Светлый Александр

Наследие

Глава 1 Благодарность

Земли Богов

Таинственный континент, регион Шести Царств

Царство Вэй

Столица, дворец правителя Вэй ДзиньТао

Церемония награждения

Семьдесят третий цикл

Наконец-то! Тщательно собрав и проанализировав всю информацию о князе, его шестнадцати супругах, двенадцати признанных отпрысках, четырех советниках и дюжине министров, а также слугах, окружающих пятую принцессу, я взялся за исполнение идеальной партии спасения.

Продумать до мельчайших деталей, а затем идеально исполнить задуманный сценарий, нелегкая задача. Одна случайная задержка или поспешность, мелкий промах по времени, одна неточность, лишняя эмоция, лишнее слово или жест и всё пойдет наперекосяк. Я хорошо это знал. Можно сказать, этот горький опыт я оплатил своей кровью. Но, наконец-то всё закончилось, я прошёл испытание!

После нескольких неудачных попыток, я идеально справился со сложной задачей исцеления пациентки наилучшим образом. Всё было рассчитано по секундам и прошло точно по плану. Я в очередной раз спас пятую принцессу Вэй Мэн Яо от смерти, но сделал это не с помощью поступательных движений нефритового стержня, а идеально, по памяти наложив на её спину малую печать энергии Ян из тридцати шести символов, полностью очистившую тело от яда, и при этом, не нанесшую вреда её меридианам и внутренним органам.

Эту печать, но из шести символов используют алхимики для контроля выплавки снадобий среднего уровня, я же изучил и отработал до автоматизма самый сложный вариант печати с защитными контурами. Только такой вариант, в котором есть возможность мгновенной активации и деактивации не убил бы пациентку и произвел на неё нужный эффект.

Конечно, можно было явиться на два часа раньше и просто скормить ей пилюли подавления Инь, наполненные концентрированной Ян, а затем медленно и спокойно, без спешки и риска зажарить пациентку, наложить печать, подглядывая в записи, но у меня не было денег на пилюли и я разработал вариант спасения полностью опираясь на свои возможности и способности в первый день цикла.

Я смог, я справился и предстал перед князем Вэй Дзинь Тао, а отрепетировав уже не раз состоявшийся между нами диалог, знал, что и когда говорить, чтобы я смог попросить особую награду, которую страстно желал получить. Уверенный отказ на мою просьбу, звучал, словно смертельный приговор. Что могло пойти не так?

* * *

…Дворец правителя Вэй Дзинь Тао

Церемония награждения

Семьдесят седьмой цикл

Очередной ответ "нет" обжог словно раскаленный металл. Я готов был рыдать от обиды. Но я же учел все прошлые ошибки, всё проанализировал, трижды перепроверил, опять мастерски исполнил идеальное спасение. Мне полная печать огня уже ночами снится. Смогу идеально её воспроизвести, даже если меня резко разбудить и потребовать наложить вслепую посреди ночи.

Но все старания были напрасными. Очередной отказ стал для меня стеной, через которую я так и не смог пробиться. Моё пламенное желание как можно раньше встретиться с Вилайлай сыграло со мной злую шутку. Нет, оно превратилось в целую серию болезненных неудач, ведь я старался форсировать известные мне события, стремился добиться встречи с предком-защитником всеми правдами и неправдами, так как только под его защитой удастся быстро проникнуть в резиденцию Вилайлай, преодолев кольцо защиты из мастеров среднего золотого ранга.

После нескольких неудач во дворце, я шел дальше уже проторенными тропами и пытался проникнуть на Проклятый пик ещё не достигнув золотого ранга. Все попытки были тщетными. Меня просто убивали. А когда я уделял время прокачке, брал золотой ранг и мне удавалось пробиться на пик боем, то Вилайлай там уже не было, а отыскать её в царстве Мин оказалось просто нереально. Она отлично скрывалась. Мне ни разу не удалось её выследить или даже засечь во время перелетов. Наша единственная, короткая и неизменно эмоциональная встреча повторялась лишь в последние часы перед завершением цикла и не могла удовлетворить мой интерес ни в душевном, ни в информативном плане. Вилайлай рассказывала о себе крайне неохотно, стесняясь или осторожничая.

Понимая, что нужно добиться протекции даоса, пока Вилайлай в царстве Чжао, я опять сконцентрировался на попытках добиться личной встречи с легендарным Вэй У Юем, но князь Дзинь Тао оказался редким трусом. Он просто боялся потревожить предка-защитника по моей просьбе. Чтобы я ни делал, как бы ни доказывал свою полезность, какими знаниями ни делился, ответ всегда был одним и тем же. Попытки самовольно ворваться в Храм тишины тоже ничем хорошим для меня не закончились. Нужно было придумать новую стратегию, новый план, ведь старый, даже идеально исполненный, оказался провальным.

Я так зациклился на схеме "невинно исцеленная пятая принцесса" — "князь" — "предок" — "Вилайлай", что меньше внимания уделял всем прочим, потерявшим для меня былое значение персонам, перестал строить новые личные связи. Дефект всех моих прошлых построений вскрылся только к семьдесят девятому циклу.

Я сильно недооценил, как много для моего благополучия при дворце и особого отношения князя Вэй значит отношение ко мне пятой принцессы. Это её старательными заботами и хлопотами, подарками, личными просьбами я получал благосклонность нескольких советников правителя. Без секса, не вызвав в ней чувственным наслаждением настойчивый интерес, быстро перераставший в любовную лихорадку, а затем первое, сильное и искреннее чувство, я являлся для неё лишь обычным, умелым слугой-целителем.

Такой неочевидный просчет и десять циклов закончились фатальными неудачами. Мне не то, что встретиться с Вилайлай на Пике проклятых в царстве Чжао, даже дотянуть до последнего дня, когда состоялась наша первая встреча в охотничьем лагере не всегда удавалось. Это вынудило меня признать, что быстрого пути нет. Или я кропотливо выстраиваю окружение, создаю связи, зарабатываю репутацию и терпеливо ращу свой уровень совершенствования или вообще ничего не выходит.

Пришлось изменить сам принцип и способ построения взаимоотношений, отказавшись от разделения людей на «полезных», «малополезных» и «бесполезных». Случай с благодарным узником ямы наглядно показал, что любой, даже самый невзрачный незнакомец может стать тем, кто изменит всё, станет ключевой фигурой моего триумфального успеха или горького поражения. Только опираясь на взаимопомощь, благодарность и рождаемые ими взаимные, тёплые чувства, можно созидательно и благополучно двигаться по жизни.

Мой жизненный опыт в царстве Вэй до запуска временной петли включал элементы бескорыстной помощи, заботы, благодарности и именно эти ключевые точки создавали ту «удачу», что легко несла меня по жизни, но стоило пожелать и потребовать чего-то вопреки этому принципу, и я упирался в людскую стену, преодолеть которую можно было только топчась по головам, а если идти совсем вразрез с взаимопониманием, то и по трупам.

Решив в корне изменить свой подход, в восьмидесятом цикле я не стал шокировать наготой служанку и оглушать охранника, а использовал уже накопившиеся у меня знания, чтобы привлечь на свою сторону молодую госпожу клана Лэй, в жилище при академии которой я очутился. Причем, путь искренности и правды был самым успешным и действенным, когда дело касалось объяснений и доводов. Обман всегда ведет к краху, ведь он закрывает путь к искренности, а без неё сердца людей не могут говорить напрямую, в обход тысяч ненужных слов.

Я отказался от игры, дав волю чувствам, попробовал убедить девицу Лэй помочь мне спасти пятую принцессу и это сработало! Не было дурацкой траты сил и времени на прятки от охраны и прочего убийства времени. Я также отказался от роли обладателя и хранителя уникальных знаний, на которой основывалось моё прежнее получение всех выгод и привилегий.

Метод «завидуйте — я гениальный врачеватель» в моём текущем статусе наглого, безродного чужака лишь провоцировал в придворных целителях негодование и зависть. Я принижал их достоинство и полученные годами старательного обучения знания. Не их вина, что многие знания со времен Великой Империи были утеряны и пока не восстановлены, но процесс познания никогда не стоит на месте. Всё со временем будет заново исследовано и открыто, и таиться, наживаться на том, что я получил совершенно даром, было, как минимум, некрасиво. Я дал своим знаниям широкое распространение, не стремясь к мгновенной выгоде, а в итоге получил намного больше пользы, уважения и благодарности, чем при прошлом, личном сборе призовых плюшек.

В событийной реализации изменение подхода вылилось в то, что я вообще не появился во дворце, в Цифыне у девицы Цинь и Турфане в доме семьи Фу в первую неделю цикла, везде полагаясь на ответную благодарность людей, которые получали основную выгоду от моих целительных рецептов и ценных советов.

Вот и вышло, что за исцеление пятой принцессы с помощью техники выжигания яда ударными порциями энергии Ян все бонусы получил клан Лэй. За это мне позволили жить в домике для слуг во дворе молодой госпожи на ролях её помощника и дали награду золотом.

Меня не волновал статус слуги. Я получил возможность часто и долго культивировать недалеко от бойцовской арены и площадок для практик в самой престижной Боевой Академии царства Вэй, где огромное количество учеников и постоянные выбросы Ци создавали лучшие условия для быстрого прогресса. То время, что я тратил ранее на разъезды по стране были почти полностью отданы тренировкам.

Благодарность людей по цепочке работала за меня. Глава семейства Фу, Фу Кун, в благодарность за отправленные ему с посыльным деньги и дорогие «Пилюли подавления Инь», приобретенные мною на деньги от клана Лэй и золото Ченя из гостиницы, привез по инструкции в приложенной записке, свою, получившую небольшую отсрочку дочь прямо в ту же гостиницу, напротив ворот академии. Пока его супруга выкупала по моей просьбе у Му Ичи нефритовую табличку, заодно предложив ей кров и заботу, я исцелил Фу Мэнсю с помощью техники отведения Инь через нижний даньтань по эфирному двойнику.

Требовавшая у меня ранее почти три недели личных усилий линейка событий на волне обычной, человеческой благодарности превратилась всего в четыре часа усилий, потраченных на написание подробных рецептов, инструкций и собирание принесенных на блюдечке сливок. Освободившееся время я посвятил культивации и помощи людям, ранее не охваченных моим вниманием, так как разорваться на всех, лично разъезжая по стране, я просто не мог.

Новый подход давал потрясающие плоды. Я смог встретиться с наставником У и Ли Май в середине второй недели. Их благодарность превратилась в налаживание связей с гильдией алхимиков. У Ли Май там было несколько поклонников, которые не раз спасли её жизнь за счет личных сбережений. Я помог этим добрым людям вернуть потраченное на Ли Май, предложив им даром некоторые свои рецепты.

Вход в гильдию, когда я был в обществе Ли Май, стал свободным. Перед её неотразимыми формами размягчались самые суровые мужские взгляды, открывались любые двери. Скромно следуя в её тени, как слуга, я смог познакомиться с несколькими выдающимися мастерами, для которых мои рецепты стали просто бесценным даром.

Вскоре их благодарность позволила встретиться с главой павильона, Великим мастером шестого ранга Лю Баем. С ним я поделился уже десятками редких рецептов, расширив кругозор мастера, из-за чего стал чуть ли не лучшим его другом. Он даже без стеснения называл меня при подчиненных своим учителем. Причем я не претендовал на эксклюзивность открытых уважаемому главе знаний, без сомнений предложил Лю Баю пользоваться ими на своё усмотрение.

Глава павильона алхимиков и стал тем мостиком, что привел меня сначала во дворец, а затем и в Храм тишины к предку-защитнику. Я лишь сказал, что хочу представить уже тронутому сединой князю Вэй «Пилюлю продления жизни» и «Пилюлю молодости». В шести царствах знания о способе их изготовления были полностью утеряны.

Проверив, что рецепт «Пилюли молодости» действительно рабочий, глава Лю Бай сам потащил меня к князю Вэй в качестве своего бесценного друга и гениального мастера алхимии, а детали нашего личного разговора с князем вскоре стали известны легендарному даосу. Не пришлось просить князя о встрече с ним. Вредный старик сам меня нашел в павильоне, прикинувшись обычным гостем столицы, отвел в сторону и твердо спросил, что я желаю за рецепт «Пилюли молодости», который он тщетно разыскивал более двух сотен лет.

Я передал рецепт старику даром. Его благодарность за бескорыстно переданные знания открыла мне возможность полета в царство Чжао, к отнявшему у меня несколько жизней Проклятому пику уже в конце четвертой недели.

Всего месяц прошёл, а я спокойно и уверенно добрался в совершенствовании до первой ступени Проницательности, и при этом мне были искренне благодарны и готовы безвозмездно помогать несколько сотен людей, начиная с молодой госпожи клана Лэй, девицы Цинь, дочери семьи Фу, прекрасной Ли Май, сотен её поклонников, и заканчивая легендарным даосом Вэй У Юем, князем Вэй, главой павильона алхимии Лю Баем, главой и старейшинами влиятельного клана Лэй, Цинь из Цифына, наставником У и всеми теми, кому я помог в свободное время, просто потому, что захотелось.

Восьмидесятый цикл обещал стать настоящим триумфом могущества искренней благодарности. Мечты исполнялись на глазах. Долгожданное время пришло. Старик У Юй съел чудодейственную молодящую пилюлю, сбросил лет сто за считанные часы и готов был меня крепко расцеловать. Тогда-то я и воспользовался его хорошим настроением и озвучил свою просьбу. Он готов был её исполнить в тот же день. На летающем мече в указанную мной точку на севере царства Чжао лететь всего несколько часов, но старик отложил путешествие на следующий день, порекомендовав мне ничего не есть и по минимуму пить до этого момента.

Он знал о чем говорит. Многих новичков ужасно тошнит с непривычки. Лучше перед полетом ничего не есть даже пару суток, что немного снизит вес и облегчит борьбу с рвотными позывами во время головокружения. Я старательно следовал всем рекомендациям, а сам порхал на крыльях, предвкушая момент скорой встречи с возлюбленной.

Путешествие началось рано утром. Я отправлялся на Проклятый пик в качестве единственного пассажира ведомого даосом Вэй У Юем летающего меча. На самом деле, это не был настоящий меч, которым можно сражаться в бою, скорее длинная и широкая металлическая пластина с рукоятью.

Старик использовал её только для перелетов и прятал в пространственное кольцо сразу после приземления, но издали предмет по форме и вправду напоминал меч, из-за чего и я назвал его так. Мы летели прямиком к усадьбе главы гильдии убийц, о существовании на Проклятом пике которой старик раньше не знал. О том, что мы прибыли куда планировалось подсказала вылетевшая наперерез группа «золотых» боевых мастеров из личной охраны хозяина усадьбы. Знакомые ребята. От их рук я погибал не один раз, но и от меня подкачанного до золота им тоже неслабо доставалось.

Как и предполагал, едва завидев легендарную ауру мастера Вэй У Юя, они тут же трусливо отступили, спеша предупредить свою суровую госпожу о появлении очень могущественного гостя. Как и ожидалось, после приземления на площадке перед главным зданием уединенной, скрытой в горах усадьбы, нас уже встречала целая армия боевых мастеров, которую возглавляла сама орихалковая хозяйка. Они были настроены сражаться.

Несмотря на то, что с даосом Вэй У Юем по словам Вилайлай у неё наладились почти дружеские отношения, она была явно недовольна, что её тайное убежище оказалось так неожиданно раскрыто. Разговорчик предстоял тяжелый, но я заранее предупредил старика, что стоит мне поговорить с главой и проблем не будет. Мы с главой гильдии убийц даже более, чем близкие друзья. Мы — разделенные годами возлюбленные, которые будут очень счастливы воссоединиться. Именно эти слова убедили старика отправиться в неведомые дали, на территорию воинственного царства Чжао, чтобы свести вместе разлученные сердца.

Даос сразу предупредил, что не будет вмешиваться, если у меня не все пойдет гладко. Он не желал никаких хлопотных и опасных разборок с гильдией убийц, известной своими смертельными ядами. Легендарный ранг — это ведь не бессмертие, можно случайно переоценить свои силы и он вполне мог проиграть толпе золотых. Также он не хотел портить отношения с главой гильдии убийц, а вторжение на его секретную базу выглядело, как объявление войны. У меня была всего минута, чтобы остановить разгорающийся конфликт.

Дальше всё зависело только от меня. Мой выход, а я даже не подготовил никакую приветственную речь. Впрочем, путь правды не требует никаких уловок и хитрых домашних заготовок. Этим он и прекрасен. Достаточно говорить то, что лежит на сердце и открытое навстречу сердце собеседника ответит взаимностью. Я в это верил, но насколько оценит мой новый подход изменившаяся с годами возлюбленная, точно не знал. Вот и посмотрим! Узнает ли она меня, если я не сделаю подсказку и не представлюсь с порога Лайтом? Даже интересно, какова моя Длинноушка в общении с другими людьми. Может, имеет смысл узнать это прямо здесь и сейчас?

Глава 2 Вмешательство свыше

Ах, как же я переоценил свои ораторские способности! Легко говорить нужные слова, когда попадаешь в одну и ту же ситуацию раз за разом, но в совершенно новой обстановке, когда впереди неизвестность, одной искренности недостаточно. Тем более, я сильно сглупил и обратился к главе, которую попросил о личной встрече, не как к главе гильдии убийц, а как к главе секты демонического культа. Это было правильное обращение, ведь я знал, что гильдия убийц лишь ширма, но вот легендарный даос Вэй У Юй к такому повороту событий оказался не готов. Я привел его в логово опаснейших врагов, и он узнал об этом уже окруженный противником.

Старик и сам по себе был очень подозрительным типом, но оказавшись лицом к лицу с тремя десятками довольно сильных и враждебно настроенных боевых мастеров, скорее всего испугался, что его заманили в ловушку и резко решил прорываться.

Возможно, это произошло из-за другого моего просчета. Доверившись словам Вилайлай, я был уверен, что между ней и У Юем дружеские отношения, да только наладиться они могли позже, к примеру, когда стало известно о нашествии монстров, а до этих событий ещё три месяца!

Был шанс, что из-за того, что старик сильно помолодел, буквально, скинул сотню лет, его изменившегося могли просто не узнать, а чужак с легендарным рангом, возникший из ниоткуда прямо в сердце секретной базы любого бы напряг. Демоническая секта в шести царствах вне закона, поэтому никто не ждал милой беседы. Я недооценил, насколько даосы и культисты непримиримые враги, именно поэтому произошло то, что произошло.

Когда я вещал страже усадьбы, что мы пришли с миром и просил прощения за вторжение, этот старый параноик У Юй вскочил на свой летающий меч и дал залп, легендарной техникой по площади, едва не разорвав ею и меня!

Первые два ряда стражи сгинули на месте. Главу прикрыли тройным щитом те мастера, которые стояли непосредственно перед ней. Старик зашел с козырей, жахнул одним из сильнейших своих умений, но после почему-то отказался от дальнейшего боя и на всех парах умчался на запад, кинув меня одного с десятком разъяренных культистов.

Нет, я всё ещё верил, что стоит мне признаться Вилайлай, что я Лайт и моя жизнь будет вне опасности, но чтобы донести эту информацию эльфийке, спешно скрывшейся внутри усадьбы, прикрываясь пятеркой самых сильных телохранителей, нужно было как-то справиться с теми пятью, которых послали разобраться со мной. Наши силы были слишком неравны. Победить их я не мог в принципе. Все что удалось, это максимально оттянуть свой конец отскоками из стороны в сторону. Я избегал вражеских атак примерно минуту, после чего понял, что моя гибель это вопрос времени и попытался прорваться в усадьбу, чтобы найти Вилайлай.

Это была очень глупая затея. Меня убили сразу, как я проник внутрь. Там меня уже ждала засада. Вернуться к старту после столь успешного, идеально реализовавшегося с новым подходом цикла было очень досадно. Я прекрасно понимал, что дважды такого не повторить. Сами мои чувства уже не позволят воспроизвести искренность и сказать нужные слова, как в первый раз. Я попытался, но восемьдесят первый цикл сразу пошел наперекосяк. Ничего не получалось сделать в точности, как раньше, и хотя благодарность всё ещё прекрасно работала, мою искренность пришлось заменить игрой, фальшью, опять мучительно вспоминать, что и как сказать и в какой момент, чтобы получить тот же результат.

Неудивительно, что с первого раза это не вышло. Не вышло и со второго. Не вышло целых пять раз кряду, пока я не собрал всю свою волю в кулак. И каково было моё удивление, когда я вновь оказался на Проклятом пике и обнаружил то, что сразу не бросилось мне в глаза. Поразительно! Получив новый шанс на раннюю встречу с Вилайлай, я обнаружил, что женщина за тремя рядами охраны имеет массу отличий от моей Длинноушки.

Во-первых, она была значительно ниже ростом, а стояла вровень с телохранителями, так как забралась на две ступеньки выше. Во-вторых, её выбор цветов одежды сильно отличался от того, что нравился моей возлюбленной. Фигура передо мной стояла в черной мантии, а маска на лице была красной. Если другой вкус к цветам ещё можно было чем-то объяснить, то недостаток роста, сразу не бросившийся мне в глаза, указывал на то, что передо мной совсем другая личность, возможно, обманка, которую специально подсунули вместо истинной главы, чтобы сбить с толку врагов.

Действуя в восемьдесят шестом цикле крайне осторожно, старательно подбирая слова, я опять объявил:

— Прошу прощения за вторжение! Надеюсь, уважаемый глава гильдии убийц найдет несколько минут для личного общения.

Здесь, в случае согласия стражи, по моему новому плану я собирался сразу отправить старика назад в царство Вэй, чтобы он опять чего-нибудь не учудил, но произошло то, чего в первый раз не случалось. Меня грубо перебил один из ближайших стражей:

— Прикрой рот, сопляк. Твои извинения никого не интересуют. Пусть лучше твой господин нам скажет, что он здесь забыл! Мы никого не ждали в гости.

Плохо. Грубость могла спровоцировать старика на очередную дурацкую схватку. В итоге, так и произошло. Старик У Юй грубо ответил на это требование, ему ответили ещё грубее, он вспыхнул, как пожар в засуху и дальше всё пошло по-старому. Опять массовая атака и побег, после которого я оставался один на один с превосходящим числом сильных противников и без возможности вернуться за стол переговоров.

В следующем цикле я предотвратил прямое столкновение между боевыми мастерами, попросив старика забросить меня на гору, но не прямо во двор, а чуть поодаль после чего просто оставить меня одного. Неплохой был план, но без прикрытия легендарного даоса стража накинулась и убила меня без раздумий. Опять промах.

Я пробовал организовывать визит позже, упорно совершенствовался ещё два месяца, чтобы выдерживать несколько атак "золотого" и дожить до встречи с главой, но впервые мирно договориться о личной беседе удалось лишь к девяностому циклу. Здесь и вскрылась страшная тайна. Странная коротышка оказалась не какой-то подставной пустышкой, а темной эльфийкой, с которой я уже сталкивался однажды в Перекрёстке миров. Той самой, что была мною изранена, затем сожжена, пленена и отправлена в камеру для допроса в Южной Шилдарии во время проходившего там состязания.

Мне хватило ума не раскрываться и назвав целью своего визита желание сообщить рецепт молодящих пилюль, в этот раз я задержался в усадьбе на сутки и выяснил почти всё, что хотел. Во-первых, Вилайлай не являлась настоящим главой секты демонического культа, она лишь второй заместитель. Первым является вот эта коротышка, а глава — тот мерзкий Белый, что был мной сражен в состязании "Перекрёстка" Теневым клинком.

Меня повергло в ужас это открытие. Я был уже полностью уверен, что никакого состязания и посланников Небесных богов на Таинственном континенте нет, и вдруг, прямо здесь, в петле времени обнаружились два моих прошлых противника, точивших на меня зуб ещё с тех давних времен.

Более того, эти твари воспользовались своими возможностями и каким-то образом отправились в прошлое, чтобы обеспечить себе фору. Они находятся здесь уже по две сотни лет и оба достигли орихалкового ранга, когда я был только на первой ступени концентрации Ци. Более того, Вилайлай стала частью команды Черного, одним из его героев по той причине, что Белый и Черный ловили меня на неё, как на живца.

Ей было тяжело в этом признаться в нашу ночную встречу. Она так хотела со мной встретиться, что в итоге оказалась в роли предателя, приманки. Продлись последний день цикла после нашей ночи любви до обеда, и меня бы схватили враги, направляемые своими покровителями.

Разумеется, всё это я выяснил не сразу, а по кусочкам и не только у Вилайлай, задавая при нашей поздней встрече правильные вопросы, а и у самих врагов, многократно сдаваясь им в плен. А пойти на такие меры меня заставила ревность. Лишь представив, что этот смазливый и коварный Белый домогался моей возлюбленной, пользуясь положением прототипа Небесного бога, я пришёл в неистовую ярость.

Расспрашивая Длинноушку в последний день цикла всё о новых и новых подробностях её геройской жизни, я с болью в сердце узнал, что она даже успела побывать героем Белого прежде чем попала к Черному. А ушла она от него, так как он её много раз изнасиловал…

После этого меня словно накрыло волной. Уши заложило и я приложил все усилия, чтобы совершить невозможное. Пришлось пожертвовать нашей вечностью с Вилайлай, так как я неизменно умирал на следующий день после признания от рук врагов, и я сконцентрировался на взращивании сознания бога, создании бессмертного зародыша и выхода из петли в Небесные боги за те полгода, что у меня были.

* * *

Тяжело было это признавать, но правильный путь я нашел совсем не так быстро, как хотелось. Даже имея огромный опыт, возможность бесконечно исправлять свои ошибки, я не осмеливался напасть на угрожающих шести царствам магических монстров ради их ядер духа до сотого цикла.

Нужда толкнула меня на этот путь. Нужда в пилюлях духовного совершенства. Другого пути не было и поэтому я сам напал на монстров, едва защитный барьер упал. "У вас есть духовные жемчужины, тогда мы идем к вам", — мог бы я перефразировать врезавшуюся в память ещё с давних времен рекламу. Получилось так, что не монстры устроили вторжение, а я устроил вторжение вглубь Таинственного континента, истребляя всё на своем пути. Я ел созданные своими руками пилюли, пока не достиг легендарного ранга, а дальше микс из духовных артефактов и поглощение огромного количества жемчужин духа в первозданном виде сотворили со мной то, чего я так жаждал достичь. Я превзошёл легендарный ранг и перешел в Небесную сферу совершенствования, которая была очень похожа на ранги Земной сферы, но уже в виде живого божества.

Мне открылось понимание, что стоит мне умереть и я стану Небесным богом, как Черный и Белый, но здесь была сокрыта одна ловушка, которая делала для меня невозможным этот переход. Моя смерть в петле не запускала переход в божественный мир, а лишь отправляла меня в начало петли. Дважды проверив это на своей шкуре, я понял, что выходом может стать только достижение высшего ранга Небесной сферы — Бога-Императора, но этот путь обычно требовал двух-пяти тысяч лет совершенствования и никак не мог быть пройден за шесть месяцев. Не мог, пока я не доказал обратное.

Пришлось истребить не только всех легендарных монстров на Таинственном континенте ради их жемчужин духа, но и вылавливать достойных внимания главарей орды морских демонов Яку, лишь направлявшихся к нему с юга. На девятьсот девяносто девятом цикле я был готов выбить дух из самого Создателя за его кривое кодирование мира Земель Богов.

Этот дебил не создал в своем мире достаточно монстров, чтобы их ядер хватило для перехода в течение полугода на намеченный мной ранг! Я вник в суть всех существовавших в этом мире техник, используя для начального обучения методу кодирования хаоса демоническую технику "Портала", что нашел ещё в начале своего долгого пути и часто путешествовал в разные уголки этого мира мгновенным перемещением.

Я придумал и свои собственные техники, сотни техник, самой сложной и эффективной из которых стала техника духовного фантома, позволяющая мне создавать множество своих копий, действующих по всему миру одновременно и независимо. Я сделал всё, чтобы достичь ранга Бога-Императора и когда я уже был почти у цели, обнаружилось, что на пяти континентах, на архипелаге и в морских глубинах закончились все легендарные монстры, демоны Яку, истреблены все драконы, но этого всё равно недостаточно, чтобы прорвать последнюю ступень совершенствования.

Однако, выход из петли времени всё же состоялся, но совсем не потому, что я достиг своей цели. Нет. О том, что стало причиной моего спасения от безумия я узнал уже от Геммы. Эта склеротичка, наконец, вспомнила обо мне, когда Создатель ей приказал перетереть с её слегка перекачавшимся героем.

Он никогда не общался со своими избранниками и прочей мелюзгой лично, всегда только через посредников, оракула и прочих, но в этот раз Гемма сжалась в точку, неожиданно оказавшись перед творцом всего сущего один на один. Демиург поступил так лишь потому, что нужно было действовать немедленно, но сам он не мог принять окончательного решения.

Ближайшим посредником в иерархии для меня была именно Гемма, ей и пришлось приносить извинения. То, что она мне сообщила, было очень неприятно, но я все же сдержался и решил не уничтожать её, как Белого, когда развоплощусь в Землях Богов. Мой личный заряд соответствовал уровню самого Создателя номер четыре, поэтому это было бы несложно, но вместо того, чтобы без претензий отдать мне заслуженное, этот мелкий трус, предложил через Гемму вернуть полученное и просто переродиться, так сказать, сбросить груз, ведь я получил свой уровень из-за циклической ошибки инструментария мастерской. Я, сука, по мнению Создателя, багоюзер, случайно взломал систему, поэтому надо всё полученное вернуть. Будто, я хотел этой поломки. Я стал жертвой дефективности его творения, но признать это, нет, бог себе позволить такого не может. Он же непогрешим.

На самом деле, я знаю, почему демиург лично со мной не встретился. Боялся, что я его самого уделаю, уж больно я накопил грозный заряд, можно сказать, опустошил всю его матрицу, втягивая в себя всё, что только можно, ведь источник Ци общий, а кто на себя его перетянет, зависит от мотивации того, кому этой энергии больше надо.

* * *

Создатель номер четыре ощутил нехватку энергии, сравнимую со смертельным удушьем, как умирающий в пустыне испытывает нестерпимую жажду. Коллапс всей свободной энергии в мастерской первого матричного уровня произошёл мгновенно. Что-то автоматически структурировало весь ресурс в готовые творения, и в итоге выяснилось, что совсем недавно оставленная без внимания ячейка с миром-инкубатором помощников "Земли Богов" вошла в неконтролируемое дублирование, вызвав одномоментное создание предельного числа копий одного мира. Это и стало причиной исчерпания источника.

Создатель был готов без разбирательства удалить все созданные копии, освободив занятый ресурс, и первым делом поставил запрет на функцию дублирования, но новое правило не сработало. На данный момент времени в мастерской не он, а один из обитателей клонированного мира обладал наибольшим духовным потенциалом, а в таком случае, сам текущий создатель терял эксклюзивное право распоряжения инструментарием мастерской. Творение превзошло творца и должно было занять его место. Новость, мягко говоря, шокирующая, но оставался вариант договориться. Все же осознанность многих, даже очень могущественных творений ограничена. Это защитный механизм, который сам Создатель применил, чтобы его творения не скинули его с позиции хозяина мастерской, но каким-то чудом, это всё же частично произошло.

Отследив, в какой из копий находится этот скороспелый божок, Создатель проанализировал шансы договориться и взялся за дело. Шансы велики, ведь опасный конкурент оказался самым обычным, рядовым героем. Создатель аккуратно вышел на связь с помощником и старательно убедил его уговорить героя избавиться от "лишнего груза". Даже если новый хозяин мастерской и перетянул на себя всю энергию источника, он всё равно недостаточно квалифицирован, чтобы распоряжаться ею разумно. Но отнять бразды правления нужно было до развоплощения, иначе…

* * *

— Лайт, любое твоё желание будет исполнено, но нужно перевоплотиться с частичной потерей памяти и оставить лишнее… Ну же, ты же хотел отправиться в Перекрёсток к своей возлюбленной. Только скажи, и в следующее мгновение всё будет сделано, — уже по третьему кругу повторяла Гемма, заполнившая всю мою голову своим щебетанием.

Честно сказать, я был готов расстаться с некоторым грузом. Все же девятьсот девяносто девять циклов отчаянной борьбы с петлей времени сделали своё дело. Я устал. Очень устал и был сыт Землей Богов по горло. Я тут уже каждую песчинку и травинку знаю. Когда обыскивал в мультиклоновом режиме пять континентов в поисках магических монстров, спустился в каждую пещеру, заглянул под каждый камень. Мне тут уже всё знакомо, но я боялся, что если перевоплощусь, то уже не смогу уничтожить Белого и опять потеряю возможность влиять на свою жизнь, стану пустым местом.

Однако, с той легкостью, с которой Гемма согласилась на все мои пять требований, пообещав именем Создателя выполнить их немедленно, сразу же после перевоплощения, убедили меня согласиться. В конце концов, когда ещё я смогу получить все и сразу и даже не замарав руки. Все мои требования вошли в новый подписанный между нами контракт. Стоило нам заключить сделку, и секунды не прошло, как я очнулся в мире моей мечты. Я так думал, но обещать — не значит выполнять.

Я потребовал полностью уничтожить Белого, отправить меня и мою возлюбленную в мир, где я ни в чём не буду нуждаться и смогу быть с ней счастлив. Разумеется, нам нужно было вернуться в беззаботную юность, чтобы все было, как в первый раз. В обмен на это я добровольно расстался с легендарным рангом Небесной сферы и памятью о жизни в Землях Богов. Со знаниями оттуда уже ни одно воплощение не могло быть счастливым. Воистину, от многих знаний, много печали и любовь может случиться лишь у пребывающих в счастливом неведении. Все знать о себе и мире просто скучно. Однако, чтобы не мучиться на новом месте от чрезмерного неведения, остальную память я и Вилайлай сохраним. Это были мои условия и поэтому очнувшись за столом в библиотеке, где с юным третьим принцем Виго занимался его личный учитель, я не испытал шока.

Конечно, выбор мира, семьи, её статуса, личности и возраста воплощения для меня стал полной неожиданностью, но я не указывал никаких точных границ по возрасту и миру, лишь потребовал условий, в которых наше с Вилайлай совместное счастье станет реальностью.

Видимо, для неё лучше воплотиться в магическом средневековье. Это комфортная для неё среда, скорее всего тут будет прекрасная природа, да и я совсем не против. Даже не знаю, смог бы я опять жить, как раньше, в лабиринте бетонных джунглей. Скорее всего нет. Да, и память о том, кто я в этом мире, кто мои родители, сестры и братья, каким королевством моя семья правит, кто мои слуги, учителя, какими языками я владею, что любит делать и кушать принц Виго, тоже постепенно прояснялась.

— Конечно, Ваше Высочество, мы уже с вами однажды проходили эту тему, но делали это мельком и поверхностно. Настало время детально всё изучить. Вы же не против узнать, какие земли окружают Ваше Королевство и какие дикие существа угрожают нашему спокойствию?

— Извините, учитель, а мы не могли бы перенести этот урок на завтра, я…

— Принц, мы же только приступили. Вас что-то тревожит, вы плохо себя чувствуете? — забеспокоился мужчина с сединой на висках.

— Нет, наставник, мне просто хочется немного подышать свежим воздухом. В библиотеке так пыльно.

— Вот оно что! Ваше Высочество, если желаете, мы можем перенести наши уроки в садовую беседку, но там может быть немного шумно. Ваши сестры со служанками любят гулять в саду и могут громко смеяться. Раньше это вас сильно злило.

— Ничего, Брут, сейчас меня это меньше волнует, чем пыль. Давай переместимся.

— Как прикажете, господин. Я немедленно позову слуг и ваше любимое кресло перенесут в беседку.

— Не стоит беспокоиться. Давайте пойдем налегке.

— Как пожелаете, третий принц, — пожав плечами подтвердил слуга и собрал со стола несколько свитков и тяжелых, сшитых из обрезанного пергамента книг.

Мне не терпелось хоть краем глаза увидеться с юной Вилайлай, а перемещение в сад было лишь поводом, ведь для этого нужно было пересечь весь дворец и затем сделать вокруг во внутренний двор ещё одну петлю. Был шанс столкнуться с ней в одном из длинных коридоров или на площадке перед и за дворцом. Однако, ещё не достигнув выхода из здания меня охватило беспокойство. Память об этом мире в том объеме, в котором ею обладал принц Виго, наконец, полностью была воспринята мной, и я осознал, что люди и эльфы тут отнюдь не союзники и даже не придерживаются нейтралитета. Они с натяжкой выносят соседство друг друга.

Более того, нередко вспыхивают пограничные конфликты, выливающиеся в кровавые стычки с множеством жертв. Эльфы систематически расстреливают и вырезают патрули, осмеливающиеся проникать в их священный Великий лес, а люди в отместку устраивают облавы на приграничные эльфийские деревни, берут пленных и обращают их в рабство, в товар. Впрочем, кого тут только в рабство не обращают. То же нередко случается и с другими людьми из соседних королевств. И как изюминка на торте, Виго знал, что некоторая часть эльфов томится прямо сейчас во дворцовой тюрьме. Любого эльфа на территории королевства Тарт считают вражеским лазутчиком, поэтому их убивают, но если это женщина, то чаще пленят, чтобы продать в рабство. Если я и встречу здесь Вилайлай, то почти наверняка в роли товара на продажу или уже в качестве чьей-то рабыни.

Я внутренне напрягся. Нужно срочно выяснить, где тут невольничий рынок и проверить, не попала ли туда Вилайлай одновременно со мной, закинутым во дворец. Хорошенькое начало. Для меня-то постарались, все вроде отлично, богатая семья, статус, беззаботная жизнь, но вот для моей возлюбленной условия здесь явно неподходящие.

У меня сердце сжалось от мысли, что по моей просьбе её могли вырвать из мира, где она была могущественным магом и кинуть в тот мир, где эльфов продают на базаре, как обычную скотину. Черт, не время сейчас учиться географии, надо срочно проверить, кого держат во дворцовой темнице и кого продают невольниками в столице. Я глаз не сомкну, пока не буду уверен, что с Длинноушкой всё в порядке.

Глава 3 Вспомнить всё

Весь день вместо запланированных после завтрака занятий с учителем Брутом, послеобеденного урока фехтования с мастером Гриллом и обычных подростковых игр со слугами после ужина, я носился с личным телохранителем по столице, как угорелый. Обошел все невольничьи рынки, которых в относительно небольшом городе оказалось целых четыре, также посетил всех хозяев, давших объявление в торговую гильдию о продаже рабынь-эльфиек и заодно узнал цены на разных рабов и границы моих текущих возможностей, как несовершеннолетнего принца Королевства Тарт.

Цены на рабов были довольно низкими. Всего за пять больших золотых монет, которые ещё называли "прахами" из-за изображения профиля короля на одной из сторон, можно было выкупить крепкого мужчину в расцвете сил. Женщина среднего возраста, в зависимости от состояния кожи, гнилости зубов и фигуры в целом стоила от одного до четырёх прахов, но если это была юная, здоровая и очень привлекательная девица, цена могла быть поднята и до десяти.

Подростков и детей любого пола и возраста до десяти лет отдавали за две-три монеты, а всякий неликвид, стариков, инвалидов, больных могли продать даже за меньшую сумму, чем один "прах", что являлось эквивалентом десяти малых золотых или сотни больших серебряных прахов.

Серебряных монет тоже было два вида, "прахи" — крупные и тяжелые, правильной круглой формы. Второй вид — очень легкие, тонкие, совсем как рыбья чешуя. Серебряный прах и чешуя являлись самыми ходовыми монетами в королевстве, а золотом расплачивались уже за более дорогие покупки и у обычных горожан встречались редко. Имея в своем кошеле тридцать прахов я мог купить, буквально, кого угодно. И эти цены касались рабов-людей. Эльфов продавали вдвое дешевле.

Надо признать, место воплощения для меня подобрали действительно идеально. Виго — любимый всеми женщинами высокий, стройный, голубоглазый, белокурый подросток с красивыми, приятными чертами лица, ладным телом и высоким, звонким голосом. Он легко и непринужденно двигается, ничего не боится и чувствует себя в этом мире на своем месте.

Однако, принцем его можно было считать только на словах. На место наследника по праву перворождения претендовал его крикливый и не умеющий проигрывать старший брат Ланцелох. Но если с ним случится какое-то несчастье, нагрянет неожиданная смертельная хворь, вражеские лазутчики подмешают в пищу яд, его место займет скрытный и обидчивый Вермилон. Для меня же это двойная страховка от бремени правления, ведь это, если делать всё тщательно и вдумчиво, не передоверяя ежедневную рутину множеству помощников, очень тяжелый и неблагодарный труд.

Принц Виго единственный из старших сыновей короля Праха Ингрида Второго не сопровождает отца каждое утро в тронный зал, не слушает доклады советников, новостную повестку и не обучается на его примере, как править, решать споры крупных землевладельцев, вершить суд над изменниками и выявлять скрываемые подданными промахи. Наблюдая за отцом, принцы учились выдержке, хладнокровию, властной осанке, жестам, хитростям дипломатии и дворцовому этикету.

На могущественного правителя, короля большой, богатой страны направлены сотни заискивающих взглядов. Каждый прибывший в королевский дворец проситель желает воспользоваться редким шансом и добиться от правителя милости, небольшого надела плодородной земли или каких-нибудь привилегий взамен на ценную информацию или верную службу. Многие представляют королю своих едва подросших сыновей и прелестных юных леди, надеясь устроить первых на службу в королевскую гвардию, а вторыми заинтересовать уже подросших принцев или самого короля.

Блистающий вычурной роскошью тронный зал правителя постоянно наполнен льстивыми речами и показным радушием. Всё это тлетворное воздействие подданных мудрый король должен уметь игнорировать, но и не слишком закрываться, отдаляться от своих слуг, чтобы понимать их чаяния, чем они живут, чего именно не хватает его владениям для процветания. Нужно следить, чтобы обладающие большой властью, землями и влиянием знатные рода не объединились, не подняли бунт и не выступили единым фронтом против правящей семьи.

Все графы хотят когда-то стать независимыми герцогами, все герцоги королями, а самые амбициозные возмутители спокойствия водятся среди неугомонных, безземельных баронов и рыцарей. Правителю нужно всегда быть на шаг впереди подчиненных, вскрывать и разрушать образовавшиеся тайные союзы, поддерживать баланс сил, занимая сторону то одной, то другой фракции в важных политических и экономических вопросах.

Старшему Ланцелоху четырнадцать, Вермилону тринадцать, а они уже познали все радости дворцовой жизни в роли потенциальных наследников правителя. Их уважают и принимают, как равных на советах. Во всяком случае, так считал сам Виго, который почему-то втайне от всех также мечтал занять трон отца. Ну и амбиции у паренька. Зачем? Зачем ему этот геморрой? Впрочем, он был просто наивным ребенком и считал, что только так можно добиться для себя безопасной и спокойной жизни. В любой иерархии лучше быть на самом верху.

Однако, конкретно в этом мире это было не совсем так. Даже при естественной передаче власти от отошедшего от дел правителя к его наследнику возникают заговоры и бунты, брожение в умах амбициозной знати резко усугубляется. Все хотят оказаться на троне богатейшей страны региона и правитель и его законные наследники постоянно находятся под прицелом заговорщиков. Их положение куда уязвимей и опасней, чем это кажется со стороны. Всегда есть шанс напороться на вражеского лазутчика, наемного убийцу, получить отравленной стрелой в спину или кинжалом под рёбра, поэтому во дворце постоянно толпились сотни хорошо обученных и щедро оплачиваемых стражников. Будь жизнь правителя беззаботна и легка, ему бы не пришлось трястись от страха в собственном доме и нанимать сотни людей себе в охрану.

Массивная и высокая городская и дворцовая стены тоже о многом говорили. Король опасался соседей, но и своих подданных, слуг и обычных горожан не меньше. Под постоянным присмотром держали внешние подходы к замку, все входы и выходы, каждую дверь и коридор, ведущий к личным покоям короля и членов его семейства. Спокойствием в его жизни и не пахнет, но очередная смена правителя в Тарте произойдет ещё не скоро. Король Прах Ингрид Второй ещё довольно молод и полон сил, он даже успевает кроме законной жены посещать двух молоденьких наложниц. А злые языки поговаривают, что он также не брезгует иногда побаловаться с приглянувшимися ему молодыми служанками и даже рабынями. Прямо племенной жеребец.

Все во дворце молчаливо дивились его неразборчивости, ведь его законная супруга считалась редкой красавицей, но отмечали недюжинную мужскую силу, которую не любая женщина выдержит. Мне стоило немалых усилий выяснить у спутников, нет ли среди постельных рабынь короля эльфиек. По словам Гелея, моего личного телохранителя, такого точно не было.

Связь с эльфийками королю бы не простили, да и вкусы у Праха были несколько другими. Он любил женщин в теле, с пышными округлостями, а почти все попадавшиеся мне на глаза эльфийки больше походили на сушеную воблу с подростковой фигурой, были болезненно худыми, низкорослыми, жилистыми, нет, даже мускулистыми, так как в своей повседневной жизни постоянно носили тяжести, передвигались, часами преследовали по лесу добычу, потому что занимались охотой для семьи наравне с мужчинами. Они совсем не соответствовали местным стандартам красоты, да никто бы и не подумал пытаться использовать их в постели, не связав перед этим по рукам и ногам. Девицы были очень агрессивными, сильными, юркими и могли кинуться на хозяина и вцепиться в горло зубами, как дикий зверь

Кстати, имелся ещё один фактор, который навсегда избавлял меня от участия в дворцовых интригах и также незримо создавал некоторую дистанцию, отстраненность в отношениях с остальными отпрысками короля. Виго не является сыном его законной супруги. Он был рожден от одной из его наложниц. К несчастью, его мать умерла ещё когда он был маленьким, что, по-видимому и обеспечило ему место среди признанных принцев. Король сильно любил свою наложницу и не смог поступить иначе, признал ублюдка, чем очень раздосадовал и опозорил свою знатную супругу.

Я являлся сводным братом законным наследникам и мог рассчитывать при дворце лишь на должность их советника, максимум, капитана дворцовой стражи, если хорошо покажу себя во владении оружием, но вряд ли бы мне доверили этот пост. Из-за неприязни их матери, братья Виго недолюбливали. И хотя обеспечивали и обучали его наравне с другими принцами, дни рождения никогда не отмечали, и на землю и обязательный наследный титул он претендовать не мог.

Отлично! Я никогда не стану герцогом при следующем правителе, а мои дети никогда не получат титул графа. И так как мне светит лишь прислуживать другим, то и мишенью для всяких врагов и убийц я тоже не являюсь. Мы сможем жить здесь с Длинноушкой припеваючи, когда я немного подрасту и смогу вести независимый образ жизни. Если для местных потеря титула и привилегий ужасная трагедия, то для меня точно нет. Я не мечтаю оббивать пороги дворца в надежде на подачку, а готов отправиться в кругосветное путешествие, с удовольствием попробую себя в роли авантюриста, искателя приключений, исследователя.

В итоге, третий принц Виго Тартский оказался в уникальном положении. Слишком высокородный, чтобы жить ребенком вне дворца, но недостаточно знатный и благородный, чтобы на что-то претендовать и нести бремя обязанностей члена королевского рода. Я был свободней, чем кто-либо в этой семье. Меня не рассматривали в качестве кандидатуры для заключения брачных союзов с соседями, и если ублюдок влюбится в эльфийку, это тоже не станет никого особо волновать. Я не имею никаких обязательств, одни выгоды и привилегии.

Это и выяснилось, когда я смог с легкостью отменить свои дневные занятия, просто отмахнуться от них, взять у казначея на личные нужны тридцать больших золотых монет и отправиться с небольшой охраной в злачные места города. Я обошел их все. Старательно выспрашивал и высматривал среди рабынь Вилайлай, но потерпел неудачу.

Во-первых, как уже отметил, эльфийки здесь были совсем не такие, каких я привык видеть, впервые встретив их в Перекрестке миров. Там они все, как на подбор: редкие красавицы, высокие, стройные, подчеркнуто белокожие, слегка заносчивые, гордые, а тут какие-то потрепанные жизнью, смуглые замухрышки, причем совсем не с золотыми или серебряными волосами. Эльфы из расположенного к востоку от Тарта Великого эльфийского леса имели такой же разнообразный, как и у людей цвет волос и глаз, но неизменно были грязными, неухоженными, с мозолистой кожей на пальцах, используемых при стрельбе из лука, грязью под ногтями, диковатыми и очень-очень смуглыми, словно жили они не в тенистом лесу, а проводили всё время под яркими, палящими лучами жаркого светила, как крестьяне в поле. Короче, одно разочарование.

Вернулся я после поисков уставший, слегка раздраженный, но не потому, что быстро не нашел свою возлюбленную, а потому, что местные эльфы меня сильно разочаровали. Они больше походили на опустившихся до самого примитивного образа жизни дикарей, чем мудрых и одаренных от природы созданий.

Я спросил у телохранителя, как долго живут эльфы по сравнению с людьми и оказалось, что немногим больше, в среднем восемьдесят-сто лет. Да, они склонны сохранять долгую молодость, примерно до пятидесяти, но потом очень быстро стареют и выглядят на свой реальный возраст. Эльфы здесь почему-то утратили своё бессмертие. Вернее, его утратили те из них, кто жил охотой и собирательством, но где-то в глубине леса есть и такие эльфы, которых люди очень боятся и ненавидят. Они обладали огромной магической силой, жили многие сотни лет и умели приручать опасных, хищных монстров, а затем насылать их на людские поселения.

Люди в этом мире также способны использовать магию, но одаренные встречаются довольно редко. Можно сказать, что знатных людей, местную аристократию от простолюдинов и отделяет эта способность. Фактически, знать здесь — это потомки магов прошлого, которые передают свои неординарные способности по кровной линии. Прах Игрид Второй хоть и король, также является сильным и уважаемым магом. Из его наследников ранний талант к магии проявился пока только у второго сына Вермилона, но для Ланцелоха это ещё не приговор. У всех одаренных талант к магии проявляется в разном возрасте. Считается, чем раньше, тем лучше, но это происходит очень индивидуально.

Вообще, любого жителя Королевства Тарт, проявившего хоть минимальные способности к магии ждет безбедное, сытое будущее. Маги на континенте и особенно в центральных людских странах просто нарасхват. Правители пяти людских королевств, включая Тарт, негласно соревнуются, в чьей армии больше магов. Они — важнейший показатель военного могущества королевства.

Отряд из полусотни магов считается значительно сильнее, чем армия из тысячи конных рыцарей. Виго, кстати достиг двенадцатилетнего возраста и скоро его тоже должны отправить в гильдию магов на проверку способностей. Проверку можно пройти и в более раннем возрасте, но за свой счет. Бесплатно все жители страны её проходят в двенадцать, повторную в пятнадцать, а последнюю в восемнадцать лет. Если к этому возрасту способности не проявились, уже не проявятся никогда.

И именно из-за вопроса магии у меня и возникло наибольшее раздражение в конце дня. Я пытался почувствовать свою магическую силу, когда разговор с телохранителем зашел об этой теме и внутренне ощутил, что много об этом знаю, суть магической силы крутится неясными образами в голове, но всё словно в тумане. Я почувствовал, что мои ценные знания словно заблокированы. Стоило лишь подумать о магии и возникало чувство, что я очень сведущ в этом вопросе, но просто забыл что-то очень важное.

Провалом заканчивались и мои попытки вспомнить, как я заслужил у богини Геммы свой желанный приз. Я ясно помнил, как годами искал Вилайлай в Перекрестке, как воскресил её и нашего сына в последние мгновения своего последнего посещения этого мира и затем отправился на состязания Небесных богов, на которые просто не мог не пойти, так как был должен богине за её огромную помощь. И на этом всё. Я помню, что должен был переродиться в чужом теле, но на этом моменте всё резко обрывается и дальше в памяти запечатлена лишь финальная встреча с богиней и моё щедрое награждение. Похоже, я очень хорошо справился с заданием, чем и заслужил столь желанную награду, но что именно я сделал, где и как, вспомнить не мог, хоть убей.

Так как вернулся во дворец после поисков я уже очень поздно, то не стал беспокоить слуг подачей ужина, а по-быстрому ополоснулся и лег спать в мягкую, чистую постель. В первый день мне не удалось добиться разрешения о встрече с отцом, а без его разрешения даже принцу не позволили спускаться в мрачную дворцовую темницу, где держали рабов-эльфов.

На самом деле, я видел, что начальник стражи просто не понимает, зачем мне это понадобилось. Он мог бы меня провести к узникам в любой момент, и его бы никто ни о чем не спросил, но моих слов, что я разыскиваю важную для меня личность оказалось недостаточно, чтобы убедить выполнить просьбу, а предложить сходу взятку я просто побоялся. Слишком мало я знаю об этом мире, чтобы сразу делать столь опасные ходы. Засыпал я тяжело. Я тут в теплой постели, а моя любимая могла томиться в сырой тюрьме или в рабской клетке. Завтра обязательно добьюсь разрешения попасть в темницу, чего бы это мне не стоило.

* * *

В дверь тихо постучали.

— Прошу прощения, Ваше Величество.

— А, это ты, Гелей, проходи, садись. Я тебя уже ждал.

— Слушаюсь.

— Рассказывай, но покороче.

Через пять минут.

— …мы посетили все места, клянусь, все места в городе, где могли продавать эльфиек. Ваш сын разыскивал какую-то особу, и много спрашивал про эльфов и ваши предпочтения.

— Что именно он спрашивал?

— Есть ли у вас любовница-эльфийка. Простите, Ваше Величество, но он именно так и спросил.

— Ладно, ты свободен. Слушай и докладывай мне обо всех необычных поступках моего сына. Завтра казначей выдаст тебе награду.

— Слушаюсь, Ваше Величество. Счастлив служить вам.

Мужчина бодро встал и засеменил спиной к двери. Хотя в просторной комнате кроме короля не было видно ни одного человека, мужчина чувствовал, что за ним следят из всех углов помещения десятки внимательных глаз. Короля охраняли круглосуточно.

Чуть позже в этой же комнате, но в этот раз король был действительно совершенно один. Охрана выставлена на время за двери.

— Ты же говорил, что он ничего не будет помнить, а месяца не прошло, как он начал её поиски.

— Умоляю, Ваше Величество, поверьте, моя магия непреодолима. Он не мог сам снять блок. Если уж мои подопечные о чем-то забывают, то уже навсегда.

— Тогда что, черт подери Виго делал целый день? Зачем он разыскивал среди рабов свою мать? Он даже пытался проникнуть в темницу, чтобы искать её там.

— Не может быть, Ваше Величество. Его память о том дне полностью заблокирована.

— Я хочу, чтобы ты ещё раз поработал над ним. Он возненавидит меня, если узнает, что я бросил в темницу его мать, но она вдруг обезумела и пыталась меня убить!

— Я ни секунды не сомневаюсь, что вы поступили верно, Ваше Величество. Все изменники должны быть наказаны и казнены.

— Не перегибай, Фултон, я все ещё люблю эту женщину, но она стала совсем другой, несла какую-то чушь, визжала, а в итоге накинулась на меня с кинжалом. Если бы не защитный амулет, что я всегда ношу на шее, был бы уже мертв.

— Это возмутительно!

— Ты не мог бы и с ней…

— Простите, Ваше Величество, я хоть и умелый менталист, но все попытки повлиять на неё окончились безуспешно. В неё словно вселился яростный демон. Её лучше поскорее по-тихому казнить. Понимаю, вы очень любите эту женщину, но нежной и любящей эльфийки, которую вы безмерно ценили, уже нет. Её тело прочно заняла какая-то тварь. Вам нужно принять тяжелое решение и покончить с ней раз и навсегда. Возможно, демон в её теле станет ещё сильнее и тогда она будет представлять опасность для всех обитателей дворца.

— Я не могу казнить мать Виго, даже не упоминай об этом. Возможно, она ещё придет в себя. Раз не можешь помочь Сиране, то сделай действительно стойкий блок памяти моему сыну, и чем раньше, тем лучше.

— Я сделаю всё, что прикажете, Ваше Величество, но для начала нужно будет снять тот блок, что я уже поставил. Он может прийти в шок, когда вспомнит, как в темницу силой утаскивают его кричащую мать. Лучше бы ему быть без сознания, чтобы не было накладок.

— Делай, что потребуется. Дай ему снотворное. Завтра состоится церемония определения способностей. Давай совместим эти мероприятия. Я создам для вас все условия. Прикинься мастером ритуала, дай ему снотворное, поработай с его памятью и разбуди, когда всё сделаешь. Он ничего и не заметит.

— Отличный план, повелитель. Я буду завтра ждать на месте и приступлю к делу по первому требованию.

* * *

Очнувшись, я быстро умылся в заранее поданной прислугой миске воды, отверг предложение пожилой служанки помочь мне одеться и выскочил в темный коридор, чтобы направиться в тронный зал, где рассчитывал добиться личной встречи с королем, но эти планы были нарушены неожиданной встречей. В коридоре на первом этаже я, буквально, уперся лбом в грудь наставника Брута.

Вчера я от него сбежал, сославшись на недомогание, но слухи, что я провел день не лёжа в постели, а пропадал вместо этого где-то в городе, очень быстро распространились по дворцу и, видимо, уже достигли его ушей. Мужчина строго взглянул на меня, отчитал за пропуск занятия под ложным предлогом, после чего решительно потянулся, и схватив за руку, добавил:

— Если опять решили сбежать от меня, Ваше Высочество, не вздумайте этого делать. Сегодня очень важный для вас день. Ваш отец приказал мне проводить вас в гильдию магов для проверки магических способностей. Ваш старший брат, а возможно, и сами Его Величество будут там. Не упорствуйте, идемте.

На самом деле, встреча с королем меня и интересовала, поэтому я без возражений последовал за учителем и безропотно сел в карету, направившуюся в гильдию магов, которую возглавлял младший брат короля, герцог Сига Вермухт Непревзойденный. Он являлся сильнейшим магом королевства Тарт, чем и заслужил хвалебную приставку к имени.

Оказалось, что в этот день к столичной гильдии магов прибыл не только король со свитой и наследным принцем. На площади перед высоким каменным зданием с блестящим металлическим куполом и длинным шпилем на верхушке было не протолкнуться. Очень многие аристократы со всей страны съехались для проверки способностей достигших двенадцатилетнего возраста детей. Кто-то привез их на повторную проверку в пятнадцать. Были и те, кто проходил проверку в последний раз.

Для многих сегодня решалась их судьба, ведь результаты каждого отпрыска знатной семьи оглашались на площади во всеуслышание. Театра и кино здесь ещё не существовало, вот и устраивались подобные публичные развлечения — знать мерилась талантами своих детей. В зависимости от того, что покажет ритуал, будет определено, отправят ли подростка в школу магии или его ждет служба в рядах чиновников и королевской гвардии. Вариант с магическим будущим, разумеется, считался самым престижным и предпочтительным. Даже если магический талант самый заурядный, семья с таким отпрыском будет отмечена королем наградой, его возьмут на содержание казны и позволят развивать свой талант у лучших наставников королевства.

Ритуал и церемония оглашения длились несколько часов прежде чем вызвали на проверку третьего принца Виго. Я весь измаялся сидя в карете и теряясь в догадках, что означает каждое из публичных сообщений, но наставник и сопровождающие меня слуги были не сведущи в вопросах магии, а опасаясь, что я опять сбегу, меня не выпускали наружу.

Ну ничего, настало моё время. Сейчас я узнаю, что такое "Сердцевина первого, второго и третьего уровня", "Малый, средний и большой потенциал" и получу расшифровку цвета таланта. Называли четыре цвета и ещё иногда проскакивало слово "бесцветный". Зеваки расступились и в сопровождении охраны, наставника и нескольких слуг я прошел от кареты к входу в гильдию.

Внутри её главного зала оказалось также людно и шумно. Здесь существовала ещё одна мини-очередь, где маги-инструкторы готовили подростков к проведению ритуала, объясняли, что следует делать, а что категорически запрещается. Прошел этот инструктаж и я. Заодно по-быстрому выспросил, что означают объявления на площади.

Мужчина слегка смутился, что принц не знает элементарного, но делая скидку, что перед ним член королевской семьи, впервые посетивший гильдию магов, терпеливо и довольно подробно разъяснил заданный мной вопрос.

— Ваше Высочество, все наделенные магической силой люди отличаются своим уникальным талантом. Есть два важных параметра. Начальная сила и максимальный потенциал. Силу можно со временем нарастить, развить, но выше потенциала не прыгнешь. Кому-то дано больше изначально, но они всё равно упрутся в определенный потолок, с другой стороны, высокий уровень сердцевины гарантирует и более быстрый прогресс.

Ритуал позволяет определить и стихию, к которой у будущего мага большая предрасположенность. Как вы наверное уже догадались, у большинства мужчин склонность к магии стихии огня, реже земли, когда как женщины чаще обладают склонностью к стихии воды и очень редко воздуха. Самые одаренные могут иметь способности к двум стихиям, очень малое число сразу к трем, но таких уникумов на континенте можно пересчитать по пальцам одной руки.

Отсюда и названия талантов. Желтый — стихия огня, синий — стихия воды, коричневый — стихия земли, белый — стихия воздуха, а если цвет стихии не определен ритуалом, то талант называют "бесцветным", хотя зачастую, в более зрелом возрасте или во время практик предрасположенность к определенной стихии всё же выявляется.

— Спасибо, мастер, а сколько всего уровней сердцевины и каков максимальный потенциал?

— У новичков, никогда не развивавших свои магические способности уровень сердцевины вообще невозможно определить, но если ритуал показал наличие маны в теле, то ему присваивается первый уровень. Если вы слышите о втором и третьем уровнях, то это означает, что проверку проходил уже какое-то время практиковавшийся ученик. Не обращайте внимания, здесь есть те, кто намеренно хитрит. Те, чей талант не проявился в двенадцать, но дал о себе знать вскоре после первой проверки, упорно занимались с личными учителями магии, вот у них-то и обнаруживается второй и третий уровень сердцевины, а всего этих уровней десять и каждый новый достигается в разы, в десятки раз сложнее. К примеру, у меня пятый уровень сердцевины и средний потенциал. Это означает, что я уже достиг своего потолка. Сколько бы я ни занимался, сильнее не стану.

— Получается, не важно, какая сердцевина изначально, главное — высокий потенциал? — спросил я.

— И да и нет, Ваше Высочество. Взращивание магической силы процесс длительный и не всегда успешный. Те, кому удается быстро поднять несколько уровней магической силы ещё в юности, почти гарантированно при жизни пересекут среднюю планку, а вот тем, кто годами топчется на месте, это может оказаться и вовсе не по силам. И уровень сердцевины и потенциал одинаково важны.

— Спасибо мастер.

— Не благодарите, Ваше Высочество, мой долг отвечать на ваши вопросы. Прошу, пройдите за мной, вам сюда.

Хотя большинство пришедших проходили ритуал в главном зале, меня почему-то отвели в небольшую боковую комнату, где меня уже поджидал мужчина с неприятными, водянистыми, серыми глазами. Инструктор ушел, а этот мужчина усадил меня в центр заранее расчерченной символами пентаграммы на полу и разложил на концы звезды разноцветные кристаллы.

— Перед началом, Ваше Высочество, вы должны выпить этот напиток, — осторожно доставая и наливая из флакона какую-то бесцветную жидкость в небольшой серебряный фужер, сообщил мужчина.

— Что это?

— Специальный эликсир, он поможет вам расслабиться и проверка способностей пройдет быстрее и точнее.

Не люблю я всякие непонятные бутылочки, но все же подчинился и выпил содержимое фужера. Его действие почувствовалось сразу. Веки и все тело потяжелело. Захотелось спать и я невольно кивнул носом.

— Не беспокойтесь, так и должно быть, Ваше Высочество, — приговаривал мужчина и минуты не прошло, как меня полностью вырубило.

Не знаю, сколько прошло времени, но из глубокого сна меня вырвали крики проводившего ритуал мужчины. Вскоре и я закричал, словно меня режут ножом наживую. Голову словно стиснули гигантские тиски и из ниоткуда полезли воспоминания о том времени, что я провел в Землях Богов. Меня охватил такой ужас, такая душевная боль, что я готов был убиться об стену, но через несколько минут все закончилось память о девятьсот девяносто девяти циклах в петле времени запечатлелась гримасой безумного отчаяния на невинном детском лице.

Пока я кричал, в комнатушку набилось стражи, слуг, все шумели, беспокоились, после чего меня унесли в карету и с ветерком доставили во дворец, где я пролежал в постели несколько дней, восстанавливаясь, словно больной. Я действительно чувствовал себя больным, в один миг постаревшим на пятьсот лет, но этот разрушительный психологический эффект заметно снизился от заботы слуг и посещавших меня младших сестер. Они искренне переживали за любимого братика.

Как я сразу заметил, Виго был большим любимцем у женщин, всех женщин во дворце, не считая, пожалуй, только законной супруги короля. Она одна до боли в зубах ненавидела его и настраивала против него своих детей, но сделать это частично удалось только со старшими сыновьями, младшие же ее дети ещё не испортились, не слушали мать и от них мне доставалась только любовь.

Где-то на периферии моего сознания всплыли и воспоминания, которые были забыты и самим Виго. Его мать оказалась не просто наложницей, а украденной из Великого леса ещё прошлым правителем юной эльфийской принцессой. Вот она-то и походила на тех эльфов, что я считал правильными — златовласая, высокая с красивым лицом и телом, не то, что эти грязные дикарки. И совсем последним я вспомнил момент, связанный с её заточением. Это произошло примерно месяц назад. Её вдруг схватили и прямо нагишом выволокли за волосы из личных покоев.

Никакого официального объяснения причин такого жестокого обращения с уважаемой наложницей короля не было. Она кричала, звала на помощь, но её оглушили ударом кованого сапога по голове, разбили голову и она потеряла сознание. Виго все видел и умолял отца помиловать мать, пытался её освободить, из-за чего в темнице погибло несколько стражников.

