Возвращение Узурпатора

Глава 1

— Ваше Величество! Беда, страшная беда!

В тронный зал ввалился пузатый слуга. Он бежал, забавно перебирая тонкими ногами и еле дыша после длинной лестницы, которая вела к дворцу.

— Демон напал! Советники его сдерживают, но надолго их не хватит!

— Да слышу, не глухой, — махнул я ему в ответ.

Утро сегодня выдалось хорошим. Солнышко светило, яичница на завтрак получилась особенно вкусной, с Южных провинций привезли отменное вино. А на зарядку пожаловал сам Верховный демон Бергир!

— Светоза-а-ар-р-р-р! — доносилось снаружи его злобное рычание. — Выходи! Сразись со мной!

— Да погоди ты! — крикнул я в сторону выхода. — Меч свой найду и выйду! Где же я его оставил…

Уже несколько минут я рыскал глазами в поисках своего грозного оружия. Но тут прямо передо мной возникла моя помощница Анна. Невысокая девушка с длинными чёрными волосами и вечно спокойным выражением лица.

— Вот! — В руках она держала мой меч.

В ножнах, обшитых кожей Чёрной смерти, с золотыми вставками. Гарда прямая, с гравировкой, навершие с рубином — тоже в золоте.

— О, спасибо! Где ты его нашла⁈

— Ну… — она немного приподняла бровь. — Вы оставили его рядом с уборной, Ваше Величество…

— Ах, да, точно! А я ищу его по всему тронному залу, ха-ха! — Я обнажил клинок, и солнечный свет заиграл на волнистых узорах стали. — Бергир, я иду, старая ты чертяка! Держи хвост покрепче!

С широкой лыбой на лице и полный энтузиазма я рванул на улицу.

Столица моей империи, прозванная в честь меня же Светозаром, раскинулась на километры вокруг. Но огромная рожа Бергира нависала над защитными стенами, и красные злые глаза демона отлично виднелись даже с такого расстояния.

Бежать было долго, поэтому решил применить мою силу — Глас богов.

«Ветер, даруй свои невесомые крылья!»

Сказанные на языке богов слова отозвались в Источнике моей магической силы, и я полетел в сторону разразившейся битвы.

Мои ближайшие соратники, с которыми мы и объединили десятки разрозненных народов в единую Великую империю, сейчас осыпали Бергира ударами. Тот становился всё злее и злее, но, когда заметил меня, расширил глаза, развёл когтистые лапы и громко прорычал:

— Р-р-р-р-р-р-ра-а-а-а-а!

Мне навстречу ударили ветер и звуковая волна. Соратников разбросало в стороны, с крыш домов послетала черепица, а деревья гнулись, как во время жуткого урагана.

— Р-р-р-р-р-р-ра-а-а-а-а! — ответил я, взмахнув мечом.

И в сторону Бергира полетел сверкающий серп чистой небесной энергии.

Столкновение отозвалось оглушительным звоном и вспышкой света. Бергир отлетел назад, подальше от города, и своим огромным телом смёл немалую часть леса, прежде чем остановиться, уперевшись в высокий холм.

Он тут же вскочил на ноги, что вызвало небольшое землетрясение, но я уже был прямо перед ним и заносил меч для нового удара.

«СГИНЬ!»

Сила божественных слов припечатала Бергира к земле.

«Гром, даруй мне свою силу!»

И с ударом меча демона поразил столб молнии.

Когда всё улеглось, на том месте образовался огромный кратер, но городу ничего не угрожало. Несколько облысевших крыш — единственный ущерб от появления Верховного демон…

Погодите-ка.

Это же был сам Бергир! Владыка демонов, некогда посылавший на нас свои орды и желавший поглотить землю.

Если он собственной персоной явился по мою душу, то получается…

— Я что, всех старших демонов уже перебил?

Пока мои мысли заполняли печальные думы о предстоящей скуке, из города начали доноситься радостные крики жителей.

Меня встречали как героя!

Хотя я и был героем, не так ли?

Горевать о почившем заклятом враге можно и потом. Поэтому я встряхнулся и направился обратно в цитадель. К моему появлению там уже собралась толпа. Вельможи, министры, влиятельные торговцы и прекрасные дамы в пышных платьях кланялись мне и хвалили моё могущество и отвагу.

А одна дама, чуть наклонившись и открыв взгляду глубокое декольте, прошептала, что будет ждать меня после обеда на западной смотровой башне.

Это была самая высокая башня города, откуда открывался чудесный вид на холмы и леса вокруг.

Да и барышня была самый сок — пухлые губки, широкие бёдра. А глаза!.. Взгляд прямо-таки кричал о её раскованной натуре.

Покойся с миром, Бергир!

Но не волнуйся. Горечь об утрате сегодня загладит одна прекрасная незнакомка.

Настроение поднялось, и уже с широкой улыбкой я дошёл до подножия трона, где стояли мои верные соратники. Могучий витязь Велизар, суровый воитель Асван, прекрасная жрица Эфлен, не менее прекрасная колдунья Асмарида и мрачный багатур Кхазар.

— Благодарю вас, друзья! — воскликнул я погромче, чтобы все услышали. — Ваша помощь была неоценимой. Не задержи вы демона, город потерпел бы огромный урон.

Я развернулся лицом к толпе, поднял руку и воскликнул:

— Бергир повержен! Да настанет мир в нашей империи!

— Ура! Ура! Ура! — откликнулись мои подданные.

Но когда я развернулся обратно, передо мной возникло недовольное лицо Эфлен.

— Ты где пропадал? — прошептала она гневно.

— Меч искал, — шепнул ей в ответ.

— Да ты!..

На лице Эфлен читалось дикое раздражение, но бьюсь об заклад из-за той барышни, а не из-за моего опоздания на битву.

Я поднялся по ступеням под звуки барабанов и горна, знаменующих конец войны между демонами и людьми.

Сел на свой трон и вздохнул поглубже, вкушая запах победы. Утро действительно выдалось лучше всяких…

Вдруг вокруг трона засияли какие-то символы, из них вырвался золотистый яркий свет. И прежде, чем он ослепил меня, я успел увидеть взволнованное лицо Анны. Которая, напомню, отличалась постоянным спокойствием.

Она растолкала соратников и протянула руку, желая кинуться ко мне на помощь, но Велизар схватил её и не позволил пересечь круг.

— А… Что за…

Свет заполнил собою всё пространство вокруг. И даже я сам обратился в свет.

Осталось только сознание, потому что рук, ног, даже собственного дыхания я не чувствовал. Всё казалось каким-то странным. Я существовал и не существовал одновременно. Но одно я понял точно.

Ни с какой барышней я, похоже, не встречусь…

━─━────༺༻────━─━

Не знаю, сколько я провёл в этом свете. Ощущение времени как-то затерялось. Казалось, прошло одновременно и мгновение, и столетие, прежде чем свет начал слабеть.

Сначала это было еле заметное мерцание. А затем будто его мелкими трещинами пробивала тьма, пока пространство вокруг не завернуло в бурный водоворот неведомых сил.

И этот водоворот выбросил меня куда-то.

Я очнулся посреди ночного леса.

В груди застряла боль, голова трещала, а в затылок упирался какой-то булыжник.

С трудом вздохнул и поднял корпус. Перед глазами пелена, вокруг темнота, не видно ни черта!

Чуть посидел, чтобы прийти в себя и поднялся, упираясь в булыжник.

Демоны, да это не булыжник! Я вгляделся в кусок торчащей из земли скалы, исписанной какими-то символами. И, будто вспомнив что-то нехорошее, мой Источник магии задрожал, отчего к горлу подкатила изжога.

А затем я взглянул на руку…

И тут же её одёрнул.

— Какого ляда тут творится⁈

Это была не моя рука!

Тонкие худые пальцы, тонкое запястье, предплечье почти без мышц. Где моя сильная мускулистая рука⁈

Но дальше хуже — всё тело было не моё. Я оглядел плечи, торс, ноги, пощупал своё лицо и взлохматил слишком длинные волосы.

— Что за хрень⁈

Быстро помчался на звук реки. Сквозь ветви, кустарники, едва не падая в овраги и чудом не спотыкаясь о коряги и валежник, я добежал до берега и припал к воде.

В отражении под лунным светом на меня смотрел темноволосый молодой парень. Худощавый, с выступающими скулами, выпирающей челюстью и впалыми щёками.

То ли от досады, то ли от ужаса я шлёпнул по воде. Со всплеском та разошлась волнами, размывая отражение, а холодные капли оросили кожу.

Я задышал часто, тяжело.

Что происходит⁈

Где я вообще?

И почему выгляжу как кто-то… другой?

Но эти вопросы пришлось оставить, потому что из-за деревьев раздался угрожающий демонический рокот.

Я вскочил и повернулся в сторону, откуда шёл звук. Не знаю, что здесь происходит, но после Владыки демонов вряд ли меня удивит какое-нибудь чудовище.

Правда, осторожность тоже не помешает, поэтому я затаился и пробрался сквозь рощу тихо и незаметно.

Уж с этим телом проблем с габаритами не было…

Скоро показался и сам демон.

Через влажные от росы листья я увидел здоровенного чёрного волка с сияющими красным светом глазами и пастью, из которой исходил алый дым.

— Тьфу! А я уж заволновался.

На душе полегчало. Это был всего лишь Чернобурый волк. Низший демон, с которым могли справиться несколько обычных солдат. Он обнюхивал скалу и уже обошёл её по моим следам.

Я вышел из укрытия с полной уверенностью в своих силах. Даже без меча и настоящего тела со мной всегда оставался Глас богов, которому расправиться с такой мелкой проблемой раз плюнуть.

Демон с удивлением взглянул на меня, раскрыл пасть, а затем протяжно зарычал, выпуская когти.

С ухмылкой я вытянул руку перед собой, собирая в Источнике столько магии, сколько смогу. Он почему-то плохо слушался, но с горем пополам там набралось достаточно для одного слова:

«Сгинь!» — молвил я, глядя в глаза рассвирепевшему демону.

И… Ничего не произошло.

Тактично ожидавший моего хода демон рявкнул, отпружинил на задних лапах и рванул на меня.

Удалось увернуться от броска, но едва-едва. Жёсткий мех прошёлся по щеке, а коготь задней лапы всё-таки полоснул по лицу, оставив порез от брови до уха. Рана отозвалась жжением, на остывшую кожу хлынула горячая кровь.

А я помчался прочь, пока демон не успел развернуться и сделать новый бросок. Перепрыгнул через овраг, за которым открылся крутой спуск, и, перебирая ногами как только мог, пустился вниз.

Позади доносились рычание, шелест ветвей и топот демонических лап.

Не думал, что когда-нибудь снова буду убегать от проклятого демона. Будто вернулся в те далёкие года, когда был беззащитным парнишкой из мелкой деревни.

Так себе ощущения, если честно.

Топот демона приближался. Впереди я слышал журчание воды — видимо, река изгибалась в этом месте.

Я выжал даже те остатки, которых, казалось, и не было. Единственное спасение сейчас — это успеть перебраться через реку, потому что Чернобурые волки жуть как не любили плавать.

Хриплое дыхание уже подбиралось прямо к затылку, по спине пробежали мурашки. Рычание заставило волосы встать дыбом, и я услышал, как разевается пасть…

КЛАЦ!

Но я уже летел над бурной рекой. Ветер бил в лицо и развевал волосы, свистел в ушах. А затем я нырнул в воду, и течение понесло меня вниз.

Вынырнув, успел заметить, как демон бежит вдоль берега в надежде всё-таки меня сожрать. Но хренушки — я погрёб в другую сторону, жадно глотая воздух в перерывах между тем как ледяная вода накрывала меня с головой.

Спустя довольно короткое, но тяжёлое время я выбрался на противоположный берег.

Голова кружилась, лёгкие жгло, а мышцы едва не отваливались. Я успел доползти до небольшой поляны и рухнул на спину, переводя дыхание.

Так я узнал, что от моей выносливости тоже ничего не осталось.

Немного придя в себя, я сел. Волк всё ещё караулил меня через реку, глядя своими красными пылающими глазами.

Показал ему фигу и обложил трёхэтажным матом. Но мысленно, чтобы не сбивать дыхание.

Затем встал, оглянулся. Вроде поблизости других демонов не было, но расслабляться не стоит.

Кажется, я поспешил насчёт хорошего утра. Очень сильно поспешил. Не знаю, что произошло, но я теперь в чужом теле.

В слабом теле.

И одежда какая-то… странная. Раньше такую не видел. Какие-то очень широкие штаны, ботинки с обмоткой по щиколотку, просторная рубаха, на которой были вышиты узоры, что-то смутно напоминающие.

А вот местность казалась знакомой. В общих чертах.

Так выглядели земли, где располагалась моя родная деревушка. Холмы, леса, извилистые реки — я облазал их, ещё когда был ребёнком.

И тут до меня дошло.

Бергир!

Наверняка эта древняя задница каким-то образом вышибла меня из моего же тела!

Не захотел проклятый демон подыхать нормально.

Вот гад!

А я ещё горевал из-за его утраты, разрази меня небеса! Ну, паскуда… Не знаю, что он мне припас, но, когда вернусь, мало не покажется.

Всех демонов, что остались на моих землях и прятались по своим норам, найду и выпотрошу!

Только вот пойму, в чьё тело меня закинуло, и где именно я нахожусь…

Надо бы найти ближайшее поселение. Вопросов накопилось достаточно, но деревья мне на них не ответят.

Только хотя бы знать, в какой стороне искать…

Я почесал затылок, огляделся. От берега тянулся подъём на высокий холм, поросший лесом. Если забраться на него и залезть на дерево, должен быть неплохой обзор.

Так я и сделал. Осторожно, чтобы не наткнуться на других демонов, поднялся по остывшей земле, выбрал самую высокую ёлку и полез наверх.

Проклиная Бергира с его непонятной магией, я забрался-таки на самую верхушку, получив три занозы, чуть не упав и несколько раз встретив еловые иголки собственным лицом.

Это новое тело было жутко неудобным и непривычным. Руки двигались нехотя, ноги не слушались, а в голове стоял какой-то звон. Но было ли это последствием моего переноса или просто состоянием бывшего носителя, ещё предстоит узнать.

Не, серьёзно. Откуда у Бергира такая магия, да ещё после низвержения? Может, он не сдох, а провалился в свою Преисподнюю и оттуда сделал свой подлый ход?

Если так, то он наверняка будет меня искать и пошлёт своих прихвостней на охоту. А значит мне нужно как можно быстрее добраться до безопасного места.

Вид открылся действительно хороший. Я смог рассмотреть лес, холмы, поля и извилистую реку, которая меня спасла. А ещё вдалеке, почти у самого горизонта, горели огни какого-то города.

— Туда мне и нужно! — выдохнул я.

Теперь понятно направление, куда следует двигаться. Старые умения деревенского охотника, кем я начинал свой славный путь, не забылись. Так что сориентироваться сумею. А вот по деревьям лазать они не особо помогали.

Хилые конечности уже ныли от усталости, мне приходилось терпеть боль и осторожно спускаться по ветвям. И вот я уже почти закончил, повис на суку, готовый прыгнуть на землю, как вдруг послышались голоса.

— Ну, и где он? — раздражённо проворчал первый.

Он явно принадлежал кому-то молодому.

— Тс-с-с! Тише. Тут демоны шастают, забыл что ли? — второй показался более взрослым.

Хотя он шептал, так что определить было сложно.

Скоро я заметил, как из тени появляются три силуэта.

Три вооружённых силуэта.

— Найду — убью на месте! — снова проворчал первый, но уже тише.

Так. Надо бы забираться обратно. Не знаю, про меня ли они говорят, но выяснять не хочется.

Я потянулся…

Потянулся…

Потянулся…

Демоны! Ничего не вышло!

Силуэты уже подобрались довольно близко. Ещё немного, и они пройдут прямо подо мной.

— Говорят, тут даже демоны третьей ступени водятся, — подал голос третий.

Этот был ещё младше.

И что за ступени такие? Никогда не слышал.

Тихие звуки шагов по лесной тропе заглушало биение моего сердца. Кажется, они меня не заметили, но пальцы еле-еле держали сук и уже начинали сползать.

На всякий случая я подтянул ноги повыше, потому что они уже проходили внизу. Кажется, это было зря — пальцы отозвались болью, и мизинец соскочил.

Никогда не думал, что мизинец может быть настолько ощутимой потерей…

Стиснул зубы и поджал губы, чтобы ненароком не издать звука. Незнакомцы уже прошли немного дальше, но были ещё слишком близко, чтобы…

Тут пальцы один за другим соскользнули, и я полетел вниз. В суматохе едва успел сгруппироваться, но приземлился на ноги, мельком взглянул на развернувшихся незнакомцев и тут же рванул в сторону, надеясь, что бегали они похуже волка.

— А ну стой!

Ага, сейчас!

Но только я сделал пару шагов, как вдруг что-то схватило мою ногу. Я рухнул на землю, перевернулся и…

Острие копья упёрлось в горло, а незнакомец со злой мордой уставился на меня подсвеченными глазами.

— Вот ты и попался, Лют!

Всё-таки они искали меня. А ещё я теперь знаю, как меня зовут. Ну, хотя бы на один вопрос я ответ получил…

И что мне теперь с этим делать?

Глава 2

Копьё упиралось в горло, даже капля крови стекала вниз и остановилась где-то на ключице.

Лицо того, кто держал оружие, выражало неприкрытую злость, но что-то удерживало его от попытки надавить чуть посильнее.

— Мы всю ночь угрохали на твои поиски! — проворчал второй незнакомец.

Ну, раз вы решили потрепать языком, я этим воспользуюсь.

Плеть, которая обвивала мою ногу, была магической. И её зачем-то убрали — видимо, решили, что копья на меня хватит.

Ага, хренушки!

Резким движением я сбил клинок в сторону, одновременно переворачиваясь и в круговороте поднимаясь на ноги.

Получилось неуклюже, но они явно не ожидали ничего подобного, поэтому мне удалось рвануть подальше и оторваться прежде, чем магический хлыст снова поймает меня.

— Стой, гад! — прокричали мне вслед.

Но я уже нёсся вниз по склону обратно к реке. Она текла в сторону города, который я видел у горизонта, так что следовало просто двигаться вдоль берега.

А ещё река отлично смывала следы.

Запыхавшись, я добрался до поляны, на которую выполз, убегая от волка…

Демоны!

Уже дважды приходится бежать. Да где это видано, чтобы сам Светозар Великий удирал от врагов⁈

Ну, ладно. Повозмущался, и хватит. У меня даже оружия нет, чтобы защититься.

Голоса и топот преследователей не отставали, так что я постарался ускориться. Тело ныло, болело, вот-вот обещало подкинуть пару новых спазмов, но тут либо бежать, либо копьём в брюхо.

Сейчас лучше бежать.

— Р-р-р-ра-а-ар-р-р! — Чёрный силуэт промелькнул прямо передо мной, сбивая с ног.

Красные злые глазищи Чернобурого волка сверкнули совсем рядом, здоровенная пасть оскалилась, обдав меня жарким дыханием демона, когтистая лапа прижала к земле.

Да как он перебрался на этот берег⁈

Но тут теперь уже самого Волка сбило летящее копьё, объятое алым пламенем.

С хрипом демон рухнул в сторону и несколько раз кувыркнулся, тут же вскочив на лапы, и грозно зарычал.

— Бей Волка! — донёсся знакомый голос первого незнакомца.

И три силуэта бросились в атаку на демона.

— Эм… — Я смотрел, как один мой враг отбивается от трёх других.

И что делать?

Бежать?

Вроде как-то неправильно что ли… Всё-таки они меня спасли.

А если снова захотят убить?

Тут одного из них отшвырнуло в мою сторону. Молодой парень лет на… Точнее, теперь уже примерно моих лет взрыл носом землю и отключился. А следом в у его головы воткнулось копьё.

— Алексей! — встревожился второй незнакомец.

Но Волк не позволил отвлечься и набросился на обоих парней с яростью и злостью. Зажал в челюсти древко копья одного из них, попытался вырвать, но вместо этого раскусил овеянную алой аурой деревяшку пополам.

Похоже, дела у них не очень…

Я схватил копьё. Посмотрел на реку, на схватку незнакомцев с демоном, снова на реку, где как раз проплывала подходящая коряга, чтобы на ней быстро спуститься по течению…

Ладно, всё же я Великий Светозар. Да и оружие какое-никакое появилось.

Лишившийся оружия парень покрыл руки алой аурой, напоминающей пламя, и, судя по всему, собирался атаковать Волка.

Не знаю, что это за сила. Впервые вижу такую магию.

Но поступок действительно глупый.

Прежде чем когтистая лапа демона снесла незнакомцу голову, я успел сбить его с ног и подставить острие копья прямо навстречу удару.

Чернобурый волк взвыл от боли, когда сталь пронзила его. Он поднялся на задних лапах, скользя раной по древку, отчего взвыл ещё сильнее. Я с трудом удерживал копьё в руках, но чувствовал, что сил в этом новом слабом теле оставалось уже крайне мало.

Тут демон подскочил в попытке избавиться от «занозы», но второй незнакомец умело ударил в брюхо и опрокинул демона на спину.

Молодец, конечно, вот только я вместе с этим взлетел следом за древком. Пальцы онемели и отказывались разжиматься, так что я рухнул на землю, больно ударился головой и начал терять сознание.

Усилием воли цеплялся реальность, глядя как незнакомцы кидаются на почти поверженного демона и добивают его в четыре руки.

Пелена перед глазами становилась всё сильнее, веки тяжелели, а я гадал, не прибьют ли меня эти ребятки, пока я буду в отключке.

И провалился во тьму.

━─━────༺༻────━─━

Луч солнца ударил прямо в глаза, из-за чего я проснулся.

В голове сначала была каша. Хотел позвать слугу, чтобы несли завтрак в постель, потому что я ничего не помнил из прошедшего дня. Что было очень странно, потому что до такого состояния никогда не позволял себе напиваться.

А ещё пошарил рукой и не заметил рядом никакой барышни, что было ещё более странным.

Ведь если вчера был пир, да такой, что даже я ничего не помнил впервые в жизни, то рядом обязательно должна была…

Тут в голову ударили воспоминания.

БАМ — Бергир.

БАМ — Яркий свет.

БАМ БАМ БАМ — Я в новом теле. Волк. Незнакомцы.

— У-у-у-х-х-х… — Вместе с воспоминаниями пришла и головная боль.

Я попытался закрыть солнце рукой, но обнаружил, что на запястье надеты оковы, а цепь прибита к кровати.

Одноместной узкой кровати с неудобной жёсткой подстилкой.

В походах и не на таком спать приходилось, но то под открытым небом, с видом на звёзды. Так и на земле, подстелив под голову седло коня, можно выспаться вдоволь.

Но под крышей-то…

— Очнулся уже? — пропел сладкий голосок откуда-то сбоку.

Я повернул отяжелевшую голову и увидел девушку, сидящую на стуле рядом с кроватью. Черноволосая, с толстой переплетённой косой, перекинутой через плечо. И в странном платье, чем-то напоминающим те, что носили у меня на Родине. Даже узоры немного были похожи.

Она что-то вышивала на натянутой в обод ткани и улыбалась пухлыми розовыми губами.

— А-а-агх-х… — Я хотел ответить, но горло пересохло.

Девушка догадалась и поднесла ко рту чашу с водой, которую я осушил за пару секунд.

— Спасибо, красавица… А где я?

Тут она удивилась. Причём сильно. И часто захлопала синими глазками.

— Как где? Дома, Лют. Ты не помнишь что ли?

— Лют — помню… — прохрипел я. — Дом — не помню.

Не, ну про Люта я действительно помнил. Так меня назвал один из парней, которые зачем-то меня искали.

— Ой, беда! — Она прикрыла рот ладонью, глаза забегали от волнения. — Память вышибло! Надо срочно к Елене бежать.

И побежала.

Сорвалась с места, чуть не бросив вышивку на пол, и скрылась в дверях.

Кто такая Елена? Кто она сама такая? Ничего не понятно.

Весело, однако. Но, судя по всему, я попал к своим.

Или не своим? Кандалы-то нацепили.

Мда. Ситуация, конечно.

Лицо болело. Причём непонятно, это был порез или в целом всё лицо. Оба варианта были вполне возможны.

Немного полежав, я изучил пространство вокруг.

Это была небольшая комната в бревенчатом доме. Обставленная по-простому, без излишеств. Кровать, собственно, стул, стол и скамья вдоль стены. На этом интерьер закончился.

Кровать стояла у открытого окна, откуда дул прохладный ветер и доносились голоса людей, детские возгласы, смех, скрип колёс на телегах и собачий лай.

Это снова напомнило мне о родной деревушке, где я провёл детство и постиг азы охотника, прежде чем отправиться в долгое и опасное путешествие. Итогом которого стала первая в мире Великая империя.

Но сейчас я лежал, прикованный к кровати. Тело ныло, но вроде как более-менее восстановилось. А оковы, если не ошибаюсь, были сделаны из простого железа, причём не лучшего качества.

Ну-ка если…

Я поднатужился, но ничего не вышло. Силёнок теперь не хватало даже разорвать ржавые цепи.

А если подпитать магией?

Попробовал воззвать к Источнику, но тот ответил резкой болью. Не знаю, что произошло с этим Лютом до того, как я занял его место, но он явно повредил Источник духовной силы.

А может…

Взглянул на цепь, сосредоточился и на языке богов произнёс:

«Разбейся!»

Не сработало. Источник даже не шелохнулся.

Неужели Глас богов и правда не работает?

Вдруг в комнату вошла статная женщина. Светловолосая, с осанкой, которая выдавала благородное происхождение.

Ну, ещё это происхождение выдавало дорогое платье с золотыми украшениями, хоть и довольно поношенное.

Черноволосая девушка тоже появилась, но держалась позади.

— Пришёл в себя? — спросила, судя по всему, та самая Елена. — Наконец-то. Давай-ка я тебя осмотрю.

Она потянулась ко мне изящными руками. Тонкие пальцы с нежной кожей тоже выдавали благородную кровь. Кончики коснулись моего лба и начали источать приятное тепло, разливающееся по телу от головы по всем сосудам.

Вдруг стало как-то хорошо и уже начало клонить в сон. Но приятное тепло исчезло так же внезапно, как появилось, а женщина отошла назад.

— Ничего не понимаю… — нахмурилась она.

— Елена Ярославовна, о чём вы? — спросила черноволосая девушка.

— У него, кажется, повреждён Источник. И течение духовной силы странное, сбивчивое. Будто кто-то попытался разбить его душу.

Ну, что сказать… В принципе, всё верно говорит.

Погодите-ка. А когда у нас появились лекари с магическим даром? Что-то я ни одного не припомню на всю империю.

Была пара артефактов, позволяющих залечивать раны или унимать боль. Но ими может пользоваться только Эфлен. Помню, как-то помогла унять боль в животе после одной дрянной похлёбки, которую приготовил Асван.

А тут аж до Источника добралась…

— Ничего не помнишь, Лют? — спросила меня Елена.

— Имя помню. Своё.

— И меня не помнишь? — подняла она бровь так, будто вопрос был с подвохом. — И Милушу?

Она кивнула в сторону девушки с чёрными волосами.

Так вот как её зовут.

— Нет, — покачал я головой.

Надеюсь, поверит. Тем более, что говорю чистую правду. Как я могу их помнить, если не знаю?

Елена задумалась. Нахмурилась, поджав тонкие губы, и сверлила меня взглядом светлых глаз.

— На моём опыте подобных повреждений не было, — размышляла она. — Но если помнишь имя, то память утрачена не полностью. Нужно будет походить по округе, пообщаться с людьми. Что-то должно вызвать всплеск воспоминаний.

— Походить? — Я погремел цепями.

— Ах, да… — протянула Елена. — Ну, я не думаю, что тебя будут держать долго. Просто чтобы не убежал перед Советом, как в прошлый раз.

В прошлый раз?

Что-то я совсем потерялся. Меня знают и те незнакомцы, и эти дамы. И Совет, кто бы там не заседал.

А меня точно хотели убить? Ну, кроме Волка…

Кстати, о нём. Попробую немного прояснить ситуацию.

— Кажется… — Я нахмурился, будто от боли, состроил болезненное лицо, чтобы правдоподобнее было. — Припоминаю волка… красные глаза… И кто-то ещё был?

Милуша заулыбалась, а Елена кивнула.

— Да, тебя спасли Ратибор, Воймир и Алексей. Владимир Всеславович отправил их на твои поиски в лес. Что-то из этого припоминаешь?

— Нет, — вздохнул я.

Ладно, трое незнакомцев не убить меня пытались, а отыскать и домой приволочь. Тут мозаика на место встала. Но что Лют делал в лесу?

Наверное, это как-то связано с той скалой, исписанной странными символами.

— И что теперь со мной будет? — задал я главный вопрос.

— А это уже решит глава рода Владимир Всеславович, — строго ответила Елена. — Жди сурового наказания, Лют. Он очень недоволен. А когда узнает, что ты даже не помнишь из-за чего…

Она тяжело вздохнула и многозначительно промолчала.

Но потом добавила:

— Лежи и отдыхай, набирайся сил. Ты теперь в безопасности.

И ушла, забрав с собой Милушу.

Я остался один в комнате, пропахшей деревом, мхом и смолой. Снаружи кипела жизнь, светило солнце, а мне предстояло и дальше разбираться с тем, что со мной произошло.

Первым делом нужно понять, что с Источником. После вмешательства Елены ему вроде как полегчало, однако он всё равно казался каким-то странным. Будто этот парень как-то его изменял, причём не только размер, но и форму.

Я снова попробовал напитать мышцы магией, и на этот раз получилось. Плавно, медленно, но по телу растеклась сила.

Ещё раз потянул цепи и почувствовал, как скрипят звенья. Стон железа разнёсся по комнате, но я прекратил тянуть.

Сила Источника заработала, и это хорошо. Я хотя бы врукопашную теперь смогу за себя постоять.

А что насчёт Гласа богов?

«Ветер»

Ничего.

Язык богов не работал совсем, и дело тут не в моём состоянии…

А значит, я пока уязвим.

Ладно, оставлю пока цепи. Сбросить их всегда успею, но нужно понять, что происходит, и как вернуть моё могущество.

Придётся набраться терпения.

━─━────༺༻────━─━

Совет проходил в деревянных хоромах. Я бы назвал их просторными, но только по сравнению с той комнатушкой, где меня держали прикованным к кровати.

Здание было построено из камня, но отделано деревом с резными узорами. Потолок поддерживали дубовые балки, окованные железом, а напротив входа, на деревянном троне, сидел внушительного вида мужчина.

Ему на вид было лет сорок или пятьдесят. Сложно разобрать из-за густой бороды. Глаза серьёзные, глубокие, брови хмурые. Надо понимать, это был Владимир Всеславович. Сразу видно — он тут всем заправлял.

— Люта привели, брат, — сказал мужчина, стоявший по правую руку от главы.

Похоже, его брат. Судя по всему, младший.

— Вижу, Влад… — вздохнул, надо понимать, Владимир Всеславович. А затем погромче добавил: — Ну, иди сюда!

С меня сняли кандалы, и я гордо пошагал к трону. Хотя троном этот стул назвать можно было с натяжкой.

Люди, сидевшие на двух скамьях по обе стороны от меня, вдруг принялись возмущённо перешёптываться.

В глазах Влада появилось удивление, а Владимир с интересом приподнял бровь. Я по их мнению должен был виновато плестись, опустив взгляд что ли?

Не знаю, каков тут этикет, но я решил воспользоваться имперским и остановился в трёх шагах от помоста, на котором стоял трон.

И, кажется, не прогадал.

— Говори, — махнул Владимир.

Шёпот за спиной затих. И вообще во всём зале воцарилась тишина.

— Эм… Здравствуйте…

У Влада глаза вспыхнули гневом, а Владимир уже не интерес выражал, а раздражение.

— Шутить вздумал⁈ Говори, зачем в лес сбежал!

— Да тут такое дело, Владимир Всеславович, — начал я. — Память мне отшибло. Помню только своё имя, а ваше знаю, потому что мне подсказали. А больше ничего не помню.

Владимир вздохнул, сжал подлокотники трона, что те затрещали.

— Да он издевается! — воскликнул Влад. — Розгами его, брат! Так, чтобы рубаху снимать не мог до конца жизни!

Тут за спиной раздался чей-то спасительный голос:

— Правду он говорит, Владимир!

Я обернулся к мужчине помладше тех, что были у трона. Но во внешности проглядывались явные схожести. Тоже брат, да пожиже?

— Говори, Браслав.

— Елена его лечила, — выступил он. — Сказала, Источник повреждён, да ещё по голове схлопотал — вот память и отшибло. Но она должна восстановиться со временем.

Добрый человек этот Браслав. И жена у него вроде хорошая.

А вот не-добрый человек в лице Влада опять начал требовать наказания:

— Да брешет парень! Розгами, я говорю! Сразу всё вспомнит.

Ух, демон! Всё-то ему розги, да розги. Погоди, как бы тебя ими скоро не отхлестали.

Однако стоять и ждать, пока за меня всё решат, было нельзя. Нужно защищаться.

— Да разве ж это справедливо⁈ — возмутился я. — Наказывать за то, чего даже не помню! Какой в этом смысл?

Глава чуть взбодрился от удивления, а Влад прорычал:

— Ты ещё возражать будешь, уб!..

— Успокойся, брат, — Владимир оборвал его на полуслове. — Сыновья мне рассказали, как дело было. Его и правда хорошо демон приложил. Видимо, Источник тоже повредил.

— И что теперь, спускать побег? — фыркнул засранец.

Он мерил меня злобным взглядом. Прямо-таки источал ненависть, будто я у него последний кусок мяса из-под носа увёл.

— Когда к нему память вернётся? — последний вопрос был обращён Браславу.

Тот поведал о моём «недуге» и как его можно исправить, отправив меня гулять по забытым местам и общаться с забытыми людьми.

На скамьях опять начали перешёптываться. Из тех слов, что я смог разобрать, большинство было за наказание.

Вот гады!

И ещё этот Влад… Что б его демоны поглотили, чёртов паршивец!

Но Владимиру, видимо, всё это собрание надоело. До меня они тут часа два болтали о всяком разном, хорошо хоть я ждал за дверью, на свежем воздухе. А чтобы не терять время, изучал местное население, которое очень напоминало мой родной народ. Но всё же значительно отличалось, хоть и говорили на общеимперском почти без особого говора.

Так вот. Владимиру надоело. Он встал, вздохнул и громогласно объявил:

— В наказание Лют Бастрак будет в услужении у каждой семьи рода на срок в двое суток. Совместим наказание с лечением. Очерёдность определим по необходимости.

По залу разнеслись одобрительные смешки.

Погодите-ка… Бастрак?

На языке моего народа это означает незаконнорожденный. Непризнанный бастард, то есть.

— Ратислав! — Владимир окликнул ещё одного человека со скамьи.

— Да, брат? — отозвался мужчина с длинными волосами, убранными в хвост.

Он был примерно того же возраста, что и Влад, только выглядел более добродушно.

— Алексей пострадал во время поисков. Будет справедливо, если Лют сперва отправится в вашу семью.

— Спасибо, глава, — Ратислав поклонился, а затем взглянул на меня оценивающим взглядом.

— Если не получится память восстановить, научите его хотя бы послушанию, — недовольно хмыкнул Влад, чем вызвал новую волну одобрения.

Он бесил меня всё больше и больше. Вы, ребята, вообще начали меня серьёзно злить. Дайте только немного сориентироваться в ситуации, восстановить силы. И послушанию придётся учиться вам самим.

В груди закипал гнев. Даже повреждённый Источник не мог этому противиться. Не знаю, как тут жил этот Лют, но после него придётся долго прибирать. Надеюсь, вся эта история с переносом души не затянется надолго.

Вы только представьте лица этих засранцев, когда по их душу явится сам Великий император.

А Владимир тем временем ударил посохом и объявил:

— За сим Совет рода Нелидовых объявляю оконченным!

Нелидовы?

Погодите-ка… Знакомое имя, однако. Так моего брата родного зовут — Нелид.

Да не. Что-то слишком много совпадений.

В голове начали крутиться мысли, которые я до этого старался гнать подальше.

Знакомые места, знакомый язык, похожая культура…

— Лют, пошли, — позвал меня Ратислав, когда все начали уходить из зала.

Я с задумчивым видом шагнул к нему, пытаясь сопоставить всё, что успел узнать за это время. Вывод мне крайне не нравился, но стоило убедиться.

— А это… не подскажите? Не помню ещё одну вещь.

— Чего? — раздражённо бросил Ратислав.

— Какой сейчас год?

Он удивился вопросу и, наверное, принял это за шутку, но всё же ответил:

— Тысяча четыреста двадцатый.

Так, тут не сходится. Но если я прав, летоисчисление могли поменять.

— А от чего считаем?

Ратислав вдруг сверкнул гневным взглядом, будто я спросил что-то оскорбительное.

— Вижу, ты совсем плох, раз спрашиваешь. От свержения Светозара Узурпатора, конечно же!

Светозара?

Узурпатора⁈

Это что получается… Свержения меня?

Глава 3

Двор Ратислава был не слишком большой, но вмещал всё необходимое. По центру стоял главный терем с двумя этажами и широким крытым крыльцом, от которого отходили деревянные тропинки к другим постройкам. Тут и конюшни, и амбар, и летняя кухня, и даже баня, причём довольно серьёзная.

Однако всё построено из дерева. Чисто, аккуратно, но бедновато для вельможи. Даже среднего достатка.

Похоже, дела у рода шли не очень хорошо. Правда, понял я это ещё по пути, пока мы проходили дворы простолюдинов, находящихся под управлением семей.

Такое ощущение, что Нелидовы еле сводили концы с концами.

Но это ладно.

Это вполне поправимо.

Меня больше интересовало другое…

Когда это меня стали звать узурпатором⁈

Демоны вас побери! Всего несколько столетий, и из Великого императора в Узурпаторы обозвали. Кто тут вообще летописью занимался⁈

Если буду спрашивать такие вещи, могут за совсем поехавшего принять. Надо бы до ближайшей библиотеки добраться и глянуть, что тут потомки наворотили, пока меня не было. Только для начала придётся подыграть решению Владимира и разузнать побольше о Нелидовых.

— Вот и пришли, — указал Ратислав, когда мы миновали ворота. — Жди здесь. Сейчас позову Алексея и начнёте работать.

И ушёл, даже не взглянув в мою сторону.

Это отношение мне уже надоело. Если это не совпадение, и Нелидовы — потомки моего брата, то я, получается, их Предок-основатель! До меня никаких благородных кровей в роду-то не было.

И я теперь — бастард?

Как-то даже не смешно…

Из терема вышел светловолосый худощавый парень, которого я видел в лесу. Это его Волк отшвырнул в мою сторону, что позволило мне завладеть копьём и спасти всех от верной гибели.

Кстати, ещё вопрос. Это демоны стали сильнее за полторы тысячи лет или потомки поплохели? Чернобурые волки в моё время считались одними из низших демонов.

— Отец сказал, ты у меня в подчинении на сегодня, — не потрудившись даже поздороваться, буркнул Алексей. — Ну, пошли.

— Куда?

— Куда скажу, туда и пойдём! — огрызнулся он.

Так… Вдох, выдох… Не стоит прибивать этого засранца прямо на месте. Терпение, терпение… Может, у него просто настроение плохое? Всё-таки ночка выдалась трудной.

Повторяя это про себя, словно молитву, я последовал за Алексеем.

Шли молча.

Кажется, этот парень был обижен на меня или что-то вроде того. Прятал взгляд. А если пересекались, то поджимал губы и уводил в глаза сторону.

Это его так из-за Волка покоробило?

— Эй, что с тобой такое? — спросил я.

Не люблю гадать.

— О чём ты?

— Ходишь, будто я у тебя бабу увёл. Если не нравится чего, так скажи прямо!

Он резко остановился, развернулся лицом ко мне. Зубы показались в раздражённом оскале, а в глазах вспыхнул гнев.

— Прямо?

— Прямо.

— Я из-за тебя своё копьё потерял! Да и вообще, на кой ляд тебе в этот лес приспичило бежать⁈ Меня чуть не убили!

Понятно. Ущемлённая гордость. Ему говорить пока не стоит, но я-то помню, как дело было. Те двое ещё как-то сражались с демоном, а его вырубило в самом начале. А если узнал, что это я — какой-то бастард — ранил Волка, то наверняка злился.

Только погодите-ка. А почему копьё потерял? Не помню, чтобы Волк его разломал. Он перекусил одно древко, но это было…

А-а-а! Теперь понял.

— Хочешь, пошли поищем, — ухмыльнулся я.

— Совсем дурак что ли⁈ — с испугом в глазах возмутился Алексей.

— Ты хоть помнишь, как потерял?

Он насупился, нахмурился. Махнул рукой и развернулся, тут же быстрым шагом продолжив путь.

Понятно. Те двое сказали, видимо, что его копьё сожрал демон, а то, которым я пробил лапу, забрали себе.

Так, так, так… И какую же версию они рассказали Владимиру?

Я поспешил за Алексеем, а то он уже оторвался на несколько шагов. Ладно, скоро остынет. Вот «вспомню», как по-настоящему дело было, и вернём копьё.

Хотя меня смущает, что сын благородного мужа беспокоится о каком-то копье.

Алексей повёл меня за пределы владений Нелидовых. Он этого не говорил, но по изменившейся обстановке всё и так было ясно. За частоколом, отделяющим дворы рода от остальной части города, располагались довольно оживлённые улицы.

Сначала мы прошли питейное заведение, откуда прямо на наших глазах вывалился какой-то пьяница. Его прогоняла метлой сурового вида женщина с большой грудью и румяными от печного жара щеками.

Затем была торговая площадь. Алексей старался не глядеть на прилавки со всякими побрякушками, дорогими украшениями, напоминающими те, что носила моя соратница Асмарида, и диковинным оружием.

Была даже двухсторонняя секира с пикой на конце древка и острым навершием с обратной стороны.

Хотел бы я посмотреть, как таким орудуют, чтобы самому себе голову не проломить…

Алексей на поясе держал кожаный кошель, перевязанный верёвкой. И периодически проверял, не делся ли он куда-нибудь. Я шёл позади, на некотором отдалении. Привычка, выработанная за годы походов во враждебные земли, кишащие демонами.

Это позволяло держать обзор, а не упираться в затылок впереди идущего. Мне часто доводилось замыкать отряд, чтобы держать тыл в безопасности. И, должен сказать, это было куда более сложным делом, чем шагать впереди всех.

Как правило, если увидел противника впереди, то он атакует открыто. Но если целая колонна прошла мимо затаившегося врага, то от него жди беды. Голову снесут — и не заметишь.

А вот подозрительного мужичка в капюшоне, натянутом на глаза, я заметить успел.

Он, довольно ловко изображая неловкость, двигался навстречу толпе и обчищал пояса прохожих. Да так, что никто до сих пор не обнаружил пропажу.

И воришка свернул в сторону Алексея.

— Эй, подожди! — махнул я ему, желая предупредить.

Но паренёк отмахнулся и лишь ускорил шаг. Как раз в это время воришка промелькнул мимо него, и пояс подешевел в разы.

— Да стой ты! — прорычал я. — Кошель проверь!

Не оборачиваясь, Алексей пошарил бока. Остановился, принялся хлопать себя по поясу и испуганно оглядываться, после чего повернулся-таки ко мне.

В глазах ужас, лицо побледнело, а рот раскрывался и закрывался, словно у рыбы, выброшенной на берег.

— За мной! — махнул я и помчался за вором.

Алексей не сразу сориентировался, но вскоре кинулся следом. А вот вор сориентировался тут же. Он дал дёру со всех ног, ловко обходя толпы. Не удивлюсь, если успевал ещё и подрезать новые кошельки.

Но я тоже не лыком шит. Хоть новое тело и в подмётки не годилось моему родному, кое-какие навыки перенести удалось. Я начал нагонять вора, обходя даже подстроенные ловушки вроде опрокинутых прилавков или сбитых с толку людей на пути.

Мы добежали до какого-то мрачного переулка посреди трущоб, которые выглядели намного хуже даже района Нелидовых. Завернули за угол и тут оказалось, что вор сам завёл себя в тупик!

— Попался! — воскликнул я резко остановившись.

Выносливость всё ещё была слабой, так что появилась отдышка.

— А ну, возвращай, что украл!

Тут подоспел Алексей. Выносливости у него было немного больше, а вот ловкости, судя по всему, нет. На лице осталось пятно от помидора, на плече висел капустный лист. Кажется, ему не удалось избежать всех ловушек.

Мне, на самом деле, тоже. Не поверю, что вор, отлично знавший город, случайно завёл себя же в тупик.

В подтверждение моих доводов, под капюшоном сверкнула корявая ухмылка.

А затем окна из двух домов по бокам распахнулись, и оттуда показались двое мужиков довольно бандитского вида. Да ещё и с дубинами. У нас висели на поясах кинжалы, но дубины были длиннее, а на концах набиты железные гвозди.

Двое бандитов поджали нас сзади, перекрыв путь к отступлению.

— Ты хоть знаешь, кого обокрал, смерд⁈ — возмутился Алексей. — Я — боярский сын!

Ой, дура-а-а-ак…

Я пихнул его в плечо, окинув гневным взглядом. А бандиты будто мешок с золотом увидели. Аж глаза у двоих за спиной засверкали.

Хотя мы для них и были мешками с золотом. Наверняка уже мысленно повязали нас и затребовали выкуп.

— Бери этого вора, а я займусь отморозками позади, — прошептал я Алексею.

— Чего? — нахмурился он.

— Сейчас! Живо!

И бросился на двух бандитов, когда те были в паре шагов от нас. Первый не успел среагировать и схлопотал кулаком по горлу, отчего захрипел, бросил дубину и принялся судорожно глотать воздух.

