родной матери. И Тамара делала.

В 16 лет пошла работать, чтобы обеспечить маму и двоих младших сестер. Работала с утра до ночи не потому, что мама была больна, а потому, что она твердила: «Я тебе давала, я не отдыхала, я с мужем не разводилась, терпела этого гада, не позволяла себе ничего, вам все покупала. Теперь давай, отрабатывай».

Тамара отрабатывала.

К большому сожалению, в русском менталитете, воспитательных паттернах, которые передаются из поколения в поколение, чувства вины, стыда и долженствования играют огромную роль. Тамара сама уже давно была мамой, но продолжала отдавать своей матери этот вымышленный долг.

В школу «Осознанный родитель» она пришла потому, что ее беспокоила дочь. Девочка постоянно болела. Тамара злилась, что из-за частых больничных не могла строить карьеру, а значит, повысить уровень дохода. Понимала, что это не нормально, но и причину никак не могла найти.

Девочка, с одной стороны, невольно помогала маме отыгрывать глубоко впитанный сценарий отношений с ее собственной матерью. Ведь чем сложнее жизненная ситуация, тем больше усилий приходится вкладывать в ее разрешение. А значит, Тамара была «молодец» в глазах своей мамы – вкалывала от рассвета до заката по полной программе, не зная отдыха и радостей жизни. Отдавала долги.

С другой стороны, отношения между Тамарой и ее собственной дочерью прочно входили в аналогичную траекторию. В речах вечно уставшей, всем недовольной Тамары еще не звучало прямых обвинений «да я ради нее», но уже ощущалось, что до этого не долго. Сквозили обида и желание получить-таки в жизни заботу.

По паспорту Тамара давно выросла, но внутри оставалась маленькой девочкой с раздутым до невозможности чувством вины.

Мы подробно обсудили ситуацию, и она согласилась идти в терапию. Через три месяца поделилась, как прожила всю боль и на время перестала общаться с мамой. У нее появились предложения по работе, она наконец-то закрыла нелюбимое дело и начала новый интересный бизнес, который заряжает ее и дает силы идти вперед. На прощание Тамара добавила, что «дочь вдруг совсем перестала болеть».

Многочисленные психологические исследования, мой опыт работы с друзьями и участниками школы «Осознанный родитель» показывают, что гармоничная иерархия в отношениях влияет не только на наше состояние. Правильно расставленные роли исцеляют тела и души.

Минутка самоанализа

Как обстоят дела в ваших внутрисемейных отношениях? Кто из вас какие роли играет в семье? Кто какими обязанностями и ответственностью наделен?

Давайте оценим систему иерархии, в которой вы существуете. И, если она не вполне соответствует здоровой, – составим план по ее исцелению. Чтобы сделать это, я предлагаю вам простой тест. Работать мы будем в рамках отношений с родителями.

Во время ответов, пожалуйста, оценивайте текущую ситуацию. Не нужно вспоминать, что было пять или десять лет назад. Ориентируйтесь на то, что происходит между вами сегодня.

Если так случилось, что их уже нет в живых (о чем я искренне сожалею), прошу вас все равно пройти этот тест. Он поможет вам оценить, на какие роли настроена ваша личность, какие ступени в семейной иерархии вы готовы занимать. Ведь, как мы уже знаем, наши отношения с мамой и папой напрямую влияют на выстраивание отношений со своими детьми.

В случае работы с прошлым, оценивайте последние значимые события.

Практика «Кто в доме хозяин»

В таблице представлены вопросы и варианты ответа на них. Выберите тот вариант, который откликается вам быстрее всего.

Обратите внимание, что в шапке трех правых колонок есть цифры – от 0 до 2. Это условные баллы.

Оцените, пожалуйста, свои ответы в соответствии с тем, в какой колонке они стоят. Суммируйте получившиеся баллы.

Если в результате подсчетов получилось от 15 до 20 баллов, – можно предполагать, что у вас с родителями здоровые отношения. Скорее всего, вы спрашиваете их совета в тех вопросах, в которых считаете уровень их компетенции выше вашего. Можете обратиться к ним за помощью, если это потребуется, и оказать помощь им, если они ее попросят.

Если вы получили от 0 до 10 баллов, – открылось пространство для работы психотерапевта. Я всей душой рекомендую вам углубиться в изучение ваших с родителями отношений и ни в коем случае не делать это в одиночестве, самостоятельно. Пожалуйста, обратитесь за помощью к специалисту. Это поможет вам избежать нежелательных шагов и еще большего ухудшения ситуации.

Если сумма баллов попала в середину от 10 до 15, – вам есть над чем подумать. Разумеется, тест весьма поверхностный. Он не дает нам полноценной картины. В каждых отношениях, в каждой жизненной ситуации есть свои особенности, свои обстоятельства, которые невозможно учесть дистанционно, не углубляясь в детали. Но все же, результат «серединка на половинку» может стать для вас звоночком. Все ли у вас в порядке в жизни? Всем ли вы довольны? Свои ли роли вы играете? Комфортно ли вам в отношениях с мамой и папой? А в отношениях с друзьями и коллегами? А с детьми?

