Маша Мозолевская

Не только мама. Практическое руководство по поиску себя для каждой девушки с детьми

© Мозолевская М., текст, 2023

© Шварц Е., иллюстрации, 2023

© ООО «Издательство «Эксмо», 2023

Mom power!

Хочу сказать пламенное спасибо тем замечательным творческим девушкам с детьми, без которых эта книга была бы совсем другой: Яне Малышевой-Джонс, Даше Уткиной, Эльвире Асановой, Маше Романовой, Нигине Сайфуллаевой, Юле Никулиной, Анне Самойловой, Соне Пугачевой, Саше Кириенковой, Анне Кегелес, Даше Ефремовой, Ане Федоровой, Катаржине Белковой, Анастасии Веселко, Дине Фараджаевой, Саше Боярской-Уэйтт, Жене Карповой, Ольге Сучилкиной, Лене Боровой, Марине Деминой, Екатерине Шапошниковой, Алле Лэнд, Ольге Палачевой, Ане Сибирцевой, Юноне Салтыковой, Маше Сергеевой, Анне Пастор, Елене Боровой, Анне Поташевой, Аделе Файзуллиной, Анне Афониной, Ане Сибирцевой и Кате Герман, с пронзительных ночных телефонных разговоров с которой и зародилась идея проекта «Не только мама». А еще своей бабушке, маме и сыну Киту – если бы не они, книги бы точно не было.

Интро

Посвящается всем мамам, которые в порядке. В случайном.

Идея этой книги пришла мне в голову, когда я очень-очень устала. Моему сыну Киту тогда было семь лет, я работала на двух работах и вела собственный проект. А еще готовила, закидывала и разгружала стирку, таскала сумки из супермаркета на шестой этаж без лифта, следила, чтобы дома всегда были любимые сыном яблоки и огурцы, чтобы на маленьких полосатых носках не было прорех, чтобы дырки в молочных зубах не успевали превратиться в черные дыры… Этот список можно продолжать бесконечно.

Когда мне показалось (до сих пор ума не приложу, что за веселящий газ распыляли на улицах в тот день), что все вроде бы схвачено, мы зачем-то… завели щенка. И все снова рассыпалось и покатилось.

В какой-то момент я поняла, что изо дня в день бегу по кругу, стараясь игнорировать день сурка, и в этом беге нет ни легкости, ни задора.

А ведь когда-то я бегала разве что от стойки бара к танцполу, причем на опаснейших каблуках. Кажется, прежняя жизнь отделилась от меня вместе с плацентой.

Фрустрация стала выплескиваться из меня в виде маленьких недобрых заметок. Я писала словно бы письма невидимой собеседнице, воображаемой подруге: о том, как устала, как мне не хватает времени и моральных сил додумать проект, как я завидую тем мамам, у которых больше ресурсов или меньше тревоги, как я чувствую, что словно не живу свою единственную жизнь на все 100. Эти клочки мыслей я чирикала буквально на колене. Спешно набирала в заметках в телефоне, пока сын носился по детской площадке. Стоя на одной ноге на кухне, пока гостиная была погребена под завалами Lego, словно Помпеи после легендарного психоза Везувия.

Подкидывая на сковородке куриные котлеты (и ведь все равно пригорели!), писала вопросы знакомым художницам, фотографам, журналисткам с детьми, чтобы допросить их: а как они вообще умудряются заниматься еще и своими проектами, творчеством – так, чтобы котлеты не подгорали?

Я записывала мельчайшие мысли по теме даже в супермаркете, потому что не знаю, как у вас, а у меня вместо головы – то еще решето, и я забываю.

Всё! Постоянно! Забываю! Отвечая на бесконечное количество пустяковых и сложных вопросов семилетнего мальчика, составляя списки бытовых дел, вытирая лужи за щенком, переписываясь с учительницей («Как? Опять вши в классе?»). Все эти дела, делишки, задачи большие и маленькие – а ведь еще есть работа! клиенты! – забивают оперативную память моего мозга на 99 %.

Я все время что-то решаю, организовываю, разгребаю. Я очень устаю.

Я соло-мама. У меня чудесный сын. У нас все хорошо.

Но все ли хорошо у меня? Лично у меня, отдельной, чувствующей, сочиняющей, творческой единицы Маши М.? Довольна ли я тем, как складывается мой путь? Не забыла ли я, что когда-то, до рождения ребенка, я выбрала быть тревел-журналисткой и писательницей и мечтала жить насыщенной, полной приключений жизнью? Чувствую ли, что на все 100 иду своей дорогой? Раскрываюсь ли как художник, творец, креативная личность? Достаточно ли у меня времени, чтобы додумать все свои идеи до полного их созревания? Есть ли у меня силы на проекты, которые я создаю не ради поддержания штанов своей крошечной семьи, а для чистого удовольствия, своего удовольствия?

Хватает ли у меня времени помечтать – не о неделе в санатории в одиночестве, с тихим часом, кефиром на полдник и с грязевыми ваннами по расписанию, а о чем-то по-настоящему большом, значимом, ведущем меня куда-то вверх, к моей личной вершине? Могу ли я себе позволить творить, не угрызаясь чувством вины, что это время я должна была бы уделить своему ребенку из плоти и крови, а не из эфира и обрывков сновидений?

Если вы читаете эту исповедь, скорее всего, вы знаете ответ. Каждая, кто листает эти страницы, его знает. Поэтому мы здесь все и собрались.

Я придумала эту книгу для творческих женщин, у которых к тому же есть дети, не для того, чтобы как-то их прокачать, обучить и заставить что-то там свершать. Боже упаси. Последнее, чего я хочу, – это оказаться еще одним пунктом в бесконечном самодополняющемся to-do-списке, который есть у каждой мамы.

Я не собираюсь висеть над уставшими, замотанными, бесконечно жонглирующими делами и задачами женщинами с укором: «Ну что, у тебя есть целый свободный час, а ты опять лежишь и смотришь в стену? Могла бы написать натюрморт экокрасками, которые сделала сама из куркумы, шпината и свекольных очисток накануне ночью, когда всех разложила по кроваткам!»

Моя задача иная: проговорить, прожить вместе с вами то, что вы чувствуете, показать вам, что вы не одни, предложить несколько простых, но работающих идей, как воскресить или облегчить вашу творческую жизнь (а она у вас именно творческая, даже если сейчас, на 11-й странице этой книги, вам так не кажется, поговорим ближе к финалу!). И поддержать вас – в любом начинании. Даже если вы пока не знаете, что именно это будет. Не поверите, но это не так уж и важно!

Чего еще вы не найдете в этой книге, так это мамочек. Это история не про мамочкины картинки и мамочкины рассказики. Не про мамочкино безобидное хобби, которым она может заниматься, когда отдраила холодильник, развезла всех детей по кружкам и напекла вкусных кулебяк.

Эта книга – для творческих личностей женского пола, с детьми.

Уф-ф-ф, скажете вы, ну и определеньице. Не очень-то хочется припечатывать к себе такой монструозный титул. А в ответ я вам скажу, что вот этот момент с тем, как нам себя называть, он сейчас всплыл не просто так. Это наш первый краеугольный камень, который, по сути, открывает целый ряд проблем, с которыми мы попробуем, помимо прочего, разобраться с помощью этой книги.

Понимаете, мы даже еще не добрались до первой главы, а у нас уже проблема с терминологией. И правда, остановимся на секунду и задумаемся: как же нам – творческим людям женского пола, с детьми – себя называть? Если в западном мире вовсю используется и набирает обороты термин artist mother или artmom, по-русски это все еще звучит неоднозначно. В буквальном переводе это «мать-художница». Тут немедленно откуда-то из дальних закоулков памяти выползает фраза «Жена-художник – горе в семье». Откуда это? Кто это сказал? И главное, почему я это храню в чертогах разума, где и так не хватает места, чтобы вспомнить, куда я накануне вечером переложила кошелек и когда вести собаку к ветеринару?

И тем не менее вот оно, полюбуйтесь: сама того не желая, я вспоминаю такую дурацкую установку, которая если и задумывалась как шутка, получилась не очень-то смешной.

Видимо, народный юмор подразумевал, что эта самая жена-художник ведет разнузданный образ жизни, не появляется дома неделями, разносит масляную краску по фамильному паркету-елочке, отказывается носить лифчик и совершенно не интересуется борщами и дырками в мужниных носках, не говоря уже о благосостоянии собственных отпрысков. Ок, тогда как мы ее назовем, эту женщину с детьми и художественными наклонностями? Может быть, «творческая мама»? Но здесь неизбежно начинает мерещиться образ эдакой хиппи в тюрбане, развешивающей на балконе блестящие CD-диски, чтобы 12-й этаж многоэтажки у лесопарка «Лосиный остров» хоть немножко походил на дачу в Гоа.

Ничего «такого» в этом образе нет, просто это как-то уменьшает серьезность термина – а ведь он и правда не повод для иронии. Что, если эта творческая женщина (да, возможно, в тюрбане, в краске, без малейших признаков интереса к искусству борщеварения) на самом деле делает огненные подкасты, берет важные интервью или снимает документалки?

А возможно, ее творческая профессия связана не только с самовыражением, но и с серьезными амбициями, суперсовременными креативными отраслями (например, эта «непутевая жена-художник» – разработчик игровых приложений или высокооплачиваемый нарративный дизайнер) и даже опасностью (скажем, политический журналист – вполне себе творческая профессия, но вовсе не вписывается в категорию «безобидное хобби»). Тогда как же назвать одним словом всех этих artmoms, в чем бы ни выражалось их искусство?

У меня есть идея.

Каждая приходящая в пространство этого текста женщина – в первую очередь художник, артистка.

И вовсе не в ироничном смысле этого слова, а наоборот – от всеобъемлющего и гордого английского artist, что означает человека любой творческой профессии. Добавим актуальный феминитив, и вуаля – артист-ка. Это я. Это вы.

Я убеждена, и ничто, решительно ничто меня не переубедит: все женщины – в самую первую-распервую очередь творческие личности. В нас вшита функция создания, и точка. Например, новых людей – как тебе такое, Илон Маск?

Но материнство вовсе не ограничивает наш созидательный спектр. Кто-то выбирает направить свою суперсилу создательницы на карьеру, заботу о других или искусство. И это тот выбор, который – спасибо эволюции и феминизму! – есть у каждой из нас.

Я верю, что творческий потенциал есть внутри каждой женщины с самого ее рождения, и это то, что останется с нами навсегда.

И только потом уже – потенциал материнства. Это то, что мы выбираем (или нет) в процессе нашей (творческой) жизни, – создать человека. Это великий, амбициозный, мощный и крайне энергозатратный креативный проект, который требует от женщины мужества – такой вот парадокс. Но этот проект вовсе не обязан сузить нишу художницы до материнства и только.

Не поймите меня неправильно, я ни в коем случае не хочу преуменьшить роль детей в жизни женщины. Просто эта книга – не о них. Дети, как говорится в одной шутке, словно воздух – заполняют собой все помещение. Так вот, я предлагаю всем читательницам, скользящим по этим страницам, погрузиться в специальный вакуум: здесь мы разбираемся только с собой, своим внутренним миром, своим творческим потенциалом вне материнства. И пусть все наши дети подождут.

Я верю в то, что каждая женщина рождается с особенным, тонким чувством красоты, ее связь с этим миром совершенно особенная. И каждая, совершенно каждая женщина – художник. Артистка. Даже если она, например, бухгалтер. Даже если она ничего не понимает в искусстве. Даже если она очень устала и у нее нет времени «на все эти глупости». И мы должны эту внутреннюю артистку признать, полюбить, представить родным и близким и никогда ей не изменять.

Каждая из нас – и вы, читающие эти строчки прямо сейчас! – не только мама. Вы – целая вселенная идей и замыслов, и ей нужно пространство, время и энергия, чтобы развернуться в полную силу.

В этой книге мы будем исследовать нашу внутреннюю вселенную. Будем говорить о разном. Будем выпускать пар. Слушать друг друга. Ловить идеи. Выдыхать обиды и стресс – и вдыхать вдохновение. Имейте в виду: все задействованные в этом проекте специалисты – помогающие практики, эксперты и не только – тоже женщины и мамы. Никого «со стороны», то есть мужчин и убежденных чайлдфри, – это принципиальный момент: лично я, например, просто не могу в критичный момент полного эмоционального выгорания на фоне материнства и мультизадачности слышать совет в духе «Просто возьми тайм-аут и посвяти время себе!» от специалиста без детей. Кажется, от таких советов – даже если это очень-очень хорошие советы! – у меня наливается кровью лицо.

Еще в этой книге вам будут попадаться послания от других творческих мам – пока я писала эту книгу, я поговорила с 100 девушками самых разных креативных профессий.

Их слова, мнения и даже полноразмерные обращения к читательницам – очень личные, живые, неидеальные. Настоящие.

Мне было важно, чтобы эта книга говорила голосами разных женщин, чтобы она была нашим коллективным делом.

«Не только мама» – это не просто книга. Это наше общее теплое одеяло, наша чашка горячего шоколада в промозглый день, наш кашемировый свитер с большим мягким воротом. Знайте, что нас, артисток, которые еще и мамы, очень-очень много. Помните, что мы собрались здесь с одной целью. И вы – часть этого сообщества, от души заляпанного красками, чернилами, слезами и супом-пюре. А теперь обнимемся!

1

Я не договорила!

Нельзя возвести дом на зыбкой почве неосушенного болота. Не выйдет выстроить здоровые, гармоничные отношения, если еще не прожиты и не отпущены предыдущие неидеальные, а может, и вовсе травмирующие. Нет смысла накладывать на раздраженную кожу изящный мейкап без праймера и тона. И уж точно пустая трата времени – делать укладку на немытую голову.

Точно такая же история с заключением крепкого союза со своей внутренней артисткой: для начала нужно устроить большую зачистку и вытащить на свет божий все, что мешает ей проявляться, – а затем, бесстрашно взглянув врагу в лицо, решить, что со всем этим делать.

Так что начнем с того, что хорошенько выпустим пар. Накопились злость, усталость, обида, зависть? Это надо обсудить! Перемыть косточки. Пропесочить. Зачем? Чтобы то невысказанное и угрюмое, что колючим комком скребет где-то между сердцем и легкими, обрело наконец форму, перестало быть смутным и от этого еще более пугающим.

Каждую проблему нужно для начала проговорить вслух – это вам любой терапевт скажет.

У нас тут, конечно, не кабинет врача, но мы тоже начнем с базы.

Пройдемся по пунктам – что нас всех тревожит, что бесит, что доводит до слез? Один раздел – одна досадная эмоция. Узнали себя? Смотрите, нас таких много. Или, наоборот, читаете и удивляетесь, что так бывает? Значит, вам повезло, и одной головной болью меньше. А за это уже можно и бокал шампанского поднять!

Усталость. Обида. Самоедство. Зависть. Обесценивание. Сомнение в себе. Проговорим это и пойдем дальше.

Заметьте, в этой главе я не предлагаю волшебной таблетки от каждого вышеперечисленного недуга. Мы не будем клеить пластырь на каждую царапину (а может быть, даже рану). Вместо этого в последующих главах мы постараемся решить проблемы комплексно и вообще с другого конца. Но я все же призываю вас не пропускать этот важный этап проговаривания проблем – я еще называю его «этап нытья». Каждый пункт – это выплеск накопившегося, сброс токсичных отходов, выхлоп зловонного газа, выбитая пробка. Словом, все то, что собирается годами, спрессовывается в некое подобие заглушки и мешает нашим творческим сокам течь свободно, а нам оставаться в нежном, но глубоком контакте с собой. Долой преграды!

Вот небольшой совет, как получить максимум от этой главы. Выделите десять минут в спокойствии («Вы шутите? Какое спокойствие?» – скажут некоторые. Все понимаю!), схватите полуостывшую чашку кофе, закройтесь в ванной, если это необходимо, вчитайтесь в текст и попробуйте отследить свой глубинный личный отклик. Задело? Оставило царапину? Захотелось крикнуть «Да у меня, черт возьми, ровно то же самое»? Вот оно. Зафиксируйте это: например, запишите, что чувствуете, хоть прямо в заметках в телефоне.

Пишите по живому, не правьте и не раздумывайте слишком долго, просто выплесните накопившееся.

Этого никто не увидит и не прочтет (написанное можно спрятать под паролем, удалить в тот же день или проглотить клочок бумажки, запив все тем же остывшим кофе!), но как только это невысказанное, темное и пугающее обретет форму, то есть станет буквами и строчками, оно превратится в спасительный канат, зарубку на дереве, чтобы вернуться из дремучего леса к дому. Все, готово. Не поверите, но даже такая мелочь – уже вполне себе терапия. Ну, за дело!

Усталость, зависть и безглютеновые маффины

Начнем «главу нытья» с самого главного и знакомого каждой: разговора об усталости. Всем нам катастрофически не хватает времени – иногда просто на себя, что уж там говорить об искусстве.

Одна из самых знаменитых художниц и перформеров нашего времени Марина Абрамович как-то открыто призналась: «Я трижды делала аборт, потому что была уверена, что материнство станет катастрофой для моей работы. У каждого из нас внутри лишь ограниченное количество энергии, и мне пришлось бы ее разделить». К словам художницы можно относиться как угодно, но с одним не поспоришь, как ни крути: энергии у нас и правда ограниченное количество. Иногда – слишком ограниченное. Та же самая Абрамович как-то провела 750 часов, сидя на стуле в полной тишине в пустом зале Музея современного искусства в Нью-Йорке и беспристрастно взирая на посетителей – таков был ее арт-проект The Artist Is Present. Три месяца в тишине! Во-первых, зависть. А во-вторых, вопрос: удалось бы ей провернуть такой перформанс, будь у нее дети? Как говорили у нас во дворе, «ха-ха три раза».

Вот я рассматриваю фото и видео своего друга детства, которые отправила мне моя мама, а моей маме – его мама, крайне гордая своим сыном. Видите ли, в моей жизни есть тот самый «сын маминой подруги», герой мемов. На видео красивый парень моего возраста в крутом кожане и развевающемся шарфе героически стоит на какой-то вершине – то ли Доломиты, то ли Гималаи. Вон палатка, где он провел ночь в гордом одиночестве, как и положено странствующему герою. Вот его байк, который он собрал из экоматериалов сам, в бруклинском гараже, – этот проект принес ему славу и восхищение друзей и родителей (в том числе моих). «О нем собираются снимать фильм для National Geographic!» – подливает масла в огонь моя мама. Парень на видео указывает рукой в красивой кожаной перчатке на занимающийся рассвет. Ветер треплет его идеальные кудри. Я любуюсь им – и одновременно проклинаю его. Я не помню, когда я ночевала сама по себе, да еще и не дома, бог с ней, с палаткой на вершине далекой горы.

Я тоже люблю соло-путешествия, приключения и мотоциклы. А вот варить каждое утро овсянку, к тому же не себе – не особо.

А вот еще одна знакомая пишет в соцсетях: «Долгие часы я провела в глубоком ченнелинге под звуки тропического дождя на Бали, чтобы создать эту коллекцию трансформирующих украшений…» Восхищаюсь – и скрежещу зубами. У меня вместо ченнелинга – сплошной челлендж.

Другая подруга на два месяца отключает все средства связи и запирается дома, чтобы поставить балет для альтернативного танц-театра. «Мир слишком фонит. Мне не нужна вся эта информация. Я не могу отвлекаться на других людей, мне нужно полное уединение. Только так я могу творить», – говорит она мне в ожидании полного понимания. О, я понимаю. Я, черт подери, понимаю. Жаль, на понимание у меня ровно 40 минут – потом нужно бежать за сыном в школу.

Что объединяет этих людей? Как минимум две вещи. Они очень талантливые. И у них нет детей. Это означает, что между мной и ними – целая вселенная. Люди без детей – это такая особенная категория, и наши с ними параллельные миры выглядят вот как на этой картинке.

Приключения леди-без-детей: «Ну ладно, пойду-ка прогуляюсь за этим гусем и погляжу, чем это все закончится».

В моем мире к «людям без детей» также относятся те варианты, где тебе не нужно работать родителем каждый божий день. Например, если твой ребенок выдается тебе только на выходные. Или вообще живет в другой стране и раз в несколько недель умильно машет ручкой по скайпу. Или ты всем рассказываешь, что у тебя есть дети, но сами дети про это уже успели позабыть – такой вот ты родитель (знаете таких? Уверена, что да. По какому-то удивительному закону мироздания зачастую такие вольные родители детей – мужского пола).

Когда ты не работаешь родителем и ответственным взрослым каждый день, у тебя аккумулируется целая прорва энергии.

Даже если больше всего на свете тебе нравится лежать на диване и скролить соцсети, эта свободная энергия такая качественная и плотная, что из нее практически сами начинают формироваться Творческие Проекты. Зарождаются идеи, выдавливается из тюбиков на палитру масло, рифмуются строчки, сами собой верстаются проникновенные презентации для инновационных проектов. Эта драгоценная энергия переливается из одного сосуда в другой. И ее хватает не только на идею, но и на ее реализацию.

О-о, возмутительно иначе устроен мир человека, работающего мамой каждый божий день. У нее тоже очень много энергии, даже если кажется, что она весь день проводит в пижаме с полусгрызенным собакой карандашом, удерживающим растрепанный пучок на макушке. Эту энергию сложно разглядеть, потому что от нее постоянно отщипывают маленькие и средние кусочки все подряд. Ребенок, а то и множественные дети, которым нужно очень много всего – и нужно это постоянно.

Муж, партнер или бойфренд, если таковой имеется, которому тоже всегда что-то требуется. Например, обсудить коварного начальника. Или спросить, не встречалась ли где-то на антресолях его палатка. Или просто заботы и ласки – а может быть, и горячего чаю с малиновым вареньем, ведь у него насморк. Что еще? Школа детей. Работа (или три?). Детский врач. Детские секции. Детская одежда. Домашняя возня. А также родители человека, работающего мамой, которым кажется, что все вышеперечисленное могло бы было быть организовано получше. Как говорили лично мне в школьные годы: «Почему 5, а не 5+?»

Хочется ли такой маме собрать мотоцикл будущего из экоматериалов и встречать рассвет на вершине далекой горы? Очень даже хочется! Почему бы, черт подери, и нет?! Глубокий ченнелинг под звук тропического дождя и работа над коллекцией украшений тоже звучат крайне заманчиво. Только вот, кажется, последний лоскуток божественной энергии ушел на чтение сказки на ночь и заказ торта на детский день рождения в распоследний момент, а вот на душ его уже не хватило. Как говорится, стори оф май лайф. Узнали себя? Обнимемся.

Одно дело – убежденные художницы-чайлдфри. В конце концов, это тоже достойный уважения, честный выбор. Или мужчины, у которых отчего-то всегда есть возможность собирать кастомный мотоцикл в гараже, пока жена караулит сон младенца. Словом, все те свободные люди с уймой времени, которое они вольны тратить хоть на арт-проекты, хоть на экспедиции на край света, им мы уже перемывали косточки выше.

А ведь есть еще одна особенная категория людей. Это наводящие ужас, парализующие, высасывающие остатки энергии идеальные женщины! Те, у которых все спорится: и семья, и работа, и творчество. Самое отвратительное вот что: к ним совершенно не получается придраться!

Вот, например, одна моя знакомая: написала уже два романа, параллельно родив двух дочек и успевая рулить собственным маркетинг-агентством. Даже развестись успела (весьма выгодно)!

Вторая стала успешным иллюстратором, гоняет на выставки в Италию и воспитывает двух классных девчонок, да еще и ведет красивую, в меру богемную жизнь – я хочу знать ее рецепт!

И это еще девушки, которых я более-менее знаю лично, а поэтому нет-нет да и вижу, как проходит их реальная жизнь. А ведь есть еще эта особенная порода инстаграм-богинь, у которых младенцы в безупречных пудровых комбинезончиках разложены ровненькими рядами по дизайнерским колыбелям, пока стройная мама пилит селфи в таком домашнем наряде, который большинство моих знакомых приберегли бы для особого случая, словно это парадный бабушкин хрусталь в серванте.

К селфи, как правило, прилагается отчет о том, что эта суперженщина успела сделать, проснувшись до восхода солнца (пранаяма, вакуум, брашинг, легкая растяжка, массаж гуаша, расхламление, аффирмации, безглютеновые маффины). И вдохновляющая цитата. И с десяток сториз, где наша героиня – которая, конечно же, не только мама очаровательных тройняшек и счастливая жена лучшего мужа, но и онлайн-предпринимательница – приглашает пройти ее курс «Плоский живот за 10 дней» или заказать кардиган из шерсти альпак, которых она в свободное время разводит на даче.

Вы листаете эти солнечные, вдохновляющие сториз, расписанные по всем законам современного сторителлинга, закрывшись в туалете с чашкой кофе, пока ваши отпрыски верещат, занимаясь спортивным перетягиванием ни в чем не повинной таксы Батона, расплескивая молоко из мисок с хлопьями на только что принесенный из дорогой химчистки ковер и время от времени ломясь в закрытую дверь ванной комнаты, словно белые ходоки в ворота ледяной крепости в «Игре престолов».

Где они, плоский живот, альпаки и безглютеновые маффины? Кажется, в этой жизни их точно не предвидится. Уверена, у вас тоже найдется парочка таких вдохновляющих (и ужасно раздражающих, будем честны!) примеров мам «из интернетов», на которых вы смотрите со странной смесью жгучей зависти, легкого презрения и искреннего недоумения.

Впрочем, не стоит винить только соцсети.

Феномен «супермамства» не нов, просто соцсети его особенно ярко подсветил, как и другие наши особенности.

Все началось задолго до того, как к нам в ладони встроили интернет. Профессор Джоди Ванденберг-Дэвис [1], заведующая кафедрой женских, гендерных и сексуальных исследований в Университете Висконсин-Ла-Кросс, считает, что корни современной родительской фрустрации следует искать в 1980-х. Тогда оплата квалифицированного женского труда стала расти, но одновременно, по какой-то удивительной иронии, начало набирать обороты «интенсивное материнство». Тогда же модным стало следить за детьми на повышенных оборотах – безотрывно мониторить, не едят ли они слишком много джанкфуда, пользуются ли солнцезащитными средствами, что именно смотрят по телевизору. Сейчас это кажется нам само самим разумеющимся и даже слишком базовым. Но стоит припомнить, как растили детей до этого: в 50-х, 60-х и 70-х никому из родителей не было дела ни до чего, перечисленного выше, а про довоенные времена я просто молчу.

Дети росли предоставленными сами себе, а гендерные роли внутри семьи были, как правило, железобетонными.

Времена изменились, в результате чего трансформировалось и материнство.

К середине 80-х женщины оказались порядком измотаны активной карьерой, не менее активным материнством и нарастающим ощущением, что, несмотря на все усилия, что-то где-то все время провисает. Настолько, что в 1984 году писательница Марджери Хансен Шаевиц (Marjorie Hansen Shaevitz) ввела в обиход термин «синдром суперженщины» и даже написала одноименную книгу [2] с таким подзаголовком: «Для женщин, которые пытаются объять необъятное». Если мам разрывало на части еще 40 лет назад, можно себе вообразить, до какой точки кипения дошло наше поколение!

Факт остается фактом: у некоторых все же получается совмещать детей и интересную, наполненную творчеством и самовыражением жизнь.

Но как, черт подери, они это делают?! Мы-то знаем, каково это – растить потомство и каждый день проживать в режиме постоянной нехватки… себя. Когда мозг, кажется, шуршит вполсилы – потому что, пока одна его половина еще пытается подать признаки креативной активности, подкидывая идейки «А что, если…» или «Вот еще хорошая мысль!», все остальное внутричерепное пространство забито миллионом забот. Да что уж там, о какой половине речь – я бы назвала это жалкими крупицами сознания.

Эти мужественные остатки нашей угнетенной творческой личности из последних сил пытаются отстоять свою территорию, но ощущение борьбы с ветряными мельницами не покидает. И вот еще одна яркая идея померкла под толщей соплей младшего, домашек старшего и необходимостью срочно вести пожилую таксу Батона к ветеринару, потому что утренние игрища решительно не пошли на пользу его хрупкому организму. Так как же удается оставаться на творческой волне тем самым идеальным женщинам? Как у них получается не жертвовать своим самовыражением? Не выбирать – мать или артистка? Ответ прост.

Они жертвуют. И выбирают. Просто это ювелирно отмеренная мера жертвенности и взвешенный выбор. Каждый день. Это то, чему мы должны не завидовать, а взять на вооружение и использовать себе во благо. Попробуем заняться этим, как только окончательно проговорим все, что накипело.

Обидно, черт подери!

«Есть отличные художники, у которых также имеются дети. Конечно, такие существуют. Они называются мужчины», – однажды сказала знаменитая британская художница Трейси Эмин. Думаю, стоит отдельную мини-главу посвятить мужчинам – партнерам и отцам. И это будет очень длинное письмо – наболело. Не поймите меня неправильно, я люблю мужчин (мужчины – это весело!). Но…

Погуглите «Материнство и творчество» – найдете прорву статей (особенно на английском), исследующих нашу волнительную тему: можно ли быть хорошей мамой (и мамой вообще) и при этом реализоваться как скульптор, режиссер, писатель? Причем речь не о карьере (хотя на эту тему, понятно, тоже стоит от души поговорить), а именно о креативном самовыражении. А теперь угадайте, насколько широко раскрыта тема совмещения отцовства и творчества? Попадалась ли вам где-нибудь формулировка father artist (по аналогии с artmoms)?

Согласитесь, что это даже звучит диковато – отец-художник. А слышали ли вы хоть раз мужской разговор, в котором один творческий парень делился бы с другим сомнениями, стоит ли ему заводить ребенка, ведь это может повлиять на его креативную карьеру?

Всем понятно по умолчанию, что у мужчины, чем бы он ни занимался, очень даже могут быть дети, а у мужчины творческой профессии, скорее всего, их в избытке и «в каждом порту» – это как-то ожидается и по умолчанию одобряется обществом.

У Пикассо было четверо детей от трех разных женщин. У Боба Марли – 11 отпрысков. У Джо Джексона, отца Майкла Джексона, – тоже 11. Понятно, что сколотить группу было для него самым логичным решением. В принципе, детей хватило бы и на две. Или на целую футбольную команду.

У комика Эдди Мерфи – 10 детей. У Мика Джаггера – 8. Жены, любовницы, восторженные группиз сменялись, потомство прибавлялось, но это никак не влияло на график мировых турне, запись альбомов, многомесячные съемки в фильмах и участие в международных выставках.

И конечно же, никто никогда не показывал на отцов – музыкантов, скульпторов, художников, режиссеров и актеров пальцем и не упрекал их в том, что, размножившись, они предали Большое Искусство. А вот с женщинами такое происходит регулярно. Например, когда 39-летняя певица Аманда Палмер в 2015 году заявила, что ждет первенца, один из ее поклонников написал возмущенное письмо в духе «На что идут деньги налогоплательщиков?!».

Его претензия была в том, что он поддерживал певицу на краудфандинговой платформе, но кумир его разочаровала: «За что мы платим – за новую музыку или за ребенка? То, что вы делаете, вообще честно по отношению к нам, вашим фанатам? Музыка-то когда будет?»

Интересно, получали ли такие письма Джаггер и Марли.

Конечно же, примеры женщин, у которых магическим образом нашлось время и на творчество, и на заботу о детях, тоже есть – взять, к примеру, Лорен Хилл (6), Мадонну (6), Анджелину Джоли (6) или Зинаиду Серебрякову (4).

Сама Мадонна, между прочим, соло-мама (ее регулярно сменяющихся игрушечных бойфрендов я в расчет не беру), говорит вот что:

«Когда я смотрю в прошлое, пытаясь припомнить сильных, великих женщин, которые бы меня восхищали, мне на ум приходят борцы за права Симона де Бовуар и Анджела Дэвис – но у них не было детей. Так что мне сложно сказать, что у меня есть идеалы, с кем я могла бы себя отождествлять. Потому что, помимо того, что я остаюсь творчески и политически активной и у меня есть мой собственный голос, я еще и мать шестерых детей. Так что не могу сказать, что кто-то может со мной сравниться».

Увы, не каждой артистке повезло быть такой эмоционально выносливой и устойчивой, как Мадонна. Например, звезда начала нулевых Нелли Фуртадо, став матерью и продолжая выступать и гастролировать, пережила настоящий нервный срыв. Прямо на сцене. «Я была одновременно и мамой, и певицей в туре. С малышом. Я была истощена. В один из вечеров я вышла на сцену и поняла, в каком я стрессе. Первые две песни я просто прорыдала…» – рассказала Нелли в интервью. В итоге певица решила, что «просто мама» – идеальный выбор для нее, и надолго отказалась от музыкальной карьеры, посвятив себя дочке.

Сколько успешных диджеев/сценаристов/фотографов мужского пола выбирают роль «просто папы», задвигая свою творческую страсть на 10-е место? Какова вероятность, что кто-то из режиссеров мужского пола когда-нибудь скажет: «Мой ребенок на первом месте. Боюсь упустить самые драгоценные моменты его детства. Да и что скажут люди, если я уеду на съемки? Так что я останусь дома с малышом, а кино подождет!» Возможно, если хорошенько покопаться, например, в Скандинавии точно найдется пригоршня таких самоотверженных отцов. Но что-то мне подсказывает, что в других частях света наши поиски будут долгими и мучительными.

Факт остается фактом: даже в крепких, любящих друг друга парах у отца семейства всегда как будто бы больше прав задержаться вне дома на подольше.

Важное мероприятие (потенциальные связи!), приступ вдохновения (по ночам пишется лучше!), долгие съемки за городом («Дорогая, сейчас такой свет на болотах! Мы снимаем взапой! Задержусь на пару дней! Увидишь результат – закачаешься!»). Маме, даже если ее творческая карьера в семье признается и уважается (ну-ка, как часто это бывает?), приходится все время как бы извиняться за свой выбор. Как будто она крадет драгоценное время у дочки. Как будто ее керамические «поделки» или сценарии мультиков получают больше любви, чем ненаглядный первоклашка. Как будто борщ для любимого уставшего на сдаче проекта мужа важнее законченного натюрморта. Но так ли это?

Отдельная история происходит, когда мужчина выходит из отношений. Ну или его выводят под белы рученьки. «Да, мы расстались. Ну что ж, се ля ви, так тоже бывает. Я смотрю на это философски: посвящу себя саморазвитию! Или нырну в новый проект с головой. Самое время переизобрести себя, понимаешь?» – о, как часто я это слышала от отцов, по тем или иным причинам отправившихся в свободное плавание. Дайте-ка угадать, кто в это время вместо «переизобретения себя» остался делать домашки и жарить котлеты?

Вот он уходит в закат (чтобы писать книгу, например, о том, как отцовство сделало его другим человеком, или снимать фестивальное кино). А ты? Ты остаешься. Со своим неснятым кино. Ненаписанной книгой. Незаконченным курсом для иллюстраторов-чайников. И это, черт подери, нечестно.

Зайдите в любой музей. Почему 99 % полотен – кисти художников-мужчин? Почему практически все (да что уж там, все!) великие имена в классической музыке, литературе, скульптуре – мужские? Цифры беспощадны и говорят лучше букв: всего 5 % составляют работы художниц в постоянных коллекциях музеев и галерей Европы и США.

Или Нобелевская премия. С 1902 года заветную статуэтку получили 822 человека, сколько же из них было женщин? Сорок восемь. Среди лауреатов Пулитцеровской премии в журналистике – только 16 % женщин (и у большинства из них нет детей).

Кто-то может возразить: видимо, мужчины более талантливы или более креативны по своей сути. А вот и нет, слово ученым. «Нет никаких биологических оснований считать, что женщины менее предрасположены к творчеству, чем мужчины», – говорит Анна Абрахам, профессор Leeds Beckett University, изучающая нейронауку креативности (neuroscience of creativity). Другое дело, что так уж вышло, что самый продуктивный для творчества возраст и у мужчин, и у женщин одинаковый, но… это также и самое продуктивное время для того, чтобы заводить детей.

Дело не в том, что у женщин хуже получается быть творцами. У них – у нас! – исторически просто не было времени на творчество.

Дети, домашнее хозяйство – тот самый невидимый труд, то есть ежедневная нагрузка, которая традиционно ложится в семье именно на плечи женщины. То, что было отягчающими обстоятельствами для подающей надежды художницы, писательницы или изобретательницы в XIX веке, по иронии остается актуальным и в наше время.

Не будем погружаться в детали, но даже если вам кажется, что у вас очень включенный муж или партнер, честно ответьте на простой вопрос: знает ли он, обувь какого размера носит ваш ребенок прямо сейчас? Что-то мне подсказывает, что этой сакральной информацией владеет только мама. Как и знанием, когда детям в следующий раз к зубному или на прививку. И как вывести пятно от фломастера на рубашке. В родительском чате, скорее всего, тоже она.

Да, слава новым временам, мамам больше не приходится стирать на всю семью в ледяной речной воде и вставать на рассвете, чтобы надоить молока. Труд стал «невидимым» – но его не стало меньше. И он по-прежнему на наших плечах. Хотя не то чтобы функция уборки и прочих домашних дел встроена в наше ДНК, просто так исторически сложилось. «Это не женщины придумали пыль. Липкий осадок на чайнике берется не из наших вагин. Не эстроген причина тому, что тарелки заляпала томатным соусом, крошками от рыбных палочек и остатками пюре. Это не моя матка разбросала в детской всю одежду и вымазала вареньем перила лестницы. И уж точно не мои сиськи стали причиной того, что в мировой экономике так заведено, что домашняя работа – удел женского пола», – язвительно подмечает в своей книге «Как быть женщиной» британская писательница Кейтлин Моран [3].

В 1996 году исследовательница Ливия Полман изучила [4], как факт деторождения повлиял на 20 современных писателей. Семь из девяти опрошенных писателей-мужчин женились до 30. Когда их спросили, что они чувствуют по поводу семейной жизни и творчества, стандартный ответ был таков: «Жена в меня очень верит и поддерживает, без нее я бы не справился». Большинство также рассказало о том, как жена подогревала их уверенность в своем творческом призвании, когда остальные в этом сомневались. И все упомянули, что помощь жены была не только моральной, но и практической, то есть забота о детях и доме была именно на ней, пока опрошенный новеллист прорывался через тернии прокрастинации и синдрома самозванца к звездам.

Восемь из девяти писателей работали дома, но не принимали участия в невидимом труде и не «жонглировали» писательством, сменой подгузников и упражнениями с пылесосом. Кстати, все эти восемь творцов рассказали, что у них дома было свое рабочее место и даже отдельный кабинет.

Когда опросили 11 писательниц, оказалось, что девять из них отчаянно переживали, что семья снизит их писательскую продуктивность. Четверо из группы приняли решение обойтись без детей, причем двое именно по причине того, что выбрали сосредоточиться на писательской карьере. Те писательницы, что все-таки стали мамами, жаловались на потерю свободы, концентрации и времени для того, чтобы творить. Они сообщили, что чудовищно не высыпаются и чувствуют себя изолированными от внешнего мира.

Когда их спросили о том, как проявляют себя в семье мужья, большинство отметило скорее «терпимость», нежели активную поддержку. Что ж, ничего нового: еще в 1929 году Вирджиния Вульф в эссе «Своя комната» писала о том, что женщинам катастрофически не хватает пространства, чтобы творить.

Прошло почти 100 лет, но мы все там же. Ох уж эта пресловутая невозможность запереться в кабинете и слиться в экстазе с музой, пока покорный муж, стараясь не шуметь, подсовывает тебе под дверь бутерброды с докторской – как делали жены великих русских классиков прошлого века!

