Олег Яцула

Дракон загробного мира

8

Неравная война

Глава 1

Стихия изменяла меня. Там, где секунду назад была кожа, теперь текла сила стихии, там, где были волосы, медленно рассекали воздух жгуты невероятно мощной энергии. Всё моё тело уступало место чему-то другому, чуждому этому миру и обычной человеческой природе.

— Уберите…руки, — ощущая себя на пределе собственных возможностей, я тем не менее чётко понимал ту опасность, которую несу для всех разумных вокруг себя.

Суккубы правильно поняли меня, я не просил их, а приказывал. Они быстро отпрянули в стороны, и правильно сделали. Стоило их рукам перестать касаться моего тела, как процесс преобразования резко начал ускоряться, а я почувствовал некоторое облегчение. Все клетки моего организма уступали чему-то новому и им больше не требовалось преодолевать сопротивление симбионтов. Совсем скоро, я перестану существовать в том виде, который был у меня раньше.

«Нам стоит поговорить, покровитель-дракон, ступай за мной, — раздался голос из разрыва грани, что образовался подо мной в процессе моего усиления. — Не волнуйся за тело, оставь его и перестань сопротивляться тому чего сам хотел, стихия не навредит тебе. Отныне, ты сам часть стихии».

Удивительным образом, голос говорившего помог мне. Сам не замечая того, я сопротивлялся, отчего энергия буйным потоком встречалась с моим неприятием, сталкивалась с ним и ненароком вредила мне. И я полностью сам виноват в этом, ведь я позволил двум девицам позади меня передать мне нешуточное волнение, породившее внутри меня протест к тому, чего я сам хотел. Вот она, обратная сторона симбиотической связи. Стоило мне осознать это и перестать чинить препятствия собственному усилению, как внутреннее напряжение полностью исчезло. Тело перестало подавать мне болевые сигналы, а сам я ощутил невероятную лёгкость внутри. Сила стихии текла во мне и вокруг меня полноводной рекой, и я становился частью этой реки. Я становился частью чего-то большего.

Значит, мне нужно оставить тело и пройти сознанием за грань? Теперь, когда большая часть моего тела состоит из чистой энергии, эти слова не кажутся мне полной глупостью. Даже сейчас, в момент пока тело ещё не полностью преобразилось, я чувствую истоки силы стихии и могу скользнуть к ним, чтобы оказаться за гранью. И что важнее, у меня нет сомнений в том, стоит ли делать это. Однозначно стоит. Голос что говорил со мной, я помню его. Он находит отклик внутри большинства осколков меня прошлого. Нас что-то связывает, и я хочу поговорить с тем существом, что знает меня прошлого.

«Я рад что ты помнишь нас, пусть и столь смутно, — раздался ответ на мои мысли, пришедший из-за грани. — Прошло много времени и ты далеко не тот кем был раньше, но мы чтим наш союз, наши договорённости. Мы даём тебе силу и просим разговора».

Прикрыв ещё не преобразовавшиеся в энергию молнии глаза, я сконцентрировался на силе, что текла внутри и вокруг меня. Постепенно перетекая из материального состояния в энергетическое, отделить собственное сознание от остального тела оказалось довольно просто. Малой частью себя, я отделился от остальной массы тела и скользнул в разрыв измерения, прямиком по тому потоку энергии, что вливался в моё тело из-за пелены.

В форме энергетического сгустка, я не видел, не слышал и не осязал, зато вместо этого, я в сотню раз увеличил силу энергетического восприятия мира. Так, проникнув за пелену, я не ощутил откликов междумирья вокруг. Вместо этого, я сразу оказался в другом измерении. Именно отсюда энергия молнии стекалась ко мне, здесь её было так много, что мне и всей жизни не хватило бы чтобы её потратить. Благодаря своему сродству с энергией и её достаточно большому объему в моём теле, я открыл этот разрыв реальности. Не кто-то другой, а именно я, совершенно неосознанно. А затем, уже отсюда, в прореху стала стекаться местная энергия, стремясь наполнить меня сверх того что я уже имею, потому как я своего рода вместилище силы молнии. Вот так и проходили раньше переходы мастеров с седьмой ступени на восьмую. Сначала ты копишь в себе силу и родство со стихией, затем заменяешь обычное сердце сердцем стихии и происходит прорыв реальности. Дальше тебя настолько сильно переполняет энергией твоей стихии, что ты либо прорываешься на восьмую ступень за счёт чистой силы и становишься похож на тех кто живёт в этом измерении, либо умираешь.

«Добро пожаловать, дракон-покровитель. Давно ты не заглядывал на наш план», — возник напротив меня такой же сгусток энергии как и я сам, но только в десятки раз больше.

Несколько долгих мгновений я пытался «ощупать» своего оппонента, но из-за неопытности, у меня не получалось понять кто или что передо мной висит. Я словно слепой котёнок, тыкался и пытался понять, как мне нужно двигаться и что делать, но у меня не получалось.

— Трёхмерным созданиям почти никогда не удаётся в полной мере осознать энергетический спектр мироздания, — раздался голос прямо передо мной.

Ещё буквально долю мгновения назад я висел своим сознанием в пространстве, как что-то неожиданно изменилось и картинка мира резко смазалась, изменяясь и приходя к тем формам, что были для меняя более привычны. Я стоял посреди тёмных грозовых туч, полностью застилающих обзор куда ни кинь взгляд. Под ногами пустота, дальше пары метров ничего не видно. Молнии бьют здесь не переставая. Они бьют вверх, вниз, влево, вправо, и их так много, что попытайся я посчитать, то сбился бы в первую же секунду, потому как разом их появляется не меньше сотни, а то и гораздо больше! И всё же, ни одна из них даже не думала ударить в меня или того кто стоял напротив.

— Это не молнии, а потоки стихии, — произнесло стоящее передо мной существо, заметив как я задираю голову, пытаясь уловить момент появления молний. — Ты видишь их в той форме, в которой привык видеть проявление силы стихии в твоём мире.

Окинув взглядом создание, я нашёл его стоящим передо мной в виде старика в костюме. Седой, с острыми скулами и прямым носом, он являл собой вид довольно обычного человека по меркам Земли, разве что его не естественно прямая осанка выделялась на общем фоне. Только вот я не был дураком и понимал, это никакой не старик, просто он принял подобную форму, для удобства нашего разговора.

— Зачем вы изменили меня обратно? — задал я вопрос, осматривая свои руки и ноги. — И почему я в своём теле.

— Это не твоё тело, ровно как и изменять тебя я не вправе, — произнёс в ответ старик. — Я лишь временно ограничил тебе ощущения от энергетического спектра. Они сильно давят на твоё сознание, выдавливая собой привычные формы восприятия. Ты не привык к подобному, или вернее сказать отвык, из-за чего мы не можем конструктивно разговаривать. Со временем пройдёт, сможешь видеть мир как захочешь.

— Если это не моё тело, значит… — попытался я ущипнуть себя, но вместо того чтобы коснуться одной руки другой, моя кисть попросту прошла сквозь вторую, словно той и не было вовсе.

— Да, твоё тело всё ещё изменяется там где ты его оставил, а это лишь образ из твоей головы. Причём заметь, ты сам его на себя повесил, — серьёзно произнёс старичок. — Беспокоиться за своё тело тебе не стоит, оно будет цело и невредимо. Одно из преимуществ нашего вида существования. Мы можем делить себя на части почти бесконечно. Правда от этого страдает наша сила, но и пользы от такой особенности много. Условно говоря, ты сейчас существуешь в двух местах одновременно, и даже если я закрою путь в твоё измерение, то мне это ничего не даст. Ты сможешь контролировать своё тело, будто и нет крошечной части тебя в этом месте. Ты станешь чуть слабее, но факт остаётся фактом, ты не пострадаешь. Вот, смотри.

До этого момента, старик стоял один, но сейчас, прямо у меня на глазах, две его части сделали шаг в разные стороны и передо мной вдруг оказалось два совершенно одинаковых старика.

— Вот… — начал говорить один.

— … так, — и закончил за ним второй.

Пару секунд я внимательно смотрел на эти две части единого целого, а затем один из них вдруг растворился и на его месте появился стол и два стула. Первый старик присел и указал мне рукой на второй стул.

— Присаживайся, — попросил он. — Я ведь не просто так попросил тебя заглянуть сюда. Подумать о новой форме восприятия ты всегда успеешь, обсудим кое-что другое.

Отнекиваться или спорить не имело смысла. Мне было очень интересно поговорить с этим странным, но в тоже время относительно безопасным для меня созданием. Я чётко знал, в прошлой жизни я был с ним довольно тесно знаком, а значит, подлости ждать не стоит. К тому же, как и сказал странный старик, моё тело в безопасности, а прореха в реальности как была открыта, так и остаётся открыта.

— Я помню, что в прошлой жизни мы были знакомы, — произнёс я, садясь напротив старика. — Это так?

— Так, — кивнул тот. — Можно сказать, я был одним из тех, кого на свои уроки приглашал твой учитель. Он называл это элективным курсом. Так он расширял ваши знания о мироздании. Лично я, рассказывал тебе и ещё одиннадцати будущим созидателям о стихиях, наших измерениях, которые мы зовём планы, и том, как мы видим мироздание. Именно после пары таких лекций, ты попросил меня о помощи. Ты жаждал разностороннего развития своего будущего мира, а посему, дал людям его населяющим, силу наших стихий. Мы долго работали над этим, но в итоге, с определённой отметки силы, люди смогли начать находить в себе отголоски стихии. И по сей день, некоторые из них могут достичь впечатляющих результатов развивая эту сторону своей силы. Благодаря расположению своего мира относительно стихийных планов, среди людей даже появлялись те, кто могли принимать нашу форму и видели мир в энергетическом спектре. Сейчас, единственный в мире человек с подобной способностью, ты сам. Ты не совсем элементаль, но многое из того что умеем мы, доступно и тебе.

Вот как всё выходит. Значит, я не просто знал это существо, но и просил его о помощи. Благодаря ему, в мире существуют стихии. Удивительно, но факт. Не думаю что это создание стало бы мне врать, да и зачем это ему? Только один вопрос меня беспокоит, почему в его рассказе другие покровители упоминаются только как ученики учителя, разве они не создавали мир как и я сам? Сам учитель говорил, что всем покровителям принадлежит по одной двенадцатой мира, вне зависимости от того кто и как старался.

— Я поддержал твою идею тогда, потому что стихийные планы нестабильны, — между тем, продолжил говорить старик. — Ты знаешь, что если не поддерживать баланс, когда-то всё поглотит Хаос. Во все времена, стихии были сильны, но почти не имели выходов в другие измерения. Чтобы не быть поглощёнными хаосом, мы уничтожали целые измерения. Стихийные планы полнятся дармовой, опасной силой, которая почти не находит выход. Это очень опасно. Люди, стали тем выходом, что помогли нам на время уравновесил баланс и перестать вести постоянную войну. Некоторое время, мы жили без страха скатиться в Хаос. К сожалению, после того как ты исчез, среди людей не появляются те мастера, что могли бы брать у нас силу. Без них, отток стихий в твой мир не столь высок как это было раньше.

— И вы хотите, чтобы ситуация вновь наладилась? — задал я вопрос.

— Именно, — кивнул старик. — Сейчас, ты тень от себя прошлого, даже не совсем дракон. Ты всё ещё человек. Я бы не стал сам приходить к тебе с этой просьбой, но раз уж так сложилось, что ты смог оказаться здесь, можно и обговорить этот вопрос. Возможно, у тебя получится наладить исполнение старых договорённостей.

— Что конкретно от меня нужно и что я за это получу? — задал я вопрос, размышляя о том, имеет ли смысл пытаться торговаться с таким существом.

— Ты уже получил силу моего плана, — вытянул руку в сторону старик и легко ухватил одну из бьющих молний, чтобы спустя секунду отпустить её на волю. — Вместе с новой ступенью, ты получишь выбор. Одну из двух форм элементаля молнии.

— Разве это не следствие нашего старого договора? Вы сказали, что я человек, пока ещё, а значит, силу и форму я должен получить по этому договору, — произнёс я, даже несмотря на своего собеседника, но чувствуя как много силы вокруг нас скопилось.

Некоторое время, старик молчал, словно обдумывая мои слова. Я же, неожиданно почувствовал себя не в своей тарелке. То что молнии вокруг нас являют собой уже далеко не простые потоки стихии, я догадался по тому с какой тягучестью они стали проплывать мимо нас. Порой, одна молния могла оплыть нас по кругу три, а то и четыре раза, при этом периодически замедляясь, и словно рассматривая меня. Вокруг нас собрались зеваки, если так конечно же можно говорить про разумные формы стихии.

— Ты прав, — наконец ответил мой собеседник. — То что ты получишь силу и одну из форм, это результат старого договора. Другое дело — выбор. Люди лишены выбора, а мы тебе его предоставим. Также, ты получишь возможность опробовать обе формы, прежде чем твоё тело примет одну из них. И ещё кое-что, мы снизим порог, по которому мастер переходящий с седьмой ступени на восьмую сможет получить нашу силу. Достаточно будет и среднего размера сердца стихии. Главное правило остаётся неизменным, сердце стихии должно заменить обычное. Взамен, ты не просто напомнишь людям о нас. Ты лично позаботишься о том, чтобы в течении полугода, в твоём мире появилось ещё пять людей, что придут к нам и обретут энергетические формы. Я древнее, невероятно старое существо, я старше тебя и твоего мира, но даже я боюсь быть поглощённым хаосом.

То что это создание старо как мир я верил безоговорочно. И мне совершенно точно не хотелось заполучить его в недруги. К тому же, если мастера действительно смогут с среднего размера сердцами получить боевые формы элементалей, то возможно я смогу значительно усилить свою армию.

— Я согласен. Будем скреплять новый договор? — задал я вопрос.

— Договор? — прыснул старик так, что молнии вокруг нас начали колыхаться, растягиваться и снова сходиться. — Нет никакого договора между нами. Есть договорённости, которые мы озвучили друг другу. Люди нуждаются в бумажках, клятвах и прочем. Существа высшего порядка, дают своё слово. Если слово нарушено, нарушивший его должен умереть.

Элементали смеялись или делали то, что им этот самый смех заменяет. Тучи вокруг нас пришли в движение и в такт общему настроению начали закручиваться в спирали. Впервые в жизни, я видел столь странное проявление веселого настроения.

— Даже будучи покровителем собственного мира на пике силы, ты не мог меня обманывать, — утёр сидящий передо мной старик слезу из чистой силы стихии молнии. — Обман и нарушение договорённостей, карается войной. Когда-то давно, твой учитель обманул саму Бездну. Невероятная глупость, о которой он пожалел много-много раз. Думаю, отчасти твой мир постоянно подвергается нападкам с её стороны, потому что этот олух до сих пор не попытался извиниться и загладить свою вину. Хотя признаю, я бы тоже не пытался с ней после такого разговаривать. В гневе, Бездна бывает страшнее Хаоса. И всё же, не стоит забывать о нашем разговоре. Твой мир не переживёт ещё и войну со стихийными планами.

Мне было интересно слушать старика, телом которого как куклой управляло древнее стихийное существо. Я буквально ловил каждое слово что он говорил. Ценность той информации что он мне выдавал считая её незначительной, была для меня крайне велика. Можно сказать, я считал её бонусом к нашим договорённостям. Намеренно или нет, но элементаль дал мне пищу для размышлений, и я был благодарен за это. Я начинал кое-что понимать. В голове всё ещё не хватало некоторых кусочков картинки, но уже кое-что вырисовывалось. Учитель, двенадцать покровителей, Великие Ёкай, что стремятся разрушить баланс, а вслед за ним и мой мир, сам этот древний элементаль и наши старые договорённости. Всё это части одного целого, моего прошлого и настоящего. К чему меня эта информация приведёт пока непонятно, но я совершенно точно не буду её игнорировать. Наоборот, я постараюсь собрать как можно больше кусочков картинки, ведь только так я смогу быть уверенным во всех своих действиях и их правильности. К сожалению, пока мне не хватает деталей, но уже сейчас я могу сопоставить некоторые кусочки между собой.

Я был учеником, таким же как одиннадцать других. Вместе мы создали этот мир. Учитель выделял меня, и совершенно точно я вложил больше усилий в проект этого мира, чем другие. Сегодня, я понял причину почему Ёкай так активно хотят уничтожить мой мир, и дело далеко не в их природе, хотя и это играет свою роль. Значит, как минимум, мне совершенно точно не стоит долго задерживаться в союзниках с Гемитой и Пассоном. Когда им наскучит своё соперничество, а я покажусь им реальной угрозой, они найдут способ убрать меня с доски. Идеальным вариантом было бы чтобы они вдвоем убили кого-то из своих собратьев, а затем сами сдохли, но это вряд ли случится. Я постараюсь сам поймать удобный момент и нанести удар по врагу. То что эти двое мои враги, нет никаких сомнений, просто я немного пододвинул их в своей очереди.

Я мысленно подвёл черту под своими размышлениями и вновь решил вернуться к диалогу с древним элементалем, но когда поднял на него взгляд, понял что смотрю в пустоту. Элементаль исчез, оставив меня наедине с собой. Как собственно исчезли и другие представители этого плана. Я был совершенно один.

«Ты долго думаешь. Наши договорённости вновь в силе. Опробуй формы, определи что тебе больше подходит и уходи, — раздался в моём сознании голос того с кем я совсем недавно говорил лицом к лицу. — В нашем плане время течёт не так скоро, как в твоём мире. У тебя есть шанс выбрать с умом, но после этого, не задерживайся. Ты не элементаль, долго тебе здесь оставаться не стоит».

Стоило голосу в моём сознании замолкнуть, как мир вокруг вновь изменился. Элементаль окончательно меня покинул, а заодно и перестал ограничивать мой взор через энергетический спектр. Иллюзорное тело исчезло, больше никак рук, ног и глаз. Я вновь сгусток энергии.

Резкая смена восприятия не выбила меня из колеи, и я не забыл последних слов своего собеседника. Не стоит тебе тут задерживаться… Неужели столь древнее существо обиделось на то что я задумался и на время выпал из диалога? Или же мне навредит долгое пребывание в его стихийном плане? Не могу точно сказать, но я бы лично предпочёл второй вариант. Обидчивый хозяин целого измерения, это куда опаснее невнятной опасности от пребывания среди моря энергии молнии.

Глава 2

Окружённый целым океаном стихии, я висел в условной пустоте. Как и сказал древний элементаль, мне тяжело осознать мир чисто в энергетическом спектре, из-за чего у меня возникают трудности с чем бы то ни было, кроме разве что мышления и движения. И поскольку двигаться мне как раз таки не стоило, чтобы не потеряться посреди чужого измерения, я начал активно думать. Всё же иногда полезно поразмять мозги.

Что мы имеем? Во-первых, я разделён надвое. Тело в моём измерении, в замедленном режиме переходит с одной ступени на другую. Я сам здесь, причём только сознанием и совсем небольшим сгустком энергии. Как такое возможно мне очень тяжело понять, потому что быть стихийным элементалем мне не приходилось, но я склоняюсь к тому чтобы довериться древнему с которым говорил. Если это создание утверждает что элементали могут свободно разделяться, то значит так оно и есть. Более подробно я могу изучить это на досуге, но конкретно сейчас, просто не буду спешить обратно и воспользуюсь данным мне шансом. Во-вторых, я слабо представляю себе как я могу опробовать боевые формы элементалей. Никто никакой инструкции мне не выдавал, а значит, придётся тыкаться наугад. Собственно как всегда это и бывает. Ну и в-третьих, то что вызывает у меня определённые опасения. После возвращения и воссоединения с собственным телом, как мне вернуть человеческое тело обратно? Превращаясь в Райдзю, я создаю ткани, кости и другие клетки из чакры. Превращаясь в дракона, я пользуюсь первородной энергией трансформируя одни ткани в другие. С научной точки зрения людей Земли, я чудо и меня стоит изучать, хотя для меня подобное уже обыденность. Но даже для меня, привыкшего менять формы как перчатки, остаётся загадкой, как я должен из сгустка энергии вновь стать человеком.

На короткий миг нахлынуло неприятие и какой-то нервный мандраж. Я позволил себе поволноваться всего пару мгновений, а затем резко обрубил эти ощущения. Я человек, а людям свойственно быть эмоциональными. Эта мысль меня же и успокоила. Мастера прошлого же не отказывались быть людьми переходя на восьмую ступень, значит и способ вернуться в человеческое тело тоже есть. Теперь, когда на душе стало тихо и мирно, можно начинать решать проблемы. И начать надо с того, ради чего я всю эту авантюру собственно и затеял. Боевая форма.

Что я знаю? Боевая форма элементаля молнии делится на два вида: Джет и Спрайт. Так было написано в книге. Также в книге было написано, что Джет атакующая форма, а Спрайт смешанная. Что нужно конкретно мне? Сейчас постараемся узнать.

Первым делом, стянем к себе побольше стихии. Основная масса моей силы осталась вместе с телом. По ощущениям, я имею сейчас одну сотую своей силы, против того что было у меня до момента разделения. Значит, если я хочу попробовать примерить на себя боевую форму, мне надо подтянуть силёнок, благо что стихии вокруг плавает больше чем я способен потратить.

Как ни странно, но одного моего желания хватило, чтобы вокруг меня начала сгущаться стихия. Подобно тому как это произошло во время перехода, я стал центром стягивания силы. И если в моём мире от этого действия прорвалась граница измерения, то здесь я просто стал впитывать молнии, делая их частью самого себя. Всё происходило так быстро, что я не особо замечал сколько силы уже впитал. С каждой секундой, моё энергетическое тело пухло и расширялось, благодаря чему за считанные мгновения я перегнал тот объем стихии, что был у меня на седьмой ступени. И чем дальше я заходил, тем всё больше мне хотелось продолжать. Силы много не бывает, разве нет?

«Не перестарайся», — на периферии моего сознания вновь раздался голос древнего элементаля.

Значит, он всё же следит за моими действиями, кто бы сомневался.

«Огромный объем стихии бывает опасен. Особенно, если разумный что впитал его, не справляется с контролем. Того что у тебя сейчас есть, хватит с избытком, попробуешь стянуть ещё силы, я тебя вышвырну со своего плана, я не хочу видеть у себя под боком дикое необузданное полуразумное проявление стихии,», — произнёс элементаль и смолк.

Стоило древнему договорить, как стихия вокруг меня словно перестала меня видеть. Это явно было не потому что я перестал тянуть её, просто ей искусственно ограничили доступ ко мне. Одновременно с тем как это произошло, я понял какую глупость чуть не совершил. Наивный, я зачем-то решил выпить море.

«Спасибо», — послал я мысль своему собеседнику, но в ответ получил лишь тишину.

Древний не был обижен. Опасность что он упоминал исходила далеко не от него самого. Теперь я это понимал. Она исходила из соблазна, того которому я столь глупо поддался. Когда вокруг столько силы, когда её непомерно много, очень сложно себя остановить. Я понял это на своём примере. Желая набрать энергии для применения формы, я в какой-то момент просто перестал думать о том зачем мне вообще нужна стихия. Страшно подумать, но я почти вовсе ни о чём не размышлял когда делал это, только тянул и тянул. Я даже не заметил как увлёкся. Поэтому и не попытался остановиться.

Окинув себя энергетическим взглядом, я рефлекторно попытался сглотнуть, но не смог, моё энергетическое тело было лишено гортани и любых других атрибутов человека. А вот чего оно не было лишено, так это слабости. Размеры моего энергетического тела стали приближенными к древнему, с которым я разговаривал, а он был больше моего изначального размера в десятки раз! Хотя уверен, что при желании, даже будь я ещё в пять раз больше, элементаль бы размазал меня.

«Начни с Джета. На него нужно больше объёма стихии. Истратив излишки, легче будет думать, — произнёс наблюдающий за мной древний. — И раз уж я по доброй воле помогаю тебе, дам ещё пару советов. При достаточном объеме сил стихии, тебе достаточно желания, чтобы тело трансформировалось в боевую форму. Преобразившись, ты почувствуешь то на что можешь потратить запасы стихии. Способности боевых форм ощущаются как нечто неотъемлемое, как рука или нога твоего родного тела. Ты когда пальцем пошевелить хочешь, не думаешь о том как это сделать? С формами тоже самое. И ещё кое-что, тебе стоит научиться самому ограничивать видение энергетического спектра мира. Ты живёшь в трёхмерном мире и враги твои живут в нём же. Ты не элементаль и тебе почти не пригодится эта способность, в большинстве случаев она будет только мешать. Так что пробуй сам себе закрыть глаза и вновь обрести иллюзорное тело человека, и только потом из него принимай боевую форму».

Ограничить энергетический спектр. Сказать легко, а сделать почти невозможно, по крайней мере новичку. Если рассматривать то как видят мир элементали, то можно свихнуться. В моём мире, я не сразу понял то какие перемены со мной произошли, поскольку пробыл там короткий срок в форме элементаля, но вот в стихийном измерении, всё выглядит как нагромождение потоков энергии, причём здесь не существует понятий далеко и близко, темно и светло, высоко и низко. Есть только потоки, толстые и короткие, насыщенные и блёклые. Пока стоишь на месте и не двигаешься, вроде бы не так страшно, но стоит погрузиться в этот поток, как перестаёшь понимать где ты и как ты оказался в этом месте.

«За то время, пока люди твоего мира брали у нас стихию и даже становились в некотором роде нашей роднёй, приобретая боевые формы, ни один из них не смог увидеть мироздание одновременно в двух разных видах восприятия, — произнёс элементаль, словно желая поддать жара в мой мыслительный процесс. — Твой мир постепенно меняется и принимает дары других измерений, если они тесно связаны. Ты ведь знаешь, что раньше люди почти не видели энергии и пользовались костылями в виде артефактов. Сквозь поколения, они стали ощущать энергии сильнее, некоторые даже начали видеть проявления различных сил и научились применять это в жизни. Но это всего лишь суррогат, подобие нашего видения мира. Природа людей податлива и изменчива, поэтому большинство творцов берут их за основу своих будущих народов».

«Зачем вы мне это говорите?»- задал я вопрос.

«Затем, чтобы развеять свою скуку и твоё невежество, — донеслись до меня весёлые нотки в мыслях элементаля. — Ты ведь с чего-то решил, что я ушёл когда исчез у тебя из под носа. Хотя я всего лишь отошёл чуть в сторону, если так можно выразиться. Ты не видел меня, когда я стоял подле тебя, сокрытый потоками других энергий».

«Значит, я был слеп, как слеп и сейчас», — слегка раздражённо произнёс я.

«Как я и сказал, перестань смотреть непривычным тебе способом», — ответил мне элементаль с такой интонацией, что я явственно себе представил себе того самого старика, пожимающего плечами.

Перестать смотреть. Как можно игнорировать то, что я вижу постоянно. У меня ведь нет глаз, чтобы я мог их закрыть, да и потоки не издают звуков, чтобы я мог заткнуть уши. Информация о потоках просто есть во мне, она каждую долю секунды обновляется и я просто знаю об этом, ведь я сам являюсь частью этого нескончаемого потока.

«Догадался», — подтвердил мою ещё не осознанную мысль элементаль.

Не став отвечать своему собеседнику, я закрылся в себе. Будучи по сути дела одной большой кляксой энергии, я видел всё вокруг, потому что постоянно соприкасался с другими потоками. Я пропускал их сквозь себя, а заодно получал от них информацию о том что происходит вокруг. Другое дело, что я ничего не мог толком поделать с этой информацией. И чтобы перестать видеть окружающий меня мир в подобном формате, достаточно всего лишь перестать быть бесформенным пятном.

Очертив границы вокруг себя, я заставил свою энергию принять форму человеческого тела. От нахлынувшей надежды и воодушевления, я даже зажал пальцы крестиком.

— Ха, — произнёс я на выдохе, глядя на вполне материальные пальцы, что касались друг друга и даже не думали проходить сквозь пустоту. — Удивительно.

Я касался своего тела, волос, зубов и даже приложил руку к бьющемуся сердцу, что гоняло кровь по жилам. Настоящий я, созданный из стихии молнии, а ведь я считал, что создавать клетки можно только из чакры. Как видимо, я ошибался. Но это не самое интересное, куда более занятно то, что я чувствовал связь со своим другим телом, что сейчас сидело на полу в храме богини Бэнтэн. Я отчётливо ощущал бьющееся сердце стихии, что было всего одно на два тела.

«Когда ты оказался здесь, будучи малым сгустком, ты не мог придать себе плотности, поскольку тогда тебя не хватило бы на полное тело, — вновь заговорил элементаль, объясняя мне то, чего я ещё не спросил, но о чём уже подумал. — Таким же образом, ты вернёшь себе обычное тело в своём мире. Это будет даже проще сделать, ведь сердце стихии всё также остаётся в твоей груди. Разница между тем телом и тем что у тебя есть сейчас, только в нём, в источнике стихии».

— Значит, я могу не развоплощать второе тело? — задал я вопрос.

«Можешь оставить его, если захочешь. В случае чего, создать новое дело пары секунд, — последовал ответ. — Основное тело и копии, почти идентичны, разница мала, но ей нельзя пренебрегать. Созданное тело, будет постепенно слабеть, ведь в нём нет подпитки. Дабы сохранить его, тебе понадобится либо напитывать его от сердца, либо искать другой источник стихии, что вне плана очень проблематично».

Чёрт. А я уже раскатал губу. Думал создам себе пять или шесть запасных тел, которые если что буду использовать, в случае гибели основного. Конечно, такой вариант можно оставить на самый крайний случай, но для этого нужно будет подпитывать запасное тело, а в случае гибели, придётся искать быстрый способ другой подпитки, отличной от сердца.

— Во втором теле можно создать сердце стихии? — задал я вопрос.

Не верю я, что ответ лежит прямо на поверхности. Будь всё столь просто, мастера что ранее достигли восьмой ступени, были бы живы до сих пор, но не спросить я не мог.

«Теоретически, можно создать и в этом теле сердце, но тогда ты столкнёшься с проблемой раздвоения личности, — ответил элементаль. — Копия несёт слепок сознания. Будучи лишённой сердца, она ассоциирует себя как часть тебя, но стоит дать ей подпитку и то самое сердце, как может случиться неприятность».

— Неприятность? — переспросил я его.

«Был один мастер, помешанный на своей безопасности. Некоторые его хитрости вызывали наше восхищение, — раздался вздох сожаления, стоило древнему закончить фразу. — Он создал четыре тела с сердцами и умер, сражаясь сам с собой, чтобы доказать себе и им, что он единственный оригинал. Его копии думали иначе».

Вот как. Действительно незавидная судьба. Трудно себе представить, как тяжело было этому мастеру. Четыре одинаковых тела, с абсолютно идентичными личностями, воспоминаниями и планами. Хочешь не хочешь, а проблемы с психикой возникнут. Совершенно точно можно сказать, я на такой эксперимент не решусь. Попробовать контроль над одним или двумя дополнительными телами, да, было бы глупо отказываться от такого преимущества, но не больше.

«Мы немного отвлеклись, — напомнил мне о изначальных моих планах элементаль. — Поспеши, у меня есть дела и на других стихийных планах».

— Последний вопрос, касательно наших договорённостей, — поспешил произнести я, прежде чем мой собеседник потеряет терпение.

Разговор с элементалем и пара его оговорок натолкнула меня на одну мысль, о которой я совершенно не подумал. Не хочу даже представлять себе, какие могли бы возникнуть проблемы, если бы я не обговорил этот момент сейчас.

— Мастеров каких стихий нужно возвысить? — задал я вопрос. — Нет ли вражды между планами?

«Вражда? — расхохотался в моём сознании древний сгусток силы стихии. — Планы стихии, являют собой слои одного и того же измерения. Мы не имеем права враждовать. Возвышай любых людей. А теперь, перестань тянуть время и обращайся в Джета!»

Недовольство от затянувшегося разговора элементаля лишь самым краешком коснулось меня, но мне хватило и этого. Как и советовал древний, я пожелал применить на себя боевую форму элементаля, опираясь в памяти на те ключевые моменты, которые должны были быть присущи Джету. Почти сразу же после этого, мой рост и общие размеры начали увеличиваться, причём значительно. Сначала я стал выше на метр, затем на три, после чего ещё на пять. Исполинские размеры Джета поражали разум, хотя я сам и остался относительно похож на человека. Безусловно, эта форма исключительно для нападения. С такими размерами, тяжело говорить о защите. По мне ведь попасть всем чем угодно проще простого, а учитывая что я вполне себе плотный, урон по мне нанести смогут.

«Бей по мишени», — произнёс элементаль и прямо передо мной, среди расступившихся туч, появилась иллюзия каменной башни.

Дважды древнему повторять не требовалось, исполинский Джет предрасполагал к тому чтобы уничтожать огромные постройки и большие столпотворения людей. Схлопнув исполинские ладоши, я выпустил из себя исполинскую молнию. Удар примитивный до ужаса, но до безобразия мощный. Иллюзия башни осыпалась пылью. И вместо неё почти сразу же появились люди. Стройные ряды армии. Уже понимая чего от меня хочет древний, я направил на армию указательный палец и пропустив через себя стихию, выпустил наружу цепную молнию. Один удар, три, семь, девятнадцать, пятьдесят шесть, сто одиннадцать. Я не прерывал атаку до тех пор, пока вся армия не осыпалась прахом.

— Выматывает, — прогудел я в вышине.

«Исполинский Джет, это форма способная в одиночку уничтожать города и армии, — ответил древний. — Недостаток этой формы в том, что она тратит невероятно много силы. Сейчас ты находишься посреди своей стихии, совсем недавно стянув в себя столько её, что чуть не утратил свою личность, но даже так, ты чувствуешь усталость. В твоём мире, чтобы повторить эти два удара, тебе понадобится копить силу. Или, ты будешь вынужден постоянно открывать разрыв реальности в план молнии».

— Попробуем Спрайта, — произнёс я и начал быстро уменьшаться.

За пару мгновений, я уменьшился до размеров, всего на метр превышающих мой обычный рост. Тело Спрайта отличалось от человеческого и нисколько его не копировало, оно скорее было аморфным и постоянно перетекало из одного состояния в другое. Холодная плазма, так было написано в книге.

«Форму Спрайта называют всеразрушающей, — произнёс древний. — Догадаешься почему?»

— Само тело испепеляет всё к чему прикоснётся? — произнёс я, при этом говоря словно всем телом, ведь толком лица и рта у меня не было.

«Да, — ответил древний. — Плазма уничтожит всё чего коснётся. Её прямого касания мало что может выдержать. У этой формы нет атакующих способностей, потому что она сама по себе несёт страшную опасность для всего живого и неживого».

Я уже знал это. Форма сама рассказала мне как следует ей пользоваться. Спрайт — это вихрь, скорость, неотвратимость. Если Джет это про массовое уничтожение, это Спрайт бой один на один. Способности Спрайта позволяют ему увернуться почти ото всего. Его тело плывёт в пространстве, уклоняясь от большинства атак, а ответный удар почти гарантированно убьёт противника. Также, Спрайт может совершать рывки к цели. Не знай я того что это на самом деле рывки, то при наблюдении за подобным существом, подумал бы что оно телепортируется, настолько быстро это происходит.

«Какую форму ты выбираешь?»- задал вопрос древний элементаль, после того как я вернул себе человеческое обличье.

— Спрайт, — уверенно произнёс я.

«Прежде чем ты подтвердишь выбор и покинешь это измерение, позволь спросить. Ты точно уловил чем опасна форма Спрайта?»- задал мне последний вопрос элементаль.

— Да. Боевая форма Спрайта не зря называется всеразрушающей, — ответил я ему. — Я буду контролировать своё тело и не позволю холодной плазме сжечь своё собственное сердце стихии.

Глава 3

За пределы измерения стихий я выбрался довольно быстро. Сделать это было куда как проще, чем все что произошло со мной там.

Пройдя в разрыв, я оказался прямо напротив своего настоящего тела. Хорошо что разрыв открылся прямо подо мной, будь это иначе, мне пришлось бы искать свою тушку. В форме энергетического сгустка это сделать трудно, а в новом, сотворённым мной человеческом теле, вызвало бы вопросы у тех кто мог меня заметить. Не долго думая, я потянулся к своей тушке и коснулся её. Почти сразу я почувствовал притяжение со стороны сердца стихии. Мне лишь оставалось поддаться этому притяжению и вновь стать единым целым с самим собой.

— Ааа-гр, — раздался из моей глотки звук полный напряжения и боли.

Я вернулся как раз вовремя. Без моего личного контроля, переход с одной ступени на другую стопорился. И сейчас, когда процесс подготовки подошёл к концу, а я занял своё место, прорыв произошёл мгновенно. Никто и не подумал давать мне время на размышления, попытки осознать себя и прочее, лишь резкий толчок силы и боль. Слабость накатившая сразу же после этого, почти отправила меня в нокаут.

Падая вниз лицом, я краем сознания подметил тот факт, что разрыв закрылся и в мое тело перестал поступать нескончаемый поток стихии. Ещё я заметил, что Асуи и Истита никуда не уходили, они лишь жались к стенам, чтобы не быть задетыми бьющими от меня в разные стороны молниями. Сам же я, ощущал себя как отлично прожаренный стейк. В принципе, если я немного полежу в отключке, никому не будет плохо. Эта мысль появилась последней и являлась отражением слабости, которую я стараюсь искоренить в себе с того самого момента, как оказался один на один со взрослым миром.

И только когда мое лицо почти встретилось с оплавленными каменными плитами, я перестал рефлексировать и изображать пережаренный кусок мяса. Из того положения в котором я был, мало можно было что сделать, чтобы не ударить в грязь лицом, но я постарался. Выбросив вперёд руки, я слегка переусердствовал и вогнал пальцы в камень, не только остановив падение, но ещё и попортив пол в храме. Одновременно с толчком, я перекрутил своё тело, чтобы приземлиться прямо на ноги.

— Чёрт, — выругался я сквозь зубы, оббивая с пальцев каменную крошку.

— Здесь всё равно теперь нужно делать ремонт, — раздался голос местной хозяйки у меня за спиной.

Бросив взгляд за плечо, я увидел Бэнтэн. Богиня сидела и болтала ножками, свесив их со своего алтаря. Вид у неё был заинтересованный и она во все глаза меня рассматривала. Вот кого-кого, а эту особу точно попорченным полом не смутить.

— После закрытия разрыва, ты вновь вернулся к привычной форме, — произнесла богиня с телом малолетней девицы. — А ведь поток стихии был столь плотный, что я и не думала, что тебе удастся сохранить свой облик.

Не зная что ей ответить, я просто пожал плечами. Как мне ей сказать, что я и сам толком не ведал что делаю?

— Ты ведь получил боевую форму элементаля своей стихии? — спросила богиня, повернув голову набок, словно изучая меня и мои внутренности.

— Да, — ответил я ей. — Знаешь что-то про это?

— Мало, — нахмурилась девушка. — Я знаю что это людской путь. Для большинства мастеров, это пик силы. Получить девятую ступень сложнее, чем восьмую, но получить стихийную форму и затем девятую ступень, почти невозможно. Собственно, это все что я знаю. Хотя вру, есть ещё кое-что. Есть одна интересная история. Когда-то давно, один безумный мастер, молил меня чтобы его копии поверили ему что он настоящий, а они лишь его двойники, которым он даровал сердца стихий. Я так и не разобралась кому из них стоило помочь, они были полностью одинаковы и даже молились в унисон. Собственно, на этом всё.

Сделаем зарубку в голове, не создавать копии и не давать им сердца стихии. Если в словах древнего я сомневался, то повторенная точь в точь история безумца уже из уст Бэнтэн, заставила меня безоговорочно принять это решение. Никаких экспериментов в этой области. Мир и так безумен, чтобы привносить в него ещё и двух, или даже трёх одинаковых покровителей.

— Ли, — дождавшись пока Бэнтэн перестанет со мной говорить, присутствующие суккубы набрались смелости подойти. — Как ты себя чувствуешь? Мы ощущаем в тебе сильные изменения.

— Изменения есть, но вам не стоит беспокоиться, — произнёс я, разворачиваясь к ним лицом. — Я попрошу вас об одной ещё одной услуге. Вы не против?

Девушки выглядели смущенными, обеспокоенными, а мне ещё нужно решить пару вопросов. Будет лучше, если они уйдут, по крайней мере займутся чем-то полезным.

— Ночь была тяжёлой, утро насыщенным, а впереди ещё не менее нагруженный день и вечер, — произнёс я смотря в глаза двух девушкам. — Ступайте в мой дом, попросите ужин к полуночи и чтобы в спальне было чистая постель. Сегодня ночью, я хочу поспать, самым обычным сном. Устроите?

Пару секунд девушки молчали, но затем Истита коротко кивнула. Старшая суккуба положила Асуи руку на плечо и ответила за двоих.

— Мы все сделаем, — произнесла она.

— Спасибо, — коротко кивнул я им и отвернулся, намекая тем самым на то что разговор закончен.

Дождавшись пока девицы покинут храм, я вернулся к главному алтарю и уселся под ним в позу для медитации. Скоро должны прийти стихийники земли, а я до сих пор не нащупал границы своего усиления. Сила формы мне известна, ровно как и то что теперь я могу отделяться от своего основного тела и при достаточном количестве силы, формировать новое. Меня интересовало нечто другое.

Прикрыв глаза я сконцентрировался на себе. Дыхание, мысли, движение крови и многие другие факторы, свойственные моему телу. Я искал нечто необычное, то чего раньше не было.

Первое отличие я заметил почти сразу. У меня работали два сердца. С момента как я вернулся в тело, человеческое сердце вновь начало биться как ни в чем не бывало. Сердце стихии тоже отличалось. Если до момента перехода на восьмую ступень сердце стихии просто являлось сосредоточением силы, почти не толкая стихию по энергоканалам, то теперь, каждую секунду происходит толчком, заставляющий стихию двигаться. Это движение, вкупе с массой сердца, может продавить границу реальности и открыть мне доступ к океану силу моей стихии. Так это работает. Так должно это работать и у людей.

Впрочем, сердца были не единственным изменением. Пока я изучал человеческое сердце, долго не бившееся в моей груди, я заметил и кое-что ещё. Что-то гораздо более мелкое в размере, но не в значимости. Я увидел изменение собственных клеток. Каждая моя клетка, подверглась незначительному изменению, а именно, получила прослойку, защищающую ее от опасного потока стихии молнии.

Открыв глаза, я встал на ноги и вытянул вперёд руку. Подобно тому как я трансформировался в зверя или тотем, я пожелал призвать форму стихии. Изменения появились быстро, и довольно скоро я получил тот результат которого хотел добиться. Холодная плазма и разряды молнии касались моей родной тушки и не причиняли ей вреда. Я защищён сам от себя. Мое превращение во время перехода со ступени на ступень, было не более чем внедрением в мои клетки защиты, а не полное превращение в элементаля, как я подумал изначально. Человеческое тело не вынесет нагрузок что даёт боевая форма элементаля. Человеческий ток в клетках отличается от молнии, поэтому то мне и дали защиту.

Вот теперь, я могу точно сказать что получил и в каком объеме. Во-первых, я получил новую ступень. Поток стихии пробил для меня преграду, словно батут вышвырнув на ступень выше. Помимо этого, мое человеческое тело, теперь защищено и я могу превращаться в элементаля не особо беспокоясь что после обратного превращения, все мои клетки станут дымящимся ничто. Это не отменяет того факта, что Спрайт способен сам сжечь мое сердце стихии, но другие органы и части тела будут защищены. Также, благодаря сродству со стихией, я получил способность разделяться и создавать дополнительные тела. Подведя эту черту, мне стало легче. Всегда любил расставить точки, прежде чем браться за что-то новое. И уже спустя десять минут, я активно занимался новым делом, не беспокоясь о самом себе и своих изменениях.

Стихия земли. Мастера этой стихии у нас на острове в особом почёте. Помимо того что они очень неплохие бойцы, они ещё и в мирное время могут помочь народу крайне многим. Именно по этой причине, первыми среди сотни получили сердца стихий они. Привозился я с этим достаточно долго, почти до самого вечера. С кем-то образование сердца стихии занимало немного времени, с кем-то дольше. Всё зависело от того, есть ли суккуба у бойца. Если таковая была, процесс был максимально простым и скоротечным. А вот если не было, приходилось изворачиваться. Делу очень помогала Бэнтэн или вернее сказать одно ее присутствие. Эта девица, одним своим пребыванием в храме сводила на нет возможные негативные исходы. Не могу сказать как, но ее влияние на судьбу просто не описать словами. Чего стоит только один пример. Под вечер, когда я уже окончательно заработался и стал устало зевать, последняя слеза со стихией земли случайно выскользнула у меня из пальцев. Моей реакции хватило чтобы поймать мелкую проказницу, правда из-за этого вышло другое недоразумение. Я уронил статую. Ее создал боец сотни, лучше других манипулирующих мелкими потоками стихии, в благодарность за своё сердце. Он увековечил в камне меня и Бэнтэн, ведь у него не было суккубы и та помогала ему впитать силу. Случайно задетая мной статуя, должна была быть если не разрушена, то точно испорчена, ведь камень в ней использовался достаточно хрупкий. Но нет, статуя со всего маху упала на пол, но не разлетелась, я осталась полностью цела. Даже скола малейшего не осталось.

— Повезло, — легкомысленно произнесла Бэнтэн.

— Ну да, — только и смог кивнуть я ей в ответ, хотя точно был уверен, что статуя должна была разлететься на куски.

Спустя полчаса после этого инцидента, я поднял статую и аккуратно передвинул ее к стене. На сегодня я закончил со стихийниками, пусть только теперь попробуют океанское дно не поднять. Сил у них теперь хоть отбавляй!

— Эй, есть кто? — раздался со стороны входа в храм голос Париса.

— Да, — подал я голос.

— А чего у вас тут темно так? — задал вопрос островитянин, на ходу зажигая огонь в своей руке.

— Потому что ночь почти на улице, — ответил я ему, выходя на лунный просвет, образовавшийся из-за обилия окон под потолком. — Чего хотел?

— Да ничего такого, просто пришёл сказать что мастера земли на радостях изменили главную площадь. Это та что перед твоим домом, — загадочно улыбнулся островитянин.

Отвечать я не стал, ровно как и пытаться гадать, что именно там учудили люди. Знаю точно одно, с новыми силами, на размах они не поскупились.

— Теперь даже не знаю, идти ли домой, — произнёс я и уселся прямо на пол.

— День тяжёлый? — участливо спросил военачальник моей армии.

— Вроде того, — слегка улыбнулся я ему. — Не каждый день переходишь на восьмую ступень.

Несмотря на то что Парис всегда отличался отличной выдержкой и умел держать эмоции в узде, его лицо выдало всё о чем он подумал. Сначала неверие, затем осознание, после чего появилась заинтересованность.

— Война дело тяжелое и ты решил подготовиться как следует, — произнёс мужчина, изучая меня своим взглядом. — Единственное чего не могу понять, почему я не вижу твоего усиления? Да и солдаты не говорили что ты взошёл на новую ступень, а они от безделия пока ждали, пытались проверить даже богиню.

— Дело не в количестве силы, дело в ее качестве, — ответил я Парису. — Я пошёл не самым обычным путём. Может объемы сил у меня и ненамного стали больше, зато я получил нечто куда более полезное.

Островитянин молчал. По нему было видно, что он крайне заинтересован, но он не торопил меня. Этим мне Парис и нравится, своей степенностью, которая легко уступает дикому пламени, если дело доходит до битвы.

— Знаешь, пожалуй, не я один сегодня взойду на новую ступень, — произнёс я после минуты молчания. — Если ты конечно сам этого хочешь. Решать тебе.

— Хочу, — ответил мой друг, резко пересохшими губами.

— Ты должен знать, есть определённые риски, — произнёс я и достал из ларца слезу мертвеца со стихией огня внутри. — Тебе предстоит не самое лёгкое изменение.

— Путь на вершину никогда не бывает легким, — тут же отреагировал на мои слова Парис. — Я готов, только нужно привести Эни.

— Суккуба будет только мешать, — покачал я отрицательно головой. — Силу тебе поможет получить Бэнтэн, а дальше только ты сам сможешь справиться.

— Хорошо, — сжав челюсти, произнёс островитянин на руке которого до сих пор плясало пламя. — Говори что нужно сделать?

* * *

Спустя полтора часа, мы стояли друг на против друга в самой отдалённой части острова. Нам обоим не терпелось опробовать наши новые способности, и раз уж нас теперь двое, мы можем попрактиковаться.

— Сила огня во мне так велика, — вытянув перед собой руку из чистого пламени, произнёс Парис. — Еще пару часов назад, я думал, что огонь подчиняется мне идеально. Глупец, вот лучший контроль, когда никакого контроля нет. Я сам стихия!

Островитянин пребывающий в боевой форме элементаля огня, вытянул руки к небу и выпустил из себя два потока пламени длинной в десять метров. Ифрит, так называется его форма. Сила этой формы не такая как те две что были даны на выбор мне, сила Ифрита заключается в его возможности сделать с огнём все что угодно. Огонь будет гореть в воде, появится прямо внутри человека если того пожелает его хозяин, создаст любое оружие и выстроит самую прочную защиту. Боевая форма Ифрита крайне полезна и ограничивается лишь фантазией самого Ифрита, ну и тем объемом силы, что он за раз хочет потратить.

— Рукопашный бой? — задал мне вопрос Парис, создавая из огня пять сабель, крутящихся вокруг него. — Или дальний бой?

Вслед за саблями, в руках Ифрита появилось три лука. Я сначала не очень понял что он сделал, но присмотревшись, лишь удручённо вздохнул. Мне боевая форма не позволяет создавать из молнии две дополнительные пары рук.

— Бьемся как хотим и используем все что хотим. Главное правило, не уничтожать сердце стихии, — произнёс я. — В грудь не бить. Если случайно не рассчитаем силу, лучше оторвать друг другу руки или ноги, но не лишить себя только приобретённого могущества.

В следующем мгновение, Парис выстрелил. Три огромные полутораметровые огненные стрелы сорвались в полёт, грозя разнести мою голову. Рывком уйдя в сторону на расстояние в пять метров, я сложил свою ладонь на подобие лезвия и рванул вперёд. Холодная плазма, самое страшное оружие что только было мне доступно, исключая лишь первородную энергию. Огонь в исполнении Ифрита тоже не подарок, но в ближнем бою, я наношу куда больший урон. Двигаясь рывками, больше похожими на локальную телепортацию, я за считанные доли секунды оказался у Париса за спиной. Моя рука рванула вперёд и в один миг отсекла огненную конечность, что держала один из его луков. И сразу же после этого, я почувствовал как мое тело без моего ведома плывет. Что произошло до меня дошло ещё спустя секунду, когда я сам отскочил от своего соперника. Голова Париса стала квадратной и имела четыре огненных лица, а тело вслед за головой начало обретать конечности там где их не должно было быть. Когда я отсёк его руку, меня должны были пронзить огненные пики, что отреагировали на нападение. Их я не заметил, потому что после телепортации сразу же атаковал Париса со спины, даже не думая то он прикроет первым делом тыл. И все же, на теле Париса я оставил зияющую дыру. Огонь не хотел возвращаться туда, где часть стихии была отсечена моей холодной плазмой. Можно сказать, что несмотря на мою недальновидность, счёт пока один один. Я нанёс урон, он заставил меня отступить.

— Ничего в жизни более странного и веселого не делал, — выкрикнул островитянин, создавая из своего огненного тела трёх метрового гиганта уже не с шестью, а восьмью парой рук. — Это не бой, а сказка!

В следующий миг, на меня со всех сторон рванули огненные росчерки. Отвлекшись на физические изменения Париса, я не подумал что он может атаковать дистанционно. Островитянин своим выкриком отвлёк меня и заставил смотреть не туда, а в это время, под землей, из-за моей спины и даже сверху, на меня готовилась атака. Избежать мне ее не удавалось никак, ведь телепортация моя не была телепортацией в прямом смысле этого слова, я лишь рывком переносил своё тело из одного места в другое на огромной, нечеловеческой скорости. Попробуй я пройти так сквозь огонь и точно получу удар. Поскольку искать решение у меня времени не было, я решил остаться стоять на места. Все же, это учебный бой, могу я проверить все свои способности?