Моя рекомендация, как человека, который сам неожиданно осознал, что проблемы все же есть: углубитесь в изучение себя и собственной жизни.

В нашем обществе часто нарушается баланс ребенок-родитель. Есть ключевые моменты, по которым можно определить, что пошло не так. Главное, чтобы включилось осознание.

У меня все произошло естественным образом после 35 лет, когда я переехал в Москву. Пришло время трансформации. Серьезные перемены в жизни, новый взгляд на отношения с детьми, на отношения с самим собой – все это привело меня к изучению своего рода. Я воссоздал ветки по материнской и отцовской линии.

Следующим шагом стала отработка отношений с мамой.

После развода родителей мама была «за себя и за того парня». Она стала для меня и папой, и мамой одновременно. В результате, по большому счету, у меня не было ни того, ни другого. Видимо, это было одной из причин, по которым я решил сам стать для себя родителем.

Мама всегда была достаточно строгой. При этом доверяла мне во всем и предоставляла полную свободу. Она сразу дала понять, что я могу поделиться с ней любой проблемой, любой ошибкой. Никогда не наказывала меня.

Но мне ее не хватало. Не хватало любви, женского, материнского тепла в его классическом понимании. У меня нет ассоциации мамы с блинчиками, пирожками, вечерними объятиями – такими домашними, уютными ритуалами. Сам того не понимая, уже будучи женатым, я пытался компенсировать дефициты через свою женщину. Но это не приводило к желаемому результату. Потому что система семейных ценностей была нарушена в основании, в самой своей сути.

Однако я, не вполне осознавая свои детские обидки, совершенно не видел смены ролей в наших отношениях. Когда на расстановках мне «подсветили», что я слишком забочусь о маме – не как сын, а больше, как муж или отец, я испытал сопротивление, острое желание спорить! И понял: 100-процентное попадание!

Так это работает: когда нам приходит чувство сопротивления, оно говорит, что в изучаемом вопросе зарыт огромный потенциал.

Я со своим разбирался полгода. Понимал, что если мне так это срезонировало, значит, есть с чем работать. Несмотря на мои начитанность и знания, учебу на психоанализе в Высшей школе экономики, я никак не мог это принять. Но мне важно было разобраться.

Конечно, недостаточно просто прочитать книжку и сказать: «Мама, папа, идите на фиг, теперь все будет иначе». Так делать не стоит! Даже, если вам сильно захочется исправить систему отношений, поставить все на свои места, пожалуйста, не совершайте никаких резких шагов! Сначала максимально изучите и примите информацию.

Надо заниматься этим потихонечку, параллельно развивая в себе множество других качеств – способность к принятию, осознанности, контролю собственных реакций и так далее. Если вы решите вопрос иерархии с мамой, перестанете ли вы финансировать папу? И что случится с мамой в этот момент? Как изменится ваша жизнь? Она точно улучшится?

Можно сделать больно всем. Потому что никто не готов к переменам. И вы – в первую очередь. Когда мы созреваем – внутреннее состояние само подскажет верный шаг. Но для этого нужно проделать огромную работу над собой.

Так, в изучении вопроса, осознавании всего этого, я провел еще некоторое время, прежде чем почувствовал, что готов к смене ролей. Я потихоньку начал принимать позицию сына. Сначала перестал первый звонить. Перестал узнавать, как дела.

И мама это почувствовала. В один момент она спросила:

– Сынок, у тебя что-то в жизни происходит?

– Да.

– Я тоже чувствую. И у меня происходит. Что делать?

– Я пока не знаю, – а самому так хотелось все ей рассказать, научить, наставить на путь истинный. Но понимал, что такими действиями вновь поставлю себя в позицию выше нее. Я не мог и больше не хотел быть выше своих родителей по иерархии.

Тогда мама сказала:

– Я тут на курсы пошла. Что думаешь?

– Я не могу сказать, хорошо это или плохо для тебя. Если ты спросишь о моих делах и достижениях, я тебе отвечу. А твои решения и поступки я оценивать не могу, не знаю, как это сделать. Я же не знаю, в каком состоянии здоровья ты находишься. Как тебе это все откликается. У тебя есть муж, возможно, лучше будет посоветоваться с ним?

В тот момент мама реально впервые задумалась, почему она не разговаривает с супругом на эту тему, а идет за советом ко мне.

Следующим шагом был длинный диалог. Мы открыли друг другу боли и страхи, застрявшие в памяти обиды. Мы вновь изучали друг друга и выстраивали отношения с нуля. Мама признала, что есть вещи, которых она раньше не замечала. А я осознал, что готов принять ее путь, ее видение различных жизненных ситуаций.

Мы вместе пришли к пониманию и согласию.

Сегодня моей маме за 60. Она каждый день встает в 5 утра, занимается йогой, стоит на гвоздях, осваивает различные практики, дышит, читает, медитирует, сочиняет стихи. Начала зарабатывать деньги. Начала жить. Она растет и развивается в духе времени. Ей действительно есть чем заняться, помимо воспитания внуков.

