Искатель — 11

Глава 1

Первый том, тут: https://author.today/reader/370619/3428901

На следующий день мы с Лили продолжали прочёсывать местность, зачищая логовища, но так и не нашли монстра с рейтингом группы.

Зато наткнулись на нечто удивительное: гигантскую расколотую статую. Время и непогода так источили камень, что черты лица уже невозможно было разобрать. Навскидку статуя достигала не меньше пятнадцати метров в высоту. У её основания все ещё стоял вросший в землю обсидиановый пьедестал, покрытый едва видными узорами. Но и там всё оказалось серьезно поврежденным, словно записанные на камне истории навсегда унесли ветра.

Какая цивилизация могла воздвигнуть это чудо среди гор в таком отдалённом месте? Возможно, это как-то связано с Последней Твердыней Гурзана. Или с эльфийскими руинами. А может, это творение другой расы людей, которая некогда достигла небывалого могущества, высекла монумент и потом исчезла, оставив после себя лишь этот обломок?

Мы двинулись дальше. Видимо, ответа мне так и не узнать.

Вечером внезапно ударил такой мороз, что пришлось использовать дополнительные шкуры. Переглянулись с Лили, и стало ясно, что ночевать придётся вместе.

Вместо того, чтобы сидеть под звёзда который пробирался под одежду, мы укрылись в палатке каждый под своим одеялом. Какое-то время просто разговаривали, слушая, как снаружи завывает ветер.

— Буря надвигается, — Лили придвинулась ближе, пытаясь согреться.

Её серебристые волосы блеснули в тусклом свете, и едва уловимый аромат заставил меня на мгновение замереть. Я вздохнул, отгоняя непрошеные мысли.

— Мы почти у Джардана. Если завтра погода не наладится, пересидим там день, снимем пару комнат.

— А как же поиски монстра для группы? — голос Лили дрогнул.

Я опустил взгляд и покачал головой.

— Свой урок я усвоил, когда пытался пробиться сквозь метель. Лучше переждать, — вздохнул, досадливо поморщившись. — К тому же мы уже близко к городу. Даже в горах уровень монстров падает. Если кого и найдём, мне это в зачёт не пойдёт. Хотя для твоего прогресса можем и поохотиться.

— Ох… — она замолчала, словно обдумывая сказанное. — И что тогда будем делать?

— Отправимся на север, к Тверду, — эта мысль давно засела у меня в голове, с тех пор, как твари вокруг стали слишком слабыми для меня. — Будем держаться диких земель между городами и надеяться на удачу.

Она ничего не ответила, да и не нужно было. Лили и так понимала, даже дикие земли между городами исхожены вдоль и поперёк. Монстров, требующих целую группу охотников, там днём с огнём не сыщешь. Особенно бродячих. Их быстро выслеживают и убивают другие искатели приключений.

Но выбора у нас не оставалось. До Тверда неделя пути, и если погода окончательно испортится, мы сильно замедлимся.

Мы ещё долго переговаривались шёпотом, но постепенно Лили затихла, её дыхание стало ровным и глубоким. Я и сам начал засыпать, убаюканный теплом и её тонким ароматом.

Утром, открыв глаза, я на мгновение подумал, что всё ещё сплю. Хотя мы засыпали каждый под своим одеялом, каким-то образом она перебралась ко мне. Её мягкое тёплое тело прижималось к моему боку, а мои ноздри щекотал тонкий нежный аромат, который говорил больше любых слов.

Я мог бы наслаждаться этим ощущением всё утро, но как только она начнёт просыпаться и зашевелится, не уверен, что смогу сохранить самообладание. Лили сонно обвила меня рукой и ногой, тихо простонав, и прижалась ещё теснее.

Осторожно высвободившись, я укрыл её одеялами, чтобы холод, пробравшийся в палатку, не разбудил её. Быстро оделся и даже натянул меховой плащ. Низко натянув капюшон, я выбрался наружу.

Оказалось, что за ночь палатку завалило сантиметров на десять. В воздухе продолжали кружиться густые снежные хлопья. Это, конечно, не буран, но серьёзный снегопад, который явно не собирался прекращаться.

Несмотря на плотные тучи, я понял, что уже светает, и занялся приготовлением сытного рагу из корнеплодов.

Через некоторое время из палатки выбралась Лили, тоже укутавшись от холода. Девушка-кролик переносила мороз куда лучше меня, а её сородичи в тёплые месяцы часто бегали голышом, даже когда на улице ощутимо прохладно. Она даже нисколько не дрожала, попав на мороз сразу из тепла постели, и с восторгом наблюдала за падающим снегом, наслаждаясь его красотой.

— Пахнет невероятно, — Лили подошла ближе и обняла меня со спины.

Тепло её прикосновения согрело больше, чем костёр. Я повернулся, обнял её в ответ и нежно поцеловал.

— Доброе утро. Думаю, до Джардана мы доберёмся за час. А снег, похоже, зарядил надолго. Хочешь провести день в городе?

— Конечно! — Лили улыбнулась. — Я ведь, кроме Тераны, и не была нигде, да и тогда мы торопились. Будет здорово просто расслабиться и посмотреть, что может предложить Джардан.

Она выглядела какой-то оживлённой и расслабленной, словно наконец избавилась от былой неловкости. Я твёрдо решил сделать её поездку в город как можно более приятной. В голове невольно всплыли воспоминания о куда менее удачных визитах с другими моими невестами. Особенно с Зарой. И почему некоторые люди так предвзято относятся к гоблинам? Трудно понять человеческую тупость! Чем выше наш уровень, тем меньше у людей желания откровенно хамить, но даже сейчас некоторые всё же смотрели на нас свысока. Бастион вроде как получше Кобрана в этом плане, но до идеала ему тоже ещё далеко.

Мы позавтракали, сидя рядом и прижавшись друг к другу. Собрав лагерь, Лили вдруг со смехом рванула вперёд, предложив устроить гонку. Я с радостью принял вызов. Несмотря на непогоду, мы добрались до города меньше чем за час. Запыхавшиеся, но довольные, обменялись улыбками, наслаждаясь утренним приключением.

Потребовалось несколько минут, чтобы отдышаться, прежде чем мы направились к воротам.

Стражники на посту с кислыми минами коротко отдали честь и задали пару стандартных вопросов. Если их и заинтересовала потрясающе красивая девушка-кунида, они этого не показали. Либо уж слишком замотаны, либо крутые профессиональны. В Бастионе стража на удивление толково подходила к работе с путешественниками, по всему региону их поощряли быть вежливыми и полезными. Нам с Лили даже не пришлось платить налог, чтобы пройти внутрь.

Я привык к тому, что на меня в людных местах сразу же начинают пялиться, рост и внешность делали своё дело. Но рядом с неземной красоты девушкой-кроликом, каких среди людей не встретишь, внимание прохожих усиливалось в разы. Прохожие на улицах буквально сворачивали шеи.

Мы, стараясь не обращать на это внимания, направились на рынок, где я собирался сбыть добычу, накопившуюся за последние дни. Раньше этим занимались Ирен, Лейланна и Белла, чтобы я мог сосредоточиться на прокачке, но, если честно, мне тоже нравилось торговаться.

— Шестьдесят семь золотых.

Торговец барахлом наконец-то озвучил итоговую сумму после раздражающе долгого осмотра наших товаров.

Да за такое предложение в приличном обществе бьют по морде канделябром!

— Спасибо за потраченное время.

Я начал собирать вещи обратно. Торговец, похоже, сообразил, что перегнул палку, особенно с человеком, чей уровень явно намекал, что у него есть дела поважнее.

— Сто тридцать, — поспешно поправился он. — Если добавите ещё и реагенты.

Я бросил взгляд на Лили, приглашая её подключиться к процессу. Она как-то говорила, что хочет научиться торговаться.

Она нахмурилась, отвечая на мой молчаливый вопрос:

— Разве ты не говорил, что в этом городе дают проаведливые цены?

Сдержал смешок, глядя на совсем скисшее лицо торгаша. Обычно я избегал такой эскалации, мне и без того хватало агрессии в торге, но как тактика вполне рабочая.

— Сто тридцать четыре золотых и пятьдесят серебряных, — проворчал продавец.

Я снова посмотрел на Лили, и она кивнула.

— Ладно, по рукам.

Моя спутница просияла и хлопнула в ладоши.

Торговец хмыкнул, сгрёб добычу и отсчитал деньги. Я внимательно проследил, чтобы он выплатил долю Лили, пусть меньшую, но справедливу, ей лично.

Сперва она отнекивалась, но, увидев мою решимость, с детским восторгом приняла монеты. Первые деньги в её жизни! Сложно было не заметить, что раньше всеми её финансами заправляла Ирен. Лили, похоже, богатство мало интересовало.

Теперь у Лили наконец появились собственные наличные, и ей не терпелось их потратить.

— Давай зайдём сюда! — она буквально потащила меня к лавке мыловара.

С детским восторгом она перебирала душистое мыло, соли для ванн, духи и масла. Видимо, воображение рисовало образ роскошной городской ванны, где она сможет насладиться всем этим.

Я оставил её торговаться и отправился на поиски книжной лавки, где выбрал для неё пару любовных романов, книгу с преданиями Харалдара и ещё одну по истории королевства. Взял и отчёт лорда, который путешествовал по другим континентам и даже добрался до Затерянного континента, Нила. Мне хотелось лучше понять этот мир, и я с нетерпением ждал, когда смогу всё это прочитать. Напоследок прихватил подшивку военных сводок с севера, чтобы быть в курсе дел на границе.

Лили нашла меня, когда я торговался с книготорговцем. Её глаза горели, когда она принялась рассказывать о своей «выгодной» сделке с мыловаром.

— Представляешь, он сначала заломил цену, а потом сделал огромную скидку! Но только здесь и сейчас! — она смотрела на меня с такой гордостью, что я едва сдержал улыбку.

Я аккуратно объяснил ей, что это старая тактика, чтобы заставить людей принимать решения в спешке.

Лили слушала молча, опустив взгляд, и её энтузиазм заметно поугас.

— Но это была хорошая первая попытка.

Я усмехнулся, глядя на торговца:

— О некоторых уловках можно узнать заранее, а на некоторые нужно нарваться самому.

— Уверяю Вас, я такими трюками не пользуюсь.

Книготорговец говорил уверенно, я лишь улыбнулся, не особо ему поверив, и завершил торг.

Закончив все дела на рынке, я отвёл Лили в «Четвёртый привал», гостиницу, где останавливался в прошлый раз. Воспоминания о той невероятной ночи с дикой Лилией всплыли в памяти.

Оставив Лили наслаждаться роскошной ванной с новыми солями и мылом, сам отправился готовить почву для идеального предложения. Романтический вечер — первый пункт моего плана.

Если с торговцами барахлом я всегда старался выторговать каждый медяк, то здесь не жалел золота. Нашёл продавца цветов, который выращивал их в теплице с помощью мага огня, и без раздумий заплатил целое состояние за дюжину роз с доставкой в гостиницу этим вечером.

Затем зашёл к портному и заказал себе шикарный костюм, и даже здорово переплатил, чтобы его сшили к сегодняшнему вечеру. В той же лавке мне на глаза попалось восхитительное кремовое платье из шёлка и атласа. Мы договорились, что портной зайдёт в гостиницу через пару часов, чтобы снять мерки с Лили.

Вернувшись в «Четвёртый привал», я арендовал отдельный обеденный зал и заказал лучшее вино, какое только нашлось. Пока официант согласовывал меню, я выбрал салат из свежей зелени из местной теплицы и несколько овощных блюд, которые особенно нравились девушке Повар пообещал выполнить их в самом изысканном стиле.

Потом заглянул к Лили. Разрумянившаяся и расслабленная после ванны, она лежала под одеялом с книгой в руках.

— Скоро придёт портной для примерки, — я улыбнулся, но не стал уточнять, зачем именно.

Лили бросила на меня лукавый взгляд. Кажется, она уже всё поняла.

Я вышел, чтобы завершить последние приготовления. Заглянул к цирюльнику, где мне привели в порядок волосы и сбрили бороду, затем вернулся в гостиницу, чтобы принять ванну.

Служанка, наполняя ванну, предложила потереть мне спину. Я лишь усмехнулся, сунул ей в руку серебряную монету и вежливо отказался. Лили, конечно, не возражала против моих приключений на стороне и, к моему постоянному смущению, даже любила обсуждать такие вещи. Но заниматься подобным в день, когда собираешься сделать предложение, это уж слишком. Есть границы, которые нельзя переходить.

Горячая вода расслабляла, помогая забыть о хлопотах. Все приготовления завершены, и оставалось лишь как следует отмыться и дождаться, когда портной принесёт мой костюм.

Глава 2

Тем же вечером я, немного волнуясь, подошёл к двери Лили. Костюм непривычно сковывал, а букет роз, что держал на сгибе локтя, казался каким-то инородным предметом. Не каждый день приходится наряжаться как на парад, и, честно говоря, чувствовал себя немного не в своей тарелке.

За дверью тихо скрипнула половица. Понятно, Лили уже знает, что я здесь, с её-то ушами. Но она выдержала паузу и не бросилась к двери сразу, а дала мне постучать.

Женские игры, куда без них.

Когда дверь наконец открылась, её волнение стало видно невооружённым глазом: руки сцеплены в замок, взгляд немного растерянный. Большие глаза за стёклами очков распахнулись.

— Ого! Артём, ты… ты очень красивый! –её олос дрогнул от волнения.

Ответить сразу я не смог, просто застыл, разглядывая представшее передо мной чудо, на пару секунд потеряв дар речи.

Новое кремовое платье сидело на ней как влитое, подчёркивая каждый изгиб, цвет идеально играл на контрасте с молочной кожей девушки, белыми ушами и хвостом. Она что-то сделала со своими обычно прямыми серебристыми волосами, теперь они лежали на плечах и спине мягкими локонами. Похоже, даже нанесла какой-то макияж, но аккуратно, почти незаметно. И без того идеальные черты лица Лили стали ещё выразительнее, а уши стояли торчком — верный признак, что она в предвкушении. С лица не сходила сияющая улыбка.

В воздухе витал её собственный, едва уловимый аромат: тёплый, спокойный, какой-то… родной. Запах доверия, а не просто парфюм.

Наконец-то я нашёл в себе силы отлепить челюсть от пола и протянул ей розы.

— Хотел бы подобрать слова, чтобы описать, как ты выглядишь, но, похоже, их ещё не придумали. До твоего появления в них просто не было нужды.

Звучало, может, и пафосно, но высказал чистую правду. Эта мысль не раз приходила мне в голову, когда смотрел на неё.

Взгляд Лили потеплел.

— Ох, это так… так мило.

Она с благоговением взяла цветы, глубоко вдохнула их аромат.

— М-м-м, пахнут восхитительно вкусно!

Заметив мой удивлённый взгляд, она рассмеялась.

— Не волнуйся, их на потом оставлю, когда будет время посмаковать.

Ну, почему бы и нет. Если ей нравится вкус роз — это как подарить одновременно и цветы, и конфеты. Два в одном.

Изобразил поклон, насколько смог это сделать в новом непривычном костюме, и протянул руку.

— Поужинаем, Лили?

Она просияла, мягкая рука скользнула в мою и крепко сжала.

— Да, конечно.

Внезапно она замерла.

— Ой, очки! Читала и совсем про них забыла.

Она метнулась обратно в комнату, сняла их и положила на столик.

— Постой!

Выпалил это так резко, что сам удивился. Она неуверенно обернулась, и я почувствовал, как к щекам приливает кровь.

— Оставь их. Если, конечно, сама не хочешь снять.

Лили непонимающе уставилась на меня.

— Ты хочешь, чтобы пошла в них на наше свидание? Сёстры всегда говорили, что парням это кажется глупым, и что очки лучше снимать, если хочешь кого-то… соблазнить.

Усмехнулся.

— Шутишь? Мне нравятся твои очки. Они очаровательны. Пожалуй, это лучшее в твоём образе.

Девушка улыбнулась, слегка покраснела, но было видно, что ей приятно.

— Надо же… Даже не думала.

Она вновь надела очки и, вернувшись, неуверенно взяла меня под руку.

— Спасибо! Хочу всё сегодня видеть чётко.

Проводив её к отдельному залу, открыл дверь и склонил голову.

— После Вас, миледи.

— О, благодарю, — она с улыбкой вошла. — Ах, как здесь чудесно!

Вошёл следом, с удовлетворением отметив, как со вкусом горничные накрыли на стол. Изящные приборы, чистые тарелки, всё блестело в тёплом свете свечей.

Отодвинул для Лили стул, потом налил нам вина и сел сам.

— За нас.

Поднял бокал.

— М-м-м, вкусно. Напоминает клубничное вино, которое мы делаем у нас в Холмистом.

Удачное совпадение, этого я не знал. Тоже отпил, наслаждаясь фруктовым привкусом.

— Надо заказать пару бутылок для поместья.

Ужин прошёл на удивление легко. Первая неловкость, вызванная формальностью обстановки, быстро улетучилась. Мы расслабились, вспомнив, что провели вместе немало хороших часов.

Лили удивила меня, сказав, что сегодня отложила любовные романы и читала историю Харалдара.

— Подумала, раз уж теперь живу как гражданка королевства, а не сижу в норе, интересно узнать о нём побольше, — она усмехнулась. — К тому же после чтения древних гномьих хроник о заселении этих земель захотелось понять, насколько длинна история самого Харалдара.

— Не такая древняя, как у Последней Твердыни Гурзана, надо полагать?

— Нет, совсем нет. — Она рассеянно отщипнула лепесток от одной розы из букета, который мы поставили в вазу, и, отправив его в рот, продолжила. — До того, как первый король Харалдара пришёл на эти земли, они веками оставались дикими и нетронутыми.

— Полагаю, когда королевства рушатся, они быстро приходят в запустение. Логовища монстров снова появляются и отвоёвывают территорию.

Она кивнула.

— Это значит, что множество затерянных городов и цивилизаций всё ещё ждут, когда их откроют заново.

— А есть места, которые были заселены настолько плотно, что все логовища там уничтожили подчистую?

Она рассмеялась.

— Ты меня спрашиваешь? Я выросла в норе под землёй на отшибе Хасмадеи.

Улыбнулся в ответ и смущённо пожал плечами. Лили посерьёзнела.

— Вообще-то да. Действие многих популярных романов происходит в Элладе, самом цивилизованном континенте. Тамошние королевства так разрослись, что логовища монстров остались только в самых непригодных для жизни местах: пустынях, на вершинах гор, да и те давно ослаблены и находятся под контролем.

— То есть для культурного отдыха место интересное, а для приключений гиблое?

Лили мечтательно вздохнула, отрывая ещё один лепесток.

— Возможно. Но, говорят, некоторые города там невероятно романтичны. Там есть особые улицы, где по вечерам гуляют завидные холостяки и свободные леди, знакомятся и находят свою любовь.

Потянулся через стол и взял её за руку.

— Может, однажды и у нас найдётся причина туда заглянуть.

— Было бы здорово.

Она сжала мою ладонь.

Мы закончили ужин. Лили прихватила с собой розы, я снова предложил ей руку и захватил её палантин и своё пальто. Мы спустились в шумный общий зал гостиницы «Четвёртый привал».

Огромное помещение занимало весь первый этаж, а балкон на втором создавал ощущение простора. Тёплое гостеприимное место, которое мне понравилось ещё в прошлый визит, но толпа и шум немного смущали Лили, особенно из-за внимания, которое привлекали наши наряды. Она с явным облегчением выдохнула, когда мы вышли на улицу.

После тепла гостиницы ночной холод был неприятен, но, к счастью, идти было недалеко.

Я арендовал на вечер комнату в соседнем здании, и едва мы вошли, нанятая мной девушка-музыкант тронула струны лютни. Лили замерла.

— Как красиво! Это ты устроил? — её голос дрогнул от изумления.

Это была небольшая частная танцевальная площадка. Я заплатил иллюзионисту из Гильдии Искателей, и тот за скромную плату навёл морок на стены, пол и потолок. Создавалось полное впечатление, что мы танцуем среди звёзд и туманностей ночного неба Валинора.

— Потанцуем, мисс Лили?

Она застенчиво улыбнулась и коснулась пальцами моей ладони.

— Для меня это честь, мастер Артём.

Мне показалось, или музыкантша в углу тоскливо вздохнула? Впрочем, когда бросил на неё взгляд, она уже полностью увлеклась игрой.

Нас с Лили учили танцевать Ирен и Лейланна, когда мы готовились к поездке в Тверд. На Земле с этим делом я как-то не особо дружил, да и возможностей не искал. Первый и последний мой опыт в танцах — школьные дискотеки, где музыка орала так, что уши закладывало, а ты просто стоишь столбом и неловко переминаешься с ноги на ногу. Лили любила танцевать на природе, но её движения имели мало общего с официальными танцами знати Харалдара. Так что учиться пришлось обоим.

К счастью, природная координация и ловкостьа не подвели. Чувствовал себя почти настоящим джентльменом, ведя в танце прекрасную девушку-кролика.

— Как думаешь, мы когда-нибудь сможем по-настоящему потанцевать среди звёзд?

Голос Лили звучал мечтательно, она не переставала любоваться иллюзией вокруг.

Усмехнулся.

— Если только доберёмся туда и раздобудем герметичные костюмы с подачей воздуха и защитой от радиации. А ещё реактивные ранцы, чтобы передвигаться. Иначе нас просто унесёт в пустоту, и мы будем лететь, пока не врежемся во что-нибудь.

Лили нахмурилась.

— Откуда ты всё это знаешь? Понимаю, что из твоего старого дома, и верю тебе, ты не из тех, кто врёт. Но… как?

Вновь появилась неловкость. Всё! Хватит оттягивать этот разговор! Если собираюсь жениться на Лили, нельзя скрывать от неё такую важную часть моей жизни. Нечестно просить её связать свою судьбу с человеком, которого она толком не знает.

Глубоко вздохнул и кивнул музыкантше. Та с похвальным профессионализмом тут же забрала лютню и удалилась в другую комнату, а я подвёл растерянную Лили к стульям в углу, где стоял столик с закусками, и сел так близко, что наши колени соприкоснулись.

— Ты ведь знаешь, что Мия и есть Безымянная? — начал я тихо и осторожно.

Лили неуверенно кивнула. Мия и Ирен и не пытались это от неё скрывать. Что справедливо, ведь именно жрица Безымянной, можно сказать, и подтолкнула Лили покинуть свою нору, когда навещала Петра, моего сына от Клевер. Если Лили и считала странным или пугающим жить под одной крышей с богиней, она этого никогда не показывала. Может, конечно, это потому, что все остальные вели себя с Мией совершенно естественно.

— Но какое это имеет отношение к тому, откуда ты?

Набрав побольше воздуха в грудь, выпалил:

— В каком-то смысле я тоже… извне. Причина, по которой столько знаю о небе, в том, что меня занесло сюда из другого мира. Не из Валинора. В моём мире мы столетиями изучали космос с помощью мощных телескопов и даже отправляли людей на нашу единственную луну. Мир, откуда я родом, называется Земля.

Она тупо уставилась на меня.

— Эм… что? Твой мир называется… грязь?

Невольно усмехнулся. Из всего, что вывалил на неё, она зацепилась именно за это. Моя очаровательная милая зануда! Ход её мыслей просто неподражаем.

Усмешка быстро сползла с моего лица, когда увидел её обиженный взгляд.

— Почему ты улыбаешься? Смеёшься надо мной? Это какая-то шутка?

— Нет, конечно нет, прости, — я поспешил взять её за руку. — Просто подумал, какая же ты всё-таки замечательная!

Лили сощурилась, глядя на меня сквозь очки.

— Спасибо, но давай вернёмся к безумной идее о том, что ты из другого мира.

— Хорошо, извини.

И рассказал ей всё. Как умер на Земле, как очутился в серой пустоте, где безликий голос сообщил мне о моей смерти. О выборе, который мне дали: отправиться в положенное мне посмертие или переродиться на Валиноре. О дарах богини, о том, как меня забросило в лес недалеко от Хасмадеи, где пришлось на ходу выбирать класс и учиться выживать.

Как спас Зару, при каких обстоятельствах подружился с Илиным. Как сблизился с Беллой. Про поход в Бастион, спасение Лейланны. Про спасение гоблинов из племени Мстительных Волков и то, как дал им дом в поместье Мирид. Про брак с Самирой, который должен был скрепить союз, а в итоге перерос в нечто большее. Про встречу с Ирен в Теране и то, как узнал, что она делит тело с Мией.

Конечно, многое из этого Лили уже знала; она жила с нами, и мы не держали от неё секретов. Но теперь она услышала всё в новом свете: я пришелец из другого мира, который ничего не знал о Валиноре, и открывал его для себя шаг за шагом.

Когда закончил, она молчала, как мне показалось, целую вечность. Тот нежный аромат любви, который окутывал её весь вечер, исчез.

Осторожно положил руку ей на колено.

— Лили?

Она нервно хмыкнула.

— Что ж… теперь понимаю, почему ты не торопился этим делиться. Даже обижаться не могу, что ты так долго ждал.

— Так ты… веришь мне?

Она медленно покачала головой и отвела взгляд:

— Мы живём с богиней, а ты не похож на сумасшедшего. Остальные знают?

— Только самые близкие. Семья и друзья, — я мягко сжал её колено. — Им тоже не сразу рассказал. Мия хотела убедиться, что они готовы это услышать.

Она задумчиво прикусила губу:

— И богиня попросила тебя рассказать мне сейчас?

Улыбнулся и покачал головой:

— Нет. Сам захотел, чтобы ты знала. Но, думаю, она одобрит.

Лили резко встала.

— Давай ещё потанцуем. И плевать на музыканта, нам не нужна музыка… — она резко замолчала. — Хотя нет. Можешь дать ей на чай и отпустить?

Не совсем понимая, к чему всё идёт, сходил к женщине, вложил ей в руку золотой и тихо поблагодарил. Она сделала книксен и скрылась за дверью.

Лили стояла посреди зала. Когда я приблизился, молча шагнула в мои объятия и положила голову мне на плечо. Мы медленно двигались в тишине.

Наконец она пробормотала:

— Читала истории, где прекрасный незнакомец появлялся из далёких земель по таинственным причинам, но чтобы из другого мира… Такого не было.

Она подняла на меня глаза, лицо застыло непроницаемой маской.

— Ты был знатным лордом на этой своей Земле?

Я усмехнулся.

— Вовсе нет. Обычный парень, работал на бесперспективной работе, а свободное время убивал за видеоиграми.

Лили не стала спрашивать, что это.

— Но ты такой умный, образованный, говоришь так уверенно. Ты умеешь делать столько всего! Складные стулья, водопровод, туалеты со смывом, все эти улучшения в поместье… И пусть Глаз истины — это огромная помощь, но ты, кажется, сам придумал лучшие способы охоты на монстров и прокачки.

Пожал плечами, не зная, что ответить. Она легонько ткнула меня в бок.

— Наверное, даже обычные парни в твоём мире как короли в нашем?

— Нет. Просто нам повезло иметь доступ к таким технологиям и знаниям, которых здесь почти нет.

— Например как добраться до неба? — Лили вздохнула и снова положила голову мне на плечо: — Трудно поверить, что мужчина, которого люблю, из другого мира.

— Значит… ты всё же меня любишь?

— Человека, который умер и возродился в паре километров от меня, чтобы потом исчезнуть, а затем вновь появиться и покорить моё сердце? — она тихо рассмеялась. — Наша жизнь и правда похожа на роман, да?

— Если так, то хочу читать его дальше. Страницу за страницей, главу за главой, идти вместе через приключения.

Поддавшись порыву, отстранился, опустился на одно колено и полез в карман за маленькой бархатной коробочкой.

Дыхание Лили участилось, глаза расширились, когда она поняла, что происходит. Сладковатый аромат любви снова окутал меня нежными волнами, и появилось ощущение, что нахожусь во сне.

— С того момента, как впервые тебя увидел, меня к тебе потянуло. Каждая минута с тобой — это радость.

Открыв коробочку, протянул ей кольцо из чистого серебра с крупным бриллиантом, которое для меня сделала Самира.

— Лили из Холмистого, ты выйдешь за меня?

— У-и-и-и!!! Да!!! Глаза девушки-кролика засияли, а улыбка стала ярче восходящего солнца.

Глава 3

Время замерло, превратившись в густой тягучий мёд. Я обнимал Лили, а весь мир сузился до стука её сердца. Она согласилась. Эта невероятная, полная жизни кунида, чей смех мог бы заставить расцвести пустыню, станет моей женой!

Лили шевельнулась, и её тёплое дыхание обожгло ухо.

— Уже поздно, любимый. Может, пойдём спать?

Её голос, низкий и чуть хрипловатый, прозвучал обещанием жаркой ночи. Аромат сладковатой смеси полевых трав и женского тепла ударил в голову. В паху мгновенно потяжелело.

— Да, дорогая.

Голос сел. С трудом отстранился. Её пальцы, тонкие и сильные, легли в мою ладонь. Доверие в этом простом жесте чувствовалось почти осязаемо.

Путь до «Четвёртого привала» превратился во всё нарастающую пытку предвкушением. Каждый шаг отдавался гулким ударом в груди, мышцы напряглись до предела, словно перед боем. В гудящем зале таверны на нас никто не обратил внимания, но желание буквально сносило мне крышу.

Поднявшись на второй этаж, где располагались наши комнаты, я, сгорая от нетерпения, смотрел, как она вставляет ключ в замок. Дверь открылась с тихим скрипом. Лили обернулась, в её глазах за стёклами очков плясали озорные огоньки.

— Надеюсь, ты не стал снимать для себя комнату?

Провёл рукой по щетине на подбородке, пытаясь унять внутреннюю дрожь нетерпения.

— Снял. Не хотел на тебя давить.

Она тихо рассмеялась, словно золотые колокольчики зазвенели в ночной тишине коридора.

— Ох, мой милый, ты такой романтичный!

Она шагнула в комнату, развернулась, приподнялась на цыпочки, и её горячее дыхание обожгло мне ухо.

— Но показать, как сильно ты меня хочешь, тоже романтично. Особенно теперь, когда я согласилась стать твоей женой.

Это было всё равно, что поднести факел к бочке с порохом. Я шагнул за порог, захлопнул дверь ногой и, развернув Лили к себе, впился поцелуем в её губы. Яростным, голодным, требовательным.

Хотелось не просто коснуться её, а поглотить, взять полностью и без остатка. Она ответила такой же первобытной страстью, её тело таяло в моих руках, мягкое и податливое. Оправа очков впилась в щёку, но это казалось неважным.

Я запустил пальцы в её волосы, наслаждаясь их шёлком, другой рукой сжимая её упругую попу, бёдра, ощупывая каждый изгиб тела. Когда мои ноги упёрлись в изножье кровати, Лили резко толкнула меня. Я рухнул на постель, пытаясь увлечь её за собой, но кунида с игривым смешком вывернулась и отскочила.

Её лицо пылало, глаза блестели.

— Любимый, я хочу показать тебе себя. Всю.

Я сглотнул. Воздух в комнате, казалось, загустел, пропитался её ароматом. В штанах стало не просто тесно, они готовы были вот-вот взорваться.

— Я давно мечтал об этом.

Лили улыбнулась.

— Если ты хочешь этого также сильно, как и я, то твоя выдержка достойна самого настоящего памятника или монумента.

Одним движением она скинула меховую накидку. Затем, не отводя от меня взгляда, спустила с плеч бретельки кремового платья. Ткань зашуршала, соскальзывая по её телу и опадая к ногам шёлковым облаком. Под ним оказалось простое белое бельё, но эта скромность на фоне её дерзкого взгляда сводила с ума.

Я пожирал куниду глазами. Гладкая молочная кожа, на которой проступил румянец. Плоский живот, стройные длинные ноги, изящные ключицы, узкие плечи, упругие холмики грудей, обтянутые тонкой тканью, и этот очаровательный пушистый белый хвостик, который подрагивал от волнения.

Она прикусила губу и расстегнула какую-то хитрую застёжку. Ткань упала к ее ногам. Её грудь была совершенна. Не слишком большая, упругая, с маленькими розовыми сосками, затвердевшими от возбуждения, что словно молили о прикосновении и поцелуях.

Мой взгляд скользнул ниже. Лили зацепила пальцами край белья и медленно, мучительно медленно стянула его вниз. Зрелище, открывшееся мне, заставило забыть как дышать. Её киска блестела от любовных соков и жара.

Мой член изнывал в штанах, неистово пытаясь проломить преграду брюк и вырваться наружу.

Она подошла, взяла мою руку в свои.

— Я хочу тебя, любимый.

Мои пальцы коснулись её горячей шёлковой кожи.

С тех пор, как я попал в этот мир, женщин у меня было много. Я считал себя искушённым любовником, мастером выдержки и контроля, но в этот момент вся выдержка рассыпалась в прах. Одно прикосновение к ней, и тело едва не взорвалось. Неделя воздержания, два месяца ожидания, и вот она, невероятно сексуальная, сводящая с ума кунида.

Кажется, она чувствовала то же самое. Лили настойчиво направила мою руку, прижимая ладонь к покрытым капельками любовного сока складкам своей киски. Пальцы погрузились в горячие лепестки, а ёё тело отозвалось новой волной жара, обжигая мои пальцы.

— Богиня! — она изогнулась, голос сорвался на стон. — Я так долго этого хотела!

Я рванул Лили на себя, усадил на колени и снова впился в губы, исследуя руками её тело, грудь, бёдра… Мои пальцы сжали упругие ягодицы, проскользили вдоль позвоночника, заставив её прогнуться и задрожать, а затем игриво коснулись маленького белого хвостика. Лили застонала, инстинктивно прижимаясь ко мне всем телом. Она дрожала в моих руках, сгорая от чувств.

— Кажется, у нас ничего не выйдет, — дыхание Лили сбилось, она, стараясь прийти в себя, упёрлась руками в мою грудь.

Я замер.

— Что не так?

— Я хотела, чтобы наш первый раз был… как в книжках. Нежный, романтичный, — её ногти впились в мои плечи сквозь ткань рубашки. — Но, похоже, это придётся отложить. Потому что сейчас всё будет… куда более первобытно. И д-дико…

Мой член, да и всё тело отозвались на её слова, но я хотел дать ей то, о чём она так мечтала.

— Не обязательно. Я могу сдержаться. Сделаем всё как ты хочешь.

Она посмотрела на меня затуманенным взглядом.

— Уверен? Ты чувствуешь это, Артём? Мой любовный аромат? Думаю, ему нужно совсем немного времени, чтобы набрать силу… Он передаёт всё то, что я чувствую. Когда я игрива или нежна, или… — она снова взяла мою руку и прижала к своей пылающей от возбуждения киске, — … или когда я очень, очень возбуждена.

— Ох, — только и смог выговорить, с трудом сдерживая порывы.

— Моя сестра говорила, что в первый раз запах ударил по её мужчине, словно его по голове кувалдой приложили. Всё её возбуждение смешалось с его и превратилось в нечто невероятное.

Я сглотнул. Кажется, до меня стало доходить, о чем она сейчас говорила.

Лили схватила мои пальцы и сама ввела их в свою киску, вскрикнула, а затем начала настойчиво двигаться, всё глубже и глубже насаживаясь на них, а киска сжимала их и нетерпеливо пульсировала, реагируя на каждое моё движение.

— Это не очень-то романтично, — выдохнула она. — Но просто помни, всё, что ты сейчас чувствуешь, это то же, что чувствую и я.

С жалобным стоном она отползла на середину кровати и встала на четвереньки, предлагая себя. Её влажная блестящая киска манила и сводила с ума, пробуждая во мне глубинные инстинкты хищника, что поймал нежную зайку.

Лили оглянулась через плечо.

— Не сдерживайся. Дай мне то, чего я так долго ждала с нашей первой встречи.

Всё! У меня окончательно снесло крышу!

Я торопливо сорвал с себя одежду.

Лили гипнотически качнула бёдрами, её любовный аромат ударил в полную силу, и меня накрыло.

С рычанием я бросился вперёд и одним мощным толчком вошёл в неё до самого основания. Она взвизгнула, но не от боли, а от чистого животного удовольствия. Ощущение её узкой, горячей, обхватившей меня киски вырвало стон и из моей груди.

— О, богиня, да-а-а!! — её крик заполнил комнату, ещё сильнее распаляя во мне жар.

Её аромат, стоны, ощущения, что накрыли с головой, полностью затуманили мой разум.

Я двигался с первобытной яростью, вбивая в неё член снова и снова. Кровать застучала о стену. Любовный аромат Лили не просто передавал её возбуждение, он десятикратно усиливал моё желание. Я врывался в её киску, а она пульсировала в ответ, сжимая мой член и обхватывая по всей длине. Жар заполнил всё тело, на лбу выступили капли пота, а Лили вцепилась руками в одеяло и неистово стонала.

— Да-а-а-а-а!!!

Это было за гранью. Ух!

— Да! Да-да-а-а!!! — взвизгнула Лили, дрогнула и забилась, поглощённая мощным оргазмом. Внутри взорвался настоящий вулкан, по телу прошла бушующая волна огня, что и стало последней каплей.

Я схватил её за локти, мощным рывком вошёл до самого конца, упираясь кончиком члена в её лоно. Лили завизжала, содрогаясь в волнах экстаза и потеряв контроль над собственным телом, а я раз за разом вбивал член, чувствуя, как жар заполняет моё тело.

— Да-да-да! — с последним диким толчком член дёрнулся в жарких тисках любовного туннеля куниды, а затем выплеснул обжигающую волну спермы, заполняя её до предела.

Я упёрся в оголовье кровати, переводя дыхание. Голова слегка кружилась.

— Бо-о-оже-е-е! — голос Лили прозвучал стоном мольбы. — Ты не представляешь, как сильно я хочу отменить заклинание и забеременеть от тебя прямо сейчас!

— Если хочешь, делай, — я чувствовал, как мой член вновь пульсирует и требует продолжения. В голове стоял туман возбуждения, её аромата и собственной похоти. Сейчас, кажется, я соглашусь на всё…

Лили хихикнула изнеможённо, но счастливо.

— И пропустить годы приключений с тобой? Ну уж нет! У нас будет столько детей, сколько захотим, но попозже. А сейчас… — Она задвигала попкой и снова застонала. — Хочу ещё!!

Мне не требовалось приглашения, я и так сгорал от желания. Одним движением перевернул её на спину, входя в податливое горячее лоно, навис сверху, упираясь ладонями в подушки по обе стороны от её головы. Кунида тут же обвила руками мою шею, сцепив пальцы в замок. Её ноги взметнулись вверх, обхватили мою спину, и я почувствовал, как стопы скрестились у меня на пояснице, притягивая ближе, запирая в кольце своих объятий.

Я, подхватив бёдра Лили, стал резкими глубокими толчками вбивать её в мягкую перину кровати. С её губ сорвался крик, перешедший в стон удовольствия.

— Да-а-а!

Она подалась навстречу, и я, придерживая её за талию, задал новый неистовый ритм. Каждый толчок отзывался сладкой дрожью в её теле, стоны срывались с губ, смешиваясь с моими. Мы стали вихрем, бурей страстей и эмоций, пот блестел на наших телах.

Уже через минуту её накрыла волна оргазмов.

— Да-а-а!

Я ухмыльнулся и продолжил, продлевая экстаз. Хлоп! Хлоп! Хлоп!!

— Уи-и-и-и!!! Ещё! Ещё-ё-ё-ё!!!

Её крики звучали музыкой, высшей наградой. Я подхватил её бёдра, приподнимая над постелью, меняя угол, входя ещё глубже, до самого основания. Каждый мой толчок служил ответом на её безмолвную мольбу. Лили выгибалась дугой, её ногти царапали мою спину, но то была сладкая боль, лишь подстёгивающая меня. Её аромат, её жар, её стоны — всё смешалось в один пьянящий коктейль, от которого кружилась голова. Я чувствовал, как она снова приближается к пику. Её тело дрожало мелкой дрожью, стенки лона сжимались всё сильнее, и это нетерпеливое судорожное объятие тянуло меня за собой к общей пропасти.

— Ещё немного… — прорычал я ей в ухо, намеренно замедляя темп, мучая и наслаждаясь её агонией.

— Не-е-ет! — простонала Лили, отчаянно подаваясь бёдрами вперёд, требуя, умоляя.

И я дал ей то, чего она хотела: отпустил остатки контроля. Мы кончили одновременно. Из её киски вырвалась тугая струя сквирта, а из меня мощный поток спермы. Её крик смешался с моим рыком, и мир взорвался ослепительной белой вспышкой.

Моя невеста обессиленно откинулась назад, а я свалился на кровать, с трудом переводя дыхание. Какой же кайф… В следующее мгновение Лили толкнула меня на спину, а сама взобралась сверху. С низким гортанным стоном она оседлала меня, впиваясь в плечи.

Я думал, что достиг своего предела, но вид прекрасной куниды, оседлавшей меня с дикой решимостью во взгляде, зажёг во мне новый, ещё более яростный огонь. Её вес на моих бёдрах, тепло любовного туннеля, вновь обхватившего мой член… всё это опьяняло.

Она начала двигаться. Сперва немного неуверенно, словно пробуя, но её природные инстинкты быстро взяли верх. Движения стали плавными, глубокими, её бёдра описывали круги, доводя меня до исступления. Я положил руки ей на талию, направляя, помогая найти ритм, который сводил нас обоих с ума.

Её длинные уши подрагивали в такт движениям, волосы разметались по плечам, а с кончика носа сорвалась и упала мне на грудь капля пота. Она откинула голову назад, обнажая длинную шею, и с её губ сорвался протяжный вибрирующий стон.

— Вот так… Да… — прошептал, сжимая её ягодицы и чувствуя, как напрягаются мышцы под моей ладонью.

Лили наклонилась вперёд, упираясь ладонями в меня, её грудь оказалась прямо перед моим лицом.

— Смотри на меня, — выдохнула она, её серые глаза потемнели от страсти. — Смотри, что ты со мной делаешь.

И я смотрел, не в силах отвести взгляд. Смотрел, как её тело движется, как её грудь вздымается от тяжёлого дыхания, как губы приоткрываются в беззвучном крике. Она ускорила темп, насаживаясь всё глубже и яростнее, стоны становились громче…

— Да, детка!

Я чувствовал приближение её оргазма, и её внутренние мышцы начали судорожно сжиматься вокруг члена, посылая волны удовольствия по всему моему телу. Всё пылало, накатывая волнами огня. Это стало последней каплей.

Я подался бёдрами навстречу, входя в неё до предела в тот самый момент, когда её тело выгнулось дугой в экстазе.

Оргазм накрыл меня с силой товарного поезда, ослепляющий, всепоглощающий, вымывающий все мысли. Мы вскрикнули на два голоса от переизбытка чувств.

— Ох… ять…

Лили рухнула на меня полностью обессиленная, её тело дрожало и билось в экстазе. Мы лежали так несколько минут, тяжело дыша, пропитанные потом и запахом друг друга. Я гладил её спину, волосы, чувствуя, как постепенно ко мне возвращается способность мыслить.

Наконец она шевельнулась и, приподнявшись на локтях, нежно поцеловала меня.

— Это было всё, на что я надеялась в свой первый раз.

— Да? А как же романтика?

— После очередного оргазма ко мне пришло прозрение, — она блаженно улыбнулась. — Те истории написаны о человеческих женщинах, а для куниды романтика немного другая. А ты готов смириться с тем, что твоя невеста неумолимо похотлива и хочет не только дикого секса, но и кучу детей?

Я рассмеялся.

— По-моему, это и есть романтика.

— Правда ведь? — её глаза сияли. — Значит, мы нашли нечто лучше, чем в книжках, — она игриво укусила меня за шею. — И теперь я могу ждать наших игр, когда ты будешь находить меня в лесу, гнаться, прижимать к земле и брать силой!

Я застонал, чувствуя, как тело снова отзывается на её слова.

— Осторожнее, а то ты меня снова заведёшь.

— Это обещание? — с беззаботным смехом она проложила дорожку поцелуев вниз по моему телу, подбираясь к члену, что моментально стал набирать форму, отзываясь на её поцелуи.

Похоже, мы ещё не закончили…

:) Ну не получилось за окном сделать ночь… но я ещё попробую:)

Глава 4

На следующее утро я проснулся от ощущения, которого мне определённо не хватало: тёплый рот Лили обхватил мой член, и она нежно его посасывала. Это моментально стряхнуло остатки сна, а тело настойчиво потребовало секса, к счастью, уже не с той звериной силой, что вчера ночью; я не был уверен, что смогу постоянно выдерживать такой накал. Но она, судя по всему, была готова повторить. Мягкие губы девушки-кролика работали с упорством, которое заставляло меня думать, что она решила взять реванш за вчерашний вечер.

Следующий час мы занимались любовью с прежней страстью. Моя невеста оказалась на удивление изобретательной: то развернётся ко мне спиной, то вдруг подберёт ноги под себя, меняя углы так, что голова кружилась. К тому времени, когда мы переместились в ванную, чтобы привести себя в порядок, простыни оказались безнадёжно испорчены. Безумно приятно проводить мыльными руками по идеальному телу своей куниды, слушая, как она постанывает от удовольствия. Мои ладони неторопливо ласкали невероятно нежную кожу, и от каждого прикосновения она выгибалась, словно кошка. Я наслаждался ничуть не меньше, и кончилось всё тем, что мы трахнулись снова. Дважды. Горячая вода лилась на нас потоками, но мы этого почти не замечали.

Наконец когда время перевалило далеко за полдень, мы собрали вещи, сдали ключи от номера и, обнявшись, спустились в общий зал завтракать. Расставаться не хотелось ни на секунду. Каждый раз, когда она отходила хотя бы на полметра, тело само тянулось к ней.

После бурно проведённого утра аппетит разыгрался поистине волчий, и я умял две большие тарелки: бекон, яичница, ветчина, картофельные оладьи и тосты с маслом. Но желудок требовал ещё и ещё, так что пришлось попросить добавки. Лили тем временем с завидным аппетитом прикончила четыре тарелки салата, методично пережёвывая каждый листок с тем же усердием, с каким она занималась мной этим утром.

Мы наметили простой план: дойти до Джардана, повернуть на север и потом двинуть в сторону Тверда. После такой ночи и утра я чувствовал себя воодушевленным и надеялся, что смогу найти подходящего монстра для группы. Кровь ещё бурлила, но голова работала чётко. Нужно использовать любую возможность.

— Как насчёт того, чтобы сегодня исследовать горы к западу от Джардана? — спросил я.

Лили моргнула, явно просчитывая маршрут в голове.

— Я думала, мы пойдём на север искать монстров в пустошах между этим городом и Твердом. Если мы двинем дальше на запад, путь сильно удлинится. Можем не успеть, если снова ударят зимние бури.

Я огляделся по сторонам и, наклонившись к ней, понизил голос:

— Мы можем поставить Домашнюю Метку прямо здесь, за городом, а потом просто наверстаем, если поднажмём в следующие несколько дней.

Лили просияла, и лицо её сразу оживилось.

— Хорошо, давай так и сделаем! Может, найдём ещё какое-нибудь подземелье, руины или поляну с древним и добрым существом вроде леди Лигеи Розоцветной.

Мне нравилось, что она разделяет мою жажду приключений, что готова познавать чудеса Валинора вместе со мной. Не просто плестись следом, а именно исследовать, рисковать.

Поднявшись, я обошёл стол, опустился рядом с ней на колено и нежно поцеловал в тёплые и такие сладкие губы.

— Это ты к чему?

— Просто меня снова накрыло, какая же ты невероятная! — я усмехнулся. — Так что готовься, теперь поцелуев заметно прибавится.

Она хихикнула и наклонилась, укусив меня за мочку уха.

— Уж я прослежу за этим.

Мы вышли на улицу, и морозный воздух сразу ударил в лицо. Я втянул его полные лёгкие и почувствовал, как кровь разогналась. Мы побежали так быстро, как только позволяли узкие улочки Джардана, лавируя между редкими прохожими. Примерно через минуту, когда мы очутились к западу от города, я активировал Домашнюю Метку, и привычное покалывание разошлось по коже.

Лили, хихикая, рванула вперёд.

— Попробуй догони! — донеслось до меня издалека. Вот только что она стояла рядом, а через несколько секунд её силуэт уже маячит далеко впереди меня.

После вчерашней метели снега навалило на добрых десять сантиметров. Пейзаж вокруг захватывал своей чистотой и нетронутостью, а морозный воздух освежал и бодрил. Когда бежал по целине вслед за своей невестой, следы которой чётко отпечатались в снегу, я легко вообразил себе, что мы одни в этом мире.

Лили, похоже, подумала также и решила проверить это предположение на практике. Примерно через полчаса игры в догонялки в предгорьях она повалила меня в сугроб и смело высвободила мой член. Я вздрогнул от резкого холода, снег попал за воротник; но прежде чем член успел съёжиться, она уверенно довела его до твёрдости тёплыми мягкими руками.

— Моя киска проголодалась, — сказала она, ухмыляясь. Дыхание её стало частым, щёки раскраснелись от бега. — На этот раз я хочу попробовать тебя на вкус.

Лили тут же накрыла член ртом, входя так глубоко, что кончик упёрся ей в горло, заставив подавиться. Но она упрямо продолжала, пытаясь протолкнуть его ещё глубже, и когда у неё это получилось, издала победный звук. Контраст между холодным воздухом и её горячим ртом был просто сногсшибательным.

Хотя девушка практически не имела никакого сексуального опыта, но пылкий энтузиазм быстро сделал своё дело. Лили работала языком с настойчивостью, которая заставляла меня думать, что она действительно голодна. Вскоре я уже изливался ей в горло, а затем и в рот, когда она отстранилась. Она жадно всё проглотила и, оторвавшись от моего обмякшего члена, удовлетворённо улыбнулась.

— Мне это очень нравится, — сказала она, облизывая губы. — Надеюсь, ты не против, если я буду пробовать тебя ещё много-много раз.

Я застонал от удовольствия, пряча влажный член, пока морозный воздух не прихватил его.

— Такими темпами мы далеко не уйдём.

Лили хихикнула, стряхивая снег с коленей.

— Зато путешествие нам точно понравится.

Так, смеясь и подшучивая друг над другом, мы взялись за дело: зачистили несколько логовищ, пробежались по долинам и вдоль хребтов. Горы становились всё ниже и ниже по мере нашего продвижения на запад, к той границе Бастиона, где они переходили в холмы и совсем исчезали. Снег под ногами весело хрустел, а воздух был такой чистый, что даже дышалось в радость.

К моему разочарованию, никаких подходящих для группы монстров мы не нашли, попадались только мелкие тварюги, не стоящие потраченного времени. Зато обнаружили чудесную маленькую долину, зеленеющую посреди снегов. С горного склона бил родник, образуя журчащий ручей, который протекал по её центру. Здесь оказалось так тепло, словно мы попали в другой мир.

— О! — воскликнула моя невеста. — Эту долину явно благословила Жива, Покровительница Весны, мать леди Лигеи Розоцветной, — она схватила меня за руку, её пальцы дрожали от возбуждения. — Давай здесь отдохнём и пообедаем! Тут безопасно, а целебный воздух восстановит наши силы. И я уверена, родник тоже благословленный.

Даже если бы я и хотел возразить, одного глубокого вдоха сладкого, свежего и необъяснимо тёплого воздуха долины хватило, чтобы передумать. Усталость как рукой сняло, а мышцы расслабились. Я взял Лили за руку, и мы направились к пятачку мягкого мха у родника, словно специально созданному для привала.

Её слова о благословенной воде оказались правдой. С каждым глотком я чувствовал, как тело наполняется свежестью и силой. Появилось ощущение, будто сама жизненная энергия потекла по венам. Никаких бонусов к параметрам я не заметил, но, чёрт возьми, это было здорово, словно после хорошей бани: и тело лёгкое, и мысли ясные.

Моя невеста, похоже, ощущала то же самое, потому что то и дело подходила к ручью, чтобы сделать несколько глотков. Я не выдержал и рассмеялся, когда она просто сунула голову в заводь у родника и принялась жадно пить воду. Её милая попка покачивалась взад-вперёд, а пушистый хвостик подёргивался от удовольствия.

Будь на дворе вечер, я бы поддался искушению и разбил лагерь в этой мирной долине, но было ещё слишком рано, а валяние на мягком мху и питьё зачарованной воды не приблизят нас к цели. Время — штука упрямая, его не обманешь.

Поэтому когда Лили наконец вынырнула, чтобы глотнуть воздуха, я уже стоял на ногах, готовый идти.

— Двигаем дальше? — спросил я.

Она выглядела немного разочарованной, но спорить не стала. Надела рюкзак, и когда мы покинули долину, пошла рядом, практически подпрыгивая от переизбытка энергии. Её выдержки хватило ненадолго. Вскоре она сорвалась с места, словно стрела, игриво крикнув мне, чтобы догонял.

Ума не приложу, как ей удавалось так быстро бежать с полным животом родниковой воды! В ней, должно быть, всё хлюпало, как в бурдюке. Я чувствовал себя заметно отяжелевшим после еды и питья и с трудом поспевал за ней. Но девушка-кролик неслась по заснеженным склонам, словно невесомая.

Впрочем, когда мы приблизились к очередному логовищу, она сбавила темп. Быстрый взгляд на монстров внутри показал, что они всего лишь 12-го уровня, слишком низкого для нас. Мы побежали дальше, взбираясь по склону. Снег становился рыхлее, проваливался под ногами.

Примерно через час после того, как мы покинули долину, я заметил, что Лили начала вести себя беспокойно: сначала она просто переминалась с ноги на ногу, потом стала оглядываться по сторонам. Я не мог сдержать улыбку, сделав очевидный вывод.

— Перепила воды?

Она кивнула.

Я отвернулся, щадя ее стеснительность, но тут…

— Возьми меня, любимый, — выдохнула Лили и, выгнув шею, посмотрела на меня через плечо затуманенным взглядом, уже стоя на четвереньках. — Когда ты так смотришь, мне так и хочется, что бы ты взял меня…

Я не стал терять времени. Выташив член из штанов, я рухнул на колени позади неё и вошёл в тугую киску, уже горячую и скользкую, готовую принять меня. Несмотря на холод, уже через пару минут я взмок, вбиваясь в её узкую киску и сжимая упругие бёдра, чтобы притянуть к себе Лили ещё плотнее. Она взвизгнула и жадно подалась навстречу, двигая бёдрами, чтобы изменить угол и насадиться поглубже.

В этот момент её любовный аромат изменился, наполнившись необузданным желанием. Когда он окутал меня, я задвигался с новой силой. Голова кружилась от этого запаха. Я отпустил её бёдра и схватил за длинные косички, притягивая её к себе, пока вколачивался в неё.

Лили обезумела, насаживаясь на мой член в чистом восторге, пока её сок капал на снег. Вскоре она закричала и кончила раз, два, потом и третий, содрогаясь в оргазме. К третьему разу она достигла какого-то нового пика, и мягкие стенки резко сжались, снова затапливая меня соком.

Это оказалось концом и для меня. Я застонал и толкнулся в последний раз, изливаясь в неё мощными волнами, пока её киска жадно доила меня до последней капли. Ноги подкашивались, а в ушах звенело.

Мы стояли на коленях соединённые ещё минуту или две, приходя в себя после общего оргазма, тяжело дыша, пока холодный воздух остужал пот на коже. Затем, хихикая, Лили сползла с моего члена, с усилием натянула штаны на влажные бёдра и вскочила на ноги.