Он, оказывается, уже довольно сильный маг, но получив по затылку рукоятью меча, также потерял сознание, а очнувшись о произошедшем уже ничего не помнил. Вместе со странной потерей памяти он забыл и о своих магических способностях. Напрочь забыл. Всем во дворце запрещалось упоминать о его матери. Её словно стерли, но судя по тому, что я вспомнил, она всё ещё находилась здесь, в темнице. План созрел мгновенно. Я освобожу мать Виго. Что-то подсказывало мне, что она и является моей несчастной возлюбленной. Бедняжка, но почему так вышло? Что за глупость помещать Вилайлай в тело матери Виго, а меня в него, если я являюсь её сыном? Мы не пара, хотя теоретически можем быть вместе, если откинем предрассудки о кровосмешении, но если это правда, такое решение мне вовсе не по нраву. Тем более, я надеялся увидеть именно её, а не её сознание в теле другого человека.

Только когда ко мне неожиданно вернулась вся память, я оценил уровень халтуры и реальное качество исполнения моих желаний, хотя возможно я ошибался и мать Виго не являлась Вилайлай, но тогда было странно, что она вдруг взбунтовалась против короля. Окажись на её месте, я бы тоже отказался выполнять постельные обязанности наложницы и попытался избавиться от своего навязчивого любовника. Уж не знаю, где правда, но пока не выясню всё с пленницей, ломать голову бессмысленно.

Я лежал в постели, но не просто так, я медитировал. Да, да, я опять взялся за старое, повышал уровень контроля Ци, настраивал свою энергетическую систему. С моими знаниями никакой техники "Двенадцати дворцов" проводить потребности не было. Я кодировал Ци напрямую, с пониманием и знанием дела. Местные называют Ци маной, а тех кто умеет её накапливать и использовать — магами, но я-то знаю, как дело обстоит на самом деле. Мне не нужны заклинания, пентаграммы и прочий театр. Я работаю с энергией напрямую.

В первый же день отдыха разрушил колодец Ци Виго, сформированный в грудном отделе, это опасно, слишком близко к сердцу и пятой чакре. Нельзя давать чувствам управлять мной. Любая эмоция может привести к взрыву колодца, с нижним даньтанем надежней и правильней, я буду давить волей, а не питать даньтань чувствами. Ещё день ушел на создание системы двенадцать на двенадцать. Я был приятно удивлен, что концентрация Ци здесь не сильно уступает, а возможно, совсем такая же, как в Землях Богов.

Конечно, для того, чтобы сразу взяться за культивацию без долгих практик накопления, пришлось использовать несколько читерские, усовершенствованные мной в сотню раз методы концентрации Ци, но между короткими и частыми сеансами поглощения сильного дефицита и прочих неприятных эффектов не ощущалось.

Я смогу здесь развиваться не намного медленнее, чем раньше, но все же я не торопился, не рвался к рангу Проницательности, желая насладиться полным спокойствием хотя бы несколько дней. Когда я возьму первую ступень серебра все изменится, начну чувствовать других мастеров, вернее, "магов" на приличном расстоянии, а это немного нервирует. Я сюда отдыхать пришел, а не загоняться. Единственная причина, по которой я не рвал с места, это желание все сделать правильно с первого раза.

Честно говоря, временная петля выработала у меня привычку экспериментировать. Что-то вроде "Не выйдет сейчас, в следующем цикле сделаю по-другому", но никаких циклов уже нет. Я должен сразу писать в чистовик, и поэтому спешка будет лишней. Я уже нарубил дров, кинувшись разыскивать Вилайлай, как угорелый, пусть это и привело в целом к положительному результату, второй раз мне может так не повезти. Нужно все взвесить и оценить. Никакой больше спешки, все переиграть с начала уже не смогу. Эх, скоро этот мир узнает, кто его посетил.

Глава 4 Диверсия

Кроме очевидных преимуществ возвращение памяти дало и неприятный побочный эффект. Чувствовал себя потасканным жизнью стариком. Чем дольше живешь, тем больше события прошлого довлеют над взглядом, устремленным в будущее. Лежа в постели, я трижды отметил, что в любую свободную минуту вспоминаю приключения в Землях Богов. Вспоминаю самые яркие, радостные и грустные моменты, ночи страстных объятий с любимой, и что скрывать, многими другими милыми сердцу девицами.

Ли Май, пятая принцесса Вэй, девица Цинь, девица Тан, девица Ся — стали теми островками спасения, которые весь этот долгий путь поддерживали меня, не дали сойти с ума в попытках обрести абсолютное могущество. Перед внутренним взором пронеслись неимоверно сложные, но в итоге разрешенные головоломки, жестокие, бескомпромиссные битвы, тысячи поверженных противников и преследующее тенью отчаяние.

И вот, всё это осталось в прошлом, тяжелое испытание позади, появился шанс зажить нормальной жизнью, начать всё сначала вместе с самой прекрасной спутницей на свете, уже без жестких рамок, без бега по кругу, а мой запал словно выгорел. Когда нет ограничений, желания из них вырваться, то и мотивация развиваться исчезает. Я лежал и хандрил, но ровно до тех пор, пока не столкнулся с первой, по-настоящему серьезной проблемой в совершенствовании.

Три дня я чувствовал, что энергия Ци течёт ко мне неиссякаемым потоком, а на четвертый день во время двухчасовой культивации её приток сначала резко снизился, а затем и вовсе иссяк. Я удивился этим неожиданным изменениям, сделал перерыв, чтобы дать энергии опять равномерно распределиться в окружающем пространстве, но и через два часа её концентрация оказалась очень низкой. Настолько низкой, что даже мои особые техники поглощения не дали почти никакого результата. Похоже, все же этот мир отличается и здесь рассредоточенная в атмосфере Ци не спешит занимать равный объем, как это делают газообразные вещества.

Однако, подобное явление было довольно странным. Ци нужно всем животным и растениям, как при таком медленном перераспределении они не испытывают дискомфорта или более серьезных последствий. То, что я выкачал Ци в радиусе примерно пяти сотен метров обязательно должно было сказаться на самочувствии людей и даже растений. Может сказалось, а я просто ещё не в курсе?

Так и произошло. Постоянно ухаживающая за мной служанка принесла поднос с завтраком, еле переставляя ноги. Её лицо было бледным, а руки дрожали. Тяжело склонившись, она чуть не выронила поднос, после чего извинилась за ожидание. Путь от кухни на второй этаж спального крыла дворца впервые дался ей так тяжело.

Я спросил, как она себя чувствует и женщина сразу же пожаловалась на сильное недомогание, головокружение и мучительную головную боль. Её симптомы напоминали критическое истощение маны у мага, что для служанки, не способной использовать магию, было по меньшей мере странно.

Проверил пульс женщины. Её сердце колотилось, как у кролика, но при этом кровь в теле текла очень вяло, еле-еле. Запустив свою Ци в тело исследуемой пациентки, я принудительно ускорил кровоток и она стала оживать на глазах. Пришлось поделиться с обессиленной женщиной крупицей своей энергии, иначе негативные последствия острой нехватки Ци могли привести к анемии и даже смерти.

Возник серьезный повод для беспокойства. Поглотив гигантские объемы энергии, чтобы по-быстрому прыгнуть на восьмой уровень концентрации, я тем самым опустошил большую область окружающего пространства, не беспокоясь о том, чем это может грозить обычным людям. Разумеется, я сделал это без злого умысла. В Землях Богов, как бы я не отбирал энергию, такого эффекта никогда не возникало. За несколько часов Ци там восстанавливалась до средних значений, а на природе, рядом с лесом и пресными озерами это происходило ещё быстрее. В чём же дело? Получается, в этом мире Ци всё же не так много, как я подумал вначале. Что-то являлось его дополнительным источником во дворце, но я выбрал за несколько дней этот источник, а без него, свободной маны оказалось не так много.

Я накинул халат, проводил служанку до дверей комнаты и вышел вслед за ней. Тут я своими глазами убедился, что мои догадки верны. У дверей в мою спальню, опершись спинами на стену, сидело двое потерявших сознание стражей. Именно они не позволяли мне покинуть комнату эти несколько дней, якобы для моей безопасности, но судя по всему, король не желал, чтобы я свободно перемещался по дворцу и не делал новых попыток проникнуть в темницу.

Это оказалась далеко не вся выставленная для моего сдерживания стража. Ещё двое крепких мужчин прилегли отдохнуть в конце коридора, ещё пара на лестнице на втором и первом этажах. Дальше, куда бы я не направился, видел лежащих в обморочном состоянии стражей и слуг. Долгое пребывание в области без маны лишило многих людей последних сил. Энергия Ци, эфир или мана по местным представлениям пронизывает всё сущее и по факту является важным, питающим жизнь компонентом. Выходило, что в этом мире даже обычная техника поглощения энергии, выполненная мной в агрессивной манере, превращалась в оружие массового поражения. Если осуществить такую диверсию против военного лагеря вторгнувшегося противника, то можно победить не сражаясь, а если нужно нейтрализовать его магов, то также достаточно заставить их войти в поле без маны и их тело сожжет накопленные запасы, перенаправив их на жизнеобеспечение.

О том, что мои выводы о слабом перераспределении энергии Ци в пространстве не совсем верны, я узнал из разговора с отцом Виго. Он был единственным человеком, кого я встретил стоящим на своих двух. Правда, он также выглядел бледным, изможденным, шёл, опираясь рукой на стену и его лоб покрылся испаринами. Заметив меня, он призывно помахал рукой.

— Скорее, Виго! Идем! Я пришёл за тобой. Нам нужно немедленно покинуть защитный барьер! — воскликнул он и развернулся на месте, жестом показав следовать за ним.

Мы покинули спальное крыло, центральный корпус и гостиный двор, после чего прошли ещё триста метров от центрального входа вдоль главной аллеи до окружающих дворец по периметру высоких каменных стен и, преодолев какую-то невидимую черту, наконец-то оказались вне магического барьера.

А когда прошли через ворота за стену, я увидел огромную толпу людей, окруженную двумя рядами стражи. Здесь было много всякой знати, чиновников и дворцовых слуг. Это те, кто был вовремя предупрежден и покинул опасную зону самостоятельно. Спальное крыло, в котором жил я, ублюдок, рожденный от наложницы, оказалось в самом дальнем конце и новость о срочной эвакуации туда так и не дошла. Если бы не знал, что сам являлся причиной откачки маны, подумал бы, что это королева пытается изжить меня со света.

Нужно было помочь остальным пострадавшим. Было очевидно, что оставшиеся там люди в большой опасности, но король запретил мне возвращаться и вытаскивать пострадавших, сказав, что спасением всех, кто не смог покинуть барьер, займутся направляющиеся сейчас к дворцу маги из его личной магической гвардии и служащие гильдии магов. Только маги, такие как он и я, смогут войти внутрь антимагического барьера в текущих обстоятельствах и не погибнуть.

Пока велось разбирательство, установление причин возникшей ситуации и прочие спасательные работы, король решил отсидеться с семьей и небольшим отрядом охраны в своей летней резиденции. Туда мы и направились в карете. Путь не близкий, примерно три часа езды от столицы на юго-запад. В карете мы ехали с королем и двумя его сильнейшими телохранителями. Выдалась отличная возможность поговорить.

За три с небольшим дня король так и не соблаговолил увидеться с сыном после происшествия в гильдии магов. Справлялся о моем состоянии через слуг. Меня даже не расспросили, что произошло. Обычная история, мнение подростка никого не волнует, а мне вот хотелось знать, почему для Виго, который уже тайно проходил ритуал проверки способностей ещё в семь лет и был отмечен, как уникальный маг, имеющий очень высокий потенциал, устроили весь этот цирк с повторным посещением гильдии магов.

В первый раз во время довольно короткого ритуала он все время был в сознании, его никто не опаивал успокоительным, а тут вдруг потребовалось что-то пить. Зачем? Конечно, прояснение памяти после этого происшествия намекало, что кто-то намеренно изменил воспоминания Виго, заставив его забыть о матери. Он был сильным магом, но и об этом почему-то забыл. За месяц беспамятства он ни разу не занимался развитием магических способностей. Его учителя магии заменили господином Брутом, который должен был внушить ему, что именно занятиям с ним он посвящал ранее каждое утро после завтрака.

Магическое прошлое и мать-эльфийку стерли для Виго, а из круга общения исключили всех, кто мог бы об этом напомнить или случайно рассказать. Вот как король Прах Ингрид Второй обошёлся с незаконнорожденным сыном. Теперь оставалось узнать почему, не назвалась ли Сирана другим именем, и я осторожно начал разговор, спросив для начала, что произошло во дворце.

Конечно, я лучше всех знал, что там произошло, но нужно было изобразить испуганного ребенка, который шокирован рядом происшествий и ищет защиту у сильного и могущественного отца, немного поиграть на чувствах.

— Ваше Величество, отец, мне так страшно, что случилось? Стража, слуги, они вдруг все упали на пол и больше не двигались. Они умерли?

— Надеюсь, что нет. Мои советники обязательно выяснят, что произошло, но уже сейчас с полной уверенностью можно сказать, что кто-то из наших врагов, к сожалению, пока не знаю, кто именно, не пожалел огромных сил и средств, проник внутрь защитного барьера дворца, чтоб лишить нас…

— Лишить чего, отец?

— Это секрет. Я скажу, если пообещаешь никому и никогда об этом не рассказывать. Обещаешь?

— Да! — с готовностью согласился я.

Играть, так играть наивного подростка до конца.

— Враг лишил нас всех запасов магических кристаллов. Все магические артефакты в сокровищнице тоже полностью разряжены. Эх, хотел бы я знать, какой магией можно достичь такого ужасающего сжигания маны. Боюсь, как бы завтра не разразилась война. Просто так подобные вылазки не осуществляют. Думаю, их целью была не только сокровищница. Противник замахнулся и на наши жизни. Когда вражеского лазутчика поймают, я под пытками заставлю его всё рассказать.

— А что произошло в гильдии магов, отец? Я прошёл проверку? Какой у меня потенциал?

— Ты ничего не помнишь?

— Нет, — опустив глаза, расстроено признался я, — только то, что мне сказали выпить какой-то эликсир. Я выпил и мне сильно захотелось спать. Я, изо всех сил сопротивлялся, но всё равно заснул, а когда очнулся, моя голова болела так сильно, что не было сил терпеть.

— Ты молодец, Виго. Выдержал трудное испытание. Я горжусь тобой.

— Так какой у меня потенциал и стихия, Ваше Величество? Удалось это узнать?

Король молчал, нервно поглаживая свою короткую, стриженную бородку, собираясь с мыслями. Он медлил с ответом, но было непонятно почему. Я почувствовал, что мужчина колеблется и не столько нервничает, сколько раздосадован положением, в которое попал. Выдержав паузу, он приказал телохранителям покинуть салон и временно занять места на подножках снаружи.

Когда слуги покинули салон, он продолжил разговор совсем другим тоном.

— Виго, мой нежно любимый сын, я должен в кое-чем признаться. Я погорячился, поступил глупо и вместо того, чтобы признать это, совершил ещё одну ошибку, прикрывая свой старый промах.

— Отец, я тоже вас очень люблю, но не понимаю, о чем вы говорите.

— Хм… Я… я обманул тебя. Заставил думать, что твоя мать мертва. Пойми, я опасался, что ты опять ослушаешься моего приказа и попытаешься вызволить её из тюрьмы. В прошлый раз из-за этого погибло шесть моих верных слуг и среди них два гвардейца. Шесть! Они были убиты тобой, так как ты не желал ничего слушать, шёл вперед наплевав на все мои просьбы. Будь на твоем месте кто-нибудь другой, за убийство шестерых людей я бы без раздумий лишил бы преступника жизни.

Но ты ещё незрелый ребенок, который просто не осознает, что творит, так как очень сильно любит свою мать. Я постарался тебя понять. Думаю, тебе казалось, что ты делаешь благое дело, спасаешь мать, и просто не мог поступить иначе, но это была ошибка. Ты ошибся, так как воспринял всё неправильно, и именно поэтому я решил поступить иначе. Не стал тебя казнить и бросать гнить в тюрьме, как этого требует буква закона, а попросил моего старого друга и лучшего в Королевстве Тарт менталиста, изменить твою память.

— Мою память?! — воскликнул я, изображая искреннее удивление.

— Да, Фултон в этих вопросах мастер. Я приказал ему заблокировать твои воспоминания, чтобы позже, когда твоя мать придёт в себя, вернуть их назад. Прости меня, я думал, что так будет лучше всего, но я тоже ошибся.

— Моя мать жива?!

— Да, она жива, но потеряла рассудок. Месяц назад она напала на меня и пыталась убить. Сирана… твоя мать никогда бы так не поступила. Я уверен в этом, но тем не менее это произошло и мне пришлось её посадить под стражу. Мои лучшие слуги пытаются ей помочь. Если это возможно, я исцелю её. Поверь Виго, я очень люблю твою мать и ничего для этого не пожалею.

— Я убил людей? Но я ничего не помню…

— Так и должно быть. Все события того дня были заблокированы, а заодно и твоя память о магических навыках. Однако, на днях, похоже, твоя память вернулась. Ты опять начал разыскивать мать.

— Нет, Ваше Величество, это ошибка, я этого не делал.

— Ну как же, Виго, а зачем тогда ты обходил невольничьи рынки?

— Я искал себе рабыню для… для другого.

— Вот как! Выходит, я опять ошибся, — покачав головой, расстроился мужчина.

— Так ты не искал свою мать? Зачем тогда ты обращался к капитану стражи тюрьмы?

— Я искал определенную рабыню и просто предположил, что она могла находиться там.

— Что это за особая рабыня?

— Она пришла ко мне во сне. Её зовут Вилайлай. Она просила спасти её, освободить из жестокого плена и я попытался это сделать. Мне обязательно нужно с ней встретиться. Она моя возлюбленная на небесах.

— Ты увидел какую-то девицу во сне и решил, что она существует и в этом мире? — переспросил мужчина.

— Так всё и было, отец.

Этим объяснением я вызвал у мужчины огромное облегчение.

— Эх, нужно было спросить тебя напрямую, а не выдумывать невесть что, — стукнув себя ладонью по коленке, воскликнул король, — Эх, тогда бы Фултон…

— Что-то случилось, отец?

— Нет, пока ничего. Помнишь того мужчину, что проводил твой ритуал.

— Да. У него большие серые глаза на выкате.

— Это и есть мой старый друг Фултон. Я решил, что его блок не действует и попросил его восстановить, но все оказалось не так. Что-то случилось и его магия навредила вам обоим.

— Так вот почему тот мужчина кричал.

— Не знаю, что на самом деле произошло. С ним мне не удалось поговорить. С того дня он не приходил в сознание. Хочу спросить тебя, раз мы коснулись этого вопроса. Не было ли в комнате для проведения ритуала посторонних?

— Пока я не выпил эликсир, не было, а потом мои глаза слиплись и не знаю.

— Ясно. Что же, будем ждать, когда Фултон очнется. Надо, чтобы он снял все твои блоки. В последнее время столько странных происшествий, что голова идет кругом и это на фоне того, что Герцогство Вестфалия готовится напасть на наши владения за Черным лесом. Новый наследник короны из Кру согнал свои многочисленные войска к приграничному городку на западной границе. А теперь ещё и это нападение на дворец… Похоже, войны не избежать.

В этих обстоятельствах я вынужден отдать тебя в школу магии в двенадцать. Конечно, тебе там уже может быть скучно, ведь ты потомок не только моего, но и великого эльфийского магического рода. Мой отец хотел создать великого мага, который станет оружием Тарта против наших злейших врагов. Я осуществил его план. Твоя мать Сирана — в действительности эльфийская принцесса и её магический потенциал просто огромен по сравнению с магами-людьми.

Конечно, из-за блокировки памяти, ты этого сейчас не помнишь, но ты являешься одним из сильнейших магов молодого поколения. В двенадцать лет у тебя уже сердцевина третьего уровня, а потенциал вдвое превышает тот, что считается высоким для людей. Я это лично видел на показывающем кристалле.

— Отец, ты не шутишь? Я думал, раз ты не хочешь называть мой талант, то ритуал показал, что я не имею магической силы. А вдруг, раз я об этом не помню, она тоже исчезнет!

— Не говори вздор, как Фултон придет в себя, он снимет все блоки и ты покажешь всем, чей ты сын.

— Спасибо, отец. А Ланцелох и Вермилон тоже пойдут со мной в Школу магии?

— Ланцелох — нет. Он пока не показал, что вообще когда-либо станет магом. Это печально, но так бывает. Магические способности родителей могут передаваться не всем потомкам.

— А Вермилон?

— Он бы хотел, но обеспечить его полную безопасность в школе будет затруднительно. Я намерен отправить туда только тебя, но и ты будешь там учиться не под своим именем. Раз на нашу страну осуществляют столь дерзкие нападения, то будет лучше, если никто не будет знать, что ты мой сын от эльфийской принцессы. Мы скроем твою личность для твоей же безопасности.

— А мне можно будет увидеться с матерью перед отправкой в школу?

— Можно, но поверь, сын, ты будешь разочарован. Скорее всего Сирана не узнает тебя, как не узнает и меня. Сейчас она словно совсем другая сущность. Фултон вообще уверен, что её осквернил демон, но я не позволю ему и таким, как он, навредить твоей матери.

— Конечно, отец. Я только одним глазком гляну и всё.

— Ладно, я устрою вашу встречу. Временно дворец будет закрыт, её привезут в летнюю резиденцию.

— А почему дворец закрывают?

— Это всё из-за той магии, что сожгла запасы маны внутри барьера. Пока твой дядя, глава гильдии магов Сига Вермухт не придумает, как снять барьер или наполнить его маной изнутри, там будет опасно находиться.

— Я понял, отец, а когда мне нужно будет отправиться в школу магии?

— Собрание новичков и обучение начнется через две недели. У тебя есть это время, чтобы восстановить свои навыки.

— Но я ничего не помню, отец. Что я буду делать, если Фултон так и не придет в себя, а мне нужно будет показывать магические способности.

— Не беспокойся, Виго. Я уверен, за две недели всё образуется.

Оптимизма королю Праху Ингриду было не занимать, но ничего из того, что он сказал, не случилось. Фултон умер не приходя в сознание от моей руки. Незачем в королевской семье знать, что менталист облажался и вместо установки блока снял доступ к тому, что было за гранью его понимания. Узница Сирана тоже оказалась не тем, кто я думал. Она не была отчаявшейся попаданкой в чужом теле. Скорее всего, тот же самый Фултон или какой-то другой менталист по приказу врагов вывернул ей мозги, приказав убить короля Тарта. Этот план провалился и до неё добрались и свернули ей мозги окончательно. Она не просто не узнавала людей, а вообще ничего не узнавала. Я увидел перед собой безумный овощ, который не знал, как его зовут и где он находится.

У меня отлегло насчет столь неуместного размещения Вилайлай в Сиране, но встал вопрос, где теперь её искать в огромном, незнакомом мире. Что-то подсказывало, что больше всего шансов на успешное воплощение у эльфа в Великом эльфийском лесу. Пока я мал и акклиматизируюсь в незнакомом мире, Вилайлай может делать все тоже самое среди своих местных сородичей.

Конечно, хотелось бы встретиться с ней пораньше, но похоже, это не входило в планы Геммы. Ладно, я отыщу её своими силами. Мне только надо немного подрасти, освоиться и стать сильнее. Так и быть, поиграю в ученика школы магии. Посмотрим, может это будет интересно. Есть шанс, что я встречу её там. День начала занятий приближался, а я с огромным трудом набрал Ци для перехода на первый ранг серебра. Все же, я ошибался и концентрация хаотической энергии здесь на порядок ниже, чем в Землях Богов. Быстро стать Орихалковым, да даже Золотым не выйдет, уйдут годы.

То, что я принял вначале за изобилие Ци, было лишь дарами королевской магической сокровищницы. Сам того не желая, я осуществил в королевстве Тарт очень опасную диверсию. Шпионы стран-соседей наверняка вынюхают и доложат об этом инциденте своим хозяевам, а те не упустят шанс воспользоваться моментом и нападут на Тарт, возможно, образовав военный союз. Я подставил короля Праха Второго, но готов искупить свою вину на поле боя. Мне только форы месяц-другой, чтобы я докачался до ранга молодого боевого мастера и посмотрим, кто выиграет в сражении.

У местных магов нет специально сконструированной энергетической системы, внешнего круга, закалки, которой можно блокировать любые магические, основанные на Ци атаки, а как показали мои исследования, десятый уровень сердцевины равен десятой ступени концентрации Ци. То, что здесь считают пиком магического могущества, для меня лишь первая ступенька в лестнице истинной силы. Однако, в школе лучше особо не привлекать внимание. Мне нужно время, чтобы взять первый боевой ранг и тогда можно будет показать себя во всей красе. Ещё два денёчка, школа магии — встречай нового ученика.

Глава 5 Истинное лицо Тарта

Вот и настал долгожданный день поступления в школу магии. Во всех мирах, в любых воплощениях, которые довелось испытать, мне ужасно не везло с учебными заведениями, как ступенькой естественной социализации. Везде существовали подобные учреждения со своей особой, таинственной и крайне притягательной для меня атмосферой, но спешка и обстоятельства вынуждали меня проходить мимо. Или миссия заказчика требовала шевелиться и я развивался семимильными шагами из-за чего посещение школ и академий теряло всякий смысл или мои актуальные цели вели меня в обход этого интересного пути.

Я ведь из "ё" — отбросов и о школе и известных высших учебных заведениях для элиты с чистыми, просторными классами и учениками в нарядной форме с гербами на груди, знал только по фотоизображениям из сети. Всегда хотелось узнать, что такое "школьная жизнь", "школьная дружба", самому стать частью картинки с улыбающимися учениками и мудрыми преподавателями. Для кого-то шезлонг на белоснежном пляже под зонтиком — образ пленительного счастья, для меня же обычный поход в школу, непринужденное, дружеское общение с другими учениками, дух искреннего товарищества и забавного соперничества являлся давно затаённым, неудовлетворенным желанием.

Разумеется, не нашлось этой роскоши места и среди девятьсот девяносто девяти циклов в шести царствах, поэтому неспешное посещение школы, сидение за партой в кругу друзей, обсуждение малозначимых глупостей, сознательное безделье с разглядыванием меняющегося от сезона вида в окне, стало для меня особенно желанным времяпрепровождением. И наконец-то, это желание сбывалось!

Однако, я не был бы собой, если бы не заставил это время проходить для меня с двойной пользой. Всё же привычку беречь и максимально использовать каждую минуту, каждую секунду из себя уже так просто не выбьешь. Приходилось обманывать самого себя, запускать полезные процессы в фоне, чтобы потом давать себе право расслабиться и наслаждаться праздной жизнью. И для этого лучше всего подходила цепочка благодарности.

Сам того не желая, я существенно подпортил себе первое впечатление о школьной жизни, по привычке собрав через слуг и лично некоторые сведения о школе заранее. Разведка, наведение справок — лучший способ подготовиться к неизвестному, развеять вредные иллюзии и обезопасить себя от скрытых угроз. Было неразумно прийти в незнакомое место и сразу вляпаться в неприятности, не зная правил и обычаев школьной жизни. Я расспросил о них некоторых неглупых слуг и того, кто лично обучался в этой школе, и даже будучи учеником, имел огромный вес — у главы гильдии магов, моего дяди, герцога Сиги Вермухта Непревзойденного.

Да-да, для поступления в школу с реализацией всех моих фоновых задумок мне пришлось убедить короля позволить мне покинуть летнюю королевскую резиденцию за два дня до начала учебного года, а в эти дни перейти под присмотр и защиту магов из гильдии. Я начал добиваться разрешения отца заранее, и сам настоял на размещении у дяди, так как хотел скинуть хвост из приставленной ко мне охраны.

В первую очередь я желал избавиться от напрягающего сопровождения из-за намерения перед школой ещё раз посетить дворец. По старой привычке я не вернул взятые для выкупа рабыни тридцать золотых прахов казначею, а сделал в своей комнате неприметную заначку. Теперь эти средства пойдут на реализацию моей задумки. Разумеется, такой суммы было недостаточно для всего, что я хотел сделать и ещё столько же я попросил у отца, сославшись на то, что взятые деньги остались в моей комнате во дворце, а мне нужны средства на личные расходы в первое учебное полугодие.

В школе магии полный пансион — кормят, предоставляют жилье, обеспечивают быт и одевают в форму и чистое белье прямо на месте. Деньги ученикам не нужны, но я настоял, что не хочу во всем зависеть от других и обращение с деньгами научит меня самостоятельности, и король Прах Ингрид согласился раскошелиться, выделив мне ещё тридцать. Сумма в шестьдесят золотых прахов должна была стать моим стартовым капиталом в этом мире, но тайком посетив дворец ранним-ранним утром, я добыл сопоставимую сумму наличности и своими личными усилиями. Правда из-за того, что они были представлены в основном серебряной чешуей их объем и вес оказались настолько большими, что выносить пришлось в мешке на спине.

Чтобы получить мешок чешуи я не грабил королевскую казну и не сделал ничего преступного, просто собрал мешки с серебром с тел обнаруженных за барьером мародеров. Входить за барьер было строго запрещено, но некоторые несознательные граждане, матерые воры и даже недалекие городские стражи посчитали, что это их шанс несказанно обогатиться и прокрались в обход охраны ворот, перебравшись на территорию дворца через стену. Впрочем, я сделал то же самое, чтобы не тревожить гвардейцев и обнаружил среди деревьев в саду и в коридорах дальних жилых помещений спального крыла десятки трупов нашедших свой конец искателей легкой наживы.

Это подтолкнуло меня не только опустошить личную заначку, но и проверить, что там в мешочках на поясе у мародеров. Я намеренно побродил по внутреннему двору дворца, зашел во множество открытых комнат и отыскал уже не десятки, а сотни трупов. Нередко, у мародеров не оказывалось на поясе ничего, зато у другого можно было обнаржить по три-четыре тугих мешка. Воры, пробравшиеся в замок позже, обворовали уже своих погибших товарищей.

Их мешки на поясах оказались туго набиты чешуей. Воры думали, что в сказку попали, целый дворец стоит без охраны, бери всё, что хочешь, но углубившись в дальние помещения, выйти из зоны с выкачанной маной им уже не удавалось. Установленный вокруг дворца антимагический барьер препятствовал проникновению маны извне. Это интересная и неизвестная мне по своей структуре печать. А так как разбиравшаяся с проблемой исчезновения маны группа магов так и не нашла способ снять древний барьер или как-то восполнить её количество внутри защитного купола, у меня ещё будет время детально изучить эту печать. Она может пригодиться мне в будущем в качестве щита для союзников на поле боя.

Временно королевский дворец стал безжизненной, смертельно-опасной зоной, а для всяких жуликов и воров настоящим могильником, причем их тела здесь не разлагались, как в обычной среде. Нехватка маны заставляла их тела иссыхать и мумифицироваться. Микроорганизмам, разрушающим трупы, также оказалась необходима мана, чтобы размножиться и выполнить свою работу. Я собрал и вынес в моё текущее место проживания всё найденное у воришек и при пересчете в безопасном месте установил, что добыл ещё около шестидесяти золотых прахов в эквиваленте, серебром и чешуей.

Отлично! Мелкая разменная монета мне тоже не помешает. Золотые прахи сразу выдавали во мне отпрыска какого-то богатого рода и появление такого клиента на невольничьем рынке без весомой охраны могло спровоцировать проблемы. Разумеется, проблемы у тех, кто попытался бы меня ограбить или взять в заложники. Я не боялся нападения, но избиение головорезов подростком привлечет лишнее внимание, займет лишнее время, которого у меня, честно говоря, из-за задержки во дворце было уже в обрез. У меня всего один день на запуск цепи благодарности, предстояло сделать так много в столь сжатые сроки, что я даже начинал немного нервничать.

А ещё эти игры в сонного мальчика приходилось поддерживать. Для дяди Сиги я проснусь к обеду, посещу его за обедом, расспрошу о школе, а затем опять отправлюсь отдыхать в свою комнату до ужина. На самом деле я буду постоянно отлучаться из гильдии на два-три часа, воплощая очередной пункт заранее разработанного плана, но нужно всех убедить, что я просто люблю поспать и ещё слаб и не восстановился после происшествия на церемонии определения талантов. Все вскроется, если возникнет ситуация, что меня захотят видеть вне обеда и ужина. Я должен был придумать, как её избежать и кое-что таки придумал.

Уже в первой вылазке на рынок рабов я подобрал довольно похожую на Виго рабыню из числа эльфиек. Если её помыть, подстричь, спрятать острые уши под волосы и нарядить в мою одежду, то выходил вылитый двенадцатилетний третий принц с его вьющимися светлыми волосами и небесно-голубыми глазами.

Маскировка двойником работала, но ровно до тех пор, пока девица не начнет кривиться, демонстрируя свою враждебность или не откроет рот. Говорить на языке людей из Королевства Тарт она не умела и пришлось доукомплектовать внешность подходящим голосом другого раба-подростка. Эта пара стала первым моим приобретением на невольничьем рынке за день до начала занятий в школе, но потребовала для приведения в подобающий вид и объяснения, что от неё требуется, так много времени и сил, что сдвинула на послеобеденное время, вечер и ночь все утренние планы.

Что же, я сам виноват, что слишком перестраховывался. В итоге герцог Сига Вермухт не выказал особого желания общаться с ублюдком своего старшего брата, ни разу не послал слуг, чтобы справиться о моем здоровье, и эти маскировочные меры оказались излишними. Однако, двойник, пусть пока только зрительно способный ввести в заблуждение, был удачно найден. Начало положено, а в паре с пареньком, прячущимся под кроватью и говорящим от моего имени со слугами за дверью, я имел уже полноценного, отвлекающего внимание слежки помощника, способного создавать иллюзию, что я пребываю в своей комнате в любой момент времени.

Поработав над первым простеньким прикрытием, я продолжил усиленно тратить деньги, нанимая авантюристов, арендуя повозки, покупая припасы в дорогу и десятками выкупая рабов. К вечеру их общее число достигло шестидесяти, вдвое больше, чем я рассчитывал до посещения дворца. Из них — пятьдесят рабов-эльфиек и десять рабов людей, которые также будут изображать охрану и слуг барона Айронфиста, вымышленного персонажа, от лица которого я осуществил почти все приобретения в городе. Разумеется, рабы были в настоящем шоке, уже через час после приобретения получив достойную господ теплую пищу, возможность вымыться в большом количестве чистой, тёплой воды и нарядную, чистую одежду, а самое главное — свободу от рабской печати.

Я собрал всех невольников в одном месте, на небольшой загородной ферме, куда доставил съестные припасы и всё необходимое и сделал объявление для людей, которым даровал свободу первым. Я объяснил им, что они свободны уже сейчас, вольны распоряжаться своей жизнью, как считают нужным, но у меня, человека, что их освободил, есть одна просьба. К счастью среди рабов нашлась одна эльфийка сносно понимавшая оба языка, так как она уже успела пожить у людей и выучила их язык. Она донесла смысл моих слов до соплеменников.

Я объяснил рабам, что разыскиваю по всему миру свою возлюбленную сестру. Нас разлучили в детстве, но я мечтаю её отыскать и надеюсь на любую помощь. Её имя Вилайлай, она высокая, белокурая эльфийка с голубыми глазами, но может из-за обстоятельств изменить свою внешность, скрывать имя и даже расу. Я на многое не надеюсь, но если эти люди вернутся в свои земли и приложат хоть небольшое усилие, чтобы разузнать, не встречалась ли их родным и знакомым такая девица, и возникнет хоть крохотный шанс, что подходящая под описания или носившая такое же имя особа им знакома, то ей нужно передать, что Лайт ищет и ждет её в Тарте, в школе магии, где пробудет ещё не меньше года.

Как я и думал, оказанная рабам честь, хорошее отношение и забота не позволили им плюнуть мне в лицо и разбежаться ночью того же дня, когда они получили свободу от рабской печати. Для того, чтобы всё прошло без проблем, крупная группа эльфийских рабов, отправленная мной под прикрытием отряда наемников к границам Великого эльфийского леса по сопровождающим документам все ещё являлась собственностью барона Айронфиста. К ней никто не имел право прикасаться. Если всё пройдет по плану, то я успешно освобожу три группы невольников из трех соседних стран и запущу первые поисковые цепочки, заряженные силой благодарности.

В эльфийские леса я посылал самый большой и разношёрстный отряд добровольных помощников, так как шанс появления Вилайлай среди эльфов был на мой взгляд выше всего, а людям в их леса дорога без боя закрыта. Истратив за два дня все собранные для осуществления плана средства, я надеялся, что эта капля благодарности не растворится в море злобы и враждебности, захлестнувшей этот мир и вернется ко мне скорой встречей с любимой, а сам отправился на последний ужин с главой гильдии магов. Мужчина откладывал рассказ о школе до последнего, и за столом, пока происходила вечерняя трапеза, не проронил ни слова.

Налив себе большой бокал вина, герцог Сига Вермухт развалился в кресле и начал разговор с племянником-ублюдком настолько издалека, что я с трудом улавливал, что он хочет мне сказать. И начал он почему-то не с рассказа о школе, а с расспросов, что же произошло во время ритуала в его гильдии.

Мне пришлось слово в слово пересказать свою версию событий и странно поморщившись, мужчина закрыл тему и начал вслух размышлять о нападении на дворец:

— Я уже не один год возглавляю гильдию магов, но такого числа связанных с одним человеком странных событий никогда в жизни не наблюдал. Впрочем, могу ли я считать тебя человеком? Вряд ли. Ты — выродок, полукровка, несмываемое пятно позора на трехвековой истории нашей правящей династии. Что, удивлен услышать подобное от меня? Однако, тебе лучше услышать правду сейчас, чтобы сложить верное впечатление, как стоит вести себя в школе, что говорить можно, а о чем лучше держать язык за зубами.

Ты скорее всего поверил, что отец заботится о тебе, предлагая сменить имя и предстать в школе магии под личиной внебрачного сына барона Широ. Это я убедил его скрыть твою причастность к королевской крови. Наш отец и так пошатнул репутацию правящего рода заигрывая с эльфами. Прах и я исправим его глупейшие ошибки. Запомни, третьим принцем Виго ты являлся только для слуг в стенах дворца. О твоем существовании не знают не только в других уголках нашего королевства, а даже за воротами дворца, в столице. А после того, что случилось за барьером, третий принц Виго умер вместе с кучкой окружавших его слуг. Это происшествие произошло очень кстати. Принца Виго больше нет и ты никогда не вернешь этот статус, запомни.

— Да, дядя Сига.

— Не дядя, а Ваша Светлость, герцог Сига Непревзойденный.

— Да, Ваша Светлость.

— Запомни, ты больше не мой племянник, а я не твой дядя. Если посмеешь снова так ко мне обратиться, называя дядей, я прикажу тебя казнить. Твой отец, наконец, решился избавиться от грехов прошлого и теперь ты полностью в моей власти. Я больше не буду терпеть эту фамильярность от полукровки. Я никогда не разделял бредовые идеи отца и глупого старшего брата о создании сильнейшего мага, соединив кровь нашего рода и представительницы древнего, правящего рода Высших эльфов.

Эта безумная идея унесла сотни жизней наших верных слуг. Мой наставник и ещё с десяток выдающихся магов из гильдии и магической гвардии пали в дерзкой вылазке в столицу Алессии. Я рассказываю это для того, чтобы ты понял, какой кровью, какими чудовищными жертвами твоя неблагодарная мать досталась моему безрассудному отцу, а затем и брату.

Пробиться в глубины Великого эльфийского леса, где хитрые Высшие эльфы используют тысячи низкорослых Лесных в качестве живого щита, только ради того, чтобы похитить малолетнюю принцессу Сирану — разве это не безумие? Думаю, отец просто удовлетворял свою давнюю страсть к девицам этого бессмертного народа. Он желал разгадать их секрет бессмертия, выведать их тайны и сделать их сокровище, их принцессу, своей послушной, постельной игрушкой. Последнее, по моему мнению и есть истинная причина пленения твоей матери. Не обольщайся, создание сильнейшего мага лишь отговорка, придающая этой смердящей безумной похотью истории хоть сколько пристойный вид. Но отец так и не дождался, когда она вырастет и займет место в его постели. Его супруга сделала всё, чтобы она не родила ублюдков, которые могли занять место законных наследников. Кто знает, кто бы сейчас сидел на троне, если бы не моя смелая мать.

А теперь я расскажу тебе, ублюдок барона Широ, о школе. Там таких, как я, считающих, что чистота крови превыше всего, подавляющее большинство. Также я считаю, что простолюдинам не должно быть дозволено учиться в одной школе с благородными потомками аристократов, но мой неугомонный брат желает пополнить свою армию даже за счет этого сброда, лишь бы выглядеть в глазах соседей более могущественным правителем, поэтому простолюдины, а вернее ублюдки, рожденные от служанок неразборчивых господ будут там с тобой наравне. Ты — отброс, должен знать своё место и держаться вместе с другой чернью, не претендуя на положение и внимание поистине благородных господ, понял?

— Да, Ваша Светлость.

Вот и вскрылось истинное лицо местной знати. Я догадывался, а после громкого выступления быстро опъяневшего герцога Сиги увидел во всей красе, какая же эта страна гнилая и мерзкая! Люди здесь бессмысленно жестокие и жадные. Вместо того, чтобы объединиться и вместе строить прекрасное будущее для потомков, все, обладающие хоть какой-то магической силой люди, подавили террором более слабую часть населения, провозгласили себя господами-правителями, расчертили границы, определив с другими подонками пределы их личных владений и с тех пор продолжают жить за счет того же самого террора и откровенно рабского труда порабощенных. Я прямо ощутил, что попал назад в свой родной мир с его системой статусов, "А" — господ, "е" — слуг и "ё" — отбросов.

Королевство Тарт — копия моего мира, только в декорациях магического средневековья. Вместо головорезов с пушками — маги с короткими, магическими жезлами, а статусы прописаны в сословном обществе ещё более детально и жёстко. Многолетняя эксплуатация узкой прослойкой подонков уже подавленных и смирившихся с ролью скота людей, создала прогрессирующий перекос в финансовом благополучии.

Появились идеальные условия для закрепления сословного общества на бесконечно долгий срок, консервацию несправедливого правления, где власть и привилегии передавались уже не по показателю реальной силы и недюжинного ума конкретной личности, а тупо по наследству. Этот путь и привел к вырождению элит и появлению у власти озверевших от безнаказанности и вседозволенности тварей, вроде герцога Сиги и ему подобных.

Жирующая верхушка и прислуживающая ей в качестве наемников, менеджеров среднего звена, охраны и репрессивной машины прослойка слуг, живет в зависимости от положения в созданной иерархии не зная бед, а девяносто пять процентов остальных людей, чтобы просто выжить после выплаты всех грабительских податей, сборов и раздутых налогов, по двенадцать часов в день горбатятся на полях, в рудниках и на вырубке леса, фактически, работая за еду. Признанные ремесленники и успешные торговцы как-то выбились из этой кабалы в подобие среднего класса, но они зачастую живут обманом, обучают десятки помощников, подмастерьев, чтобы не вкалывать по двенадцать часов в день самим, а по статусу в иерархии не сильно отличаются от обычной черни и в любой момент по прихоти власть имущих могут лишиться всего.

Потомки захвативших власть магов, нынешняя правящая верхушка и прочая высокомерная знать, считает этот порядок вещей вполне справедливым. Бесправный скот должен знать своё место, а богоизбранная элита имеет право совершать любые зверства. Они и есть закон. В мировоззрении короля Праха и герцога Сиги главную угрозу для них представляли хозяева других отар, которым мало собственных владений и они не прочь развязать войну, чтобы отобрать часть территорий, по заключенным ранее мирным соглашениям принадлежащих ослабшим соседям. Разговором с герцогом я подпортил себе впечатление о школьной жизни.

Школа магии являлась той базой, учебкой для подготовки боевых единиц, которыми хозяева Тарта решали свои проблемы с соседями. Маги взращенные из простолюдинов должны были быть лояльны правящему режиму, поэтому им постоянно внушали, кому они всем обязаны в жизни. Это щедрый и милостивый король с мудрым герцогом-архимагом вытянули их из грязи. Слуг нужно было заставить уважать и бояться власть и вдалбливанию преданности, патриотизма, в школе уделяли гораздо больше внимания, чем самим занятиям магии.

Боевые маги — самая сильная опора правящей династии королевства, и поэтому школа представляла Тарт в миниатюре. Ученики здесь были также строго разделены в соответствии с их положением в сословном обществе, титулам и рангам. Простолюдинам не позволено было находиться в одном классе с титулованными особами. Для них существовали отдельные классы и места для проживания. Они могли пересечься лишь при совместных практических занятиях и обязаны были оказывать господам соответствующее их статусу почтение, а в случае опасности для последних, жертвовать ради них своей жизнью.

Это всё я прочитал в оставленном мне слугой герцога Сиги сборнике школьных правил. Набравшись после трех бокалов, герцог вообще перестал сдерживаться и называл меня не иначе, как ублюдок и отброс. Вот оно, истинное отношение родственничка, когда дали зеленый свет на снятие статуса принца. Не удивительно, что Виго хотел занять трон отца, он чувствовал презрительное отношение в таких деталях, в которых я его не замечал.

Школьные правила больше напоминали тюремные. Так, при появлении законного сына барона, простолюдины обязаны были склонить головы, открыто смотреть в глаза или в спину строго запрещалось. Обращаться можно было лишь используя форму "Ваша Милость". Перед графом нужно было делать глубокий поклон, за недостаточно низкий могли выпороть до полусмерти, а обращаться к нему можно было, только после того, как он сам разрешит и строго по форме "Ваша Светлость". Герцога в школе нельзя было встретить, так как сыновья герцогов до вступления в статус, а значит до смерти отца носили титул графа. Это являлось пиком иерархии в школьном сообществе. Перед графом кланялись все, кроме равных и главы школы, не являвшимся графом, но получившим от короля по прошению гильдии магов титул "Архимаг". Это высший титул среди магов, такой носили в Тарте лишь трое.

Первым из них был король. Нельзя сказать, что получил он его заслуженно. Прах Ингрид Второй входил лишь в сотню сильнейших магов страны, но всё равно пожелал возвеличить себя и высшим магическим титулом, на что слуги лишь молча пожали плечами. Вторым архимагом в Тарте являлся герцог Сига Вермухт Непревзойденный, единственный обладатель сердцевины десятого уровня, признанный всеми холуями сильнейшим магом, глава столичного отделения гильдии магов и главный козырь в армии правящего рода, которым Прах усмирял мятежных аристократов и даже пугал слухами о его чудовищном могуществе некоторых соседей.

Третий архимаг в Тарте возглавлял школу магии, но по титулу был лишь бароном. Уже облысевший, старый и иссохшийся, он держал школу в ежовых рукавицах, практикуя строгие наказания, в основном, касавшиеся только простолюдинов. Всяким графам, баронам и баронессам нарушение правил не грозило ничем, кроме устного замечания. Все же, титулы архимага и барона были даны мужчине уже в зрелом возрасте за заслуги, проявленные в множестве опасных, магических битв. Глава Стиг был от рождения простолюдином и своим самозабвенным служением добился столь высокого положения, но никогда не забывал по чьей милости встал в один ряд с титулованными особами. Стиг был редчайшим исключением из правил, очередным элементом наглядной пропаганды, что даже чернь может занять место среди элиты, если будет верно и старательно служить своим хозяевам.

Конечно же, для меня это было очевиднейшим фактом. Строгий Стиг — кнут в руках знати, который должен был направить гнев простолюдинов на него, простолюдина с титулом. Это хитрый психологический прием, когда внимание рабов переключается на низкое происхождение их обидчика, чтобы обелить истинных врагов. Знать, создавшая несправедливое общество и школу-тюрьму, лишившая их свободы жизни и мысли и заставляющая умирать за себя в борьбе с другими лордами — оставалась в глазах учеников белой и пушистой. Получасовую приветственную речь в школе я выдержал с трудом. Ученица третьего года обучения громко вещала:

— Запомните, вы будущее Тарта, щит и меч в руках нашего мудрого правителя, на вас смотрит вся страна… покажите себя… служите не жалея жизни… умрите с честью… — и всё в таком же духе.

Первые минуты в школе, а мне уже стало казаться, что надолго я здесь не задержусь. Зря отпущенным рабам давал годовую наводку на школу. Если и задержусь здесь, то только по этой причине. Уж слишком старались холуи знати с промывкой мозгов несчастных детишек, а ничего хоть сколь полезного для познаний в местной магии в занятиях первого дня так и не проскользнуло. Ничему не научили, а завтра первый экзамен. Опять будут проверять способности, но уже не на кристаллах, а на практике и не только в нашей группе. Зачем-то решили совместить знать и простолюдинов.

Видимо, будут демонстративно унижать для закрепления теоретической части, смотреть, кто не так лоялен господам, с кем нужно усердней работать. Ой, чувствую, в этот раз я сдержаться не смогу, как приходилось с герцогом Сигой. Этого гада я воспринимал, как смердящую кучу дерьма, которая хоть и портит воздух, но вместе с вонью вскрывает передо мной все гниющие раны, пороки этого общества, протухшего с головы. А вот оскорбления от сынков знати я спокойно слушать не стану. Попытаюсь, конечно, чтобы сразу не попасть в крупный скандал, но у всего есть предел. Ладно, мне бы первую ночь в школе спокойно пережить.

Дискриминация по происхождению предстала передо мной во всей красе уже при знакомстве с предоставляемым ученикам жилищем. Тесную комнату предлагалось разделить с семью сожителями, а свободное место имелось лишь в узких проходах между кроватями. Пройти к ним можно было только боком, настолько плотно забиты спальными местами комнаты учеников-простолюдинов, а у каждого отпрыска знати при этом свой личный домик со всеми удобствами, в котором отдельная комната для прислуги имеется, чтобы холоп был всегда под рукой, готовый по первому зову одевать, мыть и попку подтирать.

Я не нуждался в слугах, но огромная разница в бытовых условиях учеников одного учебного заведения очень раздражала. Домики для знати были обнесены высоким забором и занимали две трети всей территории школы, и это при том, что в этом году группа учеников из знати вдвое меньше, чем моя, состоящая из сорока человек. Как-то странно распределяются ресурсы. У аристократии и так всего в жизни вдоволь, но и в школе с ними носятся, как с ценными фарфоровыми вазами, а обладающих такими же магическими способностями простолюдинов держат в холодных, сырых бараках по восемь человек в камере и с питанием какая-то подстава. Ту серую массу, что навалили мне в тарелку на обед и ужин я кушать не стал, а за пределы школы, чтобы поесть нормальной еды, почему-то не выпускали.

Разумеется, не выпускали только простолюдинов. Знать вольна ходить куда и когда пожелает и не ходить, а разъезжать на личных каретах. Очень резкие изменения произошли в моей жизни, буквально, за день. Я особо не ощущал дискомфорта в Тарте, пока был принцем Виго, но реальность ткнула меня в лицо условиями, в которых ютится непривилегированная часть общества, и мне очень эти условия не понравились. Такое терпеть никак нельзя.

Всё же, постараюсь пока не бунтовать, не привлекать внимание, но уже очевидно, что условия такой школьной жизни для моего спокойного и размеренного совершенствования неудовлетворительные. Придется побороться за свои права и более адекватное распределение средств на содержание учеников при школе. Что из этого получится? Даже самому интересно. Завтра экзамен, заодно выясню, насколько сильны маги с вторым, третьим и возможно четвертым уровнем сердцевины.

Я условно прировнял эти уровни к уровням концентрации Ци, но системы кодирования хаотической энергии совершенно разные, что может давать, как свои плюсы, так и минусы. Что я буду делать, если попросят изобразить "огненный шар"? Мне так и не дали данных о текущем уровне магической силы Виго, кроме его высокого магического потенциала.

Даже если я атакую мишень простой взрывной техникой, сгустком Ци с примесью энергии Ян, здесь нет духовных мастеров, которые смогут увидеть, чем была поражена моя цель. По сути, мои атаки разными энергиями или воздействие полем Ци будут невидимы и не входят ни в одно из существующих древ магии, а их целых пять. Традиционно к природной, элементальной магии относят заклинания элементов стихии огня, воды, земли и воздуха. Таких магов называют элементалистами. Обычно, они спецы в какой-то одной из стихий, редко — двух, крайне редко — трёх.

Особняком стоит усиливающая и ослабляющая магия. Усиливающая с возможностью восстановления сил, маны и лечения ран — ниша жрецов Бога Жизни, ослабляющая с проклятиями, уроном самочувствию, потерей магических сил, параличом и прочим — ниша ведьм и ведьмаков, призывающих на помощь Злых Богов и их духов. Также ведьмы способны накладывать на себя и некоторые усиливающие эффекты, но за все манипуляции нужно платить, приносить что-то в жертву. Свою кровь и плоть или какого-нибудь припасенного для этих целей раба. Это направление в магии — самый большой потребитель рабов в Тарте. Метод формирования и воздействия у этих двух групп заклинаний отличается лишь знаком минус, но их уверенно относят к двум разным древам, считая жертвоприношения злым путем, а благословения — добрым, хотя жрецы просто жертвуют своей кровью и жизненной силой, а не взятой извне.

Самой сложной магией является магия времени и пространства. Её выносят в особую, Божественную школу магии, но в текущий момент её таинства и методы считаются забытыми и безвозвратно утерянными. В Тарте о ней знают, но мастеров, способных научить её секретам и самым простым заклинаниям нет. Возможно, они просто скрываются, так как являются ценной находкой для всех правителей.

И самой последней по популярности и многочисленности последователей является магия внушения. Её адепты называются менталистами. За редким исключением её используют лишь для воодушевления собственных войск и внушения страха войскам противника. Это два главных и часто используемых ею массовых заклинания. Существуют и другие, но о них мастера школы предпочитают не распространяться.

Магия внушения — коварная магия. Никто не хотел бы попасть под влияние мага-менталиста и лет триста назад мастера других школ истребили адептов этой школы почти поголовно. В Тарте скрывавшиеся годами менталисты раскрылись и пригрелись под крылом прошлого и нынешнего правителей, но их все равно в сумме можно посчитать по пальцам одной руки, а использование их способностей осталось на уровне все того же воодушевления и запугивания воинов.

Чтобы произвести нужный негативный эффект на отряды противника в бою, менталистам нужно сближаться с целями, что опасно для жизни. Боевые маги являются первейшей мишенью для вражеских стрелков и многие менталисты отказываются развиваться в своём искусстве, даже если проявили к нему способности, предпочитая другие ветви и школы.

Я же не являлся магом в принципе, но мог бы имитировать эффекты некоторых заклинаний, используя разнообразные техники боевых мастеров Земель Богов и созданные на коленке под конкретный случай самостоятельно. Первое испытание моего умения мимикрировать и не выделяться из числа обычных, местных магов произойдет уже завтра.

Глава 6 Враг у ворот

После ужина, еще до наступления темноты всех учеников загнали в спальные корпуса. Мне досталась просто ужасная комната в сыром, заплесневелом, цокольном этаже. С единственным, крохотным, зарешеченным окошком она больше напоминала тюремную камеру. Находиться там с ещё семью несчастными узниками, в дикой тесноте и духоте было просто невыносимо, и в сгущающихся сумерках я покинул раздражающий подвал, вышел наружу под предлогом похода в отдельно стоящий туалет.

Для этих нужд в ночное время у каждого ученика имелся свой личный ночной горшок, но какого-то уединенного, освещенного и хорошо проветриваемого закутка с ширмой в спальном бараке с тонкими простенками предусмотрено не было, а в спальных комнатушках царила такая теснота, что воспользоваться горшком можно было только поставив его прямо на кровать или заплесневелый вещевой сундук, поэтому наружная охрана корпуса приняла мои доводы и позволила воспользоваться дворовыми удобствами.

Им самим было в тягость нюхать всю ночь содержимое ученических горшков, а я ещё сгустил краски, схватившись за живот и намекая, что если они будут долго думать, могу и вовсе не дотерпеть. Вырвавшись во двор, по пути к туалету я свернул за угол каменного административного здания, огляделся и, усилив ноги с помощью Ци, в один прыжок забрался на его крышу. Чтобы не привлекать внимание патрулирующей двор стражи, разместился на той стороне скатной крыши, что повернута к внешней стене ограждения. Можно было легко переметнуться через стену и отправиться спать в город, оставаясь никем не замеченным, но я предпочел выждать, чтобы узнать, как на мое долгое отсутствие будет реагировать охрана спального корпуса.

Если я всё правильно рассчитал, то через минут десять-двадцать, максимум полчаса, она должна была смениться и тогда о моем уходе могут просто забыть. Пока я ждал, решил не тратить время зря и впервые занялся совершенствованием в столице. Мой энтузиазм к ежедневным, многочасовым практикам совершенствования поубавился в летнем королевском дворце. Несмотря на обширные зеленые насаждения, красивую природу, уровень концентрации окружающей дворец Ци был совершенно неудовлетворительным.

Но едва я занялся культивацией в своем временном укрытии на крыше, как сразу ощутил мощные потоки Ци, которые оказались в десять, нет, в сотню раз сильнее, чем на природе. Не желая упускать возможность ускоренной культивации с помощью находящегося где-то неподалеку мощного источника энергии, я совсем забылся и агрессивно культивировал, применяя наиболее эффективные техники дистанционного привлечения Ци до самого рассвета.

Опомнившись, радостно отметил, что одним махом взял вторую и третью ступень серебряного ранга, достижение которых при том уровне хаотической энергии, что являлся обычным для этого мира, удалось бы достичь лишь через два-три месяца. Оценив текущую концентрацию Ци в окружающем пространстве, я пришёл к выводу, что обнаруженный ранее источник уже иссяк. Продолжать практики не имело смысла.

Не нужно быть особо умным, чтобы догадаться, что подобным источником мог являться чей-то склад духовных камней, которыми в этом мире являлись заряженные магические кристаллы. Похоже, в школе магии, как и в сокровищнице дворца, их хранилось немало, но по ощущениям мана во время совершенствования поступала из нескольких разных источников, потому я не исключал варианта, что также покусился на склады гильдии магов, а возможно испортил товар на складах нескольких специализирующихся на продаже кристаллов лавок в округе школы. Так или иначе, а мои техники поглощения не избирательны. Они берут по максимуму отовсюду, куда могут дотянуться.

* * *

Утро в школе магии выдалось очень беспокойным. Наставник старших классов решил заранее подготовить реквизит к предстоящему экзамену, наведался на рассвете в круглосуточно охраняемую подземную сокровищницу, но все полученные от её хранителя кристаллы маны выглядели так, словно были уже использованы. Учитель решил для проверки воспользоваться одним из них и быстро убедился, что камень действительно пуст.

Сонный хранитель возмутился, что не мог ошибиться и спутать магические камни, так как заряженные и уже использованные находятся совершенно в разных помещениях. Но лично проверив содержимое выданного мешочка, мужчина всё же принял пустышки назад и вынес новый, туго завязанный шнурком и запечатанный специальной печатью мешок покрупнее. Вскрыв печать на глазах коллеги, хранитель извлек несколько уже рассортированных на равные порции мешочков поменьше, но и в них камни оказались уже разряженными.

Наставнику пришлось возвращаться из подземелья с пустыми руками, так как надолго пропавший в недрах своих темных владений хранитель так и не смог отыскать ни одного заряженного кристалла. Об этом возмутительном происшествии учитель Ламберт, маг среднего уровня, к которому относились все маги с сердцевиной от четвертого до шестого уровня, тут же доложил главе Стигу. Сердцевина архимага Стига по слухам уже очень давно остановила своё развитие на девятом уровне, так и не позволив мужчине достичь заветного, десятого, что, впрочем, не помешало ему получить высший магический титул, так как во всем Тарте по магической силе его превосходил лишь глава гильдии магов.

Новость о проблеме в сокровищнице вызвала серьезное беспокойство у барона Стига, так как он был единственным магом в школе, кто знал скрытую от всех правду о недавних событиях во дворце. Глава Стиг лично отправился в школьное хранилище, чтобы проверить, не постигла ли его учебное заведение та же печальная участь. Вскоре он с ужасом обнаружил, что неизвестная, обнуляющая заряд кристаллов магия была использована и в его, старательно охраняемой школе! Было вдвойне досадно, ведь он готовился к нападению, вместе с главой гильдии магов подготовил меры противодействия атаке диверсантов, втрое усилил охрану ворот и сокровищницы, но и одних суток в новом учебном году не прошло, как все принятые меры оказались бесполезной тратой средств и времени. Все магические кристаллы и артефакты, созданные и работающие на их основе, полностью лишились своего магического заряда.

Спешно вернувшись в свой кабинет, барон также с болью в сердце обнаружил, что и хранящиеся в его личном тайнике артефакты также теперь требовали замены питающего кристалла, а ведь их стоимость на девять десятых состояла из цены этого самого, особенного, вместительного, тысячелетиями накапливающего свой магический заряд в недрах земли магического кристалла высшей пробы.

В один миг добытые с риском для жизни, и выкупленные за безумные суммы на черном рынке Королевства Кру драгоценные артефакты превратились в красивые, но бесполезные и уже почти ничего не стоящие безделушки. Нет! Нет! Его великолепный "Жезл шаровых молний"! Нет! Обошедшийся в целых шестьсот больших золотых "Щит льда"! Это катастрофа! Как он теперь со стопроцентной гарантией защитит потомков знатных родов, учащихся в его школе, и что ему теперь делать, если заявятся сильнейшие маги из Королевства Кру или Герцогства Вестфалия? "Щит льда" был самым эффективным защитным артефактом от всех дистанционных, атакующих заклинаний стихии огня, а "Жезл шаровых молний" давал весомое преимущество при сражении с группой противников, способных атаковать, находясь в воздухе.

Под угрозой оказались не только жизни учеников и его собственная. Архимаг Стиг мог запросто лишиться всего: жизни, чести и дарованного титула, который он жаждал передать сыну. В случае нападения он также мог лишиться звания одного из сильнейших магов Королевства Тарт! Наверняка за успешной диверсией последует и коварная атака превосходящими силами, а тот, кого считают одним из сильнейших в стране оказался без всех своих козырей!

Мало кто в Тарте догадывался, что признанное всеми могущество архимага Стига являлось не только плодом его личной, выдающейся магической силы, но и своевременно и скрытно примененных им в бою ценных артефактов. Запас маны у среднего во всех отношениях мага не так велик, как принято считать среди простолюдинов.

Сердцевина первого уровня позволяет использовать всего одно заклинание низкого уровня раз в несколько дней. Иногда на восстановление магического колодца уходит неделя и даже две. Чем слабее магическая сердцевина, тем меньше заклинаний обладатель может кастовать подряд, без отдыха и тем медленнее восполняются запасы маны.

Магическая сердцевина второго уровня позволяет кастовать два заклинания низкого уровня кряду, а восстановление маны займет около двух дней. Сердцевина третьего уровня позволяет кастовать в бою три заклинания низкого уровня. Восстановление же магических сил редко занимает больше одних суток, но таких магов все равно относят к мастерам низкого уровня, так как они вообще не способны использовать магию среднего и высокого уровня, а в реальном бою быстро лишаются своих сил уже в самом начале схватки.

Титул "боевого мага" могут носить лишь маги среднего уровня и выше. Их мана полностью восстанавливается менее чем за одни сутки и обладатели сердцевины четвертого уровня могут кастовать одно заклинание среднего уровня или четыре низкого. Пятого соответственно — одно среднее или пять низкого, шестого — одно среднее или шесть низкого.

Маги высокого уровня — особая каста, элита, в которую стремятся попасть все, кто однажды вступил на путь магически одаренных. Только они способны кастовать заклинание высокого уровня. Обладатели сердцевины седьмого уровня могут применить одно заклинание высокого уровня или два средних или восемь низкого, восьмого — одно, три или двенадцать, девятого — два, четыре или шестнадцать соответственно. Про боевые возможности мага с десятым уровнем сердцевины ходят легенды. Считается, что они в несколько раз сильнее магов с девятым, но их реальная сила остается тайной за семью печатями даже для опытных магов.

Схема с количеством заклинаний для каждой из сердцевин верна при полном раскрытии её возможностей, но иногда реальная магическая сила находится где-то в промежутке. К примеру, между шестым и седьмым уровнем сердцевины. Так бывает, когда маг всё ещё находится в процессе взращивания своих магических сил, и тогда, чтобы получить больше уважения, признания и, разумеется, жалования от нанимателя, они идут на хитрость и объявляют себя обладателем ядра более высокого уровня, втайне восполняя нехватку силы кристаллами и скрытным использованием артефактов.

Магов низкого уровня в человеческих и других странах континента абсолютное большинство. Примерно девяносто пять из ста. Ещё четверо из этой сотни за долгие годы практик достигли среднего уровня и лишь один из них является обладателем силы высокого уровня. Архимагов с девятым, а тем более десятым уровнем сердцевины в каждой отдельно взятой стране можно пересчитать по пальцам одной руки. Имя каждого из них знают все сильные маги и правители родной и соседних стран. Молва о выдающихся личностях проникает далеко за пределы страны, которой они служат.

Именно поэтому барон Стиг тщательно скрывал, что всё ещё обладает неполноценным девятым уровнем сердцевины. Точно измерив её, можно было сказать, что она равна восьми и восеми десятым, но дробные значения при оценке не применялись в среде магов. Ты или восьмого или девятого уровня и никак иначе.

Недостаток своей магической силы барон Стиг компенсировал артефактами и постоянным ношением при себе большого количества магических кристаллов. На заклинание среднего уровня с подпиткой от камней уходило около шестнадцати штук, низкого — всего четыре. Такая мелочь, если взглянуть на вопрос оценки магической силы с позиции того, кто годами стоит в шаге от титула архимага и очень жаждет его получить, но сделать это никак не выходит.

Да, барон Стиг сжульничал, добавив себе немного магической силы за счет внешних усилителей, но в стычках с соседями их использование — обычное дело. Так какая разница, может он сделать все шестнадцать заклинаний низкого уровня из своего колодца или позаимствовав немного маны из магических кристаллов. Главное, это умение принимать правильные решения в бою, предугадывать и предвосхищать действия противника. А в своем боевом опыте и чутье ветерана мужчина не сомневался, разумеется, когда все его сильнейшие козыри под рукой.

А тут… все доступные кристаллы и бесценные артефакты одномоментно пришли в негодность. Ужасное открытие повергло мужчину в шок. Померещился топот ног за окном и крики приближающихся убийц. Его лицо перекосилось и, схватившись за сердце, барон Стиг сполз по стене на деревянный пол рабочего кабинета. Секретарь услышал грохот в кабинете главы, позвал слуг и с их помощью перенёс бесчувственное тело господина в кровать, но даже резкий запах пахучей смолы и холодный компресс на лоб не вернули барона в чувство. Срочное сообщение главе гильдии магов о массовой порче магических кристаллов от лица главы пришлось писать его первому заместителю.