Теперь она искренне старается быть для меня именно мамой. Каждое утро присылает эсэмэс, что проснулась, помолилась за меня и желает хорошего дня. Она просто так, без веского повода и без особых заслуг с моей стороны говорит, что любит меня.

Вот это материнская любовь. Теперь я получаю ее сполна.

Сейчас для меня мама – этот тот человек, которому я могу позвонить и сказать: «Мне нужна помощь». Не спросить «как дела», «что купить» и «сходила ли ты в магазин», проявляя заботу старшего, а обратиться к ней, как ребенок. Если она сама попросит меня о помощи, я безоговорочно помогу. Но сам больше не стану звонить и предлагать: «А давайте вы поедете отдыхать на следующей неделе? Что сидите просто так, с ума сходите».

Я понимаю, что в наших отношениях не просто была нарушена иерархия. Мы совершенно растеряли собственные границы, бесконечно нарушая их друг у друга. И этому же я учил своих детей.

Эта трансформация произошла меньше чем за год. Я вижу, как мама сама уцепилась за этот шанс. Изменения в жизни начали приносить истинное удовольствие ей самой.

Вы скажете, что мне повезло: моя мама достаточно быстро поняла, что происходит. Нет, это не везение. Встречного движения можно достичь лишь тогда, когда один из вас начнет действия со своей стороны. И при этом нужно всегда быть готовым к тому, что тебя не поймут.

И первое время мама не понимала меня. А теперь она сама про дыхание знает уже больше, чем я. И для меня это важно, что есть вопросы, в которых мама разбирается лучше, может быть для меня авторитетом.

Но после этого неизбежно подошло время отрабатывать папу…

Было невыносимо сложно. Я никак не мог подобраться к этой задаче. Но человек не может жить полноценной жизнью, если в нем таятся обиды. А тем более – обиды на родителей.

Били тревогу терапевты. Друзья подсовывали мне различные психологические исследования и отправляли на консультации к лучшим астрологам. Все вокруг твердили «надо проработать папу, важно наладить отношения с папой». Я сам начал ощущать то там, то тут звоночки-намеки: дальше тянуть было нельзя.

Последней каплей стал разговор с Леной Блиновской. Я поделился с ней своей историей, когда проходил ее марафон. Рассказал, что для меня отец – только биологическая единица. «Пройдет время, и ты обязательно отработаешь папу, – ответила она. – Ты сейчас неправ, но я не буду с тобой спорить. Пока так. Однако наступит момент, когда ты поймешь, что твое дальнейшее развитие, твой рост невозможен. Ты упрешься в потолок. В люк. Ключом от которого станет принятие собственного отца».

Пожалуй, ее слова напомнили мне сообщение Георгия «стал сиротой при живых родителях». Мой папа жив. И несмотря на выстроенную разумную иерархию с мамой, я по-прежнему занимал неверную позицию по отношению к отцу. Он есть, живет, и он должен быть старшим надо мной. Но как поставить выше себя человека, который вызывал только разочарование и раздражение?

Я осознанно пошел в терапию с намерением закрыть эти вопросы. Избавиться от обид.

Тогда-то и всплыла в памяти история про вечер, проведенный в темном коридоре.

Психика вытеснила эти воспоминания, скрыла от сознания, защитила меня от этой боли. После того сеанса я пришел домой совершенно разбитый. Жена спросила, что со мной происходит, но я даже не мог ей ответить. Просто рыдал. Несколько дней слезами выходила из меня эта застывшая детская боль.

Я искренне прожил свою обиду. Когда все проплакал, стало так легко и просто. «Блин, ну что за фигня? Мне уже 40 лет, а я обижаюсь на папу за то, что случилось, когда мне было 8».

Это мой отец, это мой род.

Примерно через месяц, когда воспоминания перестали вызывать во мне острые ощущения, я позвонил ему. Мы искренне общались с отцом по телефону часа два. Все проговорили, за все попросили друг у друга прощения. Рыдали оба. Я честно сказал, как мне всю жизнь не хватало его. Хотя я всегда это отрицал. На что отец ответил мне такой классной фразой: «Игорек, я все понимаю. Это больно. Но ведь останься я тогда, ты не стал бы таким, каким стал. А я не выучил бы свой урок».

Отец рассказал свою историю жизни после развода с мамой, через какое днище и ад он прошел, сколько боли перенес.

А еще я осознал причины его непонимания с дедом, почему он не был авторитетом для моего отца.

Оказывается, у деда с бабушкой тоже были непростые отношения. И мой папа носил бабушкину фамилию до 10-го класса. То есть до 16 лет он чувствовал себя незаконнорожденным! Его часто тыкали этим неприятным фактом, причиняя безумную боль! А как вы помните, боль – источник малоприятных эмоций, которые для подростка зачастую ложатся в основу отношений с миром.