«Ребенок принес бессонные ночи. Я вставала с несвежей головой, усталой. Утром – репетиции, вечером – спектакли. Муж сладко спал до 11–12 часов. Завтракал в постели. Читал газеты, журналы. Потом немного поработает. Вечером – в Союз, в ресторан. Друзья, кофе, коньяк и литературные сплетни», – о Нине Нелиной (Нюренберг), первой жене писателя Юрия Трифонова из книги О. Ю. Тангян «Испытания Юрия Трифонова».

Конечно, мы можем и даже обязаны вспомнить несколько всемирно известных великих творческих женщин, у которых, возможно, была своя комната для творчества, но их можно пересчитать по пальцам: Джейн Остин, Фрида Кало, Анаис Нин, Симона де Бовуар, Сильвия Плат, Пина Бауш, Луиз Буржуа – кого еще сможете припомнить с наскоку? Кстати, у половины из этого списка потомства не было. Да, так исторически сложилось – творческий мир словно песочница для одних только беспечных мальчишек. Но мы не должны следовать этому сценарию, хотя это и проще всего: «У меня нет времени писать книгу – сами знаете, ДЕТИ».

«Женщины – это клей, соединяющий множество вещей. Не только артистки, это относится к женщинам любой профессии: и к тем, кто работает в офисе, и к тем, кто занимается домом. Невозможно увидеть всего, что они делают. И им никогда по-настоящему не воздается за это», – сказала как-то исландская певица Бьорк, у которой, кстати, двое детей. Это факт: клеем, на котором все держится (вообще все!), быть очень сложно. Именно поэтому мы так боимся расклеиться – заболеть, выгореть, впасть в депрессию, сломаться. И именно по этой причине мы часто отказываемся от своих собственных увлечений, словно бережем свою зарядку, чтобы нас хватило на основное, а лично наша жизнь, жизнь творческой единицы – это уже так, на сдачу.

В 1968 года аргентино-французская художница Леа Люблин, впервые став мамой, заявила, что не будет разграничивать свою художественную практику и уход за малышом – и представила свою выставку Mon fils («Мой сын»). По замыслу художницы, одна из комнат Музея современного искусства в Париже была переделана в детскую, в которой Леа проводила время со своим семимесячным сыном Николасом, играла с ним и меняла ему подгузники. Акт Люблин начался почти одновременно с протестами в Париже в мае 1968 года. В своей работе художница исследовала вопрос, является ли забота о ребенке исключительно женским трудом или призванием женщины и как матери на самом деле являются молчаливыми участницами социальных и политических событий. Перенеся частную жизнь в публичное пространство музея, Леа присвоила ежедневной рутине статус художественной работы.

Художница указывала на то, что мужчины получают общественное признание за свои действия вне дома, в то время как женщины заботятся о детях и домашнем хозяйстве в тени.

Спустя более 50 лет после перформанса Леа Люблин художница Яна Малышева-Джонс создала оммаж акту «Мой сын». В ходе ее проекта под названием Mon fils II («Мой сын II») она жила обычной жизнью с ребенком в прямом эфире своего сообщества «Мамадец!» – ежедневно находясь там по часу в течение двух недель. Так она последовала примеру Люблин и перенесла свой материнский опыт в публичное пространство, но уже с помощью медиумов современного мира. Работа была показана в московской галерее Cube в ходе параллельной программы Московской международной биеннале молодого искусства в августе 2020 года. А через год Яна Малышева-Джонс открыла временную резиденцию для художниц с детьми «Мамадец!» – поддерживающее пространство, объединяющее две важные стороны жизни участниц – занятие искусством и уход за детьми.

Мы можем бесконечно сетовать на то, что именно женщинам приходится быть универсальным клеем. Но в наших силах также – не винить этот мир за разбалансировку, не держать зуб на партнеров, которым несправедливо больше отвесили свободы в принятии решений и распоряжении своей жизнью, в том числе и творческой.

В наших силах – двигаться вперед по своей, иногда весьма извилистой, траектории, не давая обиде и внутренней ярости сбить нас с пути. Даже если этих сил почти совсем не осталось.

Ниже плинтуса: критика и самоедство

Скажите честно, насколько серьезно ваше ближайшее окружение относится к тому, чем вы горите? Если это, конечно же, не материнство, а что-то важное только для вас самих – увлечение, хобби, страсть. «А мама у нас такая, с прибабахом», – нежно-язвительный комментарий от любящего мужа, когда за праздничным столом поднимается тема увлечений и к слову приходится тот факт, что по ночам жена до кровавых мальчиков в глазах валяет войлочных мышат, а потом шьет им сюртучки и крошечные ботиночки. «Да зачем тебе это нужно, лучше бы отдохнула!» – закатывают глаза родные, узнав, что вечно занятая мать семейства записалась еще и на курс 3D-анимации или плетения настенных панно.

«Вот вечно тебя тянет на всякое чудное!» – это уже присказка моей мамы, которая только сейчас, когда дочь подобралась к отметке 40, смирилась (кажется!) с тем, что в семье уродилась творческая личность.

Не знаю, как у вас, а лично у нас дома слово «художник» всегда произносилось с легким презрением. Хуже было только «богема» – это вообще всегда звучало как плевок. Что под этими словами имелось в виду: бездельник, тунеядец, просиживатель штанов, асоциальный элемент, нищеброд с претензией. В моей семье амбициозных выпускников МГИМО такое было неприемлемо и просто непонятно. Даже когда у меня родился сын и я объявила родителям, что назвала его Кит (а точнее, Keith) в честь Кита Ричардса, великого «Роллинга», мама печально изрекла: «Ох, с таким именем мальчик просто обречен стать богемой». Черт подери, ответила я, если он будет миллионером и рок-звездой, я совершенно не стану возражать против такого «тунеядства»!

Конечно же, не все выросли в атмосфере недоумения по поводу жизни творческих людей. Я знаю счастливых выходцев из семей потомственных живописцев, бардов и даже легендарных клоунов. В таких семьях креативная стимуляция ребенка начиналась с младенчества и воспитание протекало в ключе «ничто не слишком». Впрочем, к 30 годам некоторые дети из принципа становились юристами и финансовыми аналитиками. Классика жанра!

Тут, конечно, дело в наших самых глубинных установках. С чем у вас ассоциируется слово «мама»? Забота, нежность, самоотверженность – вот, пожалуй, самые первые ассоциации, которые приходят на ум. Мама защищает, успокаивает, кормит, поддерживает, отгоняет серенького волчка от кроватки. Когда ей, спрашивается, писать натюрморты или эротические триллеры?

Мама как будто бы по определению отдает всю себя материнству – ну, по крайней мере, по всяческим канонам и скрепам.

А как только эта самая мама вдруг решает приберечь часть себя на какие-то другие дела, причем, скажем так, факультативные, а не, например, приносящие в семью деньги, сразу поднимается вопрос о той самой фундаментальной самоотверженности. Как это – не все лучшее детям? Как это – «мне нужно в студию»? Максимум, на что может рассчитывать «нормальная» мама из «нормальной» семьи, – это безобидное хобби. Что-то такое, что никак не влияет на регулярность поставки борщей к обеденному столу и не приводит к повышению среднестатистического уровня высохшего, но не разобранного чистого белья на кресле в углу гостиной. Впрочем, это еще хорошо, если чистого…

У западных исследователей взаимоотношения материнства и творческого самовыражения женщин (да, представьте себе, есть такие исследования!) для описания подобных ситуаций существует выражение working on borrowed time. То есть мамы как будто бы украдкой улучают время на творчество, берут его взаймы, а то и приворовывают у семьи. Пять минут тут, пока мультики. Полчасика там, пока тихий час. Закрыться в ванной, чтобы подумать, – да-да, это сложно объяснить кому-то, у кого никогда не было маленьких детей!

Отпроситься у мужа, чтобы сходить в арт-магазин за кисточками (как это печально звучит, вы только вслушайтесь – отпроситься). Впишите свое, как говорится.

Те самые «западные исследователи» обнаружили, что вот это самое творчество «на времени взаймы» – основная причина депрессий и панических атак у мам с креативными, так скажем, наклонностями.

Ну, не то чтобы мы тут сильно удивились, верно? Еще эти же самые исследователи обнаружили, что один из самых страшных страхов мам-творцов – знаете какой? Что их посчитают матерями-эгоистками, если они начнут прытко гнаться за своим вдохновением и пытаться выстраивать творческую карьеру. Подумают, что так себе из них матери. Да и художницы – тоже не фонтан. Потому что – ну а откуда у них время, чтобы полноценно отдаться искусству? Замкнутый круг, ты такой круглый.

Вот это еще один важный момент: когда кажется, что ничего толком у тебя не выходит. Как будто бы за время декрета ты разучилась держать карандаш. Как будто бы каждая написанная строчка – сплошное общее место. Как будто каждая мысль – дрянь, а не идея. И тут очень легко (нет, не легко!) махнуть рукой и сказать: «А ну и черт с ним. Зато – зато! – я мама чудесных тройняшек».

Да, мама. Но нет, не черт с ним. «Зато я мама!» – это миф, над развенчанием которого мы тут собираемся хорошенько поработать. Потому что каждая из нас – не только она, и вы сами это прекрасно знаете.

Конечно, наши семьи и ближайший круг устроены по-разному.

Кого-то с детства хвалили за любой исчерканный фломастерами листок, а кому-то внушали – и продолжают это делать! – что хорошо бы заняться чем-то серьезным.

Кому-то оказывают поддержку со всех сторон: внимательный муж и равноценный партнер в родительстве, включенные бабушки и надежные дедушки, друзья, вдохновляющие своим примером и готовые подставить плечо в сложные моменты.

А у кого-то совсем иначе: детство, в котором не заложили любви и уважения к своему творческому началу, бесконечное жонглирование бытовыми задачами вместо радости самовыражения, сложные жизненные обстоятельства, борьба с ожиданиями близких.

Во втором случае было бы проще всего спрятаться за всеми этими вводными и сказать: «Ну а что вы хотите! Такие у меня обстоятельства. Они сильнее меня!» Конечно, так тоже можно. И даже удобно.

И все же это не повод ставить крест на своей арт-сущности! Ведь наша творческая, интересная, захватывающая жизнь – это то, что мы должны не только себе… но еще и нашим детям. Потому что, как ни крути, именно такую маму они хотят: конечно же, в первую очередь уютную и заботливую, добрую и с теплыми булочками наготове, но еще и веселую выдумщицу, генератора идей, предводительницу маленького племени, за которой так увлекательно следовать по пятам. Сильную. Наполненную. Счастливую.

Как сказала одна знакомая творческая (и очень уставшая) девушка с двумя детьми, фотограф и сценарист Эльвира Асанова: «Чем сильнее ты зажимаешь свою внутреннюю артистку, тем сложнее тебе и твоим детям. Они стучат по тебе и требуют живую маму, не цербера, выкрикивающего „почисти зубы, помой руки“. А тебя настоящую! И чем чаще ты что-то делаешь для себя, тем интереснее им с тобой. Эта такая тонкая линия, канат, на котором все время приходится балансировать».

Так что, что бы ни говорили ваши скептически настроенные партнеры или родители, если вас тянет рисовать мультики в крошечном промежутке между работой стоматологом и домашкой по физике с восьмиклассником – это ваше право и священная необходимость.

Если вместо того, чтобы смотреть очередной сериальчик вместе с партнером, когда младенец наконец заснул безмятежным сном, вы выбираете пришивать крошечные жемчужные пуговки к сюртучкам войлочных мышат, а еще тайком отправляете заявку на участие на маркете рукодельной игрушки (почему тайком? «Ну засмеют же!») – вы и на это имеете полное право. Если вам не хочется клеить с дочкой макет Саратова в натуральную величину, а хочется вместо этого писать сценарий документалки про постнатальную депрессию – значит, это ровно то, что вам нужно, и это не менее важно, чем все остальное.

Если вместо варки борща вы пропадаете в керамической мастерской – никто не должен ставить под вопрос, нормально ли это. Это не просто нормально. Это – часть вашей жизни.

Просто потому, что каждая женщина, у которой в определенный момент жизни завелись дети, не обязана выбирать только одну роль – материнство – на всю оставшуюся жизнь. И если в вас горит огонь творчества, роятся идеи, загораются лампочки новых проектов – вы должны позволить этому происходить. Сын или дочь (а может быть, по парочке и тех и других) – не единственный ребенок в жизни женщины. Любимый проект тоже имеет право называться ребенком, потому что вы вынашиваете его, рожаете (иногда именно так это и ощущается, и это нормально!), растите и заботитесь, развиваете и выпускаете в большую жизнь. И вы имеете право ЛЮБИТЬ этот проект так же, как любят детей. Потому что это, если разобраться, даже больше, чем просто часть вашей жизни.

Это вы и есть.

«Художница» – это точно не про меня

Возможно, вы прочитали все, что написано выше, и, каждый раз, когда в тексте мелькали слова «творческая личность», «арт-мама», «художница», «креативная», «артистка», вы как будто бы специально проскакивали глазами эти строчки. Бормоча под нос: «Ну, это не про меня».

– Какая же я художница? Вообще нет, от слова «совсем».

– Да у меня нет времени глаза накрасить, какие там картины!

– Я вообще не творческий человек. Мне так с детства говорили.

– У меня математический склад ума. Я не гуманитарий.

– У меня нет ни одной идеи. Это все не имеет ко мне никакого отношения.

– Есть такие люди, которым есть что сказать миру. А мне – нет.

– Я не рисую, не пишу стихи, не придумываю сказки, не вяжу и даже не вырезаю гирлянды. Зачем я вообще взялась читать эту книгу?!

Я вас слышу. И я слышала эти возражения раньше. И да, они всегда будут – даже у самых ярких, самых творческих, самых-самых необычных девушек. Тех, на которых даже наскоро закрученный пучок и надетый впопыхах шиворот-навыворот свитер выглядят арт-проектом, – они тоже зачастую сомневаются в себе и в своем креативном начале.

Бывают такие дни, когда каждая из нас, на секунду вырвавшись из бега по кругу, в который непременно превращается жизнь с появлением детей, задается вопросом: «А кто я вообще такая?»

Многие девушки начинают свой ответ с привычной установки: «Мама двух дочек» или «Счастливая жена, мама школьника и хозяйка трех дрессированных попугаев». Такая строчка отлично умещается в профиле соцсетей и словно сразу отсекает все сомнения: да, я счастлива, семья, дом полная чаша. И даже попугаи, полюбуйтесь! Как будто бы нужно отчитаться на встрече одноклассников. В этом нет ничего дурного, гордиться своей семьей – это очень здорово. Только отвечает ли это на вопрос? Кто ты? Кто ты такая? Какой ты человек? Понятно, что ответ на этот вопрос может не уместиться в 10 словах, на которые рассчитано био в «Инстаграме». Но нам и не для этого нужно. Нам – для себя.

Мы так привыкаем видеть себя через призму родительства, что совершенно забываем, что мы такое в отрыве от детей.

Материнство, как зачарованный круг, держит нас в своих рамках, и нам уже сложно вспомнить – а как было до? Какими мы были? Что любили? О чем мечтали? Кем хотели стать, когда вырастем? Конечно, найдутся среди нас такие, кто еще с младых ногтей играл в свадьбу и пупсиков, мечтая стать женой и мамой. Но ведь это еще не все, уверяю вас, – стоит только хорошенько припомнить. Если очень-очень хорошо вглядеться в каждую маленькую девочку, там может обнаружиться что-то весьма неожиданное. Например, отважный космонавт или изобретательница.

Вам может казаться, что те робкие движения души, те маленькие шажочки в сторону вашей глубинной творческой сущности – это все пустое. Каждый раз, когда нам особенно тяжело заполучить себе лишний час на творчество, каждый раз, когда у нас получается кривенький голем вместо идеальной чашки на классе керамики, каждый раз, когда у нас не выходит закончить начатый рассказ, мы задаемся одним и тем же вопросом: зачем вообще я это делаю? Зачем я пытаюсь что-то делать? Кому это нужно? Ведь у меня уже есть главное в жизни – мои дети.

Тут мне хочется поделиться цитатой писательницы Элизабет Гилберт (та самая, что сочинила «Есть, молиться, любить») из ее книги «Большое волшебство» [5] (которую я всячески рекомендую каждому, кто ступил на творческий путь). Это единственная «советчица» на страницах этой книги, у которой нет детей. Простите, пришлось сделать ради нее исключение, очень уж правильные вещи она говорит:

«Творческий склад ума – это что-то вроде овчарки дома: если не хотите, чтобы она натворила бед, с ней нужно много работать. Занимайте свой ум, давайте ему работу, а не то он начнет сам себя загружать, и вам может не понравиться, чем он займется (сгрызет диван, пророет дыру в паркете в гостиной, укусит почтальона и тому подобное). У меня годы ушли на то, чтобы разобраться, зато теперь я знаю точно: если я не создаю что-то активно, то, скорее всего, активно что-то разрушаю (себя, отношения, собственный душевный покой).

Я твердо верю, что нам всем в жизни нужно найти какое-то дело, которое помешает нам грызть диван.

Можно делать это профессией или нет – неважно, каждому необходимо занятие вне повседневности, которое выводило бы нас за пределы наших установленных и ограничивающих социальных ролей (матери, служащего, соседки, брата, босса и так далее). Мы все нуждаемся в чем-то, что поможет на время забыть себя – мгновенно забыть про свой возраст, пол, социально-экономическое положение, забыть о своих обязанностях, неудачах, потерях и проигрышах. Нам необходимо, чтобы какое-то дело унесло в такие дали, увлекло до того, чтобы мы забывали поесть, сходить в туалет, постричь газон, забывали о ненависти к врагам и даже о собственных комплексах. Кому-то в этом помогает молитва, кому-то социальное служение, секс или физические упражнения, алкоголь или наркотики (правда, с ужасающими последствиями), но и творческая жизнь также способна помочь. Может, именно в том и заключается главная благодать творчества: полностью поглощая наше внимание, оно позволяет нам на краткий, но дивный отрезок времени забыть обо всем, сбросить тяжкий груз. И главное: когда творческое путешествие подходит к концу, у вас остается сувенир – дело ваших рук, он всегда будет напоминать вам о краткой, но преображающей встрече с вдохновением».

Вот вам наш с Лиз Гилберт ответ на вопрос, зачем нужно перестать задаваться вопросом «зачем?» и просто жить творческой жизнью. Это способ видеть красоту вокруг. Это возможность выйти за рамки обычной серой суетной жизни, где все бегут по одному и тому же кругу из готовки, школьных чатиков, уборки и коротких суетных выходных, на которых не успеваешь отдохнуть. Для многих это даже альтернатива психотерапии. А ваше признание и успех как художницы, режиссера, писательницы или хореографа – это, как ни странно звучит, дело десятое. Можете мне не верить. Но я предлагаю другое – проверить!

«Пару лет назад я потеряла отца, для меня это было поворотным событием в моей жизни. И с мужем тогда отношения были уже на этапе агонии. Мне пришлось уйти с работы из-за того, что ничего не успевала – ухаживать за детьми, лечить и еще руководить отделением банка. Пришлось уехать в другой город для урегулирования дел после смерти отца. Это был такой момент – цитадель холода, тревоги, ожидания, слез. Не было средств, муж вытягивал все жилы своими предразводными истериками. Как я себе помогла в тот момент? Купила курс акварели, на последние деньги. И рисовала. Тогда только это помогло мне быть в контакте с собой, полностью отключать мысли и всю эту токсичную реальность на тот момент. И выжить в конце концов. Найти себя и новый путь», – Ольга Сучилкина, астролог и мама двоих.

2

Возвращение к себе

Помните, когда мы были маленькими, мама часто могла отказаться от чего-то в нашу пользу, сославшись на то, что ей это не так уж и интересно. Например, купить только одно мороженое – тебе, потому что сама «не любит». Шокирующее осознание, когда появляются собственные дети: мамы тоже любят мороженое и очень даже его хотят! А отказаться от этого удовольствия могут по самым разным причинам.

Например, сейчас семья в режиме жесткой экономии – у меня лично бывало такое, особенно когда мы только-только переехали в Барселону и каждый евро был на счету, поэтому два шарика недешевого мангового джелато получал только мой сын, а я отказывала себе в любимой соленой карамели, хотя очень даже ее уважаю.

Или мама может по самым разным причинам чувствовать себя недостойной такого безобидного вроде бы удовольствия – она может испытывать чувство родительской вины, или, возможно, сегодня один из тех дней, когда ей кажется, что она полная неудачница (а у кого не бывает таких дней, скажите?), или она может быть в диком стрессе, когда «не до всяких там глупостей».

У ребенка, видите ли, в каком бы он стрессе или плохом настроении ни находился, всегда есть лишние 15 минут на стаканчик или рожок с любимым мороженым.

А еще мама, покупая только одно эскимо, может жертвовать собой. Мы привыкаем это делать за годы материнства – «все лучшее детям», «пусть лучше малыш порадуется», «я как-нибудь потом», – и постепенно это становится нашим неосознанным выбором. Иногда это такой скрытый писк о помощи: я тоже хочу, чтобы обо мне позаботились, чтобы меня радовали и баловали. Иногда – позиция жертвы (тут, конечно, нужно хорошенько покопаться с терапевтом). А иногда мы делаем так просто потому, что успели совершенно позабыть, что нам на самом деле приносит удовольствие, как мы радовались до того, как наша голова стала забита нуждами и потребностями семьи.

Так вот, если эту книгу вдруг решили пролистнуть уже умеющие читать дети, послушайте: ваша мама тоже любит мороженое. Даже если она говорит, что нет. Даже если ей кажется, что, проведя полчаса на залитой солнцем лавочке, увлеченно облизывая вафельный стаканчик с крем-брюле, она упустит все потенциальные возможности, недодаст своему чаду самого важного, а также безвозвратно поправится на два кило. Даже если она в принципе не ест сладкое. Когда-то она тоже была маленькой девочкой, которая любила болтать ногами в сандаликах и капать на асфальт подтаявшим фруктовым льдом. И эта девочка – она никуда не делась, даже если поверх нее наросла серьезная тетя с ИП, ипотекой и ипохондрией.

Разрешить себе это мороженое, даже если это всего лишь собирательный образ простых жизненных радостей, – главная задача этой главы.

«Каждому человеку, не только маме, стоит выбить тату на руке (в крайнем случае на лбу, если есть время смотреть в зеркало), чтобы всегда иметь перед глазами только два слова: „достаточно“ и „достойна“», – Марина Демина, портретный фотограф, мама трех детей.

В самом начале нашего путешествия, то есть в прошлой главе, мы много ныли, мыли кости всем подряд и жалели себя. Это очень важный этап: выговориться, выпустить обиду из душевных глубин, покивать неистово головой, читая отзывающиеся в сердце строчки о том, как нам, мамам, тяжко и как виноват кто угодно, но только не мы сами. Мы и не виноваты. Но и жаловаться больше не станем! В этой главе мы сфокусируемся на конструктиве: узнаем, что думают про связь креативности и материнства ученые, прислушаемся к своим истинным желаниям, разберемся, где найти время на вышивание крестиком и переделку мебели с помойки (или к чему у вас там лежит душа?), и даже отведем себя на свидание.

Ваша личная задача-минимум на время прочтения этой главы, – закрывшись от навязчивых отпрысков в туалете, вспомнить, что вы на самом деле любите, что приносит вам радость и удовольствие. Да, то самое мороженое, которое вы перестали себе позволять по самым разным – и наверняка уважительным! – причинам. Цель на ближайшие пару десятков страниц – не только вычислить это условное «мороженое», но и, возможно, отобрать его обратно. Поехали!

Так ли виноват «мамский мозг»?

Женщины с детьми, особенно с совсем крошечными, привыкли винить во всем свой «мамский мозг». Мол, ох уж эти гормоны, пролактин зашкаливает, мысли расползаются, недосып и далее по списку. Потом дети подрастают, а рефлекс все сваливать на «я же мать» остается. И вот уже мы все коллективно считаем, что от художницы или писательницы, которая обзавелась парочкой визжащих отпрысков, можно не ожидать особой творческой прыти, ведь на место креативным порывам пришли заботы о детях, хроническая усталость и все, что еще прилагается к человеку профессии «мать детей». А вот, на минуточку, ученые с этим мифом решительно не согласны! С рождением детей креативность женщины многократно усиливается, утверждают серьезные люди в белых халатах – ну-ка, чем докажете?

Возьмем крысу. При чем тут вообще крыса? – спросите вы. Дело в том, что мозг крысы по своему нейрохимическому составу удивительно похож на мозг человека – именно поэтому все важные исследования проводят именно на этих хвостатых. Кортекс крысы практически идентичен нашему, поэтому, понаблюдав за поведением беременной и счастливо разродившейся дюжиной лысых малышей грызуньей, ученые пришли к крайне любопытным выводам.

Во время беременности мозг крысоматери запускает процесс саморепрограммирования – меняется даже его химический состав. Едва родив, крыса моментально начинает собирать травинки и прочий строительный материал для утепления гнезда, а ведь она не проходила никаких курсов подготовки к осознанному материнству!

Если крысомаме предложить выбрать между ее потомством и кокаином, она выберет детей, даже если до беременности всегда выбирала наркотик (ну и жизнь у лабораторных грызунов!). Молодая мать-крыса становится более отважной и рискованной: она начинает делать вылазки за пропитанием днем, чего никогда не делала в девичестве, ведь это гораздо опаснее, поэтому крысы «шуршат» по ночам. Но теперь ночью она нужна малышам, значит, страх уходит на второй план. Крыса также становится гораздо более изобретательной охотницей: теперь она ловит и убивает кузнечика всего за 70 секунд, в четыре раза быстрее, чем крыса без детей!

Исследования показывают, что мозг родившей крысы становится намного быстрее, эффективнее, острее. У нее совершенно нет времени на прокрастинацию! Знакомо?:)

В процессе исследований пожилые крысы с уже выращенным потомством тоже демонстрируют удивительные результаты. Их мозг гораздо более пластичен и менее подвержен возрастному разрушению, они шустрее выбираются из лабиринтов, чем чайлдфри-грызуны. Они эффективнее решают задачи, которые ставят перед ними исследователи, выбирают варианты, которые не рассматривали, пока у них не было детей, и делают меньше ошибок. Другими словами, их креативность зашкаливает!

Ученые сходятся в одном: как показывают исследования на грызунах, материнский мозг отличается подвижностью, повышенной восприимчивостью к распознаванию эмоций и изобретательностью в стрессовых ситуациях. А именно гибкость и возможность находить нестандартные решения – это и есть ключевые определения креативности. Не крысиной, а очень даже человеческой.

Скажем спасибо всем хвостатым мамам за развенчание мифа о «мамском мозге»!

Синдром клуши

Некоторые из вас, прочитав про оптимистическое исследование на крысах, могли вовсе не воспрять духом, а наоборот – решив, что крысам, конечно же, гораздо проще переключиться в новый режим. То ли дело мы, сложные человеческие существа! Нам свойственны гораздо более заковыристые эмоции: воспоминания о том, какими мы были раньше, тоска по заброшенным хобби и любимому делу, сравнение себя с другими, более «глянцевыми» супермамами (вряд ли крысе с детенышами есть дело до того, что соседка меньше поправилась после родов!). Пока крысы-матери с утроенной прытью охотятся на кузнечиков, многим человеческим мамам тоскливо, жалко себя и вообще хочется лежать лицом к стене. Конечно же, здесь может быть дело в постродовой депрессии, серьезность которой не стоит игнорировать ни на йоту. Но иногда причина совсем не в этом.

Как правило, зерно нашей апатии и разочарования в том, что мы привыкли цепляться за прошлое и особенно – в нашем случае! – за прошлую, добеременную версию себя. Так, в 40 лет мы прощупываем свои бока и вздыхаем по той тонкой, беспечной 20-летней девчонке, с которой по-прежнему себя ассоциируем, ведь это было классное время коротких шорт, голых пупков и курортных романов. От текущего возраста это, как правило, не зависит.

Можно скорбеть по прежней версии себя и в 25, и в 50. Так, моя бабушка в свои 80 вздыхала, вглядываясь в отражение в зеркале и приговаривая: «Немыслимо, кто это вообще? Внутри я все еще чувствую себя самое большее на пятьдесят пять! А тело почему-то другого мнения». Так и влившись в жизнь с детьми, мы часто грустим: «Нет, не такой я была до их появления! Я была звонкой, быстрой, с миллионом идей, с блеском в глазах. А сейчас я кто? Клуша какая-то!» В юности мы считали, что ребенок – когда он появится – не должен ничего изменить: мы должны жить свою жизнь как ни в чем не бывало, просто на одного человека больше. Но что, если принимать факт того, что дети нас меняют, с благодарностью и видеть в этом суперсилу – даже если она дается ценой адского недосыпа и расфокуса?

«Люди без детей становятся „старыми детьми“, как в „Сказке о потерянном времени“. Меня всегда это очень пугало, и не хотелось быть такой. С появлением ребенка ты становишься на путь естественного незаторможенного развития: девочка, девушка, жена, мать, зрелая дама, бабушка», – Екатерина Шапошникова, журналист, мама сына.

«Я стала мудрее и переосмыслила свои детские травмы, только когда сама стала мамой», – Ольга Палачева, домохозяйка и мама дочки.

«Мне нравится ощущать себя луковицей, которую чистят: вся шелуха с беременностью и родами отлетает, остаюсь только я, мои потребности и желания, которые я все смелее реализую. И хотя мое материнство не очень простое, я его нежно люблю за все эти процессы очищения», – Аня Сибирцева, историк и преподаватель йоги, мама двоих.

«Теперь буквально с каждым днем я становлюсь сильнее и не перестаю удивляться, как каждая мелочь закаляет. Хоть я и не собиралась закаляться, кстати!» – Юнона Салтыкова, декоратор, мама двоих.

«С рождением ребенка я полностью перешла из детской позиции во взрослую; естественно, это произошло не сразу, сначала была попытка побега от реальности, но осознание того, что я сама являюсь причиной всех своих ощущений и состояний (не очень хороших и радостных), помогла мне уйти от инфантилизма, который превалировал в моей личности до беременности», – Маша Сергеева, коуч, мама дочки.

«А еще перестала быть мамой другим людям в рабочих форматах и отношениях. Материнство учит не сливать свои ресурсы и беречь себя», – Анна Пастор, соматический практик, мама сына.

«Дети подсветили мои ценности свободы, честности, искренности. Я обрела смелость. И не буду таить, иногда в моменты страха шагала в новые проекты, думая о них», – Аня Поташева, автор и мама двоих.

«Мои дети помогли мне стать лучше, это точно могу сказать. До них я никогда не ловила себя на мысли, что я супервумен!» – Анна Афонина, популяризатор домов на воде, мама пятерых.

Зачастую мы горюем по себе прошлой, надеясь, что вот-вот (уже скоро! Ну или когда-нибудь) вернемся к той себе, которая отвечает нашему образу «Настоящая я». Так что то, что я скажу сейчас, может иметь эффект звонкой оплеухи: вернуться к себе прежней не получится. Тебя прежней больше нет. Зато есть кто-то другая! Да, возможно, у нее другое тело, другой вес, другое настроение и даже другое выражение лица, но зато эта другая женщина – человек, чей жизненный опыт обогащен материнством, кто знает то, чего не знают другие «юные крысы», кто совершенно точно перешел на новый уровень развития сознания – никакой эзотерики, только выводы, подтвержденные лабораторными исследованиями… хотя и эзотерика тоже! Кто-то, кому не нужно возвращаться в тело и ум своей предыдущей версии, чтобы стать лучше. Отсюда – только вперед.

Чего же хочет эта ваша новая версия? Что она любит? В чем ее маленькие секретные удовольствия? И как научиться заново слышать себя? А главное, что мешает это делать? Попробуем разобраться с помощью некоторых полезных практик – об этом будем подробно говорить далее в этой главе.

«Я помню один момент в своей жизни, когда я в очередной раз включила какую-то детскую песенку (обязательно детскую, со мной же ребенок, это же развитие, простигосподи). И тут, в этот самый момент, я вспомнила, как в детстве папа часто катал меня на машине, и он всегда включал музыку – то, что ему нравилось. Обычно это было что-то из Prodigy, Massive Attack или Bjork. Ну и много исполнителей другого рода. Скажем прямо, музыка отнюдь не детская. Спрашивал ли меня кто-то в этот момент, нравится ли мне эта музыка? Нет. Он делал то, что он хотел делать. И тем самым приобщал меня к этому делу. Потому что потом это стало нашей маленькой традицией – кататься на машине по городу и слушать нашу с ним музыку. Я вспомнила об этом и поняла, что не хочу вообще терять себя. Я не хочу становиться неинтересной себе. Ведь пока мне интересно с собой, то и моей семье будет интересно со мной. А мне с ними. Больше я не слушала ту музыку, которую не хочу. Я слушала то, что мне нравится. И вообще делала то, что я хочу», – Аделя Файзуллина, помогающий практик и дважды мама.

Понять и принять: осознаем свою новую реальность

В сериале «Уборщица» (Maid) главная героиня, молодая мама, ведет дневник, который помогает ей держаться на плаву в очень, очень жестких жизненных обстоятельствах, а потом и вовсе меняет ее судьбу. В последнем эпизоде она организует писательскую группу в убежище для жертв домашнего насилия. Все женщины там очень разные – совсем юные и пожилые, с детьми и без, и у каждой за плечами явно лежит такая «санта-барбара», что можно снять отдельный фильм про каждую. Алекс, главная героиня, предлагает им погрузиться в мир писательских практик с нуля, поначалу записывая очень простые вещи – например, припомнить момент, когда каждая из них была счастлива. И говорит очень простые, но сильные слова про важность и мощь личных заметок: «Когда я пишу, я не вру себе. Я честно признаюсь в своих чувствах.

Иногда мои записи – единственный способ разобраться, что же я на самом деле чувствую.

То есть как будто бы мне нужно начать писать, чтобы понять, о чем же я пишу, – не знаю, понятно ли, что я имею в виду? По опыту, написать правду проще, чем сказать ее вслух. Никто не может забрать у вас ваше писательство. Никто не может сказать, что вы неправы или что ваши слова – неправда. Потому что это не так. Вы правы, и ваши слова – правильные, черт подери. Потому что они ваши».

Меня особенно зацепила эта фраза: «Никто не может забрать у вас ваше писательство». Дело в том, что у женщин с маленькими детьми практически не остается ничего своего: им больше не принадлежит их время, их прежний гардероб, их социальная жизнь, их привычный распорядок дня и порядок вещей, их кухня, их спальня – все теперь коммунизировано, словно кулацкое добро. Даже их тело им больше не принадлежит.

Грудь, живот, бедра, лицо – все это получает пинки, щипки и синяки, расширяется и снова уменьшается в размерах (или нет!), меняет форму (несколько раз), а также должно быть в доступе у маленьких требовательных ручонок примерно 24/7.

Дети растут и перестают вытворять цирковые трюки с материнскими сосками, но далеко не ко всем женщинам возвращается стопроцентный контроль над их телом, домом и делом. И все же кое-что мать-«кулак» может отжать обратно: например, право… думать только свои мысли.

Пожалуй, не существует женщины с детьми, которая не ловила бы себя на том, что далеко не все, что происходит в ее голове, принадлежит именно ей. Детские просьбы, жалобы и веселая тарабарщина сливаются в причудливый узор с тем, что пятый раз пересказала по телефону бабушка, обрывки полезных советов из журналов, пролистанных в очереди в поликлинике, накладываются на увиденное в соцсетях, а поверх этой безумной мозаики густо льется лак общего информационного поля с его зашкаливающей тревожностью и последними новостями.

Как в этом бешеном торнадо отделить, отследить и уберечь от влияния извне свои собственные мысли и чувства?

Как оставаться на прочной связи с собой даже в самые турбулентные моменты?

Есть один проверенный временем способ: записывать. Вести дневник. Журнал наблюдения за внутренним состоянием. Путевые заметки – пусть даже из кухни в спальню. Списки. Не дел и не покупок в супермаркете – а истинных желаний, воспоминаний, удовольствий.

Не пугайтесь, вам вовсе не обязательно уметь профессионально писать или срочно регистрироваться на курсы писательского мастерства. Это не про талант, врожденную грамотность или сюжет. Это может быть что-то такое, знаете, совсем простое. Нестрашное. Неглобальное. Нересурсозатратное. И вроде бы даже как будто неважное. Что-то, что занимает не так много оперативной памяти переполненного задачами и бесконечными списками дел мозга человека с детьми. Что-то, для чего не нужно специальное место, специальное время и специальный настрой. Что-то, что, навострившись, можно делать даже под крики детей и грохот телевизора в гостиной. Между ужином и купанием. Гуляя с собакой.

Вы не поверите, как компактно можно устроить свое ведение дневника (или других писательских практик, о которых мы поговорим в этой главе), как незначительно это скажется на вашей родительской «успеваемости», но как бесконечно полезно окажется для вашего эмоционального и творческого состояния.

Через простые слова и короткие строчки, зачастую написанные впопыхах как будто бы бездумно, вы постепенно отвоюете себе то, что и так принадлежит вам по праву, – свой внутренний мир.

И помните: никто не отнимет у мамы ее право писать. Ваши заметки и записки – это розетка для подключения к самой себе в те пять минут, что у вас есть. Даже если их нет.

10 писательских практик для тех, кому решительно некогда писать

1. Дневник наблюдения за внутренней погодой

Помните, как в начальной школе нас заставляли вести дневник наблюдения за природой? Нужно было подмечать, как набухли почки березы, как выпала роса, как затянулись первой робкой пленкой льда лужи во дворе. Возможно, ваши дети ведут такие и сейчас. В практиках осознанности есть похожий метод подмечания, только уже про нас самих: это вопрос «Как я сейчас?», который важно не только уметь задавать себе, но и научиться распознавать все те сигналы, что отправляет тебе тело и сознание.

У любой мамы от одного прочтения предыдущего предложения начинает дергаться щека – это я знаю по себе. Потому что найти время на полноценные практики майндфулнесса в водовороте ежедневной мамской суеты – это примерно как медитировать, сидя на рассыпанном лего. То есть теоретически, конечно, возможно. Но путь от теории к практике слишком долог и извилист. Так что я предлагаю вам облегченную версию этого упражнения, навеянную школьным дневником наблюдения за природой, – в нашей версии это будет дневник наблюдения за… внутренней погодой.

Попробуйте записывать такую «внутреннюю сводку» один раз в день, ухватив минуту свободного времени (буквально! Больше вам не потребуется), как вы себя ощущаете, вдохновившись прогнозами погоды, которые мы все так любили смотреть в детстве – для меня это было единственным развлекательным моментом во всем «взрослом» телевидении. Возьмите симпатичный блокнот, лишнюю тетрадку сына-школьника (и пускай, что с покемонами!) или просто откройте заметки в телефоне, сделайте глубокий вдох и честно запишите, как себя ощущаете. Например: «Штормовое предупреждение: чувствую дикую усталость, возможны слезные осадки» или «На сердце солнечно, с небольшой облачностью, вызванной надвигающимся циклоном ПМС». Образность и сравнение своих состояний с погодой поможет избежать творческого и эмоционального блока вроде желания отделаться словами в духе «нормально» или «ок». Мы ведем этот дневник не для галочки, а для себя, поэтому здесь важно не халтурить, а честно подмечать, что и как на душе, – погода нам в помощь.