— Ладно, пошли дальше.

Я убрал свой удовлетворённый член и, ухмыляясь, пошёл за ней. Да, с этой маленькой секс-бомбой я оторвусь по полной. И с другими невестами она точно поладит.

Несмотря на все развлечения, максимум, чего мы достигли за день, это нашли несколько хороших логовищ для зачистки. Ни монстров, ни подземелий, ни руин, ни древних чудес. Из головы не шла прекрасная долина Покровительницы Весны, и я бы с удовольствием туда когда-нибудь вернулся, Может, стоит даже просто переночевать под звёздами.

Когда солнце скрылось за горизонтом, мы решили заканчить охоту. Я опустился на землю, скрестив ноги, Лили устроилась у меня на коленях, мы обнялись, пока я активировал Домашнюю Метку. Привычное головокружение накрыло нас, и мир размылся.

Мы снова проведём ночь в гостинице «Четвёртый привал» в Джардане, что куда приятнее, чем ночевать в лагере на морозе. Я предвкушал ещё одну бурную ночь с моей новой невестой на удобной кровати. Возможно, она покажет мне что-то новенькое.

Но на сердце тяжким грузом лежала тревога, пока мы неслись сквозь горы и над долинами. Время поджимало. Нам придётся идти на север, причём быстрым темпом, чтобы вовремя добраться до Тверда. Каждый день промедления мог обернуться проблемами.

Похоже, несмотря на все мои усилия, прошение на рыцарство придётся подавать, так и не получив достижение «Защитник Бастиона». Что ж, бывает. Не всегда удаётся совместить приятное с полезным.

Глава 5

Два дня ушло на то, чтобы обогнуть озеро в центре Бастиона, дальше наш путь лежал прямо на Тверд.

Мы пошли в другую сторону от тракта, что вёл из Джардана в столицу. Этот крюк завёл нас вглубь земель, которые пока оставались дикими, несмотря на весь поток переселенцев, хлынувший в Бастион. Раньше в этих краях зверьё водилось серьёзное, высокого уровня, только с появлением городов да упорством таких, как я, его понемногу выбили, и стали появляться твари попроще.

Тем не менее до сих пор встречались твари сорокового уровня.

Именно здесь Фендал когда-то охотился, пока мы не натравили на него монстров. Местечко это известное, сюда наведывались высокоуровневые ребята из столицы, особенно знать, которая тряслась над каждой крохой информации об уровнях и способностях местных тварей, чтобы спокойно набивать опыт.

Хотя мы с Лили и зачистили по пути пару неплохих логов, надежды на то, что найдём здесь что-то новое, почти не оставалось. Слишком хоженая тропа. А чем ближе к Тверду, тем плотнее заселена земля.

Шанс отыскать в самом сердце Бастиона то, что нам нужно, был мизерный. Я всё больше свыкался с мыслью, что провалил это дело, несмотря на все старания.

На обед мы остановились на вершине высокого холма. Отсюда открывался вид, от которого дух захватывало: озеро на юге, бескрайние равнины на севере, лес на востоке, который, должно быть, тянулся до самых владений Лигеи Розоцветной, и холмы на западе. Всё укрывало плотное одеяло снега.

Обычно от таких картин на душе становилось легче, но сейчас даже удивительно красивый пейзаж не радовал. Я уныло жевал вяленое мясо, запивая его водой. Лили прижалась ко мне, уткнувшись носом в плечо и хрустя какой-то зеленью.

— Осталось три дня, — пробормотал, глядя вдаль.

Она кивнула и поцеловала меня в шею. Её запах… Он снова стал резким, требовательным. Медовый месяц выматывал похлеще любой битвы. Ночи без сна, рискованные вылазки по утрам, горячие обеденные перерывы… Даже днём нет-нет, да и накрывало.

— Время ещё есть, — сказала она.

Я со вздохом покачал головой.

— До Тверда отсюда день пути, если поднажать, а чем ближе к городу, тем меньше шансов отыскать подходящих для группы монстров. Да даже для тебя там уже не найдётся тварей нужного уровня, что уж говорить обо мне.

Она снова поцеловала меня в шею. Запах желания сменился нежностью и сочувствием.

— Жаль, если мы его так и не найдём.

— Да, — я стиснул зубы, глядя на ледяную красоту. — Я бы уже сороковой уровень взял, если бы не тратил столько времени на поиски. Ну, тридцать девятый точно. А так, дай бог, только тридцать восьмой наскребу к приходу в Тверд, — я потёр её плечо. — И тебя бы, если бы мы не мотались по всей округе, можно было бы легко до двадцать шестого поднять, а то и до двадцать седьмого.

Моя невеста убрала косичку с лица и устроилась у меня на коленях, тоже уставившись на пейзаж.

— Это одно из самых диких мест в центральном Бастионе, — сказала она. — Может, поищем здесь получше?

— Можно, конечно. Но если я не найду здесь последнего монстра, то лучше потратить это время в Тверде на подготовку к посвящению в рыцари.

Она упрямо посмотрела на меня.

— Безымянная не стала бы подкидывать тебе это испытание, отвлекая от прокачки, если бы это было пустой тратой времени.

Я криво усмехнулся.

— Да-а-а. Ирен, дай бог ей здоровья, подкинула задачку! Но я не жалею, что взялся, мы много чего интересного нашли благодаря этим поискам. Те же гномьи руины… Да и последняя пара месяцев прошла нескучно.

Лили снова окинула взглядом просторы, а потом указала почти точно на запад.

— Вон тот холм, видишь? Давай разделимся и прочешем всё по пути к нему. Когда встретимся, выберем новую точку и снова разойдёмся.

Идея казалась неплохой, хотя и рискованной. Если бы так действовали всё время, она не смогла бы определять подходящие для себя логовища, а я прикрывать свою куниду, пока она бьётся. Не говоря уже о том, что в горах, где полно бродячих тварей и хищников самых разных уровней, такое разделение могло стоить ей жизни.

— Ладно, — сказал я, целуя Лили в шею и вдыхая чистый запах пота, смешанный с её неизменным ароматом желания. — Попробуем ещё немного.

Её аромат снова вспыхнул возбуждением. Не так настойчиво, как в первый раз, но достаточно, чтобы сердце забилось чаще, а в штанах стало тесно.

— Кажется, я знаю, как ты можешь меня отблагодарить за идею, — пробормотала она, дразня, и подвинулась так, чтобы её лобок прижался к моей ширинке.

Я пошарил в кармане рюкзака, где хранил свитки от Зары, и усмехнулся. Моя гоблинша, когда давала мне целую пачку свитков Предотвратить зачатие, шутила, что я буду слишком поглощён разведкой для всяких глупостей. Я оказался тем ещё дураком, у нас осталось их всего четыре штуки. Надеюсь, Ирен додумалась взять с собой ещё, иначе наш медовый месяц с Лили станет куда менее весёлым.

После яростного секса посреди первозданной красоты Бастиона мы обменялись жёстким поцелуем и разошлись. Особой надежды я не питал, но мысль о том, что моя решительная невеста где-то там изо всех сил выискивает монстров, чтобы помочь мне, заставляла и меня не опускать руки.

Конечно, я ничего не нашёл, но не потому, что плохо искал.

Я первым добрался до холма и, чтобы скоротать время, принялся зачищать логово тридцатого уровня. Даже немного удивился, что Лили с её скоростью не обогнала меня, и почувствовал укол вины. Похоже, она старалась ради меня куда больше, чем я сам.

А ещё где-то внутри засело слабое беспокойство. Я знал, что она может за себя постоять, и достаточно быстра, чтобы удрать от любой угрозы, но всё равно… случиться могло всякое.

К моему облегчению, Лили показалась на горизонте как раз в тот момент, когда я обыскивал последнюю тварь. Она неслась с какой-то сумасшедшей скоростью для заснеженной местности, километров под семьдесят в час, не меньше. Её лицо светилось радостью вперемешку с возбуждением, но я не давал себе права надеяться, пока она не затормозила в облаке снежной пыли и не выкрикнула:

— Кажется, я нашла одного!

Я рассмеялся. Сердце колотилось как бешеное.

— Ты моя спасительница! — выдохнул я.

Её любовь окутала меня тёплой волной. Она сияла, отстранившись и настойчиво таща меня за руку.

— Пойдём, покажу!

Она снова сорвалась с места. Смеясь, врубил Рывок Гончей и попытался не отставать. В какой-то момент я споткнулся и кубарем покатился по снегу, выронив лук и растеряв пару вещей из рюкзака, но только снова рассмеялся, поспешно запихивая обратно своё барахло.

Через пару минут мы добрались до грязной лощины, где ручей прорезал в холме глубокую рану. Внутри неё ковыляла отвратительная раздутая фигура метра два с половиной в высоту и почти столько же в ширину. Кошмарное чудовище из гниющей серой плоти и сухой, как пергамент, кожи, словно сшитой грубыми стежками.

Лили подпрыгивала от нетерпения, хотя я видел, как её лицо кривилось от отвращения всякий раз, когда она смотрела на монстра.

— Это же для группы, да? Слишком мерзкий, чтобы быть обычным, даже бродячим.

Я навёл на него Глаз истины и издал победный клич.

Мясной Голем. Монстр, Рейтинг: Группа. Уровень 28. Способности: Удар клинком, Ядовитые миазмы, Устрашающий вид, Особая прочность, Неудержимый, Кровавые брызги, Призрачный взрыв.

Детали оказались такими же омерзительными, как и сама тварь, но это ничуть не охладило мой пыл. Я точно знал, что справлюсь с этой штукой, уж слишком она медлительная. Но, судя по всему, тварь могла проигнорировать кучу стрел, а некоторые её дальнобойные атаки вызывали беспокойство.

— Ну, что там? — нетерпеливо спросила Лили. — Мы его завалим?

Я моргнул, глядя на неё, и понял, что всё это время вёл себя как козёл, даже не думая просить её о помощи, особенно после всех моих разговоров о том, что она станет моим напарником.

Лили всего на пару уровней ниже этого Мясного Голема, но соображала быстро и была достаточно проворной, чтобы не попасть в передрягу. К тому же у неё есть «Лозохват».

— Мы его завалим, — сказал я, обнимая её за плечи.

Я быстро пересказал ей, что за тварь перед нами, и накидал план, попутно давая советы. Хоть моя кунида и находилась рядом, когда убивал двух других монстров для группы, я не подпускал её к бою. Слишком низкий уровень, слишком мало опыта. Да и, честно говоря, просто не знал, на что она способна, и не хотел рисковать.

Но теперь я видел её возможности и был в ней уверен.

Хотя это не отменяло беспокойства, особенно учитывая её урезанное на четверть здоровье и пониженные параметры. Поэтому, прежде чем выманивать Голема, я полез в поясную сумку и достал одну из своих самых ценных вещей.

— Держи, — сказал я, вкладывая ей в руки склянку с зельем. — Это на крайний случай. — Слово в слово, как мне когда-то говорили Зара, Белла и Лейланна, когда убедили начать качаться в одиночку.

Глаза Лили расширились.

— Это же Капля! — выдохнула она. — Зелье от алхимика пятидесятого уровня!

Я кивнул.

— Мы выбили его в подземелье Сверкающие пещеры.

— Оно стоит сотни золотых! — тихо сказала она. — Лечение вне классов целителей — это такая редкость.

Я усмехнулся, провёл пальцами по её серебристой косичке и, наклонившись, поцеловал её в лоб.

— Вот и будь предельно осторожна, чтобы не пришлось его использовать. Помни, что, используя «Хлёсткую лозу», можно и удрать. Лучше отступить и вернуться, чем попасть под удар той дряни.

Я посерьёзнел, положил руки ей на плечи и заглянул в глаза.

— Я тебе доверяю. Если кому-то из нас придётся принять удар, пусть это будет тот, у кого уровень выше.

Запах моей прекрасной невесты резко усилился, мощная волна нежности тут же сменилась диким желанием. Мне пришлось собрать всю волю в кулак, чтобы не повалить её на снег прямо здесь и сейчас.

Вместо этого кинул ей приглашение в группу, дождался, пока она его примет, и активировал Быстрый выстрел, зажав четыре стрелы в руке с луком и наложив ещё одну на тетиву.

— Готова?

Она кивнула и тоже наложила стрелу на тетиву своего «Лозохвата», отошла на безопасное расстояние, чтобы нас обоих не накрыло одной атакой, и снова кивнула.

Я влил огненную ману во Взрывную Стрелу. Способность Голема Неудержимый скорее всего означала иммунитет к контролю, так что оглушать или опутывать его было бесполезно. А Особая прочность означала, что критов не будет. Поэтому я целился просто в центр туши, хотя промахнуться по такой громадине почти нереально.

Бросив последний взгляд на свою невесту, я выдохнул.

— Целься. Огонь!

Я сам последовал своему приказу, и нестабильно горящая стрела сорвалась с тетивы. Спустя мгновение стрела Лили вонзилась всего в нескольких сантиметрах от моей. Битва началась.

От наших попаданий из твари вырвались клубы вонючего газа, которые расползлись на несколько метров вокруг. Для нас они не представляли угрозы, мы держали дистанцию, отступая от неуклюжего врага и осыпая его стрелами. А вот бойцам ближнего боя пришлось бы туго. Я в очередной раз порадовался, что выбрал класс стрелка.

Мясной Голем распахнул свою уродливую пасть гораздо шире, чем мог бы любой другой нормальный рот, обнажив ряды гнилых зубов, похожих на клыки крупных хищников. Он дёрнулся, и в сторону Лили хлынул фонтан тёмно-красной грязи, казавшейся почти чёрной.

Она одним лёгким движением отпрыгнула метров на шесть в сторону, сверкнув белым хвостиком. Но что ещё больше меня впечатлило, она лишь брошенным мельком взглядом убедившись, что опасность миновала, тут же продолжила стрелять.

Монстр, продолжая изрыгать кровавую струю, неуклюже ковыляя к нам, перенаправив свой «пожарный шланг» на меня.

Я врубил Рывок Гончей и постарался держаться на расстоянии, используя Быстрый выстрел по откату, чтобы всадить в него ещё четыре стрелы подряд. Здоровье Мясного Голема таяло на глазах от нашего шквального огня.

Урон, который вливала Лили, впечатлял. Она не теряла ни секунды с самого начала боя.

Несмотря на мерзкий вид твари и её жуткие атаки, бой шёл как по маслу, мы просто продолжали засыпать монстра стрелами. Наконец Голем застыл на месте и начал яростно содрогаться. Его плоть вздувалась и пузырилась от внутреннего давления, издавая тревожные булькающие звуки.

Призрачный взрыв! Чёрт!

— В укрытие! — рявкнул я. Оглядевшись, использовал Перекат с выстрелом и, одним махом долетев до небольшой ямы в земле, распластался в ней и накрылся плащом.

Через несколько мгновений земля подо мной ощутимо вздрогнула, подбросив на пару сантиметров. Послышался мерзкий чавкающий звук, а потом глухие удары осколков костей, усеявших всё вокруг.

Но я не почувствовал боли от ударов. Через несколько секунд всё стихло. Я рискнул подняться и оглядеть кошмарный, залитый кровью пейзаж.

В углу зрения появился текст.

Групповой монстр Мясной Голем побеждён. Получено 18 000 бонусного опыта.

Полученные трофеи: Ржавый клинок-рука ×2, Фрагменты зелья воскрешения. Обыщите тело для сбора.

Выполнено 10/10 для достижения «Защитник Бастиона»: Убейте 10 монстров с рейтингом группы в регионе Бастион.

Цель задания выполнена: Испытание. Убейте 5 монстров с рейтингом группы до конца года. Верховная жрица Ирен будет рада услышать о Вашем успехе.

Затем появился текст пожирнее, сопровождаемый победным кличем, похожим на тот, что я слышал при повышении уровня.

Поздравляем, Защитник Бастиона! Титул добавлен в список Ваших общественных наград. Начислено 100 000 бонусного опыта. Все, кто Вас увидит, узнают о Вашей бескорыстной службе и жертвах, принесённых ради безопасности поселенцев.

А под ним менее заметное уведомление.

Выполнено 10/100 для достижения «Чемпион Бастиона»: Убейте 100 монстров с рейтингом группы в регионе Бастион.

Я невольно горько усмехнулся. Вечно найдётся планка повыше, или если бы это игра, очередная морковка, за которой надо гнаться. С другой стороны, в реальной жизни всё точно также.

Не успел я опомниться, как на меня набросилась Лили, обвив руками и ногами и осыпая лицо поцелуями. Я с облегчением увидел, что она цела и невредима после предсмертной пакости монстра.

— Ты Защитник Бастиона! — взвизгнула она. — Я теперь это вижу в твоей справке!

Обычно в справке не отображалось ничего, кроме уровня, так что это было действительно серьёзным достижением.

Глава 6

Обирать Мясного Голема оказалось делом мерзким, но на удивление простым. Вся добыча валялась прямо на виду в кровавом месиве, оставшемся от твари.

Выпали где-то примерно сотня золотых и несколько отвратительного вида реагентов. Я искренне надеялся, что их не используют для чего-то, что можно есть или, не дай бог, нанести на кожу. Нашлись и материалы для зачарования, хотя я с трудом представлял, какие свойства они могут дать. Разве что проклятье на несварение желудка.

Само собой, мы, не скупясь, изводили свитки Очищения, которые дала Зара, чтобы отмыть от этой дряни и трофеи, и себя. Сразу стало немного легче дышать.

Как только покончили с этим грязным делом, меня снова потянуло на приключения. Выполнение цели, к которой шёл несколько месяцев, влило в меня столько энергии, что я и представить не мог. До Тверда оставался всего один хороший марш-бросок на пределе сил, так что я решил выжать из этого похода максимум.

Лили почти добралась до 26-го уровня, а тот поток опыта, что хлынул на меня после убийства Голема и получения достижения Защитник Бастиона, подтолкнул меня к соблазнительно-близкому 38-му. Я предложил ей задержаться здесь на остаток дня, а может и на следующий, чтобы добить наши уровни.

С её 26-м уровнем всё вышло довольно просто. Большинство местных тварей оказались сильнее её, так что за их убийство она получала прилично опыта. В какой-то момент она твёрдо заявила, чтобы я перестал о ней беспокоиться и сосредоточился на себе.

Что ж, я так и сделал.

И этот последний рывок растянулся, как мне показалось, на целую вечность. Я носился от одного логова к другому, выкашивая монстров десятками. Даже при том, что кунида работала моим личным оруженосцем и оставалась позади, чтобы собирать добычу, пока я мчался дальше, мне стало ясно, что это затянется на несколько дней.

Мы охотились до самой темноты. Когда окончательно стемнело, я использовал Искру и Пульсирующие стрелы, освещая поляну, чтобы зачистить последнее на сегодня логово.

После мы развели костёр, поставили палатку и, поужинав остатками припасов, рухнули под одеяла. Несмотря на дикую усталость, Лили настойчиво оседлала меня и довела себя до нескольких жарких оргазмов, прежде чем я кончил, и мы, обнявшись, наконец отрубились.

На следующий день мы обошли все вчерашние точки. Затем Лили умчалась на разведку, пока я зачищал последнее логово. Она вела меня от одной группы тварей к другой, и безумная охота за опытом продолжилась.

И всё же солнце уже успело скрыться за горизонтом, когда я наконец увидел долгожданное уведомление о достижении 38-го уровня.

Награды оказались довольно скромными: я смог вложить ещё одно очко в Стрельбу из лука, а также в Искру, немного увеличив её яркость и длительность. Приятным сюрпризом стал новый ранг Переката с выстрелом. Я тут же вложил в него очко, увеличив дистанцию рывка с трёх до трёх с половиной метров. Мелочь, а приятно.

Неудивительно, что кунида тут же захотела отпраздновать мой новый уровень. Чем мы, собственно, и занимались больше трёх часов ночью, а потом ещё пару часов следующим утром.

После того, когда припасы подошли к концу, а желание поскорее закончить поход стало невыносимым, мы быстрым шагом двинулись в сторону Тверди.

Я до чёртиков соскучился по Мароне, Ирен и Лейланне. Хотелось поскорее поделиться новостью о помолвке с Лили, а та, в свою очередь, горела желанием не только рассказать обо всём, но и наконец-то стать полноценной частью нашей семьи.

Из-за снега и холода мы не могли выжать максимальную скорость, но всё равно вскоре после полудня увидели стены Тверда.

На календаре было 29-е число. Это означало, что я не только получил достижение, но и уложился в срок с запасом больше чем в сутки.

Лили с благоговением смотрела на высокие стены, что гордо возвышались над равниной.

— Ты как раз шёл сюда, когда я тебя встретила, — тихо сказала она. — Что это за город, Тверд?

Я поморщился.

— По большей части лабиринт тесных улиц. Рынок неплохой, туда точно стоит заглянуть. Квартал знати шикарен до тошноты, как и положено, но я там почти не бывал, — мрачно качнул головой. — Признаться, в прошлый свой приезд я большую часть времени провёл в трущобах и квартале красных фонарей.

— Квартале красных фонарей? — переспросила она с очаровательной невинностью.

Я ухмыльнулся.

— Место, куда ходят, чтобы купить секс. Или продать, полагаю. А ещё я знаю здесь одну таверну, где женщинам кидают монеты, чтобы они танцевали на сцене и снимали с себя одежду.

— О-о-о! — моя невеста поправила очки, её щёки слегка покраснели. — Я читала о таком в любовных романах. Иногда прекрасный лорд оказывается тем ещё негодяем, которого должна цивилизовать добродетельная юная леди. Хотя обычно она сначала смотрит на него свысока, прежде чем узнать получше, — она с улыбкой изогнула бровь. — Ты такой же негодяй, которого нужно цивилизовать?

Я рассмеялся.

— Думаю, об этом лучше спросить у женщин, которых я трахал практически в каждой деревне, городе и посёлке на своём пути. И в глуши тоже.

Лили хихикнула.

— А мы можем зайти в ту таверну? Ты меня заинтриговал.

Я обнял её за талию.

— Только если ты сама не запрыгнешь на сцену, — поддразнил её.

Она метнула в меня взгляд, полный шутливого возмущения.

— Конечно нет! Я хочу, чтобы меня видел только мужчина, которого я люблю… и все женщины, с которыми я его делю, разумеется, — она на миг замялась. — Ну, или если буду одна в лесу, или вернусь домой в свою нору…

Спустя пару секунд она повела бровями, глядя на меня:

— Хотя, если бы нашлось место, где я могла бы посмотреть, как ты танцуешь и раздеваешься…

— Слушай, если ты этого хочешь, как только снимем сегодня комнату, я попробую. Постараюсь не выглядеть совсем уж нелепо, — сказал я, наклоняясь, чтобы поцеловать её бархатистые ушки.

Лили игриво шлёпнула меня по заднице.

— Я заставлю тебя это сделать!

Когда мы подошли к южным воротам, я узнал одного из стражников. Мы как-то просидели с ним ночь в «Котелке», где я выуживал у него информацию о Фендале. Седой такой ветеран. Мужик, судя по всему, меня не узнал, что и неудивительно, ведь в прошлый раз я так здорово замаскировался!.

К тому же был на пять уровней слабее. А это значит, что даже выгляди я точь-в-точь также, некоторые могли бы списать всё на поразительное сходство с тем парнем, которого они когда-то встретили.

— На праздник прибыли? — спросил стражник, вежливо отдав честь. Он замер, моргнул и поклонился уже с куда более искренним уважением. — Защитни к.

Похоже, мой новый титул не просто для красоты.

— Он самый, — ответил, протягивая руку. — Представляю, как город трещит по швам последние пару недель, а, Макар?

Ветеран слегка подскочил от удивления и неловко пожал мне руку.

— Да, так и есть. Прошу прощения, не знал, что мы знакомы.

— Пропустили по кружке как-то. У меня хорошая память на лица и имена, — я кивнул в сторону ворот. — Скажи, не в курсе, баронесса Марона О’Мэлли из Тераны уже прибыла?

— Насколько мне известно, нет, Защитник.

Я нахмурился. С их скоростью они уже должны были находиться здесь, хотя буря, конечно, могла их задержать. Или, может, Макар просто не в курсе?

К счастью, я знал, где Марона планировала остановиться. Достав золотой, вложил его в руку пожилого стражника.

— Если она появится во время твоей смены, передай, что Артём из поместья Мирид и его невеста Лили прибыли и ждут в «Золотой Чаше».

— Конечно, Защитник, — сказал мужик, с похвальной скоростью заставив монету исчезнуть в кулаке.

— Молодец! — я похлопал его по плечу. — Как-нибудь снова выпьем вместе.

— Непременно, — ответил Макар, отступая в сторону с вежливым поклоном. — Добро пожаловать в Тверд.

Лили взяла меня под руку, и мы вошли в город. Как только отошли на достаточное расстояние от стражи, она вся задрожала от восторга.

— Невеста! — прошептала она. — Мне так нравится, как это звучит!

Она потянулась к кольцу, которое я ей подарил. На время похода она носила его на шее на цепочке для сохранности, сейчас же сняла и надела на палец, с восхищением разглядывая.

Я тут же стал вдвое внимательнее следить за окружающими, высматривая воров и карманников. Как бы мне ни нравилось видеть обручальное кольцо на изящном пальчике моей прекрасной невесты, но это всё же настоящее серебро со здоровенным сверкающим камнем.

Такое украшение могло привлечь ненужное внимание разного рода ловкачей.

Хотя, может, оно и привлекало, но даже при том, что улицы буквально кишели народом, приехавшим на праздник, желающих рискнуть и схватить за руку девушку 26-го уровня, идущую под руку с парнем 38-го, не находилось. Мы спокойно шли по оживлённым улицам, отмахиваясь лишь от назойливых уличных торговцев и попрошаек.

Наш путь лежал через рыночный квартал, и Лили с восторгом вертела головой. Хотя мне не терпелось добраться до «Золотой Чаши» и проверить, не приехали ли наши, я всё же нашёл время, чтобы заглянуть к одному из скупщиков барахла и сбыть всю добычу, что мы насобирали по пути на север.

Особенно я несказанно обрадовался, наконец вытряхнув из своего рюкзака потроха Мясного Голема.

Торговаться о цене я предоставил возможность своей невесте и остался более чем доволен результатом. Думаю, её успеху, способствовал ещё и тот факт, что торговец, казалось, обалдел от самой возможности говорить с настоящей кунидой и явно пал жертвой её неземной красоты.

Пожав руки в знак завершения сделки, мы двинулись дальше, в богатую часть города, где дорогие лавки предлагали только лучшие товары, а оттуда к гостинице, расположенной всего в двух шагах от дворца губернатора.

Группы Мароны ещё не было. Мы прошли в общий зал, который больше походил на шикарный ресторан с отдельными кабинками, поглощающими шум. Несмотря на космические цены, заведение оказалось забито битком, вероятно, гостями, прибывшими на Совет лордов и рыцарские испытания.

Официантка, встретившая нас, выглядела немного удивлённой, увидев клиентов в походной броне, когда все остальные были разодеты в пух и прах. Но она сделала реверанс и проводила нас к кабинке с хорошим видом на вход, где и принялась обходительно обслуживать.

Я настроился шикануть, особенно после нескольких дней на сухом пайке, поэтому заказал бутылку того самого вина, что так понравилось Лили в «Четвёртом привале», и достаточно много изысканных блюд, чтобы мы оба наелись до отвала.

После еды мы задержались, допивая вино, но примерно через час я не выдержал.

— Хочешь вернуться на рынок, по магазинам пройтись? — спросил я. — Можем заглянуть сюда позже, проверить, не приехали ли наши.

— М-м-м… — щёки Лили раскраснелись от вина и возбуждения. Она ласково прижалась ко мне, её рука скользнула по моей ноге под столом. — Или мы могли бы принять долгую расслабляющую ванну, а потом снять комнату и немного вздремнуть после утомительного утреннего марш-броска.

Эта идея звучала получше. Я уже собирался подозвать служанку и спросить о свободных комнатах, как у входа послышался шум. Почтенная дама, очевидно, хозяйка «Золотой Чаши», поспешила к дверям, чтобы самолично поприветствовать новоприбывших.

Служанки в знакомой чёрно-белой униформе с оборками одна за другой входили с улицы, впуская клубы морозного пара, таща седельные сумки и багаж на второй этаж. Я заметил среди них Белинду и Мэриголд, а Гарена, переговариваясь с хозяйкой, координировала их действия.

Мы с Лили выбрались из кабинки и уже находились на полпути к выходу, когда вслед за служанками в зал вошли три женщины. Моё сердце подпрыгнуло при виде их.

Я преодолел оставшееся расстояние в несколько шагов и заключил в объятия Ирен и Лейланну, страстно поцеловав обеих.

Ирен одарила меня своей улыбкой на миллион.

— Ты сделал это! — воскликнула она, крепко обнимая меня. — Защитник Бастиона!

В углу зрения всплыла системная надпись:

Задание выполнено: Испытание. Награда: 60 000 очков опыта.

— Спасибо Лили, без неё я бы не справился, — я снова крепко обнял своих невест. — Так скучал по вам!

К моему удивлению, стоило мне упомянуть куниду, как Ирен и Лейланна тут же переключились на неё. Увидев кольцо на её пальце, они пришли в неописуемый восторг, принялись обнимать, целовать и чуть ли не кружить её по залу.

Не теряя ни секунды, они утащили Лили обратно в нашу кабинку, где, склонив головы, принялись о чём-то яростно шептаться, то и дело хихикая и поглядывая в мою сторону.

Марона не стала торопиться. Она тепло обняла меня, расцеловав в обе щеки.

— Поздравляю с помолвкой, — сказала она, улыбаясь моей сияющей невесте. — Вы потрясающая пара! — она сделала паузу, усмехнулась и поправилась. — Пары. Семья.

— Он сделал что? — донёсся из кабинки взволнованный возглас Лейланны. Две другие девушки тут же зашикали на неё, и когда я посмотрел в их сторону, снова склонили головы и захихикали.

Я с ухмылкой покачал головой и предложил баронессе руку.

— Как добрались, Марона?

Она со вздохом приняла её, и мы направились к кабинке.

— Долго. Неудобно. Ужасно медленно из-за снега. С каждым годом мне всё тяжелее переносить такие поездки. Да и утренняя тошнота — то ещё удовольствие.

Несмотря на жалобу, она счастливо улыбнулась, положив руку на живот.

Я осторожно накрыл её руку своей.

— Трудная дорога или нет, но выглядишь ты прекрасно! Материнство тебе к лицу.

Марона довольно улыбнулась.

— Да, пожалуй, ты прав.

Мы присоединились к остальным. Ирен и Лейланна тут же переместились, устроившись по обе стороны от меня и осыпая лаской, которую задолжали при встрече.

— Поздравляю! — сказала Ирен, забираясь ко мне на колени, чтобы Лили могла сесть рядом, прижавшись к моему боку. — Похоже, неделька у тебя выдалась очень романтичной.

— Ага, Лили говорит, вы друг друга чуть до смерти не уромантизировали, — с ухмылкой добавила Лейланна, прижимаясь с другой стороны. — Я даже немного завидую.

Я почувствовал, как загорелись щёки, и быстро огляделся, не услышал ли кто. Вроде бы нет, но, сидя в окружении трёх великолепных женщин, я определённо ловил на себе завистливые взгляды.

Моя рыжеволосая невеста поцеловала меня в шею и прошептала на ухо.

— Кстати, Зара передала со мной ещё кучу свитков. На всякий случай, — её большие зелёные глаза сверкнули. — У нас появилось предчувствие, что они тебе могут понадобиться.

— Да, — вклинилась Мия, её голос прозвучал будто поверх голоса Ирен. Поразительная перемена, когда она решила проявить себя. — У нас было предчувствие, — её понимающая усмешка не оставляла сомнений в том, что она тоже наслаждалась прошедшей неделей.

Я рассмеялся и наклонился, чтобы поцеловать богиню.

— Спасибо.

Марона наблюдала за этой сценой со своего места рядом с Лили. Тёплая улыбка боролась с её величественным видом. Она мягко кашлянула.

— Переходя к делу. Как только я приведу себя в порядок, я собираюсь нанести визит во дворец губернатора и засвидетельствовать своё почтение герцогу Сигурдиану. Вероятно, придётся уладить кое-какие формальности с Советом лордов, — она положила свою руку поверх моей. — Но я официально представлю и твоё прошение. Завтра или послезавтра тебя вызовут на допрос к лордам-судьям. Они захотят изучить твоё дело и задать вопросы.

Я ощутил неожиданный укол нервозности, как перед вызовом на ковёр к начальству или важным собеседованием.

— Ясно. Есть какие-то конкретные вопросы, к которым мне стоит подготовиться?

Баронесса одарила меня весёлой улыбкой.

— Не могу знать, я же не рыцарь, — она рассмеялась, увидев, как изменилось выражение моего лица. — Будет всё то, к чему мы готовились: твои финансы, история, достижения, происхождение. Возможно, пара каверзных вопросов, чтобы составить о тебе мнение как о человеке, — её лицо приняло усталое выражение. — Честно говоря, я бы предпочла весь день отсыпаться после этой жуткой поездки, но праздники в начале года — это всегда суматоха. Мне сообщили, что сегодня вечером герцог Сигурдиан даёт в своём дворце официальный бал, как и каждый год. Как членам моей свиты, а особенно будущему рыцарю и его невестам, нам всем было бы крайне желательно на нём присутствовать. Я вернусь как раз вовремя, чтобы помочь нам собраться.

Она пододвинулась к краю сиденья и с тихим стоном поднялась, потирая поясницу.

— А сейчас я пойду приму ванну. Там есть настоящая купальня, достаточно большая, чтобы вместить человек десять, так что можете присоединиться.

После десяти дней почти без отдыха, проведённых в беготне и охоте на монстров, не говоря уже о стараниях Лили вымотать меня до предела, слово «ванна» прозвучало как райское наслаждение. Все невесты, похоже, разделяли моё мнение, потому что выскочили из-за стола так быстро, словно за ними гнались черти.

Глава 7

Ванна оказалась огромной, но толку от этого простора было мало. Стоило только погрузиться в горячую воду, как меня тут же со всех сторон облепили мягкие тёплые мыльные тела.

Ирен хоть и вымоталась за день, желала находиться рядом не меньше остальных и без обиняков устроилась у меня на коленях, откинувшись на грудь и положив голову на плечо. Щёки её раскраснелись от пара, дыхание стало ровное и спокойное. Я как мог принялся разминать её мышцы, и она в ответ тихо благодарно застонала.

Впрочем, понежиться в ванне решили не только мои невесты. К нам пришли Белинда и Мэриголд, её служанки. Рослая драконидка и обаятельная гномка без лишних слов разделись и погрузились в воду. Если у меня и оставались какие-то сомнения насчёт их планов, то они тут же испарились, когда Белинда протянул мне свиток с заклинанием Предотвратить зачатие и попросила его активировать.

Под мыльной пеной творилось что-то невообразимое. Чьи именно руки меня ласкали, я разобрать уже не мог, и довольно быстро мой член упёрся аккурат между ног Ирен. Она на это лишь тихо хихикнула и томно вздохнула, когда мои пальцы добрались до её киски.

Так продолжалось, пока вперёд не выступила Лили и не перехватила инициативу, отбив меня у Ирен. Жрица улыбнулась, выбралась из воды и откинулась на специальной скамье отдыхать и наблюдать, пока Мэриголд делала ей профессиональный массаж.

Но теперь на меня с голодным блеском в глазах нацелились Лейланна и Белинда. Зелёная чешуя драконидки от воды заблестела ещё ярче, особенно эффектно переливаясь от возбуждённого румянца. Её толстый хвост нетерпеливо хлестал по воде, взбивая пену, пока она забиралась ко мне на колени, тёрлась своей влажной киской о мой напряжённый член и впивалась в губы глубоким поцелуем.

Затем она наклонилась к моему уху, щекоча его тонким раздвоенным языком, и прошептала:

— Сегодня мне двадцать шесть. Ирен рассказала, что у вас, на твоей родине, принято отмечать дни рождения. Так что подари мне сегодня такой оргазм, чтобы аж пальцы на ногах свело.

Я усмехнулся и потёрся носом о её шею, проводя руками по гладкой скользкой чешуе, покрывающей её небольшую грудь, и дразня твёрдые соски.

— С днём рождения, Белинда! Постараюсь сделать его особенным.

— О, я на это и рассчитываю, — с этими словами сексапильная девушка-дракон приподнялась и с хриплым стоном насадилась на мой член, сжав его своими мягкими розовыми стенками.

Тем временем Лейланна обнимала меня сзади, массируя мышцы и жадно целуя в шею. Белинда продержалась совсем недолго. Не успел я войти во вкус, как она задрожала всем телом, а затем с криком кончила, заливая член сквиртом, и обессиленная упала прямо в мои объятья.

Лили в последние дни хорошо удовлетворяла мою похоть и желание, но сейчас от вида такого количества сексуальных и горячих девушек я завёлся до предела и сдерживаться не собирался. Почувствовав, что разрядка близка, я схватил Белинду за упругие ягодицы, притянул её плотнее, пока головка не упёрлась в её лоно, и, сдерживая стон, мощно кончил, заполняя её киску.

Служанка удовлетворённо выдохнула, поцеловала меня в шею и снова прильнула губами к уху.

— Драконы жадные, — пробормотала она, прижимаясь бёдрами к моему всё ещё твёрдому члену. — На свой следующий день рождения я снова заберу тебя себе, дорогой.

Что ж, против такой традиции я ничего против не имел.

День рождения или нет, но Лейланна нетерпеливо оттащила Белинду и тут же заняла её место. Эльфийка буквально похоронила моё лицо в своей огромной груди, со стоном опускаясь на член. Её тугой тоннель сжал член с неожиданной силой.

— Наконец-то, — простонала она. — Я так соскучилась!

Провёл руками по её телу, наслаждаясь шелковистой пепельно-серой кожей и утопая меж шикарной груди. Её влажная киска охотно приняла мой член, и вскоре я уже сам вбивал его ей навстречу.

— Да… да… да!!

В стороне раздался знакомый вскрик Лили. Она кончила, а через мгновение прозвучал и стон Мии.

Я попытался было оторваться от груди Лейланны, чтобы посмотреть, но она упрямо вцепилась мне в затылок и прижала обратно.

— Э-э, мой жених, — выдохнула она. — Лили держала тебя у себя целых полторы недели. Теперь ты мой.

Я потянул её вниз, глубже насаживая ее на член, а затем крепко прижал к себе, поднялся и развернулся, усаживая её на край ванны. Сумрачная эльфийка откинулась назад, увлекая меня за собой, и я начал мощно вдалбливаться в её упругую ненасытную киску. Хлоп-хлоп-хлоп!

— Да-а-а…

Я двигался всё быстрее, полностью отдавшись нахлынувшему удовольствию. Вскоре Лейланна с визгом обвила меня ногами, а из её киски выстрелила струя сквирта, заливая меня любовным соком. Тугие стенки её влагалища, не переставая, сжимались и вибрировали, пока я не удержался, и, впив член по самые яйца, не кончил, чувствуя офигительное наслаждение. Хорошо…

Когда я, так сказать, вынырнул на поверхность, чтобы глотнуть воздуха, ко мне наклонилась Белинда:

— Прости, мне пора вернуться к Мароне.

Драконидка выбралась из ванны, сверкая зелёной чешуёй, быстро вытерлась и накинула на себя халат. Я уже бросил взгляд на Мию, но, к моему удивлению, к краю ванны подошла Мэриголд. Она тихонько обхватила меня руками и ногами, прижимаясь своим телом к моей груди.

Я уж было подумал, что настала её очередь, но тут она посмотрела на меня с таким серьёзным выражением лица, которое обычно совсем несвойственно игривой гномке.

— Мне нужно с тобой поговорить, — тихо пробормотала она.

Я моргнул.

— А, хорошо.

И тут я внезапно осознал, что остальные женщины собрались вокруг нас и внимательно слушают. Даже Белинда остановилась и стала внимательно прислушиваться к нашему разговору. Лили выглядела такой же сбитой с толку, как и я, но все остальные, кажется, прекрасно понимали, что сейчас происходит.

Чёрт! Это не к добру.

Гнома выдержала мой непонимающий взгляд.

— У меня есть хорошая новость и плохая, — сказала она. — С какой начать?

На ум приходило только одно логичное объяснение. Я сдержал вздох.

— Давай с плохой.

Она, видимо, рассчитывая, что я её удержу, взяла мою руку и прижала к своему животу.

— Я беременна.

Вот оно! Приплыли! Лили удивлённо пискнула, я оглянулся. Она выглядела взволнованной, но не знала, как на это реагировать. Остальные невесты выжидательно улыбались, явно ожидая моей реакции. Я изо всех сил старался сохранять уверенное лицо. Что бы я ни думал по этому поводу, помнил, что Мэриголд не горела желанием вступать со мной в серьёзные отношения и прямо говорила, что к детям сейчас не готова.

— А хорошая новость? — осторожно спросил у неё.

— Что он твой, — она уставилась на меня своими большими голубыми глазами. — Кажется, мы где-то облажались со свитком «Предотвратить зачатие», но, думаю, дело в твоём чертовски плодовитом члене.

— Прости, — сказал я, слегка поморщившись.

Мэриголд вздохнула.

— Да ладно, ты пытался меня остановить. Это я, дура, так завелась, что наплевала на твою плодовитость и всё равно на тебя запрыгнула.

Я выдавил из себя осторожную улыбку.

— Ну, я рад, что для тебя это хорошая новость.

— Если уж и заводить ребёнка, то я точно хочу, чтобы он был от тебя.

Остальные женщины согласно вздохнули, и я почувствовал себя немного неловко, ведя такой разговор при большом количестве зрителей, хотя они все так или иначе являлись частью семьи.

Мэриголд рассеянно поднесла мою руку к своим губам и поцеловала.

— Когда у меня пропали месячные, я пошла к баронессе. Она велела своему целителю, который наблюдает за её беременностью, всё проверить.

Белинда подтверждающе кивнула.

Розововолосая служанка посмотрела на неё, получила ещё один кивок и снова торжественно уставилась на меня.

— Госпожа предложила мне два варианта: либо я остаюсь у неё на службе и работаю как могу, пока ращу ребёнка, и она мне во всём помогает, либо… я говорю с тобой о переезде в твоё поместье.

Лили взволнованно взвизгнула. Я заметил, как ухмыльнулись Мия и Лейланна. Они явно были не против такой идеи.

Тем не менее, учитывая прежнюю позицию Мэриголд, я весьма удивился.

— Ты хочешь быть со мной⁈

Она ухмыльнулась.

— Каждый день. Я хочу, чтобы ты нанял меня старшей горничной в своё поместье, — её улыбка снова стала озорной. — И, конечно, в мои новые обязанности будет входить служение тебе так, как ты того пожелаешь, чтобы все твои потребности были удовлетворены.

— То есть «старшая горничная» — это та, которая делает минет? — вставила Лейланна, вызвав взрыв смеха.

— О, чёрт возьми, да! — ответила Мэриголд, ухмыльнувшись эльфийке.

Я определённо видел плюсы в таком раскладе, хотя по отношению к самой Мэриголд это казалось несправедливым.

— Тебе не обязательно на меня работать, ты же знаешь, я позабочусь о тебе и о ребёнке что бы ты ни решила. И буду рад, если ты останешься с нами. И остальные тоже.

Лейланна, Ирен и Лили тут же согласно закивали.

Мэриголд хихикнула.

— Я пока не готова к чему-то более серьёзному. Можешь считать меня частью своего гарема, если хочешь, а я хочу просто развлекаться с тобой. Это то, чего я действительно желаю.

Я не был уверен, что до конца её понимаю, но если это делало её счастливой, то почему нет? Служанки Мароны считались лучшими из лучших, и моему поместью определённо не помешала бы более строгая организация прислуги. Особенно теперь, когда у нас работала семья Джохара. Да и девчонки поговаривали, что надо бы пригласить пару женщин из племени Мстительных Волков или из новой деревни, чтобы помогали по хозяйству и с детьми.

— Хорошо, — сказал с улыбкой, нежно погладив её по щеке. — Для меня честь нанять тебя на должность старшей горничной поместья Мирид.

— Отлично! — взвизгнула гнома, обнимая меня крепче и сияя от восторга. Она бросила победный взгляд на Белинду. — Как тебе такое? Я не только стану его старшей горничной, но и рожу ему ребёнка!

Драконидка фыркнула.

— Ты понимаешь, что любая из нас могла бы сделать то же самое. И я уверена, он предпочёл бы прекрасного ребёнка-дракона и старшую горничную, которая действительно что-то умеет.

— Девочки! — строго оборвала их Ирен.

Пришлось признать, их перепалка явно отдалилась от романтики, но, с другой стороны, я знал, что между служанками всегда существовало соперничество даже за право переспать со мной. Об этом говорила даже Марона.

Пока я переваривал новости, моя новая старшая горничная уже вовсю играла с моим членом, пока тот вновь не затвердел, затем она поёрзала бёдрами, пока его кончик не оказался между её пухлыми половыми губками. С тихим стоном она начала насаживаться, и её собственная смазка обеспечила идеальное скольжение. О да, детка!

— Кстати, насчёт «быть вместе», — выдохнула она, — теперь, когда я беременна, можешь трахать меня так часто, как только захочешь, я согласна на всё. Мне теперь не нужно париться со свитками.

От такого предложения трудно было отказаться. Ухмыльнувшись, отпустил её, позволяя самой задавать темп.

— И как долго у гномов длится беременность? — спросил, наклоняясь и потирая ладонью её набухшую жемчужину.

— Если это… ах!.. гном, то около одиннадцати месяцев, — моя маленькая любовница застонала и заёрзала под моими пальцами. — Боги! Не останавливайся! Я так скучала по этому. Не могу дождаться переезда в поместье, где ты сможешь нагнуть меня на любой поверхности, где тебе вздумается.

Чёрт побери, как же это сексуально!

Мэриголд попыталась подпрыгнуть на мне, но её мыльные ноги соскользнули, и она с писком съехала вниз. Гномка попробовала подтянуться на руках, но снова соскользнула, издав жалобный стон.

— Господин Артём, не могли бы Вы помочь своей новой старшей горничной с её обязанностями?

Белинда криво усмехнулась, послала мне воздушный поцелуй, бросила на Мэриголд ревнивый взгляд и вышла из ванной.

Остальные девушки столпились вокруг, посмеиваясь над незадачливой служанкой.

Я игриво ухмыльнулся, пока Мэриголд продолжала извиваться, пытаясь насадиться на мой член, скользя и ёрзая, ещё сильнее возбуждая нас обоих, но никак не могла поймать ритм. У меня возникло внезапное желание подразнить нахалку.

— Хочешь сказать, ты не можешь обслужить хозяина дома как хорошая горничная?

Она хихикнула, кокетливо глядя на меня.

— Вы правы, господин. Я оказалась очень непослушной служанкой, и Вы должны меня примерно наказать.

— О, и как же? — я отвесил ей хороший крепкий шлепок по круглой заднице. Она взвизгнула и подлетела на моём члене вверх на пару сантиметров, а затем со стоном соскользнула вниз. — Видишь, почти получилось, — я шлёпнул её снова.

Мэриголд умудрилась приноровиться. С каждым шлепком она продвигалась по члену чуть ниже, прежде чем снова соскользнуть. Я поймал ритм, и круглое лицо моей новоявленной старшей горничной раскраснелось от усилий, пока она извивалась на моём инструменте.

— Это невероятно, — выдохнула она.

Как и в случае с Зарой, я никогда не мог долго сопротивляться такой сокрушительно тугой киске.

С героическим усилием я продержался до тех пор, пока гнома с писком не соскользнула вниз по моему стволу в последний раз, дрожа всем телом в оргазмическмом экстазе, что накрыл её с головой. Мягкие стенки её любовного туннеля сжались так сильно, что её буквально подбросило вверх по моему члену.

После этого я уже не мог сдерживаться, со стоном схватил её за нежную задницу, удерживая на месте, и мощно кончил.

Когда мы оба обессиленно обмякли в воде, остальные девушки бросились поздравлять Мэриголд. Мои невесты тоже приветствовали её и радовались, что она теперь переедет в поместье, по очереди обнимая счастливую гному.

Закончив с ванной и переодевшись в новую одежду, мы отправились осматривать столицу. Наша новая старшая горничная настояла на том, чтобы нас сопровождать. К своим обязанностям она отнеслась со всей серьёзностью: каждый раз, когда кто-то из нас что-то покупал, она забирала свёрток и несла его, пока не скрылась под горой коробок и сумок, упрямо отказываясь от любой помощи.

Все девушки хотели побаловать себя роскошью из модных лавок вокруг гостиницы, и золото лилось ручьём из моего кошелька. Даже обычно рассудительная Ирен, похоже, составила целый список дорогих вещей, чтобы обустроить поместье Мирид в соответствии с нашим новым статусом.

Мэриголд же с такой тоской смотрела на витрины, так что я в конце концов отвёл её в сторону и сказал, что как старшей горничной поместья ей тоже положен определённый уровень комфорта. Всё, что ей нужно, она должна выбрать прямо сейчас и приобрести. Моя любовница радостно обняла меня за талию и тут же бросилась к остальным невестам.

К концу нашего похода по магазинам даже самые героические усилия гномы не могли удержать наши покупки. Я молча забрал большую часть свёртков, не дав ей и шанса возразить, из-за чего она очаровательно дулась всю обратную дорогу до нашей гостиницы.

Там нас уже с нетерпением ждала Гарена. Видимо, вечерний приём требовал более тщательной подготовки, чем просто причесаться и надеть красивую одежду.

Рой служанок тут же налетел на Лейланну, Ирен и Лили, уводя их прочь, а старшая горничная строго посмотрела на Мэриголд.

— Вы в состоянии подготовить господина Артёма к сегодняшнему мероприятию?

Гномка выглядела оскорблённой.

— Конечно, старшая… то есть госпожа Гарена.

Суровая женщина посмотрела на неё с сомнением.

— Посмотрим. В любом случае то немногое время, что тебе осталось на службе у баронессы, я лучше потрачу на то, чтобы как следует подготовить тебя к новым обязанностям. Какими бы стандартами ни удовлетворялся господин Артём у себя дома, я не позволю тебе запятнать репутацию служанок леди Мароны.

Мэриголд заметно сглотнула.

— Да, старшая горничная, — она повернулась ко мне. — Пройдёмте, господин Артём. Ваши вещи уже должны находиться в комнате.

У меня ещё даже комнаты своей не было, но Гарена с её обычной скрупулёзностью и эффективностью уже всё устроила. Костюм и всё необходимое ждали на месте, а моя новая старшая горничная решительно взялась за дело.

Правда, как только она меня раздела, похоже, решила, что в её обязанности входит немедленная оральная стимуляция. Мэриголд с энтузиазмом взяла мой член в рот, издавая довольное мычание.

Я поглаживал её по шелковистым розовым волосам, думая, что к такой внимательной служанке я точно смогу привыкнуть. Наконец со вздохом удовольствия кончил ей прямо в глотку. Мэриголд сглотнула с протяжным стоном.

— М-м-м, — сказала она, отстраняясь и облизывая губы с довольной улыбкой. — Полагаю, эту услугу я должна оказывать регулярно, господин, чтобы точноо знать, что Ваши потребности удовлетворены?

— Безусловно, — я усмехнулся и поцеловал её в лоб. — А теперь, может, поможешь одеться?

Глава 8

Солнце уже село, когда мы все загрузились карету Мароны. Сама баронесса села по левую руку, Лили по правую, напротив устроились Ирен и Лейланна. Полный комплект.

Какие бы выдающиеся достоинства ни проявляла эта карета на пустой дороге, сейчас она еле ползла по забитым улицам. Сквозь мягкую обивку салона доносились зычные крики нашего возницы, который пытался расчистить путь. Чувствовалось, как его самого вся эта ситуация выводит из себя.

— Эй, посторонись! Это проспект ведёт к дворцу, а не задворки! Дорогу баронессе О’Мэлли!

Простолюдины, конечно, шарахались, но толпа оказалась такая плотная, что быстрее мы не продвигались. Люди напирали со всех сторон, кто-то толкался, кто-то зевал по сторонам. Настоящий муравейник.

Лили сначала с детским любопытством прилипла к окну, пытаясь разглядеть город, но мы тащились со скоростью черепахи, и скоро ей это надоело. Она вздохнула, сползла по сиденью и устроила голову у меня на коленях. Я посмотрел на неё сверху вниз. Умиротворённое довольное лицо, расслабленные черты, мягкие белые волосы растрепались, обрамляя лицо. Чёрт возьми, а в этом что-то есть! Приятное чувство. Может, тащиться в пробке со скоростью улитки не так уж и плохо?

Лениво запустил пальцы в её волосы и стал поглаживать длинные бархатистые белые уши, легонько почёсывая у основания. На удивление тёплые и мягкие, они приятно ласкали кожу ладоней. Лили тихонько замурчала от удовольствия, словно кошка.

— М-м-м, как хорошо… Не останавливайся.

Марона бросила на нас мягкий взгляд, в котором читалась смесь умиления и лёгкой зависти. В её глазах промелькнуло что-то материнское, будто наблюдала за играющими детьми.

— Я бы тоже так хотела, — Лейланна надула губы с притворной обидой.

Ирен, сидевшая рядом, хихикнула и толкнула эльфийку локтем:

— Хотела бы, чтобы Артём чесал тебе за ушком, или чтобы ты чесала ушки Лили?

Лейланна ухмыльнулась, озорно блеснув глазами:

— И то, и другое. И почаще.

Прошла, кажется, целая вечность, прежде чем возница стукнул по крыше. Карета чуть качнулась, и я почувствовал, как изменился звук колёс: теперь они гулко стучали по мощёным камням. Звук стал более ровным и каким-то торжественным.

— Въезжаем на территорию дворца, миледи.

Лили тут же села ровно и снова прижалась к окну, вытягивая шею, чтобы ничего не упустить. Правда, разглядеть что-то толком ей было сложно, и она щурилась, стараясь сфокусировать взгляд. Свои здоровенные очки в проволочной оправе кунида спрятала в сумочку.

Я пытался настоять, чтобы она их надела. Какая, к чёрту, разница, что подумают другие? Но все мои женщины, включая Марону, уставились на меня так, будто предложил им пробежаться голышом по площади. Даже сама Лили упёрлась; лучше пусть всё плывёт перед глазами, чем выставить эту «нелепую конструкцию» на всеобщее обозрение на светском приёме. Женская логика! Непостижимая и беспощадная.

Видимо, по той же логике все четыре мои спутницы соорудили на головах сложные причёски, на которые, уверен, ушло не меньше часа. Эти башни из волос и шпилек казались шаткими и непрактичными, но, нужно признать, выглядели девчонки сногсшибательно. Каждая прядь лежала на своём месте, каждая завитушка идеально выверена в общей гармонии. Работа мастера!

Рядом с ними я чувствовал себя каким-то… чужеродным. Настоящий гадкий утёнок. Четыре красавицы в шикарных вечерних платьях, дополненными обручальными кольцами и элегантными украшениями, которые для них сделала Самира. Тонкие цепочки, серьги, браслеты блестели и переливались в свете фонарей.