Тело поплыло. Предчувствуя опасность со многих сторон, я стоял на месте, а части моего тела двигались и уходили из под линии атаки. Я не контролировал это, но при этом четко знал, что это всего лишь рефлексы и заложенное поведение тела боевой формы. Больше двух десятков огненных росчерков прошли мимо и попали лишь в землю вокруг моего тела. Безусловно, атакуй Парис в полную силу и меть куда-то в грудь, то уклониться ото всех ударов могло и не получится, но даже так, просто стоя на месте, я ушёл от двух десятков огненных росчерков.

— Чёрт, мне тоже нравится боевая форма, — произнёс я, вытягивая две ладони в лезвия из холодной плазмы. — Давай потанцуем чуть активнее!

— Тогда ты ведёшь! — расхохотался огненный Ифрит всеми своими лицами, беря в восемь рук огненные сабли.

Глава 4

Стоя на балконе своего дома, я смотрел на площадь города. Благодарные мастера стихии земли постарались на славу, и это место изменилась кардинально. До этого момента, площадь представляла собой довольно тривиальное зрелище. Обрамлённая домами территория, вымощенная плохо обработанным камнем без какого-либо рисунка. Наиболее привлекательная ее часть заключалась в фонтане, что занимал центральную часть площади. Ныне, даже этой детали больше на площади не было. Вместо неё, центр площади украшал монумент. Эту экспозицию я и рассматривал.

— Над лицом работал тот самый мастер, что на радостях создал статую меня и Бэнтэн? — задал я вопрос не отрывая взгляда от монумента, на котором был запечатлён момент возведения мной храма богине удачи. — И почему я возвожу храм, если это делали рабочие?

— Всё сделано в угоду красоте, — пожал плечами Парис, стоящий рядом со мной. — Что касается лица, то да, это тот же самый мастер. Он один среди всех солдат умеет столь тонко работать с камнем, так что работу выполнить мог только он.

— Может быть не стоит посылать такой талант на войну? — задумчиво произнёс я, переведя свой взгляд на каменную кладку площади, которую мастера также изменили.

Теперь, вокруг монумента, уже не было безликой каменной мостовой, вместо неё, к краям площади расходились узоры и завитки. Камень был использован не одного типа, а совершенно разных цветов. Идя пешком по площади, понять общую картинку сложно, но если смотреть с высоты, как делаю это я, то становится понятно, мастера изобразили вокруг постамента расходящиеся в стороны силы стихий. Была ли это отсылка к буре сил, что появилась после смерти гвардейца Пассона, где позже и появился храм Бэнтэн, либо же это просто сделано в угоду красоте, но не наделено смыслом? Неважно, все равно это всё просто невероятно. Если бы весь город был так обустроен, я без зазрения совести мог бы назвать его если не самым красивым городом в этом мире, то уж точно одним из лучших. И это несмотря на то, что я мало где успел побывать.

— Талант парня велик, но он боец, какими являются и многие другие, — произнёс Парис твёрдо. — Поблажка для одного, и совсем скоро кто-то другой попробует доказать что он тоже может не идти на войну. Нельзя делать исключения. Учитывая то что нам предстоит, нам нужно как можно больше солдат.

— Это так, — согласился я со своим военачальником и другом. — Тогда, возможно стоит ещё кому-то дать возможность пробиться на следующую ступень? Как ты считаешь?

Парис стоял оперевшись руками на перила балкона и молча закусил свою губу. Он изредка делал так, когда нужно было подумать о чём-то важном. Стоя бок о бок с ним, я буквально слышал как двигаются его мысли, так что я молча стал ждать пока он найдёт достойный ответ.

— Кого? — спустя минуту задал мне вопрос Парис.

Казалось бы, вопрос был задан островитянину и ему стоило выдать мне имя, но мужчина знал что я не стал бы спрашивать нечто столь важное просто так. Я искал не имя, а нечто более весомое. Например, причину никого не возвышать.

— Монах и старый Иф не подойдут, — произнёс я. — Монах не предаст, но он скоро станет отцом. Бросать его в самое пекло, когда он будет партнёром нашей единственной врачевательницы помимо меня, по меньшей мере глупо. Лита девушка с характером. Если отец ее будущего ребёнка умрет по недосмотру, мы проблемы будем разгребать ещё не один год. Иф, с ним всё и так понятно, он отказался от пути стихии. Он почти закончил своё путешествие по ступеням, поэтому-то он и сидит в учителях. А остальные?

— Среди моих подопечных есть достойные претенденты, — пожевав губу выдал свой вердикт Парис. — Но они не готовы к этой силе. Кому-то из них может не достать дисциплины. Сейчас их держат в строгости ошейники и авторитет, но через пару дней одна из двух составляющих их дисциплины должна исчезнуть. Могут возникнуть трудности. Будет не лучшим решением давать людям силу, когда они могут направить ее против нас.

— Верно, — произнёс я. — Но и игнорировать подобную возможность нельзя. Подумай как обставить всё так, чтобы люди захотели служить верой и правдой. Тогда и сила не заставит себя ждать. Если среди нас появится ещё один воин восьмой ступени с боевой формой, то для остальных останется ещё девяносто восемь сердец. Часть свои уже получили, остальные вскоре получат. Подумай и дай мне знать, слезу с какой стихией стоит отложить. Остальные я все использую. Вас будет сотня, вместе со мной сто один. Ударный кулак новой страны. Остальные будут стараться возвыситься сами или заслужить право первыми получить сердца, когда того позволит случай.

На этом важная часть нашего разговора с Парисом была завершена. Мы ещё пару минут поболтали ни о чем, после чего пожали руки и разошлись каждый в свою сторону. Парис направился на выход из дома, а я наоборот, в его глубину.

В спальне меня ждала приятная картина, две привлекательные девушки спали, развалившись на моей кровати. На столе стояла ещё тёплая еда и чай в крупной чашке. Не спеша я перекусил, выпил напиток отдающий травами, после чего без зазрения совести залез на своё законное место между двух прекрасных дев. Сон не заставил себя ждать.

Несколько последующих дней я провёл в одном режиме. Рано утром, с самими первыми лучами солнца я вставал, спускался на кухню, брал там чего-то перекусить, ведь кухарка к тому моменту не успевала ещё ничего приготовить, а затем шёл в храм богини удачи. Там меня ждала однотипная работа по созданию сердец стихии у солдат сотни. Обычно это длилось до обеда, после чего я вставал и уходил на собственную тренировку. Я ещё прекрасно помню, как больно получать удары по телу, поэтому я не отложил мысль пополнить свои запасы техник и печатей. Несмотря на то что я обрёл отличную боевую форму, я прекрасно понимал, что не всегда смогу ее использовать. Когда-то, у меня попросту не хватит стихии принять вид Спрайта. И вот тогда, я буду благодарен себе за то что я не ленился зазубрить кучу защитных техник и печатей. К сожалению, ввиду малого запаса времени, я толком не видоизменял их под себя, а просто заучивал все что есть. Не скажу что это лучший вариант, но так у меня хотя бы будет множество вариаций защиты. Постепенно, я вычленю среди них лучшие и подстрою под себя.

— Господин, — на одной из последних тренировок, меня нашла Юнона, с которой с момента ночного собрания, я даже не обмолвился словом. — Вы тренируетесь.

— Да, — коротко кивнул я ей, выйдя из стойки и заведя нагинату за спину. — Хочешь присоединится? У меня давно не было спарринга с человеком. Я бы даже сказал, очень давно.

— Шум боя между вами и Парисом слышали в городе, — произнесла девушка, становясь напротив меня и склоняясь в полупоклоне.

— Я бы не назвал это боем, скорее проба возможностей, — ответил я ей, беря нагинату на сгиб локтя. — Мы бились не в человеческой форме.

— Тогда, для меня будет честью разбавить ваш тренировочный процесс, — произнесла она, улыбнувшись мне самыми краешками губ.

Стоило последнему слову вылететь из ее рта, как тело девушки смазалось и она сблизилась со мной вплотную. Двигаясь на одних рефлексах, я ушёл от ее удара ручкой кинжала в висок, при этом толчком от груди бросив в противницу своё оружие. Движение не было запланированным заранее, я действовал по ситуации, но даже так, я добился пусть слабого, но эффекта. Юнона была вынуждена немного отступить, тогда как я уже стоял со своим оружием в руках. Привязка к пространственному кольцу давала мне огромное преимущество.

— Реакция лучше чем раньше, — констатировала факт Юнона. — Но вам все ещё не достаёт опыта.

И словно решив мне доказать свою правоту, она сорвалась вперёд и в пару быстрых и коротких движений она выбила мое оружие прочь. Я не поспевал за девушкой, хотя совершенно точно она находилась ниже меня сразу на две ступени.

Раз укол, два укол. Короткие клинки Юноны жалили меня, словно разъяренные пчёлы. Будь они отправлены, я бы уже имел все шансы быть убитым, но поскольку это не так, я ещё умудрялся держаться. Биться приходилось руками, ведь только я пробовал призвать оружие, девушка тут же меня лишала его. В какой-то момент, когда ее клинок чуть было не рассек мне щеку, я почти сорвался. На пару коротких мгновений, моя кожа начала покрываться холодной плазмой. С большим трудом я остановил превращение и продолжил бой. Закономерно, что спустя ещё минуту, я оказался сидящим на заднице. Меня победили в чистую, даже не оставив самого маленького шанса одержать верх.

— Отличный результат, — произнесла Юнона, подавая мне руку.

— С чего бы? — ухватился я за ее ладонь и с лёгкостью поднялся на ноги.

— Вы продержались на полторы минуты дольше любого вашего воина из числа сотни лучших, — ответила девушка. — Вы сами просили меня стать инструктором. Вот я и обручаю бойцов армии. Правда, пришлось сначала большую часть из них заставить поцеловать землю, прежде чем они приняли меня, но факт остаётся фактом, вы держитесь лучше чем они. Хотя оружием владеете хуже.

— Ещё бы это было не так, — произнёс я, подбирая рукой отброшенную в строну нагинату. — Я в своей жизни, очень редко держал оружие в руках. На момент нашей первой встречи, я бы не отличил где у меча гарда, а где эфес.

— И все же, ваши враги вас опасаются, — произнесла девушка, для наглядности показывая мне один из своих клинков, лезвие которого оплыло. — Всего лишь одно касание моего клинка к вашей странно-голубой плывущей коже и оружие пришло в негодность.

— Не всегда можно обойтись только печатями или формами, — ответил я ей. — Сегодня ты это наглядно показала. Я ещё слаб.

— Тогда, возможно вы бы согласились взять меня с собой? — задала девушка вопрос. — Регулярные тренировки и спарринг помогут вам продвинуться не только в технике боя, но и дадут прибавку к реакции, скорости плетения печатей и прочему.

Вот зачем она пришла. Не для спарринга, а для того чтобы напроситься со мной. И надо сказать, ее поход более чем оправдан. Сначала она показала мне необходимость в тренировках, а только затем предложила свою помощь.

— Я буду полезна не только как ваш инструктор, но и для разведки, — выждав некоторое время, произнесла Юнона. — Иф сам может справиться с тем количеством учеников, что есть сейчас на острове. К тому же, вы до сих пор не заметили моего ученика.

В этот момент, девушка подала знак, и из соседних кустов вышел знакомый мне парнишка. Фили, тот самый мальчуган, что создавал технику тишины для бандитов на дороге близ Винерия. Сейчас он выглядел куда увереннее в себе, да и техника его здорово продвинулась вперёд. Я действительно не слышал, не видел и даже не чувствовал чужого присутствия. Юнона поражает меня все больше и больше, она явно не намерена оставаться на острове, пока в империи будет идти война. И для этого, она готова на демонстрацию всех своих способностей, как боевых, так и профессиональных, то есть учительских.

— Хорошо, вы отправитесь со мной, — произнёс я спустя секунд десять обдумывания. — Помимо тренировок со мной, ты будешь доставлять в расположение армии ещё и сведения от разведывательных отрядов.

— Да, господин, — скрывая свою улыбку, склонила голову Юнона. — Фи.

Короткого обращения по имени хватило, чтобы мальчишка понял свой промах. И хотя я того не требовал, молодое дарование вслед за своей учительницей склонило голову.

В конце этого же дня, я сидел в зале совета и пил чай. Рядом со мной сидело ещё несколько знакомых лиц, причастных к управлению городом и будущим государством. Собственно о будущем государстве речь и шла, а вернее сказать о его будущем названии.

— Республика Дракона! — повысив голос выдал свою версию старый Иф.

— Старик, где ты слышал слово такое, республика, что это вообще такое? — задал свой вопрос монах Фун.

— Республика, это форма правления такая, — со вздохом произнесла Лита, явно огорченная неосведомленностью отца своего будущего ребёнка. — В империи монархия, где власть у одного человека. В республике тоже есть глава, но он не полностью решает судьбу страны. В республике есть парламент.

— Парламент? — ещё больше нахмурившись переспросил монах.

— Совет важных людей, — ответил монаху Мурин. — В моем мире, не было у людей республик, зато у гномов была. Правда мы от парламента отказались, больно уж много граждане требовали. Мы пришли к цехам, главы которых имели право голоса на совете. Почти тоже самое что парламент, только главу цеха выбирает не весь народ, а те кто в этом цеху работают.

— Мы вроде название выбираем, а не форму правления? — задал вопрос Парис.

— Ой ли? — вздёрнув одну бровь озвучил свои сомнения гном. — Ли сам сказал, он если исчезнет, нам дела вести. Значит как в Империи нельзя. Нужна Республика!

— Республика Громового Дракона! — выкрикнула Асуи, пытаясь перекричать зарождающиеся споры.

— Республика не подойдёт, — произнесла Лита, вставая из-за стола, тем самым привлекая к себе внимание. — Насколько я знаю, все человеческие республики слабы, их раздирают дрязги и склоки советников. Посмотрите на себя, мы тут спорим из-за названия страны, а что будет если нужно будет решить что-то действительно важное?

В зале совета повисла тишина. С девушкой были согласны все, но не все готовы были это признать.

— Я считаю, что Ли должен занять место императора, — произнесла Лита, но прежде чем ее кто-то успел перебить, она подняла руку и заставила всех слушать дальше. — Ли наш лидер и пусть он следует своим целям, он решает куда следует идти людям и что делать. В отличии от нынешней империи, терзаемой войной, у нас будут отличия. Будет совет, будет наместник на случай если император вынужден уйти от дел государства. Также, будут своды законов, законы войны и мира. В них будет прописано, как люди должны жить и что делать. Такой же свод правил должен быть и для совета с наместником. Иначе быть хаосу.

— Все это довольно тяжело и трудно реализуемо, — произнёс Парис. — Хотя идея мне нравится.

— Тяжело, не значит невозможно, — ответила ему Лита. — Все будет происходить постепенно, пока Ли и войска будут воевать, занимая земли и убирая с них Ёкай, мы будем принимать людей, строить города и создавать новую жизнь и новую историю. Мы будем новым человеческим государством, с сильным лидером и смелым, отважным народом. Мы не будем бояться трудностей, и мы не допустим тех ошибок, что допускали наши предшественники.

— И как же тогда будет называться новая империя людей? — задал вопрос Мурин.

— Восход солнца после грозы, — тихо произнесла Юнона, до этого момента молча сидевшая на своём месте.- Post solis ortum tonitrui.

— Империя Наступающего Рассвета, — произнёс я ставя чашку своего чая на стол. — Так будет называться новое государство этого мира. Можете записать это на бумаге и поставить печать. Это будет первый документ новой страны. Начинайте готовиться к празднеству. После того как люди отпразднуют и насладятся новыми свободами и правами, мы вступим в войну.

* * *

— Первым указом нового Императора объявляется полная свобода всех рабов! Отныне в Империи Наступающего Рассвета полностью запрещено рабство! Вы можете снять ошейники, отныне они не держат вас и являются всего лишь кусками кожи.

Собравшиеся жители города и вновь прибывшие сюда беженцы слушали оратора, что обращался к ним стоя на специально созданном возвышении рядом с центральным постаментом. Кто-то смотрел на него с широко открытыми глазами и не верил своим ушам, кто-то уже вовсю рвал со своей шеи опостылевшую удавку, не дававшую ему нормально жить, а кто-то просто стоял и пытался осознать, правду ли он слышит.

— Второй указ нового Императора! Всем присягнувшим на верность новой империи людям и нелюдям, будут выделены дома, будут предоставлены рабочие места и даны гражданские свободы! Всем несогласным, будет дана возможность уплыть с острова без опасения гонений и посягательств на их жизни!

Оратор зачитывал указ за указом, а люди все слушали и слушали, толком даже не осознавая, что их жизнь в этот день круто повернулась. Кто-то особо бойкий уже представлял в своей голове, сколько всего можно сделать и реализовать, благодаря новым законам новоявленной империи, а кто-то просто не мог понять, как мир мог встать с ног на голову всего за каких-то полчаса зачитывания указов.

— Думаешь много людей уйдёт? — задал я вопрос Парису, глядя на огромную толпу внизу.

— Думаю никто даже думать об этом не будет, — ответил новый наместник Империи Наступающего Рассвета. — В армии все поголовно ликуют и жаждут пойти в бой. Все уверены в своих силах и уже представляют как спустя десятки боев придут каждый в свой дом с большим наделом земли.

— Было бы здорово, если бы все действительно сложилось именно так, — произнёс я, всматриваясь в лица своих новых подданных.

— Завтра к твоим ногам падет Винерий, — произнёс Парис. — А вслед за ним, и многие другие земли.

В этом момент, оратор закончил зачитывать указы и требовательно попросил всех несогласных уйти с площади где все оставшиеся должны встать на колено и принести клятву новому Императору. Как и сказал Парис, никто и не подумал двигаться с места.

— In fide! Honore! Dignitatem! — закончив зачитывать основные слова клятвы, выкрикнул оратор древние слова, означающие «Верность! Достоинство! Честь!».- Ave, Императору!

— Ave, Императору! — грянули солдаты, стоящие полукругом под балконом на котором стоял новый властитель.

— Ave, Императору! — зычным голосом подхватил общее приветствие Парис.-Ave, мой друг.

Глава 5

Стоя перед порталом, я наблюдал как воины первой, самой сильной сотни моих солдат входят в арку и исчезают. Клан тысячи печатей постарался на славу и отработал полученный ими кусок Амбринита. Портал работал стабильно и без перебоев, сквозь него можно было пройти в обе стороны хоть тысяче людей по тысяче раз в обе стороны, никто не пострадает.

— Это лучшее творение нашего клана, — с гордостью произнесла Юми, стоящая подле меня и наблюдающая за стабильностью работы портальной арки. — За ним можно даже не следить, энергетические контуры стабильны, а поток силы из накопителя не сносит настройки портала.

— И это, твоё творение, — произнёс я, положив ей руку на плечо. — Ты постаралась на славу, это стоит отметить. Возможно я смогу исполнить какую-либо твою просьбу, в рамках разумного конечно же. В качестве благодарности за твою работу.

— Не стоит, — почти сразу же залилась краской девушка.

— Не стесняйся, тебе к лицу твоя уверенность, — произнёс я серьёзным тоном. — И о награде подумай, мое предложение является искренним.

В этот момент, последние воины сотни вошли под портальную арку и переместились. За моей спиной стояло ещё полторы сотни простых солдат и три десятка каменных стражей. Это вся сила, которую мы можем безболезненно отправить на континент. На острове остаётся полсотни солдат и все оставшиеся стражи храма Бэнтэн. Этого вполне достаточно чтобы поддерживать порядок среди населения. На крайний случай, тут же остаются оба Бога. Возле мест своей силы, они смогут некоторое время противостоять даже великому Ёкай, не говоря уже о ком-то послабее. С моим городом ничего не произойдёт, не должно произойти. Острова с шахтами, в том числе с месторождением Амбринита охраняются морскими патрулями и малым количеством людей, этого хватит, чтобы в случае чего оповестить богов. Они предупредят меня и тогда я смогу предпринять какие-либо действия.

— Ступай смело и не сомневайся, — по левую руку от меня возникла из пустоты Бэнтэн, своим появлением воодушевив присутствующих солдат. — Пожиратель не получит того чего желает. У него полно других забот, но когда он решит нарушить договорённости, мы предупредим.

Благодарно кивнув богине удачи, я махнул рукой ближайшему офицеру, давая понять что следующая партия солдат может проходить вслед за мной. Подойдя к арке портала, я ненадолго замер. Пелена перехода трепетала передо мной, но мне не было страшно в неё вступить. Я был горд своими успехами. Зачастую, люди говорят: хочешь что-то исправить, начни с себя. И я начал с себя. Больше никаких путешествий сквозь Междумирье. Никаких больше прорех в реальности, созданных из-за собственной нужды. И раз себя я исправил, пришла пора исправлять и всех остальных.

Перенос телепорта отличался от путешествия сквозь изнанку мира. Это был мгновенный переход из одного места в другое, никакие потоки времени не влияли на мое сознание, а энергия затраченная на переход, была взята из накопителя Амбринита, ранее накаченного силой многих мастеров. Удобно, безопасно, надежно.

— Ваше Императорское Величество, — на выходе из портальной арки меня встречал король крыс. — Рад приветствовать вас в Винерии. Город готов к сдаче.

— Здравствуй, Верон, — поприветствовал я преступного авторитета. — Готов к сдаче?

— Солдаты гарнизона обхожены, обласканы, затра… кхм, одним словом, их опоили и лишили на время воли к жизни. Они не представляют угрозы, — отчитался Верон. — Парни, внесите одного. Наглядная демонстрация не повредит.

Трое крепких вооруженных дубинами парней за спиной Верона быстрым шагом удалились за дверь, а затем вернулись спустя секунд десять, волоком таща полураздетого мужика с жетоном стражника на расстёгнутом поясе.

— Полное бесчувствие, — произнёс король крыс, после чего для наглядности отвесил стражнику размашистую затрещину, придержав расслабленную голову за волосы. — Выдался удачный случай, наёмные солдаты Винерия отличились и главе города выслали положенную по договорённостям премию. Канцелярские крысы проговорились где деньги и я удачно слил эту информацию капитанам стражников. Они сами обокрали хозяина, после чего пошли пить и поганить баб.

— Удачное стечение обстоятельств или никакой премии не было, и ты сам ее выписал на имя градоначальника? — вздернул я одну бровь.

— За малым исключением, все монеты вновь оказались у меня в кошельке, — пожал плечами хитрый белый крыс. — Остатки гарнизона закрылись в донжоне со своим бургомистром, этот трус заранее испугался и разослал письма всем представительствам известной вам артели. Хочет переждать пока придут наемники. Донжон неплохо защищён.

— Значит, город фактически наш, исключая донжон, — задал я вопрос, отходя в сторону от портала, через который начали проходить оставшиеся по ту сторону солдаты.

— Город полностью ваш, Ваше Императорское Величество, — не скрывая своей улыбки произнёс Верон. — Я не зря сказал что город готов к сдаче в ваши руки. Одно ваше слово и мои люди откроют двери донжона изнутри. Вам лишь останется вынести приговор бургомистру.

— Тебе останется вынести ему приговор, — поправил я Верона, глядя как солдаты быстро покидают помещение по заданному заранее маршруту. — Винерий принадлежит мне, но во главе города до поры будешь стоять ты. Тебе и выносить приговор. Пусть заинтересованные стороны будут спокойны.

— Как вам будет угодно, — склонил голову мужчина, ни одним своим мускулом не выдав ни волнения, ни опасения, ни тем более затаённой угрозы. — Понаблюдаем за захватом важных торговых, военных и портовых зданий с высоты?

Предложение Верона я принял с удовольствием. Кто как не теневой король рабовладельческого города знает, где можно лучше всего увидеть происходящее на улицах. Проследовав за крысиным королём, мы покинули гостиницу клана тысячи печатей через главный вход и спустя пятнадцать минут взобрались на башню какой-то мастерской, чей владелец без малейших вопросов пропустил нас внутрь.

— Хочу отметить, что вы и ваши воины поражаете своей силой, — стоя на открытой площадке башни произнёс Верон, смотря на меня и двух бойцов сотни, обладающих не только седьмой ступенью, но и внушительным сердцем стихии. — Думаю, при желании ваши войска могли бы стереть город в пыль.

— Это так, — коротко кивнул я ему, глядя как на многих улицах происходит быстрый и безболезненный захват территорий. — Подобное под силу моим людям, даже больше того, некоторые из нас могут в одиночку сотворить подобное. Только вот разрушать, не тоже самое что созидать. Нам не нужны руины, нам нужны дома, мастерские, люди и их помощь.

— В таком случае, можете положиться на меня, Винерий будет благодарен вам за сегодняшние изменения, — произнёс Верон. — Только посмотрите на то как легко и непринуждённо сдаются остатки стражи.

Через две улицы от той где стояла наша башня, отряд из двух мастеров сотни и одного проводника Верона, зажали в переулке небольшую горстку стражников. Как сказал король крыс, это были те стражники, число которых было совсем мало среди служащих городу бойцов. Бывшие наемники, что чурались грязи. Они редко ходили в бордели, редко пили и больше тренировались. Этакая прослойка нормальности среди большой, вонючей жижи дерьма в местных стражах. Отряд моих бойцов выполнял захват торговой лавки из числа тех, что принадлежат магистрату напрямую, когда неожиданно из одного переулка вывернула пятерка бойцов стражи. Поначалу они решили что это простой грабеж и приступили к исполнению своих обязанностей, но когда грабители вдруг начали легко их оттесняться обратно в переулок, полностью игнорируя слабые попытки продавить свою оборону, стражи сдались. Этому решению как ни странно способствовало присутствие проводника от Верона. Молодой юноша из числа крыс увещевал стражей к тому чтобы они сложили оружие, ведь захват города происходит повсюду. Учитывая то что шум постепенно в городе все же нарастал, а сила была на стороне моих солдат, стража согласилась и сдала оружие, позволил связать себе руки. Бывшие наемники злились, ругались, но не сопротивлялись, ведь они лучше других знают цену своей жизни. Дрянной бургомистр и пахнущие дерьмом улицы Винерия это не та цена, за которые нормальные люди положат свою жизнь на чаши весов.

Постепенно, часа через три, начали приходить сведения и полном захвате того или иного района. Большое число спальных, торговых, ремесленных районов даже не проснулось, а захват произошёл, часть пришлось захватывать с легким боем, как это было у той группы за которой мы могли наблюдать, и только два места вызвали у моих солдат трудности. Магистрат и порт. В первом случае трудности заключались в донжоне, а вот во втором, в одном наглом артефакторе. Лими разметил в порту большое число своих бойцов, так что просто войти туда и сделать своё дело никак не получалось. С одной стороны, его бойцы не были нам врагами, с другой же, они не собирались уступать, а я никак не мог допустить, чтобы одна из важнейших частей города осталась без моего контроля.

— В стороны, — двигаясь передо мной, двое мастеров сотни выступающих в роли моих телохранителей криками раздвигали собравшуюся толпу солдат. — Дорогу его Императорскому Величеству!

От подобного обращения я постепенно начинал ощущать физический дискомфорт, но люди верили меня как в своего правителя. Для них подобное обращение было важно, а я надеялся что постепенно начину привыкать к нему. В конце концов, никто мне не запрещает стараться не обращать на это внимания.

— Ваше Императорское Величество, — подскочил ко мне один из капитанов сотни, Молт, стоило мне только приблизиться к границе порта. — Дальше нас не пускают. Проводники мастера Верона разводят руками, у них не получается убедить пропустить нас. Вы дали чёткий приказ, без лишних жертв, но если мы пойдём в атаку, жертвы точно будут.

— Жертвы? — медленно произнёс я, глядя на целую шеренгу бойцов с ошейниками на шеях. — Вы разве не видите, что жертвы уже есть? Вон они, стоят со стянутыми ошейниками, их руки пусть и свободны от видимых оков, но воля их связана. Посмотрите внимательно Молт, этим бедолагам страшно. Перед ними армия, солдаты в броне и с оружием, мастера не ниже шестой ступени. Они в ужасе. Нужно ли ещё говорить что-то о жертвах?

— Приказать продавить оборону? — хмуро произнёс капитан.

— Рабов не убивать. Если увидите свободного человека с оружием в руках, не щадить, — произнёс я громко и четко, так чтобы меня слышал не только капитан. — Притащите мне сюда Лими! Я хочу видеть этого трусливого артефактора, что прячется за спинами беззащитных рабов!

Раздались команды офицеров. Солдаты быстро принимали боевые формирования. Часть споро творила разноплановые защитные печати на основе своих стихий, другие готовили печати малой мощности для атаки. Порт будет взят.

— Ать! — дружно шагнули три десятка солдат вперёд, снося рабов разнокалиберными печатями.

Кто-то упал, кто-то пошатнулся, но большинство противников устояло. Рабский ошейник принуждал бойцов Лими выполнять приказ хозяина. И пусть я сказал что рабы беззащитны, но это верно лишь отчасти, рабы беззащитны против воли хозяина ошейников, но не против нас. Совсем скоро в ответ на наступление моих солдат полетели техники рабов. Где-то слабее, где-то сильнее, они сгорали в щитах моих парней. К сожалению рабов и нашему счастью, это были простые бойцы, без восьмых ступеней и сердец стихий, поэтому все что они могли быстро творить в бою, это заученные до дыр техники на основе чакры и своей стихии, но никак не печати силы. Тогда как мои парни, сметали рабов печатями, что они творили даже быстрее чем те техники. Исход этого противостояния был предрешён заранее, но я с удовольствием остался посмотреть на него. Тем более что через полчаса активных боев в порту, мне притащили мой заветный приз.

— Лими, — поприветствовал я своего знакомого, стоя на пирсе, возле которого был пришвартован корабль артефактора. — Я думал, в последнюю нашу встречу мы договорились с тобой. Я думал мы с тобой…нет, не друзья, но деловые партнёры.

Повернувшись к артефактору, я заметил блеск в глазах мужчины. Он меня ненавидел и очень плохо это скрывал. Даже сейчас, когда я мог его прикончить, он не мог совладать со своими эмоциями. Хотя раньше, я считал его куда более благоразумным и искусным политиком.

— Когда мы схватили его, то он пытался уничтожить вот это, — протянул мне в руки стопку опалённой бумаги капитан Молт.

Молча приняв бумагу, я вчитался в написанное. Это были письма, вернее целая переписка, и не с кем-нибудь, а с самим императором. Не мной конечно же, а с тем кто носит этот титул уже очень давно, с тем чья страна сейчас терзается войной. Не уверен как долго они держат связь, но самое позднее письмо в стопке написано по меньшей мере четыре месяца назад. Тогда как на самом последнем, недописанной, чернила ещё не высохли.

«…как я и предполагал, город захвачен. Прямо сейчас мне приходят донесения от соглядатаев, что стражи на улицах нет, а важные здания города занимаются неизвестными солдатами. Большинство людей говорят, что это план Верона, местного преступного воротилы, но я с ним знаком, один бы он нечто подобное не затеял. Я считаю, дело в драконе…»

Дальше текст обрывался. Лими просто не успел его дописать. Учитывая тот факт, что артефактор претендовал на политическое лидерство, система соглядатаев у него откровенно слабая. Будь это иначе, он бы заподозрил неладное ещё раньше, на стадии исчезновения стражей или даже возможно задолго до этого. И то что этот недоумок принялся сжигать письма, а не попытался скрыться из города, говорит о нем как о ещё более недальновидном человеке, или о том что с этими бумажками не все так просто.

— Зачем ты решил сжечь следы своей связи с императором? — задал я вопрос, перелистывая одно письмо за другим. — Я ведь знал об этом и раньше. Что в этом такого? В письмах ведь ничего нет.

Лицо Лими на мгновение блеснуло торжеством, после чего превратилось в непроницаемую маску. Внимательно глядя на него, я все больше убеждался, насколько паршивы бывают люди. Эта сволочь что-то скрывала, пусть неумело, но скрывала.

— Отдайте письма Лите, — передал я бумаги Молту. — Эти бумажки, лишь замаскированные послания кому-то другому. Я хочу знать кому он писал и что там было написано. Только идиот не написал бы письмо быстрее, чем его бы схватили. Этот умник шифровал последнее послание, поэтому и не дописал его. Лита лучше всех разбирается в подобных вещах.

— Да, господин, — склонил голову Молт. — А с ним самим что делать?

— В темницу его до момента полного захвата города, — произнёс я, взмахом руки требуя увести ублюдка подальше. — Что с портом?

— Жертв нет, но на дальних складах было много рабов, трудно подобраться и узнать что там…

Не успел капитан договорить, как где-то в дальней части порта произошёл взрыв. Огонь взметнулся над дальними складами, разгоняя темноту ночи. Вслед за стихшим грохотом, до нас начали долетать крики и ругань. Солдаты вступили с кем-то в бой. Одновременно с этим, из разных частей порта до нас стали доносится тревожные выкрики бойцов и отрывистые команды офицеров.

— Ты, — схватил я первого попавшегося солдата, что оказался одним из моих телохранителей. — Беги туда куда увели Лими. Спеленай его как гусеницу. Эта тварь не должна улизнуть. Головой отвечаешь.

— Да, Ваше Императорское Величество, — ударил воин себя в грудь и сорвался с места, побежав не по пирсу, а прямо по воде, используя для этого силу своей стихии.

— Остальные, за мной, — проревел я, и на ходу преображаясь в Спрайта, рванул что есть сил на звуки страшного боя.

Двигаясь рывками короткого телепорта, я довольно скоро оторвался от своих подопечных. Повод для спешки у меня был, и очень весомый. Я отлично слышал крики Ёкай и это были знакомые звуки рёва. Моим людям противостояли рукотворные тварюшки Розалии. Их многоголосые завывания тяжело с чем-то спутать, но если бы только это было причиной моей спешки.

Выйдя из очередного телепорта, я оказался посреди развалин склада. Вокруг валялись ошмётки десятков и сотен тел людей, не солдат, а женщин, детей и стариков. Ни одного мужчины тут не было, только слабые и беззащитные. На видимых участках пола, я различил знакомые символы демонопоклонников. Часть из них была явно не завершена. Возможно по этой причине и произошёл взрыв. Ублюдков застали с поличным и те пошли на риск, создавая призыв на незавершённом ритуальном круге. Посреди этого хаоса, прямо сейчас бились разбитые на звенья солдаты моей сотни. Каждое звено взяло на себя по одной твари и вполне успешно справлялось с их разделыванием, но все это не имеет никакого смысла, если я не помогу им устранить главную опасность. Четырёх метровый, напитанный силой Бездны под завязку Ёкай, похожий на Минотавра. Прямо сейчас его тушу атакует Аспит, капитан сотни с силой стихии Воздуха. Он парит вокруг него и бьет десятками воздушных лезвий за раз, но тварь лишь отмахивается от него как от назойливой мухи. Если я не помогу, рано или поздно тварь попадёт по нему и тогда все солдаты вокруг окажутся в опасности.

Глава 6

Отродье из Бездны металось из стороны в сторону. Огромный ублюдок с рогами на голове силился словить своими лапищами мастера стихии Воздуха, но тому каждый раз удавалось увернуться от противника. К сожалению, особого толка от такой схватки не было. Аспит тратил энергию стихии на левитацию и атаки, постепенно выдыхаясь. Минотавру же, напитанному по самую макушку силой Ёко, было плевать на потуги капитана сотни. Тварь игнорировала абсолютное большинство атак своего противника. Лишь один раз ублюдок отреагировал на атаку хоть как-то. Тогда лезвие воздуха прошло очень близко к глазу Минотавра, заставив того на мгновение притормозить. Учитывая скорость врага, его размеры и непропорционально маленькие глазки, этот эпизод можно было бы посчитать статистической погрешностью к его неуязвимости. И все же, сам Ёкай также не мог попасть по своему оппоненту. На небольшой промежуток времени на поле боя образовался абсолютный паритет.

Собственное появление на поле боя я афишировать не стал. Я не полководец и не боевой командир, моя сила в личных боевых качествах, так что первым делом что я сделал оказавшись на поле боя, это не боевой клич, не раздача указаний и тем более не принятие командования на себя. Первым делом, я прикончил четырёх метрового ублюдка похожего на мифического минотавра. Эта тварь была столь опасна для простых солдат, что я решил обезопасить их и устранить главный источник проблем.

Пока Ёкай гонялся за Аспитом, я серией коротких прыжков оказался в близи врага и незамедлительно его атаковал. Холодная плазма хлестким ударом распорола шкуру ублюдка на уровне его горла. Простой удар рукой, вышел эффективнее чем удар сталью, с применением печати. Ёко прыснула из раны, словно только того и дожидалась. Подверженный боевому ражу демонический минотавр сделал ещё пару шагов и вдруг остановился, припав к земле. Из пробитой глотки ублюдка текла полноводная река Ёко, что не долетая до земли растворялась в воздухе и исчезала за границей нашего измерения. Тварь хрипела, сипела, пыталась удержать свою силу, но тёмная энергия бездны и не думала задерживаться в руках своего хозяина. Она утекала, с каждой секундой делая тварь все слабее, пока от неё и вовсе ничего не осталось.

— Вы вовремя, Ваше Императорское Величество, — подлетел ко мне Аспит. — Удивительная сила удара. Сколько я не вкладывал энергии в своии атаки, не мог пробить ублюдка.

— Запредельный уровень защиты против обычных людей, — кивнул я в сторону минотавра, что к этому моменту уже не стоял на карачках, а лежал и сучил копытами испуская дух. — Это недоделки, лишены большинства способностей и особенностей Ёкай Бездны, но взамен получают хорошую физическую оболочку не восприимчивую к большинству типов атак. Это сосуды для энергии, без неё они слабы. Если продырявить сосуд в одном месте, вся сила из него вытечет. Можешь попрактиковаться пока есть на ком.

— Вы недооцениваете наших парней, господин, — произнёс Аспит, кивая в сторону ближайшего сражающегося звена. — Мы тренировались и готовились к войне. Ориентируясь на полученную от разных источников информацию, мы отрабатывали разные стратегии. Первые минуты ошеломления прошли, посмотрите на своих солдат. Нам есть чем гордиться!

И правда, словно услышав слова своего командира, бойцы сотни начали валить своих противников один за другим. Слаженными ударами печатей, солдаты не только держали оппонентов на расстоянии, но и когда пришёл удачный момент, опрокидывали тех на землю, чтобы в пару ударов прикончить их. Всего за какую-то минуту, бойцы сотни разобрались со своими противниками. Мне даже стало несколько стыдно, ведь я не верил в то что они справятся так легко. Думал что они облажаются, поэтому и решил подстраховать.

— Этот гигант сильнее других в несколько раз, возможно без вашей помощи мы не смогли бы справиться, — благодарно произнёс Аспит. — Я не считаю, что закидать Ёкай телами, значит победить. Спасибо вам за вашу помощь, без неё все могло закончиться хуже.

— Пожалуйста, — ответил я ему, при этом внимательно всматриваясь в его лицо. — Совсем недавно, ты был юношей и даже думать не думал о войне. Сейчас же, ты командир и размышляешь как настоящий боевой офицер. Как так вышло?

— Жизнь заставила, — пожал плечами юноша. — Редкая стихия толкает меня вперёд, хочу я того или нет, а обстоятельства, я привык с ними справляться, пусть даже мне и приходится меняться.

Закончив на этом наш короткий диалог, мы направились каждый по своим делам. Аспит должен был проверить своих бойцов и убедиться что ни одна тварь не ушла живой, параллельно вызвав лекарей для возможных пострадавших. Я же, я должен был направиться в магистрат. Никто без меня не будет заканчивать штурм города. Пусть Верон вынесет и исполнит приговор сам, но очень уж он тяготеет к моему статусу. Его мечта быть советником императора, так что финальный акт захвата Винерия для него никак не может пройти без глаз его нового правителя, то есть меня.

Здание магистрата было выполнено из белого мрамора. Ступени, колонны, витражные стекла, все это было исполнено искусным мастером не за короткий срок. При всем при этом, магистрат стоял не на своём фундаменте. Когда-то на месте этого архитектурного строения было нечто другое, судя по косвенным признакам, более грубое и неотесанное. Учитывая историю происхождения города, не удивлюсь если там и вовсе был дом из неотесанного камня.

— Добро пожаловать в магистрат, Ваше Императорское Величество! — склонившись передо мной до самой земли, у магистрата меня встретил пухленький толстячок со знаками чиновника на одеждах. — Господин Верон просил провести вас прямо к донжону магистрата и исполнять все ваши приказания!

Оценив взглядом этого пухляша, я пришёл к выводу, что скорее всего это один из ручных чинуш Верона. Вряд ли бы перебежчик был бы так спокоен, скорее уж этот мужичок заранее обо всем знал и был готов к переменам. Вот и сейчас, обращается ко мне по недавно присвоенному титулу, в надежде что ему за подлизывание что-то перепадёт. Может быть он и прав, если будет полезен, я не стану срывать на него раздражение, которое он сам же и вызывает.

— Здание стоит не на своём фундаменте, — произнёс я поднимаясь по ступеням вслед за семенящим пухлым мужичком.

— Это так, Ваше Императорское Величество, вы правы! Основатель Винерия, был воинственным и опасным человеком, у него было много врагов и ещё больше недругов! Изначально, весь город был подобен крепости и здесь не было месту красоте! — тараторил мужичок чинуша, не забывая открывать передо мной двери и вести в нужную сторону. — Город бывало грабили, бывало пытались сжечь, много бед было. Здания тогда были не красивы и не практичны, они были безопасны. В последствии, эти уродские постройки убрали, но оставили старые основания. Они крепки и долго прослужат.

— Осталось ли хоть одно старое здание в городе? — задал я вопрос, идя по красным коврам магистрата, устилающим бесконечно длинные коридоры.

— Да, Ваше Императорское Величество! Донжон магистрата, единственное здание оставшееся от той эпохи! — ответил чинуша, не удивив меня своими откровениями.

Через пять минут, минуя многие коридоры и залы, мы вышли во внутренний дворик магистрата. Тут, прямо посреди нового здания, стоял каменный дом размерами пятнадцать на пятнадцать метров. Если бы я не знал что это донжон магистрата, то подумал бы что это казарма, больно похоже было ее строение. Вокруг донжона стояло оцепление из моих солдат и прихвостней Верона. Последних было не особо много, но все они были вооружены до зубов. Арбалеты, сабли, кинжалы на поясе и артефактная мелочь на руках, ногах и шее. Эти парни словно готовились врываться в самое пекло предстоящей битвы.

Чинуша раскланялся перед Вероном и присутствующими офицерами, после чего в очередной раз склонился передо мной, заливая меня патокой фальшивых слов. И только после того как я подал знак двум солдатам, его увели. Не знаю как долго этот толстяк мог ещё изливать потоки лживых слов, но мое терпение не бесконечно. Раздражение, наличие власти и собственная сила, накладывают отпечаток. Лучше бы подобным личностям не переходить черту, иначе могут нарваться на особенные неприятности.

— Твой ручной чиновник невероятно…

— Докучливый и приторный? — опередил меня Верон, стоящий прямо напротив главного входа в донжон. — Я знаю. К сожалению, уже который год я закрываю на эту его черту глаза, ведь на удивление, помимо всего прочего, он ещё и верен.

— Верен? — переспросил я короля крыс.

— Да, верен. Деньгам, — добавил он. — Пока я уверен что ему никто не предложит больше, его можно использовать.

— Не самая устойчивая позиция по отношению к подчиненным, — заметил я.

— Это так, — кивнул Верон. — Только я принадлежу покровителю крысе, не мне искать верных слуг. Я буду искать слуг выгодных.

— Как и выгодного начальника, — произнёс я серьезно.

— Более выгодного и перспективного босса чем вы, в ближайшие сотни лет не предвидится, — произнёс Верон, склоняя голову и оголяя татуировку белой крысы на своей груди. — Мой покровитель выказал вам уважение, это ли не показатель. Моя верность вам безоговорочна. Тем более, что мою мотивацию вы знаете. Это куда надежнее чем пустые заверения в верности. А теперь, если вы не против, я бы хотел начать представление. Наслаждайтесь!

В следующий момент, прозвучал сигнал. Кто его подал я рассмотреть не смог, но в один момент в нескольких местах у донжона раздался залихватский свист. Главные двери малой крепости начали открываться, но не успела между створками образоваться щель, как эти двери взорвались целым облаком щепок. Не успели эти щепки опасть, как бойцы Верона рванули внутрь, размахивая саблями почем зря. Выглядело это безусловно захватывающе, но я то видел, что бойцы больше изображало раж, нежели действительно рвались в бой. Медленно ступая следом за рванувшими бандитами, я под недоуменные переглядывания своих солдат, оставшихся стоять на месте, приблизился к главному входу. Внутри уже все было решено, ещё до того как произошёл взрыв, до того как бандиты Верона побежали на эту пародию штурма. Как и сказал король крыс, я наблюдал спектакль. Разыгранный как по нотам, он вызывал у меня улыбку. Все что сейчас происходило, являлось не более чем пылью, пущенной в глаза невольным зрителям. Чиновники, важные гости города, это все делалось для них. Когда их отпустят, они должны будут рассказать, как коварный преступный авторитет Верон, натравил на остатки стражи своих головорезов. Если бы захват произошёл тихо, это не вызвало бы нужных эмоций и многие языки оказалось бы непричастны к будущим слухам. А так, Верон разыграл поистине интересный ход. Теперь, даже если меня будут лицезреть постоянно рядом с преступным королём, никто и не подумает, что новый владелец Винерия я.

Ступая среди поваленных на пол чинуш, приближённых к бургомистру, я с интересом подмечал семейное сходство у них. Толстые рожи, одинакового цвета глазки размером с бусинку, у некоторых даже одинаковые родимые пятна. Это одна семья, что когда то пошла от бравого бойца. Ныне, его потомки лишь пародия на вепрей, так свинки с легкой щетиной. Отличить этих свинок от гостей города было проще простого, как минимум по их толщине. Ну и конечно же сам Бургомистр, его ряху только слепой не заметит. Голова с четырьмя подбородками, жуткое зрелище надо сказать.

— Кому вы служите?! Это мой город! Моооой! — ревел прижатый бойцом Верона хряк, размерам которого могли бы позавидовать самые крупные бойцы сумо. — Я владею Винерием и его округами, мне подчиняются многие сотни солдат. За мной стоят силы, что сотрут вас в пыль, даже не заметив!

— Хватит друг мой, хватит, — обойдя меня с левой стороны, Верон уверенно прошёлся сквозь поваленных чинуш и остановился прямо перед лицом бургомистра, так чтобы его сапоги оказались напротив рожи хряка. — Ты слабак. Ты растерял последнее влияние своих предков. Теперь, по праву сильного, я забираю все что принадлежит тебе. Хочешь сказать что-то напоследок?

— Верон, отродье портовой шлюхи, ты пожалеешь что родился на свет. Я тебя изничтожу, я… я… я…

Неприятное бульканье оповестило всех прижатых к земле о участи бургомистра. Верон не стал слушать погнанных речей ублюдка, решившего что на краю пропасти можно угрожать. Глупец закончил свою жизнь, прижатый к каменному полу, с пробитым горлом. Неважно как он жил, неважно как он правил, результат оказался таков.

— Всех поднять! — рявкнул король крыс.

Бойцы отреагировали мгновенно. Всех чинуш и гостей города, что укрывались в донжоне, подняли на ноги и поставили лицом к новому правителю Винерия. Исключение составили лишь стражники, что небольшой кучкой было свалены у дальней стены. Причём часть из них стояла на ногах и караулили других. Вопросы о том кто открыл двери только у идиота могли бы возникнуть после лицезрения такой картины.

— Вам объявлена нота недоверия! — возвысив голос произнёс Верон. — Те из вас, кто служил в магистрате, не справились со своими обязанностями! Вы изгоняетесь! Если кто-то из вас приблизится к территориям города и будут пойманы, будут казнены на месте! Те, кто прибыл из других городов, могут возвращаться обратно, чтобы рассказать своим хозяевам о случившемся. Так или иначе, три недели городские врата города будут закрыты для новых предложений и послов. После, мы вновь возобновим торговлю и деловые связи. Вас выведут из города и не причинят вреда.

Вот так, быстро и без проволочек, решилась судьба целого города-государства. Послов и важных купцов вывели из захваченного донжона, после чего в сопровождении бойцов Верона без спешки выпроводили за пределы города. Чинуш же магистрата, вышвырнули за стены почти сразу, разве что позволили встать и идти самим. Никаких посещений домов или вручения свёртков с едой и одеждой на дорогу. Решение жестокое, но справедливое. Для пущей наглядности, с ними бойцы действовали грубо, чтобы никто из паршивых засранцев не решился испытывать судьбу. Последними кто покинул донжон помимо нас с Вероном, оказались стражники. Часть шла при оружии рядом с бойцами Верона, другие шли связанные по рукам. Пленники выглядели ошеломлёнными, но не подавленными. Такие люди приспосабливаются всегда и везде. Я лично готов поспорить, Верон сделает так что они вновь окажутся на службе, если смогут доказать свою лояльность.

— Три дня, — произнёс Верон, стоя посреди пустого зала над трупом жирного бургомистра. — Через три дня они доберутся до ближайшего крупного города и дальше вести о смене власти в Винерии разлетятся как пожар. Никто не подумает о вас. Возможно слухи пойдут, все же всех людей контролировать мы не можем, но серьёзные люди будут думать на меня.

— И так продлится до тех пор, пока мы не захватим ещё один город, — произнёс я, задумчиво смотря на окровавленный пол. — Кстати сказать, представление мне понравилось. Если бы не уверенность в своих силах, от увиденного я бы начал вас побаиваться.

— Другие тоже будут бояться, а те кто не будут, станут опасаться, — произнёс Верон, медленно оттирая свою ладонь от крови бургомистра. — У вас достаточно времени, чтобы решить куда идти дальше. Возможно, Винерий сможет помочь вам пополнить армию! Знаете ли, одна знакомая вам гильдия, совсем недавно доставила в порт партию рабов. Если хотите, я мог бы пригласить их представителя для обсуждения условий сделки.

* * *

Я медленно спускался в темный подвал подземелья. Тюрьма Винерия, оказалась достаточно мрачным местом, но сегодня я шёл сюда радостным. Мне предстоял занимательный диалог с одним не самым хорошим человеком. Не то чтобы я был рад проявить садизм, но результаты этого диалога могут спасти жизни моим солдатам, так что при нужде, я могу побыть и мастером пыток, и палачом. Главное достать нужные сведения.

С момента взятия Винерия прошло пять дней. Столько времени потребовалось чтобы выкупить всех боевых рабов у гильдии и других торговцев живым товаром. Рабов освободили, дали выбор, помогли с реабилитацией и распределением в армию. В этот же промежуток времени я разослал малые разведывательные отряды для сбора общей информации. Армия готова к войне, но на марш она выйдет только когда я буду уверен в безопасности нашего пути. Так же, помимо этого, в самом захваченном городе начались глобальные изменения. Так как Винерий пока только негласно стал частью новой империи, рабство в нём не отменили, но вот закрытие доброй части борделей не заставило себя ждать. Совсем проституцию прикрывать никто не стал, но я настоял на полном прекращении деятельности тех заведений, что подают в своём меню детей и подростков. Это была крупная и громкая реформа, которая перекрыла другие собой, но это не значило что этих самых других реформ не было. Отмена привилегированности чиновников и аристократов, пересмотр торговых пошлин, прикрытие подпольных боев. Много изменений произошло за эти пять дней. Не все из этих изменений прошли гладко, но факт их свершения нельзя оспаривать. И главное, что подобное не могло произойти без вмешательства солдат. Другое дело, что воины моей армии относились к Винерию как к части нашей новой страны и сами стремились ему помочь. Это и послужило причиной столь многих кардинальных изменений. Грубо говоря, лишь часть изменений являлась запланированными, другие же происходили стихийно, под влиянием новых людей в городе. Этот процесс было трудно контролировать, так что большей частью я засиживался в кабинете допоздна.

И наконец, за эти пять дней, Лита расшифровала послания Лими. Как ни странно, письма были действительно письмами. Они доставлялись лично Императору, он читал их и отвечал артефактору. Был только один нюанс, шифровка в тексте все же была и предназначалась она не самому Императору. Лими общался с помощником Розалии Мортис, что был невероятно близок к Императору. Так близок, что даже перечитывал его почту. Из тех расшифровок что предоставила мне наша гениальная врачевательница, становилось понятно, что императора старой Империи могут убить в любую минуту. По этой причине я сейчас и шёл к Лими, хотел узнать, почему этого ещё не сделали и когда это должно произойти?