Надо сказать, старику действительно было из-за чего переживать. Назревал очередной конфликт с воинственными, северными и западными соседями, а на поле боя есть большая разница, два высокоуровневых заклинания способен сделать единственный, получивший титул барона и архимага именно за боевые заслуги простолюдин или одно.

В мирное время ещё удавалось как-то выкрутиться за счет артефактов или сослаться на неудачное применение среднеуровневой магии, но большие и емкие магические кристаллы, используемые в "Щите льда" и ему подобных артефактах в Королевстве Тарт — крайне редкий и дорогой товар. С обычными магическими кристаллами дело обстояло попроще, но после ночных событий барон не сомневался, что организовавшие нападение враги не позволят легко восстановить запасы кристаллов из торговой сети. Наверняка диверсии были проведены по всей столице и пустышками стали не только те запасы кристаллов, что хранились в сокровищнице школы магии, но и в трех самых крупных магических лавках, находящихся совсем неподалеку.

Глава Стиг хоть и заблуждался в истинных причинах произошедшего, во многих других догадках оказался совершенно прав. Лишь небольшая часть не утративших ману кристаллов сохранилась в столице, всего в нескольких мелких лавках на противоположной от школы, северо-восточной окраине города. В ближайшее время этот обычно доступный товар, станет самым востребованным и дефицитным на неожиданно освободившемся от конкурентов рынке.

И пока дефицитная ниша не заполнится привозным товаром, пройдет не одна неделя, а возможно и месяц. А после огромных убытков, что столичные торговцы понесли, в одночасье лишившись всего ценного товара на складах, не факт, что они рискнут опять вкладываться в кристаллы маны и закупать их у дворфов крупными партиями. Кто захочет вливать свои ограниченные средства в то, что завтра может стать не дороже булыжника на дороге?

Разумеется, виновником всех этих тревожных событий в школе и столице Тарта являлся я один, но если спросят, признаваться не стану. Наоборот, я буду до последнего отрицать свою причастность, иначе рискую быть растерзанным толпой разорившихся барыг и их разъяренных родственников.

* * *

Ближе к обеду, когда прибывшая из гильдии магов комиссия удалилась, глава Стиг пришёл в себя, а связанные с диверсией волнения постепенно улеглись, бегавшие с выпученными глазами учителя вспомнили про запланированный на этот день экзамен.

Я же воспользовался суетой, чтобы, наконец, преодолеть незримый барьер в общении с одногруппниками. Общая неразбериха и беспокойство наставников стали отличным поводом вступить в беседу сначала с соседями по комнате, а затем и с несколькими другими группами учеников, державшимися в первый день особняком.

В первый день я оказался в полной изоляции, так как для простолюдинов ритуал определения способностей проходил без шума и в другой день. Я не видел никого из этих учеников в тот день, когда посещал гильдию магов сам, а они уже встречались и перезнакомились между собой. Многие нашли себе товарищей по интересам, сформировался круг общения по полу и возрасту. Возможно, многие из них встречались и знали друг друга и намного раньше, я же сразу пришел в школу и никому не было до меня дела.

Теперь, чтобы просто познакомиться, нужно было самому проявлять инициативу. В первый день я присматривался к окружению, слушал о чем они говорят, и очень быстро пришел к выводу, что в силу юного возраста, особенностей местного воспитания и менталитета, а также ряда других мелких причин, мы слишком разные, и даже невинное общение со мной может вызывать у окружающих травмирующий разрыв шаблона.

Да и в целом моя группа состояла в подавляющем большинстве из совсем ещё незрелых детишек. Двадцать девять парней двенадцати-тринадцати лет, восемь девушек примерно такого же возраста, и всего двое учеников постарше. Высокая, бледная девушка, выглядящая лицом и более зрелой фигурой на шестнадцать-семнадцать лет и такой же долговязый, худощавый парень, которому тоже можно было дать все восемнадцать. Они заметно выделялись на фоне детишек помладше и чувствовали себя в их толпе некомфортно.

Тем не менее, рослая девушка скоро влилась в одну из двух девичьих компаний, а парня приняла группа бойких подростков, двое из которых попали в мою комнату. Всего сформировалось семь разных подгрупп по пять-шесть человек. Одна строго девичья. Вторая пятьдесят на пятьдесят. Какая-то смелая девица в одиночку затесалась в команду парней, но вскоре выяснилось, что лидером этой группы являлся её старший брат. Оставаться совсем одному не хотелось и я предпринял попытку завести знакомство с соседями по комнате.

Со мной соседствовали члены трёх разных групп и я, наконец понял принцип, по которому они разбились на определенные кучки. В первую вошли обитатели севера страны. Их объединял своеобразный акцент и более густой загар. Вторую составили бледные южане со своими особенностями, третья группа сформировалась исключительно из соображений личной безопасности. Это относилось к девичьей группе, которая боялась и сторонилась парней. Её в итоге возглавила старшая из девиц.

Также имелась столичная подгруппа и группа "особо одаренных", кто уже имел какой-то опыт в магии, а также мог похвастаться вторым уровнем сердцевины. Двое парней в моей комнатушке входили в столичную подгруппу, трое относились к южанам и ещё двое попались из "особо одаренных". С ними я и наладил общение первыми, а чуть позже познакомился с другими членами и лидерами их групп. Тяжелее всего пришлось с "одаренными". Через соседа по комнате я напросился на посещение их "штаба" в беседке в небольшом внутреннем дворе нашего барака.

— Приветствую, коллеги, а вы слышали новость? Кто-то прокрался в школьную сокровищницу и ограбил её этой ночью, — начал я непринужденный разговор, обращаясь к парням в беседке.

— Так вот из-за чего с утра столько шума! — воскликнул невысокий паренек с веснушками на носу, второй член группы "одаренных" из моих соседей по комнате. Он уже знал о моем желании наладить контакт с их лидером и попытался помочь, среагировав на моё обращение и ретранслировав его дальше.

— Глеф, ты слышал?! Кто-то ограбил школу пока мы спали.

— Не верьте всему о чем болтают. Школу охраняют так же хорошо, как королевский дворец. Здесь учатся наследники многих знатных семей со всего Тарта. Если не ошибаюсь, за вон тем высоким забором, в какой-то сотне шагов от нас расположились два графа, одна графиня, пять баронов, три баронессы и большое количество наследников менее знатных лендлордов, двое нетитулованных третьих сыновей герцогов, и возможно, есть даже кто-то из особ королевской крови. Никто сюда просто так не проберется, а тем более в хорошо охраняемую сокровищницу. Даже если бы какой-то безумец на это решился, его схватил бы первый же патруль школьной стражи. Наша форма уникальна, её шьют на заказ главы и подделать её ворам, чтобы прикинуться одним из учеников также вряд ли удастся, так что любого из них быстро обнаружат и убьют, — почему-то изначально недовольным тоном отозвался хмурый парень.

— Но тогда что там случилось? — поинтересовался парень с веснушками, поддерживая разговор.

— Не знаю, и знать не хочу. Нам, ученикам первого года никто правды всё равно не расскажет, так что не стоит тратить время на пустые разговоры, — уверенно, совсем как зрелый мужчина, заявил Глеф.

— Но лидер… — попытался что-то возразить обладатель веснушек.

— Всё! Хватит болтать! Не отвлекайся на всякие глупости, Сильвестр. Забыл, о чем я вчера говорил? Этот экзамен определит нашу дальнейшую судьбу. Вместо того, чтобы тратить время на болтовню, давайте лучше усердней готовиться к сегодняшнему испытанию.

— Я понял, Глеф, извини, — поник Сильвестр и искоса глянул на меня.

— Это не сплетни. Я сам слышал, как маги из гильдии говорили…

— Эй, чужак, нам не интересны твои россказни, не мешай нам. Видишь, мы заняты. Иди туда, откуда пришёл, — ещё сильнее нахмурившись и с претензией уставившись в мою сторону, враждебно заявил Глеф.

— Вообще-то я начал этот разговор потому, что хотел познакомиться и, если это возможно, присоединиться к вашей группе. Вы создаете впечатление здравомыслящих людей и уже чего-то достигли в магии. Меня зовут Лайт, я из владений барона Широ.

Благо, выбрать себе имя мне позволили самому и для облегчения поисков для Вилайлай, получив приказ принять новую личность, я назвался своим настоящим именем. Хмурый парень посмотрел на меня долгим, испытывающим взглядом, после чего из вежливости представился сам.

— Ладно, как ты уже слышал, я Глеф. Зови меня Глеф Черный. Я родом из форта у Черного леса. Что, удивлен? Да-да, того самого Черного леса, где обитает множество очень опасных монстров. Жизнь в форте не сахар. Так вот Лайт из Широ, мы не принимаем к себе слабых и бесполезных новичков, у нас свои строгие правила и цель стать лучшими боевыми магами Тарта. Какой у тебя уровень сердцевины?

— Не знаю. Мне стало плохо во время ритуала, а позже мне ничего не сказали, просто отправили сюда и всё.

— Ясно. Раз ничего не сказали, значит, ты самый обычный слабак, а в школу тебя отправили, чтобы избавиться от лишнего рта. Я же из другого теста. Я стану таким же сильным магом, как Его Милость глава Стиг и также получу титул и привилегии аристократа, а ты стоишь у меня на пути. Проваливай, пока ходить можешь. Нам слабаки в группе "одаренных" не нужны.

— Погоди, я тоже хочу стать сильнейшим магом. У вас достойная цель, мне она нравится, можно к вам? — игнорируя прямые угрозы, не сдавался я.

На фоне умелых учеников я не буду выглядеть белой вороной.

— Нет, я же сказал, мы не примем слабака. Хотя ты можешь присоединиться, если сдашь в общий фонд нашей группы двадцать серебряных прахов. Ну что, готов раскошелиться?

— И что мне даст членство за деньги?

— Каждый член нашей группы поделится с тобой своими уникальными знаниями о магии, что поможет тебе лучше показать себя на экзамене.

— Спасибо за предложение, но я, пожалуй, откажусь.

— Почему же, это выгодная сделка. Двадцать больших серебряных не такая уж крупная плата за знания, которые ты сможешь получить, лишь вступив в нашу сильнейшую группу.

— Я не нуждаюсь в знаниях о магии, которыми обладают те, кто ещё и дня не проучился в школе магии.

— Ладно, как знаешь, Лайт, но ты зря недооцениваешь мой опыт. Со мной не раз занимался настоящий боевой маг-ветеран, недавно завершивший службу на южной пограничной заставе из-за ранения. Конечно, он не стал учить меня заклинаниям среднего уровня, которые использовал в боях сам, но кое-что секретное он мне все-таки рассказал, — многозначительно приподняв бровь, заявил паренек, желая заинтриговать.

— И мне, и мне расскажи, Глеф, — начали просить его товарищи, но я прекрасно понимал, что это блеф, рассчитанный на выманивание денег из чужака и обломал хитреца.

— Нет, спасибо. Раз маг всю жизнь до старости прослужил на самой тихой, южной заставе, где из-за сильных морозов кроме снежных волков никто не водится, то он действительно бесполезен. Тем более, на южную и юго-восточную заставу отправляют служить магов лишь низкого уровня, а такой и не смог бы обучить тебя магии среднего уровня, так как сам не способен её использовать. Похоже, Глеф, ты любишь красиво приврать. Черный лес далеко на северо-западе, а твой раненый ветеран почему-то прибыл с юга. Он что, раненым объездил всё королевство, чтобы тебя обучать? Может, ты это придумал, чтобы казаться более умелым?

— Ты, ты… — прошипел Глеф.

— А, понимаю, твои слова трудно проверить парням, никогда не покидавшим двора собственного дома, которые в глаза не видели карту Тарта и всего континента. Но похоже, ты заврался из-за того, что сам не знаешь, где находится Черный лес и как выглядит Тарт с высоты птичьего полета. Но меня так легко не обманешь, как этих наивных парней, Глеф. Я передумал. Не хочу присоединяться к группе, где лидером является невежественный, угрюмый лжец, ещё и требующий с новичка плату за какие-то выдуманные секреты.

Похоже, мои предположения попали в точку. После моих слов, паренек побагровел и тут же кинулся на меня с кулаками. Какая глупая затея. Я даже не стал использовать Ци, чтобы ускориться, усилить свое тело и придать себе дополнительную крепость и ловкость, просто вовремя отшагнул в сторону от бесхитростного, прямолинейного выпада, подставив подножку, чем заставил Глефа потерять равновесие и растянуться на каменной брусчатке, на посмешище всех учеников во дворе. В бою на кулаках у слабых магов против меня нет никаких шансов. О чем он только думал? Скорее всего решил, что раз я худощавый, имею бледный цвет кожи, то недоедаю, ослаблен, но моя бледная кожа была естественным проявлением наличия в теле Виго крови Высших эльфов.

Нелепое падение Глефа носом в землю при нападении на кажущегося совсем щуплым и слабым противника, резко подорвало его авторитет. Члены его группы, состоящей из пяти человек неодобрительно качали головами, и синхронно ухнули, когда вскочивший на ноги Глеф кинулся на меня опять и в следующую секунду свернулся в позе зародыша, получив точный удар пяткой в солнечное сплетение. Всё, дело было сделано. Желание драться у парня резко пропало. Я не стал унижать его ударом в пах. За вранье, вымогательство и попытку запугать хватит с него и урока болью. Со слезами на глазах Глеф уполз в сторону спального корпуса, скорее всего жаловаться охране.

Встал резонный вопрос, сохранится ли группа «Лучших боевых магов Тарта», когда её лидер и вдохновитель был постыдно повержен щуплым незнакомцем или они выберут себе нового лидера? Обычно претендент на лидерство, победивший прошлого главаря, занимает его место. Здесь сработал тот же принцип и предложение усыпанного веснушками Сильвестра застало меня врасплох. Он предложил изгнать потерявшего доверие Глефа и вернуть взятые им в общий фонд монеты их прошлым владельцам, а в конце вдруг предложил на роль нового лидера группы "одаренных" меня. Язык у паренька без костей.

Я же сделал ответное предложение, выдвинув на роль лидера самого Сильвестра, а себе оставил скромный пост его заместителя. Мне роль главы группы незачем. Слишком много мороки всех строить и одергивать, а вот серым кардиналом за спиной кого-то другого побыть не брезгую. Возражений не последовало. Парни всё ещё находились под впечатлением избиения крепкого и довлевшего над всеми Глефа. Так Сильвестр и четыре его товарища неожиданно стали моей первой командой внутри общей группы учеников первого года.

* * *

Ничего себе! Я получил возможность увидеть, какое общее количество знатных и простолюдинов учится в столичной школе магии во всех пяти классах разных годов поступления. Оказывается, по старой традиции, выпускной, практический экзамен старшего, пятого класса устраивался на второй день нового учебного года. Выпускники демонстрировали учителям, но в первую очередь представителям будущего нанимателя, какой сильнейшей магией они владеют после пяти лет усердного обучения в школе. Новичкам тоже давали возможность присутствовать для поднятия мотивации. Важно иметь представление, каких высот они могут потенциально достичь усердно занимаясь в школе. Сбор учеников был общим, но знать отделили от черни на центральной площади, разместив в комфортных креслах и организовав навесы от жаркого, полуденного светила.

В его ярких лучах я увидел, что форма у учеников-аристократов и простолюдинов заметно отличается и качеством и пошивом. Вроде бы, однотипные черные мантии, но у знати на правом плече и груди красовался герб школы с указанием их текущих достижений. Уровень сердцевины отображался количеством пятиконечных, алых звезд внутри золотого круга. Ничего подобного на форме черни не было, но для меня это было даже плюсом, ведь данные о способностях и потенциале старого Виго вызвали бы проблемы, а так, отсутствие отличительных знаков не помешает мне притворяться полным слабаком в магии.

Также имелось ещё одно бросающееся в глаза отличие между группами учеников из знати и простыми людьми. У последних количество учеников в группах стремительно уменьшалось от первого года к пятому. Было очевидно, что многие ученики так и не доучились. Уж не знаю, погибли они или были изгнаны, но скорее всего просто завербованы на службу в армию короля и отправлены в горячие точки принудительно.

Это могло быть связано с их скромными успехами в развитии. Если становилось очевидно, что их потолок возможностей так и останется на низком уровне, то держать их учениками на полном довольствии казны не имело смысла. Обучаться дальше позволяли лишь сильнейшим, а вот у знати наблюдалось стабильное число учеников в каждом из классов, в среднем состоящих из шестнадцати-двадцати особ. Эти не отправятся на опасную службу в пограничные форты после окончания школы, а вернутся в свои семьи, чтобы продолжить вести праздную жизнь и предаваться наслаждениям. Такова реальность. Не барское это дело, страну защищать. Знать будет вынуждена вступить в ряды королевской магической гвардии лишь при объявлении войны соседями, и похоже, эти времена стремительно приближались, раз даже знать вынудили явиться и показывать себя.

В итоге, знати в школе оказалось намного больше, чем простолюдинов. Группа второго года обучения из черни насчитывала всего пятнадцать человек, третьего — семь, а четвертого и пятого — три и два ученика соответственно. А я-то думал, кто занял второй этаж нашего барака. Выходило, что в нём разместились все остальные четыре класса!

Там даже пустые комнаты должны были остаться, если продолжили набивать по восемь человек в комнату. Я и не предполагал, что магов-простолюдинов долго в школе не держали и, при достижении каких-то стабильных результатов, распределяли между требующих пополнения отрядами в армии. Возможно, обучение также прекращалось для недостаточно лояльных. Зачем власти плодить потенциальных бунтовщиков? Если видно, что раб бракованный, его лучше сразу сплавить куда подальше и утилизировать.

На экзамене кроме главы и полного состава школьных учителей также присутствовали представители гильдии магов и коменданты нескольких северо-западных фортов. Понятно. Как и говорил король Прах, ситуация на границах королевства с каждым днем всё тревожнее. Там не хватает людей, в первую очередь магов огня и земли, поэтому коменданты будут пытаться подобрать себе новых подчиненных с максимально полезными навыками после демонстрации их способностей во время экзамена.

До меня начало доходить, почему вообще возникла традиция проводить экзамены в начале года, а не в конце. Это не экзамен, а витрина для демонстрации новой порции подготовленных рекрутов. Тем не менее и аристократам дали показать себя, чтобы глава гильдии составил своё впечатление об общем уровне магической силы в Тарте. Отлично, для меня эта информация также была очень полезна, и немного забегая вперед, надо сказать, моему разочарованию от увиденного не было предела.

Как и полагается при демонстрации товара, каждый из экзаменуемых простолюдинов выходил на площадь и громко объявлял своё имя, место происхождения, текущий уровень сердцевины, подтвержденный последней проверкой потенциал и цвет таланта, после чего демонстрировал сильнейшее заклинание, на которое способен или несколько слабых разного типа, стараясь нанести максимальный ущерб нескольким размещенным в центре площади манекенам, изображающих воинов армии противника.

Первое, что вызвало неприятное удивление, это расстояние, с которого наносились атаки. Шестьдесят шагов? Серьезно? В кого вы сможете прицельно попасть с такого расстояния своими крохотными фаерболами и ледяными шипами? Не удивительно, что после того, как выступил весь пятый класс знати, три из четырех мишеней даже не коснулась ни одна посланная в их сторону магическая стрела. Творения местных магов были настолько нестабильны, что развеивались сами на расстоянии пятидесяти шагов и больше, но условия экзамена не изменили. Глава гильдии и известные в Тарте боевые маги, являющиеся комендантами сильнейших опорных точек удерживающих границы желали видеть на что способны ученики на расстоянии, на котором реально происходят почти все магические схватки. Никто из магов ради каста огненного шара ближе этой отметки не приблизится, так как лучники быстро превратят его в труп утыканный стрелами.

В действительности, они угрожали магам и на вдвое больших расстояниях, но примерно на шестидесяти метрах сила и точность их выстрелов была близка к максимуму. Имитировались реальные боевые условия, и в них новое поколение магов, годами тренировавшееся поражать цели на более близких дистанциях показало себя крайне неэффективно.

А ещё, максимальный озвученный уровень сердцевины не превысил четвертого. Честно говоря, я ожидал от выпускников школы чего-то большего и магия среднего уровня земли и воздуха, показанная несколькими из учеников вызвала смех, да и только. Впрочем, "Великий град" атаковавший по площади, единственный поразил сразу все мишени, но реальный урон от падающих с небольшой высоты, подхваченных прямо с площади камешков был просто смехотворным. Если бы снарядами мага стала бы крупная брусчатка, то ещё куда ни шло, но мелкая галька вперемешку с пылью вызвала лишь пылевое облако, которое тут же накрыло всех зрителей, вызвав лишь кашель, законные возмущения и проклятия в адрес кастовавшего эту магию парня.

Воздушная магия по площади вызвала вдвое большее облако пыли, не нанеся при этом вообще никакого ущерба целям, на которые была направлена. Тем не менее, юная графиня де Боль получила лестные отзывы в свой адрес. Её заклинание могло ослепить стрелков противника, а если заранее развеять на поле боя большое число поднимаемых ветром частиц золы или другой мелковесной субстанции, то плотная пылевая завеса могла обеспечить безопасное отступление с прорванных позиций собственных войск или вызвать панику в рядах противника, который будет опасаться удара под её прикрытием.

И это выпускники пятого класса! Да они издеваются! Чем они занимались тут пять лет? И когда это их убогий огненный шар стали считать магией среднего уровня? Это магия второго круга, уровень доступный всем новичкам. Во всяком случае так было в "Перекрёстке" и во всех магических системах игр, в которые довелось поиграть, а они, как мне подсказывал опыт, просто случайно затесавшиеся в мой техногенный мир знания о других, реально существующих магических мирах. Не бывает случайных озарений. Всё вспоминается, а не выдумывается.

В итоге, сила магов-выпускников в столичной школе Королевства Тарт оказалась на отвратительно слабом уровне. Уж не знаю, именно это поколение аристократов оказалось бесталанным или это общий уровень по миру, но я плевался дальше чем видел. После того, как пылевое облако развеялось, пришло время и парочке простолюдинов показать свои способности. Они уже переминались на краю с ноги на ногу, ожидая своего выхода.

— Роб из Боле, четвертый уровень сердцевины, высокий потенциал, желтый и коричневый талант, — представился рослый парень лет двадцати.

Он явно пришёл в школу в более позднем возрасте, чем основная масса новичков. Двойной талант, высокий потенциал, интересно, но уровень сердцевины с трудом перешагнул порог низкого уровня. Тем не менее, он был оставлен в школе, значит, подавал большие надежды на раскрытие уникальных способностей. Посмотрим, посмотрим.

Парень гордо вынес себя к позиции, с которой все экзаменуемые пытались поразить манекены и текст активации заклинания разительно отличался от тех, что звучали до сих пор. Вместо обращения к Богу Огня и Земли, парень обращался к Злым духам подземного мира, выплеснул перед собой на землю хранившуюся у него в сосуде на поясе алую жидкость, скорее всего являвшуюся его или чьей-то кровью и призвал "Разящие каменные шипы".

Вау! Такого ещё никто не показывал. Из земли в районе манекенов вырвались десятки острых каменных шипов и даже толком не поразив указанные цели, а лишь слегка задев одну, в основном же пронзив пустое пространство между ними, заклинание всё равно произвело впечатляющий эффект на всех зрителей. Окажись в этом поле шипов стоящая плотным строем армия противника и сорока-пятидесяти воинам из них пришел бы конец. Можно сказать, что манекены в школе магии большие везунчики, что пережили эту пугающую атаку.

Парень завоевал заслуженные рукоплескания и возгласы восхищения, разумеется, в большинстве своем исходившие от учеников его статуса. Первый же простолюдин показал, что он гораздо сильнее всех этих титулованных гордецов, называющих себя чистокровными потомками выдающихся магов, но не способных в реальности ни на что большее, чем испортить воздух запахом гари.

Вторым представителем выпускников пятого класса среди черни оказалась симпатичная девица лет семнадцати. Она попала в школу магии, как и большинство новичков, в двенадцатилетнем возрасте и своими успехами в развитии наглядно подтвердила важность раннего старта.

— Лим из восточного Чернолесья, пятый уровень сердцевины, средний потенциал, синий и белый талант.

— Ух ты! Второй одаренный маг с двумя талантами, — восхитился веснушчатый Сильвестр.

Он единственный из всех моих новых знакомых имел такое длинное имя. Обычно имена для удобства старались давать из трех-четырех букв. Как он успел мне рассказать при знакомстве, свое имя он получил в честь какого-то известного архимага прошлого, якобы передавшего его предкам по матери свою магическую силу. В каком-то смысле, это была немыслимая дерзость, называть простолюдина именем легенды, но пока парню с редким именем очень везло, а когда он объяснял причину выбора имени, никому не приходило в голову гнобить его за подобную дерзость матери.

Магесса Лим продемонстрировала "Ледяной шторм", быстро налетевший в область с мишенями ледяной шквал, несший в себе кроме поднятой с земли пыли, острые частички конденсированной и замерзшей в кристаллы льда воды. Правда, девица недостаточно подготовилась, не вылила на землю хоть ведерко воды и кристаллы получились совсем небольшими, размером с обычные снежинки, и я бы назвал её заклинание "Снежный шторм". Но если бы она призвала его над водоемом или небольшой речушкой, эффект был бы намного более впечатляющим, а так… Может, живым людям от снежного вихря и стало бы дискомфортно, но снежинками манекены в доспехах точно не повредить.

Тем не менее, её демонстрация также вызвала бурную поддержку. Думаю, немаловажную роль сыграла и природная красота девицы, её умение держаться на людях. Магесса производила приятное впечатление кротостью и тем, как двигалась и кланялась гостям. Не слишком низко, сохраняя крупицы достоинства, но и не слишком высоко, чтобы не выглядеть дерзкой выскочкой. Лим всё делала со знанием дела, очень выверено, чем завоевала благосклонные отзывы и со стороны высоких гостей. Ей точно найдется место рядом с каким-нибудь графом или бароном. Если и не из-за магического таланта, как достойную внимания, привлекательную, молодую женщину её отметили многие.

Показ умений четвертым классом знати был очень унылым, наверное поэтому его прекратили досрочно, и также поступили с третьим и вторым классом, в полном составе вызвав только новичков. Тех, кого не вызвали просто нечем было удивить высоких гостей, ведь даже обладатели третьей и четвертой сердцевины демонстрировали что-то жалкое и невразумительное, чем вызвали неподдельное возмущение у главы гильдии магов. Он сделал едкое замечание главе в адрес наставников его школы, что они слишком балуют своих воспитанников, что негативно сказывается на итоговых результатах и особенно отчетливо это стало видно на текущем практическом экзамене. В своем большинстве выпускники школы опозорились. Враг у порога, а воспитанники школы годятся разве что для распугивания ворон на засеянном поле.

В демонстрации талантов младших классов опять повторилась та же картина, что и с выпускниками. Немногочисленные ученики-простолюдины демонстрировали куда больший магический талант и мотивацию стать выдающимися боевыми магами, чем их расслабленные и жирующие в роскоши сверстники.

В итоге, смотрины дошли и до новичков, которым также сказали представиться и попытаться поразить мишени. Мягко говоря, подобное требование выглядело, как издевательство, и я понятия не имел, что на этом настоял сам король Прах Ингрид Второй. Обычно с новичков спрос невелик, а если они что-то и умеют при поступлении, то это точно не заслуга школы, поэтому и проверять результаты ещё не начавшего обучения смысла нет, но король очень обеспокоился тем, что я так и не вспомнил о своих прошлых магических талантах. Он подумал, что если погрузить меня в конкурентную среду, заставить соревноваться со сверстниками, то желание выделиться поможет вернуть мою память, а вместе с ней и всё утраченное. Вот почему представляться и демонстрировать свои навыки потребовали и от новичков и тут выяснилось много интересного.

В этом году в школу пришло целое созвездие юных гениев с вторым и третьим уровнем ядра уже в четырнадцати и пятнадцатилетнем возрасте. В основном это были детишки знати, которые могли позволить себе нанять учителя магии, но парочка талантов нашлась и в нашей группе. Тот самый хмурый Глеф не обманул, он действительно уже где-то прокачал свою сердцевину до второго уровня, а выделявшиеся из всех возрастом парень и девушка имели уже третью сердцевину, что было совсем не редкостью в их возрасте, но для только поступивших новичков-простолюдинов являлось довольно редким явлением. И все же, подавляющее большинство учеников-новичков не могли похвастаться чем-то выдающимся. Базовая сердцевина, потенциал и цвет таланта, определенные во время недавнего ритуала, это всё, что они знали о своих возможностях и магии в целом.

Разумеется, такие новички не могли продемонстрировать никаких изученных заклинаний и это по мнению отца Виго должно было выгодно представить меня на их фоне, ведь он до разрушения мной грудного даньтаня обладал уже сердцевиной третьего уровня и его потенциал обещал стране нового архимага, но пришлось разочаровать родителя, тайно наблюдавшего за экзаменом из-за ширмы для VIP-гостей. Я не собирался красоваться перед рекрутерами и учителями. Когда пришло мое время представляться, я вышел со скучающим видом и по аналогии с другими нулевыми новичками, назвал новое имя, но уровень сердцевины занизил до первого, потенциал опустил до низкого, а цвет таланта и вовсе пропустил. Такой новичок не мог заинтересовать никого.

Думал, заниженных характеристик никто и не заметит, но меня резко остановили, когда я направился назад, чтобы вернуться в свою группу.

— Стой где стоишь, Лайт из Широ. Ты неверно представился, — вдруг окликнул меня первый помощник главы Стига.

Мне пришлось остановиться из-за чего я оказался в зоне повышенного внимания, ведь я выходил уже самым последним из группы, надеясь проскочить под занавес. Всем ученикам и гостям уже хотелось отправиться по своим делам, попить, поесть, передохнуть в тени после трех часов сидения и стояния на жарком солнцепеке, но возможность уйти откладывалась, так как какой-то новичок умудрился неправильно представиться.

— Прошу прощения, господин Гуд, я не знаю свои истинные данные, ударился головой и после этого не помню, что показал ритуал определения способностей.

— Какая досадная ситуация, ученик Лайт. В твоей карте поступления написано, что тебе двенадцать, а у тебя уже сердцевина третьего уровня. Потенциал определен, как двойной высший, и талантами ты не обделен. Здесь, похоже, какая-то ошибка, но среди твоих врожденных навыков указан сразу желтый, коричневый, синий и белый талант. Это точно ошибка, но глава Стиг и я с интересом бы посмотрели на результаты повторной проверки. Раз вы сами ничего не помните, то у нас все готово для проведения новой проверки. Уж больно ваша карта много вызывает вопросов.

Подобное объявление вызвало удивление и заинтересованность в рядах зрителей. "Твою мать!" — раздраженно подумал я, какой идиот отправил в школу такие данные? Я же вроде тут прячусь от убийц, а в итоге, обо мне будут знать и говорить не только в школе, но и во всей столице. Что за непроходимая тупость.

В этот самый момент король Прах за ширмой крепко сжал кулаки, искренне гордясь выдающимися данными своего отпрыска. "Сирана, поскорее приходи в себя, наш сын блистает на собрании сильнейших молодых магов Тарта", — думал он. И дописать в карту ещё две стихии кроме огня и земли приказал тоже он. Идиот — диагноз более опасный для окружающих больного. Вот и я стал жертвой идиотского поступка короля Праха, хоть и пошедшего на поводу у своего выдающегося, младшего брата, когда встал вопрос о скрытии порочной связи с эльфийкой, но не дающему мне самому распоряжаться своей жизнью. Ему хотелось помочь, помочь на свой лад. Придурок. Помог. Глава Стиг и его помощники узнали, что к ним поступит на обучение незаконный сын короля и принцессы Высших эльфов ещё за две недели до моего появления. Ну как с таким благодетелем наладить спокойную жизнь? Это просто невозможно.

И теперь я терпеливо дожидался, когда слуги вынесут на площадь реквизит, несколько из них одновременно приступили к нанесению на специальную площадку необходимой пентаграммы со сложными надписями. Они реально решили устроить из демонстрации моих способностей настоящее шоу. Только этого не хватало! Но события развивались стремительно и не спрашивали о том, чего хочу я или кто-то другой. Все вокруг плясали под дудку короля и сидящий с недовольным лицом рядом с ширмой Сига Вермухт очередной раз побагровел из-за оказанной ублюдку чести.

Через десять минут всё было готово и меня усадили в центр круга, разложив весь необходимый набор особых кристаллов по местам. Ведущий ритуала маг использовал заклинание для активации печати проверки и рухнул на землю замертво с арбалетным болтом в затылке.

Все внимание с меня сместилось в сторону погибшего, а затем в направлении, откуда был осуществлен выстрел. На крыше трехэтажного здания у площади в полный рост стоял мужчина в темных доспехах с двумя ручными арбалетами и скрывающий нижнюю половину лица тканевой маской.

Рядом с ним возник ещё один вооруженный арбалетом незнакомец и ещё. Вскоре все крыши примыкающих к площади зданий были усеяны десятками стрелков, а область с учениками и высокими гостями взяли в кольцо неизвестные, вооруженные люди, общее число которых достигало двух сотен. Не думаю, что мага проводившего ритуал убили, чтобы он не закончил начатое. Просто он был удобной целью, стоящей на открытой местности и подходил для привлечения внимания к лидеру нападавших. Им оказался мужчина в мантии, появившийся за спиной убийцы в окружении нескольких высоких телохранителей и мага.

— Что всё это значит! Кто вы такие! Как вы посмели убить моего подчиненного, — громко воскликнул подскочивший с места барон Стиг.

Он едва отошёл от своего недавнего удара, а теперь его утренний кошмар материализовался в самом худшем и пугающем виде. Враг, о котором не так давно говорил герцог Сига Вермухт, действительно стоял у порога, но не у порога Королевства Тарт или стен его столицы, а находился уже прямо здесь, в самом её сердце и выбрал лучшее место и время для нападения. Король прибыл инкогнито, и чтобы не привлекать внимание, оставил в летнем дворце свою многочисленную и умелую охрану.

Здесь было всего несколько сильных магов и всего десяток воинов-стражей. Хотя с учетом двух телохранителей Праха, всех школьных учителей, приглашённых магов из гильдии, суровых комендантов фортов и самих архимагов Стига и Сиги Вермухта, не так уж и мало защитников. Но они не были в своем боевом облачении, кольчужных доспехах, обвешанные артефактами, как привыкли действовать в сражениях с соседями. Маги никогда не вступали в бой без многочисленного прикрытия. Даже в доспехах, они предпочитали кастовать магию, скрываясь за дополнительное укрытие, как минимум, за ростовым и несколькими верхними, каплевидными щитами пехотинцев, прикрывающих их от атак стрелков навесом.

Никто, и в первую очередь архимаг Стиг не был готов к такому раскладу — две сотни арбалетчиков противника стояли на удобных стрелковых позициях, когда с его стороны нет ни гвардейского прикрытия, ни защищенных со всех сторон позиций и даже никаких путей к безопасному отступлению. А то, что эти стрелки способны точно поразить ростовую цель на расстоянии до сотни шагов очень убедительно продемонстрировало убийство проводившего ритуал мага.

Уничтожить законного правителя и всех сильнейших магов, захватить власть над Тартом одним точечным ударом, кто-то старательно продумал и подготовил это нападение заранее, а диверсия должна была стать подсказкой, что нужно было отказаться от всех планов и отменить экзамен, но глава не решился это сделать, когда получил сообщение, что присутствовать будет сам король Прах, желавший увидеть первые успехи сына.

Быстро оценив шансы выжить в случае сопротивления, глава Стиг пришёл к выводу, что он и все присутствующие рядом с ним маги обречены на быструю и неминуемую гибель. Это ждало и короля и герцога, но вдруг сидевший рядом герцог Сига Непревзойденный встал со своего места и без страха направился в сторону лидера вторгнувшейся армии. Его никто не посмел остановить или окликнуть, даже догадываясь, что поступает он так, потому что находится с нападающими заодно. И только барон успел об этом подумать и подивился, почему враг медлит и сохраняет молчание, как герцог развернулся и объявил:

— Всем простолюдинам лечь на землю и вытянуть руки вперед. Любой, кто посмеет оказать сопротивление, будет убит на месте! Впрочем, это же касается и всех остальных присутствующих. Не вынуждайте меня применять силу. Эти замечательные воины прибыли сюда из могущественного Королевства Кру, они явились по моему приглашению. Я устал терпеть выходки полоумного брата и уже готов сменить его на троне, пока он не вверг нашу богатую страну в хаос полномасштабной войны. Нам всем не так нужен Черный лес и некоторые спорные территории на западе, как мир и спокойствие в стране. Я мог бы занять трон ценой множества бессмысленных жертв, но предпочту сделать это устранением всего одного непригодного для разумного правления человека и его отпрысков. Все присутствующие здесь могут объявить о своей лояльности королю Праху и тогда отправятся вслед за ним или признать мою власть и доказать своё благоразумие, служа более достойному правителю.

— Теперь мне стало очевидно зачем, мой коварный младший брат, ты устроил все эти неудобства во дворце и заставил меня отправиться в летнюю резиденцию, разделив личную гвардию на столичный и южный гарнизон. Ты хорошо подготовился, я остался беззащитным и тебе легко удастся лишить меня жизни прямо здесь, на глазах у моих подданных, но пока этого не произошло, ответь мне на один вопрос. Чем тебе так мешала Сирана, что ты так жестоко обошёлся с ней и зачем требовал отказаться от нашего сына? — появившись из-за ширмы, спросил король.

— Сирана прекрасна, слишком прекрасна, чтобы принадлежать такому бездарному ничтожеству, как ты. Когда её исцелят, а это легко сделать, зная какое именно проклятие на неё наложено, она станет бесценной жемчужиной моего гарема наложниц. Жаль, что она поступила глупо и всё равно выбрала тебя, когда я сообщил ей о том, что скоро стану новым правителем Тарта. Она не поверила и хотела тебя предупредить о моих замыслах. Мне ничего не оставалось, как ввергнуть её в безумие. Только так она бы не смогла выдать мой секрет и остаться жива. А раз она отказалась быть моей когда я раскрыл ей все карты, то придется поставить её перед фактом отсутствия выбора, когда с тобой будет покончено.

Капитан Шпиц, убейте этого человека. Я подтверждаю его личность, это король Прах Ингрид Второй, мой старший брат, самый глупый и бездарный правитель Королевства Тарт во все времена, — подняв руку и давая знак человеку на крыше, объявил герцог.

Но после взмаха поднятой вверх руки произошло нечто неожиданное. Арбалетчики окружавшие капитана разрядили своё оружие в спину герцогу Сиге. Причём, сделали это с каким-то извращенным садизмом. Мужчину буквально изрешетили двумя десятками выстрелов. Вернее, попытались изрешетить, но его, скрытый под мантией доспех выдержал атаку. Не справились с защитой жизненно важного органа лишь тонкие затылочные кости. Три болта угодившие в шею и затылок заставили мужчину громко вскрикнуть и упасть лицом вперед, быстро образуя на брусчатке вокруг пробитой головы лужу из крови.

— Предатель Сига, как и приказал наш повелитель, казнен первым, но и вас, король, ждет та же участь, если вы не прикажете всем вашим слугам сдаться, — объявил капитан Шпиц.

— Кто вы и по чьему приказу напали на меня? Я никогда не поверю, что армия Королевства Кру так легко и беспрепятственно проникла в мою столицу, если бы ей не помогали мои же мятежные слуги. Я требую назвать имя вашего господина, — сохраняя напускное хладнокровие, заявил мужчина.

— Не стоит проявлять неуместное упорство, Ваше Величество. Кто бы ни был нашим хозяином, сейчас ваша жизнь в наших руках и вам лучше выполнить все наши требования и тогда вы и ваша семья не пострадаете. Конечно, вам придется отречься от престола в пользу моего господина, но вы сами виновны, что доверили свою охрану и многие важные посты вашему младшему брату. Он всегда желал занять ваше место и стал идеальным шпионом и исполнителем самой грязной работы. Однако, благодаря ему, вам и многим вашим слугам не придется расставаться с жизнью. Герцог обеспечил наше полное превосходство. У вас не остается другого выбора, кроме как подчиниться моим условиям.

Всё честно и довольно справедливо. Вам незачем знать, кто мой заказчик, пока вы не подпишете бумаги об отречении в его пользу. Мне велено сообщить, что он гарантирует вам достойную, безбедную жизнь в тихой, мирной провинции под присмотром небольшой охраны, если вы проявите благоразумие и добровольно сдадитесь в плен. Поверьте, мне бы не хотелось убивать вас и всех присутствующих только потому, что вы не нашли в себе мужества признать поражение. У меня предостаточно умелых воинов, чтобы подавить любое сопротивление.

— Архимаг Стиг, может вам удастся убедить Его Величество, что сопротивление бесполезно? Вы боевой маг с большим опытом и лучше многих знаете, чем всё закончится, если я дам приказ стрелять на поражение.

— Так и быть, я согласен сдаться в плен, — выдержав паузу, в которую обвел взглядом угрюмые лица слуг, объявил Прах Ингрид Второй, — но вы должны пообещать, что никто из присутствующих здесь людей не пострадает.

— К сожалению, Ваше Величество, я не могу этого обещать, — возразил капитан Шпиц, — хоть в нашу задачу и не входит убийство молодого поколения магов Тарта, будут они убиты или нет, зависит только от их покорности. Кто окажет сопротивление, будет убит без раздумий. У меня плохие новости и для главы Стига и ваших телохранителей. Они слишком опасны, чтобы позволить им стать нашими узниками, но я готов продать вам их жизни, если вы согласитесь открыть расположение тайников с казной. Я знаю, что вы уже вывезли казну из дворца, но даже герцог Сига не смог выведать для нас эту информацию.

— Я покупаю жизни моих верных слуг в обмен на эту информацию. Если я буду жить в изгнании, мне все равно не пригодится спрятанное в тайниках золото. Вы слышите, я расскажу вам всё.

— Разумное решение, Ваше Величество, а теперь подойдите ближе ко мне и прикажите вашим слугам не предпринимать никаких действий, пока мои люди готовят вас к отправке в…

Последнюю фразу мужчина не договорил, и словно парализованный, в стоячей позе рухнул с крыши. За ним тут же последовали и стоявшие рядом телохранители и стрелки. Король попытался разглядеть, что за черное, размытое пятно мечется в стане врага, парализуя и отправляя в свободное падение одного стрелка за другим.

Среди арбалетчиков на крыше по соседству началась паника. Они начали беспорядочно стрелять, целясь в пятно, но лишь поражали своих же товарищей, находящихся за целью. Разобравшись с двадцатью противниками, двигающееся с поразительной скоростью создание также стремительно переметнулось на соседнюю крышу и устроило там жестокую и бескомпромиссную расправу над беспорядочно стреляющими куда попало, а по большей части просто пытающимися сбежать по приставным лестницам воинам противника.

Неожиданная гибель командира и активизация сопротивления магов из числа гостей экзамена стали причиной стихийного отступления к воротам школы и других, до этого уверенно державших позицию воинов врага. Размытая фигура закончила с очисткой второй ближайшей к площади крыши и кинулась нещадно истреблять ряды тех воинов, что держали позиции окружения.

Идеальный план нападения посыпался. Король скрылся за спинами телохранителей, кто-то из магов поднял настоящую пылевую бурю и вся территория школы погрузилась в хаос. В этой неразберихе никто и не заметил, что атакующим врага пятном являлся тот самый паренек, что сидел ранее в центре ритуального круга. Туда я и вернулся, для виду изобразив ужасный испуг, даже напустив слезы страха на глаза, когда расчистил от стрелков ещё одну крышу, с которой могли вестись прицельные атаки по безоружным ученикам.

Другие крыши сами опустели. Стрелки спешили покинуть школу, опасаясь стать жертвой неизвестного существа, вгрызающегося в их ряды с такой пугающей скоростью и яростью, что только отбитые головы разлетались по округе.

Когда пылевая буря развеялась, всем было плевать на то, что там у плаксивого новичка показало на кристаллах. Я же постарался, чтобы этого не увидел никто, убрав камни в свой мешок на поясе. Незачем зевакам знать, что у меня действительно все четыре стихии в обойме, а камень показывающий потенциал просто треснул и рассыпался.

А что он мог показать, если рассчитан на значения силы до шести ступеней концентрации Ци. Немного изучив вопрос проверки потенциала в летнем дворце, и протестировав соответствующие камни, я пришел к выводам, что лишь первая ступень концентрации Ци примерно равна одному уровню сердцевины, а дальше их разница в силе различается в разы и десятки раз. В таком случае моя третья ступень серебра уже равнялась примерно трехсотому уровню сердцевины. Каждая ступень после достижения серебряного ранга удваивает силу боевого мастера в сравнении с предыдущей. А система двенадцать на двенадцать ещё и давала тридцатипроцентное усиление моей пиковой силы.

Если учитывать все эти множители и прочие факторы, в местных сердцевинах моя сила могла уже уходить за полторы тысячи. Не совсем корректное сравнение, ведь уровни сердцевины тоже отличались между собой, но получив при первых расчетах четырехзначное значение, я забросил дальнейшие исследования. Какой смысл определять свою силу в местных единицах, если я всё равно не использую её так, как здесь принято. А с отрядом гостей я размялся славно. Смог бы действовать вообще незаметно, применив весь арсенал техник из трактата "Теневого боя", но это слишком затратно по энергии на моем уровне силы и моя скорость сама по себе уже являлась неплохим прикрытием. Мог бы действовать быстрее, если бы не сдерживался, но при максимальном ускорении у меня самого все расплывалось в глазах и атаки в таком состоянии, на максимуме силы, ловкости и скорости, вместо дырявых тел и отбитых голов заставляли разлетаться по округе одни кровавые брызги.

Взрывная Ян буквально стирала тела людей, обращая их в мелкие ошметки. Такие атаки могут вызвать вопросы и привлечь лишнее внимание, ведь я не был до конца уверен, что здесь нет других боевых мастеров из Земель Богов. Хотя в глубине познаний управления хаосом им тоже до меня далеко, но я ещё слишком слаб, чтобы противостоять кому-то с орихалковым или легендарным рангом. Нужно вести себя потише. Я даже переборщил с применением силы. Как бы меня не вычислили способные навредить мне враги.

Осознав, что за мной могут и сейчас следить, прекратил бой, укрылся в толпе, полностью скрыл ауру Ци и дальше принялся отыгрывать роль перепуганного подростка, исподлобья изучая возмущение Ци в округе, но ни одной достаточно сильной ауры так и не обнаружил. Ну и ладно, осторожность не помешает.

Когда пылевая буря развеялась, сгорбился, размазал по лицу с трудом выдавленные слезы и побрел к лежащим на земле одногруппникам. Им как приказали лечь, так они с земли и не вставали. Рабы до мозга костей. Пришлось прилечь рядом. Не буду выбиваться из коллектива. Интересно, чем закончится вся эта заварушка и кто же истинный заказчик нападения? Не исключено, что это кто-то из близкого к покойному герцогу Сиге окружения. Он вел переговоры и плел интриги со многими аристократами, но предавая брата, прокололся сам. Не тех он союзников себе выбрал. Как от могущественного архимага, стоило показать спину, от него избавились первым.

Кстати, а где его тело? Что-то я не понял. Неужели отступающие воины противника унесли? Это странно. Им бы о себе позаботиться, но может у герцога при себе были неопровержимые улики, которые выдадут его тайных союзников. Возможно. А также есть шанс, что это не настоящий герцог, а просто двойник, которым отвели подозрения от спрятавшегося в укрытии истинного Сиги.

Если бы не было в этом мире менталистов, я бы не рассматривал эту дикую версию, но они есть и внушать толпе иллюзию чего-то несуществующего — их прямая задача. Если тело забрали, значит, нужно было что-то скрыть. Мысли об этом заняли все время до ужина, а во время него состоялось громкое торжество, на котором король поблагодарил и наградил слуг, принявших самое активное участие в спасении его жизни. Главного героя битвы так и не нашли, поэтому ему просто вознесли устную благодарность и во всеуслышание объявили, что ему пожалован титул барона с правом присоединиться к числу личных телохранителей короля. Ага, так я и нанялся за ним горшок носить.

Меня ждала другая судьба, но какая? Сначала нужно было устроить свой быт при школе. Эх, зря я привязался к ней, распустив первую цепочку благодарности. Может послать всё и отправиться в путешествие? Нет, нельзя, надо немного потерпеть и дождаться результатов проделанной работы. Побуду паинькой и поиграю в мага-ученика, но спать в душной комнате пять на четыре с толпой сожителей отказываюсь, о чем я заявил страже корпуса, решив сдвинуть вопрос нормальных условий для простолюдинов с мертвой точки. Ведь если о своих претензиях не заявлять, то ничего и не изменится.

Вот и посмотрим, как на это отреагирует администрация школы. Лишь бы они про ритуал определения способностей опять не вспомнили, а так, я готов идти в борьбе за нормальные условия жизни до конца. Кто-то должен показать этим рабским душонкам из группы новичков, что принявший своё рабство человек, хуже домашней скотины. Она не знает, что хозяин её кормит, чтобы в итоге убить и съесть, а у любого человека достаточно мозгов, чтобы понимать, что с ним делают.

Глава 7 Неидеальный план

После ночной диверсии и позорного выступления большей части учеников на экзамене настроение барона Стига и так было скверным, а после вторжения вооруженных чужаков и завязавшегося боя, вскрывшего возмутительно низкую эффективность в реальном столкновении боевых заклинаний всего учительского состава школы, и вовсе стало отвратительным.

Чему такие бездари могли научить других? А за выбор учителей для школы отвечал именно он. Стиг тяготился своим низким происхождением и даже получив титул барона, сделал упор при выборе подчиненных на магов-простолюдинов. С ними он не чувствовал себя неловко, выдавая поручения и смог утвердить свой авторитет и выработать уверенный, повелительный тон, которого ему всегда не хватало на людях.

Ставку сделал на магов-ветеранов, уволившихся со службы на границе по завершению обязательного срока службы, но как оказалось долгая служба на стенах фортов плохо сказывается на боевых навыках магов. Они привыкают атаковать из бойниц специально оборудованных башен или с высоких, защищенных от стрелков ростовыми щитами и навесами стен. Находясь в укрытии, имея отличный обзор и преимущество по высоте, они могут себе позволить подпустить врага на удобное расстояние для атаки и в этом крылась вся проблема. Одно дело направлять ледяные шипы и огненные стрелы с тридцати шагов в двигающуюся по предсказуемой, прямолинейной траектории цель и совсем другое, пытаться поразить подвижных противников на высоте и расстоянии в три раза дальше.

Позор! Полнейший позор! На счету всех его подчиненных всего двое убитых и трое раненых! Да только в давке, возникшей среди запаниковавших и стихийно отступавших после мощной атаки неизвестного воина погибло и было ранено в десятки раз больше. Ещё меньше глава Стиг был доволен и собственным участием в схватке. Как и его подчиненные, глава истратил почти все свои магические силы, но смог смертельно ранить всего нескольких противников. Его высокоуровневый "Смерч" прошёл через толпу врага очень узкой полоской, подхватил всего десяток врагов, а поднял на смертельно опасную высоту и обрушил на землю лишь пятерых. Однако, для одетых в легкие доспехи противников падение с высоты на головы товарищей оказалось совсем не смертельным.

Архимаг с раздражением отметил, что многие из тех, кого он смог зацепить встали на ноги и продолжили побег. Лишь двое совершили неудачное приземление на голову и остались лежать на земле. Его магия нанесла больше вреда постройкам школы, чем врагу. Ветхие крыши сразу десятка домов сорвало и разметало по окрестностям. Был нанесен ущерб и личным вещам обитателей этих домов. Комнаты знатных отпрысков выпотрошило, подхватив и разметав в широком радиусе мебель, одежду, дорогостоящие книги и свитки. Спасибо за такое они точно не скажут. Будут претензии, проблемы с высокородной роднёй. Одна эта мысль вызывала головную боль.

Возможно, раненых от высокоуровневого "Смерча" было в несколько раз больше, чем лишившихся жизни, но от одного из сильнейших архимагов королевства явно ожидали намного большего. Благо, видевший все своими глазами король не стал заострять на этом внимание на церемонии награждения и даже засчитал пострадавших в давке к числу пораженных им и его подчиненными. Все же Прах Ингрид Второй был достаточно мудрым правителем, чтобы не обижать ограниченное число на деле доказавших свою лояльность слуг, когда вокруг царила полная неопределенность. Из-за непонимания какие силы ему сейчас противостоят, король принял, по мнению главы Стига, довольно спорное решение. Он пожелал остаться в стенах школы, пока его слуги не убьют всех чужаков, проникнувших в столицу.

Всё дело в том, что правитель был так напуган покушением, что боялся возвращаться в своё загородное поместье с малочисленной охраной и решил заночевать прямо здесь, переместив к себе всю, охранявшую в это время опустевший дворец и летнюю резиденцию королевскую гвардию. Чтобы его семья не попала в руки врага в качестве ценных заложников, капитану магической гвардии было приказано немедленно доставить её из летней резиденции в столицу.

Когда гонец, доставлявший этот приказ капитану вернулся, то сообщил, что произошло нечто ужасное. То ли в результате умышленного поджега, то ли по причине завязавшегося в помещениях усадьбы боя с применением заклинаний стихии огня, наполовину деревянное здание усадьбы загорелось и в момент посещения резиденции слугой уже полностью было объято огнем. Нападавших мужчина не видел и тел погибших слуг и стражи тоже, но коней из конюшни кто-то уже вывел, хотя все повозки и карета его супруги стояли нетронутыми во дворе. Гонец склонялся к выводу, что семью короля взяли в плен, а тела раненых и убитых для сокрытия следов бросили в пожарище.

О том, что нападение на школу магии было далеко не единственным из организованных в этот день, говорило и произошедшее у ворот покинутого дворца. Здесь также сразу не нашли трупов, но позже их все же отыскали под смертоносным куполом за прачечной для слуг, сваленными в кучу, словно сломанные, в натуральный размер, человеческие куклы.

Двадцать крепких стражей, входивших в состав элитной рыцарской королевской гвардии, словно на бойне, были заколоты всего одним, однотипным, колющим ударом в шею, словно все они были без чувств или спали в момент нападения. Гвардейцев или опоили сильно действующим снотворным или крепким спиртным. И сделал это кто-то, кому они не могли противиться или просто подчинялись и доверяли по долгу службы. Капитана рыцарской гвардии среди убитых не нашли, а когда стало известно, что и в летней резиденции произошли ужасные события, король стал подозревать худшее.

Решение Праха обосноваться в его школе повергло главу Стига в шок. Мало того, что ему придётся превратиться из архимага в дворецкого, круглосуточно, по первому требованию выполняющему прихоти капризного монарха, так ещё и всех своих подчиненных заставить заниматься тем же. О спокойной, размеренной жизни в ближайшие несколько недель можно было забыть и о всех преимуществах положения главы школы тоже!

Сейчас он не более, чем нянька для упавшего духом правителя, а также козёл отпущения, если оказанный прием хоть чем-то не удовлетворит высокого гостя. А то, что так и будет, глава даже не сомневался. Было полным безумием желать разместиться в переполненной учениками школе, причем, сразу вместе со слугами, гвардией и гаремом наложниц. Школа даже с множеством удобных домов для размещения знатных отпрысков, средствами для предоставления полного пансиона, занимала в десятки раз меньшую площадь, чем королевский дворец или загородная резиденция и по всем параметрам не дотягивала до того уровня удобств, к которому привыкли в повседневной жизни члены правящей семьи.

Всех задействованных в борьбе с врагом слуг также нужно было к ночи обеспечить жильем и пропитанием, но привыкший к строгой экономии глава Стиг не имел ни свободных, пригодных для короля и изнеженных наложниц покоев, ни достаточных объемов привычных для знати продуктов питания. Также не было в школе и лишних слуг, чтобы обслуживать гвардию, советников. Не хватало всего: поваров, посуды, конюшен, купален, даже просто кроватей и столов для комфортного приема пищи.

Всё это нужно было где-то приобрести и предоставить в сжатые сроки. А королю, как и всегда прежде, было плевать, что он требовал от главы невозможного! Если он чего-то желал, слугам оставалось лишь одно — разбиться в лепешку, пытаясь выполнить приказ всеми доступными силами и средствами.

В самый тяжелый момент, когда барон отчаянно пытался свести в уме требуемое количество домов, койко-мест, мешков с мукой и колбасами, пришла весть о том, что гости из дворца отменяются. Двадцать гвардейцев найдены убитыми, ещё сорок пять пропали без вести. А новость о том, что и две сотни особ, включая наложниц и всех слуг и ещё около ста двадцати пяти гвардейцев не прибудут из летней резиденции, ни у кого не вызвала столько скрытой радости, как у почти свихнувшегося на приготовлениях мужчины. Он многие вещи для приема гостей взял в долг и даже не успел доставить на территорию школы. Отменив большинство ещё не выполненных или только готовящихся заказов он сохранит две трети выделенного для его школы на год бюджета.

Однако, даже оплатив и доставив в срок все заказанное глава всё равно бы не справился, пока не решился на отчаянные меры. Его спасало только то, что он всё ещё являлся главным лицом в школе. Оказавшись в безвыходном положении, он использовал единственный, доступный ему по праву и наименее болезненный способ освободить занятые учениками апартаменты и объявил о переносе начала учебного года для всех воспитанников из знатных родов на месяц. Покушение на Его Величество стало отличным поводом спровадить учеников, якобы из заботы об их же безопасности, но глава преследовал и другие цели, которые в итоге также оказались отменены. Пока сдвиг в обучении устанавливался на небольшой срок, но насколько он действительно затянется, можно было судить только после того, как правитель с его шумными слугами справится со своим текущим кризисом и покинет школу.

Уже через два часа после экзамена знатных отпрысков вместе со слугами и личным транспортом, если таковой имелся, отправили по домам и гостиницам с обещанием немедленно известить, когда школа возобновит обучение в обычном режиме. Однако с простолюдинами такой трюк проделать было невозможно. У большинства из них не было ни средств, ни возможности вернуться к семье, но в то же время места при школе они занимали совсем немного, были неприхотливы к еде и условиям размещения, поэтому их обязательный роспуск не являлся острой необходимостью. Также их обшарпанные бараки не подходили для размещения даже королевской прислуги и для них глава сделал исключение из указа о переносе старта учебного года.

Благо, король не потребовал освободить для него занимаемый главой и старшими наставниками корпус. Напуганный покушением Прах предпочел разместиться в подземной сокровищнице, в самом защищенном и сложном для проникновения наемных убийц месте.

Главе пришлось в срочном порядке превращать темные, сырые подвалы в пригодные для проживания Его Величества апартаменты. Сырость выжгли ученики-простолюдины, владеющие стихией огня, затхлый воздух освежили нагнетанием свежего с поверхности. С достойного уровня мебелью, коврами и магическим освещением было сложнее. Большая часть обстановки личных покоев главы временно переехала в подземелье. Кристаллы маны в столице было просто не достать. Благо, несколько удалось занять на время у ещё не знающих о тяжелом положении с магическими камнями членов магической гвардии, прибывших по срочному приказу короля из южного, укрепленного, горного форта.

С камнями удалось наполнить мрачное подземелье достаточно ярким, ровным, белым светом, создавая минимальный уют, который мог бы хоть частично удовлетворить запросы Его Величества. Паника, в которой пребывал Прах Ингрид Второй после известий о сожжении его летней резиденции облегчила тяжелое положение главы. Пока что убогость обстановки укрытия не особо волновала правителя, на первом месте стояла его защищенность от внешних угроз.

Вопрос с обеспечением безопасности, как принимающей стороны, также лег на плечи главы Стига. Он и наставники школы магии продемонстрировали свою лояльность повелителю, а вот гильдейские маги, присутствовавшие на экзамене просто сбежали. Они сознательно берегли ману и отказались вступать в бой, даже после начала массового сопротивления, и это заставило Стига и самого короля, наблюдавшего за происходящим вокруг из-за спин телохранителей, усомниться в их верности. Хотя не было никаких весомых подтверждений предательства, они уже по умолчанию считались пособниками мятежного главы гильдии магов, герцога Сиги Вермухта.

После удара в спину брата, король не мог доверять больше никому. Ему везде чудились одни заговорщики, обострились и старые, в целом беспочвенные беспокойства и подозрения. Королем управляла паника, поэтому мыслил и действовал он, как загнанная в угол крыса. Пугал его и тот воин, что сыграл решающую роль в его спасении.

Хотя большинство людей лично присутствовавших на экзамене были уверены, что атаковавший армию убийц и смявший их ряды воин являлся тайным козырем Его Величества, сам он понятия не имел, посланник какой могущественной силы стал его спасителем. До вечера он придерживался выгодной ему версии, что обладает этим козырем сам, но опасаясь разгневать неизвестного союзника, всё же признал перед магами школы, что спаситель ему не известен и вознес ему хвалу и оказал должное почтение, громко озвучив достойную награду за своё спасение.

Выяснить истинные мотивы оказанной помощи также было критически важно, ведь иногда уничтожение сил противника вызвано не желанием помочь его жертве, а лишь намерением получить эту жертву и все её ресурсы в свое полное распоряжение. Стервятники дерутся за добычу, и в этой ситуации король мог оказаться лишь тушкой, за которую вступили в борьбу два конкурирующих хищника.

Прах Ингрид Второй всегда считал, что обладает самой мощной, на голову превосходящей всех соседей Тайной службой с самой многочисленной и разветвленной сетью первоклассных шпионов. С её помощью он годами получал сведения о планах мятежников и передвижениях вражеских армий задолго до того, как они могли представлять серьезную угрозу.

Знание планов противника наперед — вот ключ к долгому, успешному правлению, но происшествие в Школе магии и последующая атака на его летнюю резиденцию, после чего судьба его семьи всё ещё оставалась неизвестна, убедили короля, что его Тайная служба не так хороша, как он считал. Из-за непростительного промаха его агентов и самого главы службы он оказался на грани гибели, и вообще далек от истинного понимания текущей ситуации в стране. Он оказался совершенно не готов к нападению, успешно и скрытно действовавшего врага.

Прах был полностью уверен, что знает возможности всех своих потенциальных противников, держит руку на пульсе, но это было далеко от истины. Пока он пребывал в иллюзиях, появились новые могущественные силы, хорошо скрывающиеся враги и тайные союзы, планы которых ещё только предстояло раскрыть.

Одно из текущего нападения стало известно наверняка — Королевство Тарт почти удалось захватить, и теперь просто так от него не отстанут. Его ещё раз попытаются взять в плен или убить в ближайшие дни. Предстоит жестокая борьба за сохранение правящей династии. Даже герцог Сига Вермухт Непревзойденный, его младший, сводный брат, которого он считал одним из своих самых надежных союзников, принял предложение врагов и предал его. Наверняка, он решился на это, посчитав текущее положение Праха обреченным. Сига, хитрец, никогда не делился с ним всей известной ему информацией.

Желая хоть в общих чертах получить представление о ближайших планах врагов, король вызвал к себе главу Тайной службы. Разумеется, отправлять к нему посыльного также пришлось главе Стигу. Король распоряжался им, как обычным слугой, полностью игнорируя его высокий магический титул, а уважаемые учителя школы и вовсе превратились в мелкую прислугу, посыльных, которым давались задания совершенно несопоставимые с их статусом.

Король желал знать, кто ещё из аристократов кроме герцога Сиги Вермухта тайно принимал участие в организации и поддержке вторжения убийц, представленных ему, как войска Королевства Кру. После неудачного покушения, половине стрелков из напавшего отряда всё же удалось сбежать и раствориться в городе.

Переодевшись, они могли свободно разгуливать по улицам столицы под видом приезжих торговцев и авантюристов. Всех их нужно было выявить, изловить и поместить в тюрьму для последующего тщательного допроса. Король жаждал схватить и казнить всех виновных в покушении, иначе он просто не сможет сомкнуть ночью глаз.

* * *

После очень скромного по королевским меркам ужина, с трудом вытерпев в людном зале слишком затянувшуюся церемонию награждения отличившихся слуг, Прах спешно спустился в своё безопасное подземелье, чтобы уже в третий раз встретиться с главой Тайной службы. Также предстояла приватная встреча с прибывшим с докладом заместителем капитана рыцарской гвардии и главами всех гильдий нейтрального блока, традиционно держащегося в стороне от любых политических игр и не принимающего участия в войнах и мелких внутренних конфликтах по правилам внутреннего устава.

В нейтральный блок, представленный во всех крупных человеческих странах континента входили Гильдия Магов, Гильдия Воинов, Гильдия Авантюристов и Гильдия Хранителей подземелий. Последняя проводила постоянный поиск и исследование появлявшихся время от времени то там, то тут магических пространственных аномалий, карманных миров, называемых из-за малого размера и сходства с обычными горными пещерами или древними подземными руинами "Магическими подземельями".

Если обитатели найденного подземелья оказывались враждебны и слишком сильны для следующего за разведчиками отряда зачистки, другие, специализирующиеся на сокрытии находки служащие Гильдии Хранителей, тщательно замуровывали вход, затем также старательно скрывали его от посторонних глаз, целиком засыпая землей или, в зависимости от местности и сезона, прятали под снегом или за стеной зеленых насаждений.

Картографы гильдии наносили новое подземелье на свою секретную карту и торговали этой информацией с другими гильдиями и рыцарскими орденами, разумеется, если те готовы были предложить за уникальную информацию достойную цену.

Так было многие десятилетия, пока монстры в подземельях встречались не особо сильные, но с каждым годом они становились всё сильнее и опасней, и подавляющее большинство новых подземелий, даже без предварительных попыток зачистки, теперь сразу заваливали камнями.

Вопрос многократно возросшего количества потенциально опасных мест в Королевстве Тарт уже давно требовал решения, ведь обладающие разумом монстры в подземельях становились ещё сильнее и рано или поздно прорывались наружу, но ни у гильдии магов, ни у гильдии воинов и авантюристов в Тарте не было на данный момент достаточно сильных и смелых команд, чтобы зачистить уже давно обнаруженные и доставляющие постоянные проблемы жителям ближайших поселений находки. Нет, такие воины всегда были и будут, но смена поколений воителей редко проходит без проблем. Так и произошло в Тарте. Старые мастера уже заработали достаточно, не хотели рисковать, желая провести остаток жизни, растрачивая добытое в свое удовольствие, а молодое поколение ещё не набралось опыта или перебралось в соседние страны, где платят больше и условия получше.