Второй среагировать успел. Правда, повёлся на обманку, закрылся от удара по голове, но получил ногой между ног.

Не, а что? Двое на одного, да с палками — тоже нечестно.

И наличие у меня Источника ситуацию не уравнивает. Он ведь до сих пор повреждён.

Алексей всё-таки сориентировался, занял воришку. Правда, тот и драться не умел, видимо. Но зато отлично уклонялся и избегал ударов.

Пока его подельники валялись на земле, мы вдвоём кое-как схватили вертлявого гадёныша. Алексей с яростью врезал ему по челюсти, и тот отключился.

Он запыхался, раскраснелся и, кажется, ещё не до конца выпустил пар.

— А н-ну, иди сюд!..

Хрясь!

Оклемавшийся было бандит, которому я пробил в горло, тут же рухнул от удара Алексея.

После этого он наконец выдохнул и немного успокоился. Краем глаза я заметил, что третий, с отшибленными яйцами, лишь притворяется, что лежит без сознания.

Ну да хрен бы с ним. Видимо, мозгов хватает не отсвечивать.

Я выпотрошил закрома воришки, вернул кошель Алексею, а остальное добро…

Хм…

В дороге было такое негласное правило, что победивший разбойников забирает всё награбленное. Если ему не повстречались те, кого ограбили, и не попросили о помощи.

Я ещё хотел закрепить это правило в Великой Правде — своде законов империи. Но Эфлен заявила, что это нечестно по отношению к пострадавшим.

Асван был категорически против такого решения и полностью меня поддержал, однако общим голосованием было решено оставить формулировку, обязующую вернуть награбленное в ближайший Приказ Закона, оставив себе лишь десятую долю в качестве награды и притащив бандитов живыми или мёртвыми. В качестве доказательства, что не сам обобрал путников.

Надо ли говорить, что разбойники чудесным образом либо исчезали без следа, либо вредили, пока дружина не успевала разобраться с ними? А пострадавшие от их деяний, очень редко получали свою потерю обратно.

Так что пришлось изменить закон по своему разумению, воспользовавшись правом верховного правителя.

Не знаю, что говорит закон в этом времени, но у меня мнение не поменялось.

Если кто-то встретится, пусть обращается. Помогу.

— Что ты делаешь? — с подозрением спросил Алексей, когда я снял с вора довольно удобную сумку, где он хранил добычу.

Кожаная, с потайными карманами. Потёртая, но вполне сносная. И там было подозрительно много добычи для таких бедолаг.

— Пошли, — уклонился я от ответа и направился прочь из переулка.

Ну, и совершенно случайно задел «артиста» сапогом по голове.

Притворяющийся бандит даже не пикнул.

Ладно, заслужил. Оставлю его в покое.

Мы вышли на улицу и направились, судя по звукам, в сторону кузницы. Даже среди уличного гама были слышны удары тяжёлого молота и шипение пламени в горне.

Там работали двое. Один молодой, лет тридцати — видимо, подмастерье. Гладко выбритый, с повязкой на лбу и стрижкой «под горшок». Удивительно, что она сохранилась спустя столько лет.

А вторым был, собственно, кузнец. Бородатый, раза в два старше первого, но могучий и суровый. Казалось, мог железо голыми руками гнуть — и наковальня не нужна.

Может, кстати, и мог.

— Здравствуй, Людота! — Алексей помахал рукой, приветствуя кузнеца.

Тот с нахмуренным видом оторвался от работы. Махнул ученику, мол, отдыхай, и направился к нам.

— Здрав буде, боярин, — прогремел он низким раскатистым голосом. — За заказом прибыл?

— Верно. Вот, и остаток принёс. — Алексей протянул кошель.

Людота нахмурился ещё сильнее, почесал затылок. Шумно вздохнул носом.

— Прости, но не готово ещё.

— Как так? — удивился Алексей, опуская руку с кошелем. — Договаривались же на сегодня. Нам в поле идти завтра, инструменты нужны!

Людота нависал над ним словно гора. Такой, казалось, махнёт случайно — и нет человека.

А он и не заметит даже.

— От князя прибыл приказчик. Наказал изготовить для Елизаровых орудий всяких. Вне очереди.

Алексей помрачнел, поджал губы, но лишь процедил:

— Елизаровы, значит…

— Княжеский указ, — развёл руками Людота. — Послезавтра приходите, не раньше. Там заказ большой — долго делать.

И кузнец вернулся к наковальне, махнув молодому, чтобы тот снова раздувал меха.

Мы ещё некоторое время смотрели на них в молчании, но затем Алексей резко развернулся и пошагал обратно.

— Эй, постой! — крикнул ему вслед, догоняя по неровной дороге. — И что делать будем?

— Как что? — огрызнулся Алексей. — Отцу доложу. Может, он что-нибудь придумает.

— Э, не. Что он придумает? Через князя жаловаться побежит?

Князьями в моё время сначала называли предводителей военных дружин, которые заняли какой-нибудь острог и взимали плату с окрестных земель за защиту от разбойников или других таких же дружин. Ну, и торговые пошлины с торговцев брали.

Их мы первыми собрали под единый стяг вместе с моим первым соратником Велизаром. И основали Великое княжество Варгийское, с которого началась Великая империя.

На тот момент князья служили мне при дворе, управляли целыми губерниями или водили войска в походы.

Интересно, как теперь дела обстоят.

— Не знаю! Но Елизаровы, демоны их побери, снова палки в колёса ставят!

— Елизаровы?

Алексей с удивлением взглянул на меня, но затем до него дошло.

— Точно. Ты же память потерял… Это боярский род. Наши главные вра… Соперники. Постоянно где-нибудь гадят. Вот и теперь.

Мы пошли другим путём — не через рынок, а завернули большим крюком по улицам среди ремесленных дворов. Не знаю, сам ли Алексей догадался или случайно выбрал путь, но это было недурно.

Если не встретить пострадавших, они не попросят о помощи!

Но, как оказалось, причиной послужило другое.

Мы проходили мимо ещё одного городского конца, судя по всему принадлежавшего какому-то богатому роду.

Тут почти все дома были поставлены из камня, мощёные плиткой дороги расчерчивали границы стройных дворов, а люди были одеты куда лучше, чем у Нелидовых.

Неподалёку располагалась пекарня, откуда бил аромат свежего хлеба. Алексей купил по булке себе и мне, а затем мы сели на скамью рядом с лавкой.

Я довольно быстро умял свою булку, но потом заметил, что Алексей жуёт слишком уж тщательно. И постоянно смотрит в сторону дворов, будто ждёт чего-то.

Разгадка появилась вместе с заливным девичьим хохотом. Двери одного из теремов распахнулись, и оттуда вывалились несколько девушек в цветастых нарядах.

Алексей совсем потерял интерес к булке и тяжело вздохнул.

— Та, что золотыми волосами? — спросил я.

— А? — подскочил парень, будто его застали за чем-то постыдным. — Чего?

— Вот та, — я указал на девушку примерно нашего возраста. — Красивая.

— Ага… То есть, не придумывай! — Алексей вскочил со скамьи. — Доел? Вот и отлично. Пошли давай.

Я с ухмылкой поднялся на ноги и последовал за ним.

Бедняга. Похоже, у него положение не сильно отличалось от положения Люта. То есть моего.

Это в какой-то мере хорошо. Парень он вроде не плохой, если присмотреться. Не дурак. Можно заручиться его поддержкой — надо же с чего-то начинать?

А то быть изгоем среди бедного рода, который теснят какие-то Елизаровы, совсем не улыбается.

Алексей то и дело бросал взгляды на ту девушку, но тут же отворачивался. Будто боялся, что заметит.

А меня больше интересовало, как выпутаться из истории с кузнецом. Это же явная проблема, которую нужно решить.

Ждать, пока какой-нибудь дядя всё сделает, было не в моих правилах. В прошлой жизни было так, и в этой будет.

А ещё, если решить проблему, можно поправить и своё положение. Судя по всему, Лют знатно нахулиганил. Мне придётся исправлять отношение к себе.

— Постой! — окликнул я Алексея.

— Чего?

Он отвечал уже с явно меньшим раздражением и научился останавливаться, когда я говорю это делать. Может, стоит поблагодарить того вора? Сколько пользы-то!

— Что Людота должен был изготовить?

— Кирки, мотыги, плуги, топоры… Мы новое поле готовим к пашне. Прежнему отдохнуть надо.

— Ну, это вполне решаемо. А где-то ещё можно достать всё необходимое?

— Да где их возьмёшь? Денег-то нет. У меня только половин…

Он осёкся о мою ухмылку. Я похлопал по сумке, и та отозвалась приятным дребезжанием.

Алексей почесал затылок, скривил лицо.

— Ну, можно попробовать к крестьянским обратиться. В деревне за стеной есть один умелец. И золотом светить не придётся.

Вот это уже верный ход мысли! Глупый соратник мне не нужен, так что пусть мозги развивает.

— Ну так чего встали? — улыбнулся я. — Пошли быстрее, а то время поджимает.

Глава 4

Деревня находилась недалеко от города. Который, кстати, назывался Стариград. Это мне Алексей подсказал.

Тут стояло десятка полтора крестьянских дворов с избами, а на отшибе расположилась кузня, откуда сейчас валил дым и разносились звуки ударов молота.

По дороге мы немного разговорились.

Алексей поведал мне, насколько плачевным было положение Люта в роду Нелидовых. Однако всё не так уж плохо, как можно подумать.

Оказывается, Люта притащил с войны прежний глава рода и старший брат Всеславовичей по совместительству. Сам он быстро отправился в новый поход, где благополучно погиб, а о матери Люта так и не успел никому поведать.

Так что я не абы кто, а вполне себе конкурент сыновьям Владимира — Ратибору и Воймиру. Только надо узаконить своё происхождение, что, конечно, будет непросто.

А пока я незаконнорожденный Бастрак.

Ратибор с Воймиром, кстати, и были тогда в лесу. Так как эти двое негодяев единственные остались в сознании после схватки с Чернобурым волком, все узнали о произошедшем с их слов.

Из которых следовало, что я навлёк на всех демона, а Алексей вырубился в самом начале, да ещё и копьё поломал.

Они сразу мне не понравились.

И, казалось, бы — я-то отрубился позже Алексея и должен был рассказать, как дело было. Про потерю памяти тогда ещё никто не знал.

Но мне бы просто не поверили.

Репутация у Люта, прямо скажем… скверная.

— Ты постоянно спрашивал о нашем… — Алексей сделал голос потише, — ужасном предке. Светозаре Узурпаторе.

Ужасном⁈

Да как они!.. Угх!

Ладно. Ищем положительные стороны. Моя догадка оказалась верной. Я попал в тело своего далёкого потомка. Ну, точнее потомка моего брата.

— Вместо тренировок и учёбы всё какие-то тайны выискивал, артефакты… — продолжал Алексей. — Их начали отбирать, но ты тайники стал делать.

— И что я собирал? — в моём голосе пробилась хрипота от негодования.

— Да пёс тебя знает! По мне, так мусор всякий. Но уверял, что там тайные знания хранятся.

Мда…

Так. А, может, и не мусор это был вовсе?

Если этот Лют так был зациклен на мне, а я оказался в его теле… Надо бы проверить то место, где я возродился. Кажется, на скале были какие-то знаки.

— Тебя даже из библиотеки городской выкинули, — хмыкнул Алексей.

А вот это было плохо. Как разберёмся с кузнецом, надо летописи изучить. Кто там что понаписал, что так историю извратили? Первого и Великого императора — то бишь меня — в узурпаторы записали! И ещё ужасным кличут.

Непорядок.

Кстати, может, Алексей и расскажет, в чём дело?

Спрошу-ка его.

— Э, не, — махнул он в ответ. — Если кто-нибудь узнает, что я тебя снова в эту сторону тащу, мало не покажется. Ни мне, ни тебе.

— Ладно… — буркнул я.

Похоже, дело крайне серьёзное, раз уж и говорить обо мне запрещают. Значит, надо как-то пробраться в библиотеку. С чего начать?

Хм…

Пожалуй, с того, где она вообще находится. Но это потом.

Мы как раз подошли к кузне. У горна в поте лица трудился жилистый мужик с покрасневшим от огня лицом. У него был широкий нос, короткая борода и лысина со шрамом на самой макушке.

— Добрый день! — приветствовал Алексей.

Кузнец оторвался от дела, глянул недобро, но быстро понял, что перед ним знатные люди.

Одеты мы были небогато, но в нужных цветах и с соответствующими узорами. Я, правда, не знал, что это за узоры — при мне их не было.

— Здрав буде, бояре, — хмуро приветствовал он нас.

— Окула — так тебя кличут? — спросил Алексей, подходя к горну.

Даже на расстоянии в несколько шагов чувствовался сильный жар. А вот меха раздувал не помощник, как это было у Людоты в городе. Кузнец делал это сам с помощью нехитрого блочного механизма.

У горна висела верёвка с грузиком, другой конец которой был привязан к мехам. Он тянул за верёвку, меха поднимались, а затем опускались под тяжестью гири.

— Всё верно, боярин, — пробасил Окула. — Надобно чего?

— Надобно, надобно. Срочный заказ, Окула. Нам нужно кирки — пять штук, мотыги — два десятка, плуги — пять и топоров десяток.

— А ещё телегу всё это добро увезти! — добавил я.

Окула взглянул на нас… удивлённо.

Уверен, не будь мы боярами, он бы тут же послал обоих куда подальше, но вместо этого вздохнул поглубже и прикинул, что может сделать.

— Ну, вы и задачки ставите, конечно… — протянул он, хмурясь.

— Дело срочное, — повторил я. — Зато и оплата подходящая.

В доказательство похлопал по сумке, откуда раздался говорящий звон монет.

Окула сунул заготовку в ведро с водой, и та зашипела, быстро испаряясь.

— В общем, дела такие, — он вышел из кузни и вытер лоб рукой.

На свету заиграли жилистые мышцы, удалось рассмотреть глаза и я понял, что Окула был довольно молод. Чуть постарше ученика Людоты, но всё же грозный вид накидывал ему лет десять.

— Кой-чё есть в загашнике. Топоров как раз нужное количество. К утру успею сделать кирки и мотыги. А вот плуги — это не успею. Никак не успею.

— Да как же без них! — возмутился Алексей. — Руками что ли пахать будем?

Окула нахмурился, а меня посетила одна мысль.

— А подскажи, будь добр. Может, знаешь, у кого выкупить можно эти плуги?

Дожили… За крестьянскую утварь я ещё не торговался. За землю — были случаи. Правда, там не совсем подходящий пример. Мне хотели дань зажать, а я приводил вполне аргументированные доводы, почему этого делать не стоит. И попутно объяснял, откуда взялась озвученная стоимость откупа.

Убедить удалось так, что даже немного накинули сверху.

— Это вам к старосте, — махнул Окула. — Он имуществом распоряжается.

Ну, к старосте — так к старосте. Прежде, чем мы пошли договариваться, Алексей рассчитался с полной предоплатой.

Причём даже на урезанный заказ пришлось брать деньги из сумки, потому что кошель Алексея был набит медяками, и звучали они привлекательно только пока находились внутри.

Мне даже стало немного жаль вора. Это ж надо — потерять всё из-за такой мелочи…

Старосту звали Ефим. Алексей сразу предупредил:

— Слыхал я о нём. Будь осторожней и следи за языком. Говорят, он довольно сварлив. А ещё достиг Бронзового воина, так что отношение к нему особое.

— Чего достиг?

Алексей посмотрел на меня так, будто я неудачно пошутил, но затем до него дошло, что «потеря памяти» затронула и эту область знаний.

— Бронзовый воин — это стадия духовного развития Источника, — терпеливо объяснял он, пока мы шли к самому большому дому в деревне. — Чем она выше, тем сильнее человек. Стадии тоже делятся — на десять ступеней…

Короче, потомки меня неслабо удивили!

Они теперь свои Источники повально научились развивать и усилять. Использовали для этого какие-то, как выразился Алексей, «Практики» и могли самостоятельно извергать магию.

Бронзовый воин был третьей стадией развития и состоял из десяти ступеней. Перед ним были Ученик и Отрок — тоже поделённые на десять частей.

Придумали, конечно…

Мы раньше использовали Истоки, оставленные богами по всему миру. Это были предметы или священные места, где они закладывали часть своих сил. Мой меч, например, был одним из самых могущественных Истоков.

Но рывок в силе я совершил, научившись Гласу богов. Эта техника позволяла обходиться без Истоков, а напрямую черпала природную силу богов и через мой духовный Источник являла её в мир.

Научился, правда, этой технике совершенно случайно. Там долгая история, связанная с одной богиней, морем выпитого вина и постельными утехами, после которых я едва мог…

В общем, изначально это была не боевая способность.

Но я-то смышлёный. Раз уж одна богиня смогла научить меня нескольким словам, я попытал счастья у других богов, уже без вина и постели. Ну, в большинстве случаев…

В общем, после многолетнего путешествия по миру я достиг такого могущества, которое не могли себе представить сильнейшие на то время воины.

А теперь какие-то стадии, ступени… Не магия, а лестница какая-то. Но ничего, разберёмся.

Выхода всё равно нет — Глас богов перестал работать.

Дом старосты был двухэтажным, добротным и крепким. А двор был не хуже, чем у семьи Алексея.

Постучавшись, мы вошли внутрь, прошли сени и оказались в просторной комнате, в углу которой стояла большая печь.

За столом сидел мужчина лет пятидесяти. Бородатый, чуть лысеющий, с пробившейся сединой. Морщинистое обветренное лицо и грубые руки выдавали тяжёлую жизнь, полную труда и лишений. А на шее висела потрёпанная бронзовая гривна.

Он встал при виде нас и почтительно поклонился.

На этом, правда, его почтение и закончилось.

— Чего изволите, бояре? Прошу побыстрее, а то мне спешить надо. Дела не ждут.

С проёма, ведущего на третий этаж, показалась голова девчушки лет десяти с любопытным взглядом. Я взглянул в её сторону, и она тут же спряталась.

— А мы тоже по делу, Ефим Дубыч, — выступил Алексей. — Нужны плуги. Готовы выкупить по хорошей цене.

Староста поморщился, махнул рукой.

— Да о чём вы говорите, боярин⁈ Как можно! У нас и так беда случилась, а вы хотите ещё инструмент отобрать!

— Не отобрать, — включился я, — а выкупить. И за щедрую цену.

— Не можно! — проворчал Ефим Дубыч. — И рад бы — да самим теперь они нужны.

— Это как-то связано с бедой?

— А то! Наши поля демоны захватили. Работать невозможно, а с города дружину не выделяют разобраться. Тянут. Придётся новые поля вспахивать, чтобы с голоду не помереть. А налог-то потребуют как прежде! Я ещё к князю пойду…

— Погодите, Ефим Дубыч, — прервал я старика, что его явно не понравилось. — Так, а в чём проблема? Пошли, да прогоним демонов. Вы ж Бронзовый воин как-никак.

Последняя фраза совсем разозлила его. Кажется, зря сказал.

Старик вскочил со стула, поджал гневно губы и заворчал:

— Пробовал я! За этими мелкими тварями не угнаться. Поняли⁈

Так, это уже походило на игру, которую мы играли в детстве. «Пойди туда» её называли.

Толпами ребятишек ходили по всей деревне и её округе искать подсказки с заданиями. Которые вели к другим подсказкам. И так до самой последней, с каким-нибудь призом вроде сладкого леденца или пирожка.

— Ну, а мы угонимся, — заявил я. — Считайте, что проблемы нет. Только скажите, где это поле.

— Лют!.. — воскликнул Алексей, глянув на меня возмущённо.

— Вот когда справитесь, тогда и приходите, — заключил Ефим Дубыч. — А поле в двух вёрстах к востоку от деревни.

На этом наша аудиенция и закончилась.

Уже на улице, когда отошли от деревни, Алексей начал ругаться.

— Ты как на демонов охотиться собрался, Лют⁈ Совсем сбрендил? Ах, ну точно ведь…

— Да не волнуйся, — усмехнулся ему в ответ. — Знаю я, что за демоны пакостят. Не страшные они. Вредные, но не страшные.

Он удивился. И подозрительно прищурился.

— Откуда знаешь?

Я пожал плечами, мол, просто в голове есть.

Память, кстати — штука загадочная. Иногда пропадает, иногда проявляется. А иногда помнит даже то, чего не было. Так говорил мой друг Асван.

А как лечить потерю памяти уже давно придумали. Чаще всего для этого использовали клещи, ножи, раскалённые прутья, например. Ну, это из того, что я видел.

Асван у нас был мастером пыток, но довольно трепетно относился к их исполнению. Не любил технический прогресс в этой области.

Говорил, мол, бездушные машины вроде дыбы делают процесс бездуховным и неправильным.

В общем, он крепко держался за традиционные ценности.

Надеюсь, у меня до них не дойдёт.

А с демонами я не прогадал. Там засели Кротозмеи. Мелкие ползучие гады, которые рыли норы и портили урожай. Людей не любили, поэтому кусали землепашцев и мелких зверей, что попадались по пути.

Алексей попытался одного такого выловить, но слепая продолговатая морда, огрызнувшись, спряталась в норе.

— Вот тварь! — воскликнул Алексей, отскочив назад. — Чуть палец не откусила! И как нам их ловить?

Я подошёл к норе. Оттуда доносилось шебуршание и приглушённый писк. Окинул взглядом поле, поросшее жухлыми колосьями, и прикинул, где ещё могут располагаться норы.

Для начала, нашли их все. Получилось двадцать штук.

Кротозмеи рыли каждый свою нору, а затем они соединялись друг с другом общими туннелями. Так что количество демонов можно было сосчитать по норам.

Трое, кстати, выпрыгнули наружу и кинулись на нас. Алексей выхватил из ножен кинжал и сделал какое-то движение рукой, отчего один демон будто ударился о невидимую стену.

Но двое других бросились с ещё большей злобой. Одного я отшвырнул ногой, второго Алексей хотел полоснуть кинжалом, но тот извернулся и едва не цапнул его за запястье.

Я схватил парня за шиворот и потащил прочь, потому что начали вылезать остальные гады.

— Уходим! Живее!

Мы рванули за край поля под злой гогот Кротозмеев. Далеко они преследовать нас не стали и вернулись в норы.

— И что теперь⁈ — спросил Алексей встревоженным голосом. — Как нам с ними справиться?

— Всё просто, — ухмыльнулся я. — Умеешь разводить огонь?

━─━────༺༻────━─━

Кротозмеи — демоны вредные. Но разобраться с ними не сложно.

Не знаю, почему спустя полторы тысячи лет эти приёмчики забылись, но я-то их отлично помнил.

Нужно всего лишь найти одну чудесную траву, растущую, как правило, у опушки, и подпалить её, пустив дым в нору.

Оно называлось Едоцвет. Было легко спутать с обычной травой, на самом деле, но Едоцвет был слегка закручен спиралью и рос несколькими перьями от одного корня. Среди остальной травы прятался отлично, но зоркий глаз мог отыскать его даже с нескольких шагов.

Алексей молча смотрел, как я нарываю пучки травы. Даже в какой-то момент хотел помочь, но явно не понимал, что именно нужно искать, а потому рвал обычную траву. Пришлось потратить время на обучение, но оно того стоило.

За недолгое время мы собрали несколько кучек Едоцвета, затем осторожно разложили пучки возле нор. Двигались почти на цыпочках, чтобы Кротозмеи не заметили.

Я оторвал край рубахи, намочил тряпку в ручье неподалёку и замотал лицо. То же заставил сделать и Алексея.

А затем мы подпалили пучки один за другим.

Горел Едоцвет хорошо. Даже сушить не надо. Точнее — нельзя, иначе ничего не получится.

Поле окутал зеленоватый дым с сильным едким запахом, от которого тут же пробивал кашель. Он растекался по земле и засасывался в норы, но запах от этого не уходил.

— Вот дрянь-Кгха! — выругался Алексей, исказившись в лице. — Что это такое⁈

Ответ не заставил себя долго ждать. Кротозмеи повыпрыгивали из нор, рванули в разные стороны, но не успели далеко улизнуть и все разом плюхнулись на землю, согнувшись в рог.

— Быстрее, бей их! — воскликнул я, обнажая кинжал, и ворвался в облако дыма.

Задыхаясь от запаха, кашляя и со слезами на глазах мы прикончили всех демонов, что отняли поле у крестьян. И тут же рванули прочь.

На свежем воздухе, куда не долетал едкий дым, пришлось долго откашливаться и восстанавливать дыхание.

Дело было сделано.

— Пошли, скажем старосте, что они могут возвращаться на поле… В скором времени, — предложил Алексей.

— Погоди. Надо же забрать добычу.

— Добычу? — он сначала не понял, но затем осенило. — А-а… охотникам хочешь продать? А что, хорошая идея. Выручим немного монет.

В нашем положении все ресурсы были на вес золота. Не знаю, как сейчас обстояли дела у потомков, но, судя по незнанию простых методов борьбы с Кротозмеями, не очень хорошо.

Так что рецепт укрепляющего отвара вряд ли до них дошёл.

Шкуры и пару других частей тела демонов мы, конечно, продадим. А вот их сердца пойдут для другого дела. Нужно будет добавить ещё несколько ингредиентов, и получится полезный отвар, с помощью которого можно быстрее поправить моё слабое тело.

Продавать его пока не стоит. Самому бы хватило. Кротозмеев легко ловить, но найти не так просто.

Если, конечно, за полторы тысячи лет и это не изменилось.

Мы подождали, пока дым развеется, собрали тушки демонов и вернулись в деревню, где сообщили Ефиму Дубычу хорошие новости.

А ещё по пути снова зашли к Окуле. Сообщить, что добро получено, и сделать второй заказ.

Я решил, что ходить без нормального оружия Великому императору не стоит. Даже если он в теле бастрака. Его первому соратнику, — которым непременно станет Алексей, — тоже.

Сомневаюсь, что ему вернут копьё. Ратибор и Воймир, судя по всему, те ещё козлы.

Пришлось, правда, отдать почти всё, что было в сумке. Осталось несколько украшений, которые кузнец не принял, усомнившись в их происхождении, и пара монет. Хватит на первое время, но нужно куда больше.

В городе мы зашли к охотникам и продали добычу. На отсутствие сердец там не обратили никакого внимания, чем ещё раз подкрепили мои доводы насчёт утерянных знаний.

А затем мы с Алексеем разделились. Он не возражал.

Да ещё бы возражал! Вместо дома вновь отправился в сторону того конца, где пялился на девушек.

А я занялся менее приятными, но более важными делами.

Нужно попасть в библиотеку. Где она находится, Алексей подсказал. И напомнил при этом, что меня там видеть не желали, но как-нибудь разберусь с этим недоразумением.

Пора наконец-то узнать, что за непотребство творилось эти полторы тысячи лет.

Глава 5

Библиотека находилась недалеко от центра Стариграда.

Большое каменное строение с высокими окнами и пёстрой черепицей на крыше. Его окружали клумбы с цветами и небольшие деревца, а на заднем дворе раскинулся сад с яблонями и маленьким фонтаном.

Для начала я попробовал пойти прямым путём и зашёл с парадного входа, но меня развернули почти у самых дверей. Ворчливый старикашка с противным хриплым голосом заявил, что ноги моей больше не будет в этом месте и даже стражников позвал, чтобы те меня прогнали.

Стиснув зубы, пришлось спешно ретироваться. Стражники в этой части города носили тяжёлые сапоги, которыми не хотелось бы получать пинки.

Ну, попытка — не пытка, а я пошёл искать дальше.

Сперва обошёл библиотеку со всех сторон, чтобы придумать, как туда попасть. Делать это пришлось осторожно, потому что стражники патрулировали неподалёку и с подозрением на меня посматривали. Кажется, они тоже знали Люта. Как можно догадаться, не с очень хорошей стороны.

И пока я осматривался, из задней двери библиотеки вышла девушка. Ей на вид было лет восемнадцать, миловидная, с русыми волосами, спрятанными под платком.

Она вышла полить цветы и не заперла дверь, предоставив мне шанс проникнуть внутрь.

Сначала я оглянулся. Стражников не наблюдалось, а остальным до меня не было дело, так что я сиганул через ограду и незаметно проскочил мимо девушки.

Дверь вела в тесный коридорчик, вдоль которого располагались кладовые и жилые комнаты, а в конце он выводил в зал с книгами.

Что ж, первое дело сделано — я оказался внутри. Нужно только не попасться библиотекарям, которые ходили между огромных высоких шкафов, набитых книгами и свитками.

Библиотека впечатляла, на самом деле. С той, что в столице моей империи, не сравнится, но очень достойно.

Шкафы высотой в четыре человеческих роста стояли рядами, а до верхних полок можно было добраться на специальных лестницах. Посетителей было не так уж много, и половина из них уже сидела за столами, расположенными у окон.

Несколько минут ушло, чтобы найти увесистый том «История Велизара», избегая библиотекарей. Я взял книгу и сел, спрятавшись за двумя мужиками, плечи которых были достаточно широки, чтобы меня не заметили.

Итак, что тут у нас…

Серьёзно⁈

Моя империя развалилась!

От возмущения, негодования, гнева и кучи других бурных эмоций я чуть не подскочил.

Нет, это уже совсем не смешно.

Моя Великая империя, объединившая весь мир!..

А, не. Оказывается, не весь мир, а только один из континентов?

— Арахат… — прочитал я название на карте.э

Название чем-то напоминало язык богов.

Западнее был Арабан, а с Юга — Аравак.

Правда, о них в этой книге было не так много известий, помимо самого наличия.

Так, стоп. Вернёмся к империи!

Про неё была написана всего одна глава. И называлась она Империя Прародителей. В сто пятнадцатом году от «свержения» Меня от неё откололась огромная область на Востоке, которую назвали ханством Кхазар.

Кхазар — один из моих соратников, в честь которого эту область назвали. И чьи потомки, собственно, подняли восстание.

Затем Союз Асванов на северо-западе заявил о своей независимости. Потом отвалились южный султанат Асмарид и королевство Эфлен.

И от всей Великой империи осталось лишь царство Велизар. Куда я, судя по всему, и попал.

— Всю жизнь потратил, чтобы собрать народы воедино, а они развалили всё за пару веков… — прошептал я сам себе, пытаясь осмыслить всё это.

А что там пишут про меня? Не хотел сначала углубляться, но всё же стоит…

— Чего⁈ — тут уже не выдержал и воскликнул в голос.

Мужчины впереди недовольно обернулись, сверкнув недобрыми взглядами, но затем повернулись обратно.

Но тут меня нужно понять. Такой наглой, беспросветной лжи я не слышал даже от бога обмана.

«Светозар Узурпатор силой собрал свободные народы под своей жестокой властью. Короткий период его правления отметился безрассудством, разгульностью и неразборчивостью незаконного правителя в плотских утехах. Делами империи, по большей части, занимались его Советники, ставшие Прародителями последующих государств, и заложившие основы современного миропорядка».

Не, это как понимать?

Безрассудный, разгульный, да ещё и… Полнейшая ложь!

Да, любил гульнуть. Признаю. Но делами государства всегда интересовался, и эти Советники ни единого важного решения не могли принять без моего на то дозволения.

А про плотские утехи наверняка Эфлен наклеветала. Она меня постоянно ревновала. Между прочим, я всегда был крайне разборчив и выбирал только самых красивых дам!

Так, погодите-ка… А что насчёт свержения?

Меня же Бергир напоследок проклял. Разве нет?

Нет…

«Чтобы избавить народ от такого правителя и даровать им свободу, которую отнял Узурпатор, Советники сотворили великую древнюю магию, запечатавшую душу Светозара на веки веков. Что примечательно, в этом же году была одержана победа над Повелителем демонов Бергиром, после которой земли Арахата по праву стали принадлежать людям».

Я застыл над раскрытой книгой.

Кажется, даже не моргал.

В груди ныло и болело, но на этот раз то был не повреждённый Источник, а душевная боль.

Велизар, Асван, Эфлен, Асмарида, Кхазар…

Мои дорогие соратники, с которыми я прошёл огонь и воду, жил, ел, пил, веселился, плакал и сражался… Во имя людей, повсюду притесняемых демонами.

Они меня предали?

— Ты как здесь оказался⁈ — прокричал кто-то над ухом. — Стража! Стража!

Кажется, на меня все оборачивались. Но было как-то плевать.

Я захлопнул книгу и пошёл прочь. Оставаться здесь не хотелось совсем.

Да и книгу хотелось сжечь — столько лжи понаписано в одной главе, чего уж ждать от сотен других страниц?

Кто-то визжал над ухом, требуя от меня убраться. Это бесило, и сейчас бесило особенно сильно, так что я стукнул его по макушке, и он утих.

Тут передо мной встал старик-библиотекарь. Тоже забрюзжал, но его я просто отпихнул в сторону. А когда вышел на улицу через главный вход, подоспели стражники.

— Хватайте его! — донеслось изнутри противным голосом хрыча. — В темницу бандита! В темницу!

Стражники попытались меня схватить, но я увернулся, усилив тело Источником, сделал подсечку одному, а тот упал и заставил оступиться второго.

Судя по всему, эти стражники не были магами, так что справиться с ними не составило труда.

— Проклятье! — прорычал я.

И скрылся из виду, ловя в спину брань старого хрыча.

Его заткнуть мне совесть не позволяла. Убью ещё дурака…

Так, хватит. Погоревал, и ладно. Теперь нужно собраться.

Империя развалилась, но всё не так уж плохо. Если верить границам на карте, царство Велизар — это примерно те земли, которые мы с самим Велизаром объединили в самом начале. Так что самая долгая часть работы уже проделана.

Более того, я в Стариграде, столице княжества Варгия, которое располагалось на самом востоке царства.

На моей Родине.

Восточнее только Драконьи горы, а за ними уже пролегали просторы Кхазара.

Вполне удачное место, чтобы вернуть всё на свои места. Да ещё и Бергир не будет мешать.

Но нужно решить вопрос с силой. В текущем состоянии не то что империю — я и род возглавить не смогу.

А нынешняя магия как-то сильно отличается от той, что я знал, поэтому нужно понять, что она из себя представляет. И подсказать мне сейчас мог только один человек.

Похоже, придётся отвлечь Алексея от его созерцаний.

━─━────༺༻────━─━

— Вставай и пой, друг мой!

От моего возгласа Алексей подскочил, чуть не выронив пирожок, и уставился на меня испуганным взглядом.

— Ты чего⁈

— Дело есть. — Я подхватил его за плечо и повёл в сторону. — Очень срочное дело. Да не вертись ты!

Алексей чуть не свернул шею, пытаясь высмотреть, не заметила ли та красавица, что он на неё пялился.

Эх, юнец! Надо бы над его смелостью поработать, а то такой робкий соратник будет не очень полезен.

Соратник… Что-то опять в сердце кольнуло.

— Чего надо, Лют? — смирившись, пробурчал он.

— Расскажи-ка мне о магии.

— Магии?

— Магии, магии. Я совсем забыл, что там к чему. Ты там что-то про стадии говорил, ступени… А как по ним шагать? Тренировки там или ещё чего.

Он отстранился, странно на меня взглянул.

Мы шли по улице в сторону Нелидовых. Пора бы уже возвращаться, а то ещё хватятся.

— Зачем тебе? Ты вроде никогда не интересовался занятиями, к тому же твой Источник вроде как…

— Времена меняются, друг мой. И люди тоже. Особенно если сильно вдарить им по голове.

Нахмурившись, Алексей оглядел меня с ног до головы, будто видел впервые.

— Очень сильно меняются, похоже. Ты не обучался магии, так что не уверен, что что-то получится.

— Ты расскажи, а уверенным буду я. Давай, не томи!

— Ладно, — вздохнул Алексей. — В общем, сначала нужно узнать, на какой ступени развития ты находишься, а затем…

Небольшая лекция по основам магии подсказала, что всё вполне достижимо. Трудно, но достижимо.

Всего стадий развития Источника восемь:

Ученик.

Отрок.

Бронзовый воин.

Серебряный воин.

Золотой воин.

Витязь.

Полубог.

Божество.

В начале обучения всех проверяют на состояние Источника. У каждого он свой от рождения, и когда один к годам пятнадцати мог оказаться на вершине Ученика, другому придётся ещё на первой ступени топтаться.

Кто-то, как сказал Алексей, может и с Отрока начинать. Но таких очень мало. Например, Ратибор — старший сын Владимира. Он считался самым многообещающим воином среди молодёжи Нелидовых. И уже служил в княжеской дружине.

— В дружину берут воинов, достигших Бронзы, — рассказал Алексей. — У нас таких немного, но Ратибор уже на десятой ступени и должен скоро прорваться к Серебру.

А вот тех, у кого Источник не развит, — большинство. И к таким, как оказалось, относился Лют.

Всех детей рода периодически проверяли, и у Люта Источник не слишком отличался по развитию от обычного человека. Хотя я был крайне не согласен. Даже моих скудных знаний хватало, чтобы понять — мой Источник таит в себе много возможностей. По крайней мере, в прошлом теле начинал я с куда худших условий.

У Алексея ситуация была получше, но тоже слабовато. Его отец Ратислав больше делал ставку на мозги сына. Хотя я бы оттуда сначала выветрил лень.

Каждый род обучал своих людей сам. Всё-таки имелись тайные знания, техники развития и прочие секреты, которые чужакам не показывают.

И отсюда вытекала первая проблема. К общим занятиям меня ещё могли допустить, но тайные знания уже были под запретом. Незаконнорожденным они не дозволялись, а признать меня официально значило угрожать сыновьям Владимира в праве на место главы рода.

Вряд ли он на такое пойдёт.

Хотя теперь понятно, почему Лют увлёкся моей личностью и уповал на Великого Предка. Чем дольше я находился в этом времени, тем больше уверялся, что он был тут самым здравомыслящим.

Кстати, надо бы разыскать его тайники. Может, чего полезного найду.

— Чтобы обучаться магии, нужно дозволение Мудра. — Алексей как-то странно на меня посмотрел. — Это наш наставник. Но он жутко строгий, так что получится вряд ли.

— Если шансы невелики, значит они есть!

Алексей хмыкнул.

— Ну, смотри сам. Завтра в поле с утра. Будем работать в поте лица. Но вечером у Мудра занятия. Приходи, попробуй.

— Сделаю, — поправил я. — Кстати, а почему мы в поле работаем? Не грязновато ли для боярского рода?

В моё время знать занималась войной или управлением, но не пахотой. Неужто нравы так переменились?

Однако мой вопрос заставил Алексея заметно помрачнеть.

— Людей не хватает. Крестьяне бегут к другим боярам или в сёла. Денег тоже мало. Вот и приходится самим руки марать.

Похоже, надавил на больное. Но зато понял всю глубину положения.

И это мои потомки…

Ну, точнее брата. Думаю, всё дело именно в этом.

— Ничего, справимся! — Я похлопал Алексея по плечу, стараясь поднять настроение.

Мы как раз проходили мимо травницы, и у меня в голове родилась ещё одна идея.

— Погоди-ка… — Я свернул к лавке. — Положение нужно поправлять. И начинать будем прямо сейчас.

Я купил несколько мешочков кедровых шишек, корни имбиря, сушёной лапчатки, цветки василька и ещё несколько нужных трав. Ну, и весы — вряд ли получится их просто так найти.

Ушла целая монета, но это очень малая цена, чтобы исполнить задумку.

— Зачем тебе всё это? — спросил Алексей, когда мы шагали, благоухая душистыми ароматами.

— Завтра увидишь, — подмигнул я. — Но нужно, чтобы ты меня выручил. Разберёшься с инструментом сам? Мне время понадобится.

Алексей окинул меня недоверчивым взглядом, но всё же согласился.

— Только не вздумай меня надурить, Лют. Если попытаешься избежать наказания, розгов не избежишь.

— Запомни, дружище… — Мой голос звучал серьёзно, без затей. Даже немного прохладно, чем заставил его немного насторожиться. — Я всегда держу своё слово.

━─━────༺༻────━─━

Во дворе Ратислава нас уже заждались. Собственно, сам Ратислав и девушка, чем-то похожая на Алексея. Судя по всему, его старшая сестра.

У неё были густые русые волосы, убранными в косу, румяное лицо и пухлые губы. Зелёные большие глаза ярко подчёркивались пышными ресницами. Платье, украшенное узорами рода Нелидовых, облегало стройную фигуру и выделяло гордую осанку.

— Где вы так долго ходили? — строго спросил Ратислав. — И где инструменты?

Нам пришлось рассказать о проблемах с кузнецом, что не на шутку его разгневало. Но затем он даже немного гордился, что удалось разрешить ситуацию.

Правда, скорее он гордился сыном. Но когда услышал, что я принимал активное участи, и вообще предложил саму идею, Ратислав сильно удивился.

А вот девушка не поверила.

— Хватит нам в уши заливать! Лёша наверняка просто выгораживает этого бездельника. Братишка у меня слишком добренький, чтобы не помочь.

— Ольга! — осёк её Ратислав. — Иди в дом. Матери помоги.

Сверкнув в мою сторону ядовитым взглядом, Ольга с явным недовольством последовала указу отца, но напоследок хлопнула дверью.

Характер скверный. Не замужем.

— Идите мыться, а затем ужинать, — вздохнул Ратислав. — Баня растоплена. А потом спать. Завтра тяжёлый день.

У меня было странное впечатление от Ратислава. Я ему точно не нравился и раздражал, но он выглядел слишком загруженным, чтобы обращать на это много внимания.

Но я привык судить в первую очередь по делам, а не по косым взглядам. А пока ничего такого от него мне не прилетало.

Вот Влад, чьё полное имя Владислав, вызывал у меня чёткую неприязнь. Этот гадёныш, если ему развязать руки, таких дел бы наворотил…

Но, судя по всему, мне предстоит с ним познакомиться поближе. Когда настанет очередь его семьи.

Демоны, надо к тому моменту уже поправить положение в роду. Иначе он со свету меня сживёт.

Но теперь о хорошем.

Банька!

О, как же я её обожаю! По моему указу в каждом городе империи построили бани, чтобы люди держали себя в чистоте и добром расположении духа.

Вы представьте только, многие народы о таком чуде даже не слышали, пока я не установил свою власть над ними!

Но тут всё было как надо. Жаркая печка, веники…

Мы с Алексеем плеснули пропитанную берёзой воду на раскалённые камни, и тесное помещение обдало горячим ароматным паром. Затем отхлестали друг друга вениками, окатились, ещё поддали пару, ещё раз окатились, и только затем вышли на свежий воздух.

Вечерняя прохлада приятно ласкала всё тело. Дышалось легко, хорошо. Голова прочищалась, а Источник, кажется, затягивал раны.

На лице Алексея впервые за весь день появилась искренняя улыбка.

— Ладно, пошли. — Я поглубже вдохнул вечерний воздух. — Есть уже охота. Это ты у нас пирожками весь день питался, а у меня живот пустой.

Ужин тоже выдался хорошим. Стол был заставлен мясом, овощами, напитками. Правда, ели мы вдвоём.

Ратислав уже подкрепился и отправился по делам, Ольга, скорее всего, не пожелала сидеть со мной за одним столом. А матушка Алексея, Инга Олеговна, всё хлопотала по хозяйству, гоняя прислугу.

Мы не успели пообщаться плотно, виделись только мельком, но она приятная женщина, как мне показалось.

Глаза у Ольги были от неё — такие же зелёные, даже изумрудные. Волосы чёрные, лицо миловидное, а взгляд…

Скажем так, мудрости ей было не занимать, если я хоть что-то понимаю в людях.

А после ужина все отправились наверх спать.

Кроме меня.

Оказывается, у меня был свой дом. Тот самый, в котором я очнулся сегодня утром. Так что я отправился туда.

Правда, сна мне сегодня ждать не приходилось. В трофейной сумке лежали все необходимые ингредиенты для укрепляющего отвара. А готовил я его довольно давно, даже если не принимать во внимание эти проклятые полторы тысячи лет.

Этот отвар полезен, пока силушки не набралось столько, чтобы сразить Чернобурого волка голыми руками. А последние лет двадцать для меня это был не сложнее, чем прихлопнуть комара.

Так что ночка будет не легче, чем завтрашний день. Придётся вспомнить очень, очень многое. Причём до того момента, когда закончатся все ингредиенты. Иначе весь план провалится к демонам.

Глава 6

— Так, щепотку лапчатки, теперь толчёного кедра, имбирь…

Я сидел под светом лампы уже третий час. Половина всех ингредиентов была потрачена впустую, однако единственное, что вышло полезного — я научился пользоваться Источником, чтобы вливать в отвар магию.

Это странно, потому что я и раньше это умел. Но изменённый Источник будто не хотел слушаться. К тому же, он не до конца зажил, и это заметно мешало.

Чтобы отвар получился, нужно было смешать все ингредиенты в правильных пропорциях, а затем варить медленном огне, постоянно вливая в котёл магию.

И тут я понял, что былая мощь меня заметно избаловала. Я тратил запасы Источника неразумно и попусту, совершенно не заботясь о контроле.

А отвары и вовсе перестал делать самостоятельно уже давно, так что вспоминать приходилось очень много.

Тут варево булькнуло, окрасилось в нужный зеленоватый цвет, подарив мне надежду…

А затем задымилось, расплескалось и приобрела коричневый цвет.

— Зараза! — воскликнул я, отпрыгивая назад.

Из котелка повалил дым, раздался хлопок, и он повалился на бок, заливая землю под собой.

Когда всё остыло, на том месте остался след из выжженной травы. А я делал запись в потрёпанную книжонку, что очередная комбинация не сработала.

— Хм…

Я снова взглянул на пятно, и заметил, что земля почернела, и на том месте образовалась яма.