Ко взрослому возрасту у папы этот коктейль из обид и непонимания уже так бурлил, что потушить было практически невозможно. А дед, видимо, понимая причины, вообще не сопротивлялся. Он смиренно принимал эту «порку». И только теперь я понимаю, почему так было. А тогда у меня – подростка – его тихая смиренная любовь в ответ на психологический терроризм отца вызывали отчаянную ярость и ужас.

Но знание, а особенно осознание, открывает новые возможности.

Мой внутренний ребенок покинул свой темный коридор. Я прекратил играть роль как папиного спасателя, так и отвергающего критика. Мы распутали этот клубок. Отыскали причины разрушения иерархии в семейных отношениях. И торжественно поставили точку в этом вопросе.

Родители стали как никогда настоящими родителями для меня. А я честно и с благодарностью принимаю роль их ребенка.

В начале 2021 года я выступал на мероприятии «Монах, который купил себе Феррари», организованное Александром Братом. Мои родители сидели в первом ряду. Я попросил их приехать. Смотрел и поверить не мог, что они не общались столько лет. Во время выступления я позвал их на сцену.

Когда папа и мама поднялись ко мне, я сказал:

– Друзья, последний раз я делал это ровно 33 года назад, – и обнял родителей. Двоих одновременно.

С этого момента у них, у нас у всех началась новая жизнь.

Нас окружает множество людей от 18 до 40 лет, которые осуждают родителей. Причем осуждают активно, в агрессивной форме. Вплоть до того, что «они ничего мне не дали», «жили только для себя». Такой, своего рода, тренд… Хотя с позиции здравого смысла, жить для себя, а не для детей – это разумно, правильно. И к сожалению, мало кто из поколения наших родителей действительно умеет так жить.

Все же ребенку, когда случается неудача, проще искать виноватых. Тем более что сегодня нам доступно знание о том, как формируются комплексы, блоки, как выстраиваются тропинки к неудачам. Корни этих неприятностей действительно скрываются в детстве. А значит, виновником бед проще всего назначить тех, кто это детство и эти условия организовал, – родителей.

С одной стороны, такая позиция прекрасна. Ведь отрицание и гнев – первые психологические стадии принятия. А значит, люди, осуждающие родителей, встали на путь эмоциональной зрелости. По крайней мере, повернули голову в его сторону. Этот путь, в любом случае, рано или поздно приведет к любви, к всеобъемлющему принятию и прощению. Вопрос в одном: это произойдет рано или поздно? Сколько человек готов застревать на каждой из стадий?

Я понял, что не хочу тратить время на обиды, тянуть их за собой всю жизнь, до конца своих дней гнуться под их тяжестью. Просто принял решение пройти через боль, заглянуть в глубины души. И освободился от гнета. Опять же, не без помощи терапии.

Но главное, что после того как я полностью проработал свои отношения с папой, многое начало фантастически меняться во всей моей жизни. Пришли новые возможности в бизнесе. Совершенно по-другому стали разворачиваться отношения с супругой, с детьми. Я всегда считал себя таким мудрым, осознанным отцом, но теперь как будто открылась новая сверхспособность к принятию и безусловной любви к детям.

Я научился иначе видеть взросление Матвея. Честно принимаю его отделение от нас – родителей. Это законы жизни. Это естественные процессы. Конечно, они вызывают переживания, конечно, мне по-прежнему не хочется терять своего малыша.

Но когда ты искренне, безусловно любишь и понимаешь природу происходящего, знаешь, как это работает, – держать и мешать развитию не станешь.

Более того, я отлично вижу, какая огромная ответственность на моем подростке, как на старшем ребенке. Стараюсь с него эту ответственность снять. Хочу продлить его детство хоть немного, донести ему, что главная нагрузка – на мне, как на отце.

Мое отражение работает безотказно. Сын включает старшего: «Лучше вас всех знаю». А я просто вижу в нем себя, сказавшего когда-то: «Я тут главный, а вы ничего не понимаете». Теперь в моих руках есть это знание. И в моих силах выстроить иерархию в семье согласно законам природы. «Как бы не складывались наши отношения – я всегда буду для тебя старшим. Всегда буду оберегать и защищать. Всегда. Придет время, и ты станешь старшим в своей семье. Но в нашей, где ты мой сын, – ты навсегда останешься моим ребенком. Мне будет 100 лет, а тебе 80, а я по-прежнему буду относиться к тебе, как к сыну».

Конечно, я понял все это только благодаря моей истории с отцом. Только благодаря тому, что задумался и принял весь его путь, его уроки, его мотивы. Я осознал, что всегда буду его сыном. И это единственный человек мужского пола, который сможет выслушать меня, понять и простить. Когда это будет необходимо, сможет сказать: «Сынок, вообще не парься, все будет хорошо!»

Для каждого из нас самые близкие люди на этой планете – родители. Им действительно всегда больно от наших резких ответов, раздраженных взглядов и вздохов. Только став родителем и приняв своих, мы способны понять, как они все это терпят. Терпят нас. Как и мы, по большому счету, «терпим» своих детей, безусловно принимаем все, что с ними происходит, безусловно любим их.