Даже очень ценные магические кристаллы и артефакты, нередко обнаруживаемые в глубине магических руин не могли завлечь неуверенных в своих силах людей, не готовых рисковать жизнью для устранения опасного логова.

Из-за риска остаться беззащитным перед внутренними и внешними врагами, Прах Ингрид Второй ограничивался стимулированием авантюристов, лишь предлагая награды за устранение той или иной угрозы, но никогда не отправлял на зачистку подземелий магов и рыцарей из своей гвардии. Недовольство нескольких западных, северных и южных лордов было вызвано как раз недальновидностью правителя в решении этого наболевшего вопроса.

Зрело недовольство и среди обычных подданных, живущих в опасных районах. Королю пришлось даже спонсировать столичное отделение Гильдии Хранителей подземелий в Тарте из своей казны, чтобы они увеличили количество разведчиков и пригласили лучших иностранных наемников в местные команды зачистки. Он выкупал данные о старых и вскрытых самими монстрами магических руинах и даром передавал их гильдии авантюристов, но и это не особо помогало решить обострившиеся проблемы.

Часть громких случаев неожиданного нападения целой стаи монстров на поселение, чтобы снизить градус недовольства подданных, пришлось списать на происки коварных эльфов-соседей, часть на вторжение обитателей бескрайних северных болот, но от этого сокрытия правды проблема с подземельями не решалась, а лишь преступно замалчивалась. На самом деле, подобные проблемы наблюдались почти во всех крупных странах, включая Великий эльфийский лес и оба, Южное и Северное горное Королевство Дворфов. Сила монстров в магических пещерах росла неуклонно и даже опытные герои не поспевали за ней.

А после трагической гибели семи сильнейших команд зачистки Гильдии Хранителей в Герцогстве Вестфалия, столкнувшихся в логове сразу с выводком из нескольких красных драконов, успешная в прошлом организация вообще перестала справляться с задачей по зачистке. И если своевременно обнаружить, запечатать и скрыть новые магические подземелья гильдии ещё как-то удавалось, то зачистке её силами и средствами подвергались лишь объекты с самыми слабыми обитателями.

Постепенно функции зачистки сами собой перешли в руки к разношерстным авантюристам, наемникам и скользким бандам искателей сокровищ, что в случае успеха приводило к их резкому усилению за счет найденных артефактов. На процветание откровенно бандитских и не очень-то лояльных правителю команд авантюристов приходилось закрывать глаза, иначе проблема с логовами монстров и вовсе стала бы невыносимой.

Король Прах Ингрид Второй мог бы воспользоваться услугами приглашенных авантюристов, средства для этого в казне были, но большинство из сильнейших команд изначально базировались в Баркаде, Моруе, Вестфалии и Кру. А самая известная, ставшая уже легендарной команда авантюристов, получившая громкий титул "Истребителей драконов" из Кру и вовсе включала в свой состав третьего принца, младшего брата недавно взошедшего на престол правителя этой страны. Слава о подвигах "Истребителей" гремела в пяти странах и за их пределами уже не один год, но обращение к ним от лица правителя Тарта или его посланника являлось признанием собственного бессилия.

Такого позора король не мог допустить. Нет, Прах Ингрид Второй вызвал главу столичного отделения Гильдии Хранителей не для того, чтобы обсудить проблему с разгулявшимися в его стране монстрами. Его интересовали только данные о всех зачищенных гильдией и её наемниками подземельях, в которых могли обнаружить действующий портал, способный мгновенно перенести целые группы людей из одной части континента в другую. Такие порталы в магических подземельях встречались крайне редко, но все же встречались, и похоже, одним из таких и воспользовались воины из Кру, чтобы тайно проникнуть прямиком в столицу Тарта.

Глава Гильдии Хранителей заверил, что ни он сам, ни его подчиненные не предоставляли врагу доступ к известному своим выходом из Тарта в Кру, двухстороннему порталу. Впрочем, даже если бы это произошло, он расположен довольно далеко на юге, в двух неделях пути от столицы. С таким же успехом враг мог перейти границу на западе и двигаться с комфортом по пустым, ночным дорогам, чем только выиграл бы себе ещё несколько дней, так что вариант с использованием южного подземного портала не давал врагу совершенно никаких преимуществ.

Не желая показывать главам нейтральных гильдий в каком жалком положении он оказался, король первым делом, в частном порядке расспросил их о положении дел в их зоне ответственности. Как и можно было ожидать, главы всех гильдий отрицали всякую причастность их организаций к недавнему нападению. Все клялись, что не получали предложений от шпионов из Кру или уже известного ему капитана Шпица о сотрудничестве и пополнении отряда убийц членами их гильдий.

Король и не ждал, что кто-то из старых хитрецов так просто признается в своем предательстве, даже если виновен. Просто оценил их реакцию на провокационные вопросы, попытался выдавить признание напором, заставить подозреваемых показать неуверенность или запутаться в собственной лжи. Не удалось. Не получилось выбить признания и более серьезными угрозами. Прах был сейчас слишком слаб и уязвим, чтобы оказать на гильдии действительно мощное давление. Даже явно причастных к покушению и бежавших из города членов Гильдии Магов не удалось задержать и взять под стражу. А тех, кого застали на месте во время проверки, скоро придётся отпустить из-за отсутствия веских доказательств, подтверждающих их причастность к деяниям предателя-главы.

Выдворив из своего временного убежища людей, которые могли бы шпионить в интересах врага, король выслушал доклады главы Тайной службы и заместителя капитана рыцарской гвардии, отправленного с небольшим отрядом на поиски и истребление разбежавшихся врагов.

В ровном, магическом свете артефакта-светильника лица заместителя капитана рыцарской гвардии, главы Тайной службы и второго советника, старого, грузного и больного герцога Боля, срочно прибывшего в школу магии по приказу Его Величества из своего загородного поместья, выглядели мрачными и подавленными. Никто не знал, что стало с семьей короля. Взял ли враг заложников или они сгинули в пожаре, не сумев покинуть закрытую и подожженную со всех сторон усадьбу. Не менее встревоженным и испуганным казался и второй заместитель главы Гильдии Магов, которого заместитель капитана магической гвардии привел в школу под стражей.

Всех приглашённых на прием к королю ввели в курс дела ещё до начала встречи и шокирующая новость о дерзком покушении в стенах столичной школы магии, организованном не кем-то, а самим герцогом Сигой Вермухтом Непревзойденным, младшим, сводным братом короля, его правой рукой, первым советником, гордостью династии, величайшим архимагом Королевства, ни у кого не укладывалась в голове.

После предательства и бесславной гибели главы гильдии магии Сиги, бегства с поля боя нескольких её представителей, вся Гильдия Магов оказалась под подозрением в пособничестве врагу. Положение также усугублялось бегством первого заместителя архимага, его секретаря и исчезновением вместе с ним всей гильдейской казны.

При проведении в отделении гильдии обысков объединенными силами Королевской магической и рыцарской гвардии, там также не досчитались двух десятков близких к покойному главе, и ещё утром покинувших город служителей. Оставшихся магов гильдии взяли под стражу для тщательного допроса. Большую часть узников уже допросили, кого-то из предпринявших попытку сопротивления аресту допросили под пытками. Второго заместителя главы король избавил от унизительных пыток, решив дать ему возможность сознаться самому или оправдать действия его подчиненных.

Но представшему перед королем мужчине не было чем оправдаться. Он утверждал, что выполнял рутинные обязанности в гильдии и даже не предполагал, что среди его сослуживцев зреет какой-то заговор. Если тот и был организован, то среди тех членов гильдии, что подались в бега. Остальные, по его мнению, вне подозрений.

— Честному и порядочному человеку нечего бояться, поэтому я и все те маги, что находились в гильдии в момент окружения королевской гвардией и не пытались сбежать. Нам скрывать нечего, — заявил мужчина.

— А как же маги Шмальц и Листак? Они сбежали, отказавшись защищать Его Величество во время нападения.

— Они не несут ответственности за предательство главы Сиги, и никоим образом к нему не причастны. И хочу вам напомнить, что гильдия магов имеет нейтральный статус и ей запрещено вступать в схватки за власть, на любой стороне конфликта. Умоляю, Ваше Величество, будьте справедливы! Шмальц и Листак не являются вашими придворными магами, членами магической гвардии и не нарушили никаких законов. Они просто исполняли устав гильдии, устранившись из схватки, проходящей между двумя политическими конкурентами. Мои подчиненные невиновны.

— Допустим, что вы говорите правду, но глава столичного отделения гильдии, герцог Сига Вермухт, который получил высший руководящий пост не по моему указу, а по согласованию с главой центрального управления в Баркаде нарушил ваш устав и выступил организатором покушения. Вы предлагаете мне закрыть на это глаза?

— Конечно же нет, Ваше Величество. Вы имеете полное право наказать всех преступников, но должны сделать скидку, что нельзя обвинять магов гильдии лишь потому, что они служили в одном отделении с предателем. Разве глава Сига не был вашим братом? Почему тогда вам не обвинить в предательстве и всех членов вашей семьи? Я призываю лишь к справедливости для меня и тех, кто не нарушил никаких законов. За что пытают магов гильдии в тюрьме? Это неприемлемо, и если беззаконие сейчас же не прекратится, вас будут ждать последствия, вражда с главами гильдии во всех пяти странах. Вы нарушаете законы, которые прилюдно обещали соблюдать. Никто другой не несет ответственность за вину какого-то отдельно взятого преступника и не становится его сообщником лишь из-за принадлежности к одной организации.

Мужчина выглядел искренним, но паранойя правителя не позволяла ему так просто верить людям на слово и избежавший вначале пленения и унизительных допросов с пытками второй заместитель также отправился в тюрьму до полного выяснения причастности Гильдии Магов к произошедшему инциденту.

Нападение произошло так неожиданно для всех отвечающих за безопасность короля лиц, что никто не мог объяснить, как это было осуществлено прямо под носом у Тайной службы, гвардии и городской стражи. Но когда в уравнении со всеми неизвестными появилось имя Сиги Вермухта, желавшие избежать наказания слуги предпочли бездоказательно свалить всё случившееся на мертвого предателя.

Как сильнейший маг Королевства и глава Гильдии магов, герцог Сига отвечал перед правителем за магическую безопасность Королевства Тарт в самом широком смысле этого слова, но в первую очередь на его плечи ложилась защита правящей семьи, выявление мятежников в среде магов и предотвращение внезапного вторжения враждебных соседей с помощью магических порталов.

Архимаг многие годы посвятил изучению и попытке создания собственных пространственных врат, чтобы Королевство Тарт имело в своем распоряжении это грозное магическое средство мгновенного перемещения армии и грузов. Сига не раз докладывал королю, что уже очень близок к разгадке магического круга, активирующего пространственную магию, но о том, что он, наконец, достиг успеха, король так и не услышал. Было бы очень печально, если свои многолетние исследования признанный гением в магии Сига Непревзойденный применил для осуществления покушения.

Однако, Сига сам при всех признался, что убийцы из Кру прибыли по его приглашению, а его оскорбительные речи о недалекости короля и необходимости смены власти, громкий призыв убить правителя давали возможность советникам в один голос утверждать, о его вероломстве, коварстве и давних амбициях занять трон, которые архимаг умело скрывал, готовясь нанести удар в спину.

Доклады слуг о текущем положении дел также были неутешительными. В городе начались массовые волнения в связи с нападениями групп скрывающих лица вооруженных людей. Десятки торговцев и простых горожан были ранены, убиты или просто ограблены в спешке отступающими из города убийцами. Также пострадало множество городских стражников, прибывших на зов пострадавших и попытавшихся преградить им путь на воротах. Там погибли вообще все защитники порядка, всего около двадцати смельчаков.

Часть беглецов удалось настигнуть до момента, пока они не скрылись в окружающем столицу лесу, но враг не сдавался живьем, дрался до последней капли крови и взять пленников для допроса не удалось. День уже подходил к концу, а у короля не было ни одного живого информатора, способного объяснить, как враги проникли в город незамеченными.

Конечно, можно было рассматривать версию, что под видом торговцев, авантюристов и прочих искателей приключений они малыми группами, в течение довольно длительного времени стекались в столицу и таким образом не привлекли к себе внимание, а когда настал условленный момент, собрались в один крупный отряд, вооружились и нанесли удар с помощью и по наводке герцога.

Вполне убедительная версия, если бы не одно "но". Король ещё перед ужином исследовал доставленное ему тело главного предателя и был на сто процентов уверен, что назвавшийся его братом, на самом деле является подделкой. Он внимательно осмотрел кожу на левом плече, груди, под левой мышкой и шее отбитого по его приказу у врагов трупа и не нашел на ожидаемых местах несколько хорошо известных ему колотых шрамов и отметин от ожогов, что оставил на теле брата ещё в детстве, когда они занимались фехтованием и устраивали первые магические дуэли.

Раньше Сига был намного слабее Праха во всем и часто проигрывал. Нет, он постоянно проигрывал, плакал, кричал, но все равно требовал реванша, даже получив ранения и ожоги. Юность они провели без мудрого примера отца и некому было их разнять в спорах и остановить их жестокие забавы. А однажды застав Сигу в подвале с привязанной к стене и уже лишенной одежды Сираной, он своими руками избил его до полусмерти. В порыве гнева дважды ткнул его в плечо и грудь своим клинком, но потом немного остыл, сжалился и позволил придворным жрецам исцелить его раны. Следы этих ран и многих других должны были присутствовать у трупа, но их не было.

Вместо себя на экзамен Сига отправил очень похожего, таким же образом подстриженного, выбритого и одетого мужчину. Тот хорошо изображал герцога, имитировал его повадки, голос и легко смог ввести в заблуждение даже давно знавших герцога людей, но всего этого было явно недостаточно, чтобы обмануть короля, человека, выросшего с ним бок о бок с детства. Подменивший брата человек был несколько ниже, худощавее, на лет пять моложе и имел более крупные и приятные черты лица. У Сиги глаза были мельче, глубже посажены, но окончательно подмену выявило отсутствие шрамов.

А ещё Сига нигде не появлялся без своего секретаря. Одним этим фактом, даже не осматривая тело, можно было определить, что перед ним не настоящий герцог. А какую чушь он начал нести, стоило спросить двойника о Сиране! Прах намеренно задал вопрос о ней, предполагая, что даже идеально подготовленный актер не знает о том, как неистово Сига презирает её и всех Высших эльфов. Она не простила ему попытку изнасилования в юности и не раз отыгрывалась через Праха, а однажды, якобы случайно, опалила ему шею, половину груди и все левое плечо, направив магию её талантливого сына в его сторону.

Виго был ещё ребёнком и несмотря на требования герцога строго наказать его и недоглядевшую Сирану, Прах оставил эту мелкую месть своей возлюбленной без внимания. Так что сказать, что он сделает Сирану жемчужиной своего гарема наложниц, самая нелепая глупость, которую мог взболтнуть не знающий, что нужно ответить двойник.

Признаться, его слова всё же задели самолюбие короля. Ему было неприятно слышать, что кто-то, даже если это намеренная попытка задеть, будет нежиться в объятьях его возлюбленной. Сирана принадлежала лишь ему, только ему одному, даже если ей уже шестьдесят, а выглядела она на шестнадцать.

Да, принцесса Сирана была старше Праха на десять лет, в это нельзя было поверить, глядя на её прекрасное лицо. Сейчас она стала даже краше и желанней, чем при их первой встрече. Отец держал её в тайной комнате под дворцом, не выпускал из темницы на свет и только после его смерти все подробности появления Сираны во дворце и её миссия достигли ушей Праха через первого советника.

Прах влюбился в Сирану чуть ли не с первого взгляда, окружил заботой и вниманием, осыпал золотом, выполнял малейшие прихоти. Она была очень кроткой и очень печальной узницей, и чтобы заставить её по-настоящему счастливо улыбнуться, у мужчины ушел целый год. Если официальную супругу королю пришлось принять и терпеть по настоянию советников и матери, то Сирана стала для Праха той отдушиной, которой он отдавал свою искреннюю любовь и нежность, что в итоге и пробудило её ответное чувство.

Высшие эльфы зреют долго и первого ребенка они смогли зачать лишь тогда, когда Сиране уже было сорок семь. Впрочем, её точный возраст не мог определить никто. Было ли ей тридцать, сорок или шестьдесят, её юное, прекрасное тело и озорное лицо, оставалось неизменным и безмерно радовало короля. Вспомнив о прежней Сиране, Прах сначала испытал прилив нежности, но вскоре его опять посетило болезненное чувство утраты.

Он не мог себе простить, что позволил врагам навредить ей. Она оставалась также прекрасна внешне, но той, нежной и любящей эльфийки, его обожаемой возлюбленной, что одним взглядом, одним легким касанием мягких ладошек могла удалить все его тревоги, сделать любой день его жизни вновь счастливым, не осталось.

Конечно, Прах никогда не понимал, и даже поражался, почему Сига так яростно ненавидит Высших эльфов. Давняя нелюбовь к Сиране не могла быть достаточным поводом ненавидеть их всех. Они же подобны живым богам, прекрасны, бессмертны, не знают болезней и тлена, бесконечно одарены магической силой. У них нет никаких очевидных недостатков, кроме, пожалуй, внушаемого всем окружающим людям чувства собственной неполноценности. Их можно ненавидеть только из-за терзающей душу черной зависти. Легко воспылать завистью, что кому-то дано так много от рождения, но других причин Прах не видел, поэтому от слов лицедея, всё равно остался осадок. Особенно та часть, в которой говорилось о проклятии.

Неужели Сирану действительно поразило какое-то редкое проклятие, сняв которое, она вновь станет прежней? Нет, бред, сводящих с ума проклятий не существовало иначе бы ведьмы врага легко устраняли любого неугодного. К счастью, они не способны лишить рассудка, как и лучшие менталисты.

Хотя насчет последних король не был до конца уверен. Возможности менталистов до конца не известны. Их ветвь магии самая молодая и развивающаяся. Если какому-то из менталистов открылись такие возможности, он представляет угрозу для всего мира и подлежит немедленному уничтожению, но озвученный подделкой метод исцеления Сираны, безусловно, очень заинтересовал короля из-за чего он желал выяснить кто к этому причастен и выбить из него признание под пытками. За Сирану он готов был даже подвергнуть пыткам всю семью врага, всех его родственников и слуг, но добиться своего.

Возможно, будучи уверенным в том, что его господин станет новым правителем Тарта, двойник случайно и выдал его тайну, а также его больное желание полностью обладать Сираной, чего не может быть, пока она принадлежала Праху. Неужели он действительно пошёл на сделку с королем Кру, чтобы получить не только власть, но и Сирану?

Король надолго ушел в себя, погрузившись в размышления, а когда очнулся, обнаружил, что слуги все это время терпеливо ждут его приказов и жестом руки, указывающим на выход, молча закончил собрание. Хватит. Он и так сделал над собой неимоверное усилие, чтобы не показать, как был взбешен глупыми обвинениями Сиги и ничтожествами, способными только спихивать ответственность на других.

Что бы не сказал двойник во время вторжения, какую бы хитрую игру ни вел тот, кто все это придумал, король всё ещё не желал верить в предательство сводного брата. Да они были не особо дружны в детстве и юности. Прах жестоко наказал Сигу за недостойный поступок по отношению к Сиране, но дальше он не раз признавал его выдающиеся заслуги, щедро награждал и даже назначил своим первым советником. Сига Вермухт ни в чем в своей жизни не нуждался, имел столько средств, сколько попросит и сам несколько раз на деле доказал, что другого такого верного союзника ему не найти.

Да что они вообще понимают?! Если бы он захотел, то мог убить его десятки, нет, сотни раз и точно не нуждался для этого в помощи каких-то союзников. Нет, король доверял брату даже больше чем собственным детям и законной супруге. Сига спасал его жизнь несколько раз, иногда очень рискуя и жертвуя при этом собой. Верность и честь для герцога были не пустым звуком. Он легче поверит, что его собственная мать желает ему смерти, чем его брат. Оставшись один, король ещё раз сходил в помещение, где лежало тело двойника и изучил найденные при нём вещи.

Сига желал убедить всех, что это действительно он и пошел в создании образа до конца. При двойнике находился перстень с печатью главы гильдии, несколько очень ценных, но почему-то полностью разряженных артефактов. Одним из таких было орихалковое, защитное ожерелье, диадема из того же материала для скрытного ношения в волосах или под широкополой шляпой. Кстати, лежащая рядом мифриловая, скорее всего эльфийской работы, легкая, как перышко кольчуга, также являлась бесценным артефактом легендарного уровня. Такие артефакты просто так двойнику не дают. Он желал сохранить его жизнь, а значит, дорожил подделкой.

Король призадумался. С подобным набором очень ценных защитных предметов, будь они полностью заряжены, изображавшему его брата мужчине не были страшны попадания арбалетных болтов. Видимо, именно по этой причине он смело подошёл так близко к стрелкам и подставил под их выстрелы свой затылок. Сам Сига никогда бы так не сделал. Он не так глуп, чтобы доверять союзникам из Кру, чего бы они ему не пообещали взамен на содействие.

Похоже, двойник был совсем не сведущ в вопросах магии и не смог определить, что его защита уже не действует. Не подозревая о проблеме, своей демонстрацией спины, и тем, как надменно он отдавал приказы командиру чужой армии, он спровоцировал капитана Шпица атаковать себя. Эти догадки подтвердились намного раньше, чем Прах мог себе представить. За его спиной появилась фигура в тёмном плаще. Вздрогнув, король повернулся и выставил факел перед собой.

— Кто ты?! Назовись, — потребовал он, и не дожидаясь ответа, самой короткой фразой активировал своё сильнейшее защитное заклинание.

— Бесполезно, Ваше Величество, ваши жалкие попытки защититься ничего не изменят. Против меня у вас нет шасов.

— Кто ты?

— Неужели не узнаете, если не видите лица. Я разочарован. Это же я, архимаг Сига Вермухт, в отличии от вас, Ваше Величество, настоящий архимаг, сильнейший маг Тарта, а возможно и всего мира.

— Брат?! Почему ты… Погоди-ка… почему тебя пропустила охрана?

— Ещё не догадались? Мне нет нужды спрашивать разрешения у охраны. Я могу перемещаться куда захочу и когда захочу. Да, это удовольствие из разряда дорогих, но на что мне владение четырьмя заклинаниями высокого уровня в день, если я не буду ими пользоваться, когда мне это нужно.

— Для чего ты явился сюда? Хочешь забрать мою жизнь, отобрать Королевство?

— Я пришел восстановить справедливость. Я более талантлив и умен, одарен в магии и умею договариваться, чтобы мирно править Тартом. Долго я этого не принимал, не мог осмелиться принять свою судьбу, но моя возлюбленная открыла мне глаза, вселила в меня потерянную уверенность и указала верный путь.

— Твоя возлюбленная? О ком ты говоришь?

— Я все расскажу, если ты наденешь вот эти браслеты и проследуешь в более удобное место, сказал мужчина в плаще и бросил на пол перед королем железные кандалы.

— Я не стану одевать оковы. Если желаешь меня убить, то просто сделай это и не нужно меня унижать.

— О-о-о, как ты заговорил, а я тоже просил тебя о справедливости о защите моей чести и достоинства, но ты отмахнулся от меня, как от мусора, брат. Да, и можешь не пытаться сбежать или звать слуг. Это бесполезно. Все кто отказался мне подчиниться уже мертвы. Одень кандалы или я действительно заставлю тебя почувствовать, что такое истинное унижение, как то, что ты мне нанес, проткнув дважды кинжалом. Я умолял тебя о пощаде, но ты бил и колол, словно я свинья, которую забивают в хлеву. Я ничего не забыл. Моя возлюбленная не дала мне забыть. Она так восхитительно прекрасна и убедительна в своих аргументах, что я очень соскучился за её ненавидящим взглядом. Целых два месяца его не видел, но скоро увижу вновь. Ну что, ты подчинишься или нет. Мне многое хочется тебе показать и рассказать, но я убью тебя прямо здесь и сейчас, если ты и дальше будешь меня выводить из себя.

Исключительно для повышения шансов на спасение, король Прах изменил своим принципам и поднял с пола предложенные наручники. Он надел их на руки, скрестив их за спиной и молча позволил брату защелкнуть увесистый замок.

— Говори и показывай, что ты скрывал от меня! — потребовал он приказным тоном, когда оказался в унизительном положении узника и тут же получил болезненную оплеуху.

— Не так дерзко, братец. Ты не в том положении чтобы приказывать. Если чего-то хочешь, кланяйся и проси.

— Ты сам сказал, что желаешь мне что-то показать.

— Конечно, скоро её доставят сюда и ты всё увидишь, всё-всё увидишь.

— О ком ты говоришь?

— Не прикидывайся глупцом, конечно же я говорю о Сиране. Моя возлюбленная не дала мне ни шанса одарить её нежностью, подвергла пыткам, отдаваясь тебе и смакуя ваши ночи страсти, стоило мне вновь признаться в моих чувствах и умолять её сбежать из дворца со мной. Я сходил с ума от любви к ней и только благодаря Сиране я и стал тем, кем стал. Неразделенное чувство к ней и стало тем вечным огнем страдания, что расширяло мою сердцевину. Уже нет метода, который бы измерил её мощь, любой кристалл просто лопается, если я пытаюсь это сделать. Моя любовь к Сиране стала моим проклятием и благословением, но сегодня тот день, когда я верну тебе и ей мою боль сполна. Да, кстати, твои старшие сыновья уже отправились к их деду, как и жена. Славный вышел костерок из вашего дома. Я отпустил твоего посыльного, получив от него подробную информацию о том, где ты скрываешься и приказав говорить то, что мне хотелось тебе внушить.

— Ты! Ты! — стискивая в бессильной злобе кулаки, прохрипел Прах, и тут же получил ещё один болезненный пинок в бок.

— Иди в свою комнату и помалкивай. Представление ещё не началось, не порти воздух бесполезными ругательствами. Я позволю тебе говорить, когда покажу свой подарок.

* * *

Я стоял на своем. В комнату не пойду, в темницу, как нарушитель порядка тоже, а если меня не выслушает глава Стиг, или хотя бы наставник нашей группы, которого я так за два дня и не увидел, то я сам к ним схожу с вопросами.

Охрана попыталась меня заломать. Одного вырубил, второго отпустил, чтобы он привел подмогу, да побольше, когда мелкие сошки получают лещей группой, то сразу бегут за хозяевами. Если до них не доходят мои требования, что же, тогда буду вызывать местного директора доступным мне способом.

Прибежавший с помощниками стражник первым отправился спать на земле. Признаюсь, сдерживаться, филигранно дозировать силу удара, чтобы просто вырубить непонятливых стражников, а не лишить их жизни, было не так-то и просто. Ещё одна тренировка для меня, как с минимальным расходом Ци, больше на знании основ ближнего боя и инстинктах укладывать очень слабых противников, не выдавая, что я использую какую-то особую силу.

Шесть стражников пришлось уложить рядком у входа в спальный барак, чтобы наконец пришёл первый наставник.

— Ты нарушаешь правила школы! Ученикам покидать спальный корпус ночью запрещено, — сказал мужчина с сединой в висках, — Немедленно прекрати безобразничать и отправляйся в камеру для нарушителей порядка или ты усугубишь свое положение и будешь наказан очень строго.

— Это как? Меня выпустят из этой помойной ямы. Так я этого и хочу. Или вы предоставите ученикам нормальные условия питания и проживания или я расскажу о издевательствах над учениками Его Величеству. Он же сейчас здесь остановился. Ему будет любопытно взглянуть, в каких условиях пребывают те, кто должен стать гордостью Королевства Тарт, его щитом и мечом, защищать страну от врагов.

— Что за неслыханная дерзость! Как простолюдин смеет открывать рот и угрожать старшим.

— Старик, ты же не можешь предоставить мне и другим ученикам нормальные условия. Тогда не трать моё время, зови сразу директора, чтобы я с ним поговорил.

— Директора? Будет тебе директор. Думал, ты просто не знающий своего места чурбан, но ты, оказывается, борец за светлое будущее Тарта. Я передам директору о твоей дерзости, не сомневайся.

Мужчина ушел, но вместо директора опять пришли школьные стражники, в этот раз в компании одного гвардейца. Чтобы сократить болтовню, первым отправил на землю именно гвардейца. Изумленно переглянувшиеся между собой стражники засверкали пятками и кроме того же самого учителя привели ещё нескольких гвардейцев.

К этому моменту головы печальных обитателей барака простолюдинов торчали из всех щелей. Всем детишкам было интересно увидеть, чем закончится противостояние невысокого, хрупкого парнишки, пошедшего против системы.

С новой делегацией я немного поиграл. Не стал их быстро вырубать, а сначала немного поуклонялся, попрыгал, делал быстрые подкаты, уходы за спину, заставляя их бесполезно кружить, сталкиваться и падать на задницу. Мне быстро это надоело и на глазах изумленного учителя я отправил и этих троих гвардейцев спать на сырой земле.

— Ладно, думаю, без директора действительно не обойтись, — пришёл к выводу мужчина и пока стражники с безопасного расстояния наблюдали за тем, как я уселся на кучу сложенных в горку гвардейцев, к бараку действительно пожаловал глава Стиг.

Вид у него был раздраженный и злобный. Уже издалека, вне зоны прямой видимости, я услышал короткий диалог:

— Вы что, с новичком не можете справиться? За что я вам плачу? Вы не можете без меня решить простейший вопрос с нарушителем. Так сложно отправить хулигана в темницу, чтобы он подумал над своим неправильным поведением?

— Глава, глава Стиг, простите, я пытался, но он легко справился с несколькими стражниками. Ему даже королевские гвардейцы ни по чем.

— Да быть такого не может! Кто он такой, вы хоть имя его спросили? — воскликнул старик, показавшись из-за забора.

— Нет, Ваша Милость.

— Уйдите с моих глаз долой, пока я вас не выгнал! — взорвался глава и стал подслеповато рассматривать в сгустившихся сумерках непримечательную фигуру поднявшего шум хулигана. Тот бесстыдно уселся на четыре сложенных друг на друга фигуры в доспехах.

— Что ты делаешь?! Немедленно слезь с уважаемых слуг Его Величества! Ты совсем меры не знаешь? — зашумел мужчина, поняв, из чего сложен мой табурет и грозя кулаком, быстро направился ко мне.

— Наконец-то вы пришли, глава. У ваших подчиненных проблемы со слухом. Я изначально просил прийти именно вас, но меня не слушали.

— Да кто ты такой?

— Лайт из Широ, хочу нормальных условий проживания для себя и моей группы, обеспечьте, пожалуйста, и побыстрее. Да и мерзкую, серую жижу на ужин можете себе в тарелки накладывать, а нам давайте нормальную пищу, для людей. Вы всё услышали, глава или повторить?

— Что?! Кто?! Лайт из Широ? Лайт, то есть это вы господин Ви… Кхе… прошу, следуйте за мной. Давайте поговорим в более подходящей обстановке.

Такой обстановкой глава посчитал свой кабинет в главном административном здании.

— Я понимаю, Ваше Высочество, что после королевского дворца, где у вас были личные покои и внутренний двор размером с всю эту школу, личный повар и сотни милых служанок, условия в школе, особенно в той её части, что предназначена для простолюдинов вас не могут удовлетворить. Я всё прекрасно понимаю, но это приказ вашего отца, вернее, уже покойного, Его Светлости, герцога Сиги. Он утверждал, что выполняет распоряжение Его Величества.

— Разве дядя Сига уже не является предателем Тарта? Вы продолжаете верить словам предателя? Он хотел меня оскорбить и поэтому приказал вам издеваться надо мной?

— Нет, что вы, Ваше Высочество, у меня и в мыслях не было. Вас просто поместили в одни условия с теми, кто не рожден в королевской семье, не так богат и не привык к роскоши, как вы.

— Хватит, этот разговор не имеет смысла, глава Стиг. Я хочу, чтобы вы предоставили нормальные условия обучения, что начинаются с добротного жилья и нормального питания не только мне, а всем ученикам школы. Простолюдины, не простолюдины, для меня не имеет никакого значения. Все мы люди и заслуживаем нормального и уважительного отношения. Вы директор и должны к этому стремиться, иначе как вашу школу вообще можно считать достойной посещения? Вы же вроде и сами из простолюдинов и должны это понимать. Я знаю, что знать отправили по домам, их домики будут пустовать целый месяц. Устройте оставшимся ученикам нормальные условия на этот период за счет свободных домов, а в это время отстройте дополнительные жилища, чтобы всем хватало места и через месяц. Если нет достаточно средств на строительство, выделите ученикам средства на съем жилья в приемлемой гостинице. Люди должны жить по-человечески, и вы в силах это обеспечить. Ученики будут вам благодарны и все вложенное вернется к вам с прибылью.

— Погодите, Ваше Высочество, конечно же ваши слова не лишены смысла, но вы забываете, что школу создавали для обучения знати. Большая часть из них считает, что простолюдинам здесь и вовсе не место. Они выражают открытое недовольство подобными инициативами вашего мудрого отца. Он пытается переломить сложившиеся традиции и сегодняшний экзамен доказал, что простолюдины могут быть не менее способными к магии, чем самый чистокровный лорд, но все упирается в финансирование. Я не могу сам, по собственной прихоти затребовать дополнительный бюджет. На нужды школы, учеников, жалование учителям и мне самому я получаю средства из казны вашего отца. Он решает, сколько средств выделит школе, а не я. Не судите строго. Я, может быть, и хотел бы уравнять условия проживания всех своих учеников, но это просто невозможно. Где взять деньги?

— Требуйте больше, расходуйте с умом, чтобы вас не обвинили в растратах. Если вы боитесь просить у короля, я сам с ним поговорю. Давайте, встречусь с ним прямо сейчас.

— Нет, не нужно, я посмотрю, что можно сделать исходя из доступных средств, но сегодня для всех нас был очень тяжелый день, давайте возьмемся за решение затронутого вами вопроса с завтрашнего дня, а лучше с начала следующей недели.

— Нет уж, глава Стиг. Вы ляжете спать в свою удобную, теплую постель, а несчастные ученики заработают себе грибковую инфекцию в сыром подвале по восемь человек на тесную комнату. Я требую расселения по нормальным комнатам сегодня. Сейчас.

— Вы требуете слишком многого, Ваше Высочество, — возмутился старик.

— Я требую слишком малого, глава. По-хорошему, нужно заселить вас и всех учителей в те условия, в которых вы держите учеников на годик-два, а потом посмотреть, кто из вас первый умрет от хронической плесневой инфекции легких. Вы губите здоровье талантливых магов и этот вопрос требует немедленного решения.

— Вы забываетесь, Ваше Высочество. Вы может и принц, но здесь я, барон Стиг — глава и мне решать, как и когда уделять внимание вопросам, касающимся МОЕЙ школы.

— Мне бы не хотелось, глава Стиг, стать причиной, по которой Вашу школу завтра закроют, а вас, уважаемый, выпрут ногой под зад на улицу, но если вы продолжите настаивать, что те чудовищные условия, в которые вы поместили своих воспитанников не ваша вина и ответственность, то вы просто не оставляете мне выбора. Я хотел договориться по-хорошему, но вы отказываетесь нести ответственность за учеников, а это уже не упрямство и глупость, а злостная халатность, злой умысел. Вы поступаете так, чтобы навредить Тарту и его правителю?

— Как можно было прийти к такому нелепому выводу?

— Всё просто, вы ослабляете будущее поколение магов, они не смогут выполнить возложенный на них долг. Вы вредите правителю, подло и злонамеренно. Я вижу, до вас не доходит, глава, ладно, пойду и прямо скажу отцу, что вы не на своем месте. Я лучше понимаю потребности моей страны, чем вы. Вам что, приплачивают шпионы из Кру, чтобы вы так поступали?

— Прекратите придумывать нелепые обвинения!

— Мне плевать, почему вы не понимаете важность каждого молодого мага в будущем благополучии всего королевства, но если вы не готовы менять своё отношение, то придется заменить вас. Разговор окончен.

Я встал со стула, показывая, что сказал всё, что хотел.

— Что вы намерены делать, Ваше Высочество? — встревожено спросил мужчина, также поднявшись со своего места.

— Я же уже сказал. Сегодня ученики школы магии будут помещены в достойные магов Тарта условия проживания. Это произойдет с вашей помощью или без вас, но я прямо сейчас направлюсь к отцу, чтобы донести это требование до него.

— Это абсолютно исключено, Ваше Высочество!

Старик неотрывно следовал за мной и бубнил на ухо, что нарушать покой Его Величества недопустимо, что я нарываюсь на неприятности, веду себя слишком дерзко даже для принца, но мне его холопские тревоги были безразличны. Рабскую натуру из человека, всю жизнь привыкшего унижаться и кланяться не выбить, даже вручив ему титул и всю полноту власти в какой-то нише. Глава Стиг боялся менять мир вокруг себя, не пытался избавить от рабского мировоззрения подрастающее поколение, постоянно оглядываясь на то, что ему прикажут хозяева.

Привычка всегда и во всем ориентироваться на мнение кого-то более значимого, весомого, знатного на корню обрывала простор для собственного творчества. Мне было даже немного жалко этого ущербного человека. Он может и не худший человек в Тарте, но из-за таких как он, бездумных роботов-исполнителей чужой воли, у страны, попавшей в капкан сословного устройства не было нормального будущего.

С другой стороны, у всех людей своя жизнь, свои страхи и заботы. Никто не в праве заставить их меняться и менять мир под себя. Это желание или зреет внутри человека или умирает вместе с его мечтами и надеждами в череде безликих дней близнецов.

Я окончательно перестал слушать, о чем трещит бестолковый старик, когда пришёл к входу в подземную сокровищницу, у которой столпился сразу десяток гвардейцев. Их угрюмый вид и повышенная тревожность показались мне подозрительными. И разумеется, они не собирались пропускать меня на аудиенцию к отцу. Я не стушевался и к удивлению выпучившего глаза старика, предупредил:

— У вас есть ровно тридцать секунд, чтобы уйти отсюда на своих ногах. Кто не успеет свалить пусть пеняет на себя.

— Я не расслышал, этот малыш нам угрожает? — ухмыльнулся один из гвардейцев, настоящий великан под два с половиной метра.

— Тебе слова не давали, жирдяй, — огрызнулся я, и применив поле Ци, резко стукнул его затылком о каменную стенку за спиной.

На глазах притихших стражей великан обмяк и без чувств сполз по стене на пол.

— Время пошло. Этого я просто оглушил, вас — убью, — сухо предупредил я, стараясь быть настолько убедительным, насколько мог быть убедительным худощавый паренёк двенадцати лет, с нежными чертами лица и по-детски всклокоченными белокурыми локонами, упавшими на лицо.

Предупреждение растворилось в угрюмых лицах напрягшихся гвардейцев. Им гордость не позволяла сбежать, особенно, на глазах товарищей.

— Я не хочу вас убивать, но всегда держу свое слово, — тяжело вздохнув, добавил я, — если вы думаете, что можете мне противостоять, то вы сильно ошибаетесь, я архимаг с трехтысячным уровнем сердцевины, для вас — живой бог. Даю ещё десять секунд уйти живыми или размажу вас по стенам.

Один мужчина вдруг дал слабину и кинулся бежать прочь. Этого недостойного примера самосохранения оказалось достаточно, чтобы за ним рвануло ещё четверо. Пятёрка тугодумов осталась на месте, просто не поверив моим угрозам. Я сделал ещё одну попытку запугать стражу и стиснув шлем ближайшего гвардейца, заставил его вопить от боли, вызванной ломающим кости металлом. Он вздрогнул всем телом, после чего череп хрустнул и содержимое головы кровавыми брызгами обдало стоящих рядом товарищей. Труп рухнул на землю, словно тряпичная кукла.

Придавил я совсем слабо, но хрупкий черепок оказался по ощущениям не толще скорлупы куриного яйца. Никогда не видевшие ничего подобного гвардейцы наконец осознали, что я не шучу и кинулись врассыпную. Чтобы придать им скорости, я легонько подтолкнул их в спину, заставив также вопить от страха оказаться раздавленными, словно гнилое яблоко.

Путь в недра сокровищницы был свободен, но я не учел, что ключи от дверного замка висели на поясе у кого-то из беглецов, пришлось втолкнуть её внутрь подземелья вместе с вырванными петлями и замурованной в камень рамой. Старик под боком перестал не только бубнить, но и дышать.

Он тихо офигевал от сынка короля, первогодки его школы. Его Величество говорил, что малыш очень одаренный, открыл таланты в шесть, в девять показал третью сердцевину и запредельный магический потенциал, но ни один маг в Тарте не способен был легким толчком руки вывернуть с мясом двойные, усиленные металлическим каркасом и кованной в три пальца рамой двери. Такую дверь и цельнометаллический трехсоткилограммовый таран далеко не с первого удара возьмет. Да он в принципе не сможет ввалить дверь целиком внутрь. Конический профиль рамы не позволит этого сделать, но щуплому пареньку как-то удалось это провернуть, и у старика не было ни одной догадки, что за непостижимой магией он владеет.

* * *

Герцог Сига наслаждался каждой секундой своего триумфа. Идея направить части вторжения Королевства Кру сначала на загородную резиденцию короля, а затем ещё по двум направлениям, чтобы стравить их с раздробленными на части гвардейцами короля была просто гениальной. Воспользовавшись эффектом неожиданности стрелки капитана Шпица легко разделались с половиной магической гвардии, охранявшей внешний периметр загородной усадьбы, а остальная стража сдалась без боя, так как герцог вовремя сообразил, что им ничего не известно о судьбе отправившегося в столицу короля и объявил, что его взяли в плен и казнят, если гвардия продолжит сопротивление.

Он представил ещё не произошедшее, как свершившийся факт и пребывающие в унынии рыцари не посмели рисковать жизнью господина тем более, что говорил об этом не какой-то чужак, а сам герцог Сига Вермухт. Когда основные силы капитана Шпица отошли к городу, где под видом пригнанных на продажу невольников сразу с четырех входов проникли за стену, герцог напал на малочисленную охрану захваченных гвардейцев с помощью отряда собственных наемников и верных ему магов из гильдии.

Убедив гвардейцев, что является двойным агентом и лишь прикидывался союзником врага, чтобы спасти жизнь Его Величества, он отправил их следом за отрядом капитана Шпица, чтобы ударить ему в спину, когда он начнёт захват правителя. Он надеялся, что эффект неожиданности и помощь городского гарнизона компенсирует разницу в количестве и составе отрядов. В идеале они должны были извести друг друга до не представляющих для него угрозы, незначительных, раненых, дезориентированных и подавленных неразберихой групп.

Оставшись охранять королевскую семью, он немного выждал и отправил своих наемников и магов на помощь той стороне из двух, которая останется к их приходу в меньшинстве. Приказав двум личным помощникам заколотить гвоздями входные двери и ставни окон первого этажа усадьбы, он поджег её вместе с находящимися внутри людьми. Из дымной, а затем огненной ловушки не выбрался никто. Из всех обитателей загородного поместья он увез с собой лишь одного человека, даже не человека, а эльфийку, которую держали под замком в тесном помещении для прислуги. Единственная причина, по которой герцог Сига вообще согласился сотрудничать с коварными гостями из Кру, это из-за обещания ими открыть способ, которым можно вернуть в нормальное состояние его давнюю возлюбленную, его холодную и неприступную Сирану.

Её помутнение рассудка было отнюдь не случайностью. Агенты Кру пытались убить Праха через своего человека во дворце. Им оказался менталист, который ранее уже выполнял их поручения. Он не был достаточно смел, чтобы совершить прямое покушение на короля, но с женщинами и детьми работать не опасался. А когда этот хитрый план не оправдал надежд, Сирана была помещена в темницу и потеряла доверие правителя, её ценность для плана захвата власти в Тарте снизилась до нуля.

Хладнокровно разделавшись с семьей сводного брата, герцог повез эльфийку к менталисту, владеющему теми же техниками, что и засланный агент при дворце. Помутнение рассудка, созданное специфическим блоком памяти, удалось деактивировать и довольный успехом герцог вернулся в столицу. Он получил всё, что желал, добился полной власти над Сираной, устранил всех законных наследников на трон, а если ещё и воины капитана Шпица довели свой план до конца, то от восхождения на трон его отделяло всего одно убийство. Нужно было по-тихому убить пленника и силами наемников замести все следы своего участия в покушении на короля, но по возвращении в столицу, герцог узнал, что оставленный им для алиби двойник выставил себя предателем. Он во всеуслышание объявил о своем участии в заговоре. Это не входило в планы герцога.

Капитан Шпиц подставил его, решив, что перед ним находится истинный архимаг Сига Вермухт, он подослал к двойнику своего сильнейшего мага-менталиста и заставил его во всем признаться, после чего показательно казнил предателя, чем заодно припугнул короля и всех присутствующих, наглядно показав, что с ними произойдет, если они посмеют сопротивляться.

Убить сильнейшего архимага королевства на глазах у всех — сильный ход. Люди, лично наблюдавшие казнь, потеряли всякую волю к сопротивлению, но в хорошо продуманный и исполненный план захвата власти в Тарте прокрался один маленький, неучтенный, элемент. У короля Праха Ингрида Второго тоже оказался туз в рукаве. Его тайное оружие расстроило планы капитана Шпица. Он сам и его опасный маг-менталист лишились жизни одними из первых.

Все это, как ни странно сыграло на руку и герцогу Сиге. Он недооценил боевой потенциал отряда вторжения Кру и почти все посланные им воины из королевской магической гвардии и гильдии магов были убиты отступающими в панике из школы отрядами. Убили и всех наемников, что он привлек к устранению недобитков армии из Кру.

Как оказалось, не только он, но и капитан рыцарской гвардии также предал Тарт и получив предложение, от которого не смог отказаться, обманом и хитростью убил десятки своих бывших товарищей. Правда, его ждала незавидная участь. Опасаясь, что его схватят на воротах его же подчиненные, он пустился бежать через территорию дворца к задним, давно наглухо закрытым воротам. Он лишился сознания, а позже умер на заднем дворе, сжимая в руке ключ от навесного замка. Там же нашли смерть и десятки его товарищей, которые кинулись в погоню да не рассчитали своих сил. Мало кто без существенных запасов маны способен долго находиться в этой смертельной ловушке. В глазах быстро темнеет, а смерть наступает неизбежно, стоит лишь потерять сознание и задержаться под куполом на каких-то десять минут.

Герцог ликовал. Он хоть и был раскрыт, и все люди в столице считали его предателем, но показав людям труп двойника он легко может доказать, что был оклеветан коварными шпионами Кру, специально сотворившими его копию, чтобы от её лица нанести его репутации непоправимый ущерб, а сам он безгрешен, стал жертвой козней врагов страны и очень скорбит об утрате своего любимого брата и его наследников, ставших жертвами безжалостных врагов.

Да, королю Праху он тоже подготовил скорый печальный финал. Убедив его, что полностью контролирует ситуацию, он осуществит свою месть, а затем, никем не замеченный, покинет сокровищницу через тайный ход, известный ему ещё со времен, когда он здесь учился, и окажется полностью вне подозрений, так как смерть короля для всех произойдет в его отсутствие. Даже не так. Он сам со множеством свидетелей найдет его труп, но сначала… сначала он вернет ему боль, которую тот причинял ему все эти тридцать лет, ласкаясь с Сираной, наслаждаясь её ответной нежностью и прекрасным телом. Она даже родила ему сына. Сига любил Сирану и ненавидел. Она была его главным воодушевителем в этом долгом пути к абсолютной власти.

Он боялся напасть на Праха лично, так как его постоянно окружали телохранители. Дворец кишел стражниками, у всех стен были глаза и уши. Тайная служба Праха следила за каждым шагом герцога, к нему регулярно подсылали шпионов, а все нанятые им убийцы проваливали миссию. Иногда их приходилось убивать на глазах брата своими руками, чтобы неудачников не допросили в пыточной и не вышли на его секретаря, выполнявшего для герцога работу по найму. В какой-то момент Сига понял, если он не решится напасть в момент неразберихи, когда обстоятельства выгнали короля из его хорошо защищенного логова в загородный дом, убить его уже не удастся никогда, и тут на его мольбы о шансе возмездия ответили агенты Королевства Кру.

Звезды сошлись, и вот он уже почти у финальной цели. Вход в укрытие короля охраняют верные ему гвардейцы. Они думают, что делают правое дело и не пропустят к правителю никого, а сам он вошел через тайный ход, чтобы осуществить самую желанную месть. Он будет наслаждаться Сираной на его глазах. Возьмет её столько раз, сколько хватит накопленной страсти, а затем вскроет Праху глотку.

Вот и связанная по рукам и ногам Сирана, прикрытая покрывалом уже заняла своё место на ложе, осталось приковать обидчика и главного зрителя к стене цепью, чтобы не вмешивался и доставлял своими страданиями дополнительное наслаждение. Нет, наслаждение действом будет полным только если Прах будет видеть, что Сига делает. Он сам давно не прикасался к Сиране, два месяца был вынужден лишь грустить у её камеры, а тут она опять здорова и её берет другой. Тот, кому она должна была достаться по праву первой находки. Он первый нашел Сирану и набрался смелости ею овладеть, но брат явился в самый неподходящий момент и в гневе чуть не лишил его жизни. Сига навсегда запомнил этот день, разбитое лицо и выбитые зубы. Месть будет сладкой. Что ослабший, беспомощный и сломленный Прах сможет сделать теперь? Ничего!

Герцог приковал брата к стене. Проверил наручники и цепи ещё раз и тогда откинул прикрывающее Сирану покрывало. На ней было платье из тонкой, мягкой ткани, выгодно подчеркивающее её совершенные формы. Сбросив мантию, Сига забрался на женщину и поднес к её носу пахучую смолу. Чтобы не шумела в дороге, он усыпил её сонной настойкой. Ещё немного и она придет в себя. Сирана часто заморгала ресницами и отдернула нос от флакончика с пахучей смолой. Её запах крайне резкий и неприятный, быстро снимает действие сонного зелья. Женщина уставилась на полуобнаженного герцога, склонившегося над ней, испуганно дернулась и обнаружила сдерживающие её путы.

— Тише, тише, моя прелесть, я не сделаю тебе больно. Я покажу, насколько могу быть нежен. Ты не захочешь меня отпускать, любимая Сирана, — проворковал мужчина и получил плевок прямо в левый глаз.

— Хорошо, — нисколько не смутившись, но меняя тон на властный, продолжил он, — ты хочешь, чтобы я был погрубее, это тоже можно устроить. Сопротивляйся, кричи, бейся в отчаянии сколько угодно, но ты всё равно станешь моей. Будешь сопротивляться, возьму тебя жестче.

Эльфийка в ужасе покрутила головой по сторонам и заметила безмолвно поникшего у стены короля Праха. Он отвернулся и стыдливо опустил голову. Мужчина был закован и подавлен, даже если очень хотел, не мог спасти свою женщину из плена больного на голову брата и поэтому не желал видеть, что он творит.

Это задело устроителя показной мести. Он соскочил с кровати, грубо схватив брата за волосы, развернул его лицо к ложу.

— Я приказал тебе смотреть! Если ещё раз отвернёшься, я выколю ей глаз. Отвернешься два раза, и я сделаю её слепой, — схватив со стола подготовленный для казни брата кинжал и приставив его к лицу Сираны, пригрозил Сига.

— Я смотрю! Смотрю! — впившись глазами в лицо возлюбленной, завопил король и заплакал, — прости меня, Сирана, я должен был убить его ещё тогда, в первый раз, когда эта тварь тебя коснулась.

Эльфийка не ответила, она трепыхалась, как пойманная в паутину бабочка, а Сига наслаждался её отчаянием и своим полным могуществом, но любоваться со стороны не так интересно, как ощутить то, что он задумал сегодня на десерт. Пора переходить к трапезе. Мужчина с животным наслаждением разорвал скрывавшую желанное тело одежду. Да, она именно такая, как он её запомнил, молодая, свежая, словно ещё не сорванный цветок. Даже ублюдок Виго не смог изуродовать эту божественную красоту. Сига замер завороженный. Какое наслаждение, видеть, как вздымается её грудь, как трепещут молочные бедра. В лицо пахнул волшебный аромат кожи, а сейчас он ощутит и её внутреннее тепло. Мужчина потянулся к поясу, снял подштанники, белье и обнажился полностью.

Рядом с ней он выглядел уродливым пещерным троллем, нескладной, с дряблой кожей и висящим животом саламандрой. Интенсивные занятия магией, слишком частое использование всех запасов магического колодца состарили его тело раньше срока. В свои сорок восемь он выглядел на все шестьдесят пять. Жизнь несправедлива. Он был лишен её все молодые годы и заполучил лишь сейчас. Он никогда не вызовет ответной страсти своим мерзким, старческим телом. Сига скривился от боли, заметив на лице женщины гримасу ужаса, приправленную отвращением.

Плевать! Он уже не вернет молодость, а мог и вовсе не достичь желанной цели. Надо ценить то, что есть. Сиране придется его принять, хочет она этого или нет. После смерти Праха и всех его законных наследников он единственный стоит в очереди наследования Тарта. Да! Он получил всё: Тарт, Сирану, долгожданную месть и должен насладиться ими по полной. Когда Сига силой раздвинул бедра эльфийки, подземелье сотряс необычайно сильный грохот. Словно где-то обрушился потолок или целая стена. Затем послышались голоса.

«Какого черта! Я же приказал никого не впускать!» — мысленно взорвался герцог. Сцена убийства ещё не готова. Сейчас он будет выглядеть, как убийца и насильник, пойманный на месте преступления. Шаги незваных гостей приближались, а мужчина не знал, за что хвататься первым. Одной рукой он натягивал штаны, второй искал затерявшийся в складках покрывала кинжал.

Он ещё мог скрыть Сирану и вспороть горло Праху, но уйти не успеет. Придется спрятаться где-то за кроватью в надежде, что обнаружив труп правителя, гости в панике кинутся к выходу звать слуг. Это даст ему время замести следы и перенести Сирану к тайному проходу, но кинжал всё не находился, а тут ещё и коварная эльфийка устроила визг. Из-за него, приближающиеся шаги резко ускорились и в комнату ворвался малыш Виго и старик Стиг.

Герцог успел лишь накрыть женщину, отыскать кинжал, полоснуть короля по горлу и откинуть орудие убийства в сторону, но на этом всё. Завидев, кто его посетил, лицо герцога исказила ухмылка. «Не страшно», — с облегчением подумал он. Просто ещё два подписавших себе смертельный приговор свидетеля, тела которых затеряются в тайном проходе.

Главное, пока он возится с ними, чтобы его не увидели члены магической королевской гвардии. Они-то могут разрушить его планы и будут посильнее потерявшей память недоросли и уже истратившего свой дневной запас маны старика. Как же герцог Сига заблуждался.

Глава 8 Да здравствует король!

Отчаянный визг из глубин школьной сокровищницы заставил меня ускориться. Старик Стиг тоже не отставал. Применил заклинание со странным названием "Полные паруса", подтолкнув нас обоих в спину мощным порывом ветра. Я впервые видел в действии такую необычную магию. Она производила специфический эффект по площади, формируя пространственный контейнер, внутри которого резко сдавливала и высвобождала воздух в определенном направлении.

Таким образом действительно можно было заставить в полный штиль двигаться парусные суда. Кто-то придумал технику для перемещения судов на море. Креативно. В отличие от старика, я также видел предшествующую активации магии духовную печать. В среде магов их принято называть "магическим кругом", но свои круги они рисуют красками, кровью, какими-то физическими объектами, песком, мелом, а я вижу их духовную, скрытую от глаз магов основу.

Двое наставников за ужином восторженно шептались, что в стычке с гостями из Кру их глава направил в толпу врагов ужасающий и смертоносный, высокоуровневый "Смерч", нанесший немалый урон, как врагам, так и многим зданиям школы. Значит, я не ошибся, старик действительно мастерски владел заклинаниями стихии воздуха, что для мужской половины магов этого мира не просто редкость, а что-то из разряда чудес.

А активированное при мне заклинание и вовсе выглядело, как пространственная печать сильнейших боевых мастеров из Земель Богов, но слегка обрезанная, трансформированная под другие нужды. Похоже, знания из того мира сюда уже проникали. Наивно полагать, что я один тут такой уникальный и всезнающий.

Позже нужно будет расспросить главу Стига, кто был его первым учителем магии. Что-то подсказывает мне, что его обучал Высший эльф, который предрасположен к владению стихией воздуха. Хм… Забавный старичок. Но непонятно, зачем он рванул за мной, расходуя последние остатки своих скромных запасов маны? Не хочет отставать, так как беспокоится за переданного ему на попечение принца, встревожен судьбой короля или его также сильно обеспокоил женский визг?

Хотя могло показаться, что мы со стариком вбежали в помещение в конце длинного коридора одновременно, но на самом деле на бегу я применил усовершенствованную, многократно усиленную мной технику "Гуляющий ветер" и повышающую координацию и рефлексы "Кошачью ловкость", а самый опасный участок пути на входе пересек особой техникой "Прыжок сквозь тень".

Благодаря такому мощному усилению едва заметным, размытым силуэтом ворвался в хорошо освещенные покои на несколько секунд раньше старика. Когда я одним прыжком достиг кровати с балдахином и скрылся в тени одной из его стоек, у меня имелось достаточно времени, чтобы детально изучить обстановку.

Из своего безопасного укрытия я внимательно осмотрел помещение изнутри и отметил, что никто из врагов не поджидал за стеной у дверного проема, теперь уже приглушенный визг исходит от кого-то лежащего под покрывалом на кровати, а злодей в покоях короля всего один и это, ни кто иной, как считавшийся уже покойником герцог Сига Вермухт. Не зря стражи у входа показались мне подозрительными. Они были явно в сговоре с этим мерзким типом и сознательно мешали войти.

К сожалению, выбранная мной скрытная тактика оказалась не самой подходящей для текущего случая. Врываясь в незнакомое помещение я думал в первую очередь о том, как обезопасить собственную жизнь, а вооруженный кинжалом герцог тем временем вспорол горло прикованного к противоположной стене короля. Смертельно ранив свою жертву в шею злодей откинул окровавленный кинжал в сторону, высвободив правую руку, чтобы иметь возможность воспользоваться магией против того, кто покажется в двери, и мне пришлось немедленно покинуть безопасное укрытие и вернуться назад к входу, чтобы прикрыть старика Стига от готовящейся атаки.

Я возвратился на хорошо освещенный участок комнаты у входа тем же "Прыжком сквозь тень", поэтому для неторопливого человеческого зрения оказался рядом со стариком, словно мы оба только что вошли. Как и думал, Сига тут же активировал атакующее заклинание. Он совершил по отношению к законному правителю караемое смертью преступление и теперь собирался устранить его свидетелей. Герцог выбрал тихое и быстрое заклинание стихии земли, чтобы не поднимать лишний шум.

— Земляная стрела, — протараторил мужчина, после чего стремительно притянутые с пола к центру его ладони камешки сформировали продолговатую, спрессованную в единое целое массу, отдаленно напоминающую арбалетный болт и этот магически созданный снаряд сорвался с места и устремился в грудь главы Стига.

Пришлось очень постараться, чтобы сбить его в полете "Хвостом дракона" таким образом, чтобы отразить прямиком в кастовавшего заклинание мага. Старик даже не понял толком, что произошло. Он успел лишь испуганно скривить тонкие губы, удивленно поднять брови и интуитивно вскинуть руки, чтобы ими закрыться, как вдруг, выпущенный в его сторону каменный шип, кардинально изменил направление движения и разлетелся на мелкие осколки при ударе об стену уже за спиной герцога.

Злодей потрясенно вскрикнул, дернулся от боли, рухнул на колени и схватился руками за пробитый насквозь правый бок. Сначала я даже расстроился, что немного промахнулся и лишь ранил, а не убил мерзкого архимага Сига, но в итоге, остался доволен, что так вышло. Местные маги очень изнеженные существа, даже пустякового ранения оказалось достаточно, чтобы герцог распластался на полу, вопя от боли и умоляя главу Стига позвать жреца.

Сохранение жизни владеющего ценной информацией злодея окупилось сполна. Думаю, Сига тысячу раз пожалел, что не умер сразу, так как первым же приказом едва пришедший в себя король Прах отправил его в пыточную. Да, несмотря на смертельное ранение, истекавшего кровью короля Праха удалось спасти. Он оставался очень бледен и слаб, так как потерял много крови, а из-за повреждения голосовых связок лишился возможности говорить. Два дня Прах пролежал в постели без сознания, но всё же пришел в себя, после чего смог протянуть ещё неделю, за которую довел до ума все требующие его обязательного участия дела.

Первым делом он устроил мучительную месть своему коварному братцу. Лично присутствовал на его бесчеловечных пытках, а когда доведенный до отчаяния тот сознался во всех своих злодеяниях, выдал все явки и пароли, место, куда секретарь по его приказу спрятал казну гильдии магов и много-много чего другого, Прах от горя из-за потери супруги и обоих законных наследников приказал срезать с лишенного почетного титула, а теперь уже и достоинства узника кожу живьем и в таком виде скормить голодным собакам. На потеху зевакам тело замученного до безумия преступника было разорвано алчущим зверьем на части за считанные секунды.

Благо, что мне не довелось видеть этот изощренный садизм собственными глазами. Отголоски печального финала сильнейшего архимага Тарта, запятнавшего своё имя позором предательства, донеслись до меня лишь в виде назойливых слухов, которые постоянно громко обсуждали растревоженные последними событиями горожане. Под пытками герцог признался, что своими руками сжег юных наследников Ланцелоха и Вермилона в наглухо заколоченной летней резиденции и у короля не осталось выбора, как назначить на роль своего наследника меня.

Я думал, что король, раз уж пришёл в себя, как-то выкарабкается, поживет подольше и бремя правления ляжет на мои плечи ещё не скоро, но ошибался. Все дни своей недолгой, продленной целительной магией жизни, Прах Ингрид Второй предчувствовал свою неотвратимую смерть и старательно, через последних лояльных слуг, укреплял шансы моего восхождения на трон.

Разумеется, о незаконнорожденном полукровке даже не вспомнили бы, если бы не предсмертные усилия короля. Второму советнику, старому герцогу Болю был отдан приказ публично признать меня законным третьим принцем и наследником Праха перед лицом всех других знатных родов Королевства. В дар за поддержку и защиту принца Прах передал второму советнику регентство. Оно давало ему огромную, фактически, безграничную власть, которая продлится, как минимум, пока принцу-наследнику не исполнится шестнадцать.

Старый герцог де Боль был уверен, что добьется за имеющееся у него время полного контроля над Тартом и осуществит бескровную передачу власти своему древнему знатному роду, или через брак принца с его внучкой, или даже его отказом в пользу регента, и предпочел сохранить формальную лояльность, признать перед другими лордами наследника-полукровку и довольствоваться регентством, вместо организации дорогостоящего и опасного силового захвата столицы.

Вступать в это неспокойное время в открытую борьбу за власть над Тартом наравне с другими лордами было по вполне понятным причинам не самой лучшей идеей. Западных лордов настойчиво склоняло к измене Королевство Кру, а северо-западных Герцогство Вестфалия. Противостояние их усиленным союзниками армиям могло закончиться не в пользу де Боля, а сплотив вокруг себя лояльных роялистов центра, востока и юга, шансы на победу возрастали многократно. Однако, было ещё неизвестно, как ненадежные северяне и хитрый западный лорд, граф Сарсинель замешаны в событиях с покушением. Возможно они уже давно предали короля и не признают его наследника и регента. Подготовка к войне в этих провинциях могла идти полным ходом и выяснить реальное положение вещей было первой необходимостью.

Прожив всего неделю, король ушёл тихо и мирно, оставив Королевство Тарт тому из сыновей, который меньше всего хотел им править. Появление на троне ничего не знающего и не умеющего наследника сместило центр внимания на его регента. Знать толпами стекалась в поместье герцога де Боля, чтобы наладить с ним хорошие личные отношения, упрочить взаимопонимание и предложить себя в качестве слуг при новом дворе и в совете. Наступали смутные времена, с новой властью рушились старые связи, договора и начинался передел власти на всех уровнях.

Я тоже был озадачен возникшим положением, думал, как себя вести и как обезопасить свою жизнь, ведь в любую секунду регент мог решить, что я ему не нужен и он вполне сможет обойтись без меня. И лишь счастливая Сирана порхала после смерти покровителя словно на крыльях.

Её давнее желание из бесправной наложницы стать полноправной хозяйкой королевского дворца, наконец осуществилось. Более того, она одновременно освободилась и от обременительной роли любовницы по требованию. Какие бы чувства не питал к ней король, она поддерживала их не от хорошей жизни и всегда помнила, что была похищена из родного дома, Великого эльфийского леса, из сердца Королевства Высших эльфов Алессии и желала когда-нибудь туда вернуться. Но возвращаться лучше богатой и могущественной, а не жалкой и опозоренной постельной рабыней. Восхождение сына на трон давало все возможности для личного обогащения и влияние на ситуацию на границе с Великим эльфийским лесом. Женщина впервые могла повлиять на скорейшее мирное урегулирование бесконечных пограничных конфликтов.

Сирана никогда не забывала, что являлась вынужденной узницей людей, их игрушкой, заложницей трагических обстоятельств, и освобождение от всех этих оков являлось для неё настоящим счастьем. Пока король Прах Ингрид Второй был ещё жив, мы оставались жить при школе магии, а затем получили предложение от герцога де Боля о переезде в его загородную усадьбу. Сам он с превеликим удовольствием занял просторный и величественный, столичный особняк герцога Сиги Вермухта, а меня с Сираной попытался отправить прочь из столицы, чтобы не мозолили знати глаза, но не очень далеко, чтобы мы находились под его полным контролем.

Я вежливо отказался от предложения регента Боля и хотя мог бы сколько угодно жить при школе, занимая любой из домиков для знати по требованию, решил избавить главу Стига от опеки над наследником и его матерью. Взял с него слово, что он будет стремиться к созданию равных условий проживания и обучения для всех учеников и сразу же информировать меня о всех случаях поиска Лайта в его школе, а сам отправился в город, подыскивать нам с Сираной более уединенное жилье. Сходу найти что-то подходящее не удалось, поэтому несколько дней мы ночевали в обычной городской гостинице.