Стоит добавить ещё одну запись:

— Можно применять как оружие. Разъедает вещества примерно в три своего объёма.

Хорошо, что я не стал экспериментировать в доме, а вышел во дворик, на котором только трава и росла.

Осталось девять сердец Кротозмеев и всего несколько часов до рассвета, когда меня потащат на работу в поле.

Идея была ясна как день. Укрепляющий отвар позволял, собственно, укрепить тело. Но просто его выпить и ждать, пока случится чудо, не получится. Нужно нагрузить мышцы, связки и суставы работой, чтобы всё сработало как надо.

И работа в поле, какой бы она ни была для знатных людей, была отличной возможностью использовать отвар.

Не знаю ещё, как именно тут работает магия, но точно могу сказать, что без крепкого тела она будет бесполезна.

Знавал я одного такого умника. Он каким-то способом заполучил могущественный Исток, но при первом серьёзном использовании его разорвало своей же магией. Ходил до этого доходягой и хвалился, как он тут всех переплюнет…

Ну, ошмётки собирали долго. И проклинали ещё пару лет, потому что въевшиеся с магией пятна на стенах уходили очень тяжело.

Ладно. Чуть перевёл дух, и пора приступать к новой попытке.

Я записал очередную комбинацию, поставил котелок на место и снова разжёг огонь.

Дело усложнялось ещё тем, что весы были, так скажем, иной меры. Приходилось на глаз определять, сколько долей заложено в делениях на весах. Пара-тройка первых попыток на это и ушли.

Но теперь я, кажется, был близок. Зеленоватый цвет говорил, что почти получилось, а коричневый — что переборщил с чабрецом.

Так, теперь снова…

Я растолок и смешал ингредиенты, влил воды, поставил на огонь и принялся плавно мешать, добавляя магию из Источника.

Ещё одна проблема. Источник был крайне мал. Отвар не требовал слишком много магии, но у меня осталось не больше трети запасов, а ведь предстояла ещё не одна попытка.

По расчётам, нужно как минимум шесть порций, чтобы хватило мне и Алексею на завтра, а ещё были запасы на последующие дни. Наверняка это не первая работа, к которой меня приставят.

Так, так, так…

Варево начинало зеленеть, правильно булькало, продолжало зеленеть…

Теперь нужно не ошибиться с потоком магии на радостях, снять с огня, продолжая помешивать, и охладить в чане с водой.

— Фух! — выдохнул я, вытирая пот со лба. — Кажется, я вспомнил, почему бросил заниматься отварами.

Есть! Рецепт найден!

Я обвёл последнюю запись кружком и с торжественным чувством торжества плюхнулся рядом с костром. Но отдыхать долго не пришлось, так что остаток ночи я провёл в работе.

К шестой порции Источник заныл от опустошения, да и меня уже клонило в сон. Надо бы немного поспать.

Солнце уже выглядывало над горизонтом. Алексей обещал прикрыть ненадолго, так что есть ещё немного времени подремать.

━─━────༺༻────━─━

Мы встретились у городских ворот. Алексей тащил телегу, заполненную инструментами, а в моей сумке звенели склянки с отваром.

— Получилось, чего хотел? — спросил он сонным голосом.

— Ага. Пошли, — чересчур бодро для своего состояния ответил я.

Поспать мне особо не удалось. Не успел я прикрыть глаза, как пришла Милуша, чтобы проверить моё здоровье.

Она поводила по телу ладонями, как это делала Елена, но ощущения довольно сильно отличались. Кажется, девушка ещё училась и была далека от своей наставницы.

Но вывод сделала хороший:

— Ты идёшь на поправку. Источник заживает довольно быстро… А что с памятью?

— Пока ничего не вспомнил.

Она нахмурилась, окинула меня задумчивым взглядом, но не стала допытываться.

— Ладно. Скажу, Ратиславу Ярославовичу, что тебя можно нагружать по полной.

Милуша закончила осмотр и направилась к выходу. Но что-то мне подсказывало, она помимо осмотра поделилась со мной частью магии. Состояние улучшилось, ко сну клонило не так уж сильно, и даже пришла лёгкая бодрость.

Это было хорошо. Отвар будет действовать лучше, если сам отдохнул и полон сил.

А сил потребуется много…

Поле было таким широким и длинным, что люди на той стороне казались мельтешащими букашками.

Местами ещё росли деревья, плотная трава покрывала всё поле, кое-где торчали булыжники. Но неподалёку текла речка, а всё, что сейчас мешало пахать и сеять, скоро превратится в удобрения.

Я тяжело вздохнул, вспоминая детские годы, когда примерно такие же площади мы возделывали всей деревней. Было, конечно, весело… временами. Но повторять это я не собирался по доброй воле.

Ратислав уже вовсю распоряжался работниками. Сюда пришло двадцать простолюдинов, пригнали волов. Инструменты быстро разобрали и начали работать.

Только прежде я выцепил Алексея и вручил ему склянку с отваром.

— Что это? — с сомнением глянул он на мутную зеленоватую жидкость, переливающуюся на солнце.

— Выпей, узнаешь! — В подтверждение я залпом опустошил свою порцию.

Жгучий горький отвар с сильным травянистым привкусом обжёг горло, заставив немного сощуриться. Затем он теплом разошёлся по груди, привкус засел в носу и некоторое время всё вокруг пахло васильком и лапчаткой.

За тем я протяжно выдохнул и приступил к работе, потому что тепло плавно перерастало в кипящую энергию.

Усталость как рукой сняло, мышцы требовали работы. С каждым новым усилием я чувствовал, как становлюсь чуточку сильнее.

Алексей сначала не поверил и первое время просто держал склянку поблизости. Но, глядя на меня со стороны, всё же решился.

И скоро мы вдвоём выполняли работы больше, чем все остальные.

Срубить дерево? Пожалуйста!

Выкорчевать пень? Дайте два!

Булыжник? Скоро его тут не будет.

Ратислав с удивлением смотрел на нас. Кажется, даже начал и ко мне относиться без прежнего молчаливого раздражения, которое сменилось интересом.

А когда подготовительные работы были завершены, и всё, что могло пригодиться в хозяйстве, оттащили к телегам, глава семейства приступил к своей части работы.

Он встал в самом центре поля. Все остальные наоборот отошли подальше, чтобы их не задело, и принялись наблюдать.

Особенно я. Потому что сейчас Ратислав должен был показать действие магии, если всё так, как я думал.

А думал я верно.

Издалека удалось только заметить, как он глубоко вздохнул, развёл руки, после чего воздух вдруг накалился, и в его сторону появилась странная тяга. Поле охватила горячая аура, от которой даже мне пришлось закрыться рукой.

А затем вспыхнуло пламя.

От Ратислава вокруг разошлась огненная волна, оставившая на месте травы лишь выжженное пепелище. Я думал, что сейчас все подхватятся тушить пожар и, стиснув зубы, чуть не рванул к реке.

Но пламя вдруг погасло, забрав с собой гнетущую ауру и жар. Снова подул прохладный ветер, поднимая в воздух вихри пепла, а Ратислав пошагал в нашу сторону.

— Ничего себе… — протянул я удивлённо.

— Ага, — ухмыльнулся Алексей. — Отец третий по силе в роду. После главы и Владислава Всеволодовича.

Но я удивился не силе. Уж видал людей и посильнее. Удивило меня другое Ратислав сделал всё без использования Истоков. К тому же полностью контролировал магию и прекратил её действие так же легко, как призвал.

С прежней магией такого контроля было достичь очень непросто. Я лично знал, может, пару десятков подобных людей.

Может быть, потомки не так уж плохи, как я думал?

В любом случае, мы продолжили работать, и к вечеру поле было готово.

Уставшие, грязные, возвращались в город все вместе. День ещё не закончился, и впереди ещё ждали занятия с Мудром. Что там придумает этот наставник молодёжи, можно было лишь гадать.

Но время проведено точно с пользой. Моё тело укрепилось, мышцы и связки наполнились силой, и даже Источник стал чуть покрепче. Видимо, действие отвара смогло добраться даже до него.

Алексей тоже сиял довольной лыбой. Шагал бойко, будто и не устал вовсе. Казалось, готов горы свернуть.

Но его настроение мигом улетучилось, когда мы подошли к воротам города. Сначала я не понял, что произошло, но затем возле нас остановились всадники. Двое были в боярских одеждах, а за ними следовали несколько вооружённых воинов. Тоже верхом.

Тот боярин, что постарше, выглядел довольно внушительно. Широкая грудь, плечистый, пудовые руки и густая борода. Глаза, правда, были какие-то… недобрые, что ли. Ядовитые, я бы сказал.

Мне он сразу не понравился.

— Ратислав Ярославович! — с ложным дружелюбием приветствовал он. — Рад вас видеть, друг мой.

— Войцех Казимирович, — с прохладой в голосе кивнул Ратислав.

За Войцехом выглянул парень лет двадцати пяти. Поджарый, черноволосый, статью схожий с боярином. И на шее у него висела такая же гривна, какую я видео у старосты, только серебряная и сверкающая. А ещё он глядел надменным пренебрежительным взглядом, от которого хотелось ему рожу начистить.

— Возвращаетесь с работы? — хмыкнул Войцех. — А мы с вот едем проверять, всё ли сделали наши крестьяне. За ними глаз да глаз нужен. Ну, вы и сами это отлично знаете, думается мне.

Я почувствовал, как вокруг Ратислава сгущается тяжёлая аура.

— Поехали, отец, — сказал черноволосый парень. — Хватит время терять. Нам не до чужих пахарей сейчас.

И они погнали лошадей прочь, напоследок небрежно попрощавшись.

Ратислав дальше шёл молча. Я придержал Алексея, чтобы отойти в сторону, и спросил, кто это такие были.

— Елизаровы, — ответил он, поморщившись.

— Те самые?

Кузнец Людота отложил наш заказ из-за них. По княжескому указу, что о многом говорило.

— Да. Их род сильнее нашего — больше духовных воинов. Мстислав уже добрался до ступени Серебряного воина. Говорят, первым из своего поколения достигнет Золота.

— Мстислав — этот тот черноволосый?

Алексей кивнул.

— Наш Ратибор всё за ним не поспевает. Владимир сильнее Войцеха, но с сыновьями дело обстоит иначе…

Как выяснилось, Елизаровы давно точили на нас зуб. Войцех с юности гнался за талантливым Владимиром, да никак не мог угнаться. Тот уже достиг второй ступени Витязя, пока Войцех топтался на верхней границе Золотого воина.

Но силы одного главы недостаточно для процветания. У Елизаровых было больше связей, сильных воинов и золота, чтобы род продолжал расти и распространять своё влияние.

— Они всё хотят согнать нас за стену, — плюнул Алексей. — Постоянно шлют предложения о покупке нашего конца. И людей переманивают.

Мда… Работы непочатый край. Не только своё положение править надо, но ещё и род поднимать. Даже не с колен — он тут ползает на животе.

Мы помылись, переоделись, подкрепились и отправились к Мудру.

Он жил в просторном дворе с добротным теремом. Но вокруг не стояло хозяйственных построек. Больше всего места занимал песчаный круг, огороженный тяжёлыми камнями, рядом стояла широкая беседка, единственное здание, помимо терема, как оказалось, было оружейной.

Тут уже собралось человек двадцать. Все — парни примерно нашего возраста.

— А девушек магии не обучают? — спросил я Алексея.

— Ими Елена занимается, — Алексей с усмешкой взглянул на меня.

Похоже, в этом времени отношение к воительницам изменилось. Или это отличия Велизара?

Он всегда крепко держался за традиции предков. Не так, как Асван, конечно.

Это частенько приводило к ссорам с Эфлен.

Когда мы с Алексеем подошли к месту, на нас все обернулись.

Точнее на меня.

— Чего ты тут делаешь, Лют? — с претензией в голосе спросил высокий парень с тёмно-русыми волосами.

Голос был знаком. Это один из тех, кого я встретил в лесу.

— Воймир, тихо! — Подтвердил мою догадку Мудр.

Грузный седовласый старец с длинной бородой, свисающей на груди, и тяжёлым взглядом глубоких тёмных глаз, которыми он меня сейчас сверлил, встал со стула и направился в нашу сторону, перебирая толстой дубовой тростью. Левая нога хромала, но шаг всё равно был уверенным.

В полный рост Мудр был чуть пониже меня, но шире раза в два. На груди под бородой проглядывалась старая золотая гривна. Думается, такие выдавали за достижение соответствующей стадии развития Источника.

Он остановился напротив, оперевшись на трость.

— Зачем прибыл, Лют Бастрак?

— Учиться хочу! — воскликнул я уверенно.

— Мы уже проверяли тебя. Источник твой слаб, тело — тоже. Я не буду тебя учить и тратить своё время. У меня его и так немного осталось. Иди прочь.

Мудр уже хотел развернуться, но я схватил его плечо.

— Подождите! Проверьте меня ещё раз. Я смогу, не сомневайтесь!

Тут, кажется, я сделал что-то не то. Алексей расширил глаза, будто увидел нечто ужасное, и зачем-то отошёл на несколько шагов, жестами указывая мне сделать то же самое. Среди других учеников волной прошлись удивлённые вздохи.

А Мудр изменился в лице. В очень нехорошую сторону…

Вдруг меня отбросило невидимой силой его ауры. Чуть не перевернувшись в воздухе, я всё-таки сумел сгруппироваться и приземлился на ноги, чем заставил всех удивиться.

Даже старика, который ненадолго застыл с вопросом в глазах.

Ну, а я подошёл поближе, чувствуя, как давление ауры заставляет прикладывать всё больше и больше усилий с каждым шагом.

Мудр снова развернулся лицом в мою сторону и встал так, наблюдая за попытками приблизиться.

Примерно в трёх шагах от него сделать это было очень сложно. Я будто упирался в стену, которая давила на мой многострадальный Источник.

Стиснув зубы от боли и усилий, я сделал полшага. Подобрал ногу, но тут же отодвинулся назад, роя землю. И ещё полшага, и снова назад…

Всё тело напряглось, не было ни одной мышцы, которую не задействовал, чтобы пробиться сквозь эту невидимую стену. Источник придавал сил, но этого было недостаточно.

А Мудр с прищуром наблюдал за мной, не говоря ни слова.

Я начинал злиться.

Мало того, что свои силы потерял, так и новые не дают заполучить!

Я — Великий император! Я — покоритель земель и властитель народов!

Мне удалось общаться с богами и перенять их силу. Сразить полчища демонов и отправить их Повелителя в грёбаную Преисподнюю.

Так почему же я не могу сделать этот проклятый шаг⁈

От ярости Источник зашевелился. Не знаю, что именно произошло, но каким-то образом он начал подпитывать меня силой иначе, не так как раньше.

Стена будто прогнулась, и я приблизился к старику, сам от того удивившись. Как удивились и остальные, глядя на меня.

Алексей с приоткрытым ртом почесал затылок и едва ли не присвистнул, Воймир наоборот нахмурился, заиграв желваками под кожей.

А Мудр слегка, мимолётно и почти незаметно ухмыльнулся.

Затем резко убрал ауру, отчего я чуть не упал прямо на него, развернулся и кинул через плечо:

— Иди садись. Посмотрим, что из этого выйдет.

Я тяжело дышал, чтобы привести в порядок Источник и успокоить ноющие мышцы. Грудь широко вздымалась и опускалась. Алексей с радостью на лице подскочил ко мне, похлопал по плечу.

— Ты смог! Поверить не могу. Впервые вижу, чтобы Мудр поменял решение!

Да. Я смог.

Вечерний воздух обдавал прохладой вспотевшее лицо, а впереди на меня оценивающе смотрели двадцать человек, которым я не очень-то и нравился.

Ну, ничего. Скоро узнают, с кем имеют дело.

Глава 7

— Сопротивляйся!

Возглас Мудра застал меня, как раз когда я летел вниз головой.

В очередной раз.

Падение удалось смягчить кувырком, но песок, по которому меня бросало из стороны в сторону, был довольно жёстким, с мелкими камешками. И поэтому одежда становилась всё более рваной и непригодной.

— Научись чувствовать духовные потоки, — ворчал старик. — Следуй им, меняй их. Без этого ничего не выйдет!

Воймир, которого поставили со мной в пару, самодовольно ухмылялся. Я снова кинулся на него, стараясь задействовать Источник, но непонятная сила сбивала меня с ног, сотрясала сам Источник и прерывала течение духовной силы, текущей по моим жилам.

Я снова встал, сплёвывая песок.

Дышалось тяжело. Действие укрепляющего отвара слабело, а без него уставшее тело начинало заметно слабеть.

Воймир не собирался меня жалеть.

Он не возражал, когда меня приняли на обучение, но всячески выражал недовольство. И когда Мудр проверял мой Источник, Воймиру очень не понравилось, что тот оказался на пятой ступени Ученика.

Это вызвало у старика повод задуматься. Два года назад Люта уже проверяли, и тогда Источник показал неспособность продвинуться дальше первой ступени, что лишь немного отличало его от прочих людей. Но теперь, без подсказок и приличного наставления, я мог считаться вполне себе одарённым.

Ну, относительно, конечно. Потенциал ещё предстоит понять, однако, по словам Мудра, вполне можно рассчитывать на Бронзу и вступить в дружину через пару лет упорных тренировок.

— Начал ты поздновато, — пробасил он, когда закончил проверку. — Так что придётся долго навёрстывать упущенное.

Затягивать развитие на годы я, конечно, не собирался. Но всему своё время. Сейчас нужно понять, как вообще действует нынешняя магия.

Я снова направил духовную силу по жилам. Часть разогнала кровь и напитала мышцы, но остальное удалось направить по духовным каналам, которые пронизывали всё тело так же, как и сосуды.

Мне предстояло научиться их чувствовать, развивать и контролировать, чтобы пользоваться силой Источника и влиять на природные духовные потоки, которые витают повсюду.

Ну, это если верить словам Мудра. Я пока ничего не чувствовал, кроме вечернего ветра и прохлады, которая сглаживала ссадины.

Нечто похожее я проделывал, когда варил укрепляющий отвар. Но тогда это было лишь малой частью того, что требуется.

— Давай, хватит на меня пялиться! — подзывал Воймир.

Гадёнышу явно нравилось надо мной издеваться.

Я стоял на одном колене, переводя дыхание. Сгрёб пальцы в кулак, зачерпнув песка, рванул в атаку, но, прежде чем Воймир успел что-то сделать, швырнул этим песком ему в глаза.

— Гадёныш! — зарычал он, ослепнув. — Да я тебя!..

Но было уже поздно. Я оказался достаточно близко, чтобы схватить его за пояс, завернуть за спину и сделать бросок, вложив в движение всю силу Источника, что только смог.

Воймир шлёпнулся о землю, издав кряхтящий сдавленный писк, а я уже хотел захватить его руку и заломать, чтобы проучить гадёныша, как вдруг меня отбросило плотным потоком духовной силы.

Воймир вскочил, злобно оскалившись, замахнулся. Его руку покрыла алая дымка магии, но тут нас прервал грозный рык Мудра:

— Хватит! Всем стоять!

Другие пары тут же прекратили упражнения. Старик, хромая, подошёл к нам, окинул недовольным взглядом. Но, на удивление, не стал сильно гневаться.

— Лют, твоя задача — научиться управлять духовными жилами. Чувствовать потоки магии в своём теле и научиться ими управлять. Уловки, полезные в бою, тебе ещё пригодятся, но научись сначала плотно стоять на ногах.

— Прости, наставник, — сказал я.

Он был прав. Нужно набраться терпения. Нелегко учиться новому, когда давно привык к другим истинам. И хотя у меня есть опыт, который позволит ускорить процесс, нужно освоить основы. И наглая самодовольная рожа кого бы то ни было не должна сбивать меня с пути.

— А ты, Воймир, — Мудр к нему обратился с таким же недовольством в голосе, — не забывай, что настоящий враг не будет сражаться честно. Всегда будь наготове, иначе можешь сгинуть даже от руки того, кто заведомо слабее тебя.

— Понял, наставник, — поклонился Воймир, бросив в меня злобный взгляд.

Мудр взглянул на небо. Уже почти стемнело. Солнце показывалось лишь алой полосой света над городскими стенами, а на улицах начали зажигать фонари.

— На сегодня хватит. Все свободны, — объявил Мудр.

Но затем, после недолгой паузы добавил:

— Лют, ты останься.

Мы попрощались с Алексеем. Мой срок наказания у его семьи подошёл к концу, а завтра меня отправят в другой двор. Так что увидимся не скоро.

Когда ученики ушли, а я остался наедине с наставником, он указал мне на беседку и похромал в её сторону рядом.

— Говорят, ты потерял память.

— Верно, — кивнул я.

— И ничего не можешь вспомнить? Например, как Источник усилился и изменил форму, которую даже я не встречал.

Я с удивлением взглянул на Мудра, гадая, к чему он ведёт. Но тут он почему-то сменил тему:

— Слышал, ты навёл шороху в библиотеке. Что там случилось?

Демон… Я был слишком поглощён эмоциями и, кажется, стражников опрокинул. Ах, да, ещё кому-то по макушке заехал. Тогда было не до того, чтобы думать о последствиях.

— Небольшая ссора, только и всего, — пожал я плечами. — Не хотели пускать меня.

— А что ты там искал, в библиотеке?

Мы поднялись по ступеньке под крышу беседки. Она была круглой, и вдоль стены тянулась скамейка. А по центру стояла толстая колонна, от которой расходилась крыша.

Мудр сел на скамейку и вытянул больную ногу, прислонив трость к стене.

— Я же ничего не помню. Где я, в том числе. Просто хотел понять, что вообще происходит.

Забавно. Потеря памяти по проблемам была схожа с проклятием, которым меня сюда отправили. Даже врать не пришлось.

Но Мудр не зря носил своё имя.

— А не про Светозара ли Узурпатора ты хотел узнать?

По моей реакции он сразу всё понял. Я ожидал угроз или чего-то в этом духе, но наставник говорил строго, не более.

— Мой тебе совет, Лют. Перестань искать истину там, где её нет. Светозар — огромное тёмное пятно на нашем роду. Не усугубляй ни своё положение, ни положение Нелидовых. Если узнаю, что ты продолжаешь искать его гробницу, ко мне на занятия больше не приходи.

Взгляд у Мудра был твёрдым, хотя в нём и таилась некоторая теплота.

— Понял, наставник, — поклонился я.

Значит, Лют искал мою гробницу… Это уже интересно. Но расстраивать старика не стоит. Да и всё равно сейчас передо мной другие задачи.

— Тогда давай попробуем ещё одну штуку, — Мудр потянул руки ладонями вперёд. — Прикоснись.

Я последовал указу, и коснулся грубых шершавых пальцев, мозолистой кожи. И скоро почувствовал, как духовная сила Мудра плавно вливается в моё тело, растекаясь по духовным жилам и почти не затрагивая кровеносные сосуды.

— Чувствуешь их? — Мудр прикрыл глаза, и я повторил за ним.

— Да…

Сила питала не просто мышцы. Я вдруг ощутил, как пронизываюсь потоками энергии, которые кружатся, витают повсюду. Меня бросило в дрожь, будто вдохнул ледяного жгучего воздуха, пробирающего изнутри.

— Вот, во-о-от… Прочувствуй их. Запомни эти ощущения. Это немного ускорит твоё развитие, но остальное зависит от тебя.

Он оторвал свои ладони от моих и открыл глаза. В них снова читалась ворчливая строгость.

— А теперь ступай. Завтра на закате снова занятия, так что не опаздывай.

— А если меня задержат? — спросил я. — Всё-таки наказание…

— Разве я говорил, что меня это беспокоит? — Мудр приподнял бровь. — Ступай!

Ну, делать нечего. Я вышел со двора и направился в город. Хоть и стемнело, но ещё было довольно рано, чтобы ложиться спать, да и следовало немного освежиться для начала. И найти новую одежду, а то в этой больше ходить нельзя.

Тело болело, ныло, но то хорошая боль. Правильная. Она означала, что я крепну, причём довольно быстро.

Надо бы ещё отваров сделать, чтобы с запасом. Но это успеется.

Вспоминая ощущения от духовных потоков, которые пронзали всё тело, мне вдруг пришло в голову, что они чем-то напоминали Глас богов.

Может быть, нынешняя магия тоже как-то связана с богами, только иначе?

Я направился к ремесленной улице, где можно присмотреть подходящую одежду. Судя по шуму, там ещё не закрылись лавки, так что могу успеть.

Город в ночи выглядел весело, красиво. Фонари освещали мощёные дороги, рабочий люд собирался в корчмах и уже начинал горланить пьяные песни. Прохожие сейчас не бегали по делам, не замечая ничего вокруг, а устало возвращались по домам или просто гуляли, наслаждаясь прохладой после жаркого дня.

Я присмотрел добротные шаровары, кафтан, шапку и высокие сапоги. Заплатил залог, чтобы всё подогнали под мои размеры и украсили одежду узорами рода Нелидовых.

К тому моменту, когда дело было сделано, уже захотелось спать. Почему-то просто стоять в ожидании, пока мастер бегал вокруг с замерами, оказалось куда утомительнее, чем работа в поле или тренировки у Мудра.

Но на обратном пути, проходя мимо одной шумной корчмы, я заметил знакомое лицо.

Затем присмотрелся, и понял, что знакомых лиц целых три.

Ошибиться было сложно. У первого на подбородке была отметина от кулака Алексея, а двух других такие выразительные рожи, что не запомнить их было просто нельзя.

Вор со своими подельниками сидели на крытой веранде и глушили кружки пенного напитка, хмуро оглядываясь по сторонам.

Меня они не заметили, потому что я затаился, но вот девушку, которая проходила мимо, углядели быстро.

Она была красивой, с тёмными глазами, брюнетка. Платье подчёркивало осиную талию и широкие бёдра, которые заманчиво покачивались на ходу.

Бандиты быстро осушили кружки, немного выждали и отправились следом за ней.

— Вот паршивцы… — вздохнул я, провожая их взглядом. — Ну, они у меня получат!

Девушка завернула в переулок между двухэтажными зданиями, где располагались городские склады. Троица подонков последовали за ней, перед этим оглянувшись, чтобы никто не заметил.

Ну, последнее у них не вышло, поэтому я, немного погодя, нырнул в проулок.

Двигался тихо, дышал ровно и плавно, чтобы не выдать себя.

В тени зданий наблюдал, как девушка оборачивается и ускоряет шаг. Троица ускорялась вместе с ней, вынуждая меня спешить сильнее, чем хотелось бы.

Ноги уже одеревенели, так что красться было не очень удобно. Надо бы скорее приструнить подонков, пока они не добрались до бедняжки, и возвращаться домой.

Когда девушка обернулась, глядя на своих преследователей, набрала воздуха и вскинула руки, чтобы закричать, я уже набросился на них со спины.

Первым делом вырубил вертлявого вора. Ловить его потом одному не хотелось совершенно, а в прошлый раз пришлось вдвоём с Алексеем за ним бегать.

Второму бандиту сделал подсечку, а пока он валялся, ударил третьего в солнечное сплетение, и тот скрутился, ловя ртом воздух.

— Не волнуйтесь, барышня! — сверкнул я улыбкой, хотя в тени она это вряд ли заметила. — Я с ними разберусь!

Не обращая внимания на её удивлённое молчание — наверное, ошарашена бедняжка, — я пнул второго бандита, который уже почти поднялся на ноги, повернулся к третьему, чтобы…

Тут краем глаза заметил, как шевельнулась тень. Машинально выставил руку и поймал тонкое нежное запястье девушки…

Которая сжимала нож.

Она сверкнула злобным взглядом, разжала пальцы и подловила выпавшее оружие свободной рукой. Попыталась ударить, но я схватил и второе запястье.

— Отпусти! — потребовала возмущённым голосом.

И с ноги ударила мне в грудь, отчего даже дыхание немного сбилось.

Я вывернул её запястье, отнял нож и задал резонный вопрос:

— Что здесь, демоны вас побери, происходит⁈

Девушка пискнула из-за вывернутого плеча. Попыталась рыпнуться, но лёгкое нажатие на скрученную ладонь быстро заставило её передумать.

Бандиты стонали от боли, валяясь на земле, а воришка, кажется, начал приходить в себя.

Я оглянулся и понял, что стою в тупике, куда ни один здравомыслящий человек, особенно хрупкая девушка, заходить просто так не станет даже днём.

— Ну, да… — устало вздохнул я. — Сам дурак.

— Опусти, говорю! — снова подала голос, надо полагать, преступница.

— Ты кто такая? — спросил я, не обращая внимание на её требования.

— Отпус-Ай-яй-яй! Злата! Злата меня зовут!

Вежливый вопрос и немного приложенной силы всегда лучше, чем просто вежливый вопрос.

В который раз в этом убеждаюсь.

— Кто ты?

— Главарь этих недоумков! Не понятно что ли⁈

Надо же. И не пришлось снова применять силу.

Злата смотрела на меня вверх ногами, согнувшись почти пополам. И вдруг её взгляд зацепился за сумку.

— Эй! Это же ты их ограбил! Верни добычу!

Я тяжело вздохнул. Нашёл себе на голову проблем. И чего мне с ними теперь делать?

Не отпускать же, право слово…

— Мне кажется, ты не в том положении, чтобы требовать, Злата-воровка. Лучше скажи мне, почему я не должен отвести тебя к ближайшему посту и сдать городской страже?

Она мигом поутихла. Запястье вспотело, пульс участился. Похоже, начала осознавать, что кричать и капризничать со мной бесполезно.

Видок у неё, конечно, был привлекательный. Да и поза… Скажем, позволяла оценить некоторые достоинства. Но на мне такие штуки давно не действовали.

— Ладно, ладно… Послушай, возьми всё, что найдёшь. И давай разойдёмся, ладно? Ты сделаешь вид, что нас не видел, а мы никому не расскажем, кто именно увёл общак.

Опа-на!

Общак?

Словечко знакомое. Да и говорящее.

— А вот с этого момента поподробнее, Злата…

Покрасневшая от прильнувшей к голове крови, девушка стрельнула в меня хищным взглядом, выдохнула, но начала говорить.

Как оказалось, добыча в сумке не принадлежала этим бедолагам, а была месячным добровольно-принудительным сбором местных преступников. Что было логично. Многовато добра для таких никудышных разбойников.

Однако всё было куда веселее.

Оказывается, Мышь, — который вор, — вместе с Дубиной и Осиной, — которые оставшиеся двое дуболомов, — решили испытать удачу и поставили часть денег в кости. Вместо того чтобы просто отнести всё по нужному адресу.

Игра не пошла, и немалую сумму они проиграли. Проиграли бы и остальное, да только Злата вытащила всех троих прямо из игорного дома и заставила пополнять утраченное.

Почему не забрала сумку?

Да не сподручно было. Выполняла заказ одного разбойничьего атамана, который и так чуть не прошляпила из-за своих дружков.

А когда вернулась, увидела их побитыми, униженными и без сумки.

Я отпустил Злату, почёсывая затылок. Она шустро выпрямилась, вспыхнула разъярённым видом, но всё же не рискнула предпринять ничего против меня.

— Отдай сумку!.. Прошу тебя.

Даже немного приструнилась. Хотя давалось ей это тяжело. Глаза искрили гневом, который всеми силами вымещал покорность. Но девочка оказалась куда умнее, чем её подельники.

— Что тебе пустая сумка? — махнул я. — Денег там уже нет.

Злата ошарашенно вздохнула, широко раскрыла глаза и вдруг взорвалась:

— Да как же⁈ Там добычи было — месяц работы! Как можно столько потратить за пару дней⁈ Да ты!.. Да мы тебя!..

Пришлось гаркнуть в её сторону, чтобы замолчала. Голова сегодня и без того пухла, чтобы выслушивать обвинения. Да ещё от кого! От разбойников!

Побитые бандиты встали на ноги, но до сих пор шатались и не представляли угрозы.

Мышь щурился, потирая подбородок, на котором теперь были отметины с обеих сторон. У него были узковатые глаза, вытянутое лицо узкий широкий рот. Дубина и Осина, судя по всему, были братьями.

Не знаю, почему их назвали именно так. Может, прозвища были, а не имена. Но подходили им точно. Лица были словно высечены из дерева, плечи широкие, а сами по себе хоть и не высокие, но коренастые и плотные.

И у всех понурый вид, будто завтра на плаху.

Хотя, это могло быть недалеко от правды.

— Ладно, — вздохнул я. — Идите. Не буду ничего брать.

Почему-то их стало жалко. Наверняка теперь попытаются сбежать из города и затаится где-нибудь подальше.

Не сказать, чтобы меня волновала судьба разбойников, но…

— Погодите-ка! — остановил я их.

Бедолаги аж напряглись, а Злата на мгновение вздрогнула, сверкнув жалобным взглядом.

— Скажите этому своему… атаману или как там у вас? Пусть назначает встречу. Будем договариваться.

Они переглянулись. Затем уставились на меня, гадая, не свихнулся ли я.

А я не свихнулся. Просто связи лишними не бывают. А подпольные связи — тем более.

Когда ещё появится шанс познакомиться с целым атаманом, властителем городских воров, грабителей и прочей нечисти?

Такой знакомый может пригодиться в самый неожиданный момент.

К тому же, он наверняка разузнает, кто увёл общак. Обычно такие люди умеют добывать сведения. Так что лучше заявиться самому, чем ждать, пока придут по мою душу.

Глава 8

Новый день, новые заботы. Я продолжал отбывать наказание, Хотя, признаться, оно было довольно полезным.

На этот раз меня отправили к знакомым людям. Семья Браслава, который помог мне на Совете и Елены, которая занималась моим лечением.

Правда, сам Браслав отсутствовал. Его отправили с княжеской дружиной патрулировать окрестности. Ходили слухи, что со стороны Драконьих гор заметили стаи демонов, так что осторожность не помешает.

Мне же предстояло помогать Елене по хозяйству. В том числе подготавливать целебные ингредиенты, для которых было отведено отдельное строение.

Двор Браслава выглядел получше, чем у Ратислава. Он был шире, немного богаче, а всё потому, что Елена занималась обучением девушек рода лечебной магии.

— Полынь развесь по верёвке, Лют, — указывала Елена. — А затем понадобится собрать травы из списка и расфасовать их на пятнадцать наборов. Чётко по списку! Но веса насыпь по-разному, пусть девочки практикуются с весами.

Я кивнул и приступил к делу.

В помещении всё пропахло сушёными травами и цветами, от которых даже голова начинала немного кружиться.

За дверью располагался склад с готовыми настойками и отварами, куда убежала Елена. Она с самого утра была в делах и заботах, что даже неловко стало.

Но запасы у неё, конечно, отличные. Тут было практически всё. Практически — это для тех ингредиентов, которые росли или бегали в далёких частях Арахата. Да и то находились некоторые, даже довольно редкие, экземпляры.

Я пораскинул мозгами и вспомнил несколько рецептов, которые можно было изготовить прямо сейчас. Интересно, Елена о них знала?

— Так, скоро придут! — она выскочила из склада, держа в руках несколько склянок. — Готово? Отлично, неси всё в учебный дом.

Для занятий во дворе стояло отдельное здание. Одноэтажное, но довольно просторное. Внутри всё было уставлено столами, дорогими фигурными колбами, а вдоль стен стояли шкафы, набитые книгами и свитками.

Я расставил наборы с ингредиентами по столам, помог ещё прибраться и передвинуть пару тяжёлых тумб, и скоро начали приходить ученицы.

Одна, вторая, третья…

Все друг друга краше, в платьицах, нарядные, на лицах безмятежные улыбки. Помещение заполнили гам и девичий хохот, а воздух наполнился нежными ароматами.

А меня точно в наказание сюда отправили?

Ах, да… Точно в наказание.

Среди последних вошла уже знакомая мне Ольга Ратиславовна. Она тут же окинула меня хищным взглядом, фыркнула и уселась подальше.

Когда все собрались, Елена потребовала тишины, и шумные девушки тут же замолкли, отчего воцарившаяся тишина показалась даже немного жутковатой.

— Сегодня мы научимся готовить успокаивающую настойку, полезную при обработке тяжёлых ран. Она притупит боль пострадавшего и позволит заняться лечением без криков над ухом и лишних дёрганий.

Елена прервалась, чтобы ответить одной раздражающей особе:

— Да, Оля? У тебя вопрос?

Русоволосая стерва встала и с высокомерным видом указала на меня.

— Что он тут делает?

— Лют помогает мне, Оля, — спокойно, но со сталью в голосе пояснила Елена. — И будет помогать вам. Пожалуйста, сядь и не мешай занятию. Сегодня очень многое нужно успеть.

Поджав губы, девка села обратно. На лице проступили румяна, а во взгляде читалось явное желание прибить меня чем-то тяжёлым.

Что, демон его побери, Лют с ней натворил⁈

Или это просто… от природной вредности?

Тем не менее Елена продолжила. Она сказала девушкам приступить к изготовлению настойки и начала диктовать необходимые пропорции.

Я тоже внимательно слушал. Всё-таки полезная штука как-никак. Не понимаю, почему эти занятия только для девушек.

Мне с собой в поход таскать отряд таких только чтобы отвары готовили? Или нагружать половину обозов склянками, а потом искать, где какое именно средство лежит?

Нет, основам первой помощи должны быть обучены все. Не раз меня выручало знание, какое растение помогает унять боль или предотвратить заражение, когда я скитался по миру. Бывало, неделями других людей не видел, всё самому приходилось готовить.

Только это не магия ещё. Елена и Милуша проделывали какие-то штуки, которые никак с отварами не связаны. Они напрямую влияли на моё тело и на мой Источник.

Кстати, обычно Елене помогала Милуша. Но раз уж так удачно подвернулся я, она отправилась собирать травы.

Итак, пошли первые результаты. Во многом неудачные. Примерно половина девушек справились, а другим пришлось приступать заново.

Вот и настало моё время. Пришлось бегать за новыми ингредиентами туда-обратно, как проклятому… Ах, да. Я ж такой и есть — проклятый.

Причём взять сразу побольше запасов не помогало. Они расходились быстро и гибнули в неравной борьбе с гранитом науки.

И особенно в неудачах отличилась Ольга.

Я поначалу даже немного злорадствовал, но затем это перешло все границы. Даже подумал, что она специально проваливается, чтобы заставить меня бегать.

Но нет. Она просто не могла правильно смешать нужные ингредиенты в правильном порядке, в правильное время и в правильном соотношении.

Даже осунулась от стыда и злости. Уже все смогли выполнить задание и ждали только её. Видимо, у Елены было правило, согласно которому семеро одного ждали сколько угодно.

Эх, добрая моя душа! Придётся помочь, а то мы тут засядем до ночи, и я не успею к Мудру.

— Сначала полынь, потом ромашку, — прошептал я, ставя новую порцию трав перед ней. — А магию вливай в самом конце.

Она сверкнула злостным взглядом, но промолчала. А затем, нахмурившись, начала готовить настойку заново.

И у неё получилось!

О, да! Великий Я!

Опустим, что прежним крупным достижением была победа над повелителем демонов. Сам Бергир согласился бы, что заставить её прислушаться — это что-то невероятное.

Наконец-то Елена приступила к следующей части занятия. Она попросила раздать книги и на этот раз начала объяснять совершенно не знакомую мне тему.

Печати.

Книжки, которые я раздал, были исписаны странными то ли узорами, то ли символами, то ли вообще кто-то перо расписывал и решил выделить на это отдельную страницу.

Но спустя пару часов наблюдения даже у меня получилось увидеть некоторые схожие черты в каждой печати. И, что самое интересное, они начали мне что-то напоминать. Я будто знал эти символы, но забыл и никак не мог вспомнить.

Точнее, знал их значения. Что-то вроде того, когда вдруг забываешь обычное слово, но точно помнишь, что оно обозначает. Вот вертится на языке, но никак не приходит на ум.

Хех, опять шутки памяти…

Но затем произошло то, что заставило меня замереть на месте.

Я поглядывал в книжку ближайшей ученицы, пытаясь понять, что там написано. Елена объясняла значение и произносила звуки, которые каждая печать обозначала. Было похоже на невнятную речь, в которой иногда проглядывались кое-какие ясные отрывки.

И тут в помещение вошла девушка лет пятнадцати. Невысокая, с чёрными как смоль волосами и…

Лицом один в один как моя помощница.

— Анна? — удивлённо протянул я.

— Лют? — обернулась Елена, внимательно разглядывая меня. — Ты вспомнил Анну?

— Вспомнил? — переспросил я, потому что в голове произошло потрясение.

Девушка, слегка улыбаясь, подошла к нам. Точнее, к Елене.

— Матушка, могу я присоединиться?

Матушка, значит… Они прямо-таки совсем друг на друга не похожи. Никогда бы не подумал.

— Да, конечно, — улыбнулась в ответ Елена. — Присаживайся за свободное место.

Анна весело хмыкнула и чуть ли не вприпрыжку отправилась за рабочее место. Всё-таки внешностью она была точь-в-точь моя Анна, но характер, судя по всему, отличался кардинально.

Моя помощница постоянно ходила со спокойным лицом и практически не реагировала ни на какие эмоциональные встряски. И была довольно молчаливой, чего не скажешь об этой Анне, которая уже напевала себе что-то под нос, раскрывая книгу.

Причём она почему-то открыла куда более позднюю страницу, чем остальные.

— Ну так что, Лют? — повторила Елена. — Ты вспомнил Анну?

— Н-нет… — покачал я головой. — Не совсем. Просто всплыло имя.

— Это уже хорошо! — кивнула она. — Значит, ты идёшь на поправку.

Или схожу с ума. Это просто совпадение, что её даже зовут так же?

Пришлось усилием воли перестать смотреть на Анну, потому что это выглядело подозрительно. Ну, за полторы тысячи лет вполне мог родиться человек, в точности похожий на кого-то из прошлого. Возможно, «та» Анна, а точнее её потомки, в какой-то момент породнились с Нелидовыми. Вот и получилось такое чудо.

Однако сегодня, видимо, был день невероятных открытий. Даже учитывая моё проклятье и перенос во времени.

Потому что Елена произнесла слово на языке богов.

Ну, почти. Она сказала что-то вроде:

«Узбагоение»

Я обернулся, резко отвлёкшись от Анны. Елена держала перед собой пергамент с изображением печати, которая включала в себя сразу несколько символов из книг.

— Это означает «Успокоение», — говорила она. — Чтобы печать сработала, нужно начертить её на груди человека, вкладывая в чернила духовную силу, и произнести это слово для пробуждения. При достаточной силе можно заменить печатью отвар, либо же дополнить его действие. Раненый или больной погрузится в сон или впадёт в дурман, позабыв о боли.

«Успокоение» было первым словом на языке богов, которое я услышал. Причём применили его на мне же. Богиня, с которой я тогда познакомился, умудрилась устать от бурной ночки и с ужасом взглянула на меня, готового к продолжению банкета после недолгого перерыва.

Она махнула рукой, изрекла это слово, и я свалился прямо на кровать рядом с ней, почувствовав непреодолимое желание спать.

Хорошо хоть упал на спину…

— Лют, открой грудь, пожалуйста. — Голос Елены вырвал меня из воспоминаний.

— А? — снова переспросил я. — Грудь?

— Да, — улыбнулась она под хихиканье девушек. — Не волнуйся, больно не будет.

Я распахнул рубашку, чем вызвал уже не хихиканья, а удивлённые тихие вздохи.

Укрепляющий отвар уже показывал результат, и мышцы на теле были прорисованы куда лучше прежнего. Даже Ольга удивлённо захлопала глазками.

Елена тем временем взяла деревянный поднос с кистью и тремя ёмкостями, две из которых были заполнены, а третья стояла пустой.

— Если же смешать чернила с отваром в соотношении трёх долей к одному, можно усилить действие печати.

Она без применения весов или мерных колб смешала жидкости в пустой ёмкости, макнула кисть и принялась чертить на моей груди символы печати

Отвар был горячий, а чернила холодные, так что их смесь получилась тёплой и довольно приятно оседала на коже. Кисточка немного щекотала, но это было даже приятно.

Елена увлечённо вырисовывала закорючки и линии, подпитывая их своей духовной силой, отчего внутри расползалось тепло. От неё приятно пахло душистыми травами, и уже от этого, казалось, можно улететь в дурман.

Но затем она убрала поднос, приложила ладонь к печати и произнесла исковерканное «Узбагоение», выпустив немного духовной силы.

У меня подкосились ноги, и я чуть не упал, кое-как удержавшись на ногах. Веки резко потяжелели, перед глазами промелькнули вспышки, а мышцы томились от расслабления и местами онемели.

Елена придержала меня и усадила на стул неподалёку, после чего продолжила:

— От вложенной духовной силы будет зависеть действие печати. Но чем сильнее Источник человека, тем больше потребуется духовной силы, чтобы задействовать печать. Поэтому необходимо сначала научиться правильно оценивать развитие того, кому вы собираетесь её наносить.

Она снова повернулась ко мне, коснулась груди, и резким потоком духовной силы развеяла дурман, придав бодрости.

— Лют, ты уже знаешь свою ступень развития Источника?

Я кивнул, ещё немного приходя в себя.

— Отлично. Девушки, сейчас будем практиковаться в определении духовной силы. Подходите по очереди.

Демоны, боги и духи… Владислав бы извёлся, узнай он, как проходит моё наказание!

Пятнадцать девушек, одна за другой, подходили ко мне, вливали часть своей духовной силы и обволакивали ею мой Источник, пытаясь сосчитать количество ступеней развития.

Опять получалось примерно у половины, остальным приходилось снова занимать очередь. Возможно, мне так только показалось, но некоторые специально проваливали задание. Возможно.

Однако удивила Ольга.

Я думал, она опять будет долго возиться. Но вместо этого сестрица Алексея с видом, будто делает мне одолжение, справилась не только сразу, но и быстрее всех.