И все это позволяет нам совершенно честно и искренне принимать свои роли – и отцов, и детей. И оттого жить в удовольствие!

Заключение

Жизнь нараспашку

Не воспитывайте детей, они все равно будут похожими на вас. Воспитывайте себя.

Английская пословица

– Они умеют черпать жизнь полной ложкой! Прекрасный навык, хочу у нее поучиться, – сказала супруга, глядя на бегающую по газону малышку.

Та восторженно гонялась за яркой бабочкой и хохотала каждый раз, когда пестрые крылья выскальзывали из маленьких пальчиков. Серафиму это совершенно не расстраивало, а как будто вызывало дополнительную бурю восторга. Она с благодарностью принимала правила игры, продиктованные чудесным существом. Мы просто сидели на веранде и любовались.

Я засмеялся тогда. Подумал, наверное, детки просто маленькие, и ложка, заготовленная судьбой каждому, велика по сравнению с ними. Вот и черпают больше. Захлебываются счастьем, если им не мешать. На старте все получают одинаковые черпаки. А с годами, когда мы вырастаем, наш блестящий праздничный половник превращается в маленькую кофейную ложечку. И применяем ее, чтобы кушать мозг себе и окружающим.

Хорошо, что у нашего поколения есть возможность сознательно трансформировать свои черпаки. Нам доступно знание, способное менять наши жизни и жизни близких нам людей. Бесценное знание. Все, что требуется, – бери и делай!

Но как часто мы просыпаемся по утрам с желанием поспать еще чуть-чуть? Как часто говорим себе «завтра начну новую жизнь/медитировать/заниматься спортом», «с понедельника брошу курить», «прямо с 1 января начну читать ту классную книгу»? Мы откладываем дела, потому что их выполнение кажется не по силам. Или потому, что «я не такой, как они, у них лучше получится».

Не сделать шаг или совершать одни и те же действия, приводящие к печальному результату, – привычное поведение десятков, сотен людей вокруг нас. И нас самих.

Но осознаем ли мы последствия?

Подумаешь, встал на полчаса позже. Ну и что, что не ответил маме, напишу завтра. Или позвоню, сегодня некогда. Что с того, что я не начал вести дневник наблюдений сегодня. Не начал медитировать вчера. Не пошел на курсы повышения квалификации на прошлой неделе. Что с того?

Помните, как в «Загадочной истории Бенджамина Баттона»? Не порвись шнурок на ботинке подруги, отъедь грузовик в другое время, поставь мужчина будильник и встань на пять минут раньше, не пей таксист кофе или не забудь та женщина свою куртку, – Дейзи благополучно перешла бы дорогу. Но жизнь – это череда пересекающихся судеб и случайностей, неподвластных никому. Поэтому такси не задержалось ни на секунду. Водитель отвлекся от дороги и сбил Дейзи, переломав ей ноги. Лишив возможности танцевать.

Кто виноват? Таксист, женщина-пассажир, мужчина-пешеход, а может, кофе или шнурок? В этом эпизоде много фатальности. Неизбежное стечение обстоятельств.

Мы часто выбираем скрываться за пассивной, безответственной позицией – «так вышло, от меня ничего не зависит». Но я все же прошу вас, заметьте: все, о чем говорит герой фильма, – череда незначительных поступков. Таких простых. Но зачастую зависящих от нас.

Мы и есть творцы своей жизни. Мы каждым своим шагом, каждым действием, каждым словом создаем свою реальность. И влияем на этот мир. Вот о чем этот эпизод.

В том, как именно складывается конкретно наша жизнь, не виноват никто – ни новости, ни правительство, ни Вселенная, ни соседи, которые гуляли до утра, ни мама с папой, которые не так нас воспитывали. Только в наших руках возможность все изменить.

Да, череда случайных событий влияет на нашу жизнь. Но помните: «случайности не случайны». И я призываю каждого из вас осознанно выстраивать свой путь. Работать над собой. И менять не внешнюю реальность, а себя, свое состояние. Не учить жить соседей или родителей, а учиться жить самому. Наращивать и шлифовать свои «ложки».

Как бы ни прошла ночь, легкому началу дня поможет утренний ритуал. Любой. Для одного это может быть душ, для другого – зарядка, дыхательная практика на балконе или чашка кофе. Регулярное, осознанно заряженное на позитив действие совсем за небольшой промежуток времени станет персональной «волшебной таблеткой».

Что бы ни происходило в течение дня, справляться поможет понимание, «как это работает», и способность к принятию.

Бессмысленно водить по психологам и отчаянно учить жизни своих «невоспитанных и бессовестных детей». Спасение в том, чтобы найти источник их поведения и помочь им справиться. Найти источник в себе. В своей жизни.

Она состоит из минут и мгновений. Из того, как мы наполняем себя по утрам или, напротив, теряем энергию в недовольстве и ссорах с близкими, с любовью или раздражением вспоминаем прошедший день по вечерам, как готовимся ко сну. Так и проходит каждый день вновь и вновь.