— Открывай, — произнёс я солдату, что сторожил единственную занятую камеру в темнице Винерия.

Скрипнула отпираемая дверь. В коридоре ещё свет был, но вот внутри было темно. Я прищурился и вошёл внутрь. Нападения Лими я не боялся, на его руках должны быть оковы, что перекрывают ему возможность проводить энергию. Сделав пару шагов и не заметив активности со стороны горы тряпья, которую поначалу принял за артефактора, я сунул руку прямо под тряпки. Ничего или вернее сказать никого. Чуть порывшись, я нашёл только те самые оковы, что должны были быть на руках артефактора. Больше в камере никого не оказалось. Ублюдок сбежал.

Глава 7

Малый военный совет проходил в городском поместье бывшего бургомистра. Несмотря на всю важность мероприятия, это здание куда лучше подходило для подобной встречи, нежели главное управленческое здание Винерия. Тайна о присоединении города к новой империи ещё не выплыла наружу и дабы это оставалось так, важные встречи стоит проводить подальше от чужих глаз и ушей. В этом плане, бывшие владения бургомистра подходили идеально. Мало того что они стояли на отшибе, так ещё и были огорожены дополнительной стеной, а сама территория была высажена фруктовыми деревьями, что перекрывали обзор нижних окон.

— Все в сборе? — задал вопрос Парис, сидящий за столом из редкого красного дерева, что стоял в личном кабинете бургомистра.

— Нет, ещё не все, — ответил Верон, под глазами которого в последнее время появились мешки. — Мы ждём пару важных гостей. Без них мы не сможем обсудим все вопросы.

— И долго их ждать? — недовольно дёрнул щекой капитан Молт.

— Нет, не долго, — коснувшись артефакта на своём запястье, ответил крысиный король. — Они уже на территории особняка.

Сидя во главе стола, я медленно массировал виски. Долгие обсуждения и частые пререкания начинали вызывать у меня мигрень. С момента исчезновения Лими, это было уже третье заседание за два дня. К этому моменту, уже вернулись все разведывательные отряды, предоставив самые полные сведения о территориях через которые должна пройти моя армия. И все же, войска ещё не выступили. Причин на то имелась весомая. Она заключалась в недавно завершившемся переформировании войск. В связи с тем что в мою армию влились новые силы выкупленных и освобождённых рабов, а также дополнительные формирования полученные по договорённостям с кланом тысячи печатей, требовалось назначить ответственные лица. В текущих условиях, быстро сделать это не получилось, банально не хватает подготовленных офицеров. Отсюда и задержка. Текущей заседание армейской верхушки является последним перед отбытием из Винерия. На нем нам предстоит обсудить детали марша и ключевые направления нашей атаки.

Потянувшись к стоящей перед собой бутылке с темным алкоголем внутри, я плеснул напитка себе в хрустальный бокал. Всего на два пальца, промочить горло.

— Императорский Венец вам к лицу, но вас он тяготит, — произнёс Верон, намекая на вышколенного слугу, что стоял у стены и смотрел как я сам себе наливаю алкоголь с лицом белее мела.

— Если не двигаться и заставлять слуг выполнять все мои прихоти, когда-то я проснусь и обнаружу что моя туша вросла в кресло или кровать, — произнёс я серьезно. — Ты, свободен.

Взмахом ладони отправив слугу за дверь, я опрокинул в себя алкоголь и слегка зажмурился. Не знаю каким был бургомистр в жизни, пусть даже живым мешком с дерьмом, но алкоголь он коллекционировал очень неплохой.

— Ты уверен в этом парнишке? Знания которыми он стал обладать по твоей прихоти, могут стоить ему головы, — произнёс я глядя на Верона.

— Это была не моя прихоть, — чуть склонив голову, мужчина поставил подбородок на свои переплетенные пальцы. — Слуги, это атрибут власти. Ваши же солдаты не поймут, если их Император будет ходить голодный и не обстиранный, потому что слуги ему претят. Такова жизнь властителя. На поле боя вы можете купаться в реках крови и рвать сильных врагов на части, но будучи в мирской жизни, вам стоит вести себя подобающе. Если вас не устраивают предоставленные мной слуги, можете заменить их на по своему усмотрению, но совсем без них вам теперь не обойтись.

— Слова императорского советника разумны. К тому же, я бы ещё добавил, что тебе не стоит забывать и о гвардейцах. В бою может произойти много чего. В случае нужды, любой гвардеец заслонит твоё тело собой, — произнёс Парис, опустошая свой бокал.

— Гвардейцы, — произнёс я, покатав слово на языке. — Эти солдаты день назад не думали что их ко мне приставят, а уже гвардейцы.

— Императорская гвардейская сотня, — пожал плечами Парис. — Таковы правила. Нужно же как-то отделить элитные войска от общих подразделений.

— Плевать, — плеснул я себе в бокал ещё алкоголя. — Гвардия должна хотя бы поспевать за своим правителем. В порту они безнадежно отстали.

— Но тогда они и не было гвардией, — хохотнул Парис, ловя меня на моих же словах. — Сам сказал, они лишь день назад получили соответствующий приказ. В следующий раз, они обязательно за тобой угонятся.

Замолчав, я вновь опустил глаза в пустой бокал. Порт. В порту всё сложилось довольно удачно. Солдаты сотни проявили себя, никто не пострадал и даже толком не был ранен, а сорванный ритуал не продырявил границу мироздания. Безусловно прорыв произошёл, но из-за того что ход жертвоприношения был нарушен, стабильность прорыва пострадала и он постепенно затянулся сам собой. К тому же, благодаря этому, из сотни подготовленных для Ёкай тел, демонопоклонникам получилось создать всего полтора десятка или даже чуть меньше. Четырехметровый минотавр не в счёт, его создание по видимому завершили заранее или он создавался другим способом. Главное что в порту не нарушена граница, иначе мне пришлось бы тратить медленно пополняемый запас первородной энергии.

Медленно поигрывая темным алкоголем, налитым в хрустальный бокал, я сидел и смотрел на дверь в кабинет. Меня начинало злить опоздание неизвестных. Мало того что сюда по просьбе Верона должны были привести непричастных к моей армии, так ещё они и опаздывали. Это наглость.

Дверь в кабинет открылась очень вовремя, я уже собирался высказаться, как в дверном проеме показались двое. Двое мужчин стояли один за другим и не обращали внимания друг на друга. Им не было важно кто зайдёт первым, они-то толком даже не смотрели друг на друга. Просто ждали пока им позволят войти.

— Многоуважаемый Верон, — первого в кабинет ввели странного вида мужичка средних лет, на груди которого болталась цепь из чистого золота. — Рад что вы пригласили нашу гильдию на это… эту встречу.

— Рад что вы явились на неё, — расплылся в улыбке Верон, по лицу которого абсолютно непонятно было, действительно ли он рад представителю гильдии или же это всего лишь идеальная маска. — Присаживайтесь, нам есть что обсудить.

Краем глаза наблюдая за гильдейским послом, которого слуга повёл к свободному стулу, я смотрел на другого человека, что стоял в дверном проеме и неотрывно смотрел прямо на меня. Тейпан, глава клана ходящих в тени, вот кто стоял в дверном проеме и никак не решался войти.

— Мастер Тейпан, — второго опоздавшего Верон решил представить лично и даже встал со своего места тому навстречу. — Рад представить всем, великого мастера хождения в тенях, главу клана, что прославился на всем континенте и за его пределами, отец великих убийц и хозяин многих знаний. Тейпан Чёрное Солнце!

Верон так эмоционально представлял Тейпана, что я немного тому позавидовал. Столько званий и пафоса, что любой гангста рэпер удавился бы. На моем лице заиграла улыбка. Давно я не вспоминал Землю. В детстве на уроках истории, всегда представлял как с автомат оказываюсь на крепостной стене осаженного города. Вот и сейчас в голове промелькнула мысль, а что бы было, если бы я или кто-то из людей в этой комнате оказался в Америке или России. Каких высот они бы добились? Может стали бы скрываться? Или вовсе лишились сил, обессиленные из-за удаленности центрального мира?

— Ли, — не обратив толком внимания на Верона, глава клана ходящих в тени пошёл напрямик ко мне, протягивая руку для рукопожатия.

— Рад видеть, что ты сегодня с нами, — крепко сжав руку главы клана убийц, я указал ему на пустующий стул рядом с собой.

— Разве не господин Верон…

Слова застряли в горле гильдийского посла. До этого человека наконец-то стало доходить, что слухи гуляющие по улицам правда. Пусть мы стараемся скрывать факт моего правления, но это как пытаться удержать воду ситом. Скоро всем всё станет известно, главное только чтобы не прямо сейчас. В этом плане, я не знал зачем Верон притащил гильдийца к нам на совещание.

— Предлагаю начинать обсуждения и не затягивать, — произнёс Верон, садясь на своё место. — Начнём пожалуй с вопросов гильдии рабовладельцев и тем что нам с ней делать.

— Уничтожить? — произнёс Аспит, как самый молодой среди всех нас.

— Зачем уничтожать то что работает и может приносить больше пользы чем вреда, — произнёс я и вновь плеснул себе пару глотков алкоголя. — Посол, не хотите со мной выпить. Диалог нам предстоит не самый лёгкий…

К чести посла, стоит признать, он пусть и был обескуражен и несколько поражён, но держался в беседе достойно. Когда его полностью посвятили в обстоятельства смены власти, а затем обозначили законы новой империи, что коснутся и Винерия, мужчина лишь попросил пару минут паузы. Было видно, что гильдия поставила на место посла не идиота. Никакого пафоса, злости, угроз или чего-то подобного. Человек думал и думал активно. У него на лице весь мыслительный процесс отпечатывался. К таким людям я испытываю уважение.

— Могу я попросить три минуты для переговоров с советом гильдии? — указал посол на свою руку, на которой висел артефакт связи. — Я думаю, что я примерно понял положение дел и мы сможем наладить наши взаимоотношения, но прежде чем озвучивать свои предложения, нужно убедиться что господа гильдии поддерживают данную позицию.

— Иди, — произнёс я спокойно. — Молт, сходи с господином послом, проведёшь его до зала и ненадолго оставишь одного. Пять минут на переговоры, затем приведи его обратно.

Коротко кивнув, капитан гвардейской сотни встал со своего места и дождавшись пока посол пройдёт, вышел вслед за ним за дверь кабинета.

— Зачем было звать его сюда? Разве это не могла быть личная встреча? — нахмуримся я и обратился к Верону. — Нам нужно решить срочные вопросы и гильдия работорговцев никак к их числу не относится.

— Это не так, — отрицательно покачал головой Верон. — Гильдия слишком мощная организация, чтобы просто вычеркнуть ее из внимания. Если не оказать ей должного уважения, она может сильно подпортить любые ваши планы. Ее можно использовать в войне и очень эффективно, иначе я просто предложил бы ее вам уничтожить.

— То что этот вопрос важен, я не спорю, но почему не личная встреча? — с нажимом повторил я.

— Потому что решив дальнейшие планы на этом заседании, вы покинете город, оставив меня наедине с этой проблемой! — вспыхнул Верон. — У вас недостаточно времени на личную встречу! Для Винерия и вас самого, жизненно важно решить дело с гильдией рабовладельцев! Это же не я в законах новой Империи прописал запрет на рабство!

Вспышка Верона была объяснима. Создание государства и присоединений территории и тем более целых городов, процесс сложный. Я его понимал, но в тоже время, он не должен был высказываться при всех присутствующих. Помимо меня, Париса и капитанов гвардии, за столом ещё сидели командиры других подразделений. Пусть они и молчали в тряпочку пока их не спросят, но списывать факт их наличия здесь со счетов не стоит. Сколь бы искусном вором и руководителем преступной организации Верон не был, все же он не полноценный управленец. Правление городом и решение десятков вопросов даются ему тяжело. Сейчас это стало очевидно. Ничего, со временем он начнёт справляться. Все приходит с опытом.

Я не стал развивать конфликт и спор из вспышки Верона. Мне действительно не хватало времени на решение многих вопросов, так что решить что делать с гильдией рабовладельцев на совете, это меньше что я могу сделать, чтобы помочь Верону.

После того как посол вернулся, выглядел он взволнованным, но при этом в его глазах играл блеск. Опытный переговорщик вступил на излюбленную стезю. Прямо как тореадор на арене против быка, он был готов торговаться со мной до последнего.

Запрет на работорговлю, это прямой и сокрушительный удар по гильдии. За время что она существует, она обросла связями, скопила весомые капиталы и стала поистине опасной организацией. Пересечение наших интересов, тема тонкая и опасная. С одной стороны, класть я на них хотел, запретил их деятельность и все. С другой же стороны, надави на них сильнее чем нужно, и они свои капиталы пустят на то чтобы нагадить мне прямо в ботинки. Дерьмовая ситуация, с какой стороны не посмотри. И все же, посол выход нашёл. Выгода нашлась всем, и нашим, и вашим. Мужик оказался опытным и понял, что силой нас не взять. Деньги потрачены будут, но после того как мы перебьем наёмников гильдии, мы не дадим жизни гильдийцам совсем. Поэтому, дабы продолжить деятельность на территории новой Империи, было предложено создание торговых зон. Рабов можно купить будет только там, в ограниченном количестве. Рабы на этом континенте будут иметь возможность обратиться к государству, чтобы оно их перекупило. Также, за жестокость к рабам будут применены меры по отношению к его хозяину. Посол конечно такого не предлагал, но я ведь не дурак останавливаться только на торговых зонах и разномастных пошлинах. Давя своей силой и властью, я заставил гильдию уступить до самой границы, за которой она уже ни в какую не пойдёт на сотрудничество. Я выдавил максимум из возможного. И на все это, потратилось всего двадцать минут времени. Вопрос был решён полюбовно. Неизвестно как долго гильдия будет согласна так вести дела и не попробует ли где-то подгадить, но пока что мы пришли к соглашению. Договор был скреплён печатью за подписью императора.

— Теперь то мы можем приступить к действительно важным вопросам? — произнёс я, окинув взглядом присутствующих, стоило только послу работорговцев покинуть нас. — Или Тейпана позвали тоже чтобы что-то обсудить?

— Нет, это должен был быть сюрприз, — Верон изобразил на своём лице слабое подобие улыбки. — Хотел впечатлить вас нашим новым союзником.

В кабинете раздались разномастные шепотки. Кто-то довольно покачивал головой, кто-то из младших офицеров наоборот недовольно шептал соседу что-то про задержки из-за непонятно кого. Повышать голос и осаживать всех я не стал. И так понятно что все устали и на взводе. Простой плохо влияет на солдат, а офицерский состав и управленчество вязнет в проблемах! Одну решаешь, возникает две, а то и три других, хотя цель наша довольно проста и понятна. И чтобы больше не отвлекаться на посторонние вещи, я решил взять ведение совета в свои руки.

— Армия должна выступать, завтра утром, — произнёс я. — Дорога относительно безопасна. Ёкай или солдат противоборствующих сторон разведчики не заметили. Осталось выбрать направление. Северо-запад или северо-восток?

— Северо-запад пустынен, — произнёс Молт. — Путь в ту сторону опасен, но преодолев пустыню чёрного песка в этом направлении, мы окажемся прямо перед столицей приграничной провинции старой Империи.

— Северо-восток более безопасен, — добавил Аспит. — На этом пути будут встречаться города-государства пустыни, а имперскую границу мы пройдём даже не заметив. Городов там почти нет.

— Наша цель капища, — напомнил Парис. — Демонопоклонники используют для ритуалов людей. В глуши их мало, а вот у городов обычно много деревень. Готов поспорить на что угодно, ублюдков куда больше там, нежели в безлюдных лесах.

— К тому же, разве нашей новой Империи не нужны новые города? — задал вопрос Верон. — Императорская династия, нам такой же враг, как и твари Бездны. Нужно избрать путь на северо-запад и захватывать города, вместе с остатками людей, кланов и их хранилищ с ресурсами, а также библиотеками техник и печатей!

— Не стоит забывать и про алхимические лаборатории кланов кроликов и змей! — добавил кто-то из младшего офицерского состава.

Я внимательно слушал умозаключения офицеров и управленцев. Большинство присутствующих голосовало за северо-западное направление. Были среди офицеров правда и пара перестраховщиков, предлагающих пройти безопасным маршрутом, а затем сделав петлю выйти к городам, но даже они были за захват поселений. Из того что я выслушал, выходило что лучше всего будет направить солдат на северо-запад, там где в старой империи есть города. Они сами того желают. После Розалии, города будут ослаблены и взять их будет легко. Империя Наступающего Рассвета расширится очень быстро. Только бы хватило грамотных людей на местах.

В пользу этого же плана играл и тот факт, что разрывы реальности на месте капищ все ещё имеют место быть. Нужно закрывать эти прорехи, иначе мир скоро развалится на части или станет придатком к Бездне. Только вот, лучше бы мне делать это не самому. Могут же как-то демонопоклонники рвать границы, значит люди смогут их и закрывать. Мне же, предстоит что-то более тяжелое. Поиск Розалии. Эту рыжую стерву точно нужно прибить. Возможно, когда я ее найду, то встречусь и с ее покровителями из Бездны. Будет отличный шанс стравить этих ублюдков и моих «союзников» между собой, а затем добить кого-то по возможности.

— Что будем делать с информацией касающейся Императора? — неожиданно задал вопрос Верон. — Если он умрет, крупнейшая страна в мире погрузится в пучину хаоса окончательно.

— Ты сам сказал, императорский род нам такой же враг, как и Ёкай, — ответил я ему. — Я не буду оплакивать убитого правителя.

— И все же, могут возникнуть проблемы с высокопоставленными кланами, — заметил король крыс.

— У меня есть решение, — произнёс я, подразумевая бастарда императорского клана.

Если весь клан Разящего когтя будет мёртв, а артефакт подтвердит наличие у Имира императорской крови, то даже самые строптивые последователи старой империи будут вынуждены склониться. Заодно, можно будет подумать о том чтобы передать в последствии свою новообразованную империю под руку хорошего человека.

— Если моему клану найдётся место в Империи Наступающего Рассвета, я готов пойти с твоей армией, — неожиданно произнёс Тейпан посреди всеобщего обсуждения, обращаясь только ко мне. — Я пришёл сюда, по причине того что моим людям нужен новый дом. Если слова о новой империи правда, если мои люди получат безопасность, дома и возможность жить без гонений, я готов идти и биться. К тому же, я видел силу Ли, видел тех кому он противостоит. Для меня будет честью, сражаться среди его солдат.

* * *

Третий день армия на марше. Больше трети пути сквозь пустыню чёрного песка преодолена. Каждый день и каждую ночь мои люди подвергаются нападениями насекомоподобных Ёкай, что когда-то подчинялись Гемите. Потери есть, но они незначительны и зачастую даже случайны. Никто не умер, есть только раненые. Лекари и алхимики справляются. Совсем скоро, мы достигнем первого города старой Империи. Остался ли он цел или выкормыши Бездны опустошили его? Будем ли мы воевать с кланом Чёрной кобра во главе с Ангиром, мастером девятой степени, обладающий способностью обращаться в Тотем? Совсем скоро мы это узнаем. Время покажет, а пока, нужно посильнее укутаться в шерстяное одеяло, ведь ночи в пустыне холодные.

Глава 8

Движение армии продолжалось. Постепенно мы удалялись от океана и углублялись всё дальше и дальше вглубь континента. Благодаря вливанию бывших рабов и солдат клана тысячи печатей в мою армию, её численность выросла до семи сотен людей и нелюдей. Выступая в путь столь большим числом, я опасался что мы будем тащиться сквозь пустыню подобно огромной черепахе, но уже по прошествии пары часов времени, я выдохнул с облегчением. Несмотря на то что днём нещадно палило солнце, а ночью люди жались поближе к кострам, во время переходов армия двигалась очень быстро. Офицерский состав при содействии Верона, нашёл достаточно повозок и верховых животных для нужд войска. Причём, и повозки, и живность, были привычны к переходам по пустыне. У повозок были специально укреплённые широкие колёса, что почти плыли по пескам, а не вязли в них. Что касается лошадей, то для перехода сквозь пустыню, была выведена особая порода, чем-то отдалённо напоминающая земных верблюдов. Про ящеров, что тоже присутствовали в армии в качестве ездовых животных и говорить нечего, на них осуществлялись патрули. Южная порода отличалась невероятным нюхом на Ёкай, так что лучшего применения для них кроме как патруль нельзя было придумать.

— Отдых окончен, — в ультимативной форме произнесла Юнона, заметив как я провожаю взглядом уже второй патруль подряд.

В чёрных песках пустыни стало очень небезопасно. Это и раньше было не самое гостеприимное местечко, а после того как у насекомоподобных Ёкай вдруг пропала связь с их создательницей, они словно с цепи сорвались. Нападения на армию происходят ежедневно. Могу сказать даже больше того, на второй день нашего пути по пескам, на патрули и обоз напали тридцать один раз за день. Учитывая эту статистику, частые патрульные группы на ящерах это не блажь, а самая настоящая необходимость. Вот и сейчас, между двумя группами патруля прошло три минуты, тогда как на отдых Юнона выделила мне две.

— Отработка связки номер три, — произнесла девушка, кидая мне короткий меч и кинжал.

Что-либо говорить сейчас не имело смысла. Уже на первый день я внял аргументам Юноны о том что тренироваться надо с разным видом оружия, ведь каждое из них по-своему влияет на мою технику.

— Мало кто пишет об этом, но мои клановые тренера всегда говорили, чем выше ступень мастера, тем легче ему даётся запоминание приёмов и наработка мышечной памяти, — произнесла она тогда. — Попробуйте сами и убедитесь.

В тот день, я работал со своей нагинатой и круглым щитом. Несмотря на то что я привык биться древковым оружием двумя руками, уже к вечеру я вполне сносно блокировал большую часть атак Юноны и даже мог использовать щит как оружие, а не предмет защиты.

— Для того чтобы постичь все аспекты использования своего основного оружия, мастер может тратить годы и десятилетия, — важно заявила тогда Юнона, стоя надо мной, пока я пытался отдышаться. — И всё же, это не отменяет того факта, что мастера высокой ступени неплохо обращаются почти со всеми видами вооружения, кроме разве что самых экзотичных.

Подтверждение её слов мне не требовалось, я ведь имел глаза и сам всё видел. Люди в армии тренируются каждый день с разным оружием. Несомненно, на разучивание ударов, связок и прочего они тратят лишь половину времени, а затем принимаются отрабатывать своё основное оружие. В отличии от большинства из них, я был куда выше ступенью и мог бы используя формы убить тут почти любого без каких-либо проблем. Только вот во всей этой ситуации, есть одно большое НО. Если я окажусь без энергии, а такое очень вероятно, меня убьют. Владение оружием, не блажь, а острая необходимость, как и с патрулями. В конце концов, в важном бою, мне не будет надобности тратить силы на слабых врагов, если я буду убивать их сталью, а вот на кого-то посильнее, чья шкура сталью не будет пробиваться, у меня будет полный спектр аргументов в виде печатей, техник, форм и прочего. Силу стоит применять грамотно.

— Повторить! — рявкнула Юнона, неудовлетворённая тем как я отбил летящий в меня арбалетный болт.

Солдат, приставленный к нам для тренировки, взял следующий заряженный гномий арбалет работы Мурина, и без промедления выстрелил в своего императора. Я не видел выстрела, не видел летящий в меня новый болт. Я не мог бы его увидеть, даже если бы очень захотел, ведь пот застлал мой взор, а вечернее солнце слепило в глаза. Это было сделано специально, ведь в бою маловероятно что кто-то будет предупреждать меня о выстреле.

Движение рук началось как только я услышал слово повторить. Солдат стоящий передо мной не слабак, он гвардеец. Надеяться на то что у меня будет хотя бы лишняя секунда не приходится. Малейшее промедление и боевой болт пробьёт моё тело.

— Дзинь! — оглушительно зазвенели меч и кинжал.

Я отбил его. Снова. Удивительным образом, но именно этой оружейной спаркой мне проще всего это сделать. Ориентируясь на потоки расходящейся в стороны от болта окружающей энергии, я подставляю меч под выстрел, а кинжалом направляю болт туда куда мне нужно. В бою можно обойтись и без второго пункта, но Юнона не зря является самым почитаемым в армии боевым инструктором. В бою даже такая мелочь как направленный во врага болт, может оказаться очень полезной.

Простояв в боевой стойке ещё пять секунд, я так и не дождался отмашки Юноны на повтор. Выпрямившись, я вытер пот тыльной стороной ладони и обтёр её о штаны. Теперь, когда я снова могу сносно видеть, я заметил что девушка стоит и смотрит на меня с гордостью. В повседневной жизни, она меня уважает и исполняет все мои приказы, но на тренировочной площадке, она не раз выбила из меня всё дерьмо. Так что получить от неё подобный взгляд, настоящая радость.

— Ваше Императорское Величие, — на край тренировочной площадки оцепленный малым отрядом гвардейцев вышел офицер сотни. — Прибыли новые данные от разведывательных отрядов.

— Пусть передадут Парису, — отмахнулся я от офицера, решив что закончить тренировку важнее чем выслушать очередной доклад о том сколько Ёкай вокруг и том нет ли следов активности людей поблизости.

— Это не всё, господин, — произнёс офицер, так и оставшись стоять на месте. — Вместе с разведчиками привезли раненного человека. И ещё, прибыл гонец из Винерия?

— Гонец? — удивился я.

— Да, — коротко кивнул офицер. — Гонец не от господина Верона, от гильдии работорговцев. У нас с ними нет связи через артефакты, так что они прислали гонца.

Пару секунд я размышлял, о том, стоит ли продолжить тренировку, но зуд интереса и любопытства не давал мне покоя. К тому же, я император, а как говорила моя мама, назвался пирожком, полезай в печь. Мамы давно нет, но небольшие, совсем крошечные частички воспоминаний о ней греют мою душу.

— Ступайте, господин, — коротко поклонившись, произнесла Юнона.

— Да, пожалуй стоит уделить этому время, — хмуро произнёс я, направляясь к бочке с водой, возле которой лежали мои вещи.

Скинув с себя грязные вещи, я без стеснения залез в разогретую вечерним солнцем воду и быстро смыл с себя пыль, песок и пару кровавых разводов от уже заживших порезов. Пока одевался, я смотрел на Юнону, девушка уже выдернула какого-то мимо проходящего офицера и заставила того отрабатывать с ней удары. Несмотря на то что тот явно был чем-то занят, он без малейших колебаний передал через подчиненного какой-то приказ и остался на тренировочной площадке. Как я уже говорил, Юнону уважали и любили. В своё время, девушку учили лучшие боевые мастера старой империи, а слава о силе её умерщвлённого клана до сих пор многих пугает. Сам Тейпан когда узнал из какого клана Юнона, попросил разрешения провести с ней несколько совместных тренировок. Тогда на первый тренировочный бой пришли посмотреть все солдаты лагеря, разве что патрули с сожалением кусали губы, что пропускают подобное зрелище. Бой шёл одиннадцать минут. Одиннадцать невыносимо нервных, но таких интересных минут. Мастер шестой и восьмой ступени сошлись на коротких клинках, без использования каких-либо техник и печатей, на голом мастерстве владения оружием. И что самое удивительное, бой закончился ничьей. Юнона и Тейпан одновременно приставили друг другу клинки к шее исполнив один и тот же приём в одну и ту же долю секунды. Это вызвало столь бурную реакцию толпы, что на рёв и гомон людей через несколько минут сбежались сразу три Ёкай. Не будь у нас патрулей и каменных истуканов, постоянно несущих службу по охране, могло дойти до беды. И всё же, этот бой до сих пор обсуждают. Всех поразил тот факт, что девушка куда более молодого возраста и меньшей ступени, смогла свести бой с опытным воином и убийцей в ничью. Так что мои тренировки с Юноной, чистой воды привилегия императора. Другие офицеры принимают её вызовы как манну небесную.

— Чай, — входя в свой шатёр коротко бросил я слуге, что постоянно следовал за мной.

Думаю, если бы я ничего не стал говорить, вышколенный парнишка всё равно бы сделал мне чай. На удивление, этот смышлёный юноша, приставленный ко мне Вероном, совсем не раздражал меня своим присутствием. У парня получался удивительный по своему вкусу чай, он умел быть незаметным и даже когда он обращался ко мне по титулу, тот не звучал как сладкая приторная патока.

— Как всегда превосходно, — поблагодарил я юношу. — Скажи, я раньше не спрашивал, но как тебя зовут и где ты научился так заваривать чай?

— Меня зовут Байха, господин, — склонил голову парень. — Чай научил меня заваривать мой отец. Наша семья поколениями жила на острове где произрастает растения, листья которого используются для заваривания напитка. Когда моего деда захватили в рабство, то по достоинству оценили его навыки сборщика и позволили иметь жену, а также продолжать род. Так, семейные тайны чайных церемоний не были забыты.

— Байха, я рад что ты завариваешь для меня чай, — искренне поблагодарил я юношу. — Только прошу тебя, помни, ты больше не раб. Если тебе захочется уйти и строить свою собственную судьбу, то ты волен сделать это когда тебе будет угодно. Разве что посоветую тебе не делать этого прямо сейчас, пока вокруг пустыня.

— Благодарю, господин, — вновь поклонился парень. — Я подумаю о ваших словах.

В этот момент, я услышал голоса перед шатром. Судя по тому что я слышал, гвардейцы осматривали кого-то. Видимо, ко мне принесли того самого раненного, других солдат гвардия бы не досматривала.

— Пропустите, — чуть повысив голос крикнул я.

Через пару мгновений, ко мне в шатёр зашла целая делегация. Если пару офицеров я ещё ожидал, как и посланника от разведчиков, то вот двое простых солдат с носилками и еле живым человеком на них меня удивили.

Отставив свой чай, я вышел из-за стола и подошёл ближе. Раненный человек был весь перевязан и пропах не только кровью, но и лечебными мазями и припарками. Наши лекари точно над ним поработали, но даже так, он стоял на самом краю. Если прямо сейчас не вмешаться, то он умрёт.

— Гвардия его досматривала? — спокойно задал я вопрос.

— Нет, — коротко бросил Молт, что прямо сейчас вошёл в шатёр. — За нами увязался гонец от работорговцев. Решил будто может совать свой нос куда не следует.

— Ясно, — бросил я. — Очистите стол и ставьте носилки прямо на него. С гонцом позже разберёмся. Воды сюда и чистую ткань.

Действовать я начал ещё пока говорил, так что когда пациент оказался на столе, я уже чётко понимал суть проблемы. Мужчину атаковал Ёкай, никто другой не мог занести ему в рану энергию Ёко. В бедолаге её столько, сколько порой в какой-нибудь суккубе нет. По этой же причине, не помогают лекарские и алхимические средства. Лекари у нас ещё довольно неопытные, не смогли определить суть проблемы, хотя средство против Ёко Лита специально подготовила. Кстати, а где сама Лита? Эта девица с боем пробилась к нам в состав армии на правах главы алхимиков и лекарей. Пришлось ей уступить, ведь силой воздействовать на неё нельзя, а слов она ни от кого не слушает. И теперь, когда её помощь действительно нужна, она вдруг начинает игнорировать обязанности лекаря?

— Почему им не занялась Лита? — задал я вслух вопрос, ни к кому конкретно не обращаясь, продолжая процесс восстановления тканей и параллельного извлечения энергии Бездны из тела пациента.

— Кхм, так она того…

— Чего, того? — даже поднял я взгляд на капитана Молта, что стоял напротив и подозрительно мялся.

— Родила она, — оттянув воротник произнёс Молт. — На днях перед тем как армия выступила, она пользовалась аркой портала, чтобы сходить в храм Фертилиса. Бог плодородия дал ей амулет, созданный его силой и напитанный верой. Она специально не показывалась вам на глаза с быстрорастущим животом. Кстати, родился мальчик.

— Мальчик, — ненадолго прикрыл я глаза, скрывая от окружающих степень своей злости. — Будущий воин, родился прямо во время военного похода.

— Бог войны будь он жив, благословил бы данное чадо, — уверенно произнёс Молт, а все остальные солдаты активно закивали.

С трудом удерживая крутящиеся на языке ругательства, я погрузился в процесс врачевания. Нужно выкачать всю Ёко из пациента, иначе даже если я его залечу, она будет отравлять его и рано или поздно тот умрёт. Вот ведь дура! Чем она думает, идиотка! Спокойно, не дёргая щупами чакры, вытягиваем лепесток тьмы прямо из под еле бьющегося сердца. Теперь, восстанавливаем ток чакры у человека, это позволит разогнать собственную регенерацию тела до максимума. Ребёнок в армии на марше, что за глупость! Я понимаю что она не простая мать, а врачевательница, но она неопытна и ей предстоит выполнять многие обязанности! У нас тут детский сад и есть нянечки? Или может быть она решила будто её сын мгновенно вырастет, обретёт боевые навыки и сам себя сможет защищать? Или же его папаш, безрассудный и смешливый монах наплюёт на свои обязанности и мы лишимся поддержки одного мастера седьмой ступени?! ИДИОТЫ!

— Ты… — погрузившись в свои мысли, я не сразу заметил как мой пациент очнулся.

Несмотря на скрытый гнев, я не терял концентрации и продолжал врачевать, так что неудивительно что результат не заставил себя ждать. Правда удивительно другое, мужчина был истощён ещё до моего вмешательства, а уж после регенерации, ему нужно много питательных элементов. Я думал он пролежит без сил по меньшей мере сутки, а он уже голову пытается приподнять.

— Ли… — прокряхтел мужчина, чем смог удивить уже не только меня, но и всех присутствующих.

— Тряпку сюда, — вытянул я руку в сторону, в которую тут же вложили тёплую, пропитанную водой чистую ткань.

Аккуратно придерживая за затылок мужчину, я провёл чистой тканью по его лицу. Грязь, застывшая кровь, всё это скрывало черты лица пациента, но до этого момента, мне казалось что всё это не важно. Теперь же, я хотел понять, кто этот человек.

— Воды ему и бульон принесите, важно не дать ему потерять сознание, — оттерев лицо мужчины, я узнал его. — Самдан, младший вождь клана Степной ветер, я рад что ты выжил.

Дав напиться мужчине, я не стал мучить его вопросами раньше срока. Сначала мы дали ему немного бульона, чтобы его тело получило столь необходимые ему, полезные и питательные для него вещества. После этого, я приказал принести сюда ещё и укрепляющей алхимии. Пары пилюль хватило, чтобы Самдан начал чувствовать себя гораздо лучше.

— Вскоре после нашей встречи тогда, многое изменилось, — сухим голосом произнёс Самдан. — В пустыне стало невероятно опасно. Что-то случилось с Ёкай. Сначала они просто стали нападать чаще, но это было лишь началом великих бед.

— Каких бед? — задал я вопрос, внимательно слушая младшего вождя клана.

— Ёкай стали уходить из тех мест где они обитали раньше, — хмуро произнёс мужчина. — Ёкай не звери и не животные, они живут по своим правилам и в их число точно не входит грызня между собой. Возле городов стали появляться странные твари, они не только нападали на людей как и прочие, но и сгоняли с насиженных мест насекомоподобных Ёкай. Сначала их было совсем немного и мало кто обратил на это внимание, но после того как в один день вдруг перестал существовать целый оазис и малый город, что стоял вокруг него, было уже поздно. Мой клан кочует по пустыне столь давно, что мы лучше других смогли осознать масштаб грядущих проблем. К сожалению, война в империи не дала нам уйти в леса, там также опасно как и здесь, так что пришлось уходить в эти края, ближе к западной части пустыни. С этой стороны, был всего один город, да и тот был непомерно мал по сравнению с восточными, мы думали что там грызня людей и Ёкай обойдёт нас стороной.

— И вы ошиблись, — закончил я за него.

— Да, ошиблись, — коротко кивнул мужчина.

— Наш отряд нашёл его среди десятка мёртвых тел в паре часов езды от упомянутого города, — произнёс в образовавшейся паузе разведчик. — В этих бумагах все сведения об этом рейде.

— А если на словах? — посмотрел я на мужчину с суровым, обветренным лицом и головой, покрытой тканью на манер арафатки.

— Пока мы оказывали помощь раненному, и пара лучших членов группы на самых быстрых лошадях ускакала в сторону города, — произнёс солдат лицо которого стало ещё более хмурым чем было до этого. — Город кишит Ёкай. Их так много, что даже не пришлось приближаться, чтобы заметить их активность. И тем не менее, они обычно уходят из пустых город. Смею предположить, что в поселение ещё есть люди.

— Ёкай насекомоподобные? — задал я вопрос.

— Нет, — отрицательно покачал головой разведчик. — Созданные, как и те что были уничтожены нами в порту Винерия. Посланная отрядом двойка насчитала по меньшей мере пятерых Ёкай размера того великана из порта и ещё около полусотни особей поменьше. Вероятнее всего, их гораздо больше.

— Естественно больше, по другому просто не может быть.

Глава 9

Стояла глубокая ночь, почти все солдаты армии, пересекающей чёрное море песка, уже спали и видели сны. Медленно и неспешно по округе разъезжали те немногие, кто был ответственен за охрану периметра. Костры горели ярко, но вокруг них никто не сидел, люди вокруг них спали. Зажжённые благодаря силе стихии огня, эти островки тепла и света не нужно было поддерживать в ночи, а посему, даже ответственных за поддержание огня в лагере не было. И только в командном шатре, ответственное командование и не думало ложиться спать.

Опрокинув в себя только что заваренный для меня тонизирующий чай, я почувствовал как по моему пищеводу стекает невероятно горячее и дающее мне силы варево. На этот раз, видя мою утомлённость, Байха предложил мне сделать чай на ресурсных травах. Не бог весть что, силы в тех травах совсем немного, но как сказал слуга, заваренные особым способом, они не влияют на энергетику тела, а отдают свою малую силу напрямик клеткам организма. Отсюда и столь тонизирующий эффект, благодаря которому я смогу теперь продолжить обсуждение с довольно светлой головой.

— Значит, с нашей стороны в город не попасть, — произнёс я, смотря на развернутую на столе схематичную карту местности. — Врата запечатаны, стены целы. Если преодолевать это препятствие силой, то на шум сбежится вся нечисть из захваченного Ёкай города. С другой стороны, огибать по дуге город также не лучшая идея. Его южная часть находится на небольшом склоне, а значит, если мы попробуем пойти тем путём, то можем оказаться под волнообразным ударом Ёкай, сила которых в их массе и непробиваемости. Сколько бы сильны не были гвардейцы, но этих тварей нужно бить точечно и в бою стенка на стенку, шансы наши не велики. Победу мы вырвем, но ни о каком бое без потерь не может идти и речи. Этот вариант меня не устраивает.

— Есть ещё северная сторона, — произнёс Парис, присутствующий на совещании как и все остальные офицеры. — Самдан, я правильно понял, что северная сторона города почти полностью лишена крепостной стены?

— Да, — коротко кивнул младший вождь степного клана. — Северную стену проломили самые крупные Ёкай, что пришли из-за барханов со стороны Имперской границы.

— По этой же причине, атаковать с севера не лучшая идея, — произнёс Молт, опережая меня в этом высказывании. — Мы близки к границе и поскольку удар по пустынному городу пришёл оттуда, а не изнутри, высока вероятность того что подобное может повториться. Путь не безопасен и даже банальная разведка грозит потерями.

— Восточная сторона даже не обсуждается, — произнёс я тяжело и осел в своё кресло, медленно покачивая пустой чашкой, в которой совсем недавно плескался столь полезный и достаточно вкусный чай. — И того, что мы имеем? Город полон ублюдков из Бездны, а значит, возможны выжившие, что прячутся и трясутся от страха. Дети, женщины, старики, возможно даже забаррикадировавшиеся где-то боеспособные мужчины. Попасть бесшумно в город вряд ли получится, что в свою очередь повлечёт невыгодный для нас бой. И всё же, оставлять людей на растерзание тварям я не хочу, как собственно и каждый из вас. Также, продолжение пути вперёд исключено по причине необходимости закрыть прорывы реальности, если таковые есть в городе.

Проговорив в слух все исходные данные, я медленно осмотрел всех присутствующих. Парис, Аспит, Молт, третий капитан, имя которого я так и не спросил до сих пор, Самдан, несколько офицеров более низкой ступени чем капитаны, но зарекомендовавшие себя как умные и расчётливые бойцы, и наконец, гонец гильдии работорговцев. На этого человека я смотрел чуть дольше чем на других и тому явно стало не по себе.

После того как я вылечил Самдана и узнал о том что происходит в ближайшем городе, то почти сразу дал команду собрать всех причастных у меня в шатре. За малым исключением, большинство было на месте и обсуждения началось сразу же, но вот продлилось оно недолго. Шум за пределами шатра привлёк моё внимание и я вспомнил, что помимо разведанных и раненного, ко мне должен был пожаловать ещё один гость. Гонец от гильдии работорговцев оказался парнем настойчивым и боевитым, ему было плевать на гвардейцев и их запреты, так что когда я вышел на шум из шатра, то увидел презанятную картину. Молодого мужчину скрутили по рукам и ногам, но он даже будучи в подобном положении, пытался огрызаться на моих солдат. Увидев меня, гонец расплылся в улыбке и тут же начал обещать кары господина для моих солдат. Самовлюблённый идиот, решил будто статус гонца его гильдии заставит меня его уважать и проявлять такт и обходительность. Парень обломался, его внесли в шатёр связанным и разговор я вёл с ним не снимая с того пут. Сейчас этот человек сидит без верёвок, но он не перестаёт потирать руки, где совсем недавно ему пережали кровоток. Причина почему я его развязал проста, он принёс для меня достаточно полезную и важную весть. Гильдия не смогла удержать в плену орка и его свору. Опасные существа вырвались на свободу, предварительно сожрав своих охранников и часть неучтённого товара гильдии. Ко мне же гонца послали, потому как пара свидетелей побега видели и слышали, как орк расспрашивал людей о эльфийке из моего разведывательного отряда. Откуда этот урод знал язык этого мира я спрашивать не стал, плевать, может он его выучил пока в клетке сидел. Факт остаётся фактом, гильдия подставилась, сильно подставилась, заодно подставив и меня. Этот гонец, попытка исправить положение и выбить для себя моё расположение. Причина же по которой они не пошли сразу к Верону, с которым у меня есть связь, заключается в неучтённом товаре. Зона торговли рабами, облагается налогом и весь живой товар что содержится там, также облагается пошлиной с каждой головы. Вот они и содержали часть товара там где было нельзя. Их надежда, будто я не стану ничего говорить Верону, стоила дорого. Орк сбежал не многим меньше недели назад и уже может быть где угодно. Впрочем, везде и всегда можно найти свои плюсы. Имира и его отряд я предупредил, вернее сказать послал к ним разведчиков с посланием. Что же касается моих личных плюсов, сейчас мы и узнаем, выгодно ли иметь гильдию работорговцев в должниках?

— Где твой артефакт связи? — смотря прямо в глаза гонцу, задал я вопрос, чем заставил смолкнуть любые обсуждения в шатре.

— Артефакт? — переспросил парень, на лице которого в краткий миг пронеслись самые разнообразные эмоции. — Его у меня…

— Прежде чем ты скажешь что у тебя его нет, подумай, — всё также тихо произнёс я, отчего лицо моего собеседника побелело. — Мне не тяжело тебя убить сейчас прямо здесь. Любой кто здесь стоит, исключая разве что Байху, сделает тоже самое, если я попрошу. Даже не прикажу, а попрошу.

— Господин, — неожиданно поклонился молодой слуга, стоящий рядом со мной с чайником в руках. — Я знаю рецепт смертельного чая. Каждый глоток этого напитка вызывает спазмы, галлюцинации, обильное кровотечение. Хватит четырёх глотков, чтобы человек сошёл с ума, а затем весь истёк кровью, выходящей из его пор, глаз, ушей и даже полового органа. Если вы попросите, я бы мог приготовить его, но мне нужно сходить к алхимикам и позаимствовать у них некоторые ингредиенты.

Сказать что я был несколько поражён, не сказать ничего. Байха говорил эти слова с абсолютно спокойным лицом, хотя не так давно, он сам побаивался меня, а теперь предлагает нечто подобное. Хотя стоит признать, гонца он сумел поразить куда как сильнее чем меня. Посыльный гильдии был бел как кусок мела и весь дрожал. Он совсем перестал походить на того наглеца, что прибыл к моему шатру с важной вестью.

— Я могу связаться с гильдией, — старательно сдерживая голос, чтобы тот не сорвался на писк, парень стянул с руки малозаметное кольцо. — Что вы хотите сказать господам из совета гильдии?

— Я хочу знать, как их люди попадали в город, о котором мы ведём обсуждения, какими тайными тропами те пользовались, проворачивая свои грязные дела, — произнёс я, складывая ладони в замок.

* * *

На рассвете следующего дня, армия и все её члены, получили новость, ставшую для них неожиданным сюрпризом. Марш в сторону империи ненадолго откладывался. Войско передвинулось всего на несколько километров в сторону ближайшего города и заняло один из малых оазисов, что его окружал. На месте где сейчас разворачивали свои палатки солдаты, некогда была малая плантация, правда единственное что сейчас от неё осталось, это десяток разрушенных домов.

— Слышал новость? — пихнул локтем товарища солдат из числа обозных.

— Какую? — не отрываясь от своей работы, задал вопрос второй, что сейчас активно завязывал подвязки их общей палатки.

— Император взял десять солдат из гвардии, командующего Париса, раненного что нашли разведчики и того наглого пацана, — чуть понизил солдат голос, как это всегда делал говоря про их нового правителя. — Они на лошадях ускакали в сторону разрушенного города. Как думаешь, зачем?

— Ясно дело зачем, — потуже затянул солдат узел и перешёл к другому. — Тварей там перебить. Может их там недостаточно, чтобы всех нас туда гнать. Или вовсе один Ёкай здоровый сидит, вот сам Император и поскакал его размазать по пескам.

— А зачем раненного тащить? — всё не унимался обозник.

— Раненного, — фыркнул второй мужик, что совсем недавно видел привезённого в лагерь мужчину, полностью здоровым и без каких-либо следов ранений. — Император великий целитель. Даже госпожа Лита слабее его в врачебном деле. Мне Шог из третьего звена говорил, что слышал как алхимики шептались, будто она по книгам его Императорского Величества учится.

— По собственным книгам, что он сам написал? — удивлённо поднял голову солдат обоза, даже ненадолго опустив руки со своим краем палатки.

— Да кто же знает, — пожал плечами второй. — Слухи слушать, так его Императорское Величество сам дракон покровитель во плоти. Чего только не чешут языки вечерами у костров.

— Это да, глупость, — произнёс мужчина, утирая лоб от пота. — Давай заканчивать, я уже хочу к воде сходить, да напиться. В артефактах вода не портится, но у неё привкус такой, словно в неё пыли или песка подсыпали.

— Ну так ты давай тесёмки тяни, я то со своей частью уже закончил, — неожиданно заржал товарищ обозника и встав в полный рост, пошёл в сторону воды весело насвистывая какую-то мелодию.

* * *

Сидя в седле, я медленно покачивался из стороны в сторону. Конь которого мне дали, был больше верблюдом нежели конём, но при этом, у него отсутствовал горб и шёл он невероятно плавно. Несмотря на то что я почти никогда не практиковал езду в седле, галоп по пескам мне даже понравился и я ничего себе не отбил. Сейчас же, мы медленно взбирались на вершину бархана, с которого нам должен открыться вид на захваченный Ёкай город.

— Где примерно находится ваш проход? — задал я вопрос гонцу работорговцев, благодаря которому смог составить относительно вразумительный план проникновения в город.

— Юго-западная башня, — указал молодой мужчина на строение, что выглядело почти полностью целым. — У основания башни, есть замаскированная дверь. Нажав на камни на ней, можно открыть проход.

— Отлично, — коротко бросил я тому.

Ещё пару мгновений я позволил себе насладится видом поднимающегося солнца, что заливал своими лучами чёрные пески и крепостные стены города, после чего убедившись что никто не преграждает нам дорогу, дал команду начать движение. Перейдя в боевое построение, гвардейцы выстроились в клин, оставляя за своими спинами меня, Париса, Самдана и сидящего за его спиной гонца. Позади нас тоже ехали солдаты, трое, они закрывали построение и служили щитом для моей спины, если нападение произойдёт оттуда. Двигаясь подобным образом, всего чуть более чем за пять минут, мы смогли приблизиться к нужному нам месту.

— Это должно быть здесь, — спрыгнул на песок гонец гильдии работорговцев и начал ощупывать камень в кладке сторожевой башни. — Нет, нет, не тут, где же оно?

Целых две минуты я терпеливо ждал пока гонец справится со своей задачей. На третью минуту моё терпение подошло к концу. Понимая что у парня возникли трудности, я сам слез с коня и подошёл к тому месту, где он стоял. Аккуратно отстранив того, я положил руку на камень и провёл ладонью слева направо почти натри метра, пытаясь проникнуть своей энергией внутрь структуры стены. Изначально, я считал будто фальшивый камень и скрывающаяся за ним дверь, это задумка самих работорговцев. Пропуская внутрь стены свою силу, я рассчитывал что наткнусь на самый примитивный механизм открытия двери и смогу воздействовать на него. Каково же было моё удивление, когда я почувствовал слабый, еле заметный энергетический отклик на свои манипуляции. Я нашёл механизм открытия, но не на такой какой рассчитывал найти. Я нашёл стылую печать. В голове почти сразу всплыли фрагменты разговора с отцом Литы, что поведал мне о стылой энергии. Не думал, что подобное знание мне сможет пригодиться так скоро.

— Отойдите, — произнёс я, вставая напротив наибольшего места концентрации стылой энергии.

Прикрыв глаза, чтобы лучи солнца не отвлекали меня от процесса, я проник в глубины камня дополнительными щупами своей чакрой. Прежде чем использовать технику физического развоплощения, я хотел узнать, что именно за проход здесь находится и почему люди вроде работорговцев могли его использовать? И довольно скоро, благодаря полной сосредоточенности и усиленному восприятию энергии вокруг себя, я смог понять как устроен этот проход. Сами того не понимая, работорговцы пользовались лишь малой частью прохода. Печать была устроена таким образом, что когда человек нажимал на определённые камни, открывалась дверь. Обычный проход внутрь города через башню и не более. В то же время, эта дверь, являлась малой частью прохода, который можно было открыть. Она была условным отвлечением от главного, от туннеля, открывающегося после полного развоплощения физической преграды. По-видимому, торгаши либо давно не пользовались этим путём, либо он совсем недавно стал непроходимым, потому как энергия остыла и перестала отвечать. Поскольку печать не работает, то и камни жать бессмысленно. Без знаний о стылой энергии и техники развоплощения, этим путём вряд ли кто-то сможет пройти, разве что разнесёт каменную преграду силой.

— Самдан, ты знаешь что находится под городом? — открыв глаза, задал я вопрос единственному человеку среди нас, кто уже бывал в этом поселении.

— Руины, — ответил мужчина. — Город стоит на месте другого, ранее разрушенного города. Он мал и слаб, но раньше тут были те кто мог отстоять свою землю. Их за это и уничтожили, за то что были непокорны.

— Крепостная стена принадлежала старому городу? — задал я ещё один вопрос.

— Частично, — кивнул мужчина. — Та часть стены что уцелела, была просто достроена заново.

Вот как всё обстоит значит. Город стоит на руинах и тут есть чудом уцелевший туннель, созданный мастерами прошлого. Безусловно это отличная для нас новость, ведь нам всё также нужно попасть за крепостные стены. Единственное что пока не ясно, так это куда ведет туннель. Не выйдем ли мы из него прямо посреди толпы Ёкай? Не исключено. Впрочем, это всё же лучше чем лезть напрямик или перелетать через стены, тогда нас сразу же заметят. Скорее всего туннель ведёт к какому-то укромному месту. Вряд ли это какая-нибудь сокровищница, ведь ранее отсюда уже всё наверняка вынесли, но возможно, это будет старая резиденция правящего клана или же просто место где она стояла. В таком случае, шансы нарваться на неприятности гораздо меньше.

— Готовьтесь проходить, — произнёс я, а затем поспешил добавить. — С коней не слезать. Туннель должен быть достаточно широким, чтобы по нему можно было проехать вдвоем.