Её духовная сила шустро проникла в Источник, обволокла его и тут же испарилась.

— Пятая ступень, — прошептала она мне на ухо сдержанным тоном.

Я кивнул в подтверждение и дождался, пока к делу приступит следующая девушка. А Ольга села на своё место и отвела слегка смущённый взгляд.

Пока все выполняли задание, Анна почему-то продолжала изучать книгу, бегая глазами по строкам. И только когда все закончили, она посмотрела в мою сторону и спрыгнула со стула, который был для неё высоковат.

— Хочешь попробовать? — улыбнулась Елена.

— Ага, — мило кивнула девочка.

Она подошла ко мне и влила духовную энергию, сосредоточившись и нахмурившись, отчего ещё сильнее стала походить на мою Анну.

Но не только это…

Их духовные силы тоже были похожи. Я почувствовал иллюзорное присутствие своей помощницы, отчего перехватило дыхание. А когда Анна встала на цыпочки, чтобы прошептать ответ, по коже пробежали мурашки.

— Пятая ступень.

Я молча кивнул. Почему-то горло пересохло, и не мог вымолвить ни слова.

Занятия продолжились. Скоро всем удалось распознать мой Источник, и это, скажу, было куда приятнее, чем проверка Мудра прошлым вечером.

На стадии Отрока я и сам смогу отслеживать своё развитие, а пока придётся действовать вслепую, следуя указам наставников.

Что ж, как говорил Велизар, чтобы быть хорошим воеводой, нужно сначала постоять в строю и набираться уму-разуму у сотников.

Так что будем учиться.

Занятия закончились только под вечер. Мне ещё предстояло убраться в учебном доме, но я вполне успевал на занятия к Мудру, так что денёк выдался вполне себе пригожий. Даже настроение поднялось, и я напевал себе под нос мелодию, которая заела в голове после Анны.

Почему-то она тоже казалась знакомой. Я перебирал напев и понемногу вспоминал слова, которые удавалось выцепить из уст девушки.

Погодите-ка…

Понятно, почему мне это показалось знакомым. Анна пела на языке богов!

Я поставил поднос со склянками на стол и принялся усиленно вспоминать, что же она пела. Кажется, получилось вычленить несколько звуков, похожих на знакомые мне слова.

— Лют, — окликнула меня Елена.

Она отходила в хранилище, но теперь вернулась убедиться, что всё в порядке.

— Да?

— Ты сегодня выглядел странно. И выглядишь до сих пор. Уверен, что память не прояснилась?

Я помотал головой и спросил:

— Эти печати. Откуда они? В смысле, это какая-то древняя магия или что-то вроде того?

Елена слегка прищурила взгляд, задумавшись над моим вопросом и его причиной.

— Это то, что дошло до наших дней из трудов великой заклинательницы Анны Премудрой. Она оставила после себя целую библиотеку, в которой было изложено множество печатей, символов и знаков. К сожалению многое со временем утеряно, но мне удалось собрать довольно хорошее наследие.

Я ещё раз окинул взглядом шкафы.

Анна Премудрая, значит… Кажется, я перед ней в неоплатном долгу, если моя догадка верна.

— Могу я взять один из учебников? Хочу освоить печати, вдруг получится.

Просьба, кажется, застала Елену врасплох. Наверное, редко её просил о подобном кто-то, кроме учениц.

— Да, Лют, хорошо… Но ты уверен, что хочешь…

— Уверен, Елена Ярославовна.

Она протянула мне книгу, которую я положил в сумку. Вполне возможно, сейчас это самое ценное, что у меня есть.

Закончив оставшиеся дела, мы вышли из учебного дома. Елена знала о моих занятиях с Мудром, так что другой работы искать не стала.

Однако перед тем, как отправиться к старику, я решил уточнить ещё кое-что.

— Анна, кажется, превосходит остальных в вашей науке, хотя куда младше остальных. Удивительно…

— Ну, это не совсем так, — улыбнулась Елена. — У Анны чудесные способности к печатям, да. Но остальное не слишком выделяется среди сверстников. И признаюсь честно, научить её готовить не легче, чем варить лечебные отвары.

Она добродушно хихикнула, отчего глаза засияли особенно лучезарно. А затем мы попрощались, и я пошагал по улице, готовясь к тяжёлым тренировкам. Мудр наверняка сегодня припас что-нибудь этакое.

Но когда я уже подходил к его двору, на дороге появились всадники, скачущие пренебрежительно быстро, расталкивая и распугивая прохожих.

Они промчались мимо, не обращая внимания ни на что и ни на кого с таким видом, будто являются тут полновластными хозяевами, а не гостями в чужом роду.

Это были Елизаровы. Я узнал и Войцеха, и Мстислава, которых видел вчера у ворот. Судя по их виду, прибыли они не со слишком хорошими вестями.

Я оглянулся в сторону двора Мудра, прикинул, что ещё есть немного времени и побежал вслед за ними, в сторону главного двора, где жил Владимир Всеславович.

К тому моменту, как я добрался, там уже столпился народ, а из терема вышел сам Владимир. Войцех спрыгнул с коня и уверенным шагом направился к нему, держа в руке свёрнутый пергамент.

— Здрав будь, друг мой! — воскликнул он отнюдь не по-дружески. — Я прибыл к тебе с важной вестью!

Владимир стоял грозной статуей, не шевеля ни единым мускулом на лице. И ответил грозным голосом:

— Здравствуй. Что за весть такая?

— Радостная! Для меня. Но тебе, дружище, она вряд ли понравится.

Войцех протянул свиток. Владимир развернул его и начал читать.

— Собирай род, Владимир Всеславович. Теперь эти земли принадлежат Елизаровым!

Глава 9

Все дела в роду Нелидовых отменили, глав семей созвали на срочный совет, а воинам послали весточки, чтобы возвращались с постов и собирались у домов.

По улицам суетились жители, бегали женщины, а мужчины собирались в кучи, громко и гневно обсуждая возмутительное заявление Войцеха.

Как это обычно бывает, довольно короткий визит Елизаровых, которые предоставили какой-то документ прямо в руки Владимиру, быстро оброс слухами.

Говаривали, кого-то они сбили по пути, хотя я такого решительно не помнил. Кто за документ, тоже никто кроме главы не знал, но догадки переросли в утверждения, и уже гуляли разные версии от личного указа князя до расписки боярина Владислава Всеславовича о якобы заложенном родовом имуществе, которое он проиграл вчера вечером.

— Сам видел! — натужным шёпотом заявлял один мужик своим знакомцам. — Прямо в корчме, что за дальше по ремесленной улице. Ужрался вчера в хлам и всё в кости проиграл!

Я как раз проходил мимо, и мужик, заметив меня, притих. Но я не мог упустить возможность напакостить этому ворчливому Владу.

— Он только в карты играет, дурень! — таким же натужным шёпотом воскликнул я.

У мужика лицо прояснилось, будто он узнал разгадку сложнейшей головоломки. А я пошагал дальше, с усмешкой слушая вновь разразившийся буйный шёпот.

Но на самом деле вопрос-то важный.

Одна бумажка — и целый род должен убраться со своих земель? Как-то подозрительно.

Однако двигаться приходилось в обратную сторону от происходящих событий, потому что отменили всё, да не всё. Про Мудра речи не было, и старик наверняка потребует явиться на тренировку.

На которую я как раз…

— Опоздал.

Сказал как ударил мой наставник, погасив пальцами мерную свечу.

Он стоял в окружении всех остальных учеников, будто за пределами двора ничего и не происходило. Так, мол, люди погулять вышли.

— Но там же… — попытался я оправдаться.

Но был тут же прерван:

— Ты опоздал, Лют.

Все уставились на меня. Кто-то равнодушно, кто-то с сочувствием во взгляде, как, например, Алексей. А Воймир с двумя парнями, стоявшими рядом, глядели как-то по-хищному предвкушающе.

Что, наверное, было не очень хорошим сигналом.

— Простите, наставник.

Похоже, тут было бесполезно препираться. Судя по всему, выгонять меня не собирались, но что-то этот старик придумал.

Ну, меня предупреждали. Придётся нести ответ.

— Встань в центр. — Мудр, держа тяжёлую трость на вытянутой руке, указал в сторону песчаного круга.

Когда я выполнил указание, Мудр махнул жестом, и все ученики встали вокруг меня.

Да, я был прав. Это даже не сигнал — тревога, чтоб её!

— Пять делений, — сказал Мудр. — Ты опоздал, заставляя ждать нас всех пять делений мерной свечи.

Если я правильно определил на глаз, это примерно пять минут. Что ж, не так и много ведь?

Парни вокруг стояли неподвижно и молча. Каждый смотрел на меня, не отрываясь.

А затем Мудр кивнул и провёл ладонью над свечой. Фитиль снова загорелся, и тут же в мою сторону выступил один из учеников.

С явными намерениями причинить вред моему ещё не окрепшему здоровью.

Он с рывком попытался нанести удар, применяя духовную энергию, от которой немного искажалось будто бы само пространство. Меня потянуло в сторону, прямо под кулак, но я сумел увернуться, перебрать ногами и пропустил парня мимо себя, готовясь уже к продолжению схватки…

Но он просто двинулся дальше, будто потерял ко мне интерес, и направился к краю поля.

Но тут же я почувствовал, как за спиной кто-то шевелится. Мигом обернулся и едва успел среагировать, поставил блок, но парень, атаковавший на этот раз, развил атаку, и духовным вихрем подсёк мою стойку, отчего я чуть не упал.

Пришлось кувыркнуться, вместе с перекатом подниматься на ноги. Но второй ученик тоже отправился к краю поля, а на меня попёр третий.

Ладно, я понял логику.

На меня поочерёдно начали бросаться все ученики. С кем-то удавалось справиться быстро, с кем-то приходилось немного возиться, а некоторым даже удавалось нанести мне удар.

Особенно это постарался сделать один из тех, кто стоял в компашке Воймира. Невысокий жилистый парень с острым подбородком. Внешне он чем-то походил на Воймира и остальных Нелидовых, так что, быть может, это ещё один мой родственничек.

Он резво набросился, сначала кинув обманный финт, а затем с разворота ударил ногой, подпитывая движение духовными потоками, которые до сих пор были для меня невидимыми, и оттого наиболее опасными.

И засранцу почти удалось задеть меня, но мышцы на новом теле крепли всё быстрее и быстрее, а разум с охотой перенимал старые привычки.

Я успел отвести основной урон по касательной, встретив удар предплечьем. А духовные потоки, которые давили на меня, использовал, чтобы повернуть торс по ходу движения, и часть столкновения пришлось по уходящему плечу.

Хотелось ещё контратаковать, но вихрь духовных потоков закрутил меня ещё сильнее, и я завертелся юлой.

Успел раз пять развернуться вокруг своей оси, прежде чем удалось нормально приземлиться. Но тут повезло — следующим соперником выступил Алексей.

Он не стал кидаться сразу в бой, а позволил мне восстановить равновесие, проделал пару довольно чётких и опасных приёмов, едва не опрокинув меня на землю, а затем вернулся в круг.

Следить, сколько времени осталось до конца испытания, не получалось. Приходилось постоянно находиться в движении, отбиваться, уклоняться, уворачиваться и нащупывать, откуда в этот раз прилетит очередной духовный поток.

Раз за разом, раз за разом, ученик за учеником.

Пока не настала очередь Воймира.

Он выступил последним. Причём сделал это спокойно, с таким выражением лица, будто ждал этого момента всю свою жизнь.

Я уже знатно вымотался, если честно. Приходилось напрягать Источник, постоянно подпитывая мышцы, но из-за повреждений не получалось делать это с нормальным контролем, и духовных сил уходило куда больше, чем нужно.

Воймир отлично это видел. Вчера я с ним уже стоял в паре для упражнения, и понимал, что гадёныш сейчас владеет духовными потоками куда лучше меня.

Он отметил атаку слева сбоку, довёл её до самого последнего мига, почти заставив меня поверить, но затем резко кинулся вниз, сближаясь и выбрасывая вихрь магической ауры, который потянул меня на разворот спиной к нему.

Засранец хотел отомстить за вчерашний бросок!

Сопротивляться его духовному потоку было так же эффективно, как тушить пожар, плеская воду ладонями. Единственное, что я мог противопоставить — это опыт в бесчисленных сражениях. Который, правда, значительно урезался в своём применении.

Я снова использовал духовные потоки противника себе на пользу. И вместо того, чтобы сопротивляться, наоборот ускорился в их направлении, выставил локоть, чтобы с разворота ударить по голове Воймира, а дальнюю ногу начал сгибать в колене, чтобы сразу же добить его.

Описание довольно долгое, но всё произошло примерно за одну секунду.

Локоть скользнул по брови Воймира, который умудрился уклониться, а колено пришлось по подставленному плечу.

В итоге он врезался в меня, я врезался в него, и от столкновения оба полетели в обратные стороны.

Вот только я уже находился полностью в воздухе, а Воймир стоял на ногах достаточно прочно, чтобы напоследок кинуть в меня ещё один удар.

Сильный, заряженный духовной энергией удар.

Он свернул озлобленными глазами, исказился оскалом, а сгустившийся воздух подсказывал, что сейчас будет очень больно.

Чуть ли не машинально, в одно мгновение, я сосредоточился на Источнике и будто за шкирку вытащил наружу свою духовную силу.

Получилось коряво, но хаотичные взрывные потоки сбили удар и позволили свести урон к минимуму.

Его всё равно было больно. От столкновения меня встряхнуло так, что на зубах появился привкус крови. Руки, которыми я закрылся, затрещали, отозвались резью в мышцах, а затем онемели.

Меня отбросило в учеников позади. Парни пытались, но их раскидало в стороны, а я продолжил лететь, пока вдруг не завис прямо в воздухе.

От резкой остановки внутри снова всё встряхнулось, в ушах промелькнул звон. Запрокинув голову, я увидел каменное лицо Мудра.

Вверх тормашками оно казалось ещё более суровым и хмурым.

Он сначала сверлил меня изучающим взглядом, а затем, не отрывая глаз, потушил свечу, достигшую очередное деление.

И я тут же рухнул на землю, отчего третий раз за последние секунды меня всего тряхнуло.

Хорошо хоть поесть не успел. Точно бы вырвало.

— Все по местам! — пробасил Мудр, тяжело вставая со стула. — Размяли тела, теперь пора и головушки размять.

Ученики направились в сторону беседки. Воймир, стиснув зубы так, что желваки заходили под кожей, стрельнул меня взбешённым взглядом.

Но скоро его закрыл Алексей, вставший передо мной и протянувший руку.

— Вставай, — хмыкнул он.

Я принял помощь и поднялся. Отряхнулся, потянулся, чтобы сбавить боль в мышцах. Руки гудели, но ничего страшного. Как говорил Кхазар, отчего не сдох — то закаляет.

— Спасибо, — тихо сказал я Алексею по пути.

— Да ладно, — махнул он. — Я просто хотел посмотреть, как Воймир надирает твой зад.

Усмехнувшись друг другу, мы вошли в беседку и сели на скамью.

Мудр прибыл последним. Он обошёл колонну посередине, заглядывая каждому из нас в глаза. Тяжёлая трость с каждым шагом громко била о половые доски.

Сделав круг, наставник наконец заговорил:

— Весь мир — есть единое целое. Он родился из Небытия, став Бытием. Вырос и продолжает расти. Но каждый из нас всегда был его частью. Мы рождаемся из праха мироздания, а затем сами превращаемся в прах.

Мудр сделал небольшую паузу, проследив за тем, чтобы каждый ученик внемлил его словам.

В моё время проповедники слагали разные легенды о создании мира. Чаще всего там упоминался какой-нибудь вездесущий и всегда существовавший бог, который вытряс, выплакал или сам стал тем, что мы называем миром вокруг. Или разделился на младших богов, которые уже натворили дел.

Я спрашивал некоторых из них, но никто не подтвердил и не опроверг ни одну из легенд.

— А раз мы едины с миром, духовная сила, пронизывающая его, едина с нами, — продолжал Мудр. — Ветер, вода, огонь, воздух, молнии в грозу, сама гроза, земля под ногами, мы сами — всё есть единое целое. Каждый камешек, букашка, ваши пращуры и ваши потомки когда-то вышли из одного Начала. И тот окажется более могущественным духовным воином, кто ближе остальных познает это Единство.

Такой тишины и пристального внимания не было даже на занятиях у Елены. Даже Воймир со своими дружками успокоились и ловили каждую букву из уст наставника.

А тот, как бы в доказательство своих слов, разжал пальцы, которыми держал трость, но та не упала, а наоборот поднялась выше. Зависла над полом и начала плавно крутиться.

Затем Мудр резко сжал кулак и опустил руку. А вместе с этим трость ударила по доскам, и грохот разлетелся эхом по беседке.

Мудр снова взялся за неё и сказал:

— Старайтесь не только слушать, но и слышать. В этих моих словах таится суть к величию. Поймите их, осознайте. И никто не сможет вам противостоять.

Он почему-то ненадолго задержал на мне взгляд, прежде чем продолжить занятие.

Следующим заданием было как раз «понимать» сказанное. Мы остались на своих местах и молча прогоняли в голове его речь слово за словом.

Отчего-то Источник начал отзываться на мысли, будто его тянуло к познанию Единства, о котором говорил Мудр.

Все молчали. Было настолько тихо, что скоро шелест травы снаружи казался довольно громким, а гомон за забором обретал понятные очертания, и среди потока непонятных звуков вычленялись отдельные слова, затем предложения. Мешали только звуки шагов, которые создавали шум.

В какой-то момент я понял, что могу слушать едва ли не шёпот прохожих через весь двор.

Кто-то из них упомянул Владислава. Я навострил уши, прислушался…

И на лице сама собой возникла довольная ухмылка. Мои семена уже дали неплохие всходы. Слухи о пристрастии Владислава к алкоголю и азартным играм расползались, как и слухи о его причастности к визиту Елизаровых.

Но тут меня прервал оглушающий удар тростью по голове.

Я аж подскочил, вырвавшись из осмысления, и увидел перед собой Мудра.

— Не отвлекайся, Лют! — рыкнул он.

Заметил, значит…

Я взглянул на Воймира, но тот и бровью не повёл.

Демон его побери, мне и правда нельзя отвлекаться! Ещё ж нужно догнать этого мерзавца. А потом перегнать, конечно же.

Я снова взялся за дело. Вспоминал речь Мудра слово в слово, повторял про себя раз за разом и чувствовал, как откликается Источник.

На мгновение он отозвался так сильно, что мне показалось, будто я почувствовал духовные потоки вокруг.

По спине пробежали мурашки, я даже едва опять не прервался, но усилием воли продолжил копаться внутри себя.

Вспомнились ощущения, когда Мудр пропустил по моим духовным жилам свою магию. И всплеск моего Источника во время схватки с Воймиром.

Они были похожи между собой. И тот мимолётный отклик Источника точно напоминал о них.

Кажется, я нащупывал правильный путь.

— На сегодня всё! — вдруг объявил Мудр.

Я открыл глаза и с удивлением обнаружил, что солнце почти за горизонтом.

Сколько времени мы так просидели?

Ученики начали вставать со скамей. Я тоже потянулся вверх, но это оказалось не так-то просто. Ноги одеревенели, колени разгибались со скрипом. А когда всё-таки удалось подняться, стопы будто начали пронзать тысячи мелких игл.

Я шикнул, поморщившись, и неловким шагом последовал на выход.

— С непривычки всегда так. — Алексей шёл рядом и заметил моё состояние. — Но потом привыкнешь.

— Потом — это когда?

— Ну… — он поднял взгляд, пытаясь вспомнить. — У меня это до сих пор не получилось. Каждый раз будто по стеклу хожу.

Я удивлённо на него посмотрел, потому что шагал Алексей вполне себе спокойно.

— Научился терпеть, — пожал он плечами.

Попрощавшись с Мудром, мы покинули его двор. Воздух заметно посвежел, а народу на улице поубавилось.

— Куда теперь? — спросил меня Алексей. — Может, подкрепимся?

— Пирожками? — ухмыльнулся я.

— Ну, не обязательно… — он немного засмущался и зачесал затылок.

— Нет. Нужно выяснить, что там за свиток принёс Войцех. И насколько всё серьёзно.

Сейчас я жил в крохотной избе, которая ну никак не подобала Великому императору. А если Нелидовых попрут из города, мне выделят шалаш?

Нет уж.

Судя по всему, придётся крепко связать дальнейшие планы со своими потомками. А если уж их осчастливило появление Предка-основателя, допустить падение рода никак нельзя.

Да и падать уж некуда…

Однако Алексею идея не понравилась.

— Ты опять хочешь ввязаться в какую-то заварушку. Мало по голове получал?

От его слов шишка на макушке отозвалась лёгкой болью.

— Я хочу знать, к чему готовиться. И как этому противостоять. А ты хочешь ночевать за стенами?

Алексей нахмурился, обдумывая мои слова. А затем тяжело вздохнул и махнул рукой.

— Чего задумал? Выкладывай уже.

Я осклабился.

Ну, вот! Понемногу выбиваем из паренька лень и равнодушие. Глядишь, такими темпами вместе вверх по влиянию в роду пойдём.

Уж бастраком ходить у собственных потомков мне точно не к месту.

— Для начала нужно выяснить, кто читал сам свиток. У них-то информация самая верная.

Запал Алексея тут же поубавился. Он с сомнением насупился, почесал нос.

— Ты собираешься сразу к Владимиру Всеславовичу заявиться? Что, мол, там понаписано, боярин. Выкладывай…

Если с этой стороны смотреть, то идея действительно обречена на провал. Но цель-то достигнуть можно разными путями.

— К главе идти бессмысленно — это да. Но кто-то же читал этот проклятый свиток, кроме него! Да и…

Я не договорил задумавшись. Очень сильно задумавшись.

Что Алексею крайне не понравилось.

— Лют?.. — настороженно протянул он.

По глазам читалось, что ответ он не слишком хотел знать.

Ну, была не была…

— Если к нашим идти бесполезно, то, может, сами Елизаровы не откажут?

Сомнения во взгляде Алексея плавно перетекали в изумление. И скорее в плохом смысле этого слова.

Глава 10

Знаете то чувство, когда печальная романтическая история становится ещё печальнее и романтичнее?

Жил-был боярский сын Алексей Ратиславович Нелидов. Лицом пригож, да статью не обделён. Но только робок был парнишка, и род у него бедноват.

И полюбил этот Алексей красавицу неписанную. Роксаной её звали. Волосы золотые, глаза большие, цвета неба, личико прелестное, да и с фигурой у неё всё было…

Кхм. В общем, герой наш испытывал к ней самые нежные чувства. Однако была преграда великая между ними.

— Лезь давай! — шикнул я на Алексея, когда мы пробрались между дворов, принадлежащих Елизаровым, и затаились у высокой ограды.

За оградой этой стоял богатый терем, в которой жила та самая Роксана.

Роксана Богдановна Елизарова.

— Не полезу! — натужно прошептал мне в ответ Алексей.

— Живо лезь, говорю! А не то сам полезу. И буду твою Роксанку гулять.

Алексей на это вдруг замолчал, гневно на меня уставился, набрав в груди побольше воздуха. Даже кулаки сжал до хруста в костяшках.

Подействовало всё-таки.

— Давай, подсаживай! — проворчал он.

Я подставил руки и швырнул его на ограду. И зачем такую высокую ставить, не понимаю! Кого боятся-то⁈

А… точно…

Ну, ладно. Всё равно не помогло же.

Алексей зацепился за край, подтянулся, уселся на верхушке и помог подняться мне. Мы спрыгнули на траву и шустро спрятались в малиннике, потому что на шум кто-то высунулся из окна.

— Богдан Витольдович, — прошептал Алексей, узнав того по очертаниям на свету.

Это был глава одной из семей Елизаровых. Вроде как довольно серьёзный вояка и отец Роксаны по совместительству.

Радовало одно. Судя по теням в окне на втором этаже, Роксана находилась у себя в спальне. И, кажется, что-то тихонько напевала.

Алексей до подозрительного хорошо ориентировался в тереме Елизаровых. Знал кто где живёт и, главное, чей силуэт как выглядит.

Затея наша… То есть моя… была простой по смыслу, но довольно рискованной по исполнению.

Как оказалось, всё это время Алексей воздыхал по дочке идейного противника Нелидовых, потому и не решался ни на что посерьёзнее, чем созерцание издалека.

Однако любви не должно быть преград!

А если она ещё может открыть завесу тайны, чего там задумал Войцех, то тем более.

Глядишь, эта парочка и противостояние двух непримиримых родов остановит. Кажется, что-то подобное я видел в одной постановке. Давно это, правда, было. Полторы тысячи лет назад, если точнее. Поэтому не помню, чем закончилось.

Вроде все жили долго и счастливо.

Богдан Витольдович что-то пробурчал и отошёл от окна. Я уже хотел двинуться дальше, но тут…

Неподалёку, в тени, пялилась здоровенная собака. Алексей тоже её заметил, и потому замер, как и я. Даже дышать перестал.

Собака не сводила с нас взгляда. Не знаю, держали её на цепи или отпускали свободно бродить по двору, но очень хотелось, чтобы оказался первый вариант.

Тут послышался гулкий мужской голос:

— Туман, ко мне! Есть пора.

Пёс сорвался с места, совершенно о нас позабыв, и с виляющим хвостом понёсся к Богдану на прокорм.

— Пошли-ка быстрее, пока эта зверюга не решила отработать кормёжку, — кивнул я Алексею.

Мы метнулись к следующим кустам и перебежками добрались до терема, прямо под балкон Роксаны.

Я снова подставил руки, чтобы забросить Алексея наверх, но тот вдруг замер, испуганно глядя в сторону окна.

— Ну! Давай!

Казалось, я даже услышал, как часто бьётся его сердце. Алексей сглотнул, вздохнул и прыгнул, уцепившись за край перегородки.

Краем уха прислушиваясь, как чавкает Туман за углом, я внимал происходящему наверху.

Давай, Алексей. Не подведи славное имя рода. В твоих жилах течёт кровь того, кто самих богинь соблазнял!

— Роксана! — донёсся приглушённый шёпот. — Роксана!

Тихий мелодичный напев прервался. Мне даже немного стало жаль, потому что голос у девушки был отменный. Не будь Алексей влюблён в неё, сам бы полез.

— Кто там⁈ — раздался испуганный писк.

— Я… то есть… Алексей. Нелидов. Помнишь меня?

Наступила тишина.

Теперь я слышал как бьётся моё собственное сердце. И как пустеет миска Тумана.

Почему-то именно сейчас в голову полезли сомнения. Я вдруг понял, что Алексей может и не преуспеть. Да и я в новом теле не факт, что преуспел бы…

Почему-то осознание нынешних обстоятельств не прямо вот полностью проникло в голову.

Это раньше я был великим героем, покорителем народов и женских сердец. А теперь я бастрак в бедном боярском роде, которому, может, и не всё по плечу… Да и миска у Тумана совсем опустела.

— Помню, — прошептала Роксана заинтригованным тоном.

А, нет! Это просто волнение в голову ударило. И что на меня нашло!

Алексей осторожно шагнул поближе к окну и дрожащим шёпотом признался:

— Я… С-смотрел на тебя издалека. Не мог оторваться…

— Я знаю, — хихикнула девушка.

— Ч-чего⁈ — чуть не перешёл на голос Алексей.

— Ты каждый вечер у булочной. Думаешь, мы не заметили?

— М-мы⁈

Так, дело пошло. Корявенько, неуверенно, но там уже всё сама Роксана решила. От Алексея мало что зависело.

У меня от души прям отлегло. Я облегчённо вздохнул, прислонился к стене…

Так.

Что-то не слышно чавканий Тумана…

Я медленно повернул голову направо, моля богов, — где бы они сейчас не пропадали, — чтобы там никого не было.

И боги меня не услышали.

Туман стоял наизготове шагах в двадцати от меня. Он слегка опустил морду, угрожающе зыркая сытыми глазами. Низко протяжно прорычал…

Я сорвался с места в тот же миг, как по двору разлетелся грозный громыхающий лай.

Кажется, Алексей от неожиданности провалился в комнату Роксаны, а я оказался рядом с оградой так быстро, будто мои прежние силы на мгновение вернулись, чтобы спасти меня.

Запрыгнул наверх безо всякой помощи, лишь подтолкнув себя духовными потоками, сам не понимая, как это получилось сделать, и оказался по ту сторону ограды.

С криками из терема выбежал Богдан. Туман продолжал упорно лаять в мою сторону, а по улице ему начали подгавкивать другие собаки. Скоро весь конец Елизаровых пробудился и загудел, но я уже был далеко и скрылся в городских улицах.

Остановился, только когда добрался до людных переулков возле корчмы. Тут тоже гудел народ, кто-то горланил пьяные песни, а изнутри тянулись аппетитные ароматы простой людской пищи.

Живот напомнил о голоде урчанием.

Я ещё раз обернулся в сторону конца Елизаровых. Алексея наверняка спрячет Роксана. Это даже хорошо, что так получилось — они ещё больше сблизятся, пока будут прятаться от разгневанного папаши.

Да и не дети уже. Глядишь, союз двух враждующих родов придётся срочно прерывать свадьбой.

И, как говорится, победит любовь.

Наивно, конечно. Но помечтать всегда можно.

Я нащупал в кошеле пару медяков, которых должно хватить на какую-нибудь похлёбку или даже кусок сочного кабана, запечённого в яблоках. Ещё и кваском запить…

М-м-м…

Так, срочно в корчму!

Внутри было душно, шумно и дымно. Пахло едой, перегаром и разлитым пивом.

Но главное в помещении витал запах жареного мяса.

Следуя этому чарующему аромату, я подошёл к стойке хозяина корчмы и облокотился на толстую деревянную столешницу, покрытую вмятинами, следами от воткнутых лезвий и пятнами пролитых напитков.

Эх, романтика дорожных трактиров!

Я даже немного по этому скучал.

Когда ещё был простым странствующим воином, частенько останавливался в подобных местечках. В таких всегда можно было найти ночлег, нажористую еду, завести приятные и не очень знакомства и даже найти спутников.

Так мы познакомились с Асваном, кстати.

Помню, странствовали с Велизаром вдоль Буйного моря на западе… Арахата, как его теперь называют. И в один ненастный день как раз завалились в подобную вот корчму в небольшом селении по пути. Там Асвана и встретили. Пьяного, буйного, как само море, и наглого. Даже подрались для приличия, а потом вместе отправились в путь.

Буйное море тогда славилось морскими разбойниками со Студёного острова. Эти суровые мужи садились в свои шустрые корабли и грабили прибрежные порты, унося оттуда всё, что могли. И скрывались в море ещё до того, как местные князьки успевали собрать войско, чтобы дать отпор.

Дело было опасное, конечно. Буйное море не зря носило такое название. Поэтому немало разбойников сгинуло в холодных пучинах. Говорили даже, что морской бог так взимал свою долю награбленного, и дно Буйного моря покрыто золотом и серебром.

Довольно сомнительные слухи.

Во-первых, разбойники чаще хватали припасы, зерно, ткани, дорогие товары из южных земель. Золото тоже охотно забирали, но его было не так много, чтобы заставить им весь корабль. Да и тяжёлое оно.

Ну, а во-вторых, морской бог лично опроверг эти слухи.

Правда, почему-то запивали мы вином как раз из одного затонувшего корабля, которое пили из золотых чаш оттуда же.

Но это не важно.

Важно, что скоро пухлая розовощёкая служанка принесла мне тарелку с сочным куском кабанины, приправленном перцем, солью, зеленушкой, обложенный свеженарезанными кольцами лука и горячим куском ржаного хлеба, верно вытащенного из печи не далее чем минут десять назад. И поставила пенную кружку холодного ядрёного кваса.

Слюна уже стекала по подбородку, так что вгрызся в мясо, словно голодный волк. Проглотил половину, даже не заметив, закусил хрустящим горячим хлебом, выдул треть кружки и уже приступил было к новому заходу, как передо мной кто-то встал.

Точнее, встала.

— Вдравфтвуй, — приветствовал я с набитым ртом, глядя в бойкие тёмные глаза Златы.

— Наконец-то я тебя нашла! — воскликнула, чем привлекла внимание сидевших неподалёку гостей.

По тону и виду я понял, что спокойного ужина мне не видать, а время на еду стремительно близится к концу, поэтому принялся молотить зубами по упругим сочащимся волокнам и жевать так быстро, как только мог.

— Скорее, ты должен помочь! — воскликнула она. — Топор забрал парней! Сказал, что отпустит, только когда тебя приведу!

Топор… забрал…

Я даже стал чуть медленнее жевать, переваривая её слова, пока до меня не дошло, что это, наверное, прозвище некоего власть имущего преступника.

Ещё оставалась треть кабанины и краешек хлеба. А в кружке как раз столько, чтобы запить всё это чудо и не перебить послевкусие. Идеальный баланс.

— Чего ты молчишь⁈ — закричала девушка, снова привлекая к нам лишнее внимание.

— Ем! — проглотив, воскликнул я. — Слепая что ли?

— Но парни!..

— Сядь! — гаркнул я грозно.

От голоса и сурового взгляда Злата тут же плюхнулась на стул напротив меня. Замерла, а затем вдруг встревоженное выражение лица плавно преображалось мольбу о помощи.

Я уже предлагал ей идти в актрисы. Надеюсь, прислушается.

— Пожалуйста! — пискнула она. — Ты же сам хотел с ним встретиться. Мы думали убежать из города, но решили попробовать, как ты сказал…

Я как раз жевал последний кусок мяса, закинул краешек хлеба, наслаждаясь хрустом лука в зубах. Затем проглотил остатки кваса и с наслаждением вздохнул и откинулся на спинку стула.

Злата всё это время не сводила с меня жалобного взгляда.

— Фух, наконец-то! — улыбнулся я. — Показывай, где там этот твой… Топор.

Ну, и придумают же прозвища…

━─━────༺༻────━─━

Мда… Вот вроде крупный преступный элемент, а проживает в каких-то трущобах.

Или это он сюда только на работу ходит?

Купил себе где-нибудь возле центра особняк, днём расхаживает в дорогих кафтанах и болтает со всякими там купцами, да вельможами. А ночью надевает тёмный балахон и отправляется вершить свои тёмные делишки.

В общем, Злата отвела меня в бедный район, где вразнобой стояли покошенные хижины, на узких улочках постоянно мельтешил кто-то подозрительный, а фонарей не то чтобы не было… Их просто никто не зажигал.

Однако из всего этого мрачного «великолепия» выделялся большой двухэтажный дом с открытой площадкой на крыше, где сторожили несколько вооружённых человек.

Изнутри доносились шум, гомон, ругань и, кажется…

— Это бордель? — спросил я Злату, немного удивившись.

Если этот Топор решил меня умаслить таким способом, то ничего не выйдет. Я довольно разборчив в связях, что бы там в ваших летописях не врали.

— Да, — с дрожью в голосе кивнула девушка. — Топор держит его со своей ватагой. И весь восток города тоже.

Ничего себе.

А стражники у библиотеки точно делом были заняты? Хотя чего это я. Охотники до знаний — вот страшная угроза правопорядку. Не то что этот благородный, добродушный горожанин. К тому же, дающий столько рабочих мест беднякам…

Мы подошли к дверям, возле которых стояли двое здоровенных мордоворотов. Лысых, с переломанными носами. Причём у того, что слева горбинка была свёрнута вправо, а у того, что справа — влево.

Да и вообще они друг на друга были чересчур похожи. Двойняшки, наверное.

— Мы к Топору, — чуть сдавленно произнесла Злата.

И куда делась та дерзкая воровка, которую мне вчера пришлось утихомиривать?

Мордовороты молча кивнули и расступились, открывая дверь.

В глаза ударил яркий после тёмных улиц свет. Звуки работниц из комнат по пути стали куда громче и фальшивее. Воздух был прелым и будто бы липким.

Нас встретила полуобнажённая женщина с лёгкой пустой улыбкой на лице. По виду она была не местная, а откуда-то с южных провинций… точнее, с Асмарида. Ну, это на первый взгляд. Но говорила без акцента:

— Топор ожидает вас. Идите за мной.

Обстановка была довольно гнетущая. Мы шагали следом за женщиной, и я чувствовал, как всё сильнее дрожит Злата. Вдоль по коридору стояли разбойного вида мужики с хищными тяжёлыми взглядами, которыми они нас провожали.

Мы поднялись на второй этаж, где, кажется, было что-то вроде местечка для более богатых гостей. Тут и обстановка выглядела получше, и ахи-вздохи звучали куда правдоподобнее.

Но тут задержались ненадолго.

Женщина отвела нас этажом выше, в помещение, выходящее на крытую площадку. Снаружи на большом кресле восседал высокий костлявый тип в пёстрых одеждах. Особенно выделялся ужасный малиновый кафтан.

Он в одной руке подбрасывал боевой топор, а в другой держал виноградную гроздь, откуда понемногу откусывал ягоды.

Рядом с ним дежурила охрана, а у самого кресла стояла понурая девушка с подносом в руках.

Мы вышли на крышу, и наконец-то удалось вздохнуть свежим воздухом.

— Пришли наконец, — хриплым хамоватым голосом сказал Топор. — Ну, идите сюда.

Злата совсем потерялась. Съёжилась бедная, глазки опустила. Не знаю, что за хрен этот Топор, но договариваться с ним у меня всякое желание отпало.

Думал, конечно, подпольными связями обзавестись, но от таких потом не отмоешься. Да и самому противно.

Топор кинул виноград на поднос, хлопнул девушку по бедру, и та спешно ушла.

— Кто таков? — спросил Топор, глядя на меня.

— Лют Бастрак, — ответил я твёрдым голосом.

Про Нелидовых пока упоминать не стоит. Лучше, если эта встреча дальше трущоб не уйдёт.

— Ублюдок, значит, — хмыкнул Топор. — Это ты мой общак упёр?

— Я.

Мы глядели друг на друга, будто мерились силой взглядов. Топор чуть прищурил косой глаз, ухмыльнулся, сверкнув золотым зубом.

И вдруг бросил в меня топор.

Под сдавленный крик Златы я перехватил древко, и лезвие просвистело мимо виска, оставшись в руке.

Топор снова осклабился, всё так же вольготно сидя на своём кресле.

— Ну, да. Этих олухов ты мог побить.

— Где парни⁈ — вдруг воскликнула Злата.

Она была так напугана, что тут же сжалась, испугавшись собственного возгласа.

Мне всё больше и больше был противен этот хрен. Я оглянулся, оценил обстановку. К сожалению, пока вряд ли получится расправиться с тремя бугаями, которые охраняли Топора. Да и стража у края крыши тоже не дремала.

Топор лениво махнул рукой, и один из бугаев отправился внутрь.

— Денег я у тебя не вижу, Лют Бастрак. Чем отдавать будешь?

— Отдам. Сторицей верну, не волнуйся. Ребят отпусти, и дальше со мной по этому делу давай общаться. Они тут ни причём.

Топор хрипло загоготал.

— Как это ни при чём? Общак взяли. Потеряли. Возместить не смогли. Ещё как причём!

Тут снова показался бугай. С тремя связанными по рукам пленниками, которых пинками гнал в нашу сторону.

Злата ахнула и помчалась к ним.

Дура!

Демон её раздери, глупая девка!

Топор заметил мои опасения. И тут же их подтвердил, кивнув тому же бугаю.

— Нет! — воскликнул я. — Злата, назад!

Но было поздно. Её схватили, заломали и принялись вязать.

Я ринулся на помощь, но тут передо мной возник второй охранник и духовным потоком отбросил назад.

Удалось приземлиться сразу в боевую стойку, вооружившись пойманным топором. И тут же меня окружила вся ватага, что была на крыше.

— Тихо! — хрипнул Топор. — Отойдите от него.

Злату с её дружками держали двое ублюдков. Меня окружали десять.

Шансов пока никаких.

— Даю тебе три дня, Лют. Три дня, чтобы вернуть мне моё золото. — Топор осклабился, открыв свой сраный золотой зуб. — Или олухов продадим кхазарам, а она…

Топор кивнул в сторону Златы:

— Она будет отрабатывать долг на первом этаже.

Мой Источник вскипал. В груди всё полыхало от гнева. Я до скрипа стиснул зубы и сжал рукоять топора до белых пальцев.

И твёрдо решил, что ублюдок должен поплатиться за это.

Глава 11

Три дня, чтобы вызволить Злату с бедолагами…

Вернуть общак!

Как-то я внезапно попал в этот круговорот преступного мира. Хреновенько вышло, конечно, но почему-то я чувствовал какую-то ответственность за этих недобандитов. Видимо, звание Великого героя, которое я носил до императорского титула, давало о себе знать.

Должен признаться, с героем вообще случайно получилось. Ну, помог я как-то одному каравану от демонов отбиться… Тогда просто без лошади остался, а на их телегах добрался до ближайшего города в комфорте и с сытым животом. А там уже разнеслись вести, что, мол, я такой умелый воин и способен честной народ даже от татей защитить.

Оказывается, в окрестностях завелась банда грабителей, которые житься местным не давали. В деревни заглядывали, купцов обчищали и занимались прочими непотребными делами.

Князь местный тогда находился в очередном походе, а гарнизон не поспевал за шустрой ватагой. Вот и некому было расправиться с бедой.

Городской старейшина предложил неплохую плату. Правда, после выполненного задания. Я охотно согласился и отправился на охоту. На второй же день отыскал мерзавцев, порешил их и вернулся в город. Где оказалось, что справился я слишком уж быстро и легко, а значит награда великовата.

И старейшина, скотина такая, выдал только треть обещанного!

Кстати, тогда я познакомился с Асмаридой. Она руководила подпольной жизнью города и от лица всех местных атаманов компенсировала недостачу. Мол, пришлые разбойники все карты перепутали местным. А я помог восстановить баланс сил.

В тот день я впервые задумался о превратностях справедливости, социальных взаимоотношениях и о том, какие упругие у Асмариды…

Кхм. В общем, забрал положенную награду я покинул город, вернулся к тайнику, где спрятал добычу бандитов, и пошёл дальше странствовать по миру.

Больше я в тот город не возвращался. Даже будучи императором. Но слава о подвигах начала распространяться именно оттуда, и в скором времени перегнала меня самого.

Ну, а сейчас…

Сейчас мне и помимо этих недобандитов проблем хватает. Силы нужно подтянуть. Разобраться, что за печати такие, подозрительно знакомые на слух. Нелидовых выручать, чтобы не пришлось ещё тратить время на возврат вотчины…

Кстати, об этом.

Мы с Алексеем шли в деревню к Окуле, чтобы забрать заказанное оружие. Утром прибежал мальчонка и сообщил, что всё готово.

Только-только наступил рассвет, поэтому время ещё было. Потом надо будет договориться с Еленой, чтобы отпустила. Милуша наверняка уже вернулась со сбора трав, так что я там буду как корове пятая нога.

А друг мой Алексей витал в облаках с мечтательно-идиотской лыбой и одурманенным взглядом.

Ну, ещё с мешками под глазами и растрёпанными волосами от бессонной ночи.

— Ну, давай уже! — пихнул я его. — Выкладывай.

— М? — повернулся он ко мне, — Ах, да… Роксана — она….

— Да не о ней! О грамоте! Что там было написано?

Алексей нахмурился, будто вспоминал, поджал губы.

— Только не говори, что ты забыл, зачем именно мы туда полезли.

От раздражения мой голос стал суровым и угрожающим. Это подействовало на Алексея, и он немного взбодрился.

— Д-да не забыл! В смысле, Роксану не спросил, но услышал, как её отец говорил про это.

— Ну! Не томи.

— Кажется, Елизаровы нашли у себя документ, довольно древний. По которому Нелидовы арендовали у них наш район на определённый срок. И теперь срок подходит к концу. Если не заплатим снова, то…

Он тяжело вздохнул, так и не договорив. Будто боялся произнести вслух, что мы можем потерять собственный дом.

— Не бойся, — похлопал я его по плечу. — Как-нибудь справимся.

Алексей странно на меня посмотрел. С чего бы это?

Ах, да, от Люта вряд ли ждали спасения и разрешения ситуации. Ну, придётся всех удивить.

Придумать бы ещё как…

Мы дошли до деревни и свернули в кузню. Окула не изменял себе и работал в поте лица точно так же, как в тот день, когда мы встретились впервые. Раздувал меха с помощью блочного механизма, нагревал деталь и колошматил по ней молотом на наковальне.

Заметив нас, он сунул остывший прут обратно в горн и вышел навстречу.

— Здравия вам, бояре!

— И тебе всего доброго, мил человек, — кивнул я. — Ну, показывай!

Ах, красота!

Даже настроение немного улучшилось.

Общак этого ублюдка Топора пошёл на славное дело. Окула принёс два отличных меча, выкованных из особого сплава стали и руды из Драконьих гор. Клинок красиво извивался узорами на солнце, держался в руке как влитой и со свистом рассекал воздух, радуя идеальным балансом.

— Окула… — протянул я удивлённо. — Скажи мне, почему в городе Людота сидит, а не ты? Это же великолепная работа!

И впервые здоровенный, покрытый мышцами, сажей и мозолями кузнец улыбнулся.

Всё то время, что мы общались ранее, он казался непробиваемой суровой глыбой. Но сейчас всё-таки показал эмоции.

Алексей тоже был в восторге. Кажется, этот день будет для него навсегда самым счастливым, несмотря на угрожающее положение рода.

Сначала Роксана, теперь вот меч…

Конечно, мой меч-Исток был куда лучше, но и это оружие достойно находиться в моих руках.

Кстати, говоря. Лют искал гробницу. Может, меч там и спрятан?

Мы ещё раз поблагодарили Окулу, сунули мечи в новенькие ножны, ещё пахнущие кожей, и потопали обратно в город. Как раз приближалось время возвращаться к Елене.