Кстати, это известная (в узких кругах нарративных терапевтов) писательская практика: ее придумал и описал еще Айра Прогофф [6], психолог и ученик Юнга, первым предложивший использовать дневниковые записи в качестве глубокой самотерапии. Так что эта простая, казалось бы, техника имеет подтверждение в виде десятилетий использования в профессиональной практике. Пускай вас не отталкивает ее кажущаяся наивность: попробуйте вести свой собственный дневник наблюдения за внутренней погодой хотя бы три недели, и вы начнете подмечать в себе все больше интересных колебаний настроения, душевных и телесных состояний – а значит, глубже прислушиваться к себе и своему внутреннему миру.

За внешней оболочкой суперженщины скрывается обычная живая девушка со своими собственными чувствами и желаниями, не зависящими от того, чего хотят ее родные и близкие.

Наладить регулярную переписку с этой девушкой, чтобы вспомнить (или наконец узнать!), какая она и что она любит, – вот наша основная задача.

Для удобства и структурированности ваших заметок можно использовать одно из специально созданных для этого «дневниковых» мобильных приложений – Grid Diary или Day One. Важно, что в этих дневниках можно установить пароль, чтобы вы чувствовали себя в эмоциональной безопасности, а еще эти умные ежедневники помогут вам вести свои заметки регулярно: спасибо обаятельному дизайну, простоте использования и всяческим приятным функциям. Спустя несколько месяцев или даже лет вы сможете легко вернуться к старым записям, сравнить свое эмоциональное состояние тогда и сейчас, подметить изменения и, возможно, удивиться тому, как сбылось то, о чем вы мечтали. Эти приложения пригодятся вам и для большинства писательских практик, описанных ниже.

2. Утренние страницы (или ночной абзац)

В книге «Путь художника» Джулии Кэмерон [7], которая с 90-х годов прошлого века помогает найти себя и раскрыться людям, которые привыкли говорить «Я вообще не творческий человек», есть такое упражнение – «Утренние страницы». Автор предлагает вставать пораньше и до того, как на вас навалилась вся суета нового дня, исписывать ровно три листа бумаги. Писать можно все, что придет в голову: про то, как затекла у вас за ночь шея от неудобной подушки, что приснилось под утро, как вам не терпится сегодня увидеться с подругой детства или как вам надоело платить за коммуналку. Даже если вам писать совершенно нечего, пишите про это: «Вообще нечего сказать. Не хочу даже начинать. Все равно ничего не получится. И почерк у меня корявый. Вечно пишу как курица лапой. Еще Инесса Степановна говорила мне: „Курочкина, пишешь ты очень подходяще для своей фамилии…“» Видите, в чем задача? Начать хоть с точки, хоть с крестика, хоть с неприличного слова (все равно этого никто не увидит!) – и дать подсознанию вылезти наружу. А оно непременно вылезет, так уж устроены наши полушария, пусть и в самом конце третьего листа, когда места уже не останется.

Тут самое главное – вовремя остановиться, не дать рефлексии засосать вас. Дописали до конца листа, поставили точку, сложили бумажки – и с глаз долой.

Трюк в том, чтобы не перечитывать, не исправлять и, упаси боже, не думать, что из этого может получиться что-то путное.

Вы пишете не черновик своих мемуаров, а сливаете свои мысли и эмоции, прочищаете трубопровод перед началом дня. Так что эти листки особенно хорошо использовать, чтобы сбросить весь негатив, который так сложно выразить (приличными) словами: раздражение, усталость, зависть – словом, все то, о чем мы говорили в первой главе. Пишите как есть, не оглядываясь на тех, перед кем привыкли отчитываться (школьную учительницу русского и литературы, маму, мужа и т. д.): смело вываливайте на бумагу, как вас раздражает пылесосить, как бесят отросшие корни, как неприятна мама одноклассника, с которым подружился ваш сын, – мало ли что у вас накопилось. Не давайте этой гари наслоиться и превратиться в корку, которую невозможно отчистить. Выписывайте, пока свежо!

Доказано: через несколько недель вы почувствуете терапевтический эффект от этого занятия и даже втянетесь в процесс.

Так, с классической версией практики «Утренние страницы» все понятно. Но лично меня в ней всегда смущало одно – слово «утренние». Во-первых, я по натуре не жаворонок. Во-вторых, когда у тебя дети, утро выглядит вовсе не так, как в фильмах о жизни богемной творческой личности, которая в шелковом кимоно за чашкой кофе неспешно исписывает страницы дневника. О нет, утро мамы с детьми – это разбросанные по полу пижамы, несобранные рюкзаки, недочищенные зубы (зачастую это зубы самой мамы!), забытые школьные перекусы, сменка и плавки для бассейна. А еще – собака, которая умоляюще стоит под дверью, подгоревшая овсянка и бог его знает что еще.

Конечно, есть мамы (и я даже знаю парочку таких лично), которые встают еще до того, как прозвенел будильник, на цыпочках крадутся в гостиную, делают приветствие солнцу и пранаяму в своих кашемировых домашних костюмах (без пятен от шоколада и кетчупа), а затем пишут утренние страницы, наблюдая за тем, как восходящее солнце нежно подсвечивает герань и помидоры черри на балконе. Черт подери, хотела бы я быть такой женщиной. Но я, увы, не они. И писать по утрам мне не просто сложно, а совершенно невозможно.

Для всех мам, которые, как и я, не видят ни малейшей возможности уместить в свое утреннее расписание ни абзаца писательства, я советую дерзким жестом превратить утренние страницы – в вечерние или даже ночные.

Да и вообще – нет никакого «правильно», и, если одна намоленная книга утверждает, что писать нужно именно по утрам и непременно три страницы, почему мы должны брать это за непреложную истину? Правильно то, что подходит именно вам, а главное, то, что у вас получается делать без насилия над собой, ведь нам в жизни и так достаточно разнокалиберных «надо» и «должна», верно? Так что 10 минут перед обедом или полчаса в полночь и не три страницы, а одну – тоже отлично подойдет!

По ночам, когда весь дом наконец тихо сопит под своими одеяльцами, даже особенно приятно устроиться с ногами в кресле, сделать себе большущую чашку очень горячего чая с медом, зажечь любимую свечу с ароматом амбры и ванили и от души выписать на чистые страницы все, что волновало, тревожило, бередило душу в течение дня. Все, что подгорело, забылось, потерялось, не успелось. Записать быстро, честно, дрожащим почерком человека, который давно отучился писать ручкой на бумаге, – и почувствовать, как становится легче, спокойнее, умиротвореннее. Дайте себе обещание вести ночные страницы каждый вечер в течение месяца. Вот увидите, это и правда волшебная штука, которая работает.

3. Списки радости

Если «много букв» сложны для вас даже на психологическом уровне (это нормально!), попробуйте ультракороткий вариант писательских практик – списки.

Во-первых, некоторые из них занимают меньше минуты в день – одна минута у вас точно найдется, тут не отвертеться!

Во-вторых, это тоже очень действенные упражнения: списки используют и нарративные терапевты, и тренеры по развитию креативности на своих воркшопах. И речь вовсе не о списке покупок в супермаркете! Мой любимый – список радости.

Так уж устроена жизнь любой мамы, что разбуди нас ночью, и мы, не открывая глаз, без запинки ответим на вопрос, что любят наши дети. «Нутеллу» прямо из банки пальцем, дразнить соседского попугая, рисовать голышом, таскать мамину косметику, орать, рубиться в «Майнкрафт» часами, кормить таксу Батона запрещенкой, есть снег, доводить до белого каления младшую сестру, приходить посреди ночи в родительскую кровать, дьявольски трясти бутылку колы, несмотря на окрики взрослых… Мы всё, всё про них знаем! Но если с бухты-барахты задать такой же вопрос самой маме – Что ты любишь? – это гарантированно поставит ее в тупик.

Мы, как правило, так заняты, так погружены в жизнь своих близких, что совершенно забываем о том, что любим именно мы.

Не мы с детьми и не мы с мужем. А сами по себе, отдельно от всех остальных.

Это простое с виду задание нам в помощь. Все элементарно: записывать каждый день по три вещи, которые любишь (любые!). Причем чем проще эти вещи, тем лучше. С нащупывания этих крупиц удовольствия начинается возвращение к себе – к внутреннему ребенку, к игривой девчонке, которой ты была до того, как завела своих собственных девчонок (или мальчишек), к той творческой личности, что жила – и живет! – в тебе с самых юных лет.

Задайте себе простой вопрос: «Что я люблю, когда мне не нужно думать о том, что любят другие?» Возможно, вы исправно готовите на ужин куриную грудку, зеленый салат или запекаете филе лосося, потому что здоровье семьи на первом месте, но на самом деле – о-о, на самом деле! – вы получаете просто-таки плотоядное удовольствие… заварив себе доширак, когда никого чудом нет дома?

Или, может быть, в повседневной жизни вы приличная женщина в дорогом пальто с холеной собачкой и сумочкой из лимитированной коллекции. Но на самом деле – на самом деле! – больше всего радости вам доставляет в выходной нацепить растянутую футболку Nirvana, которую вы храните со времен первого курса университета, и стащить розовые «мартинсы» старшей дочки!

Возможно, вам особенно приятно залипнуть в магазине комиксов – одной! И бесконечно листать эротические приключения Агента Микимото. Или бродить по магазину тканей, маниакально щупая каждый отрез бархата или японского набивного хлопка, прокручивая в голове, что можно было бы сшить из всех этих волнительных тканей – совсем как в детстве, листая журнал с выкройками для Барби!

Избегайте глобальности – чем мельче ваши бытовые радости, тем полезнее будет список.

Заносите в свой лист все, что приносит радость и удовольствие, даже если это просто новые, безупречно-белые (пока!) носки или теплый запах сонной собаки. Ничего не изобретайте, чтобы это прозвучало интересно или как-то особенно. Тут важна честность. Каждый день = три вещи. Пишите прямо в заметки в телефоне, пока пьете свой утренний кофе.

Уже к концу первой недели у вас должен набраться 21 пункт вашего личного счастья. А в конце месяца их будет около 100!

Вы удивитесь, сколько всего неожиданного вы про себя вспомните или впервые осознаете. Магия начнется после того, как вы исчерпаете два десятка пунктов, лежащих на самой поверхности. Этот список не только можно пополнять до бесконечности. К нему можно обращаться в моменты тоски и уныния, чтобы вспомнить, что приносит вам удовольствие. Или когда у вас неожиданно приключится свободное окошко: так часто бывает, когда детей вдруг, например, неожиданно забрала бабушка или позвали в гости с ночевкой и у вас вдруг образовался свободный вечер пятницы или даже целые выходные.

Тут легко растеряться и провести все это время, глядя в стену (иногда и это крайне полезно). Но все же со списком удовольствий под рукой вам проще будет вспомнить, что на самом деле вы обожаете кататься на коньках или разглядывать пестрых рыбок и ящериц в зоомагазине – и соединиться с настоящей собой этим с детства знакомым способом.

Кстати, вот вам еще идея: заведите специальную Банку радости и каждое любимое дело записывайте на отдельную бумажку и бросайте в нее.

Представьте, как приятно будет спустя какое-то время запустить пальцы в ее шуршащее нутро и вытащить подсказку, чем порадовать себя сегодня. Это даже лучше китайского печенья с предсказаниями, потому что возможность холостого выстрела исключена. Каждая бумажка в заветной склянке – на 100 % про вас.

Попробуйте прямо сегодня!

Прямо сейчас.

4. Списки благодарности

Еще один вид списков, творящий маленькое волшебство, – это список благодарности. И да, это тоже, по сути, письменная практика: ведь вам нужно не только найти что-то такое, за что вы чувствуете благодарность сегодня, но и зафиксировать это на бумаге или в телефонных заметках. Это важный момент: непременно запишите то, что пришло на ум сегодня, ведь через пару дней вы уже можете и не вспомнить об этом. А в конце месяца или в вихре ПМС-уныния может показаться, что жизнь так тосклива и сера, что вокруг сплошное разочарование и несправедливость, и вот тут-то – вот тут-то! – вам и пригодится ваш скрупулезно составленный листок всего того, за что вы были хоть немного, но благодарны в прошедшие дни. И вы удивитесь, сколько светлого, чудесного и воодушевляющего есть в вашей жизни.

Даже если вам кажется, что день был провальный и вообще не стоило даже выходить из дому, начните вспоминать, и сами удивитесь, когда окажется, сколько всего, за что вы благодарны именно сегодня.

– За то, что наконец вышло солнце, на целых полчаса!

– За то, каким вкусным внезапно оказалось варенье из кабачков по бабушкиному рецепту.

– За то, что ребенок принес домой гениальный портрет всей семьи, пусть и опознать на нем можно только собаку.

– За то, что удалось не поругаться с мамой, обсуждая краеугольную семейную тему.

– За то, что наконец закончился ремонт у соседей.

– За то, как хорошо сидеть вдвоем под пледом и смотреть дурацкое кино, когда дети видят десятый сон.

– За то, что существуют доставки еды и можно хотя бы один вечер на неделе лениться и не быть идеальной домохозяйкой.

– За то, что подруга заплатила за твой кофе с булочкой – просто так.

Такой список может стать настоящей выручалочкой в нужный момент. И нет, для того чтобы вести такой лист, вовсе не обязательно искать уединенное место, усаживаться в позу лотоса и медитировать, стараясь игнорировать шум посудомойки и нарастающую паранойю по поводу подозрительной тишины из детской – что там творится прямо сейчас, не засовываются ли в розетку маленькие любопытные пальцы? Иногда можно вообще ограничиться только именами людей, которым вы хотите сегодня сказать спасибо, – да, это тоже считается.

Все это не просто радужные единороги и хипповство. И не пафосные слова в духе оскаровской речи: «Спасибо маме, моим учителям и Господу Богу…» И не проповедование в духе Опры: «Лучшее, что вы можете сделать, чтобы изменить свою жизнь уже сегодня, – стать благодарными за все то, что у вас есть прямо сейчас». То есть, конечно, все это, но не только!

Практика благодарности – штука, которая имеет научное объяснение. Например, об этом говорят исследования в области нейропсихологии.

Наши нейронные связи формируются в течение всей жизни под влиянием испытанных эмоций и того, как на них реагирует наш организм. Нам холодно, грустно, смешно, остро, душно, и вот уже вереница импульсов мчит от наших органов чувств к центральной нервной системе. Если мы реагируем привычным образом, мы идем «коротким путем», который не приносит нам ничего, кроме старой доброй реакции: холодно – недовольно ежимся, грустно – плачем. И никаких новых нейронных связей тут выработаться не успевает, трамвай привычно едет по старым добрым, отполированным десятилетиями рельсам. А вот если навостриться формировать новые реакции на раздражители, тогда мгновенно запускаются другие, гораздо более интересные процессы!

Скажем, вместо того, чтобы сжаться в нахохлившегося воробья при дуновении зябкого ветра, можно попробовать на минуту представить себя отважным полярником, идущим сквозь льды, или Гердой, вызволяющей Кая из плена Снежной Королевы. Теплее вам от этого, конечно, не станет, зато нейроны мозга не на шутку удивятся от того, что вместо привычной короткой реакции организм выбрал длинную, и запустят формирование новых связей. А нейропластичность, если верить ученым, хоть и не путь к вечной молодости, но как минимум профилактика депрессии и деменции! И конечно же, настоящий бустер креативности – а нам того и надо.

Чувство благодарности – это один из способов преодоления шаблонов мышления.

С помощью искреннего «спасибо» мы переключаем свое внимание с привычного и очень удобного бытового негатива («Вот бы нам квартиру побольше, все не помещаемся», «Опять посудомойка пищит», «Сколько можно ходить с соплями», «Дети постоянно сидят в гаджетах, достало!») на позитив. Конечно, от этого квартира не станет больше и сопли никуда не денутся, но произойдет кое-что поинтереснее.

Ощущение искренней признательности смещает фокус и привлекает внимание к приятным событиям, людям, ситуациям, ощущениям. А пока вы записываете, как вам удобно сегодня гулялось в новых кроссовках и как уютно сопит старый кот у вас под боком, в мозгу формируются новые нейронные связи позитивного мышления. Тут подключается квантовая физика, которая неистово плюсует этому утверждению: по ее законам все наши мысли и эмоции имеют свою энергетическую частоту.

Подобное притягивает подобное: вибрируя на определенной частоте, мы примагничиваем только те события, которые соответствуют частоте нашего собственного излучения.

И даже пара минут «правильного» вибрирования в день, когда вы записываете, как вы благодарны соседке Наташе за то, что у нее нашлась лишняя пара яиц для шарлотки, или водителю такси за то, что не стал упираться из-за детского кресла, могут постепенно изменить ваш мозг на глубинном уровне.

Спросите профессора Пратика Кини из Университета Индианы, доказавшего опытным путем, как практика благодарности влияет на работу мозга людей в депрессии. Или нейробиолога Ричарда Дэвидсона из Института здорового мышления, утверждающего, что мы сами способны активизировать нейронные связи, отвечающие за ощущение радости.

Разве не здорово знать, что можно не ждать, когда счастье придет извне, когда кто-то нас обрадует или наконец-то случится что-то замечательное, что поднимет нам настроение, а постепенно тренировать свое сознание испытывать радость независимо от обстоятельств? И да, мы все еще говорим про коротенькие списки простых вещей, за которые вы благодарны прошедшему дню! Такая мелочь, возможно, и не превратит уставшую маму трех бандитов в лучезарного будду, но может здорово скрасить ее сумасшедшие будни! А у довольной мамы даже в хаосе и водовороте ежедневных дел всегда найдутся силы и правильное настроение для чего-то творческого: будь то новая прическа для одной маленькой тиктокерши или сюжет для короткого рассказа.

5. Списки-монстры

Если вам нравится идея списков, то вот задачка посложнее, чем подмечать каждый день по три пункта для листа радости. Здесь, конечно, и времени потребуется побольше: такое задание хорошо спланировать на тот день, когда у вас есть возможность побыть с собой наедине и хорошенько настроиться на внутреннюю работу.

Списки-монстры – это такой хитрый способ заставить мозг выйти из зоны комфорта.

Ниже вы найдете темы, которые можно использовать: конечно же, их гораздо больше, и вы точно можете придумать свои. Тут есть важное правило: написать все 100 пунктов нужно за один присест, не растягивая на весь день, а то и несколько недель. Фокус в том, что наш мозг выплюнет все очевидные и логичные пункты первыми, затем будет упираться и бороться («Зачем тебе это надо? Какая глупость!»), потом вам будет казаться, что сказать больше нечего, но со скрипом вы кое-как доберетесь примерно до 70-й строчки. А дальше начнется самое интересное: когда мозг совершенно исчерпает все «подходящие» ответы, логика покинет капитанский мостик и на поверхность вдруг выплеснутся пункты, которых вы вообще никак от себя не ожидали. А вот их-то нам и надо. Так что не бросайте дело на полпути!

1. 100 вещей, которые у меня классно получаются.

2. 100 вещей, которые мне в себе нравятся.

3. 100 вопросов, на которые я хотела бы знать ответы.

4. 100 способов улучшить мою жизнь.

5. 100 моих достижений за жизнь.

6. 100 вещей, которые я бы сделала, будь у меня время.

7. 100 поводов для моей тревоги и стресса.

8. 100 причин, почему мне нравится быть мамой.

9. 100 причин, почему я ненавижу материнство.

10. 100 моих страшных страхов.

11. 100 вещей, которые я сделала бы, если бы стала известной/успешной.

12. 100 событий, которые я хочу, чтобы произошли в этом году.

13. 100 вещей, которых я когда-то боялась, но больше не боюсь.

14. 100 профессий, которыми я хотела бы овладеть.

15. 100 «против» того, чтобы быть миллионером.

16. 100 вещей, которые я ценю в жизни.

17. 100 качеств, которые я ценю в людях.

18. 100 вещей, которые меня бесят и злят.

19. 100 предметов, которые я могла бы носить в кармане.

20. 100 поводов для жгучей зависти.

21. 100 человек, которых я хотела бы простить.

22. 100 фраз, которые я хотела бы услышать в свой адрес.

23. 100 решений, которые приняли за меня.

24. 100 предметов, которые мне надоели.

25. 100 вещей, которые я хочу, чтобы знал обо мне мой ребенок.

26. 100 моих отговорок.

27. 100 вещей, которые я хочу успеть до конца жизни.

Попробуйте, это крайне увлекательно.

6. Одна мысль в день

Дневниковые записи (или, как их еще называют, джорналинг), списки-монстры, утренние страницы – все это отличный способ нырнуть во внутренние глубины и, возможно, подняться оттуда с тихо мерцающими жемчужинами новых знаний о своих истинных желаниях и смыслах. Однако это еще и повод с головой «провалиться» в не самые приятные эмоции: зацепившись за то, что раздражает или печалит, и увлекшись расписыванием этого чувства, очень легко расстроиться окончательно, особенно если внешняя среда к этому располагает. Можно начать с упоением себя жалеть, вспоминать лучшие времена и хотеть на ручки.

Психотерапевт и знаменитый эксперт по дневниковой терапии Кейтлин Адамс, автор книги «Дневник как путь к себе» [8], заметила, как глубоко и отчаянно могут занырнуть в свои эмоции некоторые ее клиенты, и предложила им вместо подробных письменных упражнений кое-что радикально противоположное: закончить только одно предложение.

Попробуйте и вы. Предложения очень простые:

Прямо сейчас я хочу…

Сегодня я чувствую…

Сегодня я такой человек, который мог бы…

Мой самый большой страх – это…

Я не знаю…

Один-два вопроса. Короткие ответы. Каждый день на протяжении месяца. Попробуйте сделать это своим ритуалом – например, замедлиться на минуту, забросив детей в школу, прислушаться к себе и записать ответы. А если вдруг почувствуете, что просто обязаны расписаться на вызвавшую отклик тему подробнее, дайте себе на это строго пять минут, по будильнику. Кейтлин Адамс, исходя из своей многолетней практики, в том числе с клиентами с глубокой травмой, считает, что этого времени достаточно, чтобы выпустить важное на бумагу, но при этом не провалиться в зыбучие пески жалости к себе, печальных воспоминаний из детства или проклятий в сторону этого несправедливого мира.

Терапевтический эффект будет даже от таких суперкоротких заметок, если вести их регулярно.

К тому же это отличный способ переключиться в моменте, когда накатила усталость, тревога и расфокус. По себе знаю, в жизни мамы такое происходит практически каждый день.

7. Это мое кино

А вот легкий способ взглянуть на вашу жизнь с веселым прищуром: в разгар обычного суматошного дня остановитесь и спросите себя: «На какое кино похожа моя жизнь сегодня?» Как вариант, на какой великий роман – тут уже что вам ближе. Сначала, в водовороте дел, вам, возможно, захочется отмахнуться от таких глупостей, проворчав: «Какое еще кино! Разве что хоррор категории Б», но штука в том, что вы уже на полпути к ответу. Воспринимайте происходящее как игру. Впрочем, это игра и есть! Почему нашим детям можно бесконечно витать в воображаемых мирах, полных розовых пони и супергероев, а нам нет? Смело отпускайте ассоциативное мышление с поводка!

Может быть, вы сегодня совершеннейшая Золушка, только еще и с двумя детьми? Или ваша жизнь похожа на «Титаник»? Или вчера вы наконец вырвались с подругами в бар и теперь чувствуете себя как герои «Мальчишника в Вегасе» наутро? Или навалилось настроение, достойное первой части «Бриджит Джонс»? А может, вы сегодня с самого утра – настоящая мать драконов? Вон они, кстати, размазывают кашу по ковру. Дракарис! Запишите одним лихим абзацем сюжет вашего кино, будь то «Москва слезам не верит» или «Женщины на грани нервного срыва». А теперь, когда вы уже не совсем Наташа из 47-й квартиры с пучком и в трениках, а героиня фильма Альмодовара, задайте себе – той, экранной – вопрос: «И что же наша героиня сделает дальше?» Это такой прием из сторителлинга, когда, к примеру, команда сценаристов начинает брейнстормить, чтобы вывести сюжетную ветку из тупика.

Попробуйте провернуть такую штуку с собой и своим фильмом дня: куда бы отправилась ваша героиня с этой осточертевшей кухни? На что бы променяла эту песочницу? Можно, конечно же, сочинять свой альтернативный сценарий в голове, но полезнее его записать, не особо беспокоясь о стиле и грамматике, просто потому, что так уж устроена наша голова: мысли эфемерны и моментально трансформируются одна в другую, подменяя собой смыслы и улетучиваясь в неизвестном направлении.

Печатное/записанное слово – это маленький якорь, который помогает схватить этих нимф за тающие в воздухе шлейфы платьев и привязать к реальности.

Дайте развиться вашему сюжету, и, возможно, вы сами не заметите, как пассажирам «Титаника» успеет прийти на помощь отважная «Карпатия», а Бриджит Джонс сменит унылые бабушкины панталоны на костюм зайчика Playboy, чтобы наделать шороху на семейной вечеринке!

«Во ВГИК меня не хотели брать как мать с ребенком, хоть я и клялась, что с „этим“ покончено, теперь только чистое творчество! Мастер парировал: „На дипломе опять с пузом будешь“. Новые белые рубашки для похода на Узбекфильм пришлось раздать подругам, не ведающим о материнстве, а номера телефонов режиссеров уже потерялись в моей записной книжке. Но кто-то мне однажды сказал: „Вот дети вырастут, и ты снимешь свое кино“. Теперь я понимаю, что кино у меня каждый день!» – Юнона Салтыкова, режиссер «в запасе», декоратор, мама двоих.

8. Где я и откуда я здесь взялась?

Не знаю, как вы, а лично у меня в жизни бывают моменты, когда я оглядываюсь по сторонам – разбросанные школьные тетрадки, счета за электричество, плесень в углу потолка ванной, бухгалтерия требует подписать бумажки для налоговой – и думаю: «А как я тут вообще оказалась?» Потом память переносит меня по турботуннелю времени из разноцветных пикселей, и я вижу моменты своих прожитых лет, всплывающих яркими картинками в хаотичном порядке. Как я решила стать дизайнером футболок на Бали. Как я открыла (и закрыла) кофейню. Как я работала в скучном офисе с психически нездоровым начальником. Как ходила на высоченных каблуках Chloe (и правда, КАК?!). Как впервые поцарапала машину. Как отправилась в свадебное путешествие в Индию. Как поцеловала того симпатичного парня в баре в Токио. Как занялась керамикой, танцем у шеста, ирландским степом и аэройогой – и бросила керамику, танцы у шеста, ирландский степ и аэройогу.

Картинки из прошлого выпрыгивают на меня, как бесчисленные окна и открытые файлы у внезапно перезагрузившегося компьютера.

Но что из всех этих событий привело меня в ту точку, где я нахожусь сейчас?

Помните, выше я уже упоминала психотерапевта и «дедушку писательских практик», ученика Юнга, Айру Прогоффа (Ira Progoff)? Помимо прочего, он придумал концепцию структурированного дневника – таких записей, которые подчинены определенной системе и помогают отвечать на глубинные вопросы. Сейчас интенсивная дневниковая терапия Прогоффа применяется в групповой и индивидуальной работе с людьми, переживающими жизненные кризисы и переходные периоды. Словом, доказано десятилетиями прикладного использования – штука сто́ящая!

Одно из упражнений из системы структурированного дневника по Айре – это Вехи моей жизни. Это как раз то, что поможет из миллиона обрывочных воспоминаний вычленить то, что способно ответить на вопрос: «Как я оказалась здесь и сейчас?» Уверена, некоторые из вас пожмут плечами и скажут: «Да что тут думать? Влюбилась, вышла замуж, и вот результат!» А что, если вопрос «Где я сейчас?» не так линеен, как кажется? Что, если он относится к вашему заброшенному творческому проекту или к креативной идее, которую вы вынашиваете уже несколько лет, или к тому щемящему ощущению «Я способна на большее», которое заставляет вас грустить, разглядывая картинки других женщин в их соцсетях, кричащих об «успешном успехе». Как вы оказались там, где вы сейчас? Упражнение Айры Прогоффа нам в помощь.

Суть упражнения: посмотреть на события свой жизни в более глобальной перспективе, прочувствовав, как интересно сплетаются моменты вашей личной истории и как интересно проложены тропинки из прошлого к настоящему – в будущее.

Итак, к делу. Возьмите нынешний период вашей жизни за точку отсчета и попробуйте выделить 8–10 этапов в прошлом, которые привели вас к настоящему моменту.

При этом хронологически начальный пункт – это «я родилась/родился». Но выделять этапы нужно не «от рождения к настоящему моменту», а наоборот: вот я сейчас, а до этого было вот так, а еще раньше… и так до «я родилась». При этом отвечайте себе на вопрос: «Без чего этот этап моей жизни не мог бы состояться?» Названия этапов могут быть достаточно краткими; они вовсе не обязательно должны быть «всеобъемлющими», в них должно быть упомянуто то главное, что позволит вам выделить хронологические границы этого этапа.

Важно выделить именно 8–10 этапов, и не больше. Это включает «принцип избирательности». Вполне может оказаться, что за один раз составить удовлетворяющий вас список основных жизненных этапов не получится. Если чувствуете, что то, что вы написали, вас не устраивает, – постарайтесь сформулировать для себя, почему не устраивает, что важное не вошло в этот перечень. Может быть, названия этапов будут достаточно формальными или, наоборот, метафорическими.

Перечитайте получившийся список в хронологическом порядке, от рождения к настоящему моменту, и спросите себя: «Куда движется эта волна, этот поток? Куда дальше?»

Не забудьте написать после этого рефлексивный отклик:

• Каково вам было писать об этом?

• Куда это вас привело?

• О чем напомнило, о чем заставило задуматься?

Можно подойти к этому заданию и с противоположной стороны, начав с вопроса: «Где я НЕ нахожусь, хотя очень хотела бы, и какие антиэтапы довели меня до этого?» Возможно, вы хотели бы сейчас стоять с бокалом шампанского в сложносочиненном платье на открытии собственной выставки или управлять пассажирским лайнером – а вместо этого занимаетесь чем-то совершенно другим.

Размотайте клубок причин, постепенно спускаясь по лестнице к первопричине: ступенька за ступенькой.

Не исключено, что в самом конце этой лестницы, у ступеньки номер 1, стоит ваша мама и строгим голосом говорит, что художники – асоциальные элементы, которые никогда не зарабатывают достаточно. Или школьный физрук, подтрунивающий, что из человека, не способного поймать мяч и прыгнуть через козла, никогда не выйдет космонавта. Как бы то ни было, хорошо бы взглянуть этим причинам в глаза и сказать: «Спасибо, что пытались помочь, но я теперь как-нибудь сама».

9. Майндмэп: продолжение «Этапов жизни»

Писательские практики необязательно должны состоять из вдумчивых абзацев или вообще представлять из себя связанные предложения. Иногда – особенно когда нет сил даже на то, чтобы общаться полноценными фразами с домашними, – подойдут и разрозненные слова. Или даже каракули. По сути, я предлагаю вам взять упражнение из предыдущего пункта и превратить его в схематическую карту сокровищ – более продвинутые люди называют эту технику «майндмэппинг».

Бесконечный плюс этой техники в том, что в принципе «карту сознания», или mindmap, можно делать, не урывая «свое время», когда дети наконец отправятся под одеяло (а вы свалитесь лицом в подушку… какие уж тут майндмэпы!). Вместо этого попробуйте заняться этим, когда дети в очередной раз попросят вас порисовать с ними принцесс, монстров, подводный мир, «Звездные войны» – или что там у вас сейчас в фаворе? Пока они, высунув язык от усердия, раскрашивают хвост русалочки, вы можете с не меньшим рвением рисовать то, что интересно именно вам.

А именно – дорожную карту ваших желаний.

В центре напишите, чего бы вам страстно хотелось на самом деле.

Ну, помимо здорового сна, возвращения в добеременный размер джинсов и трех недель в спа-отеле в блаженном одиночестве (чтобы вспомнить или впервые за долгое время почувствовать, чего же хочется именно вам, хорошо бы вернуться к писательским практикам выше – например, пунктам 3 и 5). Возможно, это сокровенное желание – ваш творческий проект, который вы бережно вынашиваете в себе и не решаетесь и словом обмолвиться о том, что придумали, даже с самыми близкими. Или то, как вы хотели бы себя ощущать – на сцене в дерзком платье, или за любимым инструментом в студии, или в вихре творческого потока в мастерской. А затем снизу схематично пририсуйте этапы, которые могли бы привести к этому желаемому состоянию – по тому же принципу, что в предыдущем упражнении «Вехи моей жизни». Обозначайте их словами или, если вам так проще, зарисовывайте простыми картинками.

Если вокруг крутятся дети и требуют рассказать, о чем ваш рисунок, это даже к лучшему: объясните им самыми простыми словами, как их маме хотелось бы снова петь, но ее голос заколдован злой волшебницей Усталостью и глубоко спит в тяжелой хрустальной шкатулке. И если бы на помощь прилетела фея Свободное Время, то можно было бы прогнать Усталость, и тогда мамин голос проснулся бы от затянувшейся спячки. Это, кстати, очень действенный прием из сказкотерапии для взрослых – отделяя от себя собственную проблему (вместо «Я безынициативная» говоря: «Моя проблема – нехватка времени на себя») и помещая ее в сказочный нарратив, мы видим причины и следствия четче, а решение часто находится гораздо быстрее.

Когда закончите с нижней частью карты, где отразили шаги, которые могли бы привести к желаемому состоянию в центре картинки, сверху разместите то, что уже сейчас помогает ему оформиться, пусть и почти незаметно. Возможно, там найдется место поддерживающим творческим друзьям, кому-то, кто вдохновляет вас своим примером, отзывчивой свекрови, которая могла бы помочь вам выкроить еще одно окошко в графике. Активно скребите по сусекам и зарисовывайте/записывайте все, что сможете найти. Может быть, там наберется не так уж и мало поддерживающих штук!

Все пространство между верхом и низом можно смело отдать на откуп подсознанию: позвольте себе заполнить пустые места каракулями, словами, которые как будто бы сами пришли в голову, цветовыми пятнами, стрелочками и сердечками. Черкайте и закрашивайте с не меньшим энтузиазмом, что и ваши юные художники по соседству. Можете добавить блесток, наклеек и даже превратить это в коллаж из журнальных картинок.

Когда вы вынырнете из этого творческого потока, можете не на шутку удивиться, увидев свою проблему и пути ее решения. Наконец-то и вам какая-то польза от всех этих фломастеров и тюбиков с глиттером!

10. Дневник – дело не одинокое

Иногда все, что нужно почувствовать уставшей маме с детьми, – что она не одна. Дневник и другие писательские практики не только помогают справиться с проживанием своих разных эмоциональных состояний, но и, увы, могут создать впечатление, что ты одна-одинешенька на этом свете со своими переживаниями. Некоторым легко удается выплескивать наболевшее в социальные сети: «Вот, приехали, старший сломал ногу накануне праздников! Это было последней каплей!» Эти люди благодаря своей активности оказываются на поверхности нашего внимания, и нам неизбежно начинает казаться, что так открыто делиться с миром могут буквально все… все, кроме нас. И мы закрываемся еще больше, чувствуя свою инаковость. Я вовсе не призываю немедленно идти против своей натуры и выкладывать все наболевшее в соцсети.

Я предлагаю кое-что другое: создать свою собственную соцсеть – можно буквально из двух человек.

Вы можете позвать самых близких подруг, таких же творчески настроенных мам, у которых вечно не доходят руки до своих собственных проектов, в закрытый чат (например, в «Телеграме»), где будете только вы, но не превращать это дело в еще один мамский чатик с обсуждением рецептов и полезными советами, а четко придерживаться концепции: вести дневниковые записи, отвечать на вопросы «Как моя внутренняя погода сегодня?», договориться об определенном дне недели, когда каждая выкладывает предельно честную заметку о своем эмоциональном состоянии, – словом, вам решать, как именно вы будете это делать, главное – условиться о правилах «на берегу» и четко им следовать, ни в коем случае не впуская в это священное пространство бытовые проблемы и рецепты борща от вашей бабушки.

Еще один вариант – создать отдельный, секретный аккаунт в соцсетях, про который будут знать только те, кого вы туда позовете.

Совет: держите свой круг максимально тесным и не приглашайте тех, от чьего оценочного мнения вы зависите, даже если этот человек вам очень дорог, – так вы сможете писать без оглядки и жажды одобрения. Отключите в настройках возможность комментировать и ставить лайки (да-да, так тоже можно было!), чтобы ничто не отвлекало внимание от искренности ваших заметок. И ведите свой тайный дневник, ключ к которому есть только у избранных.

«Зачем такие сложности?» – скажете вы. Ведь я могу просто писать только для себя, без всяких соцсетей. Дело в том, что человек, как говорится, социальное животное, и, даже если мы отмахиваемся от мнения других и стараемся спрятаться поглубже в свою нору, нам критически важно, чтобы у нашей жизни были свидетели, чтобы мы могли быть видимыми для остальных. Собственно, на этом и держится сверхмощь соцсетей: человеку нужны другие люди, пусть даже для молчаливого свидетельствования проживаемой нами жизни. Так что и ваши две подруги в общей группе, и ваш секретный аккаунт – это все способ получить особую значимую поддержку, даже если ваши записи нельзя будет отметить сердечком или сочувствующим комментарием.

Главное – знать, что вы в компании единомышленников, каждый из которых проживает примерно то же, что проживаете вы.

Это укрепляет наше интуитивное ощущение ценности, значимости любой уникальной жизни. Пускай вас поддерживает атмосфера вашей стаи, чувство присутствия других людей. Их внимательное и уважительное молчание – теплый кокон, в котором не страшно раскрыться и показать самое сокровенное, свои хрупкие чувства и мысли.

Лицом к лицу

Эта практика уже не писательская. Она не для слабонервных, но очень мощная. В наше время постоянного осознавания себя через картинку – сториз, тикток, собственное лицо в рабочем зуме или в видеозвонке с близкими – мы редко когда по-настоящему всматриваемся в свое отражение.

Фильтры нам в помощь: аллилуйя, что даже с темными кругами под глазами и в не самой парадной пижаме можно вещать с собственной кухни и выглядеть как калифорнийская серферша.

Нет, серьезно, что бы мы делали без фильтров и масок?! Как мы вообще раньше жили? Так вот, дело, которое я хочу вам предложить, может показаться сюжетом для фильма ужасов: подойдите к окну и сделайте селфи. Без фильтров. Не разворачиваясь по привычке «рабочим» ракурсом. Как есть. Страшно, правда? Точно знаю, у многих получится далеко не с первого раза. Попробуйте мягко расфокусировать взгляд и не таращиться на свои морщины, прыщики, пигментацию (еще один пункт из списка «Ну спасибо, беременность!»), серебряные пряди, вышедшие из-под контроля брови. Посмотрите себе в глаза и сделайте «щелк». А теперь вглядитесь в этот портрет.

Представьте, что вы видите этого человека впервые. Глядя на незнакомца, мы редко разбираем его лицо на запчасти вроде неровностей кожи или асимметрии. Мы не знали этого человека раньше, поэтому не подумаем: «Эх, как жизнь тебя потрепала, дружище!» или «Где твои семнадцать лет?» Вместо этого мы можем сказать: «Какое интересное лицо!», «Такой глубокий взгляд» или даже предугадать характер: «Сразу видно, хитрюга» или «Точно та еще стерва!» Попробуйте посмотреть на свой портрет глазами незнакомки. Вглядитесь хорошенько: что за женщина смотрит на вас? Не цепляйтесь за внешнее, смотрите вглубь, стараясь раскусить ее суть. Что вы видите?

Возможно, вы видите напряжение, усталость, темную тень под глазами. А может быть, хитрый прищур, игриво вздернутый уголок губ, саркастично приподнятую бровь. Расскажите себе о незнакомке перед вами.