Наша жизнь полна эмоций. Мир – как эхо в горах. Если мы бросаем гнев, то получается гнев в ответ, если мы отдаем любовь – нам возвращается любовь. Можно считать это глупостью и продолжать барахтаться в потоках неконтролируемых событий. А можно взять в свои руки ответственность за свою жизнь и начать создавать ее.

Если вам кажется, что кто-то виноват в ваших неудачах, если вам кажется, что все ваши проблемы неразрешимы и зависят от ста миллиардов причин, – придется осознать, что это ошибка.

Мы видим всех, и кто в какой беде,

И тысячу советов вмиг находим.

В чужой душе мы как в своей среде.

В свою же даже в гости не заходим.

© Миша Маленький

Только наше желание жить имеет значение. Наше желание дышать полной грудью. Наша потребность осознавать с каждым вздохом, как же важно наше присутствие на этой планете. Как же важен каждый наш шаг. Как важна каждая ошибка. Ведь ошибка – это ступень к победе.

Не может олимпийский чемпион стать олимпийским чемпионом, не набив шишек и не ощутив вкус поражения, не израсходовав все силы, не совершив ни разу решающий рывок, который делает его тем самым – лучшим. Тем самым чемпионом.

Умеете так смотреть на мир? Способны видеть чудеса вокруг? Можете ли понимать значимость поступков в своей жизни?

Напоследок приглашаю вас в еще одно исследование себя.

Практика «Что за жизнь!»

1. Возьмите вашу тетрадь или дневник для вечерних пятиминуток и обозначьте в ней семь разделов по паре разворотов на каждый. Это будет пространство для анализа семи дней вашей жизни. Это исследование станет первым шагом к тому, чтобы осознать, сколько в ней места вам, вашей личности, вашим интересам, отдыху, росту и развитию.

Одна неделя – это достаточно показательный отрезок времени. Если только, разумеется, вы не выбрали для такой задачи новогодние каникулы или период подготовки к свадьбе. Пожалуйста, возьмите для исследования себя типичный отрезок жизни, не наполненный особыми событиями.

Наблюдайте и записывайте, как проходит каждый ваш день, как проходит ваша неделя. Именно ваша, а не ребенка, не супруга(и) и не мамы с папой. Постарайтесь фиксировать все, что делаете и о чем думаете с момента пробуждения.

Как вы просыпаетесь?

Что вы делаете и о чем ваши мысли, когда готовите завтрак и собираетесь на работу?

Промелькнула мысль «А чем сейчас занят ребенок?» – запишите это. Поймали себя на желании позвонить ему и спросить, взял ли перчатки, – позвоните, а потом запишите и мысль, и звонок, и результат разговора. Что вы подумали об этом?

И так весь день. Семь дней подряд.

За этот период вы наберете безумное количество информации для анализа. Она позволит вам оценить, насколько насыщенна ваша жизнь, какими событиями и мыслями она наполнена. Одно дело философствовать, гипотетически рассуждать о рутине и текущих событиях, а другое – видеть все это зафиксированным на бумаге.

2. Теперь давайте поработаем с фактами. Выделите разными цветами мысли и действия одного типа. Или выпишите их в отдельные колонки. Задача: разобрать полученную информацию на «кучки» по принципу, к кому эти мысли или действия относятся. Мысли и поступки, связанные с ребенком – в одну «кучку», связанные с работой – в другую, связанные с любимым человеком – в третью, связанные со своей личностью, с ростом, развитием, отдыхом, переживаниями только лишь о себе – в четвертую. И так далее.

А после того как рассортируете по такому принципу все, что наполняло вашу неделю, просто посчитайте количество получившихся в каждой «кучке» пунктов.

Какая из них самая большая?

А «кучка» про вас – какая по размеру? На каком месте среди остальных она оказалась?

Вы сможете оценить, сколько тут вас, где в вашей жизни место ребенку, где – начальнику, а где – супругу (или супруге). Вот тут сестра и родители, тут подруга. А где я?

3. Подключаем эмоции. Попробуйте оценить со стороны, как будто изучаете другого человека, насколько расписанные события интересны вам? Что нового приходит в жизнь объекта этого исследования? Сколько страниц новой книги он прочел, сколько новых фильмов посмотрел, сколько новых, непривычных дел совершил (добрался с работы пешком или попробовал приготовить новое блюдо на ужин)?

Прислушайтесь к вашим ощущениям. Довольны ли вы жизнью объекта исследования? Хотели бы вы жить так?

Прислушайтесь к собственным эмоциям. Что вы чувствуете? Удовлетворение? Радость? Тепло? Негодование? Обиду? С какой интонацией и каким оттенком вам хочется воскликнуть: «Что за жизнь!»?

Эта практика достаточно продолжительная и трудоемкая. Но она позволит вам понять, где подкрутить, с чем поработать. Ведь если вы наглядно убедились, что в неделе вас нет, то и в жизни, к сожалению, тоже. А если все вроде на своих местах, но ничего не радует, не вызывает желания восторженно встречать рассветы и бежать вперед по жизни, – нужно понять причину этого состояния. Что расстраивает вас больше всего? Где прячется триггер? Может, стоит поискать вдохновения?