Я зашёл во двор и думал найти Елену в хранилище, но её там не было. В учебном доме и тереме тоже.

Неужто сама опаздывает? Непохоже, чтобы она так привыкла делать.

Но тут позади раздался её голос:

— Лют!

Я обернулся и увидел взволнованную Елену, спешным шагом идущую от ворот.

— Елена Ярославовна, я хотел…

— Подожди, Лют! Милуша пропала. До сих пор не вернулась из леса!

━─━────༺༻────━─━

Час от часу не легче.

Елизаровы, Топор, теперь вот Милуша отправилась за травами и не вернулась…

Что дальше? Ждать возвращения Бергира⁈

— Может, просто задержалась? — предположил я.

— Нет, — Елена покачала головой. — Я только вернулась с тех мест, где мы собираем запасы. Всё обошла — её нигде нет.

Мы сидели в тереме, за обеденным столом. Елена тяжело дышала, вздыхала. От волнения ей становилось душно, поэтому она обмахивала лицо ладонью.

— Матушка, может, она решила заглянуть подальше? — Анна села рядом и держала её за свободную руку. — Скоро вернётся, вот увидишь.

— Нет, доченька. Ей строго наказано брать только со знакомых мест. Лес и без того опасное место, чтобы искать ещё больше опасностей.

— Может, переметнулась? — спросила вторая дочь Елены — Софья.

Софья была очень похожа на свою мать. Такие же золотистые волосы, красивое, ровное лицо, утончённая фигура. Только глаза отчаливались. Они были синими, словно само небо. И я честно не мог сказать, кто из них был прекраснее другой.

— Что ты такое говоришь! — возмутилась Елена. — Только не Милуша. Мы её с самых ранних лет… Семья, можно сказать!

— Роду конец приходит! — огрызнулась Софья. — Люди беспокоятся. И раньше непросто было их удержать, а сейчас тем более.

Она выглядела чрезвычайно раздражённой и даже злобной.

Кажется, вопрос, кто из них прекраснее, разрешился сам собой. Не люблю стерв.

— Ты просто боишься, что род Ждана отзовёт предложение, — буркнула Анна. — Вот и всё.

А, понятно. Опять дела сердечные. Ну, с этим пусть сами разбираются. Хватит с меня Алексея.

— Ах, ты, мелкая!..

Софья замахнулась на сестру, но её тут же прервал грозный возглас Елены:

— Хватит! Все успокоились, и давайте думать, как нам Милушу выручать.

Подействовало. Анна опустила взгляд, а Софья, осторожно фыркнув, скрестила руки на груди и села рядом.

— А что бояре говорят? — спросил я наконец. — Кому-то уже сказали, что беда случилась?

Оказывается, сказали. Елена и к самому Владимиру бегала, и к Владиславу, и к другим боярам. Но все отмахнулись, мол, вернётся. Рано ещё волноваться, и без травницы забот хватает.

Идиоты.

Если бы в моей империи была хотя бы одна лекарка, способная магией и на Источник действовать, и раны лечить, да ещё со знанием трав…

В общем, ингредиенты она собирала бы в собственном саду, по размеру большему, чем весь Стариград. И под присмотром гвардии отборных воинов.

— Значит, надо за ней идти. — Я встал из-за стола, положив руку на навершие меча. — Я отправлюсь, а вы ждите.

— Лют, ты уверен? — с волнением спросила Елена.

Не знаю, волновалась ли она обо мне или о том, не убегу ли я.

— Если Милуша отправилась дальше, должны быть следы. Я смогу её отыскать.

— Ты пойдёшь один? — тоже с волнением, но теперь уж точно обо мне спросила Анна.

И заставила задуматься.

Особых товарищей у меня, кроме Алексея, не было. Но согласится ли он пойти со мной?

Что ж, вот и узнаем.

Я отправился ко двору Ратислава. Самого боярина там застать не удалось, а вот Алексей нашёлся без проблем. Стоило просто идти на шум храпа.

А валялся он в конюшне. Прилёг на стог сена и, видимо, задремал. Повезло, что я первым его заметил. Иначе наверняка припахали бы куда-нибудь построже.

Так. А вот это нехорошо.

Боец спит, а дорогое оружие валяется рядом — бери кто хочет! Надо бы его проучить…

Я спрятал меч в стойле, под кормушкой. А затем вернулся и резко гаркнул:

— Вставай, лодырь! —

Алексей аж подскочил, скорчив смешную рожу.

— А⁈ Чего⁈ Да я просто… Лют⁈

Наконец заметив, что это я, он выдохнул. Но затем огрызнулся, мол:

— Зачем так пугать! У меня чуть сердце не выпрыгнуло!

— Хватит спать. Седлай лошадей, дело есть.

— Какое дело? — насторожился он.

Я быстро поведал ему суть проблемы и напомнил про коней.

Шагать до леса пешком будет долго, а мне надо вернуться к вечеру. Дел ещё невпроворот. Хорошо хоть занятий у Мудра сегодня нет — его в Совет позвали. Думать, как Елизаровых приструнить.

А соваться к Топору средь бела дня всё равно смысла нет. В открытую с этими гадами не справиться. Тут особый подход понадобится. Правда, его ещё предстоит придумать.

Скоро мы уже запрыгнули в сёдла и готовились отправиться в путь.

— Ну, поскакали! — махнул Алексей, пришпорив коня.

— Стой! — крикнул я ему вслед. — А ты ничего не забыл?

Алексей обернулся, потянув поводья на себя, развернулся, глянул на мой бок, где висели ножны. А затем, сглотнув, похлопал себя по поясу.

— А… где…

━─━────༺༻────━─━

Считаю, воспитательный момент прошёл удачно.

Алексей был крайне не согласен, но теперь каждые несколько минут нащупывал рукоять на боку, убеждаясь, что меч всё ещё при нём.

Повезло ему. Будь у нас время, воспитательный момент превратился бы в воспитательный час, а то и день. Раздолбаев можно учить только на их собственном примере, а Алексей пока что относился именно что к раздолбаям. Хотя и довольно многообещающим.

Скоро мы прибыли на место, которое указала Елена.

Это была небольшая цветочная поляна на опушке леса. Довольно спокойная и неприметная, не указывающая ни на какую опасность.

Мы спешились и начали искать следы. Я первым наткнулся на них и подозвал Алексея.

— Так, тут она собирала ромашки, — рассуждал я. — затем отправилась в ту сторону…

Мы прошли по следам. В голове возникали образы, как черноволосая девушка склоняется над цветками, поддевает их небольшим ножом и складывает в лукошко.

Над поляной дул свежий ветер, витал лёгкий аромат цветов. Не хотелось бы портить такой погожий денёк, так что я надеялся, Милуша тоже задремала или слишком увлеклась работой.

Но следы вели в лес.

— Зачем она туда пошла… — вздохнул Алексей.

Но ответ ждать долго не пришлось. На ветви я заметил серый клок шерсти. Кажется, тут пробегал какой-то зверь.

Принюхался — пахло зверьём. Только ветка висела высоковато, чтобы обычный зверь вроде волка её задел.

И на Чернобурого не похоже — тот, собственно, чернобурый по окрасу.

Я вытащил меч и указал Алексею сделать то же самое. Он уже понял, что пахнет угрозой, поэтому приготовился.

Вот уж где копья были бы сподручнее…

Что обычные хищники, что демоны на уровне Чернобурого волка лучше брались бы на крепкую рогатину. Сейчас, пока мы ещё не способны нормально сражаться с низшими демонами, лучше держать их подальше.

Но и мечом можно справиться. Тем более таким хорошим.

Поломанные ветки на земле, ямки, сбитые шапки грибов и прочие следы вели нас всё глубже в лес. От цветущей солнечной поляны уже ничего не осталось. Только сырость, прохлада и тень, которую отбрасывали кроны.

— Тут была какая-то возня, — тихо озвучил Алексей, указывая на рытвины и перевороченные клоки земли.

Волнение начинало расти.

Мы вышли к оврагу, с края которого вниз тянулась широкая рытвина. Видимо, Милуша падала отсюда. И тут я увидел…

— Чтоб вас… — стиснув зубы, вздохнул я.

Раздавленная корзина с рассыпанными вокруг травами валялась в самом низу оврага. Рядом были следы борьбы, а за торчащий из земли корень зацепился лоскут ткани.

Мы спрыгнули, оглядываясь по сторонам. Ещё было непонятно, кто именно преследовал Милушу, но он явно представлял угрозу, так что нужно быть настороже.

Я подпитал мышцы духовной энергией и на всякий случай выпил укрепляющий отвар, дав вторую порцию Алексею.

По телу пробежал заряд силы, разум будто очистился и лучше замечал всё, что происходило вокруг.

Дальнейшие следы вели вдоль оврага. На камнях по пути я заметил капли засохшей крови и сильнее стиснул зубы.

А затем…

Со свистом ветра до нас донеслось тихое тянущееся рычание.

Мы насторожились, повернулись на звук и увидели жёлтый блеск злых хищных глаз.

Демон стоял над оврагом, наблюдая за нами. Он немного пригнулся, готовый в любой момент прыгнуть в атаку. Серебристая густая шерсть колыхалась на ветру, переливаясь лучами света, которые пробивались сквозь кроны. Когти впились в землю, и по склону полетели мелкие куски.

— Как он тут оказался… — прошептал я сам себе под нос.

Это был Серебряный пардус.

Быстрый, опасный демон, который был сильнее Чернобурого волка. Но не водился в здешних землях, поэтому я принял пожухлый клок за обычную шерсть.

Нам с ним точно сейчас не справиться.

— Бежим! — воскликнул я

И сорвался с места, хватая Алексея за плечо.

Мы мчались вдоль длинного оврага, который, заворачивал влево. Демон преследовал нас, рыча с каждым махом своих мощных лап.

И нагонял.

Алексей наотмашь рубанул мечом назад, как-то пропитав удар духовной энергией, и это нас спасло. Пардус немного сбился с траектории, чуть отстал, а мы как раз завернули за угол и…

Тут земля под ногами провалилась, и мы оба начали куда-то падать. Сверху донеслось отчаянное рычание демона, упустившего свою добычу.

По торчащим корням, рыхлой земле и камням мы скатились вглубь какой-то норы, выходящей в небольшую пещеру. Встали, отряхнулись. Свет пробивался слабый, видно было плохо. Но с некоторой гордостью я заметил, что Алексей не выпустил из рук оружие.

Сверху снова раздался рык демона, на этот раз удаляющийся. Если подумать, мы так и не нашли следов расправы, а Пардус выглядел как-то… жалко что ли.

В груди теплилась надежда, что Милуша всё-таки выжила.

— Куда дальше? — спросил Алексей.

Я взглянул вглубь пещеры, откуда веял прохладными потоками воздуха. Похоже, там что-то есть.

— Разведаем эту дыру. — Я мечом указал в сторону тьмы дальше. — Пардусы давно появились в наших землях?

— Пардусы? — переспросил Алексей, осторожно шагая в темноте.

Неужели не знает про них?

— Я… где-то читал, что эти демоны водятся только на Юге.

— Впервые о таком слышу, — подтвердил мои догадки Алексей. — Но слабо верится, что Милуша могла от него убежать.

— Но будем надеяться на лучшее.

Судя по всему, она была довольно сильным лекарем. Источник у неё был достаточно крепкий, а под рукой наверняка что-то припасено.

А ещё кто-то падал тут недавно до нас. На месте приземления я заметил свежие рытвины.

Мы медленно продвигались вдоль сырых земляных стен, нащупывая ладонями дорогу. И вдруг в темноте перед нами пробился лучик тусклого синеватого сияния.

Чем дальше мы шагали, тем он становился всё больше, ярче. Становилось понятно, что проход ведёт в какое-то необычное место, и оставалось понять, что оно за собой таит.

Наконец мы вышли в небольшую пещеру. Сверху пробивался тонкий луч солнечного света, который плавно окрашивался в синеву и падал на обросший мхом мраморный постамент.

У которого без сознания лежала…

— Милуша!

Мы кинулись к ней, приподняли. Её грудь слабо вздымалась, а медленный затухающий пульс предупреждал, что мы успели в самый последний момент.

Милуша побледнела, кожа была холодной, но раны она, похоже, успела обработать, и оттуда не сочилась кровь.

Пришлось спешно окутывать её собственной одеждой, чтобы согреть, и попутно растирать тело.

Я достал из сумки склянку с отваром и влил немного ей в рот. Милуша отозвалась слабым кашлем и поморщилась.

Это должно ненадолго помочь, но нужно скорее отвезти её к Елене.

— Что будем делать? — беспокойным голосом спросил Алексей.

Он придерживал девушку, пока я оглядывался.

Странный луч света указывал на небольшую гравировку, которая будто специально не обросла мхом. Я подставил под него ладонь и почувствовал, как тепло растекается по пальцам.

Луч был связан с духовной энергией. И это было вполне понятно.

Потому что мы наткнулись на Магический Исток, оставленный кем-то из богов.

Глава 12

Истоки раньше были разбросаны по всему миру. Чаще всего они были какими-то предметами, напитанными силой богов. Но иногда — определёнными местами, где таилось сосредоточение магии и откуда можно было черпать силу. Чаще всего в таких местах ставили храмы и церкви тех богов, которые оставили Исток.

Ну, иногда принадлежность путали, и это приводило к некоторым казусам. Даже случалось несколько локальных войн по такому случаю.

И кажется, мы набрели на Исток богини Живы.

Довольно полезная богиня. И довольно «жадная». Собственно, по её милости и не было в мире могущественных целителей. По крайней мере, в тех количествах, в которых они требовались.

Жива не любила делиться своими силами. Объясняла это тем, что на поддержание жизни и без того много уходит. Даже отказалась делиться словами, связанными с её ремеслом.

Но я уверен, что она просто любила, когда прихожан в её храмах было больше, чем у остальных. И немудрено, что так оно и было. Когда можно напитать воду только в одном месте на сотни вёрст вокруг или самому напитаться целительным воздухом, если одолела какая болячка, хочешь не хочешь, а в храм пойдёшь.

Требовать большего было бесполезно, да и опасно. Обидится, землю обесплодит, и народ будет голодать. В общем, крайне строптивая, но очень полезная богиня.

От неё ведь я про язык богов и узнал…

В обоих смыслах этого слова, хе-хе.

Даже как-то символично, что именно на её Исток я набрёл после своего духовного переноса.

— Что это за место? — Алексей с удивлением оглядывался вокруг.

— Ты не слышал про Истоки? — теперь уже удивился я.

Не, магия изменилась. Но Истоки-то как могли пропасть?

— Неа. Не слышал и не видел. А ты, я так понимаю…

— Это древние руины. Когда-то магия шла не из Источников людей. Он был лишь проводником божественных намерений. В таких местах намерения были сильнее всего. Их называли Истоками.

На постамент падал синеватый луч света. Я сбросил куски мха, и взгляду открылся вырезанный в мраморе узор. Я видел такие в храмах Живы и на редких Истоках-оберегах, которые иногда попадались.

А затем положил на постамент руку, чтобы луч падал на тыльную сторону ладони.

Тут узор засиял слабым голубоватым светом, и я почувствовал, как по телу разливается целительная магия. Ссадины заживали быстро, усталость испарялась, и даже Источник начинал заживать.

— Что ты…

Алексей хотел спросить, но нут раздался кашель.

Милуша всё ещё находясь без сознания, исказила гримасу боли, на губах проступила кровь.

— Н-нет… — заволновался Алексей, держа её на руках. — Надо спешить. Не успеем — она погибнет!

И тут, будто нам мало было переживаний, снаружи послышалось рычание Пардуса.

Этот демон не желал оставлять нас. Просто так выбраться из руин не получится…

Источник заживал. Я чувствовал, как слабеет луч, но знал, что его хватит, чтобы восстановить меня. Однако…

— Давай её сюда! — вскликнул я, убирая руку с постамента.

Узоры погасли. Мы положили Милушу, придерживая её с двух сторон, но они не засияли снова.

— Не работает⁈

Демоны!

Точно.

Луч падал на живот девушки, закрытый одеждой. Жива была довольно извращённой богиней, поэтому её магия действовала только напрямую, а не через ткань или доспехи. Хотя сама она неубедительно объясняла это тем, что якобы преграды отнимают слишком много энергии.

Если подумать, не просто так я оказался в её постели…

— Закрой глаза! — воскликнул я.

— Чего⁈

И под ошарашенный вздох Алесея я распахнул платье Милуши, обратно положил её спиной на постамент, и всё заработало.

Если она на грани смерти, нужно воздействовать на жизненно важные органы.

— Ты тоже не смотри! — с возмущением сказал Алексей с зажмуренными глазами.

А я и не смотрел.

Меня больше интересовало, не проберётся ли Пардус в эти руины.

Демон он был опасный, да ещё и ловкий. Мог протиснуться в какую-нибудь дырку или рискнуть, прыгнуть в тот провал, через который мы сюда попали.

Он был голодным и злым. Ко всему прочему, уже дважды упустил добычу.

Будто в подтверждение моих опасений снова раздался рык.

А затем тихий протяжный стон.

— Милуша! — воскликнул Алексей, раскрыв глаза. — Ой!

Девушка похлопала глазами, посмотрела на него, на обнажённую грудь…

— А-а-а-а-а!

Она лягнула его ногами, попутно закрываясь одеждой.

Алексея отбросило назад с глупым выражением смущённости, радости и возмущения на лице.

А я подумал, что не зря встал с другой стороны, и меня Милуша не увидела. Ну, не сразу увидела.

— Что вы сделали⁈ — возмущённо воскликнула девушка, спрыгивая с постамента.

Но у неё почти сразу подкосило ноги и пришлось подхватывать бедняжку.

— Спасли тебе жизнь, — спокойно сказал я. — Ты как вообще от Пардуса умудрилась сбежать?

— П-пардус? — со слабостью переспросила она.

Тут, видимо, воспоминания вернулись, и Милуша вздрогнула, немного побледнев.

Она прижалась ко мне от испуга. Я грудью чувствовал, как сильно бьётся её сердце. А тонкие, но сильные пальцы впились в мою спину.

— Тихо-тихо… Это уже позади. Мы тебя вытащим.

— Это была его идея! — ябедничал Алексей, поднимаясь на ноги.

— Я предупреждал, чтобы ты не смотрел, — напомнил я.

Милуша с молчаливым возмущением зыркнула на меня, но промолчала. А вместо этого спросила:

— Что это за место?

— Исток Живы. Он тебя и спас.

Ей тоже пришлось объяснять значение этого слова. Ладно уж Алексей, но Милуша, как мне казалось, должна была знать об Истоках.

Что случилось с богами, пока меня не было? Кажется, я слишком мало сведений успел почерпнуть в библиотеке.

Надо бы туда ещё раз наведаться как-нибудь.

— … Но магия тут через одежду не работает, — пожал я плечами, заканчивая рассказ.

Девушка, будто очнувшись, со смущением вылезла из моих объятий и принялась изучать руины. А я положил руку под луч, надеясь, что магии хватит, но тот через пару секунд потерял синеватый окрас, а узоры снова погасли.

— Эх… — вздохнул, повернувшись на ребят.

Милуша с любопытством изучала пещеру, а Алексей оглядывался, прислушивался. Молодец — настороже.

— Милуша, а как ты убежала от демона?

Этот вопрос меня до сих пор волновал. Мы-то, два здоровых… ну, почти здоровых парня еле удрали. Причём у нас было оружие. А тут хрупкая девушка с лукошком.

— Мы с Еленой Ярославовной на такой случай всегда носим с собой особый отвар.

Она достала из небольшой сумки на поясе пустую склянку и протянула мне.

— Он хорошо отпугивает демонов. Точнее, сбивает их. Они будто резко пьянеют, шатаются и хуже ориентируются.

Я принюхался. Из склянки несло резкой серной вонью, от которой и у меня голова закружилась.

— А ещё такая есть?

— Была, но выпала по дороге, — вздохнула Милуша.

Снова раздалось рычание, отчего она напряглась, сжалась вся. Алексей резко развернулся на звук, свистнув клинком по воздуху.

Я же начал осматривать руины. Возвращаться тем же путём, каким мы сюда попали, нельзя. Если это древний храм, то у него должно быть два выхода. А ещё жрецы частенько делали потайные лазы.

Жива была довольно строптивой и предъявляла своим жрецам много требований. Но, конечно же, не связывалась с ними напрямую и уж тем более не следила за каждым из них.

Скажем, на её благосклонность влияло общее «поведение» храма. И если все жрецы предавались блуду, чревоугодию и пьянству, то Исток иссякал, пока они не возьмутся за голову. Однако если один-два жреца или жрицы нарушали её заветы, то ничего страшного не происходило.

Поэтому старшие жрецы по большей части занимались тем, что следили за остальными. А в храмы на службу приходили довольно с молодых лет, так что это было непросто.

Вот и повадились жрецы рыть проходы, чтобы незаметно убегать в город и там предаваться веселью. В одним из храмов, если верить слухам, лазов стало так много, что в нём проваливался фундамент.

Что немудрено. С учётом требований к магии, заставлять своих последователей сдерживаться от плотских и других утех было просто-напросто жестоко. Кажется, Жива находила в этом некое извращённое удовольствие. Особенно если вспомнить, что она вытворяла в ту ночь…

В общем, надеюсь, в этих руинах раньше жили блудливые жрецы.

Я объяснил ребятам, что искать, и нам удалось это сделать. Алексей наткнулся на лаз, спрятанный под обломком колонны, которая поначалу казалась просто скалистым наростом. С помощью духовной силы нам удалось его сдвинуть открыть узкий заросший вход.

— Будет тесновато… — вздохнул я. Но делать нечего. Алексей, ты первый.

— Чего это я⁈

— Ты самый здоровый. Пролезешь ты — пролезем и мы. Кто знает, что там от лаза осталось…

Он с сомнением заглянул в тёмную дыру.

— А если застряну?

— Мы тебя вытащим! — похлопал его по плечу.

— Ну, не знаю… Как-то это…

Тут рёв Пардуса снова раскатился по стенам. И на этот раз он был куда громче и ближе.

Затем с той стороны, откуда мы пришли, послышался грохот и шум обвала, смешанный с удивлённым рёвом демона.

Алексей мигом нырнул в лаз. Я чуть ли не швырнул туда замеревшую от страха Милушу, а следом полез сам.

Мы, быстро перебирая конечностями, ползли в полной темноте. Лаз был узким и сырым. Подо мхом торчали острые выступы, которые то и дело драли кожу на руках, плечах и коленях.

Казалось, удача наконец-то улыбнулась нам, и Алексей вполне шустро продвигался вперёд.

Но тут я услышал, как за нами начал пробираться Пардус.

— Лёха, быстрее! — воскликнул я.

— Я и так быстрее! — отозвался он, даже не обратив внимания на панибратское обращение.

Может, это приключение сделает нас ближе?

Ну, сейчас я был максимально близок стопам Милуши. Девушке было очень неудобно ползти из-за длинного платья, но она тоже слышала, как приближается демон, поэтому е сбавляла темп ни на секунду.

Но тут ткань подола зацепилась за острый выступ и не пускала её дальше.

— Демон! — выругался.

— Божечки! — пискнула Милуша.

Она начала сильнее отталкиваться, забилась ногами. Но подол только трещал, не желая рваться и освобождать её.

А рёв Пардуса, шум его движений становились всё ближе. Вибрация прокатывала по стенам, заставляя мурашки бежать по коже.

Я выхватил кинжал, подтянулся, нащупал платье на бёдрах и срезал подол чуть выше проклятого выступа.

Милуша как раз делала очередной толчок и наконец-то дёрнулась дальше под треск рвущейся ткани.

Надеюсь, она не будет слишком переживать по этому поводу. Оголённые колени ведь не хуже обглоданных, правда?

Мы продвинулись дальше, но демон всё равно нагонял. Он был довольно большим, но умудрялся пролезать через куда более узкие дыры, так что ждать чуда не стоит.

И когда он подобрался так близко, что у меня даже в животе сдавило от ужаса, мы вдруг опять застряли.

— Что там ещё⁈ — рявкнул я.

Перевернуться и хотя бы встретить демона с клинком в руке не хватало места. Если он доберётся до меня, то смерть будет медленной и жестокой. Сердце заколотилось чаще. Казалось, оно сейчас выпрыгнет из груди.

— Тут какой-то камень! — с тем же ужасом в голосе ответил Алексей.

— Так выпни его ко всем демонам! — злился я. — Используй Источник!

Я чувствовал, как дрожала Милуша. Она молчала, но вся напряглась и съёжилась.

И чувствовал, как подбирается ко мне Пардус. Обрывистое, нервное дыхание пускало тёплые потоки воздуха, которые добирались до шеи и заставляли волосы вставать дыбом. Казалось, что он уже касается моих ног.

А затем в проходе появился жёлтый приглушённый свет.

То глаза демона освещали тьму.

Я увидел очертание ног Милуши, неровные стенки лаза и свою руку, сжимающую бесполезный меч.

И вдруг впереди прогремел удар. Яркий дневной свет залил глаза, а свежий воздух наполнил лёгкие.

— Да! Есть, демоны вас побери! — радовался Алексей.

Мы шустро поползли дальше. Я подталкивал Милушу, потому что задницей чувствовал, как Пардус приближается ко мне. А за пару секунд до того, как удалось вылезти, действительно почувствовал, что длинный острый коготь царапнул подошву сапога.

Но скоро я уже выпрыгнул наружу, мигов вскочил на ноги и занёс над головой меч.

Алексей, не сговариваясь, сделал то же самое. И стоило Пардусу показать свою разъярённую морду, как два свежевыкованных клинка отведали свою первую кровь.

Со взмахом мечей, усиленных магией Источника, голова демона отделилась от тела и покатилась вниз по склону. Но тут случилось то, чего я никак не ожидал.

Духовная энергия демона вырвалась из него, разделилась надвое и пронзила наши с Алексеем Источники.

Это было похоже на те ощущения, которые я испытывал, когда Мудр вливал свою магию в мои духовные сосуды, но сейчас демоническая энергия рвала и метала, бушевала, и только малой частью оседала в Источнике, подпитывая его.

Рухнув на землю, мне пришлось сосредоточиться не на боли, а на попытках обуздать эту силу. Я чувствовал, как она зло терзает Источник, а затем растворяется в воздухе, будто насмехаясь, что я не сумел её удержать.

Но усилием воли удалось собрать демонической магии немного дольше. Источник ныл, пульсировал, но впитывал столько, сколько мог.

А затем всё исчезло. Духовная энергия Пардуса вернулась в природу, откуда она и появилась, а я ошарашенно уставился на небо, гадая, что же это было такое.

Когда мы с Алексеем встали, некоторое время молчали, переводя тяжёлое дыхание и переглядываясь друг с другом и с Милушей, будто виделись впервые.

А затем Милуша рухнула на колени и зарыдала.

Ни я, ни Алексей не могли её в этом винить. Только полное понимание. Девушка пережила так много за последние пару дней, что тут головой двинуться можно.

Но мне было не до слёз. Я жестом попросил Алексея утешить её, а сам спустился к ручью, куда скатилась голова Пардуса.

Жаль, конечно, что получилось так не аккуратно. Шкура такого демона наверняка стоит в этих краях больших денег. Но и остальное сгодится.

Я притащил голову, бросил её у прохода, а затем потащил тяжёлую тушу из норы.

Раз уж не получилось насобирать нужных трав, привезём Елене демона. Уж она-то найдёт ему применение.

Я только вырвал из пасти два клыка. Клыки демонов всегда ценились в качестве трофеев. А это был наш первый убитый демон.

— Сделаем амулет, — ответил я на немой вопрос Алексея.

Тем более, у меня уже были идеи, как смастерить не просто символический амулет, а настоящий оберег, вроде тех, что раньше были Истоками.

Если, конечно, мои догадки верны, и я разберусь в том учебнике с печатями, который дала мне Елена.

— Ладно, пора возвращаться, — сказал я.

Милуша успокоилась, но теперь смущённо одёргивала платье, пытаясь натянуть его пониже. А я примерно прикинул, в какой стороне мы находимся, взвалил на плечи тушу убитого демона, отдав голову Алексею, и повёл нас к лошадям.

Надеюсь, их никто не увёл, пока нас не было.

━─━────༺༻────━─━

Пока мы ехали в город, я осмысливал всё, что успел узнать.

Прошло полторы тысячи лет. Изменилось слишком многое, а некоторые вещи теперь и вовсе воспринимались в противоположном значении, как, например, моя роль в деяниях прошлого.

Богов не было. Они куда-то пропали, но люди освоили новую магию и перестали в них нуждаться. Истоки остались, однако этот иссяк слишком быстро. Его хватило только на восстановление Милуши, а значит Жива к нему не обращалась уже слишком давно.

И что же случилось, когда мы отрубили Пардусу голову?

Раньше такого не было.

Но если я правильно понял, убивая демонов, можно усиливать Источник. Да только нужно уметь осваивать ту энергию, что они выбрасывают. Мне удалось поглотить разве что сотую долю, а то и меньше.

Даже жадность загрызла, если честно.

Добравшись до города, ускорили лошадей. Милуша сидела передо мной, опустив взгляд. И постоянно держалась за край оборванного подола.

Наверное, ей казалось, что прохожие оборачиваются на неё, и отчасти так и было. Однако в большинстве своём их интересовала туша, перекинутая через круп коня, которого вёл Алексей.

Тут по пути встретился один из дружков Воймира. Он с усмешкой указал на голые коленки Милуши и отпустил какую-то сальную шутку, отчего стоявшие рядом парни засмеялись. Милуша съёжилась ещё сильнее.

Я резко остановил коня, спрыгнул с седла и с силой толкнул засранца, применив духовную силу.

Он рассвирепел и бросился на меня, однако со злости был слишком неосторожен. Я сдвинулся чуть в сторону, пропуская удар и разворачивая корпус, оказался сбоку и от души рубанул по челюсти.

Ублюдок рухнул на землю под ноги моего коня, и тот едва не втоптал дурную черепушку в землю. А когда он вскочил, то конь решил облегчиться и забрызгал штаны недоделка.

— Д… да я тебя… — зашипел тот он кипучего гнева.

— Милуша встретилась с этим чудищем один на один и осталась жива, — стальным голосом осадил я его. — Ты бы просто обосрался от страха и пошёл на корм. Если я увижу в её сторону хоть один смешок, изобью так, что сам себя не узнаешь.

— Мы, — поправил Алексей.

И направил коня так, чтобы тот грудью толкнул ублюдка.

Прохожие затихли, засранец что-то пробормотал и рванул прочь. А я снова запрыгнул в седло и повёл коня ко двору Елены.

Милуша наконец-то улыбнулась и перестала прятать взгляд.

Удачный получился день. Надеюсь, ночь окажется не менее удачной.

Я положил ладонь на рукоять меча, купленного на золото Топора. Он хотел, чтобы я ему всё вернул?

Что ж…

Он сам этого потребовал.

Глава 13

Елена первым делом схватила Милушу и потащила на осмотр. Говорить, что она уже в полном порядке и просто выглядит потрёпано, было бесполезно.

Беспощадная и безусловная забота.

Лишь убедившись, что с девушкой всё в порядке, Елена вернулась к нам и наконец-то заметила тушу демона, которую мы уже сняли с седла.

— Это… это что такое⁈

Она ошарашенно смотрела на серебристую затухающую шерсть Пардуса. Её нужно было поскорее обработать, чтобы шкура не потеряла в цене.

Она была достаточно крепкая, чтобы служить дополнительной защитой, а также неплохо помогала согреться.

— Серебристый Пардус, — ответил я будничным тоном, развязывая мешок с головой чудовища. — Не знаю, как он оказался в наших землях, но…

— Быстро! Убрали! Эту тварь! С моего двора!

Так быстро мы с Алексеем даже в первый раз не поднимали демона на коня. Вот уж чего не ожидали, того не ожидали…

— Мама! — возразила Анна. — Я хочу посмотреть!

Девочка с интересом разглядывала когтистые лапы и гладила жёсткую шерсть демона.

Учитывая, что его голова находилась сейчас в другом месте, это выглядело немного жутко.

— А ты иди в дом! Присмотри за Милушей.

Насупившись, Анна недовольно пошагала к двери, хлопнув створкой напоследок.

— Где вы это взяли? — спросила Елена. — По виду он кажется довольно сильным демоном. Не могли же вы его убить самостоятельно.

Мы с Алексеем переглянулись, нацепили самодовольные ухмылки и перевели взгляд на Елену, давая понять, что именно так оно и было.

— Нет… — удивлённо вздохнула она. А ну-ка идите сюда!

Закрепив тушу на коне, мы последовали указу и встали напротив.

Елена положила ладонь сначала на грудь Алексея, потом на мою. Я почувствовал, как в Источник проникает её духовная сила, и понял, что она измеряет ступень развития.

Если я до сих пор не мог сделать это сам, то должен был всё ещё находиться на стадии Ученика, но поглощённая демоническая энергия точно должна была повлиять на мой Источник.

— Не может быть… — удивлённо вздохнула Елена, отстранившись. — Алексей, на какой ступени ты находился ранее?

— Кажется, восьмая… — почесал он затылок, вспоминая прошлую проверку.

Серьёзно? Не помнить таких вещей?

Надо будет покрепче заняться воспитанием этого оболтуса. Если уж в новом времени всё так завязано на развитии Источника, знать свой уровень должен каждый.

— Ты на границе между Учеником и Отроком, — серьёзно сказала Елена. — Небольшой толчок, и окажешься на следующей стадии.

Алексей сильно удивился, услышав эти слова. Даже рот раскрыл, не веря собственным ушам. Кажется, он и не надеялся добиться такого роста в ближайшие несколько месяцев, а то и год.

— А ты на девятой ступени Ученика, — обратилась ко мне Елена. — Тоже немного осталось. Но тебе сильно повезло, что силы демона не хватило до границы. Твой Источник всё ещё повреждён, так что переход на новую стадию сейчас закрыт.

Похоже, меня мог доконать если не сам демон, то его дух. То чувство, когда понял, что беда пронеслась совсем близко, а ты даже и не заметил этого.

— Я… мне… — сбивчиво, немного потерянно бормотал Алексей.

— Иди к Мудру, сейчас же! — воскликнула Елена. — Он поможет тебе усвоить избыток сил и пробиться через границу. А ты…

Она снова повернулась ко мне, уперев руки в бока.

Я заметил, как из окна выглядывает любопытная мордашка Анны и усмехнулся про себя.

— Ты иди к Ставру. Это наш охотник, если до сих пор не вспомнил. Скажи, что от меня, и передай демона. Он всё поймёт. Его двор дальше по улице, первый поворот налево, пятый по счёту. Не ошибёшься, его сложно не узнать.

— Хорошо, — кивнул я, запрыгивая в седло.

— А потом ко мне! — добавила Елена. — Нужно как можно скорее поправить твоё здоровье. Сила демона опасна не только по время перехода через границу. Ты сейчас тоже под угрозой.

Я отправился к Ставру, как она и сказала. И глянул на небо.

До вечера ещё далеко, так что время есть. Поход вышел довольно удачный, но если мне придётся залечивать раны слишком долго, в этом не будет никакого смысла. К ночи нужно быть наготове.

Брать Топора нахрапом не стоит — слишком много у него людей. А вот разведка для начала не помешает.

Уж что я понял по своему прошлому опыту общения с подобными людьми, свою власть они держат исключительно на страхе. А это как переборщить, и из железа сделать чугун вместо стали. Металл получится более твёрдым, но в то же время более хрупким. А во власти необходима гибкость, что я понял за то время, пока был правителем.

На страхе власть долго не удержать.

Ставр оказался одноглазым и одноногим мужиком лет пятидесяти или, может, тридцати. Из-за обветренной, покрытой шрамами кожи понять это было не очень просто.

— Что тут у нас⁈ — прохрипел он, ковыляя навстречу. — Ба! Да не уж-то сам Пардус!

Ну, хоть один человек в этом месте понял, что за демона нам удалось сразить!

Правда, похвалиться таким знакомым было, прямо скажем, некому. Видок тот ещё, и простых людей он скорее отпугивал. Знающие люди наверняка питали к нему уважение, но всё же встретить посреди ночи на какой-нибудь безлюдной улице всё равно не захотели бы.

Я спрыгнул сам и снова снял демона.

Задолбался уже туда-сюда его гонять. Даже польза от укрепляющего зелья не так уж помогала.

— Неси туда, — шмыгнув, Ставр указал на хижину, где разделывал добычу.

Двор, как и говорила Елена, не узнать было сложно. Тут вместо терема и аккуратных дорожек всё было пропитано охотничьими приспособами. Да и пахло кровью, потрохами и шкурами.

— Успели, успели. Блеск ещё не потух… — Ставр осмотрел тушу и ощупал её. — Это хорошо. Задорого пойдёт.

Затем он заглянул в мешок, заметил отсутствие клыков, но с пониманием к этому отнёсся.

А у меня после его слов появилась идея, которая могла бы помочь роду отсрочить выселение и выиграть нужное время. Только надо понимать, сколько сейчас осталось вообще. Может, уже завтра вещи паковать?

— Когда сможешь обработать его? — спросил я Ставра.

— Ну-сь… — он оценивающе осмотрел демона. — Шкуру сегодня, на остальное пару дней. А что, срочно надо?

— Посмотрим, — кивнул я. — Пардуса в здешних краях редко видали?

— Редко? — хмыкнул старый охотник. — Да никогда не видали. Я его только в походе как-то раз краем глаза успел посмотреть.

Значит, добыча ценная.

Это хорошо.

Оставив охотника за работой, я вернулся к Елене. Мы расположились в тереме, в соседней от Милуши комнате, которая сейчас спала.

— Ей нужно набраться сил, — пояснила Елена. — Раны каким-то чудом затянуты, но страх её потряс. Я её накормила и дала успокаивающий отвар, чтобы она поспала хотя бы пару дней. Лишним не будет. Кстати… А что там случилось? Расскажи-ка мне, Лют.

Утаивать подробности я не видел смысла. Отметил, как грамотно Милуша избежала гибели и рассказал про Исток, который её спас.

Что такое Исток Елена, оказывается, знала. Но очень уж удивилась, что знаю я.

— Откуда ты про них слышал? — спросила она с подозрением в голосе.

— Эм… Если честно, не знаю. Просто есть в голове.

Пришлось соврать. Если бы сказал правду, то лечили бы сейчас не Источник, а голову.

Магия Елены теплом разливалась по телу, и я чувствовал, как мне становится лучше. Даже действие укрепляющего отвара будто бы усилилось, и натруженные мышцы становились всё крепче и крепче. Что, кстати, не могло не смутить Елену.

Однако сейчас её волновало другое.

— Я там с самого детства собирала травы. Никаких руин не было, это точно знаю. Откуда они появились?

А уж мне как интересно… Ладно бы в глухом лесу наткнулись на обвал, но тут и далеко ходить не пришлось. Меня посещали подобные мысли, но сейчас их подтвердили.

— Может, земля гульнула? — пожал я плечами. — Такое бывает иногда.

— Ну-ну… — вздохнула Елена.

А пока она сосредоточилась на лечении, я решил использовать фактор внезапности и ошеломить её вопросом.

— Сколько у нас времени, чтобы отдать долг Елизаровым?

И правда ошеломил.

От неожиданности Елена влила слишком много духовной силы, и вместо приятного тепла меня обдало жаром, отчего я чуть не подскочил.

— Откуда ты знаешь? — спросила она взволнованно. — Это не должно было уйти дальше палат Владимира.

— Ну, вы же узнали, — усмехнулся я.

Женщин, если я правильно понял нынешние нравы, на Совет не пускали.

Спорное решение. Не лишено, конечно, смысла, но я понял, что лучше сразу знать, что думают жёны советников или власть имущие дамы, чем гадать и тратить силы на выяснения.

Что творится в залах заседания — это одно. Но потом все те бравые мужи, которые принимали государственные решения, возвращались домой, под ласку и сладострастные уста своих женщин. И на следующий день могли с полной уверенностью заявлять совершенно противоположные вещи.

А потом Эфлен пеняла меня, мол, я неразборчив в связях…

Ага, как же!

Дай ей волю, она б такого в империи наворотила — мама не горюй!

— Ладно. Раз уж ты знаешь… У нас всего неделя. И долг — он слишком большой, чтобы мы могли его выплатить.

Говорила Елена с тяжёлым сердцем, будто уже мысленно паковала вещи и отправлялась за черту города. Даже её духовная сила стала немного… печальной что ли…

Не совсем понял, как это можно почувствовать, но оно было именно так.

— Неделя? — хмыкнул я. — Это князь такой срок установил?

— Да.

— А он же может этот срок передвинуть?

Елена с интересом взглянула на меня.

— Что ты задумал, Лют?

— Да ничего особенного, — ухмыльнулся я в ответ. — Просто небольшой подарок нашему справедливому и — без сомнений — добродушному князю.

━─━────༺༻────━─━

Лечение источника заняло довольно много времени. Но зато мы успели обсудить дальнейшие планы по спасению рода.

Шкура Серебристого Пардуса не могла покрыть плату в десять тысяч золотых монет, но вполне была способна согреть душу сурового стариградского правителя дать нам больше времени, чтобы найти средства.

Хотя подлинность документа вызывала сомнения. Выглядел он, по словам Елены, вполне себе «древним», но что-то смущало как Владимира, так и остальных бояр, допущенных в Совет.

Тем более что никаких записей в родовой летописи насчёт аренды не было. А значит Войцех что-то мутное задумал. Причём не сам — тут покровитель нужен, чтобы такую махинацию вытворять.

И если сам князь в этом не замешен, то дорогая шкура вполне сумеет убедить его пойти навстречу.

Так что прежде, чем вернуться домой, я снова заскочил к Ставру и предупредил, чтобы он поторопился. Дело важное, и действовать нужно быстро.

А Елена передаст по своим каналам в уши Владимира нашу затею.

Не бежать же ей прямо в терем. По официальной версии она и не в курсе, что там в этой грамоте написано.

Ну, а пока судьба рода моими усилиями выправлялась на нужную калию, я сам приступил к той затее, которой хотел заняться ещё вчера.

И открыл учебник печатей.

Эх, Анна, Анна…

Я всюду таскал свою помощницу, в том числе по делам военным. А она постоянно что-то записывала в свои книжки, особенно во время моих битв.

Мне чудилось, что она зарисовывает моменты моей славы или хотя бы пишет оды моему могуществу, но когда этих книжек накопилось размером с целую комнату, мне удалось заглянуть в одну из них.

И я понял, что Анна просто водила пером по бумаге.

Точнее, мне так тогда показалось.

Увлечения у людей могут быть разными, никакого осуждения я проявлять не собирался. Главное, чтобы не во вред самому себе и окружающим. У меня один генерал любил наряжаться в животных и даже устраивал тематические балы. Но не насаждал своё увлечение насильно и никому вреда не приносил.

А тут всего лишь каракули.

Если понадобилось бы, целый дворец на их хранение выделил. Пускай развлекается.

Но, судя по всему, не каракули это были вовсе. А печати.

Анна слушала меня, изучала Глас богов и пыталась зашифровать язык богов в символы.

И у неё получилось.

Причём так, что сам Глас богов уже не работал, а печати, которые на его основе были созданы, работали безотказно.

Она целый алфавит составила. Грамматику описала…

— Уху-ху… — вздохнул я, ломая глаза о строки в учебнике.

Никогда не любил изучать теорию.

Честно говоря, я и грамоте обучился, уже будучи соправителем Варгийского княжества. Ну, просто негоже князю не знать, что там во всяких договорах понаписано.

А тут — язык богов…

Мда. Прежний способ изучения мне нравился куда больше.

Вот с богом огня Сваргом, например, загуляли на неделю. Он мне наверняка поведал куда больше, но я что запомнил, то и смог потом применять. А тут придётся читать, читать, читать…

Так, ладно. Пока что нужно выяснить только одну печать.

Слово я помнил, как произносится, так что это должно быть не слишком тяжело. Однако Звуки, которые записывала Анна, были не совсем верны. А за полторы тысячи лет её работы не раз переписывались, так что ошибок было немало.

Чего стоит только «Узбагоение», которым меня пичкали на занятиях Елены. Я тогда хоть и подумывал поправить их, но решил, что не стоит. Иначе совсем отрубился бы.

Ещё одной сложностью было, что слово это я не очень часто использовал.

Его подсказал бог по имени Блуд. И применял он его, так скажем, не очень благородно.

А если быть точнее, этот проказник становился невидимым, чтобы подсматривать за другими богинями или даже за особенно красивыми смертными.

Признаюсь честно, мне пришлось однажды участвовать в подобном мероприятии. Исключительно для пользы дело.

Ну… Не однажды… Там кое-какие звуки не мог разобрать, поэтому пришлось пару раз повторить.

В общем, неважно!

По алфавиту я выписал необходимые символы, достал почти засохшие чернила и вырвал несколько листов из записной книжки Люта.

А затем принялся соображать нужную печать.

В учебнике такой не было. Там, в основном, были простенькие печати и те, что направлены на лечение. Но мне-то нужна была вполне себе серьёзная вещь, которую вряд ли даже в библиотеке какой-нибудь отыщешь.

Елена наверняка знала что-то подобное, но она не даст молодому парню, кем я был в её глазах, способность становиться невидимым.

Уж точно не Люту, за которым была закреплена слава проказника.

Так что пришлось потратить много времени. Очень много времени.

Я надеялся управиться до заката, но просидел до полуночи и всё равно не достиг нужной цели.

Зад уже был деревянным, ныл и требовал разминки, а самым большим достижением был полупрозрачный лист.

От раздражения я с силой скомкал его, а затем отшвырнул в сторону, вырвал ещё один лист и снова начал пробовать.

«Н-не… — повторял я по слогам, — ви-и… ди… мость…»

И снова провал.

А затем ещё.

И ещё.