Развоплотить кусок стены, состоящей из крепкого камня оказалось не самой простой задачей. В тот раз, отец Литы был крайне напряжен и буквально надрывался, переступая за грань своих возможностей. Сейчас, я понимал его ощущения и сам являл собой не лучшее зрелище. Мышцы и жилы напряглись, словно я не оперировал энергией, а самолично поднимал в воздух кусок этой тяжелой, многотонной стены. Отток энергии из организма впрочем был не столь большой как я себе представлял.

— Живо внутрь, — понимая как мне тяжело, Парис отдал команду на вход, стоило только части стены перестать существовать.

Несмотря на то что мои люди были удивлены, терять время они не стали и сразу же принялись исполнять приказ. Под бдительным наблюдением главнокомандующего, они направили своих лошадей вниз по небольшому уклону, возникшему прямо на месте пола крепостной башни. Спуск в туннель был довольно пологий, так что кони спускались быстро и вскоре я сам смог попасть под каменные своды. Только оказавшись внутри, я перестал контролировать развоплощение.

Тяжело выдохнув, я кинул взгляд за плечо и удостоверился что пол крепостной башни вновь оказался замурован. Теперь, мы под городом.

Пока я стоял и пытался отдышаться, Парис хлопнул в ладоши и эффектно создал целый сноп искр-светлячков. Эта стая мелких стихийных огоньков, роем кружила над нами, давая нам свет.

— Как ты стену заставил исчезнуть? — пока я устраивался в седле своего коня, Парис подъехал ко мне вплотную и тихо задал вопрос. — Земля ведь не твоя стихия. Как это возможно?

— Это не стихийная техника, — произнёс я спокойно, поправляя поводья и медленно трогая коня. — Отец Литы научил меня этой старой технике, перед тем как нас схватили и его убили.

— Отец Литы? — переспросил Парис.

— Да, — коротко кивнул я ему. — Хороший был мужик. Врачеватель. Пусть слегка жадный, но умный и толковый.

— Кто его убил? — спросил заинтересовано командующий.

— Дядя Юноны, — ответил я. — Этого идиота контролировала Розалия. Именно её я хочу убить, ведь это с её же легкой руки, империю терзает война, а Ёкай толпами гуляют по миру и жрут всех подряд.

— Аа… — Парис хотел было спросить ещё что-то, но заметив моё хмурое лицо, прикрыл рот и немного отдалился, принимая моё невысказанное желание побыть одному.

Спустя двадцать минут неспешного конного шага по туннелю, мы наконец-то достигли его выхода. Вернее сказать, мы посчитали что это выход, но на самом деле, ближе к концу пути просто отсутствовал дальнейший путь. Свет лился из широкого, неровного пролома. Гвардеец, что передвигался первым, подал знак остановиться. Соскочив с седла, я быстрым шагом приблизился к голове отряда и вместе с Парисом решил узнать, куда же привёл нас наш путь.

— Это же… — Парис не дал договорить гонцу, что зачем-то увязался за нами, зажав тому рот ладонью так сильно, чтобы тот не мог и пикнуть.

Причина столь радикальных мер Париса, лежала в пятидесяти метрах за пределами пролома. Мы всё также находились под землёй, но за пределами туннеля, начинался своеобразный котлован, центром которого являлась ровная площадка, некогда красивой подземной залы. Солнечный свет же, лился из разрушенного потолка этой крупной залы, куда по идее и должен был привести нас туннель. В самом центре котлована, лежал огромный Ёкай. Тварь не только не уступал размерами минотавру из порта, но и была крупнее его как минимум вдвое. И хуже всего было то, что существо было достаточно разумно, чтобы управлять своими сородичами поменьше.

Развалившись на импровизированной подстилке из костей и гнилых тел людей, восьмиметровый ублюдок медленно, словно вальяжно порыкивал на младших Ёкай, что стелясь к земле, таскали тому живых горожан! Больше всего, это создание походило на великана, и я бы даже не смог сказать, сколько ширины в его плечах, но по меньшей мере, я бы дал метра четыре! Чудовище пряталось в подземном котловане от солнца, поскольку в городе с его размерами только тут можно было бы укрыться от неприятных солнечных лучей, а из пролома в потолке, лучей вниз попадало достаточно мало. И поскольку сам он валялся тут без дела, то ему таскали сюда же еду.

— Он ест Пифта, — голос подошедшего к нам Самдана прозвучал так тихо, что даже я расслышал его с трудом.

Обернувшись на вождя клана, я проследил за его взглядом и увидел зажатого в кулаке Ёкай тело немолодого мужчины, у которого уже отсутствовали ноги. Великан специально откусил их и сейчас смотрел в лицо корчащегося от боли и ужаса старика. Хуже всего было то, что ублюдок играл со своей едой, дергая седовласого мужчину за руки, словно за ниточки. В один момент, великан случайно, а может и специально потянул чуть сильнее чем было необходимо, и остатки тела старика просто разорвались на части.

— Думаю, выбора у нас немного, — отойдя от пролома, я позволил себе говорить чуть громче. — Придётся начать зачистку города с этой твари.

Глава 10

Чтобы отряд случайно не попал в зону внимания исполинского отродья из Бездны, я отдал приказ отойти вглубь туннеля. Действовать с наскока в данной ситуации не самая лучшая идея. Нужен план, и план хороший, иначе велик риск потерять весь отряд, даже толком ничего не добившись.

— Причина, почему мы пошли в этот город столь малым отрядом, заключается в том, что я планировал решить проблему с Ёкай, не вступая с их основной массой в бой, — произнёс я, опираясь на стену, примерно в середине пути между городской стеной и котлованом. — Совершенно точно могу сказать, что виденные нами твари, являются рукотворными. Пришли ли они с границы между песками и старой империей, или же их создали здесь, не столь важно. Куда важнее тот факт, что в обоих случаях, при них должны быть пастухи. Демонопоклонники. Во всех предыдущих наших столкновениях с этими созданиями, рядом с ними находились предатели человеческого рода, продавшиеся Бездне ради чистой, извращающей силы Ёко. Без своих пастухов, это мерзкая отара демонов очень быстро передохнет. Даже если не вступать с ними в бой, без подпитки от своих создателей, открывающих для них прорывы Бездны, твари перемрут максимум через неделю. Я хотел чтобы наш отряд вычислил местоположение служителей Бездны и уничтожил их. В таком случае, вся эта свора была бы для нас куда менее опасна.

Отряд внимательно слушал меня и не перебивал. Гвардейцы в принципе после получения своих назначений, стали довольно молчаливы и ответственны, Самдан и гонец работорговцев просто решили отмолчаться. Один только командующий, равный мне и по ступени, и по уровню уважения, решил высказать свою точку зрения.

— Идея была хорошая, — без малейшей доли сарказма произнес Парис, тем самым поддержав мою позицию. — Только теперь, изначальный план нам не подходит. У нас лишь два пути, либо вперёд, либо назад. Третьего не дано. Если отступаем, то выходим как зашли и возвращаемся в лагерь, подготавливаем план атаки, а затем вместе со всеми солдатами готовимся к тяжелому бою. Если идём вперёд, то тогда придётся убивать этого великана.

— Я не зря сказал, что нам придётся начать зачистку отсюда, — кивнул я в сторону, где должен был находиться котлован и тварь обитающая в нём. — Демонопоклонники, что так осложняют нам жизнь, если где-то в городе и есть, то наверняка возле самого крупного Ёкай. Вы все видели, тварь полуразумна, не так как настоящие выходцы из Бездны, но даже таких зачатков разума может хватить, чтобы она додумалась сожрать своих хозяев. Им нужно её контролировать, а значит, они будут где-то поблизости. Если наша армия выступит в сторону города, то так или иначе, сюда должен будет спуститься отряд для уничтожения самого опасного Ёкай и его хозяев. Другое дело, что выступив целой армией, мы заранее предупредим врага о своём приближении.

— Ваше Императорское Величество, нужно попробовать атаковать сейчас! — неожиданно произнёс один из гвардейцев, что до этого момента, как и другие его товарищи, предпочитал больше слушать, нежели влезать в диалог сам. — Я видел как вы, Ваше Императорское Величество, в один удар уложили Ёкай четырёх метров! Офицеры рассказывали, что командующий Парис также обладает схожими силами что и вы. Если позволите, но я считаю, что тот рукотворный мешок с дерьмом восьми метров, вам обоим на один щелчок пальцев. Стоит ли отступать, если нам противостоят лишь кучка прислужников Бездны и их бестолковые ручные твари? На нашей стороне сила и эффект неожиданности! Мы можем подготовить план. Предварительно проведём разведку, узнаем то что может добавить нам преимуществ, а противника поставит в ещё более неудобное положение! Например, можем отсечь Ёкай из города! С нами трое сильных мастеров стихии земли, им ничего не стоит полностью закрыть провал на потолке подземной залы. Подобной преграды хватит, чтобы не дать противнику пополнять свои ряды!

Товарищи говорливого гвардейца смотрели на своего собрата по оружию с лёгким немым укором. Было видно, что и сам солдат несколько взволнован, ведь он сам не знает как я отреагирую на его выступление. И всё же, слова были сказаны и игнорировать их нельзя. Гвардия смотрит на меня и больше чем у половины десятка во взгляде читается интерес: что я буду делать, как отреагирую?

— Вы все так считаете? — спокойно задал я вопрос, глядя на десятерых матёрых воинов, за жизнь повидавших дерьма куда больше чем я сам.

— Да… уверены… никак иначе.

Нестройный гул голосов подтвердил мои собственные мысли. Солдаты верили в нас. Да и если честно, я и сам был бы не против опробовать свои силы на таком исполинском враге. Единственное что меня останавливало от поспешных действий, это понимание того, насколько численность Ёкай в городе над нами превосходит численность нашего отряда. В случае если великан окажется с сюрпризом и бой сможет затянуться, то я могу истратить все свои силы, оставшись с одной нагинатой в руках, подставляя тем самым свой отряд прикрытия. Отсечь врага, идея более чем достойная, но долго ли продержаться преграды разделяющие противников, если вдруг бой будет длиться дольше пары минут?

— Ли, — произнёс Парис, подходя ближе и склоняясь ко мне, так чтобы его слова не услышали остальные присутствующие. — У нас достаточно сил расправиться с этой угрозой. Даже не у нас, у тебя одного достаточно. Людям нужна вера в их нового императора, нужны доказательства его силы, неоспоримые доказательства. Тот здоровяк в порту, заложил неплохое начало веры в тебя как в бойца. Постоянными тренировками с Юноной, ты закрепил эту веру. Сейчас, ты можешь дать людям настоящее чудо. Император, что в одиночку очистил город от выродков Ёкай.

— Один великан, ещё не весь город, — возразил я, говоря также тихо как и сам Парис.

— Он один мог бы перебить более слабую половину нашего войска. Не так важно всех ли ты убьёшь, куда важнее то, что ты устранишь главную и самую опасную угрозу, — произнёс Парис, еле заметно кивая в сторону Самдана. — К тому же, ты видел этого вождя, взирающего на пожираемых соклановцев. Убей эту тварь и не будет у тебя человека более преданного. Если хоть горстка его людей живы, они смогут воспрянуть и своим примером подтолкнуть другие слабые, малые кланы прийти под твою руку. Пусть толку от них в войне будет мало, но в мирное время, когда придёт их час, они дадут твоей империи толчок развития.

Увещевания Париса возымели эффект. Даже несмотря на то что я самолично не планировал оставаться императором новой страны долгое время, я не собирался отлынивать от своих обязанностей правителя. Добавив к изначальным аргументам в пользу нападения тот факт, что пока мы приведём сюда армию, все выжившие люди могут оказаться у великана и других Ёкай в животах, я решился атаковать. Правда нападать я решил не как глупец, а как и рассчитывал, опираясь на план. Для этого, из десятка гвардейцев был отобраны два мастера умеющих маскироваться на уровне наших разведчиков. В их задачу входило изучение котлована, подходов к нему, а также пересчёт Ёкай, способных помешать атаке. Всё это они должны будут отразить на условной карте, начерченной схематически. Как сказали мастера пути Земли, этого должно хватить, чтобы они смогли завалить большинство проходов в город. Это для постройки стен и плотных преград мастера должны видеть и чувствовать землю которую двигают, а вот устроить хаотичный обвал, это они даже с закрытыми глазами и связанными руками сделают. Помимо всего этого, я и сам решил не стоять без дела. Я решил изучить котлован, но не потому что боялся в некомпетентности посланных на разведку гвардейцев, а потому что те не обладают способностью видеть энергию также хорошо, как делаю это я. Было бы глупо, имея подобное преимущество, не попробовать его использовать.

Объяснив Парису свои намерения, я отделился от тела и создал свою полную копию. Под удивленными взглядами своих подчинённых, я приказ им охранять своё основное тело, а сам побежал в сторону котлована. Бежал быстро, совершенно не заботясь о том что оставляю большую часть самого себя где-то позади. Отчасти, моя уверенность была связана с уверенностью в людях меня окружающих, но куда больше я доверял самому себе и своим личным ощущениям и наблюдениям. Древний элементаль был прав, в подобном двойственном состоянии, несмотря на то что подобное мне непривычно, я мог бы прямо сейчас встать своим основным телом и побежать вслед за копией. И куда как проще мне сейчас было контролировать ситуацию вокруг основного тела, изображая погруженность в медитацию. Контроль над телами осуществлялся абсолютный, никто не навредит мне, потому что я сам не дам этому случиться.

Между тем, моя копия достигла пролома. К счастью или к сожалению, но в котловане всё осталось по прежнему. Великан был на месте, но он и не думал переставать жрать. Неуёмный аппетит, которым другие Ёкай не отличались, вызвал у меня интерес. Возможно, это не просто гастрономический интерес?

— Не люблю это делать, — произнёс я с лёгким вздохом и отключил все свои органы чувств, полностью перейдя на восприятие энергетического спектра мира.

Не уверен, устоял ли я после этих манипуляций на ногах, но это было и не столь важно. Главное, что я видел Ёкай и мог в случае чего резко вернуться к изначальной форме восприятия, чтобы вовремя уйти из под возможного удара. В энергетическом спектре, Ёкай было видно лучше всего. Ёко, тёмная энергия Бездны, плескалась внутри своих сосудов, норовя покинуть их. В большинстве случаев, так оно и происходило. Энергия Бездны находила тонкие щёлочки в целостной оболочке и медленно утекала в пространство. Единственным исключением из этих правил являлся великан. Этот толстяк, не был таким же сосудом, как и его собратья поменьше, он сильно отличался. Если более мелкие собратья здоровяка выглядели как хаотичный поток Ёко, загнанный в чёткие границы, то вот сам детина изнутри представлял собой настоящий шедевр неизвестного мастера. Линии Ёко лежали одна к другой, иногда переплетаясь в тугие косы, а иногда образую настоящую сеть из энергетических переплетений. Никакой хаотичности, наоборот, тут прослеживался чёткий и выверенный рисунок.

«Вот ведь дерьмо, — выругался я про себя. — Значит, теперь вам и демонопоклонники не нужны».

Немного понаблюдав за великаном в энергетическом спектре, я пришел к очень неутешительным выводам. Все мои слова о обязательном присутствии в городе демонопоклонников были не более чем глупостью. Я посчитал, будто эта тварь, такой же продукт прорыва реальности и хаотичного изменения человеческого тела. Дурак. Нужно всего лишь было посмотреть на ситуацию под другим углом. В данном случае, углом энергетического восприятия реальности.

Великан, это центр скопления тёмной Ёко. В нём её столько, сколько нет во всех других присутствующих Ёкай разом! И плевать если бы дело было только в объеме. Нет, дело совершенно в другом. Чудовище являлось сосредоточением силы, местом пробоя реальности, если угодно, переносным алтарём Бездны. Тварь жрала, не для того чтобы насытиться. Она мучила свои жертвы, подобно тому как это делали раньше демонопоклонники. За счёт этого, прямо месте где сидит эта тварь, медленно раскрывается прорыв реальности. В отличии от рваных прорывов демонопоклонников, эта дыра куда более стабильна и опасна для моего мира. Великан черпает из неё силу, а затем передает всем Ёкай в его окружении. Вот почему этот город не захватили изнутри. Великан пришёл, сломал стену, запустил свою небольшую свиту в город, а после сел в самом его центре и принялся наедаться людьми, которых ему до сих пор подносят. Поэтому Ёкай всё ещё в городе, поэтому среди руин всё ещё есть люди! Их не убивают сразу, а по мере необходимости тащат сюда! И всё это ради стабильного прохода в Бездну, откуда может вылезти что угодно, начиная от низшего уродца, которого я впервые увидел в лесу в ночной темноте и до ещё одного новоявленного Великого Ёкай!

Ещё пару минут понаблюдав за происходящим, я вновь вернул себе обычное восприятие мира. Теперь, когда я знал что здесь происходит, уровень моего отвращения к происходящему увеличился ещё больше. Это уже не проделки людей предателей, а полноценный захват измерения. Если угодно, настоящая война между мирами.

— Розалия, ты не стоишь на месте, — тихо произнёс я себе под нос. — Твои методы становятся только изощреннее, а сама ты из подстилки Бездны переросла в предателя человеческого измерения.

Развоплотив свою копию, я открыл глаза уже в своём основном теле. Энергия, что я затратил на создание копии, уже стремилась вернуться ко мне, желая воссоединиться с телом. Подобное явление связано с присутствием сердца стихии в моей груди. Оно является местом притяжения моей силы. Конечно, можно было бы просто заставить копию шагать в обратную сторону, но так вышло бы более затратно. Удерживать копию в физическом состоянии куда тяжелее, чем просто развеять её.

— Никаких демонопоклонников нет, — произнёс я, вставая на ноги. — Тот Великан, куда более опасное существо чем может показаться.

Взгляды всех присутствующих скрестились на мне. И я бы не сказал, что мои слова всех осчастливили. Люди выглядели хмурыми.

— Значит, отступаем? — произнёс Парис.

— Наоборот, поспешим, — кивнул я в сторону котлована. — Тварь пожирает людей и направляет полученную от них энергию, смешанную с эманациями боли и отчаяния, для того чтобы открыть стабильный проход в Бездну. Это уже не ритуалы людей предателей, проход будет чрезвычайно стабилен и сквозь него сможет пройти кто угодно.

— В каком смысле кто угодно? — пискнул гонец, пребывание которого с нами оказалось не более чем неудачным стечением обстоятельств для него самого.

— В прямом, — коротко бросил я на ходу. — Оттуда может вылезть такой же здоровяк как и этот, а может вылезть и кто-то совершенно мелкий и на первый взгляд безобидный.

— Но окажется, что это Великий Ёкай, за которым придут легионы тварей, — завершил мою мысль Парис, который в отличии от других очень быстро сообразил степень опасности происходящего. — Сколько у нас ещё примерно времени?

— Нисколько, — мотнул я головой. — Прорыв уже достаточно стабилен, чтобы сквозь него можно было пройти, но великан ещё жрёт, а значит, возможно для кого-то с другой стороны проход пока тесноват. Я не стал уточнять.

Сам того не желая, я заставил людей проникнуться всей опасностью ситуации. Гвардейцы молча сжимали рукояти своих мечей и готовились к схватке. Самдан на ходу молился покровителю, еле заметно двигая губами и прикладывая к голове и груди особым образом сложенные пальцы. Гонец работорговцев шёл с лицом мученика, отправленного на смерть. Если бы он не понимал, что уйдя от нас точно также может погибнуть, то уже наверняка бы сбежал. Единственный кто шёл относительно спокойным, был Парис. Командующий армией готовился. В отличии от прочих, он верил в нашу безоговорочную победу, но при этом понимал, что для этого придётся неплохо постараться. По этой причине, прямо на ходу он формировал печати основанные на своей чакре. Чакра ведь не является проявлением огня, земли, воздуха или другой стихии, печати на её основе творить даже с полученным сердцем стихии очень быстро не удастся. По этой причине, островитянин решил навесить на себя заранее подготовленные приёмы.

— Десяток, — неожиданно прорычал Парис, глядя на гвардейцев, что до сих пор и не подумали повторить за командиром. — Вы на войне как давно были? Чакру в ноль. Подготовить защитные печати. Или вы решили, словно ваш император сначала великана свалит, а затем и мелочь всякую раскидает вместо вас?

Осознав собственную глупость, солдаты довольно быстро исправились. Под руководством младшего офицера, возглавляющего этот десяток, они использовали комплекс защитных печатей, что не являлись индивидуальными, но в составе группы раскрывали свой потенциал в полной мере. Кто бы что не говорил, но гвардейцы были опытными воинами. Одна оплошность в виде замешательства им простительна, не каждый день приходится готовиться к бою с неизвестным.

— Разведчики ещё не вернулись, — нагнав меня, островитянин напомнил о двух гвардейцах, которых никто не предупредил о том что мы собираемся начинать процесс зачистки раньше.

— У нас нет времени ждать, — мотнув головой произнёс я. — В любой момент, на зов одного, может прийти целый легион. Я знаю что действовать без плана глупо, но иначе не получится, слишком велик риск.

— Дождись хотя бы пока мы закроем пролом на потолке, — произнёс Парис. — Остальные проходы мы завалим как только получим информацию о них, но это тебя уже не будет касаться. На нас не обращай внимания.

— А ты? — задал я вопрос, подразумевая его участие в бою с великаном.

— Буду на подхвате, — произнёс Парис. — Ты сам сказал, сквозь проход уже может кто-то пройти. Я проконтролирую чтобы тебе не мешали, а если станет совсем невмоготу, отвлеку внимание великана на себя. Вдвоём мы точно справимся.

— Понял, — коротко кивнул я островитянину и остановившись на границе пролома, ведущего в котлован, протянул ему руку для рукопожатия. — Спасибо тебе, за дружбу.

— Рад служить вам, мой император, — отвесил шутливый поклон командующей моей армией, после чего выпрямился во весь рост и не сдерживаясь в голосе рявкнул что есть мочи. — Чего встали, ишаки облезлые, кто-то кроме вас будет закрывать эту чёртову дыру в потолке?!

Зычный голос островитянина разнёсся под сводами этой подземной пещеры, привлекая к нашей группе внимание всех тварей, что мельтешили немногим ниже нас. Кричащий от ужаса мученик, которого собирался как раз сожрать великан, даже ненадолго прекратил верещать, бросив в нашу сторону полный надежды взгляд.

Тройка солдат стоящих позади меня дружно вздохнула и в слитом движении создала наполненную тройной силой печать. Не уверен что знаю когда они научились делать нечто подобное, но спорить об эффективности метода не приходилось. Дыра в потолке, сквозь которую совсем недавно проходили солнечные лучи, сошлась и полностью отрезала пещеру с котлованом внутри от города наверху. С гулким грохотом, пласты земли сошлись без каких-либо видимых усилий, закрыв тварям с поверхности возможность прийти на помощь своему предводителю. До этого относительно неплохо освещённый зал погрузился в темноту. Стало не просто тяжело что-то различить, не было видно абсолютно ничего, только красные, полные жажды убийства зенки Ёкай были можно было заметить среди особо густых теней. Впрочем, долго тьма не властвовала над будущим полем битвы. Синий свет, источаемый холодной плазмой стихии молнии и тёплый оранжевый свет стихии огня развеяли тьму, выхватив из неё уродливые образы обезьяноподобных ублюдков из Бездны. Бой начался.

Как это не странно, но несмотря на эффект неожиданности первый удар нанесли Ёкай. Пока потолок сходился, великан спокойно запихнул в пасть упирающегося человека и прожевав его, пустил всю полученную силу не на расширение разрыва реальности, а на разовое усиление своих миньонов. Уродливые твари, которым был неведом страх, рванули вперёд, но не пробежав и пары метров резко затормозили, чтобы начать издавать неистовый рёв. Их глотки источали вибрации, переполненные тёмной Ёко. Несмотря на то что я уже находился в форме элементаля, даже меня пробрало. Вибрации, источаемые Ёкай, заставляли тело дрожать и полнится слабостью. Если бы не высокая ступень, энергетическая форма Спрайта и готовность встретить удар, я мог бы и не устоять на ногах. Впрочем, не сказал бы что удар был сверх эффективен. Гвардейцы спокойно выстояли против него, укрывшись за своей защитой из чакры. Парис же и вовсе словно не заметил этой атаки, только одна печать чакры у него растворилась, поглощая энергию противника. Тряхнув головой и вышвырнув остатки Ёко, местами всё же попавшей в моё тело вместе с вибрациями воздуха, я начал собственное движение.

Используя короткие рывки, чтобы приблизиться к врагу, я выбирал такой маршрут, чтобы не оставить более мелким тварям из Бездны и шанса на то чтобы достать меня. Подвергаясь влиянию стихии и боевой формы, сознание реагировало на окружение в разы быстрее, нежели в человеческом теле, благодаря чему я легко выстраивал маршрут продвижения с минимальными рисками. Пару раз, я всё же был вынужден уворачиваться от выпадов врага из-за большой плотности противников, но ничего сложного в этом для меня не было. При желании и достаточном количестве времени, я мог бы перебить всех миньонов великана минуты за три. Это было бы не сложнее, чем тренировка с Юноной.

— Легко и непринуждённо, — увернувшись от выпада ближайшего к великану миньона, я сделал короткий взмах ладонью, покрытой холодной плазмой.

Голова мелкой твари покатилась по полу, всё ещё продолжая скалиться. Она будет скалиться ещё секунды две, а затем поймёт что что-то не так, после чего уже будет поздно. Ёко вытечет из неё и рукотворная тварюшка сдохнет. Такой вот незавидный цикл жизни у отродий.

Между тем, великан даже и не подумал двигаться, уходя со своего насиженного места. Единственное что он сделал с момента начала нашей атаки, так это не дал Ёко вытекающей из убитых миньонов растворяться. Он её пил, словно через трубочку. Ублюдок мог как напитывать своих подопечных, так и откачивать у них силы. И если поначалу он ничего не предпринимал, лишь забирая энергию у мёртвых, то спустя ещё пару десятков секунд активного боя, он начал делать это ещё и у живых Ёкай! Да, откачивал он у подопечных немного, но я видел как резво начал расширяться проход между измерениями! Получается, если сейчас перебить его миньонов под ноль, тем самым лишив тех необходимости в Ёко, он просто направит всю эту огромную массу тёмной энергии на завершение пробоя реальности! И что-то мне подсказывает, лучше бы нам не видеть тех существ, что должны вылезти из-за границы измерения.

— Не убивайте Ёкай! — выкрикнул я, ненадолго вывалившись из рывка и найдя взглядом пылающую фигуру Париса.

— А?! — увлёкшийся битвой Ифрит даже толком не расслышал меня и тут же снёс двумя огненными саблями голову Ёкай, решившему что огненный элементаль это простая цель для атаки.

Понимая, что я просто не смогу сейчас вернуться обратно и объяснить ситуацию, я решил сделать то зачем пришёл сюда. Может быть, если ранить великана, тогда он не сможет продолжить расширять проход. Поскольку я уже находился вплотную к телу этого огромного Ёкай, я не придумал ничего лучше чем вонзить в него свою ладонь, покрытую холодной плазмой. Исполняя этот удар, я даже толком не рассчитывал что пробью противника, ведь несмотря на свойства холодной плазмы всеразрушающего Спрайта, у рукотворных Ёкай чем больше размер, тем крепче броня. У великана это оказалось не так, он вовсе не имел брони, но радость моя от этого знания продлилась не дольше пары секунд. Великан не был непробиваемым, наоборот, его тело походило на кисель и легко протыкалось любым, даже самым слабым ударом. И всё же, это не мешало ему полностью игнорировать мои потуги. Моя рука проходила сквозь его шкуру, как раскалённый нож сквозь масло, но стоило ладони сдвинуться на сантиметр влево или вправо, рана где не находилась моя рука тут же зарастала. Ради эксперимента, я даже ударил наотмашь, за секунду пропоров ублюдку полтора метра шкуры. Эффекта ноль. Даже Ёко в нём ни на грамм не убавилось. Я для него, что муха для слона.

— Размер, это ещё не самое главное, — произнёс я на выдохе и мгновенно исчез с того места где стоял только что.

Серией коротких рывков, я взлетел сначала на пузо великана, а затем переместился ещё выше. Только оказавшись на плече, я понял что меня всё-таки заметили. Как я это понял? Довольно просто. Шкура великана под моими ногами превратилась в вязкую кашу, из которой я не мог совершить рывок. Ёко обхватывала мои ступни, не давая использовать ускорение и блокируя ток стихии вокруг моих ног. Я попал в ловушку.

— Вот ведь дерьмо, — выругался я и сделал взмах двумя ладонями, одновременно с этим направляя в них поток стихии из сердца.

Великан собирался сграбастать меня подобно тому как он делал это со своими жертвами, но на половине пути его ладонь неожиданно для него самого лишилась пальцев. Благодаря скорости восприятия и контролю стихии, я вовремя понял затею своего противника и смог противодействовать. Направив в руки мощный поток стихии прямиком из сердца, я совершил выброс холодной плазмы, что и срезала разом все пальцы на ладони великана. Без дополнительных трат сил, подобный результат не получился бы. Максимум чего бы я достиг, так это разве что срез одного пальца.

— Впервые на твоей роже хоть какие-то эмоции, — усмехнулся я и склонившись к ногами срезал верхний слой удерживающей меня шкуры, переполненной Ёко.

Великан, услышав насмешку над собой, не впал в ярость, и даже не озлобился, как бывало с его мелкими рукотворными собратьями. Вместо этого, он немного привстал с пола и резко сел, отчего я чуть не упал с его плеча. Стоило мне только восстановить равновесие, как пришлось вновь двигаться, на месте среза шкуры уже была новенькая и целёхонькая поверхность, что в момент могла стать ловушкой, а на месте отрубленных пальцев отрасли новые. И всё это, без больших затрат Ёко. С каждой секундой, мне всё больше и больше не нравился этот противник. И дело было даже не в том что он казался мне опасным и неудобным, нет, я просто его не понимал. Тварь почти полностью плевала на свою сохранность, полагаясь на бешеную регенерацию, и всё это лишь бы всё больше и больше расширять проход через границу измерения.

Понимая что времени остаётся совсем мало, я направил стихию себе в ноги и увеличил тем самым радиус своего прыжка. В момент я оказался на затылке у здоровяка и принялся колотить его, остервенело желая добраться до его мозгов. Удар за ударом, я рвался вперёд, толком не обращая ни на что внимания. Когда регенерация ублюдка начала сдавать, я почти уверился в своей победе и начать молотить руками ещё быстрее и быстрее. Меня не волновал тот факт, что противник даже не пытается меня остановить, пелена злобы застлала мой взор и лишила рассудка.

«Не позволяй собой манипулировать».

Голос самого себя, исходящий из глубин самосознания заставил меня остановиться. Я очень давно не слышал голос осколка. Чем сильнее я становлюсь, тем всё тише и реже он звучит. Сейчас, он походил на полушёпот, еле различимый, но такой настойчивый. Не прислушаться я к нему не мог, ведь он, часть меня.

— Эх, а я считала, что работы Парпатера неразрушимы, — раздалось недовольное цоканье у меня за спиной.

Резкий удар рукой на звук результата не принёс. Моя ладонь, объятая холодной плазмой прошла сквозь наглое лицо Розалии словно сквозь мираж. Девушка даже не подумала отпрянуть и продолжила стоять так, словно моя рука и не прошла сквозь её иллюзорный череп.

— Маленький Ли, оказался человеком с большими амбициями, — чуть склонила рыжеволосая девушка голову, и моя рука оказалась в воздухе, а её лицо совершенно нетронутым. — Форма Спрайта тебе к лицу. Ты не выглядишь тем слабым мальчишкой, которым был раньше. Хотя о какой слабости может идти речь, ты ведь почти разломал безукоризненную игрушку Великого Ёкай Парпатера. Жаль лишь, что разрушая её, ты лишь помогаешь реализации наших планов…

Глава 11

Горячка боя постепенно отступала. Медленно, но пугающе неотвратимо до меня доходил тот факт, что я совершил очередную ошибку. Сначала я ошибся в том что строил свой план на догадках, а не на точных разведывательных данных и собственных наблюдениях, и вот теперь, выгребаю ещё более неприятные последствия.

— Вижу, до тебя стало доходить, — сверкнула белозубой улыбкой Розалия. — И какие ощущения ты испытываешь? Разочарование? Гнев? Ярость? Хотя если судить по твоему лицу, скорее стыд…

На короткий миг мне захотелось броситься вперёд и заткнуть этой стерве рот ударом кулака, но я сдержался. Не стал делать очередную глупость. Тем я и отличаюсь от бездарных дураков. Пусть я и не гениальный стратег, но на ошибках учусь. Я уже внимательно осмотрел этот фантом, стоящий передо мной. Его источником, является Ёко, идущая откуда-то из разрыва. Условно говоря, Розалия использует похожий способ разделения сознания, каким я начал обладать после получения боевой формы, разве что её копия не материальна. Этот факт легко было подметить, когда я попытался атаковать её, и мой кулак прошёл сквозь её лицо как сквозь воздух.

— Тебе интересно что я испытываю? — бросил я взгляд вниз, где мой отряд постепенно заканчивал разбираться с остатками миньонов великана.

— Думаю да, интересно, — согласно кивнула девушка.

— Тогда предлагаю обмен, — повернул я голову в её сторону. — Я отвечаю тебе на твой вопрос, а ты ответишь мне на мой.

— Какой у тебя вопрос? — хитро сверкнули её глаза.

— Я озвучу его после того как ты согласишься, — произнёс я спокойно.

— Так не честно, — словно ребёнок, надула она губки.

— Честно, — отрицательно покачал я головой. — Ты задала свой вопрос первой, и первая же получишь на него ответ. К тому же, мой вопрос тебе понравится, я так думаю. А если не захочешь на него отвечать, то мы с тобой друг другу клятв не давали, сможешь просто его проигнорировать. Так что, согласна?

Этот диалог, не более чем следствие моих ошибок. Я не знаю ничего о том что может произойти с минуты на минуту, но если мой враг стоит передо мной и я не могу ничего ему сделать, значит я уже в проигрышной ситуации. Словами, я хочу вынудить эту взбалмошную девицу выдать мне хотя бы небольшие крупицы полезной информации. Ещё с момента нашей первой встречи, я неплохо запомнил как любит поболтать эта рыжая стервозная девица. Если правильно формулировать вопросы, возможно я и смогу что-нибудь вызнать. К тому же, пока я веду с ней диалог, у меня есть время немного обдумать сложившуюся ситуацию.

— Если ты действительно готов на подобные условия… — медленно постукала Розалия своим указательным пальцем по пухлой нижней губе. — Тогда я жду твой ответ!

— Тебе интересно что я чувствую, стоя на голове великана, что открывает стабильный проход в Бездну? Что я чувствую, когда не смог предотвратить это и подставил под удар свой отряд? Это тебе интересно? — задал я ей вопрос и понял какой ответ она мне даст по одному лишь блеску в её глазах. — Я чувствую себя проигравшим. Я ринулся в бой, не зная сильных и слабых сторон врага, не зная что мне предстоит. Захотел заткнуть собой пробоину, подобно пробке в бутылке. И у меня ничего не вышло. Я попался в простейшую ловушку ментального контроля. Никто мной не управлял, разве что распылили уже имеющиеся эмоции. Сам того не понимая, я помог врагу, отчего на душе ужасно дерьмово.

По мере того как я говорил, улыбка на лице Розалии становилась всё шире и шире, словно у кота, которому в миску подкладывали всё больше и больше сметаны. И пусть мой ответ был довольно скудноват, но именно это хотела услышать она, моя противница, та, кто стоит за происходящим и является победителем в данной ситуации.

— Рада что ты понимаешь, насколько плохо твоё положение, — усмехнулась девушка, на лице которой окончательно укоренилось воплощённой мимикой чувство превосходства. — И раз уж мы договорились, я так и быть, выслушаю твой вопрос. Задавай.

— Зачем ты здесь? Почему ты не уничтожаешь империю, а разрушаешь город в пустыне черного песка, тем более город столь маленький и слабый? — задал я вопрос и прежде чем Розалия успела открыть рот, я продолжил. — Я помню кого ты убила во время ритуала Трёх Змей. Ты стремилась отомстить за семью. Разве император ещё не жив? Зачем тебе этот жалкий городок, когда твоя цель лежит в другой стороне?

Я задал не один вопрос, а куда больше, но я специально формулировал их так, чтобы задеть Розалию за живое. С её эмоциональностью и сокрытой внутри злобой, она просто не сможет промолчать. И пусть после своего ответа она скорее всего захочет меня прикончить, но я уже буду знать куда больше чем до этого момента.

— Император… — произнесла рыжеволосая девушка на выдохе. — Да, эта сволочь жива. Даже больше того, пока что он активно и эффективно борется с моими подопечными и ручными Ёкай. Но это лишь пока…

Глаза девушки подёрнулись пеленой Ёко, а от неё самой неожиданно пахнуло безумием. Опасаясь неожиданностей и вывертов её покалеченного сознания, я отступил на самый край головы великана, чтобы иметь возможность исчезнуть отсюда. Вдруг этот фантом сможет обрести плотность и напасть на меня. Кто знает, на что способно Ёко и пропитанная ей сумасшедшая девица с силой уровня девятой ступени.

— Будь уверен, маленький Ли, я отомщу за свою семью. Император будет вымаливать у меня прощение сотни и тысячи лет, но для этого, мне нужно ещё кое-что, — с кровожадной улыбкой произнесла Рози. — Ты ведь помнишь Гемиту? Великая Ёкай, прародительница насекомоподобных ублюдков, что сейчас бегают от моих деток по всей пустыне, прячась в песках и пытаясь прокормиться хотя бы раз в две, а то и три недели! Ты должен помнить её, уверена что помнишь. Это ведь ты помог ей тогда сбежать. Я была ослеплена счастьем от убийства одного из мучителей моей семьи, купалась в полученной силе и совсем упустила тот факт, что эта мразь сбежала, а не сдохла! Создав здесь место слияния двух измерений, я захвачу пустыню и займу место Гемиты в иерархии Ёкай. Я докажу праматери Бездне, что я достойна стать её полноправной дочерью! После того как она обратит свой взор на мои успехи, я получу силу управлять Ёко на недостижимом для людей уровне. Все мои враги будут гнить тысячелетиями. И знаешь, ты будешь входить в их число!

Смех переполненный безумием ударил по моим ушам и заставил кожу покрыться неприятными мурашками. Хуже всего было то, что я чётко понимал, она мне не соврала ни в едином своём слове. Эта девушка потеряла свой человеческий облик, для неё нет морали и нет правил, она уже сейчас больше Ёкай чем человек. И цель её уже далеко не простая месть. Её цель стать кем-то другим, более могущественным и тёмным, тем, кому по природе присуще быть безумным и злобным.

— Малышка Рози, — неожиданное появление третьего участника разговора привлекло моё внимание и заставило ещё ненадолго отложить подготовленный за время диалога план. — Я ведь просил тебя, не будь столь откровенна со всеми подряд. Я знаю как ты любишь пропитать своих врагов страхом, но сейчас это не тот случай. Мальчишка тебя не боится.

Ёкай появился из сгустившегося в чёрное пятно воздуха. Если бы не моё чувство энергий, я бы подумал что он умеет перемещаться сквозь междумирье, а так, это была всего лишь пыль в глаза. Он появился также и в таком же состоянии, как и Розалия. То есть, передо мной был фантом. Разве что фантом не простой, а принадлежащий одному из Великих Ёкай. Никем другим такое создание быть не может. Высокий, стройный и даже слегка смазливый, Ёкай стоял и нежно приобнимал Рози за талию, словно оба они были материальны. Всё в нём начиная от осанки и позы, до взгляда кричало о наличии непомерного количества силы. Он чувствовал себя как король на балу, что лишь добавляло очков в пользу моей теории.

— Что значит, он меня не боится? — казалось бы спокойный вопрос, заданный Розалией, заставил меня напрячься.

— Опасается, но не боится, — без тени злобы и ехидства, Ёкай аккуратно поправил чёлку на лице девушки. — Это очень необычный юноша моя дорогая. Разве ты сама ещё не чувствуешь? Попробуй ощутить как на него реагирует Ёко в моём творении под его ногами? Несмотря на всё моё мастерство, гигант до сих пор его не поймал в ловушку растворённой шкуры, хотя бывали случаи, когда мои детища на подобных ошибках ловили куда более серьёзных и опытных людей. Среди их числа был даже брат одного из императоров-драконов. Прикажи я сейчас гиганту схватить ступни этого молодого человека с помощью Ёко, он всё равно освободится, если и вовсе не уйдёт из под направленного удара.

— Он уже так делал, — произнесла Розалия, подтверждая мою догадку о том, что она появилась здесь если не с начала битвы, то точно раньше чем я сам её заметил.

— Это всё потому что, в нём есть первородная энергия, — произнёс Ёкай. — Не столь много как в ещё живых покровителях, но в десятки, если не сотни раз больше чем у простых людей. К тому же, ты ведь сама говорила, Гемита жива лишь благодаря этому пацану. Так какой из этого стоит сделать вывод?

— Он не последователь дракона, — удивительно низким, опасным тоном произнесла девушка. — Он не чудом выживший наследник империи. Он и есть дракон.

— Браво моя любовь, — похлопал в ладоши Ёкай с телом молодого щеголя. — Только не полноценный покровитель-дракон, а лишь его малая часть. Скажем так, не набравший силу эмбрион, что может вылиться для нас в большие проблемы, если дать ему развиться и вырасти. Гемита и Пассон уже используют его против нас. Не случайно же он оказался здесь и сейчас тут, в месте где должно было начаться твоё торжественное шествие по костям и хитиновым панцирям детей Гемиты.

Если изначально, мне очень хотелось вызнать как можно больше информации из этого диалога, то сейчас он мне совершенно перестал нравиться. Если я правильно понял, причина почему эти оба здесь в форме фантомов, это не законченный проход между измерениями. По моим внутренним ощущениям, до того момента как они оба здесь окажутся в своих телах и при полной силе, осталось всего ничего. И либо я сейчас же начну действовать, либо мне останется лишь смиренно сложить ладони на груди в ожидании неминуемой смерти.

Как это зачастую бывает, всё самое важное происходит в короткий промежуток времени, которому предшествует куда больший срок ожидания, томления или подготовки. Вот и сейчас, я начал действовать когда времени осталось совсем ничего. Сейчас, когда у меня в распоряжении есть куда больше информации и я успел подготовить сносный план, мне оставалось лишь действовать.

Лишние мысли как-то сами собой покинули мою голову, оставив в ней лишь звенящую тишину и ясность разума. Краем глаза, я отметил как где-то там, внизу упал замертво последний из миньонов великана, что на момент начала боя были в котловане. Этой энергии, создателю места слияния двух измерений должно хватить, чтобы полностью стабилизировать и расширить проход из этого мира прямиком в Бездну. Соответственно, как только это произойдёт, двое моих противников, стоящих передо мной, из фантомов превратятся в физически плотных, не скованных никакими ограничениями врагов. И чтобы этого избежать, чтобы смерть не настигла меня всего через несколько секунд, я сделал свой ход.

Трансформация в тотем дракона начала происходить мгновенно и даже излишне быстро, ведь для этого я использовал небольшие крохи первородной энергии. Подобное решение было связано не столько с нехваткой времени, но ещё и с тем что после превращения я буду некоторое время стягивать к себе другую первородную энергию отовсюду, где она есть поблизости, включая даже других людей. Подобное знание я ещё не проверял, но всегда держал в уме с тех пор, как оно появилось у меня. Оно относилось к разряду тех, что принадлежали старому покровителю-дракону, а не новому мне. Проверять подобное я пока не решался, ведь подобное влияние на людей может быть пагубным, но нынешняя ситуация требует от меня самых решительных действий.

Чувствуя как пополняются мои запасы первородной энергии, я вместе с тем чётко ощущал как нехорошо стало моим последователям. Весь десяток гвардейцев, что за время боя успел воссоединиться и убить многих миньонов великана, сейчас припали на колени и пытались не потерять сознание от нахлынувшей на них слабости. Подобное же состояние было ещё и у Париса. Самдан же вовсе лежал на земле, а из его пор медленно сочилась кровь. Эти люди были преданы мне, поэтому первородная энергия легко покинула их тела, чего например нельзя сказать про гонца работорговцев. У этого человека, я не смог взять ни капли первородной энергии, и он стоял на краю котлована полный сил и здоровья. Я сделал себе эту важную пометку в памяти и больше не заострял внимание на людях присутствующих в пещере, ведь если бы я пытался им как-то помочь, то точно не успел бы закрыть проход.

Великий Ёкай Парпатер в отличии от Розалии, быстро понял что сейчас должно произойти. Поэтому когда в него ударила волна первородной энергии, что должна была вытолкнуть фантомы за пределы этого измерения, он в отличии от рыжей стервы смог удержаться на месте и никуда не исчез. Для меня это стало неприятным сюрпризом, потому как накопленной энергии и той что я получил от моих последователей, и без того было мало на реализацию задуманного.

— Неплохо, — осклабился Ёкай белозубой улыбкой. — Для эмбриона, очень даже неплохо!

В следующий момент, в моё тело, висящее в воздухе полетел полумесяц из плотной энергии Ёко. Великий Ёкай был куда опаснее чем Розалия и без стеснения атаковал меня, несмотря на то что он находился всё ещё в форме фантома. Да, сила его удара была ослаблена и я смог от неё защититься закрывшись тонкой пеленой золотистой первородной энергии, но после того как в следующий миг мне пришлось ещё трижды отражать его удары тратя последние крохи энергии, стало понятно кто в итоге должен одержать верх в этой схватке. И всё же, всё же что-то не давало мне просто сдаться. Разве для этого я столько боролся? Разве для этого я столько всего вытерпел и через столько прошёл? Нет, не для этого. Я иду сквозь все испытания не только ради себя, но и ради тех кто во мне нуждается. И как минимум двенадцать человек рядом со мной сейчас нуждаются в моей помощи.

Повернув голову воплощённого в тотем дракона, я встретился взглядом с человеком, что больше других желал мне помочь. Самдан лежал на голой земле и смотрел на меня сквозь кровавую пелену. Его губы что-то шептали. Если я не разучился видеть, то кажется это была молитва своему покровителю. Он просил его о помощи и одновременно с этим, в моё тело втекала непрерывная струйка первородной энергии, компенсирующая затраты на отражение атак Великого Ёкай. Неужели покровитель ответил своему последователю? Ведь не может быть столько первородной силы в человеке, даже в десятке человек её столько не будет!

«Самдан был одним из тех, кто грел мою остывшую к людям душу. Его молитвы всегда отличались искренностью, добротой, теплом и преданностью. В людях эти качества столь редки, что даже сквозь сон я слышал каждое его слово, — неожиданно вместе с тонкой струйкой первородной энергии, от кочевника пришёл и голос его покровителя. — Я смотрю ситуация у тебя патовая. Крыса уже отдала тебе свой ключ, но ты так и не попробовал им воспользоваться. Его поступок объясним, но я бы его примеру не последовал. Как и другим, мне уже давно плевать на этот мир, и если бы не учитель, я бы даже не стал просыпаться, поглощённый вечным сном».

«Тогда зачем ты говоришь со мной? — задал я вопрос, стараясь сохранять спокойствие. — И если ты спал, зачем тогда просил меня спасти твоих священных зверей ранее?»

«Причина… Она одна… И имя этой причине — Любовь, — голос покровителя лошади стал звучать тише, а вместе с тем начал и истончаться ручеёк первородной энергии текущий в меня от Самдана. — Сколько бы мы не пытались творить миры, людей, зверей, ты всегда делал это лучше нас. Моя душа всегда была горяча и полна любви, но не сейчас. Искра создателя умирает во мне. Единственное что я могу ещё сделать для тех кого люблю, это отдать тебе свой ключ и сказать что с ним нужно сделать. Тогда ты спасёшь тех кто мне дорог, а я сам не буду чувствовать себя тем, кто сжёг искру создателя зазря».

Одновременно с последними словами покровителя Лошади, внутри меня начал формироваться сгусток из первородной энергии. Будучи в теле тотема, я не мог наблюдать как изменяется татуировка на моём теле, но этого и не требовалось, я прекрасно ощущал физически какую форму приобретает этот небольшой кусочек первородной энергии. Второй ключ появился рядом с первым. Две из двенадцати замочных скважин оказались заняты.

«Этот мир, является сосредоточением огромной силы. Именно отсюда, когда-то невообразимо давно мы начали освоение собственного измерения. Первородная энергия хранится в ядре срединного мира, что является центром этой вселенной. Не всех созданий во вселенной мы создали сами, но именно пульсация огромной массы первородной энергии запустила процессы эволюции даже в самых отдалённых уголках измерения. Раньше, когда мы были едины, ключи позволяли нам черпать силу из ядра, создавая невероятные вещи. Теперь, когда у тебя два ключа, ты сможешь восполнять свои запасы первородной энергии быстрее и раз в несколько месяцев сможешь коснуться ядра, дабы совершить нечто невероятное. Воспользуйся этой возможностью сейчас, не давай Великим Ёкай спуску».

«Спасибо, — не нашёл я слов благодарности лучше. — Я уже чувствую, насколько легче мне противостоять врагу».

«Будь аккуратен, Парпатер серьёзный противник, но он не единственный, кого тебе стоит опасаться. Не думаешь же ты, что будучи едины, мы бы не смогли противостоять общему врагу? Покровители давно утратили смысл слова дружба и братство. Часть наших собратьев уступили свои ключи, проиграв свои битвы, а кто-то и вовсе отдал свой ключ врагу добровольно, даже не став сопротивляться…».

Глава 12

Последние слова говорившего со мной покровителя, прозвучали обрывисто, словно ему кто-то неожиданно заткнул рот. Возможно ли нечто подобное во время разговора путём передачи друг другу мыслей? Что-то мне подсказывает, что да, такое безусловно возможно. Значит ли это, что нам помешали договорить? Не уверен, но я бы не стал исключать такой возможности. Та информация, которую хотел мне сообщить собеседник, могла бы повлиять на мои будущие связи с другими покровителями и это точно кому-то да не понравилось бы, но вот вопрос, кому именно и стоит ли мне начинать опасаться удара в спину от кого-то из собственных собратьев?

— Значит, ещё не все великие покровители ушли на покой, великий дракон? — задал мне вопрос Парпатер, привлекая к себе внимание и словно насмехаясь надо мной. — Ваше время прошло, причём уже очень давно, примерно тогда, когда вы проиграли собственным детищам. Позорище!

Последнее слово Ёкай буквально выплюнул, словно желая влить в него всё своё презрение, которое он испытывает ко мне и подобным мне. Я бы пожалуй пропустил его высказывание мимо ушей, если бы не одно но, место слияния до сих пор не было открыто. Несмотря на то что Парпатер мог уже нараспашку открыть проход прямиком в Бездну, он почему-то медлил!

— Позорище? — спокойно произнёс я, нависая над фантомом в своей форме тотема, которую теперь благодаря двум ключам от сердца мира, мог поддерживать почти бесконечно долго. — С чего бы это?

Спокойный тон и искреннее недоумение, вот что заставило Великого Ёкай взбеситься ещё сильнее. Как я понял что он в бешенстве? Только по его глазам, в которых плескалась сама тьма. Парпатер был сильным и выдержанным противником, поэтому он не кидался фразами, не делал поспешных действий и вёл себя так, словно ничего не происходит. Правда и проход во тьму был всё ещё не открыт до конца, Великий Ёкай словно придерживал эту дверку, не давая ей открыться нараспашку. И я очень хотел понять, почему демон не спешит реализовать задуманное. Почему он вдруг стал столь эмоционален…

— Ты хочешь сказать, что вас не за что упрекнуть? — вздёрнул бровь Парпатер, на лице которого играла улыбка. — Безупречные, непоколебимые покровители, давшие жизнь столь многим планетам, звёздам, зверям, животным, людям и ещё несчётным количествам живых и неживых видов. Разве вы справляетесь с возложенной на вас ролью?

Его простой вопрос выбил из под меня землю. К своему удивлению, но мне нечего было ответить Великому Ёкай Парпатеру на столь простой вопрос. Не потому что я не знал, а потому что он был прав. Я и мои собратья покровители, не справились с возложенной на нас ролью. Можно сколько угодно говорить и думать, мол я сам только недавно о всём узнал, но ведь это не является истинной. Я проиграл, был вынужден разбить себя на куски и затем пытаться восстать из пепла, по той причине, что не справился со своими обязанностями как покровитель. Не могу ничего сказать про других собратьев, но что-то мне подсказывает, что они справились не лучше меня. Вот и выходит, что ответить мне этому Ёкай попросту нечем, не признавать же его правоту.