Лили в своём серебристом платье олицетворяла само очарование и невинность. Ткань нежно обнимала её точёную фигуру, подчёркивая изящные линии. Ирен, миниатюрная и яркая, подобрала себе насыщенно-изумрудное платье, идеально подходившее к её огненно-рыжим волосам. Лейланна, статная и роскошная в серо-белом казалась настоящей снежной королевой. Её наряд отличался строгостью и элегантностью, подчёркивающими её природную грацию. Марона же, по-королевски величественная, в платье с плавным переходом от светло-красного у воротника до тёмно-малинового у подола в накидке из горностая на плечах выглядела настоящей аристократкой.

Готов поспорить на что угодно, ни одна женщина на этом приёме и близко не сравнится с моими! И во мне говорила не просто слепая влюблённость. До сих пор не понимал, чем заслужил таких спутниц. Удача? Судьба? Или просто я очень везучий сукин сын?

Беременность пока ни у кого не бросалась в глаза, разве что у Ирен, которая находилась на третьем месяце. Её живот едва заметно округлился, но это легко можно было принять за лёгкую полноту. А у Мароны на четвёртом пышная юбка с завышенной талией надёжно скрывала всё что нужно.

Лили наклонилась и поправила завязки на моём кожаном доспехе. Пока мы шлялись по магазинам, служанки привели его в порядок: подлатали, начистили, пропитали маслом. Выглядел он теперь лучше нового. Кожа глянцево лоснилась, металлические детали ослепляли своим зеркальным блеском. Но всё равно это лишь походный доспех, а не фрак для светского раута, поэтому я изо всех сил старался не чувствовать себя коровой в балетной пачке.

— Всё ещё не понимаю, почему ты не надел тот новый костюм? — Лили провела пальцами по обновлённой коже доспеха. — Ты в нём такой красавец!

Марона открыла было рот, чтобы ответить одновременно со мной, но улыбнулась и кивнула, мол, говори ты.

— Пытаюсь втереться в доверие к знати, а знать этого не любит.

Откинулся на мягкую спинку сиденья.

— Ну не воспитан я в их традициях, не знаю их этикета и уж точно не родился с серебряной ложкой во рту. Если напялю на себя похожие шмотки и попытаюсь притвориться одним из них, то меня примут просто за жалкого выскочку. А в доспехе я хотя бы честен, показываю себя таким, каков есть.

Баронесса впечатлённо кивнула.

— Умный подход. Искатели могут заслужить рыцарский титул, но даже самым продвинутым из них не сразу удаётся стать своими в высшем свете. Для этого нужно быть очень богатым, очень сильным желательно чертовски героическим. А главное терпеливым.

Лейланна усмехнулась и легонько пихнула меня в ногу.

— К счастью для тебя, дресс-код для мужчин допускает и форму стражи, и военный мундир, и даже доспех Искателя. Главное, чтобы снаряжение было качественным, а его владелец имел достаточно высокий ранг или уровень. А уж с этим у тебя проблем точно нет.

— Ох…

Лили как-то сжалась, плечи поникли. В её голосе послышались нотки неуверенности.

— Если даже ты, такой герой, чувствуешь себя здесь не в своей тарелке, то мне, наверное, вообще не стоило сюда приходить.

— Ерунда! — отрезала Марона с такой решительностью, что все невольно вздрогнули. — Спутницы — исключение из правил, если они ведут себя скромно и не позорят своего кавалера.

Она тепло улыбнулась и, перегнувшись через меня, положила руку на колено куниды.

— И потом, как говорила моя мать, красивой женщине рады везде. А ты, моя дорогая, без сомнения, красавица, особенно в этом платье.

— К тому же ты наверняка будешь там единственной из кунидов! — весело добавила Лейланна, в её тоне чувствовалась попытка подбодрить. — Все взгляды будут прикованы к тебе. Можешь считать себя экзотикой!

Судя по её лицу, такая перспектива огорчила Лили ещё больше. Она явно надеялась остаться в тени, слиться с толпой, и я её прекрасно понимал. Девчонка всю жизнь прожила в своей деревне в окружении родных и близких и никогда не видела такого скопления чужих людей, пока не отправилась на мои поиски. Для неё это всё равно что нырнуть в ледяную воду.

Да и сам я, чёрт возьми, мандражировал перед выходом в этот «высший свет», хоть и старался не показать свой страх. На Земле никакой аристократии давно уже не существовало, балом правили просто богачи и знаменитости, которые зачастую вели себя как капризные и избалованные дети, выставляя свою дурь на всеобщее обозрение. Может, у меня и образование получше, чем у большинства здешних лордов, и пришёл я из мира, где технологии давали такие возможности, о которых они и мечтать не могли, но к знати точно не принадлежал ни по рождению, ни по духу.

Хорошо хоть, что Марона, Лейланна и Ирен находятся рядом, чтобы помочь сориентироваться. Они знали все эти правила, тонкости, неписаные законы, а нам с Лили придётся как-то подстраиваться… Неприятно, конечно, чувствовать себя не в своей тарелке, но зато вдвоём не так стрёмно.

— Откуда ты столько знаешь про знать, если никогда с ними не общался? — Лейланна изучающе посмотрела на меня. — Ты так говоришь, будто там, откуда ты родом… — Она осеклась, бросив взгляд на Марону, и быстро поправилась: — Будто там всё по-другому.

Рано или поздно всё равно придётся рассказать Мароне всю правду, она заслуживает знать, с кем связала свою жизнь. Но пока она не знала ни о том, что я попал сюда из другого мира, ни о том, что Ирен делит своё тело с Безымянной, поэтому лишь криво усмехнулся.

— Неважно, где ты живёшь, люди всегда интересуются жизнью богатых и знаменитых. У нас хватало фильмов и книг про аристократов прошлого и их нравы. Дворцовые интриги, борьба за власть, светские сплетни — всё это как открытая книга.

— Что ж, надеюсь, твои знания сегодня сослужат тебе добрую службу, — Марона слегка наклонила голову, но в её взгляде читалось любопытство и вопросы, которые она пока не задавала.

В этот момент карета с грохотом остановилась у парадного подъезда, слегка качнулась на рессорах, и через секунду замерла. Двери дворца распахнулись. В сгущающиеся сумерки ударил яркий свет, и на улицу хлынули музыка и гомон голосов.

— Мужчины и женщины в том зале, конечно, изысканно одеты и учтивы в речах, — Марона добавила уже тише, наклоняясь ко мне. Её голос стал серьёзным, почти предостерегающим. — Но ни на секунду не забывай, высший свет — это аквариум с акулами, которые жрут друг друга, чтобы удержаться у власти и денег. Улыбки здесь — просто способ скрыть зубы.

Лакей уже замер у дверцы в ожидании. Марона оглядела нас критическим взглядом мастера, проверяющего свою работу перед публичным показом.

— Все готовы?

Девчонки в последний раз поправили друг на дружке платья и причёски, Лейланна что-то быстро пошептала Лили, пригладив её серебристые волосы. Убедившись, что всё в порядке, баронесса стукнула по дверце перстнем. Звук получился чёткий, звонкий. Лакей тут же распахнул дверцу, с поклоном подавая руку. Марона с царственным видом положила два пальца ему на ладонь и грациозно сошла на землю.

Я вышел следом, сменив лакея на посту, и по очереди подал руку Ирен, Лейланне и наконец Лили. Каждая из них легонько опиралась на мою ладонь, изящно спускаясь на землю. Все три невесты выстроились за мной. На этом настояла Марона, хотя сам я предпочёл бы, чтобы они шли рядом. Но правила есть правила.

Баронесса выжидающе посмотрела на меня. Сообразив, что требуется, предложил ей руку. Она легко оперлась на мой локоть, и мы вместе начали подниматься ко входу во дворец по широким мраморным ступеням, холодящим ноги даже через подошвы сапог.

Внутри нас уже ждали слуги, чтобы забрать накидки. Тут же к нам подскочил какой-то щегольски одетый тип. Весь из себя важный, с лоснящимися волосами и кольцами на каждом пальце.

— А, баронесса Марона и её спутники!

Он бодро произнёс это, широко расставив руки в приветственном жесте.

— Добро пожаловать. Я распорядитель на сегодняшнем вечере. Герцог Сигурдиан пока отсутствует, но, возможно, появится позже. Он просил передать, чтобы вы наслаждались его гостеприимством. Готовы войти?

Марона холодно кивнула с видом женщины, привыкшей к подобному почтению.

— Не привыкла мёрзнуть на пороге.

— Разумеется, миледи. Прошу прощения.

Распорядитель окинул нас оценивающим взглядом, задерживаясь на каждом. Особенно внимательно он разглядывал Лили, видимо, куниды и правда здесь не частые гости. В его глазах мелькнуло нечто вроде удивления, смешанного с любопытством.

— Лучше всего объявлять гостей небольшими группами. Баронесса, Вы пройдёте под руку с мастером Артёмом, если позволите, его невесты будут объявлены сразу после.

Баронесса благосклонно кивнула.

— Прекрасно.

Я обернулся к девчонкам:

— Как вы, не против?

— С нами всё будет в порядке.

Лейланна ухмыльнулась и пихнула меня локтем.

— На самом деле мы втроём будем смотреться куда эффектнее на лестнице без такого большого закованного в кожу мужлана рядом. Не отвлечём внимание от главного.

Распорядитель, которому наши шуточки явно были до лампочки, нетерпеливо кашлянул и поправил жилет.

— Войду и объявлю вас. Прошу следовать за мной ровно через пять секунд. Не раньше, не позже.

Мужик скрылся за дверью, и мы услышали, как его голос гулко разнёсся по залу. Дворцовые слуги проводили нас с Мароной в небольшой, ярко освещённый холл, из которого открывался вид на широкую лестницу, спускающуюся в огромный, богато украшенный бальный зал. Музыка стала громче, голоса отчётливее, сердце забилось чуть быстрее.

Настало время сыграть свою роль.

Глава 9

Голос глашатая пронёсся по вестибюлю, гулкий и до тошноты пафосный. Я нервно сглотнул. Звучало так, будто объявляли не меня, а какого-то героя из дешёвых сказок.

— Баронесса Марона О’Мэлли из провинции Терана! Её сопровождающий и кандидат для вступления в Орден Стражей Севера, Артём, Защитник Бастиона и Хозяин поместья Мирид!

Марона легонько подтолкнула меня в спину. Мол, иди. Шагнул вперёд, но она снова коснулась руки. Чуть сбавил шаг, подстраиваясь под её ритм.

Мы вышли в огромный зал на вершине лестницы. Свет десятков хрустальных люстр, висевших в метрах пятнадцати над головой, бил в глаза, заставляя щуриться. Широченный пурпурный ковёр казался рекой, ведущей на дно зала размером с футбольное поле. Пространство делилось на зоны: одна с маленькими столиками, другая для пустой болтовни, и в центре широченный танцпол.

Народу набилось столько, что зал уже не казался таким гигантским. Мужчины и женщины, разодетые в пух и прах. Между гостями сновали слуги, разнося выпивку и закуски.

Я, подняв голову, неторопливо спускался по ступеням, стараясь шагать размеренно, Марона плыла рядом, грациозная, как всегда. Кожу покалывало от сотен взглядов, устремлённых на меня. В толпе мелькнуло ещё несколько человек в походной броне, как у меня, но большинство мужчин щеголяли в искусно украшенных латах и кольчугах, которые выглядели несомненно героически и внушительно, но в бою были бы бесполезны.

Моя же броня отличалась добротной мастерской работой с парой особо удачных элементов,вся матово-чёрная, хорошо подогнанная. Под неё Марона посоветовала надеть рубаху из серебристого бархата, чтобы хоть как-то разбавить мрак. Девчонки в один голос твердили, что выгляжу как герой из легенд, но я чувствовал себя деревенским дурнем на ярмарке тщеславия.

Всё же это всяко лучше, чем прикидываться своим в доску там, где мне не место. Фальшь они бы учуяли за версту.

У подножия лестницы Марона указала на место у края ковра, и мы отошли в сторону, дожидаясь остальных.

Через пару мгновений глашатай, стоявший у дверей, снова надсадил глотку:

— Леди Лейланна Аленеладрис из древнего и уважаемого рода Аленеладрис! Ирен, Верховная жрица Безымянной! Мисс Лили из Холмистого!

Три мои красавицы появились в дверях и, держась за руки, начали спускаться по лестнице так грациозно, будто занимались этим всю жизнь. Даже Лили, чью нервозность, казалось, растворило волшебство этого места, держалась молодцом.

Пока любовался своими невестами, до ушей доносился шёпот окружающих.

— Надо же, какие красивые!

— Бриллианты, выкопанные из навозной кучи, не иначе!

— Я и не знал, что у сумеречных эльфов-бродяг есть знать.

— А где, чёрт возьми, это Холмистое? Что, реально существует поселение кунидов?

— Никогда не видела кунида! Думала, это всё выдумки озабоченных мужиков.

— Вы только посмотрите на эти волосы! В них же можно смотреться как в зеркало! Интересно, они натуральные?

— Надо бы заглянуть на рынки рабов для утех, может, найду себе такую.

Вот оно как! Как же неприятно осознать, что под всеми шелками и бархатом некоторые из так называемых «благородных» такие же позолоченные твари, как Фендал, и даже не пытаются это скрыть.

Мои невесты сошли с ковра и присоединились к нам. Марона деликатно взяла меня под руку, и мы двинулись вглубь зала.

— Рад встретить родственную душу!

Я аж подпрыгнул и обернулся. Перед нами едва ли не на цыпочках стоял мелкий невзрачный гном в классическом наряде придворного шута.

— О! И Вам не хворать.

Мужичок с какой-то базарной фамильярностью хлопнул меня по локтю.

— Всегда приятно встретить коллегу по ремеслу.

— Какому ещё ремеслу? — я нахмурился, рядом Марона едва слышно вздохнула.

— Как, разве Вы не знаете? — шут комично выпучил свои и без того большие глаза. — Вы же посмешище всей Тверди, об этом гудит каждый угол!

Он ткнул себя большим пальцем в грудь:

— И уж поверьте, если об этом говорит придворный шут, дела Ваши дрянь.

Вот дерьмо! Я-то надеялся, что это просто слухи, хотя нутром чуял, всё так и есть.

— Что ж, если так, то хотя бы могу порадоваться, что всех повеселил, — легкомысленно бросил я, но Марона вздохнула снова на этот раз громче.

— Ах, но хороший ли это смех? — пробормотал гном, подступая ближе. — Неужели от Вас ускользнуло, что Вы здесь чужак? Пришли из ниоткуда, никто о Вас не слышал, за душой ни одного громкого дела. И при этом имеете наглость лезть в это… — он сделал паузу, — «уважаемое» общество?

— Значит, буду пытаться дальше, пока их смех не покажется глупым им самим. Никто ещё не забирался на гору, не сделав первого шага по склону.

— Да, но большинство не начинает восхождение с удара лицом о скалу, — шут хмыкнул. — Ещё не поздно передумать, сменить профессию. Бьюсь об заклад, из Вас выйдет отличный жонглёр! Мы с Вами и так уже два сапога пара, так почему бы не поработать вместе?

— Единственный дурак здесь ты, — резко бросила Лейланна. Её пепельно-серая кожа от злости потемнела до цвета угля. — Хороший шут должен чувствовать, когда его шутки заходят слишком далеко, и его могут швырнуть через всю комнату.

Марона вздохнула в третий раз.

— Ой, пощадите! — пискнул шут, отскакивая на пару шагов. — Едва эта сумеречная эльфийка-лудильщица закончит чинить свои кастрюли, как тут же наложит лапы на мою скромную персону!

Я положил руку на предплечье Лейланны, и её злость тут же сменилась смущением. Умная и утончённая, она всё же была очень вспыльчивой. Не так давно, когда мы только познакомились, она и вовсе показала себя избалованной незрелой девчонкой, но я ценил свою пылкую сумеречную эльфийку, а сейчас не время и не место для срывов.

Гном уже собирался уходить, но я окликнул его.

— Скажи-ка…

Он с любопытством обернулся.

— Тяжёлая это работа — тешить раздутое эго придворных?

— Зато, помимо прочего, есть возможность и уколоть кого надо, — шут состроил пошлую гримасу и непристойно дёрнул бёдрами.

Наклонившись ниже, я понизил голос:

— От одного дурака другому. Есть в этом дворе кто-то, чьё самолюбие ты бы поостерёгся задевать?

Гном окинул меня оценивающим взглядом:

— А ты, дружище, может, и не совсем безнадёжен. — Он снова хлопнул меня по руке. — В квартале красных фонарей есть славное местечко под названием «Забава». Простое заведение для простых людей вроде меня. Если случайно окажешься там вечерком после заката, может, угостишь выпивкой? Посидим, поговорим.

Не дожидаясь ответа, шут сделал серию сальто назад, оттолкнулся, вскочил на ноги и растворился в толпе.

— Чёрт бы его побрал! — пробормотала Лейланна себе под нос.

Был с ней полностью согласен. Сомневаюсь, что приму его предложение. Сплетен у него, может, и вагон, но Марона и сама держит руку на пульсе знати, а теперь, оказавшись в Тверде, сможет напрямую общаться со своими контактами и разузнать ещё больше, не говоря уже о том, чтобы начать оказывать на них своё влияние.

Баронесса устало покачала головой и кивнула влево.

— Вон лорд Экариот. Мы должны засвидетельствовать ему своё почтение.

Я слегка напрягся, на моей руке напряглась и ладонь Ирен.

— Думаешь, стоит, учитывая, как мы с ним расстались в прошлый раз?

Марона поджала губы.

— Он один из лордов-судей, которые будут решать твою судьбу. Хорошая это идея или нет, но, боюсь, это необходимость.

Прекрасно!

Повёл её к месту, где старший паладин стоял с небольшой группой разодетых мужчин и женщин, очевидно, тоже аристократов-авантюристов.

— Милорд.

Когда он посмотрел в нашу сторону, я поклонился, пока баронесса делала изящный реверанс.

— А, уж было подумал, что узнал… — начал лорд Экариот, но тут его глаза на миг расфокусировались. Знакомый взгляд того, кто проверяет чужие параметры. Он осёкся, издав сдавленный звук, на лице промелькнуло чистое потрясение.

— Какого хр… — он замолчал, подавившись словом.

Мне стоило немалых усилий, чтобы не ухмыльнуться. Когда мы с этим паладином виделись в последний раз, я был сопляком 30-го уровня против его 36-го, я теперь на два уровня выше него. Плюс достижение Защитник Бастиона. Учитывая, сколько времени у большинства уходит на прокачку, мой стремительный рост естественно шокировал тех, кто не знал, что есть Стремительный и Глаз истины.

— Лорд Экариот, — плавно вмешалась Марона в неловкую тишину, протягивая руку. — Как приятно снова Вас видеть! Надеюсь, леди Елизавета в добром здравии?

Паладин с благодарностью ухватился за благосклонно предоставленную возможность прийти в себя. Он с поклоном взял руку Мароны и коснулся губами тыльной стороны ладони.

— Моя леди! Она в полном порядке, благодарю dас. С нетерпением ждёт рождения нашего третьего ребёнка.

— Ах, и не слышала, что она в положении. Передайте мои поздравления, и, конечно, примите мои искренние поздравления и Вы.

— Благодарю. Уверен, она будет рада Вашему визиту, если когда-нибудь заглянете к нам.

Экариот умудрялся полностью меня игнорировать, хотя я стоял всего в шаге от него. По его тону было ясно, что меня в это приглашение не включали. Он также проигнорировал Ирен, Лейланну и Лили.

— Прошу Вас, моя леди, присоединяйтесь к нам.

Марона изящно сделала вид, что не заметила откровенного пренебрежения к своему спутнику.

— Спасибо, но, думаю, лучше поищу танцпол. Слишком давно не пользовалась такой возможностью.

— В таком случае позвольте проводить Вас, моя леди, — паладин предложил Мароне свою руку, всё так же упорно не замечая меня.

Теперь даже безупречная выдержка баронессы дала трещину, её губы на мгновение сжались.

— Благодарю, но в этом нет нужды. Мой спутник — несравненный танцор.

На самом деле мы тренировались всего несколько вечеров по настоянию Мароны, но сочетание атлетического тела, навыка Стремительный и общего усиления параметров сделали меня на удивление грациознымм. Танцы покорились мне за пару попыток, оставалось надеяться, что это достаточно въелось в мышечную память, и я не опозорюсь здесь. А главное, z не опозорю Марону и своих невест.

Мы извинились и отошли от компании лорда Экариота. Проводив девушек к столу, где слуги тут же поднесли еду и напитки, я вывел свою благородную возлюбленную на танцпол.

— Мне показалось, или разговор с Экариотом прошел не очень? — пробормотал я, обнимая свою партнёршу, когда мы влились в поток танцующих пар.

Губы Мароны сжались в тонкую ниточку.

— Боюсь, его мы вряд ли можем считать своим союзником.

— Не уверен, что сильно расстроен. С такими союзниками и врагов не надо.

Вспомнилась стычка после нападения Фендала на Ирен. Марона прижалась ко мне и положила голову на плечо, не сбиваясь с ритма.

— Боюсь, нам и так предстоит нелёгкая битва, любимый. Мы не можем позволить себе отказываться от помощи, откуда бы она ни исходила.

Музыка стихла, и баронесса похлопала меня по руке.

— Спасибо за танец. Думаю, хорошо бы немного посидеть.

Галантно поклонившись, снова предложив ей руку и отвёл обратно к столу. Там, к моему беспокойству, сидела одна Лейланна, изящно поедая маленький фруктовый пирог.

— Где остальные?

— Танцуют. Ко мне ещё никто не подошёл.

Она фыркнула. Я повернулся к танцполу и тут же увидел Лили в объятиях пожилого джентльмена, а Ирен танцевала с мужчиной в каком-то нарядном жреческом облачении.

Вроде бы всё в порядке, они даже, кажется, веселились, но Лили застенчиво улыбалась, явно чувствуя себя не в своей тарелке, а Ирен, как я знал, опасалась близкого контакта с кем-либо, кроме меня и других невест.

— С ними всё нормально?

Марона и Лейланна вопросительно посмотрели на меня.

— Артём, это часть веселья. Способ пообщаться и завести полезные политические связи. Всё очень цивилизованно, разумеется, — улыбкой сказала баронесса. Её улыбка стала шире, когда она посмотрела на танцующих девушек, а затем на Лейланну. — И смею заметить, ни одной из твоих подруг не придётся беспокоиться о том, что её танцевальная карточка останется пустой.

— Да уж, чувствую на себе восхищённые взгляды. Приходится отбиваться от кавалеров теми самыми кастрюлями, которые якобы должна чинить, — саркастически протянула моя эльфийка. Слова шута явно её задели.

С улыбкой протянул ей руку.

— Тем глупее они выглядят, ведь ты одна из самых красивых женщин в этом зале. И уж точно самая изящная.

Она хмыкнула, но лицо потеплело. Я вывел её на площадку, и мы присоединились к кружащимся парам. К тому времени, как вернулись к столу, она уже улыбалась и даже тихонько смеялась.

Ирен и Лили тоже вернулись к Мароне, хотя вокруг них уже роились джентльмены, наперебой пытаясь записаться в их танцевальные карточки. Обе девушки выглядели вежливо-довольными.

Мужчины неохотно расступились при моём появлении, хотя, судя по тому, как они кружили поблизости, надеялись налететь снова.

— Смотрю, вы тут королевы бала, — пошутил я, принимая бокал шампанского от слуги.

Характерный румянец залил молочно-бледную кожу Лили.

— Здесь очень романтично, но и немного неловко быть в центре такого внимания… Я привыкла, что вокруг много женщин и всего один-два мужчины, а не наоборот, — призналась она, отпивая из своего бокала.

— Ну, если нам и уделяют много внимания джентльмены, то это ничто по сравнению с тем, какое внимание получает Артём от дам, — с тихим смешком сказала Ирен.

Недоуменно моргнув, огляделся. Действительно, несколько женщин от моего возраста и до возраста Мароны скромно сбились в стайку неподалёку. Они как бы невзначай держали свои танцевальные карточки на виду и, когда посмотрел в их сторону, одарили приветливыми улыбками.

— Ну да, это же Артём! Не уверена, что он вообще в курсе, что женские органы существуют в каком-то ином состоянии, кроме как в вечно влажном, — Лейланна игриво толкнула меня локтем.

Щёки вспыхнули.

Марона строго кашлянула, бросив многозначительный взгляд на окружающих аристократов. Сумеречная эльфийка тут же покраснела и поспешно схватила свой бокал с соком, чтобы скрыть смущение.

Ирен ободряюще похлопала меня по руке: — Тебе, наверное, стоит пойти и пригласить каждую из них. Развлекайся.

— О… — протянулнемного разочарованно. — Я хотел потанцевать с тобой.

— На это у нас ещё будет время, помни, зачем мы здесь, — она посмотрела на своих подруг. — Мы все должны стать его поддержкой на этом поле боя, именуемом танцполом, и продвигать его дело.

Слова Ирен согрели, но я всё ещё колебался.

— Ты уверена?

Маленькая рыжеволосая девушка улыбнулась и положила руку мне на плечо.

— Это просто танцы, Артём. Веселье и общение. Разве у тебя дома не было танцев?

Она должна бы знать ответ. Да, конечно, если считать танцами топтание в тёмной душной комнате под оглушительную музыку, где люди сбиваются в плотную кучу и неловко переминаются с ноги на ногу. Или если совсем смелые, трутся друг о друга. Настоящие танцполы никогда не были моей сильной стороной.

— Думаю, это будет весело! — согласилась Лили, слегка покраснев. — В любовных романах всегда пишут про балы…

— И какие же любовные романы ты читаешь? — поддразнила её Лейланна и тихо рассмеялась, когда девушка-кролик покраснела ещё сильнее.

— Ты же знаешь, я не это имела в виду, — запротестовала Лили.

Пышнотелая сумеречная эльфийка повернулась ко мне, одарив лучезарной улыбкой.

— С нами всё будет в порядке. Танцы — это весело и отличный способ растопить лёд с людьми, которые в иной ситуации побрезговали бы даже заговорить с нами.

Она кокетливо надула губки.

— Если вообще кто-нибудь меня пригласит.

Что ж, решено. Я решительно подошёл к приятной на вид старушке и поклонился.

— Миледи, не улыбнётся ли удача мне пригласить Вас на танец, пока все места в Вашей карточке не разобрали?

Она ухмыльнулась, безмолвно давая понять, что несу чушь.

— Вообще-то, думаю, у меня как раз есть свободное окошко.

— В таком случае не откажете кавалеру?

Глава 10

Моя партнёрша оказалась вдовствующей виконтессой Линессой, бабушкой нынешнего лорда Юго-Восточных Марок, куда входила и провинция Терана. Она согласилась на танец из вежливости и обещала поддержать мою заявку на рыцарство, так как являлась подругой Мароны.

— Вы оказались довольно приятным собеседником, — сделала мне комплимент дама по окончании танца.

Я отвёл её обратно к столику и поклонился, не оставшись в долгу:

— Спасибо за танец, виконтесса.

— Конечно, молодой человек. Если будете проходить мимо поместья Анград, заходите, особенно если удастся получить рыцарское звание.

Я остановился у пустого стола, чтобы промочить горло и немного остыть. В зале было жарковато, особенно в кожаной броне, и в мыслях возблагодарил Марону, посоветовавшую взять с собой несколько носовых платков.

Промокая лоб, отыскал взглядом на танцполе своих спутниц. Их оказалось очень легко заметить: одни из самых красивых и, на мой предвзятый взгляд, самых грациозных женщин в зале.

Все они, конечно, являлись прекрасными танцовщицами, но каждая была хороша по-своему. Марона величественная и безупречная. Лейланна брала эльфийской грацией и опытом бальных танцев в детстве. Ирен такая лёгкая на ногах, что казалась пёрышком в руках партнёра, сглаживая любые его огрехи своей воздушностью. И Лили, у которой опыта в официальных танцах было не больше, чем у меня, выезжала на ловкости. Кунида выглядела так, будто попала в сказку: глаза блестели, лицо сияло.

Если у моих спутниц не было отбоя от кавалеров, то вскоре и я сам оказался в осаде. Дамы постарше буквально роились у стола. Поскольку все ожидали моего приглашения, это выливалось в затяжные беседы с многозначительными паузами, дающими мне шанс позвать их на танцпол.

Особенно ко мне тянулись женщины в возрасте, возможно, оттого, что прошёл слух о том, что я любовник Мароны, а второй моей партнёршей на балу стала пожилая виконтесса.

Я выводил женщин на танцпол одну за другой, стараясь не только хорошо танцевать, но и поддерживать приятную беседу. Судя по их довольным улыбкам, получалось.

Исключением из толпы вдовствующих дам стала поразительно красивая молодая женщина на вид всего на несколько лет старше меня. Высокая, стройная, в чёрном платье и с чёрной полувуалью, прикреплённой к сложной шляпке. Кроваво-красные розы, со вкусом вшитые в подол и пояс, создавали яркие акценты.

Чёрный цвет очень подчёркивал её бледную кожу. Не молочную, как у Лили, а именно бледную. Волевые аристократические черты обрамляли волосы цвета воронова крыла, настолько тёмные и гладкие, что под люстрами отливали синевой, а полные губы соперничали по яркости цвета с кроваво-красными розами на платье.

Глаза же, тускло-серебристые на самом деле, при плохом освещении можно было принять за серые. Вернее глаз, потому что левый прикрывала чёрная атласная повязка с маленькой красной розой, вышитой в центре, словно зрачок.

Женщина смело подошла ко мне и сделала реверанс с отточенной грацией, не уступающей Мароне.

— Ванесса, — представилась она, протягивая руку, но титула не назвала.

Взял её руку, поклонился и коснулся губами тыльной стороны ладони. Кожа оказалась прохладной и сухой, но очень мягкой.

— Артём из поместья Мирид.

— Рада знакомству, мастер Артём.

Дама протянула свою танцевальную карточку.

— Следующий танец свободен, если будете так любезны, — она тщательно выговаривала каждое слово.

Женщина оказалась смелой, но не самой наглой, которую встретил за этот вечер. К тому же уже хотелось отдохнуть от дам, годившихся мне как минимум в матери.

Поэтому взял карточку и аккуратно вписал своё имя.

— С удовольствием, мисс Ванесса.

— Отлично.

Высокая бледная женщина убрала карточку в незаметный кармашек, а я подал ей руку и вывел на площадку.

Она превосходно двигалась, также свободно и непринуждённо, как Марона, грациозно, как Лейланна, и с долей ловкости Лили. Поймал себя на мысли, что мне действительно нравится с ней танцевать, почти также как с Мароной и Лейланной в начале вечера.

— И чем вы занимаетесь, мисс Ванесса?

Мы плавно кружили по залу. Молодая женщина изогнула бровь.

— Прошу прощения, почти уверена, что Вы хотели спросить «как Ваши дела?», что явилось бы вполне уместным вопросом в данной ситуации.

Мои щёки вспыхнули.

— Конечно, простите за прямоту.

— Всё в порядке. И в ответ могу сказать, что чувствую себя прекрасно и получаю огромное удовольствие от этого собрания, — она улыбнулась. — А теперь, когда с формальностями покончено, если хотите узнать обо мне больше, то я занимаюсь тем же, чем и вы.

— Так вы авантюристка? — разговор принимал более близкое и интересное для меня направление.

— О, балуюсь этим время от времени, — беззаботно ответила Ванесса, — но держусь подальше от Гильдии Искателей. Они не только чопорные и элитарные, но и, кажется, забирают себе долю побольше, чем предлагают взамен. Впрочем, как и большинство гильдий.

Она казалась на удивление осведомлённой во всех закулисных делах авантюристов. Из чистого любопытства посмотрел на неё своим Глазом истины.

И чёрт побери…

Вампир, взрослая особь. Гуманоид, разумный. Класс: Заклинательница живых лоз, уровень 36. Атаки: Росток, Живой рост, Виноградная плеть, Шиповая хватка, Удушение ползучим, Дикий лабиринт.

К её чести, вампирша заметила, как я напрягся, и криво усмехнулась.

— Уже видела такое выражение лица. Вы каким-то образом узнали мою природу.

Настороженно посмотрел на неё.

— И что же это за природа?

Ванесса плавно вывела меня к краю танцпола, оглядываясь.

— Отойдём куда-нибудь, где нас не услышат.

Вежливо улыбнулся в ответ, хотя внутри всё сжалось, и глупо пошутил:

— Лишь бы не исчезнуть насовсем.

Она рассмеялась.

— Не бойтесь, молодой человек,вы сильнее, хотя я и так не представляю для вас угрозы.

Возможно, но кто знает, на что способен вампир? Лили могла убежать от кого угодно, Белла обладала сверхчутьём, Лилия невероятно гибкая… Казалось, люди в этом мире вообще в проигрыше.

Последовал за бледной женщиной в укромный угол, стараясь держаться непринуждённо, хотя все инстинкты орали во всю глотку. Я отлично знал, на что способны вампиры на Земле, а сходство рас на Валиноре с их земными аналогами слишком велико, чтобы стать простым совпадением.

Ванесса встала спиной к залу, что, учитывая её беспокойство о подслушивающих, казалось странным.

— Ну, — сказала она. — Выкладывайте.

Неловко кашлянул.

— Скажем так, предполагаю, у вас проблемы с нанесением макияжа.

Она на мгновение опешила, а потом громко рассмеялась.

— Такой формулировки ещё не слышала, но вы угадали. Хотя обычно косметика мне не нужна, — вампирша задумчиво коснулась повязки. — Полагаю, вас беспокоит моя природа?

Не хотел выглядеть грубым, но, чёрт возьми, да! Ванесса казалась милой, но вампиры в сказках всегда такие на публике.

— Легенд ходит много.

— Это правда, — Ванесса вздохнула и терпеливо улыбнулась. — Скажите, Артём, уверена, такой высокий мускулистый мужчина, как вы, наверняка любит мясо?

Наполовину заподозрил подвох, но лицо её выглядело серьёзным.

— Ем много мяса, да.

— И, полагаю, у Вас никогда не возникало соблазна отведать, скажем, мяса кунида?

Я отшатнулся с отвращением:

— Какого чёрта! Зачем вы такое спрашиваете?

Ванесса грустно усмехнулась.

— И всё же вы думаете, что у такой цивилизованной женщины, как я, иные моральные принципы в вопросе, откуда брать кровь?

А вот это сильный довод. Об этом не подумал.

— То есть вы пьёте только кровь животных?

— Верно. Держу скот, у которого сцеживаю кровь небольшими порциями, чтобы животные могли восстановиться. Думаю, во многом это гуманнее, чем забивать их на мясо. И по возможности ловлю диких зверей, чтобы питаться также. Даже выбрала класс, который в этом помогает.

Звучало странно, но разумно. Класс «Заклинательница живых лоз», судя по всему, заточен под контроль толпы, используя растения для удержания целей. Идеально для ловли животных.

— Стесняюсь спросить, а на монстров это распространяется?

Вампирша поморщилась.

— Некоторые… съедобны, те, что больше похожи на животных. Но это уж совсем в крайнем случае. Мои вкусы куда более утончённые. В любом случае, уверяю вас, я никому не угрожаю и была бы признательна, если бы вы сохранили мой маленький секрет.

— Конечно, — я поклонился. — Раз вы не желаете никому зла, не могу поступить иначе, кроме как защитить тайну такой прекрасной юной дамы.

— Юной⁈ — Ванессагромко рассмеялась и указала пальцем в зал. — Видите вон того воина 41-го уровня?

Проследил за её взглядом. Обычный мужчина уже в годах, лет шестидесяти.

— Он сопровождал меня на подобные балы, когда я была уже стара и вполне годилась по возрасту ему в матери, — её улыбка стала шире. — Хотя я позволяла ему верить, что достаточно молода, чтобы меня принимали за его внучку.

Вот это сюрприз! Хотя Ванесса не первая встретившаяся мне женщина, которая выглядела гораздо моложе своих лет.

— Ваш вид… долго живёт?

Женщина выглядела довольной.

— Уж думала, вы спросите, бессмертны ли мы, как в легендах. Но, конечно, этим даром обладают лишь боги и полубоги, — она похлопала меня по плечу. — Хотя легко понять, почему люди ошибаются. Мы действительно живём дольше большинства. И, как и куниды, не стареем внешне до самой смерти, так что те, кто видит нас годами, могут сделать неверные выводы.

Ванесса снова взглянула на своего спутника и вздохнула, увидев, как он хмуро косится в нашу сторону.

— Кстати, о добром лорде Всеволоде. Лучше мне к нему вернуться.

— Конечно, — я поклонился. — Спасибо за танец и занимательную беседу, мисс Ванесса. Было очень приятно.

— Да, было, — вампирша окинула меня задумчивым взглядом. — Кстати, раз уж речь зашла о приятном общении, возможно, мы могли бы договориться?

Моргнул от такого смелого предложения.

— О, эм-м-м…

Она громко рассмеялась.

— Я имею в виду, Артём, что если вашей группе когда-нибудь понадобятся услуги специалиста по контролю толпы и дальнему урону, надеюсь, вы подумаете обо мне? Что-то меня снова потянуло на приключения.

Ванесса отошла на пару шагов, собираясь вернуться к своему кавалеру.

— Если захотите меня найти, то я почти каждый вечер бываю в «Котелке» в квартале красных фонарей.

Теперь мои глаза сами собой полезли на лоб.

— Вы⁈

Почему-то не мог представить себе эту уравновешенную изысканную женщину в том заведении, которое посетил в свой последний приезд в Твердь.

Она широко улыбнулась, обнажив верхние клыки, которые, пожалуй, оказались лишь чуть длиннее, чем нужно.

— Это излюбленное место Искателей, не связанных с гильдией. И, честно говоря, за пятнадцать минут на сцене иногда можно заработать столько же, сколько за день приключений. И всё это под взглядами толпы похотливых мужчин, что порой забавляет.

Это стало для меня ещё большей неожиданностью.

— Хорошо, теперь знаю, где вас искать.

— Вы удивлены?

Вампирша подмигнула своим единственным глазом.

— Возможно, я поторопилась, сказав, что не вписываюсь в стереотипы о своём виде.

Она повернулась и ушла, а я не мог не проводить взглядом её упругую задницу.

Ну, этот разговор подкинул пищи для размышлений. Покачав головой, направился обратно к своему столу.

Путь оказался неблизким. Когда пробирался через зал, меня вдруг перехватил джентльмен, плавно отделившийся от своей компании. Невысокий мужчина, худой, безупречно одетый.

— Мастер Артём? — он любезно протянул руку с длинными ловкими пальцами, обтянутыми белой перчаткой. — Виктор Ланской. Мастер Ланской.

Пожал руку в манере, принятой у знати Бастиона.

— Приятно познакомиться.

— Взаимно, — невыразительное лицо мужчины хранило нейтральное выражение, но в глазах плясали смешинки. — Не то чтобы привык это слышать… — он склонил голову. — Можно сделать предположение, Артём, если позволите такую вольность?

Не совсем понимая, к чему он клонит, кивнул.

Губы Ланского изогнулись в подобии улыбки. Он полез в карман и достал визитку.

— Что ж, если Вам когда-нибудь понадобится, чтобы Ваши деликатные вопросы были решены и отполированы, вспомните обо мне.

Слегка поклонившись, мужчина ушёл, сцепив руки за спиной.

Я в недоумении уставился на карточку, на которой простыми буквами было написано: «Виктор Ланской, улица Основателей, 23».

Озадаченный, обернулся и подпрыгнул, увидев Марону. Она стояла на вежливом расстоянии, дожидаясь, пока Ланской отойдёт подальше.

— Ты его знаешь?

Марона поморщилась:

— По репутации. Необходимое зло, можно сказать. Тот, кто оказался достаточно полезен для некоторых людей, чтобы его приглашали на подобные мероприятия.

Снова посмотрел на карточку и убрал её.

— В чём он полезен?

Гримаса Мароны сменилась неловкостью:

— Информация, которую, кажется, знает только он. Проблемы, которые, кажется, может решить только он.

Ах, вот оно что! Окинул мужчину Глазом истины и понизил голос.

— Он из класса Лазутчик.

И как мы оба могли видеть, 46-го уровня, несмотря на его неопределённый возраст.

Марона, казалось, не удивилась.

— Это известно всем. И он достаточно влиятелен, чтобы плевать на общественное мнение.

Она понизила голос.

— Лучше держись от него подальше. Он, может, и распутает любой узел, в который ты попадёшь, но не раньше, чем обмотает тебя своей паутиной.

Был с ней полностью согласен. Тем более, что жёсткой губки вполне хватило, чтобы разобраться с предыдущей проблемой в лице Фендала.

Когда возвращались к столу, моя благородная возлюбленная вздохнула:

— Он наблюдает за нами. Теперь, когда думаю об этом, возможно, нам не удастся держаться от него подальше.

Ну вот, приплыли! Это уже прозвучало зловеще.

— Что ты имеешь в виду?

Марона подняла на меня встревоженные тёмные глаза и прошептала:

— Он рыцарь Ордена Стражей Севера, хотя многие этому и не рады. И достаточно высокопоставленный, чтобы претендовать на место одного из лордов-судей, если бы захотел, хотя ещё ни разу не подавал заявки.

— Думаешь, он заинтересовался мной настолько, чтобы сделать такой финт в этом году?

— Возможно. Обычно он не подходит к незнакомым людям, это к нему подходят, но ты каким-то образом привлёк его внимание.

Чёрт! Опять влип! Или, может, раз этот тип такой скрытный, у него есть какие-то связи с Гильдией Убийц, и он опознал во мне того, кто шнырял у их штаб-квартиры?

Я вздохнул.

— Что ж, придётся держать ухо востро.

— Как и всегда.

Марона кивнула в сторону танцпола.

— Давай вернёмся к общению. Тебе понадобится как можно больше поддержки, а времени у нас мало.

Глава 11

Остальное время на балу прошло спокойно. Я покружил в танце и с Лили, и с Лейланной, и с Ирен как минимум по паре раз. Уделил бы внимание и Мароне, но она почти всё время провела за столом в окружении друзей и союзников, решая какие-то свои дела. Исподволь наблюдая за ней, видел, как оживлённо она жестикулировала, объясняя что-то пожилому барону, как внимательно слушала седовласую графиню. Деловая хватка у неё что надо.

Что до невест, то выцепить их для танца оказалось той ещё задачкой. Отбоя от кавалеров у моих красавиц не было. Даже Лейланна после того, как публика свыклась с её эльфийской кровью, оказалась в центре внимания. Что ни говори, красота брала своё. Мужчины буквально выстраивались в очередь, каждый норовил пригласить загадочную полуэльфийку на следующий танец. Некоторые даже пытались подкупить музыкантов, чтобы продлить мелодию.

Мы веселились от души. Лейланна рвалась показать себя, подталкивая меня на сложные па, и приходилось поднапрячься, чтобы не отставать. Её безупречная грация покорила не одно мужское сердце, а каждое движение казалось словно отточенным годами тренировок. Когда она разворачивалась в вихре юбок, казалось, что танцует не девушка, а сама музыка. Ирен же просто хотела побыть рядом. Она клала мне голову на плечо, и мы лениво двигались по краю танцпола. Её тепло и спокойствие передавались и мне, будто кто-то положил дружескую руку на плечо в трудную минуту. С ней можно было просто молчать и чувствовать себя дома.

Но больше всех отрывалась Лили.

Весь вечер с её лица не сходило выражение чистого детского восторга. Она жадно впитывала атмосферу бала, будто попала в одну из любимых сказок. Глаза горели, щёки порозовели от волнения, она то и дело вскрикивала от удовольствия, когда очередной кавалер подхватывал её для нового танца. Девчонка кружилась как заведённая, а смеялась так звонко, что другие пары оборачивались с улыбками на лицах. Её горящий взгляд, искренняя радость притягивали к ней партнёров не меньше, чем нездешняя красота или принадлежность к диковинной расе кунидов. Мужчины, словно зачарованные, кружили вокруг неё, каждый желал хоть немного погреться в лучах её счастья.

В те редкие моменты, когда она освобождалась, буквально парила в моих руках, лёгкая, невесомая, словно пушинка. От неё исходил такой аромат нежности и счастья, что хотелось бросить всё к чёрту, найти тихий угол и просто сидеть с ней в обнимку до самого утра. И плевать, кто что скажет.

Каждый раз я с неохотой отпускал её, и мы снова расходились каждый к своим партнёрам. Это и есть часть работы: показаться, отметиться, закрепиться среди элиты Бастиона. А работа есть работа, как бы душа ни просила другого.

Когда не танцевал, тёрся среди местной знати, травил байки о похождениях вежливо кивающим слушателям и пытался прощупать, кто есть кто: у кого простое любопытство, а у кого с двойным дном. А оно тут, судя по атмосфере, имелось у каждого второго. В глазах многих читалось что-то вроде «а ну-ка посмотрим, что за фрукт» или «может, пригодится». Особенно внимательно изучали меня пожилые аристократы, те самые акулы, что десятилетиями крутились в водах столичной политики. Обычное дело для столичных салонов. Лорды прятали истинные мысли за любезными улыбками, а баронессы, прикрываясь веерами, строили интриги посложнее военных кампаний.

Марона, дай бог ей здоровья, героически боролась с усталостью и помогала чем могла. Несмотря на скромное положение, в столице региона её, похоже, любили. Её покойного мужа здесь, похоже, уважали. Годы лишь добавили красоте благородства, и вес в обществе остался. К ней подходили мужчины и женщины, внимательно слушали и искренне улыбались вовсе не той показной вежливостью, что доставалась мне. Когда она говорила, даже самые надменные графы склоняли головы с настоящим почтением.

Но под конец бала я заметил, что Марона откровенно выдыхается: плечи поникли, голос стал тише, она всё чаще прикладывала руку к виску, тени под глазами стали заметнее, а улыбка требовала всё больше усилий. Пришлось проявить твёрдость и сказать, что пора закругляться. Вечеринка и так сходила на нет. Мужчины сбились в кучки за карточными столами,женщины на диванах перемывали кости знакомым и незнакомым. Самые набравшиеся уже кемарили в креслах, вызывая смешки остальных. Музыканты тоже заметно устали, мелодии стали проще, темп медленнее.

В карете под мерный стук колёс Марона уснула, положив голову мне на колени. Молча перебирал её серебристо-чёрные волосы, чувствуя, как возлюбленная расслабляется, а дыхание становится ровным и глубоким. Даже во сне на её лице сохранялась лёгкая тень усталости. Женщина отдала сегодня все силы, помогая мне пробиться в высший свет.

— Спасибо, — тихо сказал в пустоту.

Невесты, укутавшиеся в плед на сиденье напротив, сонно улыбнулись и с теплотой посмотрели на неё.

Марона сняла для себя лучший номер в «Золотой Чаше» и сонно настояла, чтобы мы остались с ней. Кровать оказалась огромной, размером с половину комнаты в обычной гостинице, но нас ведь пятеро! В конце концов кое-как уместились, хотя пришлось лечь поперёк. Посреди ночи к нам пробралась ещё и Мэриголд, улеглась сверху и, тихо посапывая, по-детски пускала слюни мне на грудь. Утром обнаружил мокрое пятно на рубашке, но что с неё взять!

Проснулись рано, потому что Гарена пришла будить Марону на встречи. Наспех позавтракали. Горячий хлеб с маслом и мёдом показался райским наслаждением после вчерашних изысков.

Баронесса коротко, но крепко поцеловав на прощание, дала мне последние наставления: — Скорее всего, сегодня тебя вызовут к лордам-судьям для подачи прошения. Далеко от гостиницы не отходи, или пусть Гарена знает, где быстро тебя найти. Постараюсь быть с тобой, но если не смогу, Ирен в курсе, что к чему.

— Удачи тебе на встречах.

Марона скривилась.

— Тьфу! Сборище идиотов, которые не могут оторваться от охоты, пьянок и любовниц, чтобы понять, что у них в собственных землях творится, не говоря уже о Бастионе. Но нет, каждый год они на неделю запираются здесь, чтобы вершить судьбы региона.

В её голосе звучало нескрываемое раздражение, видать, не в первый раз приходилось иметь дело с такой публикой. Морщинка между бровей стала глубже.

— Хорошо, что у них есть ты, чтобы дать мудрый совет.

Она грустно рассмеялась.

— Мне бы хоть слово вставить дали! Но винить их не стану, — она тяжело вздохнула, словно на плечи легла невидимая ноша. — У меня нет ни влияния, ни власти в Тверде. Удивилась бы, если бы они хотя бы выслушали моё предложение позвать на совет писарей, мэров и капитанов стражи. Людей, которые реально в курсе дел и могли бы доложить реальную обстановку.

— Чтобы простолюдины указывали великим лордам Бастиона, что делать? Да змея скорее съест сама себя!

Баронесса искренне рассмеялась.

— Такое чувство, будто ты уже побывал на их Совете.

Гарена вежливо кашлянула, и Марона, неохотно попрощавшись, поспешила по делам. Я печально посмотрел ей вслед. Она шла быстро, но видно, что плечи сильно напряжены.

Не позавидуешь такой работе.

Раз уж велено не отходить далеко, предложил прогуляться по богатому району. Гарена знала тут пару приличных парков, музей и другие интересные места. Девчонки тут же оживились — после вчерашнего официоза хотелось просто расслабиться.

Утро выдалось что надо: спокойное, расслабленное. Солнце не припекало, лёгкий ветерок шевелил листву, и город казался совсем другим, не таким застывшим и официальным, как накануне. В парках цвели розы, фонтаны весело журчали, а воздух пах свежестью, а не пылью и лошадиным навозом. Девчонки смогли наконец нормально пообщаться, Ирен и Лейланна получше узнать Лили. Да и Мэриголд, которая увязалась с нами, тоже влилась в компанию. Трещали без умолку, смеялись. Типичный девичий день. Ирен делилась знаниями о местной истории, Лейланна рассказывала эльфийские сказки, а Лили просто радовалась каждой мелочи.

Только собирались возвращаться к обеду, как нас нагнала одна из служанок Мароны, эффектная блондинка, которую вечно видел где-то на фоне, но так и не понял, за что она отвечает. Запыхавшись, будто марафон пробежала, она выпалила, что лорды-судьи вызывают меня во дворец.

— Когда? — спросил, прикидывая, успею ли перекусить.

— Как только Вам будет удобно, — выдохнула служанка, уперев руки в колени. — Что на их языке означает «живо, чёрт возьми!» Лучше, если явитесь туда ещё до того, как они официально позовут.

Отлично. Значит, снова вариант «или сам, или силой приведут». Знакомая песня.

— Ирен? — протянул руки.

Та понятливо кивнула, и я подхватил её на руки.

— Спасибо, — бросил блондинке.

Селина? Элиза? Имя так и не всплыло.

— Если хочешь поблагодарить, мог бы запомнить, что у баронессы есть и другие служанки, кроме Белинды и Мэриголд, — с ноткой раздражения ответила та.

Мэриголд строго кашлянула, но блондинка лишь упрямо вздёрнула подбородок. Видать, назрел конфликт в прислуге.

Разбираться с этим не оставалось времени. Молча кивнул и помчался по улице, неся на руках свою маленькую невесту. Врубать «Рывок Гончей» в толпе не хотелось, но всё равно активировал его. Дополнительная ловкость не помешает, чтобы лавировать между людьми и повозками. Прохожие недовольно бурчали, когда проталкивался мимо, торговцы ругались, когда чуть не сбил их лотки, но времени на извинения не было.

Ирен тараторила без умолку, перечисляя, что понадобится. Я прямо как знал, и с утра нацепил доспехи под официальную одежду, что дало возможность сэкономить кучу времени. Правда, в такой спешке они натирали, но приходилось терпеть. Хорошо хоть привык к их весу.

Заскочили в гостиницу,взяли нужные бумаги и оружие, и я, снова подхватив рыжую всезнайку на руки, помчался ко дворцу. Пот уже проступал на лбу, дыхание сбилось, но останавливаться нельзя. Сердце колотилось не только от бега, но и от волнения.

— Если спросят о детстве, ты из королевства Рования, с материка Аскалон, — напомнила Ирен. — Случилась ситуация с порталом, и ты очнулся в лесу у Хасмадеи, оттуда и добрался сюда, — она хитро улыбнулась. — Про скорость роста лучше помалкивать. Если спросят, скажи, что в Ровании у тебя имелся доступ к огромным библиотекам с описаниями монстров.

Сбавив шаг у ворот дворца, я представился страже. Нас направили к другой двери, где уже ждал слуга в дорогой ливрее.

— Вашу невесту проводят в зал ожидания, — отчеканил мужчина. — А вы, будьте добры, следуйте за мной.

Ирен сунула мне в руки папку с документами, потом притянула голову к себе и крепко поцеловала. Её губы были тёплые, но слегка дрожали.

— Удачи! — прошептала. — Ты справишься.

Её глаза блестели от волнения, и я понял, что она волнуется не меньше моего.

Выдавив, как мне казалось, уверенную ухмылку, пошёл за слугой.

Проведя по лабиринту пафосных коридоров с мраморными колоннами, позолоченными карнизами и портретами предков, сурово взирающими на нас свысока, он оставил меня у массивных двойных дверей. За ними слышались приглушённые голоса.

— Минуту, доложу о вас, Защитник, — сказал мой проводник, коротко поклонился и скрылся за дверью.

Через мгновение он выскочил обратно.

— Господин, судьи просят вас подождать.

И, не дожидаясь ответа, свалил.

Классика! Сначала гонят в шею, а потом заставляют ждать, чтобы показать, кто тут главный. Или просто потому что они мудаки. Любят власть имущие эти игры. Поначалу бесит, а потом ничего, привыкаешь. Хотя привыкнуть к унижениям — не самая лучшая черта характера.

Я прислонился к стене, приняв позу, которую считал аналогом вольного караула, чувствуя себя полным идиотом под любопытными взглядами пробегающих мимо слуг и придворных. Некоторые откровенно пялились, другие бросали быстрые взгляды украдкой. Так простоял минут пятнадцать, гадая, не забыли ли обо мне вообще? Спина уже затекла, в горле пересохло, а раздражение начало одолевать уже всерьёз. Ноги заныли от неподвижности.

Внезапно мимо проходящая служанка пискнула и рухнула в такой глубокий реверанс, что чуть не распласталась на полу. Обернувшись, тут же сам напрягся и склонился в поклоне.

Мужчина выглядел как вылитый Фендал: крепкое телосложение, тёмные волосы, волевой подбородок. Но его одежда кричала о таком богатстве и власти, какие не видел даже на вчерашнем балу. Ткань переливалась в свете факелов, золотое шитьё было настолько искусной работы, что, наверное, стоило как дом. На пальцах сверкали перстни с камнями размером с орех. Сложить два и два и понять, что передо мной герцог Бастиона, Сигурдиан Харлинг, было несложно.

Герцог производил впечатление человека сильного не только физически и политически. Он являлся Заклинателем 43-го уровня! И хотя доспехов на нём не было, на поясе висела небольшой скипетр мастерской работы. От него исходила такая аура силы, что волосы на затылке вставали дыбом. Магия буквально пульсировала в воздухе вокруг него, словно он был центром невидимого вихря энергии. Кожу покалывало от близости такой мощи.

Меня пробрал холодок. Дядя Фендала мог одним словом разрушить все мои планы, приказать страже бросить меня в темницу… Да что угодно! И я не смог бы хоть что-то сделать. Уровни слишком разные.