И ещ…

Короче, глаза уже болели просто от того, что им приходилось видеть очередной грёбаный лист. Я чувствовал себя хуже только когда начал изучать грамоту, сидя на княжеском троне.

Вот была потеха…

Но тогда у меня получилось. Получится и теперь.

Очередной лист бумаги после произнесённого мною — «Невидимость» — вдруг стал полностью прозрачным и будто бы исчез прямо на глазах.

— Да… — тихо, будто боясь проснуться, произнёс я.

А затем уже громко, радостно:

— Да, демоны вас побери! Я сделал это! Ха-ха-ха!

Даже вскочил со стула, потянулся и чуть ли не начал прыгать. Высунулся в окно, чтобы вздохнуть свежего воздуха, а затем обернулся к столу…

И вдруг заметил, что в тёмном углу, куда я бросал скомканные листы, сияет слабый свет.

— Что это такое…

Я подобрал листы, развернул их и увидел, что поверх моих неудавшихся печатей высвечивались какие-то буквы.

Они напоминали общеимперский, то бишь варгийский язык, но были будто разбросаны без разбору, да и читались плохо.

— Так это не просто книжка, — дошло до меня.

Похоже, Лют делал записи. Только вот что он там записывал?

Кажется, он оказался не так уж прост. Тайное письмо — мастерство не из лёгких. По крайней мере, в прошлом им владело только несколько человек, что я знал. Чаще всего они прятали от завистников свои мысли и наработки. Ну, или писали эротический роман и боялись, что кто-нибудь узнает.

Зачем тогда писали — это отдельный вопрос. Но всё же…

Однако Лют пошёл ещё дальше. Он свои записи зашифровал. И кто его знает, как их теперь расшифровывать…

Я проверил остальные листы и саму записную книжку. Под действием моей духовной силы, которую я вкладывал в печати, на них проступили исписанные строки. Но их значение ещё предстояло понять.

Демон…

Может, память сыграет мне на руку и вычленит из головы хотя бы немного воспоминаний этого мальчишки?

А ещё я понял, что вырванные листы теперь будет непросто распределить по их местам. Несколько удалось прикинуть по линии отрыва, но другие мне, как на зло, удалось оторвать идеально ровно.

— Мда… — вздохнул я. — Чёрт! Чуть не забыл!

На невидимом листе тоже проступили записи. Это было замечательно. Просто великолепно.

Я очень рад, что удалось его не потерять, пока возился с клочками бумаги.

Вот только оставался один чрезвычайно важный вопрос. Определяющий, я бы сказал.

Попыток за последний час было столько, что я уже действовал почти машинально.

Поэтому…

Как именно я сложил эту грёбаную печать⁈

Глава 14

Слава всем богам — где бы они, гады, не пропадали — руки вспомнили, что они там чертили на этих проклятых листочках этими проклятыми перьями.

Вот честно скажу — легче мечом махать!

Раз, два — и голову с плеч. А тут что-то щуриться, глаза ломать, закорючки вырисовывать… Жуть!

Эти писари — страшные люди, я вам скажу. Зад твёрже стали, а глаза натружены сильнее, чем рука кузнеца.

Ну, а мне удалось нанести на себя печать невидимости. Не с первого раза, если честно. Это оказалось куда сложнее, чем я думал.

В темноте, по отражению довольно плохенького зеркала, с замыленными от усталости глазами…

Хорошо хоть успел догадаться, что нужно чертить эту штуку зеркально. Иначе потратил бы кучу времени впустую. А ведь почти начал!

Ладно. Так или иначе, дело было сделано. Печать поставлена, осталось только закрепить её:

— «Невидимость» — Я прикоснулся к груди и влил побольше духовной энергии, чтобы хватило на всё тело.

Эффект от наложения печати на самого себя оказался довольно забавным. Магия печати связалась с магией Источника и стала ею подпитываться.

Однако открылся ещё один небольшой, но вполне ожидаемый нюанс…

Печать работала только на моё тело. Одежда осталась видимой.

— Голышом по трущобам, — вздохнул я, снимая рубаху. — А я знаю толк в развлечениях.

━─━────༺༻────━─━

Когда-то в детстве мне снились кошмары, в которых я голым оказывался на людях. Неприятные были ощущения, но вполне терпимые.

Годами позже мне и взаправду довелось сверкать задом перед честным людом. Правда, тогда я убегал от стражи одного престарелого герцога, заставшего меня в постели своей молоденькой жёнушки. Поэтому отсутствие одежды было наименьшей из проблем.

Старый жадный хрыч. Ни себе, как говорится, ни людям…

Но вот сегодня ощущения оказались довольно необычными. Ночная прохлада довольно приятно ласкала всё тело, ветер развевал волосы, дышалось хорошо, однако встречные прохожие всё же немного смущали.

И босиком по разбитым дорогам трущоб ходить было не очень удобно.

План мой был довольно прост по замыслу, но с исполнением могли быть трудности.

Просто вытащить недобандитов из лап Топора недостаточно. Он либо их отыщет снова, либо до меня докопается. А если докопается до меня, то и роду новые проблемы прилетят, чего никому не нужно.

Поэтому придётся этого Топора свергнуть. И желательно без моего прямого участия, чтобы не светиться.

Ну, а под шумок выведем всех невольников и, быть может, казну бандитскую приберём.

Елизаровым отдавать липовый долг, конечно, не хотелось бы, но лучше иметь золото, чем не иметь золота.

Итак, времени до рассвета оставалось не так уж много. Я быстро обошёл трущобы, слушая, о чём треплются местные жители, но полезными оказались только два сомнительных персонажа, хищно озирающиеся по сторонам из тёмного проулка.

— Что-то атаман долю начал урезать. Нехорошо это… — хриплым шепелявым голосом причитал тот что слева.

— Ага… грабишь, грабишь в поте лица. От заката до рассвета глаз не смыкаешь. Работаешь на благо… ну, ватаги, конечно. Не только ж себе, праль-на⁈ — высоко, натужно, будто был простужен, отвечал второй.

— Во-во! И я о том же!

— Ну так! А доходу всё меньше и меньше. И Стрекоза, курвин сын, стал карманы выворачивать.

— Так это его самого прижали, говорят! Будто бы Топор… Ну-ка! Тс-с-с-с! Слыхал?

Они прислушались, а мне пришлось замереть на одной ноге. Разбитая брусчатка посылалась под моей тяжестью и создала слишком много шума.

Невидимым я стал, но не бестелесным или невесомым.

— Показалось, наверное, — махнул грабитель слева. — Так о чём это я… А! Все же знали, что малясь недосдаём, верно ж? Жить-то на что-то надо!

— Верно! Так всегда было!

— Во-о-от! А теперь Топор жадничать стал. Приказал всё до последнего медяка трясти.

— Вот же ж!.. — Второй хотел выругаться, но оглянулся и решил, что не стоит.

— Так что теперь, братан, затягиваем пояса. Как Ясых и предупреждал.

Ясых? Что ещё за Ясых?

— Да тише ты! Вспомнил тоже… А это, с чего Топор так стал жестить-то? Кто-нить знает?

— Да пёс его, собаку, знает… — прохрипел первый. — Но нехорошо это. Люд и без того пугливый пошёл. Сторонится. Добычу всё тяжелее и тяжелее брать.

— И вокруг всё дорожает… — грустно просвистел второй. — Недавно за брагу в полтора разов стали больше брать. Вот где настоящие грабители!

Затем он откашлялся, шмыгнул носом и облокотился на кривую стену дома.

— Точно, точно, — кивнул первый.

И они затихли, погрузившись в глубокие думы о несчастных разбойничьих жизнях.

Даже жалко не стало. Пусть страдают.

Я осторожно ступил на вторую ногу и обошёл их.

Думаю, по улицам больше ничего не сыщешь. Сведений уже предостаточно — понятно, где искать. Топор что-то мутит, собирает сливки, обдирает собственных людей. А значит либо задолжал кому, либо готовится вложиться в «верняк», либо свалить хочет.

Надо пробираться в бордель и разузнать, что там происходит.

И, кажется, я очень удачно зашёл.

Судя по всему, тут проходило закрытое мероприятие, и входы были закрыты для всех прочих посетителей. На моих глазах не пустили двух вполне себе приличных горожан в немного подпитом состоянии.

Они что-то грозились несвязной речью, но ушли, так ничего серьёзного и не предприняв.

Но шум, музыка, соответствующие подобному месту крики и задорные мужские рычания вперемешку с наигранными смешками женщин говорили, что там творится безобразное веселье.

И мне нужно туда как-то попасть…

Окинув взглядом здание, я заметил открытый балкон на втором этаже. Судя по теням, там сейчас особых движений не было, так что можно забраться внутрь через него.

Хорошо хоть Топор немного старался соответствовать окружающему архитектурному решению и не стал облагораживать фасад борделя. Так что я вполне неплохо забрался на балкон по трещинам, впадинам и сколам.

Подобные трюки никогда не любил, но приходилось иногда практиковать. Особенно когда мы пересекали Драконьи горы и лазали по скалам.

Собственно, после того перехода я и научился цепляться за малейший выступ, но каждый раз это отзывалось воспоминаниями о жутко холодных ночах, и кости начинало немного ломать.

А с новым телом такого эффекта не было… Интересно.

Осторожно отодвинув шторы, я заглянул внутрь.

И лучше бы я этого не делал.

Не, я слышал, что у куртизанок всякие услуги бывают. Но свернувшийся калачиком здоровенный пузан под бочком у полуголой пышной женщины, которая читала ему какую-то детскую сказку…

В общем, мужикам в этом мире иногда приходится слишком тяжело.

А этот лежал с довольно милой лыбой под пышными седыми усами и внимательно слушал, как ужасный демон Светозар разруш…

Погодите-ка!

В смысле — ужасный⁈

В смысле — демон⁈

Это что за сказки такие!

— И когда великие герои разоблачили ужасного узурпатора, под чьей личиной скрывался сам Повелитель демонов, тот разозлился и показал свою истинную форму. И бились они три дня и три ночи…

Я с раскрытым от глубочайшего возмущения ртом завис напротив кровати.

Они чему вообще детей учат такими сказками!

Демон, узурпатор, три дня и три ночи… Да я с Бергиром разделался в два счёта! Эти засранцы едва могли его у стен задержать, пока я… Ну, готовился к выходу, в общем.

Не, вы поглядите. Этот усач ещё и воевода, судя по отметкам на кафтане.

И плевать, откуда я знаю, что на таких кафтанах именно такие отметки носят нынешние воеводы. И гривна ещё серебряная лежала.

А, казалось бы, серьёзный человек…

Не, методы душевного излечения — это дело сугубо личное и попрекать я не смею. Но такую чушь слушать!

Пойду-ка я отсюда побыстрее, пока не выдал себя от злости.

Удалось тихо приоткрыть дверь и проскользнуть в узкую щель. Кажется, не заметили. Осторожно закрыв створку, я развернулся, чтобы пойти дальше. И снова замер с открытым ртом.

Потомки, вы что творите!

В большом зале, освещённом тусклым светом сотен свечей, творилась настоящая вакханалия.

Я такое только на фресках видел, серьёзно. И то случайно.

Похоже, тут веселились от души. У стен играли разодетые музыканты, по центру на выступающей платформе танцевали сразу несколько девушек в откровенных нарядах, а вокруг восседали дорогие гости, с которыми заигрывали по две, а то и по три женщины.

И по рожам, я бы сказал, они на бандитов не тянули. К тому же, у каждого стояло по одному вооружённому охраннику, явно не из ватаги.

Хм… Ну-ка, проверю кое-что.

Я спустился на первый этаж и убедился в собственных догадках. Здесь развлекали свиту тех, что сверху.

Уровень мероприятия был немного пониже, но стены комнат едва не дрожали, а в общих местах попивали вино и отдыхали довольные клиенты. И одежда, разбросанная повсюду, намекала, что принадлежат они отнюдь не к простому сословию. Даже не купцы.

И картина начинала вырисовываться.

Я снова забрался наверх. Хотел миновать второй этаж и сразу забежать на огонёк к Топору, но вдруг услышал знакомое имя… ну, или кличу — пёс этих бандюганов разберёт.

— Ясых! — грубо позвал кого-то толстый лысоватый мужик в длинном балахоне. — А ну иди сюда!

Он говорил приглушённым шёпотом, чтобы не отвлекать гостей, но довольно грозно.

— Чего тебе, Стрекоза⁈ — гаркнул поджарый мужик, подойдя поближе.

Плечистый, в боевой кожаной куртке с нашитыми металлическими бляшками и с изогнутой саблей на поясе, вроде тех, что носил народ Кхазара.

— Пойдём внутрь. Разговор есть.

Пузан жестом указал на дверной проём, ведущий в небольшую комнату, и они зашли внутрь.

Я едва успел проскользнуть перед ними, чтобы послушать, о чём будет речь.

В тесном кабинете, обставленном шкафами с документами, в углу располагался стол, за который и сел, надо понимать, Стрекоза.

Тут было душновато, пахло воском и чернилами. А свет был такой тусклый, что у меня начало рябить в глазах от воспоминаний о работе над печатью.

Даже чуть подташнивало.

— Ты и твои парни не сдали добычу в общак, — ядовитым голосом прошипел Стрекоза.

— Мы всё сдали! — гулко возразил Ясых.

— Это вы по старым мерам сдали. А по новым — должок.

Тут Ясых наклонился над пузаном и громко ударил кулаком по столу. От удара несколько листов съехали со стопок, а свеча содрогнулась, отчего комната заиграла тенями.

— Вот и плати сам по новым мерам. Я своих парней обдирать не дам. Понял⁈

Стрекоза со лживой хитрой улыбкой пододвинул один из упавших листов, вздохнул, взял перо, макнул в чернильницу и сделал какую-то запись.

— Понял, понял, Ясых. Ты можешь идти.

— То-то и оно! — с чувством торжества выпрямился тот.

А затем ушёл, хлопнув дверью.

Я выскочить не успевал, так что пришлось остаться наедине со Стрекозой.

И наблюдать, как он, сбросив ядовитую ухмылку тут же, как закрылась дверь, достал ещё один лист и сделал там какую-то пометку.

— Ну, ничего, ничего, Ясых, — прошипел он себе под нос. — Посмотрим, как ты запоёшь в кандалах или со вспоротым брюхом.

Затем Стрекоза поднялся, свернул лист в трубочку, сунул его под балахон и вышел наружу. На это раз я успел, и вместе с ним последовал наверх, к Топору.

Атаман стариградских разбойников на этот раз лежал на роскошной тахте и отпивал из золотого бокала, бряцая по нему кольцами на каждом из пальцев.

Рядом лежала затихшая женщина с отрешённым взглядом. Она укуталась шёлковой накидкой, но старалась не двигаться, пока атаман набирался сил.

Стрекоза, раболепно семеня перед ним, с поклоном вошёл в помещение и заверещал:

— Господин, как вы и говорили. Ясых отказался платить по новому укладу. Только что с ним говорил.

Топор протяжно прорычал, словно недовольный зверь. Ногой отпихнул женщину, и та с явным облегчением убежала, забрав с собой накидку.

А Топор сел, уперевшись ладонями о колени, грозно глянул на своего холуя и взялся за топор, который был приставлен к тахте.

— Всё-таки не послушал, паскуда. Ну, что ж. Значит, в расход его…

Тут атаман прервался, глянув прямо на меня.

Я испугался, огляделся, но ничего не увидел. Неужто заметил как-то?

Но вдруг позади раздались грохот и пьяный смех:

— Ха-ха-ха! Топро…Торпр… Фу-у… Топор! Вот.

В помещение ввалился грозного вида мужик, одетый в одну только накидку из пурпурной ткани и сандалии.

Лицо у него было квадратное, мокрые от вина усы блестели, а грязная влажная борода заставляла терять всякий аппетит.

Шатаясь, он добрёл до тахты Топора и громко рухнул на неё, чем вызвал стон деревянной основы.

— Топор! Хорошо устроил. Угодил, угодил.

Он обхватил атамана за плечо, будто тот был его давним другом. Или, скорее, подчинённым.

Топор, оскалившись, махнул Стрекозе, чтобы тот убирался.

— Рад стараться, боярин. Всё понравилось?

— Да! Да… — громко вздохнул прохладного воздуха бородач. — Девки, вино, музыка. А танцы! Танцы! Э-эх-х… Молодец ты, Топор. Жаль только в такой дыре обитаешь. Подъехать противно. А что там за девка была на лестнице? Мягкая, упругая… Я б её!..

Атамана было не узнать. Грозный вид испарился, на лице появилась раболепная лыба. Даже взгляд переменился.

Да это не топор, а так — ржавая дубина.

— Об этом, Захар Кожедубыч, я и хотел поговорить… — начал было он.

Но боярин прервал:

— Потом поговорим, Топро… Троп… В общем, ты понял. Помню я твоё стремленье. Но не просто это, пойми. В дворяне записаться — это хоть и не боярином стать. Но тоже дело, прямо скажем, заковыристое.

Захар Кожедубыч схватил толстыми пальцами гроздь винограда и почти полностью сунул себе в здоровенную пасть, облившись соком.

— Тут указ князя нужен. А он не в духе сейчас. Ты дары-то собрал?

— Почти! — оживился Топор.

Видно, почуял намёк, что золото может значительно смягчить настроение князя.

Ох, уж этот князь. То Елизаровым липовые грамоты подписывает, то титулы раздаёт всяким сомнительным элементам.

Надо бы с ним как-нибудь повидаться.

— Почти — это как? — нахмурился боярин.

— Немного осталось. Через пару дней остаток получу — и сразу к тебе!

Ах, вот зачем он своих людей обдирает. И общак, видно, затребовал для этого. Чтобы, как говорится, в люди выбиться.

Сукин сын.

— Ну, вот когда соберёшь… Э-эх! — Захар Кожедубыч с кряхтением встал на ноги. — Тогда и поговорим. А пока пришли-ка ко мне какую-нибудь бабёнку… Этакую!

— Этакую?

— Этакую!

Топор сначала явно озадачился. Но затем на лице появилась противная ухмылка, от которой мне стало не по себе.

Чутьё прямо-таки кричало, что мысли в голове этого ублюдка заставят меня от ярости рвать и метать.

— Будет тебе «этакое», боярин, — кивнул Топор. — Спускайся к себе, скоро приведут нужную девку.

Бородач ушёл, еле попав в дверной проём. А Топор, немного выждав, позвал Стрекозу.

Тот шустро появился перед ним, и оба снова вернулись к прежним ролям.

— Слышал?

— Да, господин.

— Веди к нему Злату. Пусть отрабатывает.

Тут Стрекоза немного замялся.

— А как же срок…

— Что срок! — гаркнул ублюдок. — Проценты отработает. С неё не убудет!

Я уже хотел порвать ему глотку собственными руками. Ярость так сильно кипела внутри, что Источник терял равновесие.

Так, погоди, Светозар. Успокойся и вдохни.

Сейчас терять самообладание нельзя.

— И накажи ей! Если будет ерепениться, тех троих на дыбе прокачу.

— Как скажете, господин, — поклонился Стрекоза. — Ещё чего изволите?

— Чего ещё… — Топор взглянул на поднос с виноградом, поморщился и отодвинул в сторону. — Ах, да. Ясыха — в расход. Сначала это. Скажи Глыбе, пусть сделает. А потом девку веди.

— Хорошо, господин, — ещё раз поклонился Стрекоза и засеменил прочь.

Ублюдки!

Грёбаные проклятые курвины отродья!

Да я вас всех!…

Чёрт, хватит. Нужно собраться. И думать.

Нет. Нет времени думать. Нужно действовать!

Я пустился следом за Стрекозой. Тот, стоя возле своей двери, подозвал здоровенного громилу и прошептал ему указ Топора.

Громила нахмурился тупой рожей, но хмыкнул и кивнул. После чего развернулся и ушёл куда-то в коридоры, позвав с собой нескольких головорезов.

А Стрекоза, ухмыльнувшись ему вслед, направился к лестнице. По пути сально взглянул в сторону вакханалии и шагнул по ступенькам вниз.

Выродок пошёл за Златой.

Демоны вас всех побери!

Я замер на распутье. Ясых мне нужен живым, чтобы прикончить Топора и сбросить с себя внимание бандитов. Судя по всему, бунт может поднять только он, других смельчаков искать времени нет.

А Злату сейчас поведут на потеху тому грёбаному боярину, чтоб он провалился.

И как мне за всеми успеть⁈

Глава 15

Я рванул в коридоры за громилой. Будем рассуждать логически — они доберутся до Ясыха первыми, а Стрекозе ещё нужно дойти до Златы, вытащить её, привести…

Короче, времени тут немного больше.

Только, думается мне, совсем уж немного. Поэтому нужно спешить.

Голышом я за бандитами ещё не бегал, конечно. Хорошо хоть невидимость работает.

Она, кстати, немало духовной силы жрёт, так что времени у меня и по этой части в обрез.

Я проскочил по коридору мимо пьяных прохожих. Глыба с двумя верзилами подошёл к стоящему на посту Ясыху, все вместе его повязали, заткнули рот тряпкой, забрали саблю и под сдавленный писк и пары здешних работниц поволокли наружу через отдельный выход, ведущий к лестнице со второго этажа на задний двор, огороженный стенами.

Тут стояли бочки с мусором, воняло испражнениями, а под ногами торчали кривые каменные плиты. Об одну из таких верзила Глыбы споткнулся, выругался и чуть не упал.

— Курвина мать! — взвыл он.

— Да харэ уже! — гаркнул Глыба. — Переживёшь.

Ясыха швырнули в угол. Он тут же попытался встать на ноги, но Глыба смачным ударом посадил его обратно.

— Звиняй, Ясых. Атаман приказал, — пожал он плечами, вытягивая из ножен кривой кинжал.

Ясых что-то возмущённо замычал через тряпку. Скорее всего не очень доброе. Но сделать ничего не мог.

Так. Его вот-вот прикончат. Нужно что-то делать.

Я огляделся и заметил, что плита, о которую оступился верзила, вылезла из земли. Она была довольно тяжёлой, с острыми углами, так что вполне подходила для оружия.

И пока люди Глыбы держали Ясыха за конечности, чтобы тот не дёргался, а сам он пробовал кромку кинжала на остроту, я подхватил плиту и со всей дури шмякнул ублюдка по голове, добавив к усилиям магию Источника.

Здоровенная туша бандита немного качнулась, из пасти вырвался неразборчивый рокот, а затем он рухнул на спину, едва не придавив меня самого.

Двое мордоворотов с удивлением и непониманием уставились в никуда. Даже по мне своими взглядами не попали.

И, слава богам, они были достаточно тупыми, чтобы соображать медленно. А Ясых — достаточно смышлёным, чтобы этим воспользоваться. Он выкрутился, сбил одного мордоворота с ног. Второй уже успел опомниться, но его тоже настигла кара каменной плиты, и ещё одна тяжёлая туша рухнула у моих ног.

Ясых тем временем расправился с третьим бандитом, разрезал верёвки и забрал свою саблю.

И тут же махнул ей по воздуху с возгласом:

— Кто здесь⁈ Покажись!

Вот она — благодарность… Не, у этих разбойников совсем нет чувства такта. Я его, значит, спас. А он меня мечом!

Кстати. А ведь можно ещё кое-что полезное из этой ситуации вытянуть…

Я напряг голосовые связки и загудел низким тягучим голосом:

— Я — твой пращур, недостойный сын своего рода! Склонись передо мной!

Ясых немного прихренел. На лице застыло удивлённое выражение, даже сабля немного опустилась.

— Ч-чего?

Он принялся осматриваться в поисках источника голоса, но никак не мог найти его.

А мне, демон побери, пришлось скакать по грязным холодным плитам, чтобы не столкнуться и не задеть участки с мягкой землёй. Да ещё и делать это так, чтобы лишнего шума не издавать.

— Склонись, сказано тебе! А не то покараю!

На этот раз подействовало. С сомнениями во взгляде, но Ясых встал на одно колено, взглянул на валяющихся рядом бандитов.

— Ты встал на кривую дорожку и позоришь свой род, недостойный потомок! В бандиты заделался! Люд честной грабить вздумал!

— Н-но, пращур, я ж по стопам бати пошёл, а он…

— Молчать! — рыкнул я.

Кажется, немного просчитался. Но ничего.

— Твои предки тоже опозорили мою кровь. Но только в тебе я смог увидеть луч надежды. И потому приказываю! Слушай внимательно!

Ясых закивал. Кажется, он до сих пор не верил в происходящее, но удар Глыбы по голове сделал своё дело, так что сейчас можно вбить ему правильные мысли в разум.

— Свергни своего неудавшегося убийцу. Займи его место и направь этих падших людей на путь истинный!

Ясых, чуть побледнев, глубоко вздохнул. Но не от слов — его шатало после сотрясения.

— Уб-убийцу? Это кого… Топора что ли?

Ну, вроде не совсем тупой.

— Верно, недостойный потомок!

Горло уже побаливало от натуги. Да и Злату наверняка скоро приволокут к тому боярину. Поэтому надо закругляться.

— Н-но как мне наставить людей? Этих разбойников и убийц?

— Защищайте слабых, а не грабьте их! Берите злато только у тех, кто нечестным путём его добывает!

Уж таких, судя по вакханалии на втором этаже, будет в достатке.

— На этом всё, недостойный потомок. Я удаляюсь, но помни! Вздумаешь противиться моей воле — и тебя кара настигнет… — последние слова я произнёс с затуханием и даже прибавил небольшое эхо для ещё большей убедительности.

Ясых ещё некоторое время стоял на коленях, но затем понял, что «Пращур» исчез, вскочил и удрал, прыгнув с лестницы через ограждение.

Так. Семя раздора посеяно, а теперь надо спасать Злату.

Затем отправился на второй этаж и принялся искать её в каждой комнате. Хорошо хоть в общей шумихе никто не обратил внимания на открывающиеся сами собой двери. Только пара мадам взвизгнули, обернувшись и никого не увидев.

И когда в последней комнате я никого не обнаружил, по невидимой спине пробежали невидимые мурашки.

Я понял, что могу её просто не найти. Или не успеть.

Следуя чутью, я рванул вниз, куда спускался Стрекоза. На первом этаже вряд ли можно было найти богатого вельможу, а вот если в подвале есть какое-нибудь отдельное помещение для особых случаев…

Отыскать вход в подвал было несложно. Я перемахнул через несколько ступеней и ворвался в длинный узкий коридор, который вывел меня к двум дверям.

Зараза!

Опять развилка.

Но тут уж времени не терял и выбил дверь слева.

Створка с грохотом распахнулась, и мне открылась жуткая картина. Это напоминало камеру пыток, только… В общем, пытали тут не совсем обычно. И не совсем пытали. Однако вряд ли это могло нравиться широкому кругу здешних работниц.

Злате точно не нравились кандалы, странные железные столы и какие-то инструменты, слишком похожие на те, что использовал Асван в своих допросах

Она отбивалась, убегала, но Захар от этого только ещё больше распылялся и гонялся за ней, будто это была игра. Он даже не заметил грохот дверей, споткнулся и спьяну повалился на широкий ковёр, расстеленный по центру комнаты.

— Ух, проказница! — прорычал он, преследуя девушку взглядом. — Дай только поймать! Ух, я тебя…

Договорить я ему не дал. С разбегу, усилив мышцы почти всеми запасами духовной силы, что у меня оставались, врезал ногой по челюсти Кожедубыча, отчего тот скосил взгляд, ухнул и упал.

Правда, затем послышался храп, так что я его не вырубил, а просто отправил спать. Вино сделало за меня большую часть работы.

— Лют⁈ — воскликнула Злата. — Что ты тут…

Она меня увидела?

Демон! Точно. Невидимость начала спадать. Она ещё не пропала полностью, но я теперь был…

— Ты прозрачный! — ахнула Злата. — И голый…

Кажется, мой вид заставил её забыть о недавних страданиях. Это хорошо. Значит, не придётся долго приводить в себя.

— Уходим! — гаркнул я, хватая её за руку. — Быстро!

Мы уже выбрались из этой жуткой комнаты, но тут Злата потянула меня назад.

— Стой! Парни — их надо освободить!

Хотелось отхлестать её плёткой из той самой комнаты, из которой я её вытащил, да только исключительно в воспитательных целях.

Парни!

Я и так шкурой рискую, чтобы её вытащить, а теперь ещё всяких оболтусов вызволять?

— Нет времени, скоро нас хватятся, — ответил я.

И уже развернулся к лестнице, но сверху послышались шаги.

— Демон!

Я сгрёб Злату, снова нырнул в комнату с Захаром и закрыл дверь.

Снаружи вошедший человек остановился напротив, постучал и произнёс покорным голосом:

— Боярин, у вас всё в порядке? Я слышал какой-то грохот.

Стрекоза, значит? Ну, с этим мы разберёмся быстро.

— Вас всё устраива?..

Я сорвал со Златы накидку, отчего она взвизгнула, и обмотал вокруг головы. Затем рывком открыл дверь, сходу врезал Стрекозе под дых, тут же заломав руку, чтобы обездвижить.

— Кгрха! — прохрипел гадёныш, вывалив глаза. — К-кто ты⁈

— Где золото⁈ — гаркнул грозно, применив уже натренированный говор «Пращура». — Живо отвечай!

Злата сначала прикрывала грудь, но затем опомнилась и шмыгнула мимо.

— Эй! — Я чуть не сорвался на свой настоящий голос. — Куда⁈

Вот зараза. Она побежала за своими подельниками!

Что ж, теперь я действительно зол. А сустав в плече Стрекозы был на грани, так что он завыл, даже несмотря на недостаток воздуха в груди.

— Где⁈ — поднажал я.

— Сундук! — взвизгнул гадёныш. — У Топора под тахтой сундук!

Вот и отлично. Теперь искать не придётся.

Я вдарил головой Стрекозы по стене, и тот вырубился. Но затем из комнаты раздался бормочущий неразборчивый голос Захара.

Проклятье, он очухивается.

Я уже хотел было плюнуть и оставить этих недобандитов выбираться самим, но тут вторая дверь распахнулась, и за ней показалась Злата с тремя побитыми рожами.

— Валим! — заявила она, стягивая с моей головы накидку.

Пёс с вами, живите.

Мы рванули наверх, но у самого выхода пришлось затихнуть. Похоже, глыбу с верзилами обнаружили, и во внутренний двор побежали несколько мордоворотов. Значит, туда нам путь заказан.

Выждав, пока дорога освободится, мы высунулись на первый этаж. Коридор к выходу был свободен, если не считать нескольких пьяных тел впереди, но там нас ждали привратники.

Пришлось снова подниматься на второй этаж и действовать довольно дерзко.

Вакханалия в главном зале уже вовсю разгоралась, танцовщиц требовали к гостям, а музыкантам начали бить морду. Творился беспорядок, так что четверо с половиной беглецов в него довольно гармонично вписались.

Мы промчались сквозь всё это непотребство, опрокинули пару кувшинов вина, сбили какого-то вельможу, который и без того еле стоял на ногах, выпорхнули на балкон и сиганули вниз.

Привратники и несколько стражников, прибывших с гостями, с удивлением проводили нас взглядами и только через несколько секунд до них дошло, что выход-то чуть ниже находится, а просто так люди с высоты не выпрыгивают.

— Хватай их! — послышалось позади.

Но мы были уже далеко и свернули на два поворота, нырнули в проулок, где до сих пор стояли двое бедолаг-грабителей, и скоро оторвались так далеко, что смогли остановиться и перевести дух.

Я дышал тяжело. Как и все, впрочем.

Источник опустел, а печать невидимости перестала работать, так что я красовался перед недобандитами в чём мать родила.

— Прикройся! — воскликнула покрасневшая Злата, демонстративно отвернувшись.

— Возвращай накидку! — ухмыльнулся я.

Она от возмущения развернулась, хотела что-то сказать, но невольно опустила взгляд, покраснела ещё сильнее и снова отвернулась.

— Дурак!

Мышь протянул мне свою истерзанную рубаху. Я поблагодарил, но пришлось просто затянуть её на поясе, как набедренную повязку. Слишком уж мала оказалась.

Ладно, пора бы возвращаться. Холмы за городом очертила тонкая полоса восходящего солнца, а значит скоро улицы наводнятся людьми. Надо бы добраться до дома до того, как это случится.

— Отыщите Ясыха, — приказал я знакомцам. — Знаете такого?

Дубина с Осиной кивнули с задумчивыми выражениями лица.

— Дело ещё не закончено. Нужно убрать Топора.

— Чего⁈ — возмутилась Злата. — Совсем с ума сошёл⁈

— Молчи! — гаркнул я.

Мне ещё препирательств не хватало.

Злата затихла, и возмущение сменилось виноватым взглядом.

— Будете делать, что я велю. Отыщите его, но обо мне не слова. Скажите только, что Пращур послал.

— Прафур? — прошепелявил Мышь.

Это ему люди Топора зубы выбили, или я просто раньше не замечал?

— Да. Без подробностей. Будет спрашивать — загадочно молчите. Уж сыграть вы сумеете, я думаю. А затем скажите, что Топор хочет кинуть всю ватагу и податься в дворяне за их счёт. Потому поборы и устраивал.

Услышанное вызвало немалое удивление у всех четверых.

— Так, всё. Встречаемся завтра вечером в том же месте. — Я специально посмотрел на Злату и убедился, что она поняла, о чём идёт речь. — Приходите одни.

Не дожидаясь расспросов, я кинулся в сторону района Нелидовых.

Бежать почти голышом, но уже вполне видимым, теперь точно походило на один из детских кошмаров.

Но у самого входа мне пришлось резко остановиться.

Правда, скорее от удивления. И, признаюсь, некоторой гордости за соратника.

Потому что мы столкнулись с Алексеем.

Он стоял с растрёпанным видом, лохматой шевелюрой под покосившейся шапкой и измазанным румянами лицом.

И пристально, не моргая, глядел на меня.

А я глядел на него.

В принципе, если не раскрывать подробностей, то я в этом неожиданном соревновании оказался в куда более интригующей позиции.

Однако пришлось договориться:

— Я не видел тебя. Ты не видел меня. Понял?

Алексей молча кивнул.

И так же молча мы побежали к своим домам. Кажется, его всё-таки начало одолевать любопытство, но к тому моменту нам пришлось разойтись, и он перепрыгнул через ограду собственного двора, чтобы незаметно прошмыгнуть к себе.

Я же без особых приключений добрался до своей хижины.

Оглянулся, не особо веря, что всё наконец-то закончилось, и плюхнулся на жёсткую, но вдруг ставшую невероятно удобной кровать.

И глубоко вздохнул.

— Сходил на разведку, демоны вас всех раздери…

━─━────༺༻────━─━

Я ненавижу петухов.

Именно с такими мыслями мне пришлось разлепить веки, когда на улице начали горланить эти пернатые твари.

И как я вообще проснулся после такой ночки?

Ах, да. Один из них каким-то образом пробрался прямо под окно и кричал особенно сильно.

Тело казалось ватным, голова гудела от недосыпа, а желание убивать комом засело в горле.

— Кажется, я не прочь отведать куриного супа, — пробормотал я.

И пернатая тварь вдруг заткнулась.

— Хм? — От удивления даже бровь приподнялась.

— Доброе утро! — разразил мои бедные уши бодренький голосок Милуши. — Уже проснулся? Ой…

Она изменилась в лице, увидев мой уставший поникший взгляд, полный ненависти ко всему живому и желания уткнуться в подушку, чтобы ещё хоть немного подремать.

— Чем ты занимался всю ночь! — возмутилась она, резво шагнув в комнату.

Мне кажется, или в этом времени никто не чтёт личные границы?

Раньше без разрешения хозяина в дом зайти было нельзя. Это не просто считалось дурным тоном, а каралось по Правде.

Даже если ты красивая девушка.

Но Милуша, кажется, не слышала об этих законах. Она вольготно уселась на край кровати, коснувшись меня своим мягким тёплым бедром, и молча, будто чуть засмущалась, начала творить свою лекарскую магию.

Её нежные руки гуляли по всему телу, а духовная сила приятным теплом расплывалась по духовным и кровеносным сосудам, отчего моё самочувствие быстро начало улучшаться.

Но от удовольствия желание вставать с постели пропало совсем. Я потянулся, улыбнулся и с довольным видом закинул руки за голову, наслаждаясь моментом.

Который довольно быстро закончился.

— Пока всё. — Милуша встала с кровати. — Вечером подойди к Елене, она продолжит лечение и даст лекарства.

Девушка замолчала, но стояла, будто не хотела уходить, но в то же время боялась остаться.

— Ты что-то хотела? — улыбнулся я, стараясь быть как можно мягче.

— Н-нет. То есть, просто хотела поблагодарить. Вот.

Милуша порозовела и отвела взгляд.

— Обращайся, — кивнул я, стараясь поймать этот взгляд снова.

— Хорошо! — хмыкнула она. — Тогда всё.

И ушла.

Но затем снова вернулась. Вид был довольно забавный. Губы поджала, брови чуть хмурятся, но не от злобы или грусти, а от волнений.

— Чуть не забыла… Тебя отправляют к Игорю Вячеславовичу. Его двор на западном конце, у конюшен. Знаешь?

— Знаю, — кивнул ей в ответ.

— Тогда до вечера.

И Милуша ушла.

Что за Игорь Вячеславович?

Пока что мне попадались вполне нормальные люди. Ратислав, конечно, постоянно раздражённый и хмурый ходил, но его понять можно — постоянно заботы, да проблемы. Но жена его, Инга Олеговна, вполне достойная женщина. Даже Ольга не такая плохая, как может показаться, мне кажется.

А с Алексеем мы и вовсе сдружились

С Еленой отношения складываются отлично. Я даже подумываю обсудить с ней пару старых рецептов, которые, наверное, уже позабыты потомками. То же укрепляющее зелье может значительно усилить воинов рода.

Анна…

Она мне так сильно напоминает о моей Анне, что это даже жутковато. София, конечно, сварлива. Но с ней я особо пообщаться не успел. Браслав помог мне на Совете, да и сейчас нёс вполне почётную службу. На первый взгляд он выглядел вполне ничего.

А кто будет теперь?

Я так скоро со всем родом Нелидовых сдружусь.

━─━────༺༻────━─━

И кто меня за язык тянул…

Сглазил, раздери меня демон.

Когда я вошёл во двор, пропахший лошадьми, овсом и сеном, первым, кого я встретил, был уже знакомый паскудник.

Парень, который постоянно вился вокруг Воймира. Который пытался сбить меня с ног на испытании у Мудра. И который потешался над Милушей, когда мы возвращались с похода.

Мы застыли друг напротив друга, переглядываясь злыми раздражёнными взглядами.

— Наслав! — прогремел тяжёлый сильный голос.

Я обернулся и увидел высокого мужчину с короткой стрижкой, небольшой бородой и очень суровым взглядом на худом точёном лице.

— О-отец? — повернулся гадёныш на его зов.

— Готовься, сегодня много работы. О! И ты, ублюдок, подоспел. Ещё лучше! Для тебя как раз накопилась работа.

Игорь окинул меня холодным взглядом и почему-то вдруг ухмыльнулся.

Мда…

Кажется, следующие два дня будут очень непростыми.

Глава 16

В детстве мне рассказывали сказки про одного очень древнего героя. Древнего даже по тем меркам, поэтому не уверен, что сейчас про него кто-нибудь помнил.

Этот герой совершил множество подвигов, но один из них был не слишком уж… благородным, как мне тогда казалось.

Незадолго до этого он одолел Львоящера — чудовищного демона, который повергал в ужас целое княжество. Но затем боги заставили его чистить божественные конюшни…

Помню, когда слушал про этот подвиг, не понимал, что в этом может быть героического. И вообще — как должны были нагадить эти божественные кони, что разгребать за ними пришлось целому герою?

Это действительно героический труд. Но теперь я кое-что начал осознавать…

— Вот отсюда, — Игорь, мать его, Вячеславович указал на один конец длинного ряда конюшен, а затем махнул в сторону другого конца, — и до туда.

Он похлопал по плечу тяжёлой рукой, развернулся и ушёл.

Нет, это мне уже совсем не нравится.

В сказке герой изменил течение реки и потоком воды вынес все нечистоты. А я что-то в городе ни одной речки не видел, даже самой маленькой. А из орудий у меня были только вилы.

— Работай, Бастрак, — хмыкнул паскудник Наслав.

Он будет практиковаться в верховой езде до вечера и прервётся, только когда наступит время занятий с Мудром. Куда более полезное занятие, чем чистка конюшен, как ни посмотри.

Двор Игоря был самым просторным среди всех, что я видел у Нелидовых, но большую часть занимали загоны и конюшни. Стада лошадей резвились за оградой. Их разделили на несколько частей — видимо, по возрасту или направлению. Боевые кони выглядели куда более стройно и гармонично, но было их не очень много. А вот ездовых бегало побольше, что вряд ли подобало военным людям.

Я же пытался придумать, как избежать этой работы. Игорь пригрозил, что не пустит меня к Мудру, если не успею до вечера

И что мне теперь делать?

Я осмотрелся.

Помимо Наслава, у Игоря было ещё двое сыновей — Демьян и Архип.

Демьян уже служил в княжеской дружине и сейчас отправился с отрядом патрулировать Драконье Предгорье, а Архип ходил в помощниках Владислава Всеволодовича и, как говорится, набирался уму-разуму.

А вот мне ум-разум не выдавал никаких подходящий идей или обходных путей, чтобы избежать этой нежеланной работы.

Можно было бы, конечно, просто всё бросить и уйти, но тогда и без того шаткое положение в роду упадёт насовсем.

И я понял, что наступил тот момент, когда придётся принять нелёгкую судьбу.

Злобно зыркнув в сторону Наслава, я глотнул укрепляющего отвара и принялся за работу.

Надо бы хоть выжать как можно больше пользы из этой ситуации. Так что я принялся нагружать мышцы, в голове представляя, как отделаю засранца Наслава на вечерних занятиях.

Может, специально опоздать, чтобы наверняка сойтись с ним в круге?

Схвачу вот так, и швырну, прямо как эту кучу навоза, что подцепил вилами.

Хе-хе, и шмякнется он с таким же смачным звуком.

С укрепляющим зельем дело шло хорошо. Я даже в какой-то момент перестал чувствовать вонь, и просто работал мышцами из раза в раз, будто тело само выполняло всю работу, пока разум витал где-то в стороне.

Подумать-то было над чем.

Скоро должны подоспеть новости, как воспримет князь наш подарок, и перенесёт ли он срок оплаты долга. Ясых соберёт людей для бунта, и со Златой они точно справятся как надо. Наверное, ей всё же не видать актёрской славы — придётся держать в ежовых рукавицах ватагу злостных разбойников.

Этот Ясых — парень неплохой… относительно, конечно. И по сравнению с остальной кодлой топоровских мордоворотов.

Но он туповат, признаем честно.

Если и дальше будет верить, что Пращур явился из мира иного, чтобы отоварить двух верзил по их дурным головам, без помощи удержать власть не получится.

Топор сейчас действует через страх. Ясыху придётся заслужить уважение, а разбойники уважают только того, с кем они могут разбогатеть.

Так что некоторый план по маленькой революции в рамках отдельно взятого города уже понемногу вырисовывался.

Надо будет ещё с Елизаровыми проблему решить. Отсрочка лишь даст время, но от беды не уведёт. Может, похождения Алексея как-то помогут разобраться в вопросе?

Ну, и самое главное — моё развитие.

Пока идёт наказание Владимира, есть время осмотреться. Прикинуть, кто друг, а кто враг, что вообще происходит, и какие тёрки есть между семьями или отдельными личностями. Такие тёрки всегда есть.

Но затем нужно будет как можно быстрее вырываться из низов. И на это у меня тоже имелись кое-какие планы, вполне себе доступные к претворению в жизнь. Но для некоторых из них требовалась сила, с которой мне не придётся искать камень, чтобы вырубить пару остолопов. Или опасаться низших демонов, которые и от обычных-то зверей недалеко ушли.

Было жутко непривычно находиться в таком слабом состоянии. Оно постоянно напоминало о себе, трепало нервы и утомляло.

От нахлынувшего раздражения я замахал вилами сильнее прежнего. И вдруг немного перестарался, навоз соскользнул с вил и полетел в сторону загона, где тренировался Наслав.

— Ой, ой, ой… — протянул я.

И со смешанными чувствами наблюдал, как зловонная куча по удивительно точной траектории летит прямо в мелкого засранца.

Звук, с которым она врезалась в голову Наслава, напоминал одновременно хлопок и всплеск воды, в которую кинули камень. Он эхом разошёлся по двору, а Наслав от неожиданности пошатнулся, затем, видимо, совсем растерялся, не понимая, что происходит, почему ничего не видно и чем это так пахнет.

И упал.

Я несколько секунд стоял, наблюдая, как он потерянно бросается из стороны в сторону, не понимая, что происходит. Удар, затмение, вонь, ещё и падение. Наверное, даже уши заложило, так что бедолага лишился почти всех чувств. А когда он попытался что-то сказать, сразу же замер от ужаса, потому что к запахам прибавился ещё и вкус…

Внутри кипело множество самых разных эмоций. От жалости до опасений, что Игорь этого так просто не оставит и от некоторого удовлетворения, даже чувства торжествующей справедливости.

Но в итоге просто захохотал, бросив вилы в сторону.

Ладно, Судьба, я тебя понял. Оставлю засранца в покое.

— Ты! — прервал мой смех гневный, два не срывающийся возглас.

Наслав грозной походкой рассерженного щенка надвигался в мою сторону. Я окинул взглядом двор, и понял, что его папаши рядом не было. Только несколько слуг, да конюший, который и обучал его тонкостям боевой скачки. Они все еле сдерживались, но не смели открыто насмехаться над боярским сыном.