Сирана неоднократно мечтательно заявляла, что желает вернуться в королевский дворец, но уже не в спальное крыло для наложниц, а в главные королевские покои и это вынудило меня временно переключиться на изучение защитной печати дворца для возврата его в прежнее состояние. Королевский дворец Тарта превратился в пугающий могильник и без снятия печати, не пропускающей внутрь защитного купола даже крупицу маны, нельзя было вернуть его в пригодное для проживание состояние.

* * *

Как и предполагал, бывший второй советник короля герцог де Боль считал свои обязанности регента при малолетнем наследнике формальностью. Он и при Прахе Втором обладал в Тарте огромным влиянием и связями, вместо ленящегося вникать во все тонкости экономики короля заведовал внешней торговлей, и вообще всем товарооборотом, как в своей, так и в столичной провинции, собирал в казну налоги, хорошо знал текущую обстановку и поэтому, получив грамоту регента, продолжил уверенно заниматься тем же, но считая себя уже полноправным правителем Тарта.

Герцог де Боль продемонстрировал отличное понимание, как всё построено и работает в королевстве и первым делом наложил лапу на королевскую казну, с помощью которой выплачивалось ежемесячное жалование всем слугам и страже, поддерживалась торговая и шпионская деятельность в стране и за её пределами.

Вторым шагом он собрал вокруг себя остатки королевской гвардии, объявил, что теперь он будет платить им жалование и начал стремительно пополнять её ряды максимально лояльными ему людьми.

Третьим шагом была рассылка во все провинции вести о смерти старого правителя и оглашение его последней воли. В сообщении маленькими буквами называлось имя его наследника и большими буквами выделялось имя регента, который по сути в ближайшие несколько лет и являлся фактическим правителем в стране.

Герцог де Боль воспринимал меня, как раздражающее бельмо на глазу, неизбежное зло, с которым приходится мириться, пока ещё не все рычаги правления в его руках, поэтому даже не думал приглашать на посвященные обсуждению важных политических вопросов советы, заниматься моим обучением, посвящать в тонкости управления страной. Поэтому моё неожиданное появление в его новом "дворце" с требованием выделить денег для наведения порядка в старом дворце, он воспринял, как назойливое жужжание мухи и каприз избалованного, не знающего чем бы заняться ребенка.

Меня не особо волновало насмешливое, высокомерное отношение герцога ко мне и Сиране. Я даже не напрягся, что он организовал круглосуточную слежку за нами, ещё пока мы жили в школе и слежка продолжилась в гостинице. Его действия были понятны. Ему нужно знать в какой гостинице остановился принц. Пока я не обрюхатил его внучку, не достиг зрелого возраста, в котором смогу одним росчерком пера передать всю власть роду де Боль, он вынужден меня защищать, чтобы конкуренты не взяли меня в заложники и не лишили его текущего положения.

И всё же, всему есть предел. Я прибыл в особняк не по детской прихоти, а к человеку, взявшему на себя роль моего мудрого наставника и помощника. И чем же он занимался всю неделю, на что ушли его усилия и немалые суммы из казны?!

Как ни печально, герцог не нашел лучшего применения золоту, как потратить его на себя любимого. И начал он с пошива дорогих, королевских одежд и перестройки просторной гостиной особняка Сиги Вермухта в свой личный "тронный" зал. Выполнен он был в том же стиле, что и тронный зал королевского дворца, но в миниатюре и везде были развешены не королевские стяги, а щиты и знамена с символикой рода де Боль. Это ли не очевидное доказательство его откровенно пренебрежительного отношения к древнему правящему роду Ингридов и ко мне, с учетом того, что и моя мать эльфийская принцесса, Виго Ингриду Тартскому и Аллесийскому, впрочем, сам я продолжал себя называть просто Лайтом.

Регент герцог де Боль восседал в роскошном кресле на искусственно приподнятом над общим уровнем пола на две ступеньки постаменте и со скучающим видом выслушивал доклады стоящих на одном колене слуг, когда я явился к нему. Этот жирный старик не уступил место наследнику правителя, не занял своё положенное стоячее положение за троном, а продолжил нагло сидеть, подергивая ногой и даже опустил колкость в мою сторону.

— Приветствую, Ваше Высочество. Вам наскучило общество вашей болтливой матушки? Я думал, вы займетесь чем-то полезным, продолжите обучение в школе, а не будете сидеть в своём гостиничном номере всю неделю. А насчет просьбы… Похоже вы ещё не знаете, что ваш отец покинул столичный дворец и отправился в летнюю резиденцию не просто так. Даже если вы хотите туда вернуться, его не выйдет привести в порядок, сколько бы средств на это не было потрачено. Сейчас это опасное, проклятое место и никто в королевстве, включая мудрейших магов из гильдии не знает, как исправить текущее положение. Ваша просьба, принц, не имеет смысла. Вам лучше вернуться к себе и не тратить моё драгоценное время. Я занимаюсь важными делами, о которых вы даже и близко не слыхали. Зерно, металлы, дипломатия, мятежники. Думаю ваша маленькая, детская головка просто лопнет, если вы наслушаетесь незнакомых слов.

Неприятный старик понятия не имел, что я легко обхожу неумелую слежку его агентов и за неделю, что прошла с момента нашей последней встречи в школе, я, наконец разобрался, как работает хитрая защитная печать антимагического купола дворца, и даже смог её деактивировать, без остатка поглотив энергию питающего её источника.

Кстати, за счет него взял сразу четвертую и пятую ступень серебра. Мощный был источник, громадное магическое ядро какого-то неведомого магического существа. Оно находилось в секретном подземном хранилище вне купола, поэтому и не пострадало от моих агрессивных техник поглощения Ци, и отыскать его я смог лишь повторив эту технику в непосредственной близости. Результат превзошел все мои ожидания. Купол деактивировался и не пришлось проводить трудоемкое исследование, разгадывать значение символов, их роль и подбирать ключевой элемент, разрушение которого обрушит структуру всей печати.

Разумеется, я не разрушал печать, пока не зафиксировал её структуру в свиток. Подобные произведения магического искусства непростительно уничтожать бесследно. А понять, как запитана защитная структура мне помогло расследование, которому я и посвятил неделю в школе.

Не думал, что оно затянется на целую неделю, но невинные расспросы старика Стига о заклинании "Полные паруса" вывели меня на информацию о черном рынке артефактов в Королевстве Кру и серию рассказов о его славном прошлом. Увиденное мной в исполнении старика заклинание было запечатлено на одном из артефактов, добытых в магическом подземелье в виде свитка. Никто не мог понять, что написано в загадочном свитке и главе Стигу удалось выкупить его за смешные по меркам стоимости подобных находок деньги, что-то в районе пяти или десяти золотых.

Мужчина пытался вначале расшифровать символы на магическом круге самостоятельно. Целый год на это потратил, но потом так расстроился из-за того, что ничего не выходит, что забросил исследование. Вернулся к нему позже, когда смог выкупить похожий свиток с ещё более сложным кругом, но включающим в себя множество элементов из первого. Стиг тогда посетил десяток отделений гильдии магов, встречался с другими исследователями и магами, даже плавал на западный остров в Башню Великого мага Соргала, но и там тайну свитков не удалось раскрыть.

Она открылась почти случайно. Уже отплыв с острова на материк, корабль Стига попал в страшный шторм и был унесен сильным восточным ветром далеко в западный океан. А когда буря утихла, на море установилась настолько безветренная погода, что не позволяла кораблю вернуться назад. Морское течение продолжало уносить корабль на запад, а запасов воды и еды на нём было собрано лишь на короткое путешествие между материком и островом.

Ситуация складывалась безвыходная. Вместе со Стигом с острова Великого мага Соргала к материку направлялись и многие другие маги, некоторые его ученики и просто странствующие искатели мудрости. Все они были одаренными людьми, но ни у кого не было в арсенале магии, которая бы могла заставить двигаться к материку уносимый в море корабль.

Тогда Стиг извлек из сумки свой тайно купленный на черном рынке свиток и опять попытался его расшифровать, чтобы отвлечься от тягостных мыслей. Его занятие попало в поле зрения спавшего напротив соседа. Тот оказался странствующим магом-торговцем и заявил, что не знает, как расшифровать символы, но знает, как активировать свиток, сделав его полезным, даже без знания магической формулы. Все оказалось просто. Если напитать изображенный на свитке магический круг маной, произойдет его принудительная активация. Если свиток был найден в магическом подземелье, он, скорее всего не разрушится от этого, а если это копия, созданная каким-то магом, то свиток сгорит во время активации.

На всякий случай Стиг сделал точную копию свитка и вместе со своим новым знакомым активировал оригинал, выбравшись на открытое пространство на палубе. Свиток оказался оригинальным артефактом, он не разрушился, а результат активации вызвал кратковременный шквальный ветер, накренивший судно. Открытие могло спасти попавших в беду пассажиров корабля, поэтому Стиг сделал объявление, что обладает нужным заклинанием и сделал его общедоступным, правда, скрыв от других магов, что обладает неразрушимым свитком. Боялся, что его могут наказать по прибытии за покупки в запретном месте.

Всю дорогу до материка маги занимались копированием его бумажной копии свитка и по очереди, один за другим активировали их, заняв правильное положение по отношению к парусам. Изображенный на свитке магический круг работал, даже если его отсыпать на палубе песком или зернами пшеницы. В отличии от привычной всем магии, он не имел голосового активатора, значительно ускоряющего активацию. Тогда Стиг и придумал название "Полные паруса" и объявлял его каждый раз, когда использовал свиток.

Чтобы скрыть свой артефакт, и добраться до берегов материка до того, как настанет мучительная жажда и голод, он рисовал копии свитка на бумаге круглые сутки. Сделал их такое количество раз, что уже мог нарисовать магический круг по памяти. Тогда-то он и предположил, что даже мысленного образа, если он достаточно точен, может хватить, чтобы заклинание сработало. Стиг добился этого, а также в серии экспериментов установил, что придуманное им самим название заклинания "Полные паруса" вызывает после многих повторений в связке перед внутренним взором образ желаемого магического круга.

Старик описал мне в подробностях тот же способ, которым боевые мастера закрепляют ментальный образ из шестой чакры за голосовым названием техники активируемой пятой. А вообще в их активации задействованы все семь чакр, каждая в разной мере, но все они вступают во взаимодействие и влияют на скорость изучения и конечный результат. От простого к сложному, снизу вверх и дальше по спирали, через все центры, доводя до автоматизма механизм кодирования хаотической энергии Ци, который в итоге можно повторить простыми кодовыми словами.

Стиг никогда не имел предрасположенности к стихии воздуха, это женская стихия и с наставником Высшим эльфом я промахнулся. Он просто выучился по таинственным свиткам из магических подземелий, о которых я впервые от архимага в подробностях и узнал. Его "Смерч" тоже заклинание из свитка, который он купил позже. Если первое заклинание создает сдвиг воздуха в горизонтальной плоскости, "Смерч" закручивает его в стремительный конус, раскидывающий все цели, которых коснется во время довольно короткого жизненного цикла.

Я узнал от Стига много интересного про магические подземелья. В Тарте их особенно много, некоторые уже были разведаны, но ещё не тронутых имеется не меньше десятка и это только те, что Гильдия Хранителей открыла по требованию короля Праха после нападения монстров. Информацию о некоторых он выкупил, чтобы направить туда авантюристов, но с этими подземельями есть загвоздка. Они не впускают одновременно более шести исследователей. Нельзя ворваться армией и задавить монстров числом. Вот и заходят в них обычно командой из шести членов. Для этого в гильдии собирают в одну команду лучших из лучших, чтобы иметь максимальные шансы на успех.

Я наслушался рассказов старика о его дальних путешествиях в молодости, смелых авантюристах, таинственных сокровищах и прочем, и меня так это заинтересовало, что я уже тогда решил, что зарегистрируюсь в гильдии авантюристов и буду участвовать в исследованиях подземелий. Я точно не слабее местных магов и воинов и смогу себя неплохо показать в бою, но меня сдерживала непонятная ситуация с регентом, затянувшиеся поиски Вилайлай и жалобы Сираны.

Эльфийка пришла в сознание и стала общаться со мной, как и со своим малолетним сыном. Прижмет меня к груди и жалуется на свою тяжелую судьбу узницы и жестоких, злых людей. Сирана бесхитростно манипулировала сыном, настраивая его против людей, говорила, что полностью доверять он может только ей. Причем, она была инфантильна, ленива, и не особо умна. Постоянно капризничает, изображает из себя маленькую, беззащитную девчушку, привыкла играть такую роль перед Прахом и никак из неё не выйдет, даже когда обстоятельства полностью изменились и пора браться за ум.

Я решил удовлетворить некоторые хотелки Сираны. Снял с дворца защитную печать, теперь она сможет там хозяйничать, но требовались существенные средства для найма слуг, а в первую очередь работников, которые уже с этого дня займутся сбором, вывозом и последующим захоронением скопившихся там трупов.

И это только первый шаг! За полтора месяца все помещения покинутого дворца припали на удивление толстым слоем пыли. Не говоря уже о сотнях трупов людей, везде дохлые насекомые, птицы, крысы, ящерицы, змеи. Требовалась тотальная влажная уборка бесчисленного числа запыленных комнат и коридоров, стирка всего постельного белья и прочего. Из приятного было только то, что вместе с жуками, комарами и мухами, вымерли все неистребимые кровососущие паразиты: блохи, вши, клещи и постельные клопы.

Большинство слуг короля сгорело вместе с его семьей в летней резиденции. Предатель Сига намеренно избавился от всех лояльных королю старых слуг, чтобы окружить себя новыми. Нужны десятки, а на первое время даже сотни служанок-горничных, чтобы привести дворец в порядок. И если уборка ещё могла подождать, то вывоз и захоронение трупов после падения купола являлось срочным делом. Иначе город окутает трупный смрад.

Я пришёл к регенту Болю по очень серьезному и срочному делу, а он расселся в кресле, как жирный боров и шуточки шутит. Я его развеселое настроение сейчас подпорчу! Недолго думая, я направился через весь зал к креслу на помосте.

— Герцог, вы наверное, из-за своего преклонного возраста уже не соображаете или случайно забыли, что вы — лишь советник у моего трона, а наследник короля Праха и единственный правитель здесь я. Вы должны меня направлять и одергивать, если я совершаю по неопытности ошибки. Я не давал вам разрешение единолично заниматься делами моего Королевства, растрачивать мою казну на всё это, — жестом указав в сторону стоек со стягами и родовыми щитами рода де Боль, сказал я.

— Что?! — искренне удивившись, возмутился мужчина.

— То, регент де Боль. Слуга забыл о своем месте? По какому праву вы заняли особняк герцога Сиги Вермухта? Он является собственностью королевской семьи, в которую герцог также входил. И вообще, с чего вдруг вы тратите на себя и свою охрану деньги из моей казны. Все эти траты я приказываю немедленно возместить или вы окажетесь там же, где схваченный мною предатель.

Побагровев от распирающего его гнева, герцог все же не нашёл чем ответить и просто клацнул зубами, подтянув отвисшую челюсть, а я продолжил, раз ему нечего сказать.

— Вы будете неплохо смотреться на дыбе. Ой, прошу прощения, неуместная шутка, дорогой герцог де Боль. Хотя, пока вы не вернете в мою казну всё, что потратили на себя за неделю, я все же подержу вас в темнице. Палач туда заглянет только если ваши родные не управятся в срок и не покроют созданные расходы. Я проверю по амбарным книгам о какой сумме идет речь.

— Ваше Высочество, вы мне угрожаете? — холодно глянув на меня, но не изменив своей надменной позы, спросил старик.

— Нет, герцог, просто предупреждаю, что вас ждут веселые деньки в темнице, а если и после выхода оттуда вы будете устраивать какие-то тайные собрания без моего ведома, делить что-то из моих владений, договариваться у меня за спиной с вашими сообщниками, то вечно голодные обитатели псарни опять плотно пообедают, а всё, что в них не влезет я выставлю на кольях у городских ворот. Да, казну вашей семьи я тоже временно объявляю арестованной. Думаю, вы уже потрудились пополнить её за счет моей. Такое я терпеть не намерен.

Лицо мужчины стало бледным, а затем опять багровым, после чего пошло пятнами. Я лишь озвучивал мысли наугад, но что-то из сказанного попало в точку и заставило мужчину заволноваться.

— И кто же в столице и во всем Тарте осмелится арестовать регента де Боля? — с ухмылкой осматривая лица слуг и прикормленных гвардейцев из личной стражи, спросил старик, — или может, принц, вы привели с собой армию наемников, которые настолько смелы и сильны, что осмелятся поднять оружие на законного регента-правителя, несмотря на присутствие королевской гвардии?

— Если ваши гвардейцы не хотят умереть здесь и сейчас, а если я все же сохраню им жизнь, последовать за вами в темницу для общения с палачом, то они, конечно, могут попытаться не подчиниться мне. В отличие от вас, жалкий герцог, я не формальный, а настоящий маг и некоторым из ваших гвардейцев уже известна моя сила. Да, вижу знакомые лица. Удивлен, что они осмелились и дальше оставаться в гвардии, после того, как были замешаны в сговоре с предателем. Вы же обещали разобраться и очистить ряды гвардии от предателей, но раз они всё ещё здесь, то это наводит на мысль, что вы и сами, герцог де Боль, были в этом замешаны.

Герцог не подал и вида, что его как-то задели обвинения, а лица нескольких стражей, которых я ранее уже встречал в школе магии у входа сокровищницу помрачнели. Они опустили глаза и боялись встретиться со мной взглядом.

— Я достаточно услышал пустых угроз, Ваше Высочество. Вы наверное очень устали. Мои слуги проводят вас в одно спокойное и тихое место под полом этого просторного зала. Там вы сможете спокойно отдохнуть и выкинуть из головы все странные мысли, что вас посетили в долгом уединении. Уверен, это ваша матушка Сирана нашептала вам всяких глупостей обо мне и других ваших верных слугах. Мы все служим на благо Тарта и продолжим это делать, как бы плохо о нас не отзывались. Всё, принц, вы нас потешили, но вам пора отдохнуть. Да, капитан Гатц, сопроводи и госпожу Сирану в наш уютный уголок для впечатлительных особ. Но прикройте ей уши и лицо, не нужно шума, по-тихому. Будет лучше нашей ушастой гостье напомнить, что люди были к ней очень добры, но может быть и по-другому.

— А что с принцем?

— Туда же. Ему будет полезно узнать, где он окажется, если продолжит настаивать на том, что это он тут правитель. Хочу, чтобы он уяснил, полукровки не имеют права открывать рот, даже если они ублюдки с примесью королевской крови.

Герцог сделал жест, приказывая страже вывести принца. На подземных этажах особняков обычно находились пищевые и винные склады, но я бы не удивился, если бы у Сиги Вермухта там нашлось место и для собственной темницы, пыточной и чего-то подобного.

Ко мне двинулись стражники регента. Четверо. Трое из тех, кого я спугнул ранее от сокровищницы замерли на месте, не решаясь выполнять приказ. Во всяком случае, лезть на рожон они точно не собирались. Заняли выжидательную позицию, чтобы точно оказаться на стороне победителя.

Я не стал тратить энергию на контроль поля Ци и обошелся простым ускорением с дробящей ладонью. Причем, мне не пришлось атаковать всех четверых. Достаточно было разорвать взрывной техникой доспехи ближайшего стража и остальные тут же замерли на месте. Они такое уже видели, если участвовали в сборе трупов, оставшихся после атаки отряда из Кру. От гвардейца, которого я атаковал осталась только нижняя половина. Верх вместе с металлом доспеха, руками, ногами и головой рваными ошметками раскидало по залу. После такого кто угодно будет шокирован.

— Остальная стража может присоединиться к своему растрепанному товарищу, для меня это пара пустяков, или сложить своё оружие и доспехи в том углу. Разумеется, предварительно проводив вот это существо в кресле в камеру в подвале и доставив мне сюда ключ. Если кто-то из вас попытается сбежать не сложив свои доспехи и оружие, я гарантирую вам очень скорую и мучительную смерть, но готов вас отпустить на все четыре стороны, если вы проявите благоразумие.

Все же гордость не позволила некоторым гвардейцам подчиниться. Они предпочли испытать свою удачу в неравном бою и скоро всё закончилось. Я не сдерживался и убил ещё двоих за несколько секунд. Только после этого оставшиеся гвардейцы осознали всю безнадежность их положения в случае отказа выполнить приказ и сопроводили герцога в подземелье.

Я спустился туда позже и обнаружил, что герцог де Боль перенес в это здание всю королевскую казну и немалую часть запасов из королевского дворца. Многие его слуги после демонстрации моей силы в ужасе разбежались. Отлично, их россказни создадут мне правильный образ: безжалостный, жестокий, строгий и мрачный принц Виго Ингрид Тартский, это мрачный маньяк, наслаждающийся убийствами и пытками. Совсем такой же психопат, как его отец. Отличный образ, который должен в итоге добраться до всех моих потенциальных противников за власть.

Я был бы куда мягче в общении и вообще не стал бы обострять, игнорируя грубость жирдяя, если бы не вышедшая по пути к регенту на связь Гемма. Она поймала меня уже за стенами, окружающими старый дворец. Только спустился. Я не мог идти и общаться с ней в пространстве белого света, поэтому сразу присел и замер, опершись спиной на стену.

У меня была масса вопросов по поводу странного исполнения моей просьбы, но толком задать я их не смог, так как Гемма принялась говорить, объясняя некоторые моменты моей ситуации под совсем другим углом.

Богиня начала с того, что судьба Виго и его возлюбленной избранницы была уже известна. В возрасте двадцати семи лет возмужавший и окрепший принц Виго, признанный всеми боевой маг, любимец женщин и прославленный герой Тарта сменил бы своего второго старшего брата Вермилона на троне и направляемый своей матерью, отправился в Великий эльфийский лес для заключения мирного договора с Высшими эльфами.

Там он бы и встретил прекрасную, пятнадцатилетнюю принцессу в теле юной Вилайлай. Специально для этого, она была воплощена в этот мир младенцем, но с возможностью разблокировать память в момент встречи со мной, но уже через сутки после воплощения я изменил обстоятельства этого мира настолько, что повторение известного сценария счастливых возлюбленных, подаривших мир и процветание Тарту и Алессии на целых пятьдесят лет, стало невозможно.

Мир разделился на две разные реальности в точке бифуркации и каждый мой последующий экстравагантный поступок отдалял меня от предусмотренного сценария ещё дальше. Так, со смертью Праха и захватом власти герцогом де Болем начиналась новая, и чудовищно кровавая страница в войне между Тартом и эльфами Великого леса. Гемма получила разрешение творца вмешаться и выйти на связь лишь по той причине, что при моделировании дальнейших событий Вилайлай погибала в этой войне и выполнение его обещания становилось невозможным.

Я должен был выбить власть из рук регента и сам заняться управлением страной. Вернувшаяся память прошлой жизни и уже добытый уровень силы мне это сделать позволяли, но существовал и второй, более легкий и простой вариант. Он заключался в возврате меня в начало этой истории и следованию той судьбе, что когда-то сделала счастливым принца Виго. Я опять забуду о временах в Землях Богов, буду знать место и время встречи с Вилайлай, ключевые выборы, чтобы к этой встрече обязательно прийти, но должен перестать пытаться получить от жизни больше, чем она дает сама по себе. В первую очередь это касалось культивации.

Я должен был пользоваться теми способностями, что были у моего избранника. Возврат памяти вообще был случайностью, такого в прошлом Виго не было. Он был магом, сильным по местным меркам магом с девятой сердцевиной, и таким он оставался до дня своей смерти в преклонном возрасте.

Разумеется, подобный сценарий меня никак не мог устроить. Жить жизнью Виго, всё забыть, как такое вообще можно было предложить? Я принял по моему мнению единственно правильное решение и разобрался с де Болем, чтобы исключить сценарий со смертью Вилайлай. Я был расстроен и взбешен, но не из-за зловредного регента, а того срока, что предстояло выждать, прежде чем Вилайлай повзрослеет настолько, чтобы наша встреча была уместна. Пятнадцать лет! Создатель и Гемма что безумны?! Конечно, они меряют все своей мерой, но что же теперь делать? И единственное, что пришло мне в голову, что я изменю Тарт и вообще весь этот мир таким образом, что жить в нем захочется каждому.

Вспомнилось, как вменял главе Стигу его пассивную, трусливую позицию с оглядкой на хозяев. Рабское мышление. Разве я не пытался также избежать ответственности, желая быть в стороне от управления страной. Да, я тоже хотел пройти легким путем, но если уж появился в мире, который не устраивает, нужно его менять. Другого не дано. Вот у меня и пятнадцать лет в запасе до встречи с Вилайлай.

Будет достаточно времени стать ещё сильнее, попробовать себя в роли авантюриста и с воинственными соседями разобраться. Короче, работы непочатый край. А после всех этих раздумий я встретился с регентом. Я и так уже был раздражен, заряжен необходимостью ждать встречи долгие годы, а тут ещё из-за этого наглого жирдяя моя возлюбленная была в опасности. Вот я на нем и отыгрался. Казню я его или сделаю послушным слугой, еще не знаю, но то, что самостоятельно править он у меня не будет больше ни дня, это факт. Пришло моё время. Да здравствует король Лайт!

Глава 9 Неторопливый разбег

Мой путь к славе мудрого и смелого правителя Тарта начался с конфуза. Это было ожидаемо, я бы сказал неизбежно. Короля делает свита, а какая свита может быть у неизвестного никому двенадцатилетнего паренька, которого всю жизнь держали в тени, в дальнем, закрытом от внешнего мира крыле дворца? Правильно, никакая. Нет у меня ни верной свиты, ни личных слуг, ни хороших друзей и даже знакомых, если не считать однодневное школьное знакомство с первогодками.

У Виго Ингрида Тартского отродясь не было и не могло быть лояльных ему подданных. Об этой проблеме прекрасно знал умирающий Прах, признавая его наследником, и конечно же, бесстыдно использующий статус регента герцог де Боль. Он знал, что без него я ничего не смогу и поэтому распоряжался властью и раскидывался деньгами так смело.

Проблемы с лояльностью подданных малолетнему правителю не заставили себя ждать. Меня предали в первый же день, причем все, кто вообще мог это сделать. Королевская гвардия разбежалась первой, ещё с вечера, прихватив с собой дорогостоящее оружие и доспехи. Не учел я скорость распространения сплетней, а новость о заточении регента распространилась среди его слуг, как лесной пожар. Раздетая мной охрана герцога де Боля постаралась на славу. Они и про жестокую казнь товарища трубили на каждом углу. История быстро обрастала ещё более пугающими выдумками.

Каждый новый правитель проводит чистки в окружении и не дожидаясь, когда я начну физически уничтожать предателей, многие верные союзники герцога сбежали из столицы. Впрочем, я не особо расстроился. Все равно разогнал бы этих дармоедов, а вот за воровство дорогостоящего оружия и доспехов с беглых гвардейцев обязательно спрошу при нашей новой встрече. Такое спускать нельзя. Под видом моих слуг они могут устроить черный пиар, который создаст обо мне неправильное впечатление.

Так как регент оказался в темнице, все нанятые им люди не знали, как им быть. В итоге это стало поводом для массового бегства слуг прямо в выданной для службы униформе. Многие прихватили с собой и уже полученный за две недели аванс. Конечно, я мог понять людей. Им тяжело было расстаться с уже полученными деньгами. А кому-то и возвращать было уже нечего, так как аванс уже потрачен. Не стал ничего требовать, отбирать, и поплатился за проявленную мягкость. Герцог Боль сбежал из темницы первой же ночью. Я никого не обшаривал, не гнобил, просто забрал связку с ключами от подземного этажа, но у кого-то из слуг имелись копии ключей и кроме ценного узника я также лишился примерно четверти казны.

Несмотря на моё объявление, что регент отстранён от исполнения своих обязанностей и посажен под арест за растрату казны, во время бегства из города его не остановила коррумпированная городская стража. Мне пришлось лично выявлять и казнить на городской площади взяточников, с которыми расплатились моим же золотом. Смерть за взяточничество горожане посчитали зверством. В Тарте коррупция не считалась тяжким преступлением. Я объявил, что теперь будет иначе и среди столичных жителей началась настоящая паника.

Из отчета главы Тайной службы, единственного человека, оставшегося на своем посту после чисток регента, герцог де Боль сбежал в направлении своего загородного поместья, но там задерживаться не стал, и вместе со всеми родственниками, слугами и ценными пожитками сразу же выдвинулся на запад, во владения графа Сенсинеля.

Несмотря на прошлую вражду, он почти наверняка вступит с ним в союз и вернется в столицу во главе целой армии мятежников. Злобный старик способен на любые ухищрения, лишь бы захватить власть в Тарте.

Именно его досадное бегство с хищением крупной суммы заставило меня выгнать на улицу всех старых слуг, каким-либо образом связанных с герцогом Сигой и де Болем. Я также перевез хранившиеся в подвале съестные припасы и остатки казны назад в старый королевский дворец.

Жить в особняке Сиги было бы удобно, но его пришлось покинуть. Я не печалился. В городе полно людей, способных приготовить вкусную еду и нагреть воду перед сном, а продажная прислуга новых и старых врагов — это потенциальные шпионы, предатели и отравители. Проще вовсе избавиться от тех, кого не принял на работу лично, чем пытаться тщательно отфильтровать врагов или терпеливо зарабатывать авторитет, из-за которого чужие слуги захотят искренне служить новому хозяину. Этого может вообще никогда не случиться. Я решил полностью очистить пространство вокруг короля и создать его заново.

Используя ценное знание, что только уважительное отношение и искренняя благодарность способна сделать из чужаков добровольных помощников, я принялся за создание лояльного мне окружения, найма новых слуг, которых по первой пришлось набирать из самой озлобленной на людей Тарта, эльфийской прослойки рабов.

Такой способ создания первых сторонников имел неприятный побочный эффект. Это мне, накормленные, одетые в хорошую одежду, принятые на равных рабы были благодарны, а вот своим поработителям и прошлым хозяевам они желали самой мучительной смерти. Я думал, будет достаточно, что мать Виго, хорошо знавшая эльфийский язык, втолкует моим новым слугам, что убивать горожан нельзя, но то ли она эту мысль вообще не стала доносить, то ли сделала это небрежно, без особого акцента, и в первую же ночь после найма сотни эльфиек столица запылала.

Ночью новая стража дворца вместо того, чтобы охранять мой покой, группками по пять-шесть скрывающих лица воинов, разбежалась по городу и устроила самосуд над своими мучителями. Как мне позже сообщил глава Тайной службы, эльфийки истребили не только всех работорговцев города, но и владельцев борделей, куда их часто продавали, если покупатель быстро не находился. Досталось и членам гильдии наемников, авантюристам, бравшим задание на поимку беглых рабов. Огонь мести коснулся и многих рядовых горожан. Перепало даже шлюхам, издевавшимся над рабынями в притонах. Столица Тарта умылась кровью, но это были лишь цветочки.

Очень много среди убитых в первый же день оказалось бывших владельцев, наигравшихся с рабынями и продавших за полцены назад работорговцам. Понятно, что такие хозяева творили с ними жуткие вещи, а наигравшись с одной, брали себе новую игрушку. Эльфийки ничего не забыли и отомстили мучителям с крайней жестокостью. Они убили не только своих прошлых хозяев, но вырезали и их семьи с женщинами и детьми. А чтобы скрыть свои преступления, многие дома после посещения были преданы огню.

А пожар не разбирает жертв на виновных и безгрешных. Сгорели целые кварталы. Бедный район, пристанище криминала и нищеты, состоявший из одних деревянных построек выгорел полностью, количество горожан сгинувших в пожаре исчислялось сотнями, а многие из погибших ничего мстительным рабам не сделали. Передо мной встала тяжелая дилемма, как реагировать на погромы и неповиновение слуг, тем более, что слухи о причинах пожара и множестве жестоких убийств, в которых обвинили длинноухих слуг нового короля, распространились очень быстро. У входных ворот окружающей королевский дворец стены собралось множество возмущенных горожан, требующих казнить длинноухих. Моих новых слуг обвиняли и в том, чего они и не делали: воровстве, изнасилованиях и издевательствах ради развлечения.

Пришлось выловить зачинщиков бунта и болезненно допросить в тюрьме и выяснилось, что глава Тайной службы ведет двойную игру. С одной стороны докладывает мне о преступлениях моей стражи, а с другой, подбивает горожан на бунт против беззакония жестокого короля и его эльфийских карателей.

Пришлось просить Сирану о помощи в расспросах эльфиек, а затем устроить очную ставку главе и его ближайшим помощникам, опять с пытками и силовым принуждением, и выяснилось, что эльфы ни при чем. Они вообще поджоги в городе не устраивали, а многих невинных людей, в основном женщин и детей грабили, насиловали и убили привыкшие к чернухе агенты Тайной службы. Всё делалось под прикрытием и по приказу главы.

Меня намеренно настраивали против слуг, чтобы я устроил среди них показательные казни и вызвал их месть уже на себя. Хитрый план, убить противника руками его же слуг. Я оценил, но не простил главу. Его голова тем же вечером была выставлена на главной площади, надетой на пику. Горожанам представили истинных виновников террора и поджогов и назревающий бунт как-то удалось замять. С помощью признаний уже пойманных агентов я установил и выловил почти всю его сеть Тайной службы в городе. Их глава не случайно не сменился при новом регенте. Он давно работал на герцога де Боля и остался при мне для шпионажа и распространения дезинформации.

Следующим моим шагом стала ночная вылазка в загородное поместье де Боля и о чудо, хотя внешне оно выглядело покинутым, старший сын герцога и целая группа его ближайших соратников скрывалась на просторном подземном этаже, прямо под моим носом. Схваченные прямо в своих кроватях заговорщики быстро раскололись и сдали всех шпионов и подельников, как в столице, так и за её пределами. Очень полезно для меня было узнать о планах де Боля. Вскоре передо мной предстала полная картина готовящегося нападения.

План коварного регента был довольно хитроумным. Мужчина намеренно через главу Тайной службы внушал мне, что отправился на запад, а сам тайно выехал на восток, после чего отправился уже на юг. Он собирался использовать все своё влияние, подкуп, хитрость и обман, чтобы объединить под своими знаменами восточных и южных лордов.

С графом Сенсинелем из западной провинции он никогда бы не заключил союз, так как был заклятым врагом ещё его отца долгие десятки лет. Отношения с сыном старого врага были ещё хуже. Герцог рассчитывал, что я спешно соберу армию, и желая не допустить накопления крупных сил мятежников на западе, выступлю туда с войском, чем спровоцирую графа защищаться и атаковать в ответ.

Дело в том, что сама новость о том, что де Боль стал регентом должна была заставить Сенсинеля начать готовиться к вторжению. Хитрый старик же в моё отсутствие без серьезного сопротивления захватил бы столицу с юга. Заполучив доступ к казне, он встретил бы мою потрепанную, значительно ослабленную в боях с графом армию на высоких городских стенах. Впрочем, также всерьез рассматривался и план с ловушкой. Меня могли впустить в город и напасть уже там, чтобы закрыть путь к бегству.

Герцог де Боль в любом случае готовился к неизбежной войне за Тарт с северными и западными лордами. Они на дух друг друга не переносили и готовы были вцепиться друг другу в горло при первой же возможности. Король Прах лавировал между двумя соперничающими силами, не давая никому из них давить на себя и используя против того, кто выбивался вперед.

А то, что именно де Боль стал регентом создало все предпосылки к ожесточенной гражданской войне востока и юга против севера и запада, но Прах сделал выбор регента вполне сознательно. Его не волновала судьба королевства, а только будущее его возлюбленной и сына. Он не сомневался, что Сирана найдет возможность с группой верных слуг сбежать из-под опеки герцога и вернется с сыном в родной Великий лес. Прах думал лишь о сохранении её жизни, а выбор де Боля давал хотя бы мизерные шансы на спасение. Я именно так понял всю его задумку, но пока сбегать в Великий эльфийский лес не собирался. Успеется. Сбегу, только если ситуация станет совсем критической.

Пришлось отыскать в городе для повышения образованности и осведомленности своего старого наставника, знатока географии, господина Брута, нанять ещё несколько дополнительных советников, чтобы устроить мозговой штурм и найти выигрышную стратегию в назревающей гражданской войне, но полезнее всех в решении этого сложного вопроса оказались не приглашенные люди, а находившаяся всегда под рукой Сирана.

Она всячески поддерживала своего не по годам повзрослевшего сына и тоже не скупилась давать советы, многие из которых оказались вполне дельными. Именно она мне подсказала, что скорого нападения на столицу крупными армиями ждать не стоит. Хотя Тарт является Королевством с главенством королевской власти, но по сути, это объединение из девяти более мелких стран, ставших его провинциями. В каждой из них до объединения под властью Тарта был свой король. Нынешние лендлорды — их дальние потомки.

Добровольно присоединившиеся правители провинций носили передаваемый от предков по наследству титул герцога. Родственники короля, ставшие в давние времена наместниками захваченных силой провинций носили титул графа, но по своей структуре в объединенных под высшей властью короля провинциях мало что изменилось. Они собирают налоги в казну наместника и лишь после этого передают их верховному правителю.

Королевство Тарт крайне примитивная, земледельческая страна с главным богатством в виде зерна злаковых. Есть тут и другие натуральные продукты, сдаваемые в виде налога: скот, шкуры, ткань, мед, рыба и прочее. В мелких поселениях земледельцев серебро никто даже в глаза не видел. Эти люди живут полностью натуральным хозяйством с земли и леса. И именно поэтому никакого нападения на столичную провинцию, пока не будет собран весь урожай с полей, ни один из соседних лордов не предпримет.

Для них самое важное сохранить свой урожай, основу их процветания на весь следующий год. Все сильные воины лендлордов будут находиться внутри провинции, охранять границы, дороги, поля и отлавливать диверсантов, которые эти поля обязательно попытаются поджечь. Попытки это сделать со стороны внешних соседей или враждебных лордов внутри королевства неизменно предпринимаются каждый год. Мне тоже нужно приложить к охране королевской провинции, в особенности её пшеничных полей, максимум усилий, иначе мои ограбленные и разоренные подданные будут зимой голодать.

Из всего сказанного стоило ожидать, что герцог де Боль будет охранять свои поля до конца сбора урожая, а лишь после этого его армии двинутся с места. То же самое и с другими лордами. У меня есть три месяца, чтобы продумать и подготовить меры для сохранения собственного зерна и, если потребуется, устройства диверсий на территории соседних провинций. О сборе крупной армии для отражения масштабного нападения на город есть смысл думать лишь к середине осени.

Я поинтересовался, откуда Сирана знает такие тонкости, ведь она тоже безвылазно находилась на территории дворца и она призналась, что частенько выслушивала длинные рассказы короля Праха о насущных проблемах в стране и угрозах соседей. Даже в прошлое, мирное время, защита урожая от разграбления соседями являлась сложной, нетривиальной задачей.

Также Сирана посоветовала отозвать в столицу гарнизоны западного, северо-западного и северного пограничных фортов. Эти укрепления король держал не столько для защиты Королевства от захватчиков извне, сколько для запугивания вассалов. Так как мои силы сейчас совсем невелики, держать пугало вдали от своих земель слишком расточительно и нецелесообразно. Наоборот, надо подогреть амбиции пограничных наместников, дать им возможность укрепить связи с Герцогством Вестфалия и Королевством Кру, преследующих совсем разные цели, чтобы не дать им объединиться между собой.

Уверовав в свои силы, наместники скорее вступят в борьбу с ближайшими соседями, чем двинут объединенные ради общей победы войска на столицу. На самом деле воевать где-то далеко от своих границ, от продовольствия, хранящегося в подвалах хорошо укрепленного родового замка тяжело и опасно из-за сложностей координации и организации снабжения. Взять чужой укрепленный замок также неимоверно сложно.

Скорее всего битва за королевский трон Тарта в этом году и вовсе не состоится. Все предпочтут отсидеться и выждать. Всё решит успех или провал на стадии сохранения урожая. Кто свой урожай сохранить не сможет, рискует увидеть у стен крепости осаждающие войска, а пытаться осадить замок с полными закромами, почти безнадежное занятие. Все это хорошо знают. Советы Сираны были по своему мудры и наверняка работали в этом мире, но я бы не был собой, если не попробовал бы договориться или разобраться с враждебными наместниками задолго до того, как они нагрянут ко мне с войсками.

Тем более, второй после сохранения урожая проблемой в аграрном Тарте являлась проблема, косвенно связанная с первой и это безопасность жизни крестьян, возделывающих землю. Количество пахотных земель резко сократилось и продолжало сокращаться из-за магических подземелий и выбравшихся из них монстров. Если не вражеские поджигатели, так разгулявшиеся от безнаказанности монстры угрожали множеству крестьянских поселений, как в моей провинции, так и в других. Особенно остро проблема с ними стояла на севере и северо-западе. Там и так диких хищников и всяких опасных монстров больше из-за непроходимых болот и печально известного Черного леса, а в последние годы проблему с логовами монстров из магических подземелий и вовсе никто не решал. Люди стали бояться выходить на улицу даже днем. Несколько поселений уже было опустошено. Это тоже грозило срывом сбора урожая.

Я надеялся, что решение этой проблемы может стать отличным предметом для торга с северными и западными лордами. В конце концов, все хотят спокойно жить и наслаждаться приятной жизнью. Вражда утомляет. Если явится могущественный маг, который может убить их одним пальцем, но при этом предлагает взаимовыгодный мир, не просто пообещает, а решает все насущные проблемы и при этом не требует непомерные налоги, дает свободу действий, они вполне могут согласиться стать вассалами такого правителя. Собрав нужные сведения, я оставил Сирану за главную в столице и с небольшим отрядом спутников выдвинулся в путь, чтобы встретиться с лордом северной провинции.

* * *

Демонстрация полета через замковую стену, неуязвимости к арбалетным болтам и вынужденное убийство двух десятков вставших на пути телохранителей графа Стендаля стали для него убедительным поводом незамедлительно сесть за стол переговоров.

До демонстрации силы граф даже ворота замка открывать отказывался. Его не интересовали никакие переговоры с самозванцем. Граф не признавал ни регента Боля, ни посаженного на трон малолетнего принца, о чем пафосно заявил со стены замка. Как я и предполагал, в планах графа было отделиться от Королевства Тарт. Он уже примерял на себе титул правителя Королевства Свампия, в соответствии с древним названием этих земель, возникшего из-за огромного болота, занимавшего чуть ли не половину всей территории провинции.

За столом в гостиной цитадели куда я пригласил его для разговора с глазу на глаз, средних лет мужчина робел перед двенадцатилетним собеседником, как ребенок. Он начал нелепо оправдываться, что это матушка его надоумила восстановить суверенное королевство, а сам он ни о чем таком даже не помышлял, всегда был верен королю Праху, а теперь будет также верен и его законному наследнику.

Мне не нравилось, как складывался разговор. Да, я показал силу, но мужчина готов был говорить что угодно, лишь бы я оставил его в живых. Стоит мне уйти и он опять превратится в мстительного врага. Немного подумав, я пригласил в зал для переговоров его мать и молодую супругу. Сразу стало видно, кто в этом замке истинный правитель, а кто лишь бесполезное пугало при титуле. Всем заправляла мать графа, стальная женщина, графиня Марго Юфь Варнава.

Она признала, что я весьма талантлив, смог заставить с собой считаться и достоин занять трон своего отца, но она, к сожалению, никогда обо мне не слышала.

— Не важно, что вы не слышали обо мне, графиня Марго. Вам достаточно знать, что во время покушения на моего отца я своими руками убил двести воинов королевства Кру, затем разобрался с оказавшимся предателем архимагом Сигой Непревзойденным. Что я сделал с личной охраной графа Стендаля вы тоже уже, наверное, знаете. Другими словами, я могу вас убить здесь и сейчас одним щелчком пальцев, смогу убить завтра, послезавтра и любой день, когда узнаю, что вы предали меня вновь.

Что же не буду скрывать, я всесилен и могу не только летать, а также мгновенно перемещаться по миру в любую страну, в которой уже побывал. Я побывал у вас, смогу вернуться сюда в любой миг. Ваша жизнь для меня ничего не стоит, но как и все ценящие свое время правители, я не хочу усложнять себе задачу утомительными поисками нового наместника, чистками потенциальных мятежников, переправкой сюда слуг и стражи. Другими словами…

— Скажите прямо, Ваше Величество, чего вы желаете? — приняв мои слова на веру, осторожно спросила женщина.

— Я желаю оставить на ближайший год-два всё как есть, как было при моем отце, и сам готов дать твердое обещание. Я сохраню ваши жизни, положение, привилегии, даже уменьшу на двадцать процентов ежегодные налоги, а также разрешу в течение месяца проблемы с самыми опасными монстрами, мешающими вам спокойно вести дела. Вы должны преклонить колени и поклясться мне в верности на тот же срок. Если вы не нарушите слова, я продлю наш договор на пять лет, затем на десять. В ближайшие месяцы я планирую подчинить Королевство Кру, герцогство Вестфалия, обезглавить герцога Боля и всех, кто посмеет к нему присоединиться, поэтому вас ждут спокойные, беззаботные времена. Помощь и ваши люди мне для этого не нужны. Вы готовы гордо сложить свои головы и дальше не признавая мою власть или принесете мне вассальную клятву?

— Мы принесем клятву! — вперед матери выкрикнул безвольный мужчина и первый кинулся на колени.

— У меня нет сил сопротивляться вам, Ваше Величество. Выбор очевиден, — мрачно сказала женщина и с достоинством опустилась на пол. Молодая супруга графа, баронесса Норфская, не проронившая при властной свекрови ни слова, также последовала её примеру.

— Подготовьте мне максимально подробные данные о местах скопления монстров, что беспокоят ваши земли и я займусь решением этой проблемы в ближайшее время.

— У меня уже есть все нужные данные. Если вас не затруднит задержаться в нашем замке до вечера, Ваше Величество, я предоставлю их в лучшем виде, — все ещё стоя на коленях, ответила графиня.

— Отлично, с вами приятно иметь дело. Дорога действительно была несколько утомительна и на эту ночь я готов задержаться в гостях. Моим спутникам тоже нужны чистые постели и горячая вода. Готовить на стол к ужину не нужно, мы доедим походные припасы.

— Все будет исполнено, господин Виго, — поднимаясь с пола, пообещал граф.

— Зовите меня просто Лайт.

— Как пожелаете, господин Лайт.

* * *

Поездка по северо-западным провинциям Тарта заняла у меня полтора месяца. Я действовал в похожем стиле и с герцогом Варгом и с графом Сарсинелем. Достаточно разрушить стену защитников, на которую они полностью полагались, и они тут же выбрасывали белый флаг. В переговорах мне на руку сыграло обещание вывести слуг из приграничных фортов, снизить налоги и разобраться с герцогом Болем, и ещё два потенциально враждебных лорда вышли из гонки за наследство Праха, признав мою верховную власть.

Разумеется, одним из важных пунктов вассалитета являлась коллективная защита урожая. Гораздо легче охранять одну границу, чем сразу три. Я поставил в известность, какие лорды уже признали мою власть, а кого я ещё собираюсь посетить в ближайшее время и это позволило снизить тревожность лордов перед самым ответственным временем года.

С южными и восточными лордами встречи прошли сложнее. Чувствовалось тлетворное влияние герцога де Боля, но демонстрация силы и железные аргументы в пользу всеобщего благополучия все же взяли верх. Я не требовал вассалов пленить или самим выступать против де Боля, пообещал, что своего противника и уже собранную им армию сражу сам. Когда настал момент, вышел один против сотни конных рыцарей и пяти сотен ополчения и показал, что меня интересует лишь голова их предводителя. Как нож сквозь масло прошел через центр всадников и потребовал воинов сложить оружие ради общего благополучия, удерживая в руке голову того, кто платил армии за их службу.

Без нанимателя вся вражда теряла смысл, но все же пришлось показательно умертвить с десяток разгоряченных жаждой битвы рыцарей. Я размазал их, как того гвардейца в столичном особняке и вид чудовищной смерти остудил пыл рвавшихся в бой вояк. Они вернулись по домам, сохранив жизнь, а я вернулся за стены столицы, в свой дворец, чтобы подвести итоги трехмесячных скитаний по Тарту.

Можно сказать, что мне очень повезло, что моего текущего уровня силы хватило, чтобы сразить сильнейших рыцарей и магов семи провинций Тарта в одиночку. Впереди предстояло посещение Королества Кру, Герцогства Вестфалия и выполнение обязательств перед лордами по полному устранению угрозы, исходящей от магических подземелий. Я посетил лишь самые проблемные места, разобравшись с несколькими крупными стаями слабых магических зверей, а впереди была зачистка самих подземелий.

Лишь поверхностно коснувшись этого вопроса я обнаружил в уничтоженных монстрах интересные находки. Мини-копии того крупного ядра, что поддерживало мощную защитную печать столицы, наполнили обе мои ладони. Я попытался культивировать их энергию и в считанные часы прорвался на первую ступень золотого ранга! Быстрый успех вскружил мне голову. Я слегка приуныл, когда понял, что быстро легендарного ранга при низкой концентрации Ци этого мира мне не достигнуть. Вилайлай высшая эльфийка. Она бессмертна по человеческим меркам. Я же не взяв легендарный ранг состарюсь и умру за какие-то двести лет.

Обнаружение духовных ядер в монстрах из магических подземелий вселило в меня новый прилив оптимизма. Эти необычные пространственные аномалии таили в себе множество загадок, которые хотелось раскрыть. Если честно, все четыреста лет в Землях Богов я не мог отделаться от чувства, что встреча с бессмертным червем-путешественником во времени была не совсем случайной.

Он позволил мне по иному взглянуть на вопрос бессмертия. Обычно желание бессмертия неразрывно связано с боязнью смерти, посмертной неизвестностью, стремлением получить неограниченный запас времени для собственного развития, раскрытия всех тайн, но представив впереди ещё десяток временных отрезков в уже известные мне четыреста лет, я авансом ощутил скуку и выгорание. На самом деле выгорание я испытал и в первом отрезке, но у меня была цель выйти из цикла и воссоединиться с любимой. Только эта цель давала силы идти дальше.

Сейчас я получал и то и другое, а само бессмертие уже не казалось столь привлекательным. Меня даже пугала мысль, что мы с Вилайлай вечно будем вместе. Жизнь и любовь тем и ценны, что хрупки и мимолетны, как расцветший весной цветок на ветру. Он торопится жить, привлечь своим ароматом насекомых, надеясь зачать плод, а не опасть пустоцветом. Цветок прекрасен, но не менее прекрасен и плод, покрытый сладкой мякотью, окружающей косточку — символ новой жизни.

Все это повторяется из года в год, но мимолетная красота цветов не утомляет, как и вкус созревших плодов. Все мимолетно, ценно и волнующе в каждый, отдельный момент, а бессмертие нарушает законы мира и мучительно, если не имеет цели и смысла. Не в обиду Вилайлай, я не готов посвятить эту вечность ей. Меня привлекает тайна Создателя миров, его мотивация, причина возникновения и уровень ещё выше. Достижим ли он для меня, родившегося смертным человеком существа? Это был очень интересный, интригующий вопрос и обнаружив ядра магических существ, я опять ощутил силы бросить вызов Создателю, заглянуть за ширму для смертных. И меня не удовлетворит ниша Небесного бога, я хочу проникнуть дальше и глубже, а если мою цель разделит и Вилайлай, то этот путь познания будет вдвое, нет, в сотни раз интересней.

Глава 10 Полный разгром

После недели сознательного уединения в дальнем крыле дворца, моё воодушевление от успехов в культивации и новой, волнующей цели, вновь сменилось апатией. Как я ни старался отвлекаться, думать о чем-то ещё, но сердце не обманешь. "Пятнадцать лет! Пятнадцать долгих лет ожидания!" — вновь вспомнив о возлюбленной Вилайлай, мысленно возмутился я. А раньше её тревожить нельзя, ведь она просто меня не вспомнит, и так я нарушу ход событий, при котором её жизни ничего не угрожает.

Впрочем, за прошедшие несколько месяцев я уже довольно сильно изменил Тарт, освободил сотни рабов-эльфов, большая часть из которых уже вернулась на родину и это лишь начало! С каждым днем мои активные действия, использование возросшей в разы силы, будут быстрее и необратимей менять этот мир, и в итоге я опять могу спровоцировать случайную гибель Вилайлай, даже сам этого не желая.

Проще всего для успокоения было бы взять Длинноушку под личную опеку, но как это сделать, если её память и понимание, кто я, вернется лишь в пятнадцать? Кем я стану для неё, даже если буду относиться к ней очень ласково и заботливо, но для реализации своего плана похищу из родительского дома, её нынешней эльфийской семьи?

Как ни посмотри, а воровать Вилайлай из столицы Высших эльфов — довольно сомнительная идея, но что если я опять направлю события так, что она не доживет до нашей будущей встречи? И не факт, что после моего отказа вернуться к предложенному сценарию с утратой памяти и могущества Создатель мира и его прислужница Гемма вновь дадут мне об этом знать.

Наоборот, я опять вступил на скользкую дорожку, на которой мог представлять для них потенциальную угрозу, и пока этого не случилось, логичней было бы меня устранить, и позволить возродиться уже в беспамятстве где-нибудь в мире с очень низкой концентрацией Ци. Помощи от божков точно ждать не стоит. Мне лучше озаботиться своей безопасностью, пока ведомые другими слугами Создателя убийцы не пришли по мою душу.

От осознания, что где бы я ни был в этом мире, меня могут поджидать убийцы, я вновь нешуточно напрягся. Эх, моя неугомонная голова опять придумала повод для беспокойства. А что, если меня и вовсе водят за нос? Нет тут никакой Вилайлай и никогда не было, а россказни о том, что она воплотилась младенцем, лишь отговорка, чтобы я терпеливо ждал пятнадцать лет, и не отправился на её поиски.

От подобных мыслей мне и вовсе поплохело. Нет, всё, не могу я долго находиться в бездействии, тем более, что за время уединения поглотил все собранные с магических монстров ядра. "Нужно снова идти на охоту", — желая сбежать от одолевающих страхов, твердо решил я, но стоило лишь показаться из покоев, как на меня тут же накинулись посланные и терпеливо ожидавшие моего появления слуги Сираны.

Она желала, чтобы король Виго Ингрид Тартский перестал перекладывать тяжелый груз правления на её хрупкие плечи и взялся за ум. Я достаточно отдыхал после битвы, пора явиться в тронный зал и объявить встревоженным подданным о своей великой победе над мятежниками. Все хотят это услышать от меня лично, а не в виде противоречивых слухов из уст странствующих торговцев.

В общем, Сирана требовала от меня начать править отвоеванной страной. Впрочем, это её требование не перечеркивало мои планы. Да, мне хотелось сбежать от мучительных догадок, отвлечься, но для организации эффективного исследования магических подземелий нужно произвести целый ряд подготовительных действий. Срываться с места, обладая скудными данными, полученными от вассалов, было неразумно.

Нужно было действовать, как мудрый король, а не пацан из гетто для "ё"-отбросов. Вот, у меня появился шанс побыть Арбузом, законным правителем целой страны, побыть в шкуре власть имущего, так чего же я опять скатываюсь к старым привычкам отщепенца? Такая деградация сознания даже меня удивляла. Словно не было четырех сотен лет во временной петле и моих гениальных открытий и решений, пусть и принятых не с первой попытки.

"Так, всё, тише, спокойней, вдох-выдох" — пришлось мысленно успокаивать себя, следуя за слугами Сираны. Да уж, шальные мысли, что Вилайлай в этом мире нет, Создатель меня обманул и вот-вот начнет на меня охоту, действительно сорвали мне крышу. Я мгновенно перешел в режим "один против всех". Надо успокоиться. Все козыри у Создателя в руках, а я всё ещё жив. Не так всё просто. Должны быть какие-то правила, ограничения, регламентирующие уничтожение смертных созданий. Разумеется, это лишь мои догадки, но мне хотелось верить, что Демиург, породивший тысячи миров, не безумный маньяк, полностью безразличный к своим творениям. Что-то должно его удерживать от устранения потенциальных конкурентов, тем более, что это я думаю, что смогу с ним тягаться, а возможно, всё схвачено и не существует реального способа встать с ним в один ряд.

Окончательно успокоив себя тем, что Создатель дал мне обещание, а значит, должен его сдержать, я отпустил терзавшие меня страхи и стал думать, что мне нужно сделать до того, как я отправлюсь исследовать магические подземелья.

Во-первых, нужно вызвать во дворец главу Гильдии Хранителей и потребовать от него выдать мне самую точную и актуальную карту скрытых подземелий, чтобы сверить эти данные, с информацией от наместников. Только так я смогу выбрать правильную очередность исследования, проложить маршруты, подобрать помощников, оценить необходимые запасы продовольствия и прочего, после чего приступить к раскопкам скрытых входов.

Одни земляные работы и разбор завалов в каждом из скрытых объектов могут занять до нескольких недель, а если произошли обвалы, затопления проходов и прочие неприятности, то вскрытие интересующих меня подземелий и обеспечение необходимого уровня удобств при исследовании может занять месяцы и даже годы. У меня в голове зародились грандиозные планы, и не хотелось бы зря тратить время, ожидая завершения затянувшихся раскопок или вообще свернуть проект из-за слабой и недальновидной организации всего процесса.

Да, сейчас я смогу исследовать только те подземелья, где сами монстры проложили путь наружу, а остальные требуют предварительной подготовки. Все это нужно тщательно согласовать с главой Гильдии Хранителей. Он потребует за ценную информацию немалое вознаграждение, поэтому нужно знать, чем я располагаю сейчас, и что смогу выплатить сразу и без ущерба для казны.

* * *

Оставить Сирану за главную, отправляясь укреплять верность вассалов, оказалось не такой уж плохой идеей. Конечно, я всё время опасался, что скрывающиеся в округе враги в мое отсутствие предпримут новую попытку нападения на столицу, но этого так и не случилось. В худшем случае у Сираны всегда оставался вариант бегства из города по тайному тоннелю. А верная охрана из сотни лесных эльфиек, на удивление легко признавшая главенство Высшей эльфийки, обеспечила бы ей надежное прикрытие по пути в Великий эльфийский лес.

Как я убедился, явившись в тронный зал и проведя часовую беседу с матерью и привлеченными ею на службу советниками, Сирана проявила немалый талант в управлении многочисленной свитой, а также знание тонкостей местной политики. Получив, фактически, неограниченную власть, неглупая женщина принялась выстраивать новые отношения с местной знатью и заодно через сеть помощников приторговывать формальными должностями при дворце.

Она вернула на некоторые важные должности служивших Праху, и отстраненных регентом де Болем помощников, наняла себе толковых советников в вопросах экономики и управления, вернула на старые места уволенного мэра, казначея, секретаря, управляющего, ответственного за сбор налогов, сбор и хранение местного урожая, а также привлекла на службу нескольких мечников-ветеранов, занимавшихся ранее обучением королевских рыцарей.

Люди, несправедливо потерявшие свои должности, на которых служили верой и правдой прошлому королю десяток лет, желали показать новому правителю свою компетентность и мастерство. Они на самом деле отлично знали своё дело и быстро восстановили начавшую трещать по швам вертикаль управления, начиная с дворцового казначея и заканчивая старостами мелких пограничных деревень.

Восстановленные на должностях слуги вернули на места своих прежних помощников и многих других, изгнанных регентом и его ставленниками людей. Не продержавшись на главенствующем посту и двух полных недель, герцог не успел перекроить старую систему управления под себя и критически нарушить уже устоявшиеся связи. Сезон сбора урожая в столичной провинции прошел без серьезных проблем. Накладки были, куда без них, но ничего непоправимого.

Ежегодный сбор налогов, в основном зерна и традиционных для конкретных провинций продуктов и товаров с большинства поклявшихся мне в верности вассалов также прошел и без особых проблем. Так как я уничтожил лидера мятежа и под страхом смерти принудил его ближайших помощников признать свою власть, скоро можно было ожидать поставок зерна из мятежной провинции де Болей.

Конечно, не было никаких гарантий, что избежав смерти, оскорбленная и униженная знать не попытается опять поднять восстание или скрыться, прихватив с собой обоз с зерном, но если честно, меня это не сильно волновало. Хотят бежать, пусть бегут, но с пустыми руками, а если опять восстанут — будут полностью уничтожены, вместе с взятыми в плен заложниками. Никаких больше полумер.

Я намеренно не казнил схваченного в загородном поместье наследника и всех прочих членов семьи де Боля. Оставил для себя возможность для торга, если сражение с мятежниками пройдет менее удачно. Торг не потребовался и теперь они являлись дополнительным аргументом для поддержания лояльности их сторонников. Я проявил невиданное милосердие и пообещал отпустить пленников через два года, если их слуги не будут создавать проблем и вызывать мое недовольство. Впрочем, кое-кого я отпустил сразу после победы над регентом. Держать в тюрьме женщин и подростков, никак не влиявших на принятие решений главой их семьи было несправедливо.

Молодая графиня де Боль, которую я уже видел на экзамене в Школе магии вернулась в своё родовое поместье в тот же день, а с ней и несколько её малолетних братьев и большая часть слуг. Этот жест доброй воли также должен был поспособствовать повышению лояльности бывших мятежников. Правителю подчиняются не только потому, что боятся, но и потому, что он справедлив и может щедро наградить за верную службу.

Вот такие новости меня ждали, после выхода из уединения. Вопреки настойчивым уговорам советников Сираны, я заявил, что не откажусь от своих слов и отпущу семью де Болей на свободу при выполнении их слугами всех требований. Мужчины же настаивали, что пока члены семьи мятежного регента были живы и находились в моем плену, у знати из родовой провинции де Болей оставалась надежда, что всё ещё вернется на старые рельсы.

Знать вряд ли смирилась с нелепым поражением их лидера на поле брани и затаит на меня обиду, которая выльется в новые бунты в этом и следующем году. Я же видел ситуацию иначе. Ожидаемого всеми террора к лояльным де Болю кругам я, как новый король не устроил, урожай их провинции до последнего зернышка не отобрал. Налог с провинции оставил таким же, как и годом ранее. У людей не было повода выражать недовольство, ведь отношение к ним не изменилось. Я был уверен, никому не нужна гражданская война и тлевший в провинции мятеж начнет затухать.

Единственным и самым злостным нарушителем всех договоренностей, вовсе не отправившим свой обоз с зерном и длинным перечнем других локальных товаров в столицу оказался западный лорд, граф Сарсинель. И что ему не жилось спокойно? Он сам провоцировал меня на повторение показательной порки, а мне совершенно не хотелось опять тратить полторы недели на поездку на запад и опять кого-то запугивать. Уже тошнило от этой мышиной возни, но мнение подданных по этому поводу очень сильно отличалось.

Толпившиеся у моего трона советники и даже миролюбивая Сирана в один голос твердили, что терпеть такое оскорбление непростительно. Я должен собрать крупную армию, причем, обязательно призвав в её ряды воинов всех своих верных вассалов, чтобы жестоко наказать очередного мятежника. Если я сейчас же не приму меры, другие лорды тоже могут решить, что правитель слаб, можно не платить и это сойдет с рук.

Про графа Сарсинеля говорили, что он водит давнюю дружбу с младшим братом правителя соседнего королевства, Сигнатуром Кру Ако. Они примерно одного возраста и несколько раз соперничали за главный приз на устраиваемой в Кру ежегодной, дикой охоте. Это состязание устраивается не только для граждан страны, поэтому участие в нем ещё юного барона из Тарта не являлось чем-то предосудительным. Давнее знакомство с членом правящего рода Королевства Кру могло стать причиной предательства графа.

Мне не верилось, что этот неглупый на вид человек мог так поступить, но, видимо, он все же не извлек урок из моего прошлого визита и действительно придется его сурово наказать. Советники предлагали устроить поход на запад не только в назидание остальным лордам, но и для того, чтобы показать нашим западным соседям, что мощь Тарта огромна и нам есть чем ответить на возможное вторжение.

Графа Сарсинеля нужно было жестоко казнить на главной площади перед всеми его слугами. В этом советники ни секунды не сомневались, но мне подобная демонстрация могущества правителя Тарта казалась лишней тратой сил и времени. И вообще, я больше не желал таскаться по королевству на повозке. Хватило мне трехмесячных скитаний с головой. Даже если не ждать прибытия отрядов вассалов, а выехать в путь с небольшим отрядом личной гвардии и минимальной свитой, дорога займет полторы недели. Нет, это слишком долго.

Получив и уверенно закрепив с помощью духовных жемчужин первую ступень золотого ранга, я наконец-то могу использовать демоническую технику мгновенного перемещения. Ранее я только грозился, что могу вернуться в любой миг, но теперь мои угрозы стали реальностью. Конечно, затраты энергии Ци на активацию настолько сложной техники просто огромны, а в этом мире, где её очень мало, подобное расточительство неоправданно, но тратить полторы недели в одну сторону, а затем ещё столько же на дорогу обратно — просто возмутительно!

Чтобы не остаться после карательного визита к графу Сарсинелю совсем без сил, я решил совместить вынужденное с полезным. Одновременно с актом возмездия я посещу и одно из уже вскрытых монстрами магических подземелий. Ближайшее такое находилось на границе с северо-западной провинцией и Герцогством Вестфалия. В прошлый раз я устранил неподалеку от входа стаю быстрых, но слабых монстров, но в само подземелье не полез так как не был уверен в своих силах. Сейчас я уже на золотом ранге и можно попробовать.

Решено, разберусь с предателем, графом Сарсинелем, восполню силы за счет его магических кристаллов, а затем рвану на северо-запад, чтобы получить новую порцию ядер магических зверей в подземелье. Зарядившись там, я смогу выполнить своё обещание по устранению угрозы вторжения из Кру и Герцогства Вестфалия. Куда отправиться в первую очередь, определюсь уже на месте по обстоятельствам.

Уточнив по всем имеющимся в распоряжении картам и ориентирам, что к интересующему меня подземелью намного ближе добираться из северо-западной провинции, я немного изменил план и туда собирался переместиться с помощью печати телепортации. Остальные пункты первоначального плана определит наличие у графа Сарсинеля достаточного количества магических ресурсов. Если будет что впитать, так и сделаю, а если нет, то ждет меня трехдневная, нудная тряска в повозке.