— Когда-то давно, когда я был слаб, когда во мне было мало Ёко, я слышал разговоры старших собратьев о новом измерении, — произнёс Парпатер. — Моя природа не позволяла мне мыслить глобально, но уже тогда я знал чего хочу больше, а чего меньше. И мне захотелось увидеть новый мир, новых созданий, понаблюдать за ними. Спустя долгое время, когда я смог подняться выше по ступеням иерархии, я смог более чётко сформировать свои желания. Я хотел творить, хотел создавать нечто новое, как это сделали вы, покровители. Несмотря на тёмную и разрушительную по своей сути природу Ёко, я смог добиться многого в качестве создателя. Я творил не только Ёкай, но и растения, животных, пару раз пытался даже создать человека. Мне не подвластна первородная энергия, что так необходима творцу, но и с Ёко мне удалось взобраться на самую вершину иерархии Ёкай. В глубине Бездны, там где стоит дворец праматери, растут сады созданные моей рукой. Это вершина моего мастерства. И всё же, несмотря на все мои старания, вас считают истинными творцами! Вы выше меня, искуснее, хотя столь слабы и бездарны, что даже не можете обезопасить свои творения от самих себя и наоборот!

Последние слова Парпатер произнёс мелко трясясь от гнева. И гнев этот был продиктован не его природой, не его злобой, а завистью. Великий Ёкай, занявший своё место благодаря стремлению к созиданию, а не разрушению, горел праведным огнём, ведь по его мнению, мы — покровители, бездари.

— Знаешь, я искренне счастлив, что встретил на своём пути Розалию, — неожиданно мягко и тепло произнёс Парпатер возвращаясь к спокойному состоянию. — Её безумия и жажды разрушения с лихвой хватит чтобы разрушить все ваши творения. И я помогу ей разрушить этот мир, весь до основания, так чтобы на всё измерение, не осталось ни единой живой души.

В следующий миг из моей пасти ударила молния из чистой первородной энергии. Больше ждать было нельзя, Парпатер перестал оттягивать момент истины, и я ударил первым. Золотая ветвистая молния, пропитанная моей яростью, снесла фантом, разрушая его структуру и связь с Бездной. Удар пришёлся точно в грудь Великого Ёкай, не оставляя тому и шанса на продолжение существования в форме фантома. Долю мгновения лицо Парпатера корчилось в агонии, а затем исчезло без следа, словно того и не было здесь никогда. Я висел в воздухе, медленно водя мордой из стороны в сторону. Несмотря на то что мой враг был легко уничтожен, я не почувствовал и толики удовлетворения, никакой завершённости, словно это был лишь первый раунд. И моё предчувствие меня не подвело.

— Хорошая попытка, дракон, — прогудел великан подо мной. — Ты мог бы добиться успеха этим ударом, если бы не одно НО. Я не бездарь вроде тебя или твоих собратьев. Я могу вселяться в любого Ёкай, в котором есть хотя бы толика моей силы!

И в подтверждении своих слов, Парпатер, занявший тело великана, закончил стабилизацию и расширение прохода между моим миром и Бездной. Разрыв реальности начал материализовываться прямо у ног гиганта, в основании котлована. В отличии от простой дыры, сквозь которую любят проникать в этот мир Ёкай, этот проход был шире, выше и стабильнее. Проще всего это сравнить с дырками в ткани. Простой разрыв, это потёртость или небольшая дырочка, которую можно подшить или наложить заплатку, а то что создал Парпатер, больше походило на распоротую ткань с вставкой в виде змейки, которую можно открывать и закрывать. К сожалению, закрыть навсегда такой проход мне не удастся, но я могу его запечатать, чтобы сквозь него никто не смог выбраться. И пока не поздно, я хочу это сделать.

Слияние осколков. Соединение всех малых частей прошло успешно и совершенно безболезненно. Никаких посторонних эмоций, никаких воспоминаний из чужих жизней, это пройдённый этап. Отныне, собрать все крупицы себя в кучу мне не составляет труда, но вот удержать их вместе дольше положенного срока пока что не удавалось. Возможно, сегодня именно тот день когда у меня это получится.

Покровитель, разговаривавший со мной так и не упомянул как пользоваться ключами, что ещё сильнее наталкивает меня на мысль, что нас всё-таки прервали. И всё же, он успел указать мне туда куда стоит смотреть и что пытаться вспомнить. Я тоже уже пользовался ключом от сердца мира, мне не нужна чужая инструкция. Вместе со слиянием пришло и знание. Ощущая в своей груди два невероятно сильно сжатых сгустка энергии, я обратился к ним. Одного касания мне хватило, чтобы я почувствовал насколько сильна связь этих ключей с ядром в центре мира. Даже если бы один такой ключик я отправил прямиком в Бездну, то смог бы найти его по этой связи, которой не преграда даже границы измерений.

«Некоторые ключи могут быть утеряны или находятся у врага, — набатом пронеслась у меня мысль. — Если я окажусь у ядра, то наверняка смогу отследить все оставшиеся десять ключей…»

Не давая себе развить эту мысль и отвлечься от реальности, я задвинул столь важную догадку на потом. Вместо этого, я потянул на себя уже имеющиеся у меня ключи. Сделать это оказалось на удивление просто. Сжатая первородная энергия не просто слушалась меня, но ещё и двигалась чётко по выверенному пути, словно другого просто не могло существовать. Сгустки энергии, заключённые в моей груди, вышли из моего тела и материализовались, представ передо мной в виде двух золотистых ключиков, повисших перед моей мордой в воздухе. Этого мне хватит, чтобы получить доступ к малой части силы сердца мира.

Пока Парпатер завершал открытие своего прохода между измерениями, я делал то, что поможет мне его остановить и победить. Ключи, призванные мной из моего же тела, открыли проход из пустоты. Для первородной энергии не существовало преград и помех, поэтому уже спустя короткий миг, в воздухе сами собой образовались скважины. Ровно двенадцать отверстий под двенадцать ключей. Два золотых, переливающихся силой ключа вошли в два замка и легко провернулись, создавая прямой канал связи между мной и центром мира. Дверь, что скрывает за собой тайну, приоткрылась всего на какой-то жалкий миг, ноя успел ощутить тот колоссальный объем силы, что хранится в сердце мира. У меня просто не оказалось слов, чтобы попытаться это описать. Я почувствовал себя не каплей в море или даже океане, не мельчайшей песчинкой среди песка всей Земли, я был атомом напротив целой вселенной. Сила заключённая внутри сердца мира, являлась абсолютной. И только такая невероятная энергия, может поддерживать жизнь в целой вселенной.

Отойти от состояния близкого к шоку мне удалось лишь спустя две долгих секунды. Картина безграничной силы и власти потихоньку отпускала меня, хотя и не полностью, ведь часть этой силы осталась со мной. Два ключа, позволили мне за раз взять из сердца мира первородной энергии в тысячу раз больше того объема, что я скопил бы за год не тратя и капли. И плевать что теперь я чувствую как оба ключа уснули на достаточно долгое время. Плевать, что они не будут реагировать на меня ни коим образом, пока энергия в ядре мира не восстановится. Я уже обрёл то что мне необходимо для победы.

— Милый, что ты так долго?! — голос Розалии, выходящей прямиком из черноты Бездны привлёк моё внимание.

Оказывается, всё это время пока я был занят получением силы, великан держал моё тело, словно боялся что я исчезну. Его огромные ладони сжимали моё туловище и всё силились его раздавить. Только вот ничего у рукотворного Ёкай Парпатера не получалось. Голой силы, усиленной Ёко никак не хватит чтобы продавить защиту из первородной энергии, которую я так и не снял со своего тела.

— Хотел сделать для тебя подарок, любимая, — прогудел великан, в тело которого вселился Парпатер, фантом которого я всё-таки уничтожил.

Подарок? Это кажется про меня. Розалия со своим безумным радостным смехом прямо-таки пищит от счастья. Посмотрим как ты будешь счастлива, когда я тебя обратно в Бездну зашвырну!

Хвост, объятый золотым пламенем сгорающей первородной энергии рассёк удерживающие меня руки великана, освобождая моё тело. Одновременно с этим, подобно огромному Ёкай ранее управляющего своими миньонами, я раскинул от себя двенадцать нитей первородной энергии, возвращая своим воинам не только взятые взаймы силы, но и добавляя к этому сверху десятикратный запас.

Парпатер, не ожидавший от меня подобной силы, оказался в не выгодной ситуации. Поскольку он заканчивал открытие прохода лично, то его основное тело всё ещё находится где-то там, в Бездне. И всё что он может мне противопоставить, это силы его творения, помноженные на опыт и дополнительные объемы Ёко. Только вот проблема в том, что моей целью был не он сам.

Ринувшись на Розалию, стоящую на границе прохода из Бездны, я атаковал её тем же способом, которым вышвырнул её фантом, только в этот раз, объём силы вложенный в удар был десятикратным. Ощущая смертельную опасность от волнообразного и широкого удара, девушка не стала пытаться увернуться и кинула все свои силы на защиту тела. Для неё это был правильный выбор, ведь только так она бы смогла выжить, другое дело, что именно этого я и ожидал от неё. Сразу же вслед за волной первородной энергии, почти уничтожившей защиту Розалии, состоящей из Ёко, на девушку пришёлся мой второй удар. Когти, объятые золотым пламенем, прорвали истончённый щит и вонзились ей прямо в грудь. Я поднял девушку на уровень своих глаз и всмотрелся в её перекошенное болью лицо. Взгляд покровителя работал на полную, передавая мне всю информацию, что только могла знать обладательница этого личика. Предавшие свою расу люди, союзники Рози, места особо крупных капищ, всё что только могло мне помочь выиграть эту неравную войну!

— Отпусти её! — рёв взбешённого великана помешал мне полностью прочесть Рози.

Волна концентрированной Ёко ударила в меня вместе со звуковой волной. Уже известная мне способность великана, которую он использовал на мне через своих миньонов, помноженная на силу Парпатера дала неожиданный эффект. Я перестал видеть, что остановили действие взгляда покровителя. Нет, Ёко не нанесла мне урон, но смогла закрыть мне пеленой глаза. И плевать что пелена быстро сгорала от огня первородной энергии, этой заминки Розалии хватило, чтобы она превозмогая боль оттолкнулась от моего тела и сумела соскочить с моих когтей.

— Я стану сильнее, — хрипя и еле дыша, Розалия стояла у прохода и угрожала мне. — Я вернусь, и тогда, ты будешь молить меня о…

Понимая что даже ринувшись за Рози на всей скорости, я лишь окажусь вместе с ней в Бездне, я решил переключиться на другого врага, попутно исполняя своё обещание зашвырнуть Розалию туда, откуда она пришла. Во время разворота, хвост, объятый огнём первородной энергии, ударил в грудь наглую девицу, выталкивая её из моего измерения и не давая ей договорить слова своей угрозы. Пусть зализывает раны, мне всё равно не хватит сил расправиться со всеми врагами сразу.

— Ты говорил что мы — покровители, бездарности, — произнёс я, стоя спиной к проходу в Бездну. — Странно слышать это от такого же бездаря!

Одновременно с откровенной провокацией Парпатера, я используя свой хвост обвил пространственный проход в Бездну и начал его сжимать. Никакой техники или печати я не использовал, всё исполнялось на одной голой силе. И что самое интересное, у меня это получалось. Безусловно, стабильный проход закрыть сложнее, да и я уже говорил, это будет лишь временное решение, но прямо сейчас, я уже отрезал Парпатеру возможность прийти сюда в своём настоящем теле.

— Ты чувствуешь этот запах? — потянул я в себя воздух. — Запомни как здесь сейчас пахнет. Это запах твоего поражения.

Великий Ёкай, занявший тело великана ничего не ответил, вместо этого, он побежал на меня, стремясь схватить и отшвырнуть от прохода. Не уверен, что у меня получилось бы сражаться с ним и одновременно закрывать проход, но мне помогли. Парис давно пришёл в себя и даже не думал отсиживаться за моей спиной.

— Imperator nobiscum est! Apud nos patroni-draconis! Ad pugnam! — прозвучал воинский клич на древнем языке.

— С нами Император! С нами наш покровитель-дракон! В бой! — вторили ему гвардейцы.

Огромная огненная стрела длинной в три метра врезалась прямо в голову Великана, выпущенная Ифритом с довольно близкого расстояния. Парпатер, не ожидавший подобного дёрнулся всем телом и завалился на бок. Выстрел превзошёл все мои ожидания. На месте головы великана отсутствовала часть черепа, а остатки лица походили на обгорелую корку апельсина, что впрочем ему совсем не мешало. Этот гигант уже вовсю отращивал отсутствующую часть своего тела.

Последующий бой продлился ещё целый час, именно столько Парпатер, вселившийся в тело гиганта смог сопротивляться слаженным действиям гвардейцев и Париса. Бой мог бы продлиться и гораздо меньше, но наш противник не зря носил звание Великого Ёкая. На момент когда голова великана отросла, его уже сковали наши мастера земли по рукам и ногам, но тому было этот факт был безразличен. Он управлял своими миньонами в городе наверху и для этого ему не нужна была подвижность. Так что спустя полторы минуты, несмотря на то что дыра в потолке была заблокирована, её вновь разломали здоровые, четырёхметровые минотавры. Парпатер рассчитывал что сил миньонов хватит на то чтобы перебить нас, или хотя бы разобраться с моей охраной, но гвардейцы во главе с Парисом смогли даже меня удивить. Они бились так, словно у них был безграничный запас сил. Безусловно, я всё ещё давал им некоторую подпитку первородной энергией, но она была довольно скромной, ведь почти все мои силы уходили на закрытие прохода в Бездну. По моим ощущениям, их энергия должна была закончиться уже спустя пятнадцать минут боя, но этого не произошло и под конец часа. Лишь единожды я действительно испугался за свой отряд. Тогда, из сжимаемого мной прохода смог выскочить Ёкай, чей ранг превышал ранг минотавров. Был ли это случайный Ёкай или Парпатер заставил его пройти сквозь узкую щель прохода, не особо важно, но случилось так, что Великий Ёкай занял тело гибкого, быстрого и опасного бойца из Бездны. Три отсечённые руки, пять глубоких ран и даже пару выбитых глаз, вот та цена, которую заплатили солдаты за убийство этой твари.

— Ты проиграл, — произнёс я устало, стоя прямо на голове еле живого великана, тело которого вновь занял Парпатер, после того как отряд прикончил гибкого хищника.

— Возможно, — прогудел гигант. — А может и нет. Как посмотреть дракон, как посмотреть. Проход создан и то что ты его закрыл, не меняет этого факта. Он останется здесь, пусть закрытый, но останется. И ты не убил меня. Моё тело в Бездне, рядом с праматерью. Окажись я здесь, тебе и твоим людишкам ничего бы не помогло. А пока, я ухожу. Признаю, ты смог меня удивить. До встречи, дракон-покровитель.

Гигант, на лице которого я стоял резко потерял какой-либо осмысленный взгляд и издав тягостный вздох затих. Наконец-то бой завершился. Устало развернувшись на месте, я сел прямо на подбородок мёртвого Ёкай и свесил ноги. Чуть в стороне, сидели гвардейцы и медленно приводили в чувство раненных.

«Надо бы помочь прирастить руки, — мелькнула у меня мысль. — Если в ране нет Ёко, отращивать её не обязательно…»

Взгляд как-то сам собой упал на одного гвардейца, чья руки была срезана тварью из Бездны прямо на локте. Будет довольно сложно прирастить там руку, ведь скорее всего задет сустав. Пока я думал об этом, гвардеец взял собственную отрезанную часть тела и приставил её на положенное место. Пару мгновений ничего не происходило, а затем блеснула скромная вспышка золотого света и вот уже гвардеец двигается своей рукой, словно та и не была отсечена совсем недавно. От подобного зрелища, я даже рот открыл, хотя другие гвардейцы кажется совершенно не были удивлены.

— Как себя чувствуешь? — Парис, подошедший ко мне незаметно, видно не так истолковал мою изумлённую физиономию, потому как в его голосе читалась обеспокоенность. — Хотя можешь не отвечать, наверняка очень устал, ты ведь нам столько сил отдал. Да и этот переход… у меня до сих пор слов нет описать собственные ощущения. У тебя наверное также. Ты главное знай, мы тебе очень признательны. Никогда не думали что подобное возможно, но мы все благодарны тебе.

— Благодарны за что? — повернул я на него голову, совершенно не понимая то о чём он говорит.

— За это, — произнёс Парис, скидывая с себя рубаху, оставаясь в одних пропитанных потом и кровью штанах.

На груди островитянина, там где раньше была татуировка крупного тигра, теперь красовалась куда большая татуировка дракона. Это было моё изображение. Моё тело в форме тотема. Точная копия моей татуировки. И словно этого было мало, гвардейцы подозрительно быстро закончив с полевым врачеванием, поскидывали свои рубахи и радостно похлопывали друг друга по плечу. На груди каждого сияла чистотой новая татуировка дракона-покровителя.

Глава 13

То что создал Парпатер в котловане, под землями разрушенного города на окраине пустыни чёрного песка, было ничем иным как порталом. Да, это была не такая же рамка портала, как та что стоит на моём острове и связана с Винерием. Этот прокол реальности, соединивший два измерения стабильным каналом, является чем-то более совершенным. Сжав его силой первородной энергии, я сумел пережать пуповину, тем самым запретив Ёкай с той стороны беспрепятственно шастать по моему миру, выбираясь из этого портала. Теперь, хотя бы частично, но эта аномалия безопасна для моего мира. Загвоздка лишь в том, как долго продержится узел, которым я перевязал этот канал стабильной связи? Причем вопрос этот сложный, так сказать со звёздочкой. Почему сложный? Как минимум потому что ответа на один и тот же вопрос может быть два. Первый ответ будет верен, при условии того, что мой узел никто не будет трогать. В этом случае, проход может оставаться закрытым на протяжении десятилетий, до тех пор пока первородная энергия окончательно не рассосётся сама собой. И существует второй ответ, когда в изначальных условиях будут прописаны постоянные нападки и давление со стороны Бездны и её последователей. В таком случае, срок службы моего узла может резко сократиться. Год службы, может быть два при хорошем раскладе. При неудачном раскладе, может и вовсе всего пара месяцев срока службы. Всё будет зависеть от степени давления и конечно с какой стороны будут давить, потому как с нашей стороны узел развязать будет конечно же легче. Это неприятный побочный эффект, появившийся в следствии того, что я будучи именно на этой стороне портала осуществлял перевязку канала. И дабы хоть немного перестраховаться, я решил принять дополнительные меры защиты.

* * *

— Давай не спи!

Ощутимый тычок под ребро заставил одного из рабочих занятых в котловане дёрнуться и застонать. Это было уже третья смена мастера стихии земли, которую он проводил под улицами разрушенного города. Вместе со своими собратьями по несчастью, а заодно и по приверженности стихии, немолодой воин должен был исполнить волю Императора. И воля правителя новоявленной империи была такова, что самый западный город в пустыне чёрного песка должен перестать существовать. По этой причине, уже больше двух суток, мастера Земли, все что только были в войске, занимались тем что готовили одну огромную печать, размеры которой превышали все разумные пределы. Никто бы и не подумал что подобная энергетическая вязь будет работать, и что подобное в принципе возможно, если бы не одно большое «но». Этим «но» являлся сам Император. По возвращению в войско после зачистки города, он совершил то, о чём все люди до сих пор перешёптываются затаив дыхание. Властитель Империи Наступающего Рассвета заставил явиться и подчиниться себе, Великого Ёкай Пассона. На глазах тысячи людей и нелюдей, стоя на холме при свете двух полных Лун, демон отступил под яростью и гневом Императора, преподнеся тому дар в качестве откупа. Тогда-то, в тот же вечер, среди преданных себе людей, Император и нашёл того, кого все мастера стихии Земли стали позже звать хозяином своей стихии. Именно по его указаниям и была создана печать размером с целый провинциальный город, благодаря которой место где сейчас трудятся солдаты, перестанет существовать.

— Да чего ты стоишь-то столбом?! — прозвучал раздражённый голос напарника мастера земли, который так и не смог толком выспаться за время своего перерыва. — Опять тебе снилась встреча Императора и этого мерзкого пожирателя душ?

— А тебе разве не снится? — передёрнул плечами солдат, что спросонья никак не мог выкинуть из головы подробности своего сна.

— Снится, — кивнул куда менее раздражённо напарник солдата. — Только я в отличии от тебя понимаю, что этот ублюдок не придёт за моей душой. Император не позволит.

— Не позволит, — повторил угрюмо мастер земли, потирая заспанные глаза.

— Ты бы лучше силу вливал в печать, — напомнил напарник, кивая на свои руки, которые медленно, но верно вливали стихию земли в линию огромной печати. — Император приказал сровнять этот город с песком, так чтобы даже знающий человек проезжая мимо никогда не смог найти следы поселения. И я планирую сегодня закончить заполнять силой наш участок, потому как не хочу последним покидать место работы.

— Хочешь посмотреть как город сложится сам в себя? — более живо задал вопрос первый из двух работников на участке, прикладывая свои руки к линии печати, пролегающей прямо в воздухе на глубине пяти метров под землёй.

— Естественно, — хохотнул второй. — А ты не хочешь разве? С холма должно быть отлично видно. Не зря же мы тут уже вторые сутки из сил выбиваемся. Это должно быть грандиозно. Только представь, единый выброс стихии, что равномерно сначала стягивает огромную массу земли, песка, камня и всего что хоть как-то относится к стихии Земли в центр, перемалывает это всё в мельчайший песочек, а затем равномерно возвращает всё обратно, образуя на месте города ровный кусок пустыни! Никаких стен, домов, мостовых, черепков от посуды, совсем ничего, один голый песок!

— Да ты фанатик!

— Как будто ты не такой. Давай уже работай быстрее, я хочу ещё успеть перехватить ужин. Если сегодня все группы успеют закончить наполнять печать силой, то уже завтра утром выступаем дальше к границе старой империи, а я жуть как не люблю на ходу питаться.

* * *

Сидя на мягкой траве, я наслаждался звуками леса и дыханием природы. Буквально пять минут назад прошёл проливной, но очень короткий дождь. Я не прятался от него, наоборот, сидел и наслаждался им пока тот не закончился. Даже сейчас, я всё ещё с удовольствием ощущаю как на меня капают капли с листьев деревьев. Переход армии по пустыне закончился уже больше суток назад, а я всё никак не могу привыкнуть к свежести, что пришла на смену засушливому воздуху в песках.

— Уронишь косточку мне на голову, больше не подпущу тебя к месту своих тренировок на дистанцию выстрела из лука, — произнёс я громко, так чтобы сидящий надо мной на ветке мальчишка уловил степень угрозы.

— Не уроню! — произнёс в ответ молодой парень, лишь слегка расстроенный тем что его заметили.

Это был Фили, парнишка которого мы с группой состоящей из Юноны, Литы и Вэйсен встретили в компании бандитов на дороге. В крови этого парня намешано что-то интересное, так что потенциал у него очень большой и уже сейчас он активно взбирается по лестнице возвышения, параллельно упорно тренируясь под покровительством Юноны. Благодаря тому что сама Юнона стала больше уделять тренировкам со мной, то и парнишка этот как-то довольно незаметно приблизился ко мне и постоянно где-то рядом ошивается. И меня это толком не беспокоило бы, если бы не одно но. Этот юноша почему решил, что если станет часто подбираться ко мне незамеченным, то это поможет ему в его пути развития. В первый раз когда такое произошло, мне даже пришлось спасать его дурную голову от гвардейцев, решивших что тот замыслил покушение. Сейчас же, он всё также пытается подобраться ко мне как можно ближе незамеченным, но раз за разом терпит поражение. Лишь раз у него получилось подлезть ко мне незаметно, и было это ещё до похода, когда Юнона выбивала им двоим место рядом со мной в пути. Теперь же, я ощущаю его присутствие даже не интуитивно, а на уровне энергии. Стоит ему оказаться в десяти метрах от меня, как я улавливаю его течение энергии и могу сразу сказать где он. Что поделать, это уже наверное привычка, причём касается она довольно многих моих знакомых. Как в школе после десятка прочтений стихотворения, тот отпечатывался у меня в памяти, так и характерное течение энергии человека после нескольких встреч с ним становится мне знакомым и привычным.

— Ты ешь как маленький последователь свиньи, а не змеи, — произнёс я с укором, услышав как Фили с чавканьем засунул в себя целую половину фрукта, напоминающего персик. — Будешь издавать такие звуки, тебя не то что заметят, тебя сразу убьют. Как минимум потому что это раздражает.

— Старый Иф тоже так говорил, — весело произнёс Фили.

— Так может быть стоит задуматься о том что тебе говорят правду? — поднял я голову и посмотрел прямо в лицо мальчишки, который сбил мне весь настрой на медитацию.

— Я не верю в то что люди могут убить меня только за звуки чавканья, — отрицательно помотал головой парнишка.

— Это ты ещё просто людей способных на это не встречал, — неожиданно весело рассмеялся я, вспоминая как прилетало мне в детстве поварёшкой от одной из тёток, нахально называющей себя моей приёмной мамой. — Я лично видел одну женщину, что за недоеденную тарелку супа могла разбить эту саму тарелку о голову своего ребёнка. Причём суп она предварительно не выливала.

Глаза парнишки расширились от удивления и он перестал жевать. И поскольку я уже откровенно заскучал, медитация не шла, а тренироваться в одиночестве не хотелось, я решил воспользоваться мальчишкой как посыльным. Всё равно он сидит без дела, да и грех было не воспользоваться возникшей паузой в его громком чавканье.

— Знаешь, позови-ка мне сюда двух гвардейцев и Юнону, — попросил я Фили, вставая на ноги. — Скажи своей наставнице, что я готов опробовать её идею.

Услышав мою просьбу, парнишка коротко кивнул, после чего быстро запихнул вторую половинку фрукта себе в рот и балансируя на тонкой ветке побежал в сторону расположения военного лагеря. Вот чем-чем, а исполнительностью он мне нравился, и что характерно, Юнона тоже подмечала эту его черту, но уже на тренировках. Думаю, с него в последствии точно выйдет толк.

— Три… два… один, — отсчитал я последние секунды из двадцати отведенных мной Фили на фору. — Пришла пора догонять.

Не долго думая, я создал свою копию и оставив основное тело отрабатывать малый тренировочный комплекс в качестве разминки, проследовал за своим посланником. Тренировка, задуманная мной, была довольно сложна и начиналась уже сейчас. С момента обретения способности к разделению на несколько тел, я собирался отработать несколько приёмов, которые при правильном применении могут спасти мне жизнь. Только прежде чем приступать к отработке этих самых приёмов, мне требовалось повысить свой уровень контроля за двумя или более телами. Пока что, мой предел только два тела, да и то, на относительно посредственном уровне. И поскольку я хочу это исправить, то мне стоит упражняться, чем я прямо сейчас и занялся. Первая тренировка, это пробежка через лес, с одновременным контролем второго тела выполняющего разминочный комплекс. Если это удастся без ощутимых проблем, я попрошу Юнону выдать гвардейцам деревянное оружие для спарринга. Не удастся или возникнут трудности, будет простая тренировка на уклонение.

Забег по джунглям в сторону полевого лагеря занял порядка пяти минут. Довольно мало как для пробежки и очень выматывающе как для моей персональной тренировки контроля. Очень тяжело контролировать движение сразу двух тел, тем более что одно из них вполне резво бежит и ему приходится огибать препятствия, быть осмотрительным чтобы не споткнутся, ну и конечно не терять из виду парнишку Фили. Несомненно, способ единовременно улучшить контроль существует, но я решил играть по всеми правилам и не жульничать, вкладывая в собственный разум дополнительный допинг в виде первородной энергии.

Замерев на границе леса и лагеря, я прислонился к коре какого-то дерева и принялся ждать. Фили должен знать где находится его наставница, но вот собрать нужных мне гвардейцев задачка не из лёгких, очень уж много у них появилось дел в последнее время. Стоит упомянуть, что нужные мне гвардейцы, это никто иные, как десяток преданных мне солдат, что отправились со мной в город и после доблестно защищали меня от миньонов Парпатера, пока я сам закрывал портал в Бездну. Вместе с новым покровителем на груди, у этих людей и способности новые проявились, так что теперь десяток моих парней нарасхват. Во-первых, почти все в войске поголовно желали знать секрет их перехода от одного покровителя к другому. Причём рассказанная история уже десяток раз облетела весь лагерь, а всё одно находились те, кому кровь из носу надо было послушать её из первоисточника. Во-вторых, несколько новоявленных драконов обрели свои звериные формы, что помогало им нести службу. Этих чаще других ставили в патрулирование, хотя гвардейцы теоретически должны были наоборот меньше прозябать на границах лагеря. И последнее по списку, но совершенно точно не по важности. У всех драконов была способность к врачеванию, так что в полевой медицине у нас намечается самый настоящий прорыв. Несомненно, другие гвардейцы и абсолютное большинство солдат в моём войске ко мне также лояльны как и последователи дракона, но отбор проходит не по этому принципу. Я ведь не зря упомянул про звериные формы своих новоявленных подопечных. Их уникальность для моей тренировки необычна. Где я ещё найду тех, кто поколотит меня не только деревянной палкой, но ещё и когтями перед лицами помашет.

Достав из пространственного кольца пару простых, но довольно острых ножей, которые прихватил из полевой кухни, я принялся жонглировать ими, одновременно с этим заставив второе своё тело, оставшееся на поляне в лесу, начинать выполнять ещё один тренировочный комплекс направленный на владение оружием. Между тем, в голову сами собой начали закрадываться мысли о том что произошло после того как я закрыл портал. В тот день, мой отряд вернулся в лагерь далеко не сразу. Нам было о чём поговорить и что сделать.

Самое важное что меня волновало в тот момент, когда я осознал что же произошло на самом деле с солдатами, Парисом и Самданом, это не последует ли кара от их покровителей для перебежчиков. Были у меня подозрения, что красть последователей у своих собратьев это не самая лучшая идея. И подозрения мои были не беспочвенны. В тот день, я впервые почувствовал что значит иметь живых последователей. Каждый удар их сердца, каждый вдох и выдох, даровал мне толику их сил. Не такой большой поток какой может быть, если я сам возьму из их тел всю хранящуюся там первородную энергию, но и то что я имел, уже давало пищу для раздумий. У меня появилось двенадцать последователей и этот тоненький ручеёк силы я уже мог ощутить. Стоит ли говорить, что обладай я тысячами последователей, то силы мои возросли бы многократно. И всё же, воровать повсеместно последователей я не собираюсь, по крайней мере пока. Баланс есть везде. Если я заберу у своих собратьев последователей, то они ослабнут, а значит, я могу сильно подставить их в опасной ситуации. Я не знаю, кто из них может быть мне полезен как союзник, а кто может быть предателем. И что куда важнее, есть ли среди них эти предатели на самом деле.

Следующий важный момент который я хотел понять, так это как именно произошла смена покровителя. Я хотел знать об этом всё, ведь только дурак не будет желать иметь подобную информацию. И поскольку я уже условно представлял себе как это произошло, то решил убедиться получив подтверждение своих слов от последователей. Со слов моих подопечных, смена покровителя прошла в момент когда их покинули силы. Они были яростны, свирепы и рвались в бой, но в один момент из них словно выкачали весь воздух. Сил у них оставалось ровно на то, чтобы не потерять сознание. Причем каждый был уверен, что ещё пара минут в подобном состоянии и жизнь сама их покинет. Самдан так и вовсе утверждал, что успел увидеть предков, но те не позволили ему присоединиться к ним, попросив подождать в мире живых ещё совсем немного. Облегчение для всех пришло вместе с волной жжения. Тела людей принимали в себя нечто новое, но при этом их переполняла сила и вера в того кто даёт им эту силу. Тогда-то и произошла смена покровителя.

— Первородная энергия, является основой всего, — тихо прошептал я себе под нос, продолжая жонглировать острыми железяками. — Травка, живность и даже земля, не исключение.

Сконцентрировавшись на пучке травы у своих ног, я пожелал забрать её жизнь и силу. И в тот же миг, от пучка иссохшей травы к моему телу по воздуху пролетела микроскопическая капля первородной энергии. Это крохи мне не хватило бы ни на защиту, ни тем более на атаку. Даже более того, я потратил на это действие первородной энергии в десять раз больше чем получил. И всё же, знание в очередной раз нашло своё подтверждение. Люди, как и эта трава, имеют в своей основе первородную энергию, кто-то больше, кто-то меньше. Это я уже знал, но к этому знанию добавилось и ещё кое-что. Создания, оперирующие первородной энергией, накладывают свой отпечаток на неё. Вот почему люди рождаются с татуировкой того или иного покровителя. Вся первородная энергия этого мира и всей вселенной, так или иначе проходила через покровителей. Возможно, вера людей в то что покровители наполняют их своей силой, источая её и поддерживая тем самым мироздание, верна лишь отчасти. В таком случае, мне стоит задуматься, почему в прошлом у меня было так мало последователей. Неужели я столь мало оперировал первородной энергией, что моего отпечатка хватило лишь на один клан людей на все континенты? В таком случае, непонятно почему меня же упоминают как наиболее удачного из всех двенадцати учеников-создателей. Эх, вопросы-вопросы. Сколько их ещё будет? Кажется, ответы на них я узнаю только в том случае, если вновь стану ещё сильнее и смогу притянуть к себе оставшиеся осколки себя прошлого.

На этом моменте, мой взгляд зацепился за покосившуюся полевую палатку, которую пытались поставить сейчас три мальчишки из числа выживших в том городе. Хотел уже было создать ещё одну копию себя самого и отправить её помочь им с колышками, как заметил что от ближайшей палатки солдат к ним направились на помощь. Занятно, а я ведь поначалу отказывал Самдану, когда тот предложил мне чтобы беженцы прибились к лагерю. Я думал, что мои люди плохо воспримут подобное пополнение и это неизбежно вызовет конфликты, что крайне нежелательно для меня в условиях марша. Оказалось, люди умеют удивлять. Вместе с Парисом, Самдан смог уговорить меня дать людям шанс и те смогли меня удивить. Беженцы не чурались работы и не садились на шею солдатам, а те в свою очередь никого не задирали и не портили женщин. Выживших пусть и было-то всего две сотни, но этого вполне хватило, чтобы солдаты смогли сложить с себя часть обязанностей по содержанию того же обоза. В конечном итоге, это сыграло всем только на пользу, а я не чувствовал за собой вины, что сровнял с песком их город, оставив одних в пустыне.

Кстати, именно люди и полученные знания помогли мне добиться от Пассона встречи и содействия. Правда помимо этого сыграл ещё откровенный блеф, но это уже не столь важно.

Вернувшись тогда из города, я устроил театр одного актёра. Поскольку из всех присутствующих в армии людей и нелюдей лично меня знали достаточно малое количество личностей, то даже с моим уровнем театральности получилось убедительно. Если опустить детали, я изображал ярость или вернее сказать распылял её в себе прилюдно. Мне нужно было, чтобы все вокруг мне поверили, так чтобы их уверенность передалась и мне самому. В этом деле, нельзя было фальшивить и в конечном итоге, я незаметно сам для себя добился именно того настроения, которое было мне так необходимо.

Когда Пассон явился, призванный мной через междумирье посредством транспортировки стражем грани, за моей спиной стояли более тысячи людей, уверенных что Великого Ёкай ждёт смерть. Масло в огонь подливали слухи о том что я только что уже одержал верх над Великим Ёкай Парпатером. Люди и суккубы шептались, передавая вести дальше по толпе, тем самым будоража всех всё больше и больше. И мои старания не прошли зря. Пассон, будучи пожирателем, особо чувствительно ощущал энергию и эманации людей и нелюдей.

— Значит, Парпатер отступил сражаясь с тобой? — задал он тогда вопрос, стоя передо мной в напряжённой позе, готовый мгновенно вступить в бой если того потребует ситуация.

— Отступил, — холодно произнёс я. — Правда он оставил за собой портал, ведущий прямиком в Бездну.

— Знаю, — кивнул Пассон. — Его уже пробуют на зуб все кому не лень.

— Этого бы не случилось, выполняй вы с Гемитой свои обязательства, — процедил я сквозь зубы. — Как вы тогда сказали, не дадите своим собратьям влезть в мои разборки с Розалией? Спешу огорчить, вы не смогли сдержать своё слово.

Диалог тогда продлился не долго. Я почти сразу потребовал от Пассона компенсацию в виде пяти десятков разнообразных слёз мертвеца, заполненных стихиями, на что великий пожиратель хотел было расхохотаться, но моя следующая угроза заткнула ему рот прежде чем он успел это сделать. Я произнёс то, чего никогда бы не сделал, но благодаря ауре уверенности исходящей от людей позади меня, Пассон купился. Я сказал, что в мгновение ока вытяну из всех преданных мне людей первородную энергию и использую три ключа от сердца мира, чтобы размазать трусливого «союзника» по песку аки кусок дерьма. Блеф был столь открытый и наглый, что он сработал. Пассон не знал о том сколько у меня ключей, но был осведомлён о том что они из себя представляют. К тому же, он точно знал что я одержал верх над нашим общим врагом, а значит, меня стоит опасаться.

— Два десятка слёз, всё что я могу тебе предложить, — пробуя воздух языком на вкус, Ёкай говорил излишне медленно.

— Пять, — повторил я своё требование.

— У меня нет пяти десятков, есть только два, — ответил он. — Стихия есть, но нет слёз, это достаточно редкий ресурс.

Пришлось согласиться на два десятка. И всё равно это был успех. До сих пор не могу поверить, что этот идиот тогда купился на мой блеф. Хотя, возможно, я и сам себя недооцениваю. Смог бы я тогда вытянуть силы из людей, чтобы противостоять Пассону? Скорее нет, чем да. Я всё ещё человек и чувство долга перед доверившимися мне людьми мне не чуждо. Одним словом, это был выигрышный, но очень рискованный ход.

— Наконец-то, — заметил я краем глаза как по дальнему ряду палаток идут двое гвардейцев и Юнона, ведомые Фили в мою сторону. — Опять наверное сидели у Литы и пытались по книжкам научиться правильно сращивать сосуды. Пару раз людей покалечат, а потом прибегут ко мне прося помощи.

И я конечно же им помогу. Не смогу не помочь. Ведь мы делаем одно дело и мой долг вести этих людей, пусть периодически и приходится подставляться под палки в их руках.

— О чём это я? — произнёс я в слух, разделившись ещё раз и отправив третью копию в лагерь, дабы искусственно завысить сложность предстоящих мне испытаний. — Точно, тренировка. Надо добежать до поляны прежде чем они дойдут. Полный вперёд!

Глава 14

В тишине раннего утра, среди густых зарослей джунглей, не обращая внимания на стелящийся по земле туман, к ближайшему поселению людей продвигался крупный военный отряд. Если быть точным, то отряд состоял из полторы сотен солдат, что делало его довольно внушительной силой. К тому же, средняя ступень бойцов была приближена к шестой, что в свою очередь для границы старой Империи, где находился отряд, являлось чем-то запредельным. Подобным уровнем развития личного пути могли бы похвастаться либо лучшие клановые бойцы, либо их непосредственные руководители. И между тем, меня все равно гложило беспокойство, хватит ли у солдат сил справиться с выпавшим им испытанием самостоятельно?

С момента как моя армия перешла незримую границу разваливающегося на куски государства, минуло уже четверо суток, за время которых мы не двигались в глубину территорий старой империи, а вместо этого мы забирали на восток. Именно там, на востоке, где я когда-то появился в этом мире, располагалось наибольшее число приграничных поселений, а соответственно и капищ демонопоклонников. В довесок к этому, стоит упомянуть и хороший широкий тракт, по которому моя армия в случае необходимости сможет пройти чуть ли не до самой столицы старой империи.

— Господин, ваш чай, — медленно покачиваясь в седле, Байха прямо на ходу умудрился заварить травы в артефакте серого уровня, чьим единственным достоинством была возможность вскипятить находящуюся внутри себя воду.

— Спасибо, — принял я странного вида бурдюк, отдаленно напомнивший мне термос, оббитый потертой шкурой.

Этот молчаливый, но исполнительный юноша знал когда нужно вовремя предложить чай. По первому времени, я даже размышлял о том, мог ли этот парень как-нибудь подложить мне в еду или питье яд, и пришёл к выводу, что да, мог бы, но он этого не делал. Так уж сложилось, что чаще всего в последние дни рядом со мной был именно этот человек. Несмотря на тренировки с Юноной, совещания с офицерами, редкие распития алкоголя с Парисом и нередкие споры с Литой, чаще всего я пребывал в компании именно этого парня. Он просто был рядом всегда. На тренировках подавал воду и чистую одежду, на совещаниях стоял позади и подавал необходимые документы, карты и записки от офицеров, с Парисом выступал в качестве твёрдой руки, что не дрогнет и не прольёт ни капли мимо бокала, ну а с Литой, выступал своеобразным рефери, когда спор заходил в тупик и нам двоим требовался свежий взгляд. И даже сейчас, в боевом выезде, когда ему по идее нет места в отряде, он едет рядом со мной, в броне и при кинжале, молча исполняя свой долг, хотя и долга то на нем никакого нет. Удивительный человек, которому кажется просто нравится быть на своём месте.

— Отличный чай, впрочем как и всегда, — благодарно кивнул я Байхе, на лице которого на пару мгновений появилась улыбка. — Ты ведь помнишь то о чем я тебя просил?

— В бой не лезу, не геройствую и держусь позади вас, — отчеканил Байха условия своего пребывания в отряде.

— Я про другое, — отрицательно качнул я головой. — Ты подумал о моем предложении найти свою судьбу? Ты ведь не раб, можешь уйти если хочешь. У тебя крепкие нервы, не малый ум и приятная внешность. Ты можешь построить дом, обзавестись семьей и стать тем кем ты хочешь. Даже я подобного выбора не имею, а ты можешь выбирать свой путь и судьбу самостоятельно! Разве это не лучше, чем таскаться за мной по пустыням и лесам, чтобы подавать чай?

— Вы недооцениваете собственную значимость, — выждав небольшую паузу произнёс Байха. — Если верить слухам о вас, что рассказывают солдаты о костров, то чем ближе я буду к вам, тем большего добьюсь в жизни. Чего стоят только та десятка солдат, господин Парис и тот кочевник. Каждый из них получил то, чем обладал разве что прошлый императорский род и малое количество их дальних родственников. Я корю себя за тот факт, что не отправился тогда с вами, хотя желание было!

— Ты мог умереть, — многозначительно произнёс я.

— Мог, а мог бы и не умереть, — пожал Байха плечами. — И стал бы тем из числа немногих, кто проснулись на следующий день с невероятными силами, способностями и перспективами.

— Ты поэтому со мной сегодня увязался? — выгнул я одну бровь, глядя на своего слугу, что ехал сбоку от меня.

— Конечно, — серьёзно кивнул парень. — И ещё потому что вы с утра были нервным, а значит, вам не повредит в дороге успокаивающий чай.

— Вот уж точно, не повредит, — произнёс я сухо, потому как вспомнил что мы не на прогулке и совсем скоро начнутся проблемы.

Не прошло и десяти минут, как разведчики идущие впереди отряда подали сигнал приготовиться. С грустью взглянув на полупустой бурдюк, я опрокинул в себя остатки чая и передал артефакт Байхе. Ну вот и доехали. Скоро начнётся.

Начали раздаваться короткие команды офицеров, выстраивающих своих людей в боевые построения. Сразу после того как сто пятьдесят солдат заняли свои места в наступательных формированиях, начали создаваться большие коллективные печати на основе чакры. Тактика была аналогична той, как поступали гвардейцы под предводительством Париса, перед тем как мы пошли в бой против Ёкай основавшихся в котловане. Вся чакра уходила во всевозможные печати защиты, тогда как стихии оставались исключительно атакующим методом ведения борьбы с врагом. И спустя пять минут, воздух вокруг отряда настолько пропитался высвобожденной чакрой, что даже простой человек без грамма энергии внутри тела, смог бы различить линии защитных печатей, прикрывших отряд.

Неожиданно, до того как раздались команды продолжить движение, впереди, примерно там где должны были находится разведчики, раздались первые звуки боя. Впрочем, офицеры на это мало отреагировали. Максимум который я увидел, заключался в искривлённой в недовольстве гримасе. Никто не поспешил на помощь и несмотря на свой внутренний протест, я также остался на месте. Этот бой не мой, я здесь как наблюдатель и подстраховка в одном лице. Если офицерский состав отряда и сам командующий не считают нужным спешить, я влезать не буду.

— Разведчики отступают, — тихо произнёс Байха, привстав на стременах.

— Атака по готовности! — подтверждая слова моего слуги, старший офицер левого фланга отдал команду, за которой последовала череда коротких энергетических вспышек.

— Раууу… — оборвался рёв Ёкай на высокой ноте, оповещая всех присутствующих о том что как минимум одна атака достигла цели и прервала существование ублюдка.

Сразу же за этим, последовало еще несколько команд от офицеров с правого фланга и центральной части отряда, вслед за чем ситуация повторилась. Череда коротких вспышек и джунгли оглашаются обиженным рёвом врага. Этот выпад оказался менее эффективен чем предыдущий. Враги оказались ранены, что по сути роли не играет, они отойдут и эти раны затянутся. Хотя результат нельзя было назвать нулевым, разведчики большей частью вернулись к отряду в целости и сохранности. Лишь одного из них в ряды товарищей внесли на руках, так как сам тот идти был не в состоянии.

— Врачевателя! — короткий выкрик младшего офицера привлёк мое внимание к раненому.

Один из моих последователей, гвардеец седьмой ступени стоял прямо в центре, так что далеко ему бежать не пришлось. Пара коротких мгновений и разведчик уже мог стоять на своих двоих. Безусловно, парню придётся посетить лекаря, но ногу он не потеряет. Разве что похромает денёк-другой, все же мои юные врачеватели ещё не в полной мере освоили своё ремесло, что впрочем не умаляет их заслуг! Скоро поднатореют в этом деле и будут живыми легендами среди товарищей.

— Вперёд! — спустя еще секунд десять раздалась команда начать движение.

На этот раз двигались мы уже не столь вальяжно. Абсолютное большинство всадников спешилось и оставило своих скакунов позади, заняв общее построение, и только я один остался верхом. Изначально, десяток гвардейцев из моего охранения настаивали на том чтобы и я спешился, но их попытки достучаться до меня не увенчались успехом. Я не хотел спускаться и топать ножками, особенно учитывая тот факт, что активно тренируясь в последние дни, мне по меньшей мере семь раз доводилось падать зацепившись ногами за лианы, трижды врезаться лицом в низкие ветки и даже разок проглотить на ходу паука, что сплёл свою паутину прямо между двух деревьев. Безусловно, это происходило лишь по той причине, что я самолично разделял своё сознание на несколько частей, контролируя разом от двух до четырёх тел, вследствие чего ухудшалась моя реакция, но это не изменяет того факта, что я стал гораздо сильнее ценить комфортное передвижение в лесу.

— Готовимся! — прозвучала команда, когда впереди замаячили просветы между деревьями.

Подойдя к границе леса, мы оказались в непосредственной близости к некогда мелкому провинциальному городку, что скорее претендовал на звание крупного посёлка. Благодаря стараниям Розалии и ее прихвостней, ныне это был город-призрак. Людей здесь не осталось от слова совсем, а благодаря фанатикам-демонопоклонникам, что этих самых людей активно вырезали, в черте поселения образовался стихийный прорыв в Бездну, который стал подпитывать всех ранее созданных здесь Ёкай. Взгляд покровителя многое мне открыл и я не планировал пренебрегать этой информацией. Каждое из подобных мест я и мои люди будем уничтожать!

— Вода! — командующий офицер, стоя на острие атаки, подал команду и первым же принялся ее исполнять.

Накануне этого дня, мы с Литой и ещё несколькими офицерами, включая Молта, что командовал этой атакой, разработали действенную стратегию против рукотворных Ёкай Розалии. И вот сейчас, всего десять часов спустя, я своими глазами наблюдал за успешной реализацией нашей совместной задумки.

— Нужно было раньше догадаться о чём-то подобном, — с сожалением произнёс я. — Это было ведь так очевидно.

Водный поток образованный мастерами стихии воды, остановил лавинообразную атаку Ёкай, поваливших на нас несколькими десятками особей. Вода била сильно, но суть этой атаки была не в том чтобы остановить врага, а в том чтобы намочить его как можно сильнее.

— Лёд! — рявкнул Молт, стоило водному потоку иссякнуть.

Второй этап атаки проводили уже куда меньшее количество бойцов. Четверть мастеров стихии воды от силы. Лёд поддаётся не всем, а только наиболее талантливым мастерам со стихией воды. И все же, цель была достигнута. Враги оказались полностью обездвижены.

— Каменные шипы! — третий и последний этап атаки был прост и лаконичен.

Замёрзших и обездвиженных врагов, пробило каменными пиками в уязвимые места. Разом погибло почти три десятка тварей. Ещё около десятка оказались сильно ранены, и только пятерка отделалась лёгкими царапинами.

— Повторить! — рявкнул Молт, настороженно наблюдая за активностью Ёкай за невысокими стенами поселения.

Вторая атака довершила дело и недобитые враги оказались уничтожены. Быстро, качественно, на совесть. Стоило только подготовиться и вот уже опасный враг становится не столь уж и опасным. Вполне себе безопасная прогулка выходит.

Стоило мне только закончить эту мысль, как из-за стен поселения в нашу сторону полетел кусок какого-то дома. Размеры снаряда впечатляли, это был угол здания высотой в полтора метра вместе с небольшим участком крыши. Кто-то просто вырвал эту часть строения и швырнул в нас, надеясь что она нас раздавит. И так бы и произошло, если бы не заранее подготовленные печати защиты. Будь они индивидуальными, то снаряд бы их попросту проигнорировал, ведь его масса, помноженная на ускорение не оставила бы и шанса одиночному щиту, но защита была коллективной и силы в неё было закачано очень много. Снаряд вес которого наверняка превышал тонну, попросту рассыпался на куски, не сумев проломить вспыхнувший барьер.

— Треть запаса печати, — младший офицер отрапортовал Молту.

— Вперёд! — рявкнул капитан. — Земля, уберите эту стену!

Молт явно нервничал, даже стихийников начал называть по их стихии, а не принадлежности к какому-либо подразделению. И волнение старшего офицера вполне объяснимо, если за стенами есть тварь, способная швырять такие снаряды, то без потерь может не обойтись, поэтому было принято решение идти на пролом. Пока у щитов есть запас энергии, можно попытаться нейтрализовать самого крупного врага.

Приблизившись к поселению на достаточно близкое расстояние, мастера стихии земли принялись за своё дело. Каменная стена, сложённая их булыжников, начала рассыпаться без каких-либо видимых на то причин. Процесс был не столь быстрый, как если бы они просто проломили стену или вовсе ее целиком опрокинули, зато солдаты сэкономили тем самым себе энергии для дальнейшего боя. К сожалению, подобный эффективный способ попадания в поселение в дальнейшем будет не актуален, ведь все хотя бы более менее крупные города имеют защиту от подобных способов проникновения, но пока мы на окраине, где всем на это было по большому счету плевать, нужно пользоваться.

— Разделяемся и зачищаем улицы! Чей отряд первый найдёт Ёкай особо крупных размеров, заканчивает продвижение и ждёт подкрепление! — выкрикнул Молт, первым входя в пустующий город.

Пустующий… Наверное это слово будет не совсем верным, ведь пуст он только в том смысле, что в нем нет ни единого жителя. Ёкай в нем как раз таки полным полно. К месту прорыва успели прибиться уже не только рукотворные Ёкай, но и парочка других «местных» видов. Среди прочего, я даже заметил уродливых пузанчиков, как тот самый первый, которого я увидел будучи в этом мире всего один день и часть первой ночи. От неприятных воспоминаний меня передёрнуло.

— Чтоб вам пусто было, уродцы мерзкие! — выругался я себе под нос.