— Я тебе все кости переломаю, поганый ублюдок! — рычал Наслав.

И не просто так. Вокруг него начинала сгущаться духовная аура, поэтому пришлось отнестись к делу серьёзно.

Аура Наслава ещё не обрела ни цвета, ни формы, но всё указывало на то, что он был не так далеко от ступени Отрока и, к тому же, отлично контролировал духовные сосуды. А вот я до сих пор не научился делать это на должном уровне, поэтому оказался в весьма щекотливой ситуации.

Наслав набросился на меня с яростными атаками. Каждый удар мог стоить дорого для моего потрёпанного Источника, поэтому приходилось уклоняться как только мог.

Похоже, я недооценил этого гадёныша. На испытании он не показал и половины своих сил, а в стычке на улице, видимо, растерялся.

Но сейчас решил отыграться по полной.

Духовный покров Наслава нагнетал воздух и создавал вокруг небольшое марево. Я вытворял чудеса акробатики, чтобы избежать урона и, по понятным причинам, не коснуться его даже пальцем.

Однако духовная энергия продолжала кипеть и вырываться наружу. Наслав злился всё сильнее с каждым промахом, а я чувствовал, как духовные потоки становятся хаотичнее и опаснее.

Напряжение увеличивалось. Я пытался разорвать дистанцию, но этот гадёныш не отставал. Уклоняться становилось всё тяжелее, опаснее. А значит придётся всё-таки замарать руки.

Я резко сменил траекторию, нырнул под очередной выпад и ступил дальней ногой чуть назад, чтобы оттолкнуться и встретить Наслава встречным ударом.

Мы одновременно направили кулаки друг в друга, но я успевал уйти с траектории, а вот гадёныша так затмила пелена ярости, что он двигался прямо навстречу удару.

— Хватит! — прогремел гулкий голос Игоря.

За секунду перед тем, как мы бы столкнулись, перед нами возникла полупрозрачная стена духовной силы. На мгновение мне почудилось, что на ней отобразился размазанный силуэт лица, а затем нас отбросило в стороны.

Наслав врезался в ограду загона, а меня чуть не унесло в конюшни, но я сумел выправить баланс в воздухе и приземлился на ноги.

Игорь с разъярённым видом встал на том месте, где происходила стычка. Краем глаза я заметил конюха, который, видимо, его и позвал. Тот прятался за лошадью и делал вид, что с особым усердием расчёсывает ей гриву, но бросал в нашу сторону любопытные взгляды.

Присутствие отца охладило пыл Наслава. Парень шустро встал, сбросив с глаз пелену ярости, но так и замер, не зная, что делать дальше.

Игорь же сверлил меня странным взглядом. Оценивающим, будто сомневающимся. Я будто чувствовал, как у меня во лбу прожигается дырка.

— Прочь… — прорычал он сквозь зубы.

— А? — удивился я.

— Прочь! — гаркнул он так резко и громко, что за соседними крышами поднялись вороны.

Что ж, я не против. Целых два свободных от наказания дня?

Это стоило одного меткого, хоть и совершенно случайного броска.

Я рванул к выходу, краем уха слушая, как Игорь отчитывает Наслава и отправляет его мыться.

Не знаю, что сподвигло его прогнать меня. Тупая злость или он просто видел, что его сынок был в шаге от очень больного жизненного урока?

Я бы наверняка проломил ему нос, да так сильно, что дышать он мог бы разве что через пару месяцев. Немного. Со свистом.

Ну, а мне было чем заняться. Поэтому я отправился домой и в первую очередь занялся Источником.

Кажется, я был близок к контролю духовной силы. Уже не раз она поддавалась мне, но лишь в моменте угрозы. А если получилось хотя бы один раз, я смогу и снова.

Как там было на занятии Мудра?

Я сел на кровать, закрыл глаза и сосредоточился, стараясь заглянуть в себя и повторяя про себя слова наставника: «Весь мир — есть единое целое. Он родился из Небытия, став Бытием. Вырос и продолжает расти. Но каждый из нас всегда был его частью…».

Первое время получалось видеть только как свет пробивается сквозь веки, но чуть позже сознание будто нырнуло в саму душу.

Слова, которые я мысленно произносил, будто бы обретали образы. Невнятные и непонятные, но они окутывали меня.

Истина где-то витала неподалёку. Будто слово, которое всегда знал, но вдруг забыл и не можешь вспомнить.

И чем ближе эта истина становилась к осмыслению, тем более чёткую, яркую форму приобретали мысли.

И я вдруг почувствовал.

Слабое течение, едва уловимое, но пронизывающее всё тело. Оно то поддавалось восприятию, то убегала, будто дразнилось.

От радости в груди даже заполыхал огонь энтузиазма, и я продолжил двигаться в этом направлении. Слова уже будто сами повторялись, без моего участия. А прерывистое, слабое течение духовных потоков внутри соединялось с такими же слабыми, едва уловимыми потоками снаружи.

У них была какая-то связь. И если я правильно помнил былые ощущения, она протекала сквозь Источник.

Но только я хотел «двинуться» в его сторону, как в груди отдалось резкой болью.

Меня выбросило из собственно подсознания, будто из сна. Я обнаружил себя насквозь промокшим, с тяжёлым дыханием и дрожащим, словно от озноба.

А за окном уже опускалось солнце.

— Демоны!

Я вскочил с кровати и рванул наружу через окно. Перемахнул через ограду и стремглав помчался к Мудру.

И успел как раз к тому времени, когда он вот-вот зажёг бы свечу.

— Я уж думал, тебе понравилось получать тумаки, — хмыкнул наставник, глядя на меня.

Он поставил свечу на землю возле своего стула, а сам встал, оперевшись на свою тяжёлую трость, и жестом указал нам собраться на Круге.

Ко мне подбежал Алексей.

— Ты где пропадал⁈ — прошептал он очень уж громко. Наслав уже давно здесь. Тебя же к нему отправили, верно?

Я кивнул и ответил:

— Тренировался. Немного увлёкся.

— Понял… Слушай, а что это с ним? — Алексей кивнул в сторону Наслава.

Тот и правда выглядел, скажем так, напряжённо.

Он будто не замечал меня, хотя точно следил краем глаза. И, казалось, мог взорваться от любого неосторожного слова, движения или просто дуновения ветра.

— Да просто с лошади упал, — пожал я плечами.

— С лошади? — удивился Алексей. — Он же лучше нас всех верхом…

— Всем замолчать и слушать меня! — прервал наш разговор Мудр.

Он встал в центр круга и оглядывал нас суровыми глазами.

— Чтобы научиться чувствовать и управлять собственной духовной энергией, можно испытать на себе её действие извне.

Тут что-то случилось, и один из парней вдруг перевернулся в воздухе и плюхнулся на задницу.

— Будем учиться чувствовать вражеские духовные потоки. Не одними же осмыслениями науку в вас вколачивать.

С этими словами Мудр осклабился.

От его ухмылки стало как-то не по себе, а чутьё подсказывало, что нужно быть настороже в любой момент време…

Меня что-то скрутило и тут же — резко — раскрутило вновь.

Я едва не упал, пока не смог поймать баланс и остановился с ошарашенными глазами.

А Мудр тихо хмыкнул и послал духовную силу к следующему ученику.

Третий упал. Он сделал сальто назад, хотя совершенно этого не планировал, но неудачно приземлился и чуть носом землю не пробурил.

Четвёртый оказался более подготовленным и устоял.

Пятый едва-едва справился, а шестым снова оказался я.

Но на этот раз духовные потоки оказались вдвое сильнее, и меня просто отшвырнуло из круга.

— На место! — гаркнул Мудр, опрокидывая следующего ученика.

Так мы узнали, что расслабляться не стоит даже после того, как вроде бы прошёл испытание.

Следующие два раза я падал. Но когда на третий раз умудрился не просто поймать равновесие, а будто бы скатился по вихрям духовной силы, прочувствовав её где-то на подкорке, на четвёртый раз Мудр ещё больше усилил напор.

Так я узнал, что пройденные испытание не только не освобождают от участия, но повышают сложность следующего этапа.

Шикарное занятие!

В воздухе повисло напряжение, каждый из нас гадал, не будет ли он очередным испытуемым, а Мудр то ускорялся, задействовал сразу двух-трёх человек, то выжидал, заставляя сердце биться чаще от ложного спокойствия.

Мне удалось пять раз преодолеть испытание наставника. Таких же умельцев оказалось не слишком много — всего трое человек. Причём ими стали Алексей и Наслав.

А Воймир преодолел семь уровней испытания.

Надо отдать ему должное — парень не промах. К тренировкам относился со всей серьёзностью и, как видно, работал, не покладая рук.

Это добавляло азарта, признаюсь честно. Ещё один толчок к тому, чтобы набраться сил.

Пропотев ещё пару раз, мы закончили занятие и разошлись. Наслав, проходя мимо, раздражённо буркнул:

— Чтобы на нашем пороге не появлялся, ублюдок…

Алексей тоже услышал его слова и с подозрением взглянул на меня.

— С лошади упал, говоришь…

— Да! — воскликнул я. — И не вру!

— Ну-ну.

И откуда такие подозрения? Я же действительно не врал…

Ну, а раз уж у меня завтра свободный день, надо бы провести его с пользой.

Скоро как раз должна была начаться встреча со Златой. В корчме, где можно плотно подкрепиться после тяжёлого дня.

Надеюсь, там сегодня подают жареное мясо?

Я готов съесть целого кабана.

━─━────༺༻────━─━

Тарелка уже почти опустела, в кружке осталась одна пена, а ни Златы, ни бедолаг, называющих себя бандитами, до сих пор не было.

Поначалу я не обращал внимание на опоздание. Тем более, что это позволило спокойно насладиться трапезой.

Кабана сегодня не подавали, а вот утка выдалась на славу. Сочная, румяная, да ещё и с овощами впридачу!

У меня сейчас оставалось не так уж много монет, но эту трату считаю полностью оправданной.

Однако сейчас, тяжело откинувшись на спинку стула и поглаживая набитый живот, я начал что-то подозревать.

Вечер уже плавно переходил в ночь, а моих недобандитов всё не было.

Я уже хотел отправиться на поиски, как вдруг в корчму забежал мальчишка. Ушлый, бойкий и по виду настоящий оборванец.

Он внимательно окинул взглядом всех посетителей, вдруг остановился на мне и уверенно подбежал.

— Лют? — спросил мальчишка.

— Да, — протянул я в ответ.

Чувствовался какой-то подвох. Вот только какой именно?

— Злата меня послала. Сказала, что ждёт там, где всё началось.

И замолчал, уставившись на меня требовательным взглядом.

— Это всё? — спросил я.

— Всё! — кивнул он.

— А чего пялиш… А-а-а!

До меня дошло. Я сунул руку в худой кошель, достал оттуда медяк и передал мальчишке. Он тут же умчался прочь, будто за этот медяк сейчас начнётся драка.

Так, где всё началось…

Демоны, вот к чему все эти загадки⁈ Почему нельзя нормально передать, куда следует идти?

Тут варианта три. Либо это подстава. Либо что-то пошло не так, и нужны дополнительные меры предосторожности.

Ну, или она просто привыкла казаться загадочной.

Надеюсь, последнее.

Глава 17

А вот теперь задачка на разгадку логики Златы.

«Там, где всё началось».

Я туда и пришёл. В закоулок, где впервые встретил трёх бедолаг, отметил их и забрал общак., и где, собственно, началась вся канитель.

И никого там не было!

Я даже подождал некоторое время. Может, Злата считает не только своим долгом таить некоторую загадку, но и опаздывать, как это часто бывает на свиданиях?

Опустим, что сейчас нисколько не свидание, конечно, но всё же…

В общем, когда мне надоело просто так стоять в тёмном мрачном тупике, я решил проверить ещё одну версию и направился к городским складам, где узнал про общак и второй раз побил недобандитов.

Проулок казался пустым.

Я осторожно продвигался всё дальше и дальше, держа в уме, что это может быть ловушка. На всякий случай достал кинжал и меч, чтобы отразить внезапную атаку.

Махать длинным клинком в тесноте было не очень удобно, но в паре с коротким это уже получалось куда эффективнее.

Осмотрелся.

Никого не было.

И уже хотел выругаться, проклиная того, кто придумал загадки и шифры, но тут сверху донеслось тихое:

— П-с-с-с… Лют.

Я поднял взгляд и всё равно никого не увидел. Не дурак ведь — за крышами тоже следил, пока сюда шёл.

Но тут на верхнем этаже склада открылось окно, и оттуда снова послышался уже более разборчивый голос Златы:

— Залезай!

Она скинула верёвку и, если мне не изменяет зрение, решила её придержать. Я сунул меч в ножны, взялся за ближайший конец, посмотрел наверх, в тёмный непроглядный проём…

И с усилением Источника дёрнул верёвку на себя.

Изнутри раздались удивлённые возгласы, Злата ойкнула, перевалилась через окно и упала мне в руки, а сверху показались три испуганные морды недобандитов.

— Вы чего тут устроили? — недовольным тоном спросил я.

— Т-ты совсем что ли! — возмутилась девушка, почему-то вцепившись в мои плечи.

Она смотрела на меня ошарашенными глазами, её волосы были растрёпаны и сливались с чёрной накидкой.

— Злата, ты в порядке? — пискнул осторожно Мышь.

Хм, а она довольно лёгкая… И мягкая. Было даже приятно её держать, а ногти, впивающиеся в кафтан будто массировали плечи.

— В порядке! — огрызнулась Злата, спрыгивая с меня. — Ты чего творишь, Лют⁈

— А если там были бы враги? — задал я резонный вопрос. — Какой идиот полезет в тёмную дыру?

Злата не нашлась, что ответить. Кроме новых претензий, конечно же:

— Ты почему так долго? Мы думали, тебя уже схватили люди Топора!

Так, а нервировать меня не надо.

— Потому что надо прямо говорить, чего хочешь, — холодным тоном ответил я, пробуя кромку кинжала пальцем.

Затем, не глядя на бедолаг сверху, спросил:

— Где я вас отделал впервые, Мышь?

— З-за рынком, — пискнул он.

Дубину и Осину спрашивать смысла не было. Я вообще не уверен, что они умели разговаривать.

Злата посмотрела на меня, на своих подельников и снова на меня.

Да.

Я оказался прав.

Но это уже былой вопрос. Сейчас меня интересовало другое.

— Что стряслось? Почему так много скрытности?

Злата немного остыла, переключилась на дело.

— Топор объявил охоту. Думает, Ясых сговорился с нами, высвободил из плена, и я теперь числюсь в атаманшах! Мол, мы вдвоём решили навести смуту и власть у него отобрать.

Так, ну, новости хорошие. Лучше не придумаешь. Меня в них нет, что ещё лучше, а побег Златы и её дружков списали на Ясыха. Если всё так пойдёт и дальше, выйду сухим из воды.

— Пока всё как надо, — кивнул я.

— Чего⁈ — воскликнула Злата, но тут же осеклась.

Оглянулась, мол, не услышал ли кто, прислушалась. А затем снова накинулась на меня с претензиями.

— Мне это зачем⁈ Я в бунтовщики не записывалась!

— Ну, тогда иди ублажай гостей Топора, — холодно ответил я.

И мои слова заставили её снова заткнуться. А перед глазами, похоже, промелькнули не очень хорошие воспоминания в виде одного боярина и довольно специфической комнаты, в которой он за ней гонялся.

— Н-но я же… — жалобно вздохнула Злата.

Вот люди… Вместо честной работы займутся не пойми чем, а потом пеняют на судьбу и удивляются, почему же всё пошло не так, как планировалось!

За свободу придётся побороться. Я взял на себя ответственность помочь этим бедолагам, но не собираюсь делать всю работу своими руками.

Это не приносит пользы.

Поначалу, когда моя слава героя только набирала обороты, я ввязывался во все беды, что только мог. Предотвращал их, помогал людям и шёл дальше чинить подвиги беспощадно и с полной уверенностью, что делаю доброе дело.

Вот только если доводилось вернуться назад через пару лет или даже пару месяцев, я обнаруживал, что люди снова нуждаются в моей помощи.

Один раз это можно было понять.

Два — ну, с натяжкой.

Однако на третий раз уже и до меня дошло, что дело не в бедах, а в том, что люди не умеют принимать на себя ответственность за собственные жизни.

Вот, например, была деревенька неподалёку от Тёмного леса, где-то на Юго-Западе Арахата.

Примерно в тех землях я позже познакомился с Эфлен, кстати.

Так вот, жители деревеньки, когда я впервые на них набрёл, страдали от небольшого демона — Бурого волка. Я тогда ещё усмехнулся, ведь он был похож на младшего брата Чернобурого волка. Крупнее обычного зверья, но до нашего варгийского демона не дорос. Однако это не помешало ему объединить вокруг себя стаю обычных волков и держать в страхе местных крестьян, поедая то их самих, то домашний скот.

Я разобрался с демоном, получил причитающуюся награду и долю героической славы и побрёл дальше по своим героическим делам.

Но примерно через год, уже обзаведясь несколькими соратниками, я снова проезжал мимо этой деревушки. На этот раз деревня страдала от нашествия Рыжих Саблезубых Боровов. Несмотря на длинное название, эти демоны были не так уж страшны. Мы с небольшим отрядом отловили всех за пару часов и снова освободили жителей деревни от беды.

Награды уже было не особо много. Можно сказать, накормили, напоили и отправили восвояси, вот и всё. Да и отношение заметно изменилось — было такое чувство, что мы ещё должны остались этим добрым людям.

Третий же раз я застал эту деревню уже в походе, когда мы захватывали земли местного королька.

И что вы думаете?

Они снова страдали от нашествия очередных демонов!

Но что самое главное, староста меня узнал. И так обрадовался, будто увидел старого друга. Я тогда даже подумал, что не зря столько лет помогал людям. Мол, теперь все народы примут мою власть с распростёртыми объятиями, однако…

Староста снова начал жаловаться и почти потребовал избавить от очередной беды.

Помню, вышел тогда на крыльцо, оглянулся. И вдруг понял, что за все те годы, что успели пролететь, в этой деревне ни хрена не изменилось.

Частоколы стояли на подпорках, причём некоторые я сам и устанавливал. Предупреждал ещё, что мера это временная, и нужно укрепиться, пока кто-нибудь снова не нагрянул.

Хижины покосились, крыши правили только так, чтобы они не рухнули совсем, а стены пестрели заплатками. Ведь зачем ставить добротный дом, если не сейчас, так через год появятся очередные демоны и учинят новые разрушения?

И ладно бы беда действительно была серьёзной. Но с подобными стаями у меня на родине расправлялись тут же, всей деревней, пока демон не успел покрыться жиром и окрепнуть.

Брали кто чем мог орудовать — и в лес. А шкуры продавали заезжим купцам или меняли на городских ярмарках.

Но жители этой деревни ждали, пока придёт кто-нибудь и избавит их от проблемы. Справляться с бедами своими силами они не хотели.

Только постоянно ждали перемен.

— Ты выбрала жизнь преступника, Злата, — без тени сочувствия сказал я. — Если хочешь что-то поменять, придётся постараться.

Она смотрела на меня с волнением в глазах и молчала. Но вдруг сверху раздался хриплый низкий голос:

— Мы поможем, Златка.

— Да, подсобим! — поддержал второй голос, чуть повыше.

Какой из них принадлежал Дубине, а какой Осине, понятия не имею. Но Мышь присоединился к ним, и девушка немного осмелела.

— Вы нашли Ясыха?

— Ага! — уже чуть бодрее кивнула Злата. — И передали всё, как ты велел. Не знаю, что ты с ним сделал, но он, кажется, боялся…

— И правильно. Пусть немного боится. Главное про меня молчок, уловили?

Злата закивала. Недобандиты наверху тоже.

— Итак, выкладывайте всё, — махнул я.

В общем, всё складывалось хорошо. Новости, что Топор хотел прикончить Ясыха, разлетелись по ватаге мигом. А слухи, что атаман нацелился забрать всю добычу и смыться в высший свет, в какой-то момент даже опережали их.

Версии ходили разные, но суть оставалась примерно одинаковой. Топор совсем оборзел, приказал Злате и её шайке собрать общак, но решил, что его недостаточно, и кинул всех в темницу. Парней собирался отдать в Драконьи шахты, а Злату — работать в борделе, причём на самой опасной и нежелательной позиции.

И у него бы это получилось, но примерно в то же время атаман решил избавиться от Ясыха, который отказался платить повышенную долю сам и отгородил от этого свой отряд.

Однако ничего у Топора не вышло. Ясых побил головорезов, посланных по его душу, освободил Злату с парнями, и вместе они организовали сопротивление, где обещали новый порядок и справедливость для каждого, кто вступит в их ватагу.

Небольшой вооружённый переворот в отдельно взятом преступном сообществе, короче говоря.

Злата же не планировала в нём участвовать. Хотела передать сообщение Ясыху, отчитаться мне и свалить подальше. Да как-то всё завертелось, что её сделали аж целой атаманшей.

Ну… Я вполне доволен.

Хотел полезные связи в подпольном мире — я их получу. Надо только убрать Топора и поставить на его место этих ребят. Судя по внушаемости Ясыха, ими даже управлять можно будет.

А ведь подпольные связи — это что?

Правильно. Это сведения, которые ещё никто не знает. В борделях, на тайных встречах, уединённых обедах, где работают слуги-информаторы, раскрываются целые государственные тайны. И эти тайны становятся товаром на чёрных рынках.

А кто владеет сведениями, тот владеет ситуацией.

Поэтому…

— Топора будем свергать завтра ночью, — заявил я.

— Чего⁈ — воскликнула Злата. — Так скоро!

— Да! — сказал я с полной уверенностью. — Сейчас нужно действовать быстро. Я бы и сегодня пошёл, да только совсем уж без подготовки лезть не стоит.

— Н-но как же мы… — прохрипел то ли Осина, то ли Дубина.

В темноте их не разберёшь.

— Очень просто. Сейчас ваша ватага набрала самых смелых и недовольных последователей. И пока пыл не остыл, нужно штурмовать ублюдка.

— А как мы проберёмся внутрь? Топор расставил повсюду охрану — мышь не проскочит.

Я ухмыльнулся, скрестив руки на груди.

— Мышь как раз таки проскочит…

━─━────༺༻────━─━

Я раздал им все необходимые инструкции.

Захватить какой-то замшелый бордель, чьи работницы недовольны хозяином?

Боги, да это звучит как шутка. Я брал целые города и склонял армии к своим ногам. Топора спасала лишь моя необходимость не светиться лишний раз в подобном обществе.

Сомневаюсь, что вельможи даже через полторы тысячи лет перестали относиться ко всем, у кого сословие ниже их собственного, как к отбросам.

Да и сам Топор — лишь очередной дурак, решивший, что нашёл путь в свет. Этот Захар Кожедубыч просто повеселился за его счёт, попробовал всякие разные штуки, которые не мог попробовать в приличном борделе. Просто потому, что слухи бы расползлись. Да ещё связи наладил с кем надо, организовав им весёлое приключение на всю катушку и безо всяких ограничений.

На моей памяти подняться из подпольного мира в высший свет удалось только Асмариде. Причём в этом самом свете она первым делом обрубила все преступные связи, а бывших подельников по большей части отправила на виселицу, а остальных оставила гнить в темницах.

А получилось это во многом благодаря мне. Ну, и её дальновидной прозорливости. Асмарида проделала долгий путь, прежде стать советником Первого Императора.

Но перейдём к более важной теме.

Я впервые отоспался!

Боги, как же это было замечательно. Сразу после встречи с недобандитами я просто плюхнулся на кровать, вырубился и продрых до обеда.

Не знаю, заходила ли Милуша и верещал ли петух, но меня, наверное, не смог бы разбудить сам бог грома Перувит.

А на улице светило солнышко, пели птички, повсюду ходили люди, занятые кто чем. Поэтому я со своей свободой чувствовал себя ещё лучше.

И понял, что завтра возвращаться в кабалу с наказанием категорически не желаю.

Надо что-то делать. И, кажется, я знал, к кому обратиться.

━─━────༺༻────━─━

Двор Елены Ярославовны и её мужа Браслава выглядел всё так же дружелюбно и светло, как я его запомнил. Только у стойла появилось больше лошадей, а из терема доносились радостные голоса Анны и Софьи.

И когда я зашёл в дом, сразу увидел, почему всё было именно так.

Браслав вернулся с патруля.

Его окружили вниманием жена и дочери, а сам он выглядел хоть и уставшим, но довольным. Он сидел во главе стола, Елена стояла рядом, положив руки ему на плечи и касаясь его волос щекой. Анна сидела слева и наперебой с Софьей, которая сидела справа, делились новостями, не давая ему вставить ни слова, кроме как «угу», «ага», «ух, ты!» и прочих подобных возгласов.

Они в три пары рук кормили главу семейства чуть ли не из ложки и хвалились, кто что сама приготовила.

У меня даже улыбка на лице сама собой появилась от такого чудесного зрелища.

Я даже решил, что не стоит прерывать эту семейную идиллию и медленно попятился к выходу, однако меня вдруг заметила Анна:

— Лют, здравствуй!

Все обернулись на меня. Особенно пристально глядел Браслав.

Только я пока не мог понять, с чем именно он на меня смотрел. То ли за стол хотел пригласить, то ли вышвырнуть.

— Проходи, Лют, — улыбнулась Елена. — У нас небольшой праздник.

Ну, отказываться было бы неприлично. Тем более еды на столе стояло так много, что хватило бы на десятерых.

Я поздоровался, поблагодарил и сел со стороны Анны.

Браслав всё ещё мерил меня взглядом. И только я поднёс ложку с горячим наваристым супом ко рту, он вдруг спросил:

— Разве ты не должен отрабатывать наказание?

Все снова обернулись на меня. Особенно Елена, которая вдруг осознала, что упустила эту деталь.

— Ну… — протянул я, дунув на ложку, чтобы суп немного остыл, — меня выгнали, поэтому…

Не договорив, я отправил суп в рот. Надо бы съесть как можно больше, пока разговор не зашёл слишком далеко.

— Выгнали? — нахмурился Браслав. — Кто?

— Игорь… — как же его там по батюшке? — Вячеславович.

Ух, вспомнил! За это можно ещё одну ложку.

Правда, нормально насладиться обедом мне не дали. Пришлось кратко рассказать, как обстояли дела. На всякий случай некоторые подробности я опустил и просто сказал, что мы повздорили с Наславом.

— Странно. — Браслав погладил бороду. — Почему брат так резко отреагировал? Даже от рабочих рук отказался…

— Брат? — хмыкнул я.

В роду все так или иначе были родственниками. По крайней мере, старшие семьи. Но неужели…

— Он мой родной брат, Лют. Ты что не… А, точно! — Браслав похлопал себя по макушке. — Совсем забыл, что ты всё забыл. Кстати, как идёт лечение?

Я прожёвывал очередную порцию супа. Попался кусок курятины, и мясо приятно мялось в зубах.

Ну, и размышлял, каким образом у одних родителей могли получиться такие разные сыновья.

Не, мы с моим братом тоже отличались. Но не настолько. Ворчливый, мрачный и хмурый Игорь, который одним взглядом мог испортить погоду, и добродушный, спокойный Браслав.

Вон, даже улыбается.

— Идёт неплохо, — вздохнула Елена. — Но было бы ещё лучше, не забывай Лют являться ко мне на вечерний осмотр.

Вот тут я даже жевать перестал.

Точно!

Я ж вчера должен был зайти к Елене, да забыл…

— Извините! — воскликнул я, проглотив всё разом.

Горло отозвалось неприятным чувством, но бульончик это исправит.

— Да ладно уж, — махнула Елена. — Лучше скажи, чем ты ночами занимаешься, что Милуша с утра не смогла разбудить.

Всё-таки она приходила.

Я опустошил тарелку, искренне поблагодарил за угощение, а затем серьёзными глазами посмотрел на Елену и Браслава, отчего они немного насторожились.

— Кстати, в том числе об этом я и хотел поговорить, — сказал я, чуть приглушив голос, чтобы меня внимательнее слушали.

Анна и Софья даже переглянулись. Наверное, опасались, как бы их не отправили прочь, мол, негоже девушкам в серьёзные дела лезть.

Узнать-то хочется!

— Я хочу, чтобы наказание отменили. И прошу вас выступить в Совете за это решение.

Браслав, да и Елена уже набирали воздуха для возмущений, но я успел договорить прежде:

— Я знаю, как помочь роду! Мы станем намного сильнее и сможем противостоять Елизаровым.

Возмущение, не успев набрать силу, тут же сменилось удивлением. Браслав с Еленой переглянулись, затем снова посмотрели на меня.

— Говори, — кивнул Браслав. — А там уже будем решать.

Глава 18

Я не планировал так скоро делиться секретами, чтобы не вызвать лишних подозрений. Однако решил, что лучше рискнуть, чем терять время, очищая конюшни. Или что там ещё придумают эти негодные потомки…

К тому же, шаткое положение рода требовало действий. А я мог вполне помочь м этим.

Нужно было только придумать правдоподобное объяснение, откуда у меня имеются всякие разные знания из древнего прошлого.

Размышлял я, признаюсь, недолго.

— Я на днях пробовал повторить один из рецептов, который увидел в книге, — начал я заговорщическим тоном. — Любопытство одолело, Елена Ярославовна. Пока прибирались в учебном доме, заглянул-таки на ваши полки, простите.

Елена посмотрела на меня с интересом, не то желая похвалить, не то отругать. Но промолчала.

— Но, кажется, рецепт не очень хорошо запомнил. И когда попытался повторить его, вышло нечто странное…

Я таинственно замолчал, чтобы все они, и Браслав, и Елена, и Анна с Софией слушали как можно внимательнее.

Они даже не моргали в ожидании.

— Я стал намного сильнее. И, кажется, Источник тоже. Мои мышцы укрепились. Они будто на глазах начали расти.

Тут Елена кого искренне удивилась. Даже прикрыла ладонью губы, будто услышала нечто невероятное. И вдруг резко наклонилась, оперевшись на стол, пристально на меня посмотрела и воскликнула:

— Ты помнишь рецепт⁈ Скажи, что ты его записал!

Её глаза пылали, лицо отражало бурю эмоций, а пальцы едва не впились в древесину от волнения.

А ещё из-за такой позы мне открылся чрезвычайно привлекательный вид на декольте.

Я приложил огромные усилия, чтобы побороть рефлекс и продолжать смотреть только ей в глаза. Кажется, даже капля пота скатилась по виску.

Но лучше так, чем попасть под немилость Браслава. Ему вряд ли понравится, если я не сдержусь.

— Елена, ты знаешь, о чём речь? — спросил он.

— Да! Судя по описанию, это похоже на действие укрепляющего отвара. Настоящий рецепт был потерян столетия назад, а те варианты, что до нас дошли, могут лишь частично его повторить.

Ого! Ничего себе… Я даже не думал получить такую реакцию. Это упрощает дело, ничего лишнего не придётся объяснять.

— Ответь, Лют! — вновь потребовала Елена. — Ты сможешь ещё раз приготовить отвар⁈

Кажется, от возбуждения она и позабыла, с чего начинался разговор.

— Конечно смогу. Но мне потребуются некоторые ингредиенты из вашего…

— Пошли!

Елена схватила меня за руку и потащила к выходу под удивлённые взгляды своих домочадцев.

Анна с Софией переглянулись и кинулись следом, полные любопытства, но Браслав остался сидеть на месте. Уже у дверей я краем глаза заметил, как он выдохнул, причём с облегчением, и отправил кусок мяса в рот.

Только сейчас я понял, что он до сих пор не притрагивался к еде, пока дочери с женой перетягивали на себя всё внимание.

Мда… любовь — страшная сила.

Меня чуть ли не толкнули в хранилище, поставили на рабочем столе масляную грелку и вручили пожелтевший кусок бумаги с пером.

— Пиши! — приказала Елена. — В точности. Что нужно и сколько нужно.

Я повторил свою удачную запись по памяти, пару раз всё проверил, убедился, что ошибок нет, и протянул ей листок.

Елена внимательно его изучила, немного нахмурилась. Кажется, что-то её заставило задуматься. Но затем она кивнула и передала список дочерям.

Анну и Софию, раз уж они прибежали хвостиком, подрядили собирать ингредиенты, а я пока готовил рабочее место. Поджёг грелку, поставил склянки поудобнее, пододвинул ступу поближе, проверил весы, куда более дорогие, чем те, что стояли у меня дома.

По сравнению с приготовлением отвара на костре ночью, когда приходилось на замыленный глаз определять, правильно ли я вообще отметил меру, сейчас были прямо-таки императорские условия.

Скоро мне принесли травы, шишки, корень имбиря… Но сердце Кротозмеи осталось только одно.

— Последнее, — пожала плечами Анна. — Их редко продают, да и не за чем особо…

Ух ты ж.

У меня ещё оставались запасы, но лучше поберечь. Так что сейчас была лишь одна попытка не ударить в грязь лицом.

Я бережно принялся размельчать добавлять ингредиенты, в точности повторяя всё, что делал в ту долгую и тяжёлую ночь.

Лапчатка, васильки, молотые кедровые шишки… Всё отправлялось в кипящий котелок ровно в том порядке и в тех пропорциях, что в те разы, когда готовил себе запасы. Но всё равно я почему-то нервничал, будто делал это впервые.

— А теперь сердце Кротозмея… — Вливая духовную энергию, я добавил последний ингредиент.

И с некоторым удовольствием отметил, что управлять духовными потоками стало куда легче. Если задействовать духовные сосуды даже на том уровне, что я мог сейчас, можно и более сложные рецепты пробовать.

Кажется, я сумею восстановить в голове парочку полезных отваров и настоек. К тому же они мне встречались не так уж давно, если не считать полторы тысячи лет отсутствия.

И наконец отвар был готов.

Елена всё это время заворожённо наблюдала за моими действиями и почти порывалась вмешаться, чтобы что-то подсказать или поправить не очень ловкие движения. Но каждый раз останавливала себя.

Знахари вообще не любили, когда в их рабочий процесс кто-то влезал. Так что она отлично понимала, насколько важна сосредоточенность.

— Эт… это он? — спросила она тихим голоском.

Анна и София молчали, будто боялись спугнуть. Кажется, такое поведение матушки их очень настораживало.

— Ага, — кивнул я. — Но мне стоит первым попробовать. Вдруг где напортачил…

На свету жидкость выглядела как надо. По густоте тоже всё было в порядке. Даже запах совпадал с тем, что получался ранее.

Но всё же я резко выдохнул и быстро, словно крепкий алкоголь, отхлебнул немного отвара.

Тепло тут же растеклось по груди, и скоро по всему телу пробежали волны энергии.

— Да, всё в порядке! — ухмыльнулся я. — Это тот самый укрепляющий отвар.

Елена тут же выхватила у меня склянку, недолго смотрела на неё, оценивая вид намётанным глазом, а потом сама отхлебнула, зачем-то повторяя за мной.

Через пару секунд она ощутила действие отвара и засияла от счастья.

— Это он! — воскликнула Елена. — Точно он! Ура-а-а!

Анна с Софией снова переглянулись и уже хотели было наперегонки рвануть за склянкой, чтобы самим испытать действие, но тут раздался голос Браслава:

— Кажется, ты даже моему возвращению так не радовалась, душа моя.

Елена обернулась и чуть не бросилась на шею мужа от переполняющих её эмоций.

— Невероятно! — вздохнула она, поднимая склянку кверху. — Столько попыток разгадать утерянный рецепт — и всё впустую. А тут одна ошибка новичка, и тайна столетий открылась прямо у нас на глазах!

Ага, как же… Попыток было куда больше одной.

Браслав с довольным сытым видом обнял жену, но, судя по всему, всё равно не совсем понимал, что происходит.

— Этот отвар настолько полезный? — хмыкнул он. — Дай-ка попробую…

Я не успел предупредить, и хороший такой глоток ценнейшего отвара пропал зря.

— Ничего не чувствую, — нахмурился боярин. — Только немного теплее стало, будто какого-то травяного вина выпил.

От его слов нахмурилась уже Елена. Она снова отхлебнула из склянки, но на неё всё действовало отменно.

— Ничего не понимаю…

Анна и Софья смотрели на склянку, словно кот на солнечного зайчика. Всё пытались поймать её и попробовать напиток, но он переходил из рук в руки мимо них.

Браслав выпил ещё немного, но всё равно не помогло. Он пожал плечами, мол, не вышло, и склянка наконец-то досталась девушкам.

Однако она уже была пустой.

— Может, отвар действует только до определённой стадии развития? — кинул я им идею для размышления.

С утверждениями пока спешить не стоило. Придётся делать вид, что я сам только недавно узнал про это чудо-средство.

— Вполне может быть… — хмыкнула Елена. — Нам нужно больше людей для проверки и… — Она посмотрела на хмурых дочерей, которые пытались выловить из склянки хотя бы каплю. — И больше отвара.

━─━────༺༻────━─━

Ну, дело пошло. Елена обещала замолвить за меня словечко перед Владимиром. Правда, после этого многозначительно посмотрела на Браслава, который вздохнул, кивнул и согласился поговорить с главой рода.

— Но сначала нужно всё проверить, — предупредил он. — Сделайте хотя бы несколько порций и дайте попробовать молодым ученикам. Посмотрим, что из этого выйдет.

На том и порешили. Я обещал достать побольше ингредиентов и привести подопытных. Один у меня на уме уже был, к тому же знакомый с отваром. С другими кандидатами он же мне и поможет.

У Алексея наверняка побольше дружков, которым можно доверить это важное задание по вытаскиванию рода из задницы.

Ну, и меня — из наказания. Что, кстати, не менее важно.

Браслав, конечно, немного остыл, поняв, что отвар не поможет сильным воинам рода поднять свой уровень развития. Но всем ученикам Мудра это даст хороший толчок. И Глядишь, скоро княжеская дружина пополнится новыми Нелидовыми.

Я забежал домой, закинул в сумку сердца Кротозмеев и остатки других ингредиентов. А затем подумал, и захватил записную книжку Люта. Надо бы разобраться, что он там писал.

И отправился на поиски Алексея.

Решить вопрос с укрепляющим отваром придётся до вечера. Потом я буду жутко занят переворотом в преступной среде Стариграда.

На прежнем месте моего друга найти не удалось. Видимо, живые свидания с Роксаной полностью отбили интерес наблюдать за ней издалека.

Но тогда где он может быть?

Я заглянул на рынок, даже подобрался чуть ближе к библиотеке в центре города. Вдруг голубки решили устроить встречу среди бела дня и погулять по площади?

Опасно, конечно, но они сейчас были способны на всё.

Однако наткнулся я на Алексея, возвращаясь в район Нелидовых мимо кузницы Людоты.

Кажется, они о чём-то спорили, так что я поспешил к нему.

— Какая ещё оплата! — возмущался Алексей. — Заказ задержали на несколько дней, нам уже столько инструментов и не нужно. Имей совесть, кузнец!

Алексей хоть и был крепким парнем, но на фоне здоровенного бородатого Людоты выглядел как на у подножия горы.

Казалось, стоит тому крутануть плечом, и парню придётся учиться летать.

Людота сердито скрестил руки на груди и состроил хмурую рожу. Из-за сажи на лице она казалась ещё суровее, однако трогать боярского сына он бы не посмел.

— Не моя вина! Не хотите забирать, так и не надо.

— Тогда возвращай задаток!

— Ну, уж нет. Все вопросы к князю.

Людота стоял на своём, словно глыба, на которую он походил. А вот Алексей явно был не в духе и чуть не бросался с кулаками.

Казалось, о скоро именно так и сделает, но подоспел я.

— Что за шум, а драки нету!

Влетел между ним и кузнецом, за спиной которого уже сторожил помощник. Что он там делал и отчего собирался оберегать только ему известно.

— Лют! — Алексей обрадовался моему появлению. — Ты посмотри на него! Заказ не хочет отдавать. Деньги требует, с-с!..

Я похлопал его по спине, прежде чем он успел договорить оскорбление. И приложил духовной силы, чтобы немного покряхтел.

— Потише, успокойся, дружище. Уже закашлял от натуги.

Людота, чуть не открывший рот в ответ на несказанное слово, хмыкнул и обратно нахмурился.

Нет, точно что-то случилось. Дураком Алексей не был, а вёл он себя сейчас прямо как форменный дурак.

Негоже боярскому сыну с простолюдином препираться. Даже с целым кузнецом.

Вокруг уже столпились люди, чтобы посмотреть, чем всё закончится. И моему появлению мало кто обрадовался.

— Людота, в чём дело? — спросил я куда более дружелюбно.

— Уговор был простой, — пробасил он в ответ. — Половина сразу, половина после работы. Не хотите платить, я забираю инструменты. А за сдвинутые сроки спрашивайте у князя. Его указ был.

Вот же засранец!

Понимаю Алексея. Мне бы тоже хотелось сказать пару ласковых, что я о нём думаю. Однако это не поможет, лишь о Нелидовых снова разойдутся нелестные слухи.

— Хорошо, Людота, — сказал я уже без какого-либо дружелюбия. — Мы тебя услышали и поняли. Пусть будет так — забирай всё, что сделал.

— Но Лют!.. — хотел возразить Алексей

Однако я продолжил, причём погромче, чтобы все услышали:

— Мы лучше будем вести дела с Окулой, что в деревне за городом стоит. Вот это мастер! И подход к людям умеет найти, и с молотом управляется ничуть не хуже.

— Если не лучше, — усмехнулся Алексей, подыграв мне.

Ну, с навыками общения я, конечно, слукавил. Окула выглядел ещё более молчаливым, чем Людота. Однако он хоть варианты предлагал, а не посылал куда подальше.

И тут Людота вдруг исказил лицо в гневе.

— Окула⁈ — прогремел он на всю улицу. — Этот выскочка! Да что он там мог сотворить? Ему только железо портить, да мотыги пахарям клепать!

Похоже, я надавил на больное. Не знаю, что у них за история, или просто давнее соперничество. Но это нам поможет проучить засранца.

Кстати, толпа уже сменила гнев на милость в отношении меня. И теперь радовалась, что я появился. Зрителей становилось всё больше, перешёптывания даже почти перекрыли шум с ремесленного конца, где мастера вовсю работали.

— А вот чего! — Я вытащил из ножен сверкающий извилистыми узорами меч.

Народ ахнул. Выглядел он действительно добротно, что даже непосвящённым людям объяснять не приходилось. И хоть особых украшений на нём не было, Людота сразу напрягся, заметив качество клинка.

Алексей тоже обнажил свой меч, как доказательство, что мой пример не единичный.

— Наставник… — тихо проговорил помощник Людоты

Но ему не дали больше вставить ни слова.

— Выгладит и правда хорошо, — осклабился кузнец. — Если проверить сталь?

Тут уже осклабился я.

— Этими клинками мы отрубили голову демону, Людота. Так что они…

— Э, не! — возразил кузнец.

И меня начало терзать нехорошее предчувствие.

— Сразить демона и обычным мечом можно. А ты заявил, что работа Окулы не хуже моей. Так?

— Так, — кивнул я.

Точно нехорошее предчувствие. Прямо-таки по затылку мурашками.

— Тогда и сравнивать надо с моими клинками, — заявил Людота.

Тоже, гад, погромче говорил, чтобы все услышали.

— Как? — уверенно спросил Алексей.

Нет, он явно чем-то был раздосадован. Прямо кипел от ярости и не знал, куда её выплеснуть. Наверняка надеялся, что Людота предложит какой-нибудь поединок на мечах или вроде того.

Ох, как я оказался близок…

— Есть древний обычай, — снова понизив голос Людота. — Если меж двумя мужами спор какой возникал, они шли на перекрёсток, доставали мечи…

На этом месте народ аж притих в ожидании. Неужто предложит сражаться?

— И бились ими, пока на один клинок не оставит отметины на другом, — продолжил Людота. — Перекрёсток нам не нужен. Да и биться не стоит. А вот удариться клинками и посмотреть, что выйдет, вполне можно.

Фух, слава богам! Мне ещё не хватало сражаться с этим бугаем. И без того проблем навалом.

Кстати, обычай не такой уж и древний. Я, по крайней мере, о нём не слышал, а значит был старше.

— Лад… — хотел уже согласиться я.

Но меня опередил Алексей:

— Как пожелаешь, Людота! — прорычал он. — Но тогда давай обговорим ставки.

— Хм? — кузнец вопросительно уставился на парня.

С, кстати, сделал то же. Только, скорее, с удивлением.

И, признаюсь, с некоторой гордостью. Неужели понемногу вытягиваю из Алексея всю лень и пагубную беспечность?

Или так Роксана повлияла?

Хотя это тоже моя заслуга.

— Если мой меч окажется крепче твоего, ты и задаток вернёшь, и заказ.

— А наоборот? — хмыкнул Людота.

Он явно был уверен в своём ремесле.

— Тогда и заказ твой, и остаток принесём, — встрял я, пока Алексей с пылу не наговорил чего-нибудь похуже.

Всё-таки испытание не однозначное. Пёс знает, кто из них лучший кузнец. Однако Людота стоял в городе, за стенами. И выполнял указы князя. А Окула куковал в деревне, с крестьянами.

— Согласен! — пробасил здоровяк, протянув руку, чтобы закрепить спор.

Наших обеих предплечий едва хватило бы перекрыть одно его.

Но сделка состоялась.

— Ждан, — кивнул Людота помощнику, — принеси-ка мне тот меч, что с рубином на навершии.

Ждан быстро сбегал за мечом, увидев который я ещё сильнее засомневался в результате спора. Он был богато украшен не только рубином, но и золотыми вставками на гарде. А клинок выглядел не хуже того, что у меня в руке. И тоже явно был выкован с использованием руды из Драконьих гор.

— Начнём, — вздохнул я.

Алексей выступил вперёд, покрепче обхватив рукоять. Он нервничал, что вполне понятно. Даже покрылся потом, который отражал солнечный свет.