Мне нравится в этом лице, что…

Глаз сразу цепляется за…

Я думаю, что эта девушка на самом деле…

Мне кажется, она хотела бы сейчас…

Ее взгляд говорит мне о том, что…

Она выглядит, как будто бы знает…

Если бы мы подружились, я бы сказала ей, что она…

Думаю, ей понравилось бы, если…

Представьте, что вы искренне привязались к этому человеку, что он стал вам родным. Что бы вы хотели сделать для нее, чтобы ей стало приятно или проще жить или чтобы ее жизнь изменилась к лучшему? Фокус в том, что никто никогда не сможет этого угадать, лишь глядя на лицо незнакомого человека вне контекста его ситуации. Но вы – вы знаете. Потому что у вас нет никого ближе, чем вы сами. Другое дело, что вы могли об этом забыть или искусно притвориться, убедить саму себя в том, что это все глупости и детский сад. Но там, в глубине этих уставших глаз, прячется ответ. И вы его знаете.

Свидание с собой

Спорю, знакомо каждой, и вам в том числе: открываешь файл, чтобы начать писать, или раскладываешь тюбики с акрилом – и тут же сворачиваешься, поджав хвост. Не идет! Крутишь-вертишь очередную классную идею в голове – и ничего не делаешь. Читаешь очередной пост в соцсетях, как кто-то из знакомых хвастается новыми акварельными пионами, собственноручно перетянутым винтажным креслом, эклерами с кремом из свекольной ботвы, и думаешь: «Какого черта это придумала не я?» Но это не ты. Ничего эдакого не придумывается. Гений дремлет (и похрапывает). По ощущениям похоже, будто твой творческий моторчик перестал тарахтеть, электричество кончилось, важные проводки перегрыз шкодливый щенок. В чем, черт подери, дело?

Да, это может быть апатия, у которой ноги растут из стресса и усталости. Может быть, что-то посерьезнее. А может быть, это самый распространенный материнский диагноз – вычерпанность. Конечно, такого медицинского термина не существует, но его, пожалуй, стоило бы придумать. Вычерпанный колодец, из которого вся деревня берет и берет воду, пока жестяное ведро не ударится о пересохшее дно. Ведь именно так себя и ощущает примерно каждая женщина, жонглирующая одновременно миллионом бытовых дел и задач.

Известно, что лучший способ удержать баланс – это предельный фокус и четкий ритм.

Но это неизбежно ведет к автоматизму действий, который, хоть и может помочь справиться с хаосом, не добавляет творческой энергии. Все просто: там, где есть четкая организация, – нет места спонтанности. Там, где есть полный контроль, нет шанса для импровизации. Что мы получаем в итоге? Мать-робота, со стеклянным взглядом раскладывающую заготовки для здоровых и полезных семейных трапез по контейнерам.

«Иногда я превращаюсь в андроида, как в сериале „Воспитанные волками“, где детей в постапокалиптическом мире растит робот модели „Мать“, и делаю все на автомате. Это единственный способ не сойти с ума и продолжать делать все, что должно быть сделано, даже когда я совершенно не вывожу», – Анна Афонина, мама пяти детей.

Мать-робот – это, безусловно, универсальный солдат и мощнейший мотор, который заставляет вращаться все турбины семейства, но на сколько его хватит? И спрашивал ли кто-то этого человека, собиралась ли она становиться андроидом?

Самый рабочий способ вырваться из этой рутины – спланировать побег от реальности. Нужно дать колодцу время, чтобы он вновь смог наполниться. Причем речь не о полноценных каникулах, а о регулярных, даже рутинных эскападах, которые стоит внести в свое расписание, выделить им время и ни в коем случае не изменять намеченному плану.

Мой любимый способ восстановления уровня наполненности – это еженедельные творческие свидания с самой собой.

Помните ту загадочную незнакомку в зеркале-селфи из прошлого упражнения? Как думаете, ей хотелось бы, чтобы ей назначили волнительное рандеву?

Сценарий такой «романтической встречи» может быть любым. Выберите то, что вдохновляет и наполняет именно вас: поход в музей или галерею со странным современным искусством, пикник в парке с термосом горячего чая и наблюдением за собаками, парочками и подозрительными одинокими мужчинами в длиннополых пальто. Или просто долгая прогулка в новую кофейню. Или, может быть, поездка на целый день в незнакомое место (какая роскошь для любой мамы!) – я называю такие эскапады творческой разведкой, ведь никогда не знаешь, что встретишь на пути!

Этим свиданием может быть совершенно что угодно, лишь бы вы чувствовали от этого плана радостные мурашки и нетерпение. Такое вот простое правило.

А железобетонное правило номер два: совершать такую вылазку регулярно – и нет, не раз в год, а каждую неделю. Конечно же, вы скажете: «Пф-ф-ф, откуда у меня столько времени?» Об этом мы, во-первых, подробно поговорим чуть позже, а во-вторых, не пугайтесь раньше срока. Речь, возможно, о паре часов (а то и меньше!) осознанного дуракаваляния: серьезно, быт и детское благосостояние не обрушатся за время вашего отсутствия. Зато из путешествия в свою личную Нарнию вы вернетесь уже не матерью-роботом, а доброй волшебницей. Ну или просто нормальным человеком.

Есть еще парочка правил: не брать – категорически! – в свою регулярную экспедицию никаких детей, мужей и подружек.

Сториз не снимать. Сообщений в мамский чат о том, как классно вы проводите время на выставке керамических пенисов, не строчить. Сконцентрируйте внимание на себе, на своих ощущениях. Почувствуйте, как начинают кружиться маленькие водовороты идей (а они непременно начнут, возможно, не с самого первого свидания, но начнут!). Даже если вы отправились в поход по магазинам – так, поглазеть! – старайтесь вести себя, словно на биеннале. Подмечайте тренды: «Ага, вернулись 70-е! Снова в моде принты с работами Энди Уорхола. Такая шуба была у моей бабушки!» Приглядывайтесь к толпе, подслушивайте разговоры. Не пытайтесь что-то из этого немедленно вычленить, оформить в какую-то рабочую идею – просто оставайтесь в режиме наблюдателя и дайте образам, воспоминаниям, легким дуновениям вдохновения посетить вас, пока вы погружены в наполняющую вас среду.

«Во что-то же надо верить и от чего-то всегда кайфовать. Даже небо иногда бывает серым, а работы Матисса – никогда!» – сказала одна из опрошенных мной мам, Юнона Салтыкова.

Тут важно помнить: водить себя на свидание с самой собой нужно именно в те места, которые вам по-настоящему интересны. Не стоит заставлять себя тащиться в классический музей, если, переходя из зала Античности в зал импрессионистов, вы зеваете и мечтаете о капучино в буфете.

Ныряйте с головой в то, что нравится именно вам, даже если это что-то ужасно несерьезное.

Лично я обожаю блошиные рынки, магазины тканей и лавки старьевщиков (благо в Барселоне, которая стала нам с сыном домом, в них нет недостатка) – это мои места силы, я кручу в руках щербатые хрустальные бокалы и серебряные щетки кокеток прошлого века, долго и вдумчиво поглаживаю рулоны японского набивного хлопка и тончайший шелк Liberty Of London – и меня уносит в какие-то параллельные миры, где роятся истории и никто не требует чая с бутербродом. Колодец должен наполняться, и неважно, из каких подземных ключей.

Главный секрет – сделать такие свидания регулярными, еженедельными.

Это важно, ведь колодцу необходима постоянная подпитка! Пускай это будет всего два утренних часа в формате «И пусть весь мир подождет» в один из будних дней, пока ребенок в садике или школе, – для этих целей отлично подходит четверг, когда все срочные дела начала недели уже улажены. Или маленький кусочек выходного, когда партнер может взять дом на себя, – о том, что твое время сакрально и обсуждению и обмену не подлежит, стоит договориться заранее (и если потребуется, скрепить договор кровью). Вот увидите, стоит ввести практику творческих свиданий в свою жизнь и поставить ее на рельсы регулярности, как начнется настоящая магия – в колодце забьют живительные ключи.

Мечтать – не вредно!

Иногда, в часы самоедства и сомнений, нам, мамам с миллионом творческих идей, кажется, что все это – пустые мечты. О своем деле, о светлой – и тихой! – студии, залитой теплым солнечным светом, о собственной коллекции, о персональной выставке, о выпущенном альбоме, о тиражах книги. О том, как увидит свет наш сайт, наш магазин, наше кафе, наш спектакль, наше кино. О том, как мы сами будем себя чувствовать: наполненными, раскрытыми, услышанными, понятыми, реализованными. Счастливыми. А вокруг нас будут толпиться наши не менее счастливые дети, которым интересно и здорово рядом с творческой, довольной жизнью и даже, может быть, знаменитой мамой. Мужья, партнеры и прочие поклонники несут к нашим ногам тюльпаны и горшки с редкими орхидеями, журналы берут у нас интервью, и со всех сторон на нас щедро осыпаются контракты, коллаборации и гонорары…

– (Стук по голове костяшками пальцев.) Мам, ты что, спишь?

Нет, котик, я просто замечталась. Но, кажется, совершенно зря. На одних мечтах далеко не уедешь, это я еще от бабушки слышала. Нужно спуститься с небес на землю и заняться делом! Каким-то реальным, а не воображаемым. И вообще, сфокусироваться на чем-то одном. Вот, например, счета за электричество…

Знакомо?

А что, если я вам скажу, что мечтать наяву – не менее полезно, чем собранно и сфокусированно делать дела?

Блуждающий ум – мощный бустер креативности.

Вот почему считается, что все самые яркие идеи приходят в ду́ше, а Агата Кристи советовала замышлять сюжеты книг, пока моешь посуду, – в это время мозг максимально расслаблен и находится в мягком расфокусе. «Витать в облаках» – это то же самое. Ученые доказали [9], что такое состояние нашего сознания вовсе не прокрастинация и не пустая трата времени. Совсем наоборот: в это время восстанавливаются цепочки мозговых связей, обостряется восприятие, внимание и распознавание – то есть происходит все то, что необходимо для обучения, решения проблем и установления целей. А что же это, как не признаки творчества?

Если сложно поверить в то, что женщина, посреди белого дня витающая в облаках, занята чем-то полезным, призовем на помощь мужчин.

Еще пару веков назад немецкий химик Август Кекуле открыл кольцевую структуру бензола, грезя наяву о змее, кусающей себя за хвост (обычное развлечение во времена, когда еще не придумали даже пиксельной «Змейки» на телефоне). Ньютон осознал закон гравитации, замечтавшись под деревом. Моцарту самые яркие идеи являлись, когда он лежал под теплым одеялом без сна, в состоянии пограничного сознания. В своих письмах отцу он так и писал: «Когда я принадлежу только сам себе, абсолютно один…» (Уверена, многим мамам тут захотелось всплакнуть и взять себя на ручки.) Эйнштейн в состоянии мечтательности, которое он сам обожал и называл «мыслительными экспериментами», додумался до теории относительности. «Я все чаще прихожу к умозаключению, что мой дар мечтать дал мне гораздо больше, чем моя способность поглощать большие объемы научной информации», – писал он другу.

«Почему совсем нет примеров из жизни великих женщин?» – спросите вы. Вероятно, они были заняты хозяйством и детьми, пока их мужья грезили в блаженной тишине своего кабинета, или чувство вины не позволило им признаться в голос, что идея картины или книги пришла им в момент сладкой дремы под яблоней!

Но вот вам пример от нашей современницы: создательница бренда Spanx (утягивающее белье, на которое молятся все звезды красных ковровых дорожек) Сара Блейкли, настоящая селфмейд-бизнес-леди, миллиардерша и мама четверых детей, не раз говорила в интервью, что использует активное мечтательство и визуализацию для роста своего бизнеса. Не могу отделаться от картинки, в которой Сара в обеденный перерыв грезит трусами-резинками…

У снов наяву даже есть научное название – конструктивное внутреннее созерцание.

Доктор Габриэль Оттенген [10], профессор психологии Нью-Йоркского университета, считает, что грезы наяву о том, чего нам очень-очень хотелось бы достичь, – это не просто прокрастинация или инфантилизм, а наоборот. Это словно репетиция вашего вожделенного будущего [11]. По ее словам, такая интенсивная внутренняя работа помогает нам оставаться замотивированными и держать в фокусе свои истинные желания, в которых мы, возможно, боимся признаться даже самым близким. А мотивация и фокус – это первые шаги к цели!

Между прочим, спортивные психологи нередко прописывают «мечтанье» профессиональным атлетам перед важными состязаниями: доказано, что проигрывание в голове идеальных сценариев безупречного выступления настраивает мозг на позитивный исход «Так победим!». И это вовсе не пустые грезы: на серии опытов было доказано, что спортсмены, которые готовились к соревнованиям «в голове», и те, кто налегал на реальные тренировки, показали равные результаты – невероятно, но факт!

Ну а мамы – спортсменки по жизни: иногда наши дни напоминают триатлон, а иногда – бег с препятствиями.

Кстати, доктору Оттенген вторит и психолог Сара Медник [12], чьи эксперименты показали: чтобы запустить механизм конструктивного внутреннего созерцания, достаточно часа легкой дремоты в дневное время. Да-да, наконец-то вы можете заявить «Маме нужно прилечь», включить детям по сотому разу «Моану» и не испытывать за это никаких угрызений совести!

Все мы знаем, что самая ценная валюта в жизни любой мамы – это тишина. Но внешняя тишина – сложнодостижимая роскошь. Попробуем достичь внутренней.

Закройте глаза и постарайтесь расслабиться: проваливаться в глубокий сон вовсе не обязательно. Кстати, не путайте эту практику с медитацией: для «правильного мечтания» или продуктивного мыслеблудства (есть такой научный термин, честно: mind wandering) не нужно освобождать свою голову от назойливых мыслей. «А что на ужин? Не забыть позвонить ветеринару. У младшего опять закончились носки…» – разве голова мамы когда-нибудь бывает по-настоящему пуста? Вместо попытки избавиться от всех мыслей скопом вам нужно хорошенько вглядеться в те их клочки, которые мечутся у вас в голове, и уцепиться за ту творческую идею, которая пульсирует ярче всего. Заглянуть в художественный магазин, когда наконец будет время… вот бы записаться на курс сценарного мастерства, как раз видела рекламу… если бы только я могла уехать на неделю в дом отдыха одна и писать рассказы… Что еще крутится у вас на уме?

Попробуйте забросить сеть в море ваших грез и поймайте одну, самую назойливую.

Затем оседлайте этого конька и позвольте с ветерком пронести вас по волнам вашего воображения: что было бы, если бы вы все-таки выбрались в тот дом отдыха в блаженном одиночестве? Как складывался бы ваш день? Что бы вы ели на завтрак, в какой одежде ходили в местную библиотеку? Записались бы на массаж? Гуляли бы в парке до обеда, сидели бы на лавочке у заросшего ряской пруда, погрузившись в свои мысли? Спали бы днем? Писали бы глубоко за полночь? Или, наоборот, просыпались бы на рассвете? Не ограничивайте себя критериями «реалистично/нереалистично», размечтайтесь на всю катушку!

Не смотрите назад, когда вы, увы, возможно, пробовали что-то похожее, но не сложилось: в этой практике очень важно не давать себе погружаться в перепроживание грустных моментов из прошлого – смотрим только в светлое будущее!

Вместо этого представьте себе, что будет, когда вы допишете тот сборник рассказов, до которого все никак не дойдут руки, как издательство будет согласовывать с вами варианты обложки, как вы выложите в соцсетях радостную новость о скором выходе книги, как увидите свой томик на прилавках книжных, – спускайте фантазию с поводка!

Представляйте себе все в красочных деталях, как в детстве, когда было так сладостно мечтать о настоящем доме для Барби, перебирать в голове все ее наряды, которые можно было бы купить или сшить, – лично меня эти грезы уносили далеко-далеко, и не было ничего приятнее, чем погрузиться в эти мысли. Вы удивитесь, но, даже став взрослыми, мы все равно умеем так мечтать, только зачастую нам неловко тратить время на такие глупости или мы наказываем себя за эту «пустую трату времени» жестокой самокритикой.

А ведь ученые доказали, что за время такой сиесты снижается уровень гормонов стресса и мозг может спокойно превратить хаос случайных ассоциаций в гениальную идею. Так что выражение «лежать в направлении мечты» вовсе не шуточное, а мечтатели – это без пяти минут делатели.

Творческий тайм-менеджмент

«Все это, конечно, здорово, но…» – возможно, скажете вы, прочитав предыдущие пункты. Отличная идея вести дневник, водить себя на творческие свидания и регулярно выделять полчаса на структурированное мечтательство – только где на все это взять время? Его никогда нет. Иногда его нет даже на полноценный душ и обед без спешки. А дела и всяческие заботы – они есть всегда и ни-ко-гда не заканчиваются. Где, спрашивается, найти хоть немного времени и на креативное самокопание, и на творческое самовыражение?

В ответ предлагаю вам представить, что могли бы успеть ваши дети за, предположим, ничтожные 15 минут? Младшая – отстричь себе челку, чтобы успеть поиграть в парикмахера (ок, это и в три минуты можно уложить!). Старший – выстроить что-то сложносочиненное в «Майнкрафте». А может, даже и выкурить первую сигарету, выбрасывая мусор и креативно придумав, как избежать расправы родителей.

Всего 15 минут – а столько дел. Понятно, что вечно уставшую маму 15 минут свободного полета не спасут. Но задумывались ли вы, сколько времени вам на самом деле не хватает на то, что приносит удовольствие и творческую разрядку? Вы удивитесь, но его можно посчитать! Почему бы не посмотреть на собственную жизнь – обычную и творческую – как на проект? Определить цель, найти ресурсы, оценить риски, учесть непредвиденные расходы.

Я попросила помочь с этим Машу Романову, специалиста по тайм-менеджменту нестандартной жизни, автора телеграм-канала «Возьми себя в руки» и маму школьницы Агнии и подростка Федора.

Слово Маше:

«В начале нулевых группа ученых из Университета Калифорнии провела исследование 32 семей с двумя работающими взрослыми и 2–3 детьми школьного возраста. В течение целой недели исследователи с камерой и секундомером ходили за всеми участниками эксперимента и проверяли, кто чем занимается. Выяснилось много [13] интересного: например, как мало времени люди проводят с детьми и друг с другом (и это еще до появления соцсетей!), как много барахла хранится в их гараже и далее по списку. Но для нашей истории важнее другой (катастрофический!) результат: у матерей в этих семьях в день было около 10 минут непрерывного времени на себя. Эта цифра звучит издевательски и многое объясняет.

На протяжении веков у мужчин было в разы больше возможностей для сосредоточенной работы или досуга. Это когда ты встал, съел уже приготовленный завтрак и ушел в свой кабинет писать очень важный труд – и никто тебя не беспокоит. Кто посмеет беспокоить творца? У многих талантливых мужчин были не менее талантливые жены, да вот только времени для проявления таланта у этих женщин не было. Работать 20 раз по 10 минут – это совсем не то, что работать 200 минут без перерыва (или с кофе-брейками по собственному желанию, а не на середине мысли).

Другие исследования наглядно демонстрируют [14], что работающих и давно эмансипированных женщин в офисе XXI века отрывают от работы чаще, чем мужчин. Ситуация же с личным досугом, не связанным с работой на семью, еще сложнее. Тем более что дети прерывают любые процессы настойчивее мужей.

В своей работе я занимаюсь примерно тем же, что описано в первом исследовании: разбираю жизнь клиентов по часам, чтобы потом попытаться собрать эти кусочки во что-то цельное. За несколько лет консультаций выяснилось много интересного.

Например, насколько непропорционально много места в жизни женщины с ребенком занимают домашние дела. У одной моей клиентки на собственный досуг, саморазвитие и хоть что-то, не связанное с обслуживанием семьи, было четыре часа в неделю: когда домой приходила уборщица, способная одновременно приглядеть за детьми. По выходным этой уже измученной за неделю маме, раз уж она сидит дома и не работает, предлагалось организовывать активный досуг для всей семьи. Настолько активный, что к понедельнику она приходила еще более вымотанной.

При этом мамы редко позволяют себе отдыхать, хотя зачастую и делают это, не замечая. Так, другая моя клиентка считала, что вся ее жизнь состоит из работы: на крупную компанию и на собственную семью. Все ложатся спать, а она садится писать отчеты и презентации. Когда мы проанализировали ее день, оказалось, что садиться-то она садится, но минут через 15 заходит в соцсети на пару минуточек и выходит оттуда в два часа ночи. При этом давать себе легальный отдых в течение недели ей было сложно.

Интересно, что во времена всеобщей удаленки ситуация немного изменилась: отцы семейств взяли ноутбуки и переместились из офисов в гостиные, спальни и на кухни. В этот момент они обнаруживали, что дети существуют не только вечером после работы. Более того, они не стучат в дверь прежде, чем ворваться в комнату, и не понимают, что человек в наушниках не очень настроен на разговор и срочные консультации по „очень важным“ вопросам. И это хорошие, вовлеченные отцы – раньше они действительно не очень понимали, как устроена жизнь с детьми. Впрочем, еще одно исследование [15] показало, что у матерей на удаленке дела обстояли еще хуже: они могли выполнять только один час непрерывной оплачиваемой работы из каждых трех часов, которые успевали поработать в это время их мужья. Почти половина (47 %) часов, затрачиваемых матерями на работу, размазывается между уходом за детьми и другими домашними мелочами, по сравнению с 30 % оплачиваемых рабочих часов отцов.

Теперь давайте разбираться, что нам со всей этой историей делать. Я советую обратить внимание на три вещи: приоритеты, границы и ресурсы. Для этого давайте проведем параллель между временем и деньгами и попробуем выяснить, как грамотно распределить месячный бюджет между вашими делами.

Приоритеты

Представьте (скорее всего, это несложно), что ваш бюджет ограничен. Что вы сделаете: купите десятого игрушечного динозавра или оплатите стрижку и окрашивание, без которых не чувствуете себя человеком?

Как-то у себя в блоге я рассказывала про устройство недели, при котором суббота отдается спонтанности и чистому отдыху. В комментариях к этому посту мама троих детей написала: а где же найти время на глажку? Она занимает 2–3 часа в выходные. Мой ответ: нигде. Просто не гладить и покупать подходящие для этого вещи. Или принять решение, что вы гладите (это категория обслуживания семьи), но у вас почти не остается времени на себя. Если возвращаться к метафоре с деньгами, то в этом случае вместо того, чтобы пойти к парикмахеру, вы покупаете того самого сотого по счету динозавра. Ну или новую красивую скатерть – согласитесь, все равно это не то же самое, что вожделенная стрижка и окрашивание?

А как быть с такой важной вещью, как quality time (или качественно проведенное время) с детьми? Тут у меня хорошие новости: еще одно исследование показало, что для здорового развития ребенка совсем необязательно проводить с ним много времени за рисованием и другими „полезными“ занятиями.

Любая совместная деятельность, в которой у вас есть возможность общаться, – и есть то самое качественное время. Вполне достаточно, если вы просто от души поговорите по дороге в машине или захватите его/ее с собой в магазин. Конечно, с совсем маленькими детьми такая история не прокатывает, но с каждым годом становится все более доступной.

Непрерывное время в этой смете – это даже не парикмахер, это ваша база, ваш хлеб. Без реализации этой статьи расходов у вас будет меньше сил и мотивации на все остальное. Чтобы найти блоки по 2–3 часа, нужно проанализировать свое расписание. Тогда вам будет проще не тратить силы на переживания на тему „я плохая мать-жена-хозяйка“, а самостоятельно принимать решение. Да, вы погладите всего пару рубашек и проведете с ребенком чуть меньше времени, зато получите свой кусок жизни на личное, нужное, важное. Причем совершенно необязательно тут же кидаться творить, можно просто отправиться погулять в парк и вернуться с идеей, на реализацию которой у вас уже будет забронировано время.

Границы

Если ваше непрерывное время – дефицитный товар, то его нужно обнести высоким забором. Так что строим границы: физические (отгородившись в собственном пространстве или сбежав в кафе) и временные (когда села за свой проект, а все остальные пусть идут лесом). Иногда я говорю своим клиентам, что у меня важная встреча прямо с утра – ну а правда, что может быть важнее деловой встречи с самой собой?

Можно прятаться где-то в глубине дома, зарядив ребенку мультик или (если он постарше) онлайн-урок. Можно прятаться в кафе, делегировать семейные дела другим людям. Кстати, с этим действительно может помочь уборщица, которая одновременно способна и за детьми присмотреть. Иногда кажется, что нерационально платить няне за то, чтобы писать книгу (а не зарабатывать). Но представьте: вы ходите на занятия йогой и платите за это. Оплачиваете труд тренера, свое время и место – и это не кажется вам странным. К тому же при таком подходе у вас будет ограничение по времени – а значит, какое-то подобие дедлайна. Отлично стимулирует.

Подключаем ресурсы

Бывает, что время найдено, отбито в бою или куплено, а процесс не идет. Энергия потрачена, кина не будет. Похоже, пора залить топлива в метафорический бензобак.

Для этого я использую список заряжающих дел. За 15 минут сложно погрузиться в творческий поток (я не умею!), но вполне реально привести себя из состояния водоросли в человека. У меня на такой случай есть список из 135 пунктов. Среди прочего там встречаются такие дела.

– Разобрать полку в шкафу (главное, не увлечься и не положить день на генеральную уборку).

– Пообниматься.

– Погулять вместе с людьми, дающими энергию.

– Отключиться от интернета на час.

– Поискать новую музыку.

– Сменить картинку за окном: достаточно соседнего района или городка, непривычного маршрута.

– Подарить подарок.

– Покачаться на качелях.

– Записать идеи стартапов и всяких дурацких проектов и помечтать, как было бы круто, если бы все получилось.

Это мой список. Попробуйте составить свой собственный шорт-лист и, самое главное, разместите его в доступном месте: например, в заметки в телефоне. И принимайте как лекарство – по чуть-чуть, но несколько раз в день перед особенно важными делами.

Считаем бюджет

Чтобы найти время на важное, нужно понять, на что оно вообще уходит, а для этого фиксировать временные затраты на каждое маленькое дело: от „забрать ребенка из школы“ до „сдать макет“. Лучше всего это делать в формате „ожидание – реальность“, вписав в один столбик предполагаемое расписание на день, а в другой – что вышло в реальности. Может оказаться, что „забежать в магазин“ занимает не 15 минут, а все 50 или посреди дня вы вдруг обнаруживаете себя в обнимку с „Фейсбуком“, потому что предыдущие несколько часов впахивали без перерывов.

Теперь вы знаете, сколько часов в день вывалится в любом случае: на сон, бытовые штуки и работу мамой. Остальные время можно тратить на работу, отдых и творчество.

В табличке это выглядит это примерно вот так.

Но можно писать даже на листочке: в неделе 168 часов, минимум 100 из которых у меня уйдет на каждодневные дела. Остается 68 – их я могу тратить как хочу. Потом я (с болью!) отнимаю непредвиденные расходы – в жизни мамы их никак не меньше 7 часов – и составляю список дел на неделю и предположительное время на каждое из них.

Теперь самое интересное и страшное: сверяем список с реальностью. Скорее всего, получится так, что запланировали вы часов на 100, а в наличии в лучшем случае 70. Что же делать?

Режем смету

Убираем к чертям все, что можно убрать: встречи из вежливости, малооплачиваемую неинтересную работу и все, что вы готовы убрать, оставив время на творчество. Пусть это будет всего один час в неделю – но он будет абсолютно и полностью ваш. Что делать, если его не нашлось? Его можно купить: так же, как вы покупаете поход на маникюр или к зубному. Можно отрезать по кусочку от бытовых дел. Только, умоляю, не отрезайте на регулярной основе время от сна! Я пробовала и могу с уверенностью заявить: это плохая идея.

Дела внутри недели можно легко перемещать, меняя их порядок в зависимости от настроения и количества сил. У меня лучше всего получается заниматься творчеством с утра, когда никто еще не успел отъесть энергии и заставить сделать что-то другое.

Тестируем

Есть и плохая новость: знание теории никак вам не поможет – с реальностью нужно сверять все-все-все. Потому что нет общих правил, и то, что работает для меня, совсем не обязательно подойдет вам. Правда ли, что „посмотреть новую серию любимого сериала“ зарядит вас, а не расслабит еще больше? Сколько времени занимает написание текста, если закрыть все лишние окна и мессенджеры? Хватает ли вам семи часов сна? В первый месяц все наблюдения нужно фиксировать, а потом просто переходить в режим наблюдения: замечать, куда утекает энергия и как еще ее можно пополнить.

И последнее: если на вас вдруг накатила волна вдохновения, смело шлите к черту все, что можно туда послать. Как если бы вам позвонили из садика с просьбой срочно забрать ребенка. Потому что это самое вдохновение – это самое ценное, что у вас есть. Ну ладно: самое ценное – это дети, но они все равно свое возьмут».

Маша Романова

Бережно к себе

Для того чтобы энергично рулить своей жизнью как проектом, составлять таблицы эффективного управления временем и находить силы и часы на творчество, нужно для начала… хотеть это делать. Креативное состояние рождается из состояния любви – любви к окружающему миру и к себе в первую очередь. Понятно, что для того, чтобы что-то отдавать вовне – свою энергию, идеи, начинания, в том числе и творческие, – нужно иметь внутри некий избыток, хотя бы на пол-ложечки больше, чем нужно себе самой. Да-да, дело в том самом состоянии ресурса, без которого не получится вожделенного состояния потока. И с тем и с другим, как известно, есть проблемы у любой женщины с детьми.

Получается такой печальный замкнутый круг: для того чтобы жить творческой жизнью, нужно наполнять внутренний колодец, но что, если на это нет ни капельки сил?

Хроническая усталость, эмоциональная вымотанность – вот главные диагнозы каждой второй мамы. Никто не знает об этом больше, чем Даша Уткина, клинический психолог, доула, одна из «100 героев будущего» по версии издания Blueprint и создательница проекта «Бережно к себе», помогающего мамам оставаться на плаву даже в моменты самых суровых эмоциональных штормов.

Даша поделилась своими фундаментальными принципами, позволяющими ей самой оставаться «в себе» и находить ресурс на помощь другим женщинам. Вы наверняка заметите, что некоторые советы радикально противоположны тому, что говорилось в предыдущей главе про эффективное управление временем. В этом-то все и дело: никто не может на 100 % утверждать, что подойдет именно вам, так что стоит примерить на себя самые разные сценарии и выбрать то, что работает лучше всего.

А теперь слово Даше!

«Это письмо я пишу вам из кровати, укладываясь в последние минуты дедлайна. И, оказалось, так проще всего вспомнить свои принципы. Я не художник и не писатель. Моя работа – придумывать и воплощать в жизнь свои идеи, а еще – слушать и слышать людей. Продукты моего творчества – не картины, а семинары, консультации, воркшопы и конференции о родах. А еще тексты, сценарии и структуры.

Так что да, я определенно артистка.

А еще мама дочки и сына, забота о которых полностью на мне. Где жить, что есть, „Мам, когда поедем на море?“ и все остальное, от больницы до кружков – придумываю, нахожу, организую и оплачиваю тоже я. Когда-то давно, году в 2010-м, я решила, что если уж и ходить на работу, то на такую, где есть место творчеству. Это был вызов самой себе. И я не думаю, что пережила бы все, что за эти 10 лет со мной случилось, если бы еще и работа не была источником сил и вдохновения. Тем не менее даже для любимого дела нужны рамки, правила и приоритеты. Иначе велики шансы погрязнуть в творческой деятельности 24/7. И… возненавидеть ее.

Вот что я для себя уяснила.

Сон

Примерно самое важное в жизни. База. Высыпаться любой ценой, и сперва это, потом все остальное. Правда. Все эти великие ночные творцы, снявшие легендарные фильмы и написавшие эпические полотна, отсыпались днем, а с детьми такое вряд ли светит.

Структура

Засыпать и просыпаться в одно и то же время. Люблю эти пару часов между отбоем у детей и у меня, когда валяешься в кровати с телефоном и ничего не делаешь. Да, меня тоже одолевает вдохновение не по расписанию. Но это исключения, за которые я себя не ругаю, потому что любой режим иногда нарушается.

Гибкость

Кстати, о нарушениях режима и балансе. Не умею делать одно и то же каждый день. Мне проще дается свободное планирование, когда знаю объем дел и сроки, но не забиваю все в сетку по часам. А просто знаю точно дни и время, когда могу работать. И внутри выбираю, какую часть работы сделать – рисерч, встречи или тексты, например.

Смирение

Из всех идей за год воплощается меньшая часть. Но когда перестаешь себя грызть за все, что не получилось, остается больше сил на дела. Давно следую правилу художника Тимура Новикова: делать все на 7 % от своего творческого потенциала. И чтобы было классно. Но лучше сделано, чем идеально.

Заземление и расслабление

Любые практики, которые возвращают меня, мгновенно улетающую в тревожный мир мыслей и идей, обратно в тело. Массаж, баня, танцы, йога, бассейн, горячая ванна, спа, прогулки, просто дойти пешком на свой этаж. Регулярно. Все это мне до сих пор кажется бессмысленной потерей времени. Но опыт показывает, что именно в процессе этих телесных штук приходят идеи и решения. Плюс упругая задница.

Сладкое безделье

В варианте для творческих матерей звучит так: делай, пожалуйста, всего одно дело. Не три одновременно! Просто гуляй с ребенком или вешай белье. Заметила, что в моей голове занятия делятся на „важные“ и „рутину“. И „рутину“ я всегда стараюсь дополнить чем-то „важным“: не просто мой посуду, Даша, а еще подкаст о новых книгах в психоанализе, будь добра, послушай. Так вот. Можно просто мыть посуду. И даже просто ни посуду не мыть, ни умный подкаст не слушать, а валяться без дел. Именно в такие моменты приходят лучшие идеи.

Медитация

Если на сладкое безделье времени нет, медитация по таймеру – считай, его замена. И мозг выдыхает, и в тело быстро возвращаешься.

Помощь

Любая, по максимуму. Лучше всего регулярная. По дому. С детьми. Тут просто даже не знаю, что обсуждать. Разве что чувство вины? Опять оно!

Бережно к себе

Даже самой ответственной артистке с детьми придется рано или поздно сказать: не успела, не справилась, не рассчитала. Просто потому, что планирование с детьми – это всегда хрупкий баланс. И даже если делать все на 146 %, иногда этого будет мало. И что-нибудь наверняка забудешь.

Бережно к себе – это признавать свое невсемогущество, свои ограничения и, да, злиться на ужасную несправедливость, что все так. И выдерживать гнев других людей, когда подводишь и не укладываешься в сроки. Не потому, что плевать на других. А потому, что иногда нет сил. Хотя должны были быть. И это нормально – в такой момент взять на себя ответственность и позаботиться о себе. Самой. Потому что ты уже не младенчик.

Как заботиться? П – психотерапия.

Уверена, что мамам-артисткам она нужнее всего. Потому что все эти заземления, структуры и даже нормальный регулярный сон редко когда даются творческим людям в нагрузку к таланту. Обычно этому приходится долго и занудно учиться. И психотерапия тут как раз очень кстати.

Обнимаю вас, артистки!»

3

Ты не одна!

Пока я работала над идеей «Не только мама», я поняла, что хочу, чтобы книга говорила голосами разных женщин. Чтобы чтение ее было похоже на задушевный, предельно честный разговор с подругой. Чтобы слова о материнстве и творчестве звучали самые разные: грустные и веселые, ироничные и пронзительные, сочащиеся усталостью и вибрирующие задором. Чтобы взгляд на эту тему не ограничивался моим нарративом, а был панорамным, объемным, без единого «правильно только так, и никак иначе».

У каждой из нас свое собственное материнство. И свое собственное творчество. Но задача каким-то магическим образом поженить первое со вторым у нас общая.

Так родилась идея писем от одних мам – другим.

Мне было важно, чтобы та, кто читает эти строчки прямо сейчас, точно знала – она не одна. Она не одна такая: неугомонная, жадная до новых впечатлений, мечтающая успевать все и сразу, не желающая приносить собственные мечты и амбиции на жертвенный алтарь родительства. Не одна, переживающая о том, что в попытке оставаться верной себе может упустить что-то драгоценное: первые шаги, первую пятерку (или двойку!), важный школьный концерт… Не одна сомневающаяся в себе, уставшая до чертиков, регулярно забывающая сдать в химчистку свой плащ Чудо-женщины, бесконечно изобретающая себя заново.

Нас – девушек, чья творческая жизнь обогащена материнством, – легион. Вы не одна.

Поэтому я попросила других мам поделиться своими историями, а также тем, что помогает оставаться на творческом плаву именно им. Я попросила их написать именно «письма»: представить, что их получает какая-то родная по духу мама, пусть и совершенно не знакомая, запирается в ванной, чтобы никто не трогал, и читает взахлеб, словно наконец прилетела весточка от дорогой подруги.

Все авторы писем очень разные, разных творческих профессий, с разным количеством детей разного возраста, с поддерживающими партнерами или без, с нянями и бабушками или совсем одни. Кто-то очень продуктивен (и даже может не на шутку этим раздражать, и это ок), а кто-то скорее лежит в сторону мечты. Какие-то из этих писем короткие, время на которые явно было выкроено с усилием (и от этого особенно ценные). Какие-то очень обстоятельные. Какие-то вам отзовутся, словно кто-то подслушал ваши сокровенные мысли, а какие-то вы пролистнете побыстрее. В своих мини-исповедях девушки говорят о тревоге, о сложном опыте беременности и материнства, о целительном одиночестве, о внутреннем конфликте между Матерью и Художницей, о драгоценной пустоте, о несбывшихся и сбывшихся мечтах, о силе и о смелости идти вперед, несмотря ни на что. И конечно же, о любви.

Все эти письма – настоящие, неприглаженные, очень честные. Мне кажется, что благодаря им особенно отчетливо чувствуется, как всех нас связывают невидимые, но такие крепкие нити. Мы – большое невидимое сообщество, сеть. И вы – или, кажется, уже можно на «ты»:) – с нами в одной связке.

Письмо 1: от мамы-керамистки

Юля Никулина, керамистка, создательница проекта Julnika и мама Мити (20 лет), Гриши (7 лет) и Гоши (4 года).

История моего «артистизма» началась от противного. Противной была офисная работа. И я искала занятие, которое это как-то скомпенсирует, наполнит мою деятельность смыслом и радостью.

Потом со мной случился очередной декрет, и в отсутствие офиса сил на поиски прибавилось. Чего я только не попробовала: фотографию, вышивку, линогравюру, шитье, кулинарные курсы, скетчинг, каллиграфию и наверняка что-то еще.

Но только на мастер-классе по керамике я поняла: да, это оно, то, чем я хочу заниматься.

И, собственно, стала заниматься. Каждую свободную минуту лепила, рисовала, глазуровала и обжигала. И не успела я подумать, а что же дальше, как у меня появились первые покупатели. Тогда и возникла мысль, что хобби может стать чем-то большим и даже (о боже! о боже!) можно будет позволить себе не возвращаться на постылую работу. У меня оставался год до выхода из декрета, и за это время мне предстояло организовать все так, чтобы мой уровень дохода стал сопоставим с зарплатой бренд-менеджера крупной международной компании. Челлендж! А я люблю челленджи:)

Чтобы не тратить время на дорогу и в целом сделать весь процесс более удобным, было решено устроить мастерскую дома, благо место позволяло. Муж и родители поддержали меня в этой авантюре, а те, кто сомневался, не стал (спасибо!) высказывать свои сомнения вслух.