Всплеск негативных эмоций и желание прибить хотя бы одного пузатого засранца сыграло со мной злую шутку. На ум сама собой пришло та же фраза, что в своё время послужила спусковым крючком для моего первого использования собственной чакры в боевых целях. Вот и сейчас, враги почувствовали на себе мой гнев. Благодаря разнице в силе, на этот раз мой старорусский сглаз не просто скинул одного несчастного со скалы, как это было тогда, а попросту раздавил всех Ёкай этого вида в лепешку.

— Цц, — недовольно выдохнул я. — Не собирался помогать, и разом прикончил десяток ублюдков. Нехорошо.

И все же, несмотря на это мое небольшое вмешательство, в остальном отряд показал себя с самой лучшей стороны. Командование вовремя реагировало на угрозы и отлично ориентировалось в бою, сами бойцы били четко и слажено, не оставляя Ёкай и шанса на победу. Даже когда отряд полностью зачистил город и подобрался к прорыву, возле которого и прятался самый крупный Ёкай в городе, никто не сплоховал. Следуя четким командам капитана, люди оттеснили Ёкай от прорыва дававшего ему подпитку, после чего в несколько этапов повалили гиганта на землю и разделали его под орех. Все таки хорошо что наши враги, это просто крепкие болванки без способностей, будь это иначе, могли бы быть потери.

— Чаю? — Байха, во время боя следовавший за мной по пятам, чутко уловил мое изменившееся настроение и предложил напиток.

— Давай, и покрепче, — произнёс я, носком сапога пиная голову уродливого «телепузика».

— Насколько покрепче? — решил уточнить слуга.

— Настолько, что даже можно плеснуть туда алкоголя, — хмыкнул я.

— Сделаю, — коротко кивнул парень и тут же выудил из своей наплечной сумки бутылку из темного стекла.

Хитрый Байха. Это ведь тот самый алкоголь, что мы пили с Парисом в последний раз. Я то думал, куда делась недопитая бутылка?

— Вот, — протянул мне слуга тот же самый артефакт исходящий паром. — Я недавно экспериментировал, вам должно понравится.

— Спасибо, — коротко кивнул я ему и развернулся в сторону прорыва, исходящего тёмной Ёко.

Большинство солдат по приказу Молта отошли за стену, и здесь сейчас, в центре пустого города осталось человек двадцать. Причём большинство из них были тут абсолютно не нужны. Безусловно, если вдруг из прорыва появится какая-то тварь, то они понадобятся, но для того чтобы закрыть этот самый прорыв они не нужны. Тут справится должны всего трое. Мои последователи. И я здесь, для того чтобы проконтролировать как у них все получится.

— Начинаем, — подал голос один из тройки гвардейцев с татуировкой дракона на груди, первым начиная вычерчивать символы на земле вокруг прорыва.

Причина, почему я не лично закрываю проход проста. Я не вездесущ. Не так давно, я уже размышлял над этим фактом и пришёл к определённым выводам. Мне нужны помощники. И благодаря стечению обстоятельств, я их получил. Причём надо сказать, все сложилось действительно удачно. Все мои последователи обладают куда более большим запасом первородной энергии, что в свою очередь крайне важно для закрытия подобного рода прорывов. Эта вселенная создана на основе из первородной энергии и логичным будет, если штопать прорывы реальности будут ей же.

Гладя на то как трое последователей дракона слажено вычерчивают руны древнего языка вкладывая в каждую из них свою первородную энергию, я невольно вспомнил как долго мы искали способ создать заплатку на основе этой силы. Несколько бессонных ночей, я вместе с Литой и ещё десятком её умников рылся во всевозможных книгах из огромной библиотеки Тейпана, чтобы найти хотя бы упоминание о том были ли в истории этого мира прецеденты похожие на нашу ситуацию. Как оказалось, были, очень и очень давно. Единственный случай был описан в одной древней книге, в которой мы и нашли хорошо описанный способ закрыть прорыв. И что куда важнее, закрыть подобным способом прорыв могли люди и моё личное присутствие при этом было не обязательно.

Если говорить конкретно, то в ту ночь когда была найдена эта книга, я впервые использовал свою власть императора и выгнал всех присутствующих, включая даже близких мне людей. Нужно было посидеть в тишине и почитать. Всё моё нутро кричало о том что я первым должен её прочесть, и я его послушал. В книге были описаны события, ещё до того как в мир вернулись боги, заключённые в загробном мире. Мир тогда был стабилен и в нём всё шло своим чередом. Империя была едина и род что ей правил, относился к роду моих последователей. И тогда прорыв на северной границе империи закрывали тоже последователи дракона, но не какие-нибудь, а сам император и его родной брат. И кто бы вы думали создал тот прорыв? Правильно, это был Парпатер. Именно в тот день, когда был закрыт прорыв реальности, погиб брат императора. Именно о том дне этот засранец говорил, когда я встретился с ним стоя на голове гиганта. Из всей этой истории хорошо было лишь одно, император-дракон, написавший позже ту самую книгу что мы нашли, заодно переписал в неё и те руны, которыми он пользовался для того чтобы закрыть прорыв. Он же эти руны, узнал от меня. Такой вот круговорот знаний. Если говорить по сути, то эти руны не были частью какого-то особого языка, они являлись точками входа и выхода первородной энергии. С помощью них, можно правильно сшить реальность. Создать на их основе своеобразный рисунок, следуя которому можно сшить реальность подобно ткани. Нечто подобное я делал во время боя с Ёкай близ хутора, в тот день когда познакомился с Тейпаном. И сделал надо сказать на редкость неаккуратно. После прочтения книги-послания, я ещё пару часов запоминал точки входа и выхода первородной энергии, чтобы в будущем не тратить на закрытие прорывов столь много сил. Та заплатка, откровенная халтура. Даже у моих последователей, зазубривших последовательность рун и то лучше вышло закрыть пространственный разрыв.

— Ваше Императорское Величество, — трое гвардейцев развернулись от закрытого только что ими разрыва и встали напротив меня приложил руку к груди. — Прорыв закрыт.

— Чисто сработали, — удовлетворённо кивнул я им. — Для первого раза отличный результат. В следующий раз, постарайтесь немного быстрее. Не всегда у нас будет шанс зачистить целый город от ублюдков из Бездны, а они явно не будут довольны вашими действиями. К тому же, в этот раз нам повезло, из прорыва никто не заглянул к нам на огонёк, но в последующие дни подобной удачи может и не случиться.

— Мы понимаем, — склонил голову главный в тройке.

— Сегодня отдыхайте, завтра нам предстоит закрыть сразу три разрыва один из которых находится в крупном городе, — произнёс я, опрокинув в себя чай с горячительным в составе. — Молт!

— Я, — молниеносно отреагировал офицер и вышел вперёд.

— Проверьте каждый дом, каждый подвал, каждый куст и овраг, — произнёс я разворачиваясь на месте. — Ни одна тварь не должна уйти. Всех прирезать.

— Принято, господин, — по военному отчеканил офицер.

— И да, вечером я жду от тебя и твоих ребят полную выкладку по итогу боя, — произнёс я, кивая в сторону младших офицеров. — Каждый в войске должен знать куда нужно бить ублюдка из Бездны, чтобы он скорее сдох и отправился к своей праматери под юбку!

Глава 15

Семь деревень, шестнадцать хуторов и три города. Такое число уничтоженных людских поселений зачистила моя армия. Ёкай бродили по лесам, нападали на лагерь в ночи и изредка сбивались в стаи. Подобная обстановка делала людей более жесткими и бескомпромиссными. Дисциплина среди солдат была железная. Люди увидели результаты плохого правления и слабости кланов империи, в противовес чему, руководство армии и офицерский состав смогли завоевать уважение этих же людей удачными боевыми вылазками, справедливыми решениями и щедрыми выплатами. Каждый солдат получал из казны не только жалование, но и ресурсы для своего развития, благодаря чему в войсках пусть и не было беззаботных лиц, но поддерживалась нормальная атмосфера. Люди воевали не за спасибо, не за чью-то мечту, а за императора, что платил им звонкую монету и шанс стать сильнее. Пока что о беспрецедентной преданности не могло идти и речи, ведь люди не глупы и сами понимают, мое положение пока что шатко, но фундамент доверия и той самой преданности строился на совесть, с помощью справедливого отношения. Единственным неприятным нюансом во всей этой обстановке стали беженцы. Люди империи были полной противоположностью жителей пустыни. Там где пустынники работали не покладая рук в благодарность за еду и безопасность, имперцы умудрялись быть недовольными даже бесплатной едой, которой с ними делились. Впрочем, тут есть определённый нюанс. Среди выживших почти не было крестьян и простых рабочих. Если в поселении кто-то и выживал, то отнести такого человека можно было только к классу зажиточных купцов или аристократов. Только у этих хмырей находились средства чтобы избежать смерти. Изредка с ними можно было найти кого-то из слуг или приближенных воинов. Вот и выходило, что из двух сотен выживших найденных в двадцати шести поседениях, больше сотни имели голубую кровь или жирный кошель на поясе.

— Скоро привезут новую партию, — тихо произнёс Парис, пока мы проезжали по лагерю верхом на лошадях. — Нужно с ними что-то придумать. Если народ песков почти полностью влился в войско в качестве слуг и фуражиров, то эти нас только замедляют.

— К вечеру вернётся самый дальний отряд разведки, направленный к столице провинции, — произнёс я бросая взгляд на сидящих вдоль дороги беженцев. — Если город принадлежит отцу Вэйсен, можно будет что-то придумать и отправить людей туда.

— Ты ведь сам понимаешь что это глупо, — ответил Парис.

— Глупо, — кивнул я ему. — Просто пока что ничего другого в голову не приходит.

— Я уже озвучивал своё предложение, чем оно плохо? — задал вопрос Парис.

— Ты предлагаешь захватить столицу провинции, — бросил я взгляд на своего собеседника. — И тем не менее, ты не можешь ответить мне на пару простых вопросов. Есть ли в Экпране люди Верона и откроют ли они нам врата? Сколько противников внутри? И в конце концов, что нам делать с Ангиром, отцом Вэйсен? Напомню тебе, он обладает девятой ступенью, имеет возможность обратиться в тотем и к тому же, отличный артефактор. Невозможно подсчитать, сколько людей погибнет. Даже если врата будут призывно открыты, то не случится ли так, что первый же кто туда войдёт, вызовет тем самым подготовленный взрыв под ногами нашего войска?

Мои слова возымели правильный эффект, Парис замолчал и принялся обдумывать услышанное. Да, то что я упомянул можно обсудить, как-то предотвратить и подготовить соответствующие меры противоборства. И предложение отпустить людей в город врага, а Ангир именно враг, было глупым. Даже просто пройти мимо столицы провинции, города Экпрана будет неправильно. И все же, даже сам себе я не могу признаться, что побаиваюсь момента, когда нужно будет принять решение насчёт этой проблемы. Что бы я не предпринял, люди умрут. В моих силах повлиять только на количество этих жертв, что очень сильно меня гнетёт.

Проезжая вдоль нестройных рядов палаток, натянутых кое-как гамаков и местами даже землянок, я упустил тот момент, когда мы проехали места размещения беженцев песка и начали двигаться вдоль имперцев.

— Эй, ты, да ты! На коне! — отвлёк меня от размышлений довольно противный тонкий мужской голос.

Повернув голову, я встретился взглядом с довольно объемным человеком. По его внешнему виду, я бы сказал что он купец, очень зажиточный купец. Одежда на нём даже несмотря на грязь выглядела дорого. Я бы себе взял хотя бы один комплект из такой ткани. Хотя стоит упомянуть, что мужику одежда особого достоинства не прибавляла. Из-за лишнего веса и мелких глазок, он выглядел как хряк влезший во фрак. Чистого вида умора, а в купе с его голоском, так и вовсе идеальная цель для насмешек. Сам правда он так не считал. Для него цель для насмешек я, ведь я в отличии от него, одет в простые, пусть и иноземные одежды, потому как только они зачарованы под трансформацию моего тела. Другие просто порвутся, вот и хожу хуже чем любой из моих солдат. Да и гвардия сегодня на отдыхе, я самолично всех прогнал чтобы выехать на прогулку с командующим один на один. Стой рядом со мной гвардейцы в числе десятка человек, этот пухляш наверняка и головы бы не поднял, а тут осмелел.

— Ну и чего пялишься? — пискнул торгаш. — Хорошей ткани не видал поди никогда?

— Ага, костюмчик у тебя что надо, — охотно ответил я ему, параллельно дав Парису понять что его помощь мне не нужна.

— На твоё жалование такой не купишь, — сморщил купец недовольное лицо.

— А мне и не надо, — хмыкнул я. — Ты если что спросить хотел, так спрашивай, а то уеду. Не до тебя сейчас.

— Жрать когда дадут? — из-за купца вышел довольно крепкий мужик пятой ступени, а за ним поднялось ещё человек пять ступенью ниже.

Бросив взгляд по сторонам, я заметил что люди большей частью начали отходить от нас, тогда как мужики покрепче наоборот стали немного пододвигаться. Поскольку лагерь охраняется по периметру, то постоянные патрули есть только на его границе, а здесь, патруль ходит раз в пять минут. Больно лагерь разросся. И сейчас мы остановились здесь тогда, когда патруль уже ушёл и вернётся не раньше чем через пять минут. За это время многое может успеть произойти.

— Еда у тебя за спиной, на костре жарится, — кивнул я на вертел, на котором медленно зажаривались сразу три небольшие птичьи тушки. — Вы все знаете время когда выдают еду. Дополнительные порции не предусмотрены.

— А если мы у тебя в закромах порыскаем, может там найдётся? — гадко ухмыльнулся жирный купец, что по сути и являлся инициатором этого гоп-стопа.

Еще бы ровно десять секунд и драка была неминуема. Простые люди уже отхлынули отсюда и остались лишь те, кому сложившаяся влагере ситуация стояла костью в горле. Не могу быть уверен что все затевалось именно из-за еды, скорее уж люди просто были взвинчены и искали выхода эмоций. Для них, я и Парис были не больше чем простые наемники, за жизнь которых ничего больше плетей не будет, ведь все нападающие, либо клановцы и им закон не писан, либо имеют деньги, что пусть Ёкай и не угроза, но вот простых людей соблазнить могут. Ублюдки просто нашли способ выпустить пар за нас счёт. Только вот в их расчёт затесалась простая погрешность. Кто-то позвал солдат, и мы с Парисом к этому точно никакого отношения не имели.

— Всем стоять! — зычный голос офицера патрульного звена заставил мужиков вокруг нас отступить.

— Повезло тебе, продажный клинок, — сплюснул себе под ноги торгаш. — Я тебя запомнил.

Между тем, патрульное звено в полном боевом облачении приблизилось достаточно, чтобы понять кто являлся участником конфликта. Прозвучало несколько коротких команд, после чего офицер звена сорвал со своего пояса рожок и подул в него два коротких сигнала, вызвав к себе подкрепление.

— Офицер, — миролюбиво поднял руки торгаш. — Мы тут просто мило разговариваем, не стоит себя утруждать проверками. Все беженцы получили еду, готовимся к обеду. Вот решили пригласить к костру наёмников, хотим узнать как дела за пределами границ лагеря.

— Заткни пасть! — неожиданно рявкнул вояка и грубо толкнул жирдяя в грудь, так что тот попятился и сел на задницу, лишь немногим не долетев до крайних углей из костра.

Солдаты звена обнажили оружие и выстроились редким кругов вокруг наших с Парисом лошадей, тем самым прикрыв нас от толпы недружелюбно настроенных людей.

— Что же это вы, лейтенант, — выплюнул торгаш звание младшего офицера как оскорбление. — Мы все здесь культурные люди, а вы так агрессивно. Неправильно это…

— Лейтенант, что вы здесь делаете? Разве ваше звено не должно продолжать обход? — не обратив на торгаша никакого внимания, Парис обратился напрямую к офицеру.

— Господин командующий, я получил жалобу от других беженцев и отреагировал на неё, вернувшись сюда, — отчеканил вояка, развернувшись к командующему.

— Какого рода жалоба? — решил я уточнить.

— Ва-ваше Императорское Ве-величество, дети жаловались, — чуть побледнел лейтенант, неожиданно начав заикаться. — У них отбирают еду.

— Вот как, — задумчиво протянул я, поворачиваясь в сторону людей, что ещё совсем недавно хотели на меня напасть чтобы чем-то поживиться.

Параллельно нашему разговору, с той стороны куда мы направлялись послышались звуки приближающегося воинского звена. Солдаты довольно быстро бежали, при том что были в полной выкладке. Теперь, когда вояк рядом со стоянкой беженцев стало так много, никто бы и не подумал начинать дебош.

— Покажи мне того кто жаловался, — слез я с коня и подошёл к лейтенанту. — Не оставили же вы его там где он вас нагнал?

— Нет господин, это был вон тот мальчишка, — указал солдат на парня лет двенадцати, за спиной которого пряталась ещё более маленькая девочка.

— Иди сюда, — присел я на колени и призывно махнул рукой парню.

Юноша хотел было сделать шаг вперёд, но споткнулся о чью-то выставленную ногу. Всего мгновение и цепкие руки подхватывают маленькую девчушку, не давая ей последовать за парнем. Мальчик вскочил очень быстро, но не успел ничего сделать. Со стороны это выглядело так, словно парень неуклюже упал, а девочку лишь придержали чтобы она не свалилась вместе с ним, но только идиот бы не додумался о скрытом подтексте произошедшей ситуации.

— Ты, — указал я на мужика, что одной рукой придерживал девчушку и не давал ей дернуться к своему товарищу. — Руки от девочки убери.

— Это моя дочь, — злобно произнёс мужик, пальцами сдавливая девочке плечо так, что она почти сразу упала в обморок. — Она очень впечатлительная, всегда падает без сознания стоит чему-то случится.

— Это ложь! — выкрикнул пацан, вскочив на ноги и поравнявшись с цепью солдат патрульного звена. — Этот урод угрожал взять мою сестру силой если я буду говорить о том что они с дружками забирают мясо и молоко у детей!

По лицам мужчин в толпе я отлично смог понять, что слова парнишки правдивы. Правда также помимо этого, я смог и мысленно разделить всех на тех кто знал об этом, и тех кто сам сейчас прикончил бы ублюдка, удерживающего мелкую девчонку до сих пор в руках.

— Девочку отпусти, — произнёс я тихо, но так что у всех присутствующих мурашки по коже пошли. — Отпустишь, и тебя просто высекут. Останешься жив и при всех конечностях.

— А я пожалуй откажусь, — блеснул метал короткого ножа у горла девчонки. — Дайте мне пройти и я оставлю ее в лесу неподалёку. Живой.

В глазах урода не было страха. Это бешеный пёс, а такие подобное чувство редко испытывают. Но это ничего, я заставлю его испытать это несравненное чувство. Пусть на короткое мгновение, но он поймёт каково это, ощутить страх.

Ситуация накалялась. Изначально, люди вокруг были все друг за друга, ведь они в одном положении, но вот теперь, добрая часть клановцев уже и не против чтобы мои солдаты кого-то убили. И только сами вояки стоят смирно и даже не думают действовать без приказа. Если бы меня и Париса тут не было, события уже бы понеслись вскачь, но сейчас отдавать приказы должен я.

— Отпустить тебя говоришь? — медленно произнёс я. — Что ж, иди. Уступите ему дорогу.

Недоумение, непонимание и гнев. Люди были возмущены, но ничего не могли поделать с моим приказом. Они могли лишь роптать, чем они и занялись. Под всеобщий гомон и ругань, мужчина с ножом пошёл вперёд, удерживая девочку на весу, словно та совсем ничего не весила. Шаг, ещё шаг, вот он проходит полтора метра и его руки разжимаются. Девочка падает на землю, а чуть в стороне приземляется нож. Ублюдок покачивается и не понимает что происходит. Ещё секунду назад его тело было полно сил и бодрости, а сейчас он словно дряхлый старик, еле стоит и почти не дышит.

— За свои поступки, ты лишаешься посмертия, мразь, — аккуратно поймал я чуть не упавшего старика, из тела которого я высасывал всю первородную энергию, а вместе с ней и душу. — Ты больше никогда не будешь жить. Никогда не возродишься ни зверем, ни растением, ни человеком, ни кем бы то ни было другим. Прощай.

В следующее мгновение педофил и насильник рассыпался кучкой пыли. От него ничего не осталось.

— Проверить каждого беженца, каждую палатку, каждый костёр, — в полной тишине рявкнул я, отчего люди дёрнулись в разные стороны от меня словно от дикого пламени. — Еда выдаётся строго на человека в определённом размере. Если подтверждается факт того что кто-то жрет больше других и забирает еду силой, плети. За особые заслуги отрубать конечности. За растление женщин и детей смерть!

Чутко уловив момент когда я закончил говорить и направился к своей лошади, солдаты принялись наводить порядок среди присутствующих. За своей спиной я слышал десятки голосов и все как один они походили друг на друга. Мне было плевать кто и что говорит, внутри меня бушевал океан самых разнообразных эмоций. И только когда я уже дошёл до своего коня, я ненадолго остановился.

— Такая расправа, это неправильно, — расслышал я за спиной голос того самого торгаша. — Чика был дурной, спору нет, но чтобы так сразу в пыль и без шанса на новую жизнь… он чудовище.

— Заткнись идиот, — раздался звук хорошей зуботычины. — Это из-за тебя он оказался здесь. Ты разве не слышал что говорят про нового императора? Он дракон! И силу у него столько, что наш император ему на один удар мизинцем! Так что заткнись и молчи жирдяй. Так и знал что с тобой не надо связываться.

— Словно ты сам не хотел прижать какого-нибудь наемника и пошуршать в его карманах, — гнусаво произнёс торгаш, лицо которого заливала кровь. — Я откуда знал что этот хмырь император. Выглядит как простой пацан, чуть старше моей младшей жены.

* * *

Вечером того же дня я сидел в своём шатре и перебирал отчёт двух патрульных звеньев, что проводили проверку беженцев. Шестнадцать драк, двадцать четыре случая вымогательства, бесчисленное количество наглого воровства, выраженного в отборе предоставленной беженцам еды. Это была клоака, которую никто даже и не пытался разбавить. За все время, этот парнишка, решивший защитить сестру, был единственным кто решился на донос. Все остальные простые люди, без каких-либо претензий смотрели на то что их обворовывают аристократы и торгаши. Классовое неравенство вбито в их головы и ничего с этим не поделать.

— Долго пришлось возиться? — отложил я в сторону бумаги, вызывающие у меня тихое бешенство.

— Нет, после того как ты продемонстрировал свои способности, никто даже не подумал врать, выложили все и порой даже без наводящих вопросов, — хмыкнул Парис. — Кстати, хотел спросить, зачем ты его так? Он ведь её не насиловал. Одно дело когда так, но ведь этого не произошло. Можно было даже просто казнить, но не уничтожать все включая душу.

— Хотя бы себе не ври, — тихо произнёс я, беря в руки бокал с алкоголем. — Ты видел лицо пацана. Как думаешь, почему он не бежал жаловаться раньше? А почему вдруг решил сделать это сейчас?

— Но ведь…

— Никаких но! — рявкнул я, раздавив ладонью хрустальный бокал так что на пол посыпались осколки и пролились капли алкоголя вперемешку с моей кровью. — Ты ведь научился чувствовать энергию как элементали, так будь добр, пользуйся этим даром. Он открывает куда больше чем тебе может показаться. Перед тем как вынести приговор, я посмотрел на то что творится с телом девочки и почему она такая слабая. Она слаба не от недоедания, а от того что у неё было внутреннее кровотечение!

Пару мгновений Парис хмуро смотрел на меня, словно осмысливая услышанное, после чего залпом осушил свой бокал и тяжело задышал.

— Господин, — аккуратно тронул меня за плечо Байха. — Позвольте вытащить осколки из вашей ладони.

— Не надо, — тряхнул я кистью и все осколки хрусталя вышли из моей плоти, после чего мелкие раны полностью затянулись. — Лучше налей мне ещё выпить. Чего-нибудь покрепче и побольше.

— Как вам будет угодно, — произнёс парень и отошёл в строну, где на стеллаже стояли разнообразные пузатые бутылки.

Ещё пару бокалов мы сидели молча и каждый думал о своём. Сегодняшний день пошёл совершенно не по тому плану, по которому я изначально рассчитывал его прожить.

— Значит ты не просто так убил этого мужчину? — задал вопрос Парис в полной тишине.

— Да, — коротко кивнул я ему в ответ. — Я исправил все то что он натворил, ценой его же жизни. Сам не знаю как это произошло, но теперь ее тело также девственно, как и должно быть. И память ее чиста от воспоминаний об этом ублюдке.

Парис не ответил, лишь поднял бокал в мою сторону и также залпом его осушил. И было в этом простом жесте нечто приятное. Поддержка друга.

Через пятнадцать минут после этого, когда две Луны оказались на той части небосклона когда наступает полночь, наша молчаливая попойка была прервана деликатным стуком.

— Господин, — заглянув в шатёр один из гвардейцев охранения. — К вам глава дальнего отряда разведки.

— Пропусти его, — произнёс я и отложил очередную пачку бумажек в сторону. — Здравствуй, Имир. Я уже заждался, думал ты и твои подопечные попали в неприятности.

— Так и было. За нами гнались.

— Дай угадаю, стая зверей и урод под три метра ростом?

Глава 16

Глубокая ночь. Две луны на небе давно перестали освещать мир, укрывшись за плотными тучами. Военный полевой лагерь освещён только кострами у границ территорий и медленными покачивающимися факелами патрулей. Беженцы, солдаты, обозники, все они спят и видят уже далеко не первый сон, в то время как в шатре императора никто и не подумывал заканчивать работу.

— Значит, это все что вам удалось узнать? — тихо спросил я, сидя в своём кресле будучи в скромной компании Имира, Париса и ещё пары офицеров, приглашённых в качестве экспертов.

— Да, это всё, — кивнул бывший наёмник, ныне являющийся главой самого дальнего разведывательного отряда.

— Плохо, — удручённо произнёс я. — Информация очень скудная. Как я и предполагал, Ангир не позволит застать себя врасплох, так что даже на этапе планирования у нас на него почти ничего нет.

За прошедшие два часа, Имир успел рассказать мне все что узнал о Ангире и его клане Чёрной кобры, которые с не столь давних пор занимают город Экпран. Столица приграничной провинции стала первой серьёзной победой Розалии Мортис и ее союзника. И меня очень интересовало, остался ли в этом городе лично Ангир или же он направился покорять земли империи дальше? От ответа на этот вопрос зависели и наши дальнейшие планы. Сколько бы силён я не был, но противостоять опытному воину и мастера пути развития по типу Ангира, мне будет крайне тяжело. Тратить на него первородную энергию не имеет смысла, слишком уж расточительно, да и нет у меня пока что её в необходимом объёме. И при таком раскладе, предстоящие события всё больше мне напоминают откровенную авантюру.

Из того что мне поведал Имир, а также благодаря выкраденным документам и перехваченным посланиям, выходило, что Экпран находится под властью Чёрной кобры без каких-либо «но». Люди там живут довольно спокойно, но отнюдь не счастливо. По улицам города ходят постоянные патрули, введён комендантский час, выезд за пределы города разрешён ограниченному кругу лиц. Также клан убийц слабо волнуется о низших слоях населения, которые по сути голодают. Из-за наводнивших округу Ёкай ещё в момент заваривания всей каши, были прерваны поставки еды из близлежащих деревень в Экпран. Позже город пережил осаду и был захвачен, что также не сказалось положительно на его продовольственных запасах. И ныне, поскольку Ангир завладел городом, то еда в черте крепостных стен есть, но её доставляют только поверенные люди, которым разрешен выезд из поселения. Только вот еду эту никто не отдаёт за так. Те у кого есть деньги или своё ремесло, могут прокормить себя и семью за баснословные суммы или кабальные обязательства. Таков план клана и его главы. Не владение городом было нужно главному убийце пустыни чёрного песка, а полное опустошение его материальных и человеческих ресурсов. Возможно он понимает, что если план Розалии провалится, то император старой империи не оставит целую провинцию каким-то Чёрным кобрам, что отхватили свой кусок во время всеобщей разрухи. В таком случае, его действия объяснимы, но это не меняет того факта, что мне от этого не легче. Да, люди там страдают, но даже голодающие не лезут за стены и горбатятся на клан, лишь бы получить краюху хлеба не оказываясь за пределами Экпрана. Соответственно, никакой связи с людьми в городе нет, и по этой причине, Имир не смог удостовериться, остались ли в живых люди Верона. Никто нам ворота не откроет, а без этого, могут возникнуть проблемы.

— Гладко было на бумаге, да забыли про овраги, — произнёс я себе под нос.

— Что? — переспросил Имир, что сидел прямо передо мной и потерял нить разговора, ведь в какой-то момент я просто перестал задавать ему вопросы.

— Я говорю, что когда Верон предложил свои услуги в качестве хозяина разветвлённой сети шпионов и диверсантов, то мы оба как-то не подумали, что связаться с этими самыми шпионами и диверсантами может быть крайне тяжело, — постучал я пальцами по столу, выбивая незамысловатый ритм. — Сколько говоришь вы гонцов поймали?

— Троих, — ответил Имир. — Только не мы. Эльфийка их поймала. Когда наши с вами пути разошлись, она очень много гуляла по лесам, прежде чем мы начали наше движение по пустыне. Она срывала чуть ли не каждую десятую травинку, после чего либо сушила её, либо варила, либо перекручивала, добывая чистый сок. Её стрелы оставляли на гонцах малейшую царапину и уже спустя пару секунд они теряли сознание, а когда приходили в себя, то совершенно ничего не помнили! Пару раз пришлось набивать им шишки и бросать рядом сломанную ветвь, но нас так никто и не стал искать.

— Незаменимый кадр получился, как я и предполагал, — хмыкнул я. — Байха, можешь, пожалуйста, подлить всем чаю на травах?

— Да, господин, — коротко кивнул парень и тут же стал заполнять мою кружку. — Господин…

— Мм? — принял я кружку исходящую паром и поднял взгляд на юношу.

— Я могу как-нибудь встретиться с этой девушкой, о которой вы говорите? Если она знает столь многое о травах, то думаю мы могли бы быть полезны друг другу, — довольно взволновано произнёс Байха, чьи щёки слегка покраснели.

— Боюсь, что вы друг друга не поймёте, — ответил я ему. — Видишь ли, девица эта не из нашего мира. Видел ведь Мурина? Коротышка такой сварливый, гном. Он тоже из другого мира и сильно отличается от людей.

— Она тоже гном? — задал парень вопрос, после которого я не удержался и прыснул в кулак.

— Ха… я бы посмотрел на таких гномих, — утёр я тыльной стороной ладони выступившую слезинку. — Нет, Байха, она эльфийка, из числа лесного народа. Утончённая, со слегка заострёнными чертами лица, невероятными густыми, но в тоже время прямыми как стрела волосами и глазами глубину которых не переплюнет даже бездонный колодец. Вижу ты только сильнее воспылал желанием её увидеть, но не всё так просто. Как я и сказал, она из другого мира и совершенно не понимает нашего языка, к тому же я не думаю что она желает оставаться на нашей земле.

— Тогда почему она не уйдёт за грань, как это делают другие создания из других измерений? — задал парень ещё один вопрос.

Несмотря на то что здесь и сейчас проводился военный совет на котором мы решали дальнейшие действия и планы для целой армии, но я не мог не отвечать парню. По своей наивности, он кажется уже проявляет большую симпатию к иномирной девушке, которой даже никогда не видел. И было у меня внутри такое ощущение, что если их познакомить, он от неё и на шаг не отойдёт. Хорошо это или плохо я судить не мог, но прямо сейчас я решил сделать то немногое, что в моих силах. Я решил ему уделить немного времени и просветить насчёт того что его может ждать. Как и я говорил, он мальчик взрослый, свободный, сам решит свою судьбу.

— Она не уходит за грань нашего измерения, потому что попала сюда случайно и не в её силах вернуться, — слегка подался я вперёд и опёрся на стол локтями, сложив их наподобие лодочки. — Из самых наиболее вероятных вариантов развития событий, где она оказывается в своём мире, это моё вмешательство. Она это знает, поэтому помогает разведчикам отряда Имира. И пусть мне пока непонятны твои порывы, но я хочу чтобы ты понимал, она другая, не такая как девушки этого мира, пусть то будет аристократка из главного рода влиятельного клана или простушка из деревни на границе. Если хочешь встречи с ней, обдумай всё хорошенько. Она может заставить твоё юношеское сердце страдать, просто потому что вам не суждено быть вместе.

— Ты даже не поймёшь её слов, если она захочет поговорить с тобой парень, — произнёс Парис, которому явно было жаль парня. — А без слов не будет взаимосвязи. Ты ведь не последователь дракона, а значит не в твоих силах учить языки за считанные часы.

Ох и зря он это сказал. Я прямо увидел как разгорелся огонёк надежды в Байхе, причём жар этого огонька был устремлён напрямую ко мне. Парень и раньше желал стать сильнее, но теперь у него кажется действительно появилась цель. Больше никакого абстрактного видения будущего. Теперь эта цель — стать моим последователем.

— Байха, на сегодняшнюю ночь ты свободен, — произнёс я устало. — Иди отдохни. Поспи хорошо, а завтра, если твоё желание будет всё таким же сильным, мы подумаем как можно тебя представить эльфийке.

— Спасибо, — порывисто поклонился парень, после чего с хорошим настроением покинул шатёр, несмотря на то что ещё вечером клятвенно заверял меня в том что не отойдёт от меня ни на шаг пока идёт совещание.

— Парень явно связал свою судьбу, — тихо произнёс Парис, когда за Байхой опустился полог шатра.

— Связал судьбу? — не успел я задать вопрос, как меня опередил Аспит, самый молодой капитан моей армии.

— У нас на острове, там где я родился, есть поверье, — встал со своего места Парис и подошёл к столу на котором расположилась карта местности вокруг Экпрана чтобы взять оттуда какие-то бумаги. — Жизни людей, нелюдей, зверей и вообще всего живого, можно представить в виде нити судьбы. Нить вьётся, вьётся и обрывается, после чего любое создание умирает. Это предначертано всем, кому-то позже, кому-то раньше. И крайне редко когда создание находит свою истинную пару, с которой может связать судьбу, чтобы прожить её вместе, но если это происходит, это легко понять. Искренность эмоций от такой связи не скрыть ничем. И что самое важное, для такой связи двум любящим созданиям даже не обязательно разговаривать, достаточно взгляда.

— Но они не видели друг друга, — задумчиво произнёс капитан Молт. — Да и не верится как-то.

— Не верь, — пожал плечами Парис. — Я лично верю по одной простой причине. Мой отец связал судьбу с моей матерью. Она была служанкой у аристократа на корабле, что проплывал мимо нашего острова. Одного взгляда на неё отцу хватило чтобы пойти против наставника и моего деда, покинуть остров и развязать конфликт с влиятельным родом. В своей жизни я не видел никого более счастливого чем мать и отец. У них было столько детей, что трудно себе вообразить. И умерли они в один день с разницей в минуту. Их судьбы были связаны между собой.

— И ты думаешь, что Байха влюбился в эльфийку даже ни разу её не видя, а только услышав о ней? — задал я вопрос, желая удовлетворить свой искренний интерес.

— Если его истинная любовь была в другом измерении, и оказалась рядом с ним по чистой случайности, тогда я думаю что нет ничего удивительно, что он связал с ней судьбу вот так, — ответил Парис и налил себе бокал крепкого алкоголя.

На некоторое время в шатре образовалась полная тишина и было слышно лишь далёкий треск огня, да разнообразных ночных насекомых. Несмотря на то что все присутствующие мужчины имели большой боевой опыт, обычный вопрос любви смог всех смутить. И меня это категорически не устраивало.

— Имир, она ведь не вместе с отрядом в черте лагеря? — задал я вопрос.

— Нет, как всегда осталась собирать травы, да и спит она на ветвях куда лучше чем на земле, — ответил глава разведывательного отряда.

— Поскольку вашему отряду всё равно потребуется усиление ввиду того что за вами стал гоняться орк со своей сворой, я выделю тебе десяток крепких бойцов весомой ступени и Байху, — произнёс я серьёзно. — Мне по большому счёту плевать на то чем ты его займёшь и как он вам будет помогать, но парень не должен упустить свой шанс. Мне будет не хватать его травяного чая, но пожалуй так будет для него лучше. А теперь, если позволите, господа офицеры, отложите в сторону ваши вазочки со слезами счастья и давайте уже придумаем как поступить с этим чёртовым городом!

Следующие несколько часов, вплоть до рассвета, я и все присутствующие в шатре причастные составляли план действий относительно города Экпрана. К сожалению, просто пройти мимо столицы провинции мы не имеем права, ведь это отличная опорная точка для дальнейшего движения вглубь империи. К тому же, оставив за спиной не захваченный нами Экпран, мы рискуем получить удар в спину, что приведёт к нашему полному разгрому. Ну и третья причина, важность которой не стоит недооценивать. Война это всегда борьба на истощение, и дело тут не только в людских ресурсах. До этого момента, моя армия являлась достаточно скромной по меркам государств этого мира. Порой у некоторых кланов войска и того большее число людей насчитывают. И всё же, даже тысячу человек нужно кормить, одевать и поддерживать для них достаточно сносные условия проживания. На текущий момент, большую часть времени нашего похода армия была на марше, но вот уже без малого неделю, мы предпринимаем вылазки и продвигаемся по территориям не столь быстро. Благодаря этому, резко возросло потребление лекарственных средств и различных расходников, что используются войсками в бою. Стоит ли говорить, что никто не планировал ещё и беженцев с собой таскать и кормить их на уровне с солдатами? Пока что недостатка в провизии не наблюдается, но это лишь пока. Вот и выходит, что для продолжения военных действий нам необходимы поставки из Винерия или друг городов. Подобной деятельностью для моей армии занимается Верон и он отлично справляется, несмотря на то что путь караванов лежит сквозь западную часть пустыни чёрного песка. Пока что, ни Абулман, ни Ёкай песков не стали нам помехой, но что будет, если караваны пойдут по тракту, ввиду отсутствия другого пути? Так или иначе, они будут соприкасаться сначала с Экпраном, а затем и со всеми другими крупными городами, что стоят на пути к центру старой империи. Вот и выходит, что не взяв контроль над столицей приграничной провинции, мы сами себе отрежем поставки продовольствия, вооружения, брони, лекарств и всего прочего.

— До Экпрана не столь далеко, — произнёс Парис. — До этого момента, о нас ещё никто не знает только по причине того что из города почти никто не выходит. Один случайный путник, увидевший костры в ночи и уже к полудню руководство клана Чёрной кобры будет знать о нашей угрозе. Предлагаю отложить полноценный штурм или осаду. Ничем хорошим для нас это не закончится.

— Экпран, это город-крепость, — продолжил Молт. — Несмотря на то что сами Кобры брали его штурмом, не стоит недооценивать масштаб защитных фортификаций. Высота стен составляет десять метров. Каждый булыжник в составе крепостных стен укреплён ещё в незапамятные времена, так что проломить их будет невероятно трудно. Подкопы не сработают, потому что те же стены устремлены не только вверх, но и на три с половиной метра вниз. Попробовать проникнуть в город подобным образом можно, но очень опасно. Одна незамеченная сигнальная печать и часть крепостная стены просто опустится нам на головы. В тоже время, есть в сложившейся ситуации и плюсы.

— Из наблюдений разведывательного отряда за городом следует, что у южной стены полностью отсутствуют башни, их уничтожили при штурме, — подхватил Аспит. — К тому же, клан Чёрной кобры не славился своей численностью и во время своего штурма они сцепились со своими же союзниками из числа Стальных Тигров. Часть тел «предателей» до сих пор висят перед главными воротами.

— Значит, вы все склоняетесь в сторону тайного проникновения в Экпран и проведение диверсионной операции? — потёр я устало виски.

— Прямой штурм, это не более чем глупость, — кивнул Парис, подтверждая тем самым моё предположение. — Пусть у нас и достаточно много высокоранговых бойцов с сердцами стихий, а мы с тобой вдвоём способны достаточно легко противостоять даже бойцу девятой ступени с возможностью обращения в тотем, но нельзя недооценивать укреплённые стены и заранее подготовленные печати. Там где у наших солдат будет одна печать защиты и одна атаки, у врага будет три печати защиты и три печати атаки. Время, это тот ресурс которого у нас почти нет, а вот у противника его было предостаточно. Готов дать руку на отсечение, что после штурма Ангир приказал не праздновать, не предаваться мародёрству, а обновлять печати на стенах, башнях и осадных орудиях.

— Значит, крюки гнома всё же пригодятся нам, — удовлетворённо кивнул я сам себе. — Аспит, сколько людей ты можешь поднять в воздух за один раз?

— Думаю человек пять, может быть шесть, — ответил молодой капитан. — У меня достаточно маленькое сердце стихии. Сила несравненно огромная по сравнению с тем что я имел раньше, но у того же Молта сердце в груди больше раза в полтора.

— Пи… кхм, сердцами мериться будете позже, — недовольно дёрнул я щекой. — Для начала, нам хватит и того что ты имеешь сейчас. Я хочу чтобы ты отправился с Имиром и помог разведчикам попасть в город. Добудьте столько информации, сколько сможете, но главное, я должен знать, Ангир в Экпране или нет? Возможно, он захочет встретиться со своей дочерью. Детальный план операции разработаем после вылазки, а пока, валите все спать. Тошно смотреть на ваши не выспавшиеся морды.

Глава 17

Терпкий запах трав, медленное потрескивание огня, звон склянок и постоянная ругань. В полевой алхимической лаборатории Литы что ни день, то очередной скандал и происшествие. Где-то истерически смеётся десяток солдат и никак не могут остановиться? Надышались паров неправильно смешанного препарата, что рванул и свои газы распространил на целый десяток метров вокруг крупного шатра с расположенной внутри лабораторией. Приняв пилюлю для успокоения и улучшения медитации офицер вдруг резко обнаруживает очень сильную эрекцию? Тоже алхимики намудрили. Таких примеров можно приводить десятки. Какие-то из них забавны, какие-то не очень, но главное, что все они меркнут напротив того количества работы, которую проделывают учёные умы под руководством зазнайки Литы. Ежедневно, алхимики готовят от полусотни до полутысячи пилюль, припарок и различных склянок с настоями на все случаи жизни. Работу которую они проделывают сложно переоценить, ведь если бы не их препараты, то часть людей умирало бы ещё на поле боя, даже не получив призрачного шанса на восстановление. И несмотря на то что Лита взяла с собой довольно скудное количество помощников, она и её ребята всё равно не снижали темпы производства. Каждый день число сборщиков трав росло за счёт беженцев, что позволяло хотя бы частично компенсировать расходы самых распространённых ресурсов, а посему их работа никогда не заканчивалась. Даже когда не хватало тех или иных редких ресурсов, они всегда могли переключиться на препараты попроще.

— Эй, есть кто? — постучал я по деревянной подпорке, что удерживала вход в шатёр алхимиков открытым.

— Чёрт! — в ответ на мой вопрос из глубин плохо освещённого помещения пришли ругательства и звон разбитого стекла. — Кого там принесло?!

— Гири, заткни пасть и не отвлекайся! У нас осталось всего два набора этих трав! — даже со своего места у входа я услышал звук неплохого поставленного звонкого подзатыльника.

Собственно, ничего нового, Лита ведёт себя как всегда. Давненько прошли те времена, когда она была затюканной зазнайкой-крольчихой. Ныне, она госпожа Лита, по сути, единовластная хозяйка лаборатории алхимиков и целой бригады сборщиков трав. Сама она силой великой не отличается, но вот её знания сами по себе уже придают ей вес, не говоря уже о её даре врачевателя и стальном характере. Хотя справедливости ради, стоит признать что зачатки тоталитарной тирании в ней можно была заметить и раньше. Тогда они были совсем крошечные и незаметные, зато какие всходы они дали. Её даже собственный мужчина побаивается, хотя казалось бы, мастер седьмой ступени с большим боевым опытом.

— Что нужно? — неожиданно прямо из-за тканевой стены ко мне вышел алхимик с плотной маской на лице, перекрывающей ему почти весь обзор, но отлично защищающей его от брызг реагентов и различных газов. — Повторить тот препарат для медитации, даровавший вашему лейтенанту невероятную потенцию мы пока не смогли. С этим вопросом нас лучше не торопить, а то напутаем чего-то и совсем причандалы отвалятся.

Вот как? Кто-то заинтересовался тем чудным случаем? Интересно кто же? Лично я точно ничего не выспрашивал у алхимиков, да и вообще впервые подошёл к их месту обитания столь близко. Меня тут явно с кем-то спутали.

— Да мне собственно плевать на препараты, я поговорить кое с кем пришёл, — произнёс я.

— Поговорить? С кем? — алхимик, не узнавший голос собеседника, потянул вверх свою маску, и спустя несколько секунд проморгавшись, смущенно покраснел. — Оу, Ваше Императорское Величество, извините меня. В этой штуке совсем ничего не видно. Кого мне для вас позвать?

— Мне нужна Вэйсен, — ответил я ему. — И не обязательно звать, я могу и сам зайти.

— Зайти… — промямлил алхимик, на лице которого быстро проносился целый спектр эмоций.

Одно слово, а сколько у него ассоциаций на лице. Более чем уверен, что Лита запретила всем подряд шастать на её вотчине, благодаря чему сейчас у алхимика стоящего передо мной образовалась дилемма: провести меня и получить взбучку от Литы или же попытаться меня как-то отговорить от этого предприятия, что не совсем уместно, учитывая мой статус.

— Да, зайти, давно хочу посмотреть на лабораторию вашу, — шагнул я вперёд, лишая работника лаборатории тягости выбора. — Куда идти?

Вопрос был не праздный, потому как в отличии от моего шатра, это место было как минимум в четыре раза больше. Если смотреть издалека, то полевая алхимическая лаборатория похожа на цирковой купол. Это не просто крутая палатка, а почти целое здание. Тут есть и деление на комнаты и широкие коридоры, отдельные места для хранения трав и готовых препаратов. Одним словом, без проводника тут бродить не лучшая идея, ещё вдруг зайдёшь не за тот поворот, а там чан с кислотой стоит.

— Идите за мной, — прошмыгнул вперёд меня мужчина, чей голос как-то посерел и стал отдавать обречённостью. — Госпожа Вэйсен в дальней части шатра, в отдельной комнате отведённой для создания ядов. Они с госпожой Литой сегодня проводят один эксперимент.

— Эксперимент? — заинтересовано спросил я своего провожатого. — В чём его суть?

— К сожалению, я лишь младший работник, мне неизвестны подробности, — совсем уж поник мужик. — Из того что я слышал, могу сказать что это странной консистенции кислота. В её основе лежит редкий яд, но зачем и как они её производят, я совершенно точно не могу знать. Прошу меня простить за это.

Вот ведь дерьмо. Этот человек меня боится, или даже вернее не меня самого, а моего статуса. В его понимании, он должен был ответить на мой вопрос максимально полно. Ц-ц, неприятно это осознавать, но между мной и эти человеком целая пропасть. Он слаб духовно, слаб волей. Такие любят подчиняться, неудивительно что он в подчинении у Литы, так ещё и не поднялся выше младшего работника. И он совершенно точно не понимает, почему именно на его судьбу выпало сопровождение самого Императора к его начальству. Возможно стоит завести секретаря? Байха отчасти исполнял функции этой должности, но далеко не все и совершенно точно не очень хорошо. Будь у меня секретарь, я бы смог избегать подобных контактов, где моё личное появление происходит для людей как падение сугроба на голову посреди ясного летнего денька.

Пока шёл и размышлял на эту тему, как-то незаметно сам для себя переключился на причину своего посещения этого места. Вэйсен, она же наследная дочь главы клана Чёрной кобра, моего врага — Ангира. Девушка не столь давно покинула свой дом и избавилась от попечения отца, но обстоятельства этого расставания дают мне надежду на возможный конструктивный диалог с ней. Сегодня я здесь, для того чтобы понять, будет ли она помогать мне и моему делу, или же её стоит заковать в цепи и использовать как разменную монету. Этот вопрос я хочу решить быстро и чётко, без поблажек. И к сожалению, от ответа Вэй зависит не только её статус, но и мой возможный конфликт с Литой. Моё предположение про то что в шатре есть чан с кислотой нашло подтверждение. Надеюсь после разговора, Лита не возжелает меня туда потом запихнуть. Всё-таки они довольно хорошо сошлись с Вэйсен.

— А кто это к вам ходит за препаратом для потенции? — решил я разбавить скуку, пока мы шли по извилистому коридору среди тканевых стен.

— Капитан Молт, — слегка повеселевшим голосом ответил мой провожатый. — Это его лейтенант опробовал тот препарат. Мы тогда выдали несколько пачек этого средства тому солдату. После первого прецедента, капитан Молт их тоже опробовал, но не для попытки улучшить медитацию, а как раз-таки ради побочного действия. Эффект имел место быть. Вот Молт и просит нас повторить результат. Мы пытались предложить ему стандартное средство, но оно ему не помогает, а то даровало ему силу молодых лет. Он за последние пару дней так зачастил к нам, что я даже не сомневался что это опять он пришёл. Мы с коллегами перепробовали уже всевозможные пропорции, но желаемого эффекта всё никак не получаем.

— Не думали дать ему стандартное средство, но многократно повысить дозировку? Скажем, повысьте планку допустимого количества действующего вещества в десять раз, — произнёс я будничным голосом. — Может это его проймёт?

Идущий впереди меня алхимик услышав подобное предложение даже остановился. Всего пару мгновений он размышлял и на его лице отражалась активная мозговая деятельность, после чего он подхватил маленький блокнот и записал туда пару фраз и цифр.

— Благодарю вас за хорошую идею, — серьёзно произнёс мужчина и поклонился мне в пояс. — Подобное решение лежало на поверхности, но мы почему-то его игнорировали.

— Не за что, — кивнул я ему в ответ. — Долго идти нам ещё?

— Нет, мы уже пришли, — ткнул алхимик на тканевую стену, возле которой мы и остановились. — Вот за этим поворотом, находится вход в лабораторию, где сейчас работают госпожа Лита и Вэйсен…

— А ты значит не хочешь показываться им на глаза? — вздёрнул я одну бровь, отчего алхимик смутился, но взгляда не отвёл.

— Госпожа Лита имеет очень тяжёлую руку, — произнёс мужчина серьёзно, при том что его левая рука рефлекторно потёрла шею и затылок, по которым видимо чаще всего и прилетали удары от начальницы.

— ИДИОТ! — неожиданно из-за тканевой стенки рядом с которой мы стояли раздался звук бьющегося стекла и последующая за этим затрещина, а после и болезненный вздох, что примечательно, мужской.

— Иди, спасайся от своей начальницы, — хмыкнул я и отступил в сторону, пропуская алхимика.

Проводив взглядом прошмыгнувшего мимо меня мужика, я немного проводил его взглядом, после чего мысленно пожелал ему удачи. Всё-таки работать с фанатиками и приверженцами своего дела бывает тяжело, так что возможно я и поспешил записывать младшего алхимика в трусы.

— ЭФИ, ЕСЛИ ТЫ ДУМАЛ ЧТО Я НЕ СЛЫШАЛА КАК ТЫ ПРОСИЛ ИМПЕРАТОРА ТЕБЯ ОТПУСТИТЬ, ТО ТЫ СОВСЕМ ДУРАК! ТРИ НОЧНЫЕ СМЕНЫ ТЕБЕ!

Вот ведь. Попал мужик. Кажется я даже расслышал где-то позади себя вздох полный жалости к себе, вперемешку со вселенским страданием.

Откинув тканевый полог, я заглянул в лабораторию Литы, где первым делом и наткнулся на её суровый взгляд. Девушка выглядела взмыленной, уставшей и невероятно злой. Будь у меня выбор, я бы пожалуй оставил её одну, но выбора у меня не было, ввиду полного отсутствия времени.

— Заходи, — выдохнув произнесла девушка, после чего отвернулась к столу и принялась записывать что-то в свою записную книгу. — Гири, дай его Императорскому Величеству стул.

Переведя взгляд направо, я наконец-то увидел ещё одного работника лаборатории. Им оказался крепкий детина почти двух метров ростом. Увидел бы такого на поле боя или в кузне, без раздумий сказал бы что он последователь быка, но нет, он ведь в алхимической лаборатории. Подобная неурядица меня даже слегка повеселила. Как я привык делить людей по категориям, что меня может вывести из равновесия просто большой человек, которому я мысленно рисую совершенно другие, «более подходящие» повадки.

