Последний Паладин. Том 13

Пролог

Октавия сидела на темному пуфике из черной кожи. В руке у нее была пилочка для ногтей, одна ножка беззаботно накинута на другую, а синяки под глазами прикрывал свежий макияж. Из одежды на девушке было только черное кружевное белье, а на полу, кровати и шкафах лежали десятки разнообразных платьев, одно другого краше.

— Ну, и как тебе? — вытянула ладонь перед собой и, перебирая пальчиками, спросила девушка.

Но ответа не последовало.

— В молчанку играем, значит, — вздохнула девушка и, глядя в зеркало, покачала головой, — тебе не кажется, что в твоих же интересах подать голос? Или ты думаешь я потрачу третье желание раньше, чем узнаю ответ?

С этими словами Октавия ловким движением подвела губы красной помадой, улыбнулась получившемуся идеальному образу, и на одной ножке грациозно развернулась и окинула задумчивым взглядом каждое платье по очереди.

— Мусор… мусор… слишком вульгарное… недостаточно вульгарное… о! А вот это в самый раз! — улыбнулась она и, схватив вешалку с коротким черным платьем, прислонила его к себе и повернулась к зеркалу, — ну же, скажи, мне идет?

Однако и сейчас никто ей не ответил.

— Эх ты, а еще Паладин Смерти называется, — усмехнулась Октавия, начав надевать платье, — и вообще, не думаешь, что это нечестно? Мы заключили контракт? Заключили! А о его условиях ты мне ничего не говорил, все пришлось самой узнавать. И даже теперь, когда возникла непонятка с четвертым желанием, ты не появляешься! Вот куда мне жаловаться? Есть у вас там какой-то Паладинский арбитраж или как? — продолжала ворчать черноволосая девица.

И в этот момент в дверь комнаты, где кроме нее и стоящего в углу молчаливого Клеймора никого не было, вдруг постучали.

— Входи, — не оборачиваясь, разрешила девица и внутрь вошел мужчина в черном балахоне, — ты все собрал?

— Да, госпожа. Но вы уверены? Всадники еще не готовы. Их потенциал… — начал было вещать мужчина с пустым взглядом.

— Не-не-не, — резко повернулась и покачала пальчиком Октавия, — ты свой шанс просрал, мой мальчик. Я тебя предупреждала, а ты все равно полез на Маркуса. Еще и лошадок моих чуть не угробил. Потратил всех всадников, которых ты собирал сколько лет… десять?

— Пятьдесят, — без эмоций произнес Князь Смерти.

— Вот! — кивнула черноволосая девица, — но ладно, жизнь тебя все равно наказала… не кривись так, потеря лабораторий следствие твоих же безрассудных действий. Но не ты один обжегся на этом Маркусе, не ты один. И да будет тебе известно, победить его шансов не было, так что это надо просто принять!

— Но ведь… — попытался возразить Князь Смерти, но Октавия остановила его поднятой рукой и назидательно покачала головой.

— Не надо, не закапывай себя еще больше. Лучше скажи, мне идет? — звонким голосом спросила Октавия и покрутилась перед парнем.

— Очень идет, госпожа.

— Вот и замечательно, — улыбнулась Октавия и скривилась глядя на Князя Смерти, — да и ты приоденься, что ли. Мы ведь не на похороны, а на свадьбу едем. Опаздываем, конечно, немного… но самые важные гости всегда появляются последними!

— Слушаюсь, — кивнул молодой Князь Смерти, но замешкавшись на выходе, осторожно спросил, — госпожа, вы уверены, что стоит идти туда… своим телом. Без страховки и…

— Много вопросов, — прервала его Октавия, и ее натянутая улыбка едва не дрогнула, но говорить о том, что в текущем состоянии она просто не способна использовать Имитацию и придется идти ва-банк, она не стала.

Ведь и помимо Имитации, у девушки еще оставались козыри. Последние четыре, но зато какие.

— Выступаем, — бросив перед выходом последний взгляд на зеркало, и улыбнувшись сама себе, взяла Октавия дополняющую образ черную сумочку и повернулась к выходу, — где там мои лошадки? Пора им выйти на сцену и исполнить свою роль.

Глава 1

Я, откинув голову на назад, лежал в ванной и с наслаждением потягивал через трубочку холодный напиток. Горячая вода ванной прогревала косточки и расслабляло тело, а ледяной сок из портальных фруктов бодрил приятной сладостью похлеще любого кофе.

Сложный рецепт тонизирующего элексира, который подавали в одной из уличных лавок, но и без него сна у меня не было ни в одном глазу.

И это не потому, что Форт-Каплан все еще громко гудел поглощенный празднованием. И не потому, что коммуникатор не прекращая вибрировал входящими звонками и сообщениями.

Нет, тут дело было в другом.

Денек выдался длинный и насыщенный. В обычной ситуации эмоциональная перегрузка вызывает сонливость, в моей же сыграл полностью обратный эффект. Грубо говоря, возбужденному событиями мозгу было сейчас слишком интересно и поэтому спать он категорически отказывается.

А вот тело в отдыхе очень даже нуждается, именно поэтому я сейчас и лежал в целебной ванной, воду для которой мне любезно предоставил самолично его сиятельство Князь Воды. Таким образом я убивал разом двух зайцев. Восстанавливал тело, и с закрытыми глазами, через своих порождений разведчиков, «присматривал» за каждым членом Совета.

Договор договором, а приглядеть за узнавшими кто я такой было нужно. Как говаривал старик Акс: «первая реакция человека она самая верная».

Бей или беги. Интересно, что выберут? Вот что мне было интересно.

Разглашения же я вообще не боялся. И не только потому, что от него защищал астральный договор. А потому, что куда важнее сейчас было понять, что члены Совета предпримут.

Как лица, стоящие во главе Великих Кланов и тысяч людей, они и без всяких разглашений могут начать действовать. Или бездействовать.

И вот по этому уже можно будет судить об их истинной реакции, а не тому молчаливому и неловкому ступору, который словило большинство, так и не задав мне ни одного вопроса. Хотя я бы и так не ответил.

Особых сюрпризов или подвоха от тех, кто был на Совете я не ждал. Ведь случайных людей в той комнате не было.

Но жизнь тем и прекрасна, что способна преподносить сюрпризы, поэтому я готов к любым вариантам. Даже самым неожиданным.

Правда, пока ничего любопытного и выбивающегося из ожиданий я не обнаружил и поэтому «переключился» зрением обратно, отдав наблюдение Ночи. Девочка неплохо прокачалась за последнее время, и слежка за несколькими тенями высокоранговых одаренных разом, будет ей отличной тренировкой.

Да и Лису подтянет заодно.

Почуяв конкуренцию, юная владелица зверинца не теряла времени даром и прямо сейчас тренировалась около южных стен Форта-Каплан, отрабатывая захват, пытку и устранение враждебных целей. Благо таковых у Лисы за эту ночь было в достатке.

Много кого из бывших, так скажем, «жителей» этого городка, не пропустила внутрь новая местная служба безопасности. И подавляющее большинство из этих самоуверенных и не готовых терять свое криминальных элементов, с таким положением вещей не согласились.

Те, кто поглупее, попытались проникнуть силой.

Те, кто чуть умнее, чтобы попасть в город воспользовались тайными тропами и контрабандными путями.

Самые же хитровыдуманные сбились в кучки, комбинируя оба варианта, добавив к ним попытку подкупа.

Однако, участь у всех была одинаковая, и чем-то похожая на чистку теневого квартала, которую я устроил после того, как стал его главой. С той лишь разницей, что объясняли новые правила в больше не криминальном городе несколько помягче.

Праздник сегодня все-таки.

Кто был готов новых правил придерживаться, получали шанс, а кто нет, те тесно знакомились с Лисой.

Я же спокойно лежал в целебной ванне, которая если и уступала горячим источникам по своим свойствам, то не очень сильно. Надо будет попросить Князя мне такую водичку в квартал провести.

Пригодится в такие ночи как сегодня, когда в откате находятся буквально все связанные со мной зверюшки. И выгоревший как спичка дракон. И дрыхнувший после своих Западных подвигов Клювик. В состоянии истощения сейчас находился в том числе Кот, и Дух Тьмы.

Блин, да даже Скальд сейчас спал, после того как больше суток ломился в увиденный между слоями просвет.

В итоге я лежал в ванной и восстанавливался сейчас за себя, и за всех тех «парней», что были со мной связаны.

Энергию из меня на восстановление тянула даже теневая мартышка, которую я не только воскресил, но и частично привязал к себе ради подпитки, как и обещал. Ее в итоге после кражи свадебного букета поймали и отмудохали разъяренные девчонки, среди которых были замечены и великие Княгини.

Когда я уходил наверх в свои покои, они еще продолжали о чем-то шумно спорить.

Размышляя об этом, я приоткрыл один глаз в сторону стука в дверь, который раздавался уже какое-то время.

Один…

Второй…

Третий…

Пятый…

Десятый…

— Ну разве не понятно? Никого нет! — крикнул я, окончательно отвлеченный посторонним шумом от своих мыслей.

— Маркус, выходи! Я знаю, что ты там! — ответил мне настойчивый женский голос.

— Тебе показалось! — крикнул я, после чего расслабленно растянулся по ванной.

— Я вхожу! — после десяти секунд благодатной тишины, вновь раздался эмоциональный голос из-за двери, а от входа донесся скрип.

Цокающие по паркету каблуки ураганом пронеслись по покоям, и когда они добрались до ванной комнаты, дверь распахнулась, и внутрь влетела красноглазая девица в коктейльном бордовом платье и чуть взъерошенными волосами цвета огня.

Увидев меня лежащего в ванной, Валерия Огнева остановилась в проходе как вкопанная и чуть покрасневшими щеками выдала, — ой.

— Осторожно тут скользко, — не поворачивая головы, предупредил я и прикрыл глаза.

— Э-эм… Маркус, тебя там это… очень ищут, — чуть отведя взгляд от моего тела, выпалила Валерия Огнева и, словно оправдываясь, добавила, — Вика просила найти тебя и передать.

— Вика попросила? А почему Вика? — чуть приподнявшись, заинтересованно приоткрыл я один глаз.

— Ну… твоя белокурая помощница устав от тучи вопросов, просто технично свинтила в астрал, и после нее следующей мишенью допросов стала именно Вика. Все-таки вас с ней не один раз видели вместе, знают, что вы хорошо общаетесь, да и вообще…

— Что и вообще? — открыл я и второй глаз.

— Вика поймала букет, — с важным видом заявила Лера, словно выдала стратегическую тайну.

— Ага, — без особых эмоций хмыкнул я, — И как это связано?

— Ты еще спрашиваешь⁈ Очень даже прямо связано! — насупилась Валерия Огнева, — боже, какой же ты все-таки непроходимый варвар! Порой я забываю, что тебя пещерные северяне воспитывали, а не нормальные… — возмутилась девушка, а потом осеклась, вспомнив, что я Паладин и прикрыла рот.

— Да нет, ты права, — по-доброму усмехнулся я, — Родился и жил я действительно несколько севернее этих мест.

— Эм… а… — подняла уже пальчик Валерия Огнева, чтобы задать вопрос, но усилием воли подавила свое любопытство и обреченно вздохнула, — в общем, Виктория просила передать, чтобы ты успокоил хотя бы самого шумного из гостей. А то он весь Форт на уши поставил, усложняет охране жизнь и людям праздник портит.

— Буянит? — сладко потягиваясь, уточнил я.

— Скорее, как бы выразился Артур на своем молодежном, «душнит», — скривилась Лера, — и такими темпами это ничем хорошим не закончится. Уж насколько я терпеливая, меня этот придурок выбесил первой. Настолько, что я вызвалась найти тебя, лишь бы уйти подальше. Он же вообще берегов не видит. Ладно Вика еще держится, но ее терпение не безгранично, и она тоже найдет способ от него свалить. И кто знает, насколько будет терпеливой следующая цель этого странного душнилы. Князь Металла хорошенько выпил, может и зашибить идиота, а если он додумается прервать брачную ночь молодоженов…

— Диана перепутает и откусит ему голову, — понятливо кивнул я, — думаешь, этот твой бунтарь сможет их найти? — теперь начав серьезно переживать за его жизнь, спросил я.

— Ох, этот точно знает. Он вообще какой-то стремный и странный… словно знает все и смотрит прямо в душу… если честно, он меня немного пугает, — передернуло Валерию Огневу от одних только воспоминаний.

— Ладно, я встречусь с ним. Все равно не спится, — отозвался я и начал подниматься.

— Спасибо! — ответила Лера и машинально перевела взгляд на звуки воды.

Наши взгляды встретились. На несколько мгновений девушка зависла, оглядывая меня глазами, а потом словно опомнилась, развернулась и выпрыгнула из ванной комнаты.

— Его зовут Феликс, — бросила девушка из коридора, и торопливые цоканья каблуков унеслись в сторону выхода.

— Знаю, — вздохнул я, глядя на пропущенные от этого настойчиво индивидуума четыре сотни звонков.

Сквозь игнор лист, все блоки и запреты на связь пробился. Настырный, зараза. Даже мощь ядра «Миротворца» подключил, чтобы мне проходили его звонки и сообщения.

Вытерев голову, и обтянув полотенце вокруг пояса, я подошел к раковине, открыл кран, и в этот момент в дверь снова постучали.

— Дай хоть умоюсь, — не оборачиваясь на стук, буркнул я и закрыл глаза, смывая с лица остатки пены.

А когда я глаза открыл, то через зеркало увидел, как на бортике ванной позади меня сидит девушка.

Вызывающая поза, обнаженные босые ножки и белое полупрозрачное платье, отдаленно напоминающее свадебное, намекали, что это явно не проследивший за Лерой Феликс.

Странно, что этот умник не догадался так сделать.

— Привет, Паладин, — встретившись со мной взглядом, мило улыбнулась Камилла.

— Ага, давно не виделись, — повернулся я и кивнул на дверь, — ты стучала?

— Да.

— А зачем, если все равно прошла сквозь? — поинтересовался я.

— Вежливость, — пожала обнаженными плечами рыжеволосая девушка.

— Тогда разве не стоило дать мне сначала одеться?

— Зачем? — невинно склонила голову на бок Камилла, вызывающе глядя прямо на меня.

— Как знаешь, — пожал я плечами, и скинув полотенце пошел одеваться.

Камилла же за мной все-таки не пошла, и появилась в комнате только когда я натянул штаны. Опустив свою наглую попку на кровать, она оперлась на правую руку, а под второй рукой у нее появилась гроздь винограда на тарелке, который она с аппетитом начала есть.

— Будешь? — увидев мой голодный взгляд, протянула она мне виноградинку.

— Буду, — не стал я отказываться и съел сладкую ягодку, после чего невозмутимо продолжая одеваться, произнес, — нет, я его не нашел.

— М? Чего не нашел? — невинно захлопала ресницами Камилла, но ушки навострила.

— Ядро Западного Аргуса, — сказал я то, что эта хитрая рыжая чертовка и так прекрасно поняла, — если он и управлялся каким-то подобием терминала, то искать его надо не на Западе.

— А где? — продолжая играть дурочку, спросила девушка.

— Ты и сама прекрасно знаешь где, — начиная уставать от этой театральщины, вздохнул я.

— Седьмая зона, — уловив недобрые нотки в моем голосе, сразу переключилась Камилла, — и как там успехи? Нужна моя помощь?

— Не нужна. Барьер между слоями дал брешь и скоро спадет, и я смогу туда попасть, — спокойно ответил я, а потом мой взгляд зацепился за лицо девушки и замер, — ты в порядке? — спросил я.

— Да, в полном. А почему ты спрашиваешь? — усмехнулась Камилла, но сразу после этих слов ее слегка повело, а капли крови из носа начали капать на кровать.

Недоуменно вытерев нос рукой, рыжеволосая посмотрела на свою окровавленную ладонь, и ее глаза резко округлились, после чего она резко перевела взгляд на место, куда уже смотрел я.

В сторону беззвучно открывающейся двери, в которую без стука вошла черноволосая девушка в изысканном коктейльном платье.

— Ой, простите, я помешала? — обманчиво невинным голоском пропела Октавия, перебирая пальчиком по рукояти зажатого в ручках костяного Клеймора.

Камилла тут же подскочила с кровати и начала медленно пятиться, я же сразу встал между ними, не спуская взгляда с гостьи.

— Ну привет, — недобро улыбнулся я и взмахом ладони намертво заблокировал дверь Тьмой, лишая Октавию путей к отступлению.

— Как грубо, — надула щеки черноволосая девица, — я же не собиралась никуда уходить! Наоборот, пришла поговорить… поздравить молодоженов, — расплылась она в ехидной улыбке.

Я же после этих слов внутренне выругался на себя за тактичность.

Эх, мягким ты стал, Маркус. Диана и Макс были теми немногими, за кем после Совета я не стал следить. Прошлый я бы наплевал на условности и не стал оставлять самые уязвимые цели внутри Форта без присмотра, тем более по такой дурацкой причине, как дать им спокойно провести брачную ночь без лишних глаз.

Ну, еще, конечно, я доверял Максу и хотел дать им нормально поговорить и обсудить произошедшее, но все равно.

Нехорошо. Очень нехорошо.

— Что ты с ними сделала⁈ — проследила за ходом моих мыслей Камилла, но сил у нее хватило только на слабый выкрик, после чего девушка завалилась вперед и уперлась в мою спину.

— Лучше бы переживала о себе, девочка, — с напускным театральным сочувствием покачала головой Октавия, — хочешь дам совет? Не переживай, он бесплатный! Вернись в Обитель, девочка. Полегчает.

Камилла ухватилась за мою спину ногтями, перебралась мне под руку, чтобы встретиться с Октавией взглядом и что-то возразить, но ничего сказать у нее не получилось. Силы рыжеволосой таяли на глазах, и она подняла на меня немой вопросительный взгляд.

— Иди, — кивнул я, — я тут разберусь.

— Х-хорошо… с-спасибо… — прошептала одними губами Камилла, и из последних сил создав астральный портал, ушла, оставляя нас с черноволосой гостьей наедине.

— Наконец-то мы можем с тобой нормально поговорить, Паладин Тьмы Маркус, — явно наслаждаясь моментом и чеканя каждое слово, весело произнесла Октавия, и скосив взгляд на кресло, спросила, — позволишь даме присесть?

Глава 2

— Пожалуйста, — невозмутимо повел я рукой, не отводя взгляда от ее глаз.

На первый взгляд они ничем не отличались от прошлых встреч с этой черноволосой бестией, но, если копнуть чуть глубже, можно было увидеть странность. Форма зрачка подергивалась. Причем по-разному в четырех местах разом, словно каждая из них жила своей жизнью.

И когда я понял причину этой, казалось бы, незначительной аномалии, она мне очень не понравилась.

— Заметил, да? — усмехнулась Октавия, то ли весело, то ли грустно, — впрочем, скрыть это от Паладина Тьмы я и не надеялась. Наоборот, это приятно! Знаешь… как когда делаешь новую прическу, и интересующий тебя парень это замечает! А если учесть, что ты единственный парень во всем мире, что был способен это заметить… это прям возбуждает!

— Ты не понимаешь, что натворила, — покачал я головой, наблюдая как с эмоциональностью стали еще сильнее «дергаться» четыре разрозненные части ее зрачка, — эти сущности не игрушка. Они сожрут тебя изнутри.

— Может и сожрут, — весело отмахнулась Октавия, — если, конечно, я не сделаю это раньше.

— Наивный ребенок, — хмыкнул я, — сила этих фамильяров Смерти в последовательном усилении друг друга, а ты объединила их. Дала им сосуд…

— И призвала их в этот мир, чтобы подчинить, — продолжила мой логический ряд Октавия, — ага, я прекрасно понимаю с кем имею дело, Маркус. И тем не менее мои шансы против них сейчас намного выше, чем идти против Паладина Тьмы, — сверкнув легким безумием в глазах, взяла она виноградинку со стола и съела, закинув ногу на ногу.

— Ты призвала их раньше, чем узнала кто я, — скептически хмыкнул я.

— Начала готовить почву раньше, да, — утвердительно кивнула Октавия, — знаешь, как сложно было призвать их всех? Но я справилась. Завоевала их внимание, после чего планировала развивать и укрощать их по одному, последовательно. Аккуратно. Но ты не оставил мне выбора, Паладин. Пришлось ускориться, чтобы…

— Не умереть? — закончил я за нее.

— Именно! — весело указала на меня пальчиком Октавия, — ты такой понимающий и сильный мужчина, Маркус! Непобедимый и ужасный Паладин Тьмы. Никогда не проигрываешь и уважаешь устав давно сгинувшего падшего Ордена. Видный мужчина, способный убить любого. Только вот теперь моя смерть стала немножко не в твоих интересах, не так ли? — явно наслаждаясь моментом, улыбнулась черноволосая девица и сочувственно покачала головой, — вот же дилемма… ты хочешь меня убить, но понимаешь, что сейчас только я мешаю четырем предвестникам апокалипсиса войти в полную силу. Стоит мне перестать дышать, и их энергия соединится, мгновенно отправив на тот свет миллионы людей. Знаешь, я и прямо сейчас слышу, как воссоединившиеся предвестники в моей голове предвкушают, как пополнят загробный мир новой порцией энергии, которой им хватит лет на пятьдесят пропитания. Хотя… учитывая, КАКИХ людей вы собрали в этом славном городе, может быть и на все сто!

Я же стоял и продолжал смотреть как беснуются отбликами четыре древних сущности в ее глазах. Четыре фамильяра мира Смерти, воссоединения которых опасался даже Орден.

Эти сущности не знают жалости, а движет ими лишь одно стремление.

Убивать и пополнять загробный мир новыми сильными душами. И чем больше этих смертей будет, тем лучше. Это их суть. Их естество. Поэтому слова Октавии были не блефом. Она реально сейчас представляла из себя бомбу. Бомбу, способную «взорваться» так сильно, что сможет стереть с лица земли всю западную часть Империи, обратив ее в безжизненную пустыню.

— Зачем тебе это? — сохраняя хладнокровие, спросил я, — хочешь эффектно уйти? Отомстить за отца?

— Мне плевать на отца, Маркус, — чуть посерьезнел взгляд Октавии, — и умирать я не планирую. Мне просто нужна сила. А эти ребята могут мне ее дать.

— Сила? Все так банально? — усмехнулся я.

— Осуждаешь меня, Паладин? — с легкой обидой в голосе склонила девица голову набок, — считаешь меня сумасшедшей? А по факту чем это отличается от того, что делает Камилла? В ее голове сейчас беснуются тысячи голосов астральных старух, которые она пытается подавить, рискуя навсегда потерять свою личность. И это считается нормальным! В моей же голове сейчас всего четыре голоса.

— Пять, — внес я ценное уточнение.

— Ах, да… и про него ты, конечно, же знаешь, — с нервным смешком подалась вперед Октавия, — ну-у-у, этот голос со мной говорить не хочет. С тобой, как я посмотрю тоже, — фыркнула она, демонстративно постучав Клеймор кулачком и приложив ухо, — Не-а, ничего. Даже жаль. Я немного надеялась, что в твоем присутствии у него голос прорежется, а нифига. Молчит.

— Ты просто неправильно это делаешь, — пожал я плечами, — могу показать, как надо, — добавил я и протянул руку.

— Еще чего! Ты его сломаешь! — тут же обхватила Клеймор двумя ручками Октавия и прижала к себе, как любимую плюшевую игрушку.

— Не обязательно, — развел я руками, — я могу просто попросить.

— А если Мордин и тогда не захочет с тобой говорить, ты применишь силу, — как само собой разумеющееся произнесла Октавия.

— Это не обязательно сломает Клеймор, — хмыкнул я.

— Но обязательно снизит мою с ним связь, — легко парировала черноволосая девица, — а эта связь единственное, что позволяет мне сдерживать предвестников. Отберешь у меня Клеймор и ба-бах! — взмахнула ручками Октавия и засмеялась.

Только вот я не смеялся, потому что она была права.

— Ладно, — вздохнул я и плюхнулся на кровать, — ты хорошо подготовилась, молодец. Но я не пойму зачем ты пришла сюда? За сферой? Бесполезно. Я тебе ее не отдам.

— Знаю, что не отдашь, — фыркнула черноволосая, — ты добыл ее в честном бою. Подловил меня со своей Тьмой и просить сферу обратно вот так вот как-то… нечестно что ли… но… — чуть замялась Октавия, и я понял, что за все время разговора она ни разу не моргнула.

— Ты хочешь, чтобы тебе не снились кошмары, — догадался я.

— А кто не хочет? — мило улыбнулась Октавия.

— Хорошо, я могу их убрать, — пожал я плечами.

— Правда можешь? — аж подавилась от такой внезапности девица, — и что мне нужно для этого сделать?

— Попросить.

— Чего? Так просто? — подозрительно сощурилась Октавия.

— Не просто попросить, а вежливо попросить, — уточнил я, — справишься?

— Издеваешься, да? Жестоко! Я ведь чуть не поверила! — нервно усмехнулась черноволосая девица, а потом увидела мой взгляд и тихо произнесла, — помоги… пожалуйста…

И вместо ответа, я поднялся на ноги и сделал один шаг в сторону девушки. Она дернулась, но осталась на месте, провожая мой второй шаг взглядом. На третий шаг она опасливо вжалась руками в рукоять Клеймора, но все еще осталась сидеть.

Осталась она и когда я потянулся к ней правой рукой и положил ладонь на ее голову. Скользнул по волосам чуть ниже и остановил ладонь большим пальцем уперев в центр лба. Температура тела девушки была так высока, что удивительно как она вообще находилась в сознании. Также, коснувшись ее я ощутил невидимую до этого глазу дрожь. Прощупал энергетические потоки, осознав, что пришла она не пугать меня и не выпендриваться.

На самом деле Октавию привело сюда самое настоящее отчаяние. Ведь прямо сейчас она уже в одном шаге от того, чтобы проиграть внутреннюю борьбу с тварями.

Конечно, кто ж берется за поглощение древних фамильяров в таком паршивом состоянии. Они там вчетвером пируют, рвут ее душу на кусочки и даже не замечают сопротивления от тела Октавии, которое и без них свалилось бы замертво от недосыпа в течение недели.

И тот факт, что она позволила мне подойти это только подтверждает.

— Закрой глаза, — поразмыслив пару секунд, произнес я.

— Я-я…

— Закрой, — чуть более жестким голосом повторил я и девушка тяжело вздохнула.

Я ощутил, как буквально все остатки ее внутренних сил собираются воедино, чтобы побороть устойчивый ужас перед этим простым действием.

И спустя долгих десять секунд, Октавия опустила руки и послушно закрыла глаза.

Ее жизнь буквально находилась в моих руках. Но также в них находились и жизни всех людей, которым не повезло оказаться в радиусе пяти сотен километров отсюда. Как минимум. А может и того больше.

Сложно сказать наверняка, лично я с этими фамильярами дел не имел.

Почуяв меня, древние сущности предвестников апокалипсиса замерли. Но не в страхе, а в предвкушении. Одно неосторожное движение и поболтать с Мордином можно будет безо всяких посредников.

Прямиком в загробном мире.

Мог ли я до этих засранцев дотянуться?

В своем обычном состоянии, пожалуй, да. Сейчас же, сказать сложно. До одного смогу точно. Голод наглый и любопытный, даже не прячется особо. До двух… вероятно. След Чумы я чувствую благодаря тому, что имел дело с его слепком совсем недавно. Но чтобы избежать «взрыва», обезвредить надо всех четверых и сделать это одновременно.

А вот тут уже успех составлял около пяти процентов. В лучшем случае.

Готов ли я поставить ради такой попытки на кон жизни всех, кто собрался в Форте-Каплан? Собрался в моем Форте, под моей защитой и даже близко не подозревает о том, что прямо сейчас решается судьба их жизней?

И, вздохнув, я резко собрал ладонь и поставил девушке щелбан.

— Эй, больно! — возмущенно отшатнулась Октавия, — потирая лоб.

Я же невозмутимо отошел назад и сел обратно на кровать.

— Мог бы и сразу сказать, что не… — начала обиженно ворчать девица, и только потом поняла, что моргает. Охренев, она закрыла глаза и прошептала, — исчезли… их больше нет… правда больше нет…

Говорила она это тихо, а по ее дрожащей щеке медленно стекала слеза.

— Ты же понимаешь, что я могу вернуть их в любой момент? — напомнил я.

— Более чем, — быстро преодолела момент слабости и вытерла слезу Октавия, — но все равно, в благодарность за то, что ты сделал, я скажу тебе, что с молодоженами все в порядке. И даю слово, никто на этой свадьбе не пострадает.

— Ты говоришь за себя, или за своего дружка тоже? — невозмутимо спросил я, так как коснувшись девушки, я не только просканировал ее энергию, но и уловил там свежие следы Князя Смерти.

— За себя, конечно, — хмыкнула Октавия, при этом не став отрицать, что пришла не одна, — он мальчик большой, пусть сам отвечает за свои поступки.

— И ты скажешь мне, куда он пошел? — поднял я бровь.

— Пошел встретиться со своим другом, — развела руками черноволосая.

— Вот как… а если он умрет?

— Князь Воды или Смерти? Впрочем, мне пофиг в любом раскладе, — отмахнулась Октавия, — я пришла сюда поздравить молодоженов. Все-таки не чужие для меня люди. Но навряд ли они будут также благоразумны, как ты, и не наделают глупостей при виде меня… так что, может ты передашь им мой подарок?

— Если это не твоя отрубленная голова, то не думаю, что им твой подарок понравится, Первая.

— Ой, божечки, я покраснела, нет? — восторженно захлопала глазками Октавия, — ты первый, кто меня так назвал! Это так… приятно! И да, Маркус. Не думай, что я не вижу, как ты все это время прощупываешь меня и пытаешься найти способ меня переместить, пленить или изолировать. Не получится. И ты это знаешь. Да и Лексе давать сигнал бесполезно. Я перехватила все астральные каналы связи в этом здании. Не разочаровывай меня, Маркус. И не говори, что ты не понял, что Камилле стало плохо с моим появлением по чистой случайности. У одной Стихии не может быть две Альфы. Астрал будет моим.

— Так вот для чего тебе сила, — хмыкнул я.

— Обитель моя по праву, Маркус. По праву рождения. По праву сильной. По праву Первой. Да, мне немного не хватило в тот раз. Да, девчонка оказалась более способной, чем я думала. Мама хорошо ее обучила. Но Обитель моя. Она уже признала меня претенденткой на роль Княгини Астрала. Признала задолго до прихода сюда. Иначе почему думаешь, Камилле до сих пор не удалось подчинить Ядро? Но я пришла сюда не хвастаться, не злорадствовать, а просто передать подарок. Надеюсь, это поможет избежать недопониманий и ненужных жертв.

И с этими словами в голове прозвучал ментальный стук. Не жесткий, а робкий и вежливый. Эта энергия не ломилась, а спрашивала моего разрешения. И как только я его дал, в голове появилось воспоминание.

Чужое воспоминание, но такое яркое и настоящее, словно мое собственное.

И принадлежало это воспоминание Княгине Аглае, за сутки до ее смерти.

* * *

Я лежал на кровати и смотрел в потолок. В воздухе еще виднелись остаточные следы астральной техники, которой ушла Октавия.

Да, я сам отпустил ее. Да, я повесил на нее «жучка», да так глубоко, что она его ни за что не найдет, а ее текущее местоположение у меня сейчас как на ладони.

Только вот это была нихрена не победа.

Глядя на то, как Октавия легко подавила Камиллу, если ничего не делать, ее захват Обители это вопрос времени. Но и убивать или ослаблять Октавию сейчас нельзя. Взорвется. И проблема в том, что от этого «взрыва» не спрятаться. Из-за наличия тесной связи Октавии с Ядром Обители, шарахнет и туда, а такого Астрал может и не выдержать. Сама того не понимая, девица дала древним фамильярам Смерти ключ ко второй Стихии и, если они ее поглотят, Ядро станет следующим.

В лучшем случае, Обитель схлопнется и Клан Астрала перестанет существовать.

В худшем, цепной реакцией уничтожит вообще все и всех, кого хоть как-то касаются астральные сети.

От всех этих размышлений заболела голова и стало не очень-то похоже на отпуск. Да и последнее время я задаюсь вопросом, отпуск ли, это все вообще?

Эх, как же просто было раньше. Видишь тварь? Убиваешь тварь. Не видишь тварь? Находишь и все равно убиваешь тварь. Потом берешь плату с Магистров, и по новой. Все просто, красиво и понятно.

А сейчас… один прячется за шахматной доской и швыряется марионетками в пентаграммы. Вторая сидит в неизведанном плане и дергает за золотые ниточки. Третья сделала из себя ходячую бомбу, которой половину человечества выкосить можно.

Прав был старик Акс, самые страшные и опасные твари — это люди.

С этой стариковской мудростью на устах я поднялся на ноги, покрутил в руках виноградинку и кинул ее в рот.

Вкусно.

А когда я отправил туда же вторую и последнюю ягоду, дверь вдруг открылась и внутрь влетела Лекса. Вид у нее был обеспокоенный. Она ощутила возмущения в астрале, но не могла пробиться. Хорошо хоть на уши никого ставить не стала и терпеливо ждала, когда я выйду и расскажу.

Но я не вышел в ту же секунду, и моя помощница вошла сама с расспросами что тут было.

Я вкратце ввел ее в курс дела и отправил ее сходить проверить Камиллу. Не очень охотно, но Лекса согласилась.

Сам же я вышел на улицу и направился к отдельно стоящему двухэтажному отелю под названием «Глоток Свободы». Одно из самых элитных заведений в городе теперь принадлежало двум молодым людям.

Маленький подарок для новобрачных, которым они этой ночью активно пользуются, выставив персонал за дверь и разместив вокруг здания защитный изолирующий купол.

Подойдя к нему, я глянул на часы. Отвлекать молодых от важных свадебных ритуалов некрасиво, но учитывая текущий уровень выносливости Макса, скоро они должны взять перерыв. С этой мыслью я, используя немалое количество энергии, бесшумно преодолел барьер купола и направился к бару.

Персонала в этом отеле сегодня не было, поэтому я перемахнул через стойку и сам занял место бармена. Оглядел напитки, припомнил парочку рецептов из прошлого, и начал мешать коктейли. Если не получится, всегда можно будет использовать план под названием «Ильретеевское светлое», которое я сюда в честь дополнительного подарка подогнал четыре бочки.

Ждать пришлось недолго. Уже через десять мину из коридоров донесся смех и веселые шаги.

— Оп-па! А я думала ты весь персонал выгнал! — засмеялась Диана, одетая в одну только мужскую рубашку, правда это ее ничуть не смущало.

— Да этого попробуй выгони, — поддержал шутку своей теперь уже жены, Макс, на котором одежды было и того меньше, и они вместе с Дианой, улыбающиеся и счастливые заняли места у стойки.

— И с каких пор у нас за бармена целый Паладин? — с азартом в глазах выбирая из десяти выставленных на стойке бокалов с цветной жидкостью, спросила Диана.

Макс же не выбирал и просто выпил залпом ближайший.

— У-ухх, вкуснотища! — воскликнул Макс и потянулся ко второму.

— Согласна! У тебя талант, Маркус! — решив не отставать от мужа, замахнула в себя напиток Диана, — Ты прощен! А если передумаешь спасать мир, не пропадешь, возьмем тебя на полную ставку барменом! — вторила мужу Диана и молодожены последовательно прикончили все приготовленные за эти десять минут коктейли.

И только после этого, Максим со вздохом посмотрел на часы и резко посерьезнев, спросил:

— Ну, а теперь, Маркус. Рассказывай, что там у тебя. Ни за что не поверю, что ты нас пришел просто угостить.

— Свадебный подарок, — сказал я молодоженам без улыбки, — но, боюсь он вам не понравится, — добавил я, и взмахом руки, без лишних прелюдий передал им копию полученного воспоминания с Аглаей.

Глава 3

Началось воспоминание с безмолвной статичной сцены.

Сцены, в которой еще живая Аглая сидела в богато обставленной светлой комнате. Не проявляя совершенно никаких эмоций, бывшая Великая Княгиня Астрала просто сидела, смотрела в стену и молчала целых пять минут к ряду.

И только после этого, кивнув собственным мыслям, Княгиня Аглая медленно повернула голову, и в «кадр» попала черноволосая девушка, которая все это время располагалась неподалеку и сверлила свою мать нетерпеливым взглядом.

Октавия выглядела возбужденной, с огромным трудом сдерживалась, нервно подергивая ногой, но при этом Клеймора при себе у нее не было, а преобладающей эмоцией на лице девушки была… надежда?

— Мой ответ нет, — холодным голосом нарушила тишину Княгиня Аглая.

— Нет⁈ Ты должно быть плохо меня расслышала, мама, — поджав губы, хмыкнула Октавия, — они убили Императора… безжалостно вырезали всех его сторонников… не щадили ни стариков, ни женщин, ни детей. Зачищали всех и вся, словно заразу… хотя главные паразиты на теле человечества они сами! И теперь я знаю, как их найти! Я знаю, как заставить их заплатить… я знаю…

— Довольно, — перебила свою дочь Княгиня Аглая, — ты не понимаешь, о чем говоришь.

— Я-ТО НЕ ПОНИМАЮ⁈ — всплеснула руками Октавия, — ВСЕ Я ПОНИМАЮ! ЯСНО⁈ Я ХОЧУ ИХ УНИЧТОЖИТЬ! СТЕРЕТЬ В ПОРОШОК КАЖДОГО! СГНОИТЬ И ОТПРАВИТЬ В БЕЗДНУ ПРЕИСПОДНЕЙ ВСЕХ УБЛЮДКОВ ДО ЕДИНОГО! ПОРУБИТЬ ИХ НА КУСОЧКИ И ВЫПОТРОШИТЬ НА МОГИЛАХ НАШИХ ПРЕДКОВ! ОБИТЕЛЬ ДОЛЖНА ОТОМСТИТЬ ЗА ТО, ЧТО С НАМИ СДЕЛАЛИ! ОБИТЕЛЬ…

— Обитель сохранит нейтралитет, — строго произнесла Княгиня Аглая, — это не обсуждается.

— КАК ТЫ МОЖЕШЬ ТАК ГОВОРИТЬ⁈ ТЫ! ПОТОМОК ПЕРВОЙ! ТЫ ДОЛЖНА ПОМНИТЬ! — распалилась Октавия еще больше, а ее яростный непонимающий взгляд метался по невозмутимо сидящей перед ней властной женщиной.

— Именно потому, что я потомок, я все помню, — сохраняя невозмутимость, твердо произнесла Княгиня Аглая, и в ее голове на миг всплыл образ белокурой женщины в окровавленном платье, рядом с которой лежал мертвый голубоглазый мужчина, а сама женщина склонила голову над обступившими ее со всех сторон силуэтами.

— Так ты с ними заодно… ты… — округлился взгляд черноволосой девицы, а кулаки сжались до проступившей крови.

— Ты не понимаешь, Октавия. Твоя картинка мира не полная. Гнев затуманил тебе разум. Если ты проявишь терпение, то ты сможешь вспомнить, что случилось на самом деле. Вспомнить и осознать клятву. Вспомнить истинную причину, по которой мы, Клан Астрала еще живы. Причину, по которой Род Первой еще не прервался, — впервые немного дрогнул голос Аглаи, и она потянулась рукой к дочери.

— Если это сделает из меня такую безвольную слабую куклу как ты, то я не хочу вспоминать, — гневно отбила Октавия протянутую руку, а с ее пылающих болью и яростью глаз текли слезы.

Всхлипнув, девушка тряхнула головой, утерла слезы рукавом, после чего подскочила на ноги и устремилась к выходу. Остановилась она только у самой двери, вцепившись в ручку дрожащей рукой.

— Безвольная и лживая трусиха не достойна памяти Первой. С такой слабой Княгиней у Клана Астрала нет будущего. Как из-за тебя нет будущего и у всех нас, — не поворачивая головы произнесла Октавия, — даю тебе сутки, мама. Расскажи сестрам всю правду. Или я сделаю это вместо тебя. Они имеют право знать.

— Никто не станет слушать самозванку с западной фамилией, — без каких-либо видимых эмоций произнесла Княгиня Аглая.

— И то верно, — нервно усмехнулась Октавия, после чего улыбка сошла с ее лица и уже гораздо спокойнее, девушка добавила, — но свою Княгиню они будут обязаны выслушать. Через сутки я вернусь за ответом.

* * *

Князь Воды сидел у изголовья кровати и с любящим взглядом гладил по синим волосам спящую женщину. Сегодня ее сон был удивительно спокойным. Никаких признаков страшных кошмаров, которые мучали Полину с самого момента пробуждения сегодня не было.

Все-таки хорошей идеей было взять ее с собой на свадьбу. Последнее время Полина окрепла достаточно, чтобы выходить в свет. Ее память возвращалась крупными кусками. Иногда разрозненными, но пока преимущественно из детства, и они складывались в одну картинку.

Курирующий ее восстановление лекарь Маркуса сказал, что это нормально. Что первыми у Полины возвращаются более безопасные воспоминания. Они формируют опору для психики. Фундамент, без которого вспоминать о травматичном дне, когда все случилось опасно.

А поскольку сам Князь Воды являлся частью и в каком-то смысле даже косвенной причиной этого травматичного опыта и самого дня исчезновения, его она вспомнит самым последним.

Зато именно это событие станет финальной точкой ее реабилитации. Полноценным выздоровлением, которое неизбежно произойдет.

Князь Воды это понимал и терпеливо ждал.

Да, ему было больно, что его невеста помнит о нем только имя, но Князю было достаточно ее теплого взгляда. Полного тепла родного взгляда, в который обязательно вернется и любовь. Стоит Полине окрепнуть, и она станет прежней и все вспомнит.

А до того момента он будет рядом. Столько, сколько потребуется.

В горе и в радости. Держать ее за руку, когда снятся кошмары и оберегать. Видеть ее улыбку. Такую искреннюю улыбку, как, например, сегодня.

— Похоже ей правда стало лучше, — вдруг раздался посторонний мужской голос позади.

Князь Воды резко обернулся на голос и, увидев кто это, с холодным как лед взглядом потянулся к лежащему на тумбе оружию.

— Но-но-но! — поднял руки вверх молодой мужчина в черном костюме и накинутым поверх капюшоном, — спокойно! Я безоружен! К тому же ты ведь не хочешь ее разбудить? Бедняжка первую ночь спит без кошмаров… не поступай с ней так жестоко!

— Тц, — скривился Князь Воды, и не отводя взгляда от незваного гостя, холодно спросил, — чего ты хочешь? Если думаешь, что сможешь уйти так легко…

— Спокойно-спокойно, — мягко повторил Князь Смерти, — я просто оказался рядом и заглянул повидать старого друга. Заодно пациентку свою проведать. Полина действительно…

— Не смей произносить ее имя вслух, выродок, — оскалился едва сдерживающийся Князь Воды, — ты не имеешь на это никакого права!

— Жестоко, — с наигранной обидой в голосе покачал головой Князь Смерти, — я ведь столько лет за ней присматривал… Кормил… поил… защищал… Без меня ее сердечко бы давно перестало биться. И ты это знаешь… впрочем, поэтому я и пришел, мой старый друг. Выполнить обещание. Не люблю я не законченных дел, знаешь ли…

С этими словами Князь Смерти резко и абсолютно беззвучно сомкнул ладони.

Невидимая волна энергии рывком разлетелась по комнате. Князя Воды пошатнуло. В комнате разлетелись вдребезги все окна, зеркала и стоящая на тумбе ваза с голубыми лилиями. Сумасшедший по силе порыв ветра разбросал одежду и вскинул вверх занавески.

Водник среагировал мгновенно, ощетинился стихийной водяной броней, закрыл Полину собой, и готовый к атаке обнажил клинок. И как только Князь Воды хотел напасть на беспечно развернувшегося спиной ублюдка в капюшоне, как его руку кто-то вдруг остановил.

Вздрогнув, Князь Воды медленно обернулся, и вся воинственность и злость улетучились, а руки опустились. Ему на все в этом мире стало плевать. На уходящего сквозь разбитые окна Князя Смерти, на свадьбу, на Совет, на Аргус, на все войны мира…

Ничего иного в этот миг не имело смысла, ведь прямо сейчас его за руку нежно держала Полина, а ее взгляд был полон узнавания и любви.

Ее взгляд был… прежним!

— Дорогой, что случилось? — обеспокоенно спросила женщина и улыбнулась так тепло и искренне, как не улыбалась уже целую вечность, — милый, тебе снова приснился плохой сон? — провела она мягкими ладонями по дрожащим щекам Князя Воды.

Его руки совсем обмякли, клинок со звоном упал на пол, и Князь Воды, не веря своим глазам обнял свою невесту и прижался к ней.

Слезы бежали по его холодным щекам, и не отпуская ни на мгновение Полину, он прошептал, — да, родная. Мне снился очень-очень плохой и длинный сон… дурной сон… без тебя…

— Ну-ну, теперь все позади, я рядом. Я с тобой, — прошептал на ухо родной любящий голос, и самая дорогая для Князя Воды женщина на планете заключила его в свои объятия.

* * *

Я сидел за барной стойкой и на манер настоящего бармена протирал пивной бокал. Зачем? Без понятия. Я видел, что мой повар так постоянно делает, и захотелось повторить.

Воспоминание я закончил показывать десять минут назад, но с тех пор ни Максим, ни Диана не проронили ни слова. И даже пить больше не стали. Просто сидели погруженные в свои мысли.

Может, я поторопился с вываливанием на них этой информации?

С другой стороны, они бы все равно об этом узнали, когда вышли из своего информационного «кокона», так что пусть лучше сейчас и от меня.

Контролируемо, так сказать и под присмотром взрослых.

Ответственность за тех, кого «приручил», чтоб ее.

— Что именно эта сука имела в виду под «правдой»? — нарушил тишину сухой голос Максима.

— А разве есть варианты? — спросила Диана.

— Тц, — скривился Максим, и найдя взглядом бутылку с белой жидкостью, налил себе стопку и прихлопнул залпом, — Аглая не сказала ничего конкретного! Это лишь вырванный из контекста разговор! И вообще, это могла быть игра! Мы не знаем, как все было на самом деле! Не знаем мыслей Аглаи и не можем ее спросить…

— Вообще-то можем, — мягко возразила Диана и с вопросительным взглядом взяла своего мужа за руку.

Максим тяжело вздохнул и разрешающе кивнул, после чего Диана взмахом пальчика «выключила» защитный купол над отелем.

Информация из внешнего мира, от которой она себя принудительно отрезала на период брачной ночи, хлынула Диане диким потоком. Она аж вздрогнула от такого количества, а когда открыла глаза, то посмотрела в сторону входной двери в отель.

Спустя секунду, она распахнулась и оттуда к нам подошла Лекса, тактично ждавшая снаружи. Девушка молча заняла свободное место за барной стойкой, плеснула себе текиллы, выпила, и с грустным видом покачала головой, отвечая на не заданный вслух общий вопрос.

— Чего⁈ Камилла мертва? — полезли брови наверх у Максима.

— Нет, с ней все хорошо, — вместо Лексы ответила Диана, — но поговорить сейчас не получится. Камилла спит.

— Фух, — облегченно выдохнул блондин, — так просто разбудим, попросим найти в этих ваших недрах Аглаю, спросим…

— Не выйдет, — ответила теперь уже Лекса, — Ядро само «позвало» Камиллу к себе. Вытащить ее оттуда и разбудить силой не получится. Она и так слаба, может стать хуже. Лучше подождать.

— Просто ждать⁈ — стукнул по стойке Максим, — и позволить этой лживой суке просто так уйти⁈

— Октавия не солгала, — невозмутимо произнесла Лекса и, повернув взгляд на меня, добавила, — или ты думаешь Маркус бы пропустил лживое воспоминание?

— Ладно… допустим воспоминание настоящее, — хмыкнул Макс, — но там не все так однозначно! Вы не понимаете! Аглая не могла! Она воспитала меня, она же… она…

— Ты прав, приятель, — положил я парню руку на плечо, — Октавия показала это воспоминание совсем не по доброте душевной. И не ради справедливости. Она это сделала специально.

— Но если ты это понимаешь… тогда почему дал ей уйти? — поднял на меня взгляд Максим.

— Потому что хочу узнать правду, — пожал я плечами, — а ты нет?

— Я? Да… нет… наверное… черт! — в сердцах запульнул рюмку блондин и она разлетелась вдребезги.

— Хочешь, сходим пока проведать Камиллу? — приобняла парня Диана, — возможно прямо сейчас она разговаривает с Аглаей.

— А мне туда можно? — удивился Макс.

— Конечно можно, — тепло улыбнулась Диана, — ты ведь мой муж.

— Муж… — вздохнул и чуть расслабился парень, — ладно, — кивнул он и посмотрел на меня, — если эта сука лжет и что-то затевает…

— Я лично убью ее, — невозмутимо произнес я.

— Хорошо, — удовлетворенно кивнул Макс, после чего они вместе с Дианой ушли в Обитель личным порталом.

Лекса недолго думая, отправилась следом. Переполох в Обители сейчас знатный, и пока Камилла спит, успокаивать астральных девчонок и наводить порядок опять придется парочке негласных заместителей Камиллы.

Я же, оставшись в одиночестве за барной стойкой, снял и задумчиво покрутил в руке костяной перстень.

— Что же ты затеял на этот раз, засранец? — спросил я.

Паладин Смерти Мордин ничего мне не ответил, но в том, что он меня слышал я ничуть не сомневался.

Ведь главной причиной почему я так легко дал Октавии уйти, на самом деле были донесшиеся в конце разговора из этого самого перстня слова:

«Прошу… не убивай ее».

Глава 4

Девушка с розовыми, как цветы сакуры, волосами беспечно болталась по улицам ночного города.

Чужого ночного города.

Охваченного шумом, пьяницами и весельем чужого ночного города.

Поначалу девица шла осторожно и прикрывалась от многочисленных прохожих тенями, но быстро убедившись, что окружающим людям совершенно не до нее, заскучала и стала идти в открытую.

Герцогиня Вайлет из Рода ночных теней Умбраль выделялась.

Выделялась цветом волос. Одеждой. Украшениями. Аурой.

Все в западной аристократке буквально кричало окружающим о том, что она в этом городе чужая, но ее никто не трогал. Никто не останавливал. Никто не тыкал в нее пальцем, и не оглядывался ей в след. Несколько подвыпивших аристократов пытались ее закадрить, некоторые смельчаки звали ее выпить или приглашали присоединиться к уличным танцам и городскому веселью.

Но все это было так корректно, по-доброму, и искренне, что это сбивало девушку с толку.

Ведь Вайлет из Рода Умбраль прекрасно знала, что из себя представлял Форт-Каплан последние полсотни лет. Столица контрабандистов, пристанище отбросов, логово наркоторговцев и еще с десяток неофициальных названий этого места, которые в обиходе использовались куда чаще, чем название настоящее.

Да чего там, Вайлет Умбраль и сама часто прибегала к услугам местных дельцов, ни одного из которых, к слову, сейчас в городе уже не было.

Зато было полно имперцев, аристократов разных мастей, мирных и счастливых людей, буквально заполонивших улицы.

Потомственная герцогиня Вайлет Умбраль находила происходящее грубым, вульгарным и сумасшедшим.

Устроить свадьбу в таком месте⁈ В такое время⁈

После всего, что произошло тут совсем недавно⁈

На это мог решиться только сумасшедший! И как их Наместник это только поддержал. Да еще и сам приехал сюда, расквартировав тут целый Имперский полк и объявив повсеместные выходные на целую неделю!

Не траур! А праздники! Немыслимо.

И несмотря на то, что все в городе сейчас радовались, самой Вайлет было скучно. Она и сама не знала, зачем пришла так рано и что именно ищет на этих улицах. Найти Маркуса не получилось, а как скоротать время до утра она не знала и продолжала просто бродить, пока вдруг не ощутила, что за ней следят.

Ожидая кого-то серьезного, девица повернула голову, но увидела, что это простой хомячок.

Зверек со своей обсидиановой шерсткой и фиолетовыми бусинками глаз выглядел странно, но тут весь город выглядит и ведет себя необычно. Может у них это талисман праздника такой?

Решив так, Вайлет Умбраль пошла дальше, но стоило ей отвернуться, как черный грызун неожиданно шустро оказался у нее на плече, и с похожим на хихикающий звук сдернул у нее с уха серьгу.

Все произошло так быстро, что девица даже моргнуть не успела, а когда поняла, что произошло, воришка широкими теневыми прыжками помчал вперед по улице. Недолго думая, Вайлет Умбраль окутала свои ноги созданной одним взмахом Тенью, и побежала следом.

Герцогиня Вайлет из Рода потомственных теневиков Умбраль по праву гордилась своими способностями. К своим двадцати двум годам, она идеально овладела теневым аспектом «Звездной Пыли» и всеми связанными с ним диверсионно-разведывательными техниками. В том числе «Звездным Шагом», который создавал под ногами похожими на розовую пыльцу сгустками энергии, ускоряющими перемещение в несколько раз.

Двигалась она бесшумно. Быстро. А с учетом темного времени суток еще и практически без энергетических затрат со своей стороны, но… зверек двигался еще быстрее! А еще неестественно шустрый грызун явно поддавался, ведь находил время останавливаться и хихикать!