— Ваша светлость…

Герцог Сигурдиан смерил меня холодным взглядом, потом резким жестом отпустил служанку и дождался, пока ты скроется из виду. Коридор мигом опустел, видать, все поняли, что лучше не мешать.

— Так вот каков тот человек, из-за которого мой племянник себя погубил? Какое посмешище!

Я стиснул зубы, подавляя вспышку гнева. В горле встал комок злости.

— Досадное недоразумение, Ваша светлость. Мои соболезнования…

— Заткнись, твою мать! — прорычал герцог.

Он обошёл меня кругом, лицо потемнело от злости. Каждый его шаг отдавался в ушах как удар молота.

— Не заблуждайся, этот сопляк не раз меня подставлял, давая врагам повод тявкать в мою сторону. Но он был моим племянником! Сыном моей любимой сестры! Последним, кто носил её черты!

Герцог встал передо мной, нависая, хоть и был сантиметров на пятнадцать ниже, но сейчас казалось, что он намного выше. Аура власти и силы давила почти физически.

— По закону мне не за что тебя судить, мальчишка сам сгинул, пытаясь в одиночку драться с монстрами. Но я презираю тебя, и это не изменится. Ненавижу тебя за то, что ты жив, а его нет!

Я предпочёл благоразумно промолчать. В такие моменты лучше не дёргаться. Внутри всё кипело, но показать свои возмущение и злость никак нельзя.

Через пару мгновений Сигурдиан взял себя в руки, снова став ледяным, маска вернулась на место.

— По политическим причинам я не стану открыто выступать против твоего прошения. Мои враги с радостью использовали бы тебя против меня, а мне ни к чему подкидывать им идей, и так хватает проблем.

Герцог ткнул пальцем в мне грудь, понизив голос до рыка.

— Но уверяю тебя, все дворяне, что у меня в кармане, проголосуют против тебя. Может, ты и прорвёшься, моё положение сейчас не так прочно, как хотелось бы, но лучше тебе довольствоваться этим титулом и свалить обратно в свою дыру на границе. Большего ты в Бастионе не добьёшься. Никогда!

Он резко развернулся, плащ взметнулся за спиной.

— И не попадайся мне на глаза до конца пребывания в Тверде. Не смей со мной говорить! И, клянусь богами, если ты сунешься к моей сестре и её семье, пеняй на себя.

Герцог пронёсся через двери, хлопнув ими так, что эхо пошло по коридору. Я остался стоять, чувствуя, как адреналин медленно выходит из крови. Руки слегка дрожали, хорошо, что он этого не заметил, сердце всё ещё колотилось как бешеное.

Ну, хреново. Теперь точно известно, что половина придворных будет против, а это значит, что шансы получить титул резко упали. Политическая арифметика стала ещё сложнее, но и отступать поздно: слишком далеко зашёл, слишком многое поставил на кон.

Прошло ещё минут пятнадцать, прежде чем двери приоткрылись. За это время успел немного успокоиться и привести мысли в порядок.

— Артём из поместья Мирид, Вас вызывают.

Глава 12

Не знаю, чего во мне преобладало больше, облегчения или дурного предчувствия, но я, выдохнув, вошёл в круглый строгий зал. Кожаная подошва сапог глухо стукнула о мрамор. В центре полукруглый стол, за которым сидели восемь человек. Лица серьёзные, взгляды цепкие. Кто-то листал бумаги, кто-то разглядывал меня с откровенным любопытством.

Лорды-судьи.

Четверых узнал сразу. Конечно, Сигурдиан, седой, высокомерный. Рядом с ним лорд Экариот,. Командор Джинд Алор тоже находился здесь, как и обещал. Кивнул едва заметно. И последний знакомый, кстати, не самый приятный, Виктор Ланской. Развалился в кресле у края стола с видом лёгкого превосходства.

Чёрт, а этот тип умеет найти выгодную позицию!

Придворный указал на центр комнаты. Я прошёл, встав так, чтобы видеть всех, и низко поклонился.

— Артём из поместья Мирид, защитник Бастиона, просит о вступлении в Орден Стражей Севера, — выпалил придворный заученное. — Поручители — виконт Тимур Анград из Юго-Восточных Марок и баронесса Марона О’Мэлли из провинции Терана.

Это оказалось приятной неожиданностью. Видимо, произвёл впечатление на вдову виконта, или она просто поддержала меня из-за дружбы с Мароной. В любом случае два поручителя — это солидно.

— Ваши бумаги? — бросил коротко Сигурдиан.

Придворный подскочил и передал папку, которую готовили Ирен и Марона. Там было восемь копий, по одной для каждого из судей.

Герцог взял свою стопку и начал брезгливо её листать, явно выискивая, к чему бы докопаться. Страницы шелестели в тишине. Наконец он поднял глаза, в них читалось недовольство.

— Ваш возраст указан как двадцать семь. Это не может быть правдой.

— Это так, ваша светлость, — я снова поклонился. — Мне все говорят, что молодо выгляжу.

Раздались несколько смешков, я затаил дыхание, пульс участился.

Вот как раз этого-то я и боялся. Мой уровень и возраст привлекали слишком много внимания. Но теперь, на 38-м, проще поверить, что мне под тридцать, чем в то, что восемнадцатилетний пацан достиг такого. А вообще цифра указана по совести, двадцать семь мне стукнуло ещё на Земле. Так что хоть они и посмеивались, им гораздо проще ухватиться за эту ложь, чем признать, что восемнадцатилетний пацан взял почти сороковой уровень. Даже в двадцать семь лет такое служило поводом для удивления.

Джинд усмехнулся.

— При всём уважении, ваша светлость, как можно предположить, что он младше при таком уровне?

Сигурдиан нахмурился. В его взгляде читалось откровенное презрение.

— Но выглядит он именно тем, кем и является: игрушкой баронессы, а не воином.

— Его послужной список говорит об обратном, — мягко вмешался Ланской. — Как и титул Защитника Бастиона. Можно сколько угодно говорить, что ему всё досталось на блюдечке, но я не нахожу изъянов в его документах.

Казалось, он высказал общее мнение. Мнение всех, кроме Сигурдиана, который упрямо буравил взглядом бумаги, видимо, искал хоть какую-то зацепку.

— Надеюсь, знаете, что требуются данные о ваших параметрах? Чтобы стать дворянином, нужно чем-то выделяться.

Герцог указал на пожилого мужчину в мантии, стоящего в стороне. Клирик, судя по всему. Спокойный, с добрыми глазами.

— Чтобы соблюсти конфиденциальность, примите приглашение в группу от клирика Фёдора, служителя бога честных сделок. Он зачитает ваши параметры, остальное останется в тайне. Согласны?

Об этом предупреждали, процедура стандартная.

— Да, ваша светлость.

— Тогда вперёд.

Клирик шагнул ко мне, и я получил уведомление о приглашении в группу.

— Врождённые и приобретённые параметры мастера Артёма из поместья Мирид, — начал старик нараспев. — Сила сорок семь.

По залу пронёсся удивлённый шёпот, кто-то присвистнул. Я и так знал, что параметры высоки, Мия дала мне тело элитного атлета и мозги учёного. Неплохо для парня, который больше на выносливость напирает.

— Недюжинная сила, мастер Артём, — заметил Джинд.

Телосложение у меня скорее как у десятиборца, а не как у качка, но сила есть сила.

Клирик кашлянул.

— Выносливость шестьдесят три.

Снова гул. Знали бы они, сколько бегаю, не удивлялись бы так.

— Ловкость шестьдесят один. Телосложение сорок три.

Шёпот стих, сменившись напряжённым молчанием. Воздух в зале словно сгустился.

Иметь один-два высоких параметра вполне нормально для человека, но высокие показатели по всем статьям… Это уже выделялось. Сильно выделялось.

— Сноровка пятьдесят семь. Интеллект шестьдесят девять.

— Красиво! — протянул Ланской, вызвав смешки у остальных.

Шестьдесят девять в интеллекте — это уже не шутки. Почувствовал, как несколько взглядов впились в меня с новым интересом.

Клирик виновато кашлянул.

— Скорость семьдесят три…

Зал снова загудел теперь уже совсем уж активно.

— Семьдесят три⁈ — не веря собственным ушам, переспросил Экариот. — Это же быстрее псовых! Да, за кунидами, у которых под девяносто, ему не угнаться, но всё равно…

— Лично меня больше интересует его интеллект, — сказал

Ланской. — Нетипично высокий!

— Плодовитость пятьдесят шесть, — наконец закончил перечислять клирик.

И это вызвало самый большой шум. Ну и вишенка на торте!

— Не только скорость кунида, но и плодовитость… — Ланской расхохотался. — Должно быть, вам пришлось хорошенько потрудиться, чтобы прокачать навык «Предотвратить зачатие».

Несколько лордов уже откровенно ржали. Хорошо хоть не видно, как краснею.

— Этот человек точно человек? — спросил какой-то лорд с другого конца стола.

— Точно, милорд, — невозмутимо ответил клирик.

— В таком случае я не вижу никаких проблем с его параметрами, — сказал Джинд. — Если мы ищем исключительных людей, он подходит.

Сигурдиан выглядел так, будто съел лимон.

— Спасибо. Можете покинуть группу.

— Откуда ты, парень? — спросил один из сомневающихся лордов.

— Королевство Рования, материк Аскалон, милорд.

Это вызвало удивление. Несколько бровей поползли вверх.

— Это же на другом конце света, через моря, кишащие пиратами, морскими чудищами и орочьими флотилиями!

Ланской подался вперёд:

— Как ты сюда попал? Это само по себе должно быть приключением.

— Так и произошло, милорд, — я криво усмехнулся. — Хотя и не так, как вы думаете. По поручению покровителя семьи пришлось нанять Проходчика, чтобы открыть портал. Могу лишь предположить, что с заклинанием что-то пошло не так, потому что очнулся уже в лесу, в паре километров от Хасмадеи на юге Кобрана.

Среди судей пронёсся шёпот. Кто-то покачал головой.

— Вот это сбой портала!

Пожилой лорд с длинными белыми волосами, который оказался Проходчиком 56-го уровня, недоуменно пожал плечами:

— Никогда о таком не слышал.

— Для меня это тоже стало новостью, милорд, — я сокрушённо покачал головой. — А учитывая опасности морского пути и тот факт, что у Харалдара нет выхода к морю, решил, что вернуться домой будет проблематично. Особенно без гроша в кармане, — позволил себе искренне улыбнуться. — Однако пока зарабатывал средства, нашёл в Бастионе столько возможностей и был так покорён его дикой красотой, что решил остаться. Купил землю на юго-востоке Тераны и намерен прожить там остаток своих дней.

— Хорошо сказано! — пробормотал Джинд. — Нет земли лучше Бастиона!

Экариот нетерпеливо кашлянул.

— Очень трогательно, но меня больше интересует, как ты опознал Магматического Туннельщика, с которым столкнулся мой рейд? Несмотря на твой юный возраст и отсутствие справочников, ты смог узнать редкого монстра, которого не могли опознать два эксперта с целым возом книг.

Чёрт! А так надеялся, что не станут копать в эту сторону! В шее что-то дёрнулось.

— Мне повезло иметь доступ к Великой Королевской Библиотеке Ровании. Родители были учёными и работали там.

— И запомнил достаточно из десятков тысяч зарегистрированных монстров, чтобы узнать именно этого? — надавил паладин. — Без книг?

— Монстры рейдового и группового уровня запоминаются лучше, — я вежливо поклонился.

— Но ты узнавал не только их, — резко встрял Ланской. — Есть куча свидетельств, где ты демонстрировал знания о монстрах всех мастей, особенно когда вёл разведку орды у Тераны для леди Мароны.

Твою мать! В горле пересохло.

— Мне повезло запомнить огромное количество информации о монстрах, — ответил со всей уверенностью, на какую был способен.

— В самом деле? — Экариот ухватился за мои слова. Хорошо. Как называется монстр, гибрид кошки, птицы и орка с атакой в пике, ударом когтями и высоким уклонением?

Дважды твою мать!! Не хотел лезть дальше в эту кроличью нору, но с Ирен проговаривали и такое, заранее заготовив ответы.

Перевёл дух и собрался с мыслями.

— При всём уважении, милорд, память работает не так. Не могу раскрывать секреты учёных Ровании, но могу назвать технику Чертоги разума. Она позволяет запечатлеть в памяти немыслимый объём данных. Однако разум не способен просто так вытащить любой факт по желанию.

— А ты постарайся, — съязвил Сигурдиан.

Я поклонился как можно вежливее и постарался сделать морду ботом.

— Прошу прощения, ваша светлость, но это бывает невозможно сделать. Информация всплывает, только когда вижу монстра вживую или, в редких случаях, его детальное изображение.

— Поразительно! — Ланской восхищённо вытаращил глаза.

— Я подобрал бы другое слово, — резко отрезал герцог. — Это называется брехнёй, Охотник. Если нужно изображение, мы его достанем.

Он махнул придворному, и тот убежал. Шаги затихли в коридоре.

Отлично! Всегда можно сказать, что рисунок недостаточно хорош, но с Сигурдианом и Экариотом это вряд ли прокатит. Эти двое не из тех, кто легко отступает.

Паниковать, впрочем, пока рано. Мне довелось встречать сотни тварей за время пребывания на Валиноре, и Глаз истины исправно всё фиксировал. Да и Мия, похоже, подкрутила не только тело, но и память. Информация действительно всплывала сама, стоило увидеть монстра.

Придворный вернулся, таща несколько листов пергамента. Я с тихим ужасом смотрел, как он передал их герцогу. Тот, нахмурившись, выбрал один, перевернул в руках, словно взвешивая.

— Вот этот!

Едва не выдохнул с облегчением. Этот проныра-придворный подсунул своему господину монстра высокого уровня, которого, по идее, я не должен был видеть. но случилось так, что он мне встретился В той самой долине в горах, откуда твари пёрли к Светолесью через Терновый Заслон. Противная тварь, кстати.

— Ваша светлость, хотя на рисунке не хватает деталей, это, скорее всего, Пикирующий эгар. Уровень 51–53. Атаки: Пикирующая бомба, Удар когтями, Вихрь крыльев, Оглушающий крик, Потрошащий удар и Смертельное скольжение.

Лорды, столпившиеся над рисунком, удивлённо забормотали. Все, кроме Ланского. Тот по-прежнему вальяжно развалился в кресле, внимательно наблюдая. Глаза цепкие, немигающие.

— У нашего Искателя приключений намётанный глаз, — заметил он небрежно.

Чёрт, подобрал же слова! Язык мой — враг мой. Описал тварь точь-в-точь как её выдаёт Глаз истины. Хотя, с другой стороны, именно так и составлялись бестиарии, со слов бывалых воинов, у которых имелась такая же способность.

Экариот откинулся на спинку стула.

— Итак, если правильно понял, ты из далёкой цивилизованной страны. Сын учёных, получивший доступ к королевской библиотеке. Потом ты выбрал один из самых презираемых классов, напичканный, как все считают, одними неотёсанными деревенщинами, и отправился искать приключений, пока не попал в аварию с порталом.

— Всё так. За исключением мнения об Охотниках в Ровании.

— Ты не претендуешь на знатное происхождение, но получил возможности, которым позавидовали бы принцы! — буквально выплюнул Сигурдиан.

— Не могу говорить за принцев, ваша светлость, только за себя. Но да, мне повезло и не в последнюю очередь здесь, в Бастионе.

Они мурыжили меня вопросами ещё минут пятнадцать. Копали глубже, пытались найти нестыковки, но я отвечал спокойно. Подготовленная с Ирен легенда держалась. Затем, после короткого совещания, Сигурдиан с недовольной гримасой стукнул костяшками по столу.

— Лорды-судьи одобряют Ваше прошение о рыцарстве. Вы будете допущены к испытаниям, — он резко махнул рукой. — Свободен!

— Благодарю вас, милорды.

С трудом скрывая облегчение, низко поклонился и направился к выходу.

За спиной слышались приглушённые голоса. Обсуждают?

Уже за дверью меня перехватил Джинд.

— Мастер Артём! — он дружески хлопнул меня по спине. — Как там Лилия и мой ребёнок?

Решил не комментировать его заявление, сейчас не время и не место.

— Она в порядке. Отдыхает с семьёй, ждёт родов.

Командор тепло улыбнулся.

— Постараюсь выкроить время и навестить её в ближайшие месяцы. А пока спасибо за заботу и за щедрость к беженцам из её деревни. Талия сказала, что ты предоставил им очень хорошие условия.

— Они спокойные жильцы, и Лилии не скучно.

— Не сомневаюсь. Также ценю, что ты согласился приютить и других. Хаос на границе продолжается, и беженцы хлынули на юг. Полагаю, друзья и семьи моих людей уже прибывают в поместье Мирид.

Не могу сказать, что эта новость меня осчастливила, особенно когда нас с Ирен нет на месте. Хрен знает, что там творится.

— Надеюсь вернуться как можно скорее, чтобы убедиться, что у них всё в порядке.

Джинд рассмеялся.

— Понимаю. Но я хотел лично поблагодарить и пожелать тебе удачи на испытаниях. Поздравляю с принятием прошения.

— Благодарю, милорд.

Немного помедлив, всё же спросил:

— Если позволите, как там Фелиция и Игнат?

Джинд поморщился.

— В порядке, думаю. Их отправили на границу, как и большинство. Там же находился бы и я сам, если бы не вся эта политическая возня.

Нахмурившись, командор кивнул на прощание и скрылся в зале, а я отправился искать Ирен, чтобы сообщить ей хорошие новости.

Прошение принято, теперь на очереди испытания. И они, думаю, будут куда посложнее этого допроса.

Уважаемые читатели! Лёгкий звиздец. В отпуске с семьёй, в квартале где снимал квартиру вырубили свет и время на ремонт пока не известно. Постараюсь без сбоев, но могут быть задержки…

Глава 13

Когда слуга привёл меня туда, где оставили ждать Ирен, я приятно удивился, увидев там же Марону. Она не успела встать рядом со мной и высказаться в мою пользу, но выкроила минутку зайти сюда, чтобы одной из первых услышать новости.

Я посмотрел на их встревоженные лица, стараясь сохранить бесстрастное выражение, но тут же ухмыльнулся.

— Мою петицию одобрили.

Ирен вскрикнула от радости и обняла меня, осыпая лицо поцелуями. Марона повела себя сдержаннее, надо же сохранить невозмутимый вид на людях, но поцеловала в обе щёки, и глаза её сияли, когда она меня поздравляла.

Я предложил им вернуться в гостиницу отпраздновать радостное событие за обедом, но баронесса с сожалением объявила, что ей нужно вернуться к встречам.

— Каждый год крупные торговые дома требуют новых переговоров о торговле с провинцией, — вздохнула она, — надеясь заключить более выгодные сделки. Добавьте к этому условие губернатора о низких налогах, и представьте, насколько может быть трудно собрать средства.

Должно быть, она чувствует давление сильнее, чем показывает. Обычно она выступала за низкие налоги, способствующие росту и процветанию в регионе.

— Могу ли я чем-то помочь?

Марона тепло улыбнулась:

— Стань рыцарем и отважно защищай Терану.

Я рассмеялся:

— Это я могу сделать.

Поклонился, прощаясь с баронессой, Ирен сделала реверанс, и я предложил своей прекрасной невесте руку.

— Полагаю, сейчас некуда спешить, так что мне не нужно подхватывать тебя на руки и бежать.

Она одарила меня обворожительной улыбкой.

— Не знаю, если бы нам не нужно было сейчас заботиться о своём имидже, я бы не отказалась прокатиться у тебя на руках.

Я издал довольно хмыкнул и наклонился, чтобы нежно поцеловать её, игнорируя взгляд проходящего слуги.

— Не думаю, что у нас есть другие дела сегодня. Что скажешь, если мы проведём день, занимаясь только этим?

— М-м-м, — Ирен прижалась к моему боку. — Ты мне должен, ведь у нас ещё не было возможности побыть вместе после воссоединения, — она очаровательно надула губки. — Не говоря уже о том, что вчера в ванной всё веселье досталось Мие.

Я только ухмыльнулся.

Возвращение к «Золотой Чаше» пролетело назаметно. Я скучал по Ирен, и во всей вчерашней суете у меня не было возможности просто побыть с ней. Она тоже скучала по мне, судя по тому, как она мило себя вела, даже забралась ко мне под плащ, настаивая, что ей холодно.

Наши разговоры касались в основном предстоящих испытаний, а также того, как идут дела в поместье Мирид. Но когда я заметил уединённый сад, затащил свою невесту туда, подальше от улицы, и украдкой поцеловал, наслаждаясь её мягким теплом, пока она таяла рядом со мной.

Мы оставались там несколько минут, отгородившись от окружающего мира, чтобы просто насладиться обществом друг друга. Потом мой живот заурчал так громко, что Ирен рассмеялась:

— Неудивительно, — она похлопала меня по прессу. — Кажется, нам лучше тебя поскорее накормить. Я слегка перекусила, пока тебя ждала, но ты же не ел с самого завтрака.

Рука об руку мы вернулись в гостиницу, чтобы поделиться хорошими новостями с Лилией, Лейланной и Мэриголд. За роскошным обедом, на который я не пожалел денег, рассказал им всё.

Затем, верные своему слову, мы удалились в комнату, которую сняла для меня госпожа Гарена, и обнимались на кровати, пока еда переваривалась.

День прошёл в блаженном наслаждении друг другом. Ирен и Лейланна всё лучше узнавали Лилию и Мэриголд, и, конечно, кунида и гномка с энтузиазмом им отвечали. После ужина с деликатесами и закусками, заказанными в номер, появилась Мия, добавив немного азарта в веселье: она изо всех сил старалась утомить остальных.

В результате богиня устала больше всех, поэтому Ирен быстро свернулась калачиком и, вернувшись наконец на передний план, крепко заснула.

Мы по очереди нежно поцеловали её на прощание, а потом спустились в общую комнату.

— Я бы хотел сходить в «Котелок» в квартале красных фонарей, — сказал своим невестам, пока мы с Лилией пили её любимое вино, а остальные потягивали охлаждённый фруктовый сок. — Мне нужно встретиться там кое с кем и обсудить возможность переезда в район Тераны, чтобы у меня была полноценная группа или отряд для рейда.

Эта новость всех взволновала, и девчонки начали допытываться подробностей, особенно Лили, поскольку тоже планировала стать моей постоянной спутницей в приключениях. Я рассказал им о своём танце с Ванессой, хотя и сохранил тайну о том, что она вампир.

— Я всё равно мечтала увидеть «Котелок», — сказала Лили. — И хотела бы встретиться с любым, кто собирается отправиться в приключения вместе с нами.

Мэриголд ухмыльнулась:

— Ты меня заинтриговал, когда рассказал, что девушки там танцуют и снимают одежду.

Лейланна колебалась. Хотя она могла вести себя на удивление бесшабашно, сущность сумеречного эльфа иногда делала её чопорной в самые неожиданные моменты, особенно если она не знала, как следует поступить.

— Кто-то должен тебя сопровождать, чтобы ты не попал в беду, — наконец сказала она.

— Вот-вот, точно, моя госпожа! — со смехом сказала Мэриголд.

Взяв пальто, мы двинулись по переполненным улицам к кварталу красных фонарей. В воздухе витало праздничное настроение, которого, и следовало ожидать в это время.

Я внимательно следил за карманниками и грабителями, хотя, как выяснилось позже, наибольшую угрозу представляли пьяные придурки, так и норовящие потискать или ущипнуть девушек за соблазнительные места, пользуясь всеобщей толчеёй. Я грубо остановил первых нескольких, а когда Лейланна зажгла пламя на ладони и сердито посмотрела на пьяных гуляк, они поняли намёк и отступили.

«Котелок» буквально трещал по швам, а очередь на вход тянулась мимо нескольких других заведений. Все торговцы с радостью пользовались возможностью продать что-нибудь скучающим людям в очереди.

Исходя из того, что правила ночного клуба могут действовать и здесь, я попёр к двери напрямую. Вышибалы бросили взгляд на нашу дорогую одежду, трёх прекрасных женщин и, решив, что это как раз подходящие клиенты, отступили в сторону с вежливыми кивками.

К моему удивлению, хотя стоячих мест вдоль стен практически не осталось, а девушки-официантки сбились с ног с подносами напитков, разрываясь между клиентами, кабинки и столы прямо у сцены были заняты не все. Я махнул рукой одной из девушек-официанток и показал золотой.

— Что вон с той кабинкой?

Даже держа поднос, полный кружек, симпатичная девушка-псоморф умудрилась заставить монету исчезнуть, словно по волшебству.

— Столик стоит 50 золотых, причём только до полуночи.

— Чёрт! — пробормотала Лейланна. — Мы могли бы просто найти любой бордель и устроить там загул до самого утра.

Лили хихикнула:

— Почему все те, кто бросает серебро на сцену, так волнуются из-за того, что гарпия снимает с себя одежду? Гарпии обычно и так ходят голые, по крайней мере те, с которыми я раньше встречалась и играла. Они что, никогда раньше не видели голую гарпию?

Хороший вопрос! Мысленно записал его в большой список вопросов, который хотел уточнить у неё позже, я ведь гарпий никогда раньше не видел… Хм…

А если судить по девушке, что сейчас стояла на сцене, это и правда будет интересно. Она казалась лишь немногим выше Зары или Мэриголд, но хрупкого телосложения, какое и положено иметь существу, которому нужно быть достаточно лёгким, чтобы летать. На девушке не было ни грамма лишнего жира, как у элитной гимнастки, и то, как она скользила по сцене, заставило меня задуматься, не полые ли у неё кости.

Это оказался первый гуманоид, что я видел в своей жизни, который вместо рук имел большие крылья с блестящим красным и золотым оперением. Поражало оперение, составляющее волосы девушки, спускавшееся до середины спины и покачивающееся при её грациозных движениях, которое соединялось с оперением длинного хвоста, волочившегося по земле позади неё. Чтобы компенсировать отсутствие рук, её длинные и тонкие ноги, казалось, имели двойной сустав, со ступнями, которые отлично заменяли пальцы: она явно могла хватать ими вещи.

Всё вкупе придавало ей несколько странный вид, но отнюдь не уменьшало женственную и неоспоримо удивительно притягательную красоту.

Я пялился на её маленькую грудь с тёмно-розовыми сосками размером с пятирублёвую монету и на трусики, которые она дразняще приспускала одной гибкой ногой, обнажая изящную щель, и невольно захотел узнать, не захочет ли она снять со мной комнату наверху.

Это куда как более выгодная инвестиция, чем тратить кучу денег на столик. Кстати говоря…

— Так что, столик берёте? — нетерпеливо сказала девушка-официантка, передвигая поднос.

— Спасибо, нет, — ответил ей.

Она натянуто улыбнулась и поспешно ушла.

Мэриголд потянула меня за рукав:

— Хозяин, твоя старшая горничная должна всё видеть, чтобы лучше знать, как тебе служить.

Я не мог не ухмыльнуться, поднимая гному на плечи, что обычно привлекло бы любопытные взгляды, но сейчас ни один человек в переполненной таверне не обратил на это внимания.

— О, она такая милая и маленькая, господин, — прошептала служанка, наклоняясь вперёд так, что её розовые волосы упали мне на глаза. — Может, она тоже захочет присоединиться к твоему гарему? Как твоя главная служанка, я обязана помочь тебе найти новую супругу. Ну конечно я бы посоветовалась с хозяйками! — терпеливо сказала Мэриголд. — Хозяйка Лили, хозяйка Лейланна, может, нам стоит попробовать узнать, захочет ли гарпия развлечься с нами сегодня вечером?

— Да! — с нетерпением сказала Лили.

— Не хочу вас расстраивать, но гарпия просто подобрала свои монеты и улетела, — сказала Лейланна.

Она не ошиблась. В последний раз тряхнув своей дерзкой маленькой попкой, взъерошив перья хвоста до самых ног в мерцающей красно-золотой волне, гарпия схватив в одну ногу сумку с монетами, а в другую свою одежду, взмыла в воздух. Через несколько мгновений она скрылась за занавеской, где танцоры одевались и рассчитывались с руководством «Котелка».

Толпа зашевелилась, когда на сцену поднялась другая женщина, начав не слишком изящный танец, который вскоре вызвал освистывание толпы. В конце концов она разочарованно спустилась обратно, и толпа зааплодировала, когда одна из явно местных красоток забралась на ящик, чтобы занять её место.

Руки Лейланны внезапно вспыхнули синим пламенем.

— Хочешь ещё разок потрогать мою задницу, придурок? — прорычала она удивлённому мужчине, который внезапно обнаружил, что смотрит на пылающий кулак у него перед носом.

Толпа расступилась, я заметил приближающихся вышибал, и по вздохом потянул за руки своих невест.

— Пора идти, я думаю.

— Всё в порядке, — сказала Лили, прижимаясь ко мне с немного встревоженным выражением на лице. — Здесь слишком много народу. Давай вернёмся, когда всё успокоится.

Не мог не согласиться, мне никогда не нравилось подобное столпотворение.

Мы вышли из таверны и некоторое время бродили по улицам квартала красных фонарей, наблюдая за исполнителями, развлекающими прохожих на каждом углу. Их было даже больше, чем когда я проходил здесь в последний раз: акробаты и гимнасты, уличные фокусники и иллюзионисты, а также музыканты, начиная от одиночных волынщиков и заканчивая чуть ли не полноценными оркестрами.

И, конечно же, везде ожидаемо шастали ловкачи, проворачивающие аферу с тремя кубками, подпольные карточные игроки и немало гадалок и предсказателей.

Мы глазели на различные аттракционы, поедая медовые пирожные и горячие шашлыки из жареного мяса и овощей для Лили. Несмотря на толчею, было весело, и я, потеряв счёт времени, удивился, когда вдруг зазвонили колокола, и по толпе разнёсся нарастающий гул.

Яркие заклинания осветили небо, являя нашим глазам огромные разноцветные огненные шары, призрачных монстров и ливни искр. Радостно крича, люди размахивали над головами шляпами и шарфами, хлопали друг друга по спинам, обнимались и целовались.

Наступил Новый год. Судя по всему, на Валиноре его отмечали почти также, как и на Земле.

Я поцеловал Лили, Лейланну и Мэриголд, а потом мы обнялись, наблюдая за продолжающимся световым шоу в небе.

Раньше я думал, что ничто не может сравниться с пышностью фейерверков на моей родине, но могущественная магия превзошла их все. Хотя празднества в Тверде оказались меньше по масштабу, чем многие из тех, что я видел, ни один фейерверк не мог повторить великолепие огромных детализированных призрачных драконов, гигантов, атакующих замки, маленьких армий, сражающихся с огромными грифонами, виверами и другими зверями, и причудливых садов фей.

— А какой сейчас год? — спросил у своих невест и подруг.

Девчонки все непонимающе переглянулись.

— Девятьсот пятьдесят четвёртый, может быть? — сказала Лейланна. — Большинство людей не обращают особого внимания на год, за исключением историков.

Ну, здесь и правда жизнь идёт совершенно иначе, чем на Земле.

— А что означает этот самый год?

— Откуда мне знать? — сказала она. — Я родом из Светолесья.

Мэриголд неуверенно прочистила горло:

— Я думаю, отсчёт начали, когда Основатель Харальд и Бьорн объединились против вторгшихся поселенцев-гномов, образовав королевство Харалдар.

Ого, так разные королевства даже не используют единое летоисчисление? Это, должно быть, крайне неудобно для международной торговли и дипломатии.

— Я думал, королевство Харалдар довольно относится дружелюбно к гномам, почти так же, как к эльфам?

Лейланна фыркнула, показывая, что она думает о «дружелюбии» королевства, учитывая, что только Бастион действительно хорошо относится к другим расам.

— Ну, это случилось почти тысячу лет назад. Неужели там, откуда ты родом, люди так долго держат обиды?

— К сожалению, некоторые именно так и делают, — покачал я головой.

— И гномы так делают, — добавила Мэриголд. — Обычно они довольно хорошо принимают формальные извинения, которые приносятся искренне, и ты устраиваешь грандиозную демонстрацию раскаяния вроде репараций, торговых уступок или щедрых подарков. Но если ты их разозлишь и не исправишь случившееся, они никогда не забудут обиду, не простят и будут мстить вплоть до самого последнего своего потомка.

Лилия подтолкнула меня локтем, нахмурив бровь, и я поймал себя на мысли, что думаю о том же, о чём, очевидно, думала она: нам пора уже закончить расшифровку записей гномов и отдать их законным наследникам.

Световое шоу в небе наконец закончилось. Мэриголд начала зевать и тяжело опираться на мою ногу. Заметив это, поднял её на руки. Она с благодарностью положила голову мне на плечо и тут же захрапела.

— Ну что ж, пора возвращаться в гостиницу, — сказал я своим невестам.

Глава 14

На следующее утро, едва рассвело, я уже стоял на здоровенном поле у стен Тверда. Вокруг меня топтались ещё несколько десятков кандидатов в рыцари. Поле превратили в полосу препятствий: наворотили каких-то странных конструкций, огородили всё верёвками, а по периметру расставили городских стражников, чтобы зеваки не лезли куда не надо.

Всё это явно затевалось в том числе и для развлечения толпы, поэтому за канатами собралось, наверное, несколько тысяч человек. Между ними шныряли торговцы, впаривая еду и всякую мелочь. Повсюду раскинули временные палатки, где торговля шла полным ходом.

Организаторы подсуетились и с удобствами: выкопали большую выгребную яму, соорудили импровизированный фонтан. Маг земли и маг воды сообща следили, чтобы у всех была бесплатная вода. Платил им за это, ясное дело, либо герцог Сигурдиан, либо городская казна.

Я знал, что где-то в этой гудящей толпе затерялись и мои. Хотелось бы их увидеть, получить хоть какой-то знак, чтобы унять мандраж.

А нервы у меня разыгрались не на шутку. В детстве я, конечно, гонял мяч, но ни в каких школьных командах или серьёзных лигах не состоял. Весь мой соревновательный дух уходил в компьютерные игры. Я участвовал в крупных турнирах, где зрителей набиралось и побольше, чем здесь. Но есть огромная разница, когда зрители — просто цифра на экране и ники в чате, и когда они стоят в паре десятков метров от тебя и пялятся вживую.

Несколько тысяч человек, облепивших большое поле, это, как оказалось, дохрена. Целое море лиц, и все ждут, когда ты облажаешься!

Конечно, в каком-то смысле я шёл к этому с того самого дня, как Мия выкинула меня в лесу недалеко от Хасмадеи. Но с другой стороны, даже со всей помощью Мароны и Ирен я оказался морально не готов. Ничто не могло сравниться с давлением тысяч взглядов, кроме как испытать это на своей шкуре. А такого опыта у меня не было.

В отличие от остальных претендентов, которые, похоже, готовились к этому моменту всю свою жизнь.

Будущие рыцари вокруг меня разнились по росту, внешности и, само собой, по классам. Но что бросилось в глаза, все они были людьми, и, судя по виду, сплошь дворяне, богатые купцы или землевладельцы.

Или Искатели. Здесь, на Валиноре, уровень и достижения имели вес, а не только то, что на Земле считалось престижем.

Молодые и среднего возраста мужчины сбивались в группки по статусу или знакомству. Обрывки разговоров подтверждали то, о чём мне говорила Марона: большинству из парней помогали влиятельные семьи, знаменитые родственники или отец, который уже являлся рыцарем. Всё это играло им на руку при вступлении в Орден Стражей Севера. Я же ничем подобным не обладал, а значит, придётся выложиться так, чтобы затмить их всех.

Толпа вдруг взревела, и я обернулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как люди расступаются, пропуская целую процессию. Восемь лордов-судей торжественно ступили на поле в сопровождении дюжины охранников в парадной броне. За ними шел десяток писарей и слуг.

Судьи с важным видом взошли на помост в центре поля. Только они и ещё несколько человек поднялись наверх, чтобы оглядеть полосу препятствий и толпу. Раздался хлопок, и маг воздуха усилил голос герцога Сигурдиана, а иллюзионист создал над помостом голограмму его улыбающейся физиономии метров пятнадцати в высоту. Отличный трюк. Проще и, наверное, дешевле, чем гигантский экран.

— Приветствую вас, граждане Тверди и великого Бастиона, на Великих Испытаниях! — провозгласил Сигурдиан с широкой улыбкой. Толпа взревела. Он, как опытный оратор, выждал, пока шум стихнет. — Здесь мы испытаем будущих рыцарей, желающих вступить в древний и священный Орден Стражей Севера!

Снова по толпе пронёсся рёв, на этот раз дольше и мощнее. Наконец маг воздуха вернул изображение герцога в полный рост, чтобы тот мог жестом призвать к тишине. — А теперь, поскольку вы и так уже заждались, не будем тянуть и начнём!

Толпа просто обезумела. Прошло несколько минут, прежде чем народ успокоился. За это время иллюзия сменилась на лорда Экариота, который, видимо, вёл первое испытание.

Паладин поднял руки, и воцарилась тишина.

— Наше первое испытание, как и всегда, Испытание Тела!

Когда толпа снова одобрительно загудела, Экариот повернулся к нам.

— Внимание, претенденты! — его голос звучал строго и серьёзно. — Эти испытания проверяют характер человека, а не его класс или уровень! Поэтому классовые способности запрещены, и вы не получите преимущества от пассивных бонусов. Мы будем оценивать, быстры ли у вас ум и ноги, крепки ли руки и сердце.

Это хорошо. Любой высокоуровневый болван с прокачанными навыками может взять лук и попасть в яблочко. Я бы разочаровался, если бы всё было так просто.

Командор Джинд Алор шагнул вперёд и встал рядом с паладином.

— Поэтому неудивительно, что первое испытание — бег. Вы покажете свою скорость, ловкость и быстроту, преодолевая препятствия и выкладываясь на финишной прямой, — его голос стал жёстким. — Никакого физического контакта с другими кандидатами! Никаких способностей! Никакого постороннего вмешательства! За вами следят, и первое же нарушение приведёт к дисквалификации не только на испытаниях этого года, но и навсегда. — Экариот добавил: — Пассивные способности, которые срабатывают сами, под запрет не попадают. Мы знаем, что вы не можете их контролировать.

Ещё бы я мог! Я бы взбесился, если бы меня дисквалифицировали из-за Охотничьего чутья, которое не раз спасало мне шкуру.

Разодетые слуги подвели нас к стартовой линии и расставили, как я понял, в зависимости от того, насколько мы приглянулись судьям. То, что я оказался в самом конце, было плохим знаком.

— На старт! — крикнул Экариот. — Внимание! Марш!

Несмотря на всю нервотрёпку, сама гонка поначалу показалась почти разочаровывающей.

Все рванули дружной плотной толпой, неуклюже лавируя и стараясь не задеть бегущих рядом. Все, кроме меня. Благодаря Стремительному я легко просочился между другими бегунами и быстро вырвался вперёд, к первому препятствию.

Оно показалось до смешного знакомым и напомнило армейскую подготовку на Земле: ползком через туннель высотой сантиметров шестьдесят и длиной метров двенадцать. С моим навыком я буквально пролетел это замкнутое пространство, выскочив с другой стороны и устремившись к следующему барьеру.

И тут услышал возмущённый крик с судейского помоста:

— Он использует Рывок Гончей! — заорал какой-то незнакомый лорд, и его слова, усиленные магией, тут же вызвали гул неодобрения в толпе. — Или, я бы сказал, Рывок Жулика!

— Не несите чушь, лорд Герхард, — рявкнул Джинд Алор, перекрывая гул. — Это тот парень обладает скоростью кунида, неудивительно, что он пройдёт это испытание играючи, если только сам не накосячит.

— Командор прав, милорд. Он не использует никаких способностей, — добавил один из судей.

Настроение толпы тут же сменилось, и я с удивлением услышал ободряющие крики.

Перепалка на помосте продолжалась, но я перестал обращать на неё внимание.

По иронии судьбы моё пассивное Чувство леса не только ускорило меня, но и придало уверенности. Благодаря ему, Стремительному и собственной ловкости мне удавалось так быстро петлять между столбами, что большинство из них даже не успевали дёрнуться в мою сторону.

С трибун снова послышались недовольные возгласы лордов, зато из толпы неслось только восхищённое улюлюканье.

Третье препятствие — ряд барьеров. Прямой путь пролегал через самые высокие и часто поставленные. Чем легче барьеры, тем длиннее и извилистее становился путь, самый же длинный маршрут вообще не имел препятствий.

Логика подсказывала, что можно спокойно рвануть по самой длинной трассе, ведь я мог бежать со скоростью под пятьдесят километров в час даже без Рывка Гончей.

Но здесь явно крылся какой-то подвох. Меня оценивали не только по скорости. Пробеги я по самому лёгкому пути, не впечатлятся ни судьи, ни толпа.

К тому же побегать на пределе я мог и в лесу, а вот преодолевать барьеры, которые выше моего пояса, да ещё стоящие так близко друг к другу, что приходилось прыгать почти с места, возможность выпадала не каждый день.

К счастью, Стремительный влиял и на прыжки, помогая перемахнуть их с места без разбега. Думая о Лилии, я сдержал улыбку и легко взял первый барьер, а за ним и все остальные.

Никаких правил, кроме тех, что озвучили Экариот и Джинд Алор, не было, а значит, можно касаться барьеров и даже перелезать через них, но я поставил себе задачу преодолеть каждый, даже не задев.

Когда барьеры остались позади, крики зевак стали ещё громче. Там, где тропа подходила близко к канатам, зрители прижимались к ограждению и махали руками. Несколько женщин даже кинули на дорожку передо мной цветные платки и послали воздушные поцелуи. Одна, особо бесстыжая, сорвала с себя корсаж, обнажив весьма аппетитную грудь.

Задерживаться на разглядывании не стал, на бешеной скорости пронёсся мимо неё и оказался перед следующей полосой препятствий.

Название себя вполне оправдывало. Я видел нечто подобное в кино, но тогда оно казалось детской забавой по сравнению с этим.

Утыканные шипами брёвна качались над узкой балкой. За ними мечи, закреплённые на вращающейся колонне, рассекали воздух над тропинкой, а дальше прямая, где стояли несколько мужиков с тупыми копьями и камнями, чтобы швырять их в бегунов.

Сорвёшься — упадёшь в яму с вязкой грязью и, скорее всего, придётся возвращаться к началу и начинать всё заново грязным и униженным под насмешки толпы. Это неплохо мотивировало сбавить скорость, но я на кураже после предыдущих препятствий только ускорился.

Перепрыгнув первое бревно, приземлился прямо перед вторым и инстинктивно ушёл в резкий кувырок, который пронёс меня над шипами третьего. У колонны с мечами проскользнул под верхними клинками, метнулся на другую сторону за миг до того, как нижний меч прошёл там, где я только что находился, и рванул на финишную прямую.

Охотничье чутьё сработало на первом же брошенном копье. Из-за уклонения я словил камень в плечо, чуть не потеряв равновесие, но, стиснув зубы, побежал дальше. Лучший способ избежать боли — просто поскорее всё закончить.

Мне удалось увернуться от пары камней и копий, но одно копьё всё же впечаталось мне в живот. Я пошатнулся, болезненно хрипя, когда ещё пара камней прилетела в спину, но снова ускорился, уходя от бросков, и получил скользящий удар древком по макушке, вылетая на последний прямой участок.

Чёртовы ублюдки, которые швыряют это дерьмо! И к чёрту всю эту полосу! Судьи явно добивались того, чтобы их будущие рыцари после гонки нуждались в лекаре. Я стиснул зубы и понёсся во весь опор, глядя только на финишную черту, и… со всей дури рухнул прямо в скрытую яму, крепко приложившись о земляную стену.

Скорости хватило, чтобы зацепиться за край. Отчаянно карабкаясь, я вытащил себя наружу и повалился на землю. Только сейчас грудь пронзила боль от удара, а лёгкие судорожно затрепетали, силясь втянуть хоть глоток воздуха.

«Выкладываясь на финишной прямой», твою мать! Эти судьи настоящие козлы!

Но я не собирался сдаваться так близко к финишу. С трудом дыша, чувствуя, как ноют рёбра, я неуклюже поднялся и поплёлся вперёд, глядя себе под ноги.

Теперь, когда смотрел внимательно, видел взрытую землю над ямами. Их оказалось не так уж и много, как я думал, но вполне достаточно, чтобы любой, кто побежит на полной скорости, гарантированно в одну угодил. Я лавировал между ними, постепенно ускоряясь, пока восстанавливал дыхание, а острая боль от ушибов сменялась тупой пульсацией.

Приближаясь к финишу под рёв толпы, я уже начал оглядываться, ожидая нового подвоха. Может, ядовитых змей начнут кидать? Или огненные шары?

Я был настроен так пессимистично, что даже удивился, когда пересёк черту без приключений. Хотелось рухнуть на землю и свернуться калачиком, но подумал, что это не слишком по-рыцарски.

К моему огромному облегчению, внезапно почувствовал, как по телу разливается исцеляющая магия. Рядом оказалась Ирен, она поддержала меня и подняла мои руки вверх в победном жесте. Толпа взорвалась овациями, забрасывая меня цветами и платками.

Несмотря на всю ту хрень, через которую только что прошёл, и злость, которая ещё не до конца улеглась, отсутствие боли и ликующая толпа быстро подняли мне настроение. Я невольно ухмыльнулся и повернулся, принимая поздравления.

К нам подошли Лейланна и Лилия. Мы отступили в сторону и стали смотреть, как остальные претенденты, измученные и окровавленные, ковыляют по полю. Толпа помирала со смеху каждый раз, когда кто-то падал в яму. Мне же смешно не было, я сам там только что побывал.

Впрочем, те, кто бежал позже, уже видели ловушки, и большинству удавалось их избежать.

Насколько мог судить, я прошёл дистанцию вдвое быстрее следующего бегуна. Самый последний ковылял почти полчаса, а некоторые и вовсе не дошли до финиша, получив травмы.

У меня сложилось стойкое ощущение, что моя победа спутала судьям все карты. Не просто победа, а то, как я уделал всех остальных. Вокруг этих испытаний подняли много шума и пыли, но после моего финиша они как-то скомкано и быстро объявили победителя в беге, лишь бы убрать меня из центра внимания.

Я почти слышал, как глашатай бубнит себе под нос: «да-да, молодец, конечно», пока судьи наспех произносили дежурные похвалы, чтобы поскорее перейти к следующей части Испытания Тела.

Глава 15

Следующий тур был силовым; и хотя параметр Силы у меня не из самых прокачанных, но я всё равно оставался на уровне, особенно для моего, в общем-то, богатырского телосложения.

В поднятии тяжестей и метании мне досталось место где-то в середине списка. Ничего удивительного.

Скорость помогла выиграть в борцовских поединках, но стоило сойтись в прямой силовой схватке с парой парней вдвое массивнее, как меня довольно быстро уложили на лопатки. Один из противников, рыжеватый детина с руками толщиной с мою талию, даже снисходительно похлопал меня по плечу после своей победы: — Неплохо двигаешься, мелкий, но масса решает многое.

Я кивнул с улыбкой, хотя внутренне кипел от злости. Ненавижу, когда меня называют мелким!

Зато посмотрел, как выглядит церемония награждения. Победителей выставили перед лордами, осыпали похвалами, представляли ревущей толпе. Выглядело неплохо, хотя, на мой вкус, с пафосом немного переборщили. Особенно забавно было наблюдать, как некоторые кандидаты буквально пухли от гордости, принимая аплодисменты. Один парень даже попытался поцеловать руку герцогу Сигурдиану, но тот отдёрнул ладонь с такой брезгливостью, словно к нему полез прокажённый.

Дальше пошли показательные выступления по верховой езде, моё самое слабое место. Лошадь у меня была хорошая, но далеко не лучшая, а главное, в прошлой жизни, на Земле, я лошадей разве что гладил. Здесь, на Валиноре, тоже предпочитал носиться на своих двоих, большинство же этих будущих рыцарей, напротив, словно родились в седле.

Гонка по извилистой трассе с подъёмами, спусками и препятствиями обернулась моим провалом. Я пришёл предпоследним, обогнав лишь какого-то здоровяка, чья лошадь просто не выдержала его веса на скорости. Моя кобыла честно старалась изо всех сил, но я чувствовал, как она напрягается под моим неумелым управлением. Каждый поворот давался нам с трудом, а на крутых спусках я судорожно хватался за гриву, боясь свалиться.

А вот следующее испытание на мастерство управления лошадью, стало просто позором. Я финишировал последним, сорвав пор ерцог Сигурдиан съязвил особенно едко:

— Продолжай прятаться по лесам да ловушки ставить, а верховую езду оставь тем, кто в седле не мешком с картошкой сидит.

Смех прокатился по трибунам. Я почувствовал, как горят щёки. Виктор Ланской сидел рядом с герцогом и даже не скрывал ухмылки, только граф Торольд посмотрел сочувствующе и кивнул мне едва заметно, когда наши взгляды встретились.

Я с облегчением выдохнул, когда конная часть закончилась, и мы перешли к следующему этапу.

Эти испытания уже напоминали наши тренировки в группе Экариота: уклонение от дальнобойных атак и ударов по площади, удержание монстра на себе во время движения. А также прямые проверки эффективности: кто как наносит урон, держит удар или лечит и поддерживает.

Здесь я снова всех уделал. Моя скорость являлась ключом к тому, чтобы уворачиваться и не давать твари уйти, а богатый опыт рейдов с Земли, пусть и из видеоигр, позволил мне отыграть свою роль идеально.

Зрители притихли, когда я в одиночку удерживал внимание трёх заколдованных големов, пока остальные кандидаты пытались их добить. Мои движения стали почти танцем: шаг влево, уклон назад, перекат через плечо. Каменные кулаки проносились в сантиметрах от моего лица, но ни один удар не достиг цели.

Испытания оказались достаточно разнообразными, так что победителей набралось много. Меня наконец-то тоже вызвали для чествования вместе с остальными.

Но лучшей частью, конечно, было видеть Марону среди знати и Лилию, Ирен и Лейланну в толпе, болеющих за меня громче всех. Марона сияла от гордости, а девчонки выкрикивали моё имя с таким энтузиазмом, что несколько лордов обернулись и с неодобрением посмотрели на них.

За Испытанием Тела последовало Испытание Ума. Здесь проверяли наши навыки планирования рейдов, управления отрядами и даже разведки неизвестных логовищ, чтобы определить уровень опасности монстров внутри.

Мой игровой опыт из прошлой жизни снова сослужил мне добрую службу, но здесь главными составляющими считались лидерские качества, которых, по мнению судей, мне недоставало. Простое происхождение и отсутствие громкой славы играли против меня, что, в общем-то, не очень честно, но и не совсем несправедливо. Люди и правда охотнее пошли бы за кем-то с громким именем и безупречной репутацией.

Особенно болезненным стал момент, когда нас разделили на команды для имитации похода. Я предложил наиболее логичный маршрут и тактику боя, но парень из знатной семьи тут же грубо перебил меня:

— А с чего нам тебя слушать, крестьянин? Остальные поддержали его, и мой план провалился не по существу, а из-за отказа команды мне подчиняться.

В итоге я не выиграл ни одного из этих испытаний. Моя тактика и идеи получили сдержанное одобрение от пары сочувствующих судей, но в конечном счёте я еле-еле прошёл, и всё из-за факторов, которые мне неподконтрольны. Опять же сам виноват, решил податься в рыцари в этом году, хотя мог бы подождать и подготовиться получше.

Самым неприятным стало то, что Виктор Ланской с деланным удивлением заметил, что мой блестящий, по его словам, интеллект должен был проявить себя лучше, и что результат разочаровывает. Он произнёс это достаточно громко, чтобы слышали другие судьи. Граф Торольд хмуро покосился на него, но промолчал.

Испытания заняли весь день. Когда толпа начала расходиться, гудя и обсуждая события, лорды-судьи возглавили процессию, проводив нас, кандидатов, на пир, который герцог Сигурдиан устроил в огромном зале своего дворца.

Это вылилось в очередное грандиозное сборище для богатых и влиятельных. Нам, будущим рыцарям, выделили почётный стол, а судьи щедро осыпали нас похвалами под аплодисменты зала. Некоторых парней отметили особо, но меня, несмотря на отличные результаты, демонстративно проигнорировали.

— Неудивительно, — хмыкнул я про себя, отправляя в рот кусок превосходной оленины. По крайней мере кормили тут хорошо.

Но хотя судьи и хвалили отличившихся, они и намёка не дали, кто в итоге получит рыцарское звание. Это породило массу пересудов среди гостей, ставки принимались на каждого кандидата, а коэффициенты менялись в зависимости от настроения толпы.

После ужина Марона повела меня сквозь толпу влиятельных лиц Бастиона. Пускай судьи и не признали моих достижений, мир не сошёл с ума окончательно, и меня всё же заметили. На мою долю досталось немало тёплых слов от богатых купцов и землевладельцев, которые не являлись дворянами.

Один торговец сукном, полноватый мужчина с цепью мэра на груди, особенно расхваливал моё выступление в боевой части:

— Вот это я понимаю, настоящий воин! Не то, что эти павлины, которые только и умеют, что красиво сидеть в седле.

Наряду с восторженной похвалой в мой адрес высказывались и негативно. Меня считали выскочкой, человеком, неугодным знати, а значит, любой, кто хотел выслужиться, тоже должен был на меня коситься. Я не сомневался, что герцог Сигурдиан тайно надавил на своих сторонников, чтобы мне устроили холодный приём.

Один молодой барон, явно стремящийся заслужить одобрение герцога, прошёл мимо меня, нарочито не ответив на приветствие, и громко сказал своему спутнику:

— Удивительно, как далеко может зайти человек, имея лишь хорошие ноги да удачу.

Спустя пару часов такого общения толпа вокруг меня заметно поредела, и тут я увидел Виктора Ланского, который направлялся прямиком ко мне, сцепив руки за спиной.

— Можно вас на минутку, Артём?

Я бросил взгляд на Марону и своих невест, а затем поклонился:

— Конечно.

Мужчина отвёл меня в угол зала. Здесь и так было посвободнее, но стало совсем пусто, когда Виктор небрежно окинул взглядом ближайшие группки гостей. Люди инстинктивно отошли подальше.

Убедившись, что нас не подслушивают, он резко повернулся ко мне:

— Давай сразу к делу, ладно?

— Не знал, что у нас есть какие-то дела, — осторожно ответил я. — Но я всегда за откровенный разговор.

— Это хорошо, — Виктор внимательно оглядел меня, лениво почёсывая подбородок, в его тёмных глазах мелькнула хищная заинтересованность. — Меня кое-что интересует в Тверде и в Бастионе в целом. То, как некоторые избалованные хлыщи пробивают себе путь в рыцари, к делу не относится. Так что, можешь догадаться, почему я настоял на том, чтобы стать судьёй в этом году?

— Я привлёк ваше внимание? — сухо предположил я.

Тот тонко улыбнулся.

— Когда человек появляется из ниоткуда, и никто не знает, откуда он взялся и как добился всего за такое короткое время, мудрым людям стоит присмотреться к нему повнимательнее, особенно когда он начинает делать интересные ходы, — его голос стал чуть тише, почти доверительным. — А ты, мой дорогой Артём, делаешь очень необычные ходы для простого авантюриста.

— Разве рыцарство такой уж странный ход для мужчины?

Лорд усмехнулся.