Из хороших новостей — вместо Людоты выступил Ждан.

Я бы даже сказал, очень хороших новостей. Не знаю, что там будет с мечами, но Алексей бы явно не выдержал удара.

Хотя помощник всё равно смотрелся способным отправить его в полёт…

Тянуть не стали. Они оба замахнулись посильнее и ударили одновременно. По улице разлетелся протяжный громкий звон, от которого чуть не заложило уши.

Алексей сам немного задрожал, но устоял на ногах и тут же принялся осматривать клинок.

Я почему-то подумал, что ситуация выдалась довольно забавной. Окула сейчас, наверное, махал себе молотом, да махал. И знать не знал, что слава о нём скоро разлетится по всему городу.

Только осталось понять, какой будет эта слава…

— Ничего нет! — обрадовался Алексей. — Всё осмотрел — ни единого скола!

Людота взволнованно подошёл к нему и попросил меч на собственную проверку. Именно попросил, потому как требовать у человека отдать оружие — это всё равно что обложить его отборным матом. И позволялось только в отдельных случаях, вроде аудиенции с каким-нибудь правителем.

Замершая до этого момента толпа вдруг начала активно переговариваться в ожидании итогов.

Ждан внимательно прошёлся по клинку глазами, пальцем проверил поверхность…

И вдруг нахмурился.

— Наставник, — чуть не прошептал он, с силой выдавливая из себя слова.

Людота с покрасневшим от волнения лицом, что было заметно даже через сажу, отдал меч Алексею и повернулся к помощнику.

— Скол, — прохрипел тот, протягивая клинок.

Я подошёл, чтобы убедиться. Людота теперь уже с каменным лицом держал своё творение и, не моргая, смотрел на еле заметную выемку на кромке в месте удара.

Внутри я ликовал, но радоваться напоказ почему-то не хотелось. Даже Алексей будто отринул ярость и спокойно вернул меч в ножны, пока толпа удивлённо перешёптывалась.

— Правда за вами, бояре, — всё так же басовито, грубо, но с глубокой печалью в голосе произнёс Людота.

Что ж…

Даже у настоящих мастеров бывают поражения. Посмотрим, какой урок он из этого вынесет.

А нам уже пора было заняться своими делами.

— Алексей, — я отвёл его в сторону, обхватив плечо. — У меня к тебе дело. Срочное и жутко важное…

Глава 19

Алексей помог отыскать троих добровольцев. Я помнил их по тренировкам у Мудра — такие себе середнячки, хотя вроде бы не отлынивали и работали во всю силу.

Первого вали Тихомир. Это был низкий парень с круглым безобидным лицом и жиденькими юношескими усами. Большие добродушные глаза вызывали скорее желание похлопать его по плечу и отправить на занятия к Елене изучать травы и медицину, чем давать в руки оружие и гнать в бой.

Второго звали Вадим. Этот уже поприличнее. Лицо простоватое, взгляд сурьёзный, нос картошкой, но лёгкая лопоухость всё же смягчала образ парня.

Третьего звали Глеб. Он мне запомнился тем, что постоянно молчал. А если и говорил, делал это коротко и лениво. У него было вытянутое лицо, длинные волосы, убранные в хвост и густые чёрные брови. И хотя на тренировках он выкладывался, всё же вид постоянно был скучающий, будто витал в облаках.

В общем, парни нормальные. Потенциал имелся у каждого, да и по первому впечатлению я остался вполне доволен.

Только проблемка выдалась с другой стороны. И снова коснулась прежней репутации Люта.

— Погоди, чья это идея⁈ — нахмурился Вадим.

Он мельком бросил на меня сомневающийся взгляд и скрестил на груди руки.

— Эй, если есть какие-то определённые претензии, можешь мне их озвучить, — нахмурился уже я.

Тихомир и Глеб переглянулись, а затем все вместе уставились на Алексея, пока между нами с Вадимом нагнетался воздух.

— Каждому известно, что ты поклонник Узурпатора, — брызнул Вадим. — И от тебя постоянно проблемы в роду. С чего бы нам доверять?

Так, тихо… Успокойся…

Ты же не будешь колотить юнца, которому в голову насрали тысячелетними лживыми байками?

Да и Лют напроказничал так, что за несколько дней репутацию отмыть не получится.

Выдохни…

— Елена Ярославовна доверяет, — уже куда спокойнее сказал я. — Даже Браслав Вячеславович одобрил дело.

При упоминании двух уважаемых людей лицо всех троих подопытных изменилось.

— Правда? — спросил Тихомир у Алексея. — Е… Елена Ярославовна участвует?

Он как-то с особым придыханием произнёс её имя. Я даже решил пропустить мимо ушей, что за подтверждением пришлось обращаться к Алексею.

— Ага, — кивнул тот. — Она и попросила Люта собрать кого-нибудь.

— Так что, парни, у вас есть возможность отметиться у довольно важных людей и к тому же стать намного сильнее.

— А тебе-то что с этого? — хмыкнул Вадим, но уже куда более дружелюбно. — Раньше тебя дела рода не особо интересовали.

— Как что? — осклабился я. — Когда всё пройдёт наилучшим образом, моим должником будет сам Владимир Всеславович!

Эти слова вызвали не то удивление, не то испуг. Парни оглянулись, будто даже произносить имя главы рода было опасно.

Но вес аргументов сработал. Я отвёл подопытных к Елене и отдал все ингредиенты, что сумел раздобыть. Анна и София тоже не сидели без дела, смогли отыскать сердца Кротозмей и пополнили запасы сразу наперёд.

Елена же выгнала всех на улицу и приступила к приготовлению отвара. Ей понадобились спокойствие и отсутствие всяких помех на время работы.

А мы пока ждали. Парни решили размяться. Их предупредили, что действие отвара будет проверяться и на физическую силу, и на духовную, поэтому они вовсю старались, чтобы не ударить в грязь лицом.

Ведь на них будут смотреть Анна и София, которые сейчас, обмениваясь сдержанными смешками, что-то обсуждали на крыльце.

Ну, а я решил заняться записной книжкой Люта.

Достал её из сумки и сел за стол в учебном доме, где можно было удобно расположиться для такой работы.

Пустые или исписанные негодными печатями страницы подсветились, когда я влил в них немного духовной энергии. Буквы точно напоминали имперский алфавит, но что самое интересное — они были куда ближе к моему родному времени, хотя всё же отличались от него. За полторы тысячи лет поменялись не только люди, границы и магия. Язык тоже претерпел изменения.

Иногда в моей голове возникали такие слова, которых я и не знал раньше. Получается, это были знания Люта, не мои.

И буквы стали другими. Те записи, которые я видел, сильно отличались от грамоты моего века. Хотя, что странно, прочесть я мог и то и то безо всяких проблем.

Кажется. И говорил я уже по-другому. Правда, не совсем осознавал это.

И всё это означало, что душа Люта действовала на меня самым серьёзным образом. Вполне возможно, воспоминания тоже когда-то проявятся.

Не знаю, сколько прошло времени, пока я пялился на страницы, надеясь отыскать там хотя бы какую-то логику. Но мне постоянно казалось, будто я сам когда-то делал эти записи, и нужно просто покопаться поглубже в разуме, чтобы всё встало на свои места.

Все эти закорючки, связки, слова и предложения становились с каждым разом более и более узнаваемыми. Разгадка вертелась где-то в голове, как позабытое слово, но знакомое.

— Чем занимаешься, Лют? — вдруг вырвала меня из работы Анна.

Она, оказывается, стояла прямо надо мной и с милой улыбкой осматривала разложенные на столе листы. В глазах читалась почти детская любознательность и желание присоединиться ко мне.

— Да вот… — вздохнул я, гадая, стоит ли ей говорить правду, — нашёл тут свою книжку. Но не пойму, что там написано.

— Можно? — спросила она, указывая на место рядом со мной.

— Конечно.

Я отодвинулся, и Анна шустро уселась, тут же приступив к изучению листов. Однако всё оказалось не так просто.

— Хм… А ты уверен, что это не наброски какой-то печати?

Она нахмурилась, изучая символы, которые должны были по задумке сложиться в «Невидимость». Только вот я почти не видел чернил, потому что записи Люта перекрывали их.

— Ты разве не видишь? — спросил я. — Буквы. Строка за строкой, вот тут…

— Нет. Только печать. Что она означает?

А вот это проблема. Я пока не собирался делиться ни с кем, что решил восстановить Глас богов через печати.

— Эм… Не знаю. Но я не это пытаюсь понять.

Я выхватил у неё из рук листок, осмотрелся.

— Тут есть чистая бумага?

Анна сбегала за свитком и пером с чернилами. Быстро догадалась, что я хочу сделать. А именно переписать записи Люта обычным способом. Всё равно от подсвеченных строк уже глаза начинали болеть, а так и помощью можно заручиться, если Анна сможет разобраться хотя бы в чём-то.

Рука на удивление довольно ловко выписывала все слова. Мышечная память работала отлично. Лют и правда много писал.

Закончив, я передал лист Анне.

— Это старый алфавит, — пробормотала она, осторожно водя пальцем по строкам.

Запах ещё не застывших чернил напоминал орех. А старая хрустящая бумага придавала им больше яркости. Получился довольно приятный вкус, который смешался с душистым ароматом девушки.

И тут будто в голову ударили воспоминания о той, моей Анне.

Она тоже часто пахла чернилами и бумагой. Ну, точнее так пахли её книги и наборы для писательства. И ещё она любила цветочные духи. Жутко дорогие. Их привозили из Юга в маленьких ящиках, набитых мягкими подкладками, чтобы стеклянные ёмкости не разбились в дороге.

А затем по цепочке возникли другие воспоминания.

Хотя и воспоминаниями это было сложно назвать — скорее, отпечаток в памяти.

Я вдруг взял перо с чернилами, подвинул лист к себе и начеркал поверх первой строки несколько слов.

Происходило это будто бы в дурмане. Я отчаянно цеплялся за мелькнувший отпечаток, чтобы не упустить его, но надолго меня не хватило, и он снова улетел в глубину сознания.

— Что это? — взволнованно спросила Анна.

Девушка сначала осмотрела меня, прислонилась нежными пальцами ко лбу, выпустив немного духовной силы, и, только убедившись, что я в порядке, вернулась к записям.

— Тайна… хранится… в сокровищнице… — прочитала Анна.

Она снова нахмурилась, задумчиво прикусила нижнюю губу.

А пока я пытался понять, что же произошло.

Воспоминания Люта всплыли?

Очень странно. Это даже не воспоминания были, а какое-то мимолётное прояснение. Больше походило на бред, да только он вылился во внятный обрывок текста.

— Почему ты это написал? — наконец-то спросила Анна, оторвавшись от текста.

— Да просто… — я почесал голову, потому что действительно не мог объяснить. — Может, память так сработала? Но я не уверен, что смогу повторить.

— Давай! — Она подвинула листок ко мне. — Вторую строку.

Я ещё некоторое время пялился на буквы, но ничего не произошло. Попробовал с другими листами, вспоминал Анну и подробности, связанны с ней.

Например, что по четвергам она носила исключительно зелёные платья и даже подбирала украшения с изумрудами. Более того, в походе всегда имелось несколько комплектов зелёной одежды на любую погоду. Не знаю, с чем это было связано, а она на вопросы отвечать не желала и лишь таинственно усмехалась.

Но ничего не помогло. Разгаданной оставалась только одна строчка одного листа из всей записной книжки.

И к тому же скоро на улицу выскочила Елена и подозвала всех собраться вместе.

Я убрал книгу в сумку, а лист записями Анна попросила оставить ей. Честно признаться, меня одолели некоторые сомнения. Вдруг Лют понаписал там что-нибудь особо противозаконное?

Но чутьё прямо-таки кричало, что ей всё-таки стоит довериться.

Может, это было связано со схожестью Анны здешней и Анны из моего времени, но я решил положиться на чутьё.

А снаружи все уже с нетерпением ждали начала испытаний.

Елена вынесла пять склянок с таким видом, будто это была работа всей её жизни. Такого энтузиазма я у неё не видел никогда ранее.

— Лют, ты первый! — воскликнула она, протягивая отвар. — Оценишь, правильно ли я всё сделала.

Парни, особенно Тихомир, с удивлением посмотрели на неё, а затем на меня. Причём удивление плавно перетекало в уважение, ведь сама Елена просила оценить, правильно ли она сделала свою работу.

Обычно такие вещи спрашивали у неё.

Я залпом опустошил склянку, зажмурился и почувствовал на зубах знакомый травянистый привкус, за которым по всему телу пробежали волны усиления. Мышцы тут же потребовали работы, хотелось выплеснуть накопившуюся энергию, а разум очистился, избавившись от пелены лишних мыслей.

— Да, всё так! — воскликнул я с горящим взглядом.

Елена удовлетворённо кивнула и раздала склянки парням. Алексей уже пробовал отвар, так что его реакция была немного слабее, однако остальные аж глаза вылупили, чувствуя потоки бурлящей внутри силы.

— Что это такое! — вздохнул Вадим.

— Невероятно! — даже Глеб заговорил, осматривая собственные руки, будто видел из впервые.

Тихомир задышал часто и глубоко. Кажется, на него отвар подействовал сильнее других.

Возможно, стоит пересмотреть объёмы порций относительно веса подопытного… Но это чуть позже.

Нам устроили несколько проверок на силу, в ходе которых были подняты два булыжника, по словам Елены стоявшие тут веками, задолго до рождения Браслава, брёвна и бочки с водой. Я даже поднял на плечах коня. Тот был жутко недоволен подобным отношением, ржал и отбивался, так что на мне эта проверка и закончилась.

А ещё мы провели несколько поединков. Сначала условились действовать легко, не заигрываться. Но довольно быстро позабыли обо всём и увлеклись так, что Елене пришлось нас останавливать.

Тихомир, Вадим и Глеб были в полнейшем восторге. Они резко сменили отношение в мою сторону, особенно когда Елена чуть не кинулась ко мне с объятиями, полная радости от успешного испытания.

— Сейчас же помчусь к Браславу! — заверила она меня. — Не знаю, позволит ли Владимир отменить наказания, но ты мне понадобишься на ближайшие дни. Негоже тебе поле пахать или конюшни разгребать. Нам род поднимать нужно!

Значит, она была в курсе, чем меня заставляли заниматься…

Что ж, я бы предпочёл полную свободу, но Елена думала как раз в том направлении, в котором хотел действовать я, так что вариант помочь ей вполне хороший.

Вдруг в животе заурчало.

Укрепляющий отвар придавал сил, но помимо прочего ускорял голод. Парням этого тоже не удалось избежать, однако они ещё стеснялись в присутствии Елены и её дочерей.

А вот я — нет.

— Елена Ярославовна, есть чего поесть, а? — спросил я, потирая живот. — После отвара будто неделю голодал. Можете это, кстати, упомянуть в описании.

— Лют, ты чего! — Алексей пихнул меня в плечо. — Совсем уж обнаглел…

Но ответ Елены заставил его опешить.

— Да, конечно. Пойдёмте в дом, на всех накроем. Думаю, самое время подкрепиться после такой продуктивной работы!

Я уже вполне свободно пошагал следом за ней. Девушки, хихикнув, присоединились, а парни ещё какое-то время настороженно переглядывались, не чудится ли им всё это.

Особенно впечатлительным оказался Тихомир. Он до самого конца поверить не мог, что удостоится трапезы в этом доме. Можно сказать, из рук его хозяйки. Очнулся только когда Анна перед ним поставила тарелку с поджаркой.

В общем, нас накормили от пуза в благодарность за проделанный труд. Однако тут же подвязали на продолжение трудовых будней.

— Нужно больше отвара. Чтобы всем хватило, — рассуждала Елена. — Но для этого ингредиентов маловато даже во всём Стариграде. Придётся идти на охоту за Кротозмеями…

И как бы задумалась над проблемой, наигранно размышляя о её решении. До парней не сразу дошло, но Алексей сообразил первым:

— Мы вам поможем! Я даже знаю, как их довольно просто отлавливать.

— Да, верно! — подскочил Тихомир. — Поможем, не сомневайтесь! Этих гадов повсюду много. Можно за пару дней наловить столько, что на всю дружину хватит.

О, правда? Неужто расплодились за полторы тысячи лет?

А Елена молодец. Не напрямую услугу просила, а сделала так, что сами предложили. Вот и хорошо. Мне по полям бегать некогда, поэтому пусть парни развлекаются.

А мне, кстати, уже пора.

Я встал из-за стола, поблагодарил хозяек за угощения и направился к выходу, сославшись на необходимость потренироваться.

— Лют, завтра рано утром приходи к нам, — кинула вслед Елена. — Сразу пойдём к Владимиру.

— Браслав Вячеславович уже согласился? — удивлённо спросил я.

Мы ж только закончили первые испытания. Да и сам он недавно вернулся с патруля, а теперь вовсю занимался делами рода. Наверняка уже узнал про притязания Елизаровых на наши земли.

— Он согласится, — улыбнулась Елена.

И по взгляду я понял, что да — согласится. Выбора у него особо не будет.

Всё-таки любовь — страшная сила… Даже страшнее самого Повелителя Демонов Бергира.

Ладно. Мне ещё надо приготовиться к ночному приключению. Надеюсь, Злата с Ясыхом не подведут, но для верности придётся кое-что сделать.

━─━────༺༻────━─━

Мы условились встретиться неподалёку от борделя, в закоулке трущоб.

Я раздобыл одежу поприличнее, взял с собой меч, кинжал и заправился укрепляющим отваром. От второй порции за день сердце колошматило, но энергия едва не выплёскивалась наружу. Когда всё закончится, мне будет худо, но сейчас нужен усилитель, чтобы повысить шансы на успех.

Злата с недобандитами пришли подготовленными не хуже, но для других целей. Они обмотались тёмными тряпками, спрятали ножны, нацепили повязки на лица и покрыли головы капюшонами.

— Всё готово? — прошептал я вместо приветствия.

Девушка кивнула.

— Ясых ждёт сигнала.

— Мышь, готов? — спросил я, передавая ему небольшой мешок.

— Г-готов! — заикаясь, но с твёрдостью ответил он.

— А остальное? — снова обратился к Злате.

Мой план не был особо сложным и исходил из текущей обстановки внутри ватаги. Недовольных накопилось много, и это не только сами бандиты.

Не стоит кусать руку, из которой ешь, Топор. Это твоя главная ошибка.

— Да.

Голос Златы немного дрожал, но оно и понятно. Дело-то непростое. И довольно опасное.

Это тебе не купцов грабить и не кошели подрезать. Тут придётся напрямую рисковать головой. Причём Злате в числе первых.

Топор не только начал стричь собственных людей как овец, но и с работницами борделя обращался хуже некуда. А ведь они приносили не просто золото, которое ему так нужно, но и сведения, стоившие порой куда больше.

Особенно плохо Топор обходился с теми женщинами, которыми пользовался сам. Что та девчушка, прислуживавшая ему при нашей первой встрече, что бедняжка, лежавшая рядом во второй раз, когда я прибыл, так сказать, с односторонним визитом.

Обе могли сдать его с потрохами, да только боялись. Защитить некому было.

Теперь будет.

Но в моём плане штурма имелось кое-что ещё.

— Что я сказал, сделали? Все?

Уточнил на всякий случай, потому как главная затея, на которую я угробил весь вечер, не сработает, если не соблюдать в точности все меры предосторожности.

— Да! — уже увереннее кивнула Злата.

— Тогда начинаем, — прошептал я, снимая с пояса ножны и передавая их Злате. — Головой отвечаешь!

В груди закипало от предвкушения. Мне досталась самая опасная роль во всей этой безумной затее. Но… Наконец-то я возьмусь за настоящее дело.

Меня ждут битвы не на жизнь, а насмерть. Риск, кровь, сладостное возмездие. Ну и, конечно, кара грёбаных ублюдков.

Я же герой как-никак. Раз уж из императоров пришлось выписаться.

А герои карают ублюдков. Это так всегда заведено было.

Глава 20

Помимо привратников здание обходили несколько патрулей. Они шерстили не только вокруг борделя, но и ближайшие улицы. И их было куда больше, чем в прошлые разы, а значит Топор не на шутку обеспокоен поднявшимся мятежом.

Только вряд ли он ожидает, что нападение случится ещё до того, как Ясых со Златой собрали вокруг себя какую-то особую силу.

Пока на нашей стороне было чуть больше двух десятков. Причём нормальных бойцов среди них числилось человек семь. И все из банды самого Ясыха.

Так что бить надо быстро, смело и точно. Иначе вся затея провалится.

А что может быть смелее, чем человек, открыто идущий к дверям бандитского логова?

Кажется, привратники не сразу узнали меня. Ну, или решили, что им чудится, поэтому они немного запоздало навострили копья в мою сторону и выдвинулись вперёд.

— Эй, парни! — усмехнулся я, поднимая руки вверх. — Хорошо же вы меня встречаете, а?

Клинки упёрлись мне в грудь, ощутимо кольнув. Грубые рожи двух мордоворотов выражали тупую, неосмысленную злобу и настороженность. Они были похожи на сторожевых псов, которых обратили в людей, но забыли выправить разум.

— Я к Топору. Он сам сказал прибыть. — Для подтверждения похлопал по сумке, откуда раздался звон. — Или вам уже деньги не нужны?

Мордовороты переглянулись, нахмурились ещё сильнее и, судя по всему, хотели меня либо проткнуть, либо выпнуть, но я вдруг поднял голову и закричал:

— Топор! Тебя тут твои дуралеи золота лишают! Что за дела⁈

Привратники испугались, чуть ослабили хватку, оставив мои рёбра в покое. А скоро сверху показался Стрекоза.

Он глянул, затем исчез на несколько секунд, и снова высунулся, на этот раз махнув рукой и приказав пустить меня внутрь.

Что ж, первая часть плана была успешно выполнена. Я отвлёк внимание на себя, поэтому Мышь скоро должен проскользнуть через окно, которое оставила открытой одна из работниц борделя, а значит нас будет в логове Топора уже двое.

Мышь — не самый хороший боец. Но он жутко ловкий, верткий и шустрый. Так что сделает всё как надо.

Меня провели вдоль коридора на первом этаже. Посетителей в этот раз было меньше. Всё-таки закрытого мероприятия уже не наблюдалось, и заведение работало в обычном режиме.

На втором этаже показался Стрекоза. В прошлый раз мне его не представили, так что пришлось делать вид, будто я вижу его впервые.

— Лют Бастрак, рад тебя видеть, — пролепетал он ядовито-приторным голоском. — Господин уже ждёт. Только вот это придётся оставить мне.

Он указал на кинжал, висевший на поясе. Свободные люди всегда ходили с оружием, и отдавали его очень неохотно. Только вот кинжал считался чем-то вроде украшения. Всё, что короче локтя, за угрозу не воспринималось. Поэтому…

— Нет, — отрезал я, положив ладонь на рукоять. — Твой господин боится ножа? Или это я его так страшу, что даже топора и охраны не хватит?

Стрекоза немного растерялся от возражений. Похлопал глазами, будто такое было у него впервые за всю жизнь. Я почувствовал, как прошуршал клинок в ножнах позади. Ублюдки, сопровождающие меня, готовились подкрепить требование силой, но я не собирался поддаваться.

Даже в текущем положении нужно чётко обозначить, какое ко мне должно быть отношение. Эти люди как звери — понимали только силу. Силу кулака, оружия и характера.

Последнее чуяли, словно течку у суки. И Стрекоза, хоть и был хитрее их всех вместе взятых, тоже недалеко ушёл.

— Х-хорошо, — улыбнулся он. — Думаю, господин не станет возражать.

Позади снова послышалось шуршание. Небольшое напряжение прошло, и меня повели на крышу борделя, чтобы Топор сумел показать себя суровым атаманом.

А вот и он. Сидел на своей тахте, дымя какой-то трубкой со странным запахом и снова пожирая виноград.

Это у него любимое лакомство что ли?

И рядом топор — всё как положено.

— Пришёл-таки… — прорычал длинно, смакуя, словно вино. — Я уж думал, придётся за тобой моих ребят посылать.

На его лице была усмешка. Такая лживая, хитрая, противная… Хотелось прямо сейчас ему по роже дать.

— Пришёл, — вздохнул я. — Как и договаривались.

Люди Топора обратили всё внимание на меня. Стража у ограды, сопровождающие, его личные телохранители.

Глыба выглядел угрюмо. Видно, за промах с Ясыхом ему немало всыпали.

— Где пленники?

Вёл я себя без тени страха. Хотя, признаюсь, чувствовал, будто меня заперли в клетке с чудовищами.

И это было не тот случай, когда их заперли со мной. Такое случалось, однако мне придётся постараться, чтобы вернуть подобное состояние.

Сейчас я был в жуткой опасности, и кровь бурлила от азарта, смешанного с действием отвара.

Непросто давалось держать себя в руках и сохранять спокойствие. Страх смешивался с жаждой битвы, требуя бить первым.

— А ты разве не знаешь? — усмехнулся Топор под смешки своих прихвостней. — Ох, бедный, глупый ублюдок…

— Чего не знаю? — нахмурился я так правдоподобно, как только мог.

Атаман встал с тахты, положил дымящуюся трубку на стол, подцепил пяткой топор и тот будто сам прыгнул ему в руки.

Он подошёл вплотную ко мне, сверкнув кривыми зубами, среди которых был один золотой, опустил ладонь на плечо и сочувственно поцокал языком.

— Вот так и доверяй всяким бандитам, да, мужики? — чуть громче обратился он к окружающим. — Парень за них впрягся, головой рисковал. А они!..

Я оглянулся, будто пытался понять, что вообще происходит. Сжал челюсть от желания прямо сейчас всадить гадёнышу кинжал в глотку, но вышло, словно напрягся от интриги.

— Сбежали они. Все четверо. А тебе, видимо, и не сказали, да?

Топор усмехнулся, ещё раз похлопал по плечу и повернулся спиной.

— Вот они! Атаманы херовы! — воскликнул он, оглядывая своих людей. — Разве я так бы с вами поступил, а? Ну, скажите мне!

Кто-то помотал головой, кто-то пробубнил под нос, а Стрекоза раболепно склонился, заверещав:

— Нет, конечно, господин. Вы бы так никогда!.. Это всё они — лживые проклятые куски…

— Вот! — снова рявкнул Топор. — А ещё на меня клевещут, будто я боярам продался. Сукины дети!

Бандиты переглядывались неуверенно. Сжимали кулаки.

И я понял, что моё положение не такое уж и плохое. Топору приходится устраивать театральные представления, чтобы убеждать собственную стражу. Значит, сомнение прокралось куда глубже, чем мы думали. Слухи разошлись слишком широко и въелись в умы людей.

— Т-так что же… — Я шагнул в сторону крыши, нервно оглядывая всех вокруг. — И что теперь мне делать?

Топор почувствовал ещё одну возможность. Он махнул верзилам, которые собирались меня остановить, чтобы не вмешивались.

Милосердие и справедливость — вот чем он решил подкрепить своё положение. В рамках ватажных обычаев, конечно.

— Не волнуйся, парень, — с плохо отыгранным дружелюбием прорычал он.

В руках всё ещё вертелся топор, готовый в любой момент полететь в мою сторону. Я пятился под взглядами усмехающихся ублюдков, почуявших страх.

Только на этот раз чутьё их подвело.

— Ты же выполнил свою часть сделки, правда? — Топор перехватил оружие и древком указал на сумку. — Ну, вот и лады. Ты — молодец. Ровный шкет.

Я уже стоял на середине крыши. До края оставалось всего несколько шагов.

Сердце колотилось всё сильнее, а сомнения начинали понемногу грызть разум. Успеет ли Мышь сделать всё как надо? Получится ли у Ясыха вовремя и правильно сыграть свою роль?

— Не бойся так, Лют, — в знак примирения Топор развёл руки. — Мне пригодятся такие честные люди. Отдавай долг и посидим, выпьем… Может, девку какую захочешь, а?

Он противно осклабился, жестом подсказывая остальным, чтобы поддержали.

Внутренне я усмехнулся. Что же это за власть такая, когда приходится чуть ли не с табличкой «смеяться» речи вести?

Но бандиты поддержали своего атамана и одобрительно зарычали. Правда, при этом подбрасывали в руках палицы, тесаки и прочее оружие, что при них было.

— Долг? — сглотнув, произнёс я.

Ближе подойти не получится. У края крыши дежурила стража. Причём они встали точно напротив меня, чтобы не дать спрыгнуть.

Ну, же…

Где вы там?

Мышь, давай уже скорее. Времени прошло достаточно, чтобы всё подготовить.

— Ну, так что скажешь? — Атаман перекинул топор лезвием вперёд.

Это был сигнал угрозы. И бандиты вокруг поняли его куда быстрее, чем жест для смеха.

— Л-ладно, — прохрипел я, снимая сумку с пояса.

Причём вполне натурально прохрипел. Давненько не приходилось испытывать такого волнения. На пару мгновений вдруг пришло осознание, что я нахожусь в очень уязвимом положении.

Даже проскочила мысль, не дурак ли я. И рука немного дрогнула, отчего раздался металлический звон, приглушённый кожей.

Топор ещё шире осклабился, услышав его.

Как вдруг внизу громыхнули хлопки, а затем десятки женских визжащих криков.

Выражение Топора тут же изменилось. Он отвлёкся вместе со всеми в сторону выхода, а когда снова повернулся, увидел на моём лице пропитанную травяным настоем повязку и яростный взгляд.

— Почему ты… — удивился ублюдок, понемногу начиная догадываться, что происходит.

И когда осознание осенило его, Топор тут же завопил:

— Шухер! На нас напа…

И тут с улицы прилетели два глиняных шара с горящими запалами. Они разбились позади Топора, и крышу тут же охватил едкий дым.

Бандиты не сразу поняли, что произошло и уж было ринулись кто к выходу, кто на меня, но успели сделать не больше двух-трёх шагов, как дым свалил их с ног, заставил истошно кашлять и залил слезами.

Я с ноги выпнул стражников у края и высунулся наружу.

Внизу уже показались люди Ясыха с ним самим во главе. Все были обмотаны повязками, чтобы снизить действие Едоцвета, потому что Мышь устроил такие же взрывы на первом этаже. Из окон вываливались серые тяжёлые массы, а наружу, сбивая людей Топора, выбегали визжащие блудницы.

И среди всего этого хаоса показалась Злата с моим мечом.

— Давай! — крикнул я, протягивая руку.

Она разбежалась, замахнулась и…

Меч едва долетел выше первого этажа, а затем упал обратно.

— Э-э-э… — только и смог выдавить я из себя.

Злата испуганно кинулась за мечом. Дубина заметил промашку и повернул ей на выручку, но тут я услышал за спиной злой рёв и свист летящего…

— Демон! — кинулся я в сторону, пропустив мимо себя топор.

Тот врезался в каменную перегородку, со звоном и выбитой искрой отлетел назад. А его одноимённый хозяин уже был в паре шагов от меня.

Со злой искажённой гневом рожей, раскрытой пастью и бешеными глазами.

Какого Бергира он может двигаться в едком дыму⁈

Но ответы поискать придётся чуть позже. Я рванул ему навстречу. Но не вступить в бой, а чтобы подобрать топор.

Однако удалось только пинком отшвырнуть его подальше, через ограду, а затем кое-как успеть нырнуть под замах засранца.

— Убью! — зарычал Топор. — На части порву!

И он вполне мог бы это сделать. В честном бою я вряд ли сейчас уверенно его одолел. Сомневаюсь, что атаман проходил обучение, как это делали боярские дети, но наверняка его магия была повыше уровнем, чем моя собственная.

Остальные бандиты ползали вокруг, кашляя и ругаясь сквозь слёзы. Кто-то додумался открыть дверь, но оттуда тоже повалили дым. А несколько человек даже прыгнули с крыши, предпочтя удариться о землю, чем корчиться здесь.

А вот Топор почему-то оказался куда более приспособлен к такому воздействию. Это он винограда объелся или чего покрепче принимал?

Тут до меня дошло…

Проклятье, что было в той трубке⁈

Увернувшись в очередной раз, я сумел задеть его кинжалом. Ублюдок зарычал ещё сильнее, но порез никак не сказался на его скорости и силе. Брызгая кровью, он снова ринулся на меня, выставив перед собой кривые длинные пальцы.

Я успел подбежать к краю и крикнуть:

— Меч! Мой меч! Быстрее!

Но тут же пришлось уворачиваться от обезумевшего атамана.

Плохо дело. Повязка не будет работать вечно. Она уже начала пропускать дым, отчего в нос закладывало соплями. А глаза и без того слезились, мешая обзору.

Вдруг над нами промелькнул мой меч. Он описал дугу и ударился о каменный пол в нескольких шагах от нас, чуть показавшись из ножен.

Мы с Топором переглянулись, на пару секунд замерли, и я понял, что засранец не до конца потерял разум.

А затем оба кинулись к мечу наперегонки.

Тяжело дыша, я направил всю духовную энергию, какую только смог собрать, в свои мышцы. Пара секунд, которая прошла от первого рывка до того момента, когда мы с Топором почти одновременно потянулись к рукояти, почему-то казалась растянутой и чересчур долгой.

Вдруг я почувствовал, как духовные сосуды поддаются контролю куда лучше прежнего. Всего на пару мгновений. Но этого было достаточно, чтобы вырваться вперёд, схватить рукоять, кувыркнуться, вынимая клинок из ножен, и пронзить Топора, который уже мчался вдогонку.

Лезвие почти незаметно вошло под грудиной, скребнув по костям, и высунулось наружу с другой стороны. На лице Топора замерло удивление. Он вдруг затих и с неверящим взглядом наклонил голову.

— Эт… кгхрх… — изо рта хлынула горячая кровь. — Это ж…

Мы стояли вплотную, так что брызги попали на меня.

Топор опустил руки на мои плечи и с усилием их сжал, не желая просто так погибать.

Длинные кривые пальцы давили словно тиски. Было больно, но я провернул клинок, заставив его содрогнуться и ослабить хватку.

— Я же… хотел…

Топор смотрел мне прямо в глаза. Мы оба не моргали, поэтому я видел, как в нём бушуют предсмертные эмоции.

Дрожь его тела вибрацией отдавалась в рукояти.

— Уб… лю… док… — выдавил из себя бывший атаман и рухнул мне под ноги.

Клинок выскользнул из кровоточащей раны. Подойдя к тахте, я стряхнул с него излишки, а остальное вытер лоскутом бархатной ткани, которой был накрыт стол.

А затем опрокинул тахту. И торжествующе воскликнул:

— Хах!

Всё было на месте. Я опасался, что Стрекоза предупредит Топора. Ведь именно от него я узнал, где атаман хранит сокровища. Да только трус побоялся признаться, что выдал тайну.

А вот, кстати, и он. Полз к краю крыши, еле передвигая конечностями. Я взял подмышку тяжёлый сундук, подошёл к нему и пинком заставил перевернуться на спину.

— П-пожалуйста! Я не хотел! Я был против…

Меч пронзил его глотку, не дав договорить. Оставлять этого засранца в живых я точно не хотел.

— Кстати говоря… — вздохнул я, оглядывая корчащихся бандитов, которые могли слишком уж многое рассказать остальным.

Кажется, я поспешил вытирать клинок. Ой как поспешил.

━─━────༺༻────━─━

Пробуждение снова случилось с криком петуха.

Причём, судя по звуку, того самого, что бесил меня каждый раз.

— Точно на суп пущу, — вздохнул я, пялясь на потолок.

Веки были тяжёлые, голова гудела до сих пор. Всё-таки успел надышаться едким дымом и полночи меня тошнило. Заснул совсем недавно.

Разобравшись на крыше и захватив свою часть добычи, я оставил дальнейшие заботы на Ясыха и Злату. Уж как-нибудь разберутся с новыми порядками, тем более что «пращур» дал вполне чёткие указания.

А моё отсутствие вместе с кучей убитых разбойников из ближайшего окружения Топора может придать ещё больше таинственности и пустить такие слухи, что стариградские преступники впредь дважды будут думать, кого стоит грабить, а кого не надо.

Если уж из прошлых событий такие легенды вышли, то минувшая ночь запомнится надолго.

— Здравствуй! — раздался сладкий голос Милуши.

Она выглядела сегодня как-то особенно свежо и радостно.

В такое раннее утро этому могла способствовать только магия.

— Доброе… — прохрипел я севшим голосом.

В горле першило и жутко хотелось пить. Правда, не так жутко, чтобы вставать для этого с постели.

— Ой! — воскликнула девушка, подходя ближе. — Неужто заболел?

Она прислонила ладонь ко лбу, и по телу потекло приятное тепло духовной силы.

— Вроде жара нет… Ты чем вообще занимался всю ночь?

Ответить я не смог. Точнее не захотел. Но, учитывая моё состояние, Милуша решила не настаивать.

Она молча, даже с нежностью и лёгкой улыбкой занялась моим лечением.

— Источник стал уже куда лучше. Думаю, ещё немного, и он полностью восстановится.

— Но ты же всё равно продолжишь меня будить по утрам? — усмехнулся я.

Милуша хихикнула, но ничего не ответила.

Самочувствие быстро улучшалось, и скоро даже кричащий под окном петух перестал вызвать столько раздражения. Я немного ожил, потянулся и поблагодарил Милушу, когда утреннее лечение закончилось.

— Не стоит, — сказала она. — Вы с Алексеем спасли меня, так что это лишь небольшая услуга.

Я уселся на край кровати, отчего она вдруг засмущалась и отвернулась.

Ах, да… Я ж раздет.

— Извини, забылся.

— Н-ничего. Елена Ярославовна уже ждёт, не забудь. Сказала отправить тебя сразу, как только закончу.

— Спасибо.

Ах, да. Точно. Я чуть не забыл, что сегодня мы идём к Владимиру решать вопрос о моём наказании.

Надеюсь, вторая встреча с главой рода пройдёт куда успешнее.

Глава 21

Я бежал ко двору Владимира со всех ног.

Правда, не за тем, чтобы куда-то успеть, а для прочистки разума. Требовалось немного подышать свежим воздухом в учащённом темпе.

Даже казалось, будто отрава вылезает из организма через сопли, слёзы и пот.

В общем, на место я прибыл запыхавшимся, но вполне бодрым. А там меня уже ждали Браслав, Елена и их дочери. Анна сидела под тенью навеса и что-то читала, а София разговаривала с Ольгой, сестрой Алексея. Та, кстати, окинула меня не очень уверенным взглядом. То ли взволнованным, то ли раздражённым…

А вот и сам Алексей. И не только он.

— Здравствуй! — махнул мой товарищ. — Мы пришли тебя поддержать.

За ним шагали Тихомир, Вадим и Глеб. Парни уже совсем другими глазами смотрели на меня, да и походка их изменилась. Выправилась, будто кто-то по хребтине дал.

Девушки вокруг даже бросали заинтересованные взгляды в их сторону. В том числе на неказистого Тихомира.

— Вас разве пустят внутрь? — удивился я.

— Нет, — хмыкнул Вадим. — Но, если надо будет, мы…

И он осёкся.

Что они смогут сделать?

Но всё равно было приятно. Я улыбнулся и поблагодарил парней за заботу.

— Может, нас вызовут подтвердить слова Люта? — почесал затылок Тихомир.

— Ага, — хмыкнул Алексей. — Браславу Вячеславовичу не поверят, а тебе — сразу!

Мы немного посмеялись, но быстро затихли.

— Лют! — окликнул меня Браслав. — Пора. Пошли.

Я вздохнул, переглянулся с парнями, подмигнул им, мол, не боитесь, всё хорошо будет.

И отправился к воротам терема.

Совет снова собрался в том же составе, что и в прошлый раз. Во главе сидел сам Владимир Всеславович, а рядом хмурым взглядом на меня уставился его брат Владислав.

Ратислав с интересом наблюдал за мной. В его глазах полностью отсутствовала прежняя раздражённость. Наверное, догадался, что Алексей изменился благодаря мне.

Он и правда стал вести себя иначе. Более дерзко, живо. Набрался смелости настолько, что лез по ночам миловаться к Роксане. В самое логово противника, можно сказать.

Если поймают, скандал поднимется громкий!

А вот Игорь недобро глядел. И на меня, и на своего брата.

Жутковатый тип.

Но самым враждебным всё равно оставался Владислав.

Что я ему такого сделал? Ну, или Лют успел как-то набедокурить…

В общем, мы остановились напротив трона и поклонились, как подобает.

— Браслав, говори, — махнул глава рода.

Однако вместо него выступил я.

— Владимир Всеславович, раз уж моя судьба решается, то мне и следует говорить.

Все вокруг немного… Хотя нет — сильно удивились моей наглости.

Или даже сказать возмутились…

Не, всё равно правильного слова на ум не приходило. Но рожа Владислава порадовала. Он чуть не подавился собственной слюной.

— Лют… — тихо прорычал Браслав, мигом посмурнев.

— Прости, Браслав Вячеславович. Но мне надоело, что приходится постоянно за кем-то стоять. Не помню, как я заслужил наказание, но вот свою пользу знаю отлично.

Бояре позади зашептались. Владимир вёл себя так же сдержанно, как и в прошлый раз, но теперь во взгляде читалось больше интереса.

— Рот, зубы есть, сам говорить могу!

Наступило недолгое, но тянущееся напряжённое молчание.

Здесь и сейчас решалось, перестанут ли ко мне относиться, как мелкому проказнику, каким считали прежнего Люта.

Если в этих землях оставалось хотя бы немного от былых нравов, мужчина должен сам за себя отвечать. И только так он заслуживает подобающее уважение.

— Хорошо, — вздохнул Владимир. — Говори, раз уж захотел.

И я сказал.

— Боярин, не помню, как жил всю прежнюю жизнь. В этом смысле мне мало удалось достичь. Однако пока я заново знакомился со всеми, понял одну простую вещь — наш род, благородный и древний род Нелидовых… В упадке.

Советники загомонили, будто я сказал нечто невероятное, дерзкое. Хотя это была всего лишь правда.

Владимир нахмурился, чуть опустил голову, смотря на меня исподлобья.

— Однако! — воскликнул я прежде, чем кто-то успел перебить.

Владислав, если быть точным. Он едва сдерживался, чтобы снова не заверещать о розгах.

— Однако за последние дни мне удалось дать нам всем надежду. Хоть и по счастливой случайности, но мы с Еленой Ярославовной сумели восстановить древний рецепт отвара, который поможет всей молодёжи окрепнуть и ускорить своё развитие. Насколько я знаю, шкура Серебрянного Пардуса, убитого мной и Алексеем, — я кинул взгляд в сторону Ратислава, — уже готова, и наверняка поможет отсрочить проблему с Елизаровыми…

Тут за спиной загомонили ещё сильнее. Подробности этого дела должны были знать только несколько человек, но, как это обычно происходит, о нём уже повсюду судачили.

Причём Владислав особенно был этому не рад. Слухи, что он проиграл родовые земли, до сих пор не угасали, несмотря на все попытки их заткнуть.

Я немного понизил голос, чтобы заострить внимание.

— Владимир Всеславович, сейчас не время заниматься такими мелочами. Не сегодня завтра Елизаровы заявятся выкинуть нас из наших домов, а то, что осталось от некогда великого рода превратится в кучу крестьян, окончательно лишившись уважения.

Желваки под кожей главы заиграли от стиснутых зубов. Владимир злился. Внутри него кипела ярость от ущемлённой гордости.

Но не я был тому причиной. И он это отлично понимал.

Даже Владислав запылал совсем другой злобой. Может, и смотрел на меня, будто хотел прямо на месте испепелить, однако он искренне переживал за род. Это я понял довольно быстро.

— Браслав, отвар действительно так хорош? — спросил Владимир.

Ему удалось сохранить спокойный голос. Удивительное самообладание.

— Да. Я сам видел. На Учеников действует отлично. Отрокам тоже подойдёт. Но выше…

Владимир переглянулся с Владиславом, и тот кивнул, поглаживая бороду:

— Если доведём молодёжь до бронзы, сможем сравняться Елизаровыми.

И добавил громче, сначала скользнув глазами по мне, но затем переведя их на Браслава:

— Сколько времени займёт развитие?

А вот тут уже и я не мог ответить.

Браслав тоже не смог.

— Сложно сказать. Пока отвар попробовали пятеро, и Елена только начала наблюдать за их ростом. К тому же, потребуется помощь Мудра, чтобы отвар лучше усвоился. Он больше действует на тело, хоть и затрагивает духовную силу.

— Кто пробовал отвар, кроме Люта?

— Алексей, Вадим, Тихомир и Глеб.

— Позовите их, — махнул Владимир. — И Елену.

Стражники у входа открыли дверь, окликнули кого-то. И скоро в зал Совета вошли четверо взволнованных напуганных парней и вполне себе гордая спокойная Елена.

Алексей сверлил взглядом, то ли проклиная, то ли пытаясь мысленно спросить, что вообще происходит.

Кстати, подобная способность была у Асмариды. Она овладела очень могущественным Истоком и могла читать мысли людей, которых касалась.

Мои мысли ей жутко не понравились.

Сначала.

А потом мы… хе-хе…

— Лют! — окликнул меня Владимир. — Откуда ты знаешь про Едоцвет?

Так, пошли вопросы, на которые я пока не придумал ответов. Алексей рассказал про нашу первую охоту на Кротозмеев.

Придётся соображать на ходу.

Хотя чего там соображать? У меня есть универсальная отмазка!

— Не помню, — пожал я плечами. — Наверное, раньше когда-то где-то прочёл.

Ответ не особо убедил Владимира, но допытывать он не стал.

Это вы погодите… Моя чудесная «забывчивая» головушка скоро ещё пару рецептов выкинет. Совсем от радости забегаете!

Только вот надо бы их вспомнить досконально. Знахарством я особо