Изначально герцогиня не планировала применять свои способности, но поведение наглого хомяка приняла как вызов и личное оскорбление, а потому окутала воссозданной Тенью уже всю себя.

Мерцающая розовым отблеском пыльца покрыла все ее тело, сделав тело полупрозрачным, а также легким как пушинка. В таком состоянии скользить по реальности было легче легкого, и до наглого хомяка было рукой подать, но…

— Да не может быть! — в сердцах воскликнула изумленная герцогиня, осознав, что засранец все равно умудряется без труда ускользать от всех ее выпадов.

Словно предугадывая ее следующий шаг, хихикающий хомяк с ее серьгой в форме полумесяца в руках издевательски скакал, неуловимой тенью.

ОТ НЕЕ! ПОТОМСТВЕННОГО ТЕНЕВИКА!

Уязвленная девица уже ни на что вокруг не обращала внимания, кроме цели.

Максимальная концентрация, тонкий расчет и дополнительно созданные три усиливающих контура Тени помогли-таки заманить наглеца в тупиковый проулок. По перемещениям хомяка Вайлет поняла, что тот не стремится убегать, а просто дразнит ее, и потому вдруг перестала его преследовать и резко свернула в сторону тупика.

И к ее радости, зверек проявился здесь, нагло усевшись под крышей и показал язык.

А дальше герцогиня сделала то, чем не особо гордится.

Потратила половину своих энергетических запасов и применила секретную Родовую технику разрыва пространства. Резко создала на правой ладони пять дополнительных теневых контуров, которые помогли ее руке мгновенно преодолеть десятиметровое расстояние между ней и зверьком, и схватить его.

Нащупав наглый комок обсидиановой шерсти в руках, Вайлет отозвала созданные контуры, и в ее руке теперь болтался трепыхающийся зверек, намереваясь укусить ее за палец.

— Ха-ха! Попался! Теперь, не смеешься, мелкий воришка, — победоносно ухмыльнулась Вайлет, приставив заостренные розовые ноготки к беззащитному подбородку зверька.

— Отпусти его, — раздался холодный голос позади.

Несмотря на то, что еще секунду назад там никого не было, сейчас со стороны тупика исходила ощутимая угроза. Все тело напряглось, инстинкты затрубили тревогу, а ведь юная герцогиня, прекрасно понимая, где находится, ни на миг не ослабляла бдительности, и все равно к ней подкрались так близко и так легко…

С досадой размышляя об этом, Вайлет Умбраль слегка ослабила хватку, и зверек тут же теневым прыжком ускользнул от нее.

— Я не ищу проблем. Я просто хочу вернуть свою вещь, — миролюбиво произнесла герцогиня и медленно повернулась.

И теперь смогла рассмотреть источник угрозы. Темноволосую девушку с обманчиво спокойным взглядом хищника и напружиненными как у кошки перед прыжком ногами. Самоуверенная ухмылка, в руках два сотканных из стихийного теневого дыма кинжала, а на плече недовольно потирающий царапину на подбородке хомяк с украденной серьгой.

— Тебя нет в списках приглашенных, — проигнорировав ее, произнесла темноволосая с хищными вертикальными зрачками, в которой Вайлет признала одаренную теней.

И весьма неслабую одаренную. Гордость теневика на миг взыграла в герцогине, но она укротила ее, ведь прибыла сюда не разжигать конфликты, а совсем наоборот.

— В списках на свадьбу меня нет, но я есть в числе приглашенных на пресс-конференцию вашего Наместника как дипломатический гость. Герцогиня Вайлет Умбраль, — представилась девица со снисходительным кивком и невозмутимо добавила, — владелец этого места лично открыл для меня Портал.

— Пресс-конференция Наместника будет в полдень, — даже не шелохнувшись, холодно произнесла готовая атаковать нарушительницу в любой момент хищница.

— Да, но разрешение находиться здесь действует на весь день, а Портал стал активен с полуночи, — уверенно парировала Вайлет, — или у вас тут принято убивать приглашенных дипломатических гостей?

— Нет, в этом мы от вас отличаемся, — позволила себе больше похожую на оскал улыбку хищница, и ловким движением убрала кинжалы и распрямилась, — меня зовут Лиссандра из Рода Темных.

— Приятно познакомиться, — с трудом сохраняя хладнокровие, произнесла Вайлет, — в таком случае, раз мы разобрались, не мог бы твой зверек вернуть мне…

— М? — подняла бровь Лиса, и обе девушки посмотрели на хомяка, который резко убрал лапки за спину и, невинно посвистывая, отвел взгляд куда-то вверх.

— Этот гадский зверек украл мою вещь, и она ценная, — терпеливо напомнила Вайлет.

— Ты сказала… гадский? — резко похолодел взгляд Лисы.

— Да, гадский! Гадский! Наглый! Вор! — чеканя каждое слово, вышла из себя герцогиня и позволила выйти наружу своей ауре вместе с аристократической гордостью.

Лиса тоже «взорвалась» вспышкой дымчатой энергии и две теневые ауры вцепились друг в друга. Сражаться девушки не собирались, а скорее проверяли друг друга на энергетическую прочность. Они пытались передавить друг друга, но ни одна из них не дрогнула, а энергетические силы оказались в целом равны, поэтому спустя пять минут гляделок, ауры медленно стихли.

После чего герцогиня поправила платье, и максимально миролюбивым голосом произнесла.

— Похоже мы не с того начали, Лиссандра…

— Лиса, — перебила ее темноволосая.

— Но ты же представилась… а ладно, Лиса. Мне нужен твой… э-эм, — замялась, пытаясь понять ее статус Вайлет, — в общем мне нужен Князь Теней Маркус. Я обошла уже весь город, но его так и не нашла. Не могла бы ты подсказать, где находятся его покои, или где я могу его найти?

— Думаешь, я так легко стану такое рассказывать какой-то чужачке? — усмехнулась Лиса, — хотя… Проглотику очень понравилась твоя серьга… — недвусмысленно намекнула она.

— Проглотику? — опешила герцогиня и машинально провела по уху, — вообще-то это семейная реликвия! Ты хоть представляешь сколько она стоит⁈

— Ну, нет так нет, — безразлично пожала плечами Лиса, — если догонишь Проглотика еще раз, я не стану вмешиваться. Развлекайся, времени до пресс-конференции еще много, — бросила она и начала разворачиваться.

— Стой! — обреченно вздохнула Вайлет и согласно кивнула, — ладно, отведешь меня к Маркусу, и серьга твоя.

Выполненное в форме полумесяца украшение было весьма ценным защитным артефактом, но не являлась чем-то незаменимым и жизненно необходимым для герцогини.

В отличие от необходимости встретиться с Маркусом.

Пройдя через Портал, Вайлет поняла, что ни за что не сможет самостоятельно им пользоваться. Часть гордой герцогини верила, что если она воспользуется теневым проходом хоть разок, то сможет понять его секрет и воспроизвести, но на деле Вайлет лишь осознала какая большая пропасть между ней и Маркусом. Без него ни о каком контроле Портала не может быть и речи, а значит надо налаживать контакт.

Но как это сделать? На звонки и сообщения Маркус не отвечает, а встретиться с ним лично из-за последних событий между государствами практически нереально.

Единственный шанс — это найти его сегодня, пока они волею судьбы в одном городе, и пока есть допуски и разрешение тут быть. Но действует дипломатическое разрешение всего сутки и нет никаких гарантий, что Маркус вообще придет на пресс-конференцию.

Может он вообще уедет, и что тогда? Без его поддержки герцоги ее точно раздавят, а Роду Умбраль придет конец.

Так что, поразмыслив, что артефактная серьга приемлемая цена за встречу с Маркусом, Вайлет Умбраль приняла условие наглой девки с вертикальными зрачками. А как бонус, герцогиня себя успокаивала тем, что получит хоть какой-то козырь в рукав для переговоров с Маркусом.

Наверняка ему захочется узнать, как легко его приближенная и даже включенная в Род теневая девка сдала его местоположение.

— Ну, так и где мне искать Маркуса? — улыбнувшись собственным мыслям, спросила Вайлет.

— Просто обернись, — мило улыбнулась Лиса, и исчезла в тенях тупикового проулка вместе с хомяком.

Все вновь произошло так быстро, что опешившая герцогиня даже моргнуть не успела, и первой мыслью было, что ее обманули и так нагло обокрали.

Но все-таки она повернулась.

Каково было удивление герцогини, когда там она увидела стоящего на выходе из проулка мужчину, который подпирал здание своим плечом и с улыбкой наблюдал за всем этим.

И несмотря на то, что это действительно был Маркус, ощущение что ее где-то жестко обобрали, никуда не делось…

* * *

Незадолго до этого.

Покинув подаренный молодоженам отель, я вышел на улицы города и решил прогуляться. Я шел и задумчиво подкидывал костяной перстень вверх, как монетку.

Вверх. Вниз. Вверх. Вниз.

Перстень крутился в воздухе, и глядя на мерцание его граней в свете луны, я размышлял, что с этим добром делать. Связь этого предмета с Паладином Смерти была очевидна. И связь не односторонняя. Я видел эту робкую энергетическую нить, и при желании мог даже потрогать, и не только потрогать, но и, например, потянуть…

Идея вытащить Мордина оттуда силой и заставить говорить была заманчивой. Даже нынешних возможностей мне со скрипом, но хватит, ведь Паладин Смерти по факту мертв, и не то, чтобы может сильно сопротивляться.

Правда если вытащить Мордина силой, его связь с Октавией сразу оборвется. И высок шанс, что в таком случае она бомбанет. В прямом смысле слова.

Так я и шел по улице, смотря как взлетает, крутится в воздухе, и падает перстень, каждый цикл приговаривая:

Бомбанет… не бомбанет… бомбанет… не бомбанет…

— Бомбанет… — вздохнул я после очередного броска, и в этот момент услышал знакомый голос из темного проулка.

Я прошел чуть глубже и услышал еще один знакомый голос, а потом и вовсе стал свидетелем забавной картины, где хомяк с пафосной рожицей позирует с серьгой в виде полумесяца, которую он нацепил на себя на манер щита.

Я не смог сдержать улыбки, потому что серьга являлась крайне непростым защитным артефактом, поэтому под роль щита подходила идеально. И по свойствам, и по размеру. А в комплекте с уже имеющейся золотой спицей, у Проглота получался неплохой комплект, к которому оставалось только доспехи добавить.

Так я и стоял, широко улыбаясь, и наблюдая за пантомимой хомяка и легкой перебранкой двух девушек. Так и хотелось сказать «все равно не подеретесь», но я решил не вмешиваться и просто посмотреть, чем все это дело закончится.

А закончилось оно смотрящими прямо на меня возмущенным туманным взглядом герцогини, улыбка которой почему-то сползла с ее миловидного лица, стоило ей меня увидеть.

Глава 5

— Она меня обманула! — воскликнула пылающая возмущением благородная Вайлет Умбраль.

— Разве? — поднял я бровь, — воспользовалась ситуацией и развела, это да. Но обманула ли?

— Да это одно и тоже! Вы с ней это подстроили вместе!

— Веришь или нет, я просто шел мимо, — невинно развел я руками и глянул на часы, — и ты сама решила прибыть настолько заранее, а как любил говорить один вредный мудрый старик: «кто рано встает, тот серьгу новую найдет».

— Вообще-то я ее потеряла! — с укоризной заметила розоволосая девица.

— Ну, так тот, кто серьгу потерял, встал еще раньше, — засмеялся я, — так что вывод, ранним утром лучше спать и не шляться по сомнительным темным улицам, — добавил я с улыбкой и протянул руку, — позволишь?

— Позволю… что? — напряглась Вайлет.

— Вторую серьгу, — невозмутимо произнес я и поманил пальцем.

— И ты туда же⁈ — полезли у нее брови на лоб, — ах… ну да, она же представилась твоей фамилией, чего я ожидала… — пробурчала герцогиня, но послушно сняла вторую серьгу с уха и протянула мне.

Я взял артефакт и покрутил в руке. Красивая, тонкая работа. Добротный защитный контур с необычным энергетическим ядром, позволяющий владельцу взаимодействовать с миром Теней глубже и безопаснее, чем позволяют его собственные силы.

Под уязвимый к глубинной Тени аспект герцогини подходит идеально, да и в зарядке не нуждается, опять же.

Действует автономно и эффективно.

Красота.

Зная каталог цен новейших разработок Клана Молнии, я примерно представлял сколько стоят подобные ему аналоги. Учитывая, что это семейная реликвия, цену можно смело умножать на два. В компенсацию за моральный вред можно менять коэффициент умножения на три. Плюс докинуть еще двадцать пять процентов сверху и предложить герцогине эти деньги, чтобы все замять, но… когда я смог рассмотреть артефакт вблизи и просканировал, у меня возникла идея получше.

Ведь предмет обладал одним очень интересным свойством, которым, судя по всему, давным-давно не пользовались.

С этой мыслью, я влил внутрь структуры серьги сгусток энергии Тьмы, и прямо в процессе, мягко преобразовал сгусток в энергию Тени. Вышло затратно, но теперь неполноценное внутреннее ядро артефакта стало целостным, а чуть потускневший розовый металл стал источать легкий, едва уловимый, стихийный дымок.

Правда сначала от моих нехитрых манипуляций серьга знатно так задымилась прямо у меня в руке.

Глядя на это, герцогиня не выдержала такого обращения со своей реликвией, и выхватила у меня ее обратно. Только вот серьга нагрелась и с криками «ай-яй-яй», Вайлет перекидывала горячий предмет в своих ручках, пока вдруг не остановилась, поняв, что он абсолютно цел и невредим. Разве что цветом потемнел немного и стал слегка подсвечиваться в темноте.

— Что ты сделал? — осторожно спросила Вайлет Умбраль, не отводя взгляда от серьги.

— Да ничего особенного, просто добавил в защитный контур недостающий теневой аспект, — пожал я плечами.

— Недостающий аспект? — поначалу не поняла девушка, а когда поняла, что это значит, ее глаза округлились и она прошептала, — неужели я теперь могу…

— Активировать узловой Портал без моей помощи, да, — кивнул я, — но злоупотреблять не советую. Связь будет не такой стабильной, и в случае разрядки, артефакт не сможет тебя защитить. Используй только на себя и раз в день максимум, а лучше раз в два дня, пока не привыкнешь.

— Стой… раз в день? Использовать? — ошарашенно хлопала глазами молодая герцогиня.

— Да, по договору с Императором это ведь частично и ваш Портал тоже, — пожал я плечами, — Можешь считать это официальным разрешением посещать Форт-Каплан и находиться здесь столько, сколько посчитаешь нужным. Пока только для тебя одной, а там посмотрим. Правда, если захочешь выйти дальше этих стен, тебе все еще нужно будет разрешение Наместника, да и внутри есть некоторые правила, но в целом ничего сложного. Не шпионить, не убивать, не вредить, и все в таком духе.

— Подожди… Маркус, я не понимаю…

— Да что не так? Ты ведь сама просила научить тебя управлять Порталом? — напомнил я, — вот, развлекайся. Да и герцоги твои быстро заподозрят неладное, если ты не будешь Порталом пользоваться.

— Да… но… я… — не могла найти слов девушка и вместо ответа прижала серьгу к себе двумя руками и кротко поклонилась, — с-спасибо!

— Пожалуйста… правда с одной серьгой как-то непрактично ходить… — задумчиво потер я подбородок, — может, вернуть тебе вторую для комплекта? Правда активировать вторую я бы пока не советовал. Они могут вступить в конфликт, да и с непривычки управлять двумя сразу точно не выйдет.

— Нет! Нет! Нет! — замотала герцогиня головой так сильно, что я начал переживать, что она отвалится, — не надо, Маркус! Я сделаю из этой серьги амулет, ну или к браслету подцеплю…

— Точно?

— Ага! Да и цвет поменялся! Серьги теперь не подходят друг к другу! Пусть та милая зверюшка оставит серьгу себе… пока что, — последнее буркнула она совсем тихо, но я расслышал и усмехнулся.

— Гордость взыграла? — наклонил я голову.

— А что, если так? — блеснули холодной яростью, глаза герцогини, — этот хорек правда заслужил трофей.

— Хомяк, — улыбнулся.

— Ой, да все равно, — фыркнула герцогиня, — меня бесят любые грызуны! Это проблема?

— Для меня нет, — усмехнулся я, — но Лисе это лучше не говори. Тебе с ней еще не раз контактировать придется, и всем будет удобнее, если вы сможете поладить. Впрочем, ты и так это поняла, решив оставить Проглоту его трофей.

— Он заслужил, — скривившись, вздохнула Вайлет, — ведь специально позволил себя поймать.

— Когда поняла? — с улыбкой поднял я бровь.

— Сразу, как только Лиса появилась за спиной, — неохотно признала герцогиня, — это была ловушка с отвлечением внимания. Грызун специально попался. Создал брешь, позволяя хозяйке подобраться ко мне вплотную и незаметно. Будь у девчонки цель меня убить, она бы легко это сделала. Признаю, ты хорошо ее обучил.

— Я просто указал ей путь и слегка подтолкнул, — пожал я плечами, — все остальное Лиса сделала сама.

— Ну… если это так просто, то может и мне путь укажешь? — впилась в меня вопросительным взглядом Вайлет.

— А надо? — поднял я бровь.

— Может, по мне и не скажешь, но я не люблю проигрывать, Маркус. А ей я…

— Сейчас не ровня, да, — с улыбкой произнес я, и герцогини аж зубы скрипнули от бессилия.

— Так ты можешь указать мне верный путь для тренировок? Или хотя бы дать совет? — крепко сжимая артефактную серьгу в ладони, спросила герцогиня максимально искренне.

— Подумаю, если справишься с испытанием.

— Испытанием? — загорелись глаза у Вайлет, которая и не ожидала получить положительный ответ.

Да я и сам, если честно, не планировал брать еще учеников. Но глядя на девицу и то, как легко она приручила себе энергию весьма непростого теневого артефакта, уже не смог пройти мимо. Только тем, что девица смогла удержать его в руке и не потерять сознание, она доказала, что способна освоить и второй аспект.

Я подобный потенциал видел у теневика впервые и было интересно, как далеко это может зайти. Старик Акс бы меня месяц отчитывал только за то, что я посмел, как бы он выразился, «якшаться с этими отбросами». А если б узнал, что я взялся тренировать «неправильного теневика», то и подумать страшно, как бы тот взбесился.

Хотя почему страшно? Ха! Наоборот, весело! Я ведь сейчас улыбаюсь!

Возможно, именно поэтому я и согласился дать девчонке шанс? Назло мертвому старику, доказать, что он был не прав?

Да не, бред какой-то.

Эти мысли пронеслись в голове за считанные мгновения, а стоящая передо мной одаренная стояла и смотрела на меня полными нетерпения глазами. И хоть убейте, я пока не мог понять, что в ней и ее аспекте такого «неправильного».

— Я готова к проверке! В чем испытание? — азартно дернув меня за рукав, спросила Вайлет.

— О! Тебе понравится! Надо просто поймать и погладить хомяка.

— Хомяка? Этого самого… хомяка? — неопределенно повела она рукой.

— Ага. Без использования артефактов, усилителей и техник высшего порядка. Только базовым теневым перемещением.

— ЧЕГО⁈ ДА ЭТО НЕВОЗМОЖНО! — возмутилась Вайлет.

— Да? А Лиса с этим испытанием справилась… — якобы невзначай произнес я, чем вновь вызвал у герцогини зубовный скрежет, после чего бросил взгляд на часы и сменил тему, — так зачем ты меня искала?

— Я… а… да, — словно совсем забыла зачем сюда пришла, замялась розоволосая девица, собираясь с мыслями, — я подумала над твоими словами, Маркус. И у меня есть для тебя ответ, — выдала она с серьезным личиком и протянула мне мешочек, повязанный розовой лентой.

Не ожидая внезапных подарков, я молча принял мешочек и потряс его, прислушиваясь. На самом деле я удивился, что герцогиня вообще пришла так рано и меня искала. Думал, мы все проговорили еще там на руинах.

Открыл для нее Портал я по просьбе Горемыки, который лично пригласил ее с целью окончательно урегулировать конфликт с Королевством.

А разрешение пользоваться узловым Порталом я планировал передать герцогине через Лексу после пресс-конференции. Была парочка вариантов как провернуть ее допуск, от создания одноразовых «ключей», до перенастройки энергетической структуры Портала, но с серьгой это получилось куда проще. Да и без энергетических затрат, опять же.

Удобная штучка.

Ее внутренняя структура ядра на основе «звездного аспекта» Теней оказалось податливой как пластилин, и удивительно гармонично слилась с противоположным по своей сути аспектом.

И каково было мое удивление, когда я высыпал содержимое мешочка себе на ладонь и увидел россыпь предметов с подобными свойствами.

Среди предметов были только камни, драгоценные и не очень, прозрачные и темные, большие и маленькие, но все их объединяло одно свойство. Наличие запечатанного внутри энергетического ядра теневого «звездного аспекта».

В отличие от серьги, запечатано ядро было в носитель стихии Камня, а не Металла, что сильно ограничивало применение и делало его более хрупким, зато создать такие было куда проще.

— Это теневые обереги, — подала голос Вайлет Умбраль, — они созданы…

— Защищать одаренного при соприкосновении с миром Теней, — усмехнулся я, и поднял взгляд не девушку, — похоже мы мыслим в одном направлении.

— Ага, — довольно сверкнула глазками герцогиня, — с ними даже твои не теневики смогут проходить через узловой Портал.

— Ты же понимаешь, что ими можно воспользоваться в том числе, чтобы попасть к вам? И при правильной настройке, не одному одаренному, а хоть целой армии.

— Понимаю, — кивнула герцогиня, — но таков был уговор с нашим Родом. Ваш Император заказал их у Рода Умбраль, и дал слово, что против нас ими никогда не воспользуются.

— Как ты верно заметила совсем недавно, Император мертв, — напомнил я.

— Верно… но что-то подсказывает мне, что данное им слово ты не нарушишь, — сказала герцогиня уверенно, но по ее взгляду я видел, что ей было страшно.

— Не нарушу, — не стал я испытывать и так потрепанные нервы молодой аристократки и вернул камешки в мешочек, — они куда слабее, чем серьга и по-сути это заготовки, а не полноценные артефакты. С наскока их настроить не получится, но я знаю кто может попытаться. Ты не против, если я их возьму до совершения оплаты?

— Оплаты? — захлопала глазами девушка.

— Ээм, ну да. Или в вашем договоре с Императором не было за эти камушки оплаты?

— Наверное была, но… ведь… — огляделась она в темном проулке и скосила взгляд на серьгу, которую покрепче сжала.

— Не знаю за кого ты нас приняла, но я же сказал, что сдержу данное Роду Умбраль слово. Если Император обещал вам за них заплатить, я это сделаю. Без оценки эксперта и углубленной проверки мне сложно их оценить, но думаю к вечеру мы решим этот вопрос, — с этими словами я передал девушке визитку и добавил, — моя помощница свяжется с тобой и все согласует, и переведет оплату, а также у нас будет к тебе еще парочка деловых предложений.

— Что… предложений? Так сразу⁈

— А чего тянуть? — отмахнулся я, — Ты ведь прибыла на пресс-конференцию подписать мирный договор? А там, где мирный договор, там и возобновление торговых контактов. И желающих это сделать куда больше, чем ты думаешь. Причем с обоих сторон. Ты же сейчас официально уполномоченный представитель Западного Королевства.

— Д-да, но это временно, — скривилась Вайлет, — меня выбрали представителем для быстрого заключения мира и из-за связи с Порталом. Эвакуация мирных тоже помогла, ты был прав. Акции Рода Умбраль еще никогда не были так высоки. Но реальной силы за нами все еще нет. Ни политической, ни военной. Пока стоит такой хайп и пока мы полезны, нас не тронут, а потом…

— Никаких потом, — отмахнулся я, — сейчас власть в твоих руках, посредница, — кивнул я на серьгу, — только ты можешь нормализовать отношения между Королевством и Империей. Используй этот шанс с умом, а если герцоги, у которых есть армия, но нет мозгов, решат надавить, напомни им, что Род Умбраль единственный, с кем Империя готова иметь дело. И это не мои слова, а Наместника, — хмыкнул я, — он их озвучит сегодня на весь мир, если только не переписал свою речь, но я тебе об этом не говорил, — поднес я палец к губам и улыбнулся, — на первое время этого хватит, а дальше уж как-нибудь сама.

— Х-хорошо! С-спасибо! — благодарно кивнула герцогиня с широкой улыбкой, а потом осторожно спросила, — а что с ними…?

— Никого из них в Королевстве больше не осталось, — уверенно заявил я.

— Совсем? — скептично сощурилась она.

— Хотел бы я сказать совсем, — вздохнул я, — но разок уже обжегся с этим, да и есть еще одно местечко куда они забились как крысы. Маловероятно, что они оттуда в ближайшее время вылезут к вам, но, если вдруг чего, дай знать. А что касается армии, список можешь скинуть позже.

— Армии? Список? — недоуменно посмотрела на меня герцогиня.

— Ну, ваш договор с Императором, — хмыкнул я, — вы же обещали, что Королевство предоставит своих одаренных для борьбы с тварями.

— Да откуда ты…

— Не парься, — махнул я рукой, — я не буду требовать от вас выполнения этого пунтка в полной мере. Чисто на добровольной основе отправьте пару толковых командиров. Им тут организуют экскурсию, подключат к совместным учениям, покажут, что к чему. Ну, об этом Наместник наш подробнее расскажет на пресс-конференции. Советую и из своих ребят кого-нибудь послать, хотя бы посмотреть. Не понравится, я не обязываю, но они смогут стать сильнее.

Если выживут, конечно. Но этого я решил вслух не говорить. Девочке и так хватит впечатлений.

— Я подумаю… — пообещала герцогиня.

— Вот, и молодец, — улыбнулся я, — будет нужна помощь, зови. Дам пару уроков дипломатии.

— От твоих уроков дипломатии сейчас в Аркадиуме завалы разгребают, — хмыкнула Вайлет.

— Вот! Обязательно напомни об этом своим герцогам, если слушаться не будут, — кивнул я, — в общем, развлекайся и чувствуй себя как дома! Ах да, советую заглянуть в отель «Глоток Свободы». Там пока еще можно попробовать лучшее пиво в Империи.

— Уважающие себя аристократки не пьют пиво, — прилетело мне горделивым голоском.

— Мой опыт говорит об обратном, — засмеялся я, и махнув рукой, вышел из проулка и с улыбкой направился дальше.

Смотреть чего день грядущий мне готовит.

Глава 6

Я беззаботно шел по улице с заложенными в карманы руками и размышлял. Не считая появления Октавии, свадьба прошла без происшествий, и даже без драки. Нет, были робкие попытки проникновений, покушений, диверсий, но все это было как-то слабенько, буднично.

Не масштаб Демида, и уж точно не уровень Афины, которую я знаю.

Слишком мелко.

Слишком гладко.

Слишком… тихо.

Когда Лекса только начала собирать столько важных имперских шишек в одном месте, я предпринял кое-какие защитные меры. На упреждение так сказать. Ведь момента лучше для атаки и нанесении урона Империи просто не будет.

Казалось, что вот все здесь. Бери и действуй! Я нашим врагам разве, что мишень вокруг города не нарисовал, готовя ответку… но все это так и не пригодилось.

Неужели я переоценил возможность Демида в создании и переносе своих боевых пешек? Или же он просто не клюнул?

Обидно, если второе. Его отец бы точно повелся на провокацию, получил сокрушительный удар, контратаку, ну и умер, да. Как, собственно, и произошло с покойным Князем Света ранее.

Демид же оказался хитрее и мое «приглашение» проигнорировал.

Размышляя об этом, я сощурился от резко ударившего в глаза солнечного луча.

Рассветное светило постепенно вступало в свои права, и узнал я об этом благодаря отражению с отполированной до блеска лысины, владелец которой стоял прямо по курсу. Он не обращал внимания на ветер. На хлопки салютов неподалеку. На доносящуюся из окон музыку. Не обращал внимания на редких прохожих.

Все внимание худощавого и высокого как шпала морщинистого мужчины в костюме и белоснежных перчатках было обращено на меня. Даже небрежно съехавший парик, который частично оголил сверкающую лысину мужчину никак не волновал.

Заметив меня, его густые усы разгладились в улыбке, и в меня оказался направлен указательный палец.

— СТОЯТЬ!!! — выпалил, что есть мочи Феликс и выражение лица сделал такое угрожающее, что все морщины сложились в забавную гармошку, как у сердитого мопса.

— Все-все, стою, только не стреляй, — реально остановился я с поднятыми руками.

— Стрелять? Чем стрелять? — недоуменно глянул на свою пустую руку усач и вернул взгляд на меня, — не собирался я ни в кого стрелять…

— А чего орешь тогда? — усмехнулся я и вернул руки обратно в карманы.

— Так внимание привлечь, — меланхолично пожал плечами Феликс и подошел ближе, поправляя на ходу парик, — зрительное, звуковое и обонятельное воздействие, вкупе с повышением голоса и тщательно выбранным местом, имело наибольшие шансы на успех.

— Оу, так ты угол падения света с лысины тоже учел? — восхитился я степени подготовки.

— Разумеется, — серьезно кивнул Феликс, и когда он подошел, внешний вид чопорного мужичка был абсолютно идеальным и без единого изъяна.

Я хотел уже было спросить, что он имел в виду под обонятельным, как вдруг от него пахнуло чем-то стойко мерзким, словно он только из канализации вылез, и я прикрыл рот от накативших позывов.

— Ветер в последний момент переменился, — оправдываясь, меланхолично произнес Феликс, — пришлось выбирать и делать акцент именно на ослепляющий фактор в виду более эффективной максимальной дистанции зрительного… — начал он тараторить.

— Все-все, я понял, — тормознул я его, прикрывая нос, — все ты успешно привлек, а теперь можешь пожалуйста убрать вонь.

— А, ладно, — пожал плечами Феликс и запах мгновенно исчез.

Дышать стало легче, и в тот же миг мой коммуникатор завибрировал в очередной раз.

— Хм, значит, звонки все-таки проходят, — кивнул своим мыслям усач, и звонок прекратился, а тот невозмутимо спросил, — тогда можно узнать почему вы не брали трубку, господин Маркус?

— Хотел поговорить лично, — спокойно ответил я, наблюдая как забавно запускаются мыслительные процессы в голове владельца уникального Дара Глаза Вероятностей.

— Это же… нелогично, — нахмурился усач, — в таком случае вы могли взять трубку и сообщить об этом. Позвать меня на встречу.

— А ты бы приехал, если бы я позвал тебя по телефону? — поднял я бровь.

— Конечно! Ведь у меня есть к вам вопросы! — воскликнул Феликс.

— Ага, вопросы, которые ты бы просто задал, возьми я трубку.

— Разумеется задал, — кивнул усач.

— Ну и вот! Я бы не дал тебе ответов. Ты бы спрашивал опять. Мы бы оба потеряли время, и ты все равно приехал бы сюда, — разложил я по полочкам.

— Звучит… логично, но вы ведь могли и дать ответы? — насупился Феликс.

— Тогда ты вообще бы не приехал, или приехал бы не так быстро. Что меня не устраивает, — отмахнулся я, — в общем, я здесь, ты здесь. Поэтому не будем тратить время и сейчас. Погнали покажу, лучше один раз увидеть, как говорится, — махнул я рукой и направился ко входу у стены, прямо рядом с которым мы и стояли.

— Э-эм… а какова вероятность, что мы абсолютно случайно встретились именно у нужной двери… — как-то не очень уверенно произнес Феликс.

— Хочешь просчитать? — улыбнулся я, открыв проход и указывая туда рукой.

— Пожалуй, нет, — вздохнул усач и шагнул в темноту прохода.

* * *

Я сидел за креслом и наблюдал как по пыльному помещению с азартом ребенка бегает высокая усатая детина.

Детина чихала от пыли. Восторженно терла усы. Шептала что-то себе под нос. Подходила к следующему углу, и все начиналось по новой.

В живую командный пункт Узла Теней произвел на Феликса гораздо большее впечатление, чем присланные ему фотографии. Ведь Феликс не только смотрел, но и щупал, нюхал и казалось, даже пробовал на зубок, все что здесь находил.

Видимо, так вероятность оценить состояние оборудования была выше.

Кто знает.

В тонкости дела «умников» я никогда особенно не лез и о сути работы их Дара знал не так много. Собственно, только специализации, которые исходили из аспектов их Даров. Их я выучил, чтобы знать к кому в отделе «умников» обращаться с той или иной задачей, если вдруг когда-нибудь потребуется.

Но сейчас Феликс у меня был один. Он и есть весь мой отдел.

Поэтому тот факт, что по своему аспекту Дара Вероятностей он чистый теоретик, а не практик, и уж тем более не инженер, не имеет никакого значения. Феликсу придется разобраться с оборудованием самостоятельно. Если это вообще возможно сделать.

Тем более, что навряд ли в мире еще остались люди на это способные в принципе. По крайней мере я таких больше не встречал.

— Удивительно! Потрясающе! Они словно созданы друг для друга! Словно брат близнец «Миротворца»! Нет… даже не так, словно его вторая половина! Вторая рука! — восхищенно пролепетал Феликс, проводя по граням очередного серверного блока.

— А что, если я скажу, что есть и третья? — закинул я вариант.

— Третья? — недоуменно перевел на меня взгляд Феликс.

— Ну, рука.

— Чего? Да как может быть три руки… а… А!!! О!!! — округлились его глаза, и тот подскочил ко мне как молния и остановился вплотную, — не шутите так со мной, господин Маркус… не надо…

Вместо ответа я просто переслал Феликсу фотки с третьего объекта покойного Императора, и наблюдал как обычно меланхоличный мужчина еще больше меняется в лице и начинает беззвучно дергать челюстью, словно пытаясь что-то сказать.

— Эт… эт… эт-того не может быть! Просто не может! — пролепетал, наконец, Феликс, игнорируя упавший от обилия мимики парик, — ПРОСТО НЕ МОЖЕТ! ГДЕ⁈ ГДЕ ЭТО МЕСТО! ПОКАЖИТЕ! — впился он в меня руками, сверля одержимым полубезумным взглядом.

— Рано, — невозмутимо произнес я.

— Рано? Рано… понимаю, — вздохнул тот и глянул на часы, — тогда в обед после чая? — предложил он.

— Не в этом смысле рано, — хмыкнул я, — а в том, что сначала нужно ввести в строй это место.

— В строй⁈ Ввести⁈ — полезли брови Феликса еще выше, и он икнул от перегрузки мозга, даже дымок из ушей пошел, — вероятность этого… кхм… — прикусил он сам себе язык, да так сильно, что появилась кровь на зубах, но игнорируя это Феликс повернулся, окинул взглядом местное пыльное оборудование, что-то бурча себе под нос.

Это продолжалось ровно минуту, после чего тот подошел ко мне, тактично кашлянул и, явно сдерживая внутренние порывы эмоций, к которым не привык, произнес:

— Позвольте уточнить, вы же не шутили про введение в строй, господин Маркус?

— Ничуть, — кивнул я, — это возможно?

— Нет, — не раздумывая, максимально уверенно выдал Феликс.

— Вот как… — разочарованно вздохнул я, однако увидев лицо мужчины, сощурился и спросил, — но?

— Но это если не брать в расчеты вас, господин Маркус, — отчего-то без особого удовольствия произнес Феликс, после чего добавил, — поэтому шанс есть. Хотя называть этот мизер шансом это надругательство над всем, что я так ценю… но…

— Выкладывай уже, — кивнул я.

— Для начала… оборудование в ужасном состоянии и его надо менять практически полностью. Что-то могут компенсировать запасные части систем «Миротворца», но оборудование лишь на первый взгляд похоже. Начинка сильно отличается как по компонентам, так и по энергетической запитке. Тут куда больше защитных и маскировочных технологий, а также специфических энергетических узлов. В том числе Теневых. Принцип их работы схож с теми, что есть в «Миротворце», но оборудование придется собирать почти с нуля, так как у баз совсем разные задачи… но главная проблема не столько в сложности расчетов и проектировке, сколько в специфических материалах. Я наизусть знаю все, что находится на складах «Миротворца», и оно если и покроет потребности, то едва ли на четверть…

— А если добавить к ним вот это, — произнес я, и переслал Феликсу еще один документ с кое-каким списком.

— Господин Маркус, со всем к вам уважением, вы хоть понимаете о какой редкости материалов мы говорим? Если бы их можно было найти в продаже… — скептично хмыкнул Феликс, а потом замер, вчитываясь в список внимательнее, — и озоновый… чего⁈ Откуда у них рабочий прототип бесконтактной проводки… и проблема охлаждения решена… да у нас осколок ядра такие кабели не использует! Оно же… а этот минерал вообще не добывают уже сотню лет… а у них тут его две тонны⁈

— Этого хватит? — поинтересовался я.

— Нет… но почти… — сглотнул ком в горле и утер выкатившуюся слюну Феликс, — процентов восемьдесят… нет… если кое-что протестировать, чутка переработать, то может и все девяносто. Но мне надо лично посмотреть и оценить образцы…

— Думаю это можно будет устроить, — пожал я плечами, — к тому же владельцы всего этого добра сейчас здесь. Ну почти.

— В таком случае… если все указанное тут правда, они ничего не напутали и нигде не приукрасили, — ткнул он в данные на планшете, — останется закрыть всего семь позиции. Из которых критичная только одна.

— Источник энергии?

— Да, — неохотно кивнул Феликс, — собственного Источника питания я тут не вижу, и пока даже не представляю как Император планировал их соединять, но… дайте мне время, и я разберусь.

— Оно у тебя есть, — улыбнулся я и хлопнул Феликса по плечу.

— А…

— Экскурсию на третий объект я тебе устрою, но не сегодня. Что-нибудь еще, из пожеланий? — спросил я, даже не подозревая, насколько зря это сделал.

— Да, — охотно кивнул Феликс и переслал мне в ответ явно заготовленный заранее документ со списком.

Списком, от которого мне стало слегка плохо, и я начал понимать почему Марта так легко и радостно отпустила этого гения, и даже не стала уточнять на сколько я его забираю, приписав в шутку «можешь не возвращать».

Я думал, что в шутку… до этого момента…

Ведь в этом списке было две тысячи триста двадцать три пункта, первый из которых значился как: «каждый вторник в девять утра обеспечивать работника желтым чаем „Имперская Роса“, заваренным при температуре 77,1 градуса», а второй пункт требовал предоставить работнику «согласованный и утвержденный всеми сторонами график посещения уборной комнаты на всех людей, с которыми будет контактировать работник чаще двух раз в неделю»…

Моего терпения хватило пробежаться по первым двум десяткам пунктов, шестнадцать из которых были про чай. И после того, как я наткнулся на расписанный на четырех страницах двадцать первый пункт с перечнем требований к рабочему месту, вплоть до яркости лампочек и влажности в комнате, я закрыл документ и вспомнил, почему я никогда не обращался к умникам напрямую.

К сожалению, вспомнил только сейчас.

* * *

С Феликсом я оставил Ночь.

Нет, не выполнять его миллиард требований. А пока просто присмотреть за ним, и вернуть, когда тот попросит. Нет, конечно, был соблазн оставить его там на недельку работать как есть, без помощи теневиков он все равно из командного пункта не выйдет, но я не настолько жесток.

Да и есть у меня пара идей, как разобраться с требованиями Феликса и не сойти при этом с ума.

Проходя мимо алтаря с вросшим в него древом, я еще раз оценил, насколько же Ночь прокачалась за последнее время. Сейчас она, словно паучиха, раскинула теневые нити к каждому из открытых здесь Порталов, собирая информацию и фиксируя малейшие колебания.

Девочка росла не по дням, а по часам, и надо будет взять ее с собой на вылазку. Верный путь в развитии она нащупала сама, и теперь ей нужна энергия. Много энергии. АХРЕНЕТЬ КАК МНОГО ЭНЕРГИИ! Собственно, как и всему этому месту, которое сейчас питает теневой алтарь.

Сделав очередную заметку, заняться этим, я выбрался в город.

Солнце уже вовсю светило и приятного грело щеки своими теплыми лучами. И только я успел сладко потянуться, улыбаясь теплому деньку, как в конце улицы вдруг раздался взрыв, и столб густого дыма взмыл над покосившейся сторожевой башней.

— Интересно, а это все еще считается за отпуск, или уже нет? — глядя как синхронно завыли сирены пожарной и военной тревоги, спросил я вслух.

Но, разумеется, мне никто не ответил.

Глава 7

Когда я зашел, внутри здания орала сирена, вокруг суетились паникующие люди, кто-то спасал оборудование, кто-то занимался эвакуацией, кто-то с матюками тушил огонь.

И во всем этом хаосе, прямо в пламени, стоял на чудом не горящей табуретке низкорослый волосатый дедок.

Одежда на нем вся выгорела, кроме затасканного фартука, мускулистое тело покрылось копотью, но дедок невозмутимо что-то химичил над столом, где перед ним лежал раскрытый чемодан. Непростой такой чемодан из кожи огнеупорной твари.

Дедок, в котором я легко признал артефактора Карла, совершенно не обращал внимания на то, что происходит вокруг.

Ну, почти ни на что.

— Да выключит может, кто-то уже эту оралку⁈ — недовольным басом проворчал Карл, отвлекшись от своего чемодана, — О! Маркус! Приветствую в мой скромной временной лаборатории! — завидев меня широко улыбнулся дедок.

— Это не лаборатория, а пункт досмотра! — проорал ему кто-то сбоку, но Карл его проигнорировал и повернулся ко мне уже всем своим широким телом, начав размахивать каким-то похожим на комок лавы крошечным предметом, от которого начали шарахаться в стороны люди.

Предмет был крепко зажат в щипцах, а каждая «магматическая» капля с него вызывала новый очаг пожара. Правда самого Карла это совершенно не волновало, и он приветливо размахивал рукой.

— Сами попросили показать, что в чемодане, — таки обратив внимание на крики вокруг, пожал плечами Карл, — а я ведь предупредил этих идиотов, что опасно! Тьфу! Где это видано в лаборатории такие херовые защитные контуры ставить?

— Это не лаборатория, сколько вам повторять! — прокричал подошедший мужик в военной форме и погонами лейтенанта из числа Имперских, и устало вытер пот со лба.

— Так, раз не лаборатория, то на кой-хрен ты тогда так настойчиво требовал чемодан открыть, служивый? Я же сказал, что это надо делать только в лаборатории!

— Дык это… протокол безопасности… — покосившись на меня, попытался оправдаться лейтенант, и в этот момент часть стены за его спиной с грохотом обвалилась, пошатнув своды досмотровой сторожевой башни еще сильнее.

— Протокол-шмотокол, — по-старчески проворчал Карл, — выключи лучше эту свою оралку, на кой-она вообще нужна в лаборатории?

— Это не лаборатория, — уже обреченно выдал лейтенант и из последних сил добавил, — это как вы выразились, «оралка», пожарная тревога! И вам в том числе нужно срочно эвакуироваться отсюда! И вам, господин Маркус тоже, — с легким ужасом в глазах узнал меня вояка, но самообладание сохранил и слегка виновато добавил, — это здание скоро обрушится.

— Еще бы не обрушилось, с такой-то халтурной защитой лаборатории строить, — фыркнул Карл.

— Да это не лаборатория, а пункт досмотра! Сколько вам повторять! — вспылил уже отчаявшийся лейтенант.

— Пункт не пункт, а защита дерьмо, — со знанием дела проворчал низкорослый дедок, — всему вас молодежь учить надо. Делать надо сразу на совесть!

Бедный лейтенант уже побледнел, глядя на то, как усиливается пожар и скрипят конструкции. Его глаза метались от последних убегающих из здания людей, на Карла и остановились на мне с явными нотками отчаяния.

— Можешь идти, приятель, я тут разберусь, — улыбнулся я ему.

— Но ведь…

— Это приказ, боец, — добавил я, после чего лейтенант мне благодарно кивнул, и пулей выскочил наружу.

Сам же я после этого окинул взглядом зажатый в щипцах источник всех бед.

Предмет все еще пульсировал и капал на пол «магмой». Сам же Карл не переживал, явно встречая это не в первый раз. Понимал опытный артефактор, что период активности предмета уже идет на спад и надо просто переждать.

Только там, где в его защищенных лабах такой огонь даже гари не оставит, здесь магма выжжет пару кварталов, перед тем как угомонится, поэтому я артефакту немного помог.

Плюнул на руку, и под ошалевшим взглядом Карла, накрыл предмет ладонью. Раздалось шипение, артефактор инстинктивно попытался одернуть щипцы от меня, но я ему не позволил, и уже через несколько секунд я крутил в руке успокоившийся и принявший первозданную форму обычного цветного кольца артефакт.

— Как тебя вообще с этим пропустили внутрь? — усмехнулся я, глядя на этот «ядерный» чемоданчик.

— Княгиня Виктория подсобила по старой памяти, — горделиво фыркнул дедок, — сказала ты будешь рад меня видеть.

— А, то есть она это видела… и отправила в самый укрепленный пункт досмотра с самой сильной противопожарной защитой? — предположил я.

— Да где ж защита тут сильная, — презрительно проворчал низкорослый дедок, — контуры слабые, автоматики никакой, а стихийный огонь они тушили простой водой! Простой водой, Маркус! Противопожарка эта ваша «сильная» только и делает сейчас, что шумит на весь город как… — на этих словах Карл замолчал и усмехнулся в бороду.

— Как будильник, — со вздохом закончил я его мысль.

— Как будильник, — подтвердил Карл и с усмешкой глянул на меня, — Виктория, отправляя меня сюда сказала, что ты меня тут обязательно встретишь и… смотри-ка, действительно сработало! Умная баба!

— Не без этого, — улыбнулся я, проигнорировав тот факт, что старик назвал «бабой» по факту Великую Княгиню, после чего я взмахом руки потушил остатки огня, в помещении, так как тот начал перекидываться на несущие конструкции, да и дым разговаривать мешал, — так с чем, говоришь, пожаловал?

Выполнившая свою функцию «оралка» к этому моменту также замолкла.

— Так это. Как и обещал! Заказ выполнен! Возвращаю образцы! Лично! — воскликнул он горделиво и указал рукой на свой чемоданчик.

— Тут разве все образцы? — оценив мелковатый размер чемодана, сощурился я.

— Э-эм, нет, — виновато потупил взгляд Карл, — с Циклопом я только начал работать, но перстень-то, перстень! Все готово! Лично привез показать! Как и обещал!

Я видел, как дергается глаз опытного артефактора. Стихийного огня он не боится. Называть вслух Княгиню «бабой» тоже. Сжечь пост и пару кварталов чужого имущества вообще не проблема. А вот тот факт, что я могу потребовать все образцы назад, пугает старого артефактора до ужаса.

— Ладно, показывай, что там у тебя.

— Правда? Ты меня не увольняешь?

— Не увольняю, — кивнул я, с улыбкой покручивая красное колечко в руке, — более того, у меня для тебя есть новый заказ.

— Вот это другой разговор! С этого и надо было начинать! — тут же загорелись одержимостью глаза старого артефактора, и он потянулся к вынутому мной мешочку с розовой лентой.

— Но-но-но, — покачал я пальцем, — сначала результаты.

— Кхм… ладно, — с легким разочарованием буркнул Карл, и указав на чемодан, принялся рассказывать.

А рассказывать ему было о чем, ведь там лежало не одно, не два, а полсотни под завязку напитанных разрушительной энергией разноцветных колец.

* * *

Из сторожевой башни я выходил озадаченный.

Презентация и отчеты Карла длились не один час. Только речь зашла о разработках и проведенных опытах, как старый артефактор стал тараторить как заведенный, и его было просто не заткнуть.

Увлеченный Карл поочередно рассказал мне про каждое колечко, какими свойствами оно обладает, какие аналоги имеет, какую имеет практическую и теоретическую ценность и применение. В отличие от кольца с магмовой энергией, которое он без затей так и обозвал «магмовое», с остальными обошлось без практической демонстрации.

И хорошо.

Ведь около трети всех колец содержали в себе аналогичную по разрушительности энергию, а парочка и вовсе в несколько раз превосходящую. Да этот чемоданчик можно было как бомбу сбросить на какой-нибудь город, и уничтожить его тем самым до основания. Или в Портал какой-нибудь закинуть. Бомбанет внутри так, что Портал «B»-класса можно закрыть, даже не входя в него.

А может и не только «В»-класса…

Но это было бы не рационально, ведь каждое колечко получилось уникальным, и имело куда более практичное применение.

Не все, но большинство точно. В потенциале.

Карл даже оценивать их побоялся, слишком уж уникальный получился продукт. Из минусов, как перезаряжать кольца, Карл не придумал, из-за чего кольца вероятно были одноразовыми. Также они были не совсем материальными, имея материальной только основу кольца из портального металла, они по факту являлись энергетическим слепком энергии разной степени «проклятости».

И несмотря на название, с проклятой энергией еретиков они не имели ничего общего. Просто в мире существовали артефакты и предметы, которые выделяют вокруг себя некий стихийный фон.

Это происходило по разным причинам, но суть всегда была одна. Это искаженная энергия.

Искаженная временем. Искаженная кровью. Искаженная столкновением противоположных стихий или просто каким-либо аномальным взаимодействием. Предметы, которые издавали «фон», обычно называли «проклятыми», так как у всех подобных предметов «фон» был неизменно агрессивным и смертельным.

Будь то пропитанный кровью тысяч жертвенный алтарь, надгробная плита некроманта, или мертвое яйцо какой-нибудь сильной твари. История взаимоотношений человечества с тварями была довольно кровавой и длительной, так что подобные находки в мое время были не редкостью, а учетом, оценкой и применением подобных, занимался специальный отдел в Башне Аргуса, на который был отведен целый этаж.

К чему я это все?

А к тому, что Карл показал мне не сами проклятые предметы, а отделенную от них энергию!

Отделенную и стабилизированную энергию!

При этом, по его словам, сами «очищенные» предметы не потеряли своих свойств, а некоторые, такие как сердце Морозного Йети, наоборот, усилились!

И все это он проделал с помощью оставленного мной костяного перстня Мордина. Да, одного единственного перстня!

«Очистив» один проклятый предмет с помощью перстня, который вытянул всю проклятую энергию и легко стабилизировал ее в себе, Карл не угомонился, и рискнул «очистить» и впитать в перстень энергию еще одного проклятого предмета.

Разумеется, у него не вышло, агрессивные энергии вступили в конфликт, и едва не взорвали даже его сверхукрепленную и стойкую лабораторию, а самого Карла чуть не разорвало на части. Но он не сдался, пошел до конца и в итоге даже уже заполненный костяной перстень успешно «очистил» и второй проклятый предмет, но энергию не впитал, а вытеснил.

Сообразив, что произошло, предприимчивый артефактор использовал универсальную заготовку в форме кольца, и успешно поместил вытесненную проклятую энергию в это кольцо, по сути, создав из проклятого предмета не один, а целых два рабочих артефакта!

Тот, который «очистился», и тот, который превратился из обычного кольца из иномирного металла в нечто большее и куда более разрушительное.

Подобный механизм «очистки», одержимый Карл повторял снова и снова, пока не истощил все запасы своих заготовок, которые тут же и привез мне вместе с самим костяным перстнем Мордина, который я не узнал.

Потому что костяной перстень сейчас был не совсем костяной, обтянут рельефной каменой крошкой голубого цвета, и отдавал приятным холодком на ощупь. При этом энергию Мордина я в нем все еще ощущал, пусть и слабее. А еще внутри перстня я ощущал энергию Морозного Йети, а снаружи энергию Патриарха Циклопов.

Уникальный микс.

Как оказалось, «очистив» все, что смог, Карл не сдался на этом, и как раз получил от меня поставку с образцами нашего одноглазого трофея. Так, быстро распознав свойства сверхрегенарции и сверхадаптивности кожи Патриарха Циклопов, Карл не придумал ничего лучше, чем обтянуть этой кожей костяной перстень Мордина с энергией Морозного Йети внутри.

И все три разношерстные энергии не вступили в конфликт, не подавили друг друга, а наоборот, соединились. Уникальная кожа Патриарха Циклопов адаптировалась, «подсоединилась» к разноплановым энергиям перстня и получился артефакт, свойства которого предсказать до конца не мог даже я.

Карл отдавал мне перстень с болезненными муками на лице.

Я видел, как ему тяжело расставаться с такой невероятной находкой, которая перевернула все его представления об артефакторике, но получив взамен мешочек с уникальными камнями, он резко переключился на новый вызов и чуть не начал их изучать и тестировать прямо здесь, наплевав на безопасность.

Пришлось напомнить Карлу, что здесь реально не его лаборатория.

Правда остановил Карла только тот факт, что он не взял с собой инструменты, поэтому мы спешно простились, и тот умчал исполнять новый заказ. А заодно и доделывать один из старых, потому что свойства костяного перстня он изучил, а вот из множества присланных образцов Патриарха Циклопов смог найти применение только уникальной адаптивной коже.

Чемодан с кольцами я в итоге решил пока оставить Карлу. На хранение и доработку.

Так как это был продукт моего артефакта, он вернул его полностью, взяв только процент за работу. Весьма грабительский процент! И это с учетом того, что процент был снижен за «очистку» проклятых предметов, которые были и остались собственностью Карла.

В общем, увиденным я остался более чем доволен. На самом деле я и не думал, что результат будет таким быстрым и эффективным. Хотя последнее еще нужно было проверить. Кольца хоть и были условно наполненными энергией, стабильностью не отличались. Заготовки были слишком уж универсальными, и чтобы довести их до ума и практического применения больше, чем простой стихийной «бомбы», еще работать и работать.

А что касаемо самого модифицированного льдом и каменной кожей костяного перстня Мордина, то его еще предстояло проверить в боевых условиях. То, что энергии не конфликтуют в состоянии покоя, вовсе не значит, что также останется и во время боя. И у меня уже руки чесались узнать, так ли это на самом деле.

Правда, размышляя об этом, я шел по уже залитым утренним солнцем улицам Форта-Каплан не в сторону Порталов в красную зону, а в сторону центральной площади.

Туда, где на пресс-конференцию Наместника уже начали собираться приглашенные люди, подтягиваясь со всех концов Империи и не только.

Глава 8

Первой кого я встретил на своем пути, была Лекса.

Выгадав безлюдное место, аккурат перед выходом на пересечение основных улиц и людских потоков, девушка стояла с мечтательным взглядом смотря на пробегающие высокие облака.

Одета она была в белое платье, что колыхалось на ветру, а в распущенных волосах виднелся одинокий цветок голубой лилии.

Лекса ждала меня для утреннего легкого доклада.

Почему легкого?

Потому что «тяжелый» прилетел мне на коммуникатор еще ночью. Я пробежался по нему лишь мельком, и от количества потенциальных деловых встреч у меня пошла кругом голова. Нет, собрать всех важных шишек Империи на землях Клана Теней было крутой идеей. Годной. Но, одобряя этот план, я как-то не подумал, что все эти шишки захотят со мной встретиться.

Это минус. А вот тот факт, что я отдал главную резиденцию под оперативный штаб, сыграл в плюс. Ведь найти меня было не так просто, и это давало мне определенный простор в выборе собеседников, и позволило не принимать всех подряд словно конвейер, как обычно принято в таких случаях.

И я если честно понятия не имею, как аристократы это так легко вывозят.

Я тут поговорил всего с парочкой, а ощущение, будто пяток Порталов закрыл, что кстати было бы весьма кстати вместо вот этого вот всего.

И говоря, что со мной хотят встретиться «все», я не преувеличивал. В «тяжелом» докладе моей помощницы число просителей в списке было четырехзначным. И это только на личные аудиенции.

Хорошо хоть я могу отказаться и не удовлетворять все запросы.

Ну, или вообще никакие. Ха-ха.

В этом всем, признаюсь, есть и мой косяк.

И я сейчас не про то, что мы собрали тут столько важных людей, нет. Я про некоторый пробел в Роде Темных. Принимая к себе новых «родичей», я как-то не задумался, и по старой привычке набирал «по способностям». Словно отряд в Ордене собирал на рейд. В каком-то смысле так и было, но я не учел, что в нынешние времена существует еще и аристократический фронт «сражения» в виде балов, встреч и приемов. Поначалу я вообще все это дело привычно игнорировал, но иногда, в такие моменты как сегодня, это грозило большими экономическими потерями, а деньги сейчас лишними не будут.

Мягко говоря.

И «бойца» с нужным функционалом у меня в Роду под фамилией Темных найти не так просто. Ну в самом деле, не Мрака же или Лису к просителям отправлять? Эксперты по связям с общественностью из них так себе.

Да, у меня есть Лекса, но как она справедливо подметила, на наших землях, запрос идет в первую очередь на встречу с представителем Рода, а она в нем не состоит.

— Доброе утро, — встретила меня приветливой улыбкой девушка.

— Доброе, — потирая подбородок, отозвался я и задумчиво осмотрел свою помощницу с ног до головы.

— Что такое? Мне все-таки не идет белый? — с наигранной обидой надула щеки Лекса и показательно осмотрелась.

— Идет. Даже очень, — кивнул я своим мыслям и добавил, — а я разве не дал тебе на сегодня выходной?

— Свое рабочее расписание я составляю себе сама, забыл? — улыбнулась Лекса, — к тому же в Обители без меня справятся, а вот ты сегодня навряд ли, — хихикнула она, — да и столько усилий было приложено, чтобы собрать тут всех вместе. Будет обидно, если твоя Лиса всех послов и дипломатов распугает.

Я хотел было возразить, но потом вспомнил недавние события и лишь улыбнулся и вздохнул.

— Согласен. Есть план?

— Разумеется, — подмигнула моя помощница, — одну треть списка я уже отмела. Вторую треть закроем на балу после пресс-конференции. А последнюю треть оставь на меня. Я выжму из сегодняшней возможности все до последнего импа, — хмыкнула она с веселым блеском в глазах.

— Поговорила с Феликсом? — догадался я.

— Ага, я правильно понимаю, что нам нужно закупить все, что он запросил и сделать это еще вчера?

— Именно так.

— Сделаю, — даже не дрогнув взглядом, ответила Лекса.

— Так легко? — уточнил я.

— Да, или ты сомневаешься во мне, Маркус? — игриво склонила она голову набок.

— Ничуть, — отмахнулся я, — как там дела в Обители?

— Нормально. Камилла спит, восстанавливается. Внешних признаков угрозы нет. Точнее сказать пока сложно, но за ней присматривают. Позволь спросить, а ты уже решил, как поступишь с Октавией?

— М?

— Не удивляйся, Маркус. Я знаю, что ты смог проследить за ней. Я в общем-то, благодаря тебе, тоже смогла. И знаю, что Октавия сейчас спит точно также глубоко, как и Камилла.

— Вот как, — кивнул я, — и тебе не захотелось убить ее во сне?

— Была такая мысль, — призналась Лекса, — но ты обещал разобраться, и я в тебе не сомневаюсь. Точно также, как и ты не сомневаешься во мне. Только скажи… их одновременный сон ведь не случайность?

— Не случайность, — подтвердил я.

— Хорошо, мне этого достаточно, — кивнула Лекса своим мыслям, после чего бросила взгляд на часы и улыбнулась, — похоже нам пора.

— Пожалуй, — вздохнул я и сделал шаг вперед, но девушка меня взяла за руку и покачала головой.

— Тебе в другую сторону, Маркус.

— Почему? Разве пресс-конференция будет не там? — недоуменно спросил я.

— Там. Но тебя сейчас ждут в другом месте, — с посерьезневшим до неузнаваемости лицом, произнесла Лекса и мягко добавила, — на этой встрече я не смогу тебя заменить, Маркус. Ему нужен ты.

* * *

Я сидел в темном помещении, сокрытом в тени массивных соседних строений. Повсюду внутри лежало битое стекло, сломанная мебель, а через пустые оконные рамы со свистом завывал ветер.

Единственным, что здесь оставалось целым, была кровать, да расположенный напротив нее голографический экран, который транслировал картинку пресс-конференции с выступающим на трибуне Наместником Горемыкой.

Но несмотря на то, что это была важнейшая трансляция, к которой было приковано внимание всего мира, все трое присутствующих в помещении, включая меня, на экран совсем не смотрели.

— Ну что? — с нетерпением спросил мужчина в темно-синем деловом кимоно.

— Она в порядке, — произнес я, завершив осмотр бледной женщины с растрепанными темно-синими волосами.

Часто и испуганно моргая, женщина после этих слов отстранилась от меня, и села рядом с мужчиной.

Едва Полина оказалось рядом, Князь Воды взял ее за руку, поцеловал в лоб и прижал к себе. После чего водник вернул свой слегка обеспокоенный взгляд на меня. Правда внешне он никакого беспокойства не проявлял, и старался рядом с невестой держаться стойко и невозмутимо.

Получалось у него в целом сносно. Даже тогда, когда рассказывал мне историю чудесного «исцеления» Полины. Услышав подробности того, что случилось здесь ночью, я, поначалу, точно также как и Князь Воды, подумал, что Князь Смерти оставил какой-то «подарок» или подвох.

Однако даже после самого тщательного и глубокого энергетического сканирования пациентки, я осознал, что никаких сюрпризов нет.

Полина абсолютно здорова.

Князь Смерти реально ее исцелил. Причем полностью, устранив не только все ментальные последствия, но также подтянув слабый иммунитет женщины до значений чуть ли не лекаря в рассвете сил.

Почему я так не смог сделать?

Ответ прост.

Потому что хоть и вреда особого Полине от такого «лечения» не было, то, что сделал Князь Смерти, не являлось лечением как таковым.

Хитровыдуманный засранец не столько исцелил Полину, сколько подстелил себе соломки. Воспользовался одной непростой древней техникой Стихии Смерти и связал свою жизнь с жизнью Полины.

Буквально связал, да так плотно, что без последствий не разорвать.

Из плюсов, все прошлые, настоящие и будущие болячки Полины будут излечены за счет Князя Смерти, причем без последствий.

Из минусов, если Князь Смерти сдохнет, то и Полина скорее всего умрет в ту же секунду.

Ведь у них сейчас общий иммунитет.

Общая жизнь.

Общая смерть.

И видя в этом плетении древней техники «примесь» частиц Мордина, мне было очевидно, что это было сделано с его одобрения. Да и не только одобрения, Мордин ему помог это провернуть.

— Что же ты задумал, — вздохнул я едва слышно, потирая большим пальцем холодный костяной перстень.

— Что ты говоришь? — подался чуть вперед Князь Воды.

— Ничего, — отмахнулся я, — я так, о своем. В общем, наблюдать ее Денис пусть продолжает, однако можешь не переживать. Прямо сейчас Полина абсолютно здорова и может жить полноценную, спокойную жизнь. Она не только излечилась, но и обладает такой регенерацией, что ее сейчас и выстрелом в упор из танка не убьешь.

— Но? — не моргая спросил водник, ощутив в моей интонации подвох.

— Но вот о мести Князю Смерти можешь забыть, — не стал я юлить и сказал, как есть.

— Почему? — сжав зубы до скрежета, напрягся Князь Воды.

— Скажем так. Это усложнит процесс «лечения», — пояснил я.

— Насколько… усложнит?

— Вернет ее состояние в изначальное положение, — вздохнул я, — в лучшем случае. В худшем, она умрет. Но ты ведь и так это понял, раз позволил Князю Смерти просто так уйти?

— Да… — неохотно признал водник, — я ощутил исходящие от Полины эманации остатков его мерзкой ауры, и поэтому позвал тебя проверить. Испугался… испугался, что она… — дрогнул его голос, но Князь Воды быстро взял себя в руки, крепче сжал руку своей невесты и поднял голову, — Маркус, это точно не опасно для Полины?

— Пока он жив, не опасно, — уверенно кивнул я.

— А если Князь Смерти все-таки сдохнет? — холодно спросил Князь Воды, — не от моих рук, а от кого-нибудь еще… как-нибудь сам в канаве, убегая как собака…

— Убегая навряд ли, — хмыкнул я и кивнул на экран, где прямо сейчас во время трансляции Князь Смерти вышел на трибуну.

Под общее недоумение и свист зрителей, мужчина в черном балахоне снял с себя княжеский перстень и преклонил голову перед Наместником. После чего во всеуслышание заявил, что снимает с себя все полномочия главы Клана Смерти. А его место в Совете, голос и все имущество переходит во временное управление… Князя Воды, как его «дорогого друга, которого тот подвел».

Сам же Князь Смерти сдался на милость правосудия и заявил, что будет содействовать расследованию своих деяний, даст любые показания, и сделает все, чтобы искупить вину. И в этот момент его скрутили, нацепили на него магические наручники, и увели с трибуны под конвоем.

За этим всем мы наблюдали молча, а Князь Воды и вовсе не моргал, и забыл, как дышать.

— Вот же сученыш… — прошептал он и повернул взгляд на меня, — а если его признают виновным и казнят⁈

— Не казнят. Князь Смерти знает, что ты теперь не позволишь этого сделать, — впечатленно хмыкнул я, — а он хорош.

— Ублюдок… ублюдок… вот же УБЛЮДОК! — сжатым до крови кулаком ударил водник по основанию кровати.

— Тише, дорогой, — приобняла Полина своего жениха, — он ведь поступил хорошо, разве нет? Сдался. Поступил честно.

— Расчетливо он поступил, а не честно и правильно! Шкуру свою спас, поганую, когда его как крысу загнали в угол, — выругался Князь Воды, — его теперь будут вынуждены охранять! Он сделал все это специально! И наверняка не просто так! Ублюдок точно что-то задумал! Он же пробрался в Форт-Каплан не один, да⁈ Кто-то его провел⁈

— Да, но это не твоя проблема, Князь, — вздохнул я и глядя на появившуюся в трансляции бегущую строку, хмыкнул, — а вот это уже похоже на твою проблему.

Строку, где огромными буквами было написано, что официальные комментарии от Клана Воды будут предоставлены в течение часа.

— Твою мать, — выругался Князь Воды и подскочил на ноги, — ладно, я разберусь!

— Мы разберемся, — поднявшись вслед за женихом, мягко произнесла Полина, — я тебе помогу.

— Хорошо, — успокоился Князь Воды и, сделав глубокий вдох, улыбнулся своей невесте так искренне и тепло, что пробрало даже меня, — оставь это на нас, Маркус, мы справимся. Правда жаль, что ты не разрешил привезти сюда мою мать. Она бы выступила с таким заявлением, что у этих журналюг бы все желание провоцировать нас исчезло на лет десять. А еще, возможно ей удалось бы помириться с Полиной…

— Стой… в каком смысле я ее не пустил? — не понял я.

— Э-эм, — недоуменно повернулся на меня Князь Воды, — я связывался с твоими ребятами из Прайда с просьбой свозить мою мать на свадьбу, а они сказали, что, если ты разрешишь, они доставят. И раз ее нет, я подумал…

— Мне от них ничего не приходило, — нахмурился я и тут же взял телефон и набрал Льву.

Долгий гудок и тишина.

После этого я попытался набрать остальных членов восточной группы, но результат был тем же.

Тогда я набрал Лексу. И вот она уже взяла трубку мгновенно.

— Что-то случилось? — раздался деловитый голос моей помощницы.

— Ты мне скажи. Прайд не выходит на связь.

— Это нормально, просто попробуй связаться позже. Астральная сеть туда добивает с перебоями, а обычные каналы связи сбоят всю последнюю неделю. Лев говорил, что все в порядке и под контролем, но я на всякий случай переправила туда одну из своих проекций, а уже через нее, как через ретранслятор, подключила систему мониторинга за их жизненными показателями. Если бы там что-то случилось, я бы знала.

— А установить с ними связь принудительно можно? — уточнил я.

— В принципе, да, — слегка задумавшись, произнесла Лекса, — я могу сжечь энергию проекции, и добить до них сквозь любые помехи, но ненадолго. Потом проекцию придется менять, а это процесс не быстрый.

— Делай, — не раздумывая, произнес я.

— Не берут, — озадаченно произнесла Лекса спустя несколько секунд, — я не понимаю… это должно быть какая-то ошибка. Их жизненные показатели в норме.

— Перезвоню, — хмыкнул я повесил трубку.

После чего, черпанул от души энергию из внутреннего источника и попытался установить дистанционную связь с восточным древом и… оно не откликнулось, словно его там и нет.

А вот это уже нехорошо.

— Что-то случилось? — глядя на все это дело, спросил Князь Воды.

— Пока не знаю, но предчувствие мне не нравится, — сказал я как есть, после чего, накинув куртку на ходу, выскочил на улицу и бегом направился к узловым Порталам.

Неужели…

Глава 9

Перебирая возможные варианты, я спустился в комнату с узловыми Порталами и первым делом коснулся алтаря.

Каменная плита отозвалась теплом и покорностью, после чего я оперативно нашел нужную связующую нить и послал в нее сигнал. Первой была мысль облегчения. Восточное пространственное «Древо» стояло на месте и исправно приняло мой сигнал, однако обратно сигнал не пошел, словно оно думает.

Одну секунду «думает», две секунды, десять.

Слишком долго, учитывая, что обратный отклик должен приходить мгновенно.

Сбросив связь, я влил еще больше энергии в канал связи и попробовал снова, но эффект был тем же. Запрос внутрь проходил, но обратно ответ не возвращался. Независимо от вложенных усилий.

Странно.

Можно было долго рассуждать о причинах, но зачем, если можно просто пойти и проверить лично.

— Да, котяра? — усмехнулся я, глядя как из тени выполз потягивающийся на ходу Кот.

Вальяжно вывалившись, он окинул меня безразличным взглядом, лениво зевнул и начал умываться.

— Ну, не хочешь как хочешь, — пожал я плечами и приготовился тянуть за энергетическую нить Восточного Древа, но был грубо прерван осуждающим «Мрр-ря!».

— Хочешь со мной? — замер я на полпути, — не похоже как-то.

— Мря-мря-мрр-р-ря-ря! — пробурчал пушистый котяра недовольно то, что можно было дословно перевести как «вдруг война, а я не мытый».

И, не дожидаясь моего ответа, тот продолжил гигиенические процедуры.

— Что ж, мыться это правда важно, — согласился я и начал снимать одежду.

Окинув меня недоуменным взглядом, котик фыркнул, не отвлекаясь от дела. А когда я, оставшись босой и в одних трусах, сделал шаг вперед, тот вдруг подозрительно замер с приоткрытым ртом и забавно высунутым языком.

И еще до того, как он его всунул обратно, и успел издать хоть звук, я опустил ладонь на его заспанную моську и приказал: — «перемести».

Черная вспышка. Потерявший краски родной мир, сменяющийся всепоглощающей Тьмой и просвет выхода обратно.

Хотел бы я сказать, что родной мир нас встретил яркими красками и пением птичек, но нет.

Это были объятия холода, мрака и глубины. Дно озера не сильно изменилось с нашей последней «встречи», разве что установка «Посейдона» не подавала признаков жизни, словно ее выключили.

Нахмурившись, я подплыл к ней и провел ладонью по рунам, однако никаких сбоев не обнаружил. Все энергетические контуры установки находились на своих местах, однако энергетические частицы внутри не двигались, словно их поставили на паузу. Осознав, что исправить это отсюда не получится, ведь проблема не в установке, я оттолкнулся от илистого дна ногами и поплыл наверх.

Когда я выбрался на берег, Кот был уже здесь. Фыркал, ворчал и отряхивался, в паузах между этим, вылизывая свою шерстку, с которой ручьем стекала ледяная вода.

— Мр-р-рчпх, — завидев меня, пробурчал пушистый, и нарочно отряхнулся так, чтобы все капли с его прекрасной матово-черной шерстки полетели на меня.

Водную атаку я отразил вынутым из теневого кармана полотенцем, после чего быстро обтерся и укутал в него Кота. Сопротивлялся засранец недолго, и только для виду, чтобы не пострадала его гордая натура. После чего с остаточным мурчанием, и торчащей во все стороны сухой шерстью, он отпрыгнул в сторону и осмотрелся.

Сам же я вытащил из теневого кармана свою одежду и начал одеваться, и пока я это делал, никто к нам так и не подошел. Более того, вокруг было совершенно пусто.

Пустой пляж. Пустые улицы. «Пустым» было все. Все, включая энергетические частицы вокруг, замерло и не двигалось.

Ни единого звука, ни единой живой души. Хотя нет, одна живая душа вокруг все-таки была.

С этой мыслью я повернулся, сделал три шага вдоль пляжа и запульнул щелбаном в пустоту перед собой. Пустота отозвалась глухим звуком и вскриком «ай», а оттуда вывалилась, потеряв маскировку, девушка в черных одеждах.

Взгляд ее вертикальных зрачков выглядел один в один как у Кота, а сама девушка при этом обиженно потирала лоб.

— Да как⁈ — завершив свою театральную пантомиму буркнула Лиса и только сейчас заметила, что под ней из-за мокрой одежды на берегу скопилась уже небольшая лужица, — вот же дурацкая вода, — всплеснула она руками и скинула черную куртку, начав ее выжимать.

— Помочь? — вежливо поинтересовался я.

— Не надо! — аж испугалась от такого предложения Лиса и всплеснула руками, — И вообще, это я пошла за тобой, чтобы помогать, а не наоборот! И я ни за что не буду тебе обузой! Обещаю! Я справлюсь, только… только… апчхи, — передернуло продрогшую девушку от холода и одновременно с этим из ее Тени вылезла лапка мартышки с платочком, — шпасибо, — шмыгнула забитым носом Лиса и чихнула еще раз.

— Уверена?

— Ушверена, — вскинув носик, буркнула дрожащими губами горделивая девица, — я правда не хочу быть тебе обушой…

— Да-да, — вздохнул я и, ловко избежав вялую попытку увернуться, положил своей ученице руку на мокрую голову.

Ладонь тут же нагрелась, а по бледной холодной коже девушки пронеслась вспышка теплой энергии, которая вмиг высушила ее волосы и переключилась на одежду и тело.

Поначалу Лиса, ровно также как и Кот с полотенцем, пыталась сопротивляться помощи, но довольно быстро поняла, что сопротивление только все усложнит, и реально сделает из нее обузу, из-за чего молча стерпела «мучения» и подождала пока я закончил отогрев.

— Блин, Маркус, я бы справилась сама! — простонала Лиса с розовым румянцем на щеках, но хоть зубами стучать перестала, да и энергию свою под контроль взяла.

Что в таком месте было сделать ой как непросто. Лиса даже не сразу осознала, почему так легко замерзла и не смогла отогреться самостоятельно. Она перепутала причину и следствие. Подумала, что именно из-за переохлаждения в озере поплыл ее контроль, но все произошло ровно наоборот.

Переохлаждение случилось, потому что поплыл контроль, и дальше становилось бы только хуже.

Уж я-то знаю.

Видел подобное кое-где один разок. Правда тогда все происходило намного быстрее. Тут сейчас все не так запущено, но агрессивное воздействие этой коварной Стихии я узнал сразу. И увиденное мне не понравилось.

— А здесь всегда было так тихо? — только сейчас осмотревшись, спросила Лиса.

— Не всегда, — хмыкнул я, глядя на пустые улицы, в которых так и не появилось ни одного человека.

— Не могут же они так долго все спать? — фыркнула Лиса и глянула на часы, — или могут?

— Целым городом навряд ли, — засмеялся я, при этом внимательно наблюдая с каким трудом девушке удается прогонять энергию по своему телу.

— Тогда что здесь случилось? — задумчиво произнесла она и, не дожидаясь ответа, щелкнула пальцами.

Теневые нити выстрелили от девушки куда-то вперед, и выпустили крошечный силуэт хомяка, который растворился в воздухе еще раньше, чем появился.

— Чего⁈ Почему⁈ — опешила Лиса и попробовала призвать зверька еще раз, а потом еще и еще, но с каждой попыткой силуэт был все менее четким, а на седьмой раз и вовсе не появился.

— Достаточно, — подставил я девушке плечо и придержал, пока она сознание не потеряла от перегрузки.

Только сейчас Лиса заметила, что у нее из носа течет кровь, а ее движения стали медленными и нечеткими.

— Что происходит? — с легкой паникой в голосе спросила Лиса, и в этот момент я достал из теневого кармана амулет, и без церемоний надел его на девушку.

Реакция Лисы была так замедлена, что она и пикнуть не успела, но, когда амулет с гравировкой песочных часов засиял на ее шее сиреневым цветом, прогоняя всю заторможенность, ее зрачки расширились и она ошарашенно захлопала глазами, пытаясь понять почему мир вокруг вдруг ускорился.

Опять перепутала причину со следствием. Ведь это не мир ускорился, а она вернулась к своему нормальному состоянию.

И этот короткий «урок» был необходим, чтобы максимально доходчиво показать девушке с чем ей придется здесь столкнуться. Как говаривал старик Акс, «лучше один раз напугать, чем сто раз хоронить». И только теперь я начинаю подозревать, что у моего наставника было куда больше учеников, чем он говорил.

— Как себя чувствуешь? — терпеливо подождав, пока паника Лисы сменится осознанностью, спросил я.

— Нормально… теперь, нормально, — уточнила она.

— Хорошо. Тогда осмотрись внимательно. Что ты видишь?

— Э-эм… — обернулась она и попыталась призвать зверька на разведку, но тот вновь распался раньше, чем появился, едва энергия отделилась от тела девушки, и уже после этого Лиса правильно переключилась на себя. Закрыла глаза, прислушалась, принюхалась, и не открывая глаз, начала докладывать вслух, — на километр вокруг нет никаких запахов. Нет движения. А еще нет… звуков⁈ — с этими словами она распахнула глаза и резко обернулась, а ее зрачки расширились в удивлении.

А удивляться было чему. Ведь Восточный Водопад, который ниспадал вниз с Великой Стены не издавал ни единого звука. Более того, он вообще не двигался, словно завис прямо в воздухе.

— Как это возможно… — прошептала Лиса.

— Магический стазис.

— На водопад⁈

— Есть подозрения, что на весь город, — покачал я головой, перебирая порождений для разведки, но ни один из них так и не сработал.

Как не работали и дистанционные техники. Ни сканирующие. Ни защитные. Никакие.

Вернее, техники работали сами по себе, но стоило им выйти из тела, как обратный «сигнал» пропадал и выпущенные энергетические частицы просто «подвисали», словно их поставили на паузу. Словно время для них остановилось, и они замирали в одном положении.

Это касалось и объектов, и энергетических частиц.

Все здесь замирало. Останавливалось. Даже наша собственная энергия, которую мы принесли с собой и отпускали от себя хоть на миллиметр.

С этими мыслями я повернулся к Лисе и кивнул на амулет.

— Не снимай его ни при каких условиях, а то можешь закончить как они.

— Они? Думаешь всех людей тоже того… заморозило? — напряглась Лиса.

— Это тебе и предстоит выяснить, — улыбнулся я, — причем без использования питомцев и любых дистанционных техник. Все частицы, что покинут твое тело, сразу попадут под стазис и станут бесполезны. Выяснять надо своими силами и осторожно.

— Л-ладно, — сглотнула ком в горле Лиса и покосилась на вылизывающегося все это время Кота, — а он почему не завис?

— Упрямый больно.

— Ясно, — настороженно кивнула девушка, окончательно взяв себя в руки, и вернув контроль над телом, — так с чего мне начать?

— Пожалуй… с кофе, — улыбнулся я и направился к ближайшему зданию с кружкой на вывеске.

Незапертая стеклянная дверь впустила нас внутрь небольшой кофейни, что расположилась прямо на берегу.

Внутри оказались тишина, зависшая в воздухе пыль и три человека. Полненькая женщина кассир, протягивающая сдачу. Клиент, указывающий пальцем в сторону экрана меню. И бариста, с испугом в глазах уронившая кофейник, который висел «вверх ногами», не долетев до пола десяток сантиметров.

— Они… — увидев эту немую картину, прошептала Лиса.

— Живы, — кивнул я, положив два пальца на шею клиента кофейни, которым был мужчина лет сорока, — биологические процессы в норме. Мозговая активность присутствует. Угрозы жизни нет, — пояснил я результат беглого сканирования и, отстранившись, подчеркнул, — пока что, нет.

После этого я перемахнул через стойку, взял висящий в воздухе кофейник, налил себе кружечку, и с наслаждением сделал глоток. И да, напиток был горячий и весьма недурно сварен. Обидно было бы такое разлить по полу. Пополнив уровень кофеина в крови, я внимательно проверил и остальных людей, но их состояние было абсолютно идентичным. В том Портале Стихии Времени, в который я попал, «Время» шло вперед. С сумасшедшей скоростью. Игнорируя любой здравый смысл, оно просто неслось вперед, как и любая свободная от ограничений энергия.

Однако этот Стазис Время останавливал, и по своей сути был не голой энергией, а именно техникой. А значит, его кто-то создал.

С этими мыслями и еще одной кружкой горячего напитка с зефирками, я вышел на улицу и посмотрел на полуразрушенный огрызок камня, в который превратился некогда великий Восточный Храм Дома Идэ, что стоял тут посреди озера.

— Мне показалось, или там мерцает свет? — проследив мой взгляд, прошептала Лиса.

— Не показалось, — кивнул я и отхлебнул горячий кофеек.

— Значит, нам туда? — обрадовалась она и сделала шаг вперед, но я ее остановил.

— Туда, но ты со мной не идешь, — покачал я головой.

— Что? Ну сейчас-то почему? — простонала Лиса, — Я готова! Я все поняла! Амулет защитит меня!

— От массового стазиса, защитит, — вздохнул я, — но от прямого воздействия нет.

Пару секунд Лисе потребовалось, чтобы понять смысл моих слов, и она напряженно сжала кулаки. Как бы ее не толкала вперед ее гордость, упрямство и воля, но она дала мне слово не быть обузой. А именно ей она и станет, если мне придется прикрывать ее гордую задницу. Да и Лиса девочка не глупая. Несмотря на все свое упрямство, она прекрасно осознавала свои силы и понимала, что сейчас и так держится на грани, а в возможном бою нагрузка будет совершенно иной.

— Но я хотела помочь…

— Поможешь. Ты нужна мне здесь, — сделал я круговое движение пальцем, — Стазис не бесконечный и важно найти его границы, а еще… надо найти наших людей, — произнес я максимально серьезно.

И если на словах о границах Лиса еще скептично хмурилась, то услышав про наших людей ее лицо изменилось на сосредоточенное.

— Что я должна сделать, — тут же подобралась Лиса, инстинктивно потирая подаренный ей Родовой перстень.

— Найди границы аномалии. После чего найди Льва, а потом уточни местоположение остальных наших.

— Нужно их вытащить за границы Стазиса? — уточнила Лиса.

— Если им не угрожает прямая опасность, то не обязательно, — качнул я головой, — сначала найди Льва и, если это возможно, дай ему коснуться амулета. Это на время пробудит его. Узнай у него, что здесь случилось и введи в курс дела. Далее действуйте по ситуации. Приоритет жизни наших людей.

— А ты? — осторожно спросила Лиса.

— Я? Пойду и сделаю мир немножечко лучше, — улыбнулся я и повернул взгляд вниз, где пушистый Кот с нетерпением точил друг об дружку свои матово-черные лезвия когтей, — да, котяра?

— МРР-Р-РЯ!!! — воинственно промяукал Кот и, виляя пушистой задницей, направился в сторону единственного уцелевшего моста.

Глава 10

Витиеватая тропа вывела нас наверх, прямиком к выходу на мост. Одинокая каменная переправа была единственным, что связывало берег с полуразрушенным огрызком бывшего Восточного Храма.

Поначалу я подумал, что этот мост каким-то чудом уцелел после всех событий, но нет.

Широкая переправа из отполированного белого камня буквально блестела и выглядела совершенно новой. И ответом на то, как подобный мост умудрились здесь построить так быстро, был стоящий посреди него высоченный силуэт.

То ли зверь, то ли портальная тварь, то ли мужчина. Смотря на какую часть тела смотреть.

— Привет! — остановившись, помахал я рукой.

— Рр-р-раа-а-а-арр-р-р!!! — отозвалось уродливое шестирукое не́что.

Именно «не́что», потому что, даже рассмотрев существо получше, я не мог сказать наверняка, что это вообще такое. Крупное, частично каменное, частично волосатое, с дикими отдаленно человеческими глазами, медвежьей мордой, толстенной шеей и шестью когтистыми конечностями.

Выдавали в твари человека лишь глаза, антропоморфная форма тела, да замеченный самым последний княжеский перстень Клана Земли, сплющенный на одной из медвежьих лап.

Именно благодаря последнему я и понял, что передо мной человек.

Ну или то, что от него осталось.

— Здравствуйте, ваше сиятельство, — манерно поклонился я, подумав, что тот разозлился на фамильярное приветствие.

— Рр-р-раррарарараррарр-р-р-р!!! — брызгая слюной, опустился на шесть лап Князь.

— Ну вот, а говорят это я варвар и невоспитанный аристократ, — вздохнул я, — так чего халтурим, княже? Совещания пропускаем, гасимся.

— Кхрр-р-р!!! — недобро пошатывая головой, оскалился Князь Земли, — убб-бивать… рвв-вать… ломм-мать…

— Мм, ну да, с подобными идеями одобрения в Совете не получишь, не удивительно, что прогуливал, — кивнул я, — да и с такой рожей я бы тоже из пещеры своей не выходил, или где вы там ныкались с твоим погонщиком.

— Рр-р-р-р-раа-а-а!!! — недовольно прорычало существо, с хрустом впивая выпущенные когти в каменную кладку моста.

— Ладно, это все, конечно весело, но мне бы более сговорчивого собеседника. Такое есть там у вас? — кивнул я твари за спину и сделал шаг вперед.

— Сс-стоять!!! — выпалил вдруг Князь лающе-воющим звериным звуком.

Да так громко, что уши заложило.

— О, так ты разговариваешь! — радостно улыбнулся я, — а если я не остановлюсь, то что? — с любопытством наклонил я голову.

— Т-тогд-д-да… фф-ферзь… убб-бивать!!! — с безумно бегающими зрачками, прорычал Князь Земли.

— Логично, — хмыкнул я и задумчиво почесал подбородок.

Я сейчас стоял прямо перед границей моста. Буквально в сантиметре от сияющего новизной первого белого камушка. И даже невооруженным взглядом я видел, как мост и остальное пространство отделяет незримая линия.

Стазис не работал на мосту. Нет, даже не так. Камень являлся для Стазиса исключением. Материей, которую техника игнорировала, ведь в воздухе над мостом Стазис все еще работал.

Интересный фокус.

Настроить подобное исключение для техники такого порядка весьма непросто. Это как жахнуть по городу огненным шаром, но при этом сделать так, чтобы огонь игнорировал женщин и детей, например. Или действовал только на одаренных определенной Стихии или цвета одежды.

Внести подобные исключения в саму суть плетения техники можно. Простенькой такой техники. Это часто применяли в боевых крыльях Ордена. Среднего уровня технику перенастроить сложно, но и подобные прецеденты я видел. Были умельцы.

Но вот, чтобы подобное избирательное исключение провернули с техникой высшего порядка, я вижу, пожалуй, впервые. Ведь Стазис и сам по себе невероятно сложный, а в его энергетических плетениях сам Аргус ногу сломит. Тут и жизни разобраться не хватит, не то, чтобы научиться его изменять.

Однако кто-то смог.

Теперь сомнений в том, что его сотворил человек, у меня не осталось никаких.

И мне ой как сильно захотелось с ним поговорить.

Размышления заняли несколько мгновений. Я видел, как наш злобный мишка стоит на изготовке и скалится в нетерпеливом ожидании. А заставлять других ждать как-то невежливо, поэтому я занес ногу и ступил на мост.

Князь Земли только этого и ждал.

Едва я коснулся его территории, как тот сорвался с места, словно бешеный цепной зверь. Каменный мост содрогнулся под его могучими лапами. Пространство буквально затопило смрадом проклятой энергии. Медвежьи когти рвали кладку как бумагу. Блестящие обломки моста с диким скрежетом летели в стороны, и эта бешеная каменная дура неслась прямо на меня.

Я выставил ладонь перед собой, и вот тут произошел первый сюрприз.

Появившееся перед медведем облако Тьмы оказалось размером с теннисный мячик и просто зависло, не причинив твари никакого вреда. Он просто отмахнулся от него, как от мухи, и на полном ходу полоснул меня сдвоенной лапой.

Удар я принял на блок рукой.

Хруст костей. Хлестанувшая кровь, но основную часть удара погасить удалось. Спасибо Тьма хоть на блоке сработала как должна, но вопросики какого хрена матерь Стихий не смогла пересилить Стазис на дистанции, оставались.

Правда искать на них ответы времени как-то пока не было.

За первым ударом полетел второй… третий… четвертый.

Мишка явно вошел в кураж, размахивая своими лапищами с впечатляющей для таких габаритов скоростью. А мощь каждого удара была сопоставима с обрушенным мне на голову небоскребом.

Неприятно. Тяжело. И оставляет синяки.

Только спустя семь принятых на блок ударов, мне удалось, наконец, отбросить назойливого мишку и разорвать дистанцию. При этом его чудовищная скорость не давала мне ни шанса увернуться. Только защищаться и принимать атаки на блок.

Шустрый гад. И крепкий.

Мой удар, в который я вложил не слабую такую порцию Тьмы, его лишь отбросил на несколько метров, при этом не причинив особого вреда.

— Что ж, только контактные техники, голая сила и никаких фокусов, да? — улыбнулся я и сплюнул накопившуюся во рту от пробитого легкого кровь, — ну, погнали, нападай, — поманил я пальцем.

— Рр-р-р-р-р-р-р-р-р-р-р-рваа-а-а-а-а-а-ать!!! — помчал на меня с диким ревом шестилапый мишка, и его вдруг бросило в сторону, словно товарным поездом сбило.

Только вместо поезда был размером с кулак твари небольшой Кот, оказавшийся на том месте, где еще секунду назад бежал в атаку Князь Земли. А вот самого мишку отбросило на край моста, где тот зацепился когтями за бортик, едва не вывалившись в мутные воды озера.

— Рр-р-разорвуу-у-у… порвв-в-ву… уничтожж-ж-ж-жуу-у-у!!! — проревел разъяренный сильнее прежнего мишка, затаскивая свою тушу обратно на мост.

Кот же невозмутимо смотрел на него с гордо поднятой моськой, уперев передние лапки в осколок камушка, чтобы казаться выше, а потом раскрыл пасть и выдал воинственный рык. Правда рык в сравнении с медвежьим звучал как писк новорожденного котенка против взрослого льва, но разница в тембре и габаритах Кота нисколько не смущала.

— Опаздываешь, блохастый, — хмыкнул я.

— Мрр-р-ря! — донеслось мне в ответ.

Обиделся он, видите ли, за то, что про озеро не предупредил. Похоже в тепличных условиях этого времени расслабился не только я, но и мои фамильяры. Один стихи сочиняет, второй лапки промочить боится, третий потолок никак не может пробить.

Детский сад.

Медведь же в это время, взобравшись на мост, тряхнул головой, встал на задние лапы и мощными толчками ударил себя в грудь, после чего мазнул безумными глазами по Коту, но в итоге выбрал целью меня и отвел взгляд от пушистого.

И зря.

В тоже мгновение, обделенный вниманием Кот смазался в пространстве и оказался под опускающимся в этот момент на свои шесть лап медведем. Скрежет камня, хруст кожи, воинственные кошачьи вопли, и на мостовую брызнула первая медвежья кровь.

Князь Земли яростно взревел и, осознав свою ошибку, вновь поднялся на задние лапы, используя передние четыре, чтобы схватить и сбросить наглую мелкую тварь, но Кота на его брюхе уже не было.

Оставив там глубокие кровоточащие царапины, Кот вскарабкался дальше, и в этот момент использовал хребет медведя как когтеточку, разбрасывая вокруг кровавые ошметки.

Бешеный рык, полный ярости, злобы и боли разлетелся по пустым улицам города. Отражался от зданий и летел по переулкам. Запускал дрожь по каменному мосту и рябь по воде.

— Стоп… рябь? — подметил я про себя, и боковым зрением заметил плывущие там силуэты.

Похоже, на нашу скромную вечеринку спешат новые гости.

* * *

Блондин в бело-золотых очках молча сидел за рабочим столом. Его идеально выбритое лицо не источало никаких эмоций, а подушечки пальцев мерно стучали по столешнице в такт продолжающемуся уже около недели землетрясению.

Весь небоскреб ходил ходуном, и амплитуда этих колебаний только увеличивалась, сея ростки панических настроений местных обитателей.

И пока многочисленные жители небоскреба бросали нижние этажи и перебирались с каждым днем и часом, все выше, Демид сидел на самом верху в гордом одиночестве и ждал.

Не бездействовал, а именно терпеливо ждал подходящего момента, сохраняя хладнокровие. Демид прекрасно понимал, что появление захватывающей этаж за этажом твари Тьмы здесь, лишь вопрос времени.

Также он прекрасно знал, что напуганные серебряные жители небоскреба попытаются сюда прорваться и того раньше.

Часики тикали и несмотря на то, что тикали они совершенно не на стороне Демида, он оставался спокоен.

И даже когда в коридоре послышалось мерное цоканье каблуков, Демид сохранил невозмутимость. Не пошевелился он и тогда, когда на пороге кабинета появилась неземной красоты женщина в переливающемся золотом изысканном платье.

Продефилировав по дорогому паркету в полной тишине, женщина опустилась в кресло напротив Демида и, привлекая внимание, помахала рукой, с острыми стальными коготками из чистого золота на пальчиках.

— Ты разве не соскучился по мне? — наигранно обиженным голоском пропела Афина.

— Не думаю, что у меня есть время на такую роскошь как чувства, — без улыбки ответил Демид и перевел сосредоточенный взгляд на женщину.

— Времени у тебя и правда осталось немного, мой мальчик, — улыбнулась золотая леди и покосилась куда-то в сторону окна, — как дела с ферзем? Он справляется?

— Узнаю, когда ферзь у меня появится, — невозмутимо отозвался Демид.

— Мм… а тот зверек в клетчатом костюмчике разве им не был? — с легким налетом любопытства подняла бровки Афина.

— Нет.

— Хм, жаль. Мне стоит напоминать о том, что будет, если ты не справишься? — певучим голоском поинтересовалась золотая леди.

— Не думаю, что в этом есть нужда, — позволил себе легкую улыбку Демид.

Афина несколько секунд пристально смотрела на смертного перед собой, после чего улыбнулась в ответ и ее взгляд немного смягчился.

— Хорошо, мой мальчик. Я тебе верю, — удовлетворенно произнесла девица, и ловким движением положила на столешницу блестящий предмет, придавив его ногтем указательного пальчика, — знаешь, что это?

— Догадываюсь, — уже не так невозмутимо, как раньше произнес Демид.

— Вот уж вряд ли, — звонко засмеялась Афина и, покручивая в руке золотой медальон в форме звезды, произнесла, — получить эту штучку не так просто, как серебряный. А сделать так, чтобы его энергия тебя признала еще сложнее. Пройти ритуал недостаточно. Его нужно заслужить. Нужно, чтобы там, — указала женщина пальчиком наверх, — тебя приняли. Нужно, чтобы было место. Нужно, чтобы за тебя поручились. Нужно сделать что-то особенное. Понимаешь?

— Вы пришли сказать мне это? — поправил очки Демид.

— Мм… нет, мальчик мой, не совсем, — убрав золотой медальон в декольте, весело покачала головой Афина, — видишь ли, никто в этом небоскребе не знает, что мест для новых золотых больше не осталось. Все вакансии заняты, а жизни местного сброда на этом слое не несут более никакого смысла. Все они заперты здесь. И все обречены.

— Поэтому вы так легко позволили мне ими управлять? — не особо удивившись, спросил Демид.

— Отчасти, — перебирая золотыми коготками, кивнула Афина, — я правда верю в тебя. Верю, что ты сможешь сделать то, что обещал. И, как порядочная леди, я готова сдержать и свое слово. И пришла я сегодня, кое-что показать, — пропела она и подавшись чуть вперед, прошептала, — дай руку.

Демид поколебался несколько секунд, но поняв по глазам, что это не просьба, протянул ладонь и едва она коснулась холодной руки женщины, как мир вокруг него изменился.

Но не потемнел, а наоборот. Налился светом. Теплым, приятным светом. Тряска небоскреба, к которой он уже привык, исчезла. Как исчезли все тревоги, волнения и страхи. Каждая клеточка тела Демида расслабилась и его окутала, словно в одеяло, пьянящее ощущение безмятежности.

— Мир без времени… без смерти… без забот… — прошептал томный женский голос ему на ухо, лаская его словно теплый ветер.

Вздрогнув, Демид повернулся, но рядом никого не обнаружил. Вокруг был только теплый свет и переливающийся податливый туман, всматриваясь в который, Демид видел, как сбываются его самые заветные мечты.

Словно идеальный сон. Стоило пожелать и образы появлялись перед ним, сменяясь калейдоскопом побед, достижений и завоеваний.

От вариантов того, что получить, у Демида закружилась голова и он не смог выбрать, а когда первый образ заветного желания вдруг начал формироваться из тумана перед ним, мир вокруг вдруг потускнел.

Под ногами появилась воронка, которая затянула его и выбросила обратно в реальность.

Демид открыл глаза и осознал себя вновь сидящим за столом на вершине трясущегося небоскреба. Только вот ни о какой невозмутимости не было и речи. Сложный ворох эмоций накрыл его.

Страх. Ужас. Отчаяние. Тревоги. Боль. Неуверенность. Зависть.

Казалось, все негативные эмоции, которые Демид когда-либо испытывал за свою жизнь сейчас обрушились на него всем скопом. Блондина трясло, он старался сохранять хладнокровие, но если разум ему удавалось как-то удержать в норме, то тело предательски дрожало, потело и бросив взгляд в зеркало, Демид заметил, как же жалко он сейчас выглядит.

— Что это было? — подрагивающим голосом спросил он.

— Мир без времени, — мило улыбнулась Афина, сложив ногу на ногу, — мир без смерти, без боли, без переживаний и забот. Мир, который может стать твоим.

— Вы ведь сказали, что туда серебряным больше нет доступа, — сглотнул тот ком в горле.

— Бесполезному сброду смертных нет, — кивнула Афина, — но для особенных мальчиков можно сделать исключение, — прошептала она, поправив ноготком съехавшие очки блондина, — и ты знаешь, что должен сделать, чтобы получить вакантный билетик.

— Знаю, — взяв себя в руки, произнес Демид, после чего вытер проступивший пот со лба.

— Хорошо, я буду ждать тебя, — удовлетворенно кивнула Афина, после чего добавила, — надеюсь ты не разочаруешь меня и успеешь закончить свою работу вовремя.

После этих слов, она чмокнула парня в лоб и, виляя бедрами, покинула кабинет.

Удаляющееся цоканье каблучков было последним, что Демид услышал, перед тем как здание тряхнуло в очередной раз, а пол пробила огромная, уходящая далеко вниз трещина, сквозь которую, если присмотреться, можно было обнаружить далеко внизу гигантскую фиолетовую глазницу.

Глава 11

Гости плыли красиво. Кучненько так, стройно.

И быстро.

Прыгали же они еще быстрее. Еще и синхронно так, словно на спортивные соревнования готовились. Я даже засмотрелся на пару секунд на это зрелище.

А потом обнажил клинок и принялся этих прыгунцов плавучих встречать.

Гостями оказались многорукие каменные твари, один в один похожие на тех, что напали на Князей во время Совета совсем недавно. Пентаграмм-телепортов я поблизости не ощущал, и в отличие от прошлой внезапной атаки, это больше походило на подготовленную засаду.

Зря я наговаривал на Демида, он не сидел без дела.

Молодец.

Позвонил бы ему, чтобы похвалить, но руки заняты. Каменных тварей убиваю.

Первый взмах, второй, третий, и с безоблачного неба сыплют вниз осадки в виде отрубленных каменных голов.

С одной стороны на мосту маневрировать не особо удобно, а с другой, тварям тут тоже было тесновато. Уже через минуту, их живыми и не очень собратьями, было облеплено буквально все, но твари продолжали ломиться ко мне.

Агрессивно рычали, лезли по головам и трупам, пытались меня сожрать, укусить, поцарапать.

Словно бешеные каменные мотыльки на свет, они мчались и находили там свой конец. Первые пару минут было не очень сложно.

Я организовал себе за спиной горку из трупов, а прикрыв тыл, орудовать в области перед собой было задачкой не такой сложной, учитывая, что тварей таких я уже видел и движения у них мне теперь были предсказуемы и очевидны.

Лишь пару раз каменюки смогли меня удивить.

Первый раз, когда объединились, и словно кроты, прорыли дырку в мосту прямо подо мной и атаковали снизу. Пришлось пожертвовать прикрывающей спину кучкой трупов и сбросить их в дырку, а потом поменять позицию.

Второй раз сюрприз пришел с воздуха. Среди каменюк оказались такие, у кого вместо новых конечностей выросли крылья, ага каменные. И те пикировали на меня с воздуха, как камикадзе, в один конец.

От них меня защитил, вот сюрприз, перстень Мордина. Тот который новый, модернизированный.

Энергия Смерти в нем работала аналогично другим костяным перстням, как накопитель и она впитала агрессивную мощь Морозного Йети. В обычной ситуации я бы просто смог ее выпустить ради атаки, однако, тот факт, что Карл обтянул этот перстень кожей Патриарха Циклопов, сработал иначе.

Кожа любого существа создана защищать носителя. И даже будучи содранной с дохлой твари, кожа не «забыла» своей сути, и едва я должен был пропустить атаку, как меня внезапно накрыл ледяной защитный купол. Купол оказался удивительно крепким, и развалился только после трех суицидов летающих каменюк, но тут важно не это. Куда важнее, что купол активировался самостоятельно, без моего участия. Даже энергию на защиту взял не у меня, а изнутри самого перстня. При этом подтянул ровно столько частиц, сколько было нужно для погашения входящего урона.

Ни больше, ни меньше.

Более того, когда купол сломался, его осколки перстень впитал обратно, компенсируя часть энергетических потерь.

И все это без энергетических затрат и контроля с моей стороны.

Эдакий автономный защитный перстень получился.

Поразмыслив, я прямо в процессе боя залил в этот перстень чутка энергии Тьмы, разбавив энергию морозного йети, и ради эксперимента, нарочно пропустил еще один удар.

Не двигался. Не ставил блок. Даже энергетический доспех не поставил, и глаза закрыл, чтобы не было соблазна увернуться.

И что бы вы думали?

Купол реально активировался! Самостоятельно! С примесью Тьмы такого защитного купола хватило уже на семь прямых попаданий каменных суицидников.

Красота. Сумасшедшее кпд!

Надо будет Карлу отчет отправить, как закончу тут. Если мой рукастый артефактор сможет наклепать копий и размножить такой эффект, это резко снизит смертность Стражей по всему миру. Ведь в этом времени наблюдается огромный дефицит эффективных защитных артефактов. Особенно таких универсальных, ведь если повторить этот эффект на обычной основе кольца, то надеть его сможет любой одаренный.

Так огневик, сможет прикрыть свою уязвимость от воды, а водник в свою очередь от электричества, и так далее.

Понятно, что одним кольцом сражение с сильной тварью не выиграешь, но выживаемость такая штука увеличит, а именно с ней у современных Стражей и наблюдаются максимальные проблемы.

Слишком многие из них погибают еще до того, как успевают научиться нормально использовать свой Дар, а пика силы и вовсе достигают единицы. Из-за этого одаренных становится много, но тех же Ратников в Империи можно по пальцам пересчитать.

Но что-то я отвлекся.

Так бывает, когда противник бесхитростный и простой как… камень. Ха-ха.

Ну не называть же тактикой «напасть толпой и будь что будет».

Одиночные попытки в креатив при атаках с воздуха и из-под земли не считаем, а значит координатора и кукловода у них рядом нет. Или же он еще тупее своих подопечных, и считает, что все идет хорошо.

Хотя, сказать, что у меня прям не было сложностей, тоже нельзя.

Я скакал, рубил, кромсал, ломал, а твари все прибывали и прибывали. Карабкались по мосту. Прыгали из воды, как бешеные лягушки. Бурили дыры в мосту, словно кроты. Пикировали аки одноразовые дятлы. Уже через десять минут все вокруг, куда ни глянь, было облеплено этими вездесущими тварями.

Их стало настолько много, что попытку взять меня числом я даже перестал считать плохой затеей.

Осознав, что тварей несколько больше, чем я ожидал, я нашел в просветах между грудами камней Кота и крикнул: — вперед!

К тому моменту, напитанный моей энергией по самую макушку, пушистый уже закончил потрошить медведя и успел попробовать на вкус пару каменюк. После кожи Князя Земли, уже бывшего, во всех смыслах князя, «броня» каменных миньонов была не проблемой для когтей Кота, и тот успел завалить с десяток тварей.

Будучи мелким и пронырливым, ему маневрирование на мосту удавалось куда легче, чем мне, а пролезал мой фамильяр буквально в любую дырку, отрывая каменюкам преимущественно ноги, отчего вокруг него сейчас ползали сплошь безногие и беспомощные.

От них Кот и оттолкнулся, получив мою команду.

Ловкий прыжок. Пара веселых и воинственных «мрр-ряя-я!», и когтистый клубок черной шерсти помчал по головам тварей, прямо по мосту в сторону огрызка Восточного Храма.

Я же встал в глухую оборону и отбивался.

Места для маневров совсем не осталось, и облепившие меня со всех сторон каменные твари перекрыли собой даже небосвод. От совокупного веса под ногами просел мост, кости хрустели, а легкие пережало.

Дышать удавалось с огромным трудом и максимальной работой Пути Тела, и с каждой секундой давление только нарастало.

Возникло ощущение, что, отчаявшись убить меня в бою, они решили просто меня раздавить своим весом, и у них неплохо получалось.

Ровно до того момента, пока я не услышал сигнальное «мррря».

Удар клинком по направлению к звуку. Зрительный контакт с моим фамильяром, и последовавший приказ: — перемести.

Дистанционные техники из-за Стазиса не работали, но для мира Тьмы между мной и Котом дистанции и не было. Через Путь Энергии мы с моими фамильярами связаны, словно единое целое, поэтому Тьма втянула менял без каких-либо проблем и тут же выплюнула рядом с Котом.

Дышать сразу стало легче.

Я вновь увидел небосвод, а не сплошные камни, которые сейчас представляли собой огромную гору в том месте, где я был секунду назад, и эта гора все продолжала увеличиваться. А пока тупые каменюки соображали, что меня там уже нет, я повернул взгляд на Кота, который с мурчанием и жалобным «мяу» терся лапкой об дверь.

Как и мост, дверь в Храм состояла из камня, и выглядела совершенно новой. Смрад проклятой энергии тут был в несколько раз выше, чем с той стороны моста, и я чувствовал, как присутствие энергии Тьмы в ответ на это растет.

Приятно.

Потеребив отлично сработавшего кота за моську, я глянул себе за спину, где антропоморфные каменные твари догадались, что меня нет. И теперь, неестественно изгибаясь, карабкались сюда словно уродливые пауки.

И когда первая каменюка почти добралась до дистанции атаки, я взмахнул заранее напитанным «Когтем Пустоты», и по пространству разлетелся заглушающий рев тварей скрежет, а потом и этот рев унесло вниз вместе с тварями и мостом, который я перерубил.

Вниз полетели камни, твари, куски камней и оторванной плоти.

Они все падали в черные воды озера, на них сыпались сверху собратья и обломки моста. И пока в этом хаосе твари пытались выжить, я вытянул указательный палец и взял в «прицел» ближайший видимый в воде кусочек моста.

— Разразись! — раздался приказ, и частично преобразованная из Тьмы в электричество черная энергия зигзагом вырвалась из пальца.

И этой Молнии было плевать, через что двигаться. Проводником для нее служила любая насыщенная стихийной энергией материя, а камень, как вы помните, очень ей насыщен. Черная молния разорвала первый камешек, в который я ее пустил, и жадно сожрав всю его энергию, устремилась дальше. В следующий камень, а от него в последующий и так далее по цепочке.

Не прошло и двух секунд, как вся озерная вода была испестрена черной паутиной непрекращающейся молнии, которая заодно поджарила и каменных тварей, которым не повезло в это время находиться в воде.

Однако с каждой последующей целью, сила Молнии снижалась, поэтому уничтожить мне удалось от силы треть от упавших с разрушенного моста тварей, а судя по свежей ряби на воде, новая партия уже была на подходе.

Мы же остались на маленьком уцелевшем кусочке моста полметра длиной, и пока твари не перегруппировались и не пришли в себя, я повернулся и позвонил в висящий над входом колокольчик.

Чисто из вежливости позвонил. Потому что Кот уже выбил дверь к хренам и по-хозяйски зашел внутрь.

Пожав плечами, я зашел следом и осознав, что внутри Храма охвативший город Стазис не работает, затянул проход за собой пеленой Тьмы. После чего обернулся и увидел, как трехметровая восьмирукая хреновина, которая тут видимо была за дворецкого, отчаянно пытается не стать новой когтеточкой для моего фамильяра.

Пушистый явно вошел во вкус, и помощь ему не требовалась, поэтому я осмотрелся куда мы вообще попали.

Восточный Храм Идэ изменился, и теперь представлял собой одно огромное помещение, выполненное в форме пентаграммы. У каждого луча располагался каменный алтарь, чаши крови, свежие трупы людей и свечи.

Куда же без свечей.

А по центру этого всего стоят три лысых силуэта в неприметных тряпичных балахонах.

— Антуражненько тут у вас, — улыбнулся я, когда они посмотрели на меня.

Монахов сектантов с повязками на лицах я узнал сразу. И признаюсь, встретить тут «Видящих» было несколько неожиданно. Ведь начерченная здесь пентаграмма, да и каменные твари снаружи, которых выставили на защиту, принадлежали к «Звезданутым».

Неужели сектанты из разных лагерей решили объединиться?

Любопытно.

В мое время культисты разных, скажем так, «верований», ненавидели друг друга не меньше, чем Орден Аргуса.

— А вы не особо разговорчивые, да? — вздохнул я и только сейчас заметил, что рты монахов перетянуты повязкой ровно также, как и их глаза.

Жаль. А я так надеялся поговорить.

И только я занес клинок для старта агрессивной дипломатии, как из-за спин «Видящих» вдруг вышел мужчина. Тоже лысый, но в отличие от монахов, одет он был не в балахон, а в боевую броню. А в руках держал сверкающее голубым сиянием копье.

— Эх, Тадао, Тадао, — покачал я головой, — что же они с тобой сделали, мой мальчик.

Только вот бывший военный советник Дома Идэ, а ныне исполняющий обязанности Старейшины, которого я оставил тут всем заправлять, мне не ответил. И не потому, что его рот закрывала повязка.

Нет, не закрывала.

Дело было в его глазах.

Стеклянных, пустых, зомбированных глазах.

Похоже, я немного переоценил способности пространственных Древ передавать информацию. Иначе как объяснить тот факт, что столько еретиков собралось в одном месте, а главный специалист по ним еще об этом не в курсе?

Одновременно с этим вопросом, я щелкнул пальцем и на моем плече появился пернатый попугай.

Не ожидавший столь резкого призыва Клювик, недовольно нахохлился, но увидев культистов перед собой, разом повеселел и, радостно замахав крыльями, завопил: — Ерр-ретики!!! Ухуу-у! Урр-ра! С Днем Рожж-ждения меня!!!

— Вот же блин, забыл, — поперхнулся я, совсем потерявшись в датах.

Но попуг не обратил на мою заминку внимания, и уже в предвкушении потирал лапки, и начал тянуть у меня энергию.

Я же вздохнул и повернул взгляд на медленно идущего на меня Тадао.

Талантливый восточник и до этого был силен, на уровне Ратников и Самураев, а то и выше. Но сейчас в его пустых глазах бурлила чуждая ему энергия. Сминающая волю и дающая силу заемная энергия «Видящих», которую Тадао был готов обрушить на меня, держа перед собой свой верный боевой яри.

— Ну нет, приятель, ты не в ту сторону воюешь, — покачал я головой и приказал, — оборви.

Вспышка Тьмы, и Тадао вдруг остановился.

Его пустые глаза обрели ясность. Он недоуменно посмотрел на меня, потом на напитанный под завязку водной энергий боевой яри. И синхронно с этим, монахов за его спиной пошатнуло, а стоящий по центру и вовсе с хрипом припал на колено.

— Маркус? — удивился восточник, — что ты тут делаешь…

Но ответить я не успел.

Осознавшие, что их марионетка вместе с шансом внезапной атаки потеряна, культисты сделали свой ход.

Глава 12

Тадао находился в шоке. Мягко говоря.

Последнее, что он помнил, это обычный день. Обычное утро, в которое он привычно отрабатывал накопившиеся за ночь дела. На посту нового Старейшины, Тадао взял ответственность за город и жителей на себя. Управлял делами, помогал нуждающимся, всеми силами пытался наладить жизнь людей на вверенной ему территории.

И, надо признать, все шло хорошо. Восстановление города шло опережающими темпами. Последствия разрушения Храма и потопов оказались не очень серьезными, а жертв среди горожан практически не было.

Оставался вопрос с внешней безопасностью границ и стен, но его с лихвой закрыл присланный Маркусом отряд. Да, они были наглые, эксцентричные и добрая половина жалоб горожан приходилось на действия этих Имперцев, однако все перекрывало одно «но».

Они были надежными бойцами. Казалось бы, приехала всего небольшая группа одаренных со скандальной своевольной аристократкой, но с тех пор, как они здесь, на территорию не проникло ни одного шпиона, а твари даже близко к стенам не подбирались, несмотря на возросшую активность красной зоны и бушующие метели.

Только этой горсткой людей Тадао с лихвой закрывал все потребности по безопасности и это позволяло ему сконцентрироваться на внутренних проблемах города, которых было немало.

И вот, в один из дней, в утренний час приема просителей, к нему на аудиенцию пришел странный парень. Тадао не мог сейчас даже вспомнить его просьбу… или голос, но он очень хорошо запомнил его лицо.

Перетянутое тремя глухими повязками лицо. Оно отпечаталось в памяти Тадао и было последним, что он помнил из того дня.

А дальше, как отрезало. Лишь пустота вокруг. Неразборчивые, шепчущие голоса и бесконечные попытки на них сконцентрироваться. Словно в дурном сне, Тадао хватался за них, ощущая в груди какое-то иррациональное тепло.

Напускное. Не настоящее. Чужое.

Однако понял это Тадао лишь сейчас, когда открыл глаза и внезапно осознал себя стоящим внутри какой-то сектантской пещеры. Десятки и сотни сигналов от органов чувств ураганом ворвались в пробужденное сознание Тадао. С огромным трудом пытаясь все это обработать и пытаясь понять, что происходит, Тадао заметил перед собой Маркуса. При этом Тадао с удивлением ощутил внутри себя бурлящую злость. Кровь неслась по венам, сердце часто билось, стихийная энергия бурлила в энергоканалах. Мышцы были напружинены для атаки, а в руках был плотно сжат его верный боевой яри.

— Маркус? — удивленно выдавил из себя Тадао, пытаясь понять какого хрена происходит, — что ты тут… делаешь…

У меня же все под контролем, — хотел было добавить Тадао, но вдруг резко ощутил колоссальное стихийное давление за спиной. Давление сменилось жаром и всепоглощающим чувством смертельной угрозы.

На рефлексах опытный боец, коим был Тадао, увернулся, пропуская над собой того самого парня с тремя глухими повязками, который ребром ладони мазнул по воздуху, оставляя там висящую полосу странного синего огня. На второй маневр уклонения у Тадао не было времени, и атаку босой ногой он принял на выставленный яри.

После чего, Тадао с удивлением наблюдал в первых рядах, как его родовое копье ломается пополам. Однако восточник не растерялся, и использовал одну часть яри для подсечки, а вторую, чтобы вонзить наглому лысому монаху острие прямо в горло.

Сверкающее глубокой синевой, яри вонзилось в уродливую бледную шею монаха, но кожу не пробило, а мгновение спустя ярко-красное пламя отбросило Тадао в сторону.

Пролетев несколько метров, восточник с трудом приземлился на ноги и, туша водными техниками водную же боевую броню, которая вообще-то не должна была гореть, бросил взгляд в сторону Маркуса. Тот сейчас плясал в боевом танце с точно таким же лысым монахом, а еще один их приятель с глухими повязками на лице сейчас отбивался от летающей над ним хохочущей птицы.

И в этот короткий миг, Тадао подумал, что впервые видит, как сражается Маркус. Нет, Тадао знал, что этот странный теневик силен. Знал, что он убил Старейшину в его собственном Храме. Победил множество не самых последних «буси».

Однако то, что Тадао заметил в эти пару мгновений, не укладывалось у него в голове. Один взгляд на Маркуса вызывал дикий, иррациональный страх. Его аура подавляла и восхищала одновременно, а движения не были похожи ни на один стиль боя, который знал Тадао.

Маркус бился с противостоящим ему монахом на равных. Нет, он даже превосходил его!

А ведь Тадао понял, с кем они имеют дело. Осознал в тот же миг, когда монах голой рукой переломил его яри.

В отрядах «безмолвных», один из которых возглавлял Тадао еще до того, как стать военным советником, ходили слухи об этих существах.

Вестники Возвышения.

Так их называли. Чудовища, которых боялись даже Старейшины, и появление которых значило неминуемую смерть для того, по чью душу они пришли. И сейчас одно из таких чудовищ шло прямо на Тадао, разжигая стихийный огонь в неестественно вздувшихся красных венах.

Огонь всегда слабее воды, — твердил разум восточника.

Но почему-то у Тадао даже близко не было ощущения, что у него есть хоть какое-то преимущество. Может быть потому, что часть его водной брони до сих пор горела? Или потому, что горящий стихийный огонь в руках монаха вдруг начал потрескивать молнией?

* * *

Взмах клинка. Черная вспышка. Взрыв. Разрыв дистанции и снова сближение.

Крепкий монах попался. И сообразительный.

После того, как я напитанным Тьмой лезвием вспорол ему шею, тот стал действовать осторожно. Увидел, так сказать, угрозу. Ха-ха.

Во-первых, культист Высшим Восстановлением умудрился закрыть рану на шее, а ведь у него голова уже болталась и держалась на честном слове и перебитом хребте. Во-вторых же, «Видящий» принялся избегать контактного боя и стал долбить по мне дистанционными техниками высшего порядка.

Я аж со счета сбился, сколько этот незрячий живучий монах их в меня запустил.

Как и прошлые встреченные мной собратья этих лысых культистов, этот обладал двумя стихиями.

Вода и Природа, если быть точным.

Первую Стихию лысый засранец использовал для регенерации, которая даже для культиста у него была высоковата, а вторую на дистанционные атаки. Причем Природные атаки он неизменно усиливал отлично синергирующей с ней Водой. В итоге в меня летели воздушно-ледяные серпы, древо-водные стрелы, водно-ветровые столбы и прочая гадость.

Благо, что атаки были не массовыми, а точечными, а то зацепило бы всех. Но мне от этого было не сильно легче. В нечастые моменты, когда мне удавалось подобраться к монаху близко, тот брал «воду» в моем организме под контроль. Парализовывать не парализовывал, но немного меня замедлять и бесить умудрялся, да.

Так мы и скакали. Я сближался. Он убегал. Швырял в меня всякое, а когда я сближался, устраивал бабах и снова убегал.

Это слегка раздражало.

А еще боевой монах называется.

Может, я бы и разобрался с ним побыстрее, но блин. Даже на этот темп я тратил все резервы, что есть. Мне ведь мало того, что надо было подпитывать Кота и Клювика под завязку, так еще и дверь в Храм надо удерживать, а то все это время туда ломятся настырные каменные твари.

Да, поддержание Тьмы требовало огромного количества энергии, но, если всю эту каменную армию пустить внутрь, тут же совсем места не останется. А тут и так не то, чтобы просторно.

Несмотря на то, что лысый ублюдок постоянно от меня бегает, атаки его слабыми не назовешь. Я пропустил всего две и половину заряда перстня Мордина срезало как ни бывало. И дело было не столько в энергии «Видящих», сколько в витающей внутри пентаграммы силы «Звезданутых», которая монаха дополнительно усиливала.

Все-таки я немного ошибся. В свой прошлый визит сюда, я посчитал, что идентифицирующий себя как Храм покойный Старейшина Дома Идэ тут главный босс качалки. На это ведь все указывало. Статус, сила, энергетические нити. Да даже воспоминания! Старейшина считал себя главным, подключил весь город к своей энергетической структуре и собирался за счет других жить и править вечно в этом Храме, но оказалось, что Храм принадлежал не ему.

Вернее, не только ему. Именно поэтому Храм не разрушился окончательно, а его упавшие в озеро обломки восстановились в виде этой комнаты.

Я пока не мог понять, кому именно сейчас подчиняются остатки Храма, но чье-то незримое присутствие я чувствовал с того самого момента, как переступил порог этого места. И это ощущение тоже отвлекало.

А ведь мой противник был не из простых. Одна ошибка и ты ошибся. Ошибся с таким врагом, читай умер.

И в этом плане я монаху сейчас даже немного завидовал. Это у меня тут куча мыслей, забот, отвлекающих факторов. А он мог думать только о поединке. Видел меня и пытался убить всеми силами. Все. Именно так, как я в старые добрые времена, когда был простым Паладином.

Как же тогда было просто. Видишь врага, убиваешь врага. Отдаешься битве, ни о чем не думаешь и сражаешься.

Эх.

Неужели это и называется взрослой жизнью?

Старик Акс мог бы и предупредить между своими бесконечными ворчаниями.

С этими мыслями мне в очередной раз удалось сблизиться с шустрым монахом и направить ему «Коготь Пустоты» в область шеи. Да, эти твари уже давно не являлись людьми, но кое-что человеческое в них оставалось. Например, инстинкт самосохранения.

На одно короткое мгновение монах сбился, инстинктивно опустив руку чуть ниже, чтобы прикрыть шею, на которой еще красовался свежий шрам от моего прошлого попадания. И это мгновение я и использовал, чтобы воткнуть «Коготь Пустоты» ему в грудь.

Послышался хруст ребер, после чего культист уже привычным для себя маршрутом переместился шагом Ветра на безопасную дистанцию, оставив после себя лишь лужицу крови.

Я же посмотрел на кончик клинка и вздохнул.

Засранец даже прямое ранение в сердце смог залечить. Это уже как-то нечестно получается. Он хоть больше и не человек, но ведь и не нежить! Какого хрена он не дохнет без башки и с дыркой в сердце?

Похоже, придется менять тактику.

С этими мыслями я повернул голову глянуть, как там справляются остальные.

Кот все-таки превратил трехметрового дворецкого в когтеточку и лишил половины рук. Следующим мой взгляд упал на Клювика, который с шутками и прибаутками пикировал на своего монаха аки ястреб и осыпал того угрозами и дистанционными техниками, которые съедали добрую треть всех моих энергетических запасов.

А я-то думал почему не поспеваю за долбаным шагом Ветра.

Скальп сорву, урою падлу,

Череп расшибу кувалдой,

Будешь знать с дырой в башке,

Как сгг-г-г-гореть на милость, Тьме!!!

Донеслось сбоку, как только я отвел взгляд. Понятия не имею, где Клювик возьмет инструмент для воплощения угрозы, но ладно, пусть развлекается.

Последним я увидел Тадао.

Весь обгорелый, с обломками яри в двух руках, хромающий и с рассеченным глазом, мужик самоотверженно бился и даже не думал просить о помощи.

Взмах, и водная стена принимает на себя очередную огненную атаку культиста. Причем водную завесу Тадао создал и мгновенно отодвинул от себя, чтобы тело не контактировало с водой. Умно, ведь по воде тут же побежали голубые искры молнии, с шипением отправляющие водную завесу в небытие.

Энергетическая вспышка была такой силы, что прожгло дыры в поле и потолке Храма, но самого Тадао не задело. Однако, потратив время на то, чтобы сдвинуть водную стену, Тадао чисто физически не успел среагировать вовремя, и в него дугой влетело два гигантских огненных шара.

Один шар Тадао погасил открытой ладонью, напитав ее на максимум защитной техникой. Но вот вторая сторона осталась без защиты, и стихийный огонь с шипением прожег боевой доспех, и в воздухе запахло горелой плотью.

Сам же Тадао болезненно поморщился и припал на колено.

И как только я уже подумал вмешаться, восточник смог меня удивить. Тадао нарочно пропустил удар именно в рабочую руку, где был зажат яри. Я посчитал, что это его ошибка и он не рассчитал, но нет, наоборот. Приняв удар ей, Тадао на миг усыпил бдительность монаха и мгновенно восстановил ранение заготовленной целебной техникой.

Восстановил максимально быстро и ровно настолько, чтобы суметь пошевелить рукой и, подпустив не ожидавшего такого подвоха культиста близко, Тадао вонзил ему сверкающий синевой яри прямо в подбородок.

Артефактное родовое оружие с хрустом вошло в челюсть монаха и вышло через глаз, сорвав с лица культиста все повязки. Тадао обрадовался и в его усталом взгляде появилось облегчение. И вот это уже было его фатальной ошибкой.

Пришлось вмешаться и топнуть ногой. Стена Тьмы взмыла вверх перед ошалевшим Тадао и приняла удар все еще живого монаха. И только сейчас восточник заметил, что под повязками у монаха были выколоты глаза, срезан нос, а челюсть вовсе отсутствовала. Форма головы у культиста также была непропорционально перекошена, из-за чего получилось так, что яри прошел через дыру в подбородке и вышел через глаз, не задев мозга и, по сути, не причинив монаху никакого вреда.

Все это Тадао осознавал уже стоя рядом со мной, куда я оттянул его шагом Теней, вытащив прямо из-под второго удара.

— С-спасибо, — сглотнул ком в горле тяжело дышащий Тадао, не отводя взгляда от своего противника, который сейчас невозмутимо вытаскивал обломок копья из своей покрытой уродливыми струпьями черепушки.

— Пожалуйста, — улыбнулся я, — может, тебе помочь?

— Не надо, — задумавшись на пару мгновений, покачал головой Тадао, — ты доверил мне эту земли. Тут мои люди и я не отступлю, защищая их!

— Хорошо, — принял я его ответ.

— Только… может подскажешь, как эту хрень вообще убить?

— Мозг и сердце, — кивнул я, — хотя… с последним уже не уверен.

— Понял, значит мозг, — с готовностью подобрался Тадао и направился продолжать бой.

Что ж. Мое сражение тоже не закончилось. О чем мне напомнил гейзер, ударивший в меня прямо из-под ног.

На этот раз я уворачиваться не стал. Принял удар на себя и горячая стихийная вода, закрученная спиралью для усиления эффекта, поглотила меня целиком.

Это просадило мне защитное кольцо в ноль, но в тоже время помогло скрыться от внимания монаха, применить шаг Тьмы и оказаться у него за спиной. До этого шагом Ветра ему удавалось уходить от меня в самый последний момент и успешно не получать ранений, по крайней мере смертельных, но теперь он слегка запоздал с реакцией.

Нет, переместиться шагом Ветра он успел, только сделало это его тело уже отдельно от головы, которую я сейчас и держал в руках.

Наблюдать как находящееся в другом конце помещения тело культиста бегает и машет руками в поисках головы, было забавно.

— Эй, пернатый, надо? — крикнул я, помахав все еще живой головой монаха в руках.

Только-только расправившийся со своим культистом летающий именинник повернулся на мой голос и радостно начал кивать головой.

— Тогда лови, — улыбнулся я и прицельно метнул башку культиста, словно мяч.

Вижу цель, для глаз отрада,

Нет еретикам пощщ-щ-щ-щ-щады!!!

Пророкотал Клювик, и размозжил летящую голову культиста стальной черной кувалдой прямо в воздухе. Обезглавленное тело в тот же миг замертво рухнуло на пол, а веселый и вошедший во вкус попуг кровожадно осмотрелся.

Минус два, готовься третий,

Умрешь с кувалдою надетой,

Надетой прямо на башку,

Под стать тебе, ерр-р-р-ретику!!!

Эхом разлетелся по пространству стишок, а следом за стишком, по пространству молнией пронеслась огромная черная кувалда.

Глава 13

Лиса стояла перед крепким мужчиной в сверкающей броне с изображением льва. Его грива волос развевалась по ветру, хотя и никакого ветра тут не было, а волосы мужчины, как и он сам, и как весь город, стояли на «паузе».

Как манекен. Теплый и живой манекен, который замер в защитной позе, припав на колено, чтобы прикрыть собой двух местных ребятишек и их испуганно смотрящую куда-то вверх маму.

Сам лидер «Прайда» тоже смотрел туда с выставленной вперед ладонью, и оскалив свои белоснежные клыки.

Нашла Лиса его без особого труда.

Лев находился аккурат в эпицентре аномалии Стазиса, область которой, как оказалось, представляла собой круг. Похоже, Лев одним из первых смог вычислить источник угрозы, и одним из первых же и стал его жертвой.

Эти мысли проносились в голове Лисы, пока она и так и эдак крутила перед мужчиной в броне данный Маркусом амулет. Девушка прислоняла амулет к броне, к лицу, к его рукам и ногам, зажимала в ладони Льва, но все без толку.

— Маркус же сказал «дай коснуться»? Но чем коснуться? Как долго касаться? — ворчала себе под нос Лиса, не зная, как еще попробовать пробудить Льва.

Снимать амулет с себя Маркус строго настрого запретил, а без этого что можно сделать?

Осмотрев мужчину перед собой с головы до ног еще раз, Лиса задумчиво посмотрела на сверкающий в свете солнца белоснежный клык.

— Ну, попытка не пытка, — пожала плечами Лиса, и приоткрыв челюсть рослого мужчины ручками, сунула амулет ему прямо в рот, а чтобы не вываливался, сомкнула челюсть обратно, да так и замерла в странной согнутой позе.

И только Лиса со вздохом подумала, что зря сегодня не надела лифчик, как янтарные глаза мужчины вдруг моргнули, а на его щеках появился странный румянец.

* * *

Первым что увидел Лев, была женская грудь. Небольшая, но такая аккуратная, подтянутая, и так близко, что не то, что рукой, носом можно было дотянуться.

Вторым, что увидел Лев, была летящая ладонь. Хрупкая женская ладонь, залепившая ему совсем не женскую, и не хрупкую пощечину.

Удар был такой силы, что опытный боец и лидер элитного отряда «Прайд», сделал оборот в воздухе и неуклюже грохнулся на землю.

— Достойный удар, — со смешком похвалил Лев, лежа вправляя съехавшую чуть в сторону челюсть.

— Еще бы, — горделиво вскинув носик, хмыкнула девица, известная ему как Лиса, и только сейчас Лев задумался, где он вообще находится и что происходит.

Одно за одним, в голову лидера «Прайда» прилетели воспоминания о предшествующих этому событиях, после чего он подскочил на ноги, и с максимально сосредоточенным серьезным взглядом задал лишь один вопрос:

— Куда идти?

* * *

Двигался Лев быстро.

Получив через Лису распоряжение Маркуса, он не задавал новых вопросов, а принялся сразу исполнять приказ эвакуации. Если все случилось так, как сказала Лиса, и город встал на «паузу» одновременно во всей области, все члены «Прайда» сейчас должны были находиться на плановой летучке в штабе.

Лев сам всех собрал в тот день, ощутив нарастающую в городе угрозу, но сам до штаба дойти не успел. Сообщить отряду он тоже ничего не успел. Ровно как не успел вообще хоть что-либо сделать.

Яркая вспышка в небе, да местные ребятишки, которых он укрыл за спиной. Вот что последнее помнил Лев.

Маркусу эта информация никак не поможет. Да и не хотел Лев сейчас видеть командира. Стыдно было за провал. Их всех нейтрализовали словно беспомощных котят, а они даже сообщить ничего не смогли. Но больше всего Лев себя корил, что не предусмотрел этот момент и всех своих людей сконцентрировал на охваченной Стазисом территории.

Почуяв опасность заранее, Лев принял решение сосредоточить всех вместе и принять режим обороны и максимальной бдительности, что только сыграло на руку неизвестному врагу.

Размышлял об этом лидер «Прайда» по пути, а уже через десять минут они с Лисой открыли дверь штаба и увидели такую картину.

На импровизированном подиуме из коробок, стояла женщина в роскошном платье. В момент «паузы», вдовствующая аристократка видимо на кого-то привычно кричала, потому что у нее был открыт рот и раздуты ноздри. В таком вот положении она и стояла сейчас на ящиках, а у самого ее рта стоял на плетенной деревянной подножке микрофон. Вернее, сплетенный из кучи веток муляж микрофона, установленный так, словно женщина поет.

Чуть позади и слева от вдовы стоял щуплый парнишка в очках. Это был связной отряда с позывным «Зверь», в руках он сжимал плетенную из дерева бас гитару, а сам стоял с испуганным виноватым лицом.

Похоже орала аристократка в этот момент именно на него, только вот его кто-то передвинул.

Или ее. Или их обоих.

Следующим взгляд Льва упал на Генри. В пиджачке, пальто и костюмчике, личный слуга Беса стоял по правую сторону от вдовы, держа в своих руках маленькую деревянную гармонь. Остальные члены «Прайда» тоже были здесь. Кто на подтанцовке, кто на бэк вокале, а один парень с длинными волосами и позывным «Ловкач» солировал на гитаре.

Вся эта статичная картинка ввела Льва в ступор на несколько мгновений, поэтому он не сразу осознал, что откуда-то позади всех, исходит звук… барабанов?

— Эй, мелкий! Ты что за театр тут устроил⁈ — выпалил в сердцах лидер «Прайда», рассмотрев через кучу тел мелкое сучковатое создание, которое с закрытыми глазами отбивало ритм деревянными палочками по плетенным маленьким барабанам.

Сучок явно наслаждался происходящим, а от его крошечного тельца к каждому из инструментов тянулась его стихийная веточка, через которую он и создал инструменты для каждого члена статичной рок группы.

Услышав гневный возглас, мелкий вздрогнул и подскочил на месте. Отцепил от себя все созданные им инструменты, бросил палочки в стороны, и со звуком «пу-пу-пу» быстро засеменил своими лапками и выскочил в открытое окно.

— Догнать его? — спросила вошедшая внутрь Лиса.

— Не надо, — поразмыслив пару секунд, покачал головой Лев, — сама видишь, Стазис его не берет. Так что ничего с ним не случится. Лучше помоги мне здесь.

С этими словами лидер «Прайда» закатал рукава и направился к ближайшему из своих ребят.

— А ты сам не справишься? — скривилась Лиса, которой не терпелось вернуться к Маркусу.

— А ты как думаешь? — хмыкнул он, указывая на толпу людей, — да и без ауры амулета я все равно долго не протяну. Так что ты мне нужна. Напомнить приоритет, который поставил Маркус?

— Да помню я помню… я же сама тебе про это рассказала… зачем-то, — громко вздохнула Лиса и подошла к солистке, — и что делать? Тоже засунуть ей амулет в рот?

— Не-не-не! Не вздумай ее пробуждать! — отчаянно замахал руками Лев и случайно задел Ловкача.

Тот полетел вниз, и Лев в последний момент успел поймать бедолагу, пока тот не ударился головой об пол. В итоге он не ударился, но вот задеть пару соседей успел, и все начали заваливаться синхронно, словно домино.

Лиса спохватилась, ногой придержала одного, рукой второго, а вот до третьей цели не дотянулась. Отлетевшая из рук Генри гармонь, неожиданно выбила коробки из-под ног солистки, и вдовствующая мать Князя Воды, с грохотом упала прямо в объятия юного басиста в очках.

В итоге слияния двух тел, они оказались в пикантной и удивительно гармоничной позе, словно их застали за чем-то непристойным. Платье порвано, нижнее белье просвечивает, раскрытый рот аристократки страстно впился в шею парня, а ладонь, которой «Зверь» сжимал гриф, теперь сжимала кое-что более округлое и мягкое.

— А что, они неплохо смотрятся, — пожала плечами Лиса.

— Да все к этому и шло, — не сдержался и хохотнул Лев, — да и все это подкинуло мне одну идею. Приказ был какой? Эвакуировать всех наших людей. А зачем таскать их по одному, если можно вынести всех скопом? — улыбнулся он и стал складывать всех остальных в одну кучку.

Аккуратно, но компактно.

— Эм… а ты точно хороший лидер? — недоуменно смотрела на это все Лиса.

— В нашем отряде главное результат! — улыбнулся во все тридцать два Лев, и с вызовом в глазах добавил, — ты ведь хочешь закончить побыстрее и успеть на помощь к Маркусу?

— Спрашиваешь! Хочу, конечно!

— Тогда может поищешь в своих теневых складках веревку какую? — с надеждой в глазах спросил Лев.

— Да что тут искать, держи, — пожала плечами Лиса.

— О! Супер! — отозвался лидер «Прайда», начав обматывать аккуратно сложенную кучку людей узелком, — там в полукилометре отсюда грузовик был, можем их туда… если конечно у тебя там в тенях не завалялось еще грузовой телеги там, или автобуса, — хохотнул Лев.

— Не, телеги нету, — отмахнулась девушка и как само собой разумеющееся добавила, — есть танк. Подойдет?

* * *

Тадао лежал и, тяжело дыша, смотрел в потолок. Кот сидел в углу и то ли раны зализывал, то ли задницу мыл. А Клювик сидел на металлической ручке кувалды перед трупом первого культиста, и старательно чиркал спичками.

— Что он делает? — не поднимая головы, спросил Тадао.

— Обещание выполняет, — невозмутимо пояснил я.

— А… сжечь, ясно, — устало хмыкнул Тадао.

Попуг сломал одну спичку, вторую, третью. Не очень-то удобно разжигать костер из еретика клювом и лапками.

А всю энергию пернатый уже пустил в откат, так как слегка увлекся праздничным геноцидом культистов. Словив похожий вайб, Кот также сейчас был абсолютно расслаблен и спокоен.

Тадао сопел рядом и хлебал воду, пытаясь восстановить дыхание, а я сидел около центра пентаграммы, очищая лезвие «Когтя Пустоты» от крови тряпочкой, старательно делая вид, что ничего не замечаю.

Словно не замечаю, как с каждой секундой крови в чашах вокруг становится все меньше.

Словно не замечаю, что начерченная здесь пентаграмма является вторичной, и выполняет функцию вспомогательной батарейки, а не основного телепорта.

Словно не замечаю, что трио «Видящих» здесь были призваны нас лишь задержать.

Словно не замечаю, что этажом ниже, на основной пентаграмме, прямо сейчас в самом разгаре проходил один мерзкий сектантский ритуал.

* * *

Мужской силуэт, сотканный словно из чистого дыма, стоял подле массивного стола из светлого дерева. Силуэт медленно провел ладонью по столешнице и, собрав пыль на кончиках пальцев, принюхался.

В том, что Демид был здесь, у Мрака не было ни единых сомнений. Резиденция Клана Света было первым местом, где тот появился. И единственным, где ублюдка видели более одного раза.

С того самого дня, Мрак не покладая рук выслеживал эту тварь. Скакал по его следам как одержимый, проверяя каждую зацепку, слух или сплетню.

Однако светлый ублюдок был хорош. Оставлял следы, только там, где хотел их оставить. Демид играл с ними. Демид играл с ним.

Мрак никому не говорил, но со дня возвращения Демида в столицу, его вновь стали мучать кошмары. Кошмары настолько явные, что Мрак порой путал, где кончается сон, и начинается реальность.

Но неизменным ориентиром в обоих «реальностях» был поиск Демида. Он словно путеводный маяк вел Мрака вперед. Давал ему смысл жизни и силы вставать по утрам.

Сейчас Мрак находился в кабинете. Княжеском кабинете резиденции Клана Света. И эти стены. Эти полки. Этот стол. Этот запах. Нигде не было ни единого свежего следа присутствия Демида, но Мрак точно знал, что тот был здесь. Причем не один раз. И не два.

Мрак чувствовал это нутром. А потому тайно приходил сюда каждый день. Сам не до конца понимая зачем.

Это место успокаивало его. Давало надежду. Мрак чувствовал, что если ответ как найти Демида и есть, то он здесь. За последние дни он был тут так часто, что знал каждую пылинку. Каждую соринку, каждую скрипучую половицу и царапину на стене.

И именно поэтому, когда Мрак внезапно увидел на книжном стеллаже новую книгу, он вдруг резко замер. Не веря своим глазам, он осторожно «подплыл» к стеллажу дымчатым нематериальным облаком и, войдя в глубинную тень так глубоко, как только смог, аккуратно провел пальцем по серебристому корешку книги с эмблемой звезды.

— Меня ищешь? — вдруг прозвучал холодный голос за спиной Мрака, и еще до того, как он успел хоть как-то отреагировать, под ногами Мрака, прямо в теневом мире, появилась пентаграмма, и с хлопком телепортировала его в неизвестном направлении.

Глава 14

— Закончили? — лениво спросил я.

— А? — недоуменно перевел на меня взгляд, все еще лежащий на полу Тадао.

— Мрр-р-ря? — покосился на меня в глупой позе с приоткрытой мордой Кот.

И лишь попуг меня проигнорировал, и весело напевая что-то про себя, подбрасывал дровишки в костер из культиста.

— Да я не вам, — сладко потянувшись, поднялся я на ноги и направил острие очищенного клинка аккурат в центр пентаграммы, — а тебе.

Несколько секунд ничего не происходило, а потом оттуда раздались хлопки, и из пустоты проявился лысый мужчина в балахоне. Выглядел он покрупнее своих собратьев, да и повязка на нем была всего одна.

Закрывала глаза.

— Впечатляющее зрение, теневик, — похвалил меня культист с висящим на груди медальоном в виде глаза и стрелочки вверх.

— Чего не скажешь о тебе, — с улыбкой покачал я головой.

— Издеваешься над незрячим калекой? — с усмешкой в голосе хмыкнул монах.

— О, да я вовсе не про повязку говорю, приятель, — отмахнулся я и пустил по лезвию клинка свежую порцию энергии Тьмы, — присмотрись, разве это похоже на Тень?

— Да какая разница? Тень? Не Тень? Огонь? Не огонь? Ты опоздал, глупец! Жертвы принесены! Канал связи открыт! ОТКРЫТ! — фанатично завопил культист, воздав руки вверх и начав неистово хохотать.

Блин, а я только подумал, что он нормальный и смогу хоть с кем-то тут поговорить.

Показалось.

Не мне одному, потому в этот же миг в атаку на монаха бросился когтями вперед Кот. Вытянув их словно сабли, он полоснул ублюдка от лысой черепушки до паха, но силуэт того лишь подернулся, а Кот со свистом пролетел мимо.

А следом точно с такой же участью, насквозь культиста пролетела и черная кувалда.

Я подождал пару мгновений, пока и Тадао попробует, но восточный вояка отключился. Не выдержал стихийного давления, которое с появлением культиста нарастало вместе с сиянием пентаграммы под нашими ногами.

— БЕСПОЛЕЗНО! ТЫ НЕ СМОЖЕШЬ ОСТАНОВИТЬ РИТУАЛ! НИКТО НЕ СМОЖЕТ!!! ВЛАДЫКА ВЕЗДЕ!!! ЭТО ЕГО ЗЕМЛЯ!!! ОНА ПРОПИТАНА ЕГО КРОВЬЮ!!! ЕГО СУТЬЮ!!! ЕГО ДУШОЙ!!! ВСЕ ЛЮДИ ЗДЕСЬ ПРИНАДЛЕЖАТ ЕМУ!!! ВСЕ ВЫ ЕГО ДОБЫЧА!!! ВСЕ ВЫ ПРИНАДЛЕЖИТЕ ЕМУ!!!

— Мм, как интересно, а звать его как?

— ВЛАДЫКАХАХАХАХАХАХ!!! — совсем впал в безумие лысый монах, и от хохота его челюсть с хрустом вывалилась, вены залило мерцающей энергией, а в руках его сверкнул ритуальный кинжал.

Эх, так и не успел понять. Это его типа повысили в ранге, или наоборот?

Дальнейшее даже описывать не хочется. Смотреть как пусть и уже не человек, но все же нечто похожее внешне на него, вырезает само себе нос и срезает уши, зрелище не из приятных. А вот неожиданный поворот, когда психанутый сектант полоснул ритуальным кинжалом себе по горлу, я заценил.

А еще заценили мои фамильяры, которые все это время пытались нанести монаху урон, но каждый раз проходили сквозь него как сквозь голограмму.

Они так и не успели понять причину, а я успел. Дурачок имел динамический стихийный иммунитет. В отличие от его коллег, которые могли игнорировать воздействие одной Стихии, этот игнорировал воздействие любой конкретной Стихии, которая пыталась причинить ему вред.

Я хотел посоветовать своим ребятам попробовать атаковать разными стихиями и одновременно, но культист вспорол себе горло раньше.

А кровь, которую он тут щедро разлил, мгновенно впиталась в пентаграмму, и пол под нашими ногами задрожал и провалился. Пернатый подхватил Кота за шкирку и проводил грустным взглядом упавшую вниз кувалду. Я же перебросил себе Тадао через плечо свободной рукой, а второй вонзил клинок в стену, да не нем и повис.

Так мы и болтались в воздухе и смотрели вниз, где упавшая камнями вниз пентаграмма, вместе с телами, кровью, чашами и символами впиталась в точно такую же пентаграмму, только в три раза больше и глубиной прорезей метра в два.

Желоба прорезей были до краев наполнены кровью, а у каждого луча лежало по десятку дохлых монахов с перерезанным горлом.

Суть ритуала я понял еще наверху. Как понял и то, что, если его прервать, все жители этого города мгновенно умрут. Женщины, старики, дети, и лежащий у меня на плече Тадао, который даже в отключке сейчас лежит и мечтает, как он всех тут защитит и поведет к лучшей жизни.

Так искренне и истово мечтает, как умеют немногие. Нельзя лишать этого трудолюбивого мечтателя этого шанса.

Ведь все эти бедолаги невинные заложники. Стали ими в день своего рождения. Я думал, что отвязал их от поводка убийством прошлого Старейшины, но оказалось, что есть второй поводок.

Куда более крепкий. Куда более жесткий. Куда более глубокий.

В этом плане вопящий недавно лысый псих был прав. Это его земля. Земля Владыки, кем бы тот ни был.

Но это ненадолго.

Ведь я здесь.

Дело за малым. Осталось просто подождать и убить то, что вылезет из этого ритуального портала призыва.

Только вот оттуда ничего лезть почему-то не спешило, а вместо него по контуру пентаграммы, из мини пентаграмм начали появляться многочисленные силуэты в балахонах.

Один… два… десять… пятьдесят силуэтов…

И все как один подняли на меня свои покрытые повязками «глаза».

— Да сколько же у тебя вестников, ссыкливый ты ублюдок, — выругался я и сиганул вверх.

А в место, где я был мгновение назад, ударили два десятка стихийный атак. Все пошло немного не по плану. Я ждал, что из главной пентаграммы вылезет главный босс, которому я наваляю пока Тадао будет висеть в безопасности наверху, но полсотни боевых «Видящих» немного меняют дело.

Теперь я, матерясь, карабкаюсь наверх, одной рукой придерживая Тадао, а второй вонзаю клинок в отвесные стены как альпинист.

Задачка не из простых, учитывая, что эти лысые придурки своими атаками превратили огрызок Храмовой скалы в дырявый огрызок Храмовой скалы. Частичная разгерметизация впустила внутрь вязкую энергию все еще активного снаружи Стазиса, и «прыгать» стало не так просто.

Но и дистанционные атаки монахов под действием Стазиса стали вялыми, поэтому до вершины я добрался не совсем целый, но вполне живой.

Выдохнув, я положил Тадао под ноги и осмотрелся.

Находясь сейчас на маленьком плато в три квадратных метра, я стоял в самой высокой точке Храмового огрызка. Вот совсем рядом были Великие Стены с зависшим под Стазисом водопадом. Красиво раскинулся пустой, словно вымерший город.

Внизу по внешней стене уже карабкались ко мне сотни злобных многоруких каменюк.

Изнутри взбирались наверх лысые слепые акробаты.

Причем первые на определенном этапе подъема начали помогать вторым, сажая тех на себя. Все-таки два культа реально объединились против общей угрозы.

Общей угрозы в виде меня.

Приятно, что говорить. Меня все чаще начинают встречать с должным уважением, а ловушки становятся мощнее и изобретательнее. А это была именно ловушка. Множество фигур на доске, которые обступают одного меня, чтобы поставить мат.

Фигур много, спорить не буду.

Но достаточно ли этого?

Посмотрим.

Все мысли пронеслись в голове за несколько секунд, как и все возможные варианты траты весьма ограниченных запасов энергии.

Один в поле, конечно, воин, если это Паладин. Но, во-первых, пик скалы это нихрена не поле. Во-вторых, я не умею летать. А в-третьих, истреблять полчища тварей куда эффективней оружием массового поражения.

И у меня сейчас было одно.

Первого фамильяра я с днем рождения поздравил, а вот второго еще нет. А ведь «родились» они в один день. Разные года, но день один.

— Лети, — разрешил я.

— Мррря? — удивленно мяукнул все еще висящий за шкирку на лапках попуга пушистый, уменьшившийся для удобства до размера котенка.

— Давай делай, пока я не передумал, — вздохнул я, и, закатав рукав, протянул руку.

Котенок тут же вырвался из лапок Клювика, упал мне на руку и, устроившись поудобнее, вцепился зубами в запястье.

Резкая боль пронзила тело, энергия дикими толчками полилась в Кота, а сознание накрыло такой слабостью, что я едва со скалы вниз не улетел, но вовремя оперся на клинок, как на трость.

Стареешь, Маркус. Просто на то, чтобы придать своему фамильяру его вторую форму, у меня сейчас ушло энергии столько, что и вслух произносить страшно.

Вдруг старик Акс услышит из своей преисподней и проклянет. Оно мне надо?

Жадно впитывая каждую полученную частичку в себя, маленький котенок на моей руке сначала отожрался размером до собаки, а потом и до теленка. Благо хоть к этому моменту у него появились крылья, и он уже не давил на меня своим весом, но вот пить кровь не перестал.

Вторую форму Кота я открыл случайно, когда еще был зеленым подростком. Один тяжелый бой, одно неудачное падение, и вот я лежу в Портале «S»-класса, на дне ущелья со сломанными ногами, и весь в крови. Сил едва хватало на то, чтобы дышать.

В то время из фамильяров у меня был только Кот, который оберегал меня от слетающихся на кровь тварей, но этого было мало. Ведь я не мог двигаться и рано или поздно умер бы от банальной кровопотери.

Осознав это, Кот начал зализывать мне раны. Попытался воплотить в себе лекаря, но нихрена не вышло. Это Клювик умеет превращать энергию Тьмы в любую Стихию, Кот же так не умел, но старался, злился и не сдавался.

В итоге же его желание меня вытащить было так сильно, что он отрастил себе гигантские лапы, чтобы обхватить меня в свои объятия.

Отрастил крылья, чтобы вылететь из ущелья, а также отрастил гигантскую пасть, чтобы порвать любого, кто попытается нас остановить.

В тот день, Кот спас мне жизнь и лежа в лазарете Башни, я думал, как я буду объяснять старику Аксу, откуда у меня десятиметровое летающее чудовище вместо Кота, и почему мне теперь нужен целый этаж, чтобы его содержать.

И каково же было мое удивление, когда на следующей день в лазарете я проснулся с лежащим у меня на коленях маленьким котенком в его обычной форме.

С тех пор, Кот применял боевую форму менее десяти раз и каждый раз по особым случаям. По таким, как сегодня.

И сделать это я решил не только потому, что вторая форма моего пушистого фамильяра это одно из моих самых эффективных массовых «приемов», а еще и потому, что пушистый просто ненавидел проигрывать.

Ненавидел быть беспомощным.

А именно таким он себя и ощущал, находясь полным сил на пике отвесной скалы, подвешенным за шкирку, без шанса как-либо помочь.

И сейчас, напитываясь моей кровью, и перерабатывая ее через мир Тьмы в плоть гигантского летающего чудовища, Кот предвкушал пиршество.

Первым к нам наверх забрался восьмирукий каменный гигант, с пятью монахами на плечах в виде готовых высадиться десантников.

Но готовы были не только они, а еще и Кот, который не глядя махнул своим гигантским хвостом, и сбросил горе десантников вместе с каменюкой вниз. После этого, завершивший трансформацию Кот поднял свою вытянутую словно у волка пасть и, вскинув морду, взвыл так громко и протяжно, что все пространство вокруг потяжелело и завибрировало.

Сверху с неба потянулись клубы дымчатой энергии, начавшей огибать Храм словно торнадо. А Кот взмыл вверх и с диким звериным ревом направился в атаку.

Недолго думая, я попросил Клювика, энергия которого находится в откате, присмотреть за Тадао, и, обнажив клинок, прыгнул следом за пернатым.

Внутренние источники энергии сейчас неприятно пустоваты, и сами себя они не заполнят. Да и не отдавать же Коту все веселье?

≡=

Примерно так автор видит вторую форму Кота.

*Картинка из открытых источников.

Глава 15

Клювик парит в воздухе и матерится.

Тадао в отключке болтается в лапках попуга и в глубоких снах мечтает стать героем.

Я волчком кручусь по уступам в скале и отправляю на тот свет уже двадцатую каменную тварь.

Ну, примерно. Считать точно я перестал аккурат после двадцатой, когда понял, что догнать Кота по числу убитых тварей все равно не выйдет.

Летающая десятиметровая громадина аннигилировала врагов пачками. Дистанционные атаки из-за Стазиса работали плохо, поэтому Кот просто набирал разгон, и часть жертв заглатывал, часть рвал зубами, часть разрывал своими могучими лапищами, часть давил пузом, а добивал остатки взмахами хвостом.

В итоге за один «пролет» с жизнью прощалось до сотни каменюк разом.

Это я еще молчу о тех, кому не повезло попадать в Тень пикирующей мяукающей громадины. Мир Тьмы считал тень частью тела Кота, и поэтому всех, кого она касалось, Тьма нещадно поглощала. Поглощение было не прямым, потому гораздо слабее, чем обычно, но конечностей многие каменюки лишались.

А без конечностей, неизбежно подыхали от следующей же атаки.

Но и мне было чем заняться, ведь тварей вокруг накопилось так много, что из-за их количества даже водной глади видно не было. Каменюки все прибывали и прибывали.

Избежать окружения мне помогали уступы на скале, но куда лучше помогал защитный перстень. Который модернизированный.

Его «встроенный» запас энергии я уже израсходовал, но в процессе боя наловчился применять перстень немного иначе. Схема была такая. Я заливал в перстень свою энергию Тьмы. При пропущенной атаке перстень генерировал вокруг меня защитный купол, и вот уже его я в момент создания расширял за счет своего внутреннего источника.

Получалось, что, все еще оставаясь частью меня, купол расширялся метров на десять, чего с лихвой хватало, чтобы сбивать с горы всех тварей, что пытались меня в этот момент окружить.

Это давало мне время, необходимое пространство, а также было весьма «бюджетно» по энергетическим затратам.

При этом работало так эффективно, что количество каменных тварей в какой-то момент стало даже уменьшаться. Но вот с «Видящими» оказалось не так просто. С этими лысыми ниндзя в балахонах приходилось справляться точечно. Убить их могли только точечные и выверенные удары, которые те не горели желанием пропускать. Скакали по скалам аки горные козлы и норовили меня прикончить.

Пришлось немало с ними попотеть и на то, чтобы сократить их поголовье всего на десяток, у меня ушло добрых полчаса.

В целом, темп приемлемый, учитывая, что каменная армия, благодаря стараниям Кота, тоже начала уменьшаться. Но так продолжалось недолго. Ровно до того, пока в один прекрасный момент, откуда-то снизу вдруг не повеяло замогильным холодом.

— СОПРОТИВЛЕНИЕ БЕСПОЛЕЗНО!!! — оглушающим эхо разлетелся по всему пространству утробный рык.

Каменные твари произошедшее проигнорировали, а вот остатки «Видящих», услышав голос, вдруг остановились как вкопанные и склонились в уважительном поклоне.

— Ну наконец-то показался, — улыбнулся я, стирая пот со лба.

После чего глянул вниз и поймал взглядом торчащую из центра пентаграммы энергетическую нить. Обнаружить ее было не сложно. Иномирная энергия этой нити разительно отличалась от всего, что знал этот мир и, потерев в предвкушении руки, я схватил ее.

Ловким движением подвязал к пролетающему мимо Коту, и с интересом смотрел, как летающий котяра, словно тягач, выдергивает из пентаграммы крупное антропоморфное существо.

Три метра ростом, мускулистое мужское тело, покрытое толстым слоем чешуи, перепончатые уродливые пальцы и гигантская башка какой-то мерзкой рыбы с вибрирующими жабрами.

И эта самая рыбья башка, едва показавшись из пентаграммы, тут же начала пронзительно верещать.

От мерзкого звука у ближайших каменных тварей взорвались головы изнутри, Кот отпустил нить и недовольно прикрыв лапами уши, взмыл выше, а Клювик, испугался провалить мое задание и угробить Тадао, пулей улетел в сторону города, с поклажей в лапках. Правда через несколько мгновений попуг вернулся.

Вернулся с пустыми лапками, готовый и дальше осуждающе зырить на поле боя и материть еретиков, которым из-за продолжающегося отката не мог ничего сделать.

Лишь лысым монахам никак не навредил звук, а сами они склонились еще ниже, начав синхронно и безумно кричать: ВЛАДЫКА! ВЛАДЫКА! ВЛАДЫКА!

Ну те, у кого повязки не закрывали рот. Но и те, беззвучно и стремно дергали отсутствующей челюстью, словно находились в трансе.

Первой мыслью было пробежаться по лысым и посрубать им молящиеся головы, но мое тело не двигалось. Парализующий взор рыбины смотрел прямо на меня. И если в первое мгновение у твари был всего один смотрящий на меня глаз, то как только я смог сделать шаг, глаз стало шесть и все как один смотрели на меня.

Спиралевидная энергия бурлила в этих глазах, а само существо начало медленно подниматься вверх на потянувшихся к нему с озера потоках воды.

Тварь развела руки в стороны и, светясь энергетическим ореолом словно божество, поднялось на один уровень со мной и замерло в трех метрах впереди.

Уродливая рыбья рожа нахмурилась. Волна дикой энергии растеклась из твари по пространству, истончая камни и изгибаясь по направлению к сидящим на коленях молящимся монахам.

Поначалу безвредный ручеек энергии покрывал их тела, а потом он рывком вливался внутрь и рвал на части каждого из «Видящих», а высвобожденная сила текла обратно в тело рыбины, аура которой стремительно покрывалась сиянием всех десяти стихий.

Это сияние и раньше было заметно, но сейчас оно стало куда более явным.

Все произошло так быстро, что я даже отреагировать никак не успел. Да и зачем мешать врагам убивать друг друга?

Мне же проще, когда противник один. На него я сейчас и смотрел, прямо в его уже десять уродливых глаз, мерцающих разноцветными точками.

— Ты сейчас умрешь. — прогудело существо тихо и спокойно, даже не раскрывая рта.

Булькающий яростный голос раскатился по пространству, а спустя мгновение, висящая в воздухе тварь исчезла.

Исчезла, чтобы появиться в полуметре передо мной.

Хлесткий удар.

Хруст костей, и меня торпедирует в сторону. Я влетаю спиной в скалу, часть которой от удара раскалывается и летит в озеро.

Я же, утирая кровь, поднимаюсь на ноги и отряхиваюсь.

— Хреновый из тебя пророк, приятель, — улыбаюсь я, найдя взглядом десятиглазую рыбью башку.

— Ты… ты… умрешь! — вновь активировав полный паралич, повторило существо, и указало на меня уродливым синим пальцем. Его глаза начали светиться синхронно, а открывшийся рыбий рот начал булькать, — ты…

— Дай угадаю, умрешь? — усмехнулся я, но уже спустя секунду мне резко стало не до смеха.

Вся каменная материя скалы вокруг исчезла, словно ее тут и не было. И через мгновение, еще до того, как я начал падать, материя вернулась, только не в виде камня, а в виде чистой и крайне агрессивной энергии, которая незамедлительно сдетонировала.

Техника пространственной дезинтеграции.

Разложение стихийной материи на мелкие составляющие. Настолько резкое и принудительное, что это неизбежно провоцирует агрессивный выброс. И чем больше было энергии, тем мощнее выброс. А в этом месте стихийной энергии было дохрена.

Взрыв оказался такой силы, что всех каменных тварей в округе мгновенно развоплотило. Верхушку Храма срезало, а жалкие остатки скалы разлетелись на кусочки и полетели вниз. Туда, где еще секунду назад было озеро, а сейчас оно представляло собой высушенный кратер.

Приземление вышло неприятным.

Мягким я бы его точно не назвал. Да и приземлением с натяжкой. Тут больше бы подошло слово «падение». Жесткое такое падение в груду каменных обломков бывшего Храма.

Прокашлявшись, я поднялся на ноги. Пошатнулся. Из моего плеча торчал кусок арматуры и я, скривившись, выдернул его и поморщился.

Больно, зараза.

Но то, что случилось выше, было еще больнее.

Ведь взрыв развоплотил не только каменных тварей, но и моих фамильяров. Причем обоих разом.

Трехметровая же рыбина сейчас медленно спускалась по горке из каменных руин на дне осушенного озера и победоносно скалилась. Но стоило взгляду ее десяти уродливых глаз упасть на меня, как тварь остановилась.

На ее рыбьей роже скользнуло удивление, неверие и сила.

Бурлящая, дикая сила водной стихии. Чешуйки существа светились куда ярче и насыщеннее, чем раньше, впитав до последней капли всю воду озера и водопада, вместо которого вдоль великой стены простиралась гигантская трещина.

— Ты на моей земле! — сказала вдруг что-то новенькое рыбина, — твоя сила принадлежит мне!

— Вот как, — усмехнулся я, — а подавиться не боишься?

— Мне не ведом страх, смертный! — прогудело существо.

— А зря, — покачал я головой и осмотрелся.

Мы сейчас стояли на дне озера и Стазис сюда не добивал. То ли из-за глубины, то ли стихийный взрыв разрушил его плетение.

Причина сейчас не так важна. Важен сам факт. Факт того, что дистанционные техники работают. Факт того, что Тьма теперь меня видит. Факт того, что вокруг нас нет ни единого свидетеля.

Не хотел я к этому прибегать, но видимо придется. Раз взялся спасать город, надо идти до конца.

Первым шагом я выпустил ауру Тьмы. Не ту пародию, которой я порой припугивал местных. Нет. Настоящую Ауру Тьмы, контролировать которую я мог от силы минуту на пике своей формы. И едва ли смогу удержать дольше трех секунд сейчас.

Но и двух секунд для моих целей сейчас будет вполне достаточно.

Ощутившую мою настоящую ауру тварь проняло. Божественная рыбина остановилась, ее руки подернулись, ноги твари подкосились, и она опустилась на колени, а ее чешуя покрылась защитной волной энергии, а сама она замерла в оцепенении, не в силах пошевелиться.

Вторым шагом я мгновенно сблизился с тварью вплотную и обхватил ладонью ее шею.

На это ушла ровно одна секунда работающей на всю катушку ауры. Использовать вторую секунду, чтобы сломать твари шею и отомстить за моих фамильяров было заманчиво. Но не для того я так далеко зашел и позволил твари вылезти из пентаграммы. Все будет бессмысленно, если я дам твари убить весь город. А именно это и произойдет, если тварь окажется при смерти. Она просто потянет жизненную энергию из всех, с кем связана. В том числе и из запечатанного на вершине Великих Стен древнего Портала, что может сорвать печать.

Этого я позволить не мог, поэтому за последнюю секунду работы ауры я нашел среди десяти глаз единственный, в котором еще оставалось хоть что-то человеческое, и приказал:

— ВПУСТИ!

Мир моргнул, и я оказался в залитом белым светом пространстве.

Здесь было тихо и спокойно, разве что где-то впереди на горизонте виднелись тяжелые пунцовые тучи, из которых хаотично били в землю молнии.

Лишь мельком глянув туда, я вернул взгляд перед собой, где в моей ладони болталась уродливая склизкая тварь. Выглядела она как вытянутый безглазый головастик с жабрами и мерзкими жвалами. Около полуметра длиной и с практически нулевым стихийный ответом.

Тварь рычит, извивается и щелкает мелкими зубками.

— Бесполезно брыкаться, гаденыш. У тебя тут нет власти, — произношу я и до хруста сжимаю ладонь.

Головастик с хлюпаньем лопается, и его труп я тут же отбрасываю в сторону. После чего я поворачиваю голову и вижу, как на земле сидит ребенок. Маленький мальчик с густыми русыми волосами сидит на песочном берегу, поджав коленки и смотрит на горизонт.

Я медленно подошел и сел рядом. Услышав меня, мальчик вздрогнул, окинул меня взглядом глубоких синих глаз, после чего вернулся к созерцанию горизонта.

— Красиво, — глядя на разноцветные молнии, произнес я.

— Ага, — согласился мальчик.

— Хочешь туда? — поинтересовался я.

— Нет, мне и здесь хорошо, — отозвался мальчик.

— И что ты тут делаешь? — огляделся я.

Мы находились на небольшом участке суши, который был полностью окружен водой, а небо затянуло уже со всех сторон.

— Сижу, — ответил мальчик, а потом посмотрел на меня как-то странно, — а вы как сюда попали, дяденька?

Хороший вопрос. Но отвечать на него времени не было. Да и не смог бы я объяснить так, чтобы мальчик меня понял. Вход в человеческий разум штука непростая и очень затратная. В прошлый раз я отделался относительно легко, потому что использовал с Полиной костыль в виде пыльцы кошмаров, сейчас же пришлось использовать Кошмара напрямую.

Рискованно, но времени у меня нет. В отличие от случая с Полиной, разум этого человека не стабилен и практически потерян. Да и сам человек уже давным-давно мертв.

Все, что у него осталось, это лишь маленький кусочек сознания. Вот этот крошечный островок, в котором осталось хоть что-то человеческое и куда тварь еще не добралась чем-то посерьезнее головастика. Остальные же участки души бедолаги тварь уже поглотила.

— Как я сюда попал не так важно, — тепло улыбнулся я, — ты помнишь, как тебя зовут?

— Не-а. А имя… это важно?

— А ты сам как думаешь?

— Думаю, важно, — призадумавшись, ответил мальчик, — но я его не помню.

— А зачем тут сидишь, помнишь?

— Хочу поймать всю рыбу и стать сильнее! — просиял мальчик.

— Зачем?

— Не знаю, — пожал плечами мальчик.

— Может, потому что ты голодный и хочешь их съесть?

— Да вроде нет.

— Может быть, ты просто не любишь рыб? — предположил я.

— Возможно… я не помню, — потер затылок мальчик.

— Тогда позволь я помогу тебе вспомнить, — произнес я и протянул руку.

Несколько секунд мальчик недоверчиво смотрел на меня, а потом, утвердительно кивнул. Я же коснулся его лба и снял блок.

Пришлось изолировать уцелевший кусочек души от остальной части. У меня это получилось сделать лишь на секунду, но этого оказалось достаточно.

Открыв глаза, я осознал себя стоящем на дне высохшего озера. На том самом месте, где я схватил оцепеневшую рыбоголовую тварь за горло. И она все еще была здесь. Сидела на коленях, держалась перепончатыми лапами за голову и стонала. Чешуя тухла и осыпалась, черты лица существа плыли, куски склизкой плоти отваливались, глаза бешено бегали, закатываясь в агонии, и лишь один глаз выглядел как человеческий и смотрел на меня.

— Вспомнил? — спросил я.

— Вспомнил… — ответило существо взрослым мужским голосом.

— И каков твой ответ? — уточнил я, глядя на просвечивающее сквозь опадающую рыбью чешую лицо сморщенного старика.

— Убей меня… убей… пока не… пока не поздно… — меняющимся булькающим голосом прогудело существо, а из единственного человеческого глаза потекла слеза.

— Да будет так, — кивнул я и взмахнул клинком.

Глава 16

Смерть наступила практически мгновенно.

Без страданий. Без боли. Без агонии.

Душа этого человека и так изрядно натерпелась, и заслуживала покой. Но вот с энергией агрессивной рыбины внутри него я поступил уже не так гуманно. Отделив душу человека и отправив ее на покой, всю остальную энергию и плоть рыбины я поглотил Тьмой.

Лишившись человеческой души, которая была для существа чем-то вроде генератора жизненной энергии, без которой она не могла существовать, тварь не смогла сопротивляться. Даже оказавшись при смерти, рыбина не смогла «сожрать» связанных с ней жителей города, чтобы попытаться выжить, потому что последним желанием хозяина души была смерть. А противиться желанию души сущность твари не могла и сдохла в мучениях, страданиях и с болью, которые не закончатся и после.

Вообще, отделить человеческую душу от энергии бешеной твари было непросто. Отчасти потому, что тварь являлась не паразитом, а мутировавшей частью самой человеческой души.

Столь тонкие манипуляции с душами это не по моей части, но тут надо сказать спасибо Мордину. Его вмешательство сильно облегчило мне жизнь. Правда сделал он это молча.

Тем не менее я бы сказал старине Мордину спасибо, но сейчас все двести процентов из ста моих сил уходили на поглощение всей той прорвы энергетической энергии, которой обладала напитывающаяся поколениями жертвоприношений тварь.

А вместе с энергией, мне приходили и воспоминания.

С каждой поглощенной частичкой, высвобождался один кусочек паззла воспоминаний, и они рваным калейдоскопом проносились в моей голове. Замедлить их и нормально упорядочить у меня не было ни возможности, ни лишних сил, но кое-что я понять смог.

Мальчик, которого я видел, являлся олицетворением души сильного и очень старого одаренного воды по имени Илай. Могущественный маг, который всю сознательную жизнь культивировал в себе стихию, чтобы однажды встать НАД ней.

Взяв за основу Путь культистов Возвышения, Илай адаптировал их учение под себя, постарался устранить недостатки и даже в этом преуспел. Он нащупал условно безопасный способ достижения силы через Возвышение, только вот в этом способе оказался один маленький нюанс.

Чтобы взрастить эту энергию в себе и не потерять рассудок, длины одной человеческой жизни недостаточно. Недостаточно двух жизней, и даже трех.

Пытаясь преодолеть этот барьер, Илай нашел сильнейших «Возвышенцев» своего времени, и они уже вместе пытались найти решение. Происходило это аккурат перед моим «исчезновением», и я уже обнаружил в воспоминаниях пару Магистров и одного Паладина, который этим ребятам помогал.

Даже двух Паладинов, если быть точным.

Паладин Света Лиорно, сильнейший лекарь моего времени, помог этим людям экранировать свой разум от влияния энергии «Возвышения» и сохранить рассудок. А Паладин Природы Янус сделал и того больше. Этот засранец тайно являлся их покровителем и в некотором смысле даже прародителем! А я мог бы и догадаться, учитывая, что Янус обладал двумя источниками точно также как и все эти безглазые лысые ребята!

И я бы назвал его предателем, если бы не одно жирное «НО».

Что первый, что второй Паладины, делали это с полного и всеобъемлющего одобрения Магистров, в рамках секретного проекта по «альтернативному развитию одаренных».

Не знаю, какую роль эта кучка энтузиастов сыграла в нападении на Орден, повлекшее мое заточение в ловушке времени, но одно я могу сказать точно. Намерения у этих конкретных «Возвышенцев» были хорошие.

Это я отчетливо видел, буквально пропустив его душу через себя.

Илай желал человечеству свободы. Свободы от тварей, свободы от стихий. И ради этого он жаждал стать сильнее. Истово верил, что этот путь верный. Верил, что встав «НАД» Стихиями, человечество станет свободно, и ему больше не нужно будет бесконечно сражаться. И этими идеями он заразил в том числе Паладина Природы Януса, который отправился с ними на Восток, когда Аргус раскололся.

К сожалению, на этом воспоминания Илая стали еще более трудночитаемы. Потому что вскоре после этого момента он умер от старости. Умер телом, но не душой. Я не знаю, сам или с чьей-то помощью, но Илай остался связан с нашим миром, «зацепившись» своей душой в пограничье между миром людей и миром стихии воды.

Сам он в своих мыслях называл это место «надстихийным пространством». Плодом коллективной работы «Возвышенцев». Местом, где можно продолжать культивировать энергию, чтобы передать ее следующим поколениям и совместно исполнить общую цель.

Часть энергии ему действительно удавалось «скидывать» вниз, вместе с мыслями, наставлениями и идеологией, которую усваивали будущие последователи, однажды даже построившие Храм своему как они думали божеству.

Только вот Илай не учел один важный момент. Лишившись тела, его душа оказалась ближе к миру Стихии Воды, чем к нашему, и с каждым годом его душа под этим пагубным влиянием мутировала, искажалась и трансформировалась.

В итоге, от человека в ней практически ничего не осталось, а от отчаянного желания Илая «стать сильнее, чтобы сделать человечество свободным любой ценой», осталось лишь «стать сильнее любой ценой».

Так родились Вестники Возвышения. Куклы, которых ведет голос свыше. Они были способом связи «божества» с миром людей и словно иммунная система, они реагировали на любые угрозы идеологии «Возвышения».

Только вот спустя годы мутаций, искаженный разум Илая забыл все. Свое прошлое. Свое настоящее. Свое имя. Свои цели. Свои идеалы.

Он уже даже не помнил зачем он вообще хочет стать сильнее, но истово желал этого, ведь это желание было всем, что у него осталось. И это желание силы и воплощали современные Вестники Возвышения, пытаясь стать сильнее любой ценой, чтобы передать эту силу своему запертому на ином плане «божеству».

И вот через помощь сектантов и активное содействие освоивших круги телепортации звезданутых, «божество» выпустили. И единственное, что его волновало, это поглощение силы. Вырвавшись из надстихийного плана, в который он сам же себя и загнал, Илай стал тем, против кого сражался.

Стал угрозой человечеству. Тварью, на борьбу с которыми он положил всю свою жизнь.

И в тот короткий миг прозрения, когда он на одну секунду все вспомнил. Вспомнил кем был. Вспомнил что натворил. Вспомнил сколько людей угробил за эти семь сотен лет. Илай осознал, к чему привел его «Путь Возвышения», который он считал правильным и верным.

Тогда он и произнес желание дать ему умереть и отправиться на покой.

К сожалению, в обрывчатых воспоминаниях Илая мне не удалось найти информации о судьбе Януса, Лиорно или Ордена, а когда все образы утекли и перестали появляться вовсе, я открыл глаза и осознал себя лежащим на земле.

Без сил. Без энергии. Без эмоций.

Я был пуст, отдав всего себя без остатка.

Энергетические запасы были либо потрачены, либо пущены в откат. У меня болело все, что только могло болеть, а единственным работающим энергетическим каналом был тот, который соединял меня с миром Тьмы.

Волевым усилием я коснулся этой связи и улыбнулся.

55,00%…

И связь продолжала рост.

55,01%…

55,02%…

55,03%…

Я лежал и чувствовал, как мир Тьмы через канал связи возвращает мою долю поглощенной энергии рыбоголового божества, а вместе с наполняющей мой внутренний источник родной энергии, растет и процент связи.

Приняв решение полежать еще и немного отдохнуть, я закрыл глаза.

А когда мои текущие запасы перевалили за максимальный предел внутреннего источника, я еще раз глянул на текущий процент. Он замер на отметке 55,59% и это было больше, чем я рассчитывал, и куда больше, чем было способно вместить мое тело сейчас.

Энергия начала выливаться через край, а это уже не дело. Все-таки мой внутренний источник еще слабоват, и самое время заняться усилением Путей. Тело окрепло, стратегический барьер в 50% связи пройден, пора двигаться дальше.

Ну а пока я лежал и собирал все вытекающие излишки энергии в черный шар на своей руке. Черный, пульсирующий Тьмой и фиолетовыми вспышками шар становился все больше и больше, а я все размышлял, что с этим всем делать.

Это была не совсем чистая энергия, скорее побочный продукт, из которого ничего не построишь. Чистая энергия разрушения, которой меня все продолжала и продолжала снабжать Тьма.

Причину такой щедрости матери Стихий я увидел не сразу. Вернее, не сразу понял, что стоящий на вершине Великой Стены силуэт является этой причиной. Ведь за все это время он, как и весь город, совершенно не двигался.

И только сейчас, когда у меня появилось время и возможность, чтобы нормального его рассмотреть, я заметил, что этот человек моргает. Стоит на краю стены со сложенными на груди руками и смотрит прямо на меня.

Смотрит живым, а не стеклянным взглядом.

К этому моменту, у меня уже накопилось критическое количество энергии Тьмы в руке, и я вытянул ее вперед.

— СОЖРИ. — прошептал я.

Вспышка и черная молния беззвучно устремилась вверх.

Погребая во мрак все пространство на пути, Тьма жадно вонзилась в силуэт, после чего раздался взрыв. Оглушительный взрыв, который раскатился по всему пространству, а следом за взрывом я вдруг ощутил на лице дуновение ветра. Услышал звуки окружения. Уловил витающий на дне высохшего озера гнилостный запах. Ощутил вкус пыли, оседающий на языке.

А это все означало, что Стазис потерял свою силу и ход времени вернулся.

Я приподнялся на локтях и кинул взгляд туда, где еще секунду назад стоял мужской силуэт, а сейчас было пусто. Судя по целой стене, силуэт не уворачивался и Тьма попала в цель.

Но тогда почему я не ощутил его смерть?

Впрочем, присутствия этого человека я тоже больше не ощущал, а потому поднялся на ноги.

Меня слегка пошатнуло, но устоять у меня получилось.

Все стонало, кровь бурлила бешеным потоком, а организм не просил, он буквально ТРЕБОВАЛ отдыха. Несмотря на то, что стихийной энергии во мне сейчас было полно, организм отказывался нормально функционировать даже при работающем на полную катушку Пути Тела.

В таком состоянии я осмотрелся, но вместо искомой кровати увидел человека.

Статного и высокого человека восточной внешности. Дорогие одежды, хмурый взгляд исподлобья, сокрытые широкими рукавами кимоно руки, и абсолютно незнакомое мне лицо.

— Вы в порядке, Маркус? — спросил у меня, судя по внешнему виду, восточный аристократ.

— В полном, — подавив все внешние признаки истощения, улыбнулся я и задумчиво потер подбородок, пытаясь понять знаком ли мне вышитый на его дорогом кимоно герб, — а вы, собственно, кто? — сдавшись, решил спросить я прямо.

— Хидэтака Химуро, — вежливым кивком представился восточник, — Глава Дома Химуро и Старейшина одноименного Храма.

— Химуро? Ага, слышал о таких, — хмыкнул я, — мои ребята ловили пару ваших шпионов в этих краях, а где-то там, — указал я пальцем в сторону границы, — вы собираете армию.

— Собирал, это правда, — сохраняя абсолютную невозмутимость, произнес Хидэтака Химуро, — но после того, что я здесь увидел, это более не имеет смысла.

— Неужели вы испугались? — удивился я.

— Испугался? Кого? Раненого и изнеможденного чужака? — усмехнулся восточник, и от него потянуло угрозой, — будь у меня желание вас убить, Князь, мы бы с вами сейчас не разговаривали, а скрестили клинки.

— Так мы можем легко исправить это недоразумение, — пожал я плечами и демонстративно обнажил «Коготь Пустоты».

Руки восточника инстинктивно опустились в сторону двух блестящих зеленых рукоятей, но ощущение исходящей от него угрозы, наоборот, снизилось.

Похоже драться он и правда не хочет.

— Я не стану вас убивать, Князь, — покачал головой Хидэтака Химуро, и демонстративно медленно развел руки в стороны, мирно раскрытыми ладонями ко мне.

— А жаль, — вздохнул я и тоже убрал свой клинок, — но разве не за этим вас сюда отправили? Вон, даже подарочек дали, — кивнул я на тщательно скрываемый Старейшиной браслет.

— А вы наблюдательны, — хмыкнул Хидэтака Химуро, после чего закатал рукав кимоно, и рывком скинул с себя тусклый треснутый браслет с эмблемой в виде песочных часов.

Браслет упал на землю, а сам Старейшина расколол его ногой.

Красивый жест. Я бы даже впечатлился, не будь браслет теперь простой безделушкой. Свою силу он уже истратил и нетрудно догадаться, что предназначением этого одноразового артефакта было давать иммунитет к Стазису.

— А вы не боитесь, Старейшина, что ваши друзья такой жест не оценят? — поинтересовался я.

— Мне наплевать на мнение других, Князь. Я действую исключительно в интересах Дома Химуро. Так было, так есть и так будет. И после того, что я здесь увидел, я могу вас уверить, что Дом Химуро вам не враг и будет сохранять нейтралитет.

— Сказал Глава Дома, который находился ближе всех к состоянию войны с Домом Идэ, — подметил я, — можно узнать, что именно повлияло на ваше решение?

— Я просто… передумал, — впервые за весь разговор едва заметно дрогнул голос Старейшины.

— Передумал… или вспомнил? — не отводя взгляда, сощурился я.

Несколько долгих секунд продолжалось молчание, а потом мужчина тяжело вздохнул и сделал один шаг вперед.

— Хорошо, Маркус, — тоже перешел на «ты» Химуро, — я вспомнил. Немного, но достаточно, чтобы…

— Закрыть Храм и разогнать паству? — улыбнулся я.

— Чтобы взять паузу и переосмыслить некоторые всплывшие щекотливые моменты, — ответил дежурной улыбкой восточник.

— Понимаю, неприятно осознавать, что твое божество тоже может быть сумасшедшей тварью, которая сожрет вас всех не раздумывая, и слетит с катушек, если ее сюда призвать. Остановиться и поискать другие варианты — это разумно. А знаешь, что будет еще разумнее? Сказать кто тебя сюда послал.

— Демид, — не моргнув глазом, произнес Старейшина Дома Химуро, — а еще…

Закончить говорить Хидэтака не успел, потому что его сердце вдруг остановилось, и он упал, хватаясь руками за грудь.

Помочь я ему не успел. Да и не смог бы. Если честно, я думал, что его хозяин отрубит связь переметнувшегося Старейшины сразу после жеста с браслетом.

Ведь плох тот пастырь, который перестает верить в своего бога.

В данном случае в запертую в надстихийном мирке сущность, которая только что отрезала связь переставшего следовать «пути силы любой ценой» последователя. И сущность эта труслива и любопытна.

Труслива, потому что испугалась моего присутствия. Любопытна, потому что не оборвала жизнь своего перебежчика сразу.

Эх, сколько же всякой прожорливой гадости присосалось к человечеству, пока меня не было.

Мои мысли прервал очередной шорох и движение на периферии. Какой-то проходной двор, а не кратер высохшего озера.

Надо бы отсюда выбираться, — подумал я, и в этот момент движение оформилось в стоящую передо мной девушку.

Она тяжело дышала, черные волосы были слегка растрепаны, а в вертикальных зрачках было столько разочарования и обиды, что мне ее стало даже немножко жалко.

— Ну блин, я что правда опоздала⁈ — в сердцах выпалила Лиса, и на всякий случай осмотрелась еще раз, но ничего не изменилось.

Живых врагов вокруг больше не было.

Глава 17

Сучок сидел на бортике Великой Стены и весело болтал ножками. Он хрустел иномирными орешками, барабанил в воздухе руками-палочками и насвистывал себе под нос мелодию, от сочинения которой его так вероломно отвлекли.

А ведь он с таким трудом создал эту группу! Даже инструменты всем подготовил, вложив в каждый из них частичку своей души!

Возмущение бурлило в маленькой груди сучка, и его удары палочками по воздуху становились более энергичными, а в голове он представлял, как каждый такой удар прилетает по башке гривастого и черненькой, которых он теперь даже на подтанцовку не возьмет!

Ручки сучка была заняты палочками. Мысли музыкой. Рот хрустом орехов и периодическим свистом, а вот глаза были направлены вниз. Туда, где у ставшего кратером озера, продолжалось шумное сражение.

Сучок наблюдал за этим сражением без особого интереса, даже не отвлекаясь от своих дел, но так было пока он не заметил силуэт человека у края стены.

Обычные люди сучка интересовали мало, но этот конкретный человек не походил на остальных. В нем было нечто странное и даже немного знакомое. Пытаясь понять, что именно в этом человеке отличается, сучок перестал стучать в воображаемый барабан и всмотрелся внимательнее.

И в этот момент человек на стене резко вскинул руку.

Это произошло ровно за мгновение до того, как в человека с диким треском вонзилась черная молния. Воздух вокруг резко потяжелел, стал вязким и, словно желе, обволок внезапно замершую в сантиметре от цели черную молнию.

Человек же с улыбкой покачал головой и прошептал что-то себе под нос, после чего развернулся и спокойно пошел ко внешней стороне стены, а молния за его спиной просто моргнула несколько раз и исчезла.

Боясь пошевелиться, сучок наблюдал как человек проходит мимо него, поправляет на ходу свой костюм и вдруг поворачивает на него голову. От внимания перламутровых нечеловеческих глазниц у сучка все веточки встали дыбом, но вида он не подал и не пошевелился. Хотя приготовился убегать в любое мгновение.

Вот только человек не стал приближаться, а лишь с улыбкой подмигнул ему и исчез, словно его тут и не было.

А с исчезновением человека, стоявший на паузе мир вернул свой обычный ход времени. Расстроенный сучок свернул барабанные палочки, тяжело вздохнул, спрыгнул с бортика и подошел к тому месту на стене, где еще несколько секунд назад стоял этот странный повелевающий временем человек.

Пучок стремительно угасающей перламутровой энергии привлек внимание сучка, и он протянул свой пальчик-веточку к нему, и самым кончиком листика на нем коснулся последней капли этой странной энергии.

До этого зеленый лист мгновенно пожелтел и упал вниз, застряв в узкой щели между плитами. И еще до того, как сучок успел моргнуть, оборванный сухой лист внезапно дал росток, покрылся фиолетовой стихийной сеточкой и вгрызся в плиты тонкими стеблями.

Испуганно подскочив на месте от внезапного звука, сучок резко накрыл странный росток своими ручками и панически осмотрелся. К его облегчению все потенциальные свидетели вокруг лежали в отключке, но вот росток продолжал расти, со скрежетом раздвигая кладку стены, образовывая там щель и рискуя такими темпами обвалить древнее сооружение.

— Пу-пу-пу, — пробухтел сучок и попытался вырвать странный росток с корнем, но у него ничего не вышло.

Тогда он судорожно осмотрелся, придумал план и засеменил лапками. Сучок ловко перевесился через бортик и выдрал каменную плиту с внешней части стены, после чего придавил наглый росток ей и своей жопой сверху. Для верности приправил это изрядной дозой энергии и двумя плевками.

И только тогда росток перестал расти.

— Фух, — протер лоб сучок и, увидев, что люди на стенах начали потихоньку просыпаться, отряхнул лапки-веточки и поспешил свалить куда подальше.

* * *

— И вот я здесь, — закончила доклад о проделанной работе Лиса, беззаботно переминаясь с пятки на носок.

— Отличная работа, — погладил я свою ученицу по голове.

— Ага! И это все? — надула она губки.

— А чего ты хочешь? Еще один танк? — поинтересовался я.

— Нет, — замотала она головой, — я хочу возможности его применить!

— Так ты уже применила, — напомнил я один момент из доклада.

— По назначению применить! ПО НА-ЗНА-ЧЕ-НИ-Ю! — чеканя каждый слог, выдала Лиса, — в боевой ситуации, а не как транспорт для извращенцев и синеволосых милф!

— Мм, а ты думаешь, тут сильно помог бы один танк? — с улыбкой обвел я рукой усеянный многочисленными трупами тварей и людей глубокий кратер, который раньше был озером.

— Ну-у-у… — неопределенно протянула моя ученица, — танк не помешал бы… наверное.

— Не переживай, настанет и твое время блистать, сестренка.

— Да когда уже оно наста… о! О!!! Сестренка⁈ А скажи еще раз! Скажи! Скажи! Скажи! — запрыгала на месте девушка.

— Не, еще привыкнешь, — хмыкнул я.

— Ну вот, — вновь надулась Лиса, хотя теперь сделала это более наигранно чем раньше, — сначала опять убил тут всех без меня, а теперь это! Может, если остальных дуралеев и устраивает пропускать все самое интересное, то меня нет! Я хочу в бой, Маркус! Я хочу реальную задачу! — топнула ножкой Лиса и в этот момент ее взгляд упал на верхушку Великой Стены, и она нахмурилась, — а там что… кто-то убежал?

— Почему ты так решила? — не скрывая удивления, полюбопытствовал я.

— Не знаю… чувствую, — подозрительно сощурилась Лиса и прикрыв глаза, принюхалась словно ищейка, — точно убежал! Можно я его поймаю? Можно⁈ Ну пожалуйста! — широко распахнув блестящие глаза, начала трясти меня за плечо моя ученица.

— Можно, можно, — сдался я.

— Ура! — подпрыгнула от радости Лиса и протянула мне одолженный амулет.

— Оставь пока себе, — покачал я головой.

— Зачем? — недоуменно спросила девушка.

— Поможет с поисками.

— Л-ладно, поняла… — вернув амулет обратно на шею, проворковала Лиса, после чего чмокнула меня в щеку и скрылась в тенях.

Верил ли я, что у нее получится?

Да, почему нет. Если она смогла учуять, что там кто-то стоял, значит шанс напасть на след беглеца был и шанс не нулевой. У меня же получилось. Даже интересно, сможет ли Лиса узнать о нем больше и подтвердит ли мою догадку о вмешательстве третьей стороны.

С этими мыслями я сладко потянулся и пошел к выходу, как позади опять раздался шорох, обернувшись на который я увидел Лису.

— Что-то забыла? — поднял я бровь.

— Да… нет… то есть не совсем! — выпалила моя ученица и протянула в мою сторону сидящего у нее на ладонях хомяка, — Проглотик, расскажи ему!

Не до конца понимая, что происходит, я перевел взгляд на матово-черные бусинки глаз Проглота, который не затыкаясь, что-то тараторил на своем хомячьем. После того как хомяк перестал быть моим порождением, я перестал понимать его язык и разобраться, что он лопочет я мог только по интонации и жестам.

— Жалуется, что у него украли украденную серьгу? — предположил я, подметив, что хомяк слегка потрепан и из оружия у него только спица без «щита».

— Нет! — хлопнула себя по лбу Лиса, — вернее, да, на это тоже жалуется, но дело в другом, Маркус! Мрак! МРАК!

— Мрак? — посерьезнел я, уловив панические нотки в голосе моей ученицы.

— Мрак! Он… он пропал!!!

* * *

Бледный мужчина с остроконечным лицом стоял посреди дорогого кабинета. Его ноги были напружинены и готовы к прыжку, а от ступней до затылка мужчину окутывал клубящийся теневой дым.

Дым помогал скрывать свое присутствие и оставаться в теневом плане, но этот план был каким-то странным.

Слишком светлым. Слишком чужим. Слишком ограниченным.

Мрак знал мир Теней как свои пять пальцев. Он жил в нем дольше любого из ныне живущих теневиков, однако сейчас этот мир выглядел чужим. Каким-то незнакомым. Ограниченным. Виной тому странная пентаграмма, книга с серебряным корешком, или еще какая хренотень, Мрак не знал.

Единственное, что он знал наверняка, это то, что за всем этим стоит Демид.

Откуда?

Из голоса. Ублюдского, всепоглощающего высокомерного голоса, который кричал, шептал, смеялся и даже пытался приказывать.

— Сдайся…

— Смирись…

— Ты не уйдешь…

— Тебе не победить…

— Ты лишь пешка…

— Позволь дать тебе силу…

— Позволь закончить то, что мы начали…

— Просто перестань сопротивляться…

— Пора отдохнуть…

— Одно слово и все закончится…

Эти, и еще сотня фраз звучали в голове Мрака голосом Демида. Мерзким голосом, от которого мозг сворачивался в трубочку, а старые ментальные раны открывались с новой силой. Голову Мрака словно разрывало на части от одного только звука, и на то, чтобы оставаться в сознании, он тратил практически половину всех своих сил.

— Это все галлюцинации… просто галлюцинации… ты не настоящий… ТЕБЯ ЗДЕСЬ НЕТ!!! — схватившись за голову, закричал Мрак и от него во все стороны выстрелили сотни дымчатых Теней.

Тени пытались пробить путь наружу, но все как одна разбились о границы клетки, в которой оказался Мрак.

— С чего ты взял, что я не настоящий? — вновь раздался в голове высокомерный голос.

— С того, что ментальный контроль нельзя наложить дважды! — уверенно прорычал Мрак.

— Верно, — неожиданно согласился голос, — но что, если ты мой ментальный контроль никогда полностью и не снимал? Что если все это время ты продолжал делать то, что я хотел?

— ЛОЖЬ! — прогремел голос Мрака, и от резкого приступа головной боли его скрутило и выбросило из Теней.

Прокашлявшись кровью, Мрак открыл глаза и осознал себя лежащим на дорогом паркете неизвестного кабинета. Голова кружилась так, что мужчине казалось, что весь мир вокруг трясется и только спустя несколько секунд он осознал, что так и есть.

Пол под ним ходит ходуном, и на дорогом светлом паркете появляются все новые и новые трещины.

— Ложь, говоришь, — прозвучал насмешливый голос Демида, — тогда как ты объяснишь это?

Осознав, что на этот раз голос прозвучал не у него в голове, Мрак замер и медленно повернул голову на звук, где увидел вальяжно сидящего в кресле блондина в бело-золотых очках.

Поймав ошалевший взгляд Мрака, Демид улыбнулся и подался чуть вперед.

— Что такое? Ты разве не рад? Ты так старательно искал меня и вуаля, вот он я. Можешь…

Закончить фразу блондин не успел. В него со всех сторон устремились сотни теневых игл. Словно змеи, они окутали пол, стены и потолок, после чего синхронно обрушились на цель.

Весь ходящий ходуном кабинет окутала Тень, но лишь на мгновение, спустя которое по центру помещения появилась вспышка Света, и этот Свет выжег каждую клеточку Теневого мира, которая посмела находиться в его владениях.

Лишенный доступа к своей родной стихии Мрак бессильно упал на колени. Кожа его посветлела, из глаз пропал стихийный блеск. Сил едва оставалось на то, чтобы дышать.

— Ты… галлюцинация… у меня… иммунитет… иммунитет… — в полубреду продолжал бурчать Мрак с полузакрытыми глазами.

— Перестань, не разочаровывай меня, мой будущий ферзь, — поднялся с кресла Демид и подошел к сидящему на коленях теневику, после чего вцепился пальцами в его скулы и посмотрел ему прямо в глаза, — признаюсь, этому Паладину почти удалось освободить тебя. Он был настолько близок, что мне пришлось ослабить поводок и отпустить тебя дальше, чем я планировал. Но вы не учли одного нюанса. Мой ментальный контроль способна снять только смерть.

— Твоя…? — прохрипел Мрак.

— У тебя еще остались силы юморить? — хмыкнул Демид и пинком отбросил бледное тело теневика от себя.

Мрак пролетел несколько метров и приземлился аккурат по центру кабинета. Сил подняться не было, но краем глаз теневик заметил, как под ним засветилась пентаграмма. Пьянящее тепло окутало тело и убрало боль, мышцы начали наливаться силой…

Колоссальных волевых усилий потребовалось Мраку, чтобы отбросить это тепло и не пустить его в свое тело.

И как только он это сделал, боль тут же вернулась обратно с утроенной силой. Тело забилось в конвульсиях, а в ушах адски зазвенело от собственного крика.

— К чему столько упрямства? — покачал головой Демид и присел рядом, заглядывая в закатившиеся от агонии глаза теневика, — просто прими мой подарок. Перестань сопротивляться и боль уйдет. Обещаю. Исчезнут все заботы. На их место придет сила. Настоящая сила. Такая, о которой ты и помыслить не мог. Ты ведь хочешь стать сильнее, Мрак? Хочешь убить меня? Хочешь отомстить?

— Пош…ел… нах… рен… — сквозь зубы процедил Мрак.

— Упорный, — вздохнул Демид, — знаешь, я всегда ценил в тебе это качество. Ни одна из моих марионеток не выполняла мои приказы так хорошо. Ты единственный делал всегда даже больше, чем я того просил! Превосходил все мои ожидания! Ты знал, что я до сих пор считаю тебя моей лучшей и самой талантливой фигурой?

Говоря это, Демид мерно расхаживал вокруг лежащего на полу и пускающего сопли теневика.

— Ты управлял терминалом. Твое имя внушало страх в сердца тысяч. Ты мог и должен был стать будущим Князем Теней! Да что там Князем, со мной ты мог даже стать Императором! Но ты встретил Паладина, и где ты теперь? Пускаешь слюни на паркетные трещины разрушающейся высотки. Ты встал не на ту сторону, Мрак, но ты и сам это понял, верно? Где-то в глубине души ты прекрасно это знал. Все это время. Знал, что мы все еще связаны. Поэтому тебя так тянуло ко мне. Или ты думаешь, что это все из-за банальной мести? Ха! Это судьба, друг мой. Великая судьба, которая ждет нас обоих.

С этими словами Демид склонился над Мраком и положил ему руку на голову.

— Черная пешка мертва, да здравствует белый ферзь! — торжественно произнес Демид, и его ладонь начала покрываться ярким стихийным Светом.

Всепроникающий Свет начал окутывать тело Мрака.

Голова, плечи, грудь, живот, ноги… дойдя до пят и развернувшись обратно, Свет потек выше, охватил плечи и устремился к последнему, что осталось, зажатым до крови кулакам.

— Бесполезно, — в очередной раз произнес Демид, глядя как находясь практически без сознания, Мрак продолжает бороться.

Однако по какой-то причине Свет, легко захвативший левую руку, вдруг остановился у правого запястья. Ритуал требовал полного подчинения цели, а потому блондин нахмурился и опустил острый каблук ботинка на мятежное запястье Мрака, чтобы разжать его и лишить последней крупицы непокоренной воли.

Один сломанный палец, второй… третий… четвертый.

— Это конец, — произнес Демид, занося ногу над последним.

— Это реально конец… — прохрипел Мрак и с окровавленной улыбкой самостоятельно отвел последний уцелевший палец в сторону и добавил, — тебе!

И взору Демида открылся пульсирующий черной энергией перстень. Глаза блондина округлились, руки инстинктивно потянулись вперед, чтобы закончить ритуал немедленно, но было слишком поздно.

Из искорки заточенной в перстне Тьмы вырвался и пробил потолок энергетический столб, а секундой спустя, из этого потока Тьмы вышел человек и недобро улыбаясь, произнес:

— Ну здравствуй, гаденыш.

Глава 18

Найти засранца оказалось не так-то просто.

Переместиться к этому засранцу в гости оказалось еще сложнее. Слои седьмого района не являлись частью ни единого из известных мне миров, а потому попасть туда без крючка внутри было попросту невозможно.

И этот крючок мне обеспечил Мрак.

О том, что Демид не удержится и воспользуется своей спящей ментальной связью с Мраком я не сомневался. Этот вариант входил в мои топ пять способов найти Демида, правда его вероятность я оценивал пониже некоторых других.

Номером один в моем топе изначально был Клювик с энергетическим карт-бланшем и проклятым следом Демида. До этого случая, не существовало в мире еретика, которого был не способен найти попуг.

Однако мой пернатый неожиданно не справился, и тогда наиболее вероятным стал вариант со Скальдом.

Я достаточно надавил на самолюбие моего третьего фамильяра и даже позволил ему делать что захочется внутри седьмого района, буквально предоставив ему на блюдечке возможность усилиться. Но пробиться Скальд в итоге успел только через половину этажей небоскреба, да и то, путь он пробивал исключительно для себя.

Меня бы Скальд сюда после таких усилий звать бы не стал. Делиться «едой» это не по его части.

Третьим же по вероятности была моя недавняя провокация на свадьбе. Я собрал столько лакомых целей для Демида в одном месте, что его итоговый игнор вышел в каком-то роде даже оскорбительным.

Светлый оказался хитрее, не повелся и продолжил вести свою игру.

Мрак и его связь с Демидом были четвертым рабочим вариантом достать осторожного и гениально скрывающегося еретика, и именно этот вариант в итоге и сработал.

Мрак проник внутрь, активировал маяк и смог продержаться достаточно долго, чтобы я успел воспользоваться предоставленной им лазейкой.

То, насколько это оказалось непросто, отдельная история.

Дело в том, что восточное рыбоголовое божество уничтожило в нашей битве не только моих фамильяров, но и пространственное древо на дне озера. Уже бывшего озера. «Посейдон» уцелел, а вот Древо нет. В итоге, без фамильяров и без древа, найти способ переместиться к Мраку, да еще и вовремя, оказалось той еще задачкой.

Пришлось импровизировать.

И результат этой импровизации сейчас вальяжно сидел на моем плече и указывал пальчиком-веточкой на блондина в очках, весело приговаривая: — пиу-пиу-пиу!!!

— Здравствуй, Паладин, — удивительно спокойно отозвался узкоплечий блондин, и со вздохом покосился на лежащего рядом с ним Мрака, — так получается ты знал про ментальный контроль, — не спрашивал, а утверждал он, — подскажешь, откуда?

— А вариант, что я его просто увидел, ты не рассматриваешь? — поднял я бровь.

— Брось, Маркус, мы оба знаем, что если бы ты смог увидеть мой ментальный контроль, то смог бы его и отследить, а значит пришел бы сюда гораздо раньше, — абсолютно уверенно заявил Демид.

— Верно, я его не видел, — не стал я отрицать, — но, чтобы знать, что он есть, видеть его оказалось не обязательно. Старт нашей игры в день смерти Куратора я тоже не сразу заметил. А потому легко сопоставил два и два.

— Все-таки отец сболтнул тогда лишнего, — с легким разочарованием в голосе покачал головой Демид, — мой просчет. Стоило бросить отца под тебя раньше, чем он осознает, что давно перестал быть Князем.

— Да ты что! Он же так хвалил тебя перед смертью! Гордился, хвастался, и истово верил, что ты меня убьешь, — улыбнулся я.

— Знаю, — невозмутимо кивнул Демид, — к сожалению, с последним он немного погорячился.

— Вот как, — подался я чуть вперед, — так ты сам не веришь, что способен меня убить?

— Убить Паладина Тьмы? — усмехнулся блондин и поправил очки, — я не такой наивный дурак, чтобы верить в подобные сказки, Маркус.

— Да? А кто же ты тогда?

— Прагматик, — пожал плечами Демид.

— То есть ты сдаешься? — поднял я бровь.

— Этого я не говорил, — с возросшим блеском в глазах подметил блондин.

— Я бы не советовал тебе это делать, — предостерег я его.

Внешне Демид не шевелился, но вот его проклятая энергия, которая все это время просто клубилась вокруг него, медленно подернулась в сторону Мрака.

— Или что? — не сводя с меня взгляд, вызывающе спросил Демид, — позволишь мне уйти, если я его не трону? Мы оба знаем, что это не так. Так что мне терять?

— Глаз, руку, сердце, чувство собственного достоинства, — начал я перечислять, после чего приподнял ладонь, на которой появился мутный образ черного попугая.

Увидев это, блондин вздрогнул, а его глаз дернулся.

Хорошо, о Клювике он слышал.

Этот момент позволил мне выиграть немного времени, чтобы подумать, что делать. А подумать было надо.

Потому что расклад был такой себе. Да, Мрак красавчик и продержался достаточно, чтобы я успел прийти по его маяку, но вот его душа сейчас находилась в одном проценте от полного подчинения, а жизнь держалась буквально на волоске.

Любой неосторожный чих мог убить его, а терять своих людей я не намерен.

Все-таки моя небольшая задержка сыграла свою роль. Вот приди я сюда немного пораньше, расклад был бы совсем другой, но история не терпит сослагательного наклонения.

Случилось так, как случилось и работать надо с тем, что есть.

Если бы все в моей жизни постоянно шло по плану, то меня бы тут сейчас не было.

— Думаешь, ты успеешь его спасти? — вернул Демид себе нотки безграничной уверенности в голос, и медленно направил руку в сторону лежащего перед ним Мрака.

— А ты думаешь, не смогу? — выдержал я его наглый взгляд.

После чего последовало несколько секунд напряженного молчания. Не произнося ни слова, мы стояли на изготовке, перебирая подушечками пальцев по воздуху.

Лишь веселый голос сучка и скрип ходящего ходуном здания нарушали эту напряженную звенящую тишину.

И, когда вырвавшийся из одной из трещин кусок согнутой в клубок арматуры, прокатился между нами как перекати-поле, мы оба со свистом вскинули руки.

Демид в сторону лежащего перед ним Мрака, а я в сторону входной двери.

Тело Мрака засветилось ярким Светом, и его, под довольным взором Демида, неестественно выгнуло дугой.

В это же время, в проходе из невидимости выпала с черной дырой во лбу мужская голова. А мгновением спустя, там же появилось еще и лежащее на полу мертвое тело с серебряным амулетом во форме звезды на шее.

Тайминг Демид выбрал идеальный.

Он атаковал Мрака синхронно с сидевшим в засаде убийцей. В итоге мне пришлось делать выбор. Защищать своего теневика от Демида или защищать от еретика убийцы, который, падла, тоже целил в него.

И выбор между смертью Мрака и успешным подчинением, был очевиден.

Правда последствиями такого выбора являлось то, что весь покрытый сиянием Света Мрак поднялся на ноги и направил на меня свои пустые белки глаз.

— Шах, — самодовольно произнес улыбающийся Демид, — признаюсь, ты пришел несколько раньше, чем я планировал, Паладин. Но если ты думаешь, что я сдам нашу партию без боя, то ошибаешься. Я заставлю тебя пожалеть и заплатить максимальную цену.

С этими словами блондин в очках указал пальцем на меня и приказал: — убей.

Я же стоял на месте и просто смотрел, как тело Мрака покрывается белым дымом и плывет ко мне. Смотрел как в его руках появляются два кинжала. Смотрел как он замахивается, и рукояти смертоносных стихийный орудий выскальзывают из его пальцев и срываются в атаку.

— Какого⁈ — только и успел выпалить Демид, перед тем как осознал, что целью атаки является он сам.

Кинжалы рассекли пространство.

Брызнула кровь, а сам Демид, успевший «скакнуть» в сторону с помощью появившегося прямо под ним круга телепортации, появился в нескольких метрах в стороне с глубоким порезом на щеке и трещиной в очках.

— Интересный ход, — стерев кровь с лица пальцем и слизнув ее оттуда, хмыкнул Демид.

Мрак в этот момент встал рядом со мной, а в его белках глаз сверкнули перламутровые искорки.

— Теперь можешь выходить, — хлопнул я теневика по плечу, и эти искорки в глазах вылетели наружу и приняли очертания черного попугая, что завис в воздухе, шумно хлопая крыльями.

Тепер-ррь можешь выходить,

Ер-рретичьи рожи бить,

Бить на совесть, что есть сил,

Чтоб никто не переж-жжил!!!

Весело загоготал Клювик, которого я переместил левой рукой, пока Демид следил за правой.

Едва успел вовремя. Еще бы мгновение, и душа Мрака была бы потеряна навсегда. А так Клювик занял собой тот последний неподчиненный процент воли Мрака, и не позволил ритуалу завершиться. И теперь, когда тело теневика было рядом со мной, я без труда применил технику регенерации, и выжег оттуда напрочь весь поганый проклятый Свет, которым Демид пытался заместить душу Мрака.

— Шах, — улыбнулся я, глядя на начавшегося улыбаться в ответ Демида.

Несмотря на с ног на голову перевернувшийся расклад, сдаваться блондинчик в очках совсем не собирался. Об этом говорил его взгляд, а также десятки кругов телепортации, которые начали одновременно появляться по всему этажу.

* * *

Невысокий старик в выцветшей голубой рясе сидел на полу в позе лотоса и медитировал.

Крыша здания содрогалась от раскатов грома, за окнами виднелись многочисленные вспышки молний, а створки всех четырех дверей болтались на ураганном ветру.

Энергия Великого Дома Като была неспокойна.

И даже Храм, главное святилище Дома, что располагалось на пике громовой скалы, не являлось сейчас безопасным местом.

Старейшина Дома Като провел в медитации последние пару часов, но все тщетно. Разгневанная Стихия не слушала его и не хотела с ним говорить. Осознав это, старик открыл глаза и окинул хмурым взглядом сидевших вокруг него полукругом нескольких монахов.

— Ничего. Мы сами по себе. Какие будут предложения? — смерив взглядом всех по очереди, произнес Старейшина.

Однако ответом ему была лишь тишина.

Никто из присутствующих не осмеливался произнести ни слова, хотя здесь и сейчас была собрана вся правящая верхушка Великого и уважаемого Дома Грома и Молнии Като.

— Совсем ничего? — нахмурился еще сильнее Старейшина, а его остатки седых волос начали недобро потрескивать электричеством.

— Боюсь, наша рекомендация не изменилась, господин, — осторожно подметил один из присутствующих мужчин, что сидел ближе прочих к Старейшине.

— Ничего не делать это не решение. Я недостаточно хорошо вас учил, если, глядя на рассерженное небо, вы этого не понимаете, — холодно произнес Старейшина и повернул голову к мужчине в боевом облачении, что сидел у прохода, — а ты что скажешь, брат мой?

— Не знаю, брат, — после нескольких секунд задумчивости, неохотно признал младший родственник и Заместитель Главы Дома Като.

— Не знаешь? — медленно поднялся на ноги Старейшина, — ты? Сильнейший Воин нашего Дома, который еще вчера бил кулаком в грудь и говорил мне о том, что Имперцы должны поплатиться за нанесенное востоку оскорбление?

— То было вчера, а сегодня Империя во всеуслышание объявила о перемирии с Западным Королевством. Более того, они вновь наладили с ними торговые контакты, и все это на фоне беспрецедентных успехов в красной зоне. В таких условиях наш небольшой Дом рискует подставиться как…

— Как Дом Химуро? — скептично хмыкнул Старейшина.

— Как Дом Химуро, — кивнул ему младший брат, — их Старейшина мертв, армия в бегах, а настоятели Храма перестали выходить на связь.

— С чего ты взял, что в этом замешана Империя? — вопросительно сощурился Глава Дома Като.

— С того, что нам достоверно известно, что Хидэтака Химуро погиб на земле Дома Идэ, при том, что ему помогал сам знаешь кто.

Старейшина Дома Като не был дураком. И он прекрасно понимал, что от его сегодняшнего решения зависит судьба всего Дома.

Дом Като был немногочисленным, но гордым.

Их Храм уступал остальным Великим Домам Востока в мощи и силе последователей, однако громовой пик даровал им естественную защиту и позволял даже с минимальной армией удерживать свои земли и наращивать влияние.

Но не так давно к ним пришли с предложением помощи последователи проклятой звезды. Идея объединиться звучала заманчиво, особенно на фоне того, что им был обещан контроль над вратами у стены. Контроль над землей, на которую маленький Дом Като засматривался уже несколько десятилетий.

Врата могли исправить бедственное финансовое положение маленького Дома Като раз и навсегда, и навязать конкуренцию остальным. Наконец, заставить другие Дома с собой считаться.

Однако помимо земель, последователи проклятой звезды пообещали помочь освободить божество Дома Като из плена.

Призвать громового духа в наш мир!

Это звучало так фантастично, что Старейшина Дома Като в это не поверил сразу, и в отличие от Дома Химуро, он взял паузу на размышление.

И в эту паузу Хидэтака Химуро, который дал свое согласие сразу, лишился своей головы. А это был, на секундочку, уже третий Великий Старейшина, который погиб, и в каждом из трех случаев был неизменно замешан этот Маркус Темный.

Зов чести требовал отомстить ему за нанесенное его брату во время дипломатического визита оскорбления, но с другой стороны, Старейшина Дома Като впервые в жизни сомневался, как поступить и не мог принять решение как действовать.

Да еще и дух божества последнее время был не спокоен, и по какой-то причине Старейшине Дома Като очень не хотелось выпускать его на волю.

Глава 19

Я стоял и тяжело дышал.

В одной руке у меня красовался «Коготь Пустоты», на котором было столько крови, что Тьма на лезвии даже не успевала ее поглощать. А второй рукой я придерживал защитный купол над лежащим в отключке Мраком. С этим делом мне очень хорошо помогал модифицированный перстень из костей Мордина.

Из плюсов, я мог не отвлекаться, купол работал автономно, был непробиваем и потреблял минимум энергии на подпитку.

Из минусов, рука с перстнем должна была быть постоянно направлена в сторону Мрака, иначе купол исчезнет, что несколько ограничивало мои возможности.

Впрочем, одной рабочей руки мне было хоть и на грани, но достаточно, чтобы сражаться и отправить на тот свет очередного культиста с серебряным амулетом и пополнить количество трупов на этаже.

Клювик был не в обиде, потому что ему целей тоже более чем хватало, а горка из дохлых еретиков с его стороны была куда больше моей.

Выпотрошив очередного культиста, защищавший мне спину попуг взмыл повыше и бросил свой тяжелый взгляд вслед горстке улепетывающих серебряных, которым хватило ума оценить расклад и сбежать в единственный проход подальше от демонической птицы.

Раз два три четыре пять,

Клювик вас идет искать,

Азартно завел свою песенку попуг, попутно добивая парочку звезданутых, которые решили затаиться и притвориться мертвыми.

Два четыре раз пять три,

Лучше прячься и беги…

Продолжил весело напевать Клювик, и неспешным полетом медленно направился вслед за убегающими.

Коль не сможешь, не беда,

ВСЕ РАВНО ВАМ ВСЕМ ЗВЕЗДА!!!

Кровожадно прогоготал попуг и с резким ускорением метнулся в сторону лестницы.

На нашем этаже осталась лишь две горки дохлых культистов, один прикрытый куполом Мрак, один Паладин Тьмы с сучком на плече, и один потрепанный блондин в разбитых очках.

Его белый костюм был порван, хоть и не серьезные, но многочисленные раны кровоточили, а переливающийся семью цветами взгляд был сосредоточен.

В такт цвету глаз мерцал и извивался серебряный амулет на его гластуке. А от амулета исходили энергетические нити проклятой энергии, и подпитывали две круглые пентаграммы, которые Демид держал на ладонях в форме энергетических дисков.

Эти «диски» крутились на манер лезвий, высекая искры, будучи готовыми сорваться из ладоней в любой момент.

Сам же Демид, несмотря на потрепанный вид и огромные потери в штате своих подопечных пешек, выглядел довольным.

— Должен сказать тебе спасибо, Паладин, — не сводя с меня взгляда, произнес Демид, — в связи с миграцией слабаков наверх, у нас в небоскребе наблюдалось некоторое перенаселение. На верхних этажах стало тесновато, а теперь, — кивнул он на кучи трупов, — места точно всем хватит.

— Реально полагаешь, что кто-то из вас сможет выжить? — покосился я краем глаза в сторону лестницы, откуда доносились звуки боя, крики, стрельба и веселые матерные частушки.

— Исход уже не имеет особого значения, — безразлично пожал плечами Демид, — пути наверх отсюда все равно больше нет.

Произнес это светлый без сожаления, и по всей видимости не лгал. Сколько бы я не прощупывал между делом пространство, никаких лазеек и брешей не было, словно этот слой последний.

Но ведь я знал, что это не так.

— А приятели твои сектантские знают, что заперты тут? — поинтересовался я.

— Полагаю, догадываются, — хмыкнул Демид, — но благодаря тебе, они уже не смогут собраться вместе и высказать мне все, что об этом думают. Так что еще раз, спасибо, Паладин, — с благодарной улыбкой добавил светлый, и оценивающе осмотрел меня с ног до головы, — ты вообще, как себя чувствуешь? Выглядишь паршиво.

— Тебе показалось, — отмахнулся я, используя паузу для более эффективного перераспределения внутренней энергии, которая бурлила во мной с такой скоростью, как никогда прежде в этом времени, — а ты сам как?

— Прекрасно, — поправив разбитые бело-золотые очки, развел руками Демид, — пока мы не перешли к новому раунду, позволишь вопрос?

— Валяй, — пожал я плечами.

— Ты с ней спал?

— А с ней это… — задумчиво сощурился я.

— С Афиной, — пытаясь сохранить холодное безразличие, ответил Демид.

— М-м-м, а что? — весело усмехнулся я, — понравилась тебе золотая старушка? И разница в возрасте между вами не смущает?

— Тебя же не смущает разница в возрасте с местными девками, — дернув скулой, фыркнул Демид.

— Ну, ты сказанул. Вообще-то я не такой старый, приятель. И между мной и Афиной есть одно существенное отличие, — подметил я.

— Да? И какое же?

— Я еще жив, — улыбнулся я.

А еще в ловушке я просидел всего один год, так что мы с Афиной больше даже близко не ровесники. Но это я вслух говорить не стал.

— Вообще-то Афина тоже живая! — нахмурился Демид.

— Да ну? — усмехнулся я, — может быть, ты встречался с ней в реальном мире? Или касался ее тела?

— Касался! — возразил блондин в разбитых бело-золотых очках и инстинктивно потер нос.

— А, ты про царапину, которая она оставила тебе холодным как лед ноготком? Или про поцелуй на щеке? — с легкой издевкой произнес я, — вспомни, было ли теплым касание ее губ? А потом подумай еще немного и скажи, были ли они вообще настоящими?

— Мне все равно, — неожиданно спокойно отмахнулся Демид, — я знаю, что Афина использовала меня, Паладин. Я знал это с самой первой секунды. Пусть ей семьсот лет. Пусть она не может выйти в реальный мир, а ее тело, возможно, давно мертво. Мне плевать. Афина показала мне нечто лучшее. Нечто большее. Нечто более совершенное, чем наш прогнивший и умирающий мир. Нечто более прекрасное и возвышенное, чем мы все!

Сказал это Демид так уверенно и фанатично, что я понял, что это бесполезно. Крепкий орешек. Расшатать его и вывести на эмоции не выйдет. Даже ментальное внушение и точечное воздействие аурой Тьмы не помогло.

Неплохо Афина его обработала и подготовила тоже хорошо. Даже экранировала от моей энергии Тьмы, оставив свою метку, по которой я и понял, что она его касалась.

Дура даже потратила Оберег Паладина на культиста.

Магистры бы в гробах повесились, если бы узнали, как именно Афина применила одну из сильнейших защитных техник нашего мира.

Впрочем, полноценно представить их реакцию я не успел.

Копивший все это время энергию для атаки, Демид сорвался с места вперед. Вернее, сорвались энергетические-диски пентаграммы с его рук. Мгновенно преодолев расстояние между нами, пентаграммы с двух сторон сомкнулись на точке пространства, где я был мгновение назад.

Шаг Тьмы помог мне вовремя уйти от атаки, но два столкнувшихся «диска» вдруг разделились на четыре, и снова устремились в меня.

Одновременно с этим, Демид создал в своих руках еще две метательных пентаграммы и, не медля, направил их в меня.

Не прошло и десяти секунд, как летающих проклятых пентаграмм вокруг меня стало так много, что в пространстве просто не осталось свободного места. А потому следующий прыжок я сделал аккурат на позицию Демида.

«Коготь Пустоты» я убрал еще раньше, ради маневренности, а вторая рука была занята поддержанием купола над Мраком, поэтому удар я нанес кулаком. От души напитанным Тьмой кулаком.

Ребра хрустнули, Демида согнуло пополам и бросило в ближайшую стену, но в полете, ублюдок… улыбался?

Причину этого я понял, когда заметил под собой крошечную, размером с блюдце, пентаграмму из золотой пыльцы. Столб проклятой энергии выстрелил прямо в меня диким потоком, от которого я на рефлексах защитился мантией.

Успешно защитился, смею заметить.

Только вот это был не конец.

Пролетев мимо меня словно рой пчел, пыльца разделилась и устремилась во все стороны. В каждый висящий в воздухе магический круг. Напомню, их были здесь сотни. И в каждый из них влетело по горстке золотой металлической пыльцы. А секундой спустя вылетело обратно пыльцы стократно больше.

И количеством, и размером, золотая пыль преобразилась, и миллионы острых частиц проклятого золотого металла хаотично обрушились на все, что находилось на этаже.

Сплошное золотое марево было повсюду. Оно изрезало стены. Крошило потолок. Отправляло в небытие все, чего касалось.

Буквально за пару секунд, вся верхняя часть последнего этажа небоскреба перестала существовать. Не осталось ни стен, ни потолка, ни крыши. Уцелел лишь покрытый множеством крупных и мелких трещин пол, а вокруг проплывали тяжелые густые облака.

Я же сидел, припав на одно колено.

Одной рукой я упирался в грудь Мрака, контролируя его биение сердца, а второй держал над нами мантию, которой усиливал как мог прямо сейчас рассыпающийся на мелкие осколки защитный купол.

А вместе с куполом рассыпался и мой модифицированный перстень Мордина.

Обидно.

Я ведь только научился им нормально пользоваться.

— Надеюсь Карл сможет сделать еще один, — вздохнул я, и попытался подняться на ноги, но не смог.

Тело не слушалось. Я его вообще не чувствовал сейчас. В момент атаки пыльцы, пришлось временно отрезать от разума все органы чувств, чтобы случайно не откинуться и не потерять сознание от болевого шока.

Сейчас же я вернул все обратно.

Все кроме боли. В объятия этой верной подруги я еще успею попасть. Потом. Когда закончу здесь. Сейчас же мне нужна максимальная концентрация, и каждая крупица энергии, чтобы…

— Победить… — машинально произнес я, найдя взглядом Демида.

Вернее то, что от него осталось.

Изодранный и превращенный в кровавое решето, блондин сидел на коленях и самым целым на его теле были, как ни странно, бело-золотые очки. Как сказал бы старик Акс, дыр в нем было больше, чем волос на жопе.

Каким-то чудом находясь в сознании, Демид хрипел и медленно поднял на меня голову.

— Хороший ход… — проблевался кровью Демид, — подмешал Тьму…? Неплохо… ожидаемо…

— Я ничего не подмешивал, — не стал я присваивать себе несуществующие заслуги, и мне хоть и с трудом, но удалось распрямиться, — дай угадаю… — глядя на недоуменные окровавленные глаза Демида, произнес я, — Афина сказала, что эта пыльца тебе не навредит? Что ж, похоже она солгала.

— Это уже… не важно… Паладин… а знаешь… почему? — ничуть не расстроившись, усмехнулся он кровавой улыбкой.

Проклятая энергия кружила вокруг Демида. Его регенерация работала в усиленном режиме, и многочисленные дыры в теле светлого хоть и медленно, но затягивались, не позволяя ему умереть.

— Удиви меня, — произнес я.

— Потому что поражение короля в нашей партии, не означает ее конец, — дрожащим голосом произнес Демид, — тебе ли это не знать… — добавил светлый, и из его руки выкатилась вперед окровавленная фигура черного коня, — пусть я проиграл, Паладин, белые фигуры на столе еще остались…

— Если и так, то это ненадолго, — частично вернув контроль над телом, сделал я шаг вперед и подобрал фигурку.

— Можно еще вопрос? — тщетно пытаясь пошевелиться, спросил Демид, и, не дожидаясь разрешения, добавил, — почему… почему ты не убил меня сразу? Ты ведь прекрасно понял, что я не боец. Любишь издеваться над людьми?

— Нет, — вздохнул я, покручивая фигурку черного коня в руках, — просто я стараюсь держать свои обещания.

И едва я это сказал, как за спиной Демида медленно проплыл темно-серый дым.

Без звука. Невесомый сгусток энергии закрутился и принял форму человеческого силуэта. Силуэта бледного мужчины с остроконечным лицом, ждать пробуждения которого мне пришлось несколько дольше, чем хотелось бы.

Но лучше поздно, чем никогда.

И словно согласием отвечая на мой вопрос, Мрак протянул свои руки вперед, обхватил ими череп блондина и, не произнося не слова, сжал его что есть сил.

Хруст черепушки разлетелся по остаткам этажа, но только когда к хрусту костей прибавился скрежет разрушенных бело-золотых очков, жизнь в проклятых глазах Демида угасла окончательно.

То, что осталось от тела Демида обмякло и упало на пол.

Мрак, потративший на это действие последние остатки сил, вновь отключился и грохнулся рядом. Часть этих сил Мрак заимствовал у Клювика, получив их вместе с личным разрешением от попуга прикончить еретика, на которого тот положил глаз.

Это случилось в тот короткий момент, когда я вселял Клювика в Мрака и сорвал ритуал подчинения. Если честно, сомневался, что получится, но вышло неплохо.

И Клювики сыты, и Мраки целы, как говорится.

Или не так?

Подумать об это еще, я не успел. И это не потому, что мое изнеможденное тело было готово впасть в кому из-за усталости, а потому что между двумя лежащими на полу телами вдруг что-то угрожающе блеснуло золотым.

Пришлось отложить расслабляющую кому, и усилием воли заставить тело подвигаться еще немного. И сделать это максимально быстро!

Собрав все силы в одной руке, я схватил за шкирку и швырнул вперед сучка с ментальным приказом «УНЕСИ ЕГО»!

Благо понятливое мини-деревце не стало задавать вопросов, и еще в полете распахнуло свои сучковатые объятия, которыми мгновенно окутало тело Мрака, и их обоих с хлопком телепортировало прочь отсюда.

А как только они пропали, раздался энергетический взрыв, и весь слой содрогнулся от золотой вспышки и пошел трещинами.

Глава 20

Я никогда не боялся высоты.

Если так подумать, даже в раннем детстве, количество моих страхов можно было по пальцам одной руки пересчитать. А те, что все-таки были, весьма эффективно выбил из меня старик Акс в первые же недели нашего обучения.

Так вот, высоты среди тех давно забытых страхов тоже не было. В высоте же, как таковой, нет ничего страшного.

Высота — это даже прикольно.

Летишь вниз. Приятный ветер ласкает лицо. Тело парит в невесомости, а ты ощущаешь себя свободным, умиротворенным, легким.

Только есть один нюанс.

У падения, которое под определенным углом можно расценивать как очень быстрый вертикальный полет, есть чуть менее приятная подруга, с которой падение идет рука об руку.

И речь сейчас о приземлении. Именно впечататься мордой в асфальт боятся люди, когда говорят о страхе высоты. Ведь на самом деле они боятся не самой высоты, а разбиться с нее насмерть неудачным приземлением.

И вот когда знаешь, что обладаешь силами и сотнями способов перехитрить гравитацию, и обеспечить себе мягкое и безопасное приземление в любой ситуации, и с любой высоты, падение действительно воспринимаешь как эдакий не очень контролируемый полет.

Приятный такой, свободный полет. Пока летишь, успеваешь подумать. Полюбоваться видами, оценить обстановку на поле боя сверху.

И эффектно появиться перед врагами потом, да. Таким я часто пользовался и в «прошлой» жизни, и не раз применял в «этой».

Разные были моменты.

Но вот что делать в ситуации, когда ты оказался полностью энергетически пуст, штопором летишь вниз с огромной высоты, и ни на один из сотен способов избежать жесткого приземления нет сил, я как-то раньше особо не задумывался.

А зря, потому что, когда ты УЖЕ находишься в состоянии свободного падения без сил, думать о мягком и не смертельном приземлении как будто бы немного поздновато.

Эти мысли пронеслись у меня в голове, пока я сам проносился вниз сквозь бывшие этажи, бывшего небоскреба, который под золотым энергетическим взрывом начал складываться как карточный домик.

И я сложился вместе с ним. Сложился, а теперь летел вниз головой в самый центр этой пучины.

Летел среди камней, стекол и обломков здания.

Летел мимо падающих со мной за компанию трупов еретиков.

Летел мимо горящих этажей и полыхающих окон. Пролетел мимо Клювика, азартно рвущего чудом выживших еретиков на части. Некоторых прямо в воздухе.

Я же пролетел мимо попуга вниз. Прямо в водоворот проклятой энергии разрушающегося здания. И невозможность проконтролировать свое приземление меня сейчас вовсе не пугала. Ведь, как оказалось, падал я не куда-нибудь, а в раскрытые объятия родной матери Стихий, которая «смотрела» на меня через одну крайне недружелюбно настроенную гигантскую фиолетовую глазницу.

* * *

— ТЫ УМЕР!!! — было первое, что я услышал, когда открыл глаза.

Голос в голове был тяжелым, жестким и торжествующим.

— Досадно, — отозвался я, и приподнялся на локтях.

Вокруг меня, куда ни посмотри, виднелись пустоши из непроглядной Тьмы. Тьмы в которой было все, и не было ничего.

Приятный холодок окутывал тело. Мягкая черная земля подпирала мою задницу, словно ортопедический матрас, а в пустоте передо мной виднелся смутный бесформенный образ огромного древнего существа, которое склонилось прямо надо мной, одаривая меня своим тяжелым подавляющим дыханием.

— ТЫ УМЕР!!! — вновь прогрохотал величественный голос Скальда, и гигантская фиолетовая глазница приблизилась ко мне вплотную, а прямо под ней сверкнул ряд окровавленных иссиня-черных зубов, — ТЫ УМЕР ПОТОМУ, ЧТО СЛАБ!!! ТЫ СЛАБ!!! И ТЕПЕРЬ Я ТЕБЯ СОЖРУ!!!

— Ага, размечтался, — указательным пальцем уперся я в бесформенную гигантскую пасть.

Палец мгновенно почернел.

Тьма, из которой был соткан весь мир вокруг, мгновенно перекинулась на ладонь, потом на кисть, но не сумев преодолеть даже локоть, остановилась, и медленно потянулась обратно. И когда Тьма вернулась к пальцу, раздался щелчок, а древнего бесформенного фамильяра отшатнуло в сторону.

— КАКОГО… — прорычал получивший болезненный щелчок по носу Скальд, и яростно впился в меня иссиня-черным зрачком, — КАК ТЫ ЭТО СДЕЛАЛ⁈ ТЫ НЕ МОЖЕШЬ СОПРОТИВЛЯТЬСЯ!!! ТЫ ЖЕ МЕРТВ!!! ТВОЕ СЕРДЦЕ НЕ БЬЕТСЯ!!!

— Не бьется, говоришь, — хмыкнул я и щелкнув пальцами, спросил, — а сейчас?

В этот миг полной тишины, сердце в моей груди сделало ровно три отчетливых удара, после чего под ошалевшим взглядом Скальда вновь остановилось.

— Фокус Стихии Времени, — не стал я мучать и так нервное древнее существо, — хочешь научу? Хотя нет, тебе еще рановато такое практиковать. Да и я сам эту Стихию еще только осваиваю. Прикольная штука, кстати.

— ЧТО ЭТО ЗА МЕРЗОСТЬ⁈ КАК ТЫ ПОСМЕЛ ПРИНЕСТИ ЭТО СЮДА⁈ — яростно прогрохотал Скальд, звучащим словно отовсюду подавляющим волю голосом.

Молодец, призвал себе на помощь всю мощь мира Тьмы, и в очередной раз, в миллионный примерно, попытался меня передавить. И, как и во все предыдущие попытки, не преуспел.

А все потому, что мы сейчас находились в осколке мира Тьмы. Мира, где моя власть абсолютна. Хотя, в этот раз попытку Скальда хотя бы можно было понять. Контролировать мир Тьмы и являться его частью я могу лишь до тех пор, пока живо мое тело. А точнее, пока «жива» моя Связь с миром Тьмы, которая без физического тела просто не сможет существовать.

Что тогда будет с моей душой, вопрос открытый.

Скальд, например, считает, что меня затянет в мир Тьмы, где я стану его кормом. Старик Акс считал, что ему похрен, что будет со мной, потому что он был уверен, что покинет этот мир раньше. И оказался прав. А я… просто не задумывался об этом, потому что умирать я как-то пока не собираюсь.

Ни сегодня, ни завтра, ни через год, ни через десять.

— ЭТОЙ ЭНЕРГИИ ЗДЕСЬ НЕ МЕСТО!!! ОНА НЕ ПРИНАДЛЕЖИТ МАТЕРИ!!! — после тщетной попытки подавить меня силой, вернулся Скальд к угрозам и яростным грохотаниям.

— Не принадлежит, — согласился я, — и получается она мать не всех стихий. Смекаешь?

— ДА КАК ТЫ СМЕЕШЬ!!! — взорвался негодованием Скальд.

— Завязывай уже орать, старина, — отряхнулся я от пыли недавно разрушенного здания, — лучше скажи, как будешь оправдываться.

— ОПРАВДЫВАТЬСЯ⁈

— Ты облажался, — напомнил я, — я дал тебе целый слой на съедение. Впустил туда. Дал шанс уничтожить всех еретиков и врагов Тьмы. Но в итоге пришлось вмешаться и все делать за тебя.

— МНЕ НУЖНО БОЛЬШЕ ВРЕМЕНИ!!! — возмутился Скальд.

— Ну, у тебя его больше нет, — вздохнул я и приказал, — иди домой и подумай, почему.

С этими словами я щелкнул пальцами, и в проявившуюся черную дыру затянуло бесформенное гигантское существо, вместе с его гигантскими глазницами, яростью и попытками меня сожрать. А также, вместе со Скальдом, в дыру ушла и вся Тьма, которую мой третий фамильяр принес в этот слой за последние дни, чтобы иметь возможность здесь существовать.

Один миг, и в этом треснутом и разрушающемся осколке пространства не осталось ничего, кроме мертвых пустых развалин бывшего небоскреба.

Всех еретиков перебил попуг, а всю проклятую энергию из этого места благополучно вытянул Скальд.

И первого, и второго фамильяра мне пришлось принудительно отозвать, потому что третий слой разрушался и доживал свои последние минуты. Узнать о седьмом районе и его слоях я успел немного, но одно я мог сказать точно. Когда это обреченное искусственно созданное подпространство схлопнется, вместе с ним навечно сгинет все, что в нем в момент исчезновения останется.

А потому, убедившись, что я здесь последний, я достал из кармана золотой амулет в форме звезды. Тот самый появившийся после смерти Демида предмет, который и стал причиной взрыва, разрушившего весь этот слой.

Достав и сжав амулет в руке, я сделал глубокий вдох и приказал: — перемести.

* * *

Цоканье золотых каблуков эхом разносилось по пространству.

Неспешно, но уверенно и неумолимо, изящная женская фигура шла по появляющейся прямо под ногами тропой. Густой золотистый туман расплывался в стороны, покорно освобождая дорогу к гигантским золотым стенам.

Стены появились перед женской фигурой внезапно. Казались неприступными, застилали собой весь горизонт, но женщина не замедлилась ни на мгновение.

Она просто взмахнула рукой, и повинующийся ее воле золотой туман смел преграду, за которой стояло пять сгрудившихся безликих силуэтов.

Только увидев их, женщина остановилась и, окинув их игривым взглядом, произнесла лишь одного слово:

— Бесполезно.

— Ты не понимаешь, что творишь, девочка, — заговорил стоящий во главе пятерки низкорослый силуэт.

Внешне сложно было сказать сколько ему лет. Черты лица подергивались и плыли, кожу не было видно под обвешанной десятками артефактов рясой, а голос лишь отдаленно напоминал человеческий.

— Девочка? — весело усмехнулась Афина, — ты хочешь ко мне подмазаться или настолько погряз в своем трусливом болоте, что забыл мое имя?

— Не забыл, — голосом без эмоций ответил Алгор, и под капюшоном сверкнули два золотых глаза, — но произносить его я не стану.

— Ох, глупый, глупый, старик, — покачала головой Афина, и вытянула руку вперед.

После чего медленно, словно натягивая невидимую тетиву, подключила вторую руку и замерла. Пятерка людей перед ней внешне не выказывали никаких эмоций, но она чувствовала их страх.

— Неужели ты правда веришь, что твои трусливые фокусы все еще работают? — с усмешкой спросила женщина.

— Это не фокусы. Это традиции. Ритуал не может быть проведен без подтверждения всех уча… — начал было говорить Алгор, и на середине фразы ее прервал свист.

Это золотая стрела сорвалась из материализовавшегося в руках женщины золотого лука. Разрезав пространство, стрела со скрежетом вонзилась в стоящий самым правым мужской силуэт. Мужчину пронесло несколько метров, после чего он с шумом упал на землю.

— Бесполезно. Мы не можем навредить друг другу без согласия, — глядя как поверженный стрелой мужчина начал подниматься, произнес Алгор.

— Уверен? — сверкнули глазки Афины, и ее золотой ноготок указал Алгору в другую сторону.

Только сейчас он увидел, что от трех других силуэтов за его спиной остались лишь горстки золотого пепла. Вздрогнув, старик вернул бегающий взгляд на мужчину, и своими глазами увидел, как тот едва поднявшись на ноги, рассыпался на такой же пепел, даже рта не успев раскрыть.

— Я же тебе говорила, Алгор, — покачала головой Афина, — ритуал начался. Впрочем, до тебя всегда туго доходило, — добавила она, и из вновь появившегося в ее руках золотого лука, выпорхнула золотая стрела.

Старик видел предсказуемую траекторию полета, из-за чего легко смог увернуться. Стрела пролетела мимо.

Одна стрела. А десять других, которые летели так быстро, что его глаз их даже заметить не успел, изрешетили его тело, сбив дыхание, из-за чего старик едва устоял на ногах.

Из десятков золотых артефактов осыпались в пыль три четверти, но Алгор был по-прежнему жив.

— Ты что наделала… — не веря своим глазам прошептал он.

— Позволила этим ребятам исполнить свое предназначение и умереть, — безразлично отозвалась Афина, — кстати, спасибо, что собрал их всех вместе. Но неужели ты думал, что у вас против меня есть шанс? Ты ведь знаешь кто я.

— Т-ты раковая опухоль на Великом Ритуале! Т-ты… все испортишь… ты не достойна туда попасть! Ты не достойна возвыситься! Тебя накажут! Ты… — дрожащим голосом лепетал и пятился Алгор.

— Бла-бла-бла, — покачала золотыми пальчиками Афина, — прости, я бы поболтала с тобой еще, но, во-первых, твоя трусливая рожа меня уже изрядно задолбала и я не намерена терпеть ее ни одной лишней секунды. А во-вторых, я жду одного важного гостя. Поэтому, будь добр, свали.

С этими словами, Афина махнула тыльной стороной ладони, и десять золотых стрел устремились в Алгора прямо из воздуха.

Отчаянно не желая умирать, старик извивался, блокировал атаки уцелевшими артефактами, которые копил всю жизнь. Подтягивал на помощь мощь энергетического слоя и тумана вокруг. Защищался прахом бывших товарищей, как щитом.

Но все было бесполезно.

Ведь за первым десятком стрел, каждая из которых была способна уничтожить любой из слоев ниже целиком, пошел второй десяток стрел.

Потом третий десяток.

А на четвертом десятке, один из старейших членов и основателей культа проклятой звезды, Алгор Таинственный Шепот перестал существовать, а в сотканном из проклятой энергии золотом пространстве родился последний необходимый для Великого ритуала последователь Звезды шестого порядка.

Глава 21

Я сощурился от слепящего золотого сияния.

Оно было везде. В земле, воздухе, проплывающих по небосводу облаках, но больше всего золотого сияния было в стелящемся буквально повсюду тумане.

И посреди всего этого добра стояла облаченная в множество золотых металлических украшений женщина. Ее цепкий нечеловеческий взгляд был устремлен на меня, а выступающая из-под глубокого выреза платья ножка стояла каблуком на трупе старого мужчины, который словно ежик был истыкан золотыми стрелами.

— Ох, Маркус! Какой сюрприз! — ласковым голоском пропела женщина и доброжелательно улыбнулась.

— Сюрприз ли? — сделав несколько шагов навстречу, усмехнулся я, и кинул ей в руки золотой амулет, — ты ведь сама меня пригласила, Афина.

— Но ты принял мое приглашение и пришел, — не скрывая радости в голосе, произнесла Афина, — прощу прощения за беспорядок, у меня тут немного не прибрано.

— Ерунда, — отмахнулся я от неубранных следов только-только завершившейся тут битвы, или точнее будет сказать бойни. Судя по внешнему виду Афины, она их убила даже не напрягаясь, а сейчас впитывала в себя такое количество проклятой энергии, что будь она в смертном теле, ее бы давно разорвало на тысячи кусочков, — так зачем позвала?

— Зачем? — хихикнула Афина, — что за вопрос, Маркус? Ты ведь сам искал встречи со мной, разве нет?

— Искал, — кивнул я, — и ты сама понимаешь для чего.

— Понимаю, — вздохнула Афина, — убить меня. Только вот ты опоздал, Маркус. Лет так на семьсот. Я ведь уже давно мертва.

— Вижу, — с легким разочарованием в голосе произнес я.

— Я так плохо выгляжу? — показательно оскорбилась золотая девица и, щелкнув пальцами, спросила, — а так?

Витающий вокруг золотой туман окутал женщину на пару мгновений, а когда отступил, ее черты лица преобразились. Афина стала выглядеть даже моложе и «живее», чем в нашу последнюю встречу в Башне. Но все это было не более чем красивой иллюзией.

— Дело не во внешнем виде, — покачал я головой, — а в том, что внутри. Ну и еще… в запахе.

— Фу! Где твои манеры, Маркус⁈ Ты ведь теперь аристократ! Заявлять девушке в глаза, что она плохо пахнет это грубо!

— Девушке? — поднял я бровь.

— Ну да, а кем ты меня считаешь? — нахмурилась Афина.

— А вот честный ответ на этот вопрос действительно может прозвучать грубо, — предупредил я.

— Фи, а где же солидарность Паладина? — обиженно задрала носик девица, — с Григором ты по-другому разговаривал.

— Ты правда считаешь, что ваши состояния можно сравнивать? — удивился я.

— А знаешь, ты прав, Маркус, — театрально вздохнула Афина, — унаследованная кем попало сила Паладина Земли поколениями вредила человечеству. Сломала сотни тысяч жизней и обратила в камень больше людей, чем старина Григор спас при жизни. Моя же энергия была все эти годы при мне. Вот она, смотри, вся здесь, — улыбнулась девица и пространство вокруг угрожающе завибрировало.

Надо ли говорить, что стихийный ответ Стихии Металла в этом месте равнялся ста процентам?

И ладно бы только Стихии Металла.

Проклятой энергии тут тоже было не меньше, но степень ее концентрации мне оценить было несколько сложнее. Шкалы подходящей не было. Разве что по степени вонючести, которая сейчас просто зашкаливала. Пришлось принудительно отрубить себе обоняние, но увы, даже это не сильно помогало.

Я «чуял» этот мерзкий смрад кожей, и лишь банальная вежливость позволяла мне не кривиться от отвращения.

— Так зачем ты на самом деле меня позвала, Афина? — с налетом сдержанного любопытства в голосе, поинтересовался я.

— Зачем? А просто увидеть старого друга для тебя уже не повод? — кокетливо улыбнулась Афина, но тут заметила мой взгляд и тяжело вздохнула, — ух, какие мы серьезные. Ладно, ладно, не горячись, Маркус. Я просто хотела, чтобы ты увидел это место. Своими глазами увидел то, что стремишься уничтожить.

С этими словами девицы, я оценивающе осмотрелся. Вдохнул воздух полной грудью. Растер на кончиках пальцев витающий вокруг золотистый туман. Бросил взгляд на переливающиеся в его глубине чарующие образы и воплощенные в реальность потаенные желания. Словно податливый пластилин, этот туман был готов воплотить, что угодно, стоило лишь пожелать и впустить его в свое сознание.

— Фальшивка, — вынес я свой вердикт.

— Эх, ты всегда смотрел на вещи слишком буквально, — разочарованно покачала головой Афина.

— А как еще на это можно смотреть? — хмыкнул я, — весь этот мирок создан искусственно. Он фальшивый вдоль и поперек. Отсюда и до горизонта, в нем нет ничего настоящего. Что я еще должен в нем увидеть?

— Будущее, Маркус, будущее, — с назидательными нотками в голосе пропела Афина, — здесь нет страданий. Нет боли. Нет болезней. Нет сожалений. Нет смерти.

— Жизни тут тоже нет, — спокойно дополнил я логический ряд.

— А ты наблюдательный, сразу видно Паладин, — усмехнулась девица, — сходу заметил главный недостаток. Но это лишь нюанс. Малая плата для человечества за возможность иметь будущее. Ты ведь знаешь, что мир людей обречен? Только не говори, что не знаешь, Маркус! Ты должен был понять это сразу, как вернулся. Без Башни, без Великого Источника, без Аргуса, противостоять тварям не выйдет. Все люди обречены.

— Громкие слова для Паладина предателя, — хмыкнул я.

— Предателя, да? — засмеялась Афина, — а ты знаешь, Маркус, в день твоего исчезновения я тоже думала, что ты предатель. Многие так думали. Тебя объявили причиной и виновником атаки на Башню. Убийцей. Чудовищем.

— Дай угадаю, кто это сделал, — безразлично отозвался я, — Магистр Времени?

— О! Так ты про него знаешь? — загорелись глазки у Афины, — везет! Я вот в то время про него ничего не знала! Появился с последнего этажа. Заявил, что все это время именно он из тени управлял всей Башней. Заявил, что Стихия Тьмы — это зло и причина всех бед. И что Тьме не место в нашем мире.

— И ему так легко поверили? — поднял я бровь, — левому и никому неизвестному чуваку?

— Ну, другие Магистры его единогласно поддержали, — пожала плечами Афина, — по крайней мере те, кто выжили после атаки. Правда нашлись и такие смельчаки, кто выступил в твою поддержку. Но их быстро и показательно ликвидировали, как врагов человечества.

Несколько секунд я молчал, раскладывая информацию по полочкам и соединяя ее с тем, что удалось узнать о пропущенном мной прошлом до этого. Получалось с переменным успехом. Но лишь одна минута разговора с Афиной дала мне больше пищи, чем все недели до этого. Поэтому я, сохраняя невозмутимость, продолжил беседу.

— И когда эти идиоты поняли, что ошибались? — задал я вопрос после короткой паузы.

— Довольно быстро, — улыбнулась Афина, — если тебе станет от этого легче, Маркус. Магистр Времени погиб одним из первых. Аргус уничтожил его за преступления против человечества. Тогда в Башне поняли, что ошибались. Провели расследование и частично разобрались в случившемся, но было уже слишком поздно. Орден уже был расколот изнутри. Магистры грызлись между собой, втягивая в это и Паладинов. Подтянулись Кланы, аристократы. Все общество поделилось на фракции. Некоторые Паладины ушли делать то, что умеют. Некоторые сохранили нейтралитет. Некоторые примкнули к одному лагерю, другие к другому. Третьи объединились в попытке сохранить Орден и жить по-старому. Но итог ты видишь.

— Любопытно, — потирая подбородок, произнес я, — и в какой части истории ты примкнула к кучке фанатиков культистов?

— Этот, так называемый культ фанатиков, был создан под патронажем Магистров, Маркус. Как и любой другой культ, секта или течение. Через них Магистры проверяли работоспособность теорий. Проводили эксперименты над Стихиями, в поисках решения, как избавить человечество от проблемы Порталов раз и навсегда. И вот когда ситуация ухудшилась и Порталы начали выходить из-под контроля, были выбраны четыре самые жизнеспособные теории, и именно эти фракции и решили, как человечеству жить дальше.

— Ага, подавили Аргус, поделили мир, построили стены и потеряли все, от Башни до Источника, — констатировал я итоги их решения.

— Мир и так был обречен, Маркус. Они пошли на это, потому что знали итог. Магистр Времени видел исход. Видел медленное угасание человечества, если ничего не сделать, — спокойно произнесла Афина.

— Видел угасание и решил его ускорить? — усмехнулся я.

— Решил бороться, — не согласилась со мной Афина, — факт в том, Маркус, что без перемен человечество не имело шанса выжить.

— Это вы как поняли? По словам идиота, которого казнил Аргус? Очень авторитетное мнение, — саркастично улыбнулся я.

— Авторитетное или нет, прошлого уже не вернуть, — пожала плечами Афина, — а нас Паладинов, как ты помнишь, учили не сдаваться и искать возможности несмотря ни на что. И это место даст людям будущее.

— Это место? — засмеялся я, — это и есть гениальный выход который ты нашла?

— Именно выход! — упрямо заявила девица, — сюда нет доступа тварям. Сюда никогда не откроются Порталы. Сюда нет доступа Стихиям. Здесь нет ни Времени, ни Смерти, ни… Тьмы, — сверкнув глазами, подметила она.

С этими словами я прислушался к себе. Все это время я не ощущал в себе энергии, потому что был истощен и пуст, но при более внимательном рассмотрении оказалось, что Тьма действительно отрезана от меня. Ей сюда нет доступа.

Интересненько.

Так вот почему Афина такая спокойная.

— Но Стихия Металла здесь есть, — указал я на нестыковку в показаниях.

— Есть, — не стала отрицать очевидное Афина, — ведь у нового мира должна быть основа. Должна быть Стихия, которая встанет над другими и укажет путь. Уже в этом слое мой Металл способен подчинить любую Стихию, позволяя воплотить все, что угодно. И я сделаю так, чтобы это случилось и там, — указала она пальцем наверх, — то, что ты видишь здесь, лишь малая часть возможностей Пути Звезды. Лишь тренировочный полигон. Этот мир искусственный, ты прав. И он все еще зависим от внешней подпитки. Он не самостоятельный. Но я смогу создать для людей новый мир. Смогу создать людям спасение, Маркус. Смогу дать человечеству шанс выжить. Уйти из обреченного мира и спастись. Поэтому я прошу тебя помочь мне. Помочь мне спасти человечество, — серьезно произнесла Афина и протянула мне руку.

— И как ты хочешь перенести сюда людей? — уже понимая, куда клонит девица, задал я вопрос.

— Перенести? Так они уже здесь, Маркус, — улыбнулась Афина, и в этот момент в каждой витающей пылинке, в каждой частичке золотого тумана я увидел очертания лиц.

Словно соединенные воедино и переплетенные незримыми узами, они материализовались немыми образами. Выглядело это… так себе, если честно. Как будто десятки тысяч людей взяли и слепили в одну уродливую массу.

В энергетическом же плане это выглядело еще хуже.

Их души были разбиты на мелкие осколки. Переплетенные в грубое месиво осколки были перемешаны с семью разными стихиями, и форму всей этой мерзкой «каше» давала подконтрольная Афине Стихия Металла.

И этой проклятой энергией тут было пронизано все. Это пространство буквально состояло из нее, а осколки душ являлись топливом для поддержания этого мира.

Венцом же демонстрации явился образ Демида. Сотканный прямо из осколков, он вывалился из золотого тумана перед Афиной, и упал перед ней на колени, одарив ее пустым и немым взглядом.

— Как видишь, Смерть — это не конец, Маркус. Здесь это начало, — с фанатичным блеском в глазах произнесла Афина, ласково поглаживая безжизненную пустую оболочку в виде Демида по голове.

— То есть такой жизни ты хочешь для всех людей? Это твое спасение?

— Да, сейчас оболочки пусты, — кивнула Афина, — но их души тут, Маркус. Разбиты, но сохранены. Всех, кто умер ради нашей высшей цели. Всех, кто прошел через ритуалы. Все их души тут, Маркус. Этот слой хранит их. И как эти души и их потенциал будут использованы в будущем, зависит от того, кто победит в финальном ритуале. Используя потенциал человечества и все принесенные за эти годы жертвы, я пропишу законы для идеального мира. Создам место, где можно жить спокойно и счастливо. Создам людям будущее.

— Есть в твоем плане одна фатальная ошибочка, дорогая, — покачал я головой, — у мертвецов нет никакого будущего. Это будут не люди, а запрограммированные тобой марионетки. Иллюзия жизни. Иллюзия будущего. Иллюзия существования. Ты ведь понимаешь, что души этих бедолаг уничтожаются каждую секунду нахождения здесь и уже никогда не будут целыми?

— А не плевать ли? — хмыкнула Афина, — Пусть не души целиком, пусть без памяти или воли, но я смогу сохранить человечество. Хотя бы частично.

— Ты сама себя слышишь? — покачал я головой, — ты уже убила всех этих людей. Их нет. И никогда не будет.

— Ошибаешься, — холодно отозвалась Афина, — я дойду до вершины, закончу ритуал и спасу людей. Исполню долг Паладина. С твоей помощью или без.

— Чисто для справки, а мою помощь ты видела… в чем? — полюбопытствовал я.

— Как в чем? В спасении людей, — пожала плечами Афина, — за семь сотен лет мы собрали здесь множество душ людей, но не всех. Ты бы мог помочь мне спасти остальных. Мог прислать их сюда, и тогда шансы на успешный ритуал будут куда выше.

— То есть ты хочешь, чтобы я вернулся в мир людей и всех там убил?

— Убил и тем самым спас, — покачала головой Афина, — ритуал все равно начнется с твоей помощью или без. Но чем больше душ людей будет в распоряжении победителя ритуала, тем лучше будет новый мир! Тем больше людей будет спасено! Понимаешь?

— Понимаю, — вздохнул я.

— И ты согласен? — с надеждой в золотых глазах подалась вперед Афина.

Хотя то безумное существо, что сейчас находилось передо мной, даже близко не являлось Паладином Металла Афиной, которую я знал.

Увы. В этом я убедился окончательно. Внутри нее не осталось ни единой не искаженной проклятой энергией частички души. Да и самой души там давно нет. Лишь извращенный временем и проклятой силой сгусток.

— Пожалуй, откажусь.

— Зря, — покачала головой золотая леди, — я искренне хотела дать тебе шанс исполнить роль Паладина. Дать шанс спасти всех людей. Но раз ты решил дать им сгинуть навечно в погибающем мире, пусть будет так. Это твой выбор.

— А это твой, — кивнул я наверх.

И отголосок ауры Тьмы вылетел из моего тела. Слабый. Едва уловимый отголосок, словно крошечная рябь на водной глади океана.

Но золотая леди его заметила.

Ее глаза испуганно округлились, напичканные золотыми украшениями руки воздались вверх, и девицу смазало и затянуло куда-то вверх. А следом за ней туда унесло и весь, до последней частицы, золотой туман.

Меня же все это игнорировало, так как не могло причинить мне никакого вреда. Это я понял в первую же секунду своего появления в этом месте.

Ведь тут находился лишь мой осколок души. Осколок, который я позволил золотой девице притянуть к себе, чтобы поговорить. И как только она ушла и «притяжение» исчезло, золотистый мир вокруг померк.

А когда я открыл глаза, то увидел темно-синее, живое небо родного мира и проплывающие по нему причудливые облака в форме…

В какой именно форме они были я рассмотреть не успел, потому что дикая усталость навалилась с такой силой, что глаза закрылись сами собой, а изнеможденное сознание провалилось в глубокий сон.

Глава 22

Мне снилось небо. Чистое звездное небо. Звезды красиво мерцали, рассекая тьму небосвода, а между ними робко проплывали облака и их формы я мог рассмотреть.

Это были многочисленные лица и силуэты людей. В основном из прошлого. Хорошие и плохие. Друзья и враги. Мужчины и женщины. Поначалу мне казалось, что каждый, кого я когда-либо знал или хоть раз видел, решил заглянуть ко мне в гости.

Гости не разговаривали. Не смотрели на меня. А просто проплывали едва уловимыми силуэтами в форме облаков, лишь обозначая свое присутствие, и не смея нарушать умиротворенную тишину и спокойствие, которыми был наполнен мой сон.

Однако так продолжалось ровно до того момента, пока на небосводе не появилось серое и тяжелое грозовое облако с рожей недовольного старика. Старик, морду которого я узнаю из миллиона, в отличие от остальных повернул на меня взгляд, и внезапным, как гром среди ясного неба, голосом, прогрохотал:

— ПОДЪЕМ!!!

Все волшебство и умиротворение сна тут же исчезло, а меня рывком выбросило в реальность, которая встретила меня болью.

— Чертов старик, даже во сне покоя от тебя нет, — пробурчал я, и приподнялся на локтях.

Занятно.

Неба надо мной сейчас не было. Ни звездного, ни какого-либо еще. Вместо этого над головой висела белая люстра и белый же потолок. Пытаясь припомнить, как я сюда попал, я осознал, что сижу задницей на мягкой кровати.

Голой задницей, что интересно.

Не поверив в это сразу, я даже одеяло одернул и убедился. Одежды на мне не было. Нет, я как-то сидя в засаде на перелетных дятлов трое суток, читал книжки, где неодаренные напивались до беспамятства и просыпались после запоя хрен пойми, где, и ничего не помнили.

Но, во-первых, я не пил. А, во-вторых, на память я тоже не жалуюсь.

Однако это место я не узнаю.

Размышляя об этом, я повернул взгляд в сторону окна. Виднеется Великий Водопад с Восточной стены, а значит в другой город меня не унесло. Еще там светит солнце, а значит сейчас утро. Ну или день. Сказать точнее я не смог, потому что внутреннее чувство времени видимо спало глубоким сном вместе со мной.

С одинаковым успехом, с разговора с Афиной и возвращения к развалинам Храма Идэ мог пройти как час, так и все десять.

— Ну или пара дней, — задумчиво предположил я, потирая отросшую щетину и скосил взгляд на соседнюю койку.

Туда, где абсолютно без звуков, движений или исходящего ощущения присутствия, сидела девушка в белом деловом костюме.

— Прошло три дня, — невозмутимо ответила Лекса на мой незаданный вопрос.

— Доброе утро, — приветливо отсалютовав рукой, поздоровался я, а потом задумался, — ну или день.

— Утро, — подсказала Лекса, внимательно оглядывая меня своим нечитаемым взглядом, — как себя чувствуешь?

— Прекрасно, — сладко потянулся я, — а ты?

— Не переключай тему на меня, Маркус. Речь сейчас о тебе. О чем ты думал? Ты мог умереть! — не сдержалась и добавила эмоций в голос Лекса.

— Когда? — показательно осмотрелся я, — тут все выглядит довольно безопасно. Вон даже решетки на окнах есть.

— Кончай шутить, Маркус, — покачала головой Лекса, — ты понял, что я имею в виду. Пока тебя сюда несли, ты никак не реагировал, а иногда и не дышал! Ты пролежал без сознания три дня!

— Устал с дороги, — пожал я плечами.

— Настолько, чтобы впасть в кому⁈ — продолжала напирать Лекса.

— Не кому, а глубокий сон, — внес я ценное уточнение, — я мог выйти из него в любой момент.

— Ага — скептично хмыкнула моя помощница, — а почему тогда не выходил?

— Матрас понравился, — улыбнулся я, — надо такой же в свои покои заказать. А почему я голый?

— Потому что я тебя раздела, — закатив глаза, сдалась Лекса и протянула мне планшет, — здесь сводка событий последних дней. Прочитать сможешь или зачитать?

— Смогу, — потянулся я к планшету, и вместе с ним притянул к себе и девушку, которую обнял.

— Ты чего⁈ — только для вида сопротивляясь, буркнула Лекса, оказавшись в моих объятиях, — отпусти!

— Обязательно.

— Я серьезно! Тебе нельзя напрягаться!

— Разумеется нельзя.

— Тебе нужен отдых! Твое сердце не билось! Ты не открывал глаза! Не отвечал! И мог никогда не проснуться! И… — всхлипнула разошедшаяся Лекса и уткнулась мне в грудь.

Так мы и просидели следующие несколько минут. Девушка молча плакала, не поднимая головы и иногда осуждающе била меня кулаками в плечо, я же гладил ее по голове, а на устах было лишь одно так и не произнесенное слово.

«Прости».

Не припомню, чтобы я использовал его хоть раз в подобных ситуациях в прошлой «жизни». Для меня вообще в новинку, что за меня кто-то так сильно переживает. В мое время никому из знакомых и в голову не проходило волноваться за жизнь Паладина Тьмы Маркуса.

Тут скорее волновались за тех, кто имел неосторожность принимать заказы на мое убийство или иным образом вставать у меня на пути.

Сейчас же я обнимал девушку, в глазах которой плескалась тревога, страх сковывал каждую клеточку тела, а состояние души было близко к отчаянию. И это, как ни крути, моя вина.

Вина, потому что я недостаточно силен. Потому что позволил какой-то кучке еретиков, одному божеству, да еще паре заварушек истощить меня буквально до изнеможения и слегка потерять контроль.

Именно поэтому я сейчас, несмотря на боль, откаты и дичайшую слабость, никак не показывал своего реального состояния внешне. Даже стихийным ответом транслировал уверенность, спокойствие и невозмутимость.

Во сне, в принципе, было примерно также, за исключением того, что я не открывал глаза, так как организм находился в режиме восстановления, и пробудить меня оттуда могла лишь смертельная опасность. Опасности не было, поэтому тело отдыхало.

Кто ж знал, что на восстановление критичных повреждений тела потребуется целых три дня, а не несколько часов, как было обычно.

Выплакавшись, Лекса взяла в итоге себя в руки, и под предлогом готовки завтрака, ускользнула в коридор, оставив меня в двухместной палате местного лазарета одного.

Приятно, когда за тебя переживают. И тем больше причин, больше не давать на это поводов. А для этого надо стать сильнее. Восстановление сил идет неплохими темпами, но как показывают последние события, этого недостаточно.

С этими мыслями я покосился на видимое через окно небо. Нет. Осуждающей хмурой морды старика Акса там не было.

Приснится же такое.

И когда я, наконец, взял оставленный Лексой планшет в руки, дверь палаты распахнулась, и сюда влетел мужчина с растрепанной гривой волос.

— Маркус, прости! Я виноват! — приклонил колено лидер Прайда, виновато опустив голову и направив глаза в пол.

— Э-эм, кто-то из наших умер? — отвлекшись от планшета, спросил я.

— Нет, но…

— Тогда тебе не за что извиняться. Правда, если кто-то умрет пока ты тут прохлаждаешься вместо работы… — задумчиво произнес я.

— Ой… так я тогда это, побежал, — тут ж подскочил на ноги взлохмаченный Лев, и бросив напоследок дежурное «выздоравливай», оставил корзину фруктов и умчал обратно так быстро, что только пятки сверкали.

Я же схомячил из корзины пару яблок и вновь взялся за планшет. Но прочитать дальше первой строчки мне опять не дали. Дверь снова распахнулась, и на порог втянулась сладкая парочка в темных одеждах.

Мрак и Лиса.

Бледные как смерть и с опущенными вниз глазами.

— Если вы тоже вздумаете извиняться, я вас обоих уволю, — со вздохом предупредил я.

Оба синхронно открыли рот и также синхронно закрыли его обратно.

— А разве можно уволить из Рода? — осторожно спросил Мрак у стоящей рядом с ним подруги.

— Не знаю, но проверять я не хочу, — шепнула ему в ответ Лиса.

— Я тоже, — согласно кивнул Мрак и оба их взгляда вернулись на меня.

Далее пошли дежурные фразы, вопросы как дела, как самочувствие. После чего моя больше похожая на проходной двор палата пополнилась еще двумя корзинками фруктов и тишиной.

Я сопроводил уходящих «родственников» взглядом, после чего скептично взглянул на дверь, в которой не было замка и вздохнул. Ведь звуков шагов на этаже меньше не становилось. Подозревая, что нормально почитать сводки мне не дадут, я поднялся с кровати и направился в ванную комнату.

Теплая вода приятно согревала уставшее тело, а сам я растянулся в ванной, расслабленно откинув голову назад.

Благодать.

Боль постепенно отступала. Связь с Тьмой стабилизировалась. Каналы заживали. Я подумал взяться за Пути прямо сейчас, но местечко не особо подходящее. То, что я планирую сделать, требует максимальной концентрации и стен вокруг покрепче. Желательно где-нибудь под землей, подальше от людей.

С мыслью об уединении, я в очередной раз уловил шаги в коридоре, которых там стало неприлично много и повернул голову в сторону окна ванной комнаты.

Хм, а на этом окне нет решетки, — подумалось мне, но мой импровизированный план отступления из здания быстро накрылся, так как это самое окно вдруг распахнулось снаружи.

— Да вы издеваетесь, — протянул я, глядя как через окно, внутрь ванной комнаты с кряхтением перебирается синеволосая девушка.

— Ой, — вздрогнула Амелия, заметив, что я лежу в ванной, после чего пожала плечами и начала раздеваться сама.

— И тебе привет, — наблюдая как ловко слетает с нее одежда, произнес я, — а позволишь узнать, что ты делаешь?

— Привет, — невозмутимо бросила Амелия, оказавшаяся в этот момент передо мной в одном нижнем белье, после чего окинула меня задумчивым взглядом и, вдруг просияв, улыбнулась и добавила, — а я всегда мечтала тебе отомстить за день нашего знакомства! Вот! Теперь мы квиты!

Надо признать, Амелия выглядела прекрасно. И я сейчас не только о ее идеальных формах и внешности, с которой у нее и раньше не было никаких проблем. Я о стихийном ответе девушки, который сильно вырос с нашей последней встречи. Открытие Пути Жизни ей очень помогло. Это факт.

Я немного следил за прогрессом девушки.

С той ночи под лабами Амелия не покладая рук прокачивала свой первый Путь, используя его раз за разом до изнеможения. Список безнадежных пациентов, которых она поставила на ноги был так велик, что даже Денис позавидовал бы. Пожалуй, если Амелия пойдет и дальше такими темпами, стул со званием лучшего лекаря в Империи под Денчиком может пошатнуться.

— Отлично выглядишь, — наслаждаясь видами, сделал я комплимент.

— Спасибо, — ничуть не смутилась Амелия и невозмутимо подошла ближе, наклонилась вперед, и коснулась указательным пальчиком воды в ванной.

После чего поморщилась, и ловким движением рук, добавила в набранную в ванную воду примесь лечебного стихийного тепла, которое мгновенно растеклось по ванной и по моему телу приятными целебными волнами.

— Так-то лучше, — произнесла сама себе Амелия, и, скинув с себя остатки одежды, залезла ко мне в ванную.

Устроилась напротив меня поудобнее и растеклась с тяжелым вздохом, запрокинув голову назад и с придыханием прикрыв глаза.

— Ка-а-айф, — протянула Амелия.

— Тяжелое утро?

— Не такое тяжелое как у тебя, — усмехнулась Амелия, — но да, общаться с моей матерью это та еще пытка. Кстати, забыла сказать тебе спасибо, что ты ее спас.

— Сарказм? — поднял я бровь.

— Отнюдь, — хмыкнула синеволосая, — я люблю маму. На расстоянии. Надеюсь, хоть здесь она меня на нейдет.

— Стоп, а она ищет? — немного напрягся я.

— Еще как! — засмеялась Амелия, — я переживала за нее, приехала сразу, как только услышала, что тут случилось. А мама сразу начала командовать и строить меня как маленькую! Амелия то. Амелия это. Сделай так, сделай сяк. Утомляет.

— Разве она не всегда такой была? — улыбнулся я.

— Раньше да, но после смерти папы и потери власти, она стала куда спокойнее. Сидела тише воды, ниже травы. А тут в этой ссылке на восток ее совсем разбаловали. Тут ей слова поперек сказать не могут и на руках носят. Вот мама и разошлась. Вспомнила как любит командовать всеми и понеслось. Теперь ее точно не остановить. А еще и эти события, где ее в подконтрольном ей городе взяли в заложницы. Другая бы пристыдилась, но только не мама. Ее это все еще больше раззадорит. Не завидую я ее подчиненным, которых она сейчас гоняет и в хвост и в гриву, хи-хи, — улыбнулась на последних словах Амелия и облегченно вздохнула.

— А за тобой слежки точно не было? — лениво приподняв голову, спросил я.

— Да вроде нет, — пожала плечами Амелия, но на всякий случай встала, вытянулась и прикрыла за собой окошко, после чего вернулась обратно в воду, — не переживай, Маркус. В окно душевой мужского лазарета она точно не полезет. Ей такое не по статусу. Да и командовать мама любит, а признавать свои ошибки, наоборот. А ты, как ее спаситель, будешь только напоминать ей о том, как сильно она облажалась. Поэтому мама тебя навряд ли потревожит. Да и не поблагодарит. Поэтому прими от меня и всего Клана Воды еще раз искреннее, «спасибо».

— Пожалуйста, — машинально ответил я, — ты только за этим пришла?

— Нет, тебя увидеть хотела, — чуть подалась вперед Амелия и игриво улыбнулась.

— Голым? — выдержал я ее бесстыдный взгляд.

— Не обязательно… — не отводя от меня глаз, отмахнулась синеволосая, и придвинувшись еще чуть ближе, добавила, — но это приятный бонус.

За этими разговорами она не заметила, как дверь ванной комнаты приоткрылась, и там в проходе замерла Лекса.

— Отчеты ты видимо еще не прочитал, — мазнув взглядом по Амелии, констатировала моя помощница, после чего повернула голову на меня, — вижу, тебе уже лучше, Маркус.

— Я же говорил, что чувствую себя отлично, — пожал я плечами, — но целебная водичка никогда лишней не бывает. И для кожи полезно. Хочешь к нам?

— Пожалуй, откажусь, — задумавшись на пару секунд, ответила Лекса, — тут не горячие источники. Будет тесновато для троих. А еще ты в курсе, что у тебя там за дверью очередь из посетителей образовалась на два этажа?

— У них что-то срочное? — глянул я в сторону дверей.

— Да вроде бы нет, — пожала плечами Лекса, — но я могу позвать их сюда, сам спросишь.

— Давай, — поддержал я эту игру.

— Кхм, — кашлянула в кулак Лекса, — чтоб ты знал, среди них и репортеры есть.

— Репортеры? Так даже лучше! — улыбнулся и я поднялся на ноги, после чего, обмотав полотенце вокруг талии, вышел из ванной, — надо показать всем, что я жив здоров. Слухов о моей пропаже много было?

— Достаточно, — мило улыбнулась Лекса.

— Понял, — кивнул я, осознав, что вместо того, чтобы задавать вопросы, проще и быстрее прочитать сводки, поэтому взяв с собой планшет, я вышел обратно в палату.

Здесь на уже заправленной кровати лежал поднос с завтраком и чистая одежда. Обтеревшись полотенцем, я закинул в рот сэндвич и принялся одеваться.

И еще до того, как я успел дожевать, дверь в палату в очередной раз открылась. Уверенно так открылась. Со стуком сломавшейся от удара о стену ручки. Я повернул голову на грохот и увидел стоящую в проходе изысканно одетую аристократку с заплетенными в сложную дорогую прическу синими волосами.

Властно отпихнув заглядывающих за ее спиной зевак, женщина грациозно зашла внутрь и с хлопком закрыла за собой дверь, едва не попав по лицу опешившей медсестре.

После чего, невозмутимо поправив платье, аристократка смерила оценивающим взглядом стоящего в одних трусах и расстегнутой рубашке меня.

— Живой, — констатировала она увиденное.

— Вы тоже не мертвая, — ответил я вдове бывшего Князя Воды любезностью, и продолжил одеваться.

Дождавшись, пока я закончу, мама Амелии и действующего Князя Воды набрала воздуха, чтобы что-то произнести, но ее прервал плеск воды со стороны ванной, и она подозрительно покосилась туда.

— Там занято, девочки моются, — тактично пояснил я.

— Меня не интересует то, чем вы занимаетесь в личное время, Князь, — брезгливо фыркнула аристократка, — нам с вами надо поговорить. Наедине. Жду вас в кафе на первом этаже, — добавила она, после чего покинула палату также эффектно, как и появилась.

— Да-а, говорить спасибо точно не ее конек, — протянул я и подошел к треснувшей от таких хлопков бедной двери.

Снаружи было подозрительно тихо, и сквозь трещины я заметил, что коридор совершенно пуст. От стоявшей на вход в мою палату очереди не осталось и следа.

Пожалуй, за это стоит сказать взбалмошной аристократке спасибо. Времени она мне сэкономила своим появлением достаточно. Спуститься и пропустить с ней одну чашечку кофе точно хватит.

Но только после того, как я сяду и в спокойной обстановке, наконец, изучу планшет Лексы и узнаю, что случилось в мире, за те дни пока я спал.

Глава 23

— И это все? — с аппетитом уминая на завтрак восточные жареные пельмешки, поинтересовался я, — вы позвали меня пожаловаться на моих людей?

— На ваших некомпетентных людей, — внесла ценное уточнение синеволосая аристократка в откровенном платье, — этот ваш хваленый отряд «Прайд» избегал меня! Более того, их лидер, Лев, — с легким пренебрежением хмыкнула вдова, — мягко отстранил меня от всех вопросов безопасности! Делал вид, что меня нет! Признаюсь, поначалу Лев оказал на меня впечатление умного и знающего свое дело специалиста. Но в итоге…

— В итоге? — прекратив есть, спросил я без улыбки.

— В итоге именно Лев, как лидер вашего отряда и ответственный за безопасность этих земель, допустил всю эту ситуацию, — чуть сбавила тон и сгладила формулировки аристократка, которая ранее представилась как Кларисса, все удобнее чем звать ее просто вдовой, — но надо же ему было так облажаться и позволить взять целый город в заложники!

— Весь город, включая вас, — подметил я с легкой улыбкой.

— Вы, наверное, плохо меня слушали, Князь. Ваши люди меня не слушают, делают что хотят и мне не подчиняются!

— Достаточно того, что они подчиняются мне, — пожал я плечами и продолжил есть, — да и они здесь именно для обеспечения безопасности. Вашей в том числе.

— Об этом и речь, — задрала нос Кларисса и отпила глоток горячего кофе с какими-то восточными травами, — безопасностью тут и не пахло!

— Разве? — поднял я бровь, — а по моим данным никто серьезно не пострадал и все обошлось. Чего бы не случилось, будь на месте моих ребят другие люди. В том числе ваши.

— А вот этого мы никогда уже не узнаем, — несогласно фыркнула властная аристократка.

— Вообще-то знаем, — пожал я плечами, — я не предполагаю, а говорю это вам как факт. Без моих людей вы бы погибли, — мило улыбнулся я и добавил, — со всем уважением.

— «Со всем уважением», — промокнув рот салфеткой, передразнила меня Кларисса, — во время правления в Клане Воды моего мужа, со мной так не смели разговаривать! Ни теневики, ни Князья, ни кто-либо еще!

— Ну-у-у, что сказать, — протянул я, — времена меняются. И остается либо найти способ адаптироваться и быть на коне, либо продолжать жить прошлым, и бесславно прозябать на задворках.

После моих слов вдовствующая аристократка нахмурилась и взяла паузу. Она прекрасно поняла, что я имею в виду. Фактически, эта земля Дома Идэ принадлежит Клану Теней, и устанавливать свои правила в таких условиях воднице не очень-то удобно. А в некотором смысле даже опасно.

Значимых успехов Кларисса добиться не успела, и даже наоборот. Несмотря на попытки все спихнуть на Льва и некомпетентность других, именно она стала одной из тех, кто допустил сложившийся кризис. Не по факту, а по тому, как это выглядит со стороны. И вернуться после такого фиаско домой, означало полный крах так и не возродившейся вновь политической карьеры.

А это, как я успел понять из биографии и короткого разговора с Клариссой, для нее все равно что смерть.

Эти мысли пронеслись в красивых синих глазах водницы в несколько секунд паузы, после которой тон ее стал еще более спокойным и ровным.

Хотя до своего сына и действующего Князя Воды в плане меланхоличности и спокойствия дамочке конечно было очень далеко.

— Противник был так силен? — решила слегка сменить тему Кларисса, окинув меня задумчивым оценивающим взглядом.

— Как догадались?

— По вашему внешнему виду, — позволила себе легкую улыбку вдовствующая аристократка, — а еще по трехдневному отсутствию непобедимого Князя Теней под охраной в лазарете.

— Люблю спать в тишине, — пожал я плечами.

— Ага, всем так и говорите, Князь, — усмехнулась Кларисса, — правда, чтобы вам поверили, надо очень постараться. Даже здесь, на востоке, ходят шепотки о ваших ранениях. Многие семьи пакуют вещи, чтобы переехать подальше от стены. Чувство безопасности людей подорвано и восстановить его будет не так просто. Уж поверьте. В этом я разбираюсь.

— Разбираетесь, значит сможете повлиять и успокоить людей? — спросил я.

— Могу, — подалась чуть вперед вдовствующая аристократка, — если… скажете своим людям меня слушаться. Хотя бы иногда, — неохотно добавила она.

— Я подумаю на этим, — пообещал я, — сразу после того, как вы начнете моим людям полностью и безоговорочно доверять.

— Доверять⁈ — полезли вверх накрашенные брови Клариссы, — но они ведь… — полыхнула она возмущением, но остановилась на полуслове и сдержалась.

— Благодарю за понимание, — мило улыбнулся я, — а отвечая на ваш недавний вопрос, да, противник был силен.

— Насколько силен? — блеснули любопытством глубокие синие глаза властной водницы.

— Настолько, что будь целью любой другой Клан, он бы уже перестал существовать, — невозмутимо пояснил я.

— Вы преувеличиваете, Князь. Да, у нападавших были сильные артефакты и целая армия одаренных, чтобы парализовать целый город…

— Это был не паралич, — деликатно перебил я, — это была остановка времени, и это конкретное действие сделала не армия одаренных с кучей артефактов, а один человек.

— Один человек⁈ — закашлялась от удивления властная женщина.

Так сильно закашлялась, что я обеспокоенно подскочил на помощь, и галантно постучал ей по спине, помогая избавиться от пошедшего не в то горло горячего напитка.

— Что же вы так, аккуратнее надо быть, — когда Кларисса прокашлялась и вернула самообладание, заговорил я, — и да, я не шучу. Виновником аномалии времени был один человек. Но не переживайте, мой агент уже взял его след.

— Ваш агент?

— Ага, — кивнул я, — вы должны быть с ним хорошо знакомы. Маленький такой, — показал я рукой, — любит горшки, солнечный свет, фрукты и музыку. Отзывается на позывной сучок.

— Ах, этот агент! — возмущенно выдохнула, и совсем не по-аристократически раздула ноздри Кларисса, — этот ваш «сучок» вообще отдельная тема для разговора! Но сейчас не об этом. Я позвала вас для другого, Маркус.

— М? — как раз закончив с едой, вернул я взгляд на странно смотрящую на меня женщину, — Я весь внимание.

— Какие у вас планы на мою дочь, Князь?

— Планы? — не понял я.

— Бросьте, Князь, — обманчиво дружелюбно отмахнулась Кларисса рукой, и от столь холодного тона водницы, ее горячий кофе покрылся коркой льда, после чего она абсолютно без эмоций добавила, — я ведь прекрасно знаю, Маркус, что вы с ней спали.

* * *

— Так и сказала⁈ — подавилась виноградом Амелия и закашлялась.

Видимо у них это семейное, подумал я, помогая синеволосой девице прийти в себя. После чего вернулся на кровать своей двухместной палаты и принялся доедать остатки фруктов на пару с копошащимся в одной из корзин маленьким сучком.

С окончания разговора с Клариссой прошлой около получаса. Мы обсудили все насущные вопросы, закрепили это двумя чашечками кофе и разошлись. Она по своим делам и искать дочь, а я обратно в свой палатный номер люкс.

Забавно, что Амелию я нашел именно здесь. Умеет девочка прятаться от матери, ничего не скажешь.

Сам же мой номер люкс оказался единственной палатой на весь этаж.

Более того, благодаря стараниям и нраву вдовствующей аристократки, все здание лазарета сейчас было оцеплено, очищено от людей и зевак. Из-за чего прямо сейчас это спешно переоборудованное под лазарет помещение было самым тихим и безлюдным местом во всем городе.

Ну, не считая находящейся здесь болтливой и шумной Амелии, которая налетела на меня с вопросами, как только я вернулся.

Лекса же ушла еще до того, как я отправился пить кофе с Клариссой. Разобравшись, с тем, что происходило в мое отсутствие, я подписал пару десятков документов, несколько указов, а также записал одно видеообращение, которое прямо сейчас транслировалось по всем каналам.

На какое-то время этого репортерам хватит, а сейчас у меня были немного иные заботы.

— А ты… ты ей что ответил⁈ — откашлявшись, подскочила ко мне и впилась любопытным взглядом Амелия.

— Что ответил? Правду, — пожал я плечами.

— ПРАВДУ⁈ — схватилась за голову синеволосая.

— Ага, правду, — кивнул я, — правду о том, что по законам Империи браки между главами княжеских кровей строго запрещены.

— Вообще-то я не Княгиня, — буркнула Амелия.

— Но следующая в очереди наследия в Клане Воды, — заметил я, — то есть по факту принцесса.

— Пф, — надула синеволосая щеки, — даже если так, мой брат очень молодой Князь! Ему править еще лет сто! И мне что, до самой старости в девах из-за этого ходить⁈

— Зачем такие жертвы, — выискивая в корзине остатки винограда, произнес я, — сто лет должно хватить, чтобы найти себе мужа.

— А вот это вообще не факт! — возмутилась Амелия, — у меня с мужским полом общение как-то не очень складывается. Да ты чуть ли не единственный парень, с которым я заговорила! Я наивная и… доверчивая, да! Неужели ты хочешь, чтобы меня кто-нибудь использовал также как Нобу⁈ — внезапно попыталась надавить синеволосая на жалость.

— Уверен, что твой братишка этого не больше не позволит, — хмыкнул я.

— Ну да. Зная его, брат теперь вообще никого ко мне не подпустит! И как прикажешь мне мужа искать в таких условиях⁈ Эх… ладно. Решено! Никаких мужиков! Не было их раньше, нечего и начинать. Может, брак — это вообще не мое? Верно! Отныне я буду стремиться стать лучшим лекарем в Империи! Ты ведь меня поддержишь? — произнесла Амелия пылкую речь, и в конце глянула на меня, и ее глазки округлились, — чего?

— На этом поле есть некоторая конкуренция, — осторожно, чтобы не задеть ранимую женскую душу, сказал я.

— Ах, ну да, — скрестила руки на груди Амелия, — Денис этот. Твой любимчик. Вообще-то он тоже принцесса из другого Клана!

— Технически, он все-таки принц, — заметил я, — но да, суть я уловил. Хорошо, можешь на меня рассчитывать.

С этими словами я в два укуса съел предпоследнюю грушу из корзины, и изнеможденный организм наконец перестал мучать меня чувством голода. Это хорошо. Теперь можно и делами заняться. Поэтому я потянулся, сделал пару шагов и протянул синеволосой руку.

— Пошли, — позвал я.

— Куда?

— Прогуляемся.

— Заманчиво, но я, пожалуй, откажусь. Мама меня все еще ищет, и желания с ней болтать у меня после твоих рассказов стало еще меньше, — вздохнула Амелия.

— Не переживай, там куда мы пойдем, она нас точно не найдет, — улыбнулся я, не убирая ладонь.

— Да? И где же находится такое волшебное место? — подозрительно сощурилась синеволосая.

— Далеко отсюда. На юге, — пояснил я и, взяв ладонь, притянул девушку к себе, а после этого подозвал сучка.

На свист мелкий засранец не отреагировал. А вот на свист и последнюю грушу в виде приманки очень даже. Высунув свою любопытную морду из уже пустой корзины с фруктами, Сучок оглядел комнату и убедился, что вкусняшки закончились. После чего глянул сначала на косточку от абрикоса, которую обгладывал сейчас двумя руками-ветками, потом глянул на грушу в моей руке. Потом снова на косточку.

Итогом сложных размышлений в деревяной голове было то, что Сучок в последний раз облизнул косточку, и запасливо спрятав ее под плетеную корзину, посеменил в нашу сторону своими мелкими лапками.

Что ж, самое время проверить одну из моих теорий на практике.

Глава 24

Телепортация — штука сложная и одновременно с этим простая. Переходы на небольшие расстояния в той или иной мере способна провернуть любая из Стихий. Какая-то проще и буквально создана для этого, как, например, Астрал. Какие-то требуют условий, как Тень или Свет. А какие-то доступны только с очень большой связью одаренного с миром Стихии, как например, Огонь.

Базовая схема таких телепортаций работает так, что одаренный перемещается из точки А, в точку Б, используя свою связь и мир родной Стихии как промежуточный пункт.

Заходит туда в одной точке, а выходит из другой. Ограничений тут много и у каждой Стихии они разные, но базовое ограничение тут общее. Это маленькое расстояние. Зачастую в пределах видимости одаренного.

Сделать переход на большое расстояние уже сильно сложнее, а для подавляющего большинства Стихий и вовсе невозможно.

В этом плане можно выделить три основных столпа дальних перемещений.

Это Астрал, который использует астральную сетку как навигатор, а энергию Обители как катализатор. С ним перемещения осуществлять проще и безопаснее всего.

Вторым после Астрала идет Тень. Мир теней находится очень близко к нашему миру и во многом дублирует его. Это открывает возможности для более дальних перемещений, но чем дальше хочешь прыгнуть Тенью, тем глубже нужно залезть в мир Теней и это далеко не всегда безопасно даже для самых сильных представителей теневиков.

Третьим же вариантом является Тьма, для которой ограничений нет. Тьма — это мир, где есть все, и нет ничего. Соответственно и возможность перемещений там есть, чем я неоднократно пользовался в этом времени.

Правда с моей текущей связью это весьма затратное удовольствие. Даже когда я перемещаюсь один. Тут же требовалось переместиться вдвоем. На большое расстояние. Более того, в место, в котором я не был.

Казалось бы, проблему с такими вводными решить невозможно, но решение было. Одно мелкое, сучковатое решение, в генах которого была заключена сила уникальной по своей природе твари.

Пространственного Древа.

И эту уникальную силу мелкого проныры я и учился контролировать. Первый эксперимент прошел успешно. Сучок переместил меня к Мраку. При этом он не использовал ни одну из известных мне техник для перемещения. Он вообще не использует техник. Он просто… как бы это сказать… просто берет и перемещает.

Для его вида это также просто как дышать. Главным минусом Пространственных Древ было то, что они могли находиться только в одном месте. Где родились, там и пригодились, как говорится. Но Сучок имел перед своими собратьями уникальное преимущество.

Он мог двигаться, что делало его идеальным мобильным способом телепортаций. Практически бесплатной энергетически телепортации, прошу заметить!

Одно только это могло сделать Сучка самым полезным членом нашего Кланового зверинца, если бы не одно «но». Мелкий засранец слишком своенравный, а его пронырливость, делает его буквально неуловимым. И из-за того, что он мог ускользнуть от кого угодно и когда угодно, Сучок находился только там, где ему хотелось находиться.

Другими словами, пока ему самому это интересно. И заставить его что-либо сделать буквально невозможно. Я пробовал. Вроде бы мелкий понимает человеческую речь и то, что ты от него хочешь, но без выгоды или интереса делать ничего не станет, а просто сбежит.

И подавить его силой тоже не вариант. Подчинить Сучка Тьмой означало сделать частью себя, а значит и вся фишка энергетически бесплатных телепортаций пропадет. С затратами через мир Тьмы я и сам могу перемещаться. К тому же помимо энергетических скидок, есть и второе неоспоримое преимущество.

Преимущество, которое я и собрался сейчас проверить.

Теоретически, Сучок был способен перемещать любую материю. Независимо от силы этой материи. Ее желания или Стихии. Грубо говоря, он мог бесплатно обходить все ограничения стихийных телепортаций.

Делать то, на что даже лучшие экземпляры «магнитов» Башни Аргуса были не способны, ведь они потребляли просто колоссальное количество энергии на свою работу. Да, брали они эту энергию из самих иномирных Порталов, но сути это не меняло. За переходы надо энергетически платить.

И, скажу вам по секрету, платить грушами оказалось в миллиард раз дешевле.

Пока мелкий хомячил лакомство, мы с Амелией взяли его за ручки веточки и, вложив ему в голову одно из воспоминаний, я показал Сучку картинку нужной местности. Хватило пару штрихов, а недостающие элементы мелкий инстинктивно подтянул из воспоминаний Амелии.

После чего его крошечные лапки начали расти, сплели нас в тоненький непроглядный кокон. А когда тот исчез, то вокруг нас уже была не палата восточного лазарета, а лесной пейзаж.

Повсюду было слышно пение птиц, журчал ручей, а впереди виднелось русло бурной широкой реки. Снега в этих местах не было, воздух был по-весеннему теплый, а из растений в лесу встречались в том числе и разнообразные пальмы.

К одной из них и сиганул Сучок, как только переместил нас и увидел открывшийся перед ним зеленый оазис.

— Где мы? — широко раскрыв глаза, тихо спросила Амелия.

— Ты мне скажи, — улыбнулся я, глядя как девушка с наслаждением вдыхает теплый влажный воздух и осматривается.

Не дожидаясь ответа и не произнося ни слова, Амелия скинула с себя куртку и побежала к воде. Скользя босыми ногами по траве, а руками на бегу проводя по раскидистым пальмам, Амелия выскочила на берег реки и по колено вошла в ее ледяную воду.

Несмотря на отсутствие снега, тут все же было прохладно, а вода даже на вид промораживала до костей. Но девушка этого даже не почувствовала, и звонко смеясь, она зачерпнула кристально чистую воду ладонями, умылась и отпила с таким видом, будто это было самое дорогое в мире вино.

— Узнала? — спросил я, подойдя ближе и остановившись на берегу.

— Конечно узнала! — сверкая восторженными синими глазками, пропела Амелия, — это же я создала эту реку! А по ту сторону в зарослях та самая деревня! То самое место! Как ты узнал, где оно?

— Я и не знал, — пожал я плечами и кивнул в сторону Сучка, который сейчас карабкался по одной из пальм в поисках кокосов, — это все он. Я показал ему воспоминание твоего рассказа об этом месте. Остальное он сделал сам.

— Невероятно! — распустив синие волосы, подставила лицо морозному ветру Амелия, — Последний раз я здесь была так давно! Кажется, что в прошлой жизни!

— Понимаю, — усмехнулся я, и подстелив себе куртку, сел на берег.

— Эй, ты чего уселся! Пойдем сюда! — нахмурилась на мои действия синеволосая.

— Нет, спасибо. Мне и тут хорошо.

— Ну уж нет, так не пойдет. Я ведь не только восстановила русло реки, я сделала ее воды самовосполнимыми и питательными! Природа тут уникальная, чистая. Никаких примесей чужих стихий, самая чистая Стихийная Вода, которую только можно получить в нашем мире именно тут! — с гордым видом констатировала Амелия и, зачерпнув воды в две ладони, подошла ближе и наклонилась со словами, — на, ты просто обязан это попробовать!

— Ладно, — не стал я отказываться, и Амелия с улыбкой поднесла свои полные воды ладошки к моему лицу.

Живительная влага растеклась по телу приятным теплом, и я буквально чувствовал, как регенерируют даже те клетки тела, которые и так казалось были в идеальном состоянии. Разум окатило волной блаженства и спокойствия, а тело сразу расслабилось, буквально выбрасывая все напряжение и заботы куда-то очень и очень далеко отсюда.

— Ну как? — наклонила голову набок Амелия, — хотя, можешь не отвечать. Я и так вижу, что тебе понравилось! Именно об этом я и мечтаю, Маркус. Чтобы никто, нигде и никогда не испытывал нужды в воде. Мечтаю создать столько источников воды, чтобы хватило каждому.

— Утопично, — заметил я.

— Знаю, но это не заставит меня сдаться, — вздохнула Амелия, а потом глянула вверх, где рассветное солнце рассекало своими лучами проплывающие белые облака, — эх, жаль мы пришли сюда утром.

— Почему?

— Закаты, — пожала плечами синеволосая, — они тут потрясающие.

— А мы разве торопимся? — поднял я бровь.

— Эм… — недоуменно захлопала глазами Амелия, — ты хочешь сказать мы можем остаться тут на весь день?

— А почему нет? Я же обещал тут побывать, — хмыкнул я, — да и Сучку тут нравится. Вон смотри как мило он гоняет ящериц вокруг своего кокоса.

— Может сказать ему, что это просто покрытый мхом камень? — задумчиво произнесла Амелия.

— Не будем портить мелкому сюрприз, — усмехнулся я и поднялся на ноги, — ну что, идем дальше?

— Идем! — задорно отозвалась Амелия, а потом вдруг остановилась и неуверенно закусила губу, — только… это правда нормально? Как же дела?

— Дела подождут, — отмахнулся я, — самое срочное я решил еще до отъезда, новые видеообращения я могу записать и отсюда, а остальное возьмут на себя Лекса и твоя мать. К тому же я на связи, и мы можем вернуться в любой момент.

— Хм, ну тогда ладно! — просияла Амелия и, взяв меня под руку, поволокла в сторону раскинувшейся внизу пальмовой долины.

По дороге она тыкала пальцем в разные места и рассказывала, что тут было до этого. Здесь бывшие жители деревни брали воду. Тут у них располагался амбар. Там загон для зверей. Там рыбаки плели сети, а горка покрытых мхом камней — это бывшая мельница.

Рассказывала это Амелия с таким энтузиазмом, словно эта забытая Империей и Аргусом деревня и не вымерла вовсе. Хотя, проведя с девушкой несколько часов я понял, что она видит не руины и трагическую смерть тех, кто тут жил, а возможность. Возможность все возродить и сделать еще лучше, чем было.

И этот беззаветный и искренний оптимизм был чертовски заразителен.

* * *

— Ну что, идем дальше? — позвала меня Амелия, остановившись на цветочной поляне, на которой бывшие жители бывшей деревни устраивали танцы дождя.

По рассказам Амелии, местные были верующими и верили они в духов Стихии Воды. Просили у них помощи. Просили сохранить реку. Я находил немного странным, что в периоды засухи и отсутствия воды они танцевали, вместо того, чтобы, например вырубить часть долины пальм, которая и «съедала» огромную часть их водных запасов. Но похоже здесь жили точно такие же беззаветные оптимисты как Амелия.

Несмотря на засухи, они отказывались уничтожать природу, ведь пришли сюда позже, чем появилась эта долина пальм, а значит не имеют права ей распоряжаться. При этом и уходить отсюда жители этой деревни отказывались. Странные люди.

Хотя, теперь я понимаю, почему история о них так запала в душу Амелии.

Не факт, конечно, что все из рассказанного ей правда, но сама синеволосая в это верила, и глядя на ее сверкающие от восторга глаза, мне не хотелось ее разубеждать. Не хотелось рушить ее сказку, которая и без моего вмешательства имела грустный конец. Ведь вся деревня вымерла.

— Пойдем, но попозже, — ступив на цветочную поляну, произнес я и начал закатывать рукава, — сделаем небольшой привал.

— Ладно, — пожала плечами Амелия и смерила меня подозрительным взглядом, — привал, чтобы пообедать?

— Не совсем, — отозвался я и оценивающе глянул на девушку, — ты вообще, как, готова?

— Готова к чему? — слегка напряглась Амелия.

— Стать лучшим лекарем в Империи, — пожал я плечами.

— Что… прямо сейчас? Прямо тут?

— Ну, не прям сразу стать, — внес я ценное уточнение, — но, чтобы сделать важный шаг на своем Пути, это место отлично подходит. Вызывай свою рыбку.

— Разве тут нужно кого-то вылечить? — недоуменно огляделась Амелия.

— Пока нет, но, чтобы освоить «Путь Жизни», одного лечения недостаточно. Ты ведь хочешь его развивать?

— Конечно хочу! — с готовностью закивала головой Амелия и начав призывать своего водного фамильяра, перевела сверкающий чистой Стихией глубокий взгляд на меня, — что мне для этого надо сделать?

— Для начала… выжить, — улыбнулся я.

— Хорошая шутка, Маркус, — слегка сбившись с ритуала призыва фамильяра, усмехнулась девушка.

— А это и не шутка, — уже без улыбки произнес я, и вытянув руку вперед, приказал, — убей.

Глава 25

Волк или рыба?

Тьма или Вода?

Четыре Пути или один?

Казалось бы, ответы на вопросы что из этого сильнее были очевидны, но тем не менее, яростный бой продолжался уже тридцать минут. Хотя, боем это назвать сложно. Посланный мной в атаку Дикий Дух Тьмы непрерывно атаковал указанную цель, а летающая рыбина столь же непрерывно защищалась, даже не помышляя о контратаке.

Очередной выпад волчары пришелся на водный столб, который поглотил всю выпущенную волчарой стихию, и почерневшая от контакта с Тьмой вода перестала существовать, лишая рыбину части «брони».

Будь это обычная вода, от фамильяра Амелии уже бы мокрого места не осталось, но через свой «Путь Жизни» Амелия снабжала рыбину Живой Водой. Да еще в таких количествах, что ей можно было напоить один маленький город. Этому, конечно, очень помогала местная необычная река и пропитанный стихией Воды воздух, но тем не менее, зрелище было впечатляющим.

Скажи мне кто месяц назад, что местный водник сможет в одиночку сдерживать Духа Тьмы целых тридцать минут и оставаться в живых, я бы ни за что не поверил. Но факт оставался фактом. Волчара бился в полную силу, но ему не удалось эту рыбину даже поцарапать.

Вертлявый водный фамильяр шустро двигался в созданных Амелией потоках воды, и подставлял под каждую атакую волка ровно столько стихийной воды, сколько требовалось, чтобы не получить урон и сменить позицию.

От энергетических раскатов столкновения двух стихий, воздух потяжелел, небо затянуло тучами, а цветочная поляна превратилось в покрытое льдом озеро.

Поначалу рыбина защищалась только водой, но, когда осознала, что этого недостаточно, в ход пошло точечное замораживание Живой Воды, что делало из нее весьма прочный доспех. Волчару же изменения в климате и природе вокруг бесили. Духу Тьмы не нравился ни холод, ни сосульки на клыках, ни скользкая поверхность под лапами, ни наглая рыбина, которая начала привыкать к движениям черного хищника.

— Неплохо справляешься, — похвалил я, глядя как волк в очередной раз отскочил от выставленного водно-ледяного барьера, оставив там лишь глубокую безобидную борозду.

Рыбина же, беззвучно дергая ртом, сделала вираж, и практически мгновенно заполнила новой водой все бреши в своей похожей на гигантский пузырь ауре.

— Спасибо, — с трудом выдавила из себя Амелия, которая стояла по ту сторону поляны и ловко дирижировала водными потоками и танцующей в них рыбиной, — то есть я справилась? — с легкой надеждой в голосе спросила она.

— Пока не знаю, — пожал я плечами, — мы ведь только начали.

Услышав это Амелия напряглась, а я открыл своему волчаре энергетический кран. До этого он сражался на очень ограниченной подпитке и без доступа ко всем ресурсам моих Путей, но похоже, что, если драться в пол силы, мы так ни к чему и не придем.

Надо немного поднять ставки.

Ощутив прилив сил, Дух Тьмы аж подернулся от удовольствия. С его клыков и шерсти тут же срезало весь налипший лед, шерсть погрубела и вытянулась, когти с хрустом проломили ледяной покров «озера», а клыки начали источать перламутровое сияние.

И еще до того, как Амелия успела издать хоть один звук, волчара сорвался с места, и в один прыжок настиг висящую в пяти метрах над ним рыбину.

Взмах плавников, и столб воды с многослойным льдом возник между ними, но Дух Тьмы играючи разорвал его одной лапой. После чего второй лапой полоснул по оказавшейся в досягаемости плоти водного фамильяра, и на покрытую льдом поляну брызнула первая кровь.

Лишь чудом рыбина успела взмахнуть хвостом и избежать клацнувших в миллиметре от ее гигантских глаз челюсти. После чего волк устремился вниз, уже начав перегруппировываться для новой атаки.

Приземление, корректировка на цели, прыжок.

Водный фамильяр Амелии к тому моменту успел напитать свой защитный водный кокон вдвое толще, чем раньше, но это ему не особо помогло. Почуяв кровь, Дух Тьмы распалился еще больше, и как нож сквозь масло прорезал себе путь к цели, и на этот раз оторвал рыбине плавник, а также оставил три глубокие борозды когтями вдоль хвоста.

При этом волк заставил противника снизить высоту с пяти метров до трех, что позволило провести комбинацию с приземлением, перегруппировкой, и новой атакой еще быстрее, чем раньше.

И на этот раз клыки волка достигли своей цели. Самое опасное оружие Духа Тьмы вонзилось в рыбу, пробив всю водно-ледяную защиту и блестящую голубую чешую водного фамильяра.

Этим маневром волк уронил своего скользкого летающего противника на землю. Водный защитный пузырь лопнул, а гигантская рыбина распласталась по льду и начала неистово биться на нем, пытаясь выбраться.

Не выпуская добычу, волчара впивался в плоть водного фамильяра все глубже. Амелия что-то кричала и разрывалась между тем, чтобы усилить напор или самой броситься на помощь своей рыбке.

Я же внимательно наблюдал, что предпримет синеволосая.

До этого момента она была напряженной, сосредоточенной, но при этом спокойной и уверенной в себе. За столь короткий срок она действительно научилось прекрасно управлять своим первым фамильяром. Стала с ним единым целым. Контролировала канал связи, интенсивность подачи энергии, и даже умудрялась создавать для своей летающей глазастой рыбки комфортную среду с кучей водных потоков на выбор.

Сейчас же в глазах девушки плескался легкий ужас. Она была в панике и растерялась. Мгновение нерешительности и ее фамильяр оказался при смерти, а его попытки выбраться стали более робкими.

И в этот момент, наконец, случилось то, чего я все это время добивался.

Амелия перестала защищаться и перешла в атаку. Ее глубокие синие глаза сверкнули недоброй вспышкой, и Духа Тьмы смыло пятиметровым потоком воды.

Поток был такой плотный, что я успел услышать, как у волка треснули ребра, перед тем как впервые за наш «бой» самому сдвинуться с места. Амелия послала водный поток так, чтобы он задел и меня.

Пришлось увернуться и занять позицию повыше.

Отсюда, на перекошенной льдине, открывался прекрасный вид на некогда красивую цветочную поляну. Поляну, где с покрасневшего льда поднимался и отряхивался мокрый и злой волк, а над ним висела в воздухе абсолютно целая рыбина.

Через «Путь Жизни» Амелия восстановила свою подопечную за пару мгновений, и судя по изменившимся движениям рыбы, оставаться в обороне она больше не планировала.

Это довольно быстро осознал и мой волчара, на которого сверху обрушился град из мерцающих стихийной водой сосулек. Часть он отбил лапами, часть перекусил челюстью, но несколько ледяных снарядов пригвоздили Духа Тьмы к земле. И до того, как он успел болезненно зарычать, его накрыло тенью гигантской рыбы.

А после этого водный гигант обрушился на волчару всем своим весом.

Стихийный взрыв был такой силы, что воду, лед и кровавые ошметки разметало по округе.

Причем рыба пострадала от физического удара даже больше, но быстро восстановилась под торжествующим взглядом Амелии.

Все-таки пересилить «Путь Жизни» в лечении практически невозможно.

Учитывая это, план идти в лобовую атаку был хорош. Не будь волчара созданием Тьмы, у водного тандема был бы шанс передавить его грубой силой и победить. А так, мы сейчас были свидетелем картины, где гигантская рыба сама насадилась на пасть волка и, хоть раны она и восстановила, взлететь обратно у нее уже не получилось.

Осознав, что происходит, Амелия попыталась вновь сбить волка водным потоком, но второй раз этот трюк на нем не сработал. Тогда синеволосая сменила стратегию, и влила в своего фамильяра всю свою энергию без остатка. Но и это оказалось бесполезно.

Перламутровые клыки волка впивались все глубже и глубже, постепенно нивелируя действие регенерации, а спустя несколько мгновений, гигантскую рыбину перекусило пополам.

Победоносно зарычав, волчара с залитыми кровью глазами переключился на пошатывающуюся в нескольких метрах от него синеволосую девушку.

— Пожалуй, на сегодня достаточно, — констатировал я и вытянул руку вперед, глядя, что Амелия выложилась на полную и едва стоит на ногах.

Я намеревался отозвать волчару обратно, но потом заметил кое-что и усмехнулся. Фамильяр Амелии был еще жив. Более того, воспользовавшись тем, что волк от нее отвлекся, рыбина совершила свою последнюю атаку.

Волк среагировал на движение, но слишком поздно. На последнем издыхании, оторванная голова рыбины успела обхватить уязвимую область волка своим беззубым ртом, с хрустом свернула ему шею, после чего заглотила целиком и взорвалась как воздушный шарик, наполненный водой.

Энергетический взрыв был такой силы, что мне пришлось использовать мантию как зонтик. Все вокруг заволокло водой, льдом и черно-перламутровой пыльцой. Все это взмыло вверх, после чего дождем пролилось обратно, а от двух сражающихся насмерть энергетических существ не осталось ничего, кроме витающих в воздухе остатков затухающих энергий.

Когда я поднял глаза, то увидел, как посреди всего этого стоит на полусогнутых ногах и пошатывается Амелия. Ее бледные губы дрожали, но при этом сама она улыбалась.

— Я… победила? Я победила… — прошептала она, и блеснув стихийными искорками последний раз, ее синие глаза закрылись, а девушка обмякла и начала падать.

В последний момент я успел подскочить и поймать Амелию на руки. По ее бледному личику стекал пот, губами она продолжала беззвучно шептать «я победила…», «я смогла…», а грудь часто вздымалась от учащенного дыхания.

У девушки был жар, энергетическое истощение, и неслабый откат от потери фамильяра, но она смогла выжить. Более того. Она смогла победить!

А ведь мой волчара это не просто порождение. Это полноценный Дух Тьмы. Да, я его слегка ограничил, и никак не помогал ему тактически, из-за чего тот сражался довольно примитивно и предсказуемо, но тем не менее. По голой силе волчара равнялся твари «А+», а то и «S»-класса.

И он проиграл.

Что еще раз подтверждает тот факт, что синеволосая принцесса невероятно талантлива. Первый шаг ко второму уровню «Пути Жизни» она сделала с первой же попытки. Быстро поняла, что через него можно не только восполнять жизненную энергию союзников, но и забирать ее у врагов.

Именно это она и сделала с моим волком. Вместо того, чтобы попытаться передавить его голой силой, Амелия через своего фамильяра вытянула всю жизненную энергию волчары, после чего, понимая, что Тьму не пересилить, и волк вернет утерянное, рыбина просто взорвалась.

И в итоге возвращаться обратно к Духу Волка уже было нечему и он, как и фамильяр Амелии, ушел на перерождение.

«Я победила…» — прошептала синеволосая еще несколько раз, находясь у меня на руках, после чего, наконец, успокоилась и заснула.

— Победила, победила, — с улыбкой проговорил я, поглаживая ее волосы.

Жар у Амелии уже ушел, лицо разгладилось, а значит моя помощь больше не требовалась. Я лишь чуть-чуть подпитал ее регенерацию, а дальше синеволосая и сама прекрасно справится. С этими мыслями я аккуратно отнес девушку в сторону от водно-ледяного поля боя, и положил на аккуратно сложенную куртку.

Подумав, достал из теневого кармана походный спальный мешок и плед, после чего обернул девушку в них и сам прилег рядом. Мне лишние удобства были не нужны, поэтому я просто расположился на зеленой полянке.

Амелия уже сделала сегодня шаг вперед в своем развитии, а теперь моя очередь. Здесь, в этой южной глуши достаточно тихо и безлюдно, чтобы воплотить то, что я задумал.

Чтобы тоже сделать шаг вперед, и открыть мой уже пятый по счету «Путь».

Глава 26

Путь Энергии связал с миром Тьмы мой внутренний источник.

Путь Тела связал с миром Тьмы мое физическое тело.

Путь Разума связал с миром Тьмы мое подсознание, а Путь Возмездия связал кровь.

Семь сотен лет назад я попал в ловушку времени, когда у меня было в наличии семь открытых Путей. Правда на подходе был еще и восьмой, но его мы пока не учитываем, ведь в первую очередь мне нужно восстановить утраченное.

Или точнее будет сказать, восстановить собственноручно оборванное.

Несложными расчетами получается, что не восстановленных Путей осталось три. И легких для открытия среди них не осталось вовсе. На самом деле, еще недавно я думал, что для начала укреплю текущие Пути, и за открытие пятого возьмусь, только когда подтяну связь с миром Тьмы хотя бы до 65%, но недавние события открыли передо мной одну интересную возможность, и я бы ни за что не стал Паладином, если бы упускал подобные лакомые шансы.

И речь сейчас идет о том, чтобы связать с миром Тьмы мое, ни много ни мало, сердце. Синхронизировать его биение с пульсацией мира Тьмы. Позволить мне поддерживать связь с миром Тьмы в реальном времени. Чувствовать его. Быть его частью и черпать энергию каждым ударом собственного сердца.

Создание подобной тесной связи сблизит меня с миром Тьмы настолько, что это сможет компенсировать как минимум 10% недостатка общей связи с миром Тьмы.

Из минусов же, Тьма тоже получит ко мне доступ в режиме реального времени, а потому попытки того же Скальда подавить меня и сожрать перейдут из разряда периодических, в разряд постоянных. Также это откроет более стабильный доступ миру Тьмы в мир людей, и удерживать его влияние в балансе тоже ляжет на мои плечи.

Но взамен такому риску, я получу немало преимуществ.

Ведь если все получится, каждый удар сердца будет толкать не только кровь по венам, но и энергию в источнике. А это по цепочке окажет влияние на все энергетические процессы и все уже открытые Пути, с которыми этот способ идеально синергирует.

Иными словами, мой Пятый Путь Сердца, только за сам факт открытия, поднимет все остальные как минимум на один уровень. И это лишь побочный бонус. Основной же бонус заключается в том, что новый Путь усилит мою Ауру Тьмы и позволит генерировать новые Ауры.

Сердце оказывает влияние на все энергетические системы организма, и связав его с Тьмой я смогу генерировать более точечные Ауры.

Такие как Аура Страха, Аура Регенерации, Аура Подчинения, Аура Защиты, Аура Скорости и так далее. На базовом уровне я смогу использовать лишь пять основных Аур, но по мере усиления Пятого Пути откроется доступ и к более сложным и энергетически затратным. Таким как, например, Аура Невидимости или Аура Ужаса.

Чем последняя отличается от Аура Страха?

Хороший вопрос.

И поверьте, вы не хотите знать на него ответ. По крайней мере из тех бедолаг, кому ответ довелось испытать на себе, никто не выжил.

Через Путь Сердца я смогу переключать Ауры практически мгновенно и без каких-либо ограничений, используя для этого лишь… сердце. Один удар — одна смена Ауры. И так можно делать бесконечно, позволяя мгновенно подстраиваться под любого противника или ситуацию на поле боя.

Бесплатно переключать Ауры сто раз в минуту. Шесть тысяч раз в час. Сто сорок четыре тысячи раз в сутки.

Но и это еще не все.

Связать Сердце с миром Тьмы, означало не только усилить то, что уже есть, но также получить нечто новое. Получить то, что и дало название этому Пути.

Я говорю об одной уникальной Ауре, которая является по сути синергией всех остальных Аур вместе взятых, и носившей в Ордене негласное название «Аура Паладина» или, «Аура Правосудия». Хотя, за пределами Ордена у этой Ауры было много других названий, самым распространенным из которых было название «Аура Палача».

Подобной Аурой владело всего несколько Паладинов в истории Ордена, но лишь мне удалось вывести из этой Ауры отдельный полноценный Путь, что перевело ее на совершенно новый уровень.

Как этот уникальный Путь называть, «Сердца», «Правосудия», «Палача» или еще каким-нибудь из десятков названий, было не так важно. Важен был сам факт того, какие возможности от связи живого сердца с миром Стихии открывались, перед сумевшим это правильно сделать одаренным.

Без преувеличения могу сказать, что этот Путь по потенциальной эффективности превосходит любой другой, особенно для Паладинов, способных открыть более чем один Путь.

Но не все так просто.

Есть причины, почему кроме меня его никому открыть так и не удалось. А также есть причины, почему именно этот Путь я открыл своим последним. Дело в том, что для него требуется идеальный контроль. И в отличие от всех остальных Путей, контроль требуется не только в момент открытия или использования этой связи. В случае с Путем Сердца контроль требуется ПОСТОЯННО. Его нельзя ослаблять ни в битве, ни в постели, ни во сне. Никогда.

Дашь слабину хоть раз, и этот удар сердца станет для тебя последним.

Подвергать себя такому риску не спешили даже Паладины, хотя одна желающая попробовать все же нашлась. И сейчас, зная куда это все привело, я даже немного жалею, что помог ей в этом.

Но тогда я даже мысли не допускал, что Паладин может переметнуться к врагу.

Впрочем, решать проблемы будем по мере их поступления. И сейчас моей главной проблемой было открыть Пятый Путь. Семьсот лет назад я смог это сделать благодаря стопроцентной связи с миром Тьмы и максимальным уровнем Пути Тела, который просто не позволил мне умереть.

Сейчас же риск в несколько раз выше. Настолько, что я бы даже думать не стал открывать следующим Путь Сердца, если бы не один маленький нюанс. Появившаяся совсем недавно способность через Стихию Времени это самое сердце останавливать.

Именно это и является моей лазейкой. Возможностью открыть Путь, о котором я не мог подумать еще неделю назад.

Но рискованно это было не только для меня. Окружающим риска было не меньше. Ведь в момент открытия этого Пути, все усиленные им Ауры неизбежно вырвутся наружу. Всего на пару первых ударов сердца, но тем не менее. Аура это по своей сути автономная высокоуровневая техника. Она работает сама по себе, и потому точечно защитить от нее не получится. Под удар попадут все, кто окажется внутри ее действия. Без исключений.

А учитывая мой нынешний уровень связи с миром Тьмы, скудные внутренние запасы энергии и прямо скажем средненький по сравнению с прошлым общий уровень силы, предсказать воздействие Аур в черте города не возьмусь даже я.

Поэтому я и хотел уйти подальше от людей. В самую глушь. Туда, где мой эксперимент никого не заденет и никого не подставит под удар.

И прямо сейчас я находился в идеальном месте.

На десятки километров вокруг не было ни единой живой души. Амелия не в счет. Активная регенерация «Пути Жизни» не позволит причинить ей вреда. В этом я лично убедился через волчару в недавнем поединке. Там она продержалась целых тридцать минут, так что пару тиков всплеска Ауры она выдержит. Особенно с защитной частичкой Тьмы, которой я временно усилил и так запредельный уровень активной регенерации синеволосой.

Все приготовления были завершены, а потому можно приступать.

С этими мыслями я расслабился, сделал глубокий вдох и закрыл глаза. Сердце пропустило всего один удар, после чего, повинуясь моей воле, остановилось.

* * *

— Ты умер, — прозвучал в голове знакомый сухой голос.

— Мы уже это проходили, приятель, — проворчал я и открыл глаза.

Только вместо гигантской фиолетовой глазницы я увидел напротив себя широкоплечего старика с развевающейся по ветру мантией Магистра. Хмурое морщинистое лицо. Крепкие руки, сжимающие любимую трость, и осуждающий все и всех вокруг глубокий старческий взгляд.

— Ничего такого мы не проходили, — манерно хмыкнул Акс и покачал головой, — не успел сдохнуть и уже на память жалуешься? И кто из нас двоих теперь старый?

— Ты конечно, — невозмутимо ответил я и поднялся ноги.

После чего сделал уверенный шаг вперед и ущипнул надменного старика за морщинистую щеку.

— Ты совсем оборзел, салага? — недовольно отбил мою руку тростью старик Акс, после чего сдвинул свои седые брови, — Если ты бесславно сдох это не значит, что тебе теперь все можно!

— Могу сказать о тебе тоже самое, — развел я руками и осмотрелся, — а мы вообще где? В аду?

— Ты совсем дурак? — проворчал старик Акс, — Разве это похоже на ад⁈

— Ну ты здесь, значит похоже, — пожал я плечами.

— Жаль твое чувство юмора не сдохло вместе с тобой, — показательно раздраженно пробурчал старик.

— Вообще-то я не мертв, — заметил я, — но у тебя со зрением всегда проблемы были.

— Мертв, мертв, — самоуверенно усмехнулся старик и приподняв трость на пару сантиметров вверх, резко опустил ее, выпустив вверх облако дымчатой энергии.

И мгновение спустя, в этом облаке появилась картинка укутанной в спальный мешок синеволосой девушки, рядом с которой на траве без движений и признаков жизни лежал я.

— Твое сердце не бьется, — констатировал очевидное старик Акс.

— Я могу запустить его в любой момент, — спокойно ответил я.

— Да неужели? — фыркнул старик Акс, и состроил такую ехидную рожу, что рука зачесалась его ударить, после чего он сделал картинку еще более четкой и с улыбкой добавил, — ну раз можешь, так запускай тогда, запускатель.

Мне, конечно, не хотелось уходить так рано и неплохо было бы задать еще пару тройку крутящихся на устах вопросов, но глядя на эту ехидную самодовольную морду я чисто из принципа поднял руку и щелкнул пальцами.

Стихия Времени отозвалась, потекла по пальцам, но вдруг просто мигнула искрой и погасла, как не загоревшаяся спичка. Не сразу поняв, что случилось, я потратил пару мгновений, чтобы сконцентрироваться и попробовать еще раз, но итог был тем же. Даже хуже, ведь теперь даже искры не появилось.

Третий раз я пытаться запустить сердце я не стал. Хватило и первых двух, после которых морда старика расплылась просто до неприличия самодовольной улыбкой.

И откуда только такая богатая мимика в таком чахлом теле.

— Что ты сделал? — спросил я.

— Что я сделал? — усмехнулся старик Акс, — очевидно херово обучил тебя, раз ты так бездарно сдох и ничего не можешь.

— Еще раз скажешь, что я сдох и будут последствия, старый.

— Последствия? — оскалился Акс, — Нихера ты мне тут не сделаешь. Ты ведь уже понял, Маркус, что я лишь остаточный образ в твоей голове? Я и есть ты, Маркус. Навредишь мне, убьешь и себя.

— Хм, но ты же сказал я уже мертв, — с улыбкой указал я на нестыковочку.

— Вот же срань, — стукнул старик Акс себя по лбу, — впрочем, это не так важно. У тебя уже пошли последние три минуты. Еще сто восемьдесят секунд в таком состоянии, и ты останешься спящим овощем навечно.

— Ладно, — безразлично пожал я плечами и взмахом руки создал огромный стол с кучей еды.

Поскольку мы в моей голове, я легко визуализировал на столах всю вкусную еду, которую мне довелось попробовать в своем отпуске. И, повязав белый фартук на шее, первым я принялся за аппетитного ягненка в медовом соусе.

— Ты че такое делаешь? — опешил, глядя на все это старик Акс.

— Ем, разве не видно? — с полным ртом пробурчал я.

— Ты вообще меня слушал, Маркус? Три минуты и тебе кранты! Совсем! Окончательно! Полностью!

— Кранты не кранты, а умирать голодным я не хочу. Да и последний ужин сам себя не съест. Угощайся.

— Последний ужин? Как ты можешь быть так спокоен⁈ — до побеления костяшек сжал свою трость Акс.

— Ты меня научил, — невозмутимо ответил я, продолжая есть.

— Херня! Я тебя учил сражаться за свою жизнь, а не набивать пузо, глядя как дохнешь! — начал выходить из себя старик Акс, и ткнул своим морщинистым пальцем на изображение мертвого меня.

— Отпуск помогает пересмотреть приоритеты, знаешь ли. Посмотреть на жизнь иначе.

— Отпуск⁈ — полезли на лоб седые брови Акса, — кто тебе вообще сказал, что ты в отпуске, пацан?

— А кто сказал, что нет? — улыбнулся я, — Ордена ведь нет.

— Ошибаешься, — покачал головой старик Акс, — Орден жив, пока жив его последний Паладин.

— Так я все-таки жив или уже сдох? — недоуменно покачал я косточкой от ягненка, — ты уж определись.

— А-а-а, святой Аргус, ты и мертвого задолбаешь! — схватился за голову старик Акс, — ладно, ты еще жив, Маркус! Жив! Пока что! Доволен⁈ Но сильно-то не радуйся. Я вшил частичку себя именно на такой случай. Спасти твою задницу! Только потому, что я тут, у тебя и есть эти три минуты! И как ты ими пользуешься⁈ И вообще, какого хрена ты полез открывать Путь, когда совершенно к этому не готов⁈ Твой разум не выдержал и теперь умирает! Это ж надо было додуматься открывать Пятый Путь с процентом связи со стихией как у валенка! Да еще и Путь Сердца! Разве такому идиотизму я тебя учил⁈

— Не переживай. Ты отлично меня обучил. Но так было нужно, старый, — спокойно ответил я.

— Кому нужно? — нахмурился начинающий паниковать старик Акс.

— Ты сам знаешь кому.

— Таким способом ты ее не догонишь, а лишь угробишь себя в попытках! — размахивая тростью, брызнул слюной Акс и скосил свой осуждающий взгляд на часы, — ну вот и все. Десять секунд…

— Ага. Восемь… семь… шесть… — отозвался я и продолжил считать, ловко закидывая в рот остатки еды со столов.

Старик тяжело вздохнул и осунулся. Крепкие морщинистые руки сжимали трость, но его тяжелый взгляд дрожал от бессилия и усталости. Мантия Магистра Теней беззвучно развивалась по ветру, а полупрозрачный мир вокруг начал трескаться и трещать по швам.

— Четыре… Три… две… — уже без каких-либо эмоций глядя на меня, считал старик Акс вместе со мной.

— Одна, — с грустной улыбкой произнес я, глядя на своего «живого» наставника, и еще до того, как последняя отведенная на нашу встречу секунда истекла, я прошептал одними губами приказ, — «Проснись».

Глава 27

Выдернуло меня рывком. Болезненным таким, и не очень приятным рывком. Разум отказывался просыпаться и отчаянно сопротивлялся, но отданный «приказ» взял верх, и пробуждение вышло принудительным и жестким.

Правда, пробудился организм не полностью.

Глаза открылись, сознание вернулось, но вот не все системы организма оказались готовы к работе. Легкие скрутились в узел, и первая попытка вдохнуть в них воздух оказалась неудачной. Отринув лишние мысли, я расслабился и попытался вдохнуть еще раз.

И еще. И еще.

Методом терпеливых повторений, удалось наполнить воздухом легкие сначала на пару процентов, а потом и полностью. После чего, с огромным трудом, словно выплевывая раскаленную лаву, я начал кашлять, и так продолжалось минут пять.

Все это время организм вспоминал как дышать, как гонять кровь, как поддерживать работу внутренних органов, и как вообще жить.

Прав был старик Акс.

Создавалось ощущение, что мой организм уже не собирался просыпаться, но если бы я сдавался после каждой такой мелочи, то умер бы уже давным-давно. Постоянная борьба за жизнь началась еще до того, как я встретил своего наставника, и продолжилась в усиленном режиме после того, как я начал тренировки у старика Акса.

За много лет, эта борьба за право существовать стала для меня чем-то обыденным и рутинным. Попытки окружающего мира меня убить воспринимались как что-то само собой разумеющееся, и я постепенно стал относиться к этому гораздо проще.

Потеря сил заставила немного попотеть, но в целом мало что изменилось. Мир вокруг все также пытается меня убить. Я все также с таким решением не согласен.

Так и живем.

В том числе и в отпуске, который, как мы выяснили, мой наставник отпуском не считает.

Хотя, технически, это был не старик Акс, так что его мнение не считается.

С этими мыслями я наконец смог сфокусировать взгляд и поднялся на локтях. Вырвавшиеся ненадолго наружу Ауры постепенно втягивались обратно, оставляя в воздухе тяжелый энергетический шлейф Тьмы.

Амелия же сладко спала под надежным укрытием своего «Пути Жизни».

Да и в целом вокруг особых изменений не было. Разве что на энергетическом уровне. Доминирующая тут стихия Воды уступила пальму первенства Тьме, которая поглотила все стихийные частицы на десяток километров вокруг. Даже во́ды «реки жизни» потемнели и стали черными, но своих целебных свойств не лишились, так что Амелия не должна обидеться.

Взяв временно вырвавшиеся погулять Ауры под контроль, я поднялся на ноги, инстинктивно держа руку в области сердца. Каждый удар отдавался болезненной волной слабости, но жить можно. Так я и поковылял к целебной черной воде, присел там на корточки и умылся.

Помогло, но не сильно. Поэтому, поразмыслив, я опустил голову в реку целиком.

А когда вынул обратно, звон в ушах прошел, сердце уже не так кололо, да и дышать стало легче.

Размышляя о том, чтобы раздеться и искупнуться целиком, я поднял взор к небу. Туда, где лениво проплывали предзакатные облака. Они красиво подсвечивались красным от лучей заходящего солнца.

— Красиво, — прошептал я, пытаясь найти облако похожее на осуждающую рожу старика.

Но в этот раз ничего подобного там не было. Тем не менее, не сводя взгляда с небес, я одними губами сказал «спасибо».

Надеюсь, старик Акс, где бы он ни был, меня услышал. Ведь даже после своей смерти, этот упрямый старый садист умудряется мне помогать.

Находясь в своей голове. Запертым в собственном умирающем разуме, я смог выбраться и запустить остановившееся от связи с Тьмой сердце именно через «приказ». «Приказ», который бы не сработал, будь я заперт в разуме один. Ведь, технически, «приказ» нельзя отдать самому себе.

Сейчас же сработало потому, что там был собеседник. Была внешняя цель.

И приказав старику Аксу «проснуться», я на самом деле приказал «проснуться» самому себе, в то же время не приказывая. Маленькая хитрость, придумать которую мне помогли слова старика Акса о том, что если наврежу ему, то наврежу самому себе.

Так или иначе, все сработало. Я проснулся. Я жив. Сердце бьется в унисон с миром Тьмы. Пятый Путь успешно открыт.

Рискованно ли это было?

Пожалуй.

Но, во-первых, у меня было еще два запасных варианта действий, если бы «приказ» по какой-либо причине не сработал.

А во-вторых, иного способа поговорить с Аксом я не придумал. А частичку присутствия своего наставника глубоко внутри я ощутил совсем недавно, глядя на пролетающее облако.

И пусть это в итоге оказался не совсем Акс, просто еще раз увидеть его и перекинуться парой фраз было приятно. Жаль времени оказалось маловато. Физические ограничения никуда не делись, и, если я не хочу считать секунды до смерти, и отлеживаться после каждой мало-мальски серьезной битвы по три дня, надо эту уязвимость закрывать.

Важный шаг для этого я сегодня уже сделал, поэтому день можно считать удавшимся.

С этими мыслями я все-таки решил не лезть в воду на ночь глядя, а просто еще раз умылся, набрал воды и вернулся к Амелии. Обмокнув лоб девушки влажной тряпкой, я сел рядом и, прикрыв глаза, осторожно потянулся к своей стихийной печати.

Сейчас печать была напряжена больше обычного. Энергия лилась через нее бурным потоком, который разделялся на пять отчетливо отличимых друг от друга нитей. Какие-то были толстые и переплетались на несколько раз, словно канат, другие только начинали обретать плотность.

И самой тонкой среди всех была свежая черная нить, которая пульсировала перламутром в такт каждому биению сердца. Нить трясло от каждого удара так сильно, что казалась она вот-вот порвется, но это ощущение было ложным. По факту порвать эту конкретную нить было куда тяжелее, чем все остальные нити вместе взятые, потому что нить Пути Сердца уже пустила «корни» к остальным нитям, и ее не оборвать, пока целы остальные.

Уж я-то знаю.

От одного воспоминания о том, на что мне пришлось пойти, чтобы выжить в ловушке стихии времени, меня аж передернуло. Обрывать Пути это тоже самое, что оторвать часть себя. Оторвать палец… руку… сердце.

Это неизбежно создает ощущение пустоты в душе. Пустоты, которую я теперь постепенно заполняю. И сейчас, несмотря на не лучшее физическое состояние, в душе я радовался, что у меня получилось вернуть уже пять утраченных частичек себя.

Осталось вернуть этим частичкам былой вид и добавить к паззлу еще две недостающие части.

Убедившись, что внутренний процесс энергетического восстановления идет как надо, я открыл глаза и сладко потянулся. Как только процесс будет завершен, каждый открытый Путь прибавит по одному уровню и сделает меня сильнее.

Не как раньше, но гораздо ближе к этому, чем еще сутки назад.

Мое сердце уже билось в унисон с Тьмой, и я ощущал мир матери стихий ближе к себе чем когда-либо в этом своем отпуске.

С моего пробуждения прошло уже полчаса, Амелия все еще спала. До активной стадии заката оставалось около часа, поэтому пусть спит.

Обмокнув горячий лоб девушки мокрой тряпкой еще раз, я вынул из теневого кармана рюкзак с едой и принялся ужинать. Не так изысканно, как во «сне», конечно, но зато настоящей, а не вымышленной едой.

В очередной раз пожалев, что не засунул в теневой карман холодильник, я жевал хлебцы с сухофруктами и запивал это добро набранной в реке черной водой. При этом искоса поглядывая на проплывающие по краснеющему предзакатному небу облака.

— Благодать, — умиротворенно произнес я, перед тем как где-то позади раздался шорох.

С зажатым в зубах хлебцем, я обернулся, после чего невозмутимо продолжил жевать.

Шорох довольно быстро сменился на хлопки крыльев, и передо мной, роняя черные перья на пожухлую траву, приземлился маленький черный попугай.

— Будешь? — протянул я ему кусок хлебца.

На что Клювик только брезгливо поморщился, и с важным видом перебрался с травы мне на плечо. Острый взор моего фамильяра скользнул сначала по моим скудным запасам еды, а потом и по теневому карману. Но не увидев ничего интересного и там, попуг фыркнул и принялся чистить перья.

Выглядел Клювик как ощипанный цыпленок, но виду старался не подавать. Мы оба знаем, что он восстановится, как только восстановлюсь я. Наши жизни плотно связаны, и мою недавнюю близость смерти он не мог не ощутить. Даже немного обидно, что прилетел меня проведать только Клювик.

Хотя, благодаря тому, что вместе с остальными сейчас укреплялся и «Путь Энергии», моя связь со всеми без исключения фамильярами выросла. Теперь я чувствовал биение сердец своих фамильяров на любой дистанции. В каком бы состоянии они не были и где бы они ни находились. Даже в мире Тьмы.

Будь-то Кот, Клювик или… Скальд. Наши сердца отныне бились в унисон.

Пока я доедал свой скудный сухой ужин, попуг между чисткой перьев недовольно фыркал, ревниво поглядывая в сторону качающихся впереди пальм и снующего где-то там среди них Сучка.

— Ну как дела? Всех еретиков небоскреба перебил? — решил я отвлечь пернатого от неприятных мыслей.

— Н-нет, — разочарованно фыркнул Клювик.

Даже рифмовать от досады не стал. Эх. И куда делись времена, когда попуг и одному дохлому еретику был рад.

Совсем я своего мальчика разбаловал.

— Не переживай, приятель, — потрепал я Клювика по ощипанной холке, — никуда остальные от нас не денутся. Всех найдем.

— И п-пасти им пор-р-рвем? — с надеждой в голосе спросил попуг.

— И пасти им порвем, — улыбнулся я.

— Обещ-щ-щаешь всех убьем? — продолжил на меня смотреть «щенячьими» глазками пернатый.

— Обещаю, — кивнул я, сжав в руке крошечный осколок золотой женской заколки.

И в этот момент Амелия открыла глаза.

* * *

Амелия оказалась чертовски права. Закаты в этом месте были потрясающие. Один взгляд на медленно краснеющее в угасающих солнечных лучах небо завораживал, успокаивал и умиротворял.

Здесь было так тихо, спокойно и легко на душе. Глядя на этот миг закатывающегося за горизонт солнечного диска, казалось, что весь мир вокруг может подождать. Казалось, что хотя бы на этот миг можно прекратить все ссоры, войны и сражения. Прекратить, и всем вместе насладиться красивейшим во всех мирах закатом, которым не может похвастаться ни один из тысяч портальных осколков.

Что ни говори, а другие миры и в подметки не годятся нашему. Несовершенному, уязвимому, погрязшему в раздоре, войнах и сражениях с тварями миру.

Да, он не идеален, но этот мир наш дом. Он наш.

И подобные этому моменты лучше всего напоминают, почему мы продолжаем сражаться за его благополучие несмотря ни на что. После заката, Амелия проголодалась и, после попыток сварганить из сухих наборов еды что-нибудь съедобное, мы отправились поохотиться.

Ночь — это время хищников, в чем на своих шкурах и убедились местные звери, мигрировавшие так далеко на юг подальше от Порталов. Забавно, что даже тут, среди обычной земной фауны затесались и несколько иномирных видов.

Слабенькие твари, которым и F-класс опасности будет большим авансом, но зато они оказались удивительно адаптивными, раз приспособились к жизни вдали от Порталов и стихийных энергетических потоков. Хотя, если брать во внимание наличие здесь питательной стихийной реки, наличие тут портальных тварей удивлять не должно.

И пусть большинство из них безобидны и охотятся только на земных зверей, им здесь не место. Да и с постоянной энергетической подпиткой и без присмотра даже самая слабенькая портальная тварь может постепенно мутировать во что-то действительно опасное.

В тылу оставлять подобные рассадники угроз точно нельзя, поэтому всю ночь мы с синеволосой потратили на охоту. Вдоволь размялись, потренировались и конечно, поели, да.

Давненько я не ел столько жаренного мяса. Добычи оказалось так много, что часть пришлось «законсервировать» в теневой карман. Надеюсь, не испортится. А то обидно будет.

Охоту мы завершили к утру. Сытые, но измотанные. К этому моменту мы с Амелией заодно провели экскурсию по всем окрестностям бывшей южной деревни, успели посетить святые места, набрать несколько бочек воды, и к полудню телепортироваться обратно.

Вернулись бы и раньше, но целый час пришлось потратить, чтобы изловить наш мобильный телепорт. Сучок совсем не хотел уходить из теплых южных краев, не поддавался на уговоры, и чтобы вернуться домой, пришлось разрешить мелкому взять с собой в дорогу сувенир.

Так мы и оказались стоящими перед особняком Теневого Квартала столицы с пятиметровой бандурой в руках.

— Это что… пальма? — сглотнула ком встретившая нас Ольга, которая присматривала за делами в мое отсутствие, а сейчас не могла подобрать слов.

— Ага, — хором ответили мы с Амелией.

— И куда ее? — осторожно спросила Ольга.

— Не знаю, — сворачивая челюсть от зевоты, буркнул я, — крышу подпереть или на мебель какую распилить. На твое усмотрение.

После этих слов, я ощутил, что мне в ступню вонзилось что-то острое, а опустив сонный взгляд вниз, я увидел тыкающего в меня средней веткой мелкого. Что он там пищал себе под нос я не понимал, но явно что-то нецензурное, судя по жестам и сердитой моське.

— Хотя, наверное, лучше пальму посадить в саду на заднем дворе, — вздохнул я и поднял взгляд на Ольгу, — справишься или помочь?

— Оставьте это на меня, господин Маркус, я со всем разберусь, — кивнула бывшая распорядительница особняка, — вижу вы устали с дороги. Можете идти отдыхать. Ваши покои уже готовы, а комната для гостьи будет доступна в течение десяти минут. Или же… — скосила она вопросительный взгляд на также как и я устало зевающую рядом с пальмой Амелию, которая вместе со мной не спала всю ночь, — ее сиятельство остановится у вас?

Глава 28

Спал я хорошо. И на этот раз не три дня, что радует.

А еще в мои двери никто не ломился и не устраивал из моих покоев проходной двор. Это неоспоримое преимущество спать в собственных покоях, собственного особняка. В последнее время я уже и забыл, что это такое. Насыщенная пара недель выдалась, ничего не скажешь.

Амелию я распорядился поселить в отдельной комнате. Ольга этому по какой-то причине очень обрадовалась и выделила синеволосой в пользование целое гостевое крыло. Хотя оно и так пустовало сейчас. Гостей теневой квартал принимает не то, чтобы много.

Размышляя над текущим имиджем Клана Теней, я оделся и переместился из покоев в свой кабинет, где меня уже ждала моя помощница.

— Доброе утро, — не поднимая головы от планшета, заговорила Лекса.

— Доброе, — отозвался я и расположился за столом, на котором красовались три стопки неразобранных бумаг.

— Кофе? Завтрак? — поинтересовалась Лекса.

— Спасибо, не откажусь, — ответил я, начав разбирать стопку с пометкой «срочно».

Дальнейшие два часа прошли буднично. Я разбирал бумаги. Лекса пополняла стопки. После чего, с перерывами на обед, зарядку и душ, за рабочим столом прошло еще шесть часов. Таков был уговор с моей помощницей. Я дал ей слово, что разберу все накопившиеся дела по возвращении и не собирался отступать.

Битва с бюрократией выматывала сильнее любого Портала, но как говаривал старик Акс: «назвался Князем, полезай в петлю». Правда никогда бы не подумал, что это будет про меня.

Тонна бумаг — это не совсем петля, но повеситься от скуки хотелось, это факт. Проведя так целый день, я начал лучше понимать Горемыку и почему он всегда такой хмурый. Если у меня так прошел всего один день, то у Наместника так прошли последние лет пятнадцать.

Нечеловеческая выдержка для вояки, который любит сражаться. А Горемыка любит. Я видел по горящим глазам. Пожалуй, надо будет старика взять с собой прошвырнуться в красную зону. Ну или хотя бы в желтую. А то совсем зачахнет бедолага.

Размышляя об этом, я разбирал одну бумагу за другой. Тут печать. Там подпись. Здесь согласие. Сюда согласование.

Проектов у Клана Теней становилось так много, что перечислять устанешь. Чего только стоят свежие контракты с Королевством, которые мы заключили при посредничестве Рода Умбраль. Новым западным проектам была отведена отдельная стопка и цифры потенциальной прибыли впечатляли.

Теперь сместить розоволосую герцогиню со своего поста тамошним толстосумам будет тяжеловато.

Так или иначе, несмотря на огромную кучу бумаг, требовали они в основном Княжеской подписи, а накопилось их так много только потому, что меня давно не было «дома». На самом деле, несмотря на огромное количество проектов, моего пристального внимания они требовали все меньше и это радовало.

Лекса не только взяла всю основную рутину на себя, но также все это время подбирала людей и занималась делегированием там, где это возможно. Параллельно с этим, отвечающая за внутренние кадры Ольга подготовила местных ребят на многие позиции. Также как Колль занимался боевой подготовкой, Ольга занималась административной и добрую треть позиций закрыла из внутренних резервов.

Глядя на первые результаты работы новых управленцев даже и не скажешь, что многие из них еще несколько месяцев назад были головорезами и бандитами.

Впрочем, и тех, кто не справлялся и уходил на работу попроще, хватало. Благо вакансий в Клане Теней сейчас было в достатке и их число только увеличивалось.

Примерно понимая какой объем черновой работы проделан за каких-то несколько месяцев, потратить день на разбор документов уже не казалось таким сложным.

— Это последний, — поместив княжескую печать на очередной белый листок, вздохнул я и откинулся на кресле.

За окном было уже темно, но вместо усталости, я, наоборот, чувствовал облегчение. А еще желание расширить Род на пару десятков ответственных людей с правом подписи особо важных документов.

С этой мыслью я перевел взгляд на Лексу, которая все это время находилась со мной и тоже занималась своими делами, попутно успевая комментировать некоторые документы, что попадали мне на подпись.

Глядя на Лексу, мне иногда кажется, что она не человек. Будь Магистры Ордена хотя бы в половину также старательны и трудолюбивы как моя помощница, возможно, и проблема портальных тварей была бы уже давным-давно решена.

— Со срочными делами на сегодня разобрались, — мило улыбнулась Лекса и убрала планшет, — почти со всеми.

— Почти?

— Осталось решить, что делать с ней, — скосила моя помощница взгляд куда-то в сторону двери.

— С ней? — переспросил я, похоже начав туговато соображать после миллиарда подписанных бумаг.

— С Амелией, — невозмутимо уточнила Лекса, — нет. Я, конечно, понимаю, что если ее выпустить за порог, то она опять попадет в беду и ей придется снова спасать жизнь, но и выделять на нее целое крыло многовато. Ты видел сколько она воды тратит?

— Тренируется, — пожал я плечами, — все так плохо?

— Ну как сказать. Такими темпами она оставит весь квартал без воды уже через неделю.

— Так долго она не останется, — уверил я.

— Точно? По ней так не скажешь. Амелия тебя спрашивает постоянно. Не знаю зачем, мне не говорит. Но возможно жить тут остаться хочет.

— Это вряд ли, — усмехнулся я и слегка виновато добавил, — вообще-то это мой косяк. Я обещал ей встречу с Викторией.

— В квартале? — уточнила Лекса.

— В квартале, — подтвердил я.

— Хм… хочешь еще одну аристократку тут поселить? Выделить Княгине отдельное гостевое крыло или сразу в твои покои их сопроводить?

— Ни то, ни другое, — отмахнулся я, — просто для встречи нужно нейтральное место, где точно не будет лишних ушей. А еще куда Виктория не откажется приехать ради разговора с Амелией.

— А цель беседы?

— У Амелии есть для Клана Природы предложение по оазисам. Глядя на Сучка, у Амелии появилась пара идей относительно природных существ. Мне она рассказывать отказалась, сказала сначала ей нужна Виктория. Амелия пыталась сама назначить ей встречу, но та ее слегка недолюбливает.

— Интересно почему, — хмыкнула Лекса.

— Так ты сможешь устроить им встречу? — спросил я.

— Разумеется. Считай уже устроила, — улыбнулась моя помощница, — Вика не против.

— Вика? — больше удивился я такому фамильярному упоминанию Княгини Природы, чем скорости работы.

— Ну да, Вика. Мы сблизились на свадьбе Дианы. Немного. Нашли, так скажем, пару общих тем.

— Вот и хорошо, спасибо, — сладко потянувшись, протянул я, после чего бросил взгляд на стрелку часов, которая только что перемахнула полночь и поднялся на ноги.

— Какие-то планы на ночь? — лениво подняв взгляд, поинтересовалась Лекса.

— Ага, — улыбнулся я и протянул руку, — устроить своей помощнице свидание.

— А? — впервые за весь день слетела невозмутимость с лица Лексы и она часто заморгала своими светлыми глазками.

— Вставай, платье и транспорт уже готовы. Или ты думаешь я не знаю, что у тебя сегодня день рождения? — улыбнулся я, и не дожидаясь ответа, подхватил опешившую девушку на руки и понес к выходу.

* * *

— Интересное место ты выбрал для свидания, Маркус, — произнесла Лекса и поежилась, — или ты так решил меня за что-то наказать? — осторожно спросила она, вглядываясь в темноту коридора, по которому мы шли.

— И в мыслях не было, — театрально оскорбившись, ответил я и ощутил, как девушка плотнее прижалась к моей руке.

Коктейльное платье с рубиновым оттенком смотрелось в мрачном темном коридоре действительно несколько неуместно. И развешенные по стальным стенам старинные подсвечники не сильно помогали.

Да, коридор был чист. Тут не было ни пыли, ни паутины. Пол и стены буквально блестели от чистоты, но по этим лабиринтам мы шли уже почти полчаса.

— Когда ты подарил мне это платье и посадил в лимузин, я не думала, что мы поедем к Порталу и переместимся в такое… место, — вновь подала голос Лекса, продолжая всматриваться в темному впереди.

Безуспешно всматриваться. Это я мог сказать наверняка, ведь здесь, в подземном замке красной зоны, связь Лексы с астральной сетью отсутствовала. Как и любая связь вообще. Если честно, я думал, что моя помощница будет задавать много вопросов, но по факту она даже особо не сопротивлялась и лишь немного ворчала. Но скорее от того, что чувствовала себя странно без возможности создать астральные копии.

Хотя, технически она все еще могла это сделать, используя свой внутренний источник. Ограниченное количество и расстояние, но все же относительно своего обычного состояния Лекса сейчас была намного более уязвима и сам факт того, что она продолжала идти по темному коридору подземной крепости, говорил о высочайшем уровне доверия.

— Ты же сама хотела попасть в красную зону, — напомнил я, — просила взять тебя с собой.

— Ну не так глубоко же, — буркнула Лекса, продолжая прислушиваться к каждому шороху, — здесь, без доступа к астральной сетке я чувствую себя неуютно. Как без рук. Словно меня сделали в десять раз слабее и уязвимее! Понимаешь?

— Лучше, чем ты думаешь, — улыбнулся я и прижал слегка дрожащую девушку к себе чуть плотнее, — но ты можешь не переживать. Ведь я рядом.

— Только это и успокаивает, — слегка нервно улыбнулась в ответ Лекса, и в этот момент мы дошли до огромной стальной двери, которая отливала золотым.

Вокруг створки свечей было особенно много и, если присмотреться, они создавали собой форму сердца. И по самому центру этих дверей, на одной из ручек горела большая свеча с повязанными вокруг нее разноцветными лентами.

Огонь в ней странно подергивался и искрил, что сразу не ушло от цепкого взгляда Лексы.

— Загадай желание и задуй эту свечу, — произнес я, попытавшись чуть отстраниться от девушки.

Но вместо этого она вжалась в меня еще сильнее, после чего повернула свой неуверенный взгляд сначала на свечу, потом вернула на меня и снова к свече.

— Хорошо, — набравшись смелости, вздохнула Лекса и, не отпуская мою руку, подошла ближе, закрыла глаза, и, после секундной паузы, набрала полные легкие воздуха и выдохнула его перед собой.

Пламя потухло, а его блеск перекинулся в сторону девушки, словно впитался. От неожиданности Лексу пошатнуло. Она вздрогнула, но страх продолжался лишь миг, спустя который, Лекса впервые за все время отстранилась от меня и глянув на свои руки, произнесла:

— Связь с астральной сетью вернулась…

— Только с ней? — улыбаясь, спросил я.

— Нет… это не только Обитель… — начиная понимать, прошептала Лекса и ее сверкающие ярким стихийным огнем глаза загорелись от осознания, — Это нечто более могущественное… это… ЭТО АРГУС!

— Сегодня Аргус оберегает лично тебя, — подошел я ближе и вновь взял девушку под руку, — а еще совсем немного тех, кто сегодня находится в этом месте, — добавил я, и толкнул огромную металлическую створку, которая со скрипом поехала вперед, — и это только начало твоей вечеринки.

— Вечеринки? — с любопытством ребенка, заглядывая в теплый свет открывающейся комнаты, заговорила Лекса.

И еще до того, как я успел ответить, нашему взору открылся огромный украшенный золотыми лентами, пышными столиками и белыми фонтанами праздничный зал. А стоящие в праздничных нарядах и с бокалами шампанского в руках десятки людей, увидев нас, подняли бокалы, взорвали хлопушки и синхронно закричали:

«СЮРПРИИ-И-И-ИЗ!!!»

Глава 29

Внутри церемониального зала оказалось намного веселее и праздничнее, чем в мрачных коридорах. Увы, времени было не так много, чтобы успеть подготовить больше одного помещения, но этого и не требовалось.

Тем более подготовить вечеринку-сюрприз так, чтобы Лекса, самый осведомленный человек в Клане ничего не узнала, было не так-то просто.

Во-первых, нужно было найти отдаленную локацию без связи с астральной сетью. Замок третьего проекта Императора подошел для этого идеально.

Во-вторых, гостей сюда надо было как-то доставить. Автобусы в красную зону как-то не ходят, а если бы ходили, поездка заняла бы несколько суток, что очень долго. Решением стал узловой портал, а если быть точнее, то подаренные Виолеттой теневые обереги. Карл таки успел их доработать и именно благодаря этим каменным штучкам, все собравшиеся тут гости смогли пройти через узловой портал без последствий.

В-третьих, требовалось подобрать подарок. Ведь какой день рождения без подарка, верно? Украшения и новое пошитое под заказ у Марьи Ивановны платье хорошо, но явно недостаточно для того, чтобы отблагодарить Лексу за все, что она сделала и продолжала делать для Клана Теней и меня лично.

Поэтому я стал думать дальше. Устроить и организовать тайный праздник в необычном месте?

Неплохо.

Позвать туда всех астральных девиц Обители и одеть всех в одинаковые безликие платья, чтобы именинница особенно выделялась на их фоне?

Уже близко к тому, что нужно.

«Любовь» Лексы к своим сестрам была куда глубже, чтобы ее можно было подчеркнуть только внешним видом. И тогда я подумал, что еще моя помощница ценит больше всего?

И ответ на этот вопрос пришел сам собой.

Информацию.

Поэтому я подарил Лексе самый мощный и уникальный источник информации в мире. Подарил доступ к Аргусу. Не сказал бы, что это было просто. Пару недель назад это и вовсе казалось невозможным. Но сейчас, имея в распоряжении не один, не два, а целых три проекта павшего Императора, кое-что сделать у меня получилось.

Аргус сейчас не только видит и оберегает Лексу, но также дает свою силу и усиливает ее «сигнал», позволяя даже отсюда получать доступ к астральной сетке. И более того, получать хоть и ограниченный, но доступ к информации самого Аргуса и его мощностям.

У остальных же астральных девиц, которые приняли мое приглашение и помогли устроить праздник, доступ к астральной сети тоже имелся. Только вот причиной этому была не их связь с Аргусом, которой не было, а присутствие тут Лексы. Она для своих сестер служила своего рода «ретранслятором» астрального сигнала, который проходил через нее.

Иными словами, без позволения Лексы, ни одна из астральных девиц не могла пользоваться своей силой, а весь астральный «трафик» шел сейчас через нее, и моя помощница могла перекрыть доступ любой из сестер по своему желанию.

Разумеется, делать она этого не станет, но сам факт того, что здесь и сейчас она обладает большим доступом к астралу чем любая из сестер, Лексе чертовски приятен.

Осознала и ощутила она это в первые же мгновения открывшихся дверей и взрывающих праздничные хлопушки людей.

— Спасибо, — тепло прошептала она мне на ухо и, выпрямив спину, грациозно вошла внутрь праздничного зала.

— Пожалуйста, наслаждайся, сегодня твой день, — шепнул я, двигаясь подле сияющей от радости именинницы.

О том, что мы сейчас находимся в глубокой заднице красной зоны, она больше не задумывалась и быстро перестроилась на деловой лад. Или скорее будет сказать праздничный. Я не заметил, как в руках Лексы оказался бокал шампанского, и она собралась отправиться принимать поздравления от гостей, лишь в последний момент остановившись и бросив на меня вопросительный взгляд.

— Развлекайся, — кивнул я, выпуская руку именинницы, и чмокнув меня в щечку, она направилась лично приветствовать гостей и принимать поздравления.

Вокруг заиграла приятная музыка. Зазвенели бокалы. Праздник начался.

Я же взял с ближайшего подноса бокал шампанского, пригубил и осмотрелся. Природные цветы. Водные фонтаны. Стальные украшения. Теневые официанты. Огненные лампы.

Множество стихий переплелось вместе. Вместе в одном здании. Вместе в один день. Вместе под взором возрождающегося Аргуса.

Благодать.

— Мог бы и меня попросить помочь, — раздался рядом осуждающий мужской голос.

Я повернул голову и увидел там парнишку в белом костюме и яркими глазами цвета молнии, которые впились в меня.

— Не стал отвлекать молодоженов, — отозвался я.

— Спасибо, конечно, но ты же знаешь, что мы не на медовом месяце прохлаждались, — вздохнул Максим.

— Знаю, — кивнул я, — как там Диана?

— В целом нормально, но последние три дня глаз не сомкнула, — отпив шампанское из бокала, покачал головой Макс, — Камилле лучше не становится, и она переживает.

— Все будет хорошо.

— Ага, — тяжело вздохнул Максим, — Диане это объясняй, а не мне.

— Хорошо, — пожал я плечами, — а сам-то как?

— А я-то чего? — удивился вопросу Макс.

— Тоже ведь не спишь, — не спрашивал, а утверждал я.

— Ну дык, брачную ночь жду, а жена все занята! — засмеялся блондин.

— Думаешь, Диана оценит шутку? — поинтересовался я.

— А ты ей расскажешь? — разом побледнел Максим.

— Нет нужды, — кивнул я в противоположную сторону зала, где облаченная в безликое платье «рядовых» астральных девиц, Диана смотрела прямо на нас, — она и так все слышала.

— Бля, — поперхнулся шампанским Макс и отвел взгляд в сторону, где у столика с закусками одиноко стояла одетая в дорогое западное платье розоволосая девица.

— Ее ты позвал? — проследив его взгляд, спросил я у своего друга.

— Нет, я думал ты, — машинально ответил Макс, — мне разобраться?

— Не надо, я сам, — хлопнул я парня по плечу и направился к одиноко скучающей даме.

По дороге я бросил взгляд на занятную картину. Неподалеку от астральных сестер, с которыми сейчас мило беседовала Лекса, у столика с выпивкой стояло три мужчины. Или же вернее будет сказать три старика. Худощавый и сморщенный как изюм Бореслав, хозяин этого места, с беззубой улыбкой что-то вещал двум седовласым гостям.

Первым его собеседником являлся такой же мелкий, в полтора метра ростом, но с куда более крепким телосложением, Карл, который был приглашен контролировать и по необходимости ремонтировать теневые обереги.

Вторым собеседником старика Бореслава был Пахом. Давно я не видел своего опытного Кланового торгаша. Понятия не имею, что эти трое так живо обсуждали, хотя, судя по тому, как старики косились в сторону расположившихся рядом молодых астральных красоток, навряд ли они говорили только о делах.

Мешать я седовласым ребятам не стал, и взяв по пути пару бокалов, оказался рядом с дамой и протянул ей бокал шампанского.

— Леди Умбраль, — приветливо кивнул я.

— Господин Маркус, — учтиво улыбнулась юная герцогиня Вайлет и приняла бокал, без особого энтузиазма, как я заметил.

— Прошу простить, что это не пиво, — развел я руками, и розоволосая часто заморгала смущенными глазками и слегка отвела взгляд.

— Слышал уже, что мне понравилось плебейское пойло, да? — вздохнула юная герцогиня и отпила шампанское.

— Плебейское пойло? — усмехнулся я, — вот, из-за такого неуважения к лучшему пенному сорту в Империи вам и было отказано в экспорте.

— То есть если я перестану его так называть, ты разрешишь его поставлять⁈ — с надеждой в розовых глазках подалась вперед Вайлет Умбраль.

— Кто знает, — пожал я плечами и, сделав глоток, огляделся в зале, где некоторые парочки начали выходить на импровизированный танцпол, — как тебе праздник?

— Отличный, — дежурно улыбнулась герцогиня.

— Ага, Диана сегодня просто неотразима, — поддакнул я.

— Вообще-то Александра, — невозмутимо поправила меня Вайлет.

— Так ты не вслепую пришла и правда знаешь чей тут праздник? — наигранно улыбнулся я, — а я думал, что хорошо скрыл от непосвященных факт тайной вечеринки.

— А я из числа, как ты выразился, посвященных, — вскинула носик розоволосая герцогиня, — меня пригласили.

— Вот как. И кто же? — полюбопытствовал я.

Вместо ответа, Вайлет Умбраль нырнула пальчиками в декольте, вынула оттуда сложенную в трубочку бумажку и протянула ее мне. Это действительно оказалось написанным от руки приглашением на мероприятие. Почерк небрежный, писал не я, но вот печать члена Рода Темных внизу, несомненно, подлинная.

— Лиса подогнала в знак извинений, значит, — констатировал я и вернул бумагу приглашенной гостье.

— Ага, за поведение своего воришки грызуна, — кивнула Вайлет, — приятно, хотя я не просила никаких извинений и вернула свою серьгу самостоятельно.

Последнее юная герцогиня произнесла с особенной гордостью в певучем голосе и демонстративно показала, что на ней сейчас обе фамильные серьги.

— Стало быть испытание ты прошла, молодец, — похвалил я, — но будь осторожнее. Хомяк наверняка прямо сейчас тренируется и готовит план по возвращению своей прелести.

— В теневых способностях я не уступлю какому-то хорьку, Маркус, — покачала головой Вайлет, — и тоже не собираюсь сидеть без дела, — добавила юная герцогиня и протянула мне еще один вынутый из декольте свернутый листок.

Интересное место для активации теневого кармана. Я невольно улыбнулся, представив как такое проворачивает Лиса.

Свертком же оказался написанный аккуратным и ровным почерком список имен.

— Десять одаренных, значит, — сразу сделал я фото и переслал Лексе.

— Да, аж десять! Десять из числа лучших командиров и одаренных Западного Королевства! Этого мало? — приготовилась оскорбиться Вайлет.

— Да нет, для начала пойдет, — кивнул я, — если честно, это даже больше, чем я думал. Особенно мне нравится первое имя.

— Ага, мне тоже, — просияла самодовольной улыбкой герцогиня.

— Только один вопрос. Это нормально, что целая герцогиня будет с потными мужиками в казармах тренироваться? — уточнил я.

— А с чего бы и нет? — фыркнула розоволосая девица, — я же сказала, что не собирась сидеть сложа руки! А ты обещал, что все, кого я приведу в твою программу переподготовки Стражей, станут сильнее. Разве нет?

— Разумеется, станут.

— Ну вот! Когда первые сборы?

— Скоро, — улыбнулся я, после чего сказавшая все, что хотела, Вайлет увидела в другом конце зала Лису и вежливо откланялась.

Хотя, полагаю ее больше привлек сидящий на плече у Лисы Проглот, перед которым гордая розоволосая герцогиня пошла красоваться возвращенной в честном испытании серьгой.

Я же остался стоять с полупустым бокалом весьма неплохого шампанского. Слушал музыку, наблюдал за гостями и был одним из первых, кто заметил вышедшую к трибуне Диану. Звонко постучав ложечкой по бокалу с шампанским, чтобы привлечь внимание, девушка указала рукой на расположенный прямо за ее спиной стол с кучей разноцветных коробок и с торжественной улыбкой произнесла:

— Ну что, дамы и господа! Пора имениннице открывать подарки!

Глава 30

Подарков было очень много.

Маленькие и большие. Круглые и квадратные. Красные и желтые.

Коробки разных форм и размеров, до отказа заполнили отведенный для подарков столик. Настолько, что самого столика под этой разноцветной разноформенной горой и видно не было.

Торжественно вскрывая их один за одним, именинница на пару с Дианой сделали из этого целое шоу. Милая семейная традиция, при которой Александра уделяла внимание каждому из гостей, а гости получали свою долю всеобщего внимания и право сказать имениннице пару теплых слов.

Поскольку гостей было несколько десятков, это действо заняло достаточно продолжительное время, и когда столик со всеми подарками был опустошен примерно на половину, в руки ведущей мероприятие Дианы попалась небольшая серебристая коробочка с перламутровой лентой. Коробочка выделялась не только цветом, но и необычной на вид структурой, словно была обтянута кожей иномирной твари.

Хотя почему это «словно».

Так и было. Ведь раз уж браться за упаковку подарка, то делать это хорошо и так, чтобы не испортить сюрприз. А обладающая эффектом отражения стихийной энергии кожа подходила как нельзя лучше, чтобы скрыть содержимое от любого внешнего сканирования. Да и стихийный фон подавлялся. В ноль.

Вот и Диану эта коробочка хоть и смутила, но ненадолго.

Она довольно быстро передала очередной подарок имениннице, который та, не мучая гостей ожиданием, сразу и распаковала на виду у всех.

Да так и замерла с открытой серебристой коробочкой, из которой на обозрение всех гостей показалось ожерелье с камешками молочного цвета, и нанесенным на них рисунком в виде крошечных ангелочков.

— Оу, какая прелесть!

— Красота!

— Миленькое украшение!

— Вот бы и мне такой подарили!

Умилялись внешнему виду и изящному белому сиянию необычных камушков зрители, но сама Лекса поспешила оперативно закрыть коробочку. Карточки с именем дарившего у этого подарка не было, но именинница сразу нашла взглядом меня.

После чего извинилась, и покинула импровизированную сцену несмотря на то, что подарки на столике еще оставались.

— Посмотрите, наша дорогая Александра настолько растрогалась, что пошла поблагодарить дарившего лично! А мы с вами воспользуемся этим моментом, чтобы обновить напитки и сделать в нашей традиционной церемонии небольшую паузу! Музыкальную паузу! Ребята, зажигайте! — быстро сориентировалась Диана и под аплодисменты, в зале зазвенели бокалы и заиграла музыка.

Сквозь это все ко мне и подошла Лекса, преодолев расстояние от сцены до меня в несколько десятков грациозных, но уверенных и довольно торопливых шагов.

Эмоции на лице именинницы совершенно не читались, а саму серебристую коробочку она держала в руках так крепко, что у Лексы подрагивали пальцы.

— Что это? — сблизившись вплотную, сквозь зубы прошептала не очень-то внешне довольная именинница.

— Короткое ожерелье, чокер, побрякушка, — пожал я плечами, — называй как хочешь, но все это обозначает такое украшение, которое надевают на шею. Помочь примерить?

— Да я не об этом! — едва сдерживая эмоции, буркнула Лекса, чем привлекла на себя любопытные взгляды.

Потратив пару мгновений на оценку ситуации, девушка переминалась в лице и громко, так, чтобы все слышали, предложила отблагодарить меня за подарок первым танцем с именинницей.

Музыка тут же сменилась на медленную и, понявшие намек люди, начали разбиваться на пары и танцевать.

Мы последовали их примеру, и уже через несколько секунд на нас уже никто не обращал особенного внимания, и мы могли, слившись телами в медленном танце, могли поговорить без лишних ушей.

— Это же астральный камень, Маркус! — убедившись, что нас никто не слушает, возбужденно шепнула прильнувшая ко мне Лекса, — да не один камень, а целое ожерелье!!!

— Не нравится подарок? — удивился я.

— Дело не в этом! — упрямо повторила Лекса, — а в том, что астральных камней во всем мире насчитывается всего пятьдесят пять штук, и каждый из них хранится в Обители! А тут их откуда-то взялось целых двадцать, да еще и в полной концентрации! Я никогда не видела астральный камень такой чистой обработки! А этот рисунок… это же…

— Руны павших Магистров, — кивнул я ее догадке, и девушка от неожиданности слегка сбилась с ритма танца, но быстро взяла себя в руки, и впилась в меня жестким взглядом.

— Где ты их взял⁈

— Какая разница где? — вздохнул я, — главное, же не где взял, а кому я их дарю.

— В этом-то и дело, Маркус! Астральные камни считаются частью Обители, и выносить их за ее пределы дозволено лишь действующей Княгине Астра! А я не она!

— Ты не Княгиня, это правда, но так тебе и не нужно их никуда выносить, — пожал я плечами, — камни уже здесь. И если тебе станет легче, вынесли их из Обители вполне легально и давным-давно. Настолько давно, что они уже утратили с Ядром всю связь и стали вполне себе самостоятельным артефактом.

— Астральные камни не могут утратить связь с Обителью полностью, — недоверчиво буркнула Лекса.

— Сами нет, но с правильно подобранными рунами очень даже могут, — пояснил я, — и, если тебе станет легче, назад в Обитель их все равно уже не вернуть. Вырванные однажды, астральные камни уже никогда не смогут вновь стать частью Ядра.

— Тем не менее, внутри них все еще покоится энергия Ядра! А ей может пользоваться только действующая Княгиня Астрала! Остальных эта энергия просто убьет!

— Если все так, тогда почему это ожерелье принадлежало простой астральной воительнице? — улыбнулся я.

— Стой… какой еще воительнице? — опешила Лекса.

— Одной из тех, которая отдала свою жизнь за Императора в ту кровавую ночь его смерти, — пояснил я.

— Ты серьезно подарил мне на день рождения снятое с покойницы ожерелье⁈

— Каждый Родовой артефакт этого мира раньше носил какой-то покойник, — беззаботно пожал я плечами, — да и чисто технически, я выкупил его из местной сокровищницы, а не снял с трупа.

— Местной⁈ — не прекращая танца, осмотрелась Лекса, после чего вернула задумчивый взгляд на меня, — так вот почему в Клане раньше не могли найти эти потерянные камни… Астральная сеть сюда просто не добивает… но все равно! Я обязана вернуть их обратно в Обитель!

— Я же сказал, это бесполезно, — напомнил я, — эти конкретные астральные камни очищены от влияния Ядра и никак с ним больше не связаны. Обители они бесполезны, а вот некоторые одаренные астрала еще могут использовать их потенциал.

— Это все равно бывшая энергия Ядра, Маркус. Пусть и отрезанная. Кто попало не сможет ей управлять!

— А я и не дарил ожерелье кому попало, — уверенно глядя в глаза девушки, сказал я, — я подарил его тебе.

От услышанного Лекса чуть замедлилась в танце, при этом неуверенно перемещая взгляд от меня к коробочке и обратно.

— И ты думаешь я смогу им пользоваться? Думаешь я… достойна? — чуть дрогнул голос моей помощницы.

— Не думаю. Я знаю это, — поправив съехавший локон волос, с улыбкой констатировал я и остаток танца мы завершали молча.

Лекса размышляла о моих словах и взвешивала все за и против, а я поглядывал на Диану и других присутствующих здесь астральных девиц, которые без сомнений поняли, что за ожерелье им показали.

Внешне вида они не подавали, но взгляды в нашу сторону то и дело бросали. Правда обошлось без обсуждений за спиной. Из-за тактичности последних, или из-за того, что Лекса благодаря связи с Аргусом могла их сейчас «услышать», не знаю.

Да и наплевать, если честно.

Ведь ни одна из них не смогла бы к этому ожерелью даже прикоснуться. Даже Диане этот артефакт сейчас не по зубам, как бы ей ни хотелось обратного.

Помимо меня, из присутствующих только Лекса сможет это непростое ожерелье надеть. Она же и единственная, кто сможет полностью раскрыть его потенциал. Да, у меня воспользоваться артефактом по назначению его создателей не получится. Разве что как из батарейки энергию высосать, да и то там будут жалкие крохи астральных остатков.

Потому что эти оторванные от Ядра, и практически пустые энергетически, астральные камни дают не силу. Они способны лишь усилить то, что в одаренном и так уже есть.

Именно поэтому нанесенные на них магистерские руны в виде маленьких ангелочков, в Ордене носили негласное название «руны потенциала».

И с Тьмой они не работают.

— Подумала? — задал я вопрос, когда наш танец подошел к концу, и люди вокруг вновь вернулись к общению и звону бокалов.

— Подумала, — уверенно кивнула Лекса, — я очень… очень хочу принять этот подарок, Маркус! Но не могу это сделать без согласия Камиллы. Для начала я должна узнать, что она скажет.

— Камилла скажет, что она совершенно не против, — раздался громкий голос, и по центру зала, прямо из воздуха, эффектно возникла рыжеволосая девушка в коротком платье с подолом в виде мерцающих бабочек.

Появившись под потолком, словно ангел, спустившийся с небес, Камилла медленно опустилась вниз и лучезарно улыбнулась.

Ее закрученные спиральками рыжие локоны водопадом струились вдоль платья, которое хоть и выглядело гораздо более заметным, чем одинаковые цветом наряды остальных астральных дам, однако при этом внешний вид Камиллы никак не затмевал именинницу.

Фасон простой. Цвет платья гораздо более бледный, чем обычно, вместо туфель босые ножки, волосы распущены и без украшений.

Образ Камиллы был идеально подобран так, чтобы выделяться среди остальных гостей, но при этом главной звездой вечера оставлять именно именинницу, рядом с которой Камилла и «приземлилась», буквально выпорхнув из астрального Портала как бабочка.

А рядом с ней оттуда вышла и Астрид.

Воинственная и серьезная Ратник Клана Астрала, сопровождала свою будущую Княгиню, стоя у нее подле правой руки, и вот уже ее платье выглядело один в один как у остальных астральных дам. Отличалось разве что дополнительной броней и торчащими из-за спины красными рукоятками оружия, с которым Астрид никогда не расставалась.

— Приятно видеть тебя в добром здравии. Я рада, что ты в порядке, — встретила именинница гостью приветливой и искренней улыбкой.

— Спасибо! А я рада, что успела на праздник, хоть и в последний момент, — ответила ей веселым голосом Камилла, — прими мои искренние поздравления с Днем Рождения! К сожалению, подготовить подарок у меня времени совсем не было, но я пришла не с пустыми руками. Позволишь тебе кое-что показать?

С этими словами, Камилла сделала шаг, подошла вплотную к имениннице и протянула руку, которую окутало мягкое сияние астральной энергии. Энергия завораживающе струилась, извивалась, и возвращалась обратно на ладонь, начиная повторять это снова.

— Конечно, — после короткой паузы, слегка наклонила голову Лекса, ее лба тут же медленно коснулась рука Камиллы, а астральная энергия по всему пространству вокруг резко пришла в движение.

Для большинства присутствующих не происходило ничего особенного.

Они не могли ощутить возмущения астрального плана, а потому просто стояли и смотрели. Диана же с сестрами видели куда больше остальных, и некоторые девушки даже дернулись вперед, поняв, что происходит, но все попытки сдвинуться с места резко пресекла Астрид всего одним своим взглядом.

Астральные девушки лишь переглянулись между собой, не смея перечить, и лишь Диана бросила обеспокоенный взгляд на меня.

Я это заметил, но никак не отреагировал.

Хотя, не сказал бы, что сохранить невозмутимость было так уж просто.

Весь астрал сейчас трещал от возмущения, энергетические нити рвались и выстраивались заново. На первый взгляд казалось, что Камилла просто транслирует Лексе вынутое прямо из Ядра Обители воспоминание, но на деле за этой ширмой было спрятано куда больше.

Впрочем, как и остальные присутствующие на торжестве гости, я просто стоял и смотрел. Тем более, что ждать пришлось недолго. Уже через пятнадцать секунд, Камилла болезненно отшатнулась назад, и с коротким кивком, одарила Лексу благодарной улыбкой, после чего еще раз поздравила ее с Днем Рождения.

Лексу тоже одернуло в сторону.

С трудом, но и ей удалось устоять на ногах. Причем самостоятельно. И это после прямой связи с Ядром. Видно было, что Лексе больно, но виду она старалась не подавать, после чего утерла проступившую слезу и шепнула Камилле короткое «спасибо».

После чего, безо всяких колебаний, открыла подаренную мною серебристую коробочку, и под взгляды всех присутствующих нацепила на шею заключенное там короткое ожерелье. Руны в форме ангелов несколько раз мигнули, принимая новую хозяйку, и успокоились буквально через пару секунд.

Камилла же повернула свой веселый взгляд на меня и, не поворачивая головы к Лексе, спросила:

— А теперь, когда подарок вручен. Позволишь украсть твоего кавалера на один танец?

— Разумеется, — радушно кивнула именинница, уступая свое место.

И взяв еще мерцающую остаточным астральным светом ладонь Камиллы, я притянул девушку к себе, и одновременно с вновь заигравшей в помещении музыкой, мы начали танцевать.

За первую минуту мы не проронили с Камиллой друг другу ни слова. Лишь смотрели в глаза, мило улыбались и кружились в танце.

— Что ты ей показала? — первым нарушил я молчание.

— Правду, — спокойно отозвалась рыжеволосая.

— Чью правду? Свою? Или… Камиллы?

Услышав это, взгляд девушки дрогнул.

Едва заметно, лишь кончиком ресниц, но от моего внимания это не ушло. Хотя никто другой и не заметил. Все вернулись к веселью, танцам и выпивке, а именинница отправилась открывать остальные подарки.

— Так ты в самом деле заметил, — тяжело вздохнула рыжеволосая девушка, — похвально, а вот другие не смогли.

— Они просто не знали куда смотреть, — мило улыбнулся я.

— Вот как… и в чем же я ошиблась? — чуть склонив голову набок, поинтересовалась рыжеволосая.

— В том, что решила поставить на ее место именно себя, Фрейя, — холодно произнес я, и от существа, лишь внешне выглядящего как Камилла, потянуло ощутимой волной смертельной угрозы.

≡=

Конец тринадцатого тома.

Четырнадцатый том уже тут: https://author.today/work/481369

Друзья, не забываем поставить 💖 Лайк, если вдруг так случилось и книга вам понравилась:) Для автора это очень важно!

Content

Последний Паладин. Том 13

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30