— В общей картине? Знатность всегда даёт влияние, титул есть титул. Но нет, получи ты желаемое, основы Бастиона это, конечно, не пошатнёт, — его тёмные глаза буквально буравили меня. — Но я научился видеть закономерности, множество мелких ходов могут намекать на одну большую игру впереди. Появиться из ниоткуда, купить землю, охмурить баронессу этой провинции…

— Здесь вы не правы, — возразил я. — Наши чувства настоящие.

— И? — Виктор натянуто улыбнулся и продолжил твёрдым голосом. — А эта спешка с рыцарством? Спешка с прокачкой уровней до каких-то безбожных высот? А достижение Защитника Бастиона, которое ты вытащил, как кролика из шляпы, вкупе с благосклонностью вдовствующей виконтессы Юго-Восточных Рубежей? Потом ты добился расположения командора, когда приютил его родню и друзей его наёмников, которых он сам считает семьёй. Всё это указывает на то, что ты метишь всё выше и пытаешься закрепиться на политической сцене Бастиона ради каких-то масштабных планов, — он замолчал, позволяя словам повиснуть в воздухе.

Я почувствовал неприятный холодок. Когда Виктор искусно разложил мою жизнь по полочкам, она действительно стала выглядеть, как хорошо спланированная интрига.

— Уверяю вас, это не так. Я стремлюсь к рыцарству, чтобы защитить свою семью и обеспечить будущее своим детям.

— Вот как? — всё ещё держа руки за спиной, лорд-судья медленно обошёл меня, не прекращая своего изучающего осмотра. — Я твёрдо верю в принцип «не трогай тех, кто не трогает тебя», Артём. Вокруг меня хватает дураков, которые так и лезут на рожон, хотя для них это никогда хорошо не кончается, — в его голосе появились стальные нотки. — Понимаешь, я видел много молодых людей с амбициями, большинство из них сейчас обитают на границе или коротают дни в тюрьмах.

— Интересная информация, — процедил я, борясь с желанием повернуть голову вслед за ним. — А почему вы решили, что это применимо ко мне?

— Отлично! — Виктор хлопнул меня по плечу, заставив вздрогнуть, вернулся на прежнее место и начал лениво постукивать пальцами, выбивая кулаком по ладони странный, но ровный ритм, похожий на стук копыт. — Я не жду от тебя проблем, но давай начистоту. У тебя есть какой-либо интерес к Тверду, политический или деловой? А может, к Бастиону в целом?

Я обдумал вопрос, чувствуя, что каждое слово может иметь последствия.

— Если только ситуация в регионе не станет настолько прогнившей или нестабильной, что это коснётся моей семьи, — наконец ответил я. — Меня не интересуют политика или управление, только приключения и забота о моей семье и тех, кто живёт на моей земле.

— Очень достойно, Артём. Будем надеяться, твои простые цели не нарушат те, кто не может удержаться от соблазна и лезет на рожон, — Ланской грустно улыбнулся, будто сам в это не верил. — Хотя что-то мне подсказывает, что и с тобой у них такой номер не пройдёт. И последнее. Подкуп лорда-судьи карается немедленной дисквалификацией на этих и всех последующих испытаниях. Наказание за получение взятки лордом-судьёй не менее сурово. Однако если ты пожертвуешь двадцать пять тысяч золотых в виде слитков, желательно анонимно, в Фонд помощи вдовам и сиротам Пограничья, ты можешь получить дополнительный голос в свою пользу, когда придёт время решать вопрос о рыцарстве.

Я едва удержался от возгласа изумления. Настолько наглое, при этом юридически безупречное предложение взятки настолько меня оглушило, что перехватило дыхание.

Прежде чем я успел удивиться, возмутиться или хотя бы осмыслить это, Виктор с ухмылкой поднял руки.

— Пожертвование строго добровольно, это всего лишь способ повысить твои шансы, если ты не уверен, что сможешь пройти по заслугам. Лорд-судья, о котором идёт речь, разумеется, рассмотрит твоё дело справедливо, даже если ты не сделаешь пожертвование.

— «Не трогать тех, кто не трогает тебя?» — усмехнулся я.

— Именно так, — улыбнулся Виктор. — Знаешь, Артём, если позволишь… Ты мне, кажется, нравишься, я я искренне надеюсь, что у нас не появится причин для разногласий в будущем.

В его улыбке сквозило что-то хищное, но одновременно и искренне-дружелюбное, как у опытного политика, который умеет разделять личное и деловое.

Неожиданный поворот, хотя, учитывая репутацию этого человека, вполне объяснимый.

— Спасибо за интересный разговор.

Мужчина рассмеялся.

— А ты далеко не дурак, парень, но просто очаровательно наивен! — склонив голову в лёгком поклоне, он развернулся и зашагал прочь.

А я остался стоять, размышляя, была ли эта беседа настолько дружеской, какой казалась на первый взгляд, и насколько близко я подошёл к неприятностям, которых предпочёл бы избежать.

Двадцать пять тысяч золотых. Вопрос в том, стоит ли игра свеч? И что будет, если я откажусь?

Глядя на удаляющуюся фигуру Виктора Ланского, я понял, моя мечта о рыцарстве превратилась в нечто гораздо более сложное и опасное.

Глава 16

Вечеринка отгремела уже глубоко за полночь, и мы дружно вернулись обратно в «Золотую Чашу». Девчонки буквально засыпали на ходу, пока мы добирались до постели Мароны, я же никак не мог успокоиться. Дневная беготня только раззадорила, а не вымотала, особенно после часов пустого трёпа со всей этой знатью Бастиона.

Так что я уложил своих, поцеловал на ночь, вышел на улицу и двинул прямиком в квартал красных фонарей.

К моему облегчению, сегодня в «Котелке» не было такой давки, как в прошлый раз. Народу, конечно, побольше, чем в первый заход, но мне удалось без проблем отыскать столик у самой сцены. И платить за него не пришлось, видимо, запомнили.

На сцене в углу под заунывную мелодию музыкантов покачивалась какая-то девица, похожая на мышку. Она отчаянно краснела, стаскивая с себя толстые шерстяные леггинсы, под которыми оказались белые трусишки с розовыми сердечками. Толпу, похоже, дико заводила её показная скромность, несколько мужиков швырнули на сцену серебро, подбадривая её продолжать.

Но девчонка, видать, и впрямь оказалась из неопытных. Застенчиво хихикнув, она сгребла свои монеты и шмотки, помахала ручкой и шмыгнула за занавеску.

Я заказал выпивку и откинулся на спинку стула. В этот момент на сцену вышла одна из официанток, поразительно красивая высшая эльфийка, которая мне приглянулась ещё в прошлый раз, и начала танцевать.

Уже смирившись с мыслью, что Ванессу придётся ждать долго, если она вообще сегодня появится, я набрался приготовился извлечь максимум пользы из своего похода и хорошенько отдохнуть. Но, на удивление, всё сложилось иначе.

После своего жаркого танца, за который сорвала целый ливень серебра и даже немного золота, эльфийка грациозно покинула сцену. Она успела раздеться только до белья, прежде чем какой-то богатый хмырь прервал шоу, ткнув пальцем в потолок, видимо, захотел продолжить представление в одной из приватных комнат наверху.

И следующей на сцену вышла она, Ванесса.

Должно быть, зима — золотое время для здешних танцовщиц. Есть повод нацепить на себя побольше тёплой одежды. Больше шмоток — больше монет за их сбрасывание, и вампирша следовала этому золотому правилу. Она была одета в полный походный комплект искателя приключений: тяжёлое пальто почти до колен, плащ поверх мантии заклинателя, а под всем этим ещё и туника с леггинсами.

Публика, похоже, одобрила такой наряд, и многие её явно узнали. Медяки тут же полетели на сцену, словно в надежде, что она поскорее скинет громоздкую одёжку и перейдёт к главному. Но Ванесса не торопилась, выжидая, пока к её ногам не полетят серебряные монеты, и лишь тогда избавилась от туники, оставшись в тонкой кофточке и леггинсах.

Потрясающая женщина! Ростом под метр восемьдесят, стройная, с аристократическими чертами лица и фигурой, которой позавидовала бы любая модель из моего прошлого мира. Её мертвенно-бледная кожа резко контрастировала с чёрной одеждой с алыми вставками, заставляя гадать, что же там скрывается под тканью.

Я не стал бросать ей деньги, так как не хотел портить возможное деловое знакомство, но она точно знала, что я здесь. То и дело поглядывала в мою сторону, а лёгкая улыбка, казалось, предназначалась только мне одному. Когда на сцену посыпалось серебро, она грациозно стянула леггинсы, потом кофточку, оставшись в одном белье из тёмно-красного шёлка.

Какой-то мужик с другой стороны сцены швырнул золото. Вампирша с ухмылкой спустила трусики ровно настолько, чтобы мелькнула её розовая щель, а затем наклонилась, давая ему рассмотреть всё получше. Это позволило ей всё время смотреть мне прямо в глаза, и её улыбка стала чуть шире.

Когда с разных сторон на сцену полетели ещё несколько золотых, она грациозно избавилась от белья и опустилась на колени, выгибая спину, пока плечи почти не коснулись пола. Выставив напоказ грудь и лоно, она задрожала от напряжения, удерживая позу.

Я почувствовал, как у меня каменеет в паху. Прекрасная искательница приключений двигала бёдрами, имитируя толчки, а новое золото с лязгом падало на монеты, уже усеявшие сцену. Продолжая представление, она развела колени так широко, как только могла, и её нижние губки разошлись, обнажая влажную розовую плоть.

Чёрт побери!

К моему удивлению, на этом шоу не закончилось. Мужик из толпы бросил пригоршню серебра и заорал:

— Сними повязку!

И что ещё удивительнее, его крик подхватили остальные, сопровождая его дождём из меди и серебра. Что это за извращение такое увидеть, какое уродство женщина прячет под повязкой?

Ванесса сделала манящий жест ладонью, подзадоривая толпу кидать ещё. Наконец, звонко рассмеявшись, она дотронулась до повязки, немного приподняла её и повернулась так, чтобы все увидели её тусклый серебристый глаз и, судя по всему, такой же зрячий.

Я успел заметить какой-то отблеск с внутренней стороны повязки, но лишь на мгновение. Женщина тут же опустила её на место, грациозно поклонилась и принялась собирать свою одежду и заработанные деньги.

Провожая взглядом её шикарную задницу, пока она уходила за занавес, я подумал, есть ли у меня вообще шанс? Пришлось жёстко себя одёрнуть, ведь я пришёл сюда не за этим.

Или, скажем так, не только за этим.

Возбуждение ещё не совсем меня отпустило, когда Ванесса, снова полностью одетая в свой походный костюм, появилась из-за кулис и направилась прямиком к моему столу, скользнув на стул напротив. Я надеялся, что она подойдёт, поэтому уже держал наготове бокал дорогого вина.

— Не уверен, пьёшь ли ты… — сказал ей вместо приветствия.

— Пью, спасибо, — ответила Ванесса, делая глоток. — Понравилось шоу?

К моим щекам прилила кровь.

— Сомневаюсь, что такое могло кому-то не понравиться.

— М-м-м, — вампирша улыбнулась так широко, что стали видны её чуть удлинённые клыки, и сделала ещё глоток. — Но мы ведь здесь не за этим, верно?

— Не только за этим, — усмехнулся я. — Но да, твоё предложение по поводу совместных приключений меня заинтересовало. Специалисты по контролю, судя по всему, большая редкость. Люди не до конца понимают их ценность.

Она небрежно пожала плечами.

— В большинстве стычек хороший танк и целитель делают ту же работу: просто принимают на себя урон от лишних тварей, пусть и с риском. А бои, где нужно держать кого-то в контроле или ослаблять, чтобы твой танк выжил, большинство искателей просто обходят стороной, — она криво улыбнулась. — Я уже говорила, почему выбрала свой класс, и дело вовсе не в его полезности.

— Но польза от него всё равно есть. А если бы группы и рейды грамотнее использовали контроль, смертей стало бы меньше, — я отхлебнул своего эля. — Урон ты ведь тоже можешь наносить?

Ванесса кивнула:

— Конечно. Поменьше, чем чистый боец или танк, но всяко лучше, чем могут выдать целители и прочая поддержка. Ещё могу выращивать фрукты и овощи для группы, если припрёт, хотя это жрёт ману просто дико. — Она осушила бокал и резко подалась вперёд: — А теперь моя очередь задавать вопросы. Я видела твоё мастерство сегодня на испытаниях, твою компетентность и явный опыт в управлении отрядом, да и целым рейдом. И урон ты, без сомнения, вливаешь серьёзный. Если слухи о рейде лорда Экариота пару месяцев назад не врут, там ты, будучи самым низким по уровню, возглавил списки по урону.

— Но? — спросил я, махнув официантке, чтобы принесла ещё выпивки.

— Но один охотник, пусть и отличный, и один заклинатель поддержки — это ещё не группа. Что у тебя с целителями, танками и другими бойцами?

Хороший вопрос; и ответ на него сильно зависел от того, кто из моих друзей и родных сможет и захочет пойти со мной в рейд. Ирен и Лейланна казались единственными вариантами, но они скоро подойдут к такому сроку беременности, что таскать их по вылазкам станет просто безрассудством.

Придётся действовать вдвойне осторожнее, что сделает и без того непростые бои ещё более геморройными.

— В долгосрочной перспективе у меня есть боец, который сможет нас прикрывать, и лучница для нанесения урона, как только она немного подкачается, — ответил я. — Хочу заглянуть в местную Гильдию Искателей, но есть ещё такая же в Теране. Я там сражался плечом к плечу с ребятами нашего уровня и, думаю, смогу убедить кого-то присоединиться, — наклонился вперёд, воодушевившись. — Но большая часть наших вылазок будет сводиться к зачистке логов, а для этого полная и сбалансированная группа не нужна. На самом деле, может, даже эффективнее разбиться на команды поменьше?

— Вот как? — произнесла Ванесса, тоже подавшись вперёд с внезапным интересом. — Большинство лидеров просто идут к конкретным целям: квест, босс, подземелье. Тебе нужны напарники для прокачки?

— Как и сказал, мне нужны постоянные спутники, те, кто захочет пойти со мной на высокие уровни. Я уже нашёл пару подземелий и собираюсь найти ещё, где монстры посильнее.

Официантка принесла ещё бокал вина. Вампирша сделала большой глоток, глядя на меня поверх края бокала.

— Хм. Ты не первый, кто собирает постоянную группу не просто из знакомых, а из друзей, которые становятся завсегдатаями в твоём доме. Хотя обычно те, кто создаёт такие команды, не набирают в них почти незнакомых людей, — она поставила бокал с резким стуком. — Не могу сказать, что я против. Ты мне симпатичен, и твои спутницы очаровательны, но что ты можешь предложить, чтобы я пошла на такие обязательства?

Вот он, главный вопрос!

— Во-первых, если захочешь, конечно, все удобства поместья Мирид. Возможно, они тебя удивят. Во-вторых, я знаю все логова в этой области. Охота ради прокачки и добычи будет лёгкой и безопасной с той информацией, что у меня есть. Кроме того, могу предложить подземелье рейдового уровня сложности, рассчитанное где-то на сороковой уровень, которое собираюсь зачистить, а также ещё одно, групповое, для тех, кто перевалит за пятидесятый. Горы — тоже отличное место для поиска других групповых монстров.

— Ясно, — задумчиво протянула Ванесса. — Ты либо безумно отважен, раз исследуешь горы и экспериментируешь с логовами, изучая их секреты, либо выложил немыслимую сумму за подробный справочник по монстрам и зазубрил его от корки до корки, — она помолчала, оценивающе глядя на меня. — Или есть какой-то другой секрет, почему знания так легко даются тебе в руки? Может, гениальный ум, способный подмечать малейшие детали?

Я всегда гордился своей способностью решать проблемы, находить нестандартные ходы, но гением себя точно бы не назвал. В ответ просто пожал плечами.

— Как и говорил вчера лордам-судьям, я зазубрил не один сборник по монстрам. Знаю и обычных тварей, и тех, что пореже встречаются, и посильнее. Будьте уверены, опознать смогу любого, с кем мы столкнёмся.

Вампирша изогнула бровь.

— Зазубрил? И у тебя имелся доступ к многочисленным редким и ревностно охраняемым сборникам? Звучит, прямо скажем, не слишком правдоподобно.

Я усмехнулся.

— Хочешь верь, хочешь нет, но мои слова довольно легко проверить в деле.

Она улыбнулась в ответ.

— Хорошо, оставь свои секреты при себе. Что до твоего предложения… Думаю, я заинтригована. Возможно, и правда стоит перебраться в Терану, и быть может, даже принять приглашение пожить в твоём поместье. — Не успел я мысленно отпраздновать победу, как она игриво погрозила мне пальцем: — Хотя, думаю, стоит прояснить один момент с самого начала, особенно учитывая, с каким удовольствием ты смотрел моё маленькое представление. Ты молодой мужчина, и желания твои понятны.

Я ощутил укол разочарования.

— Не интересую тебя в этом смысле?

— О, я бы так не сказала, — Ванесса откровенно, без стеснения, оглядела меня с ног до головы. — В моём возрасте почти любой мужчина годится мне в сыновья, а ты, безусловно, достойный экземпляр по любым меркам, — она со вздохом покачала головой. — Но у меня есть давнее правило: никаких романтических связей с соратниками по отряду. Это редко длится долго, а когда заканчивается, то разваливает всю группу изнутри.

— С таким доводом трудно поспорить, — признал я. — Хотя, каюсь, любопытно было бы узнать, каково это… с вампиром.

Она снова широко улыбнулась.

— Не стоит так уж расстраиваться. Такие, как я, редки, но не единственны в своём роде. Уверена, у тебя ещё появится шанс, — Ванесса прищурилась. — Могу я надеяться, что ты станешь придерживаться моих правил? Судя по тем ослепительным спутницам, которых привёл на приём, недостатка в женском внимании у тебя нет.

— Это, безусловно, правда, — криво усмехнулся я. — И уверяю тебя, я всегда уважаю желания компаньонов.

— Отлично! — Ванесса ещё раз смерила меня взглядом и чувственно провела кончиком бледного языка по губам. — Потому что, раз я могу тебе доверять, это случится лишь один раз… Мы ведь ещё не соратники, верно?

Мой пульс тут же участился.

— Нет, пока нет, — согласился я, стараясь, чтобы голос не дрогнул от нетерпения.

Она рассмеялась и элегантно осушила свой бокал.

— Хорошо, тогда предлагаю переместиться в мою комнату в гостинице, — вампирша махнула рукой куда-то вверх. — Здешние комнаты в «Котелке» хоть и для богатых клиентов, но целитель с его Очищением тут явно не перерабатывает, а я ценю чистоту.

Д Я поднялся и предложил ей руку.

— Ведите, госпожа Ванесса.

Она грациозно взяла меня под руку, и мы направились к выходу.

— Думаю, из нас выйдет отличная пара, мастер Артём. Только посмотрите на все эти восхищённые и ревнивые взгляды.

Наверное, так и было, хотя всё моё внимание приковала к себе красавица, что шла рядом.

— Ты своим присутствием украсишь любого мужчину.

Она ухмыльнулась, когда мы вышли на оживлённую улицу.

— Ценю твои слова, но не стоит преувеличивать. Ты, так сказать, уже затащил меня в постель. И просто помни, после этой ночи мы профессиональные и сугубо платонические компаньоны.

— Я помню.

Вечерний прохладный воздух остудил лицо, а лёгкий ветерок доносил смешанные ароматы города: запах жареного мяса с уличных лотков, дым от очагов, примесь пыли и того особого запаха, который витает только в больших портовых городах. Мы шли не спеша, и я невольно отметил, как естественно и элегантно двигается моя спутница. Каждый её шаг был исполнен грации, словно она танцевала.

— Расскажи мне о своём поместье, — попросила Ванесса, когда мы свернули в более тихий переулок. — Что это за место? И как давно ты там живёшь?

— Не так давно, если честно. Получил его совсем недавно, — я улыбнулся. — Оно довольно уютное, хотя и требует некоторых улучшений. Большой дом, конюшни, собственная библиотека.

Мы дошли до гостиницы, приличного двухэтажного здания из тёмного камня с резными ставнями и аккуратной вывеской. Внутри было чисто и уютно, пахло воском и лавандой. Ванесса кивнула хозяйке за стойкой и повела меня наверх по скрипучей деревянной лестнице.

Комната оказалась хорошо обставлена добротной красивой мебелью, постельное бельё дорогим и явно качественным, а в углу стояла элегантная ширма, расписанная цветочными узорами. На подоконнике горели несколько свечей, создавая мягкий интимный свет.

Не успел я закрыть за нами дверь, как Ванесса прижалась ко мне стройным телом, её губы жадно впились в мои. Я почувствовал вкус сливы с лёгким привкусом железа. Приятное сочетание. И хотя её кожа и губы казались прохладными, это ощущалось как благословение на фоне жара её страсти.

Вскоре тоже прохладный, но мягкий и ловкий язык вампирши скользнул в мой рот, я с готовностью ответил, пока наши руки избавлялись от плащей и верхней одежды. Прежде чем дело зашло слишком далеко, я полез в поясную сумку и достал свиток Предотвратить зачатие. Увидев его, она гортанно усмехнулась.

— В этом нет нужды. Я предвидела, что вечер может стать интересным, и уже купила заклинание у целителя в квартале красных фонарей.

Ухмыльнувшись, продолжил разворачивать свиток.

— Его ранг, скорее всего, недостаточно высок. Лучше перестраховаться.

Теперь Ванесса рассмеялась в голос глубоким приятным смехом и снова прижалась ко мне, проводя языком по моей челюсти.

— Любой целитель, который дорожит своей работой, продаёт свитки, которые сработают даже на кунидах.

Настала моя очередь смеяться. Я игриво поцеловал её изящную шею и отступил на шаг, чтобы активировать заклинание.

— Думаю, его ранг недостаточно высок.

Она лишь пожала плечами, выглядя немного сбитой с толку, но в то же время заинтригованной, и начала дразняще танцевать, раздеваясь.

— Если не доверяешь, твоё право. Я и сама порой использовала Предотвратить зачатие, даже когда любовник клялся, что уже защищён.

— Я тебе доверяю, — заверил я её, наблюдая, как платье соскальзывает с тонких плеч, обнажая тело в тунике и лосинах. — Просто у меня фертильность пятьдесят шесть. Поверь, это уже создавало проблемы.

Ванесса на мгновение замерла, и в её глазах промелькнуло нечто похожее на изумление.

— Пятьдесят шесть? — она медленно покачала головой. — Мой дорогой, это не просто высокий показатель, а почти легендарный уровень.

— Возможно, — я почувствовал лёгкое смущение. — Но это не всегда удобно.

Она лишь снисходительно улыбнулась, хотя в её взгляде теперь читалось новое понимание.

— Теперь твоя осторожность выглядит куда более разумной, — она вернулась к своему соблазнительному танцу. — Хотя даже без этих впечатляющих параметров у тебя достаточно достоинств.

Я сдался и просто наслаждался зрелищем. Она повторяла свой танец со сцены, чувственно покачиваясь и сбрасывая одежду, пока не осталась стоять передо мной во всей красе, сексуальная и явно готовая ко всему. Последней она сняла повязку с глаза, словно расставалась с ней с большей неохотой, чем с шёлковым бельём, и аккуратно положила её на прикроватный столик.

К своему удивлению, я увидел, что с внутренней стороны повязки вклеено зеркальце. Бесполезная штука. Под повязкой темно, да и зачем постоянно смотреть на отражение собственного глаза? Моя спутница заметила мой взгляд и рассмеялась.

— Но раз ты уже знаете мой главный секрет, нет причин не объяснить и этот.

Я смутился, потому что в голову ничего не лезло.

— Похоже, нет, — признался я с кривой усмешкой.

— Что ж, подтолкну. Ты считал, я всё это время была наполовину слепой? — она ухмыльнулась. — На самом деле у меня зрение вдвое лучше, чем у любого другого.

Я уставился на неё.

— Это какое-то гадательное зеркало?

— Нет. Самое обычное, — она рассмеялась и постучала по повязке. — Давай, ты почти у цели.

Это было слишком оптимистично с её стороны, потому что я совершенно не понимал, зачем закрывать здоровый глаз, чтобы носить под повязкой тёмное зеркало, которое отражает только твой собственный зрачок. И какого чёрта ей это вообще нужно, если она вампир, а зеркала на них не работ…

Мои глаза расширились. Осознание ударило как обухом по голове.

— У вампиров нет отражения.

Бледная женщина подмигнула мне своим ранее скрытым глазом.

— А значит, я могу смотреть прямо сквозь собственную голову и видеть, что происходит сзади, — с лисьей ухмылкой подтвердила она. — Ко мне никто и никогда не подкрадётся.

Я восхищённо выругался.

— Это… это и правда работает?

— Сейчас уже идеально, — поморщилась она. — Хотя привыкнуть смотреть одновременно вперёд и назад было непросто. К счастью, мозг ко всему приспосабливается, и теперь у меня зрение почти на триста шестьдесят градусов.

— А как давно ты так делаешь? — я не мог скрыть восхищения её изобретательностью.

— О, уже лет сорок как, — она провела пальцем по краю повязки. — Поначалу было ужасно дезориентирующе. Первые несколько месяцев я постоянно натыкалась на стены, потому что не могла понять, где препятствие, прямо передо иной или где-то позади, но постепенно научилась разделять два поля зрения.

— Поразительно! И никто не догадывался?

— Большинство думает, что я потеряла глаз в бою, или что у меня какая-то травма, — она пожала плечами. — Люди редко задумываются о том, как именно устроено зрение вампиров. Они просто знают, что мы не отражаемся в зеркалах.

— То есть… ты видишь выражение лица парня, когда он берёт тебя сзади?

Ванесса рухнула на кровать, хохоча и колотя кулаком по матрасу в приступе чистого веселья.

— Тьма всемогущая! Это первое, что пришло тебе в голову⁈

Я и сам не мог сдержать смеха. Что поделать, годы, проведённые в сети, научили самым странным ассоциациям.

— Хотя, — добавила она, отдышавшись, — это действительно даёт интересные возможности: можно видеть реакцию партнёра, когда он думает, на него никто не смотрит. Люди становятся гораздо более честными, когда уверены, что их никто не видит.

Её веселье постепенно утихло. Она томно раскинулась на кровати, согнув одну ногу, откинув другую в сторону и беззастенчиво демонстрируя мне гладкий розовый лобок.

— Нам будет весело, — промурлыкала она. — Ты готов?

Я ухмыльнулся и начал стягивать с себя оставшуюся одежду.

— Более чем.

— Правда-правда готов? — её руки засветились зелёным, а выражение лица стало почти хищным.

Я замер, чувствуя, как в воздухе начинает пульсировать магия.

— Эм-м… Готов к чему?

— А вот это сюрприз, — прошептала она гортанным голосом, её тёмно-красные губы изогнулись в похотливой улыбке. — Но обещаю, тебе понравится.

Ванесса начала произносить заклинание, и я узнал несколько слов на древнем эльфийском, что-то о росте, жизни и подчинении. Я отскочил назад, когда из половиц вырвались живые лозы, но тревога сменилась недоумением, когда понял, что их цель вовсе не я. Четыре лозы хлестнули по кровати, обвив запястья и лодыжки Ванессы с такой силой, что её приподняло на несколько сантиметров над матрасом, затем одним мощным рывком они притянули её конечности к разным углам кровати.

Лозы были толстые, почти как моя рука, покрытые мелкими листочками и пахнущие свежей землёй и весенним дождём. Они пульсировали зелёным светом, явно насыщенные магией, и держали вампиршу крепко, но не причиняя боли.

— Ох, — выдохнул я, когда до меня наконец дошло. — Вот чёрт!

— Очень на это надеюсь, — вампирша, связанная и беспомощная, ухмыльнулась мне, обнажив клыки. — Ну же, красавчик. Делай со мной всё что захочешь.

Я медленно приблизился к кровати, всё ещё пытаясь осмыслить происходящее.

— Это… это твоя магия?

— Конечно, — она игриво дёрнула руками, но лозы не поддались. — Природная магия один из моих талантов. Думаешь, я бы доверила кому-то другому связать себя?

— А если что-то пойдёт не так?

— Заклинание привязано к моей воле. Стоит мне захотеть, и я свободна, — она томно посмотрела на меня. — Но я не хочу. Пока что.

Глава 17

Мой член уже стоял колом от одного вида сексуальной вампирши, распластавшейся передо мной, а теперь и вовсе запульсировал, требуя активных действий. Ванесса раскинулась, выставив всё напоказ. Её небольшая грудь напряглась, соски затвердели, как спелая черешня, а киска приоткрылась, влажно поблёскивая в свете магических лоз.

Но я, чёрт возьми, всё ещё медлил, слишком уж быстро всё закрутилось.

— Это что-то чисто вампирское? — уточнил у неё. — Какой-то трюк, чтобы я расслабился?

Ванесса весело рассмеялась, и смех прозвучал на удивление искренне.

— Нет, глупый мальчишка, это просто разврат. Я-то думала, что с таким гаремом красоток хоть у одной из них нашлась порочная жилка.

Пришлось мысленно признать, бывало и похуже, хотя обычно не с первой встречной. Ну, если не считать ту суккубшу, но тот случай — вообще отдельная история.

Она медленно облизнула губы. — Я же говорила тебе, что у меня вампирская жажда, — Ванесса призывно качнула бёдрами. — Хватит уже стоять и пялиться, будто никогда не видел обнажённую женщину, привязанную к кровати и готовую, чтобы её использовали в хвост и в гриву.

— Ну, раз ты настаиваешь… — азартно ухмыльнулся и начал стаскивать с себя одежду.

Вампирша, пожирая меня глазами, стонала и подрагивала от похоти и томительного ожидания, когда я обнажил торс с кубиками пресса и мускулистые ноги.

— Тьма всемогущая, ты великолепен! — выдохнула она. — Не могу дождаться, когда ты возьмёшь меня!

Мне даже самому стало интересно, как она отреагирует, когда я сдёрну с себя последний предмет одежды. Мой член уже внушительно топорщил ткань, а освободившись, качнулся вперёд, все двадцать с лишним сантиметров.

Глаза Ванессы, разумеется, округлились.

— Похоже, боги одарили тебя не только талантом и смазливой мордашкой. Ты буквально идеальный!

Она и сама не знала, насколько оказалась близка к истине. Мия и впрямь слепила моё нынешнее тело по образу своего идеального мужика, но надеюсь, я и сам его немного улучшил за это время.

Подойдя к изножью кровати, положил руку на лодыжку вампирши и ощутил прохладную шелковистость её кожи. Она вздрогнула, её дыхание сбилось. Я наклонился, легонько подул на её кожу, и ещё одна волна дрожи пробежала по обнажённому телу. Затем я принялся прокладывать дорожку из поцелуев вверх по её ноге к самому главному, поочерёдно переключаясь с одной ноги на другую и скользя руками всё выше к бёдрам.

— Тебе не нужно меня заводить, — выдохнула Ванесса. — Не беспокойся о моём удовольствии, — в глазах её читалось чистое голодное нетерпение.

Что ж, ладно. Мысленно пожал плечами.

Я забрался на кровать, встал между её ног, провёл руками по шёлковой коже внутренней стороны бёдер, очертил пальцем ложбинку и гладкий лобок.

Она игриво облизнулась.

— Если хочешь, чтобы я просто заткнулась и позволила тебе делать своё дело, может, стоит занять мой рот? — Ванесса выжидающе приоткрыла губы.

Я ухмыльнулся её предложению, меня оно более чем устраивало, и перебрался через её тело, игриво проводя своим пульсирующим членом по её влажной промежности, вверх по гладкому животу, задевая каждый из её маленьких твёрдых сосков, двигаясь дальше, к лебединой шее. Наконец я навис над её головой, а мой массивный член замер прямо над её лицом.

В тот же миг лозы, удерживающие Ванессу, приподняли её ровно настолько, чтобы она смогла запрокинуть голову. Прямой путь к её горлу был открыт.

— С этим я справлюсь, — сказала она с жадной улыбкой. — Давай его сюда.

Я провёл головкой по её сочным губам, смазывая их предсеменной жидкостью и наслаждаясь их мягкостью, затем осторожно вошёл в рот. Никакого сопротивления. Она ободряюще застонала, когда достиг её горла и начал медленно входить глубже.

Королевой глубокого минета я бы её не назвал, но Ванесса, похоже, исполнилась решимости побороться за это звание. Даже без помощи рук она умудрялась создавать невероятные ощущения одними лишь губами, языком и мышцами горла, которые идеально контролировала. Они сжимали, пульсировали и скользили по члену, не говоря уже о том, что вид моего члена, исчезающего в её глотке, был чертовски возбуждающим. Мне удалось вогнать его полностью, до упора, пока яйца не коснулись её подбородка.

Довольное мычание вампирши стало глубже и гортаннее. Она издала несколько нетерпеливых звуков и дёрнула головой навстречу.

Намёк понял, не дурак. Я начал трахать её, нежно придерживая голову, пока член снова и снова погружался в глотку вампирши. Она дрожала от восторга, глотая и давясь, по её щекам текли слёзы и слюна.

Я внимательно следил за ней, готовый остановиться в любой момент, но Ванесса, должно быть, почувствовала моё беспокойство. Её глаза встретились с моими, в них читался безмолвный приказ: «Даже не думай останавливаться!»

По крайней мере хотелось надеяться, что она именно этого и желала, так как ощущения оказались настолько невероятными, что я и не собирался прекращать без более чёткого сигнала. Ускорился, заставляя её извиваться и стонать громче, пока наконец с рыком удовлетворения не вогнал член до предела и не выплеснул потоки спермы. Она жадно глотала каждый, не упуская ни одной капли.

Когда я, тяжело дыша, наконец вытащил член, Ванесса закашлялась, отдуваясь, вся сияя от восторга и извиваясь в своих растительных путах.

— Ещё! — взмолилась она. — Ты не можешь сейчас остановиться!

Я не сдержал смеха.

— Не волнуйся, — сказал ей, дразняще проводя пальцами по изящной шее, — я даже ещё не разогрелся.

Я было потянулся к одеялу, чтобы вытереть ей лицо, но вампирша нетерпеливо отдёрнула голову.

— Оставь, — прошипела она. — Мне нужно, чтобы ты взял мою киску.

Спустился вниз, снова дразня её головкой члена и наслаждаясь тем, как ладони скользят по изящным изгибам женского тела, затем встал между её ног, наблюдая, как она нетерпеливо извивается в своих путах, пытаясь насадиться на член, беспомощная и полностью открытая.

— Боги, до чего же ты сексуальна!

— Так трахни меня уже! — простонала она, тяжело дыша.

Ухмыльнувшись, я провёл головкой по нежным складкам, а затем медленно стал входить в её киску.

Спина Ванессы выгнулась дугой, затылок вжался в матрас.

— Да-а-а…

Я медленно двинулся глубже. Тугие стенки гостеприимно раскрывались, а её сок стекал по моему члену. Несмотря на мольбы Ванессы, размер моего члена, очевидно, растягивал её до предела. Вместо того, чтобы ускориться, я сохранял темп, давая ей время привыкнуть, и одновременно наклонился, прижав большой палец к клитору, нежно, но настойчиво потирая его.

Спина вампирши снова выгнулась, бёдра дико забились, любовный туннель сжался вокруг моего члена, и она неожиданно кончила.

— Да-а-а…

Мне этого показалось мало. Я начал двигаться, всё также потирая и стимулируя клитор, подстраивая свои движения и внимание под её реакцию, чтобы доставить ей максимум удовольствия.

Хотя, по правде говоря, единственное, что я мог сделать не так, это остановиться. Когда ускорил темп, наслаждаясь ощущением горячих нежных стенок, сжимающих мой член и сильнее потёр пульсирующую жемчужину, Ванесса дико заметалась, насколько позволяли стягивающие её путы.

Она кончила несколько раз, но когда её киска сжала мой член так сильно, что стало трудно двигаться, и она с визгом восторга брызнула мне на промежность, я наконец застонал. Жар поднялся от самого низа до макушки, тело горело, а затем из члена вырвалась тугая мощная струя, заполняя её лоно. Вампирша забилась в экстазе на грани лёгкого обморока.

— Нет, ещё… — простонала она, когда я начал выходить. — Мне нужно ещё!

— Я могу трахаться хоть целую ночь, но передышка не помешает.

— Нет, мне нужно больше! — Вампирша жалобно задёргалась, а затем с писком взмыла в воздух, когда лозы вновь ожили.

Они опутали её, словно муху в паутине, вращая и переворачивая, пока новые побеги вырывались из дерева, ещё туже обвивая ноги, живот, задницу, шею и грудь. Просто какое-то шибари из диких лиан! Наконец она оказалась полностью связана, свернувшись в позе эмбриона, с задницей, торчащей в воздухе. Её блестящая киска оказалась плотно зажата между сомкнутыми ногами.

Ванесса вытянула шею, призывно оглядываясь на меня. Её блестящие волосы цвета воронова крыла свисали вниз, частично скрывая серебряные глаза, затуманенные похотью.

— Ещё… — простонала она.

Боги, она поистине ненасытна и сексуальна!

Я встал позади неё, игриво толкнул пару раз, раскачивая на лианах, а затем прицелился и резким толчком вогнал член в мягкий и очень узкий туннель.

— Да-а-а…

С не просто связанной, а ещё и свободно качающейся вампиршей появилась возможность опробовать много интересных движений. Я мог либо схватить её за бёдра и удерживать на месте, вбиваясь в киску, пока она визжала и билась в путах от удовольствия, либо отпустить и подстраивать свои толчки под её качание.

Я быстро отказался от идеи раскачивать её сильнее, чтобы она соскальзывала с члена, а потом снова насаживалась, стоило только один раз промахнуться и врезаться головкой в клитор, пока её беспомощное тело прижималось ко мне.

Конечно, ей это понравилось, но ритм был сбит.

Кончив в неё несколько раз, я всё ещё был возбуждён. Даже когда меня охватила новая волна жара, что вылился в новый поток, орошая её киску, член и не думал падать.

Ванесса же и вовсе, казалось, обезумела.

— Ещё!! — взмолилась она. — Трахни мою задницу! Начни медленно, но как только я привыкну, трахни меня по полной. Мне это нужно.

Я был не из тех, кто отказывается от такой убедительной просьбы. Вышел из её киски, собрал немного наших смешавшихся соков, чтобы смазать её розовый бутон, и пристроился к попке.

Затем, помня о своих габаритах, начал входить очень медленно, давая ей возможность расслабиться и впустить меня.

Мне не пришлось останавливаться. Мой член медленно погружался в её попку сантиметр за сантиметром, кольцо её сфинктера бледнело и растягивалось, пока я не вошёл по самые яйца. Всё это время она стонала в чистом экстазе, слюна текла из её рта и капала на простыни.

— Дьявол, как же я люблю твой член! — выдохнула она, сжимая анус в приливе удовольствия, прежде чем снова расслабиться. — Трахни меня!

Она подняла планку довольно высоко, но звучало это чертовски возбуждающе. Даже грязные словечки близняшек-лисиц не могли сравниться с её животной страстью.

Я толкнул бёдра Ванессы вперёд, заставляя её слегка качнуться. Её попка так плотно обхватила член, что не двинулась с места, даже когда я надавил сильнее, но член дёрнулся и практически выскользнул. В этот момент вампирша взвизгнула и закричала от нахлынувших эмоций.

Ну, держись!

Я отодвинулся почти до конца, собрал ещё немного её смазки и вошёл снова уже сильнее. А потом ещё сильнее, притягивая её бёдра к себе на каждом толчке, и отталкивая на выходе.

Она билась в своих путах, скуля от восторга, кончая снова и снова, обрызгивая мои бёдра раз, два и наконец, в третий раз, и всё это время молила не останавливаться.

Я наслаждался невероятным удовольствием, входя в неё сильнее и глубже, вторгаясь в тугую попку и яростно трахая.

Волна жара стало подниматься из глубины тела, я крепко сжал её бедра, вогнал член до упора, а затем взорвался мощным потоком. Ванесса забилась, завизжала, а затем из её киски вырвалась струя сквирта, а сама вампирша обмякла, потеряв сознание от оргазма. Её попка полностью расслабилась, выпуская член из своего захвата. Я вытащил свой обмякший член и рухнул рядом на спину.

— Ты сделал это, ты и правда довёл меня до предела! Впервые за очень долгое время я могу сказать, что удовлетворена.

— Ух… — это было всё, что я смог выговорить.

— И не говори! Ты использовал каждую дырку и сделал всё так, как я хотела, — вампирша удовлетворённо вздохнула. Дёрнув конечностями, она заставила лозы осторожно опустить её на кровать рядом со мной. Путы освободили её и втянулись обратно в дерево, из которого появились, оставив на полу лишь несколько царапин.

Несмотря на все путы и крепкую фиксацию, кожа Ванессы осталась гладкой и без единого покраснения. Она филигранно умела обращаться со своими лозами.

Ванесса лежала безвольно, с глуповатой улыбкой на лице, пока моё семя вытекало из её отверстий.

— Это оказалось намного лучше, чем я могла себе представить даже в самых извращённых фантазиях, — сказала она, целуя меня в шею. — И поверь, требования у меня очень высокие. Твои жёны хорошо поработали, научив тебя ублажать женщину, я им даже немного завидую.

— Жаль, что мы не сможем этого повторить, — задумчиво сказал ей. — Хотя, думаю, из нас получатся отличные компаньоны.

— Да, мы, кажется, поладим, — со вздохом сожаления она сползла с кровати и потянулась к полотенцу, что лежало на комоде рядом с кувшином воды и куском мыла. Ванесса встала и начала быстро приводить себя в порядок. — Так мне присоединиться к вашей группе до конца твоего пребывания в Тверде, или встретимся, когда будешь уезжать? Я могу отправиться в Терану и сама.

— Ни в коем случае, мы теперь попутчики, — я неохотно поднялся и тоже начал обтираться влажным полотенцем. — Давай встретимся после завтрашних испытаний, познакомлю тебя со своими невестами, горничной и леди Мароной.

— Завтра? — рассмеялся Ванесса. — До рассвета осталось всего несколько часов.

Я посмотрел на окно. Темнота за ним и вправду казалась уже не такой густой. Вот же чёрт!

— Мне нужно хоть немного поспать. Может, просто сбросим эти простыни и ляжем на голый матрас?

— М-м, наверное, это плохая идея, — с некоторым сожалением сказала она. — Я бы с удовольствием пообнималась с тобой до утра, и мы бы, вероятно, отлично выспались, но твои спутницы наверняка гадают, куда ты пропал. К тому же такая близость размоет границы, а мы чисто платонические компаньоны.

Я бросил последний долгий взгляд на её великолепное тело, прежде чем мысленно переключить тумблер и перестать воспринимать её так.

По крайней мере попытался.

— Кстати, насчёт рассвета. Что на самом деле происходит с вампирами на солнце? — спросил я, натягивая штаны.

Ванесса поморщилась.

— Мы не вспыхиваем и не сморщиваемся как изюм под его лучами, если ты об этом, — она лениво провела пальцами по своей бледной коже. — У тебя есть рыжеволосая жена с бледной кожей, так что ты должен знать, как легко она сгорает на солнце. Так вот, вампиры сгорают ещё легче, поэтому мы никогда не загораем. Обычно носим перчатки и шляпы, чтобы защититься от прямых лучей, как какая-нибудь леди, оберегающая цвет своего лица. Можем использовать зелье или заклинание с таким же эффектом.

— Значит, зима — твоё любимое время года, когда солнца очень мало.

Она рассмеялась.

— На самом деле можно сильно обгореть от света, отражённого от снега, так что защищать кожу зимой ещё сложнее, чем летом. К тому же я ненавижу холод, — она похлопала меня по руке. — Но я буду рядом, чтобы поддержать тебя на испытаниях.

Я закончил одеваться и, зевая, протянул руку Ванессе.

— Скоро увидимся, напарница.

Она крепко пожала мою руку.

Глава 18

Не сомкнув глаз ни на минуту, два часа спустя я уже снова стоял на ристалище вместе с другими кандидатами в рыцари.

Впрочем, даже после такой бурной ночи это меня не особо-то и волновало. Может, дело в отличном теле, которое мне подогнала Мия, а может, в том, что оно всё ещё по-юношески выносливо, и потому недосып валил с ног не так сильно, как ожидалось. Да и адреналин от предстоящих испытаний отлично бодрил, прогоняя остатки сна.

Сегодня заметно похолодало, но это не помешало тысячам зрителей снова забить трибуны. Промозглое утро заставило их кутаться в плащи и накидки, а многие принесли с собой горячие напитки в глиняных кружках, от которых поднимался парок. Зрители плотно жались друг к другу, чтобы согреться, превратившись в единую гудящую и галдящую массу.

Торговцы, как всегда, не упускали возможности нажиться на массовом скоплении людей. Между рядами сновали разносчики с жареными орехами, горячими пирожками и глинтвейном.

— Согрейся перед боем! — зазывали они, размахивая дымящимися кружками. Запах корицы и гвоздики смешивался с ароматом жареного мяса и пряностей.

Своих девчонок в гудящей толпе мне снова разглядеть не удалось, зато Марона, как и положено, сидела в ложе для знати, закутавшись в роскошную меховую накидку цвета слоновой кости, которая только подчёркивала её природную красоту. Поймав мой взгляд, она одарила меня ослепительной улыбкой и помахала белоснежной перчаткой.

Едва солнце показалось из-за горизонта, окрасив утреннее небо в золотистые тона, с большой помпой и церемониями на поле вышли лорды-судьи. Их парадные доспехи сверкали в лучах восходящего солнца, а плащи развевались на утреннем ветру. Искупавшись в восторженных криках толпы, они степенно проследовали к своей платформе, окружённой штандартами различных домов. Над их головами тут же выросла иллюзия лица герцога Сигурдиана метров пятнадцати в высоту, и усиленный магией голос прогремел над полем, заставив толпу притихнуть. Ну, почти.

— Осталось последнее испытание на пути к рыцарству! — провозгласил герцог, театрально вскинув руки. — Испытание доблести!

Толпа взревела. Похоже, если вчерашнее зрелище им понравилось, то сегодняшнего все ждали с особым нетерпением. Некоторые зрители даже встали со своих мест, размахивая флажками и транспарантами в поддержку своих фаворитов.

Герцог с широкой улыбкой воздел руки, принимая овации. Его магическое изображение повернулось, словно обозревая всю толпу.

— Испытание разделено на два события. Первое — турнир на выбывание в одиночных поединках для бойцов атакующего, защитного и контролирующего классов, а также для всех целителей и специалистов поддержки, что решат испытать свои силы. Второе — испытание на выживание для целителей и бойцов поддержки, проверка того, как долго они смогут продержаться против сильного врага схожего уровня.

Толпа поутихла, вслушиваясь в правила. Я заметил, как некоторые кандидаты рядом со мной нервно переминались с ноги на ногу, поправляя экипировку или шепча молитвы. Я тоже слушал внимательно. Не хотел пропустить какую-нибудь пакость в последний момент.

— Как и положено, — продолжил Сигурдиан, — бои проводятся затупленным турнирным оружием. Заклинатели обязаны следовать стандартным правилам турниров, а их противникам будет оказана поддержка для смягчения урона. Урон рассчитывается как средний показатель, который способен нанести кандидат, с учётом брони и сопротивлений. Удары засчитываются до тех пор, пока их сумма не превысит всё здоровье противника. Использование способностей, усиливающих урон от атак, запрещено.

Значит, Взрывная Стрела отменяется. Что ж, переживу. Хотя жаль, эта способность могла бы здорово сократить время боя.

— И наконец, — решительно закончил герцог, — действуют стандартные правила турнира! В голову и пах целиться нельзя, нарушители сразу же дисквалифицируются и лишаются права на рыцарство пожизненно. Пусть каждый сражается достойно, и да победит сильнейший!

Толпа снова взорвалась рёвом в предвкушении бойни, барабанщики ударили в такт, а трубачи затрубили боевой марш.

Мне стало почти жаль парней, которым предстояло драться со мной, и это отнюдь не являлось высокомерием. У меня имелся навык Стремительный, дающий огромное преимущество в скорости движения и в атаке. Я был выше уровнем почти всех присутствующих, а мой класс Охотника давал кучу способностей для выживания и манёвра, идеально подходящих для одиночного боя. Не говоря уже о том, что как лучник я разберу любого рукопашника даже со всеми его ускорениями и рывками для сокращения дистанции.

Хотя, справедливости ради, организаторы подстраховались: чтобы уравнять шансы, лучники начинали бой почти вплотную к противнику, а бойцы ближнего боя на приличном расстоянии. Так достигался некий баланс.

Но, видимо, не в моём случае.

Я даже удивился, когда меня вызвали первым. Глашатай прокричал моё имя так громко, что эхо разнеслось по всей арене. Против меня выставили берсерка 37-го уровня, вооружённого двумя топорами, такими длинными, что почти смахивали на секиры, имеющие огромный радиус поражения. Державший их гигант впечатлял: широкие плечи, покрытые шрамами руки и взгляд, в котором плескалось плохо скрываемое безумие. Он играючи размахивал тяжеленными топорами, нетерпеливо рыча в предвкушении драки, а кожаная броня скрипела при каждом движении.

Топоры хоть и были затуплены, но кости сломать ими как нечего делать. Я с лёгкой досадой принял выданные мне тренировочные стрелы и короткое копьё. Их наконечники, покрытые мягким войлоком, всё равно могли причинить боль при попадании.

Сигурдиан снова призвал к тишине.

— Хотя Артём из поместья Мирид и является бойцом дальнего боя, судьи решили, что с его исключительной скоростью противники-рукопашники окажутся в невыгодном положении. Поэтому мы используем малую арену для дуэли, и он начнёт бой на дистанции ближнего боя.

Какого чёрта⁈

Малая арена — это квадрат примерно девять на девять метров. Звучало неплохо, пока ты не окажешься внутри с луком, пытаясь увернуться от здоровенного варвара, который всеми силами старается разрубить тебя на куски. В таком закутке даже моей скорости не хватит, чтобы постоянно держать его на расстоянии. Более того, высокие деревянные стены не позволяли выпрыгнуть за пределы арены, превращая её в настоящую ловушку.

Я бросил взгляд на судейскую трибуну и увидел несколько самодовольных улыбок. Похоже, кто-то очень хотел посмотреть, как мне удастся выкрутиться из этой ситуации.

Надеюсь, бой всё-таки будет не таким уж и односторонним.

Когда мы заняли позиции в центре арены, я почувствовал, как песок под ногами слегка просел. Покрытие оказалось свежим, но уже впитало в себя кровь и пот от предыдущих тренировок. Берсерк скрестил топоры, явно активируя какие-то бонусы, его мышцы бугрились, наливаясь силой, а глаза засветились красноватым отблеском боевого безумия. Я же, опасаясь, что судьи устроят мне очередную подлянку и затянут начало боя, пока мои усиления не спадут, просто ждал с копьём наготове. Если уж начинать бой вплотную, то надо извлечь из этого максимум.

— Приготовиться! — крикнул Сигурдиан. Мне показалось, или в его голосе прозвучала ехидная насмешка? — Бой!

Я активировал Рывок Гончей и рванул вперёд. Берсерк, ожидавший, что я начну уворачиваться, сам шагнул мне навстречу, широко размахивая топорами. Его лицо исказилось от удивления. Явно не ожидая такой наглости, он споткнулся и потерял равновесие.

Этого мгновения мне хватило, чтобы подсечь ему сухожилия древком копья. Удар оказался точным и болезненным, противник взвыл и пошатнулся. Сразу после этого я активировал Перекат с выстрелом, выхватывая лук из-за спины и отлетая к ограждению арены. Способность сама наложила стрелу на тетиву и вонзила её в грудь здоровяка с характерным глухим звуком.

Первая!

По моим прикидкам, нужно ещё одиннадцать, чтобы его «убить», если, конечно, у меня будет пространство для стрельбы.

Здоровяк использовал Прыжок, чтобы сократить дистанцию, и на этот раз замахнулся топорами ниже, видимо, решив, что я снова покачусь по земле. Его мощные ноги оттолкнулись от песка, подняв небольшую тучу пыли; он явно не видел, как я управлялся с барьерами во время забега.

Я подпрыгнул и перекувыркнулся через левый топор, на лету активировав Быстрый выстрел и зажав в руке четыре стрелы. Приземлившись на носки, побежал на достаточном удалении вокруг противника, накладывая и выпуская стрелы одну за другой. Тетива звенела как струна, а стрелы с мягким стуком втыкались в толстую кожу берсерка.

Третья!

Затем снова оттолкнулся от деревянного ограждения, почувствовав, как доски прогнулись под моим весом, а противник уже дышит в спину. Берсерк врубил какую-то вихревую атаку, замелькали топоры, и ему удалось прижать меня к углу. Воздух засвистел от рассекающих его клинков, а я почувствовал, что сейчас огребу.

Не знаю, что меня понесло, смелость или отчаяние, но я оттолкнулся от ограждения и штопором полетел прямо на врага.

Пора проверить, сработает ли Охотничье чутьё.

Сработало, но своеобразно. Поскольку я находился в свободном полёте, инстинктивное уклонение заставило моё тело неестественно изогнуться. Я умудрился провернуть трюк, который нарочно бы не повторил: с какой-то нечеловеческой грацией вывернулся так, что топор просвистел прямо подо мной, едва не задев кожаную куртку.

Вихревая атака берсерка была эффективна, его топоры мелькали со всех сторон, но он оказался предсказуем в движении. Берсерки всегда такие. Увернувшись от первого удара, я пролетел мимо него, чувствуя, как ветер от второго топора обжёг щёку.

К сожалению, едва приземлился, как получил удар с разворота сзади. Тупой топор врезался между лопаток, и грудь онемела от сотрясения. Меня снова отшвырнуло в сторону, и я покатился по песку, оставляя в нём глубокую борозду.

Чёрт, даже с затупленным оружием мне долго таких ударов не выдержать!

Заставляя себя подняться на ноги, превозмогая острую боль в рёбрах и сбитое дыхание, я выстрелил в крутящегося берсерка, умудрившись попасть между мелькающими топорами. Здоровяк начал разворачиваться в мою сторону, но теперь я находился в углу, и у меня появилось немного пространства. Вот только дышать стало тяжело, в лёгкие словно битое стекло насыпали.

Я выпустил ещё одну стрелу, перебегая к соседнему углу и пытаясь выманить его на прямую атаку, чтобы потом снова уйти в сторону. Но он, не будь дурак, двинулся к центру арены, отрезая мне путь к отступлению.

А потом он взревел, издав рёв такой силы, что я на миг осел на колени, оглушённый. Звук ударил по барабанным перепонкам, как молот по наковальне, а в голове зазвенело.

Берсерк на миг остановился, а потом понёсся в лобовую атаку, занеся оба топора над головой. Мышцы на его руках вздулись, лицо исказилось от боевого безумия. В отчаянии я выпустил Пульсирующую Стрелу, чтобы его отвлечь, и неожиданно это сработало. Мужик споткнулся и замер, прикрыв глаза от вспышки.

— Жулик! — заорал он, тряся топорами. Его поддержали многие зрители и даже арбитры на судейской трибуне.

Голос командора Джинда Алора прогремел над толпой, заглушая шум:

— Эта способность, Пульсирующая Стрела, добавляет световой эффект, но дополнительного урона не наносит. Продолжайте бой!

Я использовал Перекат с выстрелом, чтобы уйти в другой угол, едва увернувшись от замаха. Мой выстрел угодил берсерку в солнечное сплетение, заставив его раздражённо взрыкнуть и согнуться пополам.