Лично для меня эта практика стала одной из поворотных в жизни.

Да, жизнь быстро обрастает рутиной. Все новое становится старым. Однако добавлять в свою реальность красок – только в наших силах.

Многие из нас каждый день делают один и тот же комплекс упражнений с одной и той же нагрузкой в одном и том же зале. В одно и тоже время листают ленту Инстаграм или читают книги одного писателя, на котором в этот период жизни сосредоточено внимание. Отдыхать предпочитают в Крыму, Турции или Египте, в одних и тех же отелях. Событий много, но они однообразны.

Лично я регулярно, каждую неделю, каждый день пробую что-то новое. У меня нет постоянных тренеров. И внутри спортивной программы постоянно происходят изменения: добавляется, что-то убирается, модифицируем практики. Я почти всегда читаю одновременно 4–5 книг. И все они разные. Каждая – под определенное состояние.

А еще я подглядел у Джо Диспенза прекрасное и довольно забавное упражнение, которое способствует формированию новых нейронных связей. Нужно совершать нестандартное, несвойственное обычной жизни, физической действие. Например, чистить зубы левой рукой. Очень рекомендую!

Новые нейронные связи открывают нам возможность находить новые варианты решений задач по жизни. Любых. Не имеющих отношение к здоровью зубов.

Если у вас, мой дорогой читатель, в результате исследования возникла мысль «что-то надо менять» или «я хочу создавать», – поздравляю! Это вовсе не повод для печали, для оплакивания потерянных лет и напрасно прожитых дней. Такие мысли – повод для радостного осознания: ваш путь привел вас в точку перемен! А значит, неизбежны изменения к лучшему!

Если в процессе чтения книги вы поняли, что:

• рассказывая о ребенке, употребляете местоимение «мы»;

• общаетесь с близкими (впрочем, и с «далекими») через отрицательную частицу «не»;

• запрещаете детям кричать или плакать, считая это «отвратительным», «неприличным» поведением или пустой тратой времени;

• ведете себя с родителями как мама или папа, а не как ребенок;

• что-то вообще в жизни идет не совсем так, но вы еще не до конца поняли, что именно…

Поздравляю! Вы на пути к эмоциональной зрелости!

Вы наткнулись на пуповину, держите ее в руках. И теперь в вашей власти: резать ее или нет.

Вы нашли мешающие росту привычки, негативные установки или блоки? В ваших силах от них избавиться!

Вы увидели, как ваши настроение и мироощущение влияют на близких? Теперь за вами решение, что вы будете делать с этим знанием, как используете его для улучшения жизни.

А что делать, если ответственно проделали практику, но совсем ничего не поняли или почувствовали раздражение, разочарование и не знаете, какие выводы нужно из этого сделать? Дайте себе время. Подкорка получила задачу, взяла ее в обработку. Если вы хотите найти ответ, – он придет. Вы можете только помочь себе тем, что:

• осознаете, что ваш путь прекрасен и привел вас в эту точку перемен;

• решение придет, если не загонять себя в капкан времени и переживаний;

• вы можете повлиять на поиск ответа.

Попробуйте планомерно изучать, как устроен мозг и как работает психика. Перебирайте ритуалы и практики, которые помогут вам поддерживать относительно ровное эмоциональное состояние. И вводите в свою жизнь новое – стройте нейронные связи.

Примите решение действовать!

Это можете сделать только вы, исключительно самостоятельно, каждый из вас, дорогие читатели. И если сейчас у вас это вызывает сопротивление, и вы думаете: «Да что он там обо мне знает!», «Побывал бы в моей шкуре», «Легко, сидя в Дубае, советы давать», – значит, я попал прямо в точку. Вас задело прочитанное или обнаруженное в практиках. Включаются защитные механизмы психики, сознание отказывается воспринимать то, что может повести вас в боль, страх и тяжелый труд над собой. А раз есть от чего защищаться, есть что вытеснять в подкорку, – значит, есть с чем работать и что исправлять. Есть «больное место».

Нужно отыскать его и проработать.

Знание – жизнь!

Этой книгой, всеми ее историями из жизни: моей, или участников школы «Осознанный родитель», или моих друзей, я хочу показать, как важно искать и находить ответы в себе. Давайте фокусироваться не на капризах ребенка, не на хамстве босса или депрессивности мамы, а на вопросе «Почему это так задевает МЕНЯ?». Ответ на этот вопрос может стать ключиком к вашему счастью.

Давайте перестанем искать виноватых. Перестанем отмахиваться от проблем и боли, как от противных мух, обесценивать их – «ах, нечего болото разводить» или «некогда страдать и обижаться». Решение придет, если мы найдем в себе силы схватить триггер за хвост, вынуть корни проблемы на поверхность и изучить ее природу.