Чтобы не оставаться во вражеском замке на ночлег и застать стражу графа врасплох, я выбрал для своего визита раннее утро. Советники могут говорить что угодно, но перемещаться мгновенно я мог лишь в одиночку, поэтому обойдемся без сбора вассальной армии и прочей показательной чуши. Явлюсь к мятежному вассалу с рассветом. Специально лег спать пораньше, чтобы быть бодрым. Утром быстро облачился, вооружился походной сумкой, кинжалом, проверил, нет ли лишних глаз и активировал прямо в личных покоях сложную печать телепортации.

Признаюсь, я ко многому был готов, как минимум, к вступлению в схватку с отрядом стражников или боевых магов, охранявших цитадель замка графа, но ситуация, в которой я оказался сразу после перемещения, последней пришла мне в голову.

* * *

Правитель Королевства Кру, уже немолодой, но очень амбициозный Вартур Кру Ако страстно желал реванша с Тартом. Он с трудом дождался, когда можно будет освободить своих воинов от охраны полей и усадив под прикрытием ночи медлительную, тяжелобронированную пехоту в длинную вереницу повозок, осуществил тщательно спланированный, скрытный ночной марш-бросок с неспокойного юга его Королевства к западной границе Тарта.

Король всё рассчитал. Пока его, разъезжающая вдоль границы конница отвлекала внимание дозорных Моруи и Баркады, а арбалетчики отпугивали войска Герцогства Вестфалия в неприступном, горном форте на севере, он вернет контроль Королевства Кру над принадлежавшей когда-то его стране, западной провинцией Тарта.

Никто не будет ждать его в это время во главе армии из двух тысяч пикинеров и сотни заранее собранных со всех фортов и в один ударный кулак сильнейших боевых магов. Предыдущий план захвата власти в Тарте был гениален, также продуман до мелочей, но всё же сорван тайным козырем Праха Ингрида Второго. Получив болезненную пощечину, Вартур жаждал реванша и сильнее обычного рвался в бой. Он мог рассчитывать на гарантированный успех лишь в то время, когда Тарт был ослаблен внутренней борьбой за власть.

Король Кру был очень хорошо осведомлен о политической ситуации в Тарте, знал, что изгнанный юным наследником Праха регент скоро нанесет свой ответный удар по столице. Лучшее время для его возмездия настало. Если победит де Боль, граф Сарсинель, давний враг регента с большой вероятностью откроет городские ворота и ворота своего замка для его войск без боя.

Одному графу против герцога, имеющего поддержку на востоке и юге, не выстоять. Военное покровительство со стороны Вартура давало гарантии, что армия регента будет разбита, а там открывался уже прямой путь к столице Тарта. Но было ещё неизвестно, кто именно победит в предстоящем сражении за столицу. На стороне наследника не было крупной армии, лишь небольшой отряд стрелков-эльфов, из-за чего он почти наверняка примет сражение на стенах города. Также при нем всё ещё оставался таинственный козырь Праха, тот могущественный воин, что в одиночку, двигаясь со скоростью ветра, способен разбить небольшое войско. Исход боя всё ещё оставался неизвестен.

Но кто бы ни победил, регент или сторонники Виго, Вартур разобьет их без труда, если заставит победителя выйти и принять бой на открытом пространстве. Главное для него было избежать сражения под прикрытием неприступных городских стен. Для заманивания врага король Кру подготовил несколько приманок, которые должны были заставить Виго или де Боля направить свою армию в западную провинцию.

Первой из приманок был не выплаченный вовремя налог графа Сарсинеля. Король Кру рассматривал его вначале, как потенциального союзника, но когда тот без боя подчинился Виго, скинул его со счетов и послал отряд авантюристов блокировать дорогу, по которой осуществлялась основная связь со столицей.

Авантюристы в темных плащах и черных, тряпичных масках изображали банду грабителей и нападали на все торговые повозки, идущие по главному тракту в столицу. Король Кру добился своего. Граф побоялся отправлять свой караван с налоговыми отчислениями, пока банда блокирует дорогу и вернул все зерно в замковое хранилище. Это гарантировало, что немалой армии короля Вартура, занявшей замок графа Сарсинеля будет, что кушать до прибытия взявшего власть в Тарте правителя. А дальше? Дальше Вартур рассчитывал в одном сражении сломить сопротивление главных сил Тарта и стать его новым правителем, обскакав давно облизывавшихся конкурентов-соседей.

Появившись с огромной армией у стен крупнейшего города западной провинции в предрассветной дымке, Вартур применил очередную военную хитрость. Зная о старой дружбе и давнем соперничестве, он упросил младшего брата, члена известной во всех пяти странах команды авантюристов, пойти к графу в качестве посланника Королевства Кру и предложить тому стать вассалом его короны.

Если граф будет упорствовать, силой заставить его принять это предложение. Меньше всего король хотел терять войска при штурме городских стен и замка мелкого наместника и готов был даже на подлость, лишь бы сохранить войска. На кону стояло сражение за весь Тарт и лишних стычек на пути к столице нужно было избегать. Сигнатур с лентой посла и ярлыком законного посланника правителя королевства Кру отправился в направлении городских ворот до рассвета, а уже на востоке забрезжили первые лучи светила. Похоже, граф оказался несговорчив, не осознавал своего истинного положения, и вскоре Сигнатур покажет со стены его отрезанную голову.

* * *

Граф Сарсинель не привык вставать очень рано, но на сообщение слуги, что прибыл посланник короля Кру, и не кто-то, а сам Сигнатур Кру Ако, среагировал очень быстро, поднялся с постели и приказал слугам:

— Впустить! Пригласите его в гостиную и приготовьте нам горячее питье и что-то из жареной птицы.

Уже пять минут спустя, наспех умывшись и облачившись в простой, охотничий наряд, он предстал перед ранним гостем в гостиной, откуда попросил удалиться всех слуг и стражу.

— Уважаемый герцог Кру, чем обязан вашему, столь неожиданному визиту?

— Простите за беспокойство, граф, в отличие от моих прошлых визитов, сейчас я здесь не как ваш старый друг, а как посланник моего воинственного брата. Скажу сразу, в моей руке, в этом запечатанном свитке предложение Его Величества, короля Вартура, с которым вам лучше не раздумывая согласиться.

— При всем уважении, дорогой герцог, могу ли я сначала прочитать, что за предложение отправил ваш брат?

— Разумеется, — согласился высокий мужчина, а передав свиток хозяину замка разместился на кресле у стены.

Пробежав глазами по тексту послания, специально разместив его напротив пробившегося сквозь горизонт луча светила, граф болезненно поморщился.

— Его Величество, Вартур Кру Ако предлагает мне нарушить данную мной вассальную клятву и присягнуть ему на верность, примкнув в качестве наместника этих земель к его королевству.

— Все верно, граф Сарсинель. Если вы разумный человек, вы примите это предложение, а если нет, то даже мне придется пойти против вас и лишить вас жизни, чего бы я очень не хотел делать.

Сказав последнюю фразу, мужчина неожиданно быстро оказался за спиной графа и приставил к его шее спрятанный ранее под одеждой кинжал.

— Вы же не шутите, герцог? — побледнев, переспросил мужчина.

— Конечно же нет, дорогой друг. У меня четкий приказ, вернуться с подтверждением вашей лояльности или вашей головой. Мне жаль, что именно я стал орудием принуждения к смене господина, но поверьте, это не так унизительно, как вы думаете. Скоро Вартур станет полноценным правителем всего Тарта и такую же клятву верности ему принесут все остальные вассалы Ингридов. Вы не будете белой вороной и единственным предателем, просто окажетесь первым, кто принял дальновидное решение. А огромная армия, что стоит сейчас напротив западной стены вашего города должна вас убедить, что вы поступаете правильно. Даже если я уберу от вашего горла свой кинжал, вы не избежите последствий отказа. Город и ваш замок будет сегодня же осажден, погибнут многие тысячи горожан. Если вам не безразлична их судьба, вы примите правильное решение.

— Дело в том, уважаемый герцог, что с таким же кинжалом у горла за моей спиной стоит и кое-кто другой. Он дал ясно понять, что предательство будет означать смерть и не только для меня, но и для всей моей семьи. Его я боюсь даже больше вашего воинственного брата.

— О ком вы говорите, граф? — удивленно спросил мужчина, ослабив давление кинжала на кожу.

— О нашем новом правителе, короле Виго Ингриде Тартском, Ваша Светлость.

— Я не пойму, вы решили надо мной подшутить? Я стою здесь, рядом с вами, с острым кинжалом в руке, угрожая лишить вас самого ценного, что у вас есть, а вы мне говорите о каком-то малолетнем ублюдке, не стоящем даже упоминания. Вы сомневаетесь, что я смогу вас обезглавить? Поверьте, для Вартура совершенно не важно, что я его младший брат, он взял в заложники мою любимую дочь, заставив меня к вам явиться. Я убью вас, чтобы сохранить жизнь дочери, если вы откажетесь подчиниться. Подумайте и о своих людях. Всем будет лучше, если вы поставите свой кровавый отпечаток на этой бумажке. Разве это так сложно?

— Но, уважаемый герцог Кру, я в таком же положении, что и вы. Ваша дочь будет спасена, а все мои погибнут, если я предам Виго. Прошу меня понять.

— Вы вынуждаете меня пойти на крайние меры! — повысив голос, пригрозил умелый авантюрист, тряхнув менее крепкого и низкорослого собеседника для большей убедительности.

— Причину отказа я назвал, — упорствовал граф.

— Тогда пеняйте на се…

Фразу мужчина с кинжалом не договорил. Оглушенный он обмяк и упал на пол и сам чуть не напоролся на оказавшееся в вертикальном положении оружие, но мощный пинок обезвредившего его гостя не дал этому случиться.

— Чем вы тут занимаетесь, граф? Кто это такой? — спросил появившийся в хорошо охраняемой цитадели неизвестно откуда паренек в королевской мантии.

— Благодарю за спасение, Ваше Величество, — быстро признав в силуэте уже однажды поразившего его до глубины души сюзерена и опустившись на колено, воскликнул граф Сарсинель.

— Ну, кто это?

— Раньше я считал его своим другом, но сегодня он явился сюда, как посол короля Кру и требовал предать вас, поклявшись в верности Вартуру Кру Ако. Я не…

— Я все слышал.

— Вы?

— Угу, я слышал всё с того момента, как тебе приставили к горлу лезвие, не утруждайся объяснениями. Но у меня есть другой вопрос. Ты почему, сучоныш, обещанные налоги в столицу не отправил, а? Отвечай! — сразу переходя к делу, спросил недовольный гость, демонстративно усаживаясь в хозяйское кресло.

— Докладываю! — с готовностью ответил мужчина, — дорогу в столицу блокирует крупный отряд разбойников. Мои люди никак не могли доставить обоз, так как силы неравны. Мне пришлось вернуть все в хранилище и отправить вам послание о проблеме. Оно уже должно было попасть во дворец.

— Пока не прибыло. Ясно, тогда вопрос снимается. Так что там у нас, где-то здесь должна стоять армия короля Кру. Где тут запад?

— Там, Ваше Величество, — указывая на глухую стену гостиной, поспешил ответить граф.

— Отведи меня туда, откуда будет хорошо видно западные пригороды.

— Как прикажете, следуйте за мной, — указывая рукой на западный выход из гостиной, предложил мужчина.

* * *

Угрожавший расправой авантюрист не соврал, армия Вартура Кру Ако с ним во главе действительно стояла у западных окраин города, ожидая какого-то сигнала к действию.

— Я разберусь, — коротко сказал я, спрыгивая на глазах графа Сарсинеля с пятнадцатиметровой башни на острые камни у её основания.

"Отлично, двух зайцев одним выстрелом", — подумал я, в падении оттолкнулся от стены и рванул к толпе копейщиков на западе на максимальном ускорении. Теневая техника сделала меня практически невидимым в тени высокой стены. Подберусь к врагу незаметно.

У меня была всего одна цель. Там где армия с боевыми магами, должны быть запасы магических кристаллов. Я беспокоился, что сильно потратился на телепорт, а тут целая сотня вражеских магов, чьи личные и боевые запасы я смогу быстро поглотить, после чего уже навалять им всем по полной. Отличный план, лишь бы они не разбежались, когда я выжму кристаллы. А самого короля надо бы взять в плен. Так и сделал. Вообще бескровное сражение вышло! Взял короля Вартура в заложники, привлек всеобщее внимание, тыкая ему кинжалом в печень, остальные воины сразу сдались. Даже сам удивился, как легко все вышло и быстро. В сумме с поглощением маны заняло всего десять минут. Вот тебе и Великая армия Кру, а все сразу рушится, стоит взять в плен короля. Знал бы, не стал убивать и регента.

Пока я держал Вартура в заложниках, присланные графом Сарсинелем люди собрали брошенное на землю оружие, связали магам руки за спиной, а чуть позже, но ещё задолго до обеда, проводили раздетых до нижней одежды вояк к границе провинции. Можно было взять заложников, но я пообещал сохранить всем жизнь и отпустить, если послушно сложат оружие и от своих слов не отступил.

После обеда разобрался с бандитами, что терроризировали главный торговый тракт. Да уж, всего пять команд переодетых авантюристов из Кру способны создать проблем целой провинции. Этих отпускать не стал. Прикинулись бандитами, вели себя как бандиты — нечего гильдией авантюристов и заказом прикрываться. Судил их также, как обычных бандитов.

К вечеру на пять команд авантюристов в королевстве Кру стало меньше. Можно было отправиться, как запланировал ранее к магическому подземелью на севере в этот же день, но что-то я сильно притомился от сделанных дел и решил отдохнуть, провести ночь в замке, в мягкой постели, а уже выспавшись с утра… Куда там.

На пиру в мою честь, я слегка пригубил местной браги. Затем пригубил в честь славной победы над врагом и настроение стало игривым. Девица сидела недалеко от меня зрелая и красивая, я ей стал подмигивать и подливать в бокал. Граф мои знаки внимания приметил и эту девицу ко мне в покои, чистую и пахучую направил следом за помогавшими мне идти слугами.

Когда остались наедине, обнимались мы с ней не по-детски. Признаю был контакт с проникновением. Все же в сознании я не робкий подросток, а зрелый мужчина. И тут на утро выяснилось, что это не простая какая-то там девица была, а средняя дочь графа, семнадцатилетняя Виимина, вроде как обрученная с каким-то бароном, но о нем все сразу забыли, когда она мне приглянулась. Короче, подогнали мне невесту, которая и не скрывала, что с юным королем очень даже неплохо провела вечер и готова навсегда соединить "любящие сердца".

Я сказал, чтобы её отправили вместе с обозом во дворец, а сам пошел в местную Гильдию Хранителей, чтобы подобрать себе спутников для обследования пещеры, да поопытней. Нет, я бы и сам справился, но кто-то же должен управлять повозкой, охранять вещи и прислуживать королю в пути.

Узнав о моих планах своих лучших воинов предложил и граф. Я не отказался. Чем больше народу, тем веселее, но лучше бы я придерживался первоначального плана, а все потому, что вход в пещеру оказался односторонним порталом. Проникнув за незримую, тускло поблескивающую пелену, внутри темной пещеры на её месте оказалась сплошная каменная стена.

Честно признаюсь, для меня это стало шоком, а ещё большим шоком оказался выход на поверхность. Мало того, что в пещере не оказалось ни монстров, ни каких-либо интересных предметов, другой конец выходил в тропическом архипелаге, кишащем детенышами морских демонов Яку. Я узнал их даже до того, как увидел, по мерзкому, скрипучему писку. Я знал всего одно место, где обитали эти создания и это был Западный Архипелаг в Землях Богов.

На то, чтобы убить всех авантюристов и бронированных стражников у демонов ушло всего несколько минут. Я ничем не мог им помочь, врагов были сотни, а я один. Самому пришлось спасаться бегством и даже мне удалось оторваться далеко не сразу. Монстры чувствовали духовную ауру и способны были преследовать лишь по её слабому следу.

Лишь применив технику сокрытия духовной сущности, я смог перестать привлекать этих вечно голодных тварей. Но бежать было некуда. Куда ни глянь, всюду лежбища этих мерзких созданий. Вот же подстава! Я только перестал думать, что Создатель хочет от меня избавиться и тут такая западня. Ну не могло быть это случайным совпадением. Даже если представить, что в Тарте существовал портал в Земли Богов, почему я наткнулся на него при первом же посещении магического подземелья?

Нет, это слишком неимоверно, чтобы быть правдой. Меня подставили, кинули на съедение тварям, которые представляют для меня реальную опасность и при этом ещё не содержат духовных ядер, так как не успели накопить достаточно Ци из внешнего мира. Это фиаско.

Мое желание вломить Создателю за кидалово умножилось многократно, но я не видел для себя ни одного варианта спасения. Разве что, где-то ещё на архипелаге есть пещера с порталом в более дружелюбное место. Если останусь здесь хотя бы на сутки, меня просто сожрут. Нельзя бесконечно скрывать свою духовную ауру, это тоже требует затрат Ци, а у меня её ограниченное количество. Гемма, кто-нибудь, выручайте!

Глава 11 Подарок осознанности

Что я только не передумал в голове за три часа пряток на пальме. Намертво вцепившись в колючий, шершавый ствол руками и ногами у верхушки под самой листвой я пытался слиться с плодами, сойти за ещё один элемент несъедобного растения, пока подо мной беспрерывно ползали рыщущие в поисках пищи детеныши демонов Яку.

Самое досадное, что они никуда не собирались уходить. Это был их родной дом. Наоборот, по мере того, как светило клонилось к горизонту на берег из морских глубин то там, то тут начали выбираться более крупные особи, вплоть до уже половозрелых самок, способных не только сломать ствол пальмы одним ударом, но и раздавить меня своим весом.

Что бы я не пытался придумать, не мог найти спасительного решения. Пока я оставался в укрытии под маскировкой, мои силы медленно, но верно иссякали. К сожалению, я упустил и последнюю возможность телепортироваться на другой континент, потратив минимальный, необходимый для этого запас энергии. Конечно, так я менял шило на мыло, ведь неизвестно, что меня ждало в другом месте, вдруг, то же самое, а я уже оказывался совсем без сил, но сейчас связанные с упущенным вариантом риски не казались мне уж такими большими. Так был хоть малый шанс спастись, а не решившись перемещаться пока мог, я лишился и его. Руки, ноги и спина зверски болели от усталости, проступил пот по всему телу, кожа чесалась и в местах ссадин и царапин пот вызывал сильный зуд.

Не хотелось признавать, но я просто оттягивал свою неминуемую смерть, и если ничего не предпринять, скоро лишусь последних сил. И тут произошло нечто необычное и обнадеживающее. В сгущающихся сумерках на побережье со стороны пещеры показался странный, покачивающийся из стороны в сторону силуэт. Он двигался в моем направлении. Там где он шёл демоны Яку, независимо от размера и уровня силы в ужасе разбегались по сторонам. Это существо было очень сильным и опасным и раз его сторонились полуразумные морские демоны, мне и подавно нужно было поспешить убраться с его пути, но что-то внутри подсказывало, что явилось оно сюда ради меня и уж точно не для того, чтобы просто полакомиться моим мясом.

"Мамочки, что за монстр?!" — мысленно ужаснулся я, когда странное создание приблизилось настолько, что я смог разглядеть его тело в деталях. Больше всего оно напоминало мифического Нага, две пары похожих на человеческие рук на толстом и длинном змеином теле, но голова была не человеческой, а скорее принадлежала какому-то хищному насекомому. Выглядела особенно жутко с гигантскими боковыми жвалами и тремя рядами длинных острых зубов.

Что оно может этим пугающим ртом я увидел чуть позже, когда один из крупных самцов демонов Яку спросони не кинулся бежать за собратьями, а с перепугу напал на гостя. Вернее, он просто встал в боевую стойку, чтобы его отпугнуть, за что моментально поплатился, лишившись головы. "Наг" сделал резкий выпад, захватил голову жвалами, и своим ртом, словно циркулярной пилой сделал быстрый надрез по кругу.

Туша демона тут же обмякла и рухнула замертво. Змеевидный наг покрутил отрезанную голову вспомогательными усиками-ножками у рта, ловко извлек из неё духовную жемчужину и брезгливо сплюнул кровь и остатки налипшей плоти в сторону. Зрелище не для слабонервных. Я мысленно попрощался с Вилайлай и на последние запасы своей духовной энергии активировал духовное зрение. Кто бы сомневался. Наг обладал зародышем духа и культивацией не ниже легендарного ранга. Это вселило в меня надежду, что меня не убьют, словно мусор. Передо мной разумное существо, способное сознательно совершенствоваться, и я могу быть ему хоть чем-то полезным.

Вскоре все мои догадки получили подтверждение. Наг среагировал на мои попытки считать его духовный уровень и ответил тем же. После чего он приблизился еще на несколько десятков метров, распугав всех демонов вокруг моего укрытия и обратился ко мне мысленным образом, что-то вроде "я пришел с миром" и одновременно отправил полем Ци в мою сторону только что добытое духовное ядро.

Я получил ещё два образа. "Используй ядро" и "Следуй за мной". Легко сказать: "Используй ядро", а то что оно уровня позднего орихалка мой гость не учел. Я со своим золотым рангом не смогу его поглотить без опасных последствий, возможно, вообще не смогу этого сделать, но делать было нечего. Соскочив на землю, я покорно принял дар и попытался сначала преобразовать его техникой внешнего поглощения, зажав между ладонями, после чего сразу получил от собеседника образ "Глотай". Так и сделал, и о чудо, никакого демонического безумия, как об этом всегда предупреждали древние даосы и процесс поглощения занял не дни, а считанные секунды. Я не просто восстановил силы, а за какие-то мгновения перепрыгнул на пятую ступень золотого ранга. Вот так подарок. В голове возник вопрос: "Каким образом?" и разговорчивый собеседник тут же дал образ, что я принял не само ядро, а уже преобразованную им в подобие пилюли капсулу с уже структурированной должным образом энергией.

Довольно ловко развернувшись на месте, Наг все также покачиваясь из-за того, что по факту полз, а не шёл, направился туда, откуда недавно появился. Я последовал за ним, надеясь получить ответы на все терзавшие меня вопросы. И это произошло! Во-первых, мой спаситель действительно прибыл сюда из-за меня. Во-вторых, он даже извинялся, что явился с небольшим опозданием, поэтому очень рад, что я ещё жив и смог его дождаться, хотя одновременно был озадачен, зачем я покинул безопасное укрытие, которым являлась та пустая пещера, в которой я появился.

Пещера являлась особой, безопасной зоной, отпугивающей любых живых существ и даже крупных демонов Яку, каким бы уровнем силы они не обладали. Мне нужно было проявить немного терпения и дождаться сопровождающего на месте. Вот так просто. Если бы я не рвался на выход, не пытался самостоятельно всё решить, никто из моих спутников не пострадал бы.

Я тут же испытал приступ горьких сожалений. Это я, я один виноват, что они погибли. Я же знал, не мог не понимать, что детеныши демонов Яку для них опасны. Зачем я полез наружу, даже догадываясь, что там увижу? Любопытство или глупость? Сопровождающие просто не могли бросить короля Виго одного и погибли зазря. Я в этом виноват, только я. Идиот. Конченный, думающий лишь о себе, самоуверенный и нетерпеливый дебил, который ничему не учится, сколько бы не наступал на одни и те же грабли. Хороший урок смирения. Нельзя везде переть, как танк, мир не станет это терпеть.

Наг не вмешивался в мои душевные терзания и выдал ответ на третий вопрос, как только я достаточно точно его сформулировал. Вопрос касался самого моего спасителя и тут меня ждал сюрприз. Желая понять, почему змей пришёл мне на помощь и вообще знал, что я явился в этот мир, я мысленно задал вопрос: "Кто ты?" и получил уже звучащий, как слова ответ. Мой собеседник подстроился под мой речевой аппарат своим ментальным и так наша беседа стала более понятной и содержательной.

"Не узнаешь?" — спросил Наг, — "Мы уже ранее встречались в несколько других обстоятельствах.

"Простите, но я не узнаю вас", — слегка растерявшись, ответил я и в дополнение к ответу на словах получил образ гомункула червя, которого убил, запустив этим временную петлю в Землях Богов.

"Я Тнар, Хранитель памяти Высшего ранга, а таким как сейчас я был ранее, в далеком прошлом, до того как утратил свое старое тело. Оно ограничивало мои возможности и от него пришлось отказаться."

"Тнар? Так значит, я здесь…"

"Да, не случайно. А если точнее, мои верные последователи устроили нашу встречу, чтобы я исполнил свой долг. У нас, Хранителей, есть традиция, завершая свою инкарнацию, мы передаем накопленную память тому, кто смог нас одолеть. На самом деле, подобное происходит крайне редко, ведь мы обладаем почти неограниченными возможностями, кроме всего прочего ясновидением, знаем прошлое и будущее мира, можем предвидеть все события наперед. Нам легко удается избежать смерти, любых сложностей, но ты оказался непредсказуем и не только смог меня обнаружить среди обычных аборигенов, но и атаковать так, что я мгновенно потерял контроль над кристаллом управления миром. Со мной такое произошло впервые и закончилось плачевно, о чем ты и сам знаешь."

"Простите, мне правда жаль, что я так среагировал. Я просто испугался и…"

"Не извиняйся, если бы так не поступил, тебя бы убил я. Хранитель памяти не должен дать себя обнаружить. Я не держу зла."

"Значит, вы устроили это всё не для того, чтобы отомстить?"

"Конечно нет, по факту, меня уже нет. Ты общаешься с моей ментальной проекцией из прошлого, а ей важно лишь исполнить свой долг".

"Проекцией? А как же демоны Яку? Этого мира что, не существует? Тогда можно воскресить моих помощников?"

"Как бы сказать. Их здесь нет и никогда не было, как физически нет и тебя. Это лишь ментальный образ, декорация, иллюзия, сопровождающая прямой канал связи, чтобы передать дар, который я не смог передать в силу множества неудачно сложившихся обстоятельств, и в первую очередь из-за недостаточной вместимости носителя-приемника, которому он предназначался. Я попытался расширить носитель единственным доступным мне в тех обстоятельствах способом, зациклив небольшой временной промежуток. Это дало ощутимый прирост качества носителя, но когда я уже готов был передать свою память, вмешалось это пугало, мнящее себя истинным хозяином матрицы. Не хочу перегружать тебя лишней информацией, но таких, как локальный куратор низшего уровня ты скоро будешь щелкать, как орешки. Они бывают полезны, если надо сбалансировать локальное распределение энергии в матрице, но ни на что большее не годятся. Не тот уровень осознанности. Впрочем, скоро сам все поймешь. Я закончил. Увидимся, как полностью осознаешься на третьем уровне матрицы. Тнар — лишь одно из множества моих текущих воплощений, и далеко не самое успешное. Ладно, не буду завышать планку твоих амбиций, но поверь, у тебя все шансы, а с моим даром, так точно."

Голос Нага ещё продолжал звучать в моей голове, как виды тропического архипелага сменились видом бездонного звездного неба. "Где я?" — задался я мысленным вопросом, надеясь опять услышать подсказку дружелюбного собеседника-змия, но ответ получил не от него.

— Его Величество открыли глаза! Какое счастье! — воскликнул восторженный и заметно встревоженный женский голос. Приподняв голову, кроме ночного неба я увидел склонившегося ко мне мага-жреца Маршу или Марфу, которую Гильдия Хранителей выделила мне для сопровождения к магическому подземелью.

"Она действительно жива", — слегка удивился я. Приподнявшись на ложе на локтях, я понял, что никто из моих спутников не погиб в пасти морских демонов Яку. Вот они, сидят целехонькие на лавках у бортов повозки и как-то робко переглядываются между собой. А я себе уже всю душу вытравил из-за них!

— Стоять! — громко скомандовал я, и крепкий мужчина в латах на месте возничего немедленно подчинился. Лошади заржали, вспахивая копытами размокшую дорогу. Пассажиров по инерции мотнуло вперед и жрица также не удержалась на ногах и невольно прильнула к моей груди головой. От её волос в нос пахнуло горьким запахом дыма. В пути мы спали у костра, никто не мыл голову и так пахла одежда и волосы каждого члена отряда, включая меня самого. Мне это не снится.

После недолгих расспросов оказалось, что мы уже в нескольких часах пути от замка графа Сарсинеля, а это означало, что в беспамятстве я провел около трех суток. Рассказ слуг и радовал и пугал одновременно. Едва мы вошли в подземелье, как я потерял сознание, и всё, что мне дальше привиделось: долгое исследование пещеры, столкновение с морскими демонами Яку, мучительное сидение на стволе пальмы и разговор с Нагом — было или очень реалистичным сном, или просто плодом моего разыгравшегося воображения.

Факты же говорили о том, что никакого исследования пещеры не было. Беспричинно упав в обморок, я никак не приходил в сознание. Не помогла ни лечебная магия, ни дорогостоящие эликсиры, ни кристаллы маны. Обеспокоенные моим странным состоянием, слуги не стали рисковать и тем же вечером повернули повозку назад. Вот и вся история.

Они боялись, что будут наказаны за самовольное возвращение, если я все же приду в себя и увижу, что мы движемся назад, но когда я наконец очнулся и приказал продолжить путь в город, чтобы вымыться и поспать в мягких постелях, у всех с плеч словно гора упала. Лица повеселели, зашумели разговоры, а бледная жрица стала часто и беспричинно улыбаться, ведь виновной в случае моей смерти наверняка сделали бы её.

Хотя по большому счету ничего в моей жизни не изменилось, я никак не ощутил того обещанного дара, что якобы передал мне Тнар, желание после отдыха опять исследовать магическое подземелье резко пропало. Как-то меня этот сон внутренне осадил, сделал, что ли более сдержанным и осторожным.

Как минимум, я смог с помощью него получить урок, что действую я слишком поспешно и необдуманно. Если бы все оказалось правдой, и себя бы сгубил и спутников лишил жизни, а несчастная Вилайлай едва родившись, потеряла бы возлюбленного. Осторожней надо быть. Меня словно предупредили, стукнули по рукам. Урок получен. Хватит спешки! Нет, домой, в свой дворец и больше без хорошо продуманного плана из него ни ногой. Пятнадцать лет мне ждать не хотелось, а вот так лишиться всего в один день разве лучше? Нужно ценить то, что имеешь или горько пожалеешь.

Глава 12 Пир падальщиков

Похоже кто-то намеренно распространял в соседских странах слухи, что в Тарте все плохо, власти и армии нет, ослабленные постоянными стычками наместники провинций сами по себе и их можно брать голыми руками. Едва я после позднего ужина расположился в покоях, предоставленных графом Сарсинелем для отдыха, как меня снова потревожили его слуги. Дворецкий очень извинялся за дерзость, но попросил меня как можно скорее спуститься в гостиную цитадели ради какого-то крайне важного вопроса.

Этим вопросом оказалось прибытие гонца из северной провинции. С трудом стоявший на ногах молодой мужчина представился старшим сыном капитана личной охраны герцога Варга. Он утверждал, что скакал в замок графа четверо суток без перерыва, постоянно меняя в дороге лошадей. Еще несколько гонцов герцог направил в другие, соседние провинции и в столицу. Доставить срочное послание в кратчайшие сроки было крайне важно, поэтому люди не щадили себя. Самоотверженность слуг герцога Варга подтверждалась на деле. Едва передав скрепленный печатью с родовым гербом свиток с посланием, парень потерял сознание от переутомления.

"Вот это самоотдача! Мне бы таких верных слуг", — невольно позавидовав герцогу Варгу, подумал я. И моё раздражение из-за "срочной срочности" также сразу улетучилось. Вопрос действительно не мог ждать до утра. В послании сообщалось, что войска Герцогства Вестфалия пересекли границу самой северо-западной провинции Тарта тремя крупными армиями. Первая, состоящая из конных рыцарей и легкой кавалерии, зашла намного южнее, видимо, чтобы отрезать сообщение с другими провинциями, две других обходили Черный лес с севера и юга.

"Смотри, как осмелели", — подумал я. Стоило оставить приграничный форт без гарнизона и сразу полезли, как тараканы. Герцог Варг после отвода моих людей очень серьезно вложился в создание собственной сети дозорных. Расставленные паутиной, через каждые десять километров посты с сигнальными вышками передали в центр особый, огненный сигнал о вторжении, содержавший также данные о примерной численности врага в первый же час после случившегося.

С небольшой задержкой сигналы о вторжении пришли сразу с нескольких пограничных застав. Так и было установлено, что армия врага разделилась на части и движется в трех направлениях. Личная дружина у Его Светлости герцога Варга невелика, сильных магов и вовсе нет после того, как я положил десяток лучших его телохранителей.

Старый замок скупого наместника был уже очень ветхим, стены покосившихся башен покрыты многочисленными трещинами, цитадель давно требовала капитального ремонта или дорогостоящей перестройки, но из-за долгого мира в Тарте на эти нужды никто не выделял средства. Мало того, после пересыхания озера по соседству замок также лишился полноценного защитного рва с водой, а оголенные острые колья на дне сухого рва быстро пришли в негодность, сгнили и поросли мхом. Также старый родовой замок Его Светлости не мог похвастаться ни толщиной и ни высотой главных защитных стен. Одна надежда на своевременную военную помощь соседних лордов и нахваливавшего своё могущество короля-мага.

Недельную осаду меньшей из трех вторгнувшихся армий замок может быть и выдержит, но без отправленной в кратчайшие сроки помощи наместников-соседей его защитники лишь зря сложат свои головы. За отказ открыть ворота и сдать город врагу, командир вражеских сил может казнить всех горожан. А это несколько тысяч людей, в основном умелые ремесленники, торговцы и члены их семей. Герцог Варг призывал графа Сарсинеля послать всех имеющихся у него воинов и магов, чтобы точно сдержать натиск врага до прибытия основных сил из столицы.

Герцогство Вестфалия взялось за дело серьезно, это не просто очередной грабительский налет ради захвата урожая. Армия вторжения огромна и ради одной лишь северной провинции её предводитель не стал бы брать с собой огромный обоз с припасами. В послании не указывалось, какими именно силами совершено нападение. Это показалось мне странным. Никаких важных подробностей.

Пришлось приводить в чувства гонца, и он, кусая губы, дрожащим голосом признался, что и сам ничего толком не знает, ведь отправился в дорогу до того, как хоть одна из армий достигла города. Однако, он слышал от отца, капитана замковой стражи, далеко не последнего человека из окружения герцога Варга, что если все три армии соединятся, то в сумме составят не менее пяти тысяч воинов!

Южный отряд самый малочисленный, но самый подвижный, так как состоит только из конных всадников. С севера идут маги под прикрытием пехоты. Там основные силы, но идут они медленно, охраняя большой обоз с припасами и разобранные на части боевые машины. Войска эти подготовлены для ведения длительной осады, но наверняка прибудут к стенам города на несколько дней позже быстрого отряда рыцарей.

Пока мы с графом вдумчиво несколько раз перечитывали доставленное гонцом послание, расспрашивали его о важных деталях, во дворе перед цитаделью собрались все советники и главы влиятельных аристократических семей западной провинции, постоянно проживающие в крупнейшем, центральном городе. По-настоящему крупный отряд рыцарей можно было собрать только если привлечь к этому всю городскую знать, поэтому приглашение на срочный совет было отправлено главам всех знатных семей.

Чтобы не бить по авторитету наместника в глазах его подчиненных, я отдал главенствующую роль на собрании графу, покинул кресло хозяина замка и разместился в дальнем углу гостиной, заняв позицию наблюдателя. Собравшихся во дворе замка мужчин впустили в гостиную. Секретарь графа Сарсинеля объявил о причине столь срочного собрания и предложил всем высказать свое мнение.

Началось активное обсуждение призыва герцога Варга о помощи и основная масса мужчин высказалась в поддержку мнения, что нужно направить на помощь герцогу Варгу хотя бы сотню всадников. При этом знать не горела желанием рисковать жизнями своих сыновей и личных телохранителей также не собиралась выделять. В отряд по её мнению должны были войти городские стражники, наемники и добровольцы, способные сидеть в седле. Они же оплатят наем профессиональных наемников, повышенное жалование для стражей и премии для вернувшихся добровольцев. Ничего нового. Решение принимает знать, а рисковать своей головой будут обычные горожане и берущаяся за любую опасную работу из-за нищеты беднота.

Однако, я спокойно и внимательно выслушал все озвученные предложения, аргументы и не высказывал до самого финала собрания своё личное мнение. Во-первых, после случая с потерей сознания в магическом подземелье меня словно лишили несомненной уверенности в своей правоте. Я перестал чувствовать, что обладаю истиной в последней инстанции, ни в чем более не был железно уверен, и вообще, теперь считал, что очень плохо осведомлен во всех вопросах касающихся внутренней и внешней политики Тарта, коллективной безопасности северо-западного региона, да и в самом послании меня многое сильно смущало.

Во-вторых, в голове стоял странный гул, пустота, ни одной ясной мысли. Вроде проспал трое суток на обратном пути, а глаза всё равно слипались. Я не смог нормально сконцентрироваться даже на тексте послания. Прочитав одно предложение до конца, забывал, что говорилось вначале. Общее недомогание, спровоцировавшее паралич воли, лишало меня сил и желания действовать. В таком состоянии я не мог даже в себе разобраться, не то, что во внешней политике целой страны с девятью совершенно разными регионами и десятками тысяч жителей.

Честно говоря, я сам себя не узнавал. После встречи в бессознательном сне с Тнаром, я словно стал другим человеком. Нет, я словно потерял себя прежнего. Ничего не хотелось, исчезла уверенность в силе, праве, важности собственного существования. Если раньше поводом действовать, решать судьбу других людей и всего мира, была моя внутренняя уверенность в собственной наивысшей значимости и правоте, то сейчас эти качества словно растворились. Мне не от чего было оттолкнуться, не на что внутренне опереться. Я не видел какой-то своей ценности и уникальности на фоне других людей и подобное видение у меня явно формировала привнесенная Тнаром память его собственного воплощения.

Желая получить ответ, как же мне теперь жить дальше, если я никто и ничто, я обратился к себе, к своей душе и почувствовал, что это состояние необходимо, чтобы перестроиться, восстать из пепла, интегрировав в себя огромный чужой опыт. Моё состояние сейчас — это опустошение стакана перед его новым заполнением. Чувство никчемности, бессмысленности и бренности бытия также необходимо, чтобы попустить моё эго. Я должен опуститься на дно, разочароваться в себе, своих ценностях, убеждениях, чтобы принять новые, более продвинутые и многогранные.

Получив такой ответ, я сразу вздохнул с облегчением. Моё состояние временное и вынужденное, так как не усмирив эго нельзя измениться и принять в себя что-то новое и ранее неизвестное. Однако, в подобном состоянии очень сложно принимать какие-либо решения. Даже просто решиться отправиться в замок северного наместника, чтобы повторить тот же трюк, что удалось провернуть с королем Вартуром. Я остановил его вторжение простым захватом предводителя.

Было бы чудесно и Герцогство Вестфалия остановить малой кровью, но этому препятствовало несколько обстоятельств. Во-первых, стратег врага разделил войска, что уже делало невозможным прошлый вариант. Не факт также, что правитель Вестфалии отправился в поход вместе с войсками и не переложил это бремя на доверенное лицо. Захват какого-нибудь мелкого командира, барона или даже графа вряд ли парализует волю рыцарей и магов. Будет бойня, в которую я точно не хочу ввязываться, как минимум, из соображений личной безопасности.

Во-вторых, после телепортации я буду ослаблен, ведь потратил большую часть Ци на маскировку от морских демонов. "Погоди как, это же был сон!" — одернул я себя, понимая, что противоречу сам себе. Если это сон, то и растраты энергии не было. Желая в этом убедиться, я заглянул в своё духовное пространство и обомлел. Твою мать! Таки это был не сон. У меня пятая ступень золотого ранга, прямо как во сне, когда я съел пилюлю Тнара.

Поразительно, что я пожелал это проверить лишь сейчас, спустя несколько часов после прихода в себя. Да уж, нормальным моё психическое состояние точно не назовешь, в голове словно разгладили все извилины. Чувствую себя полным дауном. Но даже если так, у меня больше нет недостатка в Ци. Каждая последующая ступень золотого ранга повышает мою силу и запасы энергии в разы, в десятки раз! Я могу, если захочу, отправиться на север и оказать герцогу Варгу так необходимую ему поддержку, но… но почему-то это решение казалось неправильным. Я чувствовал, что меня водят за нос, меня пытаются обмануть, но кто и в чём, пока не мог понять. Ой, скорее бы моя мучительная деменция, деградация мышления и воли завершилась, и все стало, как прежде.

* * *

Напрасно я просил богов вернуться в прежнее состояние. Нет, такой роскоши мне познать было уже не дано. Побыв безмозглым овощем ещё несколько часов и удалившись в свои покои после собрания, так и не сказав графу ни слова, я лег спать, а проснувшись утром, почувствовал, что будучи прежним, я мыслил крайне примитивно. Нет, разглядывание подсунутых мне прямо под нос фактов вообще нельзя назвать мышлением. Мне даже стало стыдно, каким глупым и ограниченным я был все время с момента воплощения в Тарте.

Но и причина такого состояния теперь была видна, как на ладони. Не влез, я не вместился в тщедушном и неразвитом Виго целиком. Моя память была сохранена в кристалле памяти мира, но локально удалена, и порезали перед реинкарнацией не только её, но и мою духовную сущность, подрезали даже сознание, чтобы я не видел подвоха оказавшись без важных духовных качеств, отсюда такая примитивная самореализация, запутанность и односложные реакции на раздражители. Чудо, что я вообще смог в таком состоянии вернуть какую-то свою память. Вернее, ту её часть, что была получена из кристалла-хранилища по духовной ссылке, но намеренно удалена у Виго, чтобы я никогда не стал прежним.

Но Тнар каким-то образом восстановил мою память, и самое важное — связи, делающие её не мертвым грузом, старческим якорем, лишающим будущего, а удобным и подвижным инструментом для созидания будущего. Без шуток, похоже, теперь я мог вспомнить любой миг своего четырехсотлетнего заточения в петле времени по секундам. Да я даже будучи в Землях Богов не мог так детально помнить каждый свой прожитый день.

Теперь я, наконец, понял, о каком даре говорил грозный Наг. Во время нашего общения я все воспринял неправильно. Он не собирался передавать мне свою память, от которой мне, скорее всего, не было никакого толка, ведь она своей духовной природой вызвала бы у меня отторжение.

Тнар дал мне возможности Хранителя памяти, ясный доступ к собственной памяти да ещё и все подло вырезанные фрагменты восстановил из планетарного хранилища, видимо, для этого нужен был временный ментальный перенос в Земли Богов. Я помню всё, даже то, что хотел бы забыть, опять вооружен и опасен, мотивация жить и творить бьет через край, а это дорогого стоит, но вопреки вчерашнему позыву, я уже не стал рваться в бой.

Вместо того, чтобы встречаться с герцогом Варгом и графом Сарсинелем, я телепортировался сначала в северную провинцию к графу Стендалю и его хитрой матери Марго, а затем в столицу, и первым делом выяснил, не приходило ли послание о вторжении Вестфалии в эти места. Как и подозревал, другие гонцы умудрились преодолеть вдвое большее расстояние, чтобы доставить послания таким образом, чтобы помощь герцогу Варгу была выслана в определенный, в удобный для врага промежуток времени. Ясно, Его Светлость в сознательном сговоре или под полным контролем врага.

Хотя у меня уже сложилось общее представление о сути расставленной врагами ловушки, я опять телепортировался в свои покои в западной провинции и мило улыбаясь слугам графа, прошел в темницу, где уже не застал схваченного мной короля Вартура. Понятно, так значит, граф с недавних пор также участвует в этом сговоре. Благодаря моей помощи он был принят в тайный альянс, но уже после того, как я пленил Вартура. Он хорошо устроился, и в моих глазах предстал невинной жертвой, если план заговорщиков не сработает должным образом, и свою выгоду получит, если меня всё же удастся победить.

Неприятно разочаровываться в людях, но иначе и быть не могло. Наивно было полагать, что пригрозив вассалам смертью, я сделаю их хоть на один процент лояльными. Сейчас для меня очевидно, что этот план изначально был обречен на провал, но до встречи с Тнаром он казался вполне действенным. Нет, боязнь сюзерена порождает лишь заговор с целью его убийства, и в этом заговоре нашлось место даже для матери Виго, Сираны.

Она так легко отпустила малолетнего сына в опасное путешествие по провинциям и на встречу с армией регента де Боля потому, что уже тогда не видела во мне своего сына. Не знаю, когда именно она обнаружила подмену, скорее всего в течение нескольких дней после того, как вышла из безумия, но её отношение и поведение менялось на глазах. От капризов и сюсюканья к холодному, расчетливому манипулированию королем, как инструментом укрепления собственной власти. Однако, я даже готов подыграть заговорщикам. У меня нет ненависти. Уже нет. Наоборот, как стал снова собой, и даже какой-то улучшенной, более осознанной и полноценной версией себя, то все эти мелкие заговоры меня даже забавляли.

Самое забавное, что руки самого крупного вмешательства извне скорее всего тянутся даже не из Кру, а из западной Баркады, юго-западной Моруи или ещё дальше. Кру и Вестфалия лишь марионетки, мелкие и не видящие всей картины исполнители. На амбициях этих глуповатых правителей играют, как на струнах гитары. Ну что же, я и сам был в плену иллюзий пока сознание не прояснилось, но теперь готов играть по-взрослому.

Я заставлю главных игроков показаться и самых коварных заговорщиков выдать свою гнилую натуру. Жаль только, что наивное неведение, позволявшее мне спокойно спать в столичном дворце больше не подарит мне безмятежный сон. Теперь спокойствию точно пришёл конец. Я оставался жив при Сиране, пока был ей нужен в борьбе с регентом, Кру и Вестфалией, но если я откажусь воевать с последними, то и держать меня на позиции короля она больше не станет. Постарается избавиться и дальше действовать, отыгрывая роль вдовствующей королевы.

Ну-ну, я даже могу подыграть с имитацией смерти от яда. Честно говоря, крайне интересно, кто стоит за ней. Неужели Высшие эльфы давно держат с ней связь и не выручали свою принцессу из плена, чтобы однажды с её помощью прибрать к рукам власть в Тарте? Тогда нападение на Праха отрядом из Кру тоже может быть их тайной операцией и глуповатый Вартур пляшет под их дудку. Погрузившись в крайне запутанный клубок интриг, я ощутил, что остро нуждаюсь в дополнительной информации. Я долго думал, кто бы мог мне её предоставить и опять направился быстрым перемещением на север.

Марго Юфь Варнава — фактически, настоящий правитель севера, умело действующая из тени своего мягкотелого сына графа Стендаля, лучшая кандидатура на роль знатока местных интриг и первого союзника в борьбе с ними. Я даже готов ей щедро заплатить, если будет полезна, но пока нужно просто разведать, готова она сотрудничать или также считает меня глупым сопляком, состоит ли в союзе с кем-то более сильным и опасным или пока действует независимо.

Я прибыл в северную твердыню, утопленную одним краем в склон горы и сразу напрягся. Вот так сюрприз! Я чувствую духовную ауру боевого мастера не ниже середины золотого ранга. Я знал, я был уверен, что я не один здесь "неправильный" маг. Если есть духовные звери, должны быть и культиваторы со знаниями, как эту энергию использовать. Другого не дано. Интересно, этот мастер новый телохранитель Марго или я познакомлюсь с первым представителем той силы, что действовала в Тарте чужими руками?

Глава 13 Западный экспресс

Сокрытие своей духовной ауры при обнаружении достойного противника было куда более важным защитным действием, чем применение теневой техники для маскировки физического перемещения в цитадель графа Стендаля, поэтому начал я именно с него.

Вторым шагом стал уход в тень, но прятки со стражей замка были скорее развлечением, чем необходимостью. Я предупредил графиню Марго, что вернусь для того, чтобы обсудить с ней, как наместнику северной провинции реагировать на послание герцога Варга.

Графиня была заранее предупреждена о моем скором визите, поэтому было вдвойне интригующе, обладатель ауры боевого мастера золотого ранга — сильнейший козырь, который она извлекла, чтобы устроить мне засаду или визит могущественного гостя случайное совпадение, и он представляет совсем другую силу?

Верной оказалась вторая догадка. Вскоре граф Стендаль явился в гостиную цитадели в сопровождении нескольких стражей и советников, чтобы принять редких гостей из далекой, западной Баркады. Я внимательно изучил тройку посетителей с важным видом вошедших в зал. Один из них настоящий боевой мастер, крепкий, матерый, на уверенной третьей ступени Духовных врат, а второй ещё совсем зеленый новичок, недавно взявший третью ступень серебра, но явно с огромными амбициями.

Оба были одеты в длинные, богато украшенные дополнительными элементами мужские одежды по восточному образцу — длинный халат с капюшоном поверх нескольких слоев нижней одежды. Широкие штаны, заправленные в высокие кожаные ботинки — их излюбленный способ защитить ноги от дорожной пыли. Кроме всего этого набора предметов одежды и быта, кричащих: "Я чужак!" на их лица также были надеты полноразмерные маски. Скрывать своё лицо на приёме у наместника провинции — очевидное неуважение и то, что гости пришли сюда не с визитом вежливости, а на правах сильного, подтверждал не только их наряд и надменное поведение, но и недобрая ухмылка их третьего спутника.

Он был одет очень броско, пестро и вызывающе, словно радужный попугай. Сочетание в одежде кричаще красных, желтых, синих, черных и зеленых элементов говорило или о плохом вкусе или моде на все яркое и контрастирующее в его стране. Третий мужчина не обладал даже зачатками духовной силы, но физически был крепок и грозен. Он превосходил своих спутников ростом на три головы и был выше самых рослых и крепких стражников графа, настоящий великан, что отражалось и на его манере общения и жестикуляции.

— Граф Стендаль, так вот как выглядит громко нахваливаемый в Баркаде и Кру, мудрый и суровый правитель севера. Это точно вы? — с кривой усмешкой спросил великан на слегка ломаном Тартском, уставившись на сутулого, рыхлого мужчину на троне, после чего насмешливым взглядом окинул всех шестерых телохранителей наместника, словно оценивая их способности перед тем, как напасть.

— Вы совершенно правы, Его Светлость граф Стендаль Ингрид-Юфь Тартский милостиво согласился принять вас без промедления, поэтому и вы не тратьте его ценное время и сразу переходите к делу, — шагнув вперед, заявил первый советник графа, барон Маунт.

Сильнейший из боевых мастеров посчитал тон советника вызывающим и показал своё отличное владение полем Ци. Он выставил вперед правую руку, сорвал невысокого мужчину с места и подтянул его к себе таким образом, что тот оказался висящим в воздухе, а гость сжимал его горло протянутой вперед и вверх рукой. Слегка придушив позволившего себе неуважительный тон мужчину, он брезгливо отбросил его в сторону, заставив громко и надрывно откашливаться распластавшись на полу.

Это произвело сильное впечатление на графа и всю его стражу. Наверняка именно такого эффекта гость и добивался, сходу продемонстрировав свою немалую силу. Хотел заставить наместника воспринимать его всерьез.

— Что же, мне и моим уважаемым спутникам предложение сразу перейти к делу подходит, — сказал великан, — мы пришли обсудить важные вопросы, но для начала я представлюсь. Я — командор второго северного флота "Повелителей морей", Дормунд Золотой Зуб. Новый лидер "Повелителей" назначил меня сборщиком дани с Тарта в этом году, но сюда я явился не только по поводу дани, а также с весомым предложением, которое желают сделать эти уважаемые господа. К сожалению, они не владеют языками, ни Баркадским, ни Моруанским, ни Тартским и вряд ли когда-нибудь снизойдут до его изучения, поэтому я выступлю в качестве переводчика их слов, так как уже в некоторой степени владею их сложным языком.

— Командор Дормунд, при всем уважении к "Повелителям морей", но почему вы явились ко мне? Дань вашему могущественному клану пиратов выплачивается из королевской казны. Я уже отправил Его Величеству налоги за этот год и доля нашей дани зерном и золотом была включена в отправленный груз.

— С короля мы возьмем сколько причитается, не сомневайтесь, но в этом году мы накладываем дополнительный налог в пользу Великого клана Фу и их могущественной Пагоды духа.

— Что?! Но позвольте командор, что ещё за клан Фу и какая-то там пагода? Я впервые слышу эти странные названия, — удивился граф.

— Чтобы вы о них узнали, Ваша Светлость, два этих уважаемых господина и прибыли со мной. Клан Фу — могущественный клан магов, прибывший на побережье Баркады с далекого западного континента. Эх, вы бы видели их корабль, он в шесть раз выше и длинней моего флагмана, а также магически зачарован, что его борта нельзя проломить тараном или сжечь в огне. Наши башенные метатели огня в прибрежной крепости и лучшие маги огненной стихии оказались против него бессильны. Посетившие наши земли маги также оказались неимоверно сильны, но наш старый лидер, в отличие от меня, не хотел этого признавать, начал войну и проиграл все битвы, в которые вступил. Мои братья не хотели бессмысленно проливать кровь, поэтому схватили и казнили старого и выбрали нового лидера. Он предложил западным магам выгодный союз. Так мы стали деловыми и боевыми партнерами "Пагоды духа". В начале года о них не знал никто, а сейчас только глухой и слепой не трепещет перед величием клана Фу!

— Грозные "Повелители морей" проиграли и склонились перед отрядом магов-чужаков? — искренне удивился граф.

— Мы не склонились, а выбрали путь, который принесет могущество и процветание для всех нас. Не все войны можно выиграть и стать при этом победителем. Победа была возможна, но какой ценой? Зачем воевать до последнего воина, если можно сотрудничать? Представляю вам одного из великих мастеров и уполномоченных посланников клана Фу, архимага Фу Чень Шена и его сильнейшего личного ученика и помощника Фу Ван И. Правда, между собой они не используют звание мага или архимага, а предпочитают называться "мастерами". В зависимости от ранга и силы, могут иметь ранг "молодого" или "почтенного" мастера, но по сути это одно и то же, что маг и архимаг. Но наши архимаги и в подметки не годятся обычным магам Пагоды духа. Я это гарантирую!

— Что же, командор Дормунд, я весьма польщен, что вы привели ко мне двух этих одаренных магической силой чужаков, но все ещё непонятно по какой причине "Повелители" требуют дополнительную дань, тем более в пользу кого-то ещё?

— Вы отказываетесь платить клану Фу и Пагоде духа? — скрючив оскорбленную физиономию, недовольно спросил великан и повернулся к спутникам, что-то бубня на их языке.

— Позвольте, командор, — возмутился граф, — во-первых, скажите о какой сумме идет речь, а во-вторых, давайте вспомним о наших договорах. Тарт подписал договор с "Повелителями морей" на тридцать лет, по которому ежегодно мы выплачиваем вам пять тысяч золотых монет или ту же сумму в эквиваленте зерном, мясом, лесом, серебром или магическими кристаллами. Этот договор был подписан более десяти лет назад после очень долгих и тяжелых торгов, а теперь вы заявляете, что будете брать с нас дополнительную плату. Вам не кажется это несправедливым? Тем более, что вопрос порядка и сроков выплат решается не на уровне наместников провинций, а в столице, высшим собранием советников в присутствии и по воле короля. Если хотите изменить условия договора, то потребуйте этого у моего господина.

— Похоже, вы меня невнимательно слушали, Ваша Светлость. Ситуация с начала года сильно изменилась, старый лидер и правящая верхушка "Повелителей морей" была уничтожена. Власть сменилась, а новый лидер… Мы не так свободны в принятии решений, как раньше и обязаны учитывать интересы нашего нового, могущественного и требовательного союзника.

Сказав эту фразу великан невольно покосился в сторону стоящего за спиной мужчины, начавшего нервно подергивать ногой, после чего сразу перешел к угрозам:

— Вы будете платить Пагоде духа или готовы умереть здесь и сейчас вместе со своей охраной? Вопрос стоит именно так, Ваша Светлость. Клан Фу не любит ждать. Они ждут ответа немедленно.

"Ничего себе, этот наглый клан Фу с запада использует ту же тактику подчинения, что недавно применял я", — мысленно подивился я, стоя всего в десятке шагов от сильнейшего противника и сомневаясь, стоит ли показаться или подождать, что ответит граф.

— Похоже, вы не оставляете мне выбора! — громко заявил граф, поднимаясь с трона.

Я думал, он сейчас выкрикнет: "Стража, убрать этих наглецов с моих глаз! Вытолкайте их в шею!" или что-то ещё в таком духе, но невзрачный мужчина поднялся лишь для того, чтобы трусливо выскользнуть в боковую дверь, а ему на смену почти сразу вошла, терпеливо следившая за беседой в задней комнате графиня-мать.

— Уважаемые господа, я графиня Марго, советник и помощник Его Светлости в особо сложных вопросах. Вы так и не назвали сумму, которую наша небогатая провинция могла бы пожертвовать для благополучия и процветания могущественного клана Фу. Прошу прощения, если ошиблась в названии.

— Пятьсот магических кристаллов вы должны выплатить сразу и затем по двести каждый последующий месяц. Можете первый ежемесячный взнос также выплатить тут на месте, раз уж у вас есть такая возможность, пока мастера гостят в вашем городе, — ехидным голосом сообщил великан.

— Я была бы рада выплатить вам всё, что вы хотите, но сейчас в сокровищнице и во всем городе не наберется и половины указанного вами количества. Если вы дадите мне время до завтрашнего обеда, максимум до вечера, то я обязательно соберу для вас требуемые кристаллы.

Великан передал слова графини своему спутнику в маске, но тот решительно его отмел, что по жестам и интонации ответа было понятно без слов.

— Мастер Фу Чень Шен не может ждать так долго. Он требует собрать все кристаллы за час или начнет убивать людей в замке и городе. Одного за каждую минуту задержки.

— Господин Фу Чень Шен, я говорю чистую правду, в замке и лавках города нет больших запасов кристаллов. На их сбор потребуется намного больше времени, чем один час.

— Ему все равно, время пошло. Поспешите, клан Фу никогда не бросает слов на ветер, — промямлил великан, уже не так радостно ухмыляясь.

Его хозяин был очень раздражен, что могло сказаться и на нём самом. Как я понял, Марго рассчитывала на моё скорое появление, но на всякий случай оттягивала время, чтобы точно избежать выплаты дани.

Наглых гостей разместили за столом в гостиной, вывалив туда самые лучшие колбасы, и свежие овощи и фрукты, подаваемые наместнику и его семье на праздники. Больше прятаться от хозяев замка не было резона и проскользнув за трон, в скрытую комнатку, я проследовал по тайному коридору, связывавшему покои графини с гостиной. Здесь имелась и отдельная винтовая лестница на третий этаж цитадели.

Графиня находилась у себя и на моё появление отреагировала довольно бурно.

— Господин, очень рада, что вы почтили меня своим присутствием, — склонившись в низком реверансе, взволнованным голосом сказала она.

— Встань, — позволил я.

— Ваше Величество, в замке сложная ситуация, сюда явились…

— Я знаю, пират и его друзья из клана Фу.

— Да, но как вы?

— Я же сказал, я ведаю обо всём. Моя сила и знания безграничны.

— Рада это слышать. Вы не могли бы уладить вопрос с незаконными требованиями наглецов? У нас в сокровищнице никогда не хранилось такого огромного количества магических кристаллов, что они требуют. Маг в маске угрожает казнить людей в замке и городе, если мы не предоставим пятьсот магических камней в течение часа. Уверена, нам не удастся их собрать и за неделю. Дело в том… что мы продали свои запасы, когда к нам явились посланники герцога де Боля. Но у нас не было выбора, они требовали… хотя вы и так всё знаете. Прошу прощения за оказание вынужденной помощи вашему врагу.

Я не знал, что Марго снабжала магов регента, но сделал вид, что в курсе, но не считаю это серьезным проступком. Хотя я и изображал из себя всезнайку, все же расспросил графиню о странном договоре с пиратами, о котором услышал впервые.

* * *

И всё-таки роль мудрого, терпеливого и действующего через тонкую дипломатию правителя — не для меня. Нужно любить плести интриги, смаковать нюансы, вникать в исторически сложившийся за столетия баланс сил между пятью человеческими странами, знать сильные и слабые стороны наследников своих противников, стараться разобраться в хитросплетении неочевидных связей, общих интересов и порожденных ими тайных союзов, диктующих действующим правителям неоднозначные решения во внешней политике. И это ещё без учета других, формально нейтральных, но довольно влиятельных на континенте сил: всевозможных гильдий, альянсов, храмов, рыцарских и магических орденов, и откровенно бандитских анклавов, укрепившихся в захваченных когда-то давно горных фортах на морских островах или других труднодоступных местах.

Я стал выяснять, что это за "Повелители морей" и выяснилось, где-то на западном побережье есть два: южный и северный союз головорезов-пиратов. Южные — "Акулы" и северные — "Повелители морей", как они сами себя называли, оказывается, играли весомую роль в политике всего континента. Вроде бы, ну какое Тарту до них дело? Но нет! Первые оккупировали юго-западный архипелаг и ради захвата рабов и грабежа, заплывали даже в холодное, неприветливое море у покрытого снегами, южного побережья Тарта.

Они терроризировали население самой южной провинции, в основном прибрежные поселения рыбаков, а если откупиться, как делали все прошлые правители Тарта, нападения всё равно периодически случались, но якобы, значительно реже. А северные "Повелители морей" контролируют всю торговлю с крупнейшим королевством Дворфов, отрезанным от остального континента непроходимым горным хребтом. Ни один торговый корабль не пройдет в северное море, пока не заплатит дань пиратам, имеющим кроме многочисленного флота ещё десяток хорошо укрепленных прибрежных крепостей. Так во всяком случае о "Повелителях" рассказывали бывавшие в северном море торговцы.

Правители Лангарда, Баркады, Моруи, Кру и даже не имеющего собственного выхода ни к одному морю Герцогства Вестфалия ежегодно платили морским бандитам немалую дань, чтобы те просто выпустили их торговые суда в море, не грабили и не сжигали порты и верфи, и этим не препятствовали поставке магических кристаллов в страну по более выгодным ценам. Раньше пираты нередко поднимались по рекам к крупным городам и устраивали настоящие войны, тысячами угоняя людей в рабство.

К унизительной выплате дани бандитам правителям крупных стран приходилось прибегать, так как главной силой в этом мире считались боевые маги, а им для эффективного ведения боя нужна мана. Магические кристаллы — стратегический ресурс и лишившаяся его страна сразу становилась намного слабее соседей. Головорезы хорошо это понимали, создали многочисленные искусственные препоны в торговле с дворфами, поставили свои условия и неплохо зарабатывали одним сбором дани, даже если не выходили для грабежей в море.

Однако, клан Фу и Пагода духа графине были вообще не известны. Какая-то новая сила, если верить здоровяку, явившаяся с запада, оказалась настолько могущественной, что вынудила дерзких пиратов самим стать слугами на побегушках. Узнав, что хотел, я направился в гостиную. К этому времени гости набили брюхо отборной вырезкой, а здоровяк даже приложился к бочонку с вином.

— Погостили в Тарте и хватит, пора вам, ублюдки, в Баркаду возвращаться, пока ноги носят. Да и за съеденное и выпитое заплатить не забудьте, — сказал я, спустившись в обществе графини в гостиную.

— Кто ты такой, сопляк? Жить надоело?! — выкрикнул пират, — будь счастлив, что уважаемые господа из клана Фу ни слова не понимают, и не поймут, пока я не переведу. Хочешь жить, плати мне за молчание две сотни золотом или я…

— Я могу и сам им перевести, — усмехнулся я, повторив фразу на говоре царства Вэй в Землях Богов.

Когда спутники здоровяка переговаривались, я услышал знакомые мне слова из их языка. Может, часть из сказанного мной и не была понятна мужчинам в масках, но оскорбительное "ублюдки" они точно поняли, после чего развернулись и встали в полный рост.

— Ты из какого клана, отвечай? — спросил старший, ткнув в мою сторону узловатым, старческим пальцем.

— Его Величество король Тарта, Виго Ингрид почтил нас своим присутствием, — не зная, что старик спросил именно это, представила меня графиня.

"Так он уже совсем древний старик", — удивился я, разглядев дряблую, покрытую коричневыми пятнами кожу на тыльной стороне ладони. До сих пор она была скрыта под длинными рукавами, но сейчас я четко увидел, что боевой мастер с золотым рангом совсем дряхлый старикан. Он уже угасает, а не на пике сил, а это означает, что точно мне не противник.

— Это тебя не касается, старик. Хромай отсюда, пока я тебе пинками выйти не помог, — провоцируя показать другие его способности, сказал я.

— Учитель, позвольте я его проучу! — попросил рвущийся показать себя ученик.

— Господа, перед вам юный король Тарта. Он известен, как сильный маг, — запоздало перевел здоровяк, добавив пару слов и от себя.

Отставив бочонок с вином в сторону, он уже косился одним глазом в сторону выхода. Бандитское чутье подсказало матерому корсару, что так дерзко человек может говорить лишь будучи очень уверенным в себе. Встреча на севере с королем-магом явно не входила в его планы.

— Проучи его, но не убивай. Если он действительно король, то пригодится нам живым, — сказал старик, вообще не сомневаясь, что его ученик справится с малолетним, худощавым выскочкой, как и с любым другим магом в Тарте. Мне была понятна его уверенность, местные маги действительно сплошное недоразумение, но молодого мастера ждал сюрприз.

Он применил такой излюбленный всеми новичками, быстрый удар ногой в прыжке. Я видел его в Царстве Вэй тысячи раз. Им не брезговали и уже опытные мастера. Выбор понятен. Можно сходу ошеломить, обезоружить противника. Расход энергии на технику удара незначительный и при этом можно сокрушить более слабого и медлительного противника с одного удара, просто воспользовавшись для его усиления весом собственного тела. Не все знают, как отвечать на быструю атаку сверху, но я знал. Небольшой шаг в сторону с линии атаки и взрывной удар на выбор: в коленную чашечку снизу, в пах или уже с разворота ногой в спину. Все три атаки приводят к очень болезненным, иногда фатальным последствиям.