Седьмая и восьмая стрелы вонзились в тушу, пока он сокращал дистанцию.

Попытка проскочить мимо него на остатках Рывка Гончей оказалась ошибкой. Он врезал мне топором в бок; я почувствовал, как что-то хрустнуло внутри, и захрипел от боли. Меня снова отбросило к стене арены, кажется, ещё пара рёбер треснула.

Поднимаясь на ноги и снова убегая, вспомнил трюк из боя с Теневым Клинком и несколько раз подряд щёлкнул пальцами, делая пассы свободной рукой. Здоровяк дёрнулся и инстинктивно скрестил топоры перед собой, опасаясь магической атаки. Зря, он должен был знать, что у меня нет атакующих заклинаний.

Это дало мне время для девятой стрелы. Затем, отбросив осторожность, я активировал Быстрый выстрел и выпустил десятую, пока противник с победным рёвом нёсся на меня, занеся над головой оба топора. Песок летел из-под его ног, а глаза горели маниакальным огнём.

Я выпустил одиннадцатую стрелу ему в бок с близкого расстояния, почти ощутив, как войлочный наконечник с силой врезается в кожу.

Раздался свисток, объявляя конец боя.

Но берсерк, похоже, этого не понял или не хотел понимать. Его лицо побагровело от ярости, глаза буквально налились кровью, а пена выступила у рта. С диким рёвом он наотмашь врезал мне по лицу, попав прямо в подбородок тяжёлым древком топора.

Я почувствовал, как челюсть с хрустом вывернуло в сторону, мир поплыл перед глазами, а в ушах зазвенело. Подлетев вверх, я рухнул на землю как мешок с костями, из последних сил цепляясь за сознание. Сквозь мутную пелену разглядел, как он снова несётся на меня, занося топоры, чтобы размозжить мне череп. В его глазах не осталось ни капли разума, только звериная ярость и жажда крови.

Лорды-судьи что-то орали, кто-то, кажется, бросился на арену, но было слишком поздно. Я отчаянно пошарил в сумке, выхватил свой легендарный сундук и швырнул его рядом с собой.

— Расти! — прохрипел я. Из-за сломанной челюсти вышло что-то вроде «А-и!», но чары сработали. Сундук мгновенно увеличился до полного размера, приняв на себя рукояти опускающихся топоров. Затупленные лезвия замерли в нескольких сантиметрах от моего лица, а звук удара по дереву эхом прокатился по арене.

В следующее мгновение земля под берсерком разверзлась, поглотив его по самую шею. Он взвыл и зажмурился то ли от Вспышки света, которую, видимо, использовала Ирен, то ли от её заклинания боли. Секундой позже из деревянного ограждения вырвались лозы, опутывая его руки и торс, а затем всё это залило водой и мгновенно заморозило.

Я перевернулся на спину, постанывая. Болело абсолютно всё от кончиков пальцев до последней прядки волос, во рту ощущался привкус крови, а каждый вдох отдавался острой болью в рёбрах. Исцеление сейчас пришлось бы очень кстати.

Толпа гудела как растревоженный улей. Слышались возгласы возмущения, споры о справедливости, но всё это доносилось до меня словно сквозь вату. Сознание плыло, но я держался, ожидая, когда наконец подойдёт лекарь.

Глава 19

По иронии судьбы, судей больше занимало не то, что берсерк едва не проломил мне череп, а задержка с его успокоением после окончания боя. После долгих дебатов все сошлись во мнении, что для его класса такие моменты — часть обычного риска поединка. Однако ответственность за произошедшее возложили на тех, кто слишком медлил с вмешательством.

Сам берсерк выглядел искренне смущённым из-за потери контроля. Проигрыш его не обрадовал, но в целом он оказался вполне приличным парнем, явно не стремившимся кого-то покалечить или убить. Когда я пришёл в себя, он подошёл, извинился, по-мужски пожал руку и поздравил с победой.

— Может, ещё встретимся, когда выберусь из сетки проигравших, — усмехнулся он.

Я надеялся, что этого не случится.

Главный сыр-бор разгорелся из-за того, что я использовал сундук как защиту. Герцог Сигурдиан, лорд Экариот и несколько других судей были вне себя от ярости, обвиняя меня в применении постороннего предмета в бою. Их негодование достигло такой степени, что они не слушали никаких доводов. Джинду Алору и Виктору Ланскому пришлось потратить несколько минут, чтобы объяснить, что я схватился за сундук уже после окончания поединка исключительно ради собственной безопасности, так как порядок на ринге никто не контролировал.

— Честно говоря, приятно видеть, что хоть кто-то в этих боях использует не только силу и навыки, но и голову, — с улыбкой заметил Виктор. — Его решение использовать, казалось бы, бесполезную Искру заставляет пересмотреть её ценность. А идею применить зачарованный сундук как экстренный щит вообще сложно назвать обычной.

Может, дело было в том, что меня избили до полусмерти, но мне казалось, что любой на моём месте додумался бы до того же.

Публичное унижение перед толпой не добавило Сигурдиану и Экариоту хорошего настроения, но они уже ничего не могли сделать. Им пришлось замять вопрос, бросив вялое предупреждение «больше не таскать сундуки в бой».

Я вернулся к остальным кандидатам в рыцари и услышал несколько сдержанных поздравлений. Берсерк, похоже, проникся ко мне симпатией и остался рядом, чтобы посмотреть оставшиеся бои. Он даже угостил меня мёдом из огромного золотого рога, семейной реликвии, которую, как он утверждал, вырезали из рога виверны. Учитывая, что сам некогда убивал виверн, я ему поверил.

Здоровяк оказался Лоркаром Ралиа, третьим сыном виконта из Северо-Западных Пределов. Место, настолько далёкое от Тераны, что трудно себе представить. Но лишний друг или хотя бы собутыльник всегда кстати.

Поединки смотрели с любопытством, хотя ни один не впечатлил настоящим зрелищем. Как отметил Виктор, большинство бойцов полагались на системные способности, игнорируя тактику. Они либо напирали, либо отступали, что вскрывало слабость местной системы. Когда навыки делают всё за тебя, мозг перестаёт работать, а изобретательность исчезает. На Земле мечники и лучники годами оттачивали мастерство, продумывая тактику до мелочей, чтобы быть готовыми к любым неожиданностям. Здесь же достаточно выбрать класс и механически чередовать способности с ударами, сражаясь с монстрами.

Самое обидное, что можно стать гораздо сильнее, если работать над собой, как показывал Илин с классом Монаха, но большинству просто не хотелось напрягаться.

Схватки «рукопашник против рукопашника» в основном сводились к тому, у кого выше уровень и лучше шмот, тот и побеждал. При прочих равных решали стандартные факторы: габариты, сила, длина рук и скорость.

Бои лучников оказались чуть интереснее, но всё же скучноваты. Большинство участников не пыталось уворачиваться от стрел или предугадывать выстрелы, поэтому поединки превращались в простую перестрелку способностями. Побеждал тот, у кого было больше здоровья и урона. Я прикинул, что у меня здесь есть явное преимущество. Мой Быстрый выстрел увеличивал скорострельность, а не урон, так что его должны были разрешить использовать. К тому же мне хотелось попробовать уворачиваться от стрел. Скорость и рефлексы от Стремительного в связке с ускорением от Рывка Гончей могли сыграть ключевую роль. А ещё в моём распоряжении имелись Охотничье чутьё и Перекат с выстрелом.

Магические дуэли оказались самыми зрелищными благодаря разным школам магии и ярким спецэффектам, когда заклинания разбивались о защитные барьеры. Однако по сути они мало отличались от боёв лучников: увернуться от заклинаний было так же сложно, как от стрел.

Поединки между дальнобойными бойцами и рукопашниками сильно зависели от скорости и удачи. Если лучник или маг сохранял дистанцию, он побеждал. Если рукопашник сокращал разрыв, шансов у его противника почти не оставалось. К тому же Лучники и Стрелки не имели полноценного оружия ближнего боя, как Охотники. Лучники могли использовать короткие мечи и кинжалы, а Стрелки только кинжалы. Хотя я не горел желанием драться с копьём против рукопашника, копьё всё же давало хотя бы какой-то шанс.

Явным фаворитом турнира, кроме меня, оказался вовсе не здоровенный воин в тяжёлых латах, а мужчина среднего роста, слегка полноватый Страж-заклинатель. Его класс отлично подходил для дуэлей, сочетание атакующих заклинаний и защитных барьеров давало серьёзное преимущество. У него был самый высокий, 39-й уровень, что добавляло уверенности в его победе. В рейдах, где основной урон принимает на себя танк, лечащие и защитные способности обычно равнозначны. Но в дуэли возможность укрыться за щитом и спокойно атаковать магией явно превосходила необходимость совмещать лечение с нападением.

В первом раунде Страж-заклинатель практически уничтожил своего соперника, Стрелка. Ему пришлось приложить усилия, чтобы сократить дистанцию и оказаться в зоне выстрела, ведь этот класс лучников уступал лишь Снайперам по дальности атаки. У Стрелка был шанс удерживать врага на расстоянии и изматывать его, но он предпочёл стоять на месте и атаковать в лоб, выпуская стрелы одну за другой. Такая тактика сыграла на руку магу, и бой вышел однобоким. Когда Стрелок наконец понял свою ошибку и попытался изменить стратегию, было уже поздно. Я сделал для себя вывод: если придётся сражаться с магом, нужно избегать таких промахов.

Ещё один интересный поединок — класс контроля против мага. Я очень удивился, увидев, что единственной женщиной-участницей, не относящейся к целителям, оказалась девушка с классом Суккуб. На первый взгляд такой класс кажется наиболее подходящим для социальных взаимодействий, но в бою он проявил себя самым неожиданным образом. Для мага этот поединок стал настоящим испытанием. Суккуб постоянно выводила его из строя и высасывала ману. Хотя её уровень не позволял забирать здоровье, даже истощение запаса маны оказалось достаточным, чтобы поставить мага в тупик. В конце концов он лишился всей маны и был вынужден перейти к атаке врукопашную. Зрелище получилось комичным: девушка с кнутом против мага с посохом. Каждый раз, когда магу удавалось накопить немного маны для заклинания, Суккуб вновь блокировала его действия. К концу боя толпа не могла сдержать смех, что явно не улучшило настроение мага, особенно после его поражения. Чтобы быть готовым к следующему бою, ему придётся серьёзно потратиться на зелья маны. Я предположил, что Суккубу будет сложно справиться с любым другим противником, кроме мага, но, по крайней мере, она сможет какое-то время продержаться.

Или нет?

Во втором раунде она попала на меня. Бой едва начался, как она сразу же сдалась, и её отправили в сетку проигравших. Сомневаюсь, что там её ждёт успех. Жаль, в группе она могла бы пригодиться, но в дуэли её способности не раскрывались. Надеюсь, судьи не будут слишком строги, хотя, глядя на эту почтенную комиссию, на беспристрастность рассчитывать не приходилось.

Остальной второй раунд пролетел быстро. Лоркар и шаман сумели пройти дальше в сетке проигравших.

В четвертьфинале я встретился с магом 34-го уровня. Пришлось потрудиться, когда он залил меня водой, пытаясь заморозить и добить ледяными шипами. Если бы урон был настоящим, бой сложился бы иначе, но в текущих условиях я сбил мага с ног шестью быстрыми выстрелами, успев уклониться от одного из шипов, за что получил аплодисменты.

В полуфинале меня ждал Легионер 36-го уровня. Бой оказался тяжёлым. Мужик оказался достаточно быстрым и преследовал меня по всей арене, но, в отличие от Лоркара, у него не хватало ни дальности атаки, ни мощного урона. Мне удалось удерживать его на расстоянии, используя свою скорость, что явно его раздражало. На этот раз мне даже удалось избежать травм.

А в финале я снова столкнулся с Лоркаром, победителем сетки проигравших. Бой, которого ждал, но без особого энтузиазма. Он уже знал мои трюки, и ограниченное пространство арены сыграло ему на руку. Берсерк смог загнать меня в угол, лишив шанса на манёвры. Я успел нанести всего семь ударов, прежде чем его условный запас здоровья иссяк, но победу присудили ему. Мои реальные последствия оказались куда серьёзнее: топоры Лоркара оставили на теле жуткие синяки и, кажется, пару треснувших рёбер. Пришлось снова заняться лечением.

Я пожал руку берсерку и поздравил его.

— Угостить тебя выпивкой, когда объявят Великим Чемпионом?

Лоркар рассмеялся.

— Не знаю. Мне ещё предстоит сразиться со Стражем-заклинателем 39-го уровня, — он хлопнул меня по плечу. — В отличие от тебя, он будет биться на открытом поле.

Это правда. Страж-заклинатель уверенно прошёл свою сетку, сокрушая всех на пути.

— Ты его одолеешь, — сказал я. — Он не спринтер, а твой урон пробьёт его барьеры.

— На это и надеюсь, — ответил Лоркар, снова похлопав меня по плечу, и ушёл готовиться.

Я присоединился к другим проигравшим. Гранд-финал оказался напряжённым, куда сильнее, чем кто-либо ожидал. Вопреки моим прогнозам, Лоркар проиграл, остановившись в шаге от победы. Чемпионом стал Страж-заклинатель.

Пока толпа ликовала, приветствуя победителя, я искал в ней знакомые лица. Хотел найти Ванессу, познакомить её с остальными и пригласить в гостиницу.

Внезапно судьи призвали всех к тишине. Вперёд вышел Виктор Ланской.

— По согласию большинства, судьи объявляют проведение бдения в этом году.

Чёрт!

Взбешён был не только я, коллективный стон разнёсся среди кандидатов и толпы.

— Эта устаревшая хрень? — проворчала Суккуб. — Они же много лет этого не делали!

Шаман кисло кивнул.

— Я думал, они окончательно утратили интерес к этим испытаниям, что проходят в частном порядке.

Ненависть к идее? Нет, скорее к её воплощению.

Бдение предусматривало 24 часа полного одиночества в Часовне Божеств. Холодная голая каменная камера без стула. Пост и молитва якобы для очищения ума и сердца перед судом, где решат, достойны ли мы приглашения в Орден Стражей Севера. Выполнимо? Да. Омерзительно? Безусловно.

После объявления нас собрали и «торжественно» сопроводили в часовню. После почти бессонной ночи и целого дня боёв с перекусами на ходу мне теперь предстояло провести сутки в голоде и спать на холодном каменном полу.

Вот уж действительно бляха-муха!

Глава 20

Я прошёл за пожилым клириком по сырому коридору подвала, и мы остановились у неприметной двери.

— Ваша келья для бдения, соискатель, — произнёс он, сохраняя вежливый тон.

Внутри оказалась небольшая каменная комната круглой формы, в стенах ниши со святилищами богов. Возможно, не всех, но самых известных. Пол без коврика, стены лишены гобеленов, и почти могильный холод. Я скривился, но сделал шаг вперёд.

Священник внезапно остановил меня.

— Дверь не заперта, — сказал он нараспев. — Никто её не охраняет, вы можете уйти в любой момент. Но если это произойдёт, путь в рыцари для вас закроется. И знайте, нарушение бдения, молитвы, поста, отказа от плотских желаний тоже поставит крест на ваших надеждах.

— Понял. Спасибо, — кивнул ему.

Старик склонил голову и ушёл, скрипнув дверью напоследок, а я остался один, разглядывая пустую круглую комнату. Каменный пол перед каждой нишей блестел, отполированный коленями множества поколений. Это место должно стать моим домом на ближайшие сутки.

Поискав глазами святилище Безымянной, с облегчением обнаружил его. Пол перед ним оказался менее затёртым, чем перед остальными. Подойдя ближе, я остановился напротив пьедестала, украшенного стилизованным глобусом Валинора, окружённым орбитой кометы.

— Ну вот мы и здесь, — бросил я. Подобрав полы плаща, сел на камень и прислонился к пьедесталу спиной. — Если ты наблюдаешь за мной ради развлечения, боюсь, ближайшие сутки не оправдают твоих ожиданий. Может, это хороший момент наверстать упущенное, чтобы не скучать вместе со мной.

Как оказалось, я ошибался, но понял это не сразу.

Первым делом, вымотанный до предела, завернулся в плащ и попытался уснуть на холодном жёстком камне. Ощущения оказались такими же паршивыми, как и ожидал: то и дело просыпался от дрожи и ломоты в теле, оставалось лишь менять позу, плотнее закутываться в плащ и снова проваливаться в забытьё. За восемь часов едва ли удалось отдохнуть хотя бы четыре. Когда наконец сдался и поднялся, чтобы размять затёкшие ноги, чувствовал себя ещё более разбитым. Засунул руки в перчатках под мышки, пытаясь согреться.

Как ни странно, ночь оказалась самой приятной частью бдения, несмотря на холод и недосып.

Время тянулось мучительно медленно, когда заперт в крохотной комнате без дела. Для меня, замёрзшего, голодного, вымотанного, испытывающего жажду до боли день превращался в бесконечные мучения. Большую часть времени говорил со святилищем Безымянной, точнее с Мией, если она, конечно, наблюдала. Ирен рядом не было, и богиня молчала, сколько бы к ней ни обращался.

Часы тянулись бесконечно. Попробовал снова вздремнуть, но короткий рваный сон лишь принёс головную боль. После этого сдался, добавив к остальным «удобствам» ещё и вонь от ночного горшка. Голод и жажда стали почти невыносимыми. В горле першило, приходилось постоянно сглатывать.

И вдобавок ко всему скука одолевала меня до изнеможения. Чтобы занять себя, бродил по келье, рассматривая святилища богов. Некоторые оказались мне знакомы, но с досадой осознал, что за девять месяцев на Валиноре узнал о них куда меньше, чем следовало. Придётся, наверное, приобрести несколько книг по религии и восполнить пробелы. Особенно теперь, когда меня заметили, и вполне возможно, что в будущем столкнусь с этими созданиями или с их последователями.

Когда по моим подсчётам прошло около двенадцати часов бесконечного ожидания, дверь скрипнула. В комнату проскользнула стройная фигура в тёмном плаще с капюшоном, держа корзину в руках. Откинув капюшон, она открыла лицо, оказавшись удивительно красивой девушкой с иссиня-чёрными волосами, мягкими чертами и огромными глазами.

Она подошла ближе, застенчиво улыбнувшись.

— Рада встрече, мой господин, — прошептала она, подняв корзину. — Я подумала, Вы могли проголодаться, — щёки её порозовели. — А ещё, быть может, Вам здесь холодно, одиноко и нужна компания, чтобы согреться?

Проверка выглядела настолько очевидной, что на миг я засомневался, а вдруг это не она? Но рисковать не собирался.

— Рад встрече, миледи, — произнёс, стараясь, чтобы голос звучал вежливо. — Простите, что поправляю, но я не лорд, а всего лишь скромный служитель Бастиона, проходящий бдение.

Она хихикнула, скинула плащ и осталась в одной лёгкой сорочке, странный выбор для холодной комнаты. Почти сразу девушка начала дрожать, но всё же попыталась выглядеть соблазнительно, приподнимая ткань на корзине. Комнату тут же наполнил аромат мясных пирожков.

— Даже скромные служители должны есть, — промолвила она, слегка прикусив губу и тут же покраснев. — Если Вас пробрал холод также, как меня, возможно, мы могли бы согреть друг друга?

Я улыбнулся, стараясь сохранить вежливость, но дать понять, что отказываюсь.

— Благодарю за доброту, но, боюсь, мне придётся отказаться. Я на бдении и не могу ни есть, ни пить. А ваша прекрасная компания, к сожалению, остаётся для меня недоступной, моё время посвящено молитвам.

Не дожидаясь её ответа, я опустился на колени перед святилищем Безымянной и устремил взгляд на глобус с кометой.

Думаю, ты нашла себе развлечение, Мия. Меня это, конечно, не соблазняет, но девчонка хороша. И всё же бедняжка совсем замёрзнет, если останется.

Я надеялся, что она скоро уйдёт ради её же блага, но вместо этого женщина постелила плащ и устроилась на нём. Удачный ракурс приоткрыл край её сорочки, под ней ничего не оказалось. Я поспешно отвёл взгляд обратно на святилище, стараясь сосредоточиться.

Девушка пыталась завести разговор, соблазняя меня позами, а в какой-то момент даже опустилась на колени рядом, будто присоединяясь к молитве, и прижалась ногой к моей. Её трясла заметная дрожь, а зубы выбивали частую дробь. Вряд ли её интересовала сама молитва, скорее она искала тепла. Дошло до того, что она напрямую предложила стать моей спутницей и пообещала показать всё, на что способна, не откладывая в долгий ящик.

Интересно, хоть кто-то поддавался на такие очевидные уловки? Обычно те, кто достигал тридцатого уровня, были достаточно зрелыми, чтобы игнорировать подобные искушения.

Но самым тяжёлым испытанием стало то, когда она принялась уплетать мясные пирожки прямо у меня на глазах. Это оказалось уже настоящей пыткой.

Наконец девушка фыркнула, собрала плащ и корзину, а затем выскочила из комнаты. Я с облегчением выдохнул, когда дверь за ней закрылась, однако запах пирожков, витавший в воздухе, только усилил моё чувство голода.

Видимо, судьи решили перестраховаться, потому что следом прислали молодого человека, такого же красивого, как и девушка. Он принёс кувшин вина и начал говорить о своём желании стать моим оруженосцем, намекая, что готов на многое ради этой должности.

Меня это не тронуло. Хотя я уважал право каждого выбирать любовь по своему усмотрению, у меня подобных наклонностей не наблюдалось. Но когда парень осушил половину кувшина прямо передо мной, расплескав несколько капель на пол, всё стало сложнее. Я отчаянно хотел пить.

К счастью, он наконец ушёл, оставив после себя довольно неловкое впечатление.

В конце концов я снова забылся тревожным сном, усталость взяла верх над дискомфортом. На миг явилась мысль, а не стал ли слабаком? Ведь за месяцы в суровых условиях я привык переносить и не такие трудности, прежде чем оказался в поместье Мирид. Но нет, дело было не во мне, просто эти условия действительно невыносимы. В дикой местности ко мне почти всегда прижималось тёплое мягкое тело Зары, а позже и Беллы. Но тогда на дворе бушевало лето, и ночи в Бастионе стояли безветренные и тихие.

Так что лучшее, на что мог рассчитывать, были рваная дрёма, спутанные сны и постоянное ворочание, чтобы хоть немного унять боль в мышцах. Заснуть крепко, чтобы потерять связь с реальностью, мне так и не удалось.

Именно поэтому я перепугался, когда яркий свет ударил мне в лицо, куда ярче тусклого мерцания свечей, освещавших комнату.

Резко сел, втягивая воздух, и, щурясь, разглядел сквозь ослепительный свет фигуру герцога Сигурдиана, нависшего надо мной. Я тут же поднялся на одно колено и склонил голову.

— Ваша светлость.

Неужели бдение закончилось? Видимо, нет.

Сигурдиан устроился в удобном кресле, которое, должно быть, принёс слуга, и окинул меня взглядом, полным отвращения.

— Тебе никогда не стать рыцарем, Охотник, — бросил он. — Сам факт, что ты пытаешься это сделать, является позором. Я бы с удовольствием наблюдал, как ты унижаешься, но твоя жалкая пародия на прошение — насмешка над священными процедурами. Этого я не потерплю!

Я не знал, что сказать, поэтому просто опустил голову.

Герцог фыркнул и бросил кошель рядом с моим кулаком, упёртым в пол.

— Здесь пять тысяч золотых. Мне противно платить таким, как ты, чтобы остановить то, что тебе и так не предназначено, но ради Ордена Стражей Севера я это сделаю, — сказал он, подтолкнув кошель ногой. Голос, сначала сдержанный, сорвался на гнев: — Это больше, чем ты заслуживаешь за боль, которую причинил моему племяннику, заставив его принять безрассудное решение, приведшее к его смерти. Но предложение моё в силе. Бери деньги и убирайся из Тверда! Не возвращайся! Не позорь нас, пытаясь казаться кем-то, кем не являешься.

Если это и был тест, то гораздо более убедительный, чем предыдущие. Но раз Сигурдиан считал мои шансы достаточно серьёзными, чтобы попытаться откупиться, это вселяло надежду.

Я поднял кошель и протянул его герцогу обеими руками, избегая встречаться с ним взглядом.

Несколько секунд он молчал. Напряжение повисло в воздухе. Затем с яростным рыком выхватил кошель.

— Чтоб тебя гадюка укусила, мелкий паршивец! — рявкнул он, направляясь к двери. По пути он с размаху пнул стул, который с грохотом отлетел в другой конец комнаты.

Через мгновение в келью вошёл слуга, не глядя на меня, поднял стул и бесшумно вышел, закрыв дверь.

Я снова сел на холодный каменный пол, пытаясь заснуть, но безуспешно. Слова герцога звенели в ушах, а ледяной холод пробирал до костей.

К моему огромному облегчению вскоре вернулся пожилой клирик, и мои мучения наконец закончились.

— Ваше бдение окончено, соискатель. Прошу следовать за мной.

Я застонал, с трудом поднялся и пошатнулся. Невероятно, как несколько часов на холодном полу могут заставить ощущать себя так, будто тебя избили.

Я последовал за клириком в просторную комнату в подвале, где несколько жаровен щедро наполняли воздух теплом. Другие будущие рыцари уже собрались там, сгрудившись у огня, и жадно пили воду из глиняных кружек.

Я вошёл последним.

Подойдя к Лоркару у одной из жаровен, взял полную чашу, которую сунул мне в руки послушник, осушил её в два глотка и тут же протянул руку за добавкой. Вторую чашу уже пил медленнее, наслаждаясь тем, как тепло от огня постепенно проникает в уставшие кости.

Говорить никто не хотел, все были также измучены, как и я, и мечтали лишь о еде и отдыхе, но когда в зал вошли лорды-судьи, мы заставили себя выпрямиться.

— Ваше бдение окончено, — громко объявил Сигурдиан. — Теперь отправляйтесь на заслуженный отдых. Завтра мы решим, достойны ли вы вступить в Орден Стражей Севера.

Он покинул зал, оставив остальных лордов продолжить общение с претендентами.

Когда ко мне подошёл Джинд Алор, я склонил голову в знак уважения. Он похлопал меня по спине, обнял за плечи и повёл к выходу.

— Вид у тебя, парень, как у мертвеца. Давай-ка я провожу тебя до гостиницы.

— Благодарю Вас, милорд.

Мы вышли на улицу под лучи заката. Моё обоняние, обострённое голодом, тут же уловило запах еды от уличных торговцев, и ноги сами понесли меня в ту сторону.

Командор усмехнулся, явно довольный чем-то.

— Ну и с каким искушением сложнее всего сражаться? — спросил он, толкнув меня локтем. — Хотя, думаю, ответ очевиден, у тебя ведь целый гарем красавиц. Родственная душа!

Я усмехнулся в ответ, но куда менее уверенно.

— Учитывая ставки, ни одно из них не было настоящим искушением. Хотя герцог Сигурдиан оказался самым убедительным.

Командор прищурился, его улыбка исчезла.

— Герцог? — переспросил он, явно удивлённый.

Это явно не входило в тест.

— Скажем так, он предложил мне уйти.

Джинд покачал головой, словно пытаясь осознать услышанное.

— Ради семьи люди на многое готовы, — пробормотал он. Оглядевшись, он схватил меня за плечо и понизил голос: — Слушай, держи это при себе. Да, врага такое может смутить, но это всё равно что держать змею за хвост, ты легко можешь быть укушен. Он всё станет отрицать, и из врага по долгу службы превратится в твоего личного врага.

Я кивнул, понимая, что Сигурдиан не стал бы рисковать, если бы это могло обернуться против него.

— Нас ведь учат не говорить о том, что происходит во время бдения, верно?

— Именно так, — согласился командор, хлопнув меня по плечу. Улыбка его стала шире. — А что касается прекрасной девы, если она тебе приглянулась, её наняли в «Забаве», в квартале красных фонарей. Ты не первый, кто устоял перед искушением, чтобы потом поддаться ему в более подходящее время.

Стоило запомнить.

— Полезная информация.

По иронии судьбы первой палаткой, мимо которой мы прошли, оказалась та, где продавали мясные пирожки. Вероятно, именно те самые, что так аппетитно пахли. На вкус они были не хуже: нежная говядина с овощами в густой подливке, которая с первым же укусом стекала по пальцам. Я съел шесть.

Джинд составил мне компанию, ограничившись двумя пирожками, затем он хлопнул меня по спине, пожелал удачи на завтрашнем суде и растворился в толпе.

Я устоял перед соблазном объесться до отвала и направился в гостиницу. По пути остановился у другого торговца, чтобы купить рог вина. Оно оказалось кислым, почти отвратительным в сравнении с тем, что любила Лилия, но моя жажда сделала его терпимым.

В «Золотой Чаше» меня уже ждали. Среди моих болельщиц оказалась и Ванесса, чьё присутствие меня особенно обрадовало. Пока я отсутствовал, она успела перезнакомиться с моими невестами и свитой Мароны. Судя по всему, женщины приняли вампиршу тепло, хотя, конечно, её тайны не знали. Надеюсь, однажды она почувствует себя достаточно уверенно, чтобы раскрыть её.

Я внимательно следил за реакцией Ирен на Ванессу. Вампирше я решил довериться, но всё же думал, что если кто-то и почувствует неладное, то это будет либо верховная жрица Безымянной, либо сама Мия, если она решит высказаться.

Ирен, насколько я мог заметить, отнеслась к высокой и стройной Ванессе также тепло, как и ко всем остальным. Это меня успокоило.

Едва вошёл в гостиницу, как меня проводили в отдельную столовую, где Марона устроила настоящий пир. Потом я сам не понял, как очутился в постели. Меня окружили мягкие тёплые тела, нежные пальцы, перебирающие волосы, и ласковые голоса, убаюкивающие и навевающие спокойствие…

Глава 21

Я проснулся отдохнувшим и полным сил, будто и не было никакого бдения. Мне дали немного прийти в себя, после мы оделись и пошли завтракать.

К сожалению, после завтрака Мароне пришлось уйти на встречу с Советом лордов, хотя, по её словам, это обычная формальность: заседания практически остановились из-за судебных процессов.

— Как всегда, пустая трата времени, — вздохнула она. — Но я не могу это пропустить.

Мне же снова велели оставаться в гостинице на случай вызова. Чтобы скоротать время, мы устроились на кровати, и Лилия начала читать нам вслух отрывки из любовного романа. Через некоторое время к нам присоединилась Белинда. Было приятно просто полежать с ней в обнимку, поглаживая мягкую чешую, а не только заниматься диким сексом.

— Я умею играть на лютне, — неожиданно заявила она. — Хотите принесу?

— О, а я на флейте! — оживилась Мэриголд. — Давай сыграем вместе!

Девушки, на ходу переговариваясь, убежали за инструментами.

К великому разочарованию, послушать их игру мне не удалось; прибыл гонец из дворца с сообщением, что лорды-судьи ждут меня, и немедленно!

Поспешно попрощавшись со всеми, выскочил из гостиницы и помчался по улицам так быстро, что прохожие останавливались, глядя мне вслед. У ворот дворца я доложил о прибытии, а слуга проводил меня всё в ту же круглую комнату. И, как и в прошлый раз, после никому не нужной спешки мне пришлось ждать почти битый час! Кажется, я числился последним в списке.

Наконец меня позвали, я снова занял своё место в центре зала, лицом к судьям, и без лишних церемоний они сразу же приступили к делу. Похоже, хотели поскорее со всем покончить.

— Итак, — пропел герцог Сигурдиан, — считаем ли мы этого человека достойным войти в ряды дворянства и носить титул рыцаря Ордена Стражей Севера? Что скажете, братья мои?

— Конечно! — тут же выпалил Виктор. Герцог метнул на него испепеляющий взгляд, и тот, ухмыльнувшись, поправился: — Я говорю «да».

Хорошо, этот хлыщ сдержал слово.

— Нет, — бурнул лорд рядом с ним и отвернулся.

— Да, — произнёс Джинд Алор.

— Нет! — решительно отрезал Сигурдиан.

— Нет, — повторил его сосед.

— Да! — а вот это стало сюрпризом. Голос принадлежал лорду Герхарду, который последнее время относился ко мне враждебно.

Оставались двое судей, и пока счёт сравнялся. Следующий, лорд Экариот, с минуту задумчиво разглядывал меня, прежде чем нетерпеливый кашель герцога заставил его вынести вердикт.

— Нет!

Что ж, неудивительно.

Сердце пропустило удар. Всё решал последний лорд, пожилой Проходчик 56-го уровня с длинными седыми волосами и бородой, как у сказочного волшебника. Он не проронил ни слова за всё время слушаний, и угадать его решение было невозможно. К счастью, он не стал долго мучить меня.

— Да.

Дыхание со свистом вырвалось из моей груди. Но праздновать победу пока что рано. Ничья! Я похолодел. Чёрт, я даже не спросил Марону, что происходит в таких случаях!

Сигурдиан смерил проголосовавших «за» многообещающим взглядом, а затем с презрением глянул на меня.

— Поскольку наши мнения разделились, мы обратимся за мудростью к богам, — он повернулся к пожилому клирику Фёдору.

Тот стоял с опущенной головой, погружённый в молитву или раздумья, наконец он заговорил, не поднимая глаз:

— Бог честных сделок благосклонно взирает на этого человека и находит его поступки, способности и намерения достойными. Да.

Если Сигурдианг до этого был просто раздражён, то теперь он пришёл в ярость.

— Что ж, решено, — процедил он сквозь зубы. — Мы включим Артёма в список рыцарей Ордена Стражей Севера. Артём, под какой фамилией ты и твоя семья войдёте отныне в дворянство?

Я ранее думал об этом и не испытывал ни малейших сомнений. У меня уже есть фамилия, моя последняя связь с родителями и сестрой, с прошлой жизнью на Земле.

— Крылов.

Судьи недоуменно забормотали, переглядываясь друг с другом.

— Крылов⁈ — переспросил старый волшебник.

— Совершенно верно, милорд.

Лорды пожали плечами, а Сигурдиан нетерпеливо фыркнул.

— Сомневаюсь, что кто-то ещё из дворян Харалдара станет претендовать на такое имя. Поздравляю, Артём Крылов. Церемония состоится завтра вечером.

Один из придворных тут же выпроводил меня из зала. Я позволил слуге довести себя до ворот, а затем, едва оказавшись на улице и отойдя на приличное расстояние, с победным криком активировал «Рывок Гончей» и понёсся к гостинице, прорываясь сквозь ошеломлённую толпу.

Я рыцарь! Ну, или стану им завтра, если Сигурдиан не придумает, как меня подставить.

Я ворвался в гостиницу, распугав персонал, и взлетел по лестнице. За дверью комнаты Мароны слышались весёлые звуки флейты и лютни, идеальный аккомпанемент для моего объявления.

С ухмылкой распахнув дверь, я провозгласил:

— Представляю вам сира Артёма Крылова!

Девчонки взвыли от восторга, душа меня в объятиях и осыпая поцелуями. Я стоял и улыбался как идиот.

Погода стояла на удивление ясная, и мы решили устроить пикник в большом парке в дворянском квартале. Зимой, как нам рассказали, маги воды создавали там ледяные скульптуры, а пруд превращали в каток. Мэриголд сбегала на кухню за едой, мы собрали тёплую одежду, инструменты и книги.

Марона вернулась как раз к нашему выходу, и новость о моём успехе развеяла её усталость. Вскоре я уже шёл по улице в окружении восьми прекрасных женщин. К моим невестам, Мароне, Мэриголд и Белинде присоединилась Ванесса, одетая во всё чёрное, в тёмно-красном плаще, накинутом поверх, а также светловолосая служанка Мароны по имени Селина. Она то и дело старалась подойти поближе и бросала на меня многозначительные взгляды, намекая о своём интересе.

Я отвечал ей тем же, замечая понимающие усмешки остальных дам. Мия и Лилия тут же отвели Селину в сторонку и начали что-то заговорщически нашёптывать ей сразу в оба уха, украдкой поглядывая на меня. Похоже, дело принимало интересный оборот.

Парк был прекрасен, как и обещали, и напоминал настоящую зимнюю сказку. Мы нашли уютное место, расстелили одеяла и устроились с горячими сэндвичами и глинтвейном. Я делил один плед с Мароной и Мией, а Мэриголд беззастенчиво устроилась у меня на коленях.

— Ты пренебрегаешь Селиной, — игриво прошептала мне на ухо Мия.

Я моргнул.

— Не знал, что она заинтересована, до недавнего времени, — тихо возразил я.

Она шутливо нахмурилась.

— Всё равно, за это тебя придётся наказать. Мы ведь учили тебя делать счастливой каждую женщину, которой ты небезразличен.

Марона бросила на нас удивлённый взгляд.

— Вы случайно не о моей служанке говорите? — поинтересовалась она. Я почувствовал, что краснею, а баронесса рассмеялась. — Селина съест тебя живьём, — игриво подтолкнула она меня. — Она близкая подруга Ларисы, у них схожие вкусы. Удачи.

Я сглотнул. Лариса была капитаном стражи в Теране, и у меня сложилось ощущение, что она на меня зла. А ещё она как-то намекала на использование наручников в спальне.

Я не знал, радоваться мне или опасаться.

Мы отлично провели день: устроили небольшой пикник, погуляли по парку, даже в снежки поиграли. Настоящий выходной.

Мне наконец удалось уломать нескольких девчонок встать на коньки, но Ирен, Марона и Мэриголд отказались. И правильно, в их положении это чистое безумие. Лейланна, правда, заявила, что пойдёт со мной, потому что ей падения не грозят. Ну, с её-то эльфийской грацией! Ванесса тоже решила остаться поболтать с баронессой. В итоге со мной и Лейланной пошли Лилия, Белинда и Селина.

Мы спустились к пруду. Коньки тут имели мудрёную конструкцию: железные полозья с кожаными ремнями, которые крепились прямо на ботинок. Лезвия острые, как ножи, хоть в бой иди. Кое-как разобравшись, как это всё надевать, мы выбрались на лёд, вливаясь в толпу, где люди всех возрастов спотыкались, падали и скользили в разных направлениях кто куда.

В моей прошлой жизни на катках полагалось двигаться по кругу, чтобы не мешать друг другу, но здешние спортсмены, похоже, о таком не догадывались. Столкновений и падений хватало, но все весело смеялись — толстая зимняя одежда хорошо смягчала удары о лёд. Впрочем, я заметил, что в стороне наготове стоял целитель, видимо на случай, если кто-то всё-таки познакомится с острым лезвием конька поближе.

Лейланна, хоть и была новичком, уже через пару минут скользила по льду с грацией… ну, одним словом, эльфа. Тут без сюрпризов. Лилия тоже освоилась моментально, её природная ловкость и атлетизм сделали своё дело. Она с немыслимой скоростью девушки-кролика носилась по всему пруду, обгоняя катающихся и радостно смеясь. У меня аж язык зачесался описать ей пару фигур вроде тройного тулупа и посмотреть, за сколько она его освоит. И, чёрт возьми, как же хотелось врубить «Рывок Гончей» и попробовать за ней угнаться!

Зато Белинда и Селина оказались абсолютными «чайниками». Вся их грация, отточенная работой горничных, на льду была бесполезна. Они мёртвой хваткой вцепились в меня с обеих сторон, я тащил их по льду на буксире и пытался давать какие-то советы, которые смутно помнил. Кажется, носки надо держать вместе? Или это на лыжах? В общем, мы двигались одной неуклюжей гурьбой, пока девчонки хоть немного не привыкли.

Девушка-дракон, конечно, не упустила случая прижаться плотнее, чем нужно, отпуская двусмысленные шуточки. А вот Селина, как ни странно, после разговора с Лилией и Мией весь свой флирт прекратила. Смеялась, шутила — да, но чисто по-дружески.

Наконец обе красотки почувствовали себя достаточно уверенно, чтобы отцепиться от меня и кататься, держась за руки. Они хихикали, ловили равновесие и выглядели вполне довольными. Я оставил их и решил немного размяться. Догнал Лейланну, легонько толкнул её в бок и тут же отъехал, смеясь, когда она яростно развернулась, а на ладонях у неё уже плясали синие огоньки. Поняв, что это я, она успокоилась.

— Развлекаешься? — спросил, поравнявшись с ней.

Прекрасная эльфийка улыбнулась:

— Да. Напоминает как мы в детстве играли. Только тогда катались прямо в сапогах, а эти штуки куда удобнее.

Мимо нас, пятясь задом, пронеслась Лилия, весело смеясь, и я не выдержал, активировал Рывок Гончей и рванул в погоню. На льду этот навык был бесполезен, но я отлично провёл время, лавируя между людьми и пытаясь ухватить свою невесту за дразняще подпрыгивающий хвостик. Она же большую часть времени катилась спиной вперёд, хихикая над моими неудачными попытками. Щёки её раскраснелись от холода, глаза за стёклами очков сверкали чистой радостью.

В какой-то момент она чуть не снесла мелкого пацана, но, не моргнув и глазом, сделала сальто прямо над его головой, приземлилась в фонтане ледяной крошки и поехала дальше. Да, похоже, из неё вышла бы отличная фигуристка.

Когда я всё-таки её поймал, то рассказал вкратце об этом виде спорта. Её азарт вспыхнул с новой силой, и она тут же начала пробовать какие-то элементы, которые я помнил по выступлениям фигуристов. Вокруг неё быстро собралась толпа. Люди хлопали, подбадривали, а она, хоть обычно и стеснялась внимания, сейчас буквально купалась в нём: позировала, посылала воздушные поцелуи, крутила пируэты и прыгала.

Так пролетел ещё час, потом Мэриголд крикнула нам с берега, что остальные собираются уходить. Увидев, что Лилия заметно сникла, я предложил остаться с ней ещё ненадолго. Она наградила меня крепким поцелуем, который почему-то тоже сорвал аплодисменты. Рассмеявшись, она снова вылетела на лёд, выполнив серию таких быстрых сальто, что толпа ахнула. Удивление сменилось тревогой, когда в конце она всё же споткнулась и проехала на животе метров пять. Я рванул к ней, но не успел сделать и пары шагов, как моя крольчиха уже грациозно вскочила на ноги, раскинув руки, мол, всё в порядке.

Видимо, на этом её запал иссяк. Лилия подъехала ко мне и прижалась, давая себя обнять.

— Пойдём в гостиницу? — пробормотала она.

— Можно и так, но Гильдия Искателей тут недалеко. Подумал, может, пользуясь случаем, стоит заглянуть в неё, посмотреть, что к чему, и прикинуть, как оттуда набирать людей, если понадобятся?

— О, я ещё не бывала в Гильдии Искателей! — оживилась она.

— Я, если честно, тоже, — я рассмеялся. — Так, заскакивал один раз трофеи сдать, но пора бы уже познакомиться с её порядками поближе.

— Думаю, да. Ты ведь почти сорокового уровня, а скоро станешь рыцарем.

Мы сдали коньки и, держась за руки, пошли по улицам к зданию Гильдии. Оно оказалось самым большим из тех, что я видел, хотя в Кобране могло быть и покрупнее. Старое крепкое здание, явно одно из первых строений, когда Тверд являлся ещё лишь пограничным форпостом. Сквозь недавние пристройки проглядывала мощная старая кладка.

За тяжёлыми дубовыми дверями оказалась огромная комната, одновременно и приёмная, и таверна, и место для деловых встреч. Внутри тусовались несколько десятков человек в коже, кольчуге и латах, начиная от десятого уровня и кончая тридцатыми.

К нам тут же направился седой вояка. Взгляд старого воина, конечно, первым делом прикипел к Лилии, всё-таки кунида в этих краях редкость, но потом он перевёл взгляд на меня, и его глаза расширились от удивления.

— Будущий рыцарь, — сказал он, отдавая честь. — Чем Гильдия Искателей Тверди может Вам помочь?

Я протянул ему руку.

— Артём.

Мужчина с сомнением пожал её, а когда и Лилия протянула ему руку, опешил ещё больше.

— Я… Грол, мастер Артём.

— Приятно познакомиться, мастер Грол, — сказал я, оглядывая зал. — Я раньше толком не бывал в гильдиях, хотел бы осмотреться и узнать, какие вы предлагаете услуги.

Седой искатель просиял.
— Для меня честь всё Вам объяснить.

Глава 22

Грол повёл нас по залу, поначалу немного стесняясь и не зная, о чём говорить. В основном травил байки о трофеях, развешанных на стенах, и знакомил с другими ветеранами. Большинство из них присоединились к нашей группе, и вскоре нас уже сопровождала толпа дружелюбных стариков, наперебой делившихся историями о своих былых делах: опасных охотах, коварных подземельях, вылазках за границу.

Лилия в восторге распахнула и без того огромные глаза, внимая этим рассказам. Я тоже слушал с интересом, но не забывал о своей цели и, поймав удобный момент, перевёл разговор на практические детали. Работы тут хватало: охота на монстров, охрана караванов, работа телохранителем и даже весьма сомнительные предложения вроде выбивания долгов. Можно было и сколотить группу с другими искателями. Мы с Лилией даже взяли пару заданий на заметку.

Но в итоге гильдия, несмотря на дружелюбие её членов, меня разочаровала. Их стиль работы, медленный, осторожный, с кучей правил, совсем не по мне, да и процент они забирали немалый. Конечно, для большинства охотников такой метод — спасение их жизней, без наводки гильдии они бы и шагу не ступили в неизведанные земли, но с моим Глазом истины единственная польза от них — получить точные координаты, чтобы не рыскать по округе в поисках цели.

Больше всего меня заинтересовали объявления о работе на севере вдоль границы. Судя по всему, там сейчас жарко, и за отражение набегов монстров и диких племён предлагались серьёзные деньги. Ну хоть кто-то пытается навести порядок в Бастионе! Надо бы туда заглянуть. Я даже увидел плакат о наборе в Гильдию Истребителей, обещающий щедрые бонусы, особенно для высокоуровневых целителей и «танков». Ну прямо как и в старых играх на Земле!

Решив, что узнал достаточно, я вспомнил про ожидающий нас ужин и напомнил об этом Лилии. Она, похоже, с радостью осталась бы поболтать ещё, но все же нехотя попрощалась со всеми своими новыми друзьями, обняв на прощание смутившегося Грола.

— Как думаешь, в Теране гильдия такая же? — спросила она, когда мы вышли на улицу и направились к «Золотой Чаше».

— Надеюсь, получше. Я планирую заглянуть туда в следующий раз, — сказал я, обнимая её. — Там мы, скорее всего, и найдём постоянных спутников для себя и Ванессы.

— Надеюсь, они такие же замечательные, как Ванесса, — радостно сказала Лилия. — Она… — тут моя кунида резко замолчала, удивлённо глядя мне за спину.

Я обернулся и сам чуть не подпрыгнул. Прямо за нами шла маленькая фигурка, закутанная в тяжёлый плащ.

— Ответ на мои молитвы, — пробормотал знакомый тихий голос.

Это была та самая целительница, что помогла мне с Фендалом.

— Карина! — сказал я, улыбаясь. — Рад тебя видеть.

— Правда?

Неловкий вопрос повис в воздухе. Я кашлянул.

— Эм, это моя невеста и спутница Лилия.

— Привет! — выпалила Лилия. — Вы та, кто помог защитить нашу семью от того чудовища? Спасибо! — она с энтузиазмом протянула руку.

Карина выглядела ошарашенной, но неуверенно ответила на рукопожатие.

— Вы очень добры, — сухо сказала она, — но мои истинные мотивы выглядят не так уж альтруистично.

— Я знаю, — сочувственно сказала Лилия. — Артём рассказал, как Фендал разрушил Вашу жизнь. Мне так жаль!

Целительница нервно огляделась.

— Лучше не говорить об этом здесь, мисс Лилия.

— Ох, хорошо.

Снова повисла тишина. Наконец я решился.

— Как ты? — хотелось спросить, смогла ли она собрать свою жизнь по кускам, но не решился.

— Живу, — Карина бросила на меня быстрый взгляд. — Перед тем, как мы расстались, ты предложил мне место в своём доме. Я думала, это из жалости, но раз ты ищешь людей в Гильдии, может, у тебя найдётся работа и для меня?

Ого! Я посмотрел на неё в упор.

— Можно начистоту, Карина?

Она тихо усмехнулась.

— Мы ведь сообщники… надеюсь.

— Ладно. Я могу качаться и один, но есть монстры, которых мне в одиночку не одолеть, и кое-какие подземелья, которые неплохо бы зачистить.

— Ты знаешь, где находятся подземелья? — удивлённо спросила она. — Это очень ценная информация.

— Не просто знаем, мы их видели! — встряла Лилия. — Они такие классные!

Я усмехнулся.

— И сложные, но мы хотим их пройти. Жизнь Искателя приключений не для всех. Кроме Лилии, остальные мои невесты решили, что их будущее не в этом, поэтому мне нужны преданные люди. Те, кто готов посвятить жизнь прокачке, исследовать подземелья, сражаться с сильными тварями не только сейчас, но и потом.

— Хм, — Карина снова взглянула на меня. — Ты набрал пять уровней с нашей последней встречи.

— И продолжу также быстро набирать новые. Я не из жалости зову тебя в поместье Мирид, а предлагаю тебе место в своей группе, равную долю добычи и дом, где ты будешь в безопасности.

— Это… щедрее, чем предлагает большинство, и уж точно лучше, чем в Гильдии.

Я пожал плечами.

— Я являюсь лидером группы лишь формально, в остальном мы равные партнёры, — я взял Лилию за руку. — Правда?

— Точно! И Артём отличный лидер. Он всегда знает что делать, даже когда в бою начинается полный хаос.

— Это… приятно слышать, — женщина-мышь с горечью уставилась на улицу. — Буду честна, мастер Артём, я бы, наверное, приняла твоё предложение, даже будь оно куда менее щедрым.

— Значит, ты с нами?

Она кивнула, в глазах застыла боль.

— У меня здесь нет будущего. Мой муж настроил против меня всех: мою семью, свою, друзей, даже наших детей. Моя репутация уничтожена. Гильдия меня обратно не примет, — она сплюнула в сторону. — Когда-то приключения были для меня лишь способом обеспечить семью, но теперь это всё, что у меня осталось. Я хочу стать сильнее, показать всем, кто от меня отвернулся, что они ошиблись. — Карина протянула руку. — Так что да, мастер Артём. Если тебе в спутники годится такой изгой, как я, то присоединяюсь к твоей группе.

Я крепко пожал ей руку.

— Тогда добро пожаловать к нам, Карина.

Она слабо улыбнулась.

— Добро пожаловать! Добро пожаловать! — подпрыгнула от радости Лилия. — Можно я тебя обниму?

Карина выглядела совершенно сбитой с толку.

— Эм-м-м… Полагаю, да?

Кунида тут же заключила её в объятия.

— Уверен, мы станем хорошими друзьями и переживём вместе кучу приключений!

Женщина застыла в её руках.

— Я бы согласилась и на жизнь, в которой просто нет горечи и презрения, — пробормотала она.

Я махнул рукой в сторону гостиницы.

— Мы как раз шли ужинать. Ты теперь часть нашей компании, так что присоединяйся. Я сниму тебе комнату.

— Не откажусь, спасибо.

Лилия обняла её за плечи и повела по улице, без умолку треща о Ванессе, о том, какая у нас теперь собралась сильная группа. Я немного переживал, что такой напор дружелюбия ошеломит Карину, но она наоборот, казалось, расслабилась и даже слегка потянулась к Лилии. Когда мы подошли к гостинице, я заметил в глазах Карины слёзы. Она несомненно заслуживала безопасность и дружбу.

Мы нашли всех в отдельном зале за закусками. Моё возвращение с новой спутницей сперва вызвало удивление, но когда они узнали, что Карина — та самая женщина, что помогла мне с Фендалом, её тут же приняли как героя. Ирен крепко обняла её, что-то прошептав на ухо. Что бы это ни было, у обеих на глазах блестели слёзы.

Ванесса хоть и была немного не в курсе всех деталей, обрадовалась появлению в группе целителя. Она быстро взяла мышку под своё крыло, и не успел я заикнуться о комнате, настояла, чтобы Карина жила с ней. Удивительно, но сдержанная целительница, казалось, обрадовалась такому предложению.

Ужин прошёл отлично, а потом мои возлюбленные, включая Белинду и Мэриголд, пожелали Ванессе и Карине спокойной ночи и утащили меня в комнату Мароны.

* * *

Следующий день перед церемонией мы с девчонками и свитой Мароны провели без лишней суеты, слоняясь по округе недалеко от гостиницы. Пару раз заглянули в дорогие лавки, но в основном просто расслаблялись после нескольких напряжённых дней. Хорошо, когда можно вот так сбавить обороты и наконец выдохнуть.

К вечеру вернулась Марона, и пришло время готовиться к посвящению в рыцари. Все надели лучшие наряды, и мы, как сельди в бочке, набившись в её карету, отправились во дворец, вливаясь в целый поток таких же экипажей, гружёных богатой и влиятельной верхушкой Тверда.

Однако у самых ворот нас ждал сюрприз.

— Прошу прощения, миледи, — виновато пробубнил придворный хмырь со списком, сверяя прибывших. — Вы, разумеется, приглашены, и будущий сир Артём, конечно, должен присутствовать, но, к сожалению, его супруги в списке не значатся, а пройти могут только те, кто в нём указан.

— Это с каких пор жёнам свежеиспечённого рыцаря запрещено смотреть, как его чествуют⁈ — вскипела Марона. Я ещё никогда не видел, чтобы она находилась так близко к тому, чтобы сорваться на людях. Её искренне задело такое пренебрежение в адрес Ирен, Лейланны и Лилии.

Мужик в ливрее вжал голову в плечи:

— Не могу рассуждать о причинах, сподвигших его светлость на это решение, миледи, я только выполняю его приказ.

— А что, если я откажусь входить после такого оскорбления⁈ — прорычал я, с трудом сдерживая злость. Марона тут же вцепилась мне в руку, качая головой, но слово уже вылетело.

— Тогда, полагаю, вы не станете рыцарем, будущий сир, — придворный отвесил поклон и шмыгнул к соседней карете, оставив стражу охранять ворота, пока «лишние» не уберутся.

Как только он скрылся из виду, баронесса зло фыркнула:

— Последняя мелкая пакость! Он не может помешать тебе получить звание, так хоть твоих невест оскорбит. До чего же мелочным стал этот человек в своей деградации!

— Но я так хотела посмотреть, как ты станешь рыцарем! — расстроенно проговорила Лилия. — Ты ведь столько для этого сделал!

Чёрт, я и сам хотел, чтобы она это увидела. Для неё это стало бы настоящим романтическим событием, которое она бы точно оценила. А ещё было до одури горько, что Ирен с Лейланной, которые столько вложили в мою подготовку, не разделят со мной эту минуту. Если герцог Сигурдиан так старательно наживает себе врагов среди всех, кого обидел Фендал, то неудивительно, что его поддержка тает на глазах. Глупый злобный ублюдок!

Ирен похлопала меня по колену:

— Ничего не поделаешь, мы вернёмся в гостиницу.

— Уверены? — во мне всё ещё кипели ярость и обида.

— Ну ты же не собираешься отказываться от рыцарства из-за какой-то глупой выходки, — отрезала Лейланна. — Иди уже.