Для этого нужно модифицировать свои «ложки», наращивать их, делать блестящими, яркими, удобными – то есть развивать себя и свои способности. А заодно и наполнять чаши своей жизни.

Наполнять любовью. К себе и к миру.

Я от всего сердца желаю вам: будьте собой, живите для себя. Ведь вы и есть счастье! Вы и есть любовь! Когда поймете и примете это, когда научитесь встречать рассветы под этим «лозунгом», вы сами и все вокруг вас станут счастливы.

Я не знаю, как это бывает

Когда жизнь нам себя открывает

Как кефир в стеклянной бутылке срывает крышку

Или как в старой комнате нашли мертвую мышку

И сразу хочется окна настежь

И жизнь нараспашку

Чтобы воздух желанья вдохнуть как ромашку

Чтобы тучи спустились и разбились о скалы

И чтобы солнце внутри отыскало каналы

Отыскало ту дверцу невиданной дали

Где можно зайти

Но без печали

Зайти и окрепнуть, зайти и воскреснуть

Зайти в свою жизнь и все старое свергнуть!

Мы живем каждый день в ожидании чуда

Мы встречаем рассветы, чтоб приблизить друг друга

Мы часто в рассветах себя забываем

Про то, как мы сами о чуде мечтаем

О чуде, которое в нас изначально

Оно нам дано божеством специально

Чтобы мы могли его ощутить при рождении

И чтобы могли раствориться в забвении

В забвении счастья, момента и жизни

В забвении лет и одной только мысли

Что знаю как будет, как было, как есть

Ведь я человек и выбор мой здесь

И я выбираю… себя и тебя

Чтоб вместе прожить на планете Земля!

Игорь Сивов

8 июня 2021 г.

Благодарности

Моей любимой жене за то, что вовремя почувствовала мою боль, разглядела во мне жажду разобраться в себе и отыскать решения. Спасибо, что запустила процесс моей трансформации, внутреннего роста, а затем бережно поддерживала и проходила вместе со мной этот путь.

Маме за всю ее необъятную любовь и силу принятия, которые сформировали меня как личность.

Папе за веру в меня, за силу духа и готовность идти со мной по пути осознанности.

Маме старших сыновей Матвея и Мирона – Алене, за взаимное движение навстречу миру и к пониманию между мною и детьми.

Старшему сыну Матвею за то, что стал самым чистым моим Зеркалом. Спасибо, что показываешь меня самого в этом возрасте, что вдохновляешь идти вперед, что учишь быть лучшим отцом.

Среднему сыну Мирону и малышам Серафиме и Саффрону за то, что озаряют мой путь ярким светом и питают своей детской энергией, за то, что учат меня легко и открыто смотреть на мир.

Марии Солодар за то, что убедила несколько лет назад создать школу «Осознанный родитель», из которой я взял истории для иллюстрации отражений.

Елене Блиновской за то, что помогла мне отыскать множество страхов и блоков, особенно в отношениях с папой, и показала путь, по которому я дальше уверенно пошел сам. И это привело не просто к «интересной истории», а к исцелению нашей семьи от обид и боли.

Марине Мелии за то, что поверила в меня и вдохновила на написание книги.

Марии Огарковой за помощь в работе над рукописью. Спасибо, что была со мной весь этот год, прожила мое состояние и умело отразила его на бумаге.

Примечания

1

Матвей – старший сын.

2

Людмила Петрановская – российский психолог, педагог и публицист. Она детально раскрывает механизм проецирования вины на себя в рамках теории привязанности в книгах «Если с ребенком трудно» и «Тайная опора». (Прим. ред.)

3

Только не проводите подобные эксперименты без помощи специалиста. Ведь из состояния, в которое войдет «маленький» взрослый, потом нужно грамотно выйти.

4

Елена Друма – психолог и гештальт-терапевт, блогер-миллионник. Упомянутая классификация дается в книге «Сама себе психолог».

5

Катехоламины – физиологически активные вещества, выполняющие роль химических посредников и «управляющих» молекул (медиаторов и нейрогормонов) в межклеточных взаимодействиях у животных и человека, в том числе в их мозге. (Википедия)

6

Глюкокортикоиды – стероидные гормоны, вырабатываемые надпочечниками в ответ на стресс, травмы или другие шоковые состояния. Они попадают в кровь, подготавливая человека к защите от угрозы.

7

На момент написания книги дочери Серафиме исполнилось три года. (Прим. ред.)

8

Треугольник Карпмана – в трансакционном анализе модель взаимоотношений между людьми, описанная Стивеном Карпманом, в основе которой лежат три психологических состояния участников этих отношений: преследователя, жертвы и спасателя.

Content

Игорь Сивов
Ненавредители. Как стать счастливым родителем счастливого ребенка

Предисловие Путь Отца

Глава 1 Я не игрушка

Глава 2 У меня все иначе

Глава 3 Мальчики не плачут

Глава 4 Голоса в голове

Глава 5 Будь по-моему

Глава 6 Пуповина длиною в годы

Глава 7 Отцы или дети?

Заключение Жизнь нараспашку

Благодарности

Примечания