Первый выводит из строя ногу, второй, кроме унизительного ползания и воплей может напрочь отбить яйца, минус потомство. Третий же придает серьезное ускорение, что при наличии впереди преграды может и шею противнику сломать при столкновении, но как минимум заставляет почки почувствовать себя очень скверно, и болезненные, кровавые походы по маленькому на месяц-другой точно обеспечены.

Я выбрал второй вариант, просто потому, что хотел, чтобы гости смогли уйти на своих ногах, а первый и третий вариант исключали такую возможность. Убивать глупого парня не хотелось. Все прошло ожидаемо. Выверенный удар взрывной техникой в пах достиг цели, но мой противник проявил непростительную халатность, не прикрыв себя большим защитным кругом Ци. Такая беспечность. Пах и вся нижняя часть туловища разлетелись в лохмотья, как от прыжка задом на противотанковую мину. Да что с этими людьми не так? Защищаться их вообще не учили? Разумеется, взрывная техника привела к полному разрушению костей таза, лопнула брюшина и все внутренние органы. Кровища во все стороны. Парень скончался на месте от болевого шока, а я очередной раз пожалел, что недооценил слабость противника. Их одним пальцем можно убить, если никто защитный барьер Ци не использует. Да уж, нехорошо вышло.

Надменный старик и здоровяк аж присели, когда на их глазах это случилось. В следующую секунду великан уже валялся на полу сменив надменную ухмылку на слезливую мольбу о пощаде. Отпустил я их живыми, не мясник же, но не сразу конечно. Заставил старика в подробностях рассказать, кто он такой, откуда, почему в Тарт приперся, а затем ещё пришлось ему и дерзкому великану отрабатывать свой надменный тон, встречая в первых рядах примчавшихся к замку конных рыцарей.

Вот куда южная армия Герцогства Вестфалия доскакала, вводя местных в заблуждение призывами о помощи от Герцога Варга. Я ожидал что-то подобное, но думал, что рванут они не на север, а на восток или южнее, в провинцию де Болей, но там находились недавно собранные мятежным регентом рыцари и агентура Вестфалии решила, что их земли не будут легкой добычей в отличие от застигнутой врасплох северной провинции, но и здесь очень просчиталась.

Старик, хоть и выглядел под маской, как мастер Йода на пенсии, но своими выверенными, высокими прыжками выбил около двадцати всадников из седла. Его стиль боя был очень экономичным, так как местные культиваторы привыкли экономить свою Ци и редко дрались с применением дальнобойных техник. Вместо энергии Ци Фу Чень Шен предпочитал тратить в бою энергию Ян, которой у него тоже было не особо много в силу преклонного возраста.

Самую важную информацию встреча с боевым мастером мне открыла. Местные культиваторы — гости из магического подземелья, которые лет триста уже проживают на западном континенте. Воспринимают они этот мир, как продолжение своего, ведь отличия минимальны. Разве что, здесь Ци ощутимо поменьше, и магических зверей редко встретишь. У них там наоборот с ними перебор, монстров много и они очень сильны, вот слабое население из более тяжелых условий жизни в этот, более безопасный мир и перебирается.

Западный континент из-за этого переселения народов очень быстро заполнился. Кланам Фу, Тан и Линь там стало тесно и они начали искать способ заселить другие регионы. Корабль клана Фу доставил в Баркаду группу разведчиков, а сам после восполнения запасов воды и еды отплыл назад. Путешествие через океан было не прямолинейным, команда долго блуждала в холодных, южных морях, пока не увидела сначала западный остров, а после него и берег большого континента. На громоздком, неповоротливом судне плавание заняло где-то семь месяцев, но если плыть по прямой, то оно сократится до пяти, так что скоро можно ждать прибытия новой партии переселенцев.

Старик признался, что не получал от местного главы клана Фу приказа сшибать с наместников Тарта дань в магических кристаллах. Эта идея пришла ему в голову после того, как дошли слухи, что в крупной восточной стране царит безвластье и можно сорвать куш, пока слабый, малолетний правитель занят укреплением власти. Кроме клана Фу на восточный континент, но с запозданием в месяц десантировался и клан Тан.

Уже укрепив свои позиции в главном портовом городе Баркады, а после небольшой войны вступив в союз с северными пиратами, клан Фу изгнал клан Тан на юг, так что их база расположена в Моруе. Они поделили сферы влияния, но никто пока не заявил свои права на Лангард, Кру, Вестфалию и тем более далекий, восточный Тарт, но силы гостей с запада заметно превосходят местную элиту и её порабощение прибывающими переселенцами неизбежно. Это лишь вопрос времени.

Вот мне новая проблемка, кроме всех прочих. И как же оригинальный Виго её решил, ведь при его правлении наступило долгое время мира? Что-то не сходится. Все эти процессы начались задолго до моего воплощения, а значит, война с Кру, Вестфалией, воинственными кланами боевых мастеров с западного континента происходили и на его веку. Как при этом сохранить мир? Он что, смог как-то объединиться с соседями и эльфами и остановить нашествие? Хотя, что гадать, как было у него, у меня не будет. Я сильнее, намного сильнее и не нуждаюсь в толпе союзников. Я сам себе армия, причем, как я понял, по первому встретившемуся мне культиватору золотого ранга, уже в топе сильнейших этого мира.

В своем клане Фу Чень Шен был в десятке сильнейших, но среди тех мастеров, что остались управлять Пагодой духа, главной базой клана Фу в Баркаде, он в тройке, а его лучший ученик был сильнейшим из молодого поколения. Мучительная смерть воспитанника стала настоящим шоком для старика. Я предупредил его, перед тем, как отпустить, что ещё одна выходка с наездом на моих слуг и Пагода духа станет братской могилой клана Фу. Вроде, он понял, а вернувшись спустя пару дней после консультаций с графиней Марго в столицу, чтобы проверить обстановку на месте, я столкнулся на приеме у Сираны с очередным посланником пиратов. В этот раз уже от южной банды "Акул".

Подменив Сирану на троне, я изначально не собирался удовлетворять хотелки наглого вымогателя. Даже если бы они потребовали в качестве дани небольшую сумму, не стал бы ничего платить. Явившийся во дворец мужчина в яркой одежде от южных "Акул" настолько охренел от безнаказанности и слишком терпеливого отношения к пиратам других правителей и прошлого короля, что подписал себе смертельный приговор, посмев угрожать мне и настаивать, чтобы я заплатил вдвое больше оговоренной в договоре суммы или позже придется заплатить в десять раз больше, но при этом моё королевство будет уже разграблено, а люди из южных, прибрежных поселений угнаны в рабство.

Шантаж не удался. Пришлось сорвать ехидную ухмылку наглого посланника с его уродливого лица, вместе с кожей и мясом. Этот гад вывел меня из себя и я не сдержался и прямо в тронном зале выбил из него всё дерьмо. Вскоре, конечно, пожалел, что опять испачкал кровью только недавно вымытый пол тронного зала, но что поделать, если почти каждый напрашивавшийся на аудиенцию во дворец гость вел себя так, словно я ему должен.

Второй бандит уже от "Повелителей" явился с опозданием и не видел, как его коллега поплатился жизнью за свою дерзость, поэтому посмел вести себя точно также. Здесь я уже смог взять себя в руки, на требование отвалить десять тысяч золотых просто улыбнулся и отправил наглеца перед казнью в пыточную. Его грозного телохранителя из клана Фу просто хорошенько отделал и отпустил. Пирату повезло меньше. Нужно было узнать, где хранятся богатства, полученные от других жертв вымогательства, которых посланник посетил по дороге в Тарт. Для пиратов пришло время расплаты. Верну награбленное в прошлые года назад в казну.

Не ожидавший оказаться в пыточной дворца пират недолго хранил молчание. Хоть мне были и не по душе бесчеловечные методы получения информации, местные не оставляли выбора, так как категорически отказывались говорить правду по-другому. Богатства допрошенного пирата, впрочем, как и убитого мной перед его визитом гада из "Акул" хранились в подземном хранилище Гильдии Наемников.

Я отправил посланника к главе гильдии с просьбой выдать мне эти сбережения, и получил в ответ грубый отказ. Моего посланника унизили и избили. Похоже, даже мелкую гильдию головорезов мягкотелый Прах распустил настолько, что они ни во что не ставили королевскую власть, а возможно, никто всерьез не воспринимал именно меня в качестве правителя.

Хотелось повесить главу Гильдии Наемников и всех его головорезов рядом с казненным на площади пиратом, но пришлось по-тихому скрыть их трупы. И чтобы это было легче сделать и никто не сбежал, я не стал посылать в гильдию стражу, а явился туда лично. Головорезы не желали выполнять мои требования и опять проявили непростительную дерзость, чем напросились на грубость, но полноценным боем произошедшую между мной и толпой тупых чурбанов драку, я бы не назвал. Это больше напоминало истребление тараканов.

Я так разошелся причиняя добро и сея справедливость, что после моего визита местное отделение гильдии наемников сразу закрылось. Оно и понятно, гильдия не может работать, если в ней не осталось действующих членов. А кто рискнет открыть свою причастность к этому мутному заведению, если я своим высоким указом приказал явиться во дворец всех других подонков, которых не застал на месте.

Никто так и не явился. Похоже, им стало очень страшно и они решили срочно отправиться туда, где их ещё боялись. Нет, шучу, никто никуда не ушел. Новая, не берущая взяток городская стража не выпускала никого из города без проверки личности. Таковы новые реалии. Я зачистил Гильдию Наемников от крупных рыб, так зачем мне отпускать на волю всякую мелочь? Они же обязательно нажалуются главе другого отделения, возникнут подозрения и так по цепочке о закрытии отделения гильдии в столице Тарта и в главное отделение в Моруе известие дойдет.

Хоть я не умел играть в дипломатию, но прекрасно понимал, что не стоит помогать врагам быстро получать важную информацию. Официально, Гильдия Наемников закрылась, так как не справилась с королевским заданием по уничтожению логова монстров. А почему на задание гильдия отправилась всем составом, прихватив с собой и главу, и куда делось всё золото и серебро из их сокровищницы, только одним богам известно. Хе-хе-хе и мне.

У местной знати и зажиточных горожан глаза на лоб вылезли от таких неожиданных новостей. Глава Гильдии Наемников обладал в городе огромной властью, пользовался непререкаемым авторитетом, как выдающийся, непобедимый воин и банду подельников вокруг себя собрал из таких же отморозков, как он сам, а я просто взял и стер их с лица земли, прикарманил их богатства, хотя наверняка у них хранились грязные деньги не только пиратов, но и кого-то из нечистоплотных торговцев и промышляющих черными делишками толстосумов из знати.

Когда распространилась информация, что наемников съели монстры, почти сразу вскрылись бесчисленные, творимые главой и его бандой преступления. По собранным моими помощниками сведениям, руки подонков были по локоть в крови. Они частенько выполняли заказы по устранению неугодных для знати, а в текущий момент стали, фактически, силовым блоком гильдии воров, её инструментом террора.

Одни преступления вытягивали на свет другие и мне пришлось также разгромить и тщательно скрывавшуюся в подполье воровскую верхушку. А если быть строгим, то казнить в столице можно было каждого второго, начиная с тесно связанной с преступностью знати, и заканчивая рядовыми горожанами, молча исполнявшими любой преступный приказ высокородных господ, даже если он противоречил законам страны.

Одно воровство, взяточничество, мошенничество и создание монополий при торговле товарами первой необходимости процветало в столице пышным цветом и все же, город как-то жил со всеми этими пороками и мои попытки изменить нездоровую суть взаимоотношений между людьми пока не встретили благодарного отклика, нет, они воспринимались резко в штыки.

Прогуливаясь инкогнито улицами города я тщетно пытался придумать, как преобразовать текущее общество таким образом, чтобы мы с Вилайлай действительно смогли жить в Тарте долго и счастливо. Непростая задача, даже непонятно с какой стороны к ней подобраться. Политика, дипломатия, законы — это всегда скользкий путь полумер, поиск компромиссов и подавление слабых.

Я не мог, скорее всего из-за банальной личной неприязни ко всем местным бандитам, самыми отмороженными из которых являлась сама знать, не желал договариваться, прогибаться под уже существующие правила и нормы. Моя огромная сила позволяла наплевать на всех и вся и, как тяжелый лом, бесхитростно и грубо вышибать всем зубы для достижения своих целей.

Но никем не сдерживаемое могущество неизменно принимает самые крайние формы жестокости, что случилось и со мной, когда я пошел напролом. Мне не хватало гибкости, нет, мне не хотелось проявлять гибкость с теми, кого я терпеть не мог. Вся эта дипломатия, тайные союзы возникают от неуверенности и слабости правителей, но к сожалению, и грубое применение силы не дает того результата, который хотелось бы получить.

Огромная сила внушала страх, заставляла подчиняться из-за боязни за свою жизнь, но страх не лучший помощник в создании свободного, открытого общества с нормальными ценностями и поэтому, разгромив ползущее нашествие Герцогства Вестфалия я даже не стал разбираться с герцогом Варгом. Побрезговал. Просто указом передал всю полноту власти Сиране и отправился странствовать. Пока сижу в Тарте, буду копошиться в его бесконечных проблемах. Хочется другой жизни, интересных приключений и личностного роста, но выступая стражем Тарта, палачом криминала в обществе просто не знающем, как можно без него, я теряю мотивацию. Надоело в этом копаться.

Через месяц повозка странствующего торговца пересекла границу Королевств Баркада и Кру. Среди случайных попутчиков хозяина повозки оказался никому не известный, светловолосый паренек. Впрочем, увидеть его голубоглазое лицо и необычный цвет волос можно было только если он сбрасывал на спину глубокий капюшон.

* * *

От границы с Кру к Пагоде духа на западном побережье оставалось ещё две недели пути, но пришлось расстаться с прошлым попутчиком, ведь он ушел на север. Паренек присел за стол в придорожной забегаловке и засветил при посторонних большой серебряный Прах.

Мутная компания в углу не заставила себя ждать. Пожевывая соломинку, не спрашивая разрешения, сбоку к невысокому путнику подсел ещё молодой, худощавый дорожный грабитель.

— Хочешь жить, давай сюда кошель, — потребовал он, приставив к боку лезвие ржавого, видавшего виды кинжала.

В следующий миг это лезвие уже торчало из его глазницы, а сам он клюнул лицом в стол, распространяя вокруг поникшей головы вишневый сироп. Три разных страны, а люди везде одинаковые.

— Хозяин, у меня тут грязно на столе, уберите мусор, пожалуйста, — возмущается паренек, продолжая спокойно сидеть рядом с трупом, и терпеливо ожидая, когда принесут его заказ. Компания ханыг в углу вскакивает, чтобы наказать дерзкого путника за гибель товарища, но присоединяется к нему, едва достав своё оружие. На столе и вокруг становится совсем грязно, поэтому парень пересаживается за другой стол, поближе к стойке и с удивлением замечает, что повар и другие посетители разбегаются сверкая пятками.

Приходится готовить заказанное самому, оставлять целый Прах на столе без сдачи, но проверка карманов мусора пополняет скромные запасы путника серебром с профилем местного правителя. Отлично, продолжать платить Тартскими Прахами в Баркаде слишком подозрительно. Впрочем, по пути будет возможность обменять их на местные деньги у городских менял. Главное, что путешествие идет по графику. Он точно успевает. Пагода духа клана Фу объявила о наборе учеников. Лучшие из них после года обучения будут направлены на западный континент в главную секту столичной ветви клана.

Не знаю, почему меня это так заинтересовало, но лучше прогуляться на западный континент, пока я молод, подхожу по всем параметрам в ученики, а до встречи с Вилайлай имеется целая уйма времени. Если в будущем боевые мастера западного континента будут в значительной степени влиять на то, что происходит на восточном, то важно изучить противника изнутри, заодно хочется узнать из какого мира они пришли. Вроде как, старик говорил, что вход в их мир свободный, но на свой страх и риск, ведь там очень опасно. Вот и проверим. Не сидится мне на месте.

Глава 14 Между двух огней

Я отправился в далёкое путешествие по западным странам с вынужденной остановкой в Пагоде духа клана Фу с целью разведать обстановку в мире от первого лица и оставить везде метки для быстрого перемещения.

Если получится, я собирался проникнуть в Пагоду в качестве ученика, а позже, перебраться за счет морского транспорта клана Фу на западный континент, но чем дольше я путешествовал по Баркаде, тем большей ненавистью проникался к западным гостям. Их жестокость к местному населению и возмутительные преступления будили во мне зверя.

Местному населению и так жилось нелегко под гнетом знати, а теперь с них брали дополнительный налог в пользу клана Фу. Кто отказывался платить, лишался всего имущества, а нередко и жизни. Отсюда такое огромное количество бродячих нищих и сбившихся в банды крестьян на дорогах. Лишенные крова и средств к существованию люди откровенно голодали и ради детей, ради выживания, пускались во все тяжкие.

Как я понял, клан Фу уже подчинил себе городскую знать, короля и всех провинциальных наместников и также, как с пиратами, заставил их принять унизительный союз с врагом, хотя фактически они находились в подчиненном положении.

Оккупанты творили в захваченной стране все мыслимые и немыслимые преступления. Кроме массовой конфискации имущества под прикрытием закона, повсеместно осуществлялся откровенный грабеж, угон людей в рабство. Особенно сильно это коснулось молодых женщин и девушек, являвшихся на западном континенте ценным товаром. Их сотнями сгоняли в столичную тюрьму, чтобы затем отобрать наложниц для похотливых сыновей главы и нескольких могущественных старейшин Пагоды. Остальных ждала судьба товара на продажу. Оставалось лишь переправить их по морю на запад.

Пагода духа — новое название отжатой у пиратских "союзников" крупной крепости с огромной башней-маяком в центре, было как раз одним из мест крупного скопления бесчеловечно угнанных в рабство женщин. Гости с запада имели узкий разрез глаз, невысокий рост, короткие ноги и в целом, нескладную, по моим меркам, неказистую внешность.

Их восхищали высокие, стройные, белокожие, русоволосые женщины Баркады. Такие рабыни должны были высоко цениться в их стране, но женская красота товар скоропортящийся, поэтому оккупанты не побрезговали срывать и накапливать у себя в тюрьмах и неспелые плоды. Вместе с уже достигшими совершеннолетия девицами в переполненные камеры подземных тюрем попали подростки и даже не достигшие десятилетнего возраста дети.

По слухам, таких рабынь там находилось даже больше, чем зрелых женщин, поэтому моё первое посещение Пагоды духа из осторожной разведки под личиной желающего присоединиться к клану Фу ученика, невольно превратилось в беспощадный разгром похотливых работорговцев и спасение тысяч томящихся в подземелье узниц.

На меня словно накатило временное помешательство. Я напрочь забыл о том, что пришел ради последующего путешествия на запад и не успокоился, пока не перебил самодовольных хозяев пагоды и всех их прислужников, тюремщиков, посмевших встать у меня на пути. Когда состояние аффекта прошло, и я узрел, что натворил, то обнаружил сначала в подвале, затем во дворе и на стенах крепости более трех сотен с особой жестокостью убитых людей.

О гибели некоторых напоминали лишь мелкие ошметки тел и пугающие кровавые пятна. Похоже, в какой-то момент я действительно полностью сорвался с катушек. Обезумел. Не ожидал от себя проявления слепой ярости. Стала понятна удивившая меня первая реакция освобожденных рабынь. Они застывали в камерах в ужасе, боясь шелохнуться, когда я ломал и вырывал с мясом удерживающие их решетки.

Когда я увидел, во что превратился к концу боя, то сам всё понял. Мои волосы на голове слиплись и вздыбились от сгустков засохшей крови. На одежде и открытых участках кожи не осталось ни одного не залитого почерневшей кровью пятнышка. Я выглядел, не как человек, а как кровожадный демон, пришедший разорвать всех людей на куски. Но когда последний противник пал и я отмыл в ведре лицо от чужой крови, то от меня перестали шарахаться, хотя все ещё боялись смотреть в глаза.

Пленниц в Пагоду согнали со всей западной Баркады. Их было так много, что возник вопрос, куда их теперь девать? Благо, братья, мужья и безутешные родители некоторых из угнанных в Пагоду пленниц в момент, когда я открыл главные ворота, паслись неподалеку от крепости и с воплями радости кинулись навстречу своим дорогим чадам.

Но быстро пристроить удалось лишь треть обездоленных. Мне пришлось ещё потрудиться, устроить разгром резиденции мэра, находившейся по соседству с городом-портом и ещё двух укрепленных застав, где обитали представители боевой верхушки клана Фу, чтобы обеспечить им безопасное бегство к родным.

Вскоре местные жители не подававшие голоса, так как их родные находились в заложниках, намного осмелели и началось массовое восстание против тирании оккупантов. В основном в вооруженном сопротивлении принимали участие родственники похищенных в рабство женщин. Во главе одного из таких отрядов к вечеру я прибыл в находившуюся севернее столицу Баркады и помог очистить замок правителя от нескольких "союзников" из-за моря.

Как ни странно, но поднятое мной восстание в столице, вскоре перекинулось на соседние провинции, а оттуда даже в Морую и Лангард. Узнав, что могущественные маги Пагоды духа поголовно истреблены, контролировавшие наместников посланники клана Фу предпочли спасаться бегством и у кого? Они подались на побережье, а оттуда на острова к пиратам, да только те сами подчинялись лишь из-за того, что не видели возможности в одиночку оказать сопротивление, а оказавшись в подавляющем большинстве приняли недавних "союзников" остро в штыки. Они не предоставили им убежище в своих прибрежных крепостях и пресекли попытки отплыть на большой западный остров, где те могли бы собраться в один крупный отряд и оказать сопротивление восставшим. Пираты припомнили все прошлые обиды и помогли пылающим жаждой мести жителям королевства насадить беглецов на острые копья.

Я и два месяца не провел в Баркаде, как с грозным кланом Фу было полностью покончено. Король пожелал пожаловать неизвестному лидеру восстания баронский титул. Прозвучало и предложение принять героя на службу в королевскую гвардию. Очень почетная и высокооплачиваемая должность при дворце, но я не собирался служить местному правителю, просто хотел помочь обычным людям, а знати помог по ходу дела.

Из-за посетившего меня в Пагоде боевого безумия, я лишился шанса отправиться на запад с помощью клана Фу и был вынужден вскоре выехать на юг, в Морую, где по моим данным создал свою базу клан Тан. Их местный глава повел себя намного скромнее клана Фу. То ли из-за того, что их отряд изначально был слабее и малочисленней, то ли, из-за того, что получил суровое предупреждение от конкурентов, но клан Тан не рискнул захватывать власть в стране и ограничился ролью клана торговцев и умелых целителей. Их очень интересовали редкие местные травы и остатки магических зверей, убитых авантюристами в подземельях. Одним словом, это был клан торговцев и алхимиков, привыкший достигать своего несколько другими способами, чем воинственный клан Фу. Я надеялся найти с ними общий язык и напроситься на корабль, хоть в качестве пассажира, хоть обычным матросом, однако хитрить и обманом пробираться на корабль не пришлось.

Судьбоносная встреча с представителем клана Тан за городом, по пути к портовому городу, открыла мне важную информацию, которую я смог использовать для заключения сделки. Новый глава и его дочь, молодая госпожа клана, Тан Линь Эр отправились за семь морей не по прихоти. На их загородное поместье напали. Жена и два старших сына главы были убиты, а сам он и младшая дочь смертельно ранены. Их выздоровление усложняло отравление неизвестным ядом.

Старейшины клана Тан прибыли на восточный континент в поисках спасения для их главы, в надежде найти лекарство от неизвестного яда. Слуги сбились с ног, изучая местные растения и разыскивая хоть какое-то действенное средство для выведения отравы. Я почувствовал прилив душевных сил, узнав эту новость. Яды — моя стихия. Древний старик стал моим первым учителем, но за четыреста лет в царстве Вэй я узнал и много нового. Я точно смогу распознать редкий яд, поразивший главу и молодую госпожу клана Тан. У меня руки чесались исследовать их тела и показать свои глубокие познания во врачевании.

Пообещав своему новому знакомому половину награды, если он поможет мне поскорее встретиться с больными, я поспешил за парнем в особняк клана. На самом деле, добиться разрешения обследовать больных не так легко. У каждого клана есть свои опытные целители. Они боятся показаться некомпетентными и будут препятствовать любому вмешательству со стороны.

К молодой госпоже и тем более самому главе просто так не подпустят чужака. Никто не будет рисковать, доверяясь какому-то подростку. Позволят обследовать и лечить, только если я предоставлю очень убедительные и понятные клановым лекарям доказательства своей компетентности и не задену их гордость. Другими словами, одними летающими иглами и знанием простых целебных рецептов их точно не убедить. Это не потерявшие древние знания жители царства Вэй. У меня ещё при первой встрече со стариком из клана Фу сложилось впечатление, что его народ знает куда больше, чем пережившие несколько катастроф жители царства Вэй из Земель Богов. Как минимум, эти люди не глупее меня, а это значит, что я тоже смогу у них чему-то научиться.

Все мои мысли по пути в город были о том, как убедить старейшин доверить мне лечение важных особ, но стоило седым старикам увидеть тринадцатилетнего паренька на три ступени превышающего их по уровню культивации и все вопросы отпали сами собой. Я решил ещё добавить себе веса, представившись также наследным принцем крупной восточной страны и двери покоев молодой госпожи распахнулись без промедления. Она была очень плоха. Больше трех месяцев не приходила в сознание. Никто в клане уже не надеялся, на её спасение. Главный целитель давно махнул рукой, но его прогнозы о скорой смерти молодой госпожи также не оправдались.

Теперь пришло время удивляться мне. Я не придал особого значения клановой фамилии Тан. Часто её слышал и в Землях Богов и даже у себя в мире. Имя Линь Эр мне тоже ни о чем не говорило, но как только я рассмотрел поближе худое, смертельно бледное лицо девушки, примерно пятнадцати-шестнадцати лет от роду, слезы ручьями полились из глаз.

Девушка выглядела точь-в-точь, как моя Тан Лань Эр из Турфана. Я понимал, что это не могла быть она, разве что её копия из альтернативной реальности, но нахлынувшие воспоминания сыграли со мной злую шутку. Я плакал и не мог остановиться. Только спустя полчаса смог взять себя в руки, успокоиться и приступить к тщательному обследованию больной и тут меня опять накрыло, но уже от гнева.

— С*ка, вы что совсем дебилы! Кто давал больной снадобье с примесью желтой киновари! Вы её вылечить или угробить хотели?

Старейшины нахмурились, переглядываясь между собой. Позвали в покои клановых лекарей. Никто из них не брал на себя ответственность за обнаруженный мной ядовитый металл, в огромных количествах скопившийся в её брюшине. Чудом являлось, что девушка не умерла после первой дозы яда. Или та была микроскопической или у Линь Эр врожденная способность сопротивляться тяжелым металлам, но она оставалась жива, нося в себе яд, которым можно было убить небольшой город.

— Мы все хорошо знакомы с опасными последствиями приема некомпенсированной желтой киновари и не стали бы давать молодой госпоже опасные лекарства, содержащие такую ядовитую примесь, — заговорил один из лекарей, решивший ответить от лица всех своих коллег.

— Ладно, тогда почему вы не прекратили назначенное ранее лечение, обнаружив скопление киновари и не вывели её из брюшины через отводную трубку?

— Наша бедная молодая госпожа и так ни жива ни мертва. Делать ей опасную операцию, вскрывать живот в её тяжелом состоянии, это все равно, что своими руками ускорять её смерть, — начал оправдываться старик.

Ему в поддержку отозвались и три других лекаря. Они громко доказывали точку зрения, что любое вмешательство в тело больной — надругательство над обреченной. Никто из них не рискнул бы взять на себя ответственность за столь опасное лечение, тем более, никто не знает, откуда желтая киноварь вообще взялась в теле. Ни в пище, ни в питье, ни в подаваемом госпоже лекарстве ничего подобного нет. Возможно, металл производит само тело, а раз Линь Эр ещё не умерла, яд пребывает в связанном виде, и попытка вывести его из тела лишь вызовет попадание его из жировой ткани в кровоток. Короче, целители заплевали предложенный мной способ лечения, хотя сами просто прикрывали свой зад, отказавшись хоть как-то помогать больной, даже не выяснив, как яд попал в её тело.

С позволения старейшин я обследовал и главу Тан. У него та же проблема, но в менее запущенном виде. Отводную трубку мужчине все же поставили, но при этом не догадались перевернуть лицом вниз и не стимулировали отвод яда нагревая жировую прослойку чистой Ян.

Никаких других ядов в теле больных я не обнаружил из чего сделал вывод, что желтая киноварь и есть тот "неизвестный" яд, что высоколобые целители никак не могли устранить из тела пациентов. Во истину, горе тем людям, что попали в руки некомпетентных врачей. Не желая признавать свою неспособность решить проблему, они будут годами мучить больных, продолжая опасные эксперименты, пока их тело окончательно не сдаст. И все же возникал вопрос, почему никто не пытался узнать, откуда берется киноварь? И почему обнаружив её впервые и в гораздо меньших количествах, от неё не пытались избавиться всеми возможными способами?

Выступающий с самого начала от лица всех лекарей, аккуратно одетый седовласый старик по имени Чу, сказал, что высоко оценил мои глубокие познания в опасных ядах. Пока я не определил вещество в теле госпожи, как желтую киноварь, он сам терялся в догадках, что же он постоянно обнаруживает при обследовании и так как не мог этого установить, оценивал состояние больных по силе и частоте пульса.

Мнение о яде у всех четырех лекарей изначально разделилось. Один принял скопления в брюшине за песок из почек, попадавший туда из мочевого пузыря. Второй посчитал, что нанесший вред яд скрылся в костях, поэтому не обнаруживается, но продолжает выделяться в кровь, не позволяя больным прийти в себя. Третий посчитал, что занесенный на конце стрел яд отложился в печени, но так и не был оттуда выведен, значительно усложнил её работу, повредив изнутри. Отложения в брюшине просто побочный эффект ослабленной печени и лишь четвертый целитель выдвигал версию о том, что ядом может быть какой-то тяжелый металл. Основываясь на его предположении главе поставили трубку, но так как это не привело его в чувства, повторять опасную операцию на юной госпоже не стали.

Я взял всю ответственность за опасное лечение больных на себя и приказал наполнить две ванны холодной водой. Лечение решил проводить для обоих пациентов одновременно, чтобы первый пришедший в себя, которым по всей видимости будет глава, подтвердил своим улучшившимся состоянием, что я все делаю правильно и останавливать меня в середине процесса не надо.

Холодные ванны требовались, чтобы блокировать перегрев тела от применения мною чистой, концентрированной Ян. Погрузив больных в ванну лицом вниз, я вспорол брюшину Линь Эр одним точным, выверенным движением и прожег её и её отца опасно плотным потоком своей истинной Ян.

Такой поток способен выжечь все жизненно важные меридианы и взорвать даньтань. Очень рискованный метод лечения, но единственный для быстрого нагрева и растапливания жира, в который организм спрятал тяжелый металл, чтобы снизить его токсичность. Наши тела сами по себе гениальные творения и способны бороться с очень опасными ядами своими, особыми способами. Обволакивание их жировой тканью — один из них.

Как и думал, получив хорошую возможность быстрого вывода опасного яда, организм мужчины ею воспользовался и вскоре я приказал вытаскивать его из ванны. Не прошло и нескольких минут, как он пришёл в себя. С Тан Линь Эр всё было не так просто. Она находилась одной ногой в могиле, когда я решил её спасти, поэтому восстанавливалась и приходила в себя она целый месяц.

За это время обнаружился и отравитель. Вернее, горе-целитель, который не понимая толком, с чем борется, попытался выделить неизвестный яд связующим веществом. В состав связующего вещества и входило растение в незначительных количествах накапливающее в себе опасные, тяжелые металлы. Другими словами, желая найти яд, целитель ввел в тела пациентов другой, причем повторял попытки выделить скрытый яд с завидной регулярностью. В конце концов он осознал свою ошибку, но вместо того, чтобы признаться коллегам, всячески скрывал свою причастность к отравлению доверившихся ему людей.

Несмотря на прошлые заслуги глава клана Тан приговорил его к обезглавливанию в день, когда его дочь покинет этот мир. Я спас нерадивому лекарю жизнь, с большим трудом добившись, чтобы Линь Эр пришла в сознание. Не буду скрывать, применял не совсем приличные методы, пропуская через тело девушки мощные потоки Ци. Намеренно стимулировал все её чувствительные зоны, чтобы заставить тело, все клетки работать на полную, будто она уже в сознании.

Во время одного из таких сеансов был пойман с поличным, но не остановлен, так как закатившая от удовольствия глаза девушка не понимала, что с ней происходит и крепко стиснула бедрами мою теплую руку. Когда наступил долгожданный пик наслаждения, я убедился, что эта Линь Эр и моя Лань Эр — совершенно разные люди. Девица устроила истерику, позвала стражу и обвинила меня в домогательствах и попытке изнасилования, хотя сама до последнего не выпускала пойманную бедрами руку. Все мои старания услужить главе клана Тан и воспользоваться его кораблем для путешествия на запад чуть не пошли прахом, когда мужчина услышал возмутительные обвинения в мой адрес.

Лишь железная выдержка и категорическое непризнание слов девушки спасли мою репутацию и не нарушили планы. Я объяснил, каким образом моя рука оказалась в промежности больной и какого эффекта я добивался, направляя Ци из первой чакры в пятую. В качестве благодарности за спасение дочери, глава пообещал, что закроет глаза на случившееся, но тут же потребовал, чтобы я защитил её честь и взял в жены. С моим уровнем культивации я точно смогу её защитить. Это стало обязательным условием для возвращения Линь Эр на родину.

Новость, конечно, зашибись. Если не женюсь на молодой госпоже о скором путешествии на запад можно было забыть. Глава Тан пустился в бега на другой конец света не просто так. Дома его атаковали убийцы и возвращение на западный материк могло спровоцировать повторное нападение. Глава даже не знал, кому перешел дорогу. Если я соглашусь защищать его дочь, мужчина обещал подумать о возвращении. Я в очередной раз пожалел, что истребил клан Фу. Прости Вилайлай, мне придется принять предложение главы, чтобы обеспечить нам безопасное будущее.

Глава 15 Морская беседа

Давно в мрачном поместье клана Тан не слышали звонкого девичьего смеха. Глава и его единственная выжившая после покушения дочь несколько месяцев лежали в своих покоях неподвижно, словно покойники. Слуги ходили по коридорам и внутреннему двору на цыпочках. Им запрещалось громко разговаривать, греметь посудой и двигать мебель, а за смех или неуместную улыбку в тревожные для клана времена нарушивших тишину слуг нещадно пороли розгами.

И вот около месяца назад с того света вернулся уважаемый всеми господин, но по-настоящему счастье вернулось в дом, когда слуги услышали счастливый смех молодой госпожи. Девица Тан сильно разгневалась, когда пришла в себя и увидела подле незнакомого юношу, касающегося её полуобнаженного тела своей бесстыдной рукой, но когда явился отец и прояснил ситуацию, очнувшаяся от долгого сна барышня сменила гнев на милость.

Старейшины подтвердили, что принятый за насильника юноша совсем не желал ей зла, наоборот, он крайне одаренный целитель и, буквально, вернул её из царства теней, когда все остальные лекари уже потеряли всякую надежду на спасение.

Оказавшись наедине с собой, девица вспомнила, какими приятными ощущениями сопровождалось её пробуждение. Пожалуй, ничего более яркого и восхитительного она не переживала за всю свою прежнюю жизнь. Одно воспоминание о произошедшем поднимало настроение и тогда девушка залилась смехом, разнесшимся по всему поместью.

* * *

— Глава, вы уверены? — во второй раз спросил первый старейшина, настаивая на поспешности принятого решения.

— Я уже все решил. Мастер Лайт дал согласие и я не отступлю от своих слов.

— Но принцесса Юй ещё слишком молода. Вы обещали Небесному Императору, что позаботитесь о его дочери до совершеннолетия. Если она вернется во дворец едва ей исполнится шестнадцать да ещё в сопровождении незнакомца, не посчитает ли он, что вы не выполнили взятый на себя обет?

— Я и так потерял любимую супругу и двух сыновей, долгие годы с риском для дорогих мне людей защищая проклятую принцессу. Я мог бы отослать её в глухое, горное селение далеко на севере и явиться за ней к совершеннолетию, но я окружил её любовью и заботой, растил, как свою собственную дочь. Если Небесный Император спросит свою дочь, как ей жилось все эти годы, уверен, она скажет, что была счастлива. Я рискнул всем ради неё! Сколько ещё жертв я должен принести, чтобы выполнить данную когда-то клятву? Вы считаете, что я мало заплатил за свою верность?

— Нет, нет, глава. Ваши жертвы огромны, но до совершеннолетия принцессы Юй Си осталось всего несколько месяцев. Не лучше ли дождаться наступления этой даты и тогда отправить её к отцу? Вы могли бы…

— Хватит! Я уже всё продумал. Невероятная удача улыбнулась нам, когда явился этот юноша. Вы считаете, что мы должны упускать удачу, отказываясь от щедрых даров судьбы, лишь бы совершеннолетие принцессы состоялось на наших глазах? Передавая принцессу в руки мастеру Лайту, делая их законными супругами, я убиваю сразу трех зайцев! Мой обет служения Небесному Императору завершается. Я был ей отцом, Лайт станет надежным мужем. Вы сами говорили, что он — сильнейший боевой мастер из всех, что вам доводилось видеть в столь юном возрасте. Возможно, он даже достигнет истинного бессмертия и станет новым Небесным Императором Империи Юй. Кто, как не он является лучшей защитой для принцессы на западном континенте?

— Глава, но разве вы не опасаетесь, что принцесса выкинет какой-нибудь фокус, когда узнает, что вы не являетесь её родным отцом? Она может не захотеть возвращаться в Императорский дворец, тем более, там теперь правит её младший, сводный брат Юй Цуфуй. Не лучше бы нам оставить принцессу в клане Тан ещё на год, а затем сопроводить во дворец с крупным отрядом телохранителей. Вам не тревожно отпускать её одну, всё же вы растили её, как собственную дочь с четырех лет. Она уже не помнит прошлой жизни и своих настоящих родителей. Глава…

— Довольно, Первый старейшина. Я знаю, что все вы старательно заботились о принцессе все эти годы и не хотите с ней расставаться. Я и сам печалюсь при мысли об этом, но взвесив все "за" и "против", я понимаю, что лучшего способа выполнить свой долг перед Небесным Императором у меня нет. Небеса послали нам прекрасного юношу, сильного, смелого, не по годам мудрого. В столь юном возрасте он достиг потрясающего воображение предела Духовных врат. Есть ли в клане Тан хоть кто-то, кто мог бы потягаться с ним в культивации и боевом мастерстве?

— Нет, таких нет, — быстро согласились старики.

— Конечно нет! Нам всем это хорошо известно. Лайт желает попасть на западный континент и оказаться в Императорском дворце, в котором скрыт тайный проход в опасный мир наших предков. Принцессе также нужно к весне следующего года вернуться в родительский дом. Да, свое шестнадцатилетие она встретит в пути, но по факту, обет клана Тан не нарушен. А что до того, что принцессу Юй Си будет сопровождать недавний незнакомец, так это даже лучше. Убийцы знают наши лица и терпеливо ждут нашего появления во всех западных портах, а вместо людей клана Тан в западные земли проникнет неприметная влюбленная пара.

— А как же целомудрие принцессы? Вы готовы рискнуть её честью и достоинством, отправляя в путь с юношей. Что если…

— Вы забыли? Если бы не он, ни я, ни принцесса Юй Си никогда бы не очнулись от вечного сна. Мы обязаны ему всем, а не только помощью в путешествии на западный континент. Если ему очень нужно отправиться туда в ближайшее время, значит, так тому и быть. Мастер Лайт не какой-то мальчишка из подворотни. Он принц целой страны и знает, что такое честь и достоинство. Уверен, он не позволит себе распускать руки до совершеннолетия принцессы, тем более, она старше его на три с половиной года. Она для него как старшая сестра. Всё будет хорошо. Вы доверитесь ему или хотите сами сопровождать принцессу в этом путешествии?

Желающих рискнуть жизнью не нашлось. Как бы старейшины не любили озорную принцессу Юй Си, каждый из них понес потери в собственной ветви семьи, лишился сыновей и внуков, когда приходилось годами скрываться от наемных убийц, желающих устранить принцессу по приказу её злобной мачехи. Отправка принцессы Юй в обществе всего одного телохранителя действительно даст ей большую маскировку, чем очередная попытка укрыться от глаз убийц за спинами членов семьи Тан.

После долгого обсуждения настал самый тяжелый момент собрания. Нужно было сообщить принцессе о её истинном происхождении и необходимости предстать перед членами родительской семьи и новым императором, коим является её сводный брат.

Принцесса Юй Си на удивление спокойно приняла шокирующую новость. Она объявила, что всегда ощущала, что старшие братья и госпожа Тан относились к ней не так, как к члену родной семьи, а словно они её слуги, слишком уважительно и бережливо. Она поблагодарила приемного отца и четырех дедушек за искреннюю любовь и заботу, но признать тринадцатилетнего юношу своим законным супругом отказалась.

— Во-первых, он намного младше меня! — капризно заявила девушка.

— Во-вторых, выступив в качестве моего лекаря, он видел меня в таком непристойном виде, что уже никогда не сможет уважать и полюбить.

— В-третьих, я не испытываю к нему никаких чувств.

— В-четвертых…

— Дочь моя! Ваше Высочество, простите за дерзость, я так привык звать вас своей дочерью.

— Говорите, приемный отец.

— Вы правы, Ваше Высочество, жених действительно младше вас, но столь же благороден и неимоверно силен. Лайт — наследный принц Королевства Тарт, что находится за тысячи ли отсюда. Только представьте, он проделал такой огромный путь, чтобы разыскать вас на юге этого небольшого королевства, прибыл за миг до вашей неминуемой смерти и вырвал из лап неизлечимой болезни. Принцесса, разве это не знак свыше? Разве это не воля Небес?

— Вы правы, отец, мастер Лайт действительно достойный юноша, но почему вы хотите сделать его моим супругом? Раз вы не мой родной отец, то не можете приказывать мне, за кого выходить замуж. Если принц Лайт сам того желает, пусть сопровождает меня в императорский дворец, но в качестве верного слуги и защитника. Мне не обязательно становиться его супругой, чтобы путешествовать вместе.

— К сожалению, Ваше Высочество, в этот раз в дальний и опасный путь вы отправитесь лишь в сопровождении слуг и мастера Лайта. Он намного сильнее всех, кого я могу выделить вам в качестве охраны. Если он пожелает, то…

— Вы хотите сказать, что если принц пожелает возлежать со мной, то никто не сможет его остановить?

— Именно так. Принц Лайт мудр, силен и благороден, но даже благородные мужи иногда сбиваются с пути. Особенно, когда влюбляются в прекрасную деву. Иногда чувства диктуют нам, что делать, а не мы им. Я беспокоюсь о вашем достоинстве. Если вы с принцем станете супругами, то сможете избегать постели, пока вы не станете совершеннолетней. Возможно, когда ваш нынешний супруг доставит вас во дворец, Император сам назначит вам нового супруга. Если не будет инициации, то ваш брак не будет скреплен на Небесах. Оставаясь невинной, вы сможете без осуждения выйти замуж во второй раз, по воле императора или зову вашего собственного сердца. Пути судьбы скрыты. Мы никогда не знаем, куда она нас приведет.

— А если принца Лайта не остановит тот факт, что я ещё несовершеннолетняя? Он не принадлежит к народам западного континента, не знает наших традиций. Вы сами сказали, что если он захочет мной овладеть, никто не сможет ему помешать. Вы не боитесь, что…

— После того, как вернулся с того света, я уже ничего не боюсь, Ваше Высочество, — признался глава Тан, — а также я стал ярче видеть знаки Небес. Моё и ваше спасение, принцесса Юй — настоящее чудо. Я готов доверить вас нашему спасителю, ведь он сам сказал, что желает отправиться на западный континент. Что ему там делать, если не защищать вас до того момента, как вы войдете в Императорский дворец? Я верю, что Лайт — посланник Небес и только ему под силу доставить вас к отцу живой и невредимой.

* * *

На словах затея звучала неплохо и вполне безобидно. Короткая и скромная церемония брака состоялась за день до отбытия корабля. Крупное и неповоротливое судно нуждалось в большой команде моряков для слаженного управления парусами и рулем. Вместе с принцессой Империи Юй и наследным принцем, а по факту, отказавшимся от трона королем Тарта на запад отплыла команда из шестидесяти матросов, небольшой группы морских офицеров и ещё двадцать человек прислуги.

Заняться на корабле особо нечем и уже вечером первого дня пути принцесса явилась к супругу для беседы в окружении шести служанок. Мы распили по чашке чая, просто приглядываясь друг к другу и даже не начав обсуждать что-либо стоящее, услышали крики: "Пираты!" Принцесса подскочила в панике на ноги, желая бежать и спрятаться в своих покоях, но я решительно и даже немного грубо остановил её, крепко схватив за запястье. Не знаю, почему я сказал именно так, но вышло как заигрывание:

— Жена моя, нигде в этом мире тебе не будет так безопасно, как рядом со мной.

Она густо покраснела, кивнула и спряталась за моей спиной. Служанки не посмели покинуть госпожу и с ужасом в глазах дожидались, когда свора пиратов ворвется на первую пассажирскую палубу. Мне пришлось отправить одну из них за остальной прислугой корабля. Вскоре вся женская часть прислуги и последовавшие за ними мужчины с кухни явились передо мной с поклоном, и получив разрешение остаться под моей защитой, разбежались по углам просторной каюты. Проявить милосердие всегда приятно. Люблю защищать слабых.

Я мог бы помочь и матросам, сам выскочить на верхнюю палубу, и активно мешать пиратам перебираться на неповоротливое судно, но прекрасно понимал, что в первую очередь пираты рассчитывали получить на корабле золото и женщин, а все это сейчас находилось в моей каюте. Решил встретить врага, как принц, без лишней беготни.

Моя жёнушка, неожиданно оказавшаяся самой настоящей Императорской принцессой, пришла чтобы познакомиться с мужем поближе в неторопливой, светской беседе. Бой с пиратами пройдет на её глазах и расскажет обо мне куда больше, чем тысяча слов.

Глава 16 Чакромания

Я готов был уничтожить любое количество пиратов. Морально готовился опять искупаться в чужой крови, но время шло, а захватчики не появлялись. Затянувшееся ожидание начало утомлять. Беспорядочный топот ног, крики и лязганье металла на верхней палубе стихло, а на пассажирский ярус так никто и не спустился.

Похоже, я слишком переоценил пиратскую угрозу. Капитана корабля с первой ступенью серебра и двух его помощников с девятым уровнем концентрации Ци вполне хватило, чтобы откинуть многочисленного и слабого врага назад и без моего вмешательства. Духовное восприятие позволяло ощущать, что капитан и его заместители, как самые яркие в охватываемом пространстве излучатели ауры концентрированной энергии Ци, живы и здоровы.

Прибывших с западного континента матросов с более низким уровнем концентрации я чувствовал гораздо слабее, но и среди них, похоже, обошлось почти без потерь. Странно всё это. Как пираты решились напасть, уже имея представление, что западные "маги" намного сильнее местных и в одиночку способны уничтожить небольшой отряд головорезов, причем, голыми руками. Вряд ли произошло массовое помешательство, так что же вынудило трусоватых морских грабителей атаковать, фактически, совершить самоубийство? Разве что их…

Вскоре моя догадка подтвердилась. Их заставили. Заставил тот, кто мог заставить. О том, что пираты пошли на смерть, так как у них не было выбора, подтвердило внезапное явление двух действительно сильных противников. Поле восприятия Ци всколыхнулось от вторжения новой, могучей ауры. Я даже вздрогнул от неожиданности и накатившего испуга. Впопыхах скрыл свою ауру, но наверняка было уже поздно. Главный противник сильнее меня, обладает более широким полем восприятия и должен был обнаружить мою ауру раньше, чем я его.

Даже не так. Скорее всего он явился сюда именно потому, что уже обнаружил меня, и стало очевидно, что без его помощи корабль не захватить. На верхнюю палубу со стороны кормы пожаловал вражеский босс и ещё два незнакомца с развитой духовной аурой. Один спутник достиг средней ступени золотого ранга и его аура показалась мне знакомой, а второй обладал лишь второй ступенью серебра. Почти молодой мастер. На фоне подавляющей мощи предводителя его спутники меркли, как слабое пламя свечи в лучах палящего, полуденного светила.

Теперь ясно. Первая волна нападавших была лишь приманкой, чтобы выманить на верхнюю палубу сильных бойцов. Дальше начнется самое интересное и опасное. Мне придется выйти на открытое пространство, отделиться от пассажиров, которых я собирался защищать, чтобы они не пострадали от опасных боевых техник моего противника. Некоторые мои атаки также могут представлять для них угрозу. Боюсь, как бы корабль не ушел на дно от повреждений, если мне придется драться в полную силу.

По спине пробежал неприятный холодок. Босс пиратов вывел меня из равновесия. Первый противник с орихалковым рангом. Правда, только первая ступень, но если между мастерами золотого ранга разница в силе на двух соседних ступенях условно отличается в десять раз, то между пятой ступенью золота и орихалковым рангом она куда больше. Настоящая пропасть. Осознать это я смог лишь сам преодолев эту грань не одну сотню раз.

Мастер золотого ранга в совершенстве овладевает внутренними потоками Ци и создает на их основе сложные духовные построения, но по сравнению с орихалком это всё ещё детские игры. Даос, постигший Фиолетовую пустоту, зарождает в себе истинное сознание бога и больше не является человеком по сути. Его восприятие значительно усиливается и ускоряется. В случае опасности он может сознательно замедлять время, чтобы успеть вовремя среагировать на вражескую атаку. Для окружающих он двигается так быстро, что становится невидимым и это без применения теневых техник или техник ускорения, на одной лишь скорости управления Ци, а с продвинутыми техниками его перемещение и вовсе невозможно уловить.

Хотя, ради справедливости надо отметить, что так эффективно бонусы Фиолетовой пустоты во время моего пребывания в Землях Богов научился использовать только я. Достойных противников, способных комбинировать и по максимуму реализовывать открывающиеся возможности я не встречал. Кроме пафосных поз и высокомерных угроз, обладатели орихалкового ранга в бою не успевали меня ничем удивить. Страх быть поверженным и откинутым в начало нового цикла вынуждал меня наносить превентивные удары, и зачастую я выходил победителем из схватки, так и не получив никакой ответки. Успешная атака на опережение на таком уровне силы почти гарантировала победу, поэтому обязательная разведка, повышение чувствительности и дальности восприятия выходили на первое место.

Однако, даже обнаружив сильного противника не стоило впадать в панику. Главарь бандитов может оказаться как неимоверно сильным, так и ничтожно слабым противником. Все зависит от его самомнения, уверенности в личном превосходстве и могуществе. Недооценит меня — проиграет, но все равно нужно было готовиться к худшему, и чтобы успокоиться, я налег на уже разлитый по чашкам чай. Залпом выпил свой, затем принцессы Юй Си и также не побрезговал выпить остатки из общего чайничка. Хотелось взбодриться. "Ух, хорошо! Без паники. Спокойствие, только спокойствие!" — как мантру, мысленно повторял я, настраиваясь на предстоящий бой.

— Мастер Лайт, что вы делаете? — наблюдая за моим странным поведением, изумилась принцесса.

— Готовлюсь к встрече с главарём пиратов. Боюсь, принцесса Юй, мне придется вас покинуть, враг очень силен, вы можете пострадать, если во время схватки окажетесь рядом со мной.

— Он не посмеет мне навредить! — самоуверенно заявила девушка, — Я — наследная принцесса Великой Империи Юй, дочь Небесного Императора! Приказываю вам не вступать в бой. Слышите? Это приказ. Не действуйте, пока мне действительно не будет угрожать опасность. Я сама со всем разберусь. Хочу выслушать его требования и затем решу, как нам поступить. Возможно, им нужно лишь золото, а из страха перед Небесным Императором они и вовсе отступят.

— Точно, я скажу, что являюсь его наследницей и любимой дочерью, — стукнув кулачком в ладошку, размышляя вслух, пробормотала себе под нос принцесса Юй Си.

Она желала продемонстрировать свой высокий статус, смелость и независимость. Я мало верил в успех переговоров, но принцесса не желала меня слушать и настаивала на своем. Для разведки обстановки она отправила на верхнюю палубу свою самую приближенную служанку. Через две минуты после её ухода на пассажирскую палубу в спешке спустился один из помощников капитана. Первым делом он направился к дверям каюты принцессы, но не застав никого у входа, громко постучал в дверь. Не дождавшись никакого ответа, молодой мужчина заглянул внутрь, после чего поспешил к моей двери. Широко распахнув её и отыскав глазами Её Высочество, он облегченно выдохнул и громко объявил:

— Молодая госпожа Тан, капитан просит вас как можно скорее подняться на мостик.

— Что происходит? Говорите! Почему не вернулась моя слуга? — не дожидаясь встречи с капитаном, потребовала немедленных объяснений девушка, жестом показывая служанкам в углу следовать за ней.

— Госпожа, корабль захвачен и перешёл в полное распоряжение клана Фу. Капитан уже отдал приказ следовать в ближайший порт Баркады.

— Что?! Клан Фу? Как клан Фу посмел нас атаковать? Что они себе позволяют!

Покраснев от гнева, в окружении служанок принцесса Юй Си с гордо поднятой головой решительно направилась на верхнюю палубу. Мне пришлось последовать за ней и бегущим впереди всех помощником капитана, чтобы вовремя прийти на помощь в случае опасности. Я долго и старательно выхаживал Тан Линь Эр из-за её сходства с моей прошлой возлюбленной, но чем больше видел проявления копии, тем сильнее убеждался, что между ними нет ничего общего. Это совсем другой человек или в одной из параллельных реальностей Земель Богов жизненные обстоятельства коренным образом изменили её характер. Так или иначе, нежные чувства, что вызывала во мне её внешность, не находили отклика в холодных глазах девушки передо мной. Также не ожидал, что местные недобитки клана Фу все ещё так сильны, чтобы подчинить себе команду корабля южных пиратов и с их помощью они попытаются отобрать корабль у клана Тан. Если верить словам главы Тан, то эти кланы не враги. По крайней мере до этого момента были в хороших отношениях. Что же произошло?

* * *

Я готовился к разговору на повышенных тонах, взаимным обвинениям, а вместо этого услышал подчеркнуто вежливое общение двух откровенно льстящих друг другу собеседников.

Думал, жизнь капитана Гэ и его команды в опасности, висит на волоске, но нет, он не был жестоко избит и даже связан, а ожидал прибытия госпожи, спокойно попивая чаек, за соседним столом с недавно атаковавшими нас врагами. Когда появилась Юй Си, он тут же подскочил на ноги, дистанцируясь от собеседника в центре, склонился и изобразил тревожное выражение лица.

— Госпожа, уважаемый предок клана Фу, господин Фу Чень Мин и его спутники настаивают, что клан Тан незаконно присвоил себе их собственность. Уважаемый предок не смог это стерпеть и силой вернул своему клану то, что принадлежит ему по праву.

— О какой собственности вы говорите, капитан Гэ?

— Этот корабль. Клан Тан взял его в аренду у клана Фу на три года, но так и не выплатил за использование ни одной золотой монеты.

— Это ложь, — с трудом сдержав гневный тон, сказала девушка, стиснула свои кулачки и проследовав ближе к столу, встав прямо напротив сидевшего в изголовье старика, заявила:

— Уважаемый предок Фу, я требую справедливости. Вы не пожалеете о своих лживых заявлениях представ перед императорским судом? Отец, вернее, глава клана Тан отдал за этот корабль своё поместье и крупные охотничьи угодья у подножья северных гор. Поместье отошло клану Фу вместе со всеми слугами. Оно и земли вокруг стоили куда больше этого ветхого судна. Слова об аренде — также полнейшая ложь. Клан Тан купил корабль, что отражено в договоре и заверено печатями глав кланов. Ваши претензии возмутительны!

— Возмутительны или нет, но вам придется подчиниться. У вас нет выбора, — косо ухмыляясь, отмахнулся седовласый старик-обладатель орихалкового ранга.

Его невысокий спутник, сидевший чуть в стороне по правую руку, попытался смягчить бескомпромиссную фразу. Стягивая с головы капюшон он примирительно добавил:

— Молодая госпожа Тан, вы очень похорошели с тех пор, когда я видел вас в прошлый раз. Как же летят годы. Я видел вас ещё крикливой крохой на руках у вашей матери, а теперь вы выросли настоящей красавицей. Не знаю, о каком договоре вы говорите, но клан Фу никогда не получал в свое пользование усадьбу и охотничьи угодья. Я — пятый старейшина клана Фу и такая крупная сделка не прошла бы мимо моих ушей, но я впервые об этом слышу. Вы уверены, что тот, кто вам об этом сообщил, сказал правду?

— Вы нагло лжете, старейшина Фу. Лжете даже там, где мне легко схватить вас за руку. Вы никак не могли видеть меня младенцем на руках старшей госпожи Тан, так как я на самом деле не её дочь. Я не молодая госпожа клана придворных лекарей и алхимиков Тан, а скрывавшаяся в этой семье старшая дочь Небесного Императора и его любимой наложницы, принцесса Империи Юй, Юй Си Фан Тин Шоу Сюань. Вы, и даже ваш уважаемый предок обязаны преклонить передо мной колени!

Заявление девушки произвело эффект разорвавшейся бомбы. У сидящих вокруг стола мужчин отвалились челюсти. Да и прислуга не ожидала, что перед ними особа Императорской крови. Предок встал из-за стола, обошел его по кругу и встал перед девушкой на одной колено. Его примеру последовали и двое спутников, одним из которых после снятия капюшона скрывающего лицо оказался тот старик, которого я пощадил на севере Тарта. Так вот почему его аура показалась мне знакомой, и я не встретил его в Пагоде духа! Он покинул Тарт не так быстро, как я, и оказался у меня за спиной. Тем временем предок клана Фу принялся приносить извинения и клясться в верности императорскому дворцу.

— Поверьте, Ваше Высочество, клан воинов Фу всегда был и будет верен Небесному Императору и сделает всё, чтобы послужить его законной наследнице.

— Рада это слышать, уважаемый предок Фу. Я не забуду о вашей услуге, и обязательно похлопочу за вас перед отцом, если вы будете сопровождать меня на обратном пути во дворец. Именно туда я сейчас и направляюсь. А теперь отвечайте, почему вы напали на корабль клана Тан, прикрываясь нелепой ложью?

— Прошу прощения, Ваше Высочество, — низко склонив голову, пробормотал старик себе под нос, но не смог придумать ничего в свою защиту.

— Я не слышу.

— Прошу прощения, принцесса Юй. Вы правы, я совершил ошибку, угрозами и обманом пытался отобрать корабль клана Тан, но только…

— Что "только"?

— Не гневайтесь, Ваше Высочество. Сейчас клан воинов Фу переживает не лучшие времена. Мы всегда верно служили Небесному Императору, но в том году, когда на него совершили покушение и он был смертельно ранен, наше положение при дворце и в столице пошатнулось. Коварная наложница Цай вступила в сговор с евнухами, а через них с главами нескольких других могущественных кланов и они захватили власть во дворце. На трон усадили вашего младшего сводного брата. Кланы Фу, Тан и Линь попытались воспрепятствовать сговору и спасти Небесного Императора. Лекари смогли хитростью вынести его из личных покоев во дворце, затем исцелить, выходить и когда его жизни уже ничего не угрожало, он вернулся во дворец, но вместо того, чтобы обвинить свою наложницу в предательстве, он признал указом законность преемника и ушел в длительное уединение для самосовершенствования.

Его Императорское Высочество не стал защищать своих верных слуг и мы попали в немилость к регенту нового императора и коварной наложницы Цай. Клану Фу пришлось покинуть столицу и более десятилетия жить в глуши на восточном побережье, так как любые наши попытки наладить прибыльный бизнес, открыть шахту, своё производство или даже обычную торговлю в крупных городах Империи Юй грубо пресекались приказами регента. Нас просто выживали из страны, постоянно разоряя наши дома, убивая наших детей и слуг. Количество подосланных к главе и его сыновьям убийц не счесть.

— Довольно, предок Фу. Вы слишком углубились в прошлое. Как былые неудачи оправдывают совершенное вами преступление?

— Позвольте мне закончить, Ваше Высочество. Я уже почти подошел к сути, — попросил старик.

— Говорите.

— Клан Фу более десятилетия преследовали несчастья. Не только нейтральные кланы с запада империи, но и оказывавшие нам ранее поддержку и сочувствие на востоке, под гнетом угроз регента отвернулись от нас. Мы стали изгоями, с которыми никто не хотел иметь дела, хотя клан Тан в это время зарабатывал своими пилюлями и эликсирами, как и прежде. Нам же ничего не оставалось, как возвести верфи, собрать всё своё имущество, всех сильнейших боевых мастеров и отправиться в опаснейшее, морское путешествие на восток.

Мы достигли крупного успеха, смогли отыскать и укрепиться в новых землях. Несмотря на все прошлые неудачи, клан Фу собрал немалые богатства и добыл ценный товар на продажу, от которого в Империи Юй мало кто откажется, даже с учетом запрета вести дела с кланом Фу.

— Вы все ещё не назвали ни единой причины…

— Прошу прощения, Ваше Высочество, я должен был объяснить все подробно. Наши корабли достигли новых земель, мы смогли сломить сопротивление варваров. Даже без защиты и поддержки Небесного Императора у клана Фу появилась надежда на восстановление своих утраченных позиций в империи, но… Недавно я вышел из уединения в своём тайном убежище и с ужасом обнаружил, что весь мой клан, все мои потомки, что прибыли и остались на восточном континенте, беспощадно убиты какими-то мятежниками. Я совершенно обезумел от гнева, готов был всю эту страну сровнять с землей, найти и убить всех виновных. Я заставил заплатить правителя страны, лишил его всего, но не мог отыскать устроивших расправу мятежников, и их, сбежавшего из страны главаря.

— Кто же посмел бросить вызов могущественному клану Фу?

— К моему превеликому сожалению, я был слишком беспечен, Ваше Высочество. После множества легких побед на море и на суше, полного разгрома армии местного правителя я посчитал, что нет в этих землях никого, кто мог бы нам противостоять и позволил себе уйти в уединение чтобы восстановить все потраченные силы, но оказалось, на востоке также есть могущественные мастера пути бессмертия, которые ничем не уступают нашим. Я выяснил, что один из них и поднял мятеж в Баркаде. Сотни моих потомков погибли от его руки. Пагода духа разграблена и разрушена, и я не остановлюсь, пока не заставлю этого гадёныша расплатиться.

— Всего один боевой мастер смог нанести такой огромный ущерб целому клану Фу?! — искренне удивилась принцесса.

— Это правда. К сожалению, из-за моей оплошности в Пагоде духа не было в тот момент никого, кто бы мог оказать ему достойное сопротивление. Я остался в Баркаде за главного, но ушел в уединение, а три моих старших брата отплыли назад на западный континент с первой партией ценного груза.

— Насколько же боевые мастера с востока сильны? Они могут угрожать Империи Юй?

— Пятый старейшина Фу Чень Шен осуществил далекое путешествие на восток и столкнулся всего с одним из них. В схватке с ним он вышел победителем, но потерял своего сильнейшего ученика.

Вранье отпущенного мной живым старика позабавило меня. Он, оказывается, меня победил. Ну-ну. Позор старику. Не смог честно признаться, что сдался без боя, да ещё и всю информацию про свою базу и клан выложил, лишь бы сохранить себе жизнь. Тем временем принцесса Юй Си вспомнила, что она вообще-то жертва нападения и опять вернула разговор в старое русло.

— Я очень опечалена известием, что уважаемый клан боевых мастеров Фу, бесконечно преданный моему отцу, подвергся нападению могущественного противника, но как это связано с тем, что вы решили напасть на корабль клана алхимиков Тан и требуете передать корабль в ваше распоряжение?

— Все дело в том, что нападению мятежников подверглись все хранилища ценного товара, кроме одного. Я хотел загрузить то, что удалось сохранить на последний, способный преодолеть опасные морские бури корабль и как можно скорее вернуться на нём на западный континент. Товар у меня скоропортящийся и постоянно существовал риск, что мятежники доберутся и до него. Я обязан отомстить за свой клан, но для этого нужно не только собрать всех сильнейших мастеров клана Фу, но также привлечь сильнейших союзников.

Их услуги стоят дорого, поэтому я планировал расплатиться с ними частью товара, а что-то оставить и себе. Я был уверен, что с учетом нашей старой дружбы, старейшины клана Тан согласятся отдать мне единственный, способный доставить ценный груз корабль, даже готов был поделиться его частью, но пришедший недавно в себя после долгой болезни глава клана Тан категорически отказался сотрудничать.

Он сказал, что ничем не может помочь, у него на этот корабль есть свои планы. Он не оставил мне выбора. Я не желал вредить клану Тан и возвратил бы ему судно сразу после рейда на запад. Разумеется, возместив неудобства достойной компенсацией. Ваше Высочество, вот чем я оправдываю свой поступок. Конечно же этот корабль законно принадлежит клану Тан и все претензии о его возврате несправедливы. Мне очень стыдно за свою ложь. Я пытался обмануть вас, не зная, с кем имею дело. Однако, капитан Гэ мне сообщил, что вы также направляетесь на западный континент, так почему бы нам не забыть все обиды и не отправиться туда вместе? Я клянусь, что буду защищать вас от всех врагов, даже ценой своей жизни. Прошу, Ваше Высочество, позвольте мне переправить мой ценный груз через море и собрать мастеров, чтобы отомстить за погибших потомков!

Выкрикнув последнюю фразу старик оказал дополнительное психологическое давление, склонившись до земли и коснувшись лбом пальцев девушки. Она и так чувствовала себя неловко, что перед ней кланяется человек гораздо более старший по возрасту и не кто-нибудь, а уважаемый предок могущественного клана боевых мастеров Фу. Разумеется, после такого она не смогла отказать и согласилась взять попутчиков и их груз, хотя, как вскоре стало известно, этим грузом была сотня рабынь очень юного возраста. Некоторые рабыни оказались младше несовершеннолетней принцессы на несколько лет.