Я неохотно выбрался из кареты, подал руку Мароне. Кучер тряхнул вожжами, и экипаж свернул с главной дороги, направляясь по боковой улочке обратно к гостинице.

— Как же я жду возвращения домой! — со вздохом сказала баронесса, когда я предложил ей руку, и мы пошли ко дворцу пешком. — Туда, где меня не будут каждый день окружать эти отвратительные злобные жабы на их бесконечном Совете.

— Да, Твердь определённо не то место, куда хочется возвращаться, — согласился я. — По крайней мере если судить по местной знати.

У дверей громко объявили о прибытии Мароны, и она проследовала внутрь, меня же слуга провёл в боковую прихожую, примыкающую к главному залу. Там уже ждали остальные кандидаты в Орден Стражей Севера.

Я был рад увидеть там Лоркара вместе с его командой: Стражем-заклинателем, шаманом и парой «танков». Здесь же находились и целители с поддержкой, которые задали жару в своей части Испытания Доблести. Из двадцати прошедших отбор, как мне показалось, лишь половина попала сюда по заслугам. Остальные, ребята уровнем пониже, ничем особым не запомнились, видимо, кумовство, семейные связи или банальные взятки сделали своё дело.

В любом случае я радовался тому, что пробился сам, хотя наверняка не обошлось без некоторой помощи Мароны и её союзников, которые дёргали за ниточки за кулисами.

— Ну вот мы и здесь! — прогремел Лоркар, хлопнув меня по спине с такой силой, что я чуть не споткнулся. — Главное событие!

Я ухмыльнулся в ответ:

— И что дальше? Обратно на север?

— Ага, — берсерк стал непривычно серьёзным. — С новым званием подниму знамя, соберу искателей и наёмников и поведу их в бой отбрасывать нечисть и дикие племена подальше. Молюсь только Броллту, чтобы за время моего отсутствия там всё не пошло по одному месту.

— Я тоже на это надеюсь, друг мой.

Лоркар хмыкнул, почёсывая челюсть:

— Жаль, мне так и не удалось уговорить тебя пойти со мной, а? Ты бы там пригодился.

Я на секунду задумался:

— Возможно, мы ещё встретимся. Но мне нужно вернуться домой убедиться, что там всё в порядке. Да и невеста только что родила близнецов… Мне нужно побыть с ними и с другими моими детьми.

— Дело говоришь. Семья — это главное, — вздохнул берсерк. — Просто надеюсь, что север продержится, пока юг наконец соизволит оторвать задницу от кресла и пришлёт помощь.

— А как же Герои Харалдара? Всё ещё грабят тот разрушенный город?

Лоркар презрительно фыркнул:

— Последнее, что я слышал — они забрались ещё дальше, в глушь, гоняясь за какими-то слухами о сокровищах. Как всегда, «Герой» — слишком громкое слово для этих парней.

В комнату вбежал придворный, объявив, что церемония скоро начнётся. За процессом можно было наблюдать через специальный зеркальный экран, выходящий в главный зал. Распорядитель принёс список, в каком порядке нас будут вызывать.

И конечно же моё имя значилось последним.

Лоркар шёл первым, что меня немного расстраивало — его общества будет не хватать. Судя по доносившимся звукам, церемония обещала затянуться надолго, а кандидатов двадцать человек.

Когда вызвали сына виконта Северо-Западных Марок, и он скрылся за кулисами, я подошёл к экрану посмотреть. Всё было обставлено с помпой: зал, набитый разодетой знатью, сиял под светом массивных люстр, как в сказке. Но для меня всё это казалось пустым и фальшивым без Лейланны, Ирен и Лилии. Правда, я заметил в толпе Марону, и это немного приободрило.

Похоже, в Харалдаре рыцарей посвящали без обычного театрального похлопывания клинком по плечу. Лоркар вышел, преклонил колени перед клириком Фёдора, бога честных сделок, поклялся защищать Бастион и поддерживать рыцарские добродетели, которые, как я не мог не заметить, никаким боком не подразумевали защиту невинных.

И на кой чёрт они тогда нужны⁈

Священник капнул несколько капель святого масла на голову берсерка, бубня что-то на древнем языке. Затем вперёд шагнула послушница и, напевая на том же языке высоким чистым голосом, втёрла масло в волосы нового рыцаря, после чего наклонилась, поцеловала его в лоб и отступила.

Затем здоровяк преклонил колени перед герцогом Сигурдианом, который торжественно провозгласил его рыцарем Ордена Стражей Севера. С большой торжественностью тот возложил на плечи Лоркара вышитую золотом тёмно-синюю накидку, на которой был изображён символ ордена, полдюжины воинов, упирающихся щитами в стену. Поверх неё герцог накинул плащ и закрепил его золотой застёжкой в виде такого же воина со щитом.

— Сир Лоркар Ралия, рыцарь Ордена Стражей Севера! — проревел Сигурдиан. Толпа взорвалась на удивление яростным рёвом со свистом и вскинутыми кулаками. Широко ухмыляясь, берсерк поклонился знати и прошёл в переднюю часть зала.

Каждый новый рыцарь повторял эту церемонию почти без изменений. Как и ожидалось, на девятнадцать человек ушло почти два часа.

Наконец в самом конце, когда толпа уже откровенно скучала и переминалась с ноги на ногу, настала моя очередь.

Не знаю, явилось ли это последней шпилькой в адрес Сигурдиана, но я заметил, как оживились зрители, когда меня узнали. По залу пронёсся шёпот. Я изо всех сил старался держать спину прямо, пока шёл по тёмно-синему ковру к священнику.

Пожилой мужчина серьёзно посмотрел на меня.

— Артём из поместья Мирид. Бастион — твой дом. Клянёшься ли ты, как рыцарь Стражей Севера, противостоять всем захватчикам и крепко держать северную границу Харалдара?

— Клянусь, — твёрдо ответил я.

— Клянёшься ли ты поддерживать добродетели своего высокого ранга, защищая достоинство дворянства Харалдара словом и делом? Будешь ли ты справедлив с равными, не прибегая к хитрости? Будешь ли ты всегда вести себя так, чтобы защищать репутацию благородных людей нашего королевства?

Могли бы хотя бы сделать вид, что пекутся не только о себе,.

— Клянусь!

— И будешь ли ты соблюдать законы нашего королевства и поддерживать мир и порядок везде, где будешь находиться в пределах Бастиона?

Это уже звучало более-менее приемлемо.

— Клянусь!

Священник долго и пристально смотрел на меня. Когда он также смотрел на других, мне пауза показалась мгновением, но сейчас под его взглядом время как бы реально застыло.

Наконец он шевельнулся.

— Фёдор находит тебя искренним. Иди к своей судьбе, Артём из поместья Мирид, — он наклонил кувшин, и на мою голову упали густые тёплые капли масла.

Затем вперёд шагнула послушница. Её чарующий голос заполнил слух, пока она нежно расчёсывала мне волосы гребнем с прохладными золотыми зубцами. Когда она наклонилась для поцелуя, я мог поклясться, что её мягкие губы задержались на моём лбу на долю секунды дольше, чем у других. Не думаю, что она с кем-либо говорила, но её губы на мгновение оказались у моего уха.

— Гелиора улыбается тебе, — прошептала она и отступила, скромно потупив взгляд.

Вот этого я не ожидал и замер, осмысливая услышанное и провожая её удивлённым взглядом, пока резкое покашливание Сигурдиана не заставило меня вздрогнуть.

Я поспешно сделал несколько шагов и преклонил колени перед герцогом.

Правитель Бастиона даже ни разу не взглянул на меня, говоря куда-то поверх моей головы:

— Артём из Хасмадеи, — отлично, он пролистал список достижений и выбрал самое захудалое, — признанный достойным лордами-судьями Ордена Стражей Севера с одобрения простого народа и по милости Бога Справедливости ты возводишься в дворянство Харалдара как рыцарь Бастиона. Отныне твои потомки будут нести твою благородную кровь как члены Дома Крыловых со всеми сопутствующими обязанностями и привилегиями. Да осенят боги твой род до скончания веков.

Я даже немного удивился, что он не попытался в последний момент выкинуть какой-нибудь фортель, чтобы меня дисквалифицировать. Видимо, его положение в Бастионе и вправду весьма шаткое, или ему настолько глубоко плевать на своего племянника, что он не захотел связываться с последствиями открытого вмешательства в древнюю традицию.

Так или иначе, когда Сигурдиан поднял накидку, я склонил голову, чтобы он мог надеть её мне на плечи. Затем выпрямился, пока герцог накидывал тёмно-синий плащ, закрепляя его застёжкой.

Наконец он поднял меня на ноги. На его лице застыло выражение такой отработанной серьёзности, что лишь глаза выдавали глубоко запрятанную лютую неприязнь. Он церемонно поправил на мне новый плащ и накидку, повертел золотую застёжку, а затем с довольным хмыканьем хлопнул меня по рукам и развернул к залу.

— Уважаемые гости и пэры Бастиона, представляю вам сира Артёма Крылова, рыцаря Стражей Севера! Да прослужит он нашей земле долго с честью и славой!

Раздались вежливые аплодисменты, что уже оказалось лучше, чем ничего. Марона хлопала громче всех, её глаза светились от радости за меня. Она была единственным человеком здесь, чьё мнение меня действительно волновало. Я отдал честь ей и собравшейся знати и сошёл с ковровой дорожки.

Я рыцарь! Настоящий рыцарь! Не в игре, не какой-то пустой титул, а самый настоящий!

В конце дорожки меня ждали лорды-судьи, чтобы торжественно поздравить. Возможно, они играли на публику, но каждый из них выразил небывалую сердечность, пожимая мне руку и хлопая по плечу. Даже лорд Экариот нацепил весёлую мину, хотя выражение глаз у него оставалось холодным и расчётливым.

С окончанием формальностей начался праздник. Музыканты заиграли живую мелодию, а слуги замелькали в толпе с напитками и закусками. Люди начали смешиваться и болтать, и свежеиспечённые рыцари оказались в центре внимания.

Даже я привлёк немало народу, возможно потому, что стоял рядом с Лоркаром, сыном виконта. Наше товарищество бросалось в глаза, потому-то молодые повесы спешили зазвать меня на охоту и на партию в карты, почтенные лорды и леди приглашали на приёмы, а румяные девицы совали записки с недвусмысленными предложениями, глядя на меня томным обещающим взглядом.

К моему облегчению, вскоре ко мне присоединилась Марона, и я познакомил её с Лоркаром. Оказалось, они и так были шапочно знакомы, что неудивительно для дворян, вращающихся в одних и тех же кругах.

Под руку с баронессой мы прошлись по залу, приветствуя её друзей. К своему удивлению я обнаружил, что мне даже нравится ощущение нового статуса и то, что теперь, с дворянским титулом, я стал более желанным гостем в этой компании. Конечно, я не питал иллюзий, но, как ни крути, человеку свойственно желать, чтобы его приняли.

Через некоторое время баронессу срочно вызвали на ночное совещание, пришли важные вести с севера. С её уходом я понял, что мне здесь больше делать нечего, если, конечно, не принимать приглашения на карточные игры или тайные свидания.

Я предпочёл быть со своими особенно после того, как их не пустили на это сборище. Нашёл Лоркара, попрощался с ним и ещё парой новых знакомых, и двинулся к выходу.

Пробираясь через сверкающий зал, я направился к боковому проходу, ища выход поскромнее, чем парадные двери. Когда уже спускался по коридору, похожему на служебный, за спиной раздался голос.

— Так скоро покидаете праздник?

Глава 23

Я постарался вести себя непринуждённо, когда повернулся к лорду Экариоту, который, судя по всему, намеренно шёл за мной.

— Да, мой лорд.

Тот нахмурился.

— Ты так настроишь против себя всю знать.

Не смог удержаться от смешка.

— Сложно потерять то, чего у меня не было.

— Так ты его никогда не получишь уважение знати.

— Придётся пойти на такой риск. Моих жён на это сборище не пригласили, и я лучше отпраздную с ними.

Паладин ухмыльнулся и подмигнул:

— Конечно, тебе с ними куда интереснее!

Я постарался пропустить мимо ушей этот гнусный намёк. Мы с ним не друзья, чтобы так шутить.

— Вам что-то нужно, лорд Экариот?

Улыбка сползла с его лица.

— Я подумал, раз уж ты теперь в наших рядах, стоит прояснить кое-какие неприятные моменты. То, что случились во время моего рейда.

— Это ты про ту «неприятность», когда Фендал пытался похитить и изнасиловать мою невесту, пока ты стоял истуканом? — огрызнулся я, хотя знал, что нельзя терять самообладание. Этот сукин сын не только оставил Фендала безнаказанным, но и в течение всего судилища пытался выставить меня дураком, а теперь что, подлизывается? Хочет убедиться, что мы расстанемся если не друзьями, то хотя бы не врагами?

— Мне преподнесли это дело совсем в ином свете, — с деланным спокойствием произнёс Экариот.

— Ах да, это когда ты обнаружил в моей палатке огромную дыру в задней стенке, увидел избитую Ирен и решил вышвырнуть нас из рейда за то, что мы посмели защищаться?

Лорд стиснул зубы:

— Ты забываешь, что я застал Фендала на пороге смерти, а его оруженосец валялся без сознания.

Я с трудом сдержал проклятие.

— Хочешь прояснить? Тогда почему не признал, что натворили Фендал и Дарим, не сказал хотя бы что не одобряешь изнасилования в собственном лагере⁈ Да у тебя просто не хватило смелости и политического веса, чтобы пойти против них!

— Я не стану говорить дурно о друге, — прорычал Экариот.

— Верность другу — это одно, а покрывать насильника, поджигателя и потенциального убийцу — совсем другое.

— Какая теперь разница? — зло бросил паладин. — Он мёртв.

Я с трудом сдерживал подступающий гнев.

— Прошу прощения, мой лорд, но как его смерть влияет на твою готовность осудить его преступления? Ты же паладин, ты клялся служить справедливости!

Экариот побагровел.

— Он был пьян во время вашей стычки. Ты же знаешь, как алкоголь сносит тормоза.

— Считаешь, это его оправдывает, когда он прорезал стену моей палатки, заткнул рот моей невесте и попытался вместе со своим оруженосцем утащить её, чтобы напару изнасиловать, а потом избил, когда она начала сопротивляться? — ледяным тоном ответил я. — Прошу прощения, но я, как бы ни напился, до такого бы не опустился. Искренне надеюсь, что и ты тоже.

— Следи за словами, — прошипел Экариот. — Не забывай, ты тоже не отличался тогда трезвостью. И это твоё слово против его.

— А Фендал тоже был пьян, когда изнасиловал служанку баронессы Мароны, будучи гостем в её доме?

Экариот на миг запнулся.

— Он утверждал, что она не возражала.

Я холодно смотрел на него, думая о том, что Фендал сделал с Кариной.

— Без сомнения, он про всех своих жертв так говорит.

Паладин покраснел ещё сильнее.

— Тебе бы лучше глаза разуть, рыцарь. Теперь, когда ты сам дворянин, учти, всегда найдутся женщины, готовые оклеветать нас. Может, их враги наняли, чтобы опорочить, а может, просто денег хотят.

— То есть если женщина обвиняет дворянина, она автоматически причисляется к лгуньям? — жёстко надавил я. — Удобно! Ты говоришь так, будто Фендала и раньше обвиняли. Сколько раз его жертвам нужно подать голос, чтобы его слово перестало всё перевешивать?

Экариот отвёл взгляд.

— Как бы то ни было, ты ничего не знаешь о том, что нам, защитникам, приходится переживать: снова и снова получать страшные раны от чудовищ, исцеляться, но всё равно носить шрамы и на теле, и в душе. Это ломает.

— И что, другие защитники тоже становятся опасны для окружающих? — спросил я. — Что-то я о таком не слышал.

Паладин с силой ударил кулаком по ладони.

— Хватит! Это в прошлом, а тебе лучше подумать о будущем. Ты мне не нравишься, но я уважаю твою хватку и доверие, которое ты внушаешь друзьям, и даже считаю тебя по-своему порядочным человеком, — он шагнул вперёд и ткнул мне в грудь пальцем в латной перчатке. — Но ты ничего не добьёшься, идя против меня. Боюсь, друзьями нам не стать, но враждовать со мной тебе ни к чему.

Я вздохнул.

— У меня нет желания враждовать с вами, лорд, — Экариот уже растянул губы в довольной ухмылке, а я продолжил, — но я не смогу забыть, что когда на мою женщину напал этот зверь, ты встал на его сторону. И до сих пор придерживаешься того же мнения.

Я поклонился, развернулся и зашагал прочь, не дожидаясь ответа. Не знаю, произвели ли мои слова хоть какой-то эффект, но реакции не заметил.

Всё ещё кипя, прошёл метров двадцать по коридору и уже собирался свернуть за угол, как рядом со мной раздался тихий весёлый голос.

— Отлично сказано, молодой человек!

Я аж подскочил, резко обернулся и увидел рядом с собой мага-Проходчика.

— Я…

— Не заметил меня? — мужчина сверкнул ясными голубыми глазами. — Мою персону мало кто замечает, — он протянул руку. — Нас, кажется, так и не представили официально. Граф Хормот Валаринс.

Я пожал протянутую руку и поклонился.

— Для меня это честь, милорд. Спасибо за вашу поддержку на суде.

— Весьма любезно с твоей стороны, но я лишь действовал в интересах справедливости, — он погладил свою длинную белую бороду. — Однако ты не перестаёшь меня удивлять. Не ожидал, что ты отвергнешь эту вялую попытку Экариота помириться.

— Считаете, поступил неправильно?

Хормот фыркнул.

— Отстаивать свои принципы не ошибка, хотя из-за этого часто можно очутиться в непростом положении. Но правильно это или нет, мне понравилось смотреть, как Экариот налился краской, словно перезревший виноград. Этот человек — напыщенный павлин, которого всегда больше заботила собственная репутация, чем правда и справедливость. Он закрывал глаза на преступления Фендала, потому что тот считался эффективным воином и имел нужные политические связи, — старик цокнул языком. — Глупо с его стороны продолжать делать вид, что дружил с человеком с такой репутацией, хотя, возможно, он всё ещё надеется выслужиться перед губернатором. Если так, боюсь, он поставил не на ту лошадь.

Мне стало любопытно.

— Прошу прощения, но разве губернатор тоже закрывал глаза на то, кем был его племянник?

Хормот мрачно улыбнулся.

— О нет, уверен, он всё видел и даже предпринимал осторожные попытки обуздать этого зверя, но ни одна не увенчалась успехом, — он покачал головой. — Хотя в итоге мерзкие поступки Фендала сами привели его к гибели. Так часто бывает.

— Иногда кажется, что этого мало, — сказал я. — Слишком много злодеев уходят безнаказанными, а невинные страдают, не получая ни помощи, ни справедливого суда.

— Хотел бы сказать, что ты неправ, — старик помрачнел. — Но с другой стороны, иногда добросердечная женщина сама пренебрегает советом друга и присоединяется к отряду дурного человека. Затем, когда её затаскивают в палатку и несколько дней подвергают немыслимым унижениям, она молит о помощи, которую наконец получает, что позволяет ей вновь вернуть контроль над своей жизнью и увидеть, как свершилось правосудие.

Если меня что-то и могло удивить, так это. Хормот дружил с Кариной? Я посмотрел на загадочного лорда новыми глазами.

— Мне жаль, что Вашему другу пришлось столько пережить, и очень благодарен госпоже Карине. Хотелось бы, чтобы она избежала этого ужаса…

— Мне тоже, — Хормот со вздохом покачал головой. — Жаль, что ты не убил того ублюдка в ту же ночь, когда он напал на твою невесту, хотя, боюсь, для тебя это закончилось бы печально, — он похлопал меня по плечу. — В любом случае знай, твоя готовность противостоять таким людям не осталась незамеченной. И позаботься о госпоже Карине в её новой жизни. Думаю, переезд подальше от этого места и его горьких воспоминаний пойдёт ей на пользу, — он отвернулся, и его фигура, мерцая, растворилась в воздухе.

Я продолжил свой путь по коридору и наконец нашёл выход на дворцовую территорию. Оставив неприятное место позади, я почти бегом помчался по улицам обратно к «Золотой Чаше».

Меня до глубины души тронула сцена в общей зале.

Мои жёны, служанки и новые спутники праздновали моё посвящение в рыцари. В комнате, наполненной теплом и смехом, играли музыканты, и все танцевали, даже горничные.

Стоило мне появиться в дверях, как тут же оказался в центре веселья, что оказалось куда лучше любого праздника во дворце. Меня захлестнула волна тепла к женщинам, которые составляли смысл моей жизни, и я почувствовал себя невероятно счастливым.

Вечеринка закончилась уже ближе к полуночи. Девчонки буквально валились с ног, многие дремали на плечах друг у друга. Марона ещё не вернулась, и я решил дождаться её, махнув остальным, чтобы шли спать без меня. Возможно, они немного подулись, но спорить не стали.

Уже изрядно подвыпивший, я устроился в кабинке, потягивая ледяной фруктовый сок, и через пару минут пожалел, что не захватил книгу, но будить девчонок не хотелось. Вместо этого принялся размышлять о нашем положении, строить планы на будущее и думать о своих жёнах и детях, оставшихся дома.

Мне нестерпимо хотелось обнять Глорию, посмотреть на её милое личико с забавными гримасками, послушать тихое агуканье… А Макса и Анну я толком-то и на руках подержать не успел! Как там моя Астерия, всё ещё спящая в земле и ждущая своего часа?

Я хотел находиться с ними, видеть, как растут мои дети, держать в объятиях Зару, Беллу, Самиру и Лилию.

Несмотря на насыщенность последних недель, меня безумно тянуло вернуться домой.

Марона появилась около часа ночи, поддерживаемая своим возницей и еле держась на ногах от усталости. Я поспешил подхватить её, но по её настоянию отвёл к нашей кабинке. Там она схватила мой стакан с соком и осушила его несколькими жадными глотками.

— Спасибо, — выдохнула она, прислонившись ко мне спиной. — Мы так были заняты, что даже не подумали попросить чего-нибудь выпить.

— Зачем тебя вызывали? — спросил я, обнимая её.

— Срочное совещание, вызванное мрачными новостями, — устало ответила моя возлюбленная. — Пеланос, город у самой границы, захвачен ордой дикарей, называющих себя Изгоями Балора. В основном орки и гоблины с парой десятков быков и горсткой драконидов, — её усталое лицо напряглось. — По донесениям, они частично убили, частично захватили в рабство всех стариков, мужчин и детей, а женщин разделили между собой и… Их ждут немыслимые страдания.

Я стиснул зубы, прижимая Марону к себе, словно пытаясь защитить.

— Что-то делается в связи с этим?

Моя возлюбленная вздохнула.

— Командор Джинд со всеми своими людьми из Тверда уже движется на север. Он собирает всех Искателей и наёмников, кого только может. Также он отзывает с границы дополнительные отряды Гильдии Истребителей.

— Мне присоединиться к нему? — спросил я. Хоть и не хотелось покидать семью в Мириде дольше необходимого, но если Изгои Балора и правда бесчинствуют, их нужно остановить.

Она натянуто улыбнулась.

— Он вообще-то ожидал, что ты это предложишь, и просил тебя вернуться домой и готовиться к новому потоку беженцев, а также позаботиться о тех, кто уже в пути, — её улыбка стала искренней. — А ещё он хочет, чтобы ты находился рядом с Лилией, пока та не родит. Кажется, он её по-настоящему любит.

Что ж, Лилия и впрямь очаровательна. Даже воспоминание о Джинде не заставило меня скучать по ней меньше.

Честно говоря, хотя моё предложение и являлось искренним, я был рад вернуться домой. Оставался вопрос, как долго я смогу наслаждаться покоем со своими жёнами и детьми, прежде чем меня призовут на север, если там станет совсем хреново.

— Может, глупо спрашивать, — усмехнулся я, — но куда, чёрт возьми, подевались так называемые Герои Харалдара со своим эскортом из Королевской гвардии? Я же видел, как они прибыли, семьдесят человек от сорокового до шестьдесят шестого уровня. Думаю, сейчас они бы очень пригодились.

Марона мрачно улыбнулась.

— На самом деле вопрос очень уместный, потому что они… исчезли. Последнее, что мы знаем — они двинулись дальше на север, опираясь на слухи о каком-то рейдовом подземелье. Потом, пару недель назад, связь оборвалась. Все наши гонцы, отправленные к ним, тоже пропали, а провидцы ничего не видят.

Я тихо выругался.

— Стоит беспокоиться, что там, на севере, может быть угроза, способная выкосить кучу сильнейших людей королевства?

— Ещё как стоит, — она устало прижалась ко мне. — Но давай пока не будем об этом, я так устала и подавлена.

— Хорошо, — сказал, целуя Марону в шею и разминая её напряжённые плечи. — Тебе нужно отдохнуть, когда вернёмся домой, подальше от этих лордов-интриганов и бесполезных советов. Сколько дней мы ещё проторчим в Тверди?

Она вздохнула, расслабляясь в моих руках.

— Ещё два дня заседаний, если этот кризис всё не затормозит. Если всё пойдёт по плану, сможем отправиться домой восьмого числа месяца Геда, — она улыбнулась и поцеловала мою руку. — У тебя есть время немного отдохнуть.

— По-моему, я уже и так отдохнул достаточно. Может, сбегать с Лилией до ближайших логовищ, попробовать поднять ей уровень, пока мы здесь?

— Какой энергичный! — баронесса рассмеялась и откинулась назад, закрыв глаза. — Дело твоё, конечно, но мне было бы грустно не видеть тебя до отъезда. Ты одна из немногих приятных частей этой поездки.

— Тогда остаюсь, — сказал я, снова целуя Марону в шею и кладя руки на мягкую выпуклость её живота. — Мне тоже кажется, что я провёл с тобой слишком мало времени, — с игривым смешком я опустил руки ниже, на её бёдра. — Кстати, о приятном. Может, я могу что-то для тебя сделать прямо сейчас?

Она тихо застонала и, развернувшись в моих объятиях, нежно поцеловала.

— Просто обнимай меня, пока я сплю, Артём. Очень хотелось бы большего, но мне рано вставать, а я не такая энергичная, как ты.

— Как скажете, моя леди, — я встал, осторожно поднял её на руки и понёс в комнату, где спали остальные.

Марона посмотрела на меня, тёмные глаза сияли от переполнявших её чувств.

— Спасибо, Артём.

Я улыбнулся.

— Пожалуйста. Я наслаждаюсь каждой возможностью обнять тебя.

Она покачала головой.

— Я серьёзно. За всё. Когда я попросила тебя попытаться использовать твою высокую плодовитость, чтобы подарить мне ребёнка, и, может, стать моим любовником, я и представить не могла, что обрету то, чего, как я думала, у меня уже никогда не появится после смерти Орина.

Она нежно коснулась моей щеки, улыбаясь.

— Такое чувство, будто ты подарил мне вторую жизнь. Я была так одинока после смерти мужа одна со своими служанками в своём горе, направив все силы на управление Тераной! Ты и девочки вытащили меня из этого, напомнили, что я ещё жива, и что жизнь прекрасна.

Глаза Мароны сонно затуманились, но она всё ещё с любовью смотрела на меня.

— Более того, ты дал мне свою любовь, и я поняла, что в моём сердце ещё есть место, чтобы любить в ответ, — она рассмеялась. — Надеюсь, ты простишь меня, если я не всегда смогу за тобой угнаться?

Наклонившись, прижался губами к её губам.

— Я всегда буду идти в твоём темпе, Марона.

Она положила голову мне на плечо, закрыв глаза.

— Я не говорю необдуманно, Артём. Женщина в моём возрасте не бросается словами, но, кажется, начинаю очень сильно тебя любить.

Её слова согрели мне сердце.

— Для меня благословение, что ты есть в моей жизни.

— Тогда давай воспользуемся этим по максимуму, — пробормотала она, её дыхание стало глубже, и через несколько мгновений она уснула.

Девочки оставили нам место между Лилией и Ирен. Я осторожно раздел Марону, разделся сам, а затем прижался к ней. Ирен проснулась ровно настолько, чтобы сонно прильнуть к моей спине и поцеловать в плечо.

Засыпая, я тихо смаковал осознание того, что теперь являюсь Рыцарем Ордена Стражей Севера. И хотя наши дела в Тверде ещё не были закончены, уже с нетерпением ждал возвращения домой, к Заре, Белле, Самире и Лилии.

И к моим детям. Мои последние мысли перед тем, как провалиться в сон, были об их милых личиках, о крошечных ручках, сжимающих мой палец. О том, как я держу их, смотрю на них сверху вниз и поражаюсь простому факту: я отец!

Слишком уж долго мне пришлось быть вдали от них.

Глава 24

Последние два дня в Тверде прошли без особых событий, если не считать предвыездной суеты.

Я и девчонки, кто не занимался упаковкой вещей, просто слонялись по городу. Осмотрели парки, поглазели на местные достопримечательности, прикупили всякого барахла для поместья. Ванесса и Карина тоже проводили с нами часть времени, хотя у них хватало своей мороки: готовились к переезду в новый дом.

Что удивительно, эти двое прекрасно спелись постоянно держались вместе, даже когда мы шли всей толпой. Я был только рад; чем сплочённее команда, тем лучше. Старался и сам проводить с ними время, и Лилию к этому подталкивал, что, впрочем, для моей дружелюбной невесты не было в тягость. Она, кажется, находила общий язык с кем угодно, причём моментально.

Кстати, о Лилии. Я наконец-то сводил её в «Котелок», выбрал время, когда там народу поменьше. Очаровательная кунида отлично провела время, всё время хихикала и швыряла серебряные монеты танцовщицам, пока те раздевались. Когда на сцену вышла прекрасная эльфийка, Лилия схватила мою руку, ткнула ей в потолок и взвизгнула от восторга, тряся кошельком. Я приятно удивился, когда сногсшибательная платиновая блондинка, высшая эльфийка, тут же сошла со сцены с призывной улыбкой.

Может, её зацепила редкая и потрясающе красивая девушка, или она заметила застёжку Ордена Стражей Севера на моём плаще? А может, я ей просто показался симпатичным? Вероятно всё сразу.

Как бы то ни было, я не меньше Лилии заинтересовался в том, чтобы переспать с великолепной высшей эльфийкой. Ещё когда только попал на Валинор, я мечтал побыть с эльфийкой, и эта девушка почти идеально вписывалась в тот образ, что себе нарисовал. Упускать подвернувшуюся возможность было глупо.

Так мы и оказались в комнатах, которые «Котелок» сдавал по часам. При ближайшем рассмотрении, конечно, позолота оказалась краской, ковры протёртыми, а простыни выцветшими от стирок. Но какая, к чёрту, разница, когда прямо перед тобой высшая эльфийка исполняет приватный танец, обнажая идеальное тело. Она была единственным, на что хотелось смотреть.

Девчонка оказалась профессионалом: умудрилась договориться о цене, не сбивая чувственный настрой, видимо потому, что в это время тёрлась у меня на коленях.

Сам секс не стал каким-то запредельно изобретательным. После короткой прелюдии эльфийка просто легла на спину и раздвинула ноги, приглашая воспользоваться ею, но я постарался насладиться каждой секундой, входя в неё. Я воспринял это как вызов и заставил её кончить как можно большее количество раз. Дразнил её жемчужину большим пальцем, пощипывал упругие соски, менял угол толчков, хотя моего размера, растягивающего её до предела, и так хватало, чтобы она взвизгивала.

Я кончил первым сразу после того, как спина эльфийки выгнулась в беззвучном крике, она брызнула мне на живот, а стенки сжались, выжимая из меня всё до последней капли. Её сок пах розами и мёдом, и я пожалел, что не попробовал его на вкус. Впрочем, Лилия не замедлили этим воспользоваться, тут же сползла вниз и принялась вылизывать наши смешавшиеся соки.

— Боги, вы вместе такие вкусные! — пробормотала она, быстро сунув руку себе между ног. Через мгновение она вскрикнула и кончила прямо на лицо эльфийке, после чего рухнула на кровать с довольной улыбкой.

Эльфийка бросила на меня томный взгляд, кокетливо проведя пальцами по своим пухлым губам.

— Помоешь меня, красавчик?

Я с готовностью наклонился, слизал остатки сока с лица Лилии, а затем впился в губы эльфийки, пока моя невеста снова ласкала её внизу. Нашими общими усилиями она кончила ещё раз шесть, если не больше, пока окончательно не обессилела. На дрожащих ногах она поднялась, чтобы прибраться, неохотно сообщив, что наше время почти вышло.

— Меня зовут Инария, кстати, — сказала она, любовно проводя мыльной тряпкой по моему члену. — Я живу на Брод-стрит тридцать восемь, квартира три, — она подмигнула. — Заглядывай днём, повеселимся уже как любовники, а не как клиент и куртизанка.

— Обязательно! — прощебетала Лили, тепло её поцеловав. — Спасибо, Инария!

Заглянуть к ней мы не успели, но это, разумеется, оказался не единственный наш секс за эти дни.

Другим ярким моментом стал сюрприз от Лейланны, она устроила визит в бордель. Похоже, мой рассказ её сильно завёл, и она заметно дрожала от возбуждения, когда провела меня в комнату, где ждала молодая женщина в том самом наряде.

Девчонка проявила себя как отличная актриса, продолжая играть роль невинной, но пылкой девушки, соблазняющей мужчину, пока его невеста, тёмная эльфийка, наблюдала и ласкала себя. Конечно эта соблазнительница не стоила того, чтобы жертвовать ради неё рыцарством, но её мягкое тело и узкая дырочка подарили мне невероятные ощущения. Я довёл её до нескольких оргазмов в разных позах и кончил в неё дважды, а когда наше время вышло, она обслужила меня ртом, глубоко заглотив член и проглотив последнюю порцию.

— Возвращайтесь в любое время, сир Артём, — сказала она скромным голоском, когда мы с очень довольной Лейланной выходили.

На улице я обнял свою невесту и крепко поцеловал.

— Спасибо, — сказал я.

Она ухмыльнулась.

— Не хотела, чтобы у тебя остались сожаления о том, что могло бы случиться, но не произошло, — она наклонилась к моему уху. — А теперь тащи меня домой и трахни до беспамятства, пока я вся горю.

Я с радостью подчинился.

Когда мы не гуляли по городу, то собирались в номере Мароны в «Золотой Чаше». Я постарался уделить внимание всем девушкам, но мне казалось особенно важным показать свою любовь Ирен. За все эти дни она находилась рядом со мной, поддерживала, улыбалась, и я понимал, что моя нежная жрица чувствует себя несколько потерянной среди всех новых лиц и событий. Поздним вечером, когда Лейланна и Лилия уже дремали на большой кровати, а Марона разбирала документы за столиком, я заметил, что Ирен сидит в кресле у окна, задумчиво глядя на огни ночного города.

Я подошёл к ней и мягко коснулся плеча.

— О чём думаешь?

Она подняла на меня глаза и слабо улыбнулась.

— О том, как быстро всё меняется. Ещё недавно мы были вдвоём в Хасмадее, а теперь… — она обвела рукой номер. — Иногда мне нужно напомнить себе, что всё это реально.

Я присел на подлокотник кресла и погладил её волосы.

— Слишком быстро?

— Нет, не то чтобы быстро, просто… — она взяла мою руку и переплела наши пальцы. — Иногда мне хочется почувствовать, что это всё ещё мы. Ты и я.

Я понял. Среди всей суеты, новых людей и бурных событий Ирен представлялось важным вернуться к истокам, к тому, с чего всё начиналось.

— Пойдём, — тихо сказал я, помогая ей встать.

Марона подняла глаза от документов и понимающе кивнула, когда мы направились к дивану у противоположной стены. Я осторожно опустился на мягкие подушки, увлекая Ирен за собой. Она устроилась рядом, прижавшись к моему боку.

Мы сидели так несколько минут, просто наслаждаясь близостью.

Когда она подняла лицо, прося поцелуя, торопиться не стал. Наши губы встретились медленно, нежно. Она тихо вздохнула, прижимаясь ближе, и я почувствовал, как всё напряжение уходит из её тела. Я углубил поцелуй, язык скользнул между её губ, и она ответила с той же страстью.

— Я скучала по этому, — прошептала она между поцелуями, её дыхание согревало мою кожу. — По тому, чтобы быть только твоей.

— Ты всегда только моя, — ответил я, зарываясь лицом в её шею, вдохнул такой знакомый аромат и почувствовал, как возбуждение разгорается в паху. — Что бы ни происходило.

Её дыхание участилось, когда я начал покрывать поцелуями чувствительную кожу за ухом. Я знал, что это её слабое место; каждый раз, когда я целовал там, она таяла в моих руках. Руки Ирен скользнули под мою рубашку, прохладные пальцы чертили узоры на моей груди.

— Здесь? — спросила она, бросив быстрый взгляд на спящих девушек.

— Если хочешь. Я постараюсь тихо, — прошептал я, хотя моё тело уже реагировало на её близость, член начал затвердевать, давя на ткань штанов.

Её глаза загорелись знакомым огнём, и она кивнула. Я видел, как соски проступили сквозь тонкую ткань ночной рубашки, и еле сдержался, чтобы не схватить её прямо сейчас.

Мы двигались осторожно, стараясь не производить лишнего шума. Ирен скользнула мне на колени, лицом к лицу, и я почувствовал её тепло сквозь тонкую ткань. Её промежность прижималась к моему растущему возбуждению, и я сглотнул, пытаясь сохранить контроль.

Она медленно расстегнула мою рубашку, целуя каждый освобождённый участок кожи, язык скользил по моей груди, оставляя влажные следы, и я почувствовал, как она слегка покусывает мои соски. Электрический разряд пронёсся по моему телу.

— Ирен, — прошептал я предостерегающе, когда она начала спускаться ниже.

— Тихо, — улыбнулась она и провела языком по линии моих мышц живота.

Когда моя рука скользнула под край её рубашки, я обнаружил, что она не надела белья. Её кожа казалась горячей и шелковистой под моими пальцами. Я погладил её бедро, медленно поднимаясь выше, и почувствовал, как она дрожит от предвкушения.

— Я так тебя хочу! — прошептала она едва слышно, когда мои пальцы наконец достигли её влажного центра.

Она была уже готова для меня, горячая и скользкая. Я осторожно раздвинул складки, нашёл маленькую жемчужину и начал медленно массировать. Ирен закусила губу, сдерживая стон, её бёдра слегка подались навстречу моим движениям.

— Артём, пожалуйста, — выдохнула она, и я почувствовал, как её руки нащупывают шнуровку моих штанов.

Я приподнял её, помогая избавиться от рубашки и любуясь её обнажённым телом в лунном свете из окна. Её груди были идеальными: не слишком большими, но упругими, с розовыми сосками, которые сейчас отвердели и стояли от возбуждения. Я не смог удержаться и накрыл один из них ртом, мягко посасывая.

Ирен выгнулась, прижимая мою голову к своей груди. Её пальцы наконец освободили мой член, и я почувствовал облегчение, когда он вырвался из тесного плена ткани. Она обхватила его рукой, медленно поглаживая от основания до головки, и я едва сдержал стон.

— Хочу почувствовать тебя внутри, — прошептала она, поднимаясь на коленях.

Я направил свой член к её входу, чувствуя, как влага смазывает головку. Медленно, дюйм за дюймом, она опустилась на меня, и мы оба едва сдержали стоны удовольствия. Её узкие и такие горячие стенки плотно обхватывали мой член.

— Боже, как же хорошо! — выдохнул, когда она полностью приняла его в себя.

Ирен начала медленно двигаться, бёдра покачивались в неторопливом ритме. Я держал её за талию, направляя, но позволяя самой задавать темп. Каждое движение посылало волны удовольствия по всему телу, я чувствовал, как она сжимается вокруг меня, как её соки стекают по моему стволу.

Ирен склонилась ко мне, мы целовались, тихо постанывая. Её волосы упали мне на лицо, создавая интимный шатёр вокруг нас. Я целовал её шею, плечи, затем спустился к груди, взял один сосок в рот и начал посасывать, слегка покусывая.

— Артём, — прошептала она, её движения стали более настойчивыми. — Люблю, когда ты так делаешь.

Я переключился на другую грудь, а рукой начал ласкать её жемчужину. Ирен задрожала, дыхание стало прерывистым. Я чувствовал, как она приближается к пику, как тело напрягается в предвкушении.

— Люблю тебя, — прошептал, глядя ей в глаза.

— И я тебя. Всегда буду любить! — ответила она, голос дрожал от приближающегося оргазма.

Мы двигались всё быстрее, но по-прежнему тихо. Я чувствовал каждое сокращение её мышц, каждую каплю её влаги. Ирен закусила губу, сдерживая крик, когда волна удовольствия накрыла её. Тело содрогнулось, спина выгнулась, и я почувствовал, как она сжимается вокруг меня с невероятной силой.

Вид её лица в момент кульминации и ощущение пульсирующих стенок добили и меня. Я крепко обнял Ирен, вжимаясь лицом в её плечо, чтобы заглушить собственный стон, и выплеснулся в неё горячими струями, чувствуя, как каждая волна моего семени наполняет её, смешиваясь с соками.

Мы так и остались сидеть, обнявшись, тяжело дыша и приходя в себя. Ирен нежно гладила мои волосы.

Наступило утро отъезда. Двор «Золотой Чаши» гудел, как растревоженный улей. Свита Мароны, служанки, возницы, охранники, суетилась вокруг её кареты и фургонов, пакуя вещи и делая последние приготовления. Наши сборы были скромнее, но не менее энергичные. Мы готовили лошадей и следили, чтобы ничего не забыть.

Хотя мы путешествовали с баронессой, моя группа держалась вместе. В неё входили я, Ирен, Лейланна, Лилия, Ванесса и Карина. Неожиданным пополнением стала Мэриголд, официально переведённая из штата Мароны на должность старшей горничной поместья Мирид. Маленькая гномка носилась с удвоенной энергией, её розовые волосы до щиколоток были заплетены в тугую косу. Она горела решимостью затмить даже Ирен, лично всё проверяя и организуя погрузку.

Мэриголд также считала своей обязанностью удовлетворять и мои сексуальные потребности. Среди всей царящей суеты ей удалось утащить меня за конюшни, где она, не теряя времени, нырнула под мой плащ, освободила член и сделала быстрый, но энергичный минет. Она явно торопилась, яростно работая и рукой, и ртом, потому я быстро кончил ей в горло со стоном удовольствия.

Вытерев меня, она выпрямилась, поправляя одежду и растрёпанные волосы, и просияла.

— Моё обслуживание было удовлетворительным, хозяин?

Я рассмеялся.

— Образцовым, старшая горничная.

Она довольно хмыкнула и вернулась к делам. Я тоже привёл себя в порядок и вышел во двор, но тут же остановился. Суета прекратилась, все настороженно смотрели в сторону улицы, где стоял Виктор Ланской со своими слугами.

— А, сир Артём! — радостно крикнул он, неторопливо подходя. — Рад встрече.

— Лорд Виктор, — ответил я, пожимая ему руку. — Не ожидал Вас увидеть. Приятно, что пришли нас проводить.

— Конечно, парень. Надеюсь, тебе понравилось в Тверде? Заезжай ещё как-нибудь.

На слове «заезжай» он сделал лёгкий акцент, я помнил его предостережение не совать нос в дела Тверди.

— Думаю, так и сделаю, когда время позволит. Надеюсь, ещё увидимся.

Виктор фыркнул:

— Очаровательно и наивно. — Он поклонился Мароне. — Приятной поездки, госпожа. Будьте осторожны на зимних дорогах, путешествие может быть трудным, особенно когда ожидаешь маленький комочек радости.

Баронесса склонила голову.

— Как мило с Вашей стороны, милорд! До следующей встречи.

Лорд окинул взглядом двор, весело помахал рукой и скрылся на улице.

— Ну вот и состоялось наше официальное прощание, — сказала Марона, беря меня под руку. — Поедешь в карете со мной и своими невестами?

— С удовольствием.

Я помог ей, Лейланне, Ирен и Лилии сесть в приятно натопленный экипаж. Внутри мы перекусили медовыми пирожными, пока караван выстраивался на улице. Наконец Гарена отдала приказ, и карета тронулась.

Девушки прилипли к окнам, в последний раз разглядывая город, я же откинулся на спинку сиденья и достал книгу по истории Валинора. По настоянию остальных я читал вслух, и начал с мифа о сотворении мира, когда Валинор являлся лишь чистым холстом, на котором боги творили свою волю.

Одни создавали горы и долины, другие наполняли океаны, заставляли идти дожди и меняли времена года, третьи раскрашивали небо. Потом появились растения, существа, монстры. Древние звери и огромные левиафаны боролись за выживание в меняющемся суровом мире.

Наконец Создатель заселил мир первыми разумными расами, и боги, очарованные новыми существами, начали создавать свои собственные народы. Так возникло это огромное, постоянно меняющееся полотно. В итоге боги договорились отступить, создав мировую систему с классами, уровнями, способностями и логовами монстров.

Я заметил, что Мия появилась и слушает с явным весельем.

— Что скажешь о книге? — спросил я с усмешкой.

Богиня взглянула на Марону, и я с досадой вспомнил, что мы так и не рассказали баронессе ни про Мию-Безымянную, ни про то, что я из другого мира.

— Мы можем знать лишь то, что боги пожелают рассказать нам о столь далёком прошлом, — загадочно ответила Мия.

— И даже они, кажется, не сходятся в деталях, — со смехом добавила Марона. — Но всегда интересно узнавать новые версии. Пожалуйста, продолжай.

Кивнув, я откинулся на спинку и продолжил чтение.

Глава 25

Я продержался в карете Мароны всего три часа, прежде чем понял, что просто не вывезу этот темп. Вернее не темп, а отвратительные рессоры кареты. Позвоночник, кажется, собирался высыпаться в штаны с каждой новой кочкой.

Поэтому, как бы мне ни хотелось провести с ней побольше времени, я решил, что смогу вытерпеть от силы час-другой в этой колымаге, а потом придётся сваливать.

К счастью, баронесса отнеслась с пониманием, когда я сказал, что пойду прогуляюсь.

— Орин тоже никогда не мог усидеть на месте, — усмехнулась она. — А уж с твоей-то тягой к бегу сидеть тут, взаперти, настоящая пытка. Давай разомни ноги.

Выбравшись наружу, я сначала попробовал скакать вперёд типа для разведки или осматривать всякие интересные места по пути. Но эта затея быстро начала меня раздражать. Шило в заднице, которое у любого искателя приключений отвечает за поиск неприятностей, требовало проверить ближайшие логова монстров, посмотреть, нет ли там чего-то стоящего, на чём можно поднять опыт. Любая альтернатива черепашьему ползанию по дороге казалась спасением.

Так что я вернулся к каравану и кинул клич, не хочет ли кто со мной размяться и поднять пару уровней.

Первой тут же вызвалась Лилия. Она, похоже, твёрдо решила стать моим постоянным напарником, и не упускала ни единого шанса подкачаться, чтобы догнать остальных. Ну и ещё, наверное, потому, что, оставшись наедине, она обычно была не прочь немного порезвиться.

Ванесса и Карина, само собой, тоже захотели пойти. Ванесса, конечно, с удовольствием каталась бы в карете с Мароной и иногда так и делала, но и её авантюрная жилка требовала движухи. К тому же это давало вампирше возможность незаметно шмыгнуть в лес и подкрепиться какой-нибудь живностью. А Карина цеплялась за любую кроху опыта. Женщина со всей серьёзностью вознамерилась стать сильной и утереть нос своим обидчикам.

Я был приятно удивлён, когда к нам присоединилась Ирен — с ней вылазки становились куда проще и безопаснее. Но главным сюрпризом стала Лейланна. Несмотря на её вечные жалобы на холод, она почти всегда составляла нам компанию.

Когда я подколол её на этот счёт, она только нахмурилась и многозначительно потёрла зад.

— Если выбирать между холодом и этими проклятыми жёсткими лавками с пружинами, уж лучше мёрзнуть с тобой.

Я задумчиво почесал щёку.

— Интересно, если я заменю рессоры на что-то получше, это сильно бросится в глаза? Может, листовые поставить, или даже винтовые?

Моя невеста-эльфийка буквально вцепилась мне в отвороты куртки и тряхнула.

— Если ты можешь что-то улучшить в этой зерновозке, то, чёрт возьми, сделай! — прорычала она. — Я отказываюсь дальше трястись в этой телеге, если есть альтернатива.

— Прямо здесь, на дороге, этого не сделаю, так что придётся потерпеть, — я рассмеялся и игриво шлёпнул её по заднице. — Кроме того, с твоей-то шикарной кормой ты должна жаловаться меньше всех.

Вокруг её рук со свистом вспыхнуло голубое пламя, а розовые глаза опасно сверкнули.

— Что ты там сказал? — приторно-сладко поинтересовалась она.

— Как опытный путешественник, всю жизнь проведший в караванах, ты лучше всех приспособлена к тяготам дороги, — невозмутимо поправился я.

Лейланна фыркнула, и пламя исчезло.

— То-то же, — она скрестила руки под своей пышной грудью. — А теперь давай подробнее о том, какой шикарной ты считаешь мою задницу.

Я ухмыльнулся и кивнул в сторону ближайшей рощицы.

— А что, если мы найдём место поукромнее, и я тебе лучше покажу?

Конечно, Лилия тут же навострила уши, но Ирен настояла, чтобы та осталась и продолжила зачищать логово, на котором мы стояли; его уровень подходил только для куниды, да и то уже на пределе.

Неделя пролетела быстрее, чем я ожидал или, может, так думал, учитывая наш черепаший темп. Каждую ночь мы проводили в роскошном шатре Мароны, а дни напролёт, за исключением коротких визитов в её карету, качались на природе.

Мы с Лилией обычно уходили спозаранку; я проверить уровень монстров в окрестных логовах, она — составить мне компанию. И предпочитал нестись во всю прыть ради самой радости бега, когда ледяной ветер свистел в ушах, а под ногами мелькали поля, леса и холмы Бастиона.

Логова, которые мы находили, были так себе, и лишь немногие из них давали мне хоть какой-то опыт, так что я в основном держался в стороне, чтобы остальные могли получить больше. К тому же состав нашей группы постоянно менялся. Одни возвращались в караван, другие присоединяясь ко мне.

В целом, и опыт, и добыча выпадали скромные, но все, кажется, остались довольны. Это оказалась хорошая возможность для Ванессы и Карины узнать нас получше и привыкнуть к нашему стилю.

Мы добрались до Тераны к полудню восьмого дня. Марона пригласила нас всех переночевать в её поместье Моншадо, но я отказался. Меня дико тянуло домой увидеть детей, Зару, Беллу. К тому же я беспокоился о беженцах, которых ко мне направлял командор, и хотел убедиться, что там всё под контролем.

— Скоро приеду, — пообещал я своей знатной любовнице, целуя её на прощание. — Спасибо, что так помогла нам в этой поездке, Марона.

Она усмехнулась.

— Спасибо, что были такими интересными гостями, — она на миг задумалась. — Признаюсь, часть меня хотела бы, чтобы и твоё кольцо сияло на моём пальце.

Я сдержал готовый вылететь ответ, что для меня это стало бы честью.

— Нецелесообразно с политической точки зрения?

— И это тоже, — Марона мягко улыбнулась. — Ты мне очень дорог, Артём, но Орин и теперь остаётся любовью всей моей жизни и единственным мужчиной, которого я когда-либо назову своим мужем.

— Понимаю, — я поцеловал её ещё раз. — Надеюсь, скоро увидимся, Марона.

Моя группа сделала несколько покупок на рынке, в основном самое необходимое, так как подарками для семьи и друзей, а также всякими удобствами для дома мы закупились ещё в Тверди. Ирен нагрузила наших вьючных лошадей едой и припасами для беженцев, и даже купила ещё лошадей, чтобы увезти побольше. Она также договорилась с ремесленниками о поставке дополнительных стройматериалов для наших проектов.

Оставалось в очередной раз порадоваться, что моя рыжая невеста так хорошо во всём этом разбирается, потому что я бы об этом даже не подумал. Впрочем, как только мысль пришла в голову, я и сам сделал несколько закупок в ремесленном квартале, позаботившись о том, чтобы в новой деревне не возникло проблем с канализацией и гигиеной. Заказал даже несколько туалетов для общественного отхожего места. Похоже, Моргану снова придётся попотеть, роя яму для ещё одного септика.

Закончив с делами, мы быстрым шагом двинулись домой.

Ночной привал прошёл куда тише обычного. Все хотели поскорее попасть домой, увидеть остальных, да и просто устали от долгой дороги. Только Лилия, казалось, не прочь была поиграть, но даже она задремала у меня на груди после пары минут сонной возни.

На следующий день мы выехали рано утром и к обеду уже находились в пределах видимости поместья Мирид. В деревне гоблинов я не заметил ничего необычного, разве что домов стало чуть больше, чем мне помнилось. А дальше, в отдалении, на месте скромных начинаний новой деревни виднелся уже добрый десяток длинных домов на разных стадиях строительства.

Кстати о строительстве. Из ворот нам навстречу выехала Лилия, вероятно, она направлялась как раз туда проверить, как идут дела. Увидев нас, она просияла и пустила лошадь в галоп.

— Вы вернулись! — крикнула она, соскальзывая с седла и преодолевая оставшееся расстояние вразвалочку, раскинув руки. Её беременность стала куда заметнее, скорее всего, до родов оставалась всего пара недель.

При виде её неприкрытой радости, не говоря уже о большом животе с моим ребёнком внутри, я и сам почувствовал, как на душе потеплело.

Я по ней скучал.

Спешился и тоже протянул руки, с нетерпением ожидая момента, когда смогу прижать Лилию к себе и ощутить её приятное тепло. Она выглядела ослепительно, сияя от материнства, с румянцем на щеках от холода.

Но Лилия пробежала мимо меня и вцепилась в Ирен, которая тоже успела спешиться.

— О, слава Богине, Ирен! — воскликнула она. — Ты не представляешь, какой тут начался бардак, когда ты уехала! У нас больше сотни новых беженцев, которых мы пытаемся разместить, и каждый день прибывают ещё. Без тебя тут просто полный хаос! Леди Амализа и Илин делали всё возможное, но ни у кого из нас нет твоего опыта в управлении такими проектами!

Я опустил руки, чувствуя себя полным идиотом, пока моя невеста-жрица смеялась и успокаивала почти обезумевшую от радости кошкодевушку.

— Не волнуйся, я всё продумала по дороге сюда, — заверила её Ирен. — И мы захватили ещё провизии и стройматериалов в Теране.

— О, слава Богине! — снова выдохнула Лилия, целуя миниатюрную рыжую прямо в губы. — Я так тебя люблю!

— А я что, пустое место? — с обидой бросил ей. Ирен усмехнулась, кажется, она поняла земное выражение.

Лилия тупо уставилась на меня.

— Это ещё что значит?

Усмехнувшись, обнял их обеих и тепло поцеловал кошкодевушку.

— Рад тебя видеть. Скучал.

Она издала довольное мурлыканье и игриво похлопала меня по плечу.

— О, спасибо, я тоже по тебе скучала, — затем она повернулась и снова поцеловала Ирен, на этот раз с языком, прежде чем со смехом отстраниться. — Но прямо сейчас мне нужна помощь с сотней беженцев со всего северного Бастиона, а не хороший трах.

— Эй, я могу и то, и другое, — я осторожно поднял Лилию на руки. — Сейчас со всем разберёмся.