— Вот, господин, ваш стул, — прогудел детина-алхимик, чьи одежды тут и там зияли свежими, прожжёнными дырами.

— Ты ко мне или к Вэй? — ненадолго оторвалась от своих записей глава алхимиков.

— Второй вариант, — ответил я ей, откидываясь на спинку стула.

— Значит всё-таки решил её использовать, — хмуро произнесла Лита, а её подчинённый на этом моменте и вовсе споткнулся на ровном месте, словно мои слова напрямую его задели, причём в физическом плане.

— Гири. Хватит. Ронять. Реагенты. Я клянусь, если ты ещё хотя бы один раз споткнёшься, я вмажу тебе ещё сильнее чем в предыдущий раз!

Поскольку Вэйсен в лаборатории не оказалось, я решил её подождать. Бродить по шатру алхимиков и пугать народ в мои планы не входило, а Вэй всё одно вернется сюда. Из нравоучений Литы к Гири, я узнал что девушка ушла за необходимыми редкими ресурсами, которые так неосторожно испортил алхимик. И надо сказать, что ожидание Вэй не было единственной причиной почему я решил остаться в лаборатории. Если быть откровенным, меня снедал интерес к изысканиям Литы, а сама она кроме своей приветственной речи, толком на меня не обращала внимания. Всё её внимание ко мне, которого я оказался удостоен осыпая её десятком вопрос, заключалось в одной фразе: «не мешай, дай закончить». Хотел бы возмутиться такому отношению, но не стал, снобизм и высокомерие меня не трогают, а интерес можно удовлетворить и обычными наблюдениями.

Между тем, понаблюдать в лаборатории было за чем. В первую очередь, наблюдать было интересно за Гири, этот здоровяк с мышцами бодибилдера оказался лаборантом Литы, или проще говоря личным помощником. Как я это понял? Скорее всего по причине того что он делал для неё всё, начиная от подачи напитков и до смешивания реагентов. Сама же Лита мало двигалась и больше записывала свои действия и действия своего помощника. Внимательно следя за Гири и характером его движений, я был несказанно удивлён, когда увидел с какой филигранностью он смешивает в колбочках жидкости разной плотности. Его руки не тряслись и выполняли каждое движение чётко и без задержек. Там где Лита сказала смешать все вещества и затем взбалтывать ровно три секунды, он выполнил всё в точности. До кучи стоит отметить и его мастерство в техниках, которыми он помогал себе. Они напоминали мне эдакие энергетические инструменты, благодаря которым лаборатория полностью могла бы соответствовать стандартам моего мира. За примером ходить не долго, стоит хотя бы посмотреть на в прямом смысле слова ручную центрифугу Гири. Этот парень использует чакру таким образом, чтобы ускорить свою руку, которой он совершает круговые движения, в следствии чего полностью повторяет эффект центрифуги из современных лабораторий США и других развитых стран моего прошлого мира.

Причина по которой столь полезный лаборант выхватывал от Литы затрещины, оказалась на удивление глупой. Сколь хорошо он следил за руками и своими манипуляциями с ними, столь же отвратительно он двигал ногами. Только на моих глазах он зацепился ногой за ногу трижды. Причём дважды во время переноса реагентов. Оба раза он удержал подносы с важными ресурсами, но порой наверняка случались и осечки, о чём свидетельствует его красная шея со следами женской ладони.

— Гири, подай мне тоже стул, пришло время кормления, — отошла девушка от своего стола и с наслаждением уселась на услужливо подставленный прямо под её зад седалище.

Только сейчас я заметил, что девушка выглядит довольно странно. Молодая красавица была закутана в плотные тряпки, что я поначалу списал на особый костюм для лаборатории, но теперь неожиданно понял, что никакого отношения к работе он не имеет. В плотных тряпках девушка держала своего ребёнка, которого она по какой-то причине решила взять на работу. Неудивительно что она такая злая. Мало того что работает, так ещё и ребёнка постоянно держит при себе.

Пока я задумался о очередных странностях своей знакомой, она решила меня добить и не нашла ничего лучше для этого, чем оголить при мне грудь. Девушка аккуратно придержала проснувшегося от запаха молока ребёнка и также аккуратно приложила его к соску. На этом моменте я не выдержал и отвернулся. Чисто морально, я не был готов к тому чтобы увидеть нечто подобное, хотя в этом процессе и нет ничего отвратительного. Гири вон и вовсе на это внимание не обращает, всё также выполняет свои обязанности.

— Тебе не кажется что ты его слишком часто кормишь? — раздался голос Вэй со стороны входа, пока я усердно рассматривал ткань стенки.

— Нет, не часто. Он благословлён Фертилисом, поэтому растёт быстрее других детей и ему нужно много кушать, — ласково произнесла Лита. — Конечно он не вырастет также быстро как те дети рожденные от самого бога, но и так он заговорит раньше чем через полгода. И я так хочу уже чтобы он назвал меня мамой.

— Назовёт, не сомневайся, — ответила ей Вэй. — Я забрала со склада последние ампулы. Всего две, других больше нет. У нас всего две попытки. И это благодаря тебе Гири. В следующий раз, следи за ногами, а то хуже младенца двигаешься.

— Извините, госпожа Вэй, — произнёс мужчина, в голосе которого проскользнули нотки тепла.

— Вы там закончили сеанс кормления? — чуть скосил я взгляд, пытаясь понять, могу я повернуться и не получить ещё одну порцию смущения.

— Закончила, неженка, — фыркнула Лита.

Развернувшись на сто восемьдесят градусов, я застал момент как Лита прячет младенца в ткани, где он сытый и довольный продолжил спать. В это же время, Лита аккуратно передала Гири одну маленькую ампулу с чем-то тёмно-зеленым внутри. Вторую порцию ресурса она оставила при себе, да и отходить от Гири не спешила. А парню её близость кажется очень даже нравилась, лицо посветлело, да и взгляд нет-нет, а на Вэй переметнется.

— Я думала ты раньше для нашего разговора созреешь, — произнесла девушка, что когда-то пыталась меня задирать и даже сражалась со мной.

— Значит ты ждала?

— Я ведь не дура, — грустно хмыкнула Вэй. — Почему без солдат? Целому императору не пристало самолично наручники надевать на предмет торга.

— Вэй, — пихнула локтем бунтарку глава алхимиков.

— Что Вэй, что Вэй?! Даже ящеру понятно, что он меня продаст отцу, за проезд по тракту или ещё за что! — выкрикнула девушка, чьё лицо даже пошло пятнами.

— Почему ты так уверена в этом? — задал я ей вопрос. — С чего ты вдруг решила, что я стану тебя ему отдавать?

Пару мгновений девушка смотрела на меня как на идиота, а после рассмеялась. Причем смеялась она искренне, да так громко, что в соседних тканевых комнатах алхимики очень споро начали натягивать на себя дополнительные маски, ожидая что где-то газ пошёл.

— Я наследная дочь, что имеет права на весь клан, — жёстко произнесла Вэй. — Я ненавижу отца и готова его прикончить. Он это знает, я это знаю, все это знают. Убить его и никто из Чёрных кобр пальцем не двинет без моего приказа. Таковы традиции кланов. Не все имеют добреньких бабушек, дедушек и отцов как тот же Бейпан! Он мог править! Ему бы отдали власть, помогали бы советами, но нет, отец всё испортил! А мне…мне никто бы ничего не отдал, я ведь всего лишь инструмент. Отец будет править до того момента, пока его тело не осыплется чёрным песком от старости, либо пока кто-то из кровных родственников его не прирежет.

— И ты думаешь, что я отдам тебя ему, потому что он даст хорошую цену, чтобы устранить угрозу своей власти? — улыбнулся я Вэйсен своей самой искренней улыбкой. — И ты ещё говоришь что ты не дура? Ха, да я буду только рад если ты воткнёшь ему нож прямо в глотку. Затем и пришёл. Хочу узнать о твоем папаше побольше. Он силён, а значит, просто прирезать его будет сложно, но будь уверена, я дам тебе такую возможность.

Глава 18

Захватить Экпран. Сложно или невозможно? Думаю подобные рамки будут не совсем корректны. В мире нет ничего невозможного, всегда есть крошечная вероятность что все в городе просто отравятся и передохнут сами, а захватчикам только и нужно будет, что не повторить судьбу прошлых господ города. И конечно это не значит, что я сам и моя армия будет ждать пока нечто подобное произойдёт. Захват города силовым путём для нас лежит в границах от сложно, до очень сложно. Штурм — это заведомо провальная идея и никто её не рассматривает, ведь эта задумка наиболее близка в верхней планке сложности. Немногим проще прикончить Ангира, чтобы его дочь взяла власть над кланом, не только открывая нам путь вглубь старой империи, но и сохраняя жизни моих солдат. Благо что сама Вэйсен заняла вполне однозначную и конкретную позицию, и вполне готова пойти на это.

Для реализации нашей затеи, хватит всего одного точного удара, но вот чтобы получить возможность его нанести, придётся не мало постараться. Для начала, нам потребовалось узнать, присутствует ли в городе глава клана Чёрной кобры. Без его присутствия в Экпране, любые наши действия не имеют никакого смысла. И надо сказать, нам повезло. Ангир оказался в городе. Как доложили разведчики Имира, он прибыл туда как раз в тот день, когда я разговаривал с Вэйсен. И это было то самое пресловутое везение, о котором многие либо забывают, либо ставят на него излишне много. Так или иначе, факт остаётся фактом, цель на месте, а это значит, пришла пора начинать активно действовать.

С момента получения информации о прибытии главы клана в столицу приграничной провинции и началась активная фаза подготовки к вылазке, первой стадией которой являлась разведка. До этого момента вокруг Экпрана работала только группа Имира. Они действовали аккуратно и старались не светиться, благодаря чему наше присутствие вблизи города все ещё оставалось незамеченным. После получения последних новостей, все резко изменилось. Ещё пять разведывательных групп были направлены мной непосредственно к Экпрану, а отряд Имира как и планировалось проник в сам город.

Идея забросить разведчиков с помощью стихийного элемента воздуха оказалась успешной. Аспит не только смог помочь разведчикам перебраться за стены Экпрана, но ещё и обнаружил пару неприятных печатей основанных на стихии воздуха. По своей древности эти ловушки могли бы посоперничать с каким-нибудь родовитым кланом старой империи, но за счёт того что они были поставлены мастером своего дела, они всё ещё оставались активны и вполне опасны. По крайней мере, так было до того момента, пока Аспит их не испортил. Владельцу сердца стихии не составило труда буквально высосать из ловушек энергию, ведь чёткие линии печатей уже давно утратили свою первоначальную прочность. Тем самым, капитан смог сохранить несколько жизней моих бойцов, что заслуживает как похвалы так и награды. И всё же, похвальные листы и грамоты можно отложить до более спокойных времён, в то время как добытые разведывательные данные откладывать было нельзя ни в коем случае.

Всего за сутки была разведывательными отрядами была проведена огромная работа. Пока Имир и его партия работали внутри города, несколько других групп собирали данные на подходах к Экпрану. Они проверяли всё: леса, малые луга, брошенные деревни, тракт, внешняя часть крепостных стен Экпрана. Ничего не оставалось без внимания. Важна была каждая крупица информации, ведь даже сущая мелочь порой может повернуть ход событий. Так за сутки у меня на столе скопилась приличная стопка бумаги, а несколько писарей посаженных за отдельный стол в моём шатре с артефактами связи на шее, умудрились заработать мозоли на пальцах. Каждый.

Работая днём и ночью, я вместе с Парисом перебирал бумажки, тщательно проверяя написанное и сортируя их по степени важности. Всю полученную информацию мы либо применяли, либо отбрасывали в сторону как не нужную. Так, со временем из кучи необработанных листов у меня на столе сформировалось три стопки важных бумаг. Поскольку в моей армии профессиональных разведчиков было всего ничего, отряды набирались зачастую из охотников или просто расторопных и незаметных людей. Это не могло не сказать на качестве выдаваемого ими результата, благодаря чему мы с командующим и вынуждены были вдвоём лично сортировать бумажки, пока другие офицеры были заняты перенесением отсортированной информации на карту. И обойтись без этого было никак нельзя. Сама идея напасть на мастера девятой ступени с силой тотема, да ещё и получившего во время жертвоприношения дополнительные родовые особенности, более чем опасная авантюра. Идти же неподготовленными, так и вовсе смерти подобно. Вот и приходится тратить время тогда, когда его вовсе нет. Каждая минута промедления опасна обнаружением и нарушением наших планов, а посему, работали мы без сна и отдыха. Удивительно, но важная цель и желание сохранить как можно больше человеческих жизней мотивировало меня и всех моих подопечных ничуть не хуже любых материальных ценностей. Так что постепенно, но на большой карте Экпрана, которую мы позаимствовали из личной библиотеки Тейпана, вырисовывался план наших действий. Вокруг и внутри схематично изображенного города то тут, то там виднелись пометки, причём каждая со своим номером, относящимся к стопкам посланий разведчиков.

Первая стопка бумаг. Информация из города от отряда Имира. В ней наименьшее число глупых и порой совершенно ненужных записок, только важные заметки. Количество и место расквартирования клановых бойцов в городе, расположение стреломётов и катапульт на стенах, время пересменки караульных, график и маршрут движения городской стражи. Не вся информация полная, ведь за сутки много не наскребёшь, но все же это куда больше чем ничего.

Вторая стопка, относилась к донесениям касающимся стен Экпрана. Наиболее низкие участки стены, обломанные зубцы, места с разряженными или наоборот готовыми к применению оборонительными печатями. Тот же номер был присвоен и караулу башен, которые в отличии от городских патрулей, менялся гораздо реже. Одно только это может о чём-то сказать. Например, что на стенах заняты либо наиболее сильные бойцы клана Чёрной кобры, либо наоборот, лодыри. Хотя надеяться на худшее не наш вариант, посему было единогласно признано что на башнях заняты наиболее опытные мастера пути развития с мощными дальнобойными атаками.

Ну и третья стопка, которой уделялось наиболее малое количество внимания. Дальние подступы к Экпрану и территории вокруг него, но относящиеся к малым поселениям. Полностью игнорировать эту стопку было нельзя, так как порой разведчики натыкались на Ёкай, а значит подобные места стоит проверить на наличие прорывов реальности. И всё же, в целом, пока информация из этой стопки вообще не влияла никаким образом на будущий план захвата Экпрана.

— Ли, — неожиданно посреди перебора бумаг, Парис оторвался от работы и протянул мне свой листок на который он успел поставить пометку отряда Имира.

Взяв бумажку, я ненадолго отложил свою работу и погрузился в чтение. Поначалу текст был аналогичен тому что я уже читал касательно возвращения Ангира в Экпран, так что я даже ненадолго пришёл в замешательство, зачем писать дважды об одном и том же? Проявив терпение, я прошёлся глазами дальше и наконец смог заметить отличие. В этот раз повествование велось от лица девушки, хотя в прошлой записи был парень. И у них были разные точки наблюдения за процессией. И другая точка обзора позволила разведчице увидеть то, чего не смог заметить ее напарник. Пленники. В прошлой записи упоминалось что вместе с Ангиром прибыл небольшой караван, но что внутри было неизвестно. Со стороны наблюдения девушки разведчицы, охранники каравана ненадолго приподнимали плотную ткань закрывающую клети, благодаря чему она и смогла заметить важную деталь.

— Пленники, — произнёс я себе под нос. — Если узнать куда их поместили, этим можно воспользоваться.

— Новое послание! — не успел мне ответить Парис, как лейтенант-связист, отвечающий за связь с разведчиками, начал быстро что-то записывать, повторяя движения обладателя второго экземпляра артефакта связи. — От отряда Имира.

По сравнению с прошлыми часами, когда все писари принимали послания одно за другим и никак не могли их сортировать, казалось целым чудом, что лейтенант указал номер по которому стоит направить бумагу на стол.

Взяв бумажку прямо из рук писаря, я не стал её откладывать и решил быстро пробежаться глазами по тексту. И не сказать что прочитанное меня сильно обрадовало. Как и предыдущее донесение, которое я прочитал по просьбе Париса, этот текст касался пленников, или вернее сказать пленника. Одного конкретного, чья судьба на удивление сильно меня волновала.

— Слышал когда-нибудь про стальную Тигрицу из Абулмана? — задал я Парису вопрос.

— Старуха Ветарсис, — кивнул мужчина. — О ней все знают, даже Император старой империи, ведь она вторая по силе представительница тигра сразу после него. Да и я не так давно перестал носить татуировку тигра на груди. Считай, что она живая легенда среди последователей тигра всего нашего мира.

— Из главной городской темницы на весь город раздаётся рёв тигра, — протянул я Парису бумажку. — И эльфийка принесла Имиру пару стальных шерстинок. Лично я знаю только одну стальную тигрицу. Ее отпрыски все до одного до неё не дотягивают. К тому же, я точно знаю что во время штурма Экпрана, Ветарсис билась с Ангиром.

— Правильно я понимаю, что ты хочешь выпустить её? — задал мне вопрос Парис, прежде чем передать одному из капитанов бумагу, чтобы те затем внесли информацию из неё прямиком на карту.

— Верно понимаешь, — произнёс я, до белых костяшек сжав край своего стола. — Эта старуха, сделала для меня больше, чем все люди в моей прошлой жизни вместе взятые. Будет честно, если я смогу отплатить ей за её доброту. К тому же, разве плохо желать заполучить в союзники мастера девятой ступени развития? У нас целая куча врагов, но почти совсем нет союзников. Это стоит исправить.

— Новое послание! — не успел Парис мне ответить хоть что-нибудь, как вновь зашуршала бумага под рукой одного из писарей. — От отряда дальней разведки.

Я бы пожалуй не обратил внимания на новое послание и вновь продолжил бы обсуждение на крайне волнующую меня тему, но лицо писаря заставило меня прочесть и это послание сразу, без откладывания в стопку маловажных бумаг. Как оказалось, не зря. Это было единственным посланием из третьей стопки, информацию из которого внесли на карту, причём большими буквами, со схематическими рисунками и дополнительными пометками. На северном тракте, как раз в той стороне куда мы планируем двинуться после взятия Экпрана, в нашу сторону двигается войско. Наёмники Винерия, которых Ангиру предоставил бывший бургомистр. Точных данных о количестве солдат нет, но их достаточно много, больше чем несколько сотен. И среди них есть Боевой Мостонд. Если вспомнить мою последнюю встречу с представителем этого вида фауны, могу сказать что у него и владелец есть, если не ошибаюсь, восьмой ступени. Такой же представитель артели каким был и Парис. Скорость движения войска низкая, я бы даже сказал крайне низкая, но нам от этого не легче. Они всего в одном дневном переходе от нас. Даже с той черепашьей скоростью с которой они двигаются, рано или поздно они доползут до Экпрана. Это усилит и без того не слабо укреплённый город.

Новость возымела эффект разорвавшейся бомбы среди офицерского состава. По сути, что мои капитаны и командующий, лейтенанты и простые солдаты, что наёмники Винерия, это одного поля ягоды. Неудивительно что люди посчитали возможным договориться с ними, и вместе, объединённым кулаком ударить по Экпрану. Некоторое время, все обсуждали теоретическую возможность договориться с Винерийцами. Возможность отправить Мостонда крушить стены Экпрана, а затем пройти полуторатысячной армией внутрь периметра города будоражила умы офицеров. Каждый из них понимал, что наши солдаты сильнее и смогут пережить короткий оборонительный натиск Экпрана, если проход будет открыт заранее. И всё же, надеяться на подобный вариант развития событий глупо и наивно.

— Никто не может дать гарантии, что среди людей Винерия нет шпионов Ангира, — произнёс я громко, перекрывая спор двух лейтенантов, что пытались подсчитать количество защитных печатей необходимых для защиты Мостонда, пока тот будет ломать стену Экпрана. — Даже больше того, я уверен что они там есть и их много. Ангир не дурак и на слово людям не верит, даже если это слово подкреплено договором и клятвой на энергии. Каждый политик умеет обмануть полуправдой, что делает всех управленцев, а особенно лидеров кланов недоверчивыми. Что говорить, если я сам не верю тем договорённостям, что делают меня и двух Великих Ёкай союзниками. Вы видели мою встречу с Пассоном, разве она походила на деловые переговоры партнёров? Ни черта! Так что успокойтесь и хватит витать в облаках. Склонить Винерийцев на нашу сторону нужно, но это не первостепенная задача для нас. К тому же, мы прикончили бывшего бургомистра и поставили на его место своего, думаете это всем понравится? Для того чтобы добиться в этом вопросе желаемого результата, нужно действовать аккуратно, подбирая слова и правильно преподнося факты. Это дело не пяти минут. Тем более, не считайте что Ангир про нас не знает. Он может не быть в курсе что мы уже стоим под его городом, но он совершенно точно вернулся в Экпран, чтобы отстоять его от нас. Розалия Мортис, как бы мне не хотелось этого признавать, пусть и безумна, но помимо этого ещё и чертовски умна. Она предупредила своего союзника о нашем приближении. Он, это её щит, которым она желает закрыться от нас. И щит этот, более чем крепкий. Единственный способ его разрушить, это бить в слабую точку. Сохраним Экпран в целости, а людей Чёрной кобры живыми, и всё это перейдёт под нашу руку.

— Возможно, что Ангир успел захватить не только Экпран, но и Эгестос, — провёл пальцем Парис по тракту на север. — Так что одним ударом, Империя Наступающего Рассвета может заполучить не одну, а сразу две провинции. Если взять в расчёт Винерий и исконные острова, то наша страна станет больше любого государства соседнего континента. Добавьте к этому Абулман, в котором главенство тоже занимает клан Чёрной кобры и мы территориально приблизимся к количеству земель старой Империи.

На этой довольно приятной для всех присутствующих ноте, мы и закончили эти обсуждения. На подобные дискуссии у нас попросту нет времени, так что воспользовавшись моментом всеобщей отвлечённости, я вызвал к нам Вэйсен. Её личное участие в разработке плана атаки на её отца имело чуть ли не ключевую роль во всей этой эпопее. Кто как ни родная дочь знает все повадки и слабости своего отца.

* * *

Раннее утро. По моим внутренним ощущениям, сейчас никак не раньше четырёх часов. Мои лапы аккуратно ступают по покрытой утренней росой траве. Для того чтобы проникнуть в город, я избрал для себя тело Райдзю. Под каким углом не рассматривай любую из моих трансформ, но именно огромный хищный кот стихии молнии наиболее полно подходит для того чтобы бесшумно преодолеть большой высоты препятствие в полной тишине. Тьма скрывает моё присутствие вблизи стен, но даже если бы сейчас был полдень, то меня вряд ли бы кто-то смог заметить. На моей спине сидят два человека, благодаря которым я остался бы незамеченным даже среди огромной толпы крестьян. Юнона занималась визуальной маскировкой, а её подопечный, Фили, полностью глушил любые издаваемые мной звуки. Всё это было сделано для того, чтобы я первым смог взобраться по крепостной стене, выбрав для остального диверсионного отряда наиболее безопасный путь подъёма. К сожалению, Аспит и его левитация необходимы в другом месте для нашей операции, так что люди будут подниматься с использованием крюков. Учитывая то что крепостная стена может быть где-то буквально заминирована одной из сотен возможных печатей, подобный подъем становится смертельно опасен, если ты заранее не знаешь на каком участке стены ловушек нет.

Предварительно осмотрев нижнюю часть стены в энергетическом спектре, я подпрыгнул и вонзил когти в камень сразу в трёх метрах над стеной. Мгновение и Юнона ставит небольшую метку слева и справа от меня, обозначая путь для следующей за нами по пятам группы. К сожалению, идеально прямого пути на всей протяжённости стены не отыскать, так что помимо крюков Мурина, нам пришлось оснастить отряд ещё и страховочными ремнями, а также снаряжением моряков. Урезанный вариант альпийского снаряжения. Не очень безопасный, но нам тут и не Эверест покорять. Вонзая когти в камень я взбирался всё выше, периодически и сам ставя метки, там где Юнона никак не могла дотянуться до края безопасной зоны. Для этого я использовал свой кистень на хвосте. Получалось довольно неплохо.

На вершину стены я взобрался всего за три минуты. Мог бы и быстрее, но тщательно проверял путь для следующих за мной членов отряда. Одна моя ошибка и чья-то голова могла бы обзавестись дырой от каменного копья, выскочившего прямо из стены.

Уже стоя на каменной кладке старого имперского города, я сменил форму на человеческую. Скрываться здесь было не от кого, охрана этой части стены была вырезана примерно пять минут назад отрядом Имира. Сейчас тут никого нет. У разведчиков есть ещё задачи помимо подготовки для нашего проникновения.

— Дзинь, — зацепился гномий крюк ровно в том месте, где Юнона минуту назад поставила специальную метку.

Следом за первым крюком, последовало ещё два. Три троса по которому должны взобраться четверо людей и три суккубы. Ударная сила отряда была представлена мной, Парисом, Молтом и ещё одним лейтенантом, которого ещё будучи в пустыне я возвёл на восьмую ступень даровав ему силу земляного элементаля. У всех троих, исключая меня, в напарницах было по одной суккубе, дабы они могли творить несколько печатей одновременно. Четвертым человеком в отряде была Вэй. Она силы собой никакой не представляла, но она же и была ключевым фактором нашей операции. На её защиту, было взято сразу четверо человек. Юнона и Фили, что непосредственно будут маскировать её, стоит нам спуститься в город и ещё двое. Тейпан и Донг на стене появились сами, просто выйдя из тени. Они в бой вступать не будут, но в случае высокой степени угрозы, смогут увести слабую девушку в тень.

— Красиво сработано, — задумчиво произнёс Тейпан, присев рядом с трупом бойца клана Чёрной кобры, что нёс службу на этом участке стены. — Разрез ровный, я бы даже сказал идеально ровный, но при этом характер раны не похож на ножевой. Не будь он столь чистым, я бы сказал что ему перерезала глотку мимо пролетающая стрела.

— Это она и была, — удивил я главу клана убийц. — В отряде Имира есть девушка из другого мира. Её мастерство стрельбы из лука превосходит все мыслимые и немыслимые пределы.

— Занятно, невероятно занятно, — хмыкнул седой мужчина, всё ещё всматриваясь в рану бойца кобры. — Поскорее бы увидеть её в деле.

— Не беспокойтесь, уважаемый, скоро увидите, — произнёс Парис, перемахивая через край крепостной стены. — Не так долго осталось…

Не успел он договорить, как в дальней от нас части города резко что-то ухнуло, а затем часть приближенных к западной крепостной стене домов вспыхнуло как спички. Всего пару мгновений и спящий тревожным сном город оказывается разбужен и охвачен непониманием и паникой.

Глава 19

Западная часть Экпрана пылала. Огонь свирепствовал и пожирал одно хлипкое здание трущоб за другим. Треск, яростный рёв пламени и редкие выкрики стражи, вот и всё что можно было рассмотреть и услышать с нашего положения. Только вот из всего отряда мало кого в принципе интересовали события у западной крепостной стены, разве что Парис перекинулся с Тейпаном парой слов, относительно качества проделанной ими работы. Два лучших представителя стихии огня в моей армии лично изготовили печать, что спровоцировала огромный пожар в городе. Целый час они оба складывали многоуровневую печать, которая могла и вместила в себя силы огня настолько много, сколько не выдаст и сотня мастеров пути развития шестого ранга. И мало того что это была чрезвычайно опасная и мощная печать, они ещё и умудрились поместить её в кусок драгоценного камня, что на время отсрочил активацию благодаря своей многогранной внутренней структуре. Они оба имели полное право восхищаться проделанной собой работой. Эта провокация заставит многих бойцов клана Чёрной кобры отвлечься от своих основных обязанностей, а учитывая то что Аспит целенаправленно поддерживает огонь ещё и сильными порывами ветра, намеренно направляя пожар в нужную нам сторону, даже если из дворца придёт сигнал тревоги, солдатам противника ещё придётся пробежаться обратно, давая нам приличную фору во времени.

— А там нет невинных людей? — тихо произнёс парнишка Фили, стараясь говорить так, чтобы его услышала только его наставница.

— Это трущобы парень, — вместо Юноны юнцу ответил Парис. — Ещё во время первого штурма Экпрана там никого не осталось. Либо сбежали, либо погибли. Присмотрись к домам у подножия стены на которой мы стоим. Разве ты слышишь оттуда хоть какие-нибудь звуки? Может где-то в окне горит свеча?

— Нет, — произнёс юноша, но вниз смотреть не стал.

— Первые несколько линий домов за крепостными стенами, всегда были трущобами, — между тем продолжил Парис. — В подобных городках как этот, никто даже не думает о безопасности отрепья. В более зажиточных провинциях дела обстоят чуть лучше. Там существует закон, запрещающий строить дома близко к крепостной стене. Благодаря этому внутри стен есть бедные, но даже они выглядят как вполне прилично одетые горожане.

— Но разве это хоть как-то помогает беднякам? — не удержался парнишка от ещё одного вопроса.

— В том-то и дело, что никак не помогает, — вместо Париса ответил Тейпан. — Тех кто обычно живёт в трущобах, даже бедными не называют. Для крупных городов, эти люди не более чем мусор. Таких перестают пускать в город или выгоняют из него на ночь. Из-за этого рядом с крупными городами всегда существует так называемый «нижний» город. Палатки, хлипкие деревянные лачуги, всё что только могут настроить бедолаги. Обычно такие образовываются вокруг придорожных трактиров, а иногда вокруг борделей, но иногда и просто посреди поля строят. Люди приспосабливаются как могут. Будь уверен, в домах что стоят вплотную к стенам давно никто не живёт. Солдаты Чёрной кобры будь на то их воля, просто дождались бы пока лачуги прогорят и оставили бы пепелище на месте трущоб, но огонь это элемент который не любит снисходительности. И без помощи порывов ветра подобный пожар способен представлять угрозу всему городу, а уж благодаря капитану Аспиту, бойцам кобры придётся сильно постараться чтобы Экпран не сгорел дотла.

К сожалению, стоять и смотреть на зарево пожара не являлось нашей целью. Дождавшись пока последние члены отряда взберутся на стену, мы двинулись по ней к северной стороне города. Благодаря карте Тейпана и донесениям отряда Имира, мы точно знали где находится первая цель нашего визита в Экпран. Тюрьма города представляла для нас большой интерес. Помимо того что мы сможем освободить врагов клана Чёрной кобры из плена, тем самым внеся ещё большую сумятицу в стан нашего противника, в той же тюрьме должна содержаться и старушка Ветарсис. Как я и говорил, она является одной из тех кто мне лично дорог в этом мире. Пусть она несносна, любит отпускать колкости и не признает других авторитетов кроме своего собственного, но она ещё и хороший человек. До сих пор я с теплом вспоминаю наши немногочисленные тренировки и редкие чаепития. К тому же, она вроде как обещала со временем найти меня и продолжить обучать. Где я ещё найду учителя девятой ступени более чем с двумя сотнями лет опыта за спиной? И это уже не говоря о том что она может в любой момент заставить своего сына, главу клана Стального тигра, признать меня своим правителем.

Миновав почти всю восточную часть стены, мы приблизились к месту соприкосновения с её северной стороной. Когда-то давно, тут была башня. При ближайшем рассмотрении становилось понятно, что отсутствие укрепления не относится недавнему штурму города. Остатки каменной кладки башни тут и там несли на себе следы древности, а порой и вовсе поросли мхом. Подобное просто невозможно на местах относительно недавних разрушений. Значит, прошлые владельцы города исполняли свои обязанности спустя рукава. Не удивлюсь, если сюда в Экпран ни единого раза не приезжала проверка из столицы. Абсолютное наплевательство на собственные земли со стороны императора старой империи.

— Дальше движемся аккуратно и без лишнего шума, северную стену для нас никто не расчищал, — прозвучала короткая команда Париса, что отвечал за командование отрядов во время его движения. — Спуск в город находится слева и справа от северных ворот. Если за последние пару часов никто не менял расписание движения и смены патрулей на стенах, то мы должны успеть проскочить в пересменку. Единственное препятствие на нашем пути, это караул у ворот, а также двое солдат у стреломётов сверху над ними.

По северной стене мы бежали. Причём бежать приходилось аккуратно, предварительно обернув обувь тряпками и прижимаясь как можно ниже к каменному полу. Северная часть Экпрана — это наиболее богатая его часть. Помимо магистрата здесь расположен клановый квартал владельца провинции с его дворцом, а также торговый район, хорошо развитый благодаря постоянному потоку караванов из столицы старой империи, идущих напрямик в Винерий и другие города на южном берегу континента. Помимо этого, в непосредственной близости от дворца хозяина провинции находятся кварталы знати и купцов. И чем дальше на юг, тем беднее становится жизнь людей этого города. Стоит ли удивляться, что именно жители северного района в большей своей части не пострадали во время штурма, пожелав откупиться от нового хозяина провинции. Безусловно в нашу пользу играл комендантский час и строгость нового владельца города в отношении его нарушителей, но лучше заранее побеспокоиться о себе, нежели потом жаловаться на судьбу, там где ты сам мог на неё повлиять в нужную тебе сторону.

Оказавшись вблизи северных ворот Экпрана, мы немного замедлились, необходимо было нейтрализовать двух солдат на стреломётах. Тейпан и мастер Донг проскользнули вперёд нас и укрывшись в тенях направились к двум ничего не подозревающим бойцам. Пара мгновений ожидания и два человека оказываются жертвами профессиональных убийц. Мастерство главы клана ходящих в тени и его помощника на порядок превышает подготовку клановых Чёрной кобры. Не успела и капля крови из перерезанных глоток упасть на стену, а трупов несчастных уже не было видно. Убийцы унесли их с собой в тень, чтобы спустя время выкинуть где-нибудь в подворотне. Теперь, остаётся только оставить немного фальшивых следов распития алкоголя и сменщики ещё некоторое время будут пребывать в заблуждении касательно своих товарищей, что так не опрометчиво оставили пост. Не самая надёжная из идей, но за неимением лучших вариантов, довольствуемся тем на что сподобилась голова.

— До сих пор не понимаю, почему нельзя было просто спуститься в город с восточной стены, — недовольно произнёс Молт, на лице которого отчётливо было написано его отношение к убийцам, бесчестно нападающим на врага со спины.

— По той же причине, по которой вам пришлось взбираться на эту стену следуя определённому маршруту, — ответил я ему. — Я не паук, чтобы мордой вниз по стене лезть и отмечать вам путь.

Этого пояснения оказалось достаточно. Впрочем, капитан и без меня бы всё знал заранее, если бы не его эксперименты с алхимией повышающей эрекцию. Молт, как и многие другие солдаты получил себе в помощницы суккубу, но в отличии от других, он страдал из-за упадка мужских сил. Алхимия помогла ему в этом вопросе, делая все ещё крепкого, но пожилого воина сильным в постели как в былые молодые годы. Из-за этого факта этот болван растерял какую-либо дисциплину и зачастую опаздывал на наши встречи, а то вовсе сбегал с них. Поначалу, я даже радовался за него, закрывая глаза на эти мелочи, но теперь пришло понимание, что поблажки к нему были ошибкой. Теперь этот глупец даже не знает причину почему мы идем тем путём которым идём, и в случае непредвиденных ситуаций, на него нельзя будет положиться. И ведь главное, что всё до смешного просто. Зачастую, помешанные на защите своего города градоначальники настолько сильно покрывают крепостные стены печатями, что единственными слабыми местами в обороне остаются его врата. Даже с обратной стороны стены напичканы ловушками, что заставляет солдат врага не спускаться используя верёвки, а пробиваться по узким и немногочисленным лестницам. Вот и нам, чтобы пройти к лестницам, пришлось устранить двух человек.

Последующий спуск прошёл без проблем. Караул у врат на удивление вёл себя беспечно. Ранний час и усталость стражников сыграли нам на руку. Солдаты лениво играли в кости и отпускали шуточки про своих товарищей по оружию, что были вынуждены сейчас тушить «отстойник». Благодаря тому факту, что ни один из них и не подумал покидать караулку во время несения дежурства, все они остались живы. Мы просто прошли мимо них и скрылись во тьме.

Двигаясь преимущественно переулками, мы быстро смогли добраться до магистрата. Должны были бы идти дольше, но видимо часть патрулей были задействованы в тушении пожара, так что нам не пришлось делать несколько вынужденных остановок. Минуя район богатых жителей Экпрана, что в нынешний час был абсолютно пуст, мы вышли прямиком в одну из главных зданий в городе.

Высокий чиновничий дом выглядел похуже нежели тот что я уже видел в Винерии, однако, это не делало его более плохим. Наоборот, без лишней роскоши и некоторой аляповатости, создавалось впечатление серьёзного заведения, где если и принимают взятки, то делают это не на показ, а полученные деньги отрабатывают до конца. В Винерии же магистрат являет собой концентрат всех пороков города и это отнюдь не добавляет ему очков.

— Казарма стражи с противоположной стороны от нас, — тихо произнёс Парис, стоя в глубокой тени ближайшего к магистрату здания. — Тюрьма Экпрана находится в соседнем здании. Многоуважаемый Тейпан, не могли бы вы разведать для нас путь?

— К сожалению, не могу, — скривился седой мужчина словно от зубной боли. — Мой клан столь часто нанимали для уничтожения неугодных людей, что постройки государственного назначения за последние несколько десятков лет все поголовно обзавелись защитой от техник моего клана. Умельцы не смогли повторить наш успех, но вполне качественно смогли ему противостоять. Если я или мастер Донг проникнем в тенях на территорию магистрата, казарм или тюрьмы, то вся округа узнает об этом.

— Значит, идём не считаясь с риском? — задал вопрос Парис, обращаясь ко мне.

— Нет, — отрицательно покачал я головой. — Юноне вполне по силам разведать наш путь. Так ведь?

— Да, господин, — коротко кивнула девушка стоящая возле меня, после чего за пару мгновений перескочила на другую сторону улицы, чтобы спустя ещё секунду затеряться в тенях колон здания магистрата.

— Ждём, — произнёс я разворачиваясь от улицы в сторону домов. — Уйдём чуть глубже в переулок. Нечего здесь торчать толпой. Темнота наш друг, но она не всесильна.

Время тянулось словно патока. Минута, две, три. Мы стояли в глубине переулка, прилегающего к улице на которой находится магистрат и это всё что мы могли делать. Риск дело благородное, но только лишь тогда, когда дело касается твоей собственной жизни. Прямо сейчас, риск не оправдан. Все это понимали, но от этого никому не было легче. Стоять и ждать кого-то, когда вокруг тебя полно врагов, не самая приятная задачка.

Наконец-то, спустя ещё семь минут, Юнона вернулась. Выглядела она точно так же, как и до того как ушла, за исключением одной маленькой детали. На её лице была царапина. Несколько маленьких капелек крови стекало из тонкого пореза, оставленного кем-то из наших врагов.

— Казармы пусты, кроме нескольких караульных там никого не было, — произнесла девушка, чей взгляд был спокоен и хладнокровен. — Можем выдвигаться. В тюрьме пятеро бойцов. Двое на входе, но они почти спят. Этажом ниже караулка на троих. Эти пьют и играют, иногда отвлекаются чтобы поразвлечься с девочками запертыми в камерах.

— Много пленников видела? — задал я вопрос.

— Десять камер с одной стороны, десять с другой стороны. Сколько человек в камерах я не видела, не стала идти на риск и проходить мимо караулки, — произнесла Юнона. — Есть ещё лестница на этаж ниже, но путь туда прикрывает большая стальная дверь. Звуков оттуда я не слышала.

Коротко кивнув ей, я дал возможность Парису выйти вперед и начать командовать. Я не хотел никому показывать, но меня охватило беспокойство за Ветарсис. В донесениях разведчиков Имира говорилось, что звуки подвывания и рыка тигрицы не прекращались ни на минуту целый день и исходили они со стороны тюрьмы. Не замучили ли эти твари мою наставницу насмерть? Я старательно гнал эти мысли прочь, желая уверить себя в том что она просто спит обессилив от издевательств, но поганые мысли нет-нет, да и пролезали в моё сознание.

Минуя магистрат через его заднюю часть, где был расположен небольшой сад, мы приблизились к казарме. Место уличного караульного было пустым, трупа не было, но вот кровь его осталась. По-видимому, солдат оказался достаточно силён и опытен, чтобы Юнона ошиблась и не смогла застать его врасплох. Но всё же, в короткой схватке победила именно она. Одно плохо, как только кто-то увидит кровь у казармы, нас начнут искать. И если с двумя стражами у северной стены ещё может пройти вариант, при котором их отсутствие спишут на загул, то здесь точно будет поднята тревога.

— Юнона, а куда ты трупы спрятала? — задал я вопрос девушке, не прекращая внимательно изучать место боя.

— Тех кто был внутри, просто прирезала и оставила на месте, а уличного утопила в сортирной яме, — холодно ответила девушка.

Всего одна нанесённая ей царапина, а как сильно изменилась судьба трупа. И ведь она понимает, что потратила по сути время впустую, запихивая тело в дыру сортирной ямы, но глаза её как две льдинки. Совершенно точно она не была раньше столь жестока.

— Двигаемся быстрее, времени мало, скоро начнёт светать, — проследив за направлением моего взгляда, Парис пришёл к аналогичным выводам, что нам скоро грозит поднятие тревоги.

Проскочив мимо казармы, мы уже меньше чем через минуту оказались перед тюрьмой. Дверь в неё была приветливо открыта, ровно как исразу несколько окон, выходящих на эту сторону улицы. Изнутри раздавался полусонный диалог, где один стражник жаловался другому, что на их месте работы невозможно служить по-человечески, ведь что ни день, то духота. Даже открытые настежь окна и дверь им не помогают. Причина по которой в тюрьме было душно и жарко, заключалась в элементе огня, который лежал в абсолютном большинстве защитных печатей этого места. Стражник жаловавшийся на жизнь, очень красочно описал как он поминал всех предков того мастера, который неаккуратно создавал и напитывал печати, так что те фонили стихией и постоянно поднимали внутри здания тюрьмы температуру.

— Ненавижу стихию огня, сущее дерьмо, — ругнулся стражник, вставая со своего места, о чём свидетельствовал скрип отодвигаемой табуретки. — Пойду подышу, а то сил моих больше нет здесь жариться. Вот помяни моё слово, был бы я императором, то всех мастеров огня направил бы в кузницы работать. От них толк только там есть, в остальном они идиоты, применение сил которых только к сожжению дерьма и лежит. Не удивлюсь если это какой-то дегенерат-огневик пожар устроил у западной стены, а всему честному народу теперь тушить его надо.

Не успел стражник полностью выйти на крыльцо, как Тейпан и Парис в четыре руки схватили его и плотно зажав рот свернули ему шею. Оба обладателя стихии огня выглядели более чем злыми. Удивителен тот факт, что их обоих в равной степени задели слова солдата и то, что они оба решили его прикончить лично, хотя первым у двери до этого инцидента стоял Донг и он сам мог бы справиться с устранением стражника. Собственно, напарника болтливого неудачника прикончил именно он, проскользнув в приоткрытую дверь каморки где сидели оба солдата.

— Упырь вонючий, — зло произнёс Парис, сплюнув мёртвому неудачнику слюну прямо на лоб.

Плевок, напитанный элементом огня упал на кожу мертвеца и зашипел, словно это была не слюна, а самая настоящая кислота. Только вот кислотой это не было, резкое повышение температуры, только и всего. Слюна сначала вскипятилась на лбу у трупа, а затем попросту испарилась, оставив после себя неплохой ожог. Будь болтливый дурак жив, ему бы точно такой подарок от владельца стихии огня не понравился.

— Успокоился? — задал я вопрос Парису, глядя как Донг прячет тело с ожогом в свою тень.

— Да, — кивнул Парис.

— Тогда если успокоился, будь добр, хватит дурью маяться. Вызывай к нам проводников, нужно отпустить Вэйсен и её охрану, — произнёс я и повернулся к девушке, что с момента как мы оказались в пределах стен города, не проронила и слова. — Ты как, нормально? Всё ещё готова?

— Да, в норме, — коротко бросила она и поёжилась. — Просто ощущение неприятное, как в детстве, когда он знал о моих проказах и наблюдал со стороны, дожидаясь результата.

— Думаю ты права, он в курсе о том что мы в городе и что пожар наших рук дело, — произнёс я серьезно. — Однако, не забывай что сегодня мы охотники, а он жертва. Не наоборот. Не позволяй волнению вытеснять здравые мысли.

Девушка ничего не ответила, но кивнула в ответ. Для меня этого вполне достаточно.

— Береги её. Без неё прольётся слишком много крови, — произнёс я, кладя руку Юноне на плечо.

Эгло, наследница уничтоженного клана взглянула на меня и улыбнулась. Она как и Вэйсен ничего не стала отвечать, но теперь, её глаза не походили на два кусочка льда. Она аккуратно потянулась и поцеловала меня в щёку, чем вызвала у трёх суккуб отряда приступ ужимок и перешёптываний, а меня самого оставив в смущении.

Пока я приходил в себя, все змеи моего отряда исчезли в темноте. Отныне, наш штурмовой отряд больше не будет таиться, наоборот, мы будем местом притяжения внимания, в то время как змейки будут следовать в нашей тени. Тейпан, Донг, Юнона и Фили будут следовать за нами охраняя Вэйсен и не привлекая к себе внимание, а мы постараемся пробиться к Ангиру. И только когда глава клана Чёрной кобры окажется ослаблен и уязвим, его дочь нанесёт последний удар.

Глава 20

Внутри тюрьмы и правда оказалось жарковато. Не так как описывал стражник, но и нормальной температурой это назвать было невозможно. Внимательно присмотревшись к стенам, полу и потолку, я почти сразу понял причину по которой здесь была такая температура. Мастер создававший защиту и ловушки для тюрьмы желал заложить в свои творения большой объем силы, но совершенно не понимал как это сделать. Его можно было похвалить лишь за старания, ведь несмотря на явное отсутствие знаний, он экспериментировал и добился желаемого, пусть и получив дополнительно при этом явный дефект своих печатей.

— Парис, ты сегодня плотно позавтракал? — двигаясь по коридору тюрьмы, задал я вопрос нашему штатному Ифриту.

— Скоро придётся хорошенько подраться, так что никакой завтрак не помеха дополнительному приёму пищи. Люблю погорячее и поострее, — понял мою задумку Парис и принялся осушать окружающие нас печати.

Одна, две, а вот уже и три печати в секунду. Скорость с которой Парис поглощал сокрытую в камне энергию поражала. Всего за каких-то жалких полторы минуты, вся тюрьма стала полностью безопасна. Теперь тут хоть кувалдой по каждому кирпичику долби, всё одно ничего не произойдёт. И ведь ему даже не пришлось особо напрягаться и концентрироваться, оставаясь на одном месте. Разве что его тело изменилось. Человеческие клетки не были способны пережить такую массу силы огня, отчего Парису пришлось перетечь в форму Ифрита.

— Теперь вас не спрячешь. Вы как живой факел, — хохотнул лейтенант, что как и я с Парисом, имел свою форму элементаля, только относящуюся к стихии Земли.

— Тэр, ты бы молчал, — шикнул на молодого парня Молт. — Командующий хотя бы на грязевой член не похож в своей форме.

Три суккубы, что стояли следовали за нами, от этой фразы все втроем синхронно прыснули, а затем начали тихо перешёптываться и хихикать. Да что говорить, я и сам улыбнулся. Дело в том, что когда мне понадобилось уничтожить и сровнять с песком целый город, то мне пришлось выбирать среди гвардейцев, обладающих сердцем стихии земли, наиболее подходящего кандидата для возвышения на восьмую ступень. Тэр был лучшим среди всех. Это он был автором скульптур в негласной столице нашей империи, и он же лучше всех разбирался в том как работает его стихия, что в перспективе давало ему возможность возвыситься до невероятных высот. Это ещё не упоминая того факта, что он к двадцати одному году был обладателем седьмой ступени, но также был лишён клановой поддержки на своём пути. Уникальный парень. Естественно что мой выбор пал на него. Переход на ступень прошёл успешно и при этом присутствовало не мало народу. Помимо меня самого, Париса, Аспита и других офицеров, были ещё и многие суккубы, включая тех что сейчас с нами. И к сожалению, но первая трансформация в элементаля опозорила Тэра. Он с непривычки создал тело не из песка, не из камня, да даже не из земли, а из грязи. И у всех на глазах, только что возвысившийся воин стал похож на здоровый грязевой член. Глупая нелепость, но парень до сих пор обижается на тех кто вспоминает минуты его позора.

— Тэр, не надо, — произнёс я спокойно, предчувствуя что вот-вот парень ударит по стене ладонью и на темечко капитана Молта упадёт увесистый кирпич. — Ты уже доказал всем что силён и тот случай не больше чем глупое недоразумение. Если бы это было не так, то тебя бы здесь не было. А теперь все, закрыли рты и вперёд. Караул оглушить, нужно сначала допросить их, может быть что-то полезное узнаем. Пленников освободить. Оружие из оружейной раздать и всех их на улицу. Вперёд.

Молт и Тэр переглянулись друг с другом, но дальше этих взглядов перепалка не пошла. Поманив своих суккуб, оба направились дальше по коридору, откуда нет-нет, да долетали до нас пьяные фразы стражников.

— Сколько у нас времени? — задал я вопрос, обращаясь к оставшемуся на месте Парису.

— Если я вдруг не разучился получать тактильные сигналы артефакта, то минут девять, — ответил Ифрит, касаясь кулона на шее, что не только не горел в огне исходящем от тела островитянина, но при этом ещё и оставался холодным. — Имир направил к нам двоих. Все остальные следуют плану.

Девять минут. Хорошо, этого более чем достаточно для наших целей. Двинувшись дальше по коридору, я направлял свои стопы туда, где должна была содержаться Ветарсис. Шаг, ещё шаг. Мой взгляд был сосредоточен лишь на тёмном провале лестницы, ведущей на этаж ниже. Даже когда справа от меня караульная комната разом лишилась стены, я и ухом не повёл. Нужно проверить на месте ли Ветарсис и если да, то постараться оказать ей помощь.

— Какого хера тут шум такой?! — прямо у меня перед носом выскочил мужик в добротной кожаной куртке и с дубинкой в руке.

За мгновение до того как я ударом ноги столкнул его обратно по лестнице, я заметил что у него развязаны штаны и на них виднеются несколько свежих пятен. Ступив на лестницу, я бегом спустился вслед за стражником, что своим лицом пересчитал все каменные ступени вплоть до самой последней, заканчивающейся небольшой площадкой перед крепкой стальной дверью.

— …ах-ха… — хрипел и сипел мужик, у которого всё лицо было залито кровью, а из правой руки чуть выше локтя торчала кость. — Урод… тварь… падаль…

Остановившись перед ним, я присел на колени и посмотрел в его лицо. Ничем не примечательный мужик. Небритый, нос картошкой, а теперь ещё и сломанный, глаза блестят, что подсказывает о его нетрезвом состоянии также хорошо, как и духан идущий из его пасти. А ещё, почему-то от него резко завоняло мочой, хотя штаны вроде как у него сухие.

— Зачем спускался сюда? — задал я ему вопрос, стараясь поймать его взгляд в свете трепещущего пламени факела на стене.

— Пошёл ты…

— Нет, никуда я не пойду, — тепло улыбнулся я стражнику и схватил его за короткие волосы, заставив тем самым засипеть ещё сильнее и при этом смотреть мне прямо в глаза. — Слушай и вникай. Мне плевать на тебя. Ты мне ничего не делал, просто оказался не в том месте и не в то время. Ответишь на мои вопросы, я может сохраню тебе жизнь. Даже кость так и быть поставлю как надо. Не ответишь, я сделаю так, что тебе будет гораздо хуже чем сейчас. Так что, готов ответить на мой вопрос?

Глаза мужика несмотря на его нетрезвость всё-таки оставались довольно ясными и даже рандеву по ступенькам не сильно сказалось на его сознании. Он умышленно молчит, может быть думает, что его товарищи придут к нему на помощь?

— Друзья не придут, — произнёс я тихо, одновременно с этим превращая свою правую руку в лапу Райдзю. — Две секунды на раздумья. Отвечаешь или тебе глотку разорвать?