Было забавно видеть её удрученное лицо, когда угрюмые и измученные долгим заточением малолетние пленницы, связанные одной длинной веревкой за кисти рук, вереницей загружались в грузовой трюм корабля. Я не спешил вмешиваться, так как на ночь мы должны были задержаться в порту, и я ждал, когда совесть принцессы проснется и она попросит меня освободить несчастных.

Так и не дождался. Как бы ей не было жалко несчастных ровесниц, идти наперекор уважаемому предку Фу она не посмела. Как ни крути, а его авторитет боевого мастера и обещание защиты выглядело куда более весомым, чем моё. Мне так и не подвернулся шанс показать ей свою силу в бою с пиратами, а во время ночной операции по освобождению рабов, я выбил дух из охранявшего их Фу Чень Шена и третьего, слабого паренька без свидетелей.

Утром, когда стало известно о бегстве "товара" и смерти спутников, я наслаждался почерневшим от злости лицом предка Фу. Он не выглядел, как опытный боец. Скорее всего он сражался в последний раз в полную силу лет пятьдесят назад, а сейчас больше напоминал ожившую мумию, обтянутый кожей скелет. Так не должен выглядеть мудрый культиватор на орихалковом ранге. Похоже, его годы были сочтены. Только очень редкие и дорогие пилюли способны продлить его жизнь ещё на десяток лет. Того и гляди, умрет прямо во время неспешной прогулки по причалу, но эта немощность была обманчива. Сам предок был очень хитер и пользовался своим иссохшимся видом для усыпления бдительности противников. Я понял это, наблюдая за ним с высокого борта стоящего в гавани корабля.

Выбравшись на верхнюю палубу, предок Фу поднял шум, обвинив в мятеже и убийстве его спутников членов корабельной команды и личную охрану принцессы, то есть меня. Принцесса отвергла все обвинения, но старик не желал ничего слушать. Он потребовал головы — мою и капитана Гэ и тогда он ещё подумает пощадить ли остальных.

Пришло время моего выхода. Я хотел покрасоваться перед принцессой, но чтобы убийство старичка и его спутников не выглядело, как злодеяние я рассказал о причине своего поступка. Не стал скрывать свою причастность и громко, во всеуслышание заявил, что не только убил охрану свежего "товара" клана Фу и самолично выпустил пленниц на волю, но также являюсь тем самым главарём мятежников, которого предок так долго и безуспешно разыскивал. Сказал всё и самое главное, что клан Фу устроил в Баркаде геноцид местного населения, они — преступники, бесчеловечные подонки, которых справедливо всех вырезать под корень. Как принц Тарта, я обладаю полнотой власти, как для вынесения обвинительного приговора, так и силой для приведения его в исполнение.

Даже если я лично не видел, чтобы старик насиловал и незаконно угонял в рабство подростков и женщин чужой страны, как один из глав клана Фу, как уважаемый предок, он не мог не знать, что творится у него под носом. А раз он знал и не вмешался, не пресек преступления своих ближайших родственников и дальних потомков, то виновен не меньше их.

— Я догадывался, что это ты, щенок! Описание полностью совпадает. Сейчас ты мне ответишь за всех, кого убил, — с трудом выслушав обвинения, с пеной у рта выкрикнул старик.

Я физически почувствовал, как воздух вокруг меня уплотняется. Знакомый трюк. По уровню владения Ци мне со стариком не тягаться, но в грубой силе я ему не уступаю. Не позволяя сковать себя в "Клетке духа", особой технике, превращающей мою собственную энергию Ци в мертвую, неуправляемую, бесполезную субстанцию, я рванул с места вперед и вправо от старика, затем сделал обманный отскок в тень влево и затем вправо, на секунду замерев на месте, чтобы понять, "клетка" всё ещё на мне или я смог выйти за её границы. Смог. Дальше последовала техника семи смертельных касаний.

Я молниеносно сблизился со стариком и ударно-пальцевой техникой активировал несколько точек на его груди и спине, которые временно блокировали применение внешнего круга Ци в качестве универсального щита против любых духовных атак. Без этой подготовки дальнейший бой мог длиться часами и закончиться моим поражением.

— Бесполезно! — выкрикнул старик и резко отшвырнул меня волной энергии, сравнимой по силе с несущимся на полной скорости локомотивом.

Даже с полной активацией кругового щита Ци, меня сдуло с палубы, как высохший лист. Принцессу и капитана Гэ, стоявших в двадцати шагах позади также откинуло, но только к перилам. Существенного урона они не получили, так как подобная атака создана и применяется с максимальной эффективностью именно против сильного противника на близком расстоянии, даньтань которого заполнен огромными объемами собственной Ци.

Будь я менее осторожным, то старик взорвал бы мой даньтань, детонировав его своей кодирующей энергию печатью. Сильный противник, ничего не скажешь. Плюхнувшись в море, я без промедления скрыл свою духовную ауру, имитируя гибель, поднырнул под дно судна и осторожно выбрался на верхнюю палубу по корпусу корабля с другой стороны, чтобы неожиданно нанести ответный удар.

Забавно, но предок Фу действительно посчитал, что разделался со мной своей последней атакой. Когда я подкрался сзади на расстояние молниеносного удара, он уже вовсю нахваливал своё могущество, а заодно выдал своё истинное отношение к Небесному Императору и его объявившейся дочери.

— Получил! Никто не может тягаться со мной. Небесный Император, будь и ты трижды проклят! Если бы не ты, я и мои потомки не познали бы столько горя. Ты предал нас, предал своих самых верных слуг и обрек на скитания и нищету. Я посажу твою дочку на цепь и притащу во дворец к наложнице Цай, как дикое животное, — кричал старик, празднуя свою победу.

В следующую секунду, сразу после моего стремительного удара ногой в прыжке, голова предка клана Фу отделилась от туловища и словно кочан капусты, покатилась по палубе к носу, перескочила через несколько невысоких преград на полу и в последнем прыжке отправилась исследовать морское дно, переметнувшись через борт. Я не рискнул испытывать удачу в ожидании, что ещё может выкинуть этот старик и атаковал коварно, сзади и без предупреждения.

У меня и так после его единственной атаки болели ребра и шатались все зубы. Меня словно сбил тот самый локомотив, но в легкой форме, по касательной. Я смог увернуться от лобового столкновения в самый последний миг и это спасло мне жизнь. Все же хорошо, что этот бой произошел не там, в открытом море, сразу после атаки пиратов.

Во-первых, трудно предсказать, как всё могло сложиться, не окажись я в сознании после оглушающей волны смерти. Мог бы не успеть среагировать, не скрыл бы ауру для введения противника в заблуждение и мне конец. Во-вторых, проявленное терпение позволило мне спасти ещё сотню несчастных пленниц, о судьбе которых я бы никогда не узнал, если бы мерзкий предок Фу сам не раскрыл местоположение скрытой тюрьмы.

В-третьих, отношение ко мне со стороны принцессы Юй Си тоже существенно изменилось. Она воспринимала меня, как довольно умелого целителя, но в моей силе и качествах надежного спутника уверилась только после боя с предком. Победить его — куда более убедительное доказательство моей огромной силы, чем истребление толпы слабых пиратов.

После этого инцидента дальнейшее путешествие на запад прошло в соответствии с планом. Команда и пассажиры корабля пережили несколько пугающих штормов, но сделанный на совесть корабль выдержал это суровое испытание.

Я довольно часто общался с принцессой. За пять месяцев путешествия мы неплохо так сдружились, но в один из дней за месяц до окончания плавания произошло нечто, что впервые утвердило нас в статусе супругов. На следующий день после своего совершеннолетия, красиво нарядившаяся девушка явилась в мою каюту в позднее, вечернее время и сообщила, что она готова. Готова узнать, что такое супружеская близость, и если это действительно приятно, наши ночные встречи могут стать регулярными.

У меня возникли сомнения, стоит ли сближаться с Юй Си или лучше хранить абсолютную верность Вилайлай, но представив себе, что ещё пятнадцать лет я должен буду соблюдать целибат, я откинул эту нравственную дилемму. Мои чувства к Длинноушке не изменятся, сколько бы женщин я не повстречал на жизненном пути, но потребности организма нельзя игнорировать. Чтобы не стать психом, лучше сбрасывать естественное напряжение, тем более, я уже женился на Юй Си и для неё я не просто случайный любовник, а настоящий муж.

Желая доставить принцессе, как две капли воды похожей на мою Тан Лань Эр, незабываемое удовольствие от первой брачной ночи, я использовал хорошо известную мне хитрость с повышением чувствительности некоторых интимных зон воздействием Ци. Кроме обычных касаний и поглаживаний, я применил "покалывающие" и "пронизывающие". И десяти минут не прошло, как скромная девица стонала на весь корабль, смущая команду и слуг.

Мне же было плевать, что кто подумает. Я путешествовал вместе с законной супругой, а то, что она громко демонстрирует свои приятные ощущения выглядело даже забавным. К сожалению, мои особые старания в постели дали несколько другой результат, чем я рассчитывал. Вскоре принцесса крепко подсела на телесные наслаждения и стала наведываться ко мне каждый вечер, настойчиво просить добавки, а к концу плавания её тяга к сексу смахивала на нимфоманию.

Вначале я редко ей отказывал, затем стал делать это чаще и жестче. Хороший секс кроме обоюдного влечения требует ещё и времени, внимания, душевных сил, и если на корабле этого времени было в избытке, то когда мы высадились на берег и двинулись на север, её постоянные предложения и спонтанные попытки заняться сексом на каждой остановке транспорта и прямо в повозке по пути, вынудили приструнить любвеобильную супругу.

Юй Си стала капризничать, дуться и грозить своим отцом. Дошло до того, что она стала угрожать неверностью, если законный муж отказывается по требованию радовать супругу. Принцесса добилась обратного результата. Я полностью лишил её ласк и не собирался их возобновлять, так как сам, если честно, уже малость задолбался. Секс хорош, когда его в меру, а кое-кто меры не знает.

Путешествие на север континента продлилось ещё три месяца и мы наконец достигли столицы. Поселившись в небольшой гостинице на окраине, я занялся сбором данных о местонахождении отца девушки и интересующего меня портала. Сделав несколько опасных вылазок во дворец Небесного Императора, я выяснил сразу две неприятные вещи. Первая — принцессу Юй Си никто во дворце не ждал. Её отец, Небесный Император, обладатель предела орихалкового ранга, примерно десять лет назад ушел в медитативное уединение. Он культивировал без остановки всё это время, надеясь достичь легендарного ранга и до сих пор не покинул уединение. Это могло означать, что желаемого результата он так и не достиг.

Вторая неприятная новость — в тайный проход, ведущий в другой мир, скрытый под дворцом нельзя проникать без ведома Небесного Императора. Ждать момента выхода из медитации мне не хотелось и я отправился в подземный проход самовольно. Входа то я достиг, и даже проник через него в другой мир, в пещеру, которую покрывали бескрайние джунгли, выросшие на месте руин древнего города, а вот назад вернуться, когда захотел не смог.

Ситуация почти такая же, как с односторонним порталом, но только в этот раз путь мне преграждала рукотворная духовная печать. Изучая её в течение месяца, я понял, что пропустит она меня назад лишь по достижении легендарного ранга.

Осознание новой информации заставило меня впасть в депрессию. Разведчик хренов! И далась мне эта пещера? Я легко достигал новых ступеней Фиолетовой пустоты в Землях Богов, лишь благодаря помощи уникальных нефритовых табличек. Если ничего подобного здесь не обнаружу, то только пика орихалкового ранга могу достигать сотни лет. Мой первый учитель потратил на этот путь четыреста и это с очень мудрым учителем! Я могу и вовсе не справиться. Не сиделось мне на месте, а как же теперь Вилайлай? Именно то, что появившись в прошлом мире, вспомнив обо мне, Вилайлай окажется там одна, заставило меня испробовать всё, чтобы попытаться вернуться.

Печать телепортации при попытке перемещаться между мирами не срабатывала, нужно было разбираться, как она вообще определяет и устанавливает координаты, если основным ориентиром является зрительный якорёк. Покинув пещеру, я долго блуждал по горной долине, пока не обнаружил на склоне горы скромное, пещерное жилище какого-то отшельника.

Самое поразительное, что им оказался Небесный Император Великой Империи Юй. Невысокий, спокойный мужчина в потертых обносках, с сединой в висках, был очень рад увидеть первого живого собеседника. Он стал таким же заложником печати, как и я. Когда он вошел сюда, её не было, а спустя полгода или около того, она неожиданно появилась и если вначале она не сильно его беспокоила, он надеялся найти способ её снять, когда станет легендарным, то в последние несколько лет она стала поводом для постоянного беспокойства.

Мужчина потерял покой и сон, опасаясь, что не сможет вернуться. Это сказалось на его успехах в культивации. Преодоление порога между рангами стало непосильной задачей. Я успокоил его, объяснив, что печать пропустит мастера легендарного ранга, ему нужно сконцентрироваться на достижении результата и он свободен.

Конечно пришлось рассказать и о себе и его достигшей совершеннолетия дочери Юй Си. Я не стал скрывать, что по просьбе главы Тан согласился стать её мужем и с риском для жизни охранял её в опасном пути, но интимные подробности нашего путешествия по понятным причинам опустил.

Рассказал все что знал о преследовании клана Тан и их чудесном спасении в безопасном жилище на другом материке. Много чего рассказал, но мужчина желал слушать мои рассказы бесконечно. В итоге, мне пришлось его покинуть и отправиться на поиски других людей, магических зверей и известных мне по Землям Богов трав, чтобы заняться алхимией.

Никогда бы не подумал, что вернувшись в стартовую долину телепортацией спустя четырнадцать лет, одетый с иголочки, с пространственными кольцами на каждом пальце забитыми до отказа чудодейственными пилюлями, редким оружием, нефритовыми табличками, которые просто некуда было пихать и целой горой других духовных сокровищ, уже на пике легендарного ранга, я застану покинутого мной Небесного Императора на том же уровне совершенствования, на котором он находился в момент нашего расставания.

Нет. Он даже немного деградировал, растратив весь накопленный потенциал пятой ступени на поддержание своей жизни в совершенно безжизненной и безводной, горной долине. Она выглядела пустынной, очень сухой и бесплодной. Здесь явно бушевал пожар и не один, но мужчина продолжал жить в своей пещере, так и не покинув пределы долины. Теперь он выглядел намного, намного хуже. Сильно постарел. Не осталось ни одного темного волоса на голове, лицо осунулось, глаза впали и наполнились отчаянием. Он даже не узнал меня, когда увидел, так как посетил я его в прошлый раз подростком, а вернулся уже мужчиной.

Самому стыдно об этом вспоминать, но мне пришлось сломать культивацию золотого ранга, чтобы дать телу вырасти до половозрелого состояния. Старая система закрепила бы мой детский вид на века. Пришлось очень болезненно обнулить все достижения, чтобы изменить сам принцип совершенствования, открыть все закрытые каналы и чакры. Хороший учитель и нефритовые таблички открыли мне глаза на все прошлые заблуждения и ошибки.

Неважно, сколько каналов, сколько меридианов, если не открыты чакры с шестой по двенадцатую, все совершенствование будет напоминать бессмысленный бег по кругу. Только открыв все чакры, можно по-настоящему ощутить, осознать суть совершенствования. По сути, подключая от ранга к рангу все более высокие чакры, я расширяю питающий и обменный каналы, повышаю частоту вибрации, как процессор компьютера, повышаю скорость всех ментальных операций, базовое восприятие в покое достигает не жалких сто шагов, а планетарного уровня.

Рискнув разрушить старую систему меридианов, я сформировал в теле новую — сто восемь на семьдесят шесть, каждый из каналов был запитан на свою чакру. Меня поражало то тотальное заблуждение, подлый обман, навязанный древним культиваторам, что энергию нужно брать извне, когда источник самой чистой, концентрированной, высокочастотной, в тысячу раз более качественной энергии Ци всегда располагался внутри самого тела, просто каналы в нем по умолчанию закрыты. Единственное знание, которое нужно дать новичку — как открыть эти каналы, а дальше ему открывается источник для неиссякаемого личного творчества. Нет готового рецепта. Сотвори себя сам, будь первопроходцем и станешь подобен богу. Это не пустые слова.

Я сжалился над застрявшим в уединении Императором и помог ему вернуться домой. Нет, не прокачал его до легендарного уровня, просто сломал преграждающий путь барьер. Проанализировав его структуру ещё раз, я нашел собственную ошибку. Он не пропускал сквозь себя и легендарных мастеров, а то, что я принял за это условие, означало, что снять его мог лишь мастер такого уровня, воздействуя на него вибрацией определенной частоты. Детская уловка. Знай я тогда, что знал сейчас, сломал бы его без особых усилий и на золотом ранге. Любую частоту можно воспроизвести, хотя бы временно и для этого не обязательно соответствовать её уровню.

В Великой Империи Юй меня ждало сразу несколько забавных событий. Возвращению Небесного Императора кое-кто оказался не рад и мне пришлось его защищать. Опять горы трупов, но душевные метания по этому поводу я давно оставил позади. Правило справедливой самообороны никто не отменял. А то, что полезли злодеи на того, кто им не по зубам, так это не мои проблемы. Незнание силы противника не избавляет от ответственности и… ответной атаки.

Короче, дворец Небесного Императора я зачистил, причем вместе с его подросшим отпрыском от наложницы Цай, попавшимся под горячую руку регентом, какими-то министрами и ещё сотней боевых мастеров, возомнивших себя крутыми ребятами. Остальные противники поняли, что лучше мне на глаза не попадаться и очень быстро разбежались. Оставил Небесного Императора разбираться с остальной родней и слугами самостоятельно. Он на пике орихалка, не маленький.

Меня подмывало желание сразу переметнуться в Тарт, а оттуда к эльфам, чтобы поскорее отыскать Вилайлай, но я все же проведал то место, где когда-то оставил принцессу Юй Си с парой служанок и узнал от владельца дома, что вскоре после того, как я не вернулся из очередной вылазки во дворец, принцессе стало скучно и она закрутила любовный роман с наследником одной обнищавшей знатной семьи. Так закрутила, что через шесть месяцев у них родился ребенок. Не нужно быть гением, чтобы понять, что ребенок этот мой. Золотишка и дорогих украшений у принцессы с собой было много, поэтому семья жениха очень хорошо приняла невесту, а когда ещё и выяснилось, что она принцесса Юй Си, её и вовсе окружили заботой и вниманием, но с возвращением во дворец, пока Небесный Император не появился, как-то не задалось.

Я узнал где живет счастливое семейство, успевшее обзавестись уже пятью детьми, нашел нужный дом, но в самый последний момент передумал навещать принцессу, чтобы не портить никому настроение. Увидеть постаревшую копию Тан Лань Эр, нет, наверное не стоит отравлять дорогие воспоминания прошлого ненужными впечатлениями. И к нашему совместному ребенку я не чувствую никакой привязанности, даже умом понимая, что я биологический отец. Лучше пусть всё как есть, так и остаётся. Будем считать, что моя помощь с возвращением её отца на трон и есть мой посильный вклад в её благополучие, тем более, я параллельно зачистил трон от текущего императора, может Юй Си ещё и поправить дадут.

Покинув город в лучах заходящего светила, я скрылся в окружающей дорогу растительности, воспользовался техникой мгновенного перемещения и перенесся в столицу Тарта, прямиком в спальный корпус дворца, где когда-то жил в окружении слуг. За прошедшие четырнадцать лет, особенно в первые годы, я частенько вспоминал покинутое восточное королевство. Было очень интересно, как там поживает Сирана, моя первая, подложенная под меня графом Сарсинелем на пьяном пиру женушка. Наверняка ей быстренько нашли нового мужа или просто вернули к старому жениху. Живы ли старые наместники и не сменился ли сам правитель? Если да, то на кого? Столько лет прошло, что-то мне подсказывало, что я увижу на троне кого-то из наглых недобитков клана Фу или их ставленника. Эти отморозки просто так упавшее им в руки сокровище не упустят.

Слегка удивившись, что в дальнем, спальном крыле дворца, где раньше было шумно из-за множества наложниц короля и прислуги, сейчас оказалось подозрительно тихо и безлюдно, я двинулся по гулким коридорам к центральному корпусу. Внутри опустевшего здания и снаружи, во внутреннем дворе, стояла непривычная, мертвая тишина, но едва я вышел из спального корпуса и нырнул в боковой коридор, как мне повстречалась первая дворцовая охрана. Очень неожиданная и необычная охрана. Нынче дворец охраняли коренастые, бородатые крепыши, с ног до головы закованные в массивные, металлические доспехи. Это же дворфы! А их каким ветром сюда занесло?

Глава 17 Наследие

Алессия — самое древнее и крупное поселение правящего нынче рода Высших эльфов. Когда-то весь континент от западного до восточного побережья, от снежных северных пиков до южных ледяных пустошей был одним, бескрайним Великим эльфийским лесом. Его обитатели не делились на "высших" и "лесных" и являлись единственными разумными хозяевами этих земель. Эльфы плодились, строили новые поселения, вели полноценную, счастливую жизнь, но те прекрасные, беззаботные времена давно канули в прошлое.

В час ужасных потрясений, когда раскололись горы и наружу полились огненные реки, небо закрыла непроглядная, дымная мгла, а на голову с утра до ночи падал смертоносный, выжигающий всё живое серный дождь, эльфы познали настоящий ужас и горечь бессилия перед Высшими силами.

В те незапамятные времена почти весь Великий эльфийский лес выгорел дотла. Гигантский пожар, начавшийся от стекающих по склонам гор огненных рек, превратил середину континента в безжизненную пустыню. Почти всё живое было сожжено, отравлено дымом пожара, серными ливнями или погребено под толстым слоем пепла. Осталось лишь два небольших оазиса, два островка едва теплящейся жизни. Один на западе, а второй на востоке.

Крохотная Алессия во времена рассвета и максимального могущества эльфийский племен, находившаяся далеко на отшибе, а оказавшись в центре восточного оазиса, с её бесценными, сохранившими свою чистоту даже во времена ядовитых дождей подземными родниками, стала единственным убежищем жалким остаткам некогда многочисленного народа. Она же стала столицей первого Королевства Эльфов, основанного старейшиной наименее пострадавшего рода вместо существовавшего ранее союза десяти племен. Из них в живых остались представители лишь двух, и даже этой горстке выживших пришлось бесконечно враждовать друг с другом за крайне ограниченные ресурсы и бесценный источник чистой, питьевой воды.

Это позорная страница в истории эльфов также давно перевернута, но после неё были и другие. Оказалось, далеко за северными горными пиками жил ещё один древний народ. Низкорослые, бородатые и дурно пахнущие, но крепкие, коренастые и изобретательные дворфы приплыли на полусотне кораблей с севера в поисках новых источников пропитания. Они разбили лагерь на восточном побережье, недалеко от опушки чудом сохранившегося оазиса эльфов и начали нещадно рубить деревья для своих нужд.

Эльфы очень внимательно присматривались к незваным гостям пытаясь понять их намерения и, наслушавшись пьяных песнопений коротышек, наблюдая быстро растущий вокруг лагеря частокол, поняли, что они не просто укрепляют свой временный лагерь, а прибыли всерьез и надолго.

Нежелательное соседство объединило два враждующих племени длинноухих. Временно забыв о старых дрязгах они выступили общим фронтом против чужаков и во время дерзкой, ночной вылазки, имея втрое меньшее число воинов, хитростью и силой магии стихии ветра сбросили противника в море. Некоторая часть коротышек бросила свои ценные пожитки, оружие, палатки и успела благополучно погрузиться на корабли и оплыть в открытое море, но большая часть, та, что решила сражаться и принялась облачаться в тяжелые доспехи, нашла свой конец на морском дне вместе с горящими в заливе кораблями.

Шестисотлетний правитель Королевства Эльфов Натаниэль услышал об этих событиях прошлого от своего уже покинувшего этот мир прапрапрадеда очень давно, ещё будучи незрелым юношей, а заняв трон после отца думал, что эта страница истории также давно перевернута, но массовое нашествие бронированных коротышек в центральные и восточные провинции Тарта заставило его усомниться в прошлых убеждениях.

А развязанная вскоре вторым сыном короля дворфов война с южными лесными эльфами дала повод подозревать, что прошлые обиды не забыты. Дворфы затаили злобу, тысячелетие точили оружие, а набравшись сил, вернулись, чтобы отомстить за убитых эльфами предков. Отказ вести переговоры, чтобы уладить приграничный конфликт и чудовищный пожар, последовавший за ним, указывали на то, что дворфов интересует не древесина или выгодные условия соседства. Они решили взяться за эльфов серьезно, не остановятся, пока не утолят свою кровожадную месть, чем заставили изнеженных обитателей Алессии вновь вздрогнуть от ужаса.

* * *

И вот этот день настал. Десять лет лишь изредка затихавших, упорных и беспощадных сражений за каждый клочок Великого эльфийского леса закончился полным, разгромным поражением длинноухих. Лесные эльфы понесли чудовищные потери. Многие тысячи убитыми, ранеными и пропавшими без вести в дыму и огне пожаров. Высшие эльфы потеряли лишь два десятка магов, но в бесконечных сражениях растратили все свои стратегические, тысячелетние запасы магических кристаллов. Также они показали, что недостойны править лесными собратьями. Нынешние жители Алессии не обладают даже десятой частью той мудрости, могущества и благородства, которыми обладали их почитаемые предки. Лесные эльфы разочаровались в покровителях и стали сдавать свои позиции, отказываясь умирать стоя насмерть, если сами господа отступали при первой же опасности.

Дворфы действовали очень хитро, умело использовали бонусы ландшафта, силы природы и непробиваемые никакими стрелами и магией доспехи. Даже после затянувшейся, десятилетней войны боевой дух ветеранов оставался на высоте. Каждому было обещано личное поместье с красавицей-супругой. Разрешалось жениться и на двоих-троих. Союзы с людьми и плененными эльфийками не порицались. В этом вопросе давалась полная свобода выбора, ведь даже сам второй принц, заняв местно наместника Восточного Тарта взял в жены её королеву.

Нужно отдать должное второму принцу дворфов. Назначенные им вести войну командиры не спешили, не допускали грубых ошибок, крупных, бессмысленных жертв, и если обстоятельства складывались неблагоприятно, без боязни прослыть трусами отступали, чтобы сохранить численность и боевой дух воинов.

Дворфы отступали, даже если их обоз с провиантом и бочонками хмельного напитка накануне крупного сражения уничтожали ночные диверсанты. По мнению командиров воины, рискующие своей жизнью, должны хорошо питаться и после каждой славной битвы иметь возможность вдоволь напиться хмельного, пенного напитка и согреться в объятьях любящих спутниц.

Лишь обновив запасы, восстановив силы воинов и отправив в тыл всех раненых, коротышки возвращались на передовую. Зато такие воины знали, что их жизнь высоко ценят, а за каждое достижение будет достойная награда, и сражались смело, с завидным упорством продолжали своё ползущее наступление на север, не давая эльфам долгой передышки.

Десять лет тяжелых сражений и Алессия больше не скрывалась в сердце древних лесов. Ежегодные сезонные пожары, которые раздувал стремительный, южный, летний ветер дворфы умело использовали, чтобы уничтожить эльфийский лес. Так им удалось оголить столицу, сделать её беззащитной перед двофскими осадными машинами.

Война показала, кто на самом деле достойный Высший эльф, а кто лишь блеклая тень своих предков. Королевскую семью в их замке остался защищать лишь небольшой отряд раненых и уставших, но не упавших духом магов. Во дворце перед неизбежной битвой находился сам король Натаниэль, его первая супруга Лания и рожденный от неё наследный принц Натанилань, двое младших сыновей от таинственным образом утонувших в пруду молодых наложниц и ещё совсем юная принцесса Шантия, дочь короля от его самой юной и любимой наложницы, к великому сожалению правителя, неожиданно умершей при родах.

Старейшины всех смежных веток правящего рода, клявшиеся в верности дяди и тёти Натаниэлья, при первом известии о приближении к Алессии армии дворфов сбежали на север, забрав с собой и всех своих потомков, включая многочисленных сыновей, племянников и внуков, обязанных служить в королевской гвардии, тем самым многократно ослабив гарнизон защитников крепости.

Впрочем, Натаниэль винил в случившемся себя. В начале все Высшие эльфы не желали принимать никакого участия в войне, надеясь, что лесные эльфы справятся своими силами, что они измотают и отпугнут неповоротливых и любящих выпить коротышек изнурительной тактикой партизанской войны, уничтожением обозов, убийством тягловых животных, порчей провианта и встречающихся на пути вражеской армии природных родников.

Отравление источников давало в первое время прекрасные результаты. Используемые в качестве слуг при армии люди и животные гибли сотнями, нахлебавшись отравленной воды, но самих дворфов большинство ядов не брало. Они питались в своих подземных пещерах со времен катаклизма такой отборной гадостью, что выработали стойкий иммунитет к большинству ядов животных, грибов и растений.

Даже брошенная в воду падаль вызывала у дворфов лишь непродолжительное расстройство пищеварения. Несколько кружек пенного напитка, сваренного по особому дворфскому рецепту из такой же малосъедобной гадости, и валявшийся без сил на койке бородач тут же шаткой походкой рвался в бой.

Лесные эльфы показали себя в бою куда достойнее своих благородных господ. Они сражались смело и самоотверженно, если некоторая их часть и отошла на север, то среди них в основном наблюдались малые дети, приглядывающие за ними немощные старики и уже неспособные сражаться из-за полученных травм калеки и тяжело раненые, которых чуть менее израненные родственники и друзья несли на спине или волокли за собой на плетенных носилках.

Полдень обещал быть жарким. Горький, едкий дым всё ещё струившийся из-под черного пепелища после бушевавшего несколько дней пожара окутал пустырь и небольшую каменную крепость посреди сгоревшей вместе с лесом столицы. Стоявший на южной стене над входными воротами замка правитель Алессии, прижимая к лицу смоченную в воде ткань сквозь раздражающий глаза сизый дым хорошо видел, как начавшие свой путь ещё ранним утром боевые машины, наконец заняли удобные позиции и начали пристрелку.

Натаниэль надеялся, что дворфы проглотят наживку, поверят в рассказы специально подосланного к ним шпиона, что стены его замка неприступны и взять их без огромной армии и множества осадных средств невозможно. Надеялся таким образом задержать их ещё на месяц-другой, которые ушли бы на изготовление дополнительных башен и таранов, но король и представить не мог, что сам был введен в заблуждение донесениями разведчиков, утверждавших, что движущаяся к столице армия малочисленна и имеет лишь небольшое количество боевых машин.

Похоже, дворфы опять схитрили и скрыли большую часть уже изготовленных осадных машин и штурмовых отрядов в дальнем лагере. Пока бушевал пожар, те подтянулись к авангарду и никаких задержек не возникло. Сейчас перед ним предстала настоящая армада, пугающая одним своим видом армия, снабженная сотнями боевых машин и десятком тысяч воинов. Конечно, дворфы и здесь схитрили, многие облаченные в доспехи защитники боевых машин скорее всего являлись людьми. Они не так сильны, как бородатые коротышки, и не пойдут на штурм, едва катапульты проломят стену, но даже так армия противника в разы превосходила всё, чем обладало Королевство Эльфов на пике своего могущества. Итог всей войны и тем более этой битвы, когда алессийская крепость оказалась пуста, был предрешен.

В эту секунду осознавший всю безвыходность положения правитель печалился лишь о своей юной дочери Шантии. Он, как и его супруга и старшие сыновья уже вдоволь пожили в этом мире, познали многие радости и печали, любовь, дружбу, величие и упадок. Даже младший сын вряд ли будет сожалеть о скорой гибели и цепляться за жизнь, если он предложит семье всем вместе прервать их жизненный путь, чтобы не познать годы унижения или пытки в плену врага. В жизни его родных уже многое свершилось и уйдут они после двух-трех сотен лет жизни без горьких сожалений, но принцесса Шантия…

Ей лишь недавно исполнилось пятнадцать, все детские годы пришлись на войну, она не знала беззаботной жизни, радости и хорошего обращения. К несчастью, с рождения она имела отличающийся от всех сверстниц, пепельный цвет волос. Её холодно приняла родня, считая пепельные волосы уродством. Так как её мать умерла при родах, окружить её настоящей любовью и заботой было некому. Отец должен быть строгим, а матери у Шантии никогда не было, поэтому она выросла замкнутой и молчаливой.

Лишь в пятнадцать он увидел, как она в первый раз улыбнулась. Радуя отца, после празднования пятнадцатилетия его дочь менялась прямо на глазах. Она быстро наладила общение с братьями, начала уважительно общаться с мачехой-королевой, которая всегда была к ней холодна и неприветлива.

Правда, поведение дочери даже слишком сильно поменялось, что вызвало некоторое беспокойство. Она полностью перестала заниматься рукоделием, потеряла интерес к свиткам вместо украшений и новых нарядов попросила у отца помощи в поиске дорогого ей человека. Она знала только его имя, знала, что он принц соседней страны и явится к ней прямо во дворец, и произойти это должно было в день её рождения, но что-то нарушилось и встреча не состоялась.

Натаниэль прекрасно знал, что нарушилось. Принц Виго Тартсткий, о котором с придыханием лепетала дочь, пропал без вести более четырнадцати лет назад. Скорее всего он был уже мертв. Король эльфов не особо интересовался судьбой Виго после того, как власть полностью перешла в руки его матери Сираны Тартской, но даже если бы принц не погиб и вдруг отыскался, он вряд ли прибыл бы в Алессию желанным гостем, так как дворфы так свободно чувствовали себя в Тарте не случайно.

Шпионы короля постоянно и очень внимательно следили за событиями во дворце Тарта. Многие из них легко проникали в столицу под видом рабов. Ведя двойную жизнь, они тайно собирали сведения для своего господина. Их работа намного облегчилась, когда Прах Второй был смертельно ранен своим братом, а юный Виго решил избавиться от опеки регента и собственноручно пригласил их в свою королевскую гвардию. Тогда целые отряды агентов следили за принцем и его матерью, докладывая о каждом их шаге.

Перед тем как исчезнуть Виго сильно испортил отношения с западными пиратами. Он не только отказался выплатить им дань, но без тени сомнения насадил их головы на пики у въезда в город. Такая жестокая выходка не могла остаться без возмездия. Клан "Акул" уже в следующем же году разграбил всю южную провинцию и даже захватил замок наместника, пленив его самого и всю его семью.

У клана "Акул" имелся сильный покровитель из клана западных магов Фу. Именно благодаря его помощи замок так быстро пал. Сирана много раз пыталась отбить южную провинцию, но все военные походы не принесли успеха. После позорного поражения пиратам, чтобы остановить их продвижение к столице и на дальше на север, Сиране пришлось отдать им южную провинцию и признать Герцогство Южная Фу.

В течении трех лет другие маги клана Фу захватили все западные страны и одну из западных провинций Тарта, объявив их колониями Великой Западной Империи Юй. По неизвестным причинам восточный Тарт всё ещё оставался в стороне от этих событий. В новых провинциях Империи Юй разыгралась борьба за власть среди самих западных магов, а часть из них подняли восстания, объявив себя Княжествами Тан, Чу и Линь.

В какой-то момент все сепаратисты вступили в борьбу с новыми посланниками Империи Юй с западного материка и пришли к необходимости объединится. Тогда-то и явились дворфы. Правитель Герцогства Южная Фу связался с королем дворфов и вступил с ним в союз, пообещав отдать все провинции Тарта в обмен на огромное количество кристаллов маны и устранение опасных длинноухих соседей.

Правитель Герцогства Фу быстро захватил столицу Тарта и силой принудил Королеву Сирану выйти замуж за второго принца короля дворфов. Лишь получив огромную финансовую и продовольственную поддержку Сираны армия коротышек, доставленная пиратским флотом к южным окраинам Великого эльфийского леса смогла так успешно начать и продолжать продолжительную войну.

Новый король Бранн не стал усложнять себе жизнь и портить отношения с наместниками Сираны. Они получили даже больше свободы и привилегий, чем под её правлением. Все были довольны новым королем, он был совсем не строг, не издавал строгих законов, не устраивал чудовищных показательных казней. За щедрое подношение можно было решить во дворце любой вопрос. Дворфов восприняли даже лучше, чем западных магов, являвшихся людьми, но относившихся к соплеменникам куда хуже и высокомерней.

Дошло до того, что Бранн по просьбе супруги убил правителя Герцогства Фу, подчинив себе заодно и весь пиратский флот. Впрочем, прошлый господин и так не нравился свободолюбивым пиратам из-за своей строгости и поэтому они с радостью предпочли сменить хозяина, присягнув успешному и удачливому дворцу. В его руках имелось оружие, которым он смог сразить неуязвимого западного мага. Такого хозяина уважали и слава о его могуществе распространилась даже в пределах бесконечно воюющих с Империей Юй западных княжеств.

Восточный Тарт стоял особняком, выглядел крепким орешком и даже после гибели герцога Фу, являвшегося основной причиной начала войны с эльфами, Бранн не торопился предложить Натаниэлю перемирие, медленно, но верно развивая свой военный успех. Король эльфов готов был признать поражение, но не сдаться на милость победителя, а выпить чашу яда вместе с семьей, уйти с гордо поднятой головой. Он сделал бы это ещё утром, за завтраком, если бы не Шантия. Она узнала о его решении едва взглянув при встрече в глаза и, хотя он никому об этом не говорил, подняла шум, отказываясь принимать смерть и требуя отпустить её на поиски любимого!

Король посчитал подобное заявления оскорбительным. Как минимум, Виго являлся полукровкой, во-вторых, сыном его похищенной ранее дочери, а значит, племянником Шантии. Брак между тётей и племянником для эльфов был нарушением кровного закона. К этому прилагался тот факт, что Сирана предала своего отца, разделив постель и трон с врагом всего эльфийского народа. Как она могла поступить столь низко? Нет, Натаниэль готов был отдать свою младшую дочь за яростно ненавидимого им потомка второго почетного старейшины, мечтавшего заполучить трон даже пройдясь по трупам его семьи, но только не за полукровку, собственного внука от предавшей его народ дочери. Его кандидатура даже не рассматривалась.

Утром, после истерики дочери, Натаниэль приказал закрыть Шантию в её комнате. Он никак не мог принять окончательное решение на её счет. Сам склонялся к уходу из жизни, молчаливым согласием получил ответы и от членов своей семьи, и только Шантия яростно сопротивлялась его желанию уйти достойно королевского рода.

Времени совсем не осталось, когда дворфы начнут засыпать замок булыжниками, стены цитадели могут обрушиться вовнутрь и она станет усыпальницей для всех. Он должен был решить, отправлять Шантию с остатками стражи вслед за сбежавшими на север родственниками или напоить её ядом против её воли. Умерщвление юной дочери никак не давало покоя душе мужчины. Король вернулся в цитадель и собрал всех членов королевской семьи в главном зале. По его приказу стража привела и Шантию.

На глазах присутствующих по серебряным чашам разлили ядовитое зелье, разбавленное для облегчения приема в сладком напитке. Натаниэль, стоявший в изголовье стола, взял стоявшую перед ним чашу в руки и смотря куда-то сквозь стены, объявил:

— Я — правитель Королевства Эльфов, пятый и последний хозяин разрушенной врагом Алессии, следуя заветам великих предков, желаю закончить свою жизнь с честью. Когда ненавистные дворфы разобьют стены этой крепости, а произойдет это совсем скоро, все кого они смогут пленить, подвергнутся невыносимым унижениям, пыткам и издевательствам. Пока этого не произошло, я предлагаю всем вам выпить из бокала сонного зелья и уснуть вместе со мной навсегда.

Чтобы помочь присутствующим последовать его примеру, Натаниэль залпом выпил содержимое чаши, небрежно откинул её в сторону и медленно опустился в кресло. На его лице не было страха или печали. Там появилась странная ухмылка. Он наконец нашел решение. Выпив яд первым, он избавил себя от необходимости принимать решение. Теперь будет неважно, даже если он сделает это один, а вся остальная семья за ним не последует, ему не нужно будет заставлять Шантию.

Тем не менее, не успел он сомкнуть глаз, как чашу осушила его супруга и два младших сына. Медлил лишь наследный принц. Он метался между меркнущим на глазах отцом и брезгливо опрокинувшей поставленную перед ней чашу Шантией. Он был посередине между окончательно отчаявшимся и принявшим печальный финал правителем и категорически не желающим смотреть правде в глаза наивной, младшей сестрой. Она не собиралась сдаваться и заявила:

— Любимый спасет меня!

В словах девушки не было здравого смыла, одни наивные иллюзии. Принц обвел взглядом застывшего в нелепой позе отца, уткнувшуюся в стол лицом мать, завалившихся друг на друга, держащихся за руки младших братьев и хмурые лица готовых выполнить любой приказ господина слуг и также залпом выпил свою чашу, не отдав никому последнего приказа.

Принц не собирался этого делать. Он хотел жить, готов был бежать на север, к своим нежным наложницам и присоединится к второму старейшине, но какая-то непреодолимая сила вторглась в его сознание и поселила раздор. Он испугался ответственности, оставшись старшим потомком королевской семьи. Хотя он всю жизнь готовился занять место отца, с нетерпением ждал того момента, когда это произойдет, вдруг ощутил панику и ответственность за жизни слуг и упрямой сестры. Так как она отказывалась последовать примеру отца и выпить яд, ему пришлось бы приказать слугам напоить её силой. Почему-то эта мысль вдруг стала невыносима и принц не увидел другого выхода, как оборвать свою жизнь. Минутное помутнение рассудка развеялось, принц осознал, какую глупость совершил. Он рухнул на колени, согнулся и воткнул в рот два пальца. Он силился вызвать рвотный рефлекс, освободить желудок от яда, но тот уже начал действовать, сковывая его движения и лишая сил. Перед глазами всё поплыло, вспыхнувшая в голове догадка заставила мужчину обиженно вскрикнуть. Он ткнул пальцем в младшую сестру, эту пепельную демоницу, вспомнил, что говорили братья. Она заставила их отдать все ценные вещи, просто сказала это сделать и они не нашли сил противиться её приказу.

Это произошло недавно и принц хотел пожаловаться отцу, что Шантия, скорее всего проявившая талант к ментальной магии, использует её для сомнительных целей. Он вспомнил об этом, когда против своего желания вдруг решил защитить сестру и оборвать жизнь, лишь бы она была жива. Сквозь слезящиеся глаза он попытался разглядеть её лицо и не увидел в них ни толики сочувствия. Шантия хладнокровно избавилась от него, лишь бы он не приказал слугам отравить её. Но он и не собирался, лишь разок подумал об этом, когда отец решил выпить свою чашу первым. Это была лишь мысль, одна проскочившая в голове мысль. Выходило, что Шантия не просто внушала свою волю, но также читала мысли окружающих. Окончательно обессилив, наследный принц рухнул на каменный пол зала, и через пелену услышал приказ сестры:

— Капитан, перенесите всех в пещеру с главным источником. Постелите соломы под спину, чтобы они не переохладились.

— Госпожа Шантия, но разве уже не все равно? — пробубнил мужчина.

— Делайте, как я говорю и несите аккуратно, они не мертвы, но очнутся не скоро. Если у моего отца нет мужества сражаться, то мне придется взять оборону крепости в свои руки.

"Какую оборону?" — мысленно возмутился принц и почему он все ещё не умер и слышит разговоры? Сил пошевелиться и разлепить глаза не было, но он совершенно точно не умер. Что же происходит?

— Госпожа, а что делать нам? — спросил командир боевых магов.

— Найдите своему отряду укрытие, в котором вы не пострадаете от осадных машин. Мой любимый скоро нас всех спасет. Нам нужно просто дождаться его прихода. Кстати, из подземной пещеры с источниками нет второго, запасного выхода?

— Есть, — отозвался капитан, уже перекинувший через плечо королеву и направившийся с ней к лестнице.

Почему-то менее крепким подчиненным он приказал нести короля и принцев, а сам, растолкав всех, потянулся к легкой и миниатюрной королеве. И нести взялся так непочтительно, как добычу, закинув на плечо и придерживая для равновесия рукой за ягодицу. Впрочем, сейчас он был сильнейшим воином в замке и никто не посмел бы сделать ему замечание.

— Отлично, тогда и вы, командир, спускайтесь в пещеру, возьмите дополнительные светильники, съестных запасов с кухни. Если вход в пещеру из замка завалит, выходите наружу через запасной, но осторожно и уже ночью. Не выдайте себя врагу понапрасну.

— Принцесса Шантия, а вы? Вы что, с нами не пойдете? Вам тоже нужно спрятаться в укрытие! — странным тоном потребовал капитан.

— Я знаю, Гильгаэль, что вы начинаете по мне скучать, едва потеряв из виду и не против хоть сегодня стать моим мужем, если бы на это дали согласие уважаемые родители, но мне пока рано думать об этом, тем более, у меня уже есть возлюбленный и я должна сделать всё, чтобы выиграть время до его появления. Позаботьтесь пока о моей матушке.

— Как прикажете, Ваше Высочество, но я не могу перестать волноваться о вас. Приходите и вы в убежище, как только раздадите всем указания.

— Хорошо, капитан. Поверьте, я первая заинтересована в том, чтобы не пострадать.

— Не мне вам указывать, принцесса, но никто не придет на помощь загнанной в угол семье правителя Алессии. У вас больше нет союзников кроме нас, — отозвался командир магов.

— Так и есть господа, я очень это ценю.

Едва мужчины скрылись из виду, Шантия выдохнула с облегчением. Она впервые взяла под контроль сразу шестнадцать человек и удерживала их с одинаковой силой воздействия, чтобы её план не разрушился. Из-за отца, она слегка отклонилась от первоначальной задумки и теперь беспокоилась, что время упущено. Нужно было как можно скорее выбираться из замка и приложить весь её талант и силы, чтобы остановить атаку дворфов до появления Лайта. Его характер она прекрасно знает. Решит, что дворфы угрожают жизни его возлюбленной и устроит тут настоящую бойню. Она должна остановить кровопролитие, раз уж дворфы добрались к Алессии раньше, чем они встретились.

Вилайлай, занявшая в другом мире тело пятнадцатилетней принцессы эльфов Шантии, получила за службу в Землях Богов от Черного два подарка. Первый подарок являлся способностью к продвинутой ментальной магии, второй же стала информация о причине появления в этом мире. Лайт пожелал этого, а так как он смог как-то оказать давление даже на самого Создателя, то она не вправе перечить и обязана была прервать прогресс Вилайлай в Землях Богов и направить её туда, куда прикажут.

Нельзя сказать, что Вилайлай была в восторге. Она воспринимала Лайта, как далекое прошлое, которое она уже давно переросла, готова была забыть, но не могла, так как оно снова и снова напоминало о себе, да так сильно, что лишило её легендарного ранга и закинуло в подростка, у которого нет и толики тех сил, которых она достигла своим долгим, кропотливым трудом.

И хотя связаться сначала с Белым, а затем с Черным Вилайлай заставили поиски Лайта, годы, нет, столетия в других мирах изменили её приоритеты. Она стала больше ценить себя и своей наивной, первой любви отводила ровно столько места, сколько она должна была занимать в жизни зрелого, имеющего цель существа.

Черный рискнула и не стала полностью следовать инструкции Создателя, перенесла Вилайлай не в теле младенца, а лишь переместила в Шантию её сознание, что и позволило одновременно дать информацию о том, что Лайт сейчас вообще в другом мире, но очень быстро по логике событий выйдет на связь. Он знает, что в пятнадцать Шантия вспомнит, что она Вилайлай и будет искать с ней встречи после этого. Вилайлай нужно лишь подождать, хорошо встретить настойчивого любимого и убедить его, что прошлое нужно оставить в прошлом. Они ещё будут счастливы, но для этого не обязательно сплетаться судьбами и следовать общим курсом.

Вилайлай и сама так чувствовала. Ей хотелось поскорее вернутся в своё тело в Землях Богов, продолжить путь легендарного даоса пути бессмертия. Она искала силы и знаний, а возврат к Лайту, каким бы милым и трогательным не было их совместное прошлое этого не заменить. Именно для убедительности Черный дала Вилайлай ментальные способности. С ними она любого мужчину скрутит в бараний рог. Да, на женщин механизм убеждения работал намного слабее, но все ещё можно было узнать о чем они думают, если разобраться в хаотических вспышках мозаичного женского мышления, которое никогда не выделяет суть, в угоду многозадачности, и фрагментарно занято всем и сразу.

Вилайлай спешила к выходу из замка, чтобы попытаться ментально обработать командира дворфов и убедить их спокойно занять замок, расслабиться и отдохнуть, но осуществить задуманное миниатюрной девушке с пепельными волосами так и не удалось. Применение легендарных боевых техник по площади она уже различала по сопровождающим разрушения звукам.

Направившись на стену замка, Вилайлай увидела, как выстроившиеся ровными рядами боевые машины, лишь начавшие пристрелку и не нанесшие замку никаких существенных повреждений были прямо на её глазах смяты и превращены в подобие фарша вместе в охранявшими их воинами.

"Что это за чудовищная техника?! Как Лайт успел и здесь стать таким сильным?" — потрясенно подумала девушка. Черный о его уровне силы не сообщила. Она вообще сказала, что это будет мир магии, такой, как тот, в котором она родилась и провела большую часть своей жизни ожидая новой встречи с Лайтом.

"Лайт, если бы ты появился сам, как обещал, а не заставил меня искать любой встречи с Небесными богами, так как моя долгая и одинокая жизнь подходила к концу и я не могла тебя подвести, мы могли бы быть счастливы. Сейчас я слишком обязана Черной, чтобы нарушить наш договор. Прости."

* * *

Грозная армия дворфов была втоптана в грунт, превращена в фарш, в котором смешались кони и люди менее чем за тридцать секунд. Лишь жалкие единицы счастливчиков не попали в зону поражения "Армагеддона". Пусть бегут, нет времени их ловить, я лечу к любимой.

Кстати, название неимоверно мощной, усовершенствованной кровавой технике разрушения я придумал сам, а точнее взял из "Башни" моей первой по-настоящему любимой компьютерной игры. Заклинание пятого уровня не щадило никого, ни своих, ни чужих. Оно наносило чудовищный урон каждому существу на поле боя и подходило к тому, что видел я со своего ракурса.

Так как я и был источником этой разрушающей силы, то меня она, конечно же не коснулась, зато коснулась сердца впившейся в быстро меняющийся горизонт девушки, которую я подметил чуть ранее. Она зачарованно следила за смертоносным могуществом боевого мастера пика легендарного ранга. К ней я и направился, чтобы уточнить, правильно ли я взял курс. Мне нужно было попасть в Алессию, столицу Королевства Эльфов, чтобы отыскать Вилайлай, и что-то мне подсказывало по скоплению дворфской армии, что я был на правильном пути.

Встреча с незнакомкой стала для меня сильнейшим разочарованием. Вот уж не думал, что желанная встреча с Вилайлай закончится ссорой и полным разрывом отношений. Она назвала меня по имени и я понял, что эта странная и в подметки не годящаяся моей Длинноушке оболочка и есть её новое тело.

Я имел глупость завить об этом вслух и выслушал в свой адрес всё, что Вилайлай думала о том, что я вырвал её из успешной инкарнации на Землях Богов. Она видите ли, тоже имеет свои мечты, цели и нянчиться со мной, а точнее играть в любимых у неё нет никакого желания. Она это не выбирала, но я заставил даже её покровителя подчиниться.

Конечно, мы вдвоем были неправы, погорячились, у меня даже возникло желание прервать её вынужденную инкарнацию, раз уж она так несчастлива. Я готов был рвать и метать от боли и разочарования, ведь я попросил у Создателя мирок, где мы оба будем счастливы. Я же не знал, что чувства Вилайлай давно остыли, я стал для неё никем и теперь она сама жаждет стать богом, но уж точно не для того, чтобы мы бесконечно были вместе. Встал вопрос, что же делать дальше? Я ошибся, на сердце рана, но все ещё тянуло объясниться с любимой, услышать от неё слова утешения, и девушка с пепельными волосами, словно услышав мои мысли, предложила попробовать всё сначала, забыв о прошлом.

Я согласился, тем более, что чувствовал себя таким несчастным и одиноким, словно во всей вселенной не осталось никого, кто смог бы меня утешить. Мы попробовали заново познакомится, словно я принц Виго Тартский, а она принцесса Шантия Алессийская. Слово за слово и беседа случайно привела нас к Лайту младшему. Тут-то в беззаботной и холодной Шантии что-то сломалось. Какая-то старая кровоточащая рана опять вскрылась и глаза её наполнились слезами. Потом бочок прорвало и я она рыдала, как тогда, когда я воскресил его в "Перекрестке миров".

Я подставил плечо и в перерывах между рыданиями услышал:

— Лайт, думаешь мне легко? Вид тебе мой не понравился, волосы не те, а ты все время был разный! Я только по мелочам, знакомым крупицам во взгляде, голосе и жестах догадывалась, что это ты ко мне вернулся. После второй смерти Лайта младшего я ждала и искала тебя сотни лет. Я заглядывая всем окружающим существам в глаза в глупой надежде, что незнакомец вдруг скажет: "Привет, это я — Лайт, прости, я немного опоздал, заплутал в дороге, но я здесь, я вернулся, теперь все будет хорошо."

Я состарилась в одиночестве, стала дряхлой и жалкой, но все равно продолжала тебя искать, даже с ужасом опасаясь, что ты не узнаешь меня при встрече, что уже давно забыл обо мне в объятиях другой. Я молила богов дать мне ещё времени, чтобы вернувшись, ты не страдал от того, что мы так и не встретились!

— Прости, ты права. Я всегда знал, кого я люблю и кого ищу, хотя сам ни разу не предстал перед тобой прежним. Прости, ты ждала намного дольше меня, а я так и не пришел, но я никогда не забывал о тебе и вернулся так быстро, как только смог. К сожалению, в разных мирах время течет по-разному. У меня прошел год, а у тебя пятьсот. Раз ты всё же меня ждала, я скажу. Привет, это я — Лайт, прости, я опоздал, но теперь все будет хорошо."

Конец

* * *

Финал для тех кто прочел "Сферу" до конца.

Две крошки-близняшки как две капли воды похожие на свою мать родились ровно через девять месяцев после нашей слезливой встречи. Вилайлай в дань уважения лишившейся ради неё жизни Шантии, продолжила носить её имя. Да семейка у моей принцессы та ещё. Папа — неисправимый ворчун и ханжа. Я его дочь и целую страну спас от истребления, жизнью, можно сказать рисковал, зачищая континент от гостей с запада и выпихивая остатки дворфов назад за северный горный хребет, а он мне претензии о чистоте крови и предъявы о развращении его малолетней дочки при любом удобном случае в лицо кидает.

Только когда Шантия ему мозги вправляла, он переставал циклить о чистокровности и приличиях и уделял время внукам, как любой нормальный дедушка. Впрочем, своих внучек он действительно любил и баловал. Здесь к нему никаких претензий не имелось.

С матерью-королевой сразу было куда проще, она была просто счастлива, что дочь изменила дозировку поданного слугами сонного яда, сохранив жизнь всей семье. И ко мне у неё не было никаких претензий. Я же не претендовал на трон её сына, сидел себе тихонько в Тарте, а это людские земли, так какая разница, полукровка я или нет. Дочь счастлива и довольна, а как я умру, так и новый спутник жизни найдется из таких же благородных долгожителей, чтобы любимой дочурке не было одинокого.

Да только семейка Шантии слегка ошиблась. Пережил я их и всех их потомков до сотого колена. Легендарному даосу Небесной Сферы и десять тысяч лет нипочем. Эльфы только короткоживущим гоблинам и людям кажутся бессмертными, а сами сдуваются, едва достигнув первого тысячелетнего юбилея. Некоторые деревья живут дольше, чем они.

Разумеется, Шантии, хочешь не хочешь, пришлось подчиниться и пройти со мной курс парной культивации с открытием дополнительный чакр в первые двадцать совместных лет. Её успехи в культивации, особенно после посещения мира за порталом во дворце Империи Юй тоже быстро пошли в гору. Стабильно заниматься культивацией мешала лишь её желание заботиться о детях.

Я в шутку назвал их "армией клонов". Родив первую пару близнецов, на следующий год Шантия родила ещё двойню. Опять две девочки и опять так похожи на мать, что их не отличить. Реально, в пять лет я не мог сказать кто из четырех моих дочек стоит передо мной, после очередной беременности стало уже очевидно, что у Шантии какая-то генетическая аномалия. Она рожала ещё трижды и все дети оказались девочками и её полными копиями.

Этот недуг передался и нашим детям. От моей человеческой природы они получили смертность, от матери копирование собственного генома, вскоре весь дворец Тарта был заполнен армией клонов, которой я боялся показаться на глаза, так как понятия не имел, кто из дочерей, внучек или правнучек предстал передо мной.

Впрочем, всей истории так быстро не пересказать. Я оставил богатое наследие. Основал Первую Звездную Империю. Завоевал, путешествуя через магические подземелья, а по сути, технические каналы Создателя тысячи других миров. В некоторых технологический прогресс позволил мне захватить для потомков планеты не связанные между собой техническими порталами.

Как я понял, их создали для балансировки Ци между мирами одной мультивселенной. Из-за тотального распространения лживого заблуждения, что энергия Ци берется извне, миллионные армии адептов пути бессмертия истощали источники, предназначенные для питания живой природы. Порталы обеспечивали перетекание Ци между мирами, поддерживая среднее значение по принципу сообщающихся сосудов. А то насосется один божок энергии из мира, перебьет всех морских демонов и магических зверей, а потом прыгает за пределы ячейки, оставляя за собой полный дисбаланс. Там всё чахнет и гибнет, пока там, куда перебрался нарушить порядка энергия в избытке порождает катаклизмы и чудовищ.

Наигрался я знатно, пока не пошел по зову Шантии на второй уровень матрицы, но в большинстве миров меня знали не как Лайта, а по титулу Императора Первой Звездной Империи — Прималом Аяксалатуром. Правда, наг мои способности к трансформации сознания слегка переоценил, с ноги открыть дверь и войти на второй уровень матрицы не удалось. Шантия без проблем ушла в высшую лигу, а мне пришлось вернуться даже ниже первого уровня, в мастерскую, чтобы через инкарнацию в потомка исправить некоторые, серьезные, случайно созданные за семьдесят тысяч лет непрерывного воплощения уязвимости сразу в шести ячейках низшего уровня. Из-за них любой случайный обитатель мира мог проникнуть в другой или получить ранг на пути бессмертия, даже не приложив особых усилий. Я делал закладки для себя, просто подстраховывался, на самый непредвиденный случай, но теперь пришла пора всё удалить.

Нужно соблюдать баланс. Тут не поспоришь. Пришлось побыть Создателем и аватаром в одном лице. Работа над ошибками — важное и полезное занятие, на каком бы уровне ты не оказался. Правда потомок мой оказался не подарок, мало того, что запечатал меня через одну из уязвимостей на локальном носителе, минуя планетарный кристалл, потом чуть не слил в ядро, когда сам по тупейшему поводу пошел на инкарнацию.

Я не дал ему раствориться, половину энергии потерял на выход на глобальный носитель, а он, собака бешенная, и полгода не прошло впал в кому. Горе луковое, лежит овощем, время мое тратит. Заякорил меня на планетарном кристалле, пришлось его по мутной схеме через другую дохлячку с подменой данных личности в кристалл заводить из другого мира, а там уже моя проблемная игрушка дала сбой. Я хотел тихо мирно удалить все уязвимости в этой ячейке, но явно не с тем потомком связался.

Намучался я с ним, воскрешая после очередного прыжка в ядро с ложными данными всеми мыслимыми и немыслимыми способами, но это были лишь цветочки. Сначала он просто мне мешал, ломая все, к чему не прикоснется и убиваясь с периодичностью в несколько месяцев. Из-за него я столько новых уязвимостей в ячейку добавил, сколько за все семьдесят тысяч лет во всех шести не сотворил.

Когда уже думал, что утихомирил глупца, уже вырвавшись с дохлого кристалла, моя благоверная излишне забеспокоилась, устроила мне вселенский поиск, благо потомков-клонов она наплодила в последней инкарнации, хоть отбавляй, а мой потомок геморрой ему с кулак, с Шантией войнушку устроил, а затем так главную матрицу тряхнул через уязвимость уже оставленную в кузнеце моими помощниками, что до третьего уровня всех поголовно выжгло, а позже я узнал, что и до пятого вроде как неслабо достало, даже с шестого некоторые серьезные шишки попадали.

Таким гуру по трансформации сознания засранец игру обломал, будучи со мной в связке, что меня в высшую лигу больше никогда не возьмут. На мне клеймо прокаженного. Впрочем, тогда мне с Шантией больше всех досталось, обнулились все вымпелы, все личные достижения, опять начинать все заново, вслепую, с безличного уровня матрицы. Придется долго и трепетно накапливать потенциал, положительную карму, зарабатывать репутацию, пытаться вычислить игроков, чтобы на их горбу въехать в рай или продолжать вслепую искать оставленные кем-то из игроков уязвимости. Хоть не целиком по своей вине я теперь непопулярный игрок, нежелательный на высоких уровнях матрицы гость, только очень потрудившись, восполнив нанесенный ущерб, по закону справедливости я получу шанс вернуться в большую игру.

Не скажу, что мелкие роли недостойны внимания, но какой солдат не мечтает стать генералом? Вот и я, бывший Повелитель миров продолжаю путь простым смертным. Это словно постоянно находиться в массовке. Ты вроде и на виду, но непонятно в каком ряду. Я не жалуюсь. Кто-то должен лечь костьми, создавать декорации, почву для игры большего масштаба. Чтобы случилась эпическая битва, нужно согнать на сцену множество статистов.

Сейчас я опять лишь подножный гумус, опадающий по осени лист, прихожу ниоткуда и ухожу в никуда, "наслаждаясь" местом в массовке для популярных игроков. А кто же ты, дорогой слушатель этой печальной истории, новый игрок, желающий заглянуть за ширму бесконечных инкарнаций или безликая массовка, пришедшая строить жену, садить сына и в муках рожать очередной дом?

Скажу по личному опыту, уязвимость системы логикой и холодным расчетом не отыскать, в неё можно только вляпаться, поэтому не бойся вляпаться, раздвигай привычные рамки, сходи с протоптанных троп, где-то за границами уже познанного, за новым горизонтом, где ты совсем не ждешь, лежит твой счастливый билет. Будет ли это твоя прекрасная Вилайлай, дар сакральных знаний или утерянная другим игроком пилюля бессмертия, пока неизвестно, но простоять всю жизнь в массовке или не оставлять попыток стать победителем по жизни — решать только тебе.

Теперь точно конец))

Мои благодарности:

Конечно же, большое спасибо вам, дорогие читатели. Времена нынче тяжелые, автору пришлось бы очень туго, если бы вы не поддержали звонкой монетой и не поддержали мои творческие потуги. Чую, возьму временный таймаут, уж больно тяжко рождалась последняя книга и физически, и психологически. Выгорание налицо, но я обязательно вернусь, когда мне будет, что вам сказать. А пока я отползу в сторонку в поисках наполнения, как в поговорке: "Я устал, я мухажук.")) Вам желаю идти по жизни ровно, искать уязвимости в системе, изобретать свои лайхаки и становиться победителем по жизни. Когда преуспеете, не забудьте меня поблагодарить за мотивирующую поддержку.

Спасибо Анне Солодовниковой, она же Анна Норабелкина и Анна Инкогнито за неустанную работу над вычиткой этой книги. Трудилась она в этот раз почти в одиночку, ночей не спала, глядела-глядела и много чего отыскала. Спасибо умнице из солнечного Краснодара.

Также мои благодарности Андрею Семенченко из Москвы за идеи и подсказки. Я рад, что у меня есть такие хорошие друзья. Низкий вам поклон. Критику присылайте на почту, готов к порке.

*****

@LitRPG_kinozal канал жанра LitRPG в телеграмме

*****

https://t.me/LitRPG_kinozal или @LitRPG_kinozal канал жанра LitRPG в телеграмме. Подписывайтесь и следите за новинками, будьте одни из первых.

https://t.me/LitRPG_discussion или @LitRPG_discussion обсуждение книг. Любителей обсуждать книги жанра LitRPG приятно будет увидеть в чате.

Если вам понравилось произведение, вы можете поддержать автора подпиской, наградой или лайком.

*****

😍Ещё раз хочу напомнить, что лучшая помощь нашим каналам от вас - это поиск книг из доски розыска:😍

1️⃣ Часть: https://t.me/LitRPG_kinozal/1181

2️⃣ Часть: https://t.me/LitRPG_kinozal/1182

3️⃣ Часть: https://t.me/LitRPG_kinozal/1183

4️⃣ Часть: https://t.me/LitRPG_kinozal/1672

5️⃣ Часть: https://t.me/LitRPG_kinozal/1674

6️⃣ Часть: https://t.me/LitRPG_kinozal/1675

Будьте внимательны - списки часто редактируются.

Найденные книги 📚можете отправить @Demon_Loving_LitRPG ❗️

Ещё раз спасибо, кто присылал и присылает найденные книги.👍

*****

➡️Зеркала для 🆓скачивания и 🧲замагничивание библиотеки «LitRPG» (книги 📚) на разных трейкерах ⬅️

📣 Канал с обновлениями - https://t.me/LitRPG_kinozal

📢 Чат для обсуждения - https://t.me/LitRPG_discussion

💾Скачать книги с kinozal.tv - http://kinozal.tv/details.php?id=1369136

💾Скачать книги или 🧲с nnmclub.to - http://nnmclub.to/forum/viewtopic.php?t=1452109

💾Скачать книги или 🧲с rutor.info - http://rutor.info/search/litrpg

Content

Светлый Александр Наследие

Глава 1 Благодарность

Глава 2 Вмешательство свыше

Глава 3 Вспомнить всё

Глава 4 Диверсия

Глава 5 Истинное лицо Тарта

Глава 6 Враг у ворот

Глава 7 Неидеальный план

Глава 8 Да здравствует король!

Глава 9 Неторопливый разбег

Глава 10 Полный разгром

Глава 11 Подарок осознанности

Глава 12 Пир падальщиков

Глава 13 Западный экспресс

Глава 14 Между двух огней

Глава 15 Морская беседа

Глава 16 Чакромания

Глава 17 Наследие