Дальше меня ждало много приключений с печкой, основным орудием моего производства, а еще много сомнений, терзаний и прочих сложностей. Но день за днем, маленькими ежедневными усилиями, все удалось разрешить, наладить и добиться желаемого, так что в один прекрасный день я вернулась в офис, но только для того, чтобы написать заявление на увольнение.

А потом новый челлендж! Новый декрет! Правда, в этот раз он полноценным декретом так и не стал, так как в роддом я поехала, предварительно загрузив печку, в палате принимала заказы и координировала курьеров, а по возвращении домой первым делом разгрузила ту самую печку и отправила готовые тарелки ожидавшим их покупателям.

И вот уже почти четыре года, как мое на первый взгляд легкомысленное предприятие (подумаешь, какие-то зверюшки) кормит меня и четверых моих мужчин.

Делать что-то руками мне нравилось примерно всегда. Это же так круто, когда из спичечных коробков – раз! – и диван для пупсика, а из обувной коробки – целый дом для него, из старых папиных джинсов – модная мини-юбка (брызги мазута можно замаскировать вышитыми цветочками, и в этом особый шик и индивидуальность), из покрывала на диван – сумка выше всяких похвал (привет, Скарлет О’Хара).

А потом зачем-то математический класс (хотя знаю зачем, за мужем и за друзьями), институт торговли (я была дальновидной!), работа в Accessorize (помните ли вы сеть этих прекрасных магазинов?!). Ну а дальше офисная работа с экселевскими таблицами, презентациями, бесконечными митингами, грустью и тоской. Теперь, оглядываясь назад, я понимаю, что тоска была из-за того, что результат моего труда был умозрительным – ни потрогать, ни подарить, ни порадоваться. Будто я какую-то важную часть себя потеряла и предала, превратилась в человека-функцию, отбывающего на работе повинность.

Мое новое творческое призвание, работа керамиста, наверное, выглядит довольно непринужденно и легко, но на деле это ежедневный труд.

Именно ежедневный, потому что выходные – это то, что случается со мной ну крайне редко, раз в месяц в лучшем случае. Ну и труд не только мой, но и мужа и мамы, которые берут на себя детей, когда я работаю, а также поставки глины, поломки печки и прочие технические штучки. Ну и, чтоб все работало четко и бесперебойно, я встаю раньше всех, чтобы успеть сделать часть работы до того, как придет время вести одного из своих мужчин в школу, и ложусь позже всех, чтобы иметь возможность работать без бесконечных «мам», «ну мам», «а знаешь, мам», «а давай, мам» и всего того, из чего состоит жизнь каждой мамы. Ну и как бонус – никой прокрастинации:) Ей просто уже нет места.

А когда этот бесконечный калейдоскоп просьб, игр, обедов, прогулок, уроков и укладываний спать заканчивается, у меня начинается чистая медитация. Я одна в тишине или под интересную мне (а не только детям) лекцию делаю то, что люблю, то, что (пусть это и высокопарно) находит отклик в сердцах моих покупателей. Счастье.

Письмо 2: от мамы-главреда

Надежда Папудогло, главный редактор медиа про образование и воспитание «Мел» и мама Кости.

Бо́льшую часть своей жизни я была совой. Нет, я никогда не несла это знамя с гордостью, всегда нормально справлялась с тем, чтобы вставать на работу, никогда не опаздывать, а потом с удовольствием отсыпалась в выходные, открывая глаза не раньше 11 утра.

Вот уже шесть лет каждое утро в рабочий день я встаю в 6:30. По выходным – не позднее девяти. Еще три года я спала странными урывками. Потому что мой ребенок сперва почти не спал или спал очень плохо, а потом оказался идеальным жаворонком.

Когда меня спрашивают, что изменило во мне материнство, я каждый раз теряюсь. Изменило миллион внешнего. Например, вот это вот насильственное и сложное мне расписание, которому я, сжав зубы, изо всех сил следую. Например, изрядное ощущение дня сурка без дня сурка, потому что каждый день я совершаю бесконечные последовательности однообразных действий – приготовить завтрак, отвезти, привезти, поиграть, помыть и так далее, что тут перечислять, любой родитель меня поймет. Никакой спонтанности, потому что стоит начать жить спонтанно, как все развалится. Например, подъем в 6:30 причинит еще большую боль. Отпуск надо вписать в график каникул. Развлечения выходного дня – в график дополнительных занятий.

Кажется, вся моя жизнь состоит из расписаний и обязательств. Это сложно.

И со стороны ты кажешься себе самым унылым человеком на свете. Чем ты занят? Ты либо работаешь, либо ты с ребенком.

А вокруг тебя еще и все матери бодро успевают в миллион раз больше. И на вечеринки ходить, и получать 10-е образование, и начинать новую сногсшибательную карьеру, и просто что-то там, что мелькает в ленте одной из миллиона социальных сетей, которые я смотрю по выходным, в будние дни в моем расписании вместо соцсетей точно стоит что-то другое, потому что они съедают слишком много времени.

Поныли? Отлично! А теперь серьезнее. Это все сущая ерунда, расписания, спонтанность, соцсети, чужие картинки.

Самая большая проблема моего материнства – это огромная зона уязвимости, к которой ты не можешь привыкнуть.

К этому тебя никто не готовит.

Однажды я ехала по Гагаринскому переулку в Москве, остановилась на светофоре, время – утро, дети бегут в школу. И увидела женщину, красивую женщину в красивой шубе, она провожала мальчика в школу. Она наклонилась, поцеловала его, а когда он побежал к школе – три раза перекрестила в спину. И я, абсолютнейший агностик, почувствовала невероятную к ней приязнь. Потому что иначе очень сложно жить с этой зоной уязвимости. Тебе нужна дополнительная вера и поддержка.

Мне тяжело дается многое в этой зоне. Мне тревожно, что мир вокруг стал совсем зыбким и хрупким, он все время с тучами на горизонте, вот в этот мир я тащу этого смешного и вихрастого маленького мальчика, который в свои девять лет продолжает верить в чудеса и даже «Нарнию» читает с трудом. Почему? Потому что страшно! Он растет идеалистом, а я рассказываю ему, что нет, к сожалению, мир не такой. Должна я это делать? Или пусть сам узнает? Нет ответов.

Я боюсь заболеть и оставить его одного без меня, как он там будет. С кем, когда. Я огорчаюсь, когда не оправдываю его ожидания или доверие. И вроде вот он уже большой, ему девять лет, а он вечером залезает на колени, гладишь его по спине – а там вот эти хрупкие лопатки, как маленькие крылья, смешные маленькие пальцы – под ногтями, кажется, пластилин. Хочется обнять и попробовать сделать так, чтобы защитить его разом от всего этого черного и плохого, что видишь вокруг, но ты точно знаешь, что ты не в силах. Это надо принять и отпустить, а потом наблюдать за тем, что случится, вот он, самый страшный вызов, который проходит любой родитель. Странное сочетание ответственности и свободы, которая нужна каждому человеку.

Письмо 3: от мамы-художницы

Анна Самойлова, художница, исследовательница русского фольклора, мама дочки Вари и автор проекта «Немолоко», посвященного сложной беременности и родам, – первой соло-выставке на тему материнства в Московском музее современного искусства.

Так вышло, что творчество – это моя профессия. Визуальным языком я рассказываю про то, что меня сильно интересует и волнует. Поэтому все, что со мной происходят, тесно связано с тем, что выходит в работах, и наоборот. Было бы странным обойти вниманием такие масштабные события в моей жизни, как беременность, роды и материнство. Ведь это занимает не 50 % моего времени, а буквально все. Да еще так, что на себя его не остается совсем. Это так сильно пугает и вышибает из привычной жизни, что встать обратно на рельсы – адский труд.

Больше всего меня смутил и напугал информационный вакуум: другие мамы показывают в соцсетях, как они живут с младенцем, гуляют и прочее, но никто не рассказывает, а как это вообще – приехать из роддома домой и понять, что ты уезжала одна, а вернулась вообще-то с еще одним, новым человеком.

Но мои страдания по поводу «еще одного человека» начались гораздо раньше – в первом триместре.

Я искренне не могла понять, почему мне так плохо и почему я должна бросить все свои дела и сосредоточиться только на одном.

Мое воображение и мозг твердили мне: «Аня, теперь ты оболочка». Меня так пугало это слово – «оболочка». Это значит, что я теперь существую только для ребенка? Я обрамляю то, что внутри меня, и сама я теперь никому не нужна и не интересна? Я до сих пор хорошо помню это ощущение. Прошло больше года, но это чувство осталось в памяти.

В общем и целом я не могу сказать, что беременность – лучшее время в моей жизни. Наоборот, это время, когда мне пришлось резко повзрослеть, взять на себя ответственность, принять мое состояние и начать жить и работать, заново собравшись в уже другого человека. Мне в этом очень помогла работа, то есть творчество.

Во-первых, когда я занималась своим проектом, я не нервничала и не думала ни о чем плохом, поэтому работала я очень много. Вообще не помню, чтобы я когда-то столько трудилась. Благодаря этому у меня был очень спокойный и хороший третий триместр. Конец беременности выдался бы просто прекрасным, если бы не моя болезнь в конце срока[1].

Но получилось как получилось. Я до сих пор задаюсь вопросом: зачем это случилось со мной, моим мужем и нашей дочерью? Ответа я, конечно, найти не могу и вряд ли найду. Пришла к выводу, что произошедшее не имеет под собой никакого смысла. Это время вне моей жизни, и поэтому мне было крайне важно вынести пережитое из себя – во внешнюю среду.

Я долго боялась приступить к работе, потому что пришлось возвращаться в воспоминания, читать в который раз переписку с мужем, листать фотографии. Но как только серия[2] была готова, я почувствовала себя лучше. Это правда, и я этого, честно, не ожидала. Сейчас я сижу, пишу об этом и чувствую себя как будто свободной от этих жутких воспоминаний и страшного времени в нашей жизни.

Но самое важное – это то, что я получаю обратную связь от женщин, которые тоже оказались в сложных ситуациях во время беременности или родов.

Тогда я чувствовала себя очень одиноко, меня это пугало больше всего. А сейчас это общее поле растет, как будто мы чувствуем друг друга, и от этого становится очень тепло и уютно. Меня всегда удивлял тот факт, что женщины бывают довольно жестокими именно к женщинам. Поэтому мне очень хотелось создать откровенную и уютную среду, где мамы относились бы с уважением к пережитому опыту других и поддерживали друг друга. Мне кажется, что в этом большая сила.

В итоге из опыта моей беременности и родов вышел проект, который называется «Немолоко». Первая часть проекта посвящена беременности, а главный его объект – это одеяло, состоящее из множества лоскутков. Эти лоскуты хранят мои воспоминания, УЗИ, эмоции, слова врачей и диагнозы с назначениями. Форма одеяла была выбрана, потому что первый триместр я провела в кровати под одеялом. Также каждый триместр символизирует объект. Эти объекты выполнены из ткани в виде палеолитических Венер. Помимо того, что Венеры отсылают к первобытному культу богини-матери, они хорошо описывают физическое состояние во время беременности.

Вторая часть проекта посвящена родам. Она состоит из 27 работ, выполненных на ткани. Это, по сути, иллюстрации, которые рассказывают о моем опыте в хронологическом порядке. Мне было важно сделать это, потому что, несмотря на то что это было самым тяжелым временем в моей жизни, это одновременно и то прекрасное время, когда у меня родилась дочь. Я старалась вспомнить и восстановить все, перенеся эмоции и события из себя на ткань.

* Одной из частей проекта «Немолоко» Ани Самойловой стал сайт www.womanscanvas.ru – открытое пространство, где каждая мама может поделиться своей историей беременности, родов и материнства и почувствовать себя услышанной.

Письмо 4: от мамы-иллюстратора

Саша Кириенкова, живописец и иллюстратор, мама сына Оливера.

Думаю, в моем случае мне удалось удачно совместить материнство и художественные амбиции. До рождения сына были какой-то идеализм и повышенная требовательность к каждому своему произведению, большинство из которых переписывалось по множеству раз, оставаясь незаконченными.

Когда появился сынок, простые сюжеты обрели какую-то новую значимость, я стала глубже их чувствовать, и из-за катастрофической нехватки времени пришлось соглашаться на «неидеальность» собственных картинок. Их становилось все больше, я стала рисовать их все быстрее и увереннее, уже не мучая себя вопросами о том, кому это надо, насколько это важно, ценно и прочее.

В то же время поиск Великой Красоты, который до того не был ограничен никакими пределами и потому мог длиться вечно, теперь должен был происходить среди тысячи новых, но притом рутинных и очень бытовых процессов, потому и здесь получалось быть и художником, и мамой одновременно – довольно удобно. Находить что-то красивое в этой рутине, грязной посуде, усталости, разбросанных игрушках, тем самым спасая себя, маму, от этого хаоса, за счет найденного или придуманного художественного образа (кажется, так появился один из моих любимых жанров с недоеденными остатками еды на тарелках).

Сейчас сыну почти два с половиной года, и, если раньше я себя довольно нерешительно определяла как человека рисующего и боялась говорить казавшееся тогда слишком громким слово «художник», теперь я чувствую себя художником и верю в то, что могу им быть. И в то же время сейчас я начинаю чувствовать некую конкуренцию внутри себя обязательных для меня ролей матери и художника. Раньше этого не было, наверное, потому, что, очевидно, роль матери была значимее.

Это довольно странная и неприятная война, потому что рационально и логически довольно легко сказать себе, что, один (или даже несколько) раз родив, ты не становишься только мамой, ты становишься, кроме всего прочего, теперь ЕЩЕ и мамой. То есть, конечно, какое-то время эта новая роль занимает почти все время и отнимает вообще все силы и внимание, но по-прежнему не означает, что, если ты сейчас только мама, ты перестаешь быть подружкой кому-то или великолепной танцовщицей и всем тем, чем была до того, как появился ребенок.

По идее, спектр твоих чувств, мыслей и ощущений (а кстати, значит, и возможностей, но просто не сразу) становится значительно шире, а не сужается до одной-единственной роли.

Но каждый раз переключение дается с некоторым скрежетом в виде чувства вины, например.

Есть некоторые установки относительно того, что может и чего не может позволять себе мама. Одна из составляющих художника во мне – это довольно странные тусовки, много случайного, много как будто слишком смелого, это и пища для мозга, и часто способ переработки каких-то впечатлений. И всякий раз, отдавая сына папе (мы живем отдельно), я ловлю себя на странном неприятном чувстве контрастности двух этих ролей. Как будто маме нельзя быть такой (и, может, это верно?). Но в то же время почему, родив ребенка, я должна отказываться от каких-то своих сторон?

Художник внутри меня требует жизни и непредсказуемости, какого-то вечного поиска и вихря. Мама, наоборот, хочет спокойствия и уверенности в завтрашнем дне. И все же есть иногда места, где их можно подружить. Вот, например, я только что нарисовала для сына азбуку. Это, конечно, не совсем про художника, каким я себя чувствую, но каким тоже могу быть.

Письмо 5: от мамы-режиссера

Нигина Сайфуллаева, режиссер фильмов «Верность», «Как меня зовут», сериала «Детки» и мама Вани.

У нас стопроцентная киносемья. Мама-режиссер и папа-режиссер. И кайф, и боль. Между собой мы еще как-то справлялись, хотя и это было задачкой. Одни конкурсы, одно сообщество, хочешь не хочешь, а кто-нибудь ляпнет что-то типа: «Обожаю фильмы твоего мужа, а твои – не совсем мое». А потом мы стали родителями мальчика Вани. И он решил как минимум одну проблему – объединил нас перед лицом любого сообщества и отодвинул мелкие соревновательные переживания на задний план. Зато поставил совершенно новую задачу: как продолжать заниматься кино, оставаясь хорошими родителями.

Съемки не предполагают системной работы или расписания. Слишком много спонтанности и овертайминга по занятости. Если раньше я могла увлечься раскадровкой и просидеть в офисе хоть до утра, то теперь это невозможно.

Пошло звучит, но творческий полет перестал быть полетом. Его пришлось строго регламентировать.

Как минимум это обусловлено часами работы няни. Мой муж договорился почему-то на восьмичасовой рабочий день. Поэтому мы вечно что-то не успеваем. Подменяем друг друга или опаздываем к ней.

Удача в том, что мы с мужем очень понимаем друг друга в плане профессиональных потребностей. Через три недели после рождения Вани на «Кинотавре» была премьера фильма, в котором была моя новелла. И конечно, мне очень хотелось немедленно туда, со всеми. Предполагаю, что, если бы Миша[3] работал где угодно, кроме кино, он посмотрел бы на меня как на сумасшедшую. Но он сказал: «Ну поехали все вместе». И вот я с еще не окрепшим, мягко говоря, животом и младенцем на руках, с мужем и платьем в чемодане полетела на кинофестиваль. Показ, кстати, дерьмово прошел, а я даже не всплакнула. Младенец и тут повлиял. Он в принципе отменил такое режиссерское состояние, как «всему пипец, кино никому не понравилось». Сместил акценты, приоритеты – очень удобно для впечатлительных творческих личностей.

Вообще, я никак не планировала совмещать работу и ребенка, потому что я очень долго его ждала. Хотела целиком отдаться материнству. Была готова «сидеть дома», и это совсем меня не беспокоило, я именно этого и хотела.

Я возлегла на кровати и без перерыва кормила мальчика грудью, утопая в молоке и интернет-покупках.

Так и собиралась провести ближайший год, но кино оказалось цепким, а финансовая зависимость начала тяготить. Сначала друг предложил снять клип, и я это сделала, не снимая слинга, а потом пошел натиск и покрупнее: Минкульт выделил деньги на фильм, сценарий которого мы написали еще до беременности. Деваться было некуда, надо было начинать кастинг и подготовку фильма.

Няню я категорически в тот момент не хотела. Прям трясло от этой мысли. И вновь помог муж. Я сцеживала молоко и два раза в неделю уходила на кастинг на два часа, пока мелкий спал между кормлениями. Тут и продюсер поучаствовал, он снял офис в трех минутах ходьбы от нашего дома. Так, общими усилиями я провела кастинг. Но! Помимо организационных вопросов, вдруг появился другой, гораздо более сложный: я готовила эротический фильм, а думать о сексе в пролактиновом заносе я была вообще не способна. И тут никто не мог мне помочь, кроме меня самой.

Я решила настраиваться, вдохновляться извне – начала смотреть всякие вебинары про секс.

То и дело останавливаясь не на раскрытии женской сексуальности, а на «половом созревании мальчиков до года». В общем, мне искусственно удалось хоть как-то настроиться. Очень помогли сами актрисы, с которыми мы то и дело пускались в самые дерзкие воспоминания.

Пришла пора снимать, и я была вынуждена все-таки подключить няню. Потому что муж мой хоть и довольно святой, но уже погрустнел, ведь жена не только родила мальчишку, но при этом и кино снимает. А ему в этот момент бы свой фильм писать. В общем, начался конфликт интересов.

Мы решили пойти навстречу друг другу: я согласилась на няню, а он поехал с нами в экспедицию на съемки моего фильма, чтобы малыш все же проводил время хоть с одним из родителей. Так, утром я кормила, сцеживала, уходила на съемки. Дальше мой 12–15-часовой рабочий день между собой делили няня и папа. А вечером я возвращалась без сил, кормила и отрубалась. Няню я, кстати, тоже не смогла незнакомую ввести, а обратилась к маме одной из моих актрис. Так мне казалось безопаснее. И эта схема позволила мне снять кино с девятимесячным младенцем «в кармане».

Мне было непросто, да и мужу тоже. Но схему опробовали, появление няни уже даже и мне начало нравиться. Я даже попробовала разок напиться.

Сейчас нашему сыну уже почти пять лет, я много снимаю, муж тоже, и мы приноровились распределять время и обязанности. Если идет съемочный процесс, то я вообще не готовлю и не убираюсь дома. Уборка на помощнице, еда на няне и муже. Если снимает он, то мы меняемся позициями. Поскольку укладывание на мне всегда, то завтрак и подъем – на муже. Это может меняться, по запросу, но базово – всегда так.

Я в принципе после рождения сына стала более щадяще к себе относиться и беречь, как сейчас говорится, ресурс.

Если устала – закажу еду на дом, если не успеваю всем ответить в мессенджерах – то и не отвечаю. Многие обижаются, но иначе я должна после работы прийти домой и вместо общения с ребенком отвечать всем на письма. Да ни за что. У меня в целом сузился, конечно, мир. Если раньше было в радость встретиться с подругой и потрындеть обо всем на свете, то теперь я либо работаю, либо с ребенком.

Тусовка чаще стала организовываться с друзьями с детьми. Мы как бы пьем вино, пока дети играют. Между домом и работой, в дороге, я звоню обычно маме. Она тоже в приоритете. Не так часто, но мы выбираемся вдвоем с мужем, или иногда я тусуюсь под видом работы. Например, я в жюри фестиваля, это как бы работа (правда, без денег), но вообще это обычно праздник души и тела. Отрываюсь я в этом контексте тоже регламентированно. То есть либо сейчас, либо никогда, поэтому на полную. В общем, всему настало свое время. Если мы чувствуем, что сыну нас не хватает, то мы не идем куда-то, мы идем домой. Причем оба.

В целом моей стратегией изначально было полное погружение папы в процесс, потому что у нас нет, например, ситуации, что он всех содержит. Все поровну.

Я мама, но мне тоже нужно спать, я мама, но мне тоже нужно работать, я мама, но мне тоже нужно тусить.

В общем, у нашего папы не осталось никаких патриархальных преференций, и, кажется, он сам видит в этом смысл, у них с сыном очень крепкие отношения, у папы тоже все под контролем, и он в курсе всего. Хотя, наверное, я тут лукавлю немного, потому что все равно много остается на мне – покупкой и выбором одежды всегда и полностью занимаюсь я, поиском кружков тоже, двухчасовое укладывание с чтением книг, а потом с часовым молчаливым сидением в темноте тоже.

После того первого фильма мы договорились не снимать одновременно, но судьба расхохоталась и спустя пару лет запустила мой сериал и фильм мужа с разницей в неделю. Нам пришлось заново вырабатывать схему и наконец подключить бабушек и дедушек. Они у нас независимые и трудяги, поэтому мы не сильно на них рассчитывали, но надо отдать им должное, они нас спасли в этот период. Ребенок понимал, что настали особые времена, мама и папа одновременно много-много работают, но он был окружен любовью дедушек и бабушек, сестер и братьев. Знаю, что нам повезло с такой возможностью. Обычно мы ей не злоупотребляем.

Естественно, закрыть все пробелы нам не удавалось, и поэтому ребенок иногда оказывался с нами на съемках или репетициях. Это были как бы вынужденные меры, но в глубине души я даже хотела этого. Чтобы сын чувствовал свою причастность к нашей работе, чтобы он понимал, что он внутри жизни, а не в какой-то ее части живет.

Так Ваня оказался у меня на репетиции стриптиз-программы сериала, а у папы – на съемке окровавленных панков, у одного из которых была отрубленная голова под мышкой. И там, и там мы хором тревожно объясняли, что все не по-настоящему, что кровь – вот, смотри! – из тюбика с краской, а девчонки просто актрисы. Конечно, мы загнались на тему, не травмируем ли ребенка, а потом подумали и решили, что ну вот такая у него карма, вот такие родители. У каждого ребенка свои приколы, у нашего вот такие. Зато он видит заряженных родителей, с горящими глазами, мне кажется, он видит наш азарт и радость прежде всего, а не кровь и голую грудь.

Пока из последствий только смешные. Например, я занимаюсь йогой дома в топике и трусах, подходит ребенок и говорит: «Мам, ну ты как актриса!» Я спрашиваю почему, а он такой: «Ну ты в лифчике и трусах». Возможно, ему придется потом потратиться на психолога, но а кому не придется?

Если говорить о самой творческой начинке и влиянии на нее материнства, то я поняла однозначно, что больше не смогу смотреть фильмы с драмами вокруг детей. Меня убивает эта тема. Уничтожает. И, соответственно, я не готова снимать об этом. Но есть и другая сторона, и она кажется мне очень важной. Я вначале упоминала, что ребенок у нас долгожданный. Так вот, мы хотим второго, но он вновь не получается.

Я дважды столкнулась с замершей беременностью, и эта тема меня сильно ранит. И об этом как раз хочется снять кино.

Мне эта тема кажется скрытой, словно она оказалась в зоне «женских дел», которые не принято обсуждать. Некая сакрализация горя, которая не позволяет пережить подобного рода травму хоть в каком-то минимальном коллективе. А главное, этой темы нет в общественном пространстве, и наш первый раз из-за этого был совсем тяжелым. Я даже и не знала, что такое бывает, и не знала, что такое бывает в каждом пятом (!) случае. В общем, про это хочется поговорить. Так что материнство – состоявшееся или нет – в каком-то роде очень даже питает творческую почву.

Вот что мне помогает.

1. Хвалить себя за любые успехи. Мелкие и крупные. Делиться ими с близкими. С родителями, с сестрой.

2. Иногда ходить на психотерапию, массаж и к косметологу.

3. Если совсем плохо, не стыдиться принимать антидепрессанты или обращаться к специалистам.

4. Писать планы на год. Даже не планы, а мечты с очень точными формулировками. В том числе касающиеся гонораров. Прям пишу так, чтобы самой удивиться от собственной стоимости. Работает.

5. Извлекать возможность роста из неудач. Уволили – зато научилась чему-то.

6. Доверять интуиции. Первое решение – наверняка самое верное. Для тебя.

7. Защищать свое достоинство. Лично для меня оказалось той еще задачей.

8. Жить так, будто тебя все любят и в целом тебе предначертана счастливая жизнь.

Хочу отметить, чтобы мой рассказ не стал глянцевым инстаграм-постом, что за время продолжения творческой карьеры после рождения ребенка мы с мужем прожили как минимум два капитальных кризиса и две замершие беременности, я принимала четыре месяца антидепрессанты и до сих пор постоянно нахожусь в чувстве вины перед сыном из-за работы, а еще прямо сейчас я сомневаюсь в себе как в режиссере. Но это похоже на жизнь всех людей, просто хочется сказать, что внутренняя сила, она живучая, а внимания порой хватает на большее, чем казалось.

Женская многозадачность, разделение обязанностей, мелкие радости для себя и базовая вера в свои силы дают возможность продолжать и создавать.

Сейчас я на печальном этапе монтажа, когда все отснятое кажется бездарным, а впереди в планах написать новый сценарий и родить второго ребенка. Кстати, чтобы написать сценарий, я заранее договариваюсь с мужем, чтобы он отпустил меня на неделю в путешествие. Впервые. Одну. Он сказал, что хотел попросить о том же, но я была первой!

Письмо 6: от мамы – сценаристки и фотографа

Эльвира Асадова, фотограф, мама Лео и Беллы.

Два раза в месяц на мою улицу приходит праздник. Королева уборки Анна вызволяет меня на день из оков быта. В квартире пахнет свежестью и чистотой. Все на своих местах. В этот момент я – Сизиф на вершине горы, за которого кто-то другой вкатил камень. Оглядываюсь по сторонам, улыбаюсь, любуюсь «закатом» и вижу… Дочь размазывает банан по полу, сын оставляет след из вещей в коридоре. Сизиф вздрагивает. Камень с грохотом летит вниз. Самое непростое для меня в материнстве – рутина, разъедающая повседневность.

Каждое утро ты стоишь возле подножия горы, смотришь на ком обязанностей и мечтаешь о ближайшем привале.

Думаю, что меня, как и многих мам, занимает вопрос: «Как совместить обыденность и творчество?» или «Как катить и творить?»

Душистые пяточки, розовые щечки, мягкие снежинки, пастельные тона и во всем этом великолепии сладкие детишки – так обычно показывают нам счастье материнства семейные фотографы. Ох, когда я думаю о материнстве – и творчестве, – то вижу женщину-канатоходку. Она жонглирует детьми, кастрюлями, памперсами, красными шпильками, чулками и кисточками. Останавливается на секунду. Смертельный номер. Сейчас наша артистка нарисует ногой в воздухе лошадь. Барабанная дробь – и все летит вниз… ну ладно, не в пропасть, а на батут. Не удержала равновесие, сорвалась. Баланс тонок, неустойчив и вообще возможен ли?

Вероятно, это прозвучит пафосно, но в поиске ответа на этот вопрос я ставлю себя в ситуацию драматического выбора: «Что я буду делать, если мне поставят смертельный диагноз?» Брошусь снимать нереализованные проекты? Записывать идеи сценариев? Оказывается, нет. Я думаю о своих детях, муже, близких. Перед лицом смерти мне хочется подарить им все время.

Напитать детей любовью, чтобы в моменты слабости и боли им было куда возвращаться и откуда черпать силы.

И в то же время на вопрос «Пока живу, готова ли я отказаться от той части себя, которая видит в голове картинки и думает о том, как бы их снять?» я отвечаю однозначно: «Нет!» Поэтому мой художник ползет улиточными шагами к своей цели и верит, что у черепахи есть шанс обогнать Ахиллеса.

Недавно к этим, так сказать, экзистенциальным столпам добавился еще один пункт. Во время поиска цветового решения для проекта я долго советовалась с подругами-артистками и вдруг поняла, что пора перестать думать о том, как это сделал бы тот или другой, пришло время спросить только себя: «Как это видишь ты? Что хочешь выразить?» Сейчас именно эти ответы являются моей философской базой. Ими я руководствуюсь, принимая то или иное решение в пользу семьи или творчества.

На практике же в круговороте повседневных забот моей артистке помогают жить такие находки.

1. Я – женщина патриархального склада из татарской семьи. Голоса предков постоянно нашептывают мне: «Грязный дом только у плохих хозяек, муж – всему голова, будешь хорошей женой – будет у тебя любовь и наряды, будь шеей!» Но я не хочу быть больше ничьей шеей! Моей художнице чертовски мешает платье хорошей девочки, купленное за примерное поведение.

Моя артистка – смелая кочевница, женщина-самурай.

Вижу отражение этих качеств в детях и понимаю, что я свободней, резче, сильнее, чем мне «предписано». Мне повезло, что идеологически мой партнер больший феминист, чем я сама. Нам обоим важнее, чтобы я стала крутым профессионалом, а не идеальной домохозяйкой. Он же хочет проводить больше времени с детьми, готовить, ходить на рынок за покупками. Поэтому если раньше я действовала по принципу «сначала убрать и приготовить, а на все, что останется, поработать», то сейчас – ровно наоборот. Менять себя непросто, перестраивать семейную систему еще сложнее. Но обсуждение, перераспределение семейных ролей и обязанностей, подпитка себя и мужа фемповесткой в какой-то момент дают свои результаты.

2. У меня двое детей, сыну 7 лет, дочке – 14 месяцев. Мой муж работает по 10–14 часов в день. Обычно детей в Барселоне (мы живем в столице Каталонии) отдают в ясли в 4–6 месяцев. Это не шутка, а реалии испанского материнства. Наша дочка все еще дома. В неделю у меня есть 6–10 рабочих часов. Мне помогают свекровь, няня и муж. Драгоценные крохи творчества часто оказываются под угрозой. Карантин, переезд, задержки на работе… Из-за временного дефицита я полностью отказалась от концепции «идеальных условий для творчества». Работаю в любой свободный момент.

Лепишь 20-й куличик и неожиданно замечаешь, что чугунная решетка на доме отбрасывает красивую тень.

Сняла и черкнула в заметки, записала мысли на диктофон. Период ухода за дочерью – или «творческого простоя» – стараюсь превратить в процесс накопления сил и идей. Как сценаристы собирают материал, прежде чем сесть за работу, так и я наполняю себя. Скоро мы переедем в новую квартиру, где у меня появится маленькая, но собственная студия. Надеюсь, работать станет легче. Вот тут мне и пригодится моя творческая кладовая.

3. Замечательная писательница, психолог и антрополог Жан Ледлофф в книге «Как вырастить ребенка счастливым. Принцип преемственности» сравнивает отношение к работе индейцев племени екуана, чьи обычаи она наблюдала в течение двух лет в глубине джунглей Латинской Америки, и западного человека. И те и другие несут тяжелую лодку через джунгли. Первые всю дорогу смеются, болтают, обращают внимание на растения и животных, вторые – страдают. Ничто не мешает Сизифу тащить булыжник и наслаждаться красотой природы. Главное – отвлечься и посмотреть вокруг.

Сознательно учусь ловить маленькие, даже крошечные, удовольствия во время любого монотонного процесса.

Погладила собаку. Поехала не на детскую площадку, а к морю. Поболтала на тарабарском с малышкой. Дети дарят моему внутреннему Сизифу возможность побыть веселой и романтичной клоунессой.

4. У этой же писательницы мне понравилась мысль, что индейцы екуана редко первыми начинают взаимодействие с детьми, но сразу откликаются, если ребенок просит о помощи. В их сообществе взрослые помогают детям встроиться в общий ритм жизни племени и семьи, а не подстраивают систему под ребенка. Если вокруг сына я постоянно танцевала с бубном, то с дочерью изменила свое отношение к материнству. Беру ее с собой на съемки, работаю при ней, пусть даже 5–10 минут. Радуюсь, когда она играет сама, а не испытываю чувство вины за то, что мой ребенок «брошен».

5. Научилась ценить любую поддержку, похвалу и даже маленькие достижения. Раньше, когда муж, друзья говорили мне о том, что им нравятся мои работы, я думала: «Ну да, конечно, вы любите меня, поэтому так говорите!» Но ведь именно благодаря поддержке близкого окружения ребенок становится сильным, понимает, что он может. Поэтому радуюсь каждому теплому слову, отзыву, публикации – они помогают мне идти вперед.

6. Обычная история: писала список дел на день, а потом поняла, что составила план на год. И так всегда. Но когда я вижу этот план, то позволяю себе размечтаться на всю катушку. Иногда ухожу в мечты после вкусного, пронзительного сна, в котором встретилась с чем-то глубинным, откровенным в себе. Сны и мечты питают мою реальность. Благодаря им понимаю, где искать себя, как не сворачивать, а уж если свернула – возвращаться к желаемому.

Однажды на консультации знаменитый фотограф мне сказал: «У вас хоть есть кинообразование, а так все эти мамочки-домохозяйки начинают снимать своих отпрысков во время декрета и думают, что они теперь фотографы!» К сожалению, это не единственный раз, когда я сталкиваюсь с таким пренебрежением к мамам-артисткам. Родив, словно теряешь лицо – и имя тебе «мамочка». Домохозяйка – значит последняя в пищевой цепочке, содержанка. Вздумала, что ты художница? Да просто развлекаешься во время декрета. Тогда, на консультации, я растерялась, не смогла ответить на грубость. Переиграю. Прекрасный момент для реванша.

Знаменитый фотограф, вы ошибаетесь. Моя артистка созрела именно в семье и материнстве. Любовь и близость с мужем подарили уверенность и спокойствие, которых мне так не хватало. Рождение сына полностью изменило точку сборки. Систему осветило новое солнце, и так пришло понимание ценности жизни, ощущение взрослой ответственности. Пока я носила дочь, во мне росла связь с моим внутренним ребенком и художником.

Родительство возвращает человека к корням, детству. Заставляет задуматься, каким человеком ты хочешь быть для своих детей и себя.

Сорок восемь часов родов (первые – кесарево) позволили переоценить страхи, силы, боли. Страшно написать редактору журнала? Ха. Уверена, материнство – не препятствие, а часть пути и созревания. Так что мой Сизиф счастлив. С каждым днем его дух крепнет, мускулы и дети растут, камень становится легче. Скоро он сможет одной рукой закатывать его на гору под названием Быт, а второй – фотографировать пейзажи по пути.

Письмо 7: от мамы – арт-куратора

Яна Малышева-Джонс, художница, автор проекта для арт-мам «Мамадец!», куратор арт-резиденции для женщин с детьми и мама Макса.

Я точно не помню, как именно мне пришло в голову слово «мамадец» – ну как-то пришло да пришло, показалось очень забавным. Понятное дело, что это было от «мама» + «молодец». И только после я стала слышать от других людей, что «мамадец» созвучно не только с «молодец», но и с другим любимым русским словом – кстати, тоже напрямую связанным с женщиной. И я подумала: «Господи, это же просто прекрасно, ведь все эти три слова вместе – „мама“ + „молодец“ + „п****ц“ – и есть самое точное и четкое определение настоящему материнству!»

Материнство для меня стало лакмусовой бумажкой проблем, которое наше общество тщательно скрывает за красивой обложкой, поколениями сформированной культурой, традициями, коммерческими и социальными кампаниями, направленными на «улучшение демографической ситуации в стране» и якобы улучшение и упрощение качества жизни родителей.

Идеализированное материнство – тема, которая сегодня обсуждается повсеместно.

В некотором смысле она стала моветоном, особенно в тематических сообществах и медиа. И все равно в глобальном медийном пространстве мы продолжаем повсюду видеть «счастливых мам – счастливых малышей».

В этом смысле мое материнство, как старый советский будильник, очень настойчиво разбудило во мне дремлющую активистку. С новорожденным ребенком на руках, даже в относительно благоприятных материальных и жилищных условиях, в полной семье, я поняла, что ни городская среда, ни социальная поддержка, ни культурные и общественные установки не предполагают развития и поддержания благоприятного климата для жизни вместе с детьми.

Тема материнства раскрылась для меня как обширное поле исследования политических и социальных реалий и несправедливостей: от стигмы материнского образа и невозможности спокойного передвижения с коляской по городу до повсеместного неравного распределения обязанностей внутри семьи и коллективной травмы, которые могут нести в себе женщины народа, пережившего геноцид.

Оказалось, что тема матери гораздо больше и шире, чем «родительствование» собственного ребенка, и она касается каждого. Все это стало для меня большим потрясением и в конечном счете сформировало мою художественную практику, которая в настоящее время сконцентрирована на социальной борьбе и использовании инструментов современного искусства как рупора и рычага.

На сегодняшний день я уверенно могу сказать, что материнство – это самое прекрасное и самое сложное, что случалось со мной.

Его противоречивость сделала меня сильнее и слабее, храбрее и трусливее, но однозначно сделала меня «больше», внимательнее и милосерднее.

Когда сыну было всего полгода, меня очень вдохновила поездка в горячо любимую Финляндию: оказалось, что в Хельсинки существуют муниципальные центры для родителей, которые выглядят как иллюстрация к статье о спокойном загородном отдыхе. Нам такой встретился – одноэтажный деревянный дом в трех минутах ходьбы от жилого квартала, на территории леса, открытый с раннего утра до раннего вечера, абсолютно бесплатный. В доме было все – кухня, игровая с отличными игрушками, столы для смены подгузников, песни и стихи для детей и родителей, уроки финского для экспатов.

Я была потрясена. Я видела, как пространство заполнялось родителями, которые знали друг друга, возможно, подружились именно здесь, мамы вместе кормили грудью, разогревали бутылочки со смесью, лежали или ползали вместе с детьми на коврах или тюфяках – главное, они были вместе.

Я сравнила это с моими первыми месяцами жизни с маленьким Максом в хрущевке, пусть и в центре Москвы, со спринтами на третий этаж и обратно после кесарева с разными частями коляски и спящим младенцем, моими попытками почувствовать себя частью жизни, происходящей вокруг, накормить ребенка в парке на лавке без необходимости бежать домой, липким чувством одиночества и страха перед столь огромными изменениями в жизни. Мне стало плохо.

Во многом благодаря собственной боли от происходящего я решила придумать группу поддержки для мам с первенцами и предложила эту идею художнице и арт-терапевту Ане Ше. Мы очень хотели сделать встречи именно личными, а не виртуальными. Несмотря на неплохой отклик, группу нам набрать не удалось, во многом потому, что перед женщинами вставала первостепенная, нерешаемая задача – просто каким-то образом выбраться из дома и доехать с младенцами до места проведения группы.

Когда моя попытка построить хотя бы некое ощущение этого самого финского домика в Москве провалилась, я решила, что ради себя самой я буду продолжать.

Весь этот процесс стал для меня своего рода терапией – от послеродовой депрессии, от сложностей в общении с семьей, от одиночества в городе, от жгучего чувства несправедливости. Я не понимала, почему я и мой сын должны молча соглашаться на то, что нам дают, особенно учитывая тот факт, что давали нам ничего. Я впервые поняла, что значит быть ущемленным, незащищенным членом общества. Я была в ужасе. Сразу хочу ответить на возможные реакции в духе «никто тебе ничего не должен, рожала ты сама» – все мы когда-то были детьми и/или мамами.

Очень хочется, чтобы все начали быть по-настоящему добрее и терпимее друг к другу.

В итоге на разных этапах своей жизни «Мамадец!» принимал различные формы – например, мы ходили по музеям Москвы вместе с мамами и детьми в колясках. В 2020 году я брала серию интервью у художниц-матерей об их художественной практике и трудностях совмещения материнства и искусства. В 2021 году проект превратился в резиденцию для художниц с детьми благодаря галерее «Пересветов переулок», которая стала поддерживающим пространством, объединившим две важные стороны жизни участниц – занятие искусством и уход за детьми. И одновременно дающим этим занятиям отдельные свободные пространства.

Большой зал галереи стал для художниц общей мастерской, местом для мероприятий и экспонирования их работ. А в малом зале разместилась детская комната, которая работала по принципу взаимопомощи участниц. В конце концов, пусть и на таком микроскопическом уровне, мечта о финском домике сбылась.

Во время работы резиденции одной из важнейших целей было взаимодействие с аудиторией, и поэтому мы проводили поддерживающие встречи с психологом, вещевые свопы для семей, лекцию о репрезентации материнства в искусстве и просто принимали гостей с их детьми, для которых простота и открытость пространства становились островом, в котором не надо стесняться говорить на сложные темы – началу разговора всегда способствовала практика художниц и их работы. А еще не надо волноваться из-за громких детей или стесняться кормить ребенка грудью – то есть своего рода это стало тем местом, в котором женщины могут быть в максимальном комфорте, не чувствуя себя «мамашами». На мой взгляд, такие места должны создаваться федеральными и городскими властями, и я рада, что хотя бы такой каплей в море я показала женщинам, что реальность может и должна быть другой. Всем проектом я занимаюсь полностью одна без какого-либо финансирования, кроме собственного кармана.

На наших общих встречах и мероприятиях, включая открытие выставок и лекции о материнстве в искусстве, некоторые женщины плакали при виде работ художниц – кто-то от боли, которую передавала работа, или от сострадания, или слезы были слезами «выдоха» – женщины расслаблялись и давали волю чувствам. «Слезы в галерее» – как красиво можно назвать эту историю!

Вместе с художницами и сотрудницами галереи мы создали уникальное пространство – как физическое, так и эмоциональное, в котором женщины по-настоящему могут ощущать друг от друга поддержку и помощь.

Современный социальный уклад жизни большого города – жизнь вдали от семьи, высокая занятость близких людей и друзей или часто их нежелание быть вовлеченными, отсутствие полноценных и доступных групп поддержки молодых родителей, ограничение мобильности мам с новорожденным – приводит к тому, что очень часто мама остается один на один со своими страхами, тревогами и неуверенностью.

Проект «Мамадец!» – это то, что может стать примером того, как могут и должны создаваться сообщества в современном мире для глобального повышения качества жизни, улучшения ментального здоровья людей, ибо человек – не изолированное существо и никогда им не был.

Современные исследования говорят о том, что на протяжении большей части своей истории человечество существовало в племенном формате – когда люди жили не изолированно друг от друга, как это происходит сейчас, а в больших общинах и сообществах, и я думаю, что именно в таком ключе необходимо развивать дальнейшее социальное устройство, особенно в мегаполисах. А еще трансформировать городскую среду для того, чтобы материнская изоляция не начиналась еще дома, когда невозможно спустить вниз коляску в доме без лифта или пройти с ней по городу из-за абсолютной неприспособленности среды.

Я считаю, что своим «тихим активизмом» я смогу добиться изменений, которые просто необходимы. И я рада использовать искусство как очень эффективный инструмент для построения коммуникации между самими женщинами, а также между женщинами, социальными институтами и государством.

Письмо 8: от мамы-журналиста

Саша Боярская, писательница, энтузиаст бегового движения и мама Эрика.

Я больше не чувствую, что я «до ребенка» и я «после ребенка» – это две разные женщины. Я чувствовала это пять с половиной лет, пока сын был маленький, и я понимаю, что тут очень много наслоений. Если есть тенденция растворяться в других людях с полной потерей себя, но у меня она проявилась в материнстве, как раньше проявлялась в отношениях с другими людьми. Причем, как показала практика, можно отлично растворяться сразу в двух людях – и в ребенке, и в новых отношениях. А в моем случае еще и в работе!

Самое интересное в моем материнстве – когда ко мне начали возвращаться мое творчество и та самая моя жизнь «до» – стало происходить, когда я стала задумываться про свои границы. В какой-то момент я поняла, что у меня есть отношения, работа и ребенок. Точнее, так: ребенок, работа и отношения. Или ребенок, отношения и работа.

Ребенок всегда стоит на первом месте, потому что он безусловен, а отношения и работа – это, как мы знаем, переменные величины.

Я поняла, что эти три составляющие я не вывожу. И тут я задумалась: почему я их не вывожу, почему это так больно? Я начала суперсильно и постоянно испытывать злость – на то, что меня во всем этом вообще нет. Где я́? Я начала исследовать, где же я в своей жизни, и поняла, что вообще нигде, ни в каких проявлениях никакой меня совсем не осталось.

Поиск собственного «я» пришлось начать через болезненные и тяжелые штуки: терапию, группы, нахождение истории про ВДА[4] и детей из дисфункциональных семей. Этот процесс занял года полтора. В итоге стало очевидно, что я, кажется, достаточно творческий человек, но у меня есть весьма ограниченный ресурс, бо́льшую часть которого я хочу и буду отдавать своему сыну. При этом еще какую-то часть своего ресурса я хочу отдавать себе, еще часть – работе и еще одну – творчеству. И если – если! – что-то останется, то я, наверное, могу быть в каких-то отношениях. Что, впрочем, уже не кажется мне чем-то обязательным.

Я поняла, что для меня смысл жизни – не растворяться в других людях. Даже если это мой собственный маленький сахарный мальчик.

И это очень непростое самоощущение, которое пришло только после того, как я осознала, что есть я и есть мои границы, есть я в моменте, без учета моего прошлого и потенциального будущего. Растворяться в других людях стало просто дискомфортно. Такое отпочковывание, в частности, от собственного ребенка – а у каждого оно происходит в свое время – заняло у меня пять с половиной лет. И сейчас я супербережно и супераккуратно отстраиваю саму себя заново.

В частности, это стало возможно благодаря тому, что в современном мире – спасибо ему за это! – есть возможность уходить из отношений. Мне это дало одну из главных ценностей – пустоту. Я верю, что творчество создается в пустоте. Лично у меня оно рождается из скучания. Без этой пустоты, в которой нет ничего, кроме меня, я бы просто не додумалась, что я – творческий человек. Я бы по-прежнему искала, где бы мне раствориться. Вообще вот это вот растворение – это, как мне кажется, такая наша национальная история. «Все важнее, чем я сама».

Главная засада материнства: служение другим не оставляет места для вакуума, в котором может появиться что-то собственное.

Когда у меня наконец появилась эта пустота, я начала делать гирлянды из разноцветных помпончиков. Мне хотелось мастерить что-то руками с тех пор, как появился Эрик, я смотрела на сына и думала: «Вот, мы будем делать это вместе!» Я запасала фломастеры, краски, пластилин, особенно много всяких предметиков для ручной работы я покупала, пока работала в корпорациях, но все это так и лежало в коробках и покрывалось пылью. Просто не было пустоты. А без нее нет и предпосылок к творению.

В какой-то момент, когда мне было очень тяжело, я стала собирать гирлянды, просто чтобы делать что-то руками.

В момент, когда я сделала свою первую нитку с помпончиками, я наконец что-то почувствовала.

Очень важно просто начать. Что угодно. Я поняла, что тот творческий зуд, который возникает, нужно немедленно превращать в действие, потому что, если оставить его в формате мысли, он там так и застрянет. Когда я делаю гирлянды, от этого простого действия у меня возникает какое-то радостное ощущение, и хочется делать еще больше, рисовать или вышивать. Я начала штопать свитера разноцветными нитками, склеивать разбитые чашки – и для меня это тоже творчество! Иногда помогает сказать себе: «Сейчас я сяду и час буду просто красить лист бумаги в синий цвет». Важно брать и делать. Не думая, что именно ты делаешь.

Письмо 9: от мамы-фотографа

Соня Пугачева, фотограф, мама Марка.

Я – мама четырехлетнего гиперактивного и гипергромкого Марка. Я – уставшая, тревожная, сбегающая, но, безусловно, любящая мама. Я фотографка. Помимо того, что зарабатываю я исключительно благодаря фотографии, еще я много снимала на телефон до беременности и первый год после родов. Это было отдушиной от коммерческих съемок. Сейчас, когда Марку нужно очень много внимания и я выгорела от бесконечных дел, тревог и поддержки для всех вокруг, снимать повседневную жизнь не осталось сил. Зато я заметила, что, как только уезжаю из дома (я живу сейчас далеко от Москвы и езжу туда на съемки), появляется это творческое видение, замечание красоты в повседневном и силы все это запечатлеть.

Вот что я могла бы посоветовать тем мамам, кто немного утратил радость от творчества.

Во-первых, найти возможность быть без ребенка. Хотя бы час в день.

Во-вторых, обязательно устроить свой личный уголок. Маленький алтарь или целую комнату – насколько хватает сил и ресурсов, чтобы иметь возможность переключать картинку на комфортную глазу в рамках дома.

Например, сейчас я живу у родителей и «не вижу» кадры, потому что среда попросту некрасивая и не моя. Мы сделали в мансарде приятный уголок с белыми стенами и старым окном. И вот в этой комнате я «вижу».

Еще мне важно вот что: ездить в гости и приглашать гостей.

Удивительно, но, даже если гости приезжают ко мне, я снова берусь за телефон и делаю репортажные фотки, по-другому смотрю на окружающую среду. А еще – гулять в одиночестве в лесу. Там много вдохновения.

Письмо 10: от мамы – креативного продюсера

Даша Ефремова, креативный продюсер и мама Алисы.

После рождения ребенка у меня был период, когда я на полном серьезе строила себя заново. Было ощущение, что все в жизни великолепно, только моя личность разрушена. И это при том, что я продолжала активную творческую работу с тех пор, как дочке исполнилось три месяца. Чувствуя, что потеряла себя, я на полном серьезе искала свою идентичность. Даже начала играть в баскетбол, который любила в школе. Отчаянно хотелось делать то, что про меня.

Я преуспела в этом. Не буду говорить когда, чтобы никого не настраивать на сроки. Но в итоге то, что я собрала заново, кажется круче, чем было.

Что сейчас вижу важным в такой период материнства.

Как можно раньше уходить и уводить окружающих от сценария «мама по умолчанию, а папа – молодец». Даже самые продвинутые нет-нет да и транслируют в адрес женщины, что она – второстепенный персонаж на фоне протагониста-мужчины. И женщины сами себя так чувствуют. И останавливаются в развитии своего личного пути. У него карьера, дела, а она – мама и жена при нем.

Папа не помощник мамы – он сам родитель, как мама.

И осознаешь это не в одночасье. Это годами выковыриваешь из разных бытовых ситуаций. Слишком глубоко сидит заявленный сценарий, даже когда он точно не твой.

Важно не допускать отношение к самой себе как исключительно к маме, неважно, есть рядом папа или нет. Не зацикливаться на стандартном образе жизни мам. Вот, например, круг общения. Если с другими мамами легче и веселее, то ок. Но ведь среда может быть гораздо шире. И тогда сподручнее выбираться из мамского пузыря и жить для себя и про себя. Стремиться, достигать, да и вообще – хотеть чего-то. Вот это самое «хотеть» поймет любая мама, которая впервые куда-то уезжала от ребенка и все увиденное в поездке по привычке оценивала как «малышу бы так это понравилось!». А у самой в это время чувствование и желание были словно атрофированы.

А еще вспомните, как дети любят играть не со своими игрушками, а со взрослыми вещами. Папин телефон, мамины туфли, молоток, в конце концов. Я в какой-то момент начала получать фидбэк от разных людей про то, что со стороны мое материнство – это не конец всему классному, а такое, наоборот, веселье и угар. И что я со своим подходом даже для некоторых вроде как ролевая модель. У меня, разумеется, тоже были и есть мамы, которые меня вдохновляют. Став такой мамой для других, я настолько перевозбудилась, что начала делать YouTube-канал с роликами под слоганом «Дети, за мной!».

Я не шла за своим ребенком, а вела ее в свою интересную жизнь.

Это не значит, что дочь должна любить все мои увлечения. И это не значит, что у нее нет своих, чуждых мне. Как это работает? Например, я продолжаю ездить с ней в крутые взрослые путешествия, оставляя в них немного типичных детских радостей, типа один день на аквапарк. Так получается, что ребенок с детства привык, что путешествия – это круто, даже если в них есть трудности. В итоге выходит, что она играет в «мои игрушки». А вот чего я не делаю, так это не сижу в телефоне, ожидая дочь, например, с тренировки. Вместо этого мы записались в семейную секцию, где параллельно занимаются детские и взрослые группы. В других случаях я находила занятия для себя рядом с занятиями ребенка.

Такой подход стал прямо делом принципа. И это важно не только для меня. Я не хочу, чтобы дочь видела скучающую потухшую маму, которая живет только желаниями других. Я делаю это и для себя, и для нее.

Письмо 11: от мамы-скульптора

* Изначально я планировала включить в эту главу только письма русскоязычных мам. Но когда я узнала, что у американского скульптора Аллисон Стрит шестеро (!!!) детей, я просто не могла не взять у нее интервью. Шестеро детей – мамочки! – плюс амбициозная творческая карьера. Как она вообще это делает?! Знакомьтесь, Аллисон.

Я скульптор, и у меня шестеро детей (16, 15, 13, 11, 8 и 6 лет). Всех детей я учу дома сама – так было даже до пандемии. В своей творческой жизни мне не один раз пришлось столкнуться с предубеждением, что раз у меня есть дети, то я не могу быть серьезным художником. Что, мол, какое же это искусство, когда у тебя шестеро – ну максимум хобби! И правда ведь, материнство столько всего от тебя требует.

Меня часто накрывает ощущением, что к концу дня от меня ничего не осталось – ничего, что я могла бы посвятить творчеству.

Но вот что я поняла: мое искусство стало лучше – качественнее, если хотите, – с тех пор, как я стала матерью.

Что касается моих детей, то они знают, что они бесконечно важны мне, что я никогда не перестану о них заботиться, но еще они знают и принимают тот факт, что мне просто жизненно необходимо насыщать свое творческое «я». Каждый человек, я в том числе, обязан заниматься своим искусством. И я считаю, что это важнейший урок, который я им преподаю своим примером, моим дочкам и сыновьям.

То, что у меня получается регулярно работать в студии, целиком и полностью зависит от «системы жизнеобеспечения», что в моем мире означает мужа и маму, которая все последние годы живет совсем рядом – это очень выручает.

Сейчас у меня получается заниматься своим делом вот в каком графике: раз в неделю у меня есть аж пять часов в студии, когда меня никто не беспокоит, в это время детей и их уроки полностью берет на себя муж, и еще один вечер в неделю, примерно три часа, которые мы планируем заранее – вносим в семейное расписание. Ну и еще, если повезет, порой получается урвать немного времени там и сям, благо студия находится прямо в нашем доме.

Иногда я беру с собой младшенького (или двух) и даю им повозиться с глиной, пока я делаю свои дела, а иногда просто оставляю дверь в студию открытой, чтобы мои дети всегда могли до меня добраться. Откровенно говоря, такие идиллические моменты случаются очень редко, да и вообще бывали времена, когда все наши дети были в таком возрасте или в таком моменте, что работать никак не получалось.

Для меня невероятно важно продолжать трудиться во что бы то ни было, чтобы видеть перспективу моей карьеры как скульптора. Мне больно наблюдать, как другие художницы ушли вперед и добились гораздо большего. Мне начинает казаться, что я безнадежно отстала, что я – неудачница или даже самозванка.

Вот что меня спасает в такие моменты: я напоминаю себе о необходимости определить, что такое успех в этом «сезоне» моей жизни, на этом этапе моей карьеры.

Частенько оказывается, что прямо сейчас успех для меня – это просто продолжать создавать скульптуры, которыми я горжусь, которые выражают мои мысли и чувства. Если мне удается заполучить побольше часов в студии или упоминание моих работ в публичном пространстве, я считаю, что это тоже успех и свет в конце тоннеля.

Все, чего я на самом деле хочу, моя заветная цель – чтобы мои руки оставались в глине как можно дольше. А еще – быть своим детям той мамой, которая нужна им прямо сейчас. И ни при каких обстоятельствах не позволять каким-то сторонним представлениям о том, что такое «успех», украсть у меня радость и удовольствие от этих двух вещей.

Письмо 12: от мамы – телеведущей и подкастера

Аня Федорова, креативный директор, телеведущая, художница, автор подкаста «Пап, привет!» и мама Киры.

* Аня пишет письмо в прошлое самой себе. Вы тоже можете попробовать написать такое: это деликатная и действенная терапия. И слезы тут, если такие объявятся, – теплые и добрые.

Привет, я тебя вижу.

Ты лежишь на коврике в ванной, пока твой малыш купается. Лежишь, потому что сил сидеть нет, а уйти нельзя – ты слышала, как у подруги твоей подруги ребенок так утонул. И тебе страшно. Ты очень устала. И я тебя вижу. Я тебя слышу. Я слышу, как ты крадешься из спальни, потому что малыш уже сопит, но ты знаешь: один вздох, один скрип… и все по новой. А ты очень устала, ты уже тоже очень хочешь спать. Я тебя слышу. Я слышу, как ты обещаешь себе, что завтра ты обязательно сделаешь что-то и для себя тоже, что-то взрослое, что-то, за что платят деньги или хвалят в соцсетях. Что-то по-настоящему интересное. Как раньше.

Но я тебя вижу на другой день, и все повторяется снова и снова по одному упорному выматывающему сценарию, в котором тебя как будто и нет.

Только ты есть, и я тебя слышу.

Меня зовут Аня, мне 36 лет, и у меня счастливая семья, интересная карьера и доходы совпадают с расходами.

Как я мечтаю зайти в эту ванную, поднять измученную соло-маму с коврика, отвести ее в спальню, уложить ее ребенка и заказать им домой тонну вкусной готовой еды. К сожалению, это невозможно, потому что мама в ванной – это я, только четыре года назад, а машину времени так пока и не изобрели. Я была одна с ребенком, без денег и без ресурса.

Я бы хотела выпить сама с собой шампанского и сказать себе спасибо. «За что?!» – завопила бы я та, с грязной головой и мешками под глазами.

А за то, что без сомнений просто все время что-то делала: ухаживала за ребенком, писала картины, писала тексты, читала, слушала лекции и влюблялась. За то, что двигалась. За то, что среди всего этого – верила в себя и в жизнь. Спасибо тебе за витальность, слышишь меня?

Я тебя слышу.

4

Полное раскрытие

Если у вас имеются дети младшего школьного возраста, вероятнее всего, что они бесконечно торчат в «Майнкрафте», возводя квадратные крепости, выращивая квадратных поросят и спасаясь от квадратоголовых зомби. Пока мой сын был совсем маленьким, я самонадеянно считала, что этого помешательства нам удастся избежать (помимо прочего, я понятия не имела, что это за игра, и была уверена, что это что-то кровожадное). К почти восьми годам жизни Кита я смирилась с воплями с дивана: «Давай заходи в мой мир!», «У меня мод лагает!» и «Ну ты и нуб!» – значит, сынишка встретил в своем пиксельном мире друзей из школы и неплохо проводит время, вот и все.

А недавно меня осенило, что «Майнкрафт» – это не только символ поколения наших детей, но и метафора материнской жизни. Понимаете, играть в него можно в двух разных режимах – выживания или креатива. Это зависит от самого игрока. Меня словно осенило: если, как утверждал Шекспир, вся жизнь – игра, то мы, мамы, тоже можем сами выбирать, в каком режиме проживать свою.

Рождение ребенка – один из самых творческих шагов, которые делает женщина в своей жизни.

Мы берем и конструируем из лего-деталек хромосом совершенно нового человека, а потом еще и выращиваем его до размера взрослой модели. С помощью блоков, совсем как в «Майнкрафте», мы выстраиваем мир наших детей и представление о нем. Кто осмелится сказать, что это не творчество в чистом виде? Казалось бы так, но…

Не мне вам рассказывать, что жизнь каждой мамы – это ежедневное жонглирование с ощущением того, что чем дальше, тем больше становится шариков, а рук по-прежнему две.

И какие-то из этих шариков неизменно выпадают. Что-то удается поднять левой ногой. Что-то непременно закатится под кровать, и пиши пропало.

Для этой книги я опросила почти 100 разных девушек с детьми на предмет того, что чаще всего выпадает из рук именно у них. Так вот, особенно часто у мам закатываются под диван шарики «свежевымытая голова», «спорт» и «секс». У кого-то постоянно теряется шар «деньги». И почти у всех нас – «время на себя» и «личное пространство». Но проблема в том, что на меньшее количество шаров мы просто не согласны! И вот это ежедневное жонглирование делами – это и есть режим выживания.

Постоянная занятость мозга на 200 %, выматывающий невидимый труд, тревога, чувство вины и иногда совершенно неподъемный груз ответственности.

Если вы смотрели с детьми диснеевский мультик «Энканто», то от песни сестры главной героини, могучей Луизы, наверняка, как и я, утирали слезы: за фасадом выносливой работяги, на которую полагается вся деревня, прячется женщина на грани нервного срыва. «На самом деле – я на пределе», – поет она, и сердце ухает вниз от точности каждой фразы этого совсем не детского текста.

Учеными доказано, что подавляющее большинство женщин, пытающихся совмещать материнство и что-то еще – работу, креативные проекты, личную жизнь, – постоянно находятся в сверхвысоком уровне стресса. Откуда здесь взяться месту для творческой жизни, спрашивается? «Каждый ребенок – художник. Но вот проблема: как оставаться художником, став взрослым?» – сказал как-то Пикассо. А ведь он не был матерью, и ему была неведома и половина препятствий, с которыми мы, женщины, сталкиваемся каждый день!

Большинство моих знакомых мам с творческими амбициями так описывают свою жизнь: «Лежу в направлении творчества». И грустный смайлик вместо точки. Потому что просто нет сил. Нет времени. Нет себя – для себя. Между школьным чатом, оплатой счетов и нескончаемыми «Мам, я голодный!» откуда взять время и ресурс на жизнь в режиме креатива?

Но знаете что? Мне кажется, все дело в оптике, с которой мы подходим к этому вопросу. Когда мы говорим «творческая жизнь», мы, как правило, имеем в виду что-то с большой буквы «Т». Серьезное искусство, достойное персональных выставок, наград и красных ковровых дорожек. Великий сценарий, эпическое полотно, большая книга, проект на миллион. Потому что отличница внутри каждой из нас говорит: если уж браться за что-то, то это должно быть на пять с плюсом. Однако мы совершенно не обращаем внимания на творчество с маленькой буквы «т», которое присутствует в жизни любой мамы каждый божий день.

Придумать и приготовить завтрак, обед и ужин, учитывая, что один в семье – вегетарианец, а вторая не признает ничего, кроме сосисок и наггетсов. Собрать перекусы в школу: нескучные, питательные и не такие, как вчера! Разобрать детскую погодок и не сойти с ума. Креативным образом разрулить истерику «Нечего надеть!» у трехлетки. Предложить нестандартный выход из ситуации для полуподростка, которому не отвечает взаимностью девочка в классе. Выслушать проблемы мамы, мужа, подруги, соседки – и не только посочувствовать, но и помочь разобраться. Преодолеть квест в поликлинике, налоговой, «Одном окне», ГАИ, у детского дантиста – вот это уж точно может быть остросюжетнее атаки зомби в «Майнкрафте»! А еще где-то посреди всего этого хитроумно выкроить время на массаж и маникюр – да, даже это требует изворотливости ума!

Кажется, мы, мамы, сами того не замечая, и так живем в режиме креатива. Стоит просто посмотреть на свои будни другими, возможно детскими, глазами. Каждой маме на ежедневной основе требуется придумывать, мыслить «вне коробки», креативно подстраиваться под обстоятельства, сочинять на лету и разруливать кризисные ситуации. И все это – тоже творчество, пусть и с маленькой буквы «т». А кто сказал, что маленькое не так важно, как большое? Маленькое – это просто большое в процессе роста.

Бо́льшую часть книги я старательно избегала глубокого погружения в психологию, стараясь не уходить в неизбежно серьезный тон, связанный с таким подробным анализом. И все же именно на этом моменте мне захотелось заручиться поддержкой профессионального психолога, Дины Фараджевой.

«Жить в режиме креатива – это в первую очередь позволение себе быть свободной, творить без опоры на шаблон. Зачастую это ужасно страшно. Тревожно. Настолько, что кажется, что намного безопаснее оставаться в „режиме выживания“: когда есть конкретные задачи и цели, ты со всех сторон словно окружена буйками ежедневных забот – и, по ощущениям, за них заплывать однозначно не стоит.

Режим креатива же можно сравнить с открытым океаном – возможностей, направлений, которые можно выбирать. Но в этом случае придется иметь дело со своими эмоциями, потребностями, предпочтениями, задумываться о том, что тебе на самом деле нравится и хочется. И это, конечно же, непросто.

Почему многие выбирают оставаться в „режиме выживания“, даже если это приносит им страдания?

Конечно, многое может идти от родителей, давших установку о том, что ничего не должно даваться легко, что мир несправедлив, что за счастье придется пострадать. Из этих навязанных убеждений вырваться непросто. На самом деле родители могут даже ничего не говорить и все равно влиять на нас, их детей: например, если их жизнь была сложной, им приходилось „пахать“, пока мы были маленькие, то потом, во взрослом возрасте, нам может быть психологически некомфортно, если наша жизнь вдруг дается без сверхусилий.

Включается такой механизм: „Что же это выходит, я лучше своих родителей?“ Идти по другому пути, сепарироваться от прошлого родителей – это тоже непросто. Многие подсознательно выбирают оставаться в тех же, знакомых с детства, рамках, лишать себя удовольствия, потому что это обеспечивает им связь с семьей, с родом. Даже если человек не общается с родителями, это такая крепкая внутренняя связь с корнями, ощущение принадлежности, что мы даже можем не отдавать себе в этом отчета.

Еще одна частая причина, почему женщина может выбирать оставаться в тени собственных семейных забот, – это убеждение, что она живет ради высшей цели – например, сохранить брак и семью. Ради этого она старается быть самой лучшей женой и самой вовлеченной мамой. Ей может казаться, что, выдели она время на свое собственное увлечение и дай себе пространство быть собой, от этого всем станет хуже.

А еще за этим может стоять страх, что стоит ей выпасть из привычного режима обслуживания, как она перестанет быть нужной, от нее отвернутся – и в результате она останется одна. Так что эта женщина продолжает выворачиваться наизнанку, упахиваться на кухне, вставать на рассвете, чтобы приготовить всем завтрак, чтобы оставаться незаменимой.

В этом есть еще и элемент супергеройства: да, мне тяжело, сложнее, чем другим, но я все могу преодолеть, все вытерпеть. Это очень, очень частая история.

Как же переключиться на режим креатива?

Разрешить себе ошибаться, давать свободу пробовать, экспериментировать, играть, разрешить мечтать и фантазировать, даже если поначалу это будет казаться „пустым и бессмысленным“. Смягчить внутреннее требование быть эффективной и полезной.

Искать поддержки – вокруг часто оказываются люди, которые могут высказывать недоверие к вашим идеям и не видеть в них ценности, но наверняка в вашем окружении есть и те, кто смотрит на жизнь иначе и готов быть на вашей стороне.

Строить эмоциональные связи с другими бывает страшно и небезопасно, ведь тогда в отношениях нет ничего конкретного и точно измеримого – взаимовыгоды, помощи, нуждаемости другого в каких-то ваших конкретных действиях. Возможно, вам сейчас кажется, что если вы не будете обеспечивать другого человека всем необходимым, то он начнет искать эту помощь где-то еще и разорвет связь с вами. Но поверьте, внутри вас есть те качества, которые дороги вашим близким. И именно они, а не ваши действия обеспечивают эту прочную связь между вами. А если вдруг другой человек начнет отдаляться и негодовать из-за обозначения ваших потребностей, то стоит задать себе вопрос: действительно ли это те отношения, которые необходимо сохранять?» – говорит Дина, практикующий психотерапевт и мама.

Итак, на первых страницах этой книги мы жаловались на наболевшее, признавались себе в собственных темных чувствах вроде зависти и злости и всячески выпускали пар.

Во второй главе мы возвращались к самим себе и тому, что нравится именно нам: учились подмечать собственные желания, осознанно мечтать и бесстрашно смотреть в зеркало на новую версию себя. Это как раз тот момент, когда мы нащупали в себе то самое маленькое семечко творческой жизни и начали притягивать к нему солнечные лучи.

В третьей главе на нас пролился целый дождь поддержки: мы встретились с другими творческими мамами и поняли, что мы не одни.

В этой главе мы будем помогать росткам вашей креативности набираться силы и настойчиво пробивать корку асфальта, раскручиваясь упругой пружинкой навстречу солнцу.

Эта глава носит символичное название «Полное раскрытие»: наша цель сейчас – на 100 % принять и полюбить свою внутреннюю артистку, а также разобраться, как создать ей все условия для комфортной жизни.

На последующих страницах мы будем играть (слава богу, не в куклы и не в лего), включать магическое зрение, проваливаться в лесные порталы в поисках вдохновения, записываться в арт-резиденции и собирать свой собственный кооператив артисток с детьми. За мной, мамз!

Быть выше тарелок

Когда я начала рассказывать всему свету по секрету, что работаю над проектом для творческих мам, многие – очень многие! – мои знакомые говорили: «Ого, вот это класс! Жаль, что я не художница. Я же, блин, юрист». А в опросе, который я устроила в соцсетях, пока писала эту книгу, 80 % девушек сказали, что, несмотря на то что они так или иначе вовлечены в творческие проекты, они ни за что не назвали бы себя художницами, артистками и даже просто творческими личностями. А одна мама даже ответила так: «Для меня творческий – практически синоним к невменяемому. Или это просто зависть?» Ничего себе!

Вот что я думаю по этому поводу. Если вы дочитали книгу до этой строчки, в вас совершенно точно есть что-то очень и очень артистическое, что требует найти лазейку во внешний мир. Вы можете быть серьезным корпоративным юристом – и находить отдохновение в пении, причем не только в ду́ше. Вы можете разрываться между потребностями погодок и делать изумительные фотографии окружающего мира – да, на смартфон, в те 15 секунд, когда никто не требует вашего внимания. Вы можете спасать жизни людей в отделении скорой помощи – и при этом писать матерные частушки в обеденный перерыв или печь на заказ гениальное шоколадно-кокосовое печенье по выходным.

Искра творчества есть в каждой из нас, и я знаю, что вы знаете, что это – про вас.

В конце концов, ваша креативная сущность может выражаться в творческом подходе к организации кухни, сервировке стола, составлению детского гардероба. Что именно вы делаете по требованию своего внутреннего гения – это детали.

Кстати, вот вам любопытный факт: слово «гений», которое мы привыкли рассматривать в контексте «особенно одаренный уникум», уходит корнями к латинскому genius (дух-хранитель человека), образованному от глагола geno (рождаю, произвожу). Так что, если призвать на помощь древнеримскую мифологию, каждая мать – по сути своей гений.

Иногда может показаться, что именно ваше нетворчество – дело генетики: «У нас в семье художников не водилось, с чего мне им становиться?»

Еще можно придраться к тому, что вас просто не растили в творческой среде: не водили в музыкалку, не записали в художественную студию, в кружок кройки и шитья, не отдали на танцы, ваша бабушка не была костюмером в театре и не брала вас после школы в закулисье. И именно поэтому вам «не дано» самовыражаться посредством искусства. Увы, пенять на дела семейные не выйдет: исследования показывают, что именно у эмоционально отстраненных родителей, которые не лезут в дела своих детей и не таскают их по кружкам, растут самые творческие личности. Возможно, вы должны сказать спасибо своей прагматичной маме за то, что она не растила из вас художника!

И все же связь поколений и влияние семьи отрицать не выйдет. Мы и не будем! Но вместо того, чтобы корить родных за то, что они вам чего-то недодали, предлагаю пойти от обратного и вспомнить, как проявляли свою креативность члены вашей семьи, особенно мама или бабушки, – и вдохновиться этим.

Моя мама, например, всю жизнь вяжет и может с помощью пары спиц исполнить все что угодно, от собачьего свитера до модного пальто в пол. Она расходует моток за мотком, не задаваясь вопросами вроде «Куда я буду все это носить?» или «Где теперь хранить все эти кофты?» – она просто делает это, потому что ее прет. А ведь моя мама всю жизнь была серьезным корпоративным сотрудником, работа не самая творческая.

Моя бабушка могла на машинке «Зингер» сшить и перешить все что угодно. Иногда просто для удовольствия! Хотя ей всегда было чем заняться: она была из поколения женщин, прикованных к плите.

А мой папа, например, с легкостью брал и выкраивал из своего привезенного из командировки в Индию кожаного пальто в пол (роскошь по тем временам – и командировка, и пальто!) крошечную «рокерскую» жилетку – потому что именно этого элемента гардероба не хватало школьнице Маше для того, чтобы сразить весь класс (и Борю из параллельного) наповал.

В этом был не просто творческий поток, а какой-то креативный вихрь – залихватский, всепоглощающий, очень настоящий.

И это те самые классные моменты детства, которые я спустя десятилетия храню в своем сердце: родителей и близких родственников, отдающихся творческим порывам, с горящими глазами посвящающих себя чему-то захватывающему, пусть и не слишком рациональному, – уверена, папа не раз пожалел о пострадавшем в пылу креатива пальто. Представьте, что запомнится вашим детям? Уж поверьте мне, точно не безупречная чистота пола в квартире или еженедельные стопки отутюженного белья.

Что же это такое – быть творческой личностью? На самом деле для этого вовсе не обязательно писать маслом или сниматься в кино.

Творческая жизнь начинается с особого взгляда на жизнь.

Как невероятно точно сказала одна из знакомых мам: чтобы быть артисткой в душе, «нужно просто быть выше тарелок».

Что это означает на практике? Творчество рождается из самых разных, иногда абсолютно полярных, состояний. Например, эта книга родилась из поглощавшей меня тьмы: я так устала, так выгорела, так обиделась на то, что мое материнство (не сам ребенок, но обстоятельства и груз ответственности) отбирает у меня возможность быть немножко чокнутой писательницей, днем и ночью сочиняющей сюжеты, что решила выплеснуть наболевшее на бумагу.

Но одновременно эта книга родилась и из любви: любви и благодарности к моему чудесному сыну, к пронизывающему меня от кончиков ушей до пяток ощущению взрослости и самости, к той жизни, которая вращается в безумном ритме вокруг меня. Ведь стоит вынырнуть из ежедневной суеты, бесконечных сообщений родительского чата, домашних хлопот, списков «Не забыть сделать», стоит только поднять голову над этой условной грудой грязных тарелок, как вдруг оказывается, что вокруг так много тончайших золотистых нитей красоты, пронизывающих наше бытие. И из этих драгоценных нитей можно сплетать свое отношение к реальности и свое творчество, чем бы оно в итоге ни оказалось.

«Мне раньше казалось, что творчество – это когда создаешь какое-то искусство. Я пару лет даже проучилась на искусствоведении – думала, ну раз я ничего не умею, то хоть поизучаю про других. А потом я поняла, что творчество – это просто жить свою жизнь: понимать, чего хочешь, придумывать, как это сделать, и делать», – Аня Сибирцева, историк, учитель йоги и мама двоих.

Я верю, что внутренней артистке гораздо проще и радостнее живется, когда ее творчество рождается из любви. Любви к словам и звукам, к перепадам света и тени, к текстурам и оттенкам, к легендам и историям. Эта любовь находит подпитку везде, куда падает любящий взгляд творца. Конечно же, если ты мама, то звучит это не слишком совместимо с реальностью.

Но дело в том, что вот это умение видеть красоту во всем, подмечать изящные изгибы мира вокруг нас – это мышца, которая прокачивается не хуже бицепса, стоит только приложить к этому усилие.

Это то самое прикладное «быть выше тарелок» – видеть грацию в бытовом. Взгляд художника на мир вокруг – это такой наполненный восхищением радар, сканирующий реальность на предмет особенного, аномального и даже выдающегося. Представьте себе малыша, который только-только начинает ощупывать и пробовать на вкус все, что находится в зоне его доступа. Какими широко распахнутыми глазами он смотрит на самые обыденные, казалось бы, вещи? На дремлющего кота, подсвеченного лучами предзакатного солнца, на пар, вьющийся над кастрюлей, на россыпь воробьев под скамейкой. Сколько он в них видит волшебства, загадки, смысла. Вы тоже так можете.

Помните культовую сцену из фильма «Красота по-американски», где парень 15 минут снимает на видео танцующий на ветру пакет на пустой парковке? Герой фильма говорит пронзительную вещь:

«В тот день я понял, что за привычными вещами скрывается целая жизнь и какая-то невероятная сила, которая на самом деле желает мне добра… которая хотела, чтобы я знал, что нет причин бояться, никогда. Иногда в мире так много красоты, что я чувствую, что не могу этого вынести, как будто мое сердце вот-вот разорвется».

Задумывались ли вы, сколько каждый день вокруг нас происходит ничем не примечательных, казалось бы, вещей, которые могли бы стать сценой из фильма или эпизодом романа?

Возможно, это юная парочка, целующаяся в метро, случай в песочнице, абсурдный диалог в магазине, дерзкий росток, пробившийся сквозь трещину в асфальте, а может быть, просто свет, красиво струящийся через парящую в воздухе пыль…

Посмотрите вокруг взглядом творца, смотрите день, три, неделю подряд – и не говорите, что за все это время вам ничего такого не встретилось! Возможно, ваша сцена окажется взятой из малобюджетного инди-кино или из ситкома, из диснеевского мультика или из мрачной картины Звягинцева, но все это гораздо, гораздо интереснее, чем «просто тарелки».

Смысл в том, чтобы снять с себя шоры «здесь и сейчас» и начать подмечать в обыденности особую магию, уметь ухватить взглядом наблюдателя хрупкий момент и запечатлеть его.

Просто сфотографировав на свой внутренний полароид, как Энди Уорхол щелкал все, что видел вокруг, увековечивая и возвеличивая этим самые обычные, казалось бы, моменты жизни.

Подмеченное вовсе не обязательно должно быть про глубинные смыслы. Скорее про тихую красоту вещей вокруг, которую мы часто не замечаем. Про жизненные сюжеты, которые развернулись прямо перед нами, но нам некогда тратить на них свое время, которого просто никогда нет. Так устроено наше творческое зрение: это мускул, тренировать который нужно регулярно. И красота обыденного непременно раскроется перед взглядом пытливой артистки.

Я уже называю вас артистками, потому что знаю, что вы постепенно начинаете убеждаться в том, что вы и так живете творческой жизнью. Теперь наша задача – присвоить себе этот титул и дать своей внутренней артистке задышать полной грудью.

Право на творчество

Раз уж мы взялись привечать и уважать свою внутреннюю артистку, а еще смотреть на свою жизнь как на арт-проект, самое важное дело в начале (любого) пути – это зафиксировать серьезность своих намерений. А они у нас очень даже серьезные, правда же?

Поэтому первое, что мы сделаем, – напишем свой собственный художественный манифест, как делает любой творец, запуская в мир свежий проект. Что такое Манифест артистки? С одной стороны, это громкое, уверенное заявление о себе миру – вот я! А с другой стороны, это что-то вроде клятвы. Самой себе, настоящей, глубинной. Клятва может быть серьезным делом, а может быть игрой – как в детстве, помните? Впрочем, все игры в детстве были делом исключительной серьезности.

Главный двигатель творческого начала в любом человеке – это как раз тяга играть с этим миром, так что все, как говорится, родом из детства.

Предлагаю подойти к этому вопросу со всей детской серьезностью, как будто перед вами пухлая анкета, полученная из рук подружки из параллельного класса. Только там вместо вопросов про первый поцелуй и любимую букву алфавита кое-что поважнее.

Я начну! Ниже 10 пунктов моего личного Манифеста артистки. А под ними – место для ваших собственных. Можете выписать все 10 пунктов в блокнот и заполнить каждую графу (помните, что каждый пункт относится к вашему творчеству). Подпишите, поставьте дату и спрячьте в укромное место. Можно даже собственноручно сделать печать из свечного воска – для пущей важности. Да, ритуалы совсем как в школе, зато это что-то, что, возможно, вернет вас в старые добрые времена, когда хлопоты были примерно такие – решить, гелевой ручкой какого цвета писать в анкете. Позвольте себе выйти из образа серьезной женщины и ответственной матери хоть на пять минут!

Мой Манифест артистки

Я разрешаю себе… быть творческой личностью.

Мне нравится… придумывать и увлекаться идеями.

Я не боюсь показаться… несерьезной.

Я признаю, что… создание креативных проектов – важнейшая часть моей жизни. Без нее я отказываюсь делать все остальное!

Я обязательно… напишу книгу, которой буду гордиться (и неважно, ждет ли ее успех!).

Мне не страшно… не оправдать ожидания моих родителей.

Я мечтаю… чтобы каждый день приносил мне творческое насыщение.

Я достойна… прожить интересную – и даже захватывающую! – жизнь.

Я вижу себя в 75 лет… эксцентричной и состоятельной чудачкой, в винтажном шелковом кимоно в своей собственной студии на итальянском озере Гарда, дающей интервью авторитетному журналу.

Я хочу, чтобы мои дети запомнили меня… с чертиками в глазах и довольной тем, что я живу своей жизнью.

А теперь ваша очередь!

Мой Манифест артистки

Я разрешаю себе…

Мне нравится…

Я не боюсь показаться…

Я признаю, что…

Мне не страшно…

Я мечтаю…

Я достойна…

Я обязательно…

Я вижу себя в 75 лет…

Я хочу, чтобы мои дети запомнили меня…

Еще один вариант – записать свой манифест прямо здесь, на книжной странице. Можно наконец перестать быть отличницей и сделать что-то «ужасное». Пушкин, наверное, такого вандализма не одобрил бы, а я, как автор этой самой книги, что вы держите в руках, вовсе не против. Так вы в любой момент сможете вернуться к тому, что сами себе обещали, и вспомнить о главном. Вперед!

Икона стиля

Готово? Готово! А теперь предлагаю вам сыграть в еще одну игру, не менее детскую. В конце концов, мы всю книгу говорили на такие важные взрослые темы… можем мы немного расслабиться и подурачиться? Но для начала лирическое отступление.

Когда я только начинала этот проект – коллекцию писем от творческих мам другим мамам и идей для вдохновения в торнадо бытовых забот, – я взялась собирать фото знаменитых женщин с детьми, которых смело можно было бы назвать «иконами» и «легендами».

Медали «За эпическое материнство» не существует (советский орден «Мать-героиня», выдававшийся за количество детей, в расчет, пожалуй, брать не будем). Как и Зала славы родительского рок-н-ролла (вот уж что следовало бы придумать!). Так что пришлось составить свой собственный пантеон известных мам-артисток, которыми я восхищаюсь. Туда попали скульптор Луиз Буржуа, «бабушка панка» Вивьен Вествуд и обожаемая мной с детства марсианка Бьорк.

Принцесса Диана – не только «не только мама», но и «не просто принцесса». Еще там внезапно оказалась Лиза, мама мальчишки Сосукэ из мультфильма «Рыбка Поньо на утесе» Хаяо Миядзаки – очень живая и настоящая, в отличие от многих мультяшных мам, которые слишком правильные и сахарные. Лиза злится, топает ногой, дерзко гоняет на машине по серпантину, обижается на мужа, который болтается в море, пока она тащит на себе хозяйство, и вообще показывает весь спектр эмоций. А еще делает на ужин детям быструю лапшу вместо «полезного» – и ничего, все счастливы. У нас с сыном даже есть в меню «ужин Поньо»: это если сил к вечеру осталось только на доширак с вареным яйцом и ветчиной (все как в мультике!). Словом, Лиза – сильная, современная, эмоциональная, поддерживающая мама.

В моем списке нашлось место даже, не поверите, Кортни Лав, солистке группы Hole и эпатажной жене Курта Кобейна. «Спорная ролевая модель творческой матери!» – скажете вы и будете, безусловно, правы. Но вот тем-то она мне и нравится: своей противоречивостью. Создала панк-рок-группу «Дырка» – современные ультрафеминистки должны быть довольны. Так отжигала в юности, что муж не пережил. Буквально. Королева скандалов, сплетен, судебных разборок. Не жизнь, а сплошная автобиография. Но знаете что – и так тоже можно было.

Конечно, ее дочери, Фрэнсис Кобейн, точно есть что обсудить с психотерапевтом. Но Кортни – вот такая (творческая) личность и вот такая мать.

Да, женщины имеют такое же право выражать себя, как им в голову взбредет, что и мужчины. Даже если они выбирают путь оторви-и-выбрось рок-звезды. Обычно, если в такой роли предстает мужчина – вспомните любую рок-звезду, – то он неизменно становится кумиром поколения. К женщине же в подобной ситуации миллион вопросов и упреков. Да чем она вообще думает?

Кортни Лав в эпоху своей отчаянной панк-рок-молодости чем могла, тем и думала. Тем же, чем Курт Кобейн, Сид Вишес, Джим Моррисон, Боб Дилан и дальше по списку легенд рок-н-ролла. Только, в отличие от многих, она сумела вовремя остановиться, осталась в живых и дочку все-таки вырастила. Как смогла. Да, фигура спорная, но все равно достойная уважения. Тут, как говорится, мнение редакции может не совпадать с общественным.

Есть в моем личном Зале славы родительского рок-н-ролла еще одна легенда – это Йоко Оно. Как-то раз мне попалась фотография времен ее молодости: в кои-то веки не в качестве экзотической половинки Джона Леннона. Вместо этого на меня смотрела какая-то незнакомая, самостоятельная Йоко – в шикарной белой шубе, очках-маске в пол-лица и с хитро улыбающимся сыном Шоном под мышкой. И что-то внутри меня, простите за каламбур, не могу удержаться, йокнуло.

Не сказать, что я большой фанат Йоко Оно. Я отношусь к ней довольно нейтрально, хотя личность она, конечно, незаурядная. Однако, перебрав в голове пару десятков известных женщин из мира искусства, которые были бы еще и мамами, я поняла, что Йоко идеально подходит в качестве амбассадора для моей задумки «Не только мама». Ведь вся жизнь этой миниатюрной японки – абсолютный арт-проект.

Мало кто с ходу сможет ответить на вопрос, чем именно знаменита Йоко Оно, кроме своего легендарного замужества. Да, вместе с Ленноном они провели парочку эффектных арт-акций, прогремевших на весь мир (помните их «демонстрацию» за мир во всем мире, которую они устроили в кровати?), но в целом… кто может четко ответить на вопрос: что делает Йоко Оно всю свою жизнь?! А между прочим, считается, что без вклада хрупкой японки, еще в 60-х делавшей провокационные феминистские «шоу одной художницы» (one woman show), не было бы ни одной знаменитой современной артистки вроде тех же Марины Абрамович и Трейси Эмин. И тем не менее некоторые – хотите верьте, хотите нет – вообще не знают, кто такая Йоко Оно. Но как будто ей есть до этого хоть какое-то дело!

Если копнуть сейчас ее биографию, можно начать щелкать языком от удивления – и в свои 87 лет художница не останавливается на достигнутом. Прославилось ли ее искусство так же, как ее имя? Что известно о ней обывателю кроме того, что она вдова легенды и, как гласит популярная теория, вероятная причина распада The Beatles?

Леннон как-то назвал Йоко «самой известной неизвестной художницей», и это говорит само за себя.

Продаются ли ее картины за бешеные миллионы? Тоже нет (я проверяла!). Можно ли назвать ее самым умопомрачительным арт-перформером нашего времени? Совсем нет, да и попробуй посостязаться с Трейси Эмин и Мариной Абрамович и их дерзкими проектами. У обеих, кстати, детей нет – по принципиальным убеждениям. Эмин так и говорит: «Искусство – уже само по себе деторождение». А будь Абрамович матерью, совершенно не факт, что она смогла бы устраивать акции вроде «Ритм 0» [16], предлагая посетителям галереи шесть часов подряд делать со своим телом все что угодно (в том числе бить, резать ножом, а ведь там еще и пистолет с одной пулей был!).

У Йоко Оно меж тем двое детей. И вся жизнь, посвященная искусству – такому, какое важно именно ей. Такому, которое двигает ее по одной известной ей траектории. Ее органичная жизнь в искусстве и бескомпромиссном самовыражении делает ее не невидимой бабушкой, а эксцентричной чудачкой в летах. Которая оставляет после себя не только арт-, но и человеческое наследие: детей Шона Леннона и Киоко Кокс и двух (пока!) внуков. Не знаю, как вам, а мне от этого очень тепло на душе. Даже при том, что я – вовсе не из фан-клуба Йоко. Но она, согласитесь, крайне воодушевляющий пример некомпромисса между двумя призваниями одной женщины.

Кстати, один из последних арт-проектов художницы, инсталляция «Восставая», был посвящен женщинам и их дискриминации. Вот его манифест. Мне кажется, он легко может быть также и манифестом освобождения внутренней артистки внутри каждой из нас.

Прочтите эти строчки несколько раз, как священную мантру, и ощутите их силу.

• Слушай свое сердце

• Доверяй интуиции

• Воплощай

• Нет преградам

• Будь храброй

• Будь яростной

• Мы едины

• Следуй за своим сердцем

• Действуй по наитию

• Воплощай

• Нет смятению

• Мы восстаем

Так вот, к игре, о которой я говорила в самом начале. Я предлагаю вам собрать свой собственный пантеон восхищающих вас творческих мам: пусть там будут певицы, художницы, писательницы, активистки, рок-звезды и даже президенты. Выберите одну, самую-самую, и выпишите те ее качества, которые особенно вас впечатляют. А потом найдите фото этой вашей собственной иконы творческого стиля жизни – чем эксцентричнее, тем лучше.

Теперь самое интересное, но, чур, не смеяться! Нарядитесь в духе этой персоны (даже если это Мадонна эпохи Like A Virgin!) и проведите так какое-то время. Возможно, час, пока никто не видит. А возможно, и целый день – у всех на виду! Если что, всегда можно свалить это на «то идиотское задание из книжки».

Кажется, что мы просто дурачимся, но на самом деле у этого внешне детсадовского задания есть довольно глубокий подтекст: мы подключаем практику эмбодимента, то есть позволяем своим эфемерным мыслям и мечтам воплотиться здесь и сейчас, пропуская их через свое тело. Тут задействованы довольно серьезные механизмы, но мы не будем сейчас снова надевать маску серьезной взрослой женщины, которой нужно непременно докопаться до сути вещей и прочесть инструкцию до последней точки. Просто поверьте мне на слово!

Лично я выбираю нарядиться иконой своей юности – исландской чудачкой Бьорк. Помню, как в 10-м классе, будучи весьма рядовой школьницей в варенках и бордовой водолазке, смотрела ее клипы по MTV и думала: «А что, так можно было?» Потом бежала к зеркалу и накручивала себе такие же рожки-улитки на голове и мечтала о безумных нарядах.

Правда, вряд ли бы мама пустила меня за порог дома даже в самом бледном подобии того, в чем Бьорк блистала на вершине своей карьеры. Зато теперь, когда я сама мама, могу себе позволить все, что хочу: и дикие сочетания цветов, и вообще все что угодно – и пускай мои эксперименты будут скорее в духе «городская сумасшедшая», чем «скандинавский арт-хаус», кому какое дело? Даже если я просто час буду бродить в таком наряде между кухней и гостиной, это уже серьезный шаг в сторону дружбы с моей внутренней артисткой – той, которая зародилась во мне в самом юном возрасте и никуда с тех пор на самом деле не пропадала. Я наматываю пестрые платки на свитер с разноцветными помпонами, натягиваю шапку своего сына, рисую розовые стрелки и говорю ей: «Привет, я тебя помню!»

Не забудьте прислушаться к своим ощущениям: каково это – спустить внутреннюю артистку с поводка?

Есть еще популярное выражение «дать поиграть своему внутреннему ребенку», но знаете, детей вокруг и так достаточно. Пускай играет взрослая женщина!

Телохранитель внутренней артистки

Теперь, когда мы проговорили и даже прописали манифест нашей внутренней артистки, вот вам новый челлендж – не дать ее никому в обиду! К сожалению, угроза часто подстерегает там, где должна царить атмосфера поддержки и полного принятия, – дома.

Как отстоять свои границы и право на творчество перед родными и близкими, которые иногда, желая исключительно добра, перекрывают кислород нашему творческому потоку?

Попробуйте заявить о своих творческих увлечениях друзьям или новым знакомым на вечеринке. Обязательно кто-нибудь скажет что-то в духе:

«А, да? Рисуешь, значит? Ну и как, получается?»

или

«Вяжешь зайцев крючком? Ну, когда уже продавать начнешь? Ха-ха, шутка!»

И робкая внутренняя артистка внутри сжимается, скукоживается и отползает в уголок потемнее. Потому что и правда, если задуматься – а получается ли? И когда уже эти чертовы вязаные зайцы начнут приносить какую-то пользу, не говоря о деньгах? Ведь они должны же, правда? Или зачем я вообще все это делаю? Да и выходят они какими-то кривоватыми…

Спугнуть внутреннюю артистку, если она еще жена и мама, а может быть, и ответственный сотрудник, проще простого.

Одно сомнительное замечание, один каверзный вопрос, один хорошо завуалированный упрек, один намек на то, что путь творческой личности и работа хорошей мамой – две весьма несовместимые вещи, как хочется все бросить. И свернуться калачиком.

Есть такие мужья, которые переживают, что если жена будет уходить в кафе на час сочинять сценарии, то в какой-то момент вся семейная ответственность рухнет на их плечи, а жене дадут «Оскара», пока они будут вытирать зеленые тягучие сопли близнецам. И они подтрунивают: «Чукча не читатель, чукча – писатель!» Вроде бы беззлобно, но…

Есть такие свекрови и даже родные мамы, которые непременно скажут: нечего шляться по керамическим мастерским или литературным курсам, место матери – у блендера с супом-пюре. Всякие «развивашки» – для детей, а не для родителей. Тебе что, заняться нечем?

Замечали такое, слышали что-то похожее? Сочувствую, у вас завелись токсичные друзья и родственники. Для того чтобы справиться с их отравляющим влиянием, психологи советуют следующее: избегать, держать разговор под усиленным контролем и даже полностью прекратить общение. Я же хочу обозначить тот минимум, что вы можете сделать, чтобы не дать свою внутреннюю артистку – тревожную, мнительную, хрупкую, как и полагается настоящему художнику, – им в обиду.

Держите свой Манифест артистки поближе к сердцу. Регулярно перечитывайте. Используйте его как медитацию или молитву. Если потребуется, бубните под нос перед сном.

Помните про границы. Мнение свекрови – это проблема свекрови. Дочь маминой подруги – забота маминой подруги. Твой мир – твои правила.

Подпускайте мнения, советы и замечания о себе на расстояние вытянутой руки и изящным, но уверенным движением руки отводите их в сторону – словно колючие лианы, мешающие двигаться через джунгли. Вы же знаете, что они способны расцарапать лицо до крови, верно? Нет никакого смысла подпускать их ближе, надеясь, что в этот раз будет не так больно.

Помните о главном: ваше творчество никому ничего не должно.

Ваши акварели не должны кормить семью. Ваши рассказы не должны нравиться родителям мужа. Ваши вязаные зайцы не должны побеждать на конкурсах для того, чтобы ваша мама могла похвастаться перед соседками. Ваша внутренняя артистка совершенно свободна. Это у вас, Татьяны, Евгении, Марии, – семья, дом, обязательства. А она – чистый ветер в поле. Может делать, что ей хочется. И вы – на ее стороне. Вместе вас достаточно, чтобы противостоять любой токсичности.

Не забывайте об этом, берегите свою артистку, как преданный телохранитель, и не давайте ее в обиду. Относитесь к ней, если нужно, как младшей сестре. Она сильная, но без вас ей не справиться.

Творческая зарядка

Чем помочь своей внутренней артистке, чтобы с самого утра ее не придавило каменной плитой? Помните, мы говорили, что творческий взгляд на жизнь – это мускул, который нужно подкачивать так же, как косые мышцы живота в погоне за крепким прессом? Активный образ жизни неспроста начинается с утренней зарядки. Творческий подход к ежедневной рутине тоже может начинаться с растяжки, формирующей ощущение на целый день вперед. Перед тем как с головой броситься в омут ежедневных дел и забот с утра пораньше, попробуйте такую практику из школы эмбодимента и осознанности, которую предлагает ввести в свою жизнь в качестве важного ритуала лайфстайл-коуч и мама двоих детей Женя Карпова. Передаю ей слово.

«Мой актуальный рецепт творческого потока звучит так: спи, дыши, пей, ешь, начинай день с выбора быть творцом в своих обычных делах и обязательно делай паузы для сверки – что было красиво? что было ладно? как будет по душе?

Состояние творца, осознанно выбранное утром, притягивает все больше творчества в жизнь – вчера ты приготовила сырники по внезапному рецепту, сегодня танцевала, подметая пол, а завтра, глядите-ка, пишешь сценарий для фильма.

Утренний настрой „Мой внутренний творец“

Выделите себе пять минут времени и свободного уединенного пространства.

Вспомните событие из прошлого, когда вы чувствовали себя творящей. Это может быть как большое, так и очень маленькое дело – возможно, вы организовывали дружескую вечеринку, слепили керамическую кружку или приготовили какой-то особенный завтрак. Не столь важно дело, важно состояние, из которого вы его делали. Вспомните его.

Восстановите в теле этот опыт – как вы чувствовали себя в тот момент? Какие ощущения появляются в теле, когда вы погружаетесь в это воспоминание? Где появляется энергия – в руках, в ногах, в груди, в животе? Какой жест, танец рождается в теле? Какие образы возникают? Какие звуки? Не торопитесь. Погрузитесь в это воспоминание себя творящей всем телом, словно заново играете эту роль.

Насколько ярко вы чувствуете сейчас состояние себя творящей? Можете ли вы его усилить, если вам этого хочется? Как вы можете его усилить?

Что может стать для вас напоминанием об этом состоянии? Возможно, небольшой танец, песня или заставка на телефоне, посмотрев на которую вы сможете вновь вернуться к себе творящей.

Пережив однажды опыт творца, мы можем возвращаться к нему снова и снова, он уже прописан у нас в теле и доступен в любой момент.

Когда вы будете соединены с состоянием творца, посмотрите на предстоящий день, на те дела, вызовы, „надо“, которые ждут вас в этом дне. Что меняется, когда вы смотрите на список дел из творческого состояния? Что вы будете делать иначе? Как состояние преображает ваш день?

Выполняя эту маленькую практику каждое утро, мы можем заметить, как меняется качество нашей жизни, настолько ярче, полнее, счастливее становится она.

А нам только того и надо».

Алтарь вдохновения

От утренней зарядки и до вечернего укладывания столько времени и забот, что внутренняя артистка легко может не только растеряться, но и потеряться в принципе, а креативный режим – смениться на режим выживания. Те, у кого нет детей и прочих внешних раздражителей (а также накопившейся всего за пару дней горы стирки и необходимости за ночь сообразить карнавальный костюм на третьеклассника), возможно, могут вернуть фокус внимания на себя и свои истинные потребности с помощью медитации, пранаямы и бог его знает каких еще классных штук, о которых многим загнанным мамам приходится только мечтать.

У меня есть для вас альтернативный метод, в котором вместо взгляда внутрь мы будем использовать взгляд вовне, а вместо духовного – материальное.

Да, так тоже можно: в крестовом походе артистки против бытовухи все методы хороши!

Я предлагаю вам создать в доме такой уголок, при виде которого ваша приунывшая внутренняя художница сможет поймать сигнал: «Про меня помнят! Я важна!» Это будет эдакий маленький домашний алтарь, который вы можете сделать совершенно особенным, исключительно вашим, выбрав для него только те объекты, которые что-то затрагивают в вашей душе и возвращают искорки вдохновения, напоминая, что вы – не только многофункциональный робот-пылесос, но еще и целая вселенная творческих идей.

Пускай это будет полочка, уголок на тумбочке, любое место, которое вы можете отвоевать у деталек лего и розовых пони.

На обычных алтарях размещают символы веры, так пускай они будут и на вашем – символы веры в себя.

Это может быть все что угодно: значимые предметы из прошлого, коллаж, отзывающаяся вам карта Таро, ваша детская фотография, где вы с упоением читаете стих про снежинку, стоя на табуретке, магические кристаллы или ракушка родом из того лета, когда вы были по-настоящему счастливы.

Выбирайте придирчиво, ведь наша цель – не завалить всю полку милой чепухой, а выбрать те объекты, которые по-настоящему говорят с вашим сердцем. Чем еще НЕ является этот алтарь – так это ярмаркой тщеславия. Избегайте предметов, про которые думаете: «Ага, вот это будет отлично смотреться в центре», но которые не несут эмоциональной или смысловой нагрузки.

Не думайте о том, что скажут гости, когда будут разглядывать вашу мини-инсталляцию. А лучше всего устройте свой алтарь в таком месте, где не шастает кто попало. Это точка душевной подзарядки вашего творческого «я» и мини-храм вашего священного внутреннего мира. Посторонним вход воспрещен.

Как выбрать объекты для алтаря? Во-первых, и это самое важное, нет никакого «правильно»: каждый алтарь уникален, и в этом вся соль. Вы можете подойти к созданию вашего уголка философски: например, взять за основу четыре элемента: огонь, воду, воздух и землю. Скажем, пускай огонь (свеча, что-то символизирующее солнце, скажем, круглое зеркальце) воплощает вашу горячую страсть, искры вдохновения, начало важного проекта.

Воздух – то, чего так не хватает многим мамам! – пускай представляют благовония, образующие красивые струйки дыма, или палочка пало санто, а может быть, томик любимых стихов, ведь что может быть эфемернее поэзии!

Кстати, сюда отлично подходит и ваш творческий манифест: спрячьте его в красивый конверт или сверните в свиток. Вода (прозрачные кристаллы вроде опалов, ракушки, галька, открытка из Венеции, изображение лотоса – словом, не ограничивайте свою фантазию аквариумом!) может символизировать состояние потока, настойчивый ручеек творчества, обходящий любые препятствия.

Ну и конечно же, земля. Тут можно заложить такие смыслы: устойчивость (несмотря на очередное ОРВИ и карантин в саду), рост важного для вас проекта, глубинная связь с корнями, поддержка рода, основательность и твердая почва под ногами – возможно, это именно то, чего вам не хватает прямо сейчас. Здесь может пригодиться горшок с любимым растением и даже банальная прорастающая луковица, а еще засушенные цветы и листья, возможно, кусочек скалы из вашего летнего похода в горы всей семьей или лоскуток мха из леса (к лесу мы, кстати, присмотримся поподробнее уже через пару страниц!). Еще здесь может оказаться фотография любимой бабушки или дома, где вы выросли, – это к вопросу о корнях.

Вообще это парадокс: несмотря на то что творцу внутри нас нужно больше воздуха, огня вдохновения и водной текучести, именно земные элементы могут дать больше всего поддержки, потому что они бросают якоря в какие-то глубинные разломы нашего «я». Тут самое время копнуть в сторону мифологии: вспомнить женские божества, у которых можно было бы попросить сил в самые сложные моменты.

Скажем, Пачамаму – Мать-Землю, ключевое божество народов Латинской Америки. Эта богиня отвечает за создание мира, за плодородие и фертильность, а значит, и за творческую плодовитость, ведь все это суть созидание. Культ Пачамамы до сих пор является одним из важнейших в Андах, а языческую богиню даже официально «разрешил» Ватикан. Когда я путешествовала по Перу, где-то в облачных лесах на подступах к Мачу-Пикчу я вдруг всем своим существом прочувствовала красоту этого верования: единство человека и природы, одухотворенность бархатно-зеленых гор вокруг, у многих из которых и правда словно бы человеческий профиль или изгибы, совсем как у Зеленой Богини из мультика «Моана».

Наш проводник рассказал, что в каждой деревне есть небольшое святилище, посвященное Пачамаме: ей принято подносить отрезы ткани и деньги, украшения и сладости. «Словом, все, что любят женщины», – сказал он. Вот вам, пожалуйста, еще одна идея для домашнего творческого алтаря. А смыслы в лоскутки и монетки можете вложить свои собственные.

Кстати, если Латинская Америка кажется вам слишком далекой, предлагаю вспомнить, что в древности у нас была своя собственная Пачамама – славянская богиня Мокошь, единственное женское божество из пантеона, одобренного князем Владимиром. Про Мокошь до конца не все понятно, и исследователи нередко расходятся в трактовках, но точно известно, что Мокоши [17] (иногда используется написание «Макошь») поклонялись женщины, а ее образ связывают с прядением, ткачеством, ремеслами и женской судьбой.

Другими словами, эта богиня была покровительницей женской креативности! В источниках Мокошь описывалась как длиннорукая женщина с большой головой, прядущая по ночам в избе (знакомо, согласитесь?).

А исследователь [18] языческой культуры древних славян академик Борис Александрович Рыбаков считал, что имя «Макошь» происходит от «ма» («мать») и «кош» («жребий» или «корзина для зерна»), и говорил: «Учитывая глубокую индоевропейскую древность слова „Ма“ („мать“), можно представить себе „Ма-кошь“ как наименование „Матери счастливого жребия“, богини удачи, судьбы». Дорогие артистки, кажется, она точно на нашей стороне!

Смыслы, которыми вы окружите предметы вашего личного алтаря, – дело исключительно ваше.

Возможно, вы сошьете из цветных лоскутков свою собственную Мокошь и в моменты тоски или всепоглощающей усталости сможете обращаться к ней взглядом, ища поддержки. А может быть, вас больше потянет в эзотерику, и вы разложите свои кварцы и четки, добавите Будду или Ганешу – и каждый раз, оказавшись у своего алтаря, будете чувствовать связь с магическим внутри вас.

А кому-то может прийти в голову составить свой алтарь из лунной призмы Сейлор Мун из магазина для фанатов аниме и свечи с ароматом помидорной ботвы – одно будет напоминать о кумире детства, а второе – о счастливых и безмятежных днях у бабушки в деревне. И это тоже очень даже рабочий набор!

Лично у меня алтарем служит голубая винтажная печатная машинка, которой я не пользуюсь, но которую держу на видном месте в гостиной как символ моей страсти и призвания (простите за этот пафос!).

Она же выступает полочкой для других объектов: это старинный медный пенал для ручек, опять же, писательская атрибутика, антикварная статуэтка из Бирмы, хранитель всех путников (все-таки тревел-журналистика – моя первая и самая любимая профессия), и японская неваляшка Дарума, которую я привезла из Киото, – это не только знак моей любви к Японии, но и традиционный символ непоколебимости стремлений того, кому принадлежит куколка, которая никогда не утрачивает равновесия. В этом деле мне точно поддержка не помешает.

Спа для души

Случается, что не помогает ни творческая зарядка, ни алтарь веры в собственные силы, ни языческие божества и вообще никакие креативные упражнения. Когда накатывает беспросветная усталость, раздражение, апатия. Из такого выгоревшего состояния не хочется не только творить, но и просто жить. «Глаза мои не глядят… вот уйду от вас ото всех в лес!» – согласитесь, иногда такая мысль проскакивает, когда оползень из домашней волокиты и беготни по родительскому кругу накрывает с головой, да еще и со спецэффектами в виде ротавируса, собаки, сожравшей что-то мерзкое на улице и мучительно изрыгающей последствия на диван, и просроченной налоговой отчетности. А ведь это, между прочим, отличная мысль – уйти в лес! Кстати, когда я опрашивала около 100 мам для этой книги, на вопрос «Что помогает вам перезагрузиться и зарядиться энергией» большинство девушек ответили именно так: лес, природа, обнять дерево.

То, что прогуляться по Битцевскому парку (или что там у вас имеется поблизости) в погожий денек приятно, – информация, прямо скажем, не новая. Но благодаря японцам, которые удивительным образом умеют наделять изящными слоями смыслов примерно все на свете, стало известно, что время, правильным образом проведенное среди деревьев, – это еще и настоящее лекарство.

Называется это движение синрин-йоку (shinrin-yoku) и переводится примерно как «лесные ванны», хотя, конечно же, все не так просто и означает скорее впитывание в себя атмосферы леса.

Погружение в природу стало модным трендом на Западе не так давно, но в Японии национальную профилактическую программу лесных купаний запустили еще в 1982 году!

Было проведено различное количество исследований – на малых и больших группах, на мужчинах и на женщинах, – и все они однозначно показали, что терапия лесными ваннами снижает уровень стресса, помогает бороться с паническими атаками, бессонницей и даже депрессией, а еще запускает в организме выработку клеток-убийц – не бойтесь, это хорошие киллеры, помогающие уничтожать опухолевые образования и вирусы. Звучит неплохо для потрепанного ежедневными заботами организма любой мамы, согласитесь?

Купаться в лесу для полноценной перезагрузки и подпитки силами природы по японской методике нужно определенным образом.

Во-первых, лучше всего выбрать хвойный лес. Но подойдет и березовая роща и, если уж дело совсем дрянь, липовая аллея в черте города – все лучше, чем диван, это вам любой японец скажет.

Лес – это самое эффективное и дешевое спа, которое по карману каждой.

Во-вторых, важно не планировать никаких марш-бросков: вместо целеустремленного трекинга по просеке лучше бесцельно и расслабленно побродить среди деревьев, обнять те, к которым интуитивно потянет, прислониться спиной к могучему стволу и ощутить опору, разуться и прижать стопы к влажному мху, провести ладонью по кольцам пня, потрогать гладкую кожицу чаги, вспомнить, как детьми в походе ели кислицу, – и даже рискнуть это повторить.

Поворошить прелую листву, разглядеть обитателей коры, найти россыпь опят, услышать кукушку или дятла, промочить ногу в скрытом от глаз болотце, спугнуть пару белок, увидеть выдру в речке, вспомнить, что рассказывал про северную сторону деревьев в детстве папа и как бабушка учила отличать настоящие лисички от ложных.

Лес – это портал в детство, в то время, когда мы умели по-настоящему мечтать, фантазировать, путешествовать по воображаемым мирам.

И купание в природе помогает нам погрузиться в эту аутентичную версию себя, вспоминая о том, кто мы, откуда мы пришли и куда мы хотим попасть (домой к ужину, конечно же, но это чуть позже!).

«Творческий поток – это особый объем свободной энергии, подключенности к более высоким состояниям, полет. В лесотерапии это состояние называется eliminational space. Состояние безвременья. Тебя словно нет, но ты есть в своей самой восхитительной свободной форме. Это то самое детское состояние исследователя, любопытного малыша. Именно это состояние исцеляет наше душу и тело», – говорит Алла Лэнд, лесотерапевт и мама двоих сыновей.

Наша задача – хорошенько замедлиться и вглядеться в природу.

И самое важное правило: никаких гаджетов. Телефон нужно поставить на авиарежим, а лучше выключить (заодно сбережете батарейку, на случай если потребуется GPRS, чтобы найти дорогу домой). И конечно же, купаться в лесу ни в коем случае не стоит идти всей семьей: от долгой и по-настоящему расслабленной прогулки в одиночестве или в тихой компании подруги пользы будет гораздо больше. Кстати, японские ученые уверяют, что одной лесной ванны в месяц очень даже достаточно для терапии – эффект у такого купания накопительный.

Вот что советует профессиональный лесотерапевт тем, кто хочет подойти к своей следующей прогулке в лесу по-новому.

1. Лесотерапия – это практика целительного контакта с моментом, с живым миром и с самой собой. Самое полезное упражнение обманчиво простое – оно называется «Место, где я сижу» или Sitting spot. Природа гармонична и находится в непрерывном творчестве, а значит, по-настоящему находясь с ней в контакте, гармонизируемся и мы. Выберите одно место, где вы будете регулярно сидеть, погружаясь в среду – просто созерцая то, что вокруг вас. Двадцати минут будет достаточно. Каждый раз, возвращаясь в вашу точку, наблюдая в ней за сменой времен года, вы превращаете ее в ваше личное место силы.

2. Замечательная практика-пятиминутка, чтобы «стряхнуть» лишние мысли и переживания, – «Лесная ванна „Чувствительность“». Именно насыщенная чувствами жизнь дарит нам ощущение счастья и смысла. Нам важно трогать, нюхать, ощущать ветер в волосах. Эта простая практика позволит увидеть мир новыми глазами. И вспомнить, что не только ты смотришь на мир, но и мир на тебя. Рекомендуется делать ее перед любой прогулкой, даже всей семьей, и перед тем, как принять важное решение.

Найдите уютное, безопасное место на природе. Закройте глаза. Им тоже нужен отдых. Все внимание отдайте звукам. Что вы слышите далеко от себя? А близко-близко? Напитывайтесь звуками, словно роскошными яствами. А теперь посвятите все свое внимание запахам. Особенно вкусно пахнет земля у нас под ногами. Этот особый запах земли увеличивает количество окситоцина в крови в десятки раз, именно поэтому мы называем нашу планету «Матушка-Земля».

Затем дайте внимание осязанию. Что чувствует сейчас ваша кожа? Так же, с закрытыми глазами, начните медленно вращаться вокруг своей оси. Представьте, что тело – это компас: в каком направлении ему хочется стоять?

Когда телу захочется остановиться – остановитесь.

И медленно откройте глаза. Представьте, что вы юный одуванчик и это ваша первая весна. Каково это – увидеть этот прекрасный мир впервые?

3. В непростые, эмоционально жесткие дни я предлагаю выйти на прогулку-метаморфозу. Бродите по лесу, собирая все, что ассоциируется у вас со сложившейся ситуацией. Что похоже на пустоту? А какой камень напоминает ваше одиночество? Вы обязательно найдете свое, просто отдайтесь процессу. Собранные предметы можно не торопясь изучить, потрогать, рассмотреть вблизи. А когда будете готовы отпустить то, что тяготит, попрощайтесь с собранными артефактами так, как вам кажется самым правильным.

4. Если глаза на мокром месте и вас накрыло тоской, важно побыть у воды. Вода, особенно текущая, даже если это мелкий лесной ручей, гармонизирует нашу гормональную систему. Виктор Вуд, профессор из Университета Британской Колумбии, доказал, что вода буквально смывает с нас позитивные ионы. Признаки, что в нашем теле накопилось чересчур много позитивных ионов: депрессия, бессонница, раздражительность, головная боль, астма и болезни щитовидной железы. Негативные же ионы, которыми полон лесной воздух, водопады, пляжи и ручьи, – это невидимые молекулы, без запаха и вкуса, но, попадая в нашу кровь, они буквально меняют биохимию тела. Именно благодаря негативным ионам мы чувствуем умиротворение и повышение настроения, находясь у воды. Так что побыть у лесной речки по-настоящему живительно для тела и нашей нервной системы!

5. Наше творчество и воображение напрямую связаны с исцелением и проживанием боли, все больше исследований мозга подтверждают эту взаимосвязь.

Зона нашего творчества, как и зона исцеления, находится в одном и том же отделе мозга: именно поэтому мы склонны избегать неприятной реальности и фантазируем – так нам проще жить.

Но вход в эту особую зону «безвременья» часто лежит через чувство скуки. Мы почти перестали скучать, заметили? Всегда под рукой то новости, то переписка с друзьями. Но именно когда мы позволяем себе погрузиться в пустоту и скуку, и приходят те самые озарения и решения непростых задач. Поэтому в лесу я приглашаю вас просто быть. Без целей, без телефона, без фотографий. Это свидание с собой, с магией жизни, с моментом. Просто направьте все ваше внимание на мгновение и идите, куда оно вас позовет. А главное, делайте это регулярно!

Мое творчество, мои правила

Ок, предположим, вы ушли в лес на целых три часа, вернулись лучшей версией себя, наполненной, заряженной и целостной. И даже начали регулярно практиковать «лесные ванны». И все же даже из самого зачарованного леса в какой-то момент придется вернуться, чтобы сварить на всех борща, напечь блинчиков и проверить домашку по математике – такова, как ни крути, наша реальная жизнь. Неужели, скажете вы, мне необходимо каждый раз сбегать в лес, чтобы воссоединиться с собой? Неужели я могу быть творческой личностью только в священном одиночестве? Или все-таки возможно находиться в творческом потоке вместе или рядом с детьми? Я решила, что тут мне нужна помощь квалифицированного специалиста, и призвала к ответу арт-терапевта и маму троих детей Анну Кегелес. Ей слово.

«Для начала мне кажется важным разобраться, что вообще для вас творчество. Как вы его ощущаете? На что оно похоже? Например, для меня это обязательно какой-то внутренний поиск, нерешенная задача, вопрос, путь. Я могу находить это в любом деле, само содержание не имеет значения. Но вдруг в какой-то момент я чувствую, что, как Алиса, теряю почву под ногами, теряю контроль, меня кружит, вертит и я куда-то лечу, не зная куда. Это очень важно для меня – не знать, где я окажусь, быть открытой и отключить контроль. Там, в темной яме, куда я падаю, и в этом страхе живет мое творчество.

А где живет ваше?

Может быть, вы уже все про себя знаете, а может, никогда и не думали про то, что вам нужно, чтобы поймать чувство творческого потока. Нужна ли вам тишина? Музыка? Нравится ли вам заниматься творчеством в одиночестве или в кругу людей? Разговаривая? Напевая? Молча? Как вам нужно расположить ваше тело? Вам нужно сесть? На что? Нужно ли вам что-то мягкое, например кресло с большой широкой спинкой, или вы предпочитаете сидеть на деревянном стуле за столом? Вам проще работать утром, пока тишина и дом спит? Днем, когда вы ощущаете энергию и много движения вокруг вас? Или ночью, когда окружающий мир замер и вы остались одни?

Я все время спрашиваю, как вам будет хорошо, потому что искренне верю, что нужно так все устроить, чтобы и вам, и вашему ребенку было комфортно, чтобы вы могли заранее позаботиться о себе так, чтобы в процессе вас ничего не выдергивало и не отвлекало. Как минимум в наших силах сократить количество этих отвлекающих моментов.

Мой главный совет – узнавать себя, экспериментировать, заботиться о себе и не бояться быть сбитой с ног и летящей в неизвестность.

Как это все возможно рядом с собственным ребенком? Это невозможно, пока вы читаете этот текст, но это как-то получается само, когда веришь в творчество и искусство.

Теперь, когда мы немного разобрались с тем, как выглядит ваш творческий процесс, подключим детей. Вот мой следующий вопрос: как вы себе представляете творчество рядом с ребенком? Представляете ли вы себе это вообще? Был ли у вас такой опыт? Быть может, вы прячетесь от ребенка, чтобы очутиться в потоке? В любом случае попробуйте это визуализировать.

Как могло бы выглядеть ваше творчество рядом с ребенком? Вы сидите и вместе работаете над общим проектом?

Вы сидите по разные стороны стола и молча делаете каждый свое?

Или вы параллельно болтаете обо всем и смеетесь?

Тут очень важно вспомнить, что такое творчество лично для вас. Иначе можно уйти в создание творческого процесса только для ребенка. Думаю, что когда я учу ребенка рисовать стул, похожий на стул, или делать штриховку, то это уже скорее образовательный процесс, а не творческий – и ценности тут будут другие. Хотя нет, я неправа, учить можно тоже очень творчески. Все зависит от деталей.

Для меня лично очень важно искать ответы вместе, чтобы я тоже не знала, где мы окажемся, чтобы мне тоже было немного страшно (страх, конечно, легкий – как волнение и тревога перед неизведанным, а не состояние паники). Мне важно, чтобы мы вместе переживали эту временную потерю равновесия, гравитацию, которая нас куда-то тянет, не вниз, а в неизвестном нам направлении. Это очень классно переживать вместе. Даже когда я просто думаю и пишу об этом, у меня по телу бегают мурашки. Но как это у вас? Как вы себе визуализируете процесс совместного творчества?

Теперь вспомним, о чем мы говорили в предыдущем письме: что нужно именно вам, чтобы войти в состояние творческого потока? Зная, каков ваш путь в это состояние и каков путь у вашего ребенка, вы можете лучше организовать совместный процесс и договориться о правилах. Конечно, многое зависит от детей и их возраста. Если дети не совсем маленькие, то можно находить решения даже в случае полярно разных потребностей.

Например, если вы любите работать в тишине, а ребенку постоянно хочется показывать и обсуждать свой процесс, то можно работать молча в течение оговоренного времени, а потом устраивать перерыв, чтобы показать друг другу, что у вас получается. Для большей наглядности можно даже поставить таймер. Если вы любите работать под музыку, то выберите ее вместе.

Постарайтесь найти такие условия, которые подходят и вам, и ребенку. Возможно, что если часть времени вы выберете делать так, как вы не делаете обычно, когда сами занимаетесь творчеством, то откроете для себя что-то новое. Пробуя разное, можно узнать, как творческий поток меняется в зависимости от условия, и это тоже очень интересное наблюдение за собой. Как меняется ваше творчество, когда вы работаете под быструю или медленную музыку, под разговор, под кино? Как оно меняется, когда вы работаете за столом или сидя на диване? Все это будет как-то отражаться в вашем творчестве. Как?

Когда я в потоке, мне самой очень важно, чтобы меня не дергали ежеминутно со всякими просьбами „дай, принеси“. Мне сложно одновременно быть в роли обслуживающего персонала и оставаться внимательной к себе. Поэтому когда я хочу совместного творчества, то всегда заранее готовлю и раскладываю в доступе на высоте, удобной ребенку, все необходимые (и еще немного с запасом) материалы. Это помогает мне и малышу быть независимыми.

У детей часто не хватает терпения на то, чтобы ждать, когда мама сделает перерыв и принесет то, что нужно. Классно заняться подготовкой вместе. Обсудить, что может понадобиться, вместе это принести и удобно разложить. Не забудьте приготовить влажные салфетки или бумажные полотенца – они точно пригодятся.

Когда вы закончите, можно показать друг другу свои работы и поговорить про них. Это очень важный момент совместного творчества, ведь его результат – это репрезентация всего мира создателя в эту конкретную минуту.

Если вы готовы делиться друг с другом и пускать в свой мир, то это может стать невероятным, очень интересным совместным путешествием. Опять же, очень важно опять спросить себя и ребенка, как вам лучше это организовать. Иногда, упав в эту глубокую яму и долетев в творческом потоке до дна, я так устаю, что мне нужно сначала сделать паузу. Я могу быть не готова сразу разговаривать, интересоваться кем-то другим. А кто-то, может быть, наоборот, не может ждать и не хочет потерять это состояние. Как будет комфортно вам?»

Я уверена, что, разобравшись в том, как устроен именно ваш творческий процесс, чем бы вы ни занимались, вы сможете понять, как организовать классное арт-безумие вместе с детьми.

Да, это не заменит целого дня в студии в блаженном одиночестве, но, возможно, подарит вам радость совместного созидания, отличное настроение для всех участников и пару новых шедевров для стен детской. А возможно, и несколько неожиданных творческих идей для вашего основного проекта – в конце концов, никогда не знаешь, где прячется вдохновение!

Арт-резиденция на коленке

Кстати, о той самой мечте о блаженном одиночестве в студии, что промелькнула несколькими строчками выше. Уверена, что не промахнусь, если скажу, что это греза большинства нашего кооператива артисток с детьми. О своем собственном пространстве, за которое не нужно воевать с остальными членами семьи, о тишине, о работе в потоке, не прерываемом бесконечными криками «Мам, смотри!», об отсутствии необходимости думать, достаточно ли продуктов в холодильнике и что сварганить на ужин, – тут художницы, сценаристки, керамистки, писательницы и создательницы онлайн-курсов едины, это и правда МЕЧТА.

Что делают «обычные» творческие люди, когда у них возникает необходимость сконцентрировать свое внимание на проекте и не отвлекаться на земные дела?

Например, подают заявки на участие в арт-резиденции, получают гранты, а потом отправляются писать новый роман, делать исследование или собирать сложносочиненную инсталляцию в какое-то специальное место – может быть, в Дом творчества «Переделкино», а может, и на ферму в Тоскане, где собрались такие же творцы со всего мира, чтобы целый месяц потягивать монтепульчано с видом на изумрудные холмы и додумывать свои важные замыслы.

Что-то мне подсказывает, что, читая эти строки, вы смахнули увесистую слезу зависти и обиды на мир за такую несправедливость. Потому что если кому и нужны арт-резиденции, так это творческим женщинам с детьми!

Ключевые слова здесь такие: никто тебя не трогает, пока ты делаешь свое дело.

Более того, тебя окутывают поддерживающей средой, чтобы твоя внутренняя артистка расправила плечи и выпрямилась в полный рост, а затем тряхнула волосами и расхохоталась серебряным смехом.

Черт возьми, да это звучит просто как санаторий для души!

Проблема разве что только в том, что арт-резиденции, где рады творцам с детьми, по пальцам можно пересчитать, да и все мы понимаем, что ехать в такое место со своим чемоданчиком, пусть и самым любимым, – это все-таки не то же самое.

Потому что в итоге получится то же самое «Мам, смотри!», но с новым видом из окна. Некоторым мамам все же удается вырваться из дома и забаррикадироваться в резиденции на недельку-другую, пока муж или бабушка с дедушкой приглядывают за чадом. Но это, согласитесь, какая-то невероятная роскошь – лично я не знаю ни одной мамы, которая смогла бы предаться такому творческому эскапизму за пределами своих фантазий.

Впрочем, на то мы и артистки, чтобы виртуозно искать выходы из невозможных лабиринтов, верно?

Если никто не ждет нас в арт-резиденции (или ждут, но она в Мичигане, а мы и все наше семейство – в городе Пушкино Московской области), то мы не станем расстраиваться, а сделаем вот что – устроим свою собственную арт-резиденцию. Прямо дома. Да, «Мам, смотри!» при таких раскладах никуда не девается – и я уже слышу, как вы беззвучно кричите: «Но в чем же тогда смысл?!»

Рассказываю в подробностях.

Идея домашней резиденции пришла в голову американской художнице Ленке Клейтон (Lenka Clayton), которая до рождения детей более 15 лет вела активную творческую жизнь междисциплинарной художницы, в том числе много и с удовольствием участвовала в арт-резиденциях. Став мамой впервые, Ленка поняла, что жизнь не будет прежней: путешествовать стало дорого и накладно, подавать заявки и ждать решения только добавляло нервозности, и в целом ощущение, что тебе теперь рады далеко не везде, оставляло неприятный осадок.

С появлением второго ребенка она поняла, что даже не успевает следить за тем, что происходит в арт-мире, и пропускает все опенколлы для подачи заявлений в резиденции. В какой-то момент Ленка осознала, что таких мам-художниц, как она, огромное количество. И тогда она решила пойти от обратного и использовать само состояние материнства как площадку для арт-резидентства.

Она подошла к делу основательно.

Во-первых, написала арт-манифест, в котором обозначила, что ее проектная работа будет посвящена доказательству того, что, вопреки расхожему мнению, совмещение ролей художника и матери возможно.

Во-вторых, напечатала визитки. С одной стороны стояло ее имя – Ленка Клейтон, а с другой значилось: «И пусть 227 дней расторможенного внимания, вымотанности, работы в студии только во время дневного сна и других отвлечений родительства (а также удивительная поэтика времени, проведенного вместе с маленькими детьми) станут моими рабочими материалами вместо того, чтобы чинить препятствия моей работе».

В-третьих, наклеила на окно своей комнаты стикер так, чтобы он отчетливо читался с улицы: «Резиденция художника в материнстве». Затем заручилась поддержкой подруг, таких же арт-мам, чтобы пройти этот путь вместе. Подалась на грант для своего проекта и получила его. А затем запустила сайт Art Residency In Motherhood [19], чтобы другие мамы тоже могли пойти по ее стопам и устроить арт-резиденцию у себя дома. Да, это не то же самое, что настоящая эскапистская резиденция с видом на море и в блаженном одиночестве. И да, это лучше, чем ничего!

Каждая женщина с творческим проектом на уме, которой катастрофически не хватает времени, решительности и ресурсов, может скачать на сайте полезный план действий, который универсален вне зависимости от того, над чем именно вы собираетесь работать.

С помощью списка вопросов получится проанализировать, в чем именно состоит ваша задача как художника, какие именно препятствия внутри родительства не дают вам двигаться дальше, и проговорить самой с собой, как именно выглядела бы ваша работа и прогресс, если бы у вас была возможность оказаться в настоящей арт-резиденции.

Такой разбор помогает из хаоса «Моя жизнь в полном раздрае!» и фрустрации «У меня ни на что нет времени!» сложить более структурное видение: чего вы хотите, как вы этого хотите и где взять то, что вам для этого нужно. В результате может оказаться, что работу над вашим проектом вполне реально организовать, не выключаясь из материнства на долгие недели и не изолируя себя на ферме в живописной глуши (еще успеете, считайте, что это временный компромисс!). И да, визитки, объявление с часами работы вашей студии, образец арт-манифеста на английском и стикер «Резиденция художника в материнстве» на окно вы тоже можете скачать на этом некоммерческом сайте.

В конце концов, вовсе не обязательно ждать письменного разрешения от каких-то незнакомцев для того, чтобы сфокусироваться на собственном творчестве.

Мне очень нравится эта идея тем, что она как раз идеально иллюстрирует изворотливость, гибкость и креативность материнского мозга, как в том самом примере про мать-крысу в начале книги. Обстоятельства изменились? Ну что поделаешь. Мы в тупике? Как бы не так!

Да, работать урывками во время детского дневного сна – далеко не идеальный расклад, большинство мам делает это на ежедневной основе. Но, согласитесь, твердая установка на то, что это серьезный проект, с манифестом, структурой, планом действий и (это очень важно!) рассчитанный на конкретное количество дней или недель, а не размазанный ровным слоем по всем дням с позавчера и до бесконечности, меняет самоощущение творца и помогает сконцентрироваться на определенной задаче.

Что вам понадобится, чтобы устроить арт-резиденцию у себя дома?

1. Обычно резиденция длится две недели, три недели или один месяц. Выберите подходящий период времени и строго обозначьте ваши даты.

2. В арт-резиденции участники разных творческих профессий, как правило, работают над одним конкретным проектом. Это может быть что угодно: серия коротких рассказов, коллекция семплов, оттачивание новой техники или исследование-подготовка к большому проекту, ведь на поиск и обработку материалов нужно немало времени. Определитесь, над чем именно вы будете работать в эти 2–4 недели. Не старайтесь объять необъятное, пусть ваша задача будет измерима, реальна и выполнима.

3. Проанализируйте свои свободные часы в будние дни и в выходные и забейте в планере те, которые вы железобетонно (насколько это вообще возможно в жизни мамы) можете посвящать проекту. Не проявляйте гибкость в этом вопросе. Помните: время проекта ограничено, и эти часы изменятся, когда срок резиденции выйдет. Если повезет, этот факт поможет успокоить вашего переполошившегося мужа или партнера, решившего, что теперь всегда все будет поставлено с ног на голову (удачи!).

4. Подумайте, нет ли у вас возможности использовать какое-то дружественное пространство вне дома? Вдруг, соседи как раз уезжают в отпуск, и вы могли бы не только кормить их кота, но и работать в пустой квартире пару часов? Или на даче, где вы проводите время всей семьей на каникулах, есть чердак или сарай, который можно было бы превратить в бохо-студию? Если ответ «нет, нет и нет», выбирайте комфортное место дома. Это может быть даже балкон – главное, чтобы вы точно знали, что это ваше рабочее место на ближайшие недели.

5. Напишите манифест вашего проекта. Мы уже писали Манифест артистки, но это была более философская задача. Тут же у нас нечто более практическое, что-то вроде бизнес-плана. В нем должно быть четко обозначено, что вас побуждает заняться тем, что вы запланировали, в чем важность этого дела для вас и для творческого мира и как вы собираетесь продвинуться в выполнении задачи. Будьте структурны, деловиты и убедительны – представьте, что от вашей презентации зависит, дадут ли вам вожделенный грант, то есть «бесплатные деньги» на ваше любимое дело. Согласитесь, это было бы неплохо! Уместите ваш манифест максимум в одну страницу.

6. Приготовьте все необходимое, чтобы вас ничего не отвлекало в те драгоценные часы, которые вы собираетесь работать. Убедитесь, что на виду не окажется груды стирки, на это время не будет назначено визитов к врачу или парикмахеру, и заранее предупредите маму, что если вы не берете трубку с 10 до 13 три недели подряд – это не потому, что вы вступили в мафиозный картель, и уж точно не потому, что вы неблагодарная дочь. Если на вас обеды и ужины, договоритесь с собой, что на время резиденции вы прикручиваете ручку «идеальная мать» до минимума: пускай в ход идут полуфабрикаты, блюда из проверенной кулинарии около дома и доставка любимой еды. Возможно, ваши дети в том возрасте, когда вполне могут приготовить что-то простое самостоятельно (а если они еще не пробовали, возможно, это классный момент научиться варить пельмени или жарить яичницу – да-да, на ужин!). Как бы то ни было, то, что кажется вам чудовищным компромиссом, может запомниться вашей семье как ужасно веселое время, когда все было не по правилам. Вот увидите!

7. Заранее обустройте рабочее место. Согласитесь, было бы обидно потратить половину времени, отведенного на работу в домашней резиденции, на поиск нужных оттенков акрила в художественных магазинах, ожидание доставки или перестановку мебели в спальне, чтобы уместить в углу письменный стол или мольберт. Сделайте это до того, как стартует ваш арт-ретрит.

8. Не стесняйтесь сообщить всему миру о том, что вы задумали! Чем большему количеству людей вы успеете похвастаться, что отправляетесь в арт-резиденцию (пусть и в собственной спальне или в пустующем гараже свекра), тем меньше у вас будет шансов соскочить. А еще лучше, договоритесь с парой творческих подруг уйти в резиденцию одновременно, каждая у себя дома, и проверяйте друг друга, давая нужную поддержку и посылая сигнал «Я прекрасно помню, во что ты вписалась, и слежу за тобой». Не говоря о том, что вместе веселее!

Кстати, арт-резиденция вовсе не обязана крутиться вокруг слова «работа». Вы можете посвятить это время удовольствию, напитыванию идеями, вдохновению. Четко соблюдайте все те же часы в вашей «студии», но вместо того, чтобы активно создавать что-то, на четко обозначенный период времени погрузитесь в процесс зачатия и вынашивания идеи. Даже если в итоге вы потратите все время на саморазвитие, это точно окажется невероятно полезным опытом – кто знает, куда вас в итоге выведет эта тропинка!

Попробуйте такой план действий.

Каждый день: читать что-то по вашей теме. Исследования, интервью с художниками и писателями, кусочки биографии великих творцов из вашего поля деятельности, художественную литературу и литературу практическую. Уделите все дневные часы вашей резиденции глубокому погружению в чтение, без проверки соцсетей и перерывов на готовку.

Каждую неделю: проводить полевое исследование по вашей теме. Рассматривать альбомы по модернизму в библиотеке, сходить на новую фотовыставку или даже в кино, если идет что-то, что можно считать источником вдохновения для вашей работы. Наполнять тот самый колодец, о котором мы говорили во второй главе.

Каждые две недели: посвящать время рисерчу, что происходит по вашей теме в мире. Какие выставки устраивают на других континентах, с кем печатают интервью авторитетные арт-журналы, какие гранты предлагают крупные университеты и фонды, какие арт-резиденции открывают набор творцов и что для этого нужно. В качестве тренировки можете даже попробовать отправить заявку куда-нибудь в Исландию и от души помечтать: а что было бы, если бы вам и правда удалось поехать? Помните, во второй главе мы говорили о том, как полезны осознанные сны наяву? Считайте это важной задачей вашего резидентства.

Кто знает, возможно, через несколько лет вы будете рассылать приглашения на персональную выставку «Куда приводят мечты»!

И напоследок.

Если вы не только не можете, но и не хотите пока что вынимать себя из материнства даже на несколько часов в день, попробуйте превратить свой опыт в основу для творчества.

В 1953 году психолог Моррис Штейн (Morris Stein) определил креативность как изобретение чего-то необычного и полезного.

Современные нам исследователи творческих процессов переосмыслили это определение.

Нейропсихолог Рекс Юнг, изучающий мозг и креативность, считает, что для того, чтобы идею можно было назвать креативной, она должна удивлять.

Сложно спорить с тем, что весь опыт материнства – это одно большое удивление, а значит, в руках мамы-артистки с помощью арт-медиумов трансформировать то, через что она проходит, в некую форму креативного самовыражения.

Например, та же Ленка Клейтон, с которой началась эта подглава, в результате своего резидентства создала серию работ, отражающих ее материнство: например, фотополотно «63 предмета изо рта моего ребенка» (мамочки, чего там только нет!), которое теперь находится в постоянной экспозиции Crystal Bridges Museum of American Art наряду с работами Энди Уорхола и Джексона Поллока. Вот такой вот внезапный пропуск в очень мужской мир современного искусства.

Золотой конверт «на творчество»

Деньги неоднократно мелькали в нашем разговоре про творчество в самом разном контексте. Несколько страниц назад мы говорили о грантах, на которые можно попробовать податься, чтобы «купить» право посвятить себя творческому проекту. Еще раньше упоминали расходы на креативное самовыражение в качестве одной из преград на пути к арт-жизни. Ну, знаете, как это обычно звучит: «У меня нет на это ни времени, ни денег!» Сколько раз я слышала это от знакомых мам… Словом, пришел момент поговорить о самом неудобном: финансах и искусстве.

Есть два популярных сценария, которые приключаются с теми, кто пытается увязать творчество и деньги.

В первом финансы в принципе отрицаются как нечто недостойное божественной сути искусства. Художник должен быть голодным! Оставьте себе ваши грязные деньги! Ну и дальше по списку, все эти установки знакомы нам с детства.

Во втором же сценарии искусство становится заложником финансовых целей творца, словно полупрозрачного единорога впрягают в тяжеленную телегу с бревнами и говорят: вези! Стоит ли говорить, что оба сценария обречены на провал?

Это очень важный момент для каждой мамы, которая так или иначе вовлечена в художественный проект. Чтобы не сойти с ума, следует бескомпромиссно разграничить работу и творчество.

Если вы сразу планируете заработать миллионы на том, что делаете, это уже не творчество, это бизнес-проект.

Разделите в голове то, что приносит вам деньги (даже если это тоже вполне себе креативное занятие), и то, что является для вас чистым самовыражением. Например, лить свечи из кокосового воска с модными деревянными экофитилями вполне может стать идеей для маленького уютного бизнеса, но необязательно. Возможно, для вас это отдушина, медитация, те драгоценные два часа в неделю, когда вас никто не трогает, что-то, что вы делаете с распахнутым сердцем, с выдумкой, с искрой.

Но не стоит сразу навешивать на такое занятие ответственность вырасти в серьезное дело с сотней заказов в месяц, потому что, как только вы придавите свой креативный процесс кирпичиком серьезных ожиданий, о легкости созидания точно можно будет забыть. А значит, и об удовольствии от него.

Впрочем, помещать твое творчество в какую-то обидную категорию «мамочкино хобби» тоже не стоит. Пускай эти условные свечи (или что там у нас?) носят достойное имя Проект. А что нужно любому проекту? Финансирование! Так что давайте разбираться с тем, как дать вашему творческому проекту необходимый фундамент.

Вот что говорит по этому поводу консультант по личным финансам Анастасия Веселко, автор проекта «Девушка с деньгами» и мама дочки Леры.

«В вашем личном бюджете вполне себе может быть категория „на хобби“ или, как в нашем случае, „на творчество“. А если для вас это жизненно необходимо, то создать такую полноценную статью расходов – особенно важно.

Как правило, мы всегда пытаемся ужаться, тратить только на самое необходимое, некоторым просто физически сложно потратить лишнее не по делу.

Но есть некоторые девушки, которые заводят, как они это называют, конверт на роскошь: туда откладывают на новое платье, укладку, дорогую помаду, спа и всякое такое вроде бы бессмысленное, но классное, а на самом деле – еще и важное. Потому что это про удовольствие от жизни.

Так вот, почему бы творческой девушке не завести такой конверт на роскошь… творчества?

Смысл в том, чтобы перестать выгадывать, когда, где и что ты можешь себе позволить, а вместо этого легально выделить на свое увлечение деньги и время. Это залог вашего ресурсного состояния, так что не пытайтесь на этом сэкономить».

Задайте себе вопрос, а потом напишите ответ в виде списка: на что вашему проекту нужно финансирование? Пленка для ретрокамеры, масляные краски, мулине, черемуховая мука для экспериментов на кухне – это все измеряется деньгами.

Оплата участия в выставках (если вы мейкер или, скажем, иллюстратор), конкурсные заявки на фестивали, мастер-классы, вебинары и полноценное обучение – это тоже статьи бюджета.

А знаете, что еще важно и про что, как правило, забывают? Время. Те моменты спокойствия, что нужны вам для придумывания, планирования, набрасывания идей. Для мам это самое драгоценное, потому что иногда краски купить гораздо проще и дешевле, чем выделить пару часов свободы от рутины.

Время мы тоже вносим в бюджет. Причем как буквально (скажем, оплата работы приходящей няни или детского клуба), так и концептуально.

Иногда самое сложное – это морально позволить себе вот это самое свое время.

Сказать себе: «Да, вот этот час, который я разрешаю себе потратить на условных вязаных зайцев, вот деньги, которые я на это выделяю».

Так что в вопросе бюджета особенно важно не только выделить деньги на свое искусство (даже если вы по-прежнему боитесь его называть таким громким словом), но и позволить себе их потратить.

От души и с радостью разрешить себе новый толстый блокнот, классную ручку, которой будете в нем писать, разрешить себе заплатить няне и выпить большую чашку какао в кафе, где вы посвятите час тому, чтобы спланировать свой собственный арт-прорыв. Или выписать 100 причин, почему вы не решаетесь это сделать. Но на два пункта в этом списке уже точно будет меньше – ведь время и деньги вы уже нашли!

Да, это средства, которые можно было бы пустить на что-то более «серьезное», но, отложив немного в конверт на творчество и легально потратив эти деньги по их прямому назначению, взамен вы получите что-то гораздо большее и совершенно нематериальное – вдохновение, творческий заряд, счастье. То, что на самом деле бесценно.

Найти своих и (не) успокоиться

Все, что было перечислено на предыдущих страницах, гораздо проще и задорнее проживается, пробуется и свершается, если компанию бесстрашной артистке составляют родственные души. Идти путем художницы не в одиночку особенно важно, если у этой самой художницы есть дети.

Когда ты сама себе человек-оркестр (и родительница, и очага хранительница, и искусств покровительница), бросить все на середине, устав, выгорев и запутавшись, что и зачем ты делаешь, – проще простого. Чтобы с большей вероятностью избежать этого, очень помогает вступить в творческий тандем с подругой, близкой по духу и жизненной ситуации – пусть она тоже непременно будет при детях и с творческими идеями, так проще оставаться на одной волне и не раздражаться лишний раз от неравенства ваших вводных.

Договоритесь о регулярных встречах – например, по понедельникам или раз в месяц, за кофе или в зуме, – и подойдите к ним как к рабочим летучкам. Ведь, напомню, еще в самом начале мы договорились относиться к нашему творчеству не как к «мамочкиному хобби», а как к рабочему проекту.

Так что концепция планерок сюда вписывается на ура. Обсуждайте список творческо-рабочих задач каждой из вас по очереди, делитесь планами, преградами на пути и маленькими прорывами, записывайте идеи, посетившие светлую голову вашей напарницы, и отслеживайте прогресс друг друга.

Не скатывайтесь в щебетание обо всем на свете – ему предадитесь в другой раз. Эти встречи – для дела!

Этот метод я подсмотрела у своей подруги, которая регулярно созванивается со своей напарницей для телемоста Барселона – Берлин. Их творческие проекты, личные обстоятельства, места обитания и даже количество детей отличаются, но это не мешает им строго раз в неделю приходить друг другу на творческую взаимовыручку. Вдохновившись их примером, я стала практиковать то же самое со своей подругой, писательницей и мамой двух дочек, и мы обе поразились тому, какой силой, решимостью сворачивать горы и воодушевлением нас наполняют эти получасовые понедельничные сессии!

Подумайте, кто мог бы стать вашей творческой половиной? Кто с вами на одной волне и сможет поддержать в сложную минуту сверхусталости, отчаяния, самобичевания и прочих «кому все это нужно»?

Общение с близкими по духу арт-мамами необязательно должно ограничиваться деловыми летучками, как описано выше. Пускай будут и другие встречи! Для поддержки внутренней артистки может подойти кое-что особенное: эдакий микс тайного общества и шабаша ведьм. Помните фильм «Иствикские ведьмы»? Все три героини там были творческими женщинами и мамами: музыкант, скульптор и журналистка. Мне кажется, всем нам не хватает таких женских сборищ, даже без участия гастролирующего беса, пусть и дьявольски обаятельного.

Делитесь свежими идеями, говорите о наболевшем, обнимайтесь и не забудьте про пирожные! Какой, спрашивается, шабаш без фисташковых эклеров?

При чем тут ведьмы, спросят некоторые? Как ни крути, а женщина в пылу созидания – когда глаза горят, руки делают (сразу множество дел одновременно), искры летят, а стопы едва касаются земли, с такой силой творческий поток несет ее вперед – это немного шаманка. Все у нее спорится, все складывается, кони замирают на лету как вкопанные. Этот вихрь не остановить! Так почему бы не попробовать приучить себя входить в это состояние с помощью почти магических ритуалов? На самом деле никакого колдовства, скорее легкая, но убедительная дрессировка мозга, описанная на разные лады во всяческих техниках от визуализаций до манифестаций.

Все, что вам понадобится, – это компания нескольких творческих подруг. Придумайте себе свои собственные ритуалы поддержки и вдохновения. Как вариант, уложив детей, пишите списки желаний в новолуние и отпускайте их самолетиками с балкона. Или устраивайте для обмена эмоциями и переживаниями регулярные «женские круги» – их еще называют goddess circle, но мы тут все-таки не богини, а артистки, так что можно придумать этому и менее эзотерическое название.

Например, актриса Дженнифер Энистон уже 30 лет практикует такие «кружки» с самыми близкими подругами и уверяет, что обязана этой практике всеми своими достижениями в жизни (ого!). Собирайтесь компанией на импровизированные арт-воркшопы, чтобы делать коллажи, программируя свое будущее, – это тоже форма осознанного мечтательства, как во второй главе, только уже в групповом формате.

Правила простые: как и для детских коллажей, вам понадобятся ворох самых разных журналов, ватман, ножницы и клей.

А дальше можно попросить свое подсознание сложить, скажем, идеальную картинку вашей творческой карьеры – и выбирать в журналах картинки, которые вам откликаются, чтобы затем, подчиняясь некой неведомой силе, разложить их на картоне в мозаику. Вначале может показаться, что это просто пестрый набор ярких фото, но попробуйте рассказать подругам, что для вас символизирует каждое из них, и вы удивитесь, насколько глубже окажется ваша трактовка, чем вы ожидали. Возможно, вы и сами удивитесь тому, какие смыслы вы вдруг озвучите. Но это только к лучшему!

Еще один вариант: попробуйте метафорические карты или Таро. Нет, это тоже не совсем про эзотерику, а про креативный подход к решению проблем без намека на магию.

Наш мозг устроен таким образом, что иногда ему гораздо проще не пускаться в сумо-схватку с важной задачей, а посмотреть на нее через призму символизма – так мы подмечаем детали, которых не замечали ранее, и внезапно находим нестандартное решение проблемы, которое раньше не приходило нам в голову.

Именно поэтому колода карт Таро – это отличный инструмент: вам не нужна профессиональная гадалка, чтобы запустить процесс ассоциативного мышления, эффективность которого признают даже самые суровые скептики. Расклад можно устроить ровно так, как мы делали в школе, помните? «Посиди на картах, теперь подуй, а теперь тяни три штуки. Да не так! Левой рукой!» Совершенно не важно, что вы делаете и насколько это «по науке».

Главное, какие ассоциации у вас рождаются при взгляде на вытянутую карту.

Что бы вы ни выбрали для ваших творческих слетов кооператива артисток с детьми, наслаждайтесь общением друг с другом, подпитывайтесь энергией, идеями и позитивом, которых у нас, творческих мам, всегда про запас, какими бы ни были обстоятельства.

Такая уж наша главная суперсила – после умения из космической пыли и поцелуев создавать новых людей!

Финальный штрих

Когда я начинала писать эту книгу, мне казалось, что она будет очень короткой. Такой, знаете, карманный формат, безделица – на один зубок. Что-то, что можно пролистать в метро, подарить подруге на день рождения, ухмыльнуться какой-то шутке в момент, когда тоскливо. Я вообще, если честно, хотела сделать каждую главку в виде короткой записки, чтобы прочесть ее могла за один присест даже увешанная погодками мама, обычно не успевающая дочитать до конца даже состав на упаковке сосисок. Ну что я могу сказать – эта идея с треском провалилась!

Во-первых, буквально каждая тема, которую я начинала, оказалась порталом в личную боль большинства окружающих меня женщин, или провалом в историческую несправедливость, или таким комплексным вопросом, над которым можно ломать голову годами. А еще стало особенно ясно, что и так непростую жизнь женщины с детьми и творческими амбициями утяжеляет примерно миллион вводных, ведь все мамы и вообще все женщины такие разные, что уместить все сценарии в одну книгу – та еще задача: а как же соло-мамы? А мамы в депрессии? А мамы с особенностями психики? А мамы в однополых браках? А мамы в эмиграции?

Во-вторых, проверка каждого второго факта приводила к лавине статистических исследований, научных открытий и даже результатам опытов на крысах. Мамма мия, а мне-то казалось, что мы просто поговорим о врожденной тяге женщин к прекрасному! Как бы не так. В какой-то момент мне стало казаться, что придется писать «Не только мама – 2» – так много собралось интересной и важной информации.

Я очень надеюсь, что каждая мама, прочитавшая эту книгу, нашла в ней что-то важное и особенное для себя.

Кому-то, я уверена, важно было получить подтверждение того, что она не одна в своих эмоциях и переживаниях. Кто-то нашел полезный совет или свежую идею. Кому-то просто нужен был заряд вдохновения посреди рутинных будней, и мне хочется думать, что этого в книге как раз с избытком. Я знаю, что на этих страницах я собрала очень разную, иногда совершенно полярную информацию: Эйнштейн и Марина Абрамович, карты Таро и нейропсихология, «Иствикские ведьмы» и Rolling Stones… тот еще винегрет. Впрочем, сама будучи женщиной и мамой, я знаю наверняка, что именно так и устроен наш мозг, в котором удивительным образом сплетены самые разные интересы, верования, знания и убеждения. Моя цель – говорить с читательницами на этом нашем общем языке, эдаком женском эсперанто, в котором логика мирно уживается с квантовой физикой и эзотерикой. Точно таким же причудливым образом, как в нас уживается желание быть самой лучшей, бесконечно любящей мамой и при этом свободной от каких-либо оков творческой личностью.

Так что напоследок я хочу выделить жирным шрифтом, а еще лучше – вывести во всю стену неоновым шнуром главную мысль этой книги.

Тебе не обязательно выбирать между материнством и творчеством.

Родительство – не всегда жертвоприношение. Искусство – не всегда эгоизм. Вы можете больше, чем просто разрываться между этими двумя ярлыками. Каждая из нас – творец и мама. Одновременно, органично и навсегда.

Добавлю к своему заявлению цитату автора книги «Как быть матерью: эмоциональный опыт материнства в эпоху постфрейдизма и феминизма», врача и психолога Элейн Хэффнер: «Женщины не должны приносить в жертву свою индивидуальность, если они матери. Они не должны приносить в жертву материнство, чтобы быть личностями. Эмансипация подразумевала расширение возможностей для женщин, а не их ограничение».

Я надеюсь, что вы найдете и будете продолжать находить в себе силы и запал жить насыщенной, творческой, приносящей вам глубокое удовлетворение жизнью. Жизнью, в которой есть место не только внимательному взгляду вовне – на детей и семью, но и вглубь, в самый центр вашего удивительного, уникального «я».

В конце концов, вы делаете это не только для себя: получающая удовольствие от каждого дня, с любовью смотрящая вокруг взглядом творца, открыто проявляющая в этом мире себя и свою творческую сущность мама – главный пример того, как стоит жить эту жизнь, для ее детей. Будьте счастливой и для самой себя, и ради тех, кого вы любите больше всего на свете. И научите их тому же.

Салют, артистки!

Список источников

1. Vandenberg-Daves, Jodi. Modern Motherhood: An American History and professor and chair of Womens, Gender and Sexuality Studies at the University of Wisconsin-La Crosse.

2. Shaevitz, Marjorie Hansen. The Superwoman Syndrome.

3. Моран, К. Быть женщиной/ Откровения отъявленной феминистки / Кейтлин Моран; перевод с английского О. Ганич. – Москва: Альпина нон-фикшн, 2014. – 298 с.

4. Pohlman, Livia. Creativity, Gender and The Family: A Study of Creative Writers.

5. Гилберт, Э. Есть, молиться, любить: перевод с английского / Элизабет Гилберт. – Москва: Рипол Классик, 2020. – 576 с.

6. Progoff, Ira. At a Journal Workshop: Writing to Access the Power of the Unconscious and Evoke Creative Ability.

7. Кэмерон, Д. Путь художника / Джулия Кэмерон; перевод с английского Д. Симораха. – Москва: Live Book, 2017. – 384 с.

8. Адамс, К. Дневник как путь к себе / Кейтлин Адамс; перевод с английского О. Андриановой. – Москва: Манн, Иванов и Фербер, 2018. – 256 с.

9. Dorsch, Fabian. Focused Daydreaming and Mind-Wandering.

10. Dr. Gabriele Oettingen, a professor of psychology at NYU.

11. Пиллэй, Ш. Варгань, кропай, марай и пробуй. Открой силу расслабленного мозга / Шрини Пиллэй; перевод с английского Е. Петровой. – Москва: Манн, Иванов и Фарбер, 2018. – 240 с.

12. Сара С. Медник – исследователь сна в Калифорнийском университете в Ирвине.

13. Carey, Benedict. Families’ Every Fuss, Archived and Analyzed.

14. Colleen Flaherty. Dancing Backwards in High Heels.

15. Alison Andrew, Sarah Cattan, Monica Costa Dias, Christine Farquharson, Lucy Kraftman, Sonya Krutikova, Angus Phimister, and Almudena Sevilla. Parents, especially mothers, paying heavy price for lockdown. Alexandra Topping. Working mothers interrupted more often than fathers in lockdown – study.

16. Эксперимент «Ритм 0»: текст электронный. – URL: https://medium.com/@archivett/%D1%8D%D0%BA%D1%81%D0%BF%D0%B5%D1%80%D0%B8%D0%BC%D0%B5%D0%BD%D1%82-%D1%80%D0%B8%D1%82%D0%BC-0-f347d194a561.

17. Иванов, В. В. К реконструкции Мокоши как женского персонажа в славянской версии основного мифа / В. В. Иванов, Н. В. Топоров // Балто-славянские исследования. – 1983.: текст электронный. – URL: https://www.livemaster.ru/topic/3124609-mokosh-ili-makosh?&inside=0&wf=.

18. Рыбаков, Б. А. Макошь / Б. А. Рыбаков // Мидгард. – 2021. – 07.05.: текст электронный. – URL: https://vk.com/@midgard_tver-makosh.

19. Сайт. URL: www.artistresidencyinmotherhood.com.

* * *

Примечания

1

Аня заболела ковидом незадолго до родов и попала в реанимацию, итогом чего стало экстренное кесарево и разлука с новорожденной дочкой в первую неделю после родов. – Прим. авт.

2

Арт-объекты в смешанной технике. – Прим. авт.

3

Михаил Местецкий, режиссер «Тряпичного союза» и «Легенды-17». – Прим. ред.

4

Взрослые дети алкоголиков.

Content

Маша Мозолевская
Не только мама. Практическое руководство по поиску себя для каждой девушки с детьми

Интро

1 Я не договорила!

Усталость, зависть и безглютеновые маффины

Обидно, черт подери!

Ниже плинтуса: критика и самоедство

«Художница» – это точно не про меня

2 Возвращение к себе

Так ли виноват «мамский мозг»?

Синдром клуши

Понять и принять: осознаем свою новую реальность

10 писательских практик для тех, кому решительно некогда писать

Лицом к лицу

Свидание с собой

Мечтать – не вредно!

Творческий тайм-менеджмент

Бережно к себе

3 Ты не одна!

Письмо 1: от мамы-керамистки

Письмо 2: от мамы-главреда

Письмо 3: от мамы-художницы

Письмо 4: от мамы-иллюстратора

Письмо 5: от мамы-режиссера

Письмо 6: от мамы – сценаристки и фотографа

Письмо 7: от мамы – арт-куратора

Письмо 8: от мамы-журналиста

Письмо 9: от мамы-фотографа

Письмо 10: от мамы – креативного продюсера

Письмо 11: от мамы-скульптора

Письмо 12: от мамы – телеведущей и подкастера

4 Полное раскрытие

Быть выше тарелок

Право на творчество

Икона стиля

Телохранитель внутренней артистки

Творческая зарядка

Алтарь вдохновения

Спа для души

Мое творчество, мои правила

Арт-резиденция на коленке

Золотой конверт «на творчество»

Найти своих и (не) успокоиться

Финальный штрих

Список источников

Примечания