— Отвечу… — попытался он кивнуть, но я его волосы не отпускал, так что он зашипел от боли ещё сильнее. — Пусти, скажу я.

— Быстрее, — аккуратно отпустил я его криво подстриженную шевелюру. — Вопрос напомнить?

— Не надо……- тяжело дыша произнёс он. — Я спускался сюда поссать. Не чувствуешь разве? Прилетел прямо туда куда нассал… вся спина мокрая.

— Чем же тебе обычный сортир не угодил, что ты сюда спустился? — задал я ещё один вопрос.

— Это одиночная камера, — зло зыркнул он на стальную дверь, что по массивности ничем не уступает сейфовым дверям. — Градоначальник Ангир содержал здесь одну бешеную тигрицу, а когда приказа её перевести во дворец, она умудрилась освободить одну из лап и прикончила трёх стражников. На двух из них мне плевать, умерли они и ладно, но третий был мой младший брат. И я ничего не могу сделать для него, чтобы его дух был отмщён.

— И ты от горя напился в компании своих товарищей и решил обоссать дверь одиночки, — удручённо покачал я головой. — Вот ведь ты идиот.

Стражник хотел было мне что-то ответить, но я слегка ударил его по темечку и тот отключился прежде чем успел открыть рот. Встав на ноги, я подошёл к двери одиночной камеры и отодвинул задвижку, благодаря которой можно было заглянуть вовнутрь. Как и сказал мой новый знакомый, внутри действительно было пусто, разве что изредка поблескивали стальные шерстинки, оставленные Ветарсис на полу одиночки.

— Значит, решил поиграть в свою игру, — произнёс я медленно разворачиваясь в сторону лестницы. — Посмотрим кто из нас сыграет лучше. Это будет интересная партия.

Перед тем как подняться, я бросил взгляд на мужчину, оставшегося лежать на полу без сознания. Хотел было пройти мимо и оставить его лежать так одного, но всё же задержался. Всего на пару мгновений. Поставил его кость на место и дал импульс самовосстановления для организма стража. Он ничем не виноват. Обычный человек. Другие могут быть чуть лучше или чуть хуже, но все вокруг нас люди. Пусть кого-то из стражников мы убили, но этот может выжить. Он дал полезную информацию. Может быть, если бы я окатил его взглядом покровителя, моё мнение о нём существенно изменилось, но на его счастье, я экономлю первородную энергию. Пусть живёт.

— И всё же, какой же ты гадкий, — произнёс я перед тем как уйти. — Взял стену и дверь обоссал. Мерзость.

Наверх я поднялся в приподнятом настроении. Если Ангир забрал Ветарсис во дворец, значит, она ему нужна. Либо как приманка, либо как ценный заложник, а возможно и то, и другое. Не думаю что он просто решил её самолично прикончить. Радует ещё и тот факт, что во время переезда, Ветарсис умудрилась вырваться из оков и пусть немногим, но навредила Чёрным кобрам. Она жива, она всё ещё сопротивляется, а значит, есть все шансы что она поможет нам в битве.

— Господин, — отвлёк меня от размышлений обеспокоенный голос Тэра.

— Что? — поднял я на него взгляд, переступив последнюю ступеньку и оказавшись на этаже с заключёнными.

— Есть проблема, — произнёс лейтенант кивая в сторону камер. — Эти пленники, все поголовно бесполезны.

— Что ты имеешь ввиду? — задал я вопрос.

— Все двадцать клеток набиты калеками, — ответил Тэр. — В камерах нет ни одного человека, кто бы мог взять оружие в руки. Большинству отрубили кисти, кому-то сразу половину руки. Меньше тех кто без одной или двух ног.

— Вот как, — хмуро произнёс я. — Сколько всего человек в камерах?

— Чуть больше сотни, — подошёл к нам Молт. — Если быть точным, то девяносто восемь мужчин и девять женщин.

Сто семь человек. Отличное усиление для моей армии, если ненадолго забыть что у каждого из них есть свой клан и преданность к старой империи. Бесспорно, если бы я мог вылечить их всех, то эта сотня человек устроила бы в городе такой дебош, что наша процессия могла бы войти во дворец Ангира идя даже на руках. Только вот у меня нет ни времени, ни сил на то чтобы лечить этих людей.

— Отличный ход, Ангир, — мысленно отсалютовал я главе Чёрных кобр и его дальновидности.

— Что будем делать? — задал вопрос подошедший к нам Парис.

— То что и планировали. Убьём Ангира, — ответил я ему как ни в чём не бывало. — Разве то что у пленников не достаёт частей тела нас должно волновать?

Быстро двинувшись вперёд, я подошёл к тюремным камерам. Несмотря на то что двери решёток были открыты, никто из заключённых пока что не спешил выходить. И это было объяснимо. Сотня невооружённых калек, даже если все вместе навалятся на неизвестных им мастеров, проиграют. Обычно, ветераны лучше других усваивают правило, сначала смотри на ступень противника, и только затем задирай его. Среди всех нас, наименьшая ступень была у Молта, а у него ведь она равняется цифре семь. Для многих пленных вояк седьмая ступень это предел мечтаний, но ведь на этом всё не заканчивается. Сегодня мог быть первый раз в жизни, когда они видят мастера восьмой ступени, не говоря уже о трёх и в одном месте. Ещё и Парис горит огнём, пугая народ. Вот они и сидят тихо, как картофельная моль. Кто-то даже тихо скребёт по миске и рубает вчерашнюю картоху.

— Господа, — привлёк я всеобщее внимание материализовав в руке нагинату и стукнув её лезвием по решётке. — У меня для вас отличное предложение есть, готовы выслушать?

Ответом на мои слова была тишина, разве что тот кто скрёб ложкой по миске перестал жрать.

— Ну же, чего молчим? Самому смелому бонус полагается, — произнёс я чуть громче.

Если честно, мне уже надоело терять время. По всему периметру города сейчас происходят диверсии, подготовленные моими бойцами для отвлечения внимания солдат нашего врага. Мне кровь из носу нужно сделать что-то, что ещё больше рассредоточит наших противников по разным частям города. Это как минимум убережёт их от встречи с нашей делегацией и как следствие, многим из них сохранит жизни. По этой причине, я постепенно начинаю терять терпение. Если никто не со мной не заговорит и не пойдёт на контакт, можно и силой всех погнать на улицу.

Прошёл целый десяток секунд, а на мои слова так никто и не отреагировал. Стадо трусов. Придётся силой всех вышвырнуть из камер. Я хотел было уже приказать Тэру и остальным начать принудительное высвобождение из оков, но неожиданно случилось чудо. Из последней камеры ко мне вышел человек. Первый смельчак.

— О каком бонусе речь? — прогудела гора мышц, лишённая двух кистей разом.

Мужчина, вышедший в коридор, был размером с сам коридор. Если забыть о виденных мной некоторых особо здоровых Ёкай, то это был самое крупное разумное существо которое я только видел на своём веку. В нём навскидку килограмм триста веса и к тому же три с лишним метра роста. Если бы я знал что в этом мире водятся горные тролли, то подумал бы что мать этого мужика согрешила с одним из представителей этой расы. Единственный дефект этого здоровяка крылся в его кистях или точнее сказать в их отсутствии. Отрубленные кем-то ладони, висели у мужика на шее, перевязанные веревкой. И этот факт стал для меня настоящим подарком. Одно дело вырастить новые конечности, а совсем другое прирастить старые, пусть даже рана уже подсохла и мягкие ткани омертвели.

— Пойди и узнаешь, — махнул я ему ладонью. — Только глупости никакие не делай.

— Глупости, скажешь тоже, — хохотнула эта гора. — От тебя такой опасностью несёт, что только идиот решит проявлять агрессию.

— Не умничай, — произнёс я и протянул руку к веревке с привязанными к ней ладонями. — Давай сюда.

— Эй, зачем они тебе, — отпрянул разом на полметра воин.

— Давай так, — расстегнул я рубаху и скинул её таким образом, чтобы она осталась заправленной в штаны, но не прикрывала мой торс и покрывающую его татуировку. — За смелость подарок тебе сделаю и свободен.

Дружный вздох со всех сторон подсказал мне что я на верном пути. В людской памяти ещё не полностью атрофировались воспоминания о династии великих врачевателей. Теперь осталось показать всем что рассказы о былом величии драконов не легенды и можно считать что все калеки у меня на крючке.

— Я пришью тебе твои старые ручки, и ты снова сможешь задать своим врагам добрую взбучку, — произнёс я на распев, скривившись в конце. — Рифма оставляет желать лучшего. Недопоэт и переайболит. Давай уже сюда свои культяпки и побыстрее!

Сконцентрировавшись на деле, я всего за пару минут сделал так, что гигант и обладатель шестой ступени со стихией земли смог двигать своими ладонями. Из-за спешки в некоторых местах у него немного не так соединились мягкие ткани, так что при больших нагрузках рана будет напоминать о себе, но это даже хорошо. Будет помнить о том что когда-то ему отрубили ладони и я их ему вернул. Теперь, дать ему в руки молот и от его врагов будут оставаться только мокрые пятна.

— Наслаждайся, — как ни в чём не бывало хлопнул я ошалевшего вояку по плечу. — А теперь для всех. Ангир, глава клана Чёрной кобры мой враг, сегодня день его смерти. Я хочу чтобы вы помогли мне. Выходите из камер, заходите в оружейную, берите оружие с каким сможете управиться и бейте его людей!

— Как мы будем драться, если у нас не хватает конечностей?! — выкрикнул кто-то из ближней к нам камеры.

— Да мне плевать. Кто сегодня выживет, получит себе новые руки, ноги и даже при нужде сердце! — громко выкрикнул я условия сделки. — А те кто останется в камере, не обижайтесь, но вы умрёте. А теперь, ваш выбор?!

Несколько секунд стояла оглушительная тишина. Люди обдумывали то что им пришлось услышать. Для слабых людей, это был бы ультиматум, ведь по сути это он и есть, но в отличии от слабых людей, опытные воины видят в этом предложении возможность. Никто кроме врачевателей не может восстанавливать конечности. Если они выживут, то смогут вновь вернуться к привычной жизни, а нет, так им и жить-то не хотелось после того как их лишили рук и ног. Для многих эта мысль стала определяющей и народ пошёл на выход из камер.

— Если позволишь, — неожиданно прогудел гигант, в то время как люди только начали шевелиться и выходить из-за решёток.

Бросив взгляд на эту гору мышц, я с интересом наблюдал за тем что он делает. Этот гигант, зачем-то развернулся к ближайшей к нам решётке, после чего с лёгкостью отодвинул на всю ширину прохода проржавевшую сталь, а затем смело шагнул внутрь. Ещё мгновение люди внутри не понимали что происходит, после чего гигант вдруг схватил одного малозаметного мужчину и с легкостью свернул тому шею.

— Его к нам подсадили ещё по пути в Экпран, — бросил здоровяк труп мне прямо под ноги. — Всё выспрашивал у людей то о чём не должен был интересоваться. К тому же, у него не доставало всего три пальца на правой руке и сама рана уже очень старая. Вот, возьми, может тебе пригодится.

Протянутый мне артефакт связи уже был неактивен, но от него слегка фонило энергией, что могло означать только одно. Всё что было нужно, Ангир уже узнал. Как я и подозревал, мой противник проявляет не малую предосторожность.

— Жаль раньше этого нельзя было сделать, — хмуро произнёс я. — Веди всех в оружейную. Кому не хватит тюремного оружия и брони, рядом казармы. Внутри не должно никого быть, сможете там раздобыть ещё что-нибудь полезное.

— Спасибо, — кивнул мне здоровяк, после чего зычным голосом начал раздавать указания.

На удивление, среди других пленников нашлось сразу пятеро соратников этого неординарного бойца. Судя по их общей комплекции, они все были представителями клана быка. Какого именно не важно. Главное другое, они смогли взять эту толпу пленников под контроль и направить их эмоции в нужное русло. Всего каких-то пять минут и тюрьма опустела. Теперь жизни этих людей не пропадут даром, каждый из них получил возможность отстоять свою честь и вернуть себе былое тело. Пусть это и слегка нечестно по отношению к ним, но меня это не волнует, не я их лишал частей тела и не я посадил под замок. Наоборот, это моя цена за свои услуги. Оплатят и выживут, отлично, получат полный комплект рук и ног, а в довесок и возможность поддержать новую империю.

— Нас ждали, — произнёс я стоя на крыльце тюрьмы, глядя как вояки старой империи грабят оружейную в казармах стражи Экпрана. — Не думаю что Ангир знал когда мы появимся, но он позаботился о том чтобы отобрать у нас фактор неожиданности. Кстати, где наши провожатые? Почему они задерживаются?

— Я пока что и сам понять не могу, — ответил Парис, чьи руки неотрывно держали кулон артефакта связи. — Связь прерывается, словно тот кто держит второй кулон постоянно его отпускает и никак не может передать сообщение целиком. Улавливаю только обрывочные фразы.

— И что там? — подался вперёд Тэр, которому наше промедление больше других стояло костью в горле.

— Преследуют…звери…стая, — произнёс Парис.

— Чёрт, — выругался я. — У кого кулон? Имя знаешь?

— Это Байха, — ответил островитянин.

В этот момент, западнее нас прозвучал протяжный, пробирающий до костей вой. Секунда, вторая и вот уже не меньше шести глоток воют в разных частях города. Орк нашёл свою добычу и на этот раз он не планирует её отпускать. Охота за эльфийкой перешла в активную стадию. И как назло, именно она и Байха должны были выступать нашими проводниками.

— Парис, дай мне кулон, — протянул я руку, забирая артефакт у Ифрита. — Наш план полетел к чертям. Будь добр, устрой ему прощальный фейерверк. Направляйтесь прямиком ко дворцу, а я постараюсь помочь нашим горе-любовникам отбиться от орка. Как закончу, присоединюсь к вам. Постарайтесь раньше срока не встретиться с Ангиром.

Глава 21

Приняв форму Райдзю, я разбежался и с силой оттолкнувшись от земли, прыгнул на ближайшее ко мне здание, имевшее высоту больше трёх этажей. Наплевав на обеспокоенные крики владельцев особняка, я карабкался по стене, стараясь оказаться повыше, дабы иметь возможность осмотреться. Можно было бы превратиться в Рух и просто взлететь, но учитывая тот факт что мы устроили не полноценный штурм города, а всего лишь проникновение, то на стенах города полно наших врагов. Получить десяток стрел из осадных стреломётов не самая лучшая перспектива. В рассветных лучах солнца по мне стрелять будет одно удовольствие, а те защитные техники что я выучил, однозначно не подойдут под исполинские размеры Рух. Одним словом — идея дерьмо, карабкаемся дальше.

— Где же вы, голубки? — произнёс я, чувствуя как кулон одетый на мою шею пульсирует малыми всплесками чакры.

Спустя минуту, где-то левее меня раздался грохот, начисто перекрывший любые звуки в городе. Кажется, Парис таки наконец встретился с солдатами Ангира. Безусловно жаль этих бедолаг, но по-другому никак. Проводники наши потерялись, другие попросту не дойдут до нас в начинающейся суматохе, а добираться до дворца как-то надо. Кто бы что ни думал, но даже если бы мы все таились до последнего, это ничего бы нам не дало. Одно дело когда группу ведёт спец и заранее обходит противников потому что он знает где враг и какого пути тот придерживается, и совсем другое идти наобум, рассчитывая что тебя никто не заметит. Убийцы, шпионы и разведчики этого мира даже меня смогут какое-то время за нос поводить, ведь это их хлеб. И к тому же, мы изначально планировали устроить большой дебош, привлекая к себе внимание, чтобы группу Вэйсен упустили из виду. Всего-то пришлось начать шуметь чуть раньше срока, ничего страшного. По большому счёту, я бы даже мог наплевать на орка, гоняющегося за эльфийкой и Байхой, чтобы двигаться вместе со своей группой. Только вот я уверен что без прямого вмешательства Ангира, с моими парнями ничего не будет, тогда как два непутёвых разведчика могут легко погибнуть.

— Да где вас варги носят?! — рявкнул я от досады, спустя целую минуту безуспешных попыток понять направление движение неудавшихся проводников посредством артефакта связи.

Словно услышав мой крик, где-то впереди и справа раздался торжествующий вой зверя. Не став дожидаться другой подсказки, я сорвался с высоты двенадцати метров и приземлившись на четыре лапы, рванул прямо по улицам. Скорость я набрал сумасшедшую, так что пару раз встретившись с солдатами Ангира, я даже не стал их трогать, ведь они не успевали среагировать на моё появление. И как следствие, моя спешка оказалась вознаграждена.

Вылетев на довольно узкую улицу между двумя богатыми домами, я столкнулся нос к носу со спрыгнувшим с крыши варгом. Не долго размышляя о судьбе ищейки орка, я с ходу попытался вонзить в его шею кистень, но тварь оказалась на удивление вёрткой и умной. Существо отскочило в сторону и тут же попятилось, стараясь разорвать между нами дистанцию, одновременно с тем приблизившись к другой особи, что и издавала торжествующий вой. Чуть дальше по улице, примерно в шести метрах позади моего противника, на земле лежал Байха. Парень был жив и даже активно двигался, но он не отползал в сторону, не пытался встать и убежать, он защищал своим телом эльфийку, что лежала изломанной куклой рядом с ним и совершенно не реагировала на окружающий её мир. Варг же, что так удачно подловил убегающую добычу, недовольно скалился, но добивать парочку не спешил. Вместо этого он полоснул когтями по ноге Байхе и без опасений развернулся на месте, готовясь встречать нового противника плечом к плечу со своим собратом.

— До чего умные твари, — произнёс я себе под нос.

Вместо ответа, позади меня послышалось торжествующее рычание. Другие члены стаи добрались до загнанной жертвы чуть позже, но тем лучше оказалось их положение. Я был окружён. Спереди двое, позади трое и один, самый крупный притаился на крыше, стараясь улучить момент и прикончить меня одним ударом. Единственного кого из всей этой шайки я не чувствовал поблизости, был орк. Его в округе попросту не было, но мне и его стаи варгов предостаточно. Безусловно, будь я простым зверем, тут бы моя жизнь и прервалась бы, но даже столь умные варги не смогут меня убить. Если я хочу сражаться с Ангиром, то эти тварюшки не должны меня волновать.

Вместо того чтобы покорно ждать атаки врага, я щедро зачерпнул энергию своей стихии из сердца и ударил во все стороны молниями. Противник не ожидал от одиночки ничего подобного, поэтому получив так необходимый мне эффект неожиданности, я рванул вперёд. Благодаря приверженности к стихии молнии, моё субъективное восприятие происходящего сильно замедлилось. Разум успевал обрабатывать всё происходящее вокруг меня. И сейчас он активно сигнализировал мне, что одного врага я убью, тот уже вот-вот окажется нанизан на мой кистень, но уже спустя долю секунды, стоящий возле него второй самец варга вцепится мне в лапу в самоубийственной атаке. Звери из другого мира, были поразительно умны, ещё секунды назад я видел в своей атаке шанс выйти из боя без какого-либо урона для себя, но спустя мгновения, оказалось, что этого просто не избежать. Второй зверь понимает что он идёт на смерть, я вижу это в его глазах, но тем не менее он согласен на это, ведь уже спустя несколько мгновений мне на шею должен будет приземлиться их вожак.

Боль от вонзившихся в мою лапу клыков варга я почти не чувствую, слишком она незначительна, на фоне той опасности, что нависла надо мной.

На крыше таилась самка, а не самец варгов. Это существо, превышает по размерам своих самцов в полтора раза! И она падает на меня в стремительной атаке, а я не могу толком ничего сделать. Её челюсти уже вот-вот сомкнуться на моей шее, а её тело ударит меня по хребту. И единственное чего я добился, это смерти одного члена стаи. Для экономии времени на принятие решения, я даже не стал добивать вторую особь!

«Надеюсь ты обломишь свои клыки», — мысленно выругался я и активировал заранее подготовленную печать укрепления брони.

Вместо элемента одежда, я направил действие печати на собственную шкуру, поскольку тело Райдзю не являлось по сути настоящим. С кожей человека такое бы не прошло, как и с чешуёй дракона, а здесь, будем надеяться заложенной в печать чакры хватит на то чтобы шкура осталась невредимой.

Уже когда челюсть самки варга начала смыкаться на моей шее, я дёрнулся всем телом и испустил из своего тела ещё одну порцию молний, что так удачно все до единой ударили в мою противницу. К сожалению, пусть ей мой удар и показался крайне болезненным, но намерения она свои менять не стала. Спустя доли мгновения, я почувствовал как лопается моя шкура, словно она не была укреплена печатью, а оказалась коркой переспелого арбуза. Боль непроницаемым ковром закрыла мне взор, а следом за этим, по созданному из чакры телу прошла волна слабости. Зубы самки варга в отличии от зубов самца, оказались отравлены. И единственным выходом для меня в текущей ситуации была максимально скорая смена тела. Если продолжать медлить, другие особи полностью меня окружат и лишат какого-либо пространства для манёвров.

Было неприятно отказываться от мощного тела Райдзю в столь нетривиальной схватке, но с каждым мигом от него становилось больше неприятностей чем пользы.

«Моя очередь проверять прочность твоей шкуры», — промелькнула злая мысль в моей голове, когда вместе с развоплощением тела Райдзю, я одновременно призвал в свои руки нагинату и её остриё направил в грудь своей противницы.

Чавкающий звук погружающегося в плоть лезвия послужил усладой для моих ушей. Я с улыбкой на лице смотрел как нагината пропорола грудину зверя и вонзилась во что-то особо мягкое.

— Кап-кап! — мне на лицо упали бордовые, горячие капли крови.

Я ожидал того что раненный зверь взвоет, начнёт скрести лапами, может быть попытается извернуться и укусить меня, но этого не произошло. На меня просто вдруг хлынул горячий поток крови, а сама самка почти сразу ослабла и грузным мешком упала на меня, чуть не придавив к земле. В самый последний момент я успел откатиться в сторону и перепризвать своё оружие, чтобы встретить остатки стаи, но к своему удивлению, я увидел лишь оскаленные пасти пятящихся назад варгов. Звери уходили, оставляя тело мёртвой предводительницы победителю.

— Вот ведь дерьмо, — сплюнул я сгусток крови варга, что так неудачно попал мне в рот. — Докатились. Стая зверей, опаснее чем люди.

Развернувшись на месте, я утёр лицо от звериной крови краем рубахи и пошёл в сторону тех, из-за кого мне пришлось потратить часть своих сил ещё до главного боя этого дня.

— Ну что, счастлив что встретил свою любовь? — задал я вопрос Байхе, что совсем не обратил на меня внимания и пытался как-то привести в чувство эльфийку. — Дай ногу посмотрю.

Рана на бедре парня выглядела ужасно. По сути, у него была перебита бедренная артерия, и он оставался жив лишь по той причине, что мой бой длился не больше половины минуты. Ещё минута, максимум полторы и он был бы уже не жилец.

— Сначала её, прошу, спаси её, — стоило мне коснуться его ноги, как этот безумец заметил моё присутствие и ухватил меня за воротник, чтобы тряхнуть так, словно он борец сверхтяжёлой весовой категории, а не молодой худой парень с перебитой артерией.

— Нет, сначала тебя, — руки парня на удивление быстро потеряли остатки силы и упали вниз, даже без моего участия. — Ты умрёшь через минуту, а она умрёт… через пятнадцать. Её тело куда как крепче чем твоё.

Это была абсолютная правда. Несмотря на то что я хотел помочь в первую очередь парню, я не стал глупить и проверил заодно и эльфийку. Внутри её органов была полнейшая каша, что свидетельствовало о падении с высоты и большом дробящем уроне по всему телу. И всё же, она относительна стабильна, в отличии от пацана.

На то чтобы закрыть рану Байхи, у меня ушло порядка пятнадцати секунд. Плёвое дело. Ещё двадцать я потратил чтобы вернуть целостность его рёбрам и сломанным в некоторых местах ногам. Не знаю уж как он упал, но явно куда лучше чем его подруга, иначе он бы умер. А вот над ранами эльфийки пришлось постараться. Я даже воспользовался первородной энергией, поскольку всего раз до этого видел строение её органов. Чтобы не напутать ничего и не поставить один орган на место другого, пришлось использовать золотую энергию в качестве анатомического атласа. Она очерчивала те места куда мне нужно было направлять поток силы, после чего не давала органам сползать куда не следует. Получился этакий хирургический ассистент, правда по очень большой цене.

— Очнулись, потянулись, а теперь, вставайте и идём, — поманил я Байху и его подругу, только что пришедшую в себя за собой. — Стая ещё жива, не вся, но большая часть. Орка я не видел, так что одних я вас не оставлю.

— Самка мертва, а самцы ушли, — используя свой поющий язык произнесла эльфийка, после того как огляделась. — Она успела родить новую предводительницу стаи, иначе самцы бились бы до смерти. Орк оберегает маленькую самку. Пока той не исполнится три месяца, он будет подле неё, это залог её верности хозяину.

— Пусть так, мне на это сейчас плевать, — ответил я ей.

— Что она сказала? — задал вопрос Байха, что в отличии от меня абсолютно ничего не понял.

— Сказала, что ты красивый, — хлопнул я парня по плечу. — Шевелите ногами, нам ещё кое-кого надо прикончить сегодня. И так из-за вас выбились из графика.

— Он не красивый, — произнесла эльфийка, хотя и говорила она беззлобно, даже с толикой сожаления. — Люди не красивые, но этот очень приятный и от него пахнет родными звёздами.

— Ага, так ещё и жизнь твою защитил ценой собственных ран, — произнёс я не поворачивая головы. — Байха, хватит хромать, у тебя нога целая, я её полностью восстановил.

— Знаю, просто болезненные ощущения никуда не пропали, — поморщился юноша.

— Чёрт с тобой, залезай, — сменил я человеческий облик на тело зверя. — Так будет быстрее. А ты, будь добра, проведи нас самым коротким маршрутом ко дворцу правителя города. Я из-за вас на главную встречу года опаздываю.

— Хорошо, — кивнула она и вскочила на меня, словно на коня, дав возможность сидящему чуть позади Байхе обнять себя. — На крышу!

«Вот ведь девка…»., — выругался я про себя, но возражать не стал и за считанные секунды вскарабкался по стене на крышу ближайшего дома.

Перепрыгивая с крыши на крышу, мы постепенно приближались ко дворцу градоначальника Экпрана. В то время как мы двигались, по всему городу происходил настоящий кошмар, где-то что-то горело, периодически до нас доносились отдалённые звуки схваток и бряцанье метала, но всё это меркло по сравнению со всё больше нарастающим шумом боя Париса и других офицеров моей армии, что вплотную приблизились ко дворцу. Как и предполагалось, стража города и солдаты клана чёрной кобры оказались сильно рассредоточены по разным районам, так что мои бойцы относительно легко пробились ко дворцу, но чем больше времени они продолжают ожидать меня, тем всё больше противников стягиваются к ним со всех сторон.

— Тридцать человек под нами справа по улице, — произнесла мне прямо в ухо эльфийка, и я тут же скорректировал курс.

Ориентируясь на свой слух, чутьё энергии и звериное зрение, я нёсся по крышам как безумный. Это помогало мне не столкнуться с препятствиями и не наскочить на сокрытую печать, на крышах домов богачей. Эльфийка же экономила нам время, уводя нас в стороны от крупных отрядов, что могли нас задержать. Подобный тандем свёл на нет любое промедление и позволил нагнать отпущенный мной вперёд отряд офицеров. Единственной проблемой в нашем воссоединении стало то что их окружили.

Площадь перед дворцом градоначальника была обезображена. Там где совсем недавно лежала ровная плитка и росли редки цветущие деревья, сейчас шёл ожесточённый бой и валялось по меньшей мере сотня человеческих трупов. Причём для тех кто знал обстоятельства ситуации в Экпране, выглядел этот бой до ужаса нелепым. Группа сильных мастеров заняла позицию на ступенях ведущих во дворец и отбивалась от всё пребывающих солдат противника, даже не помышляя идти выше. Из дворца же помощи солдатам никакой не поступало. Со стороны это выглядело так, словно избиение младенцев. И если быть честным, мне даже было слегка жаль этих вояк, ведь по сути с ними дрался один только Парис, тратя энергию, впитанную ещё из охранных печатей тюрьмы. Остальные же просто стояли рядом, укрывшись за каменным валом, искусственно созданным Тэром для облегчения обороны лестницы. Только раз с момента нашего прибытия к площади я действительно испугался за свой отряд. Тогда из прилегающих к площади улочек вышло сразу полторы сотни солдат, до этого занятых на тушении пожара. Все измазанные в копоти, усталые и не выспавшиеся, они следуя зычным командам командиров, принялись складывать общую воинскую печать пронзающей стрелы. Поскольку во время тренировок я изучил достаточно техник и печатей, то имел представление о том что такое массовая воинская печать и тем более знал какие разрушительные последствия её применения бывают. Это один из тех немногих методов, благодаря которым слабые мастера могут противостоять сильным. Учитывая тот факт что бойцы этого клана ответственно подходят к тренировкам и наверняка имеют общую слаженность действий, подобный удар мог бы пробить все защиты Париса и ранить его. Дабы исключить вероятность такого исхода, я без предупреждения сменил форму зверя на форму элементаля и используя серию короткий прыжков оказался посреди солдат противников. Занятые вливанием сил в печать, те даже толком не успели среагировать, когда я прямо посреди их строя ударил во все стороны молнией. Бил не очень сильно, больше рассчитывая на массовость урона. И получилось довольно сносно. Больше половины вояк упало без сознания, а вторая половина лежала и шевелилась, но совершенно точно не помышляла больше о скором продолжении боя.

— Могли бы хотя бы врата во дворец проломить, — выругался я, переместившись прыжками к своим офицерам.

— Зачем? — искренне удивился Тэр. — Я просто уберу часть стены. Слева от врат как раз есть участок закрытый только печатями земли. Вытяну энергию и тут же пущу её на преобразование камня в грязь.

— Тогда чего ты ещё тут стоишь? — задал я ему вопрос. — Или вы кого-то помимо меня ждёте? На подходе к площади ещё больше трёх сотен солдат, шевелите ногами судари!

Бросив взгляд за спину, я удостоверился что два спасённых мной разведчика никуда не делись и догадались куда им следует бежать, пока солдаты на площади не очухались после моего удара. Вот и славно, не хочется мне больше изображать ездовое животное, того гляди ещё привыкнут, а затем и вовсе меня вместо такси вызывать будут.

— Был камень, теперь грязь! — торжественно взмахнул руками Тэр, за спиной которого кусок стены высотой в три метра и шириной в два метра растёкся лужей.

— Ага, это сейчас ты молодец, а в первый раз как было? Человек из плоти и крови превратился в оплывший грязевой член, — хохотнул Молт, походя шлёпая молодого парня по плечу.

— Ваше Императорское Величество, — развернулся ко мне лицом Тэр и заговорщицки зашептал. — А можно когда всё закончится, я его в пол по шею замурую?

— Ага, — кивнул я ему. — Только именно что по шею и без членовредительства. И не забудь потом вытащить, часика через два.

Пропустив горящий благодарностью и злорадством взгляд Тэра мимо себя, я прислушался к энергии вокруг. Всё как и должно быть. На площади суматоха энергий, и в её тени стоит второй отряд что ведёт Вэйсен на встречу с отцом. Они выдерживают ровно ту дистанцию, на которой их никто не заметит. И следом за нами пойдут только тогда, когда будут уверены что смогу пройти по нашим следам незамеченными. Для этого нам бы неплохо и внутри дворца устроить несколько боёв. В вихре энергий крупной битвы, даже при большом желании печати направленные на отслеживание тайного проникновения не сработают. А ещё, я надеюсь что они по пути возьмут к себе эльфийку с Байхой, не хочется мне постоянно оглядываться и проверять живы ли они.

Несмотря на то что снаружи дворец выглядел достаточно непримечательно, внутри всё было обставлено по высшему разряду. Магистрат Винерия, пристанище взяточников и казнокрадов даже рядом не стоял, а ведь я думал что именно там я мог лицезреть апогей человеческой любви к роскоши вперемешку с полным отсутствием какого-либо вкуса. Стены дворца градоначальника были увешаны картинами, чьи рамки были сделаны целиком из золота. Это делало произведения искусства ничего не значащим куском полотна оббитого материалом, что может использоваться для создания поистине серьёзных артефактов. Помимо картин, во дворце присутствовало много других атрибутов роскоши, такие как ковры из сильных зверей, несущих на себе следы остатков природных способностей. Так, ещё только в самом первом коридоре, я подошёл к белоснежной шкуре, напомнившей мне шкуру белого медведя и приложив к ней руку, почувствовал как холодеет моя кожа. Сила убитого зверя даже после его смерти ещё долгое время не покидает его тело, а значит, такая шкура может стоить даже дороже рамы из чистого золота. Про другие вещи даже говорить не хочется. Вокруг было полно редких цветов и растений, что являлись ресурсами для развития человека, ваз из редких материалов и с чудной росписью, статуй из мрамора, величественных гобеленов и прочего дорогостоящего хлама. Даже жалко было всё это уничтожать. А уничтожать приходилось, ведь на нашем пути с завидным постоянством появлялись разнообразные противники, никак не желающие допустить нас до встречи с Ангиром. Кто в бою-то сдерживает удар из-за картины, притаившейся за спиной бойца противника?

Наше шествие по дворцу наглядно показало мне разницу в силе между простыми мастерами этого мира и теми кем были мои подчинённые. Несмотря на то что покой Ангира охраняли лучшие бойцы его клана, но даже они не могли нам ничего сделать. Шестые ступени сметались с нашего пути словно их и не было вовсе. Таких мы не убивали, разве что только если случайно. В основном, Тэр просто погружал руки или ноги оглушённых бедолаг в камень, чтобы даже если те очнуться, они не подумали напасть на нас со спины. Чуть сложнее было с бойцами седьмой ступени. Это были опытные ветераны в возрасте, как тот же Молт. Никто из них не был излишне талантлив, но зато всем им доставало опыта. С такими приходилось драться серьёзнее, отчего те чаще гибли. Из двадцати мастеров седьмой ступени, выжило лишь восемь и с ними мы поступили как с предыдущими, но погружали их в камень уже по самую шею, ведь очнувшись те могли бы постараться вырваться из каменного плена.

Самые неприятные бои выпали на нашу долю с мастерами восьмой ступени. К моему удивлению, в клане Ангира таких было сразу четверо. По одному на каждого из нас. И драться с ними нам довелось в бальном зале, за которым находилась лестница, ведущая на второй этаж дворца, где предположительно и ждал нас Ангир. Что интересно, в этом бою случилось ещё одно совпадение. Стихии врагов совпадали с нашими, исключая разве что меня. Молту достался мастер водной стихии, Тэру обладатель земли, Парису огневик. Один я отличился и встал с противником обладающим приверженностью к древу.

К своему большому удивлению, ещё до начала боя, все четверо наших оппонентов выказали нам дань вежливости и уважения. Один из них вышел вперёд и поклонившись поприветствовал нас, после чего трое его соратников оставшихся на месте также склонили головы в приветствии.

— Прежде чем мы начнём бой, не будете ли вы против укрепить зал? — довольно пожилой воин указал на каменные перекрытия над нашими головами. — Создатели дворца наверняка не укрепили должным образом крышу и стены, ведь не предполагали что тут могут сойтись в бою сразу семь мастеров нашего уровня и один чуть слабее. И прошу меня простить, я не хотел вас оскорблять.

Последнее относилось к Молту, чьё лицо от высказывания противника аж побагровело. Впрочем, меня это мало волновало, а вот предложение мастера вызвало неподдельный интерес. Мне пока что редко доводилось видеть тех кто столь силён, но при этом не забывает про вежливость.

— Тэр? — обратился я к нашему обладателю стихии земли с вопросительной интонацией.

— Укрепить потолок и правда стоит, — парнишка поднял взгляд и безошибочно нашёл самое слабое место в его конструкции. — Особенно левую часть ближе к западной стороне. Она и без нашей встряски частично обрушилась бы лет через пять.

На эти слова противник Тэра, ещё более пожилой старик чем тот что обращался к нам кивнул с улыбкой.

— Тэр, сокращённо от Тэрриус? — задал он вопрос, обращаясь к лейтенанту.

— Да, — кивнул парень. — Зачем вы спрашиваете?

— Хочу знать полное имя молодого дарования, что убьёт меня, — хмыкнул старик. — И если тебя не затруднит, ниже по улице есть дом с синим флигелем и дымовой трубой из красного камня. В кабинете на втором этаже ты найдёшь много научных изысканий касающихся стихии земли. Я всегда мечтал найти толкового ученика, а когда судьба подкинула мне подходящую кандидатуру, я не имею права оставлять её в живых.

Тэр явно был поражён откровенностью старика, но тем не менее, он кивнул. Вдвоём со своим вынужденным врагом, они слаженно и всего за три десятка секунд укрепили потолок и стены, нивелируя большой шанс обрушения строения. Когда всё было готово, старики вновь поклонились, после чего не сговариваясь начали бой.

Четвёрка наших противников смогла нас удивить не только своим поведением, но и боевым опытом. Несмотря на то что благодаря сердцу стихии я и мои бойцы использовали печати гораздо быстрее, старики даже и не думали легко сдаваться. Их багаж знаний и опыт сотен битв сводил на нет наши преимущества. Там где наши защитные печати выдерживали одну или две атаки, их печати сдерживали до десятка ударов подряд. Там где нам нужно было вливать силу в печать, они обходились доведённой до совершенства техникой, исполненной в считанные мгновения. И так во всём. Их стиль ведения боя был схож и напоминал идеальный танец, в котором мы были начинающими танцорами, чьи движения в большинстве случаев исполнялись невпопад. Каждому из нас было чему поучиться у противника. Даже я, применяя печати и техники на основе стихии молнии, никак не мог совладать со старцем чей путь был связан с древом. До этой встречи, я наивно считал древо слабой стихией, и ошибочность этих суждений мне наглядно продемонстрировали. Пробивающие любые щиты живые лозы, застилающие взор облака спор, деревья, вырастающие прямо у меня под ногами, и даже взбунтовавшийся лён из которой состояла моя рубаха. От последнего кстати сказать, я чуть было не умер. В один момент я не заметил как воротник моей рубахи пришёл в движение, а спустя мгновение он столь сильно сжался вокруг моего горла, что я чуть было не потерял нить боя, тем самым немногим не подставившись под удар покрытого тёмной корой кулака.

В сумме, наш бой шёл больше семи минут и за всё это время никто даже толком ранен не был. И всё же, с каждым мгновением становилось понятно, что наша победа лишь вопрос нескольких минут. Старики уже выдохлись, в то время как запасы сил у моих бойцов и у меня самого ещё были достаточно велики. К тому же, чем дальше, тем сложнее было врагам уклоняться от множественных печатей, создаваемых моими подопечными благодаря присутствию поблизости суккуб. Так что не удивительно, что спустя ещё полторы минуты, первый из стариков упал без сил. Тэр подловил своего оппонента и смог сломать противнику ногу, используя для этого столб из мрамора.

Следующим упал противник Молта, потому как у нас тут не совсем честная дуэль, и Тэр мог без зазрения совести вмешаться в ход их боя. И пусть капитан смотрел на лейтенанта как на собственного врага, но ничего говорить ему не стал. Он единственный из всех скорее проигрывал, чем выигрывал у оппонента. И дело не в силе элементалей, что есть у нас троих, ведь свои боевые формы мы не использовали, приберегая их для встречи с Ангиром. Просто Молт импульсивен и больше других потратил силы стихии в начале боя.

Третьим закончил свой бой Парис. Островитянин выглядел точно также, как и до начала боя, только на его лице играла искренняя улыбка. Этот пройдоха, ещё во время своей дуэли умудрился скопировать три техники и одну печать у своего противника, чем и был несказанно доволен. В остальном же, про него и его оппонента сказать было нечего, разве что только то, что оба они довольно горячие парни. В прямом смысле этого слова. Прекрасный бальный зал, чей пол и стены были выполнены из мрамора, пестрел чёрными пятнами копоти и оплавленными проплешинами. И если бы они искусственно не сдерживали силу своих ударов, не желая подставлять своих собственных товарищей, всё было бы куда хуже.

— Думаю, дальше биться смысла не имеет, — удивил меня мой противник, подняв руки после того как отбил мою атаку молнией. — У меня закончилась энергия. Как чакра, так и стихия. Я признаю поражение.

— Рад что мне довелось столкнуться с вами в бою, — уважительно произнёс я, глядя на старого мастера. — Я почерпнул для себя много полезных знаний из этого боя.

— Рад что хотя бы так мог быть вам полезен, — грустно улыбнулся старик становясь на колени. — А теперь, прошу меня извинить, пришла пора умирать.

Старик, что опустился чуть в стороне от меня на колени, оттянул воротник своих одежд и поднял взгляд к потолку. Его губы шевелились в безмолвной молитве.

Для того чтобы понять что происходит, мне понадобилось пара мгновений. На шее каждого мастера восьмой ступени была удавка в виде ошейника раба. И сейчас эта удавка должна была забрать жизни не выполнивших свою задачу рабов. Причина почему мы их не заметили изначально, заключалась в том что как такового ошейника не было, его заменяло небольшое украшение, что до сего момента даже не источало никакой энергии, ровно как и не проявляло себя любым другим способом.

— Совершенный ошейник раба. Чудный по своим свойствам артефакт, — голос Ангира разнёсся на весь обезображенный бальный зал, пока сам его обладатель медленно спускался по лестнице со второго этажа прямо к нам. — Если быть откровенным, я крайне завидую мастерству нашего общего знакомого Лими. Этот человек, обладает поистине природным даром подчинять себе других людей посредством артефакторики. Мои потуги в этой сфере ни коим образом не стоят даже рядом с его мастерством.

У меня было всего пара мгновений чтобы спасти жизни наших недавних противников. И несмотря на то что мой главный враг сейчас без стеснения спускался по лестнице, ведя монолог о Лими, я наплевал на его появление и сделал то немногое, что только мог.

Артефакты подавления воли Лими оказались близки к совершенству. Они превосходили свои аналоги десятикратно, отчего даже перерубив связь подчинённого и хозяина посредством влияния на неё первородной энергией, трое из четверых мастеров умерли. Выжил только обладатель стихии древа, поскольку он находился ко мне ближе всех, а до остальных я попросту не успел вовремя дотянуться. Их смерть наступила одновременно и безболезненно.

— Неприятно наблюдать собственный провал? — задал вопрос Ангир, даже не помышляя нападать на нас. — Ты ведь мог спасти их, дракон. Стоило всего лишь знать куда смотреть и в твоём войске стало бы на четыре мастера больше. Причём каких мастеров ты потерял. Один глава древнего рода, служившего империи ещё при старой династии, двое других помощники глав авторитетных кланов империи. Хотя стоит признать, тот кого ты всё же спас, куда интереснее их всех вместе взятых.

Подняв взгляд на своего врага, я несколько секунд смотрел на него и пытался понять. Где тот Ангир которого я видел перед ритуалом трёх змей. Да, лицо его оставалось таким же бесстрастным как и тогда, но его голос, он словно помолодел и проникся духом своей соратницы. Пропитался нотками безумия.

— Вэйсен! Малышка Вэй, выходи скорее из теней. Папочка хочет посмотреть на тебя своими глазами, — позвал Ангир свою дочь, безошибочно глядя туда, где притаился второй отряд, до сего момента сокрытый тенями Тейпана и Донга. — Давай же, покажись, брось в меня свой отравленный клинок, что ты так крепко сжимаешь в руках! Или ты так и не набралась смелости выступить против меня?! Помнится мне, что когда я прирезал того пацана, ты была более смелой!

Упоминание Бейпана стало последней каплей. Вспыльчивая Вэй не стала больше таиться и сама вышла из под теневой техники Тейпана. Там где недавно была тень, появилась девушка, что и правда сжимала в руках кинжал.

— Я так рад тебя видеть, целой и здоровой, — улыбнулся Ангир. — Правда ты что-то совсем слаба, даже ступени ни одной не взяла с момента нашей последней встречи. Неужели тебе не хотелось порадовать папочку своими успехами?

— Ты не мой отец, — процедила сквозь зубы Вэйсен. — Мой отец, умер в тот момент как связался с Розалией. И пусть он был холодным и использовал меня в своих планах, но он не был безумцем что подпитывает своё тело Ёко.

— Да неужели? — хохотнул мужчина. — Ты так считала? Вот ведь дура.

В этот момент, тело Ангира подёрнулось тёмной дымкой и распалось на сотню чёрных кобр, а в то место где он только что стоял, ударил поток из пламени и молний. Ублюдок использовал на всех нас какую-то дрянь, из-за чего каждый из присутствующих в зале смотрел только на его копию и до последнего момента не помышлял о нападении на него. Единственный способ развеять эту иллюзию заключался в прямой атаке на него. Благодаря тому что и я, и Парис видим энергетический спектр, мы довольно быстро поняли это, в то время как остальные напрочь потеряли голову.

— Хорошо, прекрасно, я так рад что вы сами начали эту потасовку первыми! — прозвучал голос Ангира прямо у меня над ухом. — Больше веселья, больше ярости и больше боли! Эх подруга моя ненаглядная, рви их!

Последние слова безумца разнеслись на весь дворец. А спустя секунду, со стороны дальнего от нас входа в бальный зал к нам вдруг метнулась крупная тень, отливающая сталью. Ветарсис была в форме тотема, а по её исхудавшему виду и слабому блеску в глазах было понятно, что она не продержится ещё долго. Как и на мастерах восьмой ступени, что бились с нами, на её шее тоже находился артефакт подчинения Лими, так что вопросов о мотивации её нападения на нас не возникало. Правда освободить её мне не удалось.

— И почему Рози сказала что ты силён? Как по мне, ты глупец и слабак, — тело Ангира соткалось из тёмного дыма у меня прямо за спиной.

Холодный метал кинжала коснулся моего тела и легко прошёл сквозь плоть. В следующий миг, копию моего противника разнесло на мелкие кусочки от удара холодной плазмой.

— Не угадал, — второй кинжал вошёл мне под лопатку.

Враг был везде и повсюду. Куда ни кинь взгляд, везде были змеи из которых Ангир создавал себе тело и бил с самых неожиданных углов. Он издевался надо мной и всеми нами одновременно. И я не мог уничтожить его, когда я наносил удар призванный уничтожить змей из которых он создаёт своё тело, они растворялись густым дымом, а затем вновь появлялись чуть в стороне. И к сожалению, помочь мне с ними никто не мог, ведь проблемы были не только у меня.

Парис, Тэр и Молт лишились своих суккуб, которых Ветарсис разорвала походя, даже особо не заметив. Старуха в теле зверя бросалась на моих подопечных, словно разъярённый зверь на смертном одре, а те никак не могли ей противостоять. Любые слабые атаки она просто игнорировала, полагаясь на своё стальное тело, в то время как атаковать её в полную силу никто не стремился, ведь она нам не враг! И единственный кто мог бы ей помочь был я, но Ангир словно издеваясь надо мной появлялся со всех сторон, не давая и шагу ступить в нужную сторону. И самое неприятное заключалось в том, что единственные кто могли бы нам помочь, стояли без движения и смотрели в пустоту. Тейпан, Донг, Юнона, Фили, Байха и эльфийка все шестеро продолжали пребывать в странной форме иллюзии.

— Спасибо что привёл ко мне мою дочь, — раня меня ещё раз в грудь, произнёс Ангир. — Что бы ты ни думал, но я люблю эту несносную проказницу. Было бы совершенно не по-отцовски уйти в другое измерение, не забрав с собой своё дитя. А теперь, если ты не против, «покровитель-дракон», мне пора, у меня ещё достаточно много дел. Мне совершенно некогда наблюдать за вашей смертью. Тем более что меня сильно печалит тот факт, что вместе с вами мне придется навсегда попрощаться ещё и с половиной своего клана.

«Он нас похоронит здесь», — совершенно отчётливо понял я в этот момент. — «Этот безумец уничтожит и нас, и целый город!»

Чувствуя как утекает отведённое мне время, я наплевав на раны в теле стал превращаться в тотем-дракона. Не жалея жалких остатков первородной энергии, я взглянул на мир так, чтобы увидеть нечто чуждое ему, чужеродное и совершенно отвратительное. И я нашёл. В подвалах дворца прямо под нами плескалась Бездна. Ангир совершил ритуал, дабы порвать реальность и впустить в этот мир потоки тёмной силы из другого измерения. Только в отличии от тех же демонопоклонников, пускающих эту силу на создание тварей Бездны, безумец решил сдерживать энергию до тех пор, пока её не накопится достаточно, чтобы уничтожить всё в радиусе пары километров. Никто не способен будет пережить выброс тёмной силы такого масштаба. Смерть наступит мгновенно. И единственное что я могу сделать, это постараться уберечь тех кто находится сейчас в этом зале.

Ангир почти успел уйти. Он и Вэйсен, которую он тащил за собой словно безвольную куклу, совсем на чуть-чуть опоздали с тем чтобы покинуть бальный зал через расширяющуюся под нами дыру реальности. Я схватил его своим хвостом, охваченным золотым разрядами и сдавил его тушку что есть мочи, желая раздавить его как букашку. И к моему удивлению, змеи которыми он обычно рассыпался не появились. Вместо этого, тело Ангира начало дёргаться в конвульсиях и сам он выпустил руку Вэйсен, которая тут же пришла в себя и отскочила в сторону.

— Бей! — проревел я, так что недавно укреплённый потолок над нами заходил ходуном, а с отряда Тейпана слетела иллюзия и они тоже начали приходить в себя.

— Ненавижу тебя!

Вэйсен не подвела. С криком полным боли и ярости, она бросилась на схваченного Ангира, приходящегося ей отцом и что есть силы всадила в его грудь кинжал. К сожалению, времени на большее у нас не было. Я был вынужден отпустить её отца, из-за чего его тело провалилось в прореху реальности.

Пользуясь своим хвостом словно веревкой, я охватил всех тех кто находился в зале и подтянул к себе поближе, желая укрыть их своим телом. Никто кроме Ветарсис и не думал сопротивляться, но тигрицу мне всё-таки удалось освободить от удерживающих её оков подчинения. Так что в момент всеобщего выброса Ёко, мы жались друг к другу, ведь это был единственный способ выжить.

Момент выброса я упустил. Просто неожиданно пропали звуки, а всё вокруг погрузилось во тьму. От смерти нас отделял лишь барьер из света погасшей звезды, но с каждой секундой, я всё больше понимал что он не выдержит. Ещё секунд десять и мой путь будет окончен. У меня нет запаса первородной энергии, я истратил всё что у меня было ещё в прошлой битве с Парпатером. Те жалкие остатки что у меня остались, едва-едва покрывают пребывание в теле дракона. Даже если Ангир умер, он всё равно смог нас победить. Его ловушка убьёт нас всех.

* * *

«В момент когда ты почти умер, когда собственных сил недостаточно. Помни о том кто ты есть. Возьми силы от тех, кто чтит тебя как себя и даже выше. Такова их судьба, и такова твоя судьба. Они часть тебя. Сила покровителя в его последователях. И пусть десятки, сотни нитей связи наполнят тебя их благодарностью за подаренную тобой жизнь, и пусть она защитит тебя в миг слабости. Живи, чтобы и они могли жить дальше, — прозвучал в моей голове затухающий голос дракона, моего прошлого я. — Я исполнил отведённую мне роль».

* * *

Уважаемые читатели! На этом восьмой том цикла заканчивается. Благодарю всех тех кто дочитал до этого момента! Признаюсь честно, для меня этот том был самым тяжёлым среди всего цикла. Уже больше года я работаю над этой историей и не могу не заметить определённой усталости. Зачастую именно отсюда появляются задержки в выкладке, ведь иногда я просто смотрю на текст и думаю, а зачем я это написал? Так было безвозвратно удалено три или четыре главы, точно уже даже не помню. История всё ещё не закончена, так что попрошу вас дать максимальный отклик в комментариях к этой книге, понравилось ли вам том и его финал? Буду вам за это крайне благодарен.

Следующий том появится в скором времени на сайте, ссылки прикреплю)

Всем добра!

* * *

Не забудьте наградить автора донатом. Копейка рубль бережет: https://author.today/work/200703

Content

Олег Яцула
Дракон загробного мира
8
Неравная война

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21