— Мой герой! — протянула она, многозначительно глядя на Ирен, которая с ухмылкой последовала за нами вместе с остальными.

— Эй, я бы тоже не отказалась от приветственных объятий и поцелуя, — проворчала Лейланна.

Лилия хихикнула и заключила эльфийку в восторженные объятия.

— С возвращением домой! — она снова хихикнула, издав булькающий звук восторга. — В наш общий дом!

Я успел сделать всего несколько шагов, когда Ирен потянула меня за локоть.

— Предоставь это мне, любимый, — пробормотала она. — Ты сможешь вмешаться, когда всё уляжется, но сейчас у тебя двое новорожденных, которых ты видел всего пару часов, и старшая дочь. Не говоря уже о трёх женщинах, которые безумно по тебе скучали.

Я замялся, глядя то на Лилию, то на вьючных лошадей. Хотелось хотя бы помочь с разгрузкой и убедиться, что Ванесса и Карина хорошо устроились на новом месте.

Мэриголд потянула меня за другой локоть.

— Идите, хозяин, оставьте организацию вашей новой старшей горничной.

— Да ладно тебе, — сказала Лилия, нежно похлопав меня по подбородку. — С какими бы трудностями мы ни столкнулись, ничто не настолько серьёзно, чтобы помешать отцу увидеть своих детей после долгой поездки.

Со смехом я поцеловал её, прежде чем поставить на землю.

— Хорошо, спасибо! — активировал Рывок Гончей и рванул вперёд, слыша за спиной тёплый смех своих близких.

Пролетев через двор, остановился лишь на миг, чтобы послать воздушный поцелуй в сторону Астерии, прежде чем ворваться в дом. Я напугал нескольких женщин, накрывавших на стол. Некоторые из группы Лилии, другие были мне незнакомы. Они озадаченно посмотрели на меня, когда я вежливо кивнул и промчался мимо, перепрыгивая через пять ступенек и несясь по коридору к главной спальне. Остановился лишь на мгновение, чтобы перевести дух, прежде чем тихо открыть дверь.

Я застал Беллу сидящей в кровати, обложенной подушками и кормящей Макса, пока Анна ворковала в колыбели неподалёку. Я невольно замер, глядя на эту умиротворяющую картину: женщина, которую я люблю и наши дети в безопасности и счастье.

Кошкодевушка, очевидно, ещё раньше услышала моё приближение и встретила меня сияющей улыбкой, яростно виляя хвостом по подушкам.

— Артём! — прошептала она. — Я услышала, что ты вернулся, и надеялась, скоро придёшь!

— Первым делом сюда, — торжественно произнёс я. — Скучал по тебе и детям каждую секунду и жалею, что не мог остаться.

Она тепло улыбнулась и похлопала по кровати рядом с собой.

— Как насчёт того, чтобы ты взял нашу дочку на руки, и мы немного посидим, пока я кормлю?

Я не мог и представить ничего лучше. Тихо подойдя к колыбели, осторожно поднял Анну, прижал её к себе, забираясь на кровать рядом с Беллой, и нежно погладил маленькие ушки дочки, покрытые чёрным, как смоль, мехом. Она широко зевнула, пошевелив крошечными ручками внутри пелёнки.

— Она вылитая ты, — сказала моя невеста, нежно проводя пальцем по щеке Макса. — Они оба на тебя похожи.

Я ухмыльнулся, наклонился и поцеловал дочь в макушку.

— А я как раз собирался сказать, что они унаследовали всю красоту своей матери.

Моя невеста удовлетворённо вздохнула и положила голову мне на плечо.

— Они не так уж сильно выросли за те недели, что тебя не было, но в то же время гораздо больше, чем я думала. Столько восхитительных «первых разов»! Я рада, что ты теперь здесь, чтобы разделить их со мной.

— Кстати, о первых разах, — прошептала с порога Зара, входя в комнату с Глорией на руках. — Смотри!

Я с замиранием сердца наблюдал, как моя невеста-гоблин уложила нашу дочь на одеяло на ковре. Та сонно зевнула и уставилась в потолок. Я сиял, глядя на свою первеницу, размахивающую крошечными бледно-зелёными ручками и ножками. Ей сейчас около четырёх месяцев, она так выросла, но всё ещё была едва ли намного больше своих младших брата и сестры.

Но она определённо росла. К моему восторгу, пока я смотрел, она начала раскачиваться взад-вперёд, издавая тихие воркующие звуки, а затем с явным усилием перевернулась. Через несколько мгновений она уже лежала на животе, радостно молотя по полу своими маленькими ножками.

— Она перевернулась! — сказал я. — Молодец, Глория! Ты уже такая большая девочка!

Зара сияла от гордости.

— Она и ползать скоро начнёт. Быстро учится. Наша дочь!

Я наклонился и поцеловал Анну в голову.

— Видишь свою старшую сестру, Анна? Скоро ты тоже начнёшь переворачиваться, и она покажет тебе, как.

Моя дочь зевнула и причмокнула губами в ответ, делая маленькие сосательные движения, она явно проголодалась. К счастью, Макс, похоже, закончил с едой. Белла передала мне сына, взяла дочь, поднесла её к груди, и малышка с довольным сопением мигом присосалась.

Зара подняла Глорию и забралась на кровать, прижавшись ко мне с другой стороны.

— Как там Тверд? — она ткнула пальцем в застёжку на моём плаще. — Эта штука до ужаса похожа на рыцарскую брошь, сир Артём.

Я ухмыльнулся.

— Да, заслужил рыцарство, хотя находился на волоске.

— О, у нас тут что, вечеринка с обнимашками? — раздался голос Самиры от двери. Она забралась на кровать и легла поперёк моих ног, положив голову на колени и с любовью глядя на меня. — Если не считать воссоединения, где мы занимались бы вещами повзрослее, это именно то, на что я надеялась.

Я нежно положил руку на щёку моей невесты-хобгоблина, поглаживая её мягкую кожу.

— Я тоже. Так по вам всем скучал и постоянно думал о детях! — моя рука опустилась на её живот, который уже заметно округлился. У неё шёл четвёртый месяц, что для шестимесячной беременности хобгоблинов соответствовало шести человеческим. Скоро она подарит мне ещё одного ребёнка.

Я устроился поудобнее со своими женщинами и детьми, наслаждаясь возможностью побыть с ними после долгой разлуки.

— Всё, ухожу в отпуск на неделю, — внезапно объявил я.

Все три женщины удивлённо посмотрели на меня.

— В смысле? — спросила Белла, перекладывая Анну к другой груди. — Отпуск от чего?

Я передал Макса Заре, взяв взамен Глорию и поцеловав её в маленькую щёчку.

— От прокачки. После месяцев подготовки к походу в Твердь, потом всего, что там произошло, просто хочу провести немного времени дома, с семьёй.

Все мои невесты просияли.

— Правда? — спросила Зара. — Целую неделю⁈ Это не слишком много?

— Если чего и много, так это моего отсутствия, — наклонившись, нежно поцеловал её. — Вы заслуживаете гораздо большего.

— М-м-м, — она прижалась ко мне, нежно поглаживая ушки Макса, веки малыша сонно опустились. — Мой любимый, ты дал мне больше, чем я могла когда-либо надеяться. Больше, чем я даже считала возможным.

— И мне, — согласилась Самира. — Думала, меня отдадут в жёны какому-нибудь вождю или великому воину, чтобы я рожала ему детей. Возможно, мы бы и не разговаривали толком, кроме как обменивались хрюканьем от удовольствия, — она опустила руки, нежно обхватив свой живот. — Я и не знала, что с партнёром могут быть такие отношения.

— И я, — пробормотала Белла, нежно поглаживая мягкую щёчку Анны. — Меня воспитывали как домашнего питомца, но ты показал мне чудо настоящей свободы. Ты помог уладить дела с семьёй моего старого хозяина и принял в свою семью. В нашу! Дал мне шанс разделить с тобой жизнь, почувствовать твою любовь и родить детей, о которых я так долго мечтала. С тобой, мужчиной, которого люблю всем сердцем!

Её глаза блестели от слёз, когда она наклонилась и поцеловала меня, а затем лизнула мои губы, хихикнув при этом.

— Хотя не откажусь и от недели твоего безраздельного внимания. Есть так много вещей, которые хочется попробовать, — она шмыгнула носом, затем просияла. — И не только с тобой…

— Ты сделал Лили предложение! — взвизгнула Самира, хлопая в ладоши. Это напугало Глорию, которая захныкала, а бледно-зелёная кожа хобгоблина покраснела от смущения. — Ой, извините.

Зара рассмеялась, забирая у меня дочь и успокаивая её.

— Всё в порядке. Рада за вас обоих!

— А я рада за всех нас, — сказала Белла, виляя хвостом. — Наша семья становится такой большой, со столькими замечательными людьми! — она хихикнула. — Нам придётся купить кровать побольше, особенно когда приедет Триса.

Я нахмурился.

— А Трисе разве не удобнее спать в своём бассейне? — что, кстати, поднимало вопрос, как собираюсь спать с ней, ведь я не могу дышать под водой. Разве что достану какое-нибудь заклинание… Хотя это могло бы стать довольно необычным опытом, будто нахожусь в камере сенсорной депривации, которую делю с прекрасной русалкой, и это не считая всех остальных ощущений.

Белла ухмыльнулась.

— Держу пари, она сможет ненадолго выбираться из воды, чтобы поиграть с нами.

— Тс-с, — мягко сказала Зара. — Я с нетерпением жду много веселья в будущем, но сейчас давайте просто насладимся этим моментом.

Предложение показалось мне идеальным. Я с удовлетворением устроился в своей знакомой постели, прижимая к себе Макса и любуясь прекрасным личиком мирно спящего сына.

Я наконец дома!

Глава 26

Две недели спустя.

Я сидел в гостиной в одном из мягких кресел у камина и нервно тянул глинтвейн. По всему дому разносились вопли Лилии. Она рожала и, как положено кошке, оповещала об этом всех в радиусе слышимости.

Напротив устроился Илин, Ванесса и Карина делили диван. На другом со смущённым и несколько растерянным видом сидел Владис. Я его позвал, чтобы обсудить новую группу, а он внезапно угодил на семейное мероприятие. Ещё несколько подруг Лилии из беженцев, что пришли поддержать её, толпились тут же.

Все женщины в доме принимали посильное участие в волнительном событии: кто-то помогал с родами, кто-то просто стоял рядом. Я сунулся было с вопросом, чем помочь, и мне вежливо, но твёрдо велели ждать в другом месте. Похоже, это стало моей постоянной ролью при рождении моих детей. На Валиноре это дело сугубо женское, мужикам тут не место.

Разговаривать не хотелось, оставалось только сидеть, ждать и думать. Мысли сами собой потекли к другим женщинам, которые носили или носят моих детей. Кто-то по обоюдному согласию, кто-то из-за моей дурацкой плодовитости. Цифра выходила такая, что на Земле вызвала бы шок, да и здесь заставляла удивлённо присвистнуть, хотя скорее с одобрением.

Если прикинуть по срокам, то сейчас, кроме Лилии, должна была родить ещё и Елена из Хасмадеи. Оставалось надеяться, что она даже не догадывается, чей это ребёнок. Я ведь прервал процесс, а о моих «особенностях» она не знала. Дело вовсе не в том, что мне хотелось бы уйти от ответственности, наоборот, я беспокоился о ребёнке, но просто не представлял, как тут можно что-то сделать, не разрушив окончательно их и без того трещавший по швам брак с Бернардом и не подставив под удар остальных детей. Надо, наверное, посоветоваться с Ирен, может, у неё найдётся какая-либо светлая идея?

Впрочем, это всё потом. Сейчас все мысли были там, наверху, где моя кошкодевушка прямо в эту минуту рожала нашего ребёнка.

Время тянулось как резина, казалось, прошла вечность, дольше, чем на всех предыдущих родах. Может, просто потому, что сидел в напряжённой тишине? Наконец вопли наверху сменились чем-то другим, смесью боли и облегчения. Все в комнате оживились. Я вскочил, едва не уронив бокал, и весь обратился в слух.

Тишина. Прошла ещё одна вечность, которая на деле, наверное, длилась минуты две-три, потом в комнату ворвалась Ирен, вся сияя.

— Поздравляю, любимый, — сказала она, обнимая меня и прижимаясь к груди. — У тебя дочка. Мы решили назвать её Анной.

Я выдохнул с облегчением, которого сам не осознавал, и крепко обнял свою невесту. Остальные тут же обступили меня, хлопали по спине, жали руку. Я едва их замечал, улыбаясь, как дурак и глядя на лестницу.

— Можно её увидеть?

— Скоро, — спокойно ответила Ирен. — Лилия хочет прийти в себя и покормить малышку. Где-то через час.

Это и понятно, но разочарование всё равно слегка кольнуло. Жутко хотелось увидеть свою новую дочь, обнять Лилию и сказать ей, какая она молодец.

Илин усмехнулся, заметив выражение моего лица.

— Это недолго, друг мой. Вполне разумное ожидание.

— Да, — согласилась Ванесса с тёплой улыбкой. — Большинство отцов не рвутся в родильную палату сразу после, рискуя увидеть то, чего видеть не хотели бы. Да и мать предпочтёт обойтись без зрителей. Роды — процесс прекрасный, но… грязноватый.

— Вот этого я точно слышать не хотел, — поспешно встрял Владис, поднимаясь. — Некоторые тайны с радостью оставлю женщинам. Пойду проверю свою лошадь.

Ирен снова упорхнула наверх, а я откинулся в кресле и достал книгу, просто чтобы чем-то занять руки. Час ожидания казался пыткой. Хорошо бы иметь нормальные часы, чтобы хоть как-то отмерять время. Здесь, в Бастионе, с часовщиками туговато, а заказ в столице Харалдара — дело долгое и дорогое. Впрочем, я его всё же сделал, ждать посылку оставалось ещё несколько месяцев.

Я поймал себя на том, что просто пялюсь в страницу, а на самом деле прислушивался к каждому шороху наверху. Поэтому вздохнул с облегчением, когда через некоторое время пришли Зара, Белла и Самира, принеся с собой Глорию и близнецов.

Я пересел к ним на диван, по очереди тиская своих малышей, пока невесты наперебой уверяли меня, что с Лилией всё в порядке, а дочка — просто прелесть.

Не мог дождаться, когда увижу её сам.

С детьми время пошло быстрее, и наконец спустилась Амализа, чтобы сказать, что Лилия готова меня принять. Мои невесты пошли со мной, прихватив детей, чтобы знакомить с новой сестрой.

Лилия полулежала на подушках, измученная, но светящаяся от счастья, держа в руках маленький свёрток в мягком одеяле. Она с гордостью посмотрела на меня.

— Знакомься, Артём, это твоя дочь.

Я улыбнулся во весь рот, шагнул вперёд и осторожно взял малышку на руки. Бархатистые кошачьи ушки и тёмный пушок на голове. Она близоруко моргала огромными голубыми глазами. Это в меня, но вся хрупкая красота от матери.

Я смотрел на неё, казалось, вечность, потом со слезами на глазах взглянул на Лилию.

— Она прекрасна!

— Наша красавица, — согласилась она, устало, но искренне, и похлопала по кровати рядом.

Я осторожно пристроился рядом. Она прижалась ко мне, довольно мурлыча и с тихим восторгом поглаживая шёлковые ушки дочери.

— Наша малышка, — прошептала она. — Наша маленькая Анна.

Я оглянулся на остальных, свою семью, друзей, собравшихся вокруг, чувствуя себя абсолютно счастливым.

В последнюю неделю месяца Весеня, который на Валиноре примерно соответствует нашему марту, я встал ни свет ни заря. Почти год прошёл с тех пор, как попал сюда и начал новую жизнь.

Дел на утро накопилось невпроворот: перетянуть тетиву на луке и как следует подготовиться к выходу. Сегодня у нас по плану дневная охота на монстров с целью подкачать команду.

Мой лук — моя гордость. Делали его на заказ в Тверди, и мастер-оружейник корпел над ним не один день. В его основу легла одна из веток железного дерева, что остались от Смотрителя Древнего Рубежа, твари 39-го уровня. В итоге получился Большой Железный Лук, превосходное оружие 40-го уровня.

Это оказался мой первый лук, который требовал не только ловкости, но и большой силы. Даже с моими подросшими параметрами я чувствовал, как гудят мышцы плеч и спины каждый раз когда натягивал тетиву этой махины. Стрелы для него тоже, само собой, делал на заказ. Нестандартные, чуть ли не в полтора раза длиннее обычных.

Чтобы натянуть тетиву, приходилось приложить недюжинное усилие, зато бил он шикарно. Он отлично прошивал доспехи, входя в них, словно игла в мягкую ткань, а по незащищённой туше или лёгкой броне урон шёл ещё больше. Добавить к этому мои навыки Стремительный и Быстрый выстрел, и я мог поливать врагов стрелами как из пулемёта. Обратная сторона медали — тетива от такой нагрузки часто рвалась, так что приходилось таскать с собой запасные и постоянно возиться с заменой.

В пару к луку шёл клинковый железный посох, по сути, копьё тоже 40-го уровня и отличного качества. Правда, что досадно, в дело я его пускал редко. К нему прилагался приятный бонус: десятипроцентный шанс оглушить врага на пару секунд при ударе набалдашником. А в ближнем бою он бы крушил черепа только так.

Как ни странно, главной фишкой сорокового уровня для меня стала возможность наконец-то взять в руки это оружие. Нет, каждый десятый уровень всегда давал что-то интересное, но именно сейчас я впервые отчётливо ощутил минус своего класса Охотника. До этого система подкидывала мне в основном полезные навыки для выживания и нанесения урона, а тут…

Способностью 40-го уровня стали Дикие ловушки. Навык открывал мне доступ к рецептам двух ловушек, с обещанием предложить кое-что поинтереснее на будущих уровнях. Первая ловушка стопорила врага на пять секунд, а потом ещё секунд на двадцать замедляла его, вторая вешала мощное кровотечение на те же двадцать секунд. Полезно, конечно, но не совсем прорыв.

Готовясь к зачистке логова 40-го уровня, которое обнаружил в Соколиных горах к югу, я собирал команду. Владис пока не дотянул до сорокового, но это было дело пары дней.

Жду не дождусь.

На всякий случай я всегда таскал с собой пару корневых и одну кровопускающую ловушки, но для этой вылазки прихватил солидный запас и тех, и других. Чуйка подсказывала, что там они точно пригодятся.

От работы меня отвлекло появление Ирен. Я невольно залюбовался своей рыжей бестией, стоящей в дверях. Чёрт, до чего же она хороша в этой своей белой ночной рубашке до самых щиколоток! Свет из столовой падал из-за спины, и тонкая ткань просвечивала, обрисовывая контуры её миниатюрной фигурки. Беременность уже стала заметна, и небольшой упругий животик соблазнительно округлял её изгибы. Аж руки зачесались, так захотелось провести по нему ладонью!

Ирен тихонько рассмеялась.

— Я знаю этот взгляд, — поддразнила она. — Мия уже рвётся взять управление на себя и немного пошалить, но времени нет, — она махнула рукой. — Пошли, надо седлать коней и выдвигаться. Джохар уже в конюшне.

Я моргнул.

— Куда? Решила присоединиться к нам сегодня на охоту?

— Боюсь, что нет, — моя рыжеволосая умница досадливо фыркнула. — Хотела сделать сюрприз, но… Триса обещала приехать ещё вчера с караваном из Тераны, но они прислали гонца. Еле доскакал; говорит, её повозка застряла в паре-тройке километров отсюда, и они никак не могут её вытащить.

Ничего удивительного. Русалка, ясное дело, тряслась не на сухой телеге, а ехала в специальной повозке с бассейном. Учитывая вес воды и весеннюю распутицу, которая превратила наши грунтовки в сплошное месиво, я вообще удивлялся, как они так далеко забрались.

Я отложил лук и поднялся.

— Ладно, поехали! — я вскинул бровь, глядя на неё. — Только тебе не кажется, что для начала стоит одеться?

Ирен опустила взгляд на свою ночнушку и густо покраснела.

— Точно, — деловито сказала она. — Так закрутилась с организацией, что про очевидное и забыла. Я мигом!

Усмехнувшись, схватил наши пальто и плащи. Через пару минут она вернулась уже в своей походной одежде, которая заметно обтягивала её талию. Прежде чем выйти, я притянул её к себе и нежно поцеловал.

И вот мы уже в сёдлах, скачем по обочине рядом с раскисшей колеёй, которую с натяжкой можно назвать дорогой на Терану. Да, видимо, придётся раскошелиться и отсыпать её гравием. Ну или сделать, как предлагала Лейланна: выровнять и хорошенько пропечь огненной магией. Должно получиться нечто вроде асфальта.

Интересно, дадут ли мне третью награду за прогрессорство, если я внедрю на Валиноре цемент? Я до сих пор удивлялся, почему его тут нет, технология-то простейшая! Или, раз уж пошла такая пьянка, может, сразу асфальт?

Впрочем, сначала надо решить проблему с известняком. На Земле его добывали карьерным способом, но здесь таких месторождений я пока не видел, хотя, учитывая местную геологию и обилие пещерных систем, они точно должны быть. Может, стоит поговорить с геологами из Тверда или с теми гномами-каменотёсами, что строили фундамент нашего поместья?

А что если я ошибаюсь насчёт простоты? На Земле цементное производство развивалось веками. Возможно, здесь просто не дошли до нужного сочетания материалов и температурного режима, или есть какие-то магические аналоги, которые работают лучше? Алхимики наверняка знают составы, способные скреплять камень намертво.

С другой стороны, внедрение земных технологий может кардинально изменить этот мир. Хорошо ли это? Я уже изменил многое. Каждое моё действие создаёт волны, последствия которых невозможно предсказать. Что будет, если дороги станут лучше? Торговля ускорится, города начнут расти, изменится вся логистика… А если я покажу им современную архитектуру, промышленные технологии?

Только вот к чему это приведет?..

Глава 27

Нет, пожалуй, начну с малого — с цементирования наших дорог. Посмотрю, как отреагируют местные, и уж потом решу, стоит ли прогресорствовать дальше.

— Как долго русалки могут обходиться без воды? — спросил я, поравнявшись с Ирен. А то ещё станет Триса пленницей в нашем поместье, засядет в пруду, и никуда её не перевезти. У меня и повозки-то с бассейном нет.

Она, казалось, прочла мои мысли.

— Несколько часов и дольше, если регулярно поливать их водой, — она сделала паузу, и в глазах заплясали черти. — Или другими жидкостями. — Ирен рассмеялась, глядя на моё вытянувшееся лицо. — Не переживай, Триса сможет провести с нами ночь в постели, если захочет.

Фух, гора с плеч! Значит, у неё есть хоть какая-то свобода передвижения. И, надо признать, мысль прижаться во сне к прекрасной русалке мне определённо нравилась.

— А ходить она сможет? — уточнил я. — Надо было додуматься и заказать для неё инвалидную коляску.

Она весело расхохоталась.

— Не нужно. По земле русалки передвигаются на хвостах как наги, правда, им это даётся с большим трудом.

— Наги? — переспросил я, и мысль о змееподобных женщинах меня ощутимо взбодрила. — То есть я могу…

Моя невеста рассмеялась ещё громче.

— Да, можешь. И не волнуйся, ещё успеешь.

Вот это подгон!

Пару минут мы ехали молча.

— Зато теперь, — пошутил я, — когда Триса приедет, мы сможем использовать её бассейн для совместных купаний.

К моему удивлению, Ирен смерила меня ледяным взглядом.

— Ты хочешь устроить оргию в её спальне?

Я поморщился.

— Ну, если так формулировать, то, конечно, нет…

Её суровое лицо тут же смягчилось, и она прыснула со смеху.

— Хотя, зная Трису, ей эта идея наверняка понравится. Отчего бы не пригласить всех поплескаться с ней в бассейне?

Я вспомнил, как мы проводили время в её бассейне в Кобране и почувствовал, как в штанах становится тесно.

— Раз уж зашёл такой разговор, я бы хотел построить настоящую баню, особенно с учётом того, что гарем потихоньку растёт.

Ирен ухмыльнулась.

— Учитывая, что заклинание Зары очищает нас лучше любой ванны, полагаю, баня тебе нужна не только для чистоты?

— Ну да. Это больше для расслабления. Для души.

Она озадаченно посмотрела на меня.

— Иногда, даже когда Мия рассказывает мне о Земле, я всё равно ничего не понимаю. Разве бассейн не для того же, не для расслабления?

— Это разный отдых. Ванна или баня чтобы отмокнуть, расслабить мышцы, а бассейн чтобы играть и дурачиться, — я ухмыльнулся. — Не говоря уже о том, что я смогу увидеть вас всех в бикини. Будем плавать на надувных кругах, устраивать бои на плечах и часами валяться на солнце.

Моя невеста покачала головой с притворным отчаянием.

— Понятия не имею, что такое «бикини», но звучит развратно, — она склонила голову набок, явно слушая Мию, затем снова хитро посмотрела на меня. — А, поняла! Это, по сути, как наше самое откровенное бельё.

— И это абсолютно приемлемо, — весело подтвердил я.

На её лице расплылась лукавая ухмылка, и я понял, что инициативу перехватила Мия.

— Знаешь, в этих твоих «бикини» что-то есть, — она наклонилась в седле, понизив голос до страстного шёпота. — Думаю, закажу себе такое зелёное, которое даже твои земляки сочли бы непристойным, просто чтобы посмотреть, как у тебя глаза на лоб полезут.

Я рассмеялся, а в паху снова потеплело от одной только мысли об этом.

— Ну вот и ещё один стимул закончить бассейн побыстрее.

Её улыбка стала ещё шире.

— А что, если я скажу, что как только расскажу об этом остальным, они все захотят посоревноваться, кто сошьёт для тебя самый сексуальный купальник, а потом потребуют устроить показ мод, чтобы ты лично вынес вердикт?

— О, чёрт возьми, да!

Мия театрально постучала пальцем по губам.

— Хм, а что именно получит победительница? — её голос зазвучал мягче, обретя те особые нотки, которые Мия использовала, когда хотела меня поддразнить. — Ночь наедине с тобой? Или что-то более… творческое?

Я почувствовал, как уши начинают гореть.

— Мия, ты играешь с огнём.

— О, я люблю рисковать, — она наклонилась в седле ещё ближе, понизив голос до соблазнительного шёпота. — Знаешь, я уже придумала свой дизайн. Представь, бикини изумрудно-зелёного цвета в тон моим глазам, такие крошечные, что даже развратные модницы твоего мира сгорели бы от стыда.

Моё воображение немедленно нарисовало эту картину, и в штанах стало совсем неуютно.

— И как ты планируешь такое… носить на публике?

Мия рассмеялась звонко и совершенно бесстыдно.

— А кто сказал, что на публике? Это предназначено исключительно для твоих глаз. Хотя… — она сделала многозначительную паузу, и в её взгляде заплясали озорные огоньки, — возможно, я позволю остальным девочкам тоже посмотреть. Чисто для сравнения, конечно.

— Мия!

— Что? — она изобразила невинность, но лукавая улыбка выдавала её. — Разве ты не хочешь увидеть, как Зара попытается создать нечто ещё более провокационное, или как Лейланна подойдёт к задаче со всей своей научной дотошностью?

Я попытался вообразить эльфийку, разрабатывающую купальник как инженерный проект, и едва не рассмеялся.

— А Лили?

— О… — Мия задумчиво покачала головой. — Боюсь, она создаст нечто настолько элегантное и изысканное, что мой развратный дизайн покажется детским лепетом.

— Считаю, нас ждёт… интересное соревнование.

— Ещё бы! — она весело подмигнула. — А я уже подумываю над правилами. Каждая участница должна продемонстрировать свой купальник лично, принимая завлекательные позы. Оценка по десятибалльной шкале.

— Ты серьёзно хочешь превратить это в конкурс красоты?

— А что такого? — Мия пожала плечами с убедительной невинностью. — Просто небольшое дружеское соревнование между жёнами. Разве это не мило?

Я покачал головой, не переставая улыбаться.

— Вы все сумасшедшие!

— Именно поэтому ты нас и любишь, — она подмигнула и, судя по изменившемуся выражению лица, инициативу снова перехватила Ирен. — Хотя должна признать, идея с показом мод довольно забавная.

Вскоре на дороге впереди показался застрявший торговый караван.

Картина выглядела пренеприятно: массивная повозка с бассейном для Трисы завязла в грязевой яме по самые оси, словно гигантский корабль, севший на мель, а мутная вода плескалась за бортами, угрожая вот-вот перелиться через край. Вокруг без толку копошились промокшие насквозь люди: охранники, возничие, несколько торговцев из основного каравана.

— Господин! — к нам подбежал измученный человек средних лет, очевидно, главный торговец. Грязь покрывала его с головы до ног, превращая некогда добротную одежду в жалкое подобие тряпок. — Слава богам, что вы здесь! Мы уже третий час пытаемся вытащить эту проклятую повозку!

Я спешился и подошёл поближе, чтобы оценить ситуацию. Колёса просели в размякшую глину почти на треть. Восемь упряжных коней, запряжённых в экипаж, устало переминались с ноги на ногу, покрытые пеной и грязью от предыдущих попыток выдернуть повозку из западни.

— Сколько здесь воды? — спросил я, заглянув в бассейн.

— Почти тонна, господин, — ответил возничий, вытирая грязные руки о штаны. — Русалке нужна полная ёмкость, иначе она не выживет в дороге.

Понятно. Тонна воды плюс вес самой повозки, плюс грязь, которая присосалась к колёсам. Неудивительно, что кони не справлялись.

— Ирен, — позвал я, — есть идеи?

Она обошла повозку кругом, внимательно изучая ситуацию.

— Если бы здесь была Лейланна, она могла бы просушить дорогу магией огня или заморозить грязь, чтобы создать твёрдую поверхность, — задумчиво проговорила она. — А так… нужна грубая физическая сила и правильно приложенные усилия.

Я кивнул и подошёл к возничему.

— У вас есть прочные канаты?

— Да, господин, несколько хороших пеньковых.

— Отлично, — я оглянулся на людей из каравана. — Все, кто может держать лопату, отправляются подкапывать колёса. Нужно убрать грязь, которая их заблокировала. Остальные готовят канаты.

Следующие полчаса превратились в настоящую битву с природой. Люди по очереди ползали под повозкой, выгребая липкую глину голыми руками и импровизированными лопатами. Грязь липла ко всему, что можно, затекала за воротник, под рукава, набивалась в сапоги.

— Так, теперь канаты, — скомандовал я, когда колёса оказались относительно освобождены.

Мы закрепили толстые пеньковые верёвки за задние опоры повозки, протянув их к нашим коням, и добавили к упряжке двух лошадей охранников.

— По моей команде! — крикнул я. — Раз, два… взяли!

Кони рванули вперёд, натягивая канаты до предела. Повозка скрипнула, шевельнулась… и снова увязла.

— Ещё раз! — пот заливал глаза, несмотря на прохладную погоду. — Дружнее!

На этот раз несколько человек толкали повозку сзади, упираясь плечами в борта. Жижа хлюпала под ногами, но повозка медленно, со скрипом и стонами начала выбираться из западни.

— Есть! — радостно выкрикнул кто-то из торговцев.

Ещё одно усилие, и повозка с чавканьем вырвалась из грязевого плена, покатившись по более твёрдому участку дороги.

Чуть в стороне, скрестив руки на груди и с видом вселенской скорби на лице, на собственном хвосте сидела Триса. Её тело прикрывало лишь тонкое хлопковое платье, и это при том, что утренний морозец ощутимо кусал за щёки. Огромный, уже явно предродовой живот резко выделялся на фоне в целом стройной фигуры.

Чёрт, хоть она и провела в дороге не одну неделю и выглядела, мягко говоря, потрёпанной, всё равно натянул поводья и на секунду замер. Просто смотрел на неё, на эту невероятную русалку. Память не передавала и десятой доли того, насколько красива Триса.

Глаза цвета морской бездны, как и её длинный, мощный хвост. Волосы бледные, зеленовато-голубые, точь-в-точь морская пена на гребне волны, аристократически-бледная кожа, как у Ирен. Видимо, сказывалась жизнь под водой, где солнца почти не бывает.

Я помнил её почти нереально стройной, и даже сейчас, с огромным животом, её фигура не потеряла своей грации. Не мог не отметить и то, что её и без того пышная грудь стала ещё больше.

Но главное — она вся светилась каким-то особым внутренним светом, и от осознания, что она носит моего ребёнка, её красота становилась просто ошеломляющей.

— Триса! — взвизгнула Ирен, соскальзывая с седла и бросаясь к ней. Она крепко обняла мокрую и взъерошенную русалку. — Надо же! Проделать такой путь из самого Кобрана и застрять прямо у нашего порога! Считай, повезло.

— К чёрту повозку, слава Богине, это путешествие закончилось, — выдохнула Триса, обнимая Ирен в ответ. — Ненавижу трястись по дорогам.

Ещё бы! Учитывая, что ей пришлось ехать в тесном баке с водой, тут кого угодно возненавидишь.

Взгляд Трисы метнулся ко мне. Она тут же отстранилась от Ирен, её бледные щёки залил румянец, и она принялась судорожно приглаживать растрепавшиеся волосы.

— Ирен, зачем ты его притащила⁈ — яростно прошипела она. — Могла бы и предупредить, я бы хоть в порядок себя привела!

Я спешился и подошёл ближе.

— Если ты так выглядишь после нескольких недель адского путешествия, то я боюсь представить, какая ты в обычной жизни. Наверное, просто ослепительна, — я взял её тонкую руку и коснулся губами тыльной стороны ладони. — Добро пожаловать в Мирид, Триса. Я очень рад тебя видеть.

Румянец окрасил её щёки ещё гуще.

— А ты стал куда увереннее в себе с нашей последней встречи, — заметила она.

Мия, подошедшая следом, рассмеялась и тоже обняла русалку.

— Это побочный эффект, — подмигнула она. — Когда у тебя несколько невест и любовниц, которых ты регулярно осчастливливаешь, уверенность растёт сама собой.

Я почувствовал, как теперь уже мои щёки начинают гореть.

— Может, оставим пока фургон? — поспешно сменил я тему. — Отцепим лошадей и поедем в поместье. Уверен, вы обе мечтаете о горячей ванне и нормальной постели.

— Конечно, — кивнула Триса, откидывая со лба прядь волос цвета морской пены. Она посмотрела на меня почти смущённо. Сидя на хвосте, она была ростом почти с Зару. — Можно я поеду с тобой, Артём?

— Сочту за честь, — я шагнул к ней и протянул руки. — Позволишь?

— Пожалуйста.

Она подняла руки, и я, наклонившись, осторожно поднял её. Одной рукой подхватил под мощный хвост, другой под плечи, стараясь не задеть живот. Она чуть подвинулась, устраиваясь удобнее, и с усталым вздохом положила голову мне на плечо.

Триса оказалась на удивление лёгкой, её чешуя, гладкая, как полированный камень, неожиданно тёплой, а кожа наоборот, прохладной и нежной, без единого волоска. Чёрт, а её приятно держать в руках! Было совершенно очевидно, что хоть мы и едва знакомы, она не против стать мне ближе.

Ирен нежно погладила хвост подруги, её глаза сияли.

— Пойдём, дорогая, — прошептала она. — Пойдём домой.

Я донёс свою ношу до лошадей и аккуратно усадил Трису в седло. Опыта верховой езды у неё, судя по всему, не было от слова «совсем», так что я сел сзади, обхватил её и усадил к себе на колени, чтобы она не свалилась. Её гибкий хвост тут же взметнулся и обвился вокруг моей спины в неожиданно интимном объятии.

Триса прижалась ко мне своим огромным животом. Я повёл лошадь шагом и поймал на себе её мягкую улыбку.

— Хочешь потрогать? — прошептала она, взяв мою руку и прижав к своей округлости. — Он родится всего через пару недель, а сейчас постоянно толкается.

— Он? — спросил я, затаив дыхание. Внутри, под моей ладонью, что-то отчётливо шевельнулось.

Ирен, поравнявшись с нами, хихикнула.

— Мия нам обеим испортила сюрприз, — призналась она.

Я уже знал, что моя рыжеволосая невеста ждёт сына, и сейчас, узнав, что у меня появится ещё один, в груди что-то потеплело. Сын! Мой сын-русал! Я его ещё в глаза не видел, а уже был готов любому перегрызть за него глотку.

— Сын, — пробормотал я, нежно поглаживая живот Трисы.

Она мечтательно вздохнула и посмотрела на меня своими бездонными синими глазами.

— Наш сын.

Я перевёл взгляд на Ирен. Она смотрела на нас, в её больших зелёных глазах блестели слёзы радости. Она улыбнулась, и я, прижимая к себе русалку, улыбнулся в ответ.

Дорога до дома пролетела незаметно в весёлой болтовне. Я узнал немного больше о ней, о её жизни в Кобране и об Ордене Безымянной. О том, как Ирен с другими сёстрами спасли её, брошенную рабыню, из сточных канав столичного Кобрана, полумёртвую и отчаявшуюся.

Кстати, о моих замечательных женщинах. Они уже ждали нас у ворот, кутаясь в тёплые плащи.

Зара, конечно, сразу узнала русалку и бросилась её обнимать, восторженно охая над её животом и обещая познакомить с Глорией, как только мы войдём в дом. Мэриголд, и как всегда, встретила её с открытой улыбкой, Белла буквально подпрыгивала от нетерпения, а Лейланна тут же начала рассказывать о стае русалок, с которыми ей довелось повстречаться в своих странствиях.

Лилия, с её вечной жаждой знаний и романтики, засыпала Трису вопросами о подводной жизни и обычаях её народа. Узнав, что та родилась в неволе и почти ничего не знает о своих сородичах, даже языка, она расстроилась, но тут же прониклась сочувствием.

Самира, проигнорировав наши уговоры отдохнуть, уже принесла дымящиеся чашки травяного чая и принялась опекать новенькую со своей обычной основательностью.

В этом вихре мы устроили Трисе быструю экскурсию по поместью. Показали сад, который Лейланна уже вовсю преображала, освобождая место будущего бассейна с джакузи, сарайчик с розовой слизью, которая должна поддерживать чистоту в воде, и прочие хозяйственные постройки.

— А что это за красивые проволочные узоры на стенах? — спросила Триса, указывая наверх.

Я взглянул на колючую проволоку, и в горле неприятно запершило. Фендал! Память об этой твари до сих пор отравляла нам жизнь. Остальные девушки тоже помрачнели.

— Это мера безопасности, — ответил я. — Но раз ты считаешь её красивой, отлично. Я как раз планировал её оставить.

Чтобы сменить тему, я повёл Трису знакомиться с Астерией, моей дочерью-растением. С приходом тепла она наконец-то протянула к солнцу тонкий побег с двумя нежными листочками на макушке.

— Здорово, мелочь! — сказал я, осторожно проводя пальцем по листу. — Это я. Хочу тебя познакомить с Трисой. Она приехала из Кобрана и скоро родит тебе младшего братика.

Русалка грациозно наклонилась и коснулась губами листьев.

— Привет, Астерия. Какая ты славная! Расти большой и сильной, надеюсь, мы станем подругами.

Может, мне и показалось, но листья в ответ качнулись чуть сильнее.

На этом экскурсия по улице закончилась. Мы завели Трису в дом, проведя по основным комнатам. Она ахнула, увидев систему отопления, а у водопровода чуть не пустила слюни.

— Он подаёт воду, куда захочешь? — спросила она с широко раскрытыми глазами. — И её можно просто лить?

— А ещё я нагреваю половину баков, так что у нас есть и горячая, и холодная, — с гордостью вставила Лейланна.

Русалка, как заворожённая, подставила руку под струю воды на кухне.

— Это самое невероятное, что я видела! — прошептала она. — А у меня в комнате будет такое? Мне правда положена такая роскошь?

Я не сдержал ухмылки.

— Не только это. У меня для тебя ещё сюрприз с бассейном.

— Можно посмотреть прямо сейчас? — с нетерпением спросила она, хватая меня за руку. — Остальной дом потом осмотрим!

— А как же завтрак? — жалобно протянула Мэриголд, пока я, увлекаемый Трисой, шёл по коридору. — Время-то уже вышло!

Ну да, наша старшая горничная — сама пунктуальность. Ни минуты простоя!

— Попросим слуг перенести вещи Трисы в её комнату, — с улыбкой сказала Ирен. — У меня чувство, что мы там задержимся.

— О, ну ладно! — просияла розоволосая гномка и поспешила за нами.

Меня немного смущало, что комната Трисы находилась на первом этаже, в дальнем углу, в то время как мы все спали наверху. Но это оказалось единственным местом в доме, куда технически можно было встроить бассейн.

Впрочем, её это, кажется, ничуть не смутило. Она с нетерпением металась туда-сюда перед дверью, пока Ирен торжественно не распахнула её.

Русалка скользнула внутрь и замерла, ахнув от восторга.

— О, Артём! Это идеально!

Стены и потолок мы выкрасили в тёмно-синий цвет, создав иллюзию глубокого морского грота. Эффект усиливали светящиеся камни, спрятанные за волнистыми синими панелями. Пол выложили гладкими камнями, покрыв их мягким мхом. Сам бассейн, большой и глубокий, имел неправильную, как бы природную форму, с удобным подводным уступом вдоль стен, на котором можно было сидеть. На дне с одной стороны мы уложили мягкую частую сетку, специальное ложе для сна. Признаться, я бы и сам не отказался на таком подремать, если бы умел дышать под водой.

Триса без ложного стеснения сбросила платье, явив себя во всей красе, и с радостным визгом скользнула в воду, почти не подняв брызг, несмотря на её огромный живот. На мгновение под водой мелькнули её бледная кожа и волосы цвета морской пены, а в следующую секунду она вынырнула, вся сияя.

— Тёплая!

Лейланна кивнула, тоже улыбаясь.

— Я нагрела к твоему приезду и могу подогревать, когда захочешь.

— Спасибо, но тепло мне нужно в основном для гостей, — Триса блаженно потянулась в воде. — А ну-ка все сюда! Давайте плавать!

Девчонок дважды просить не пришлось. Одежда полетела на пол, и они одна за другой попрыгали в бассейн. Мэриголд как всегда отличилась, войдя в воду «пушечным ядром» и подняв кучу брызг.

Я разделся вместе со всеми, чувствуя себя немного неловко под пристальным взглядом русалки, который, казалось, раздевал меня на месте. К этому моменту я имел близость уже с десятком женщин, с Трисой у нас тоже всё было, но даже так её восхищённый вздох заставил меня покраснеть.

— Я и забыла, какой ты красивый, — пробормотала она. — Боги, да с тебя можно лепить статуи!

Я поспешно скользнул в воду.

— А вот и сюрприз! — выпалил я, чтобы сменить тему, и тут же чертыхнулся. — Чёрт, я же забыл!

Лейланна рассмеялась.

— Не волнуйся, я всё сделала. Подумала, что ты захочешь похвастаться.

С облегчением улыбнулся и, обняв эльфийку, поцеловал в щёку.

— Спасибо!

Я повернулся к Трисе. Она подплыла совсем близко, с любопытством заглядывая мне через плечо, пышная грудь соблазнительно прижалась к моей спине.

— Видишь эти два рычага, утопленных в стене? — спросил русалку, указывая на них рукой. — Если потянуть верхний…

Потянул, и в соседней комнате заработал механизм. Девчонки взвизгнули и отплыли от стен, когда из дюжины форсунок ударили струи пузырьков, превращая поверхность воды в бурлящую пену.

— Ух ты! — взвизгнула Триса, радостно вращаясь штопором посреди этого хаоса. — Пузырьки! Это что, магия?

— Тот же принцип, что и с водопроводом, — пояснил я.

— Потрясающе! — она медленно поплыла вдоль стены, тихо постанывая от удовольствия, когда пузырьки щекотали её кожу и чешую. — Так щекотно! Просто чудесно!

Внезапно она замерла, а потом хихикнула.

— Ого! — протянула она. — Вот это да! Надо запомнить на будущее.

Я проследил за её взглядом и сдержал улыбку. Одна из подводных форсунок била струёй аккурат в то самое место между её хвостом и телом.

Я выключил пузыри под разочарованные стоны остальных.

— Этот рычаг для пузырей, — сказал я и указал на второй. — А этот переключает на струи воды.

Потянул за него, и вода снова пришла в движение, хоть и не так заметно.

— О-о-о! — воскликнула Лилия, подплывая к одной из форсунок и подставляя под струю спину. — Это как подводный массаж!

— Именно так это и называется, — хмыкнула Зара и с озорным смешком пристроилась к другой форсунке. Её тихий стон не оставлял сомнений в том, для чего ещё можно использовать данное устройство.

Я мысленно вздохнул. Через пару секунд большинство форсунок уже оказались заняты, а бассейн наполнился тихими стонами и довольным хныканьем. М-да, долго ждать не пришлось. Вот ведь дал девкам новую игрушку! Впрочем, чего уж тут жаловаться…

Внезапно мягкие руки легли мне на бёдра. Я вздрогнул и посмотрел вниз. Прямо передо мной под водой зависла Триса, её тёмно-синие глаза, глядящие снизу вверх, обещали всё на свете. Она беззвучно прошептала губами «спасибо», а потом… Потом я почувствовал, как её мягкие губы дарят мне благодарность, от которой по телу пробежал электрический разряд, и мир сузился до этого бассейна и этой невероятной женщины.

Меня будто парализовало. Она обхватила мой член обеими руками, и её тёплый влажный рот начал творить что-то запредельное, затягивая всё глубже. А потом она перевернулась на спину прямо в толще воды, и у меня перед глазами оказалась вся картина: её полная грудь с твёрдыми бледно-розовыми сосками, огромный беременный живот и… то самое место, откуда начинался хвост. Упругие складки кожи разошлись, приоткрыв влажную розовую щель, словно приглашая.

Я ошарашенно замер, а потом запустил руки в её волосы, похожие на шелковистые водоросли, что колыхались вокруг головы. Она приняла меня ещё глубже, до самого горла.

Чёрт!

Я вспомнил наш первый раз, она и тогда делала это под водой. Незабываемо! С её-то жабрами, когда не нужно выныривать за каждым глотком воздуха, можно продолжать вечно.

К моему удивлению, она потянула меня за руку, увлекая всё глубже и глубже, пока в ушах не заломило от давления, а потом её губы накрыли мои плотно, герметично. Это был не просто поцелуй, я почувствовал, как она вдыхает мне в рот сладковатый, насыщенный кислородом воздух.

Что за⁈

Я попробовал отстраниться, чтобы выдохнуть, но она удержала меня, настойчиво промычав что-то в губы и надавив на грудь. Сигнал дошёл не сразу. Наконец я рискнул и неуверенно выдохнул ей в рот. Триса довольно хмыкнула, приняв мой воздух, и тут же вернула его обратно, сладкий, насыщенный кислородом.

Как она это делает?

Я рискнул открыть глаза, на такой глубине было больновато смотреть, и утонул в её тёмно-синих, полных любви глазах. Перевёл взгляд ниже, на её шею, и увидел, как трепещут, открываясь и закрываясь, жабры. Она дышала под водой и давала дышать мне.

Её мягкие руки обвили меня, прижали к себе. Мощный удар хвоста, и вот мы уже в сетчатом гамаке, который удерживает нас, покачивая в слабых подводных течениях.

Я обнял её в ответ, чувствуя, как беременный живот упирается в мой. Не думаю, что я когда-либо ощущал такую связь с кем-то, даже с Лигеей, когда мы сплетались корнями. Здесь, под водой, деля одно дыхание на двоих, мы находились в своём собственном отдельном мире.

Её руки заскользили по моей груди, плечам, волосам, сжали с неожиданной силой ягодицы. Я не остался в долгу, проводя ладонями по её шёлковой коже, по плечам, по груди, дразня упругие соски, пока она не застонала мне в рот. Осторожно погладил её круглый живот, потом прошёлся по бокам, слегка пощекотав рёбра, вверх по спине, зарываясь пальцами в её волосы. Под водой они казались ещё приятнее, тоньше и почти не путались. И снова вниз, туда, где гладкая кожа переходила в чешую, где у обычной женщины была бы задница. Я сжал её и притянул к себе.

Она сделала то же самое, и в следующий миг мы соединились снова.

Не знаю, успел ли я «остыть» или нет, но член снова стал твёрдым как камень. Я не удивился, когда почувствовал, как его головка скользит между упругими складками плоти русалки. Тугое влажное тепло охватило меня, приглашая войти до конца, она застонала, и наше дыхание стало единым.

На глубине шести метров, в гамаке, связанные поцелуем и телами, мы трахались так, как и вообразить себе невозможно. Я полностью доверил ей своё дыхание, своё тело, ощущая лишь её и ласковое давление воды вокруг.

Моя русалка кончила первой, и мягкие стенки сжались вокруг меня, а потом ещё и ещё, всё сильнее. Я почувствовал, что тоже на пределе, задвигался быстрее, нащупал между её упругими губами твёрдую жемчужину и принялся яростно её наглаживать.

Она закричала мне в рот. Это был её самый мощный оргазм, и он затопил меня кислородом до головокружения. Я вжал её в себя и излился в её глубину густыми горячими толчками, которые, казалось, не закончатся никогда.

Обессиленные, мы просто качались в объятиях друг друга, дыша как единое целое, всё ещё соединённые.

Затем смутно почувствовал, как слабеет давление в ушах; мы поднимались. Я смотрел в её глаза, и по мере приближения к поверхности они наполнялись светом. В этих бездонных синих омутах я видел море счастья и принятия, и, надеюсь, она видела то же самое в моих.

Мы вынырнули. Она запрокинула голову, и я заметил, что её жабры оказались над водой. Я хотел удержать Трису, не разрывать поцелуй, но понял, что ей тоже нужен воздух.

Чёрт, как бы я хотел сейчас дать ей дыхание, как она давала мне!

Пришлось отстраниться. Мы одновременно жадно глотнули свежего воздуха, не отрывая взгляда друг от друга.

— Любимый мой, — прошептала она, убирая мокрые волосы с моего лба.

Я обхватил её лицо ладонями и мягко поцеловал, на находя слов. То, что мы пережили, в них не нуждалось. Я просто прижался своим лбом к её, и мы стояли так, дышали вместе, всё ещё чувствуя сплетение наших тел под водой.

Вокруг уже суетились мои жёны и остальные, что-то говорили, обнимали нас, но я их почти не замечал. В ушах гудело, перед глазами лишь Триса…

— Добро пожаловать в семью, — наконец выдохнул я, снова целуя её. — Добро пожаловать домой.

* * *

На следующее утро проснулся от странного, но приятного ощущения: я лежал на подстилке из мха, который сладко пах. Рядом, в моих объятиях, спала Триса, а к спине прижималось ещё одно тёплое тело. Ирен.

Точно! Мои жёны вчера настояли, чтобы я провёл ночь с русалкой и жрицей. Получилось на удивление уютно: Лейланна снова подогрела воду в бассейне, и от него в комнате стало тепло, хоть и влажновато.

Правда лежание на каменном полу, покрытом тонким слоем мха, уже начинало отзываться болью в бедре и плече. Надеюсь, девчонкам не так жёстко?

Дверь резко распахнулась.

— Поздравляю, дорогая! У тебя… Ого! Ты что, проспал рождение собственной дочери⁈ — знакомый голос Лейланны прозвучал с удивлением и укором.

— Что? — сонно переспросил я, сонно моргая на эльфийку. Она стояла в дверях, скрестив руки под своей пышной грудью.

Лейланна цокнула языком:

— У Самиры сегодня рано утром роды начались. Мы посылали Лилию сказать вам…

Сдержав ругательство, я осторожно, но быстро высвободился из тёплого плена и вскочил на ноги. Каменный пол под слоем мха неприятно холодил ступни. Пока шёл к двери, в комнату, пошатываясь, ввалилась кошкодевушка, сонно протирая глаза.

— Кто-то звал меня? — пробормотала она.

Лейланна нахмурилась:

— Совсем обленилась, соня? Мы дали тебе поручение, а ты завалилась спать?

— Не ворчи на меня, — заныла Лилия, что делала крайне редко. — Я подумала, Артём будет только нервничать, если я его разбужу. Разве не лучше проснуться и сразу узнать хорошие новости?

Ирен и Триса тоже проснулись от их перепалки, и рыжеволосая жрица неодобрительно посмотрела на Лилию:

— Почему ты решила, что он не захочет побыть рядом хотя бы мысленно и поддерживать Самиру всё это время?

Лейланна кивнула:

— Это и по отношению к ней нечестно. Она-то думала, что ты его разбудила, и его поддержка придавала ей сил.

Кошкодевушка надула губы:

— Ладно, ладно! Просто Белла попросила присмотреть за Милой, и я решила вздремнуть пару минут. Сами знаете, как тяжело с малышкой в последнее время.

Ирен вздохнула уже мягче:

— Если тебе нужен отдых, надо было просто сказать. Ты, может, и не входишь в гарем, но ты наша подруга и мать ребёнка Артёма. Мы все тут друг за друга!

Оставив их разбираться, я на ходу натянул штаны и понёсся по коридору, а потом вверх по лестнице к главной спальне. За дверью слышались тихие счастливые голоса. Я постучал.

— Самира? — тихо позвал я.

— Входи, любимый! — её голос звучал устало, но счастливо. — Иди посмотри на нашу малышку!

Я ворвался в комнату. Моя невеста-хобгоблин полулежала в кровати, попивая воду из стакана. Её светло-каштановые волосы слиплись от пота, лицо осунулось, но она буквально светилась изнутри.

На груди она держала неожиданно крупный свёрток — нашу новорожденную дочь. Я с трепетом подошёл ближе. Сёстры и мать Зары и Самиры, стоявшие рядом, расступились.

— Познакомься с нашей дочерью, — прошептала она, и в голосе её смешались счастье и слёзы. — Мы думаем назвать её Эс’веса. На языке моего народа это значит «радость».

Я с какой-то опаской и трепетом взял свёрток. Дочка оказалась тяжёленькой. Я не то чтобы большой специалист по новорожденным, если не считать собственных детей, но эта точно самая пухленькая из всех, кого я видел. Мне потом сказали, что для хобгоблинов это нормально.

Очаровательная девочка со светло-зелёной кожей, огромными, как блюдца, жёлтыми глазами и пухлыми щеками. Она вела себя на удивление спокойно, лишь тихонько курлыкала, когда я прижимал её к себе.

Сердце защемило от нежности, когда смотрел на крохотное создание у себя на руках. Рада. Просто и понятно.

— Пусть зовётся Радой, — твёрдо сказал я, нежно погладив дочку по щеке. — Наша общая радость. Имя, которое понятно всем в нашей семье. Наша Рада, — прошептал я, целуя девочку пухлую щёчку. — Наша прекрасная идеальная Рада.

В комнату проскользнули Ирен, Триса и остальные. Через пару минут Зара, Белла и Лилия привели Глорию, Макса, Милу и Анну, чтобы познакомить их с новой сестрой.

Я вернул Раду матери, а сам забрался на кровать и обнял их обеих. Вся моя большая странная семья собралась вокруг, и в этот момент я был абсолютно счастлив.

Следующий том читать тут: https://author.today/reader/481616/4512409

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN/прокси.

У нас есть Telegram-бот, для использования которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на «Анонимность».

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Искатель – 11

Content

Искатель — 11

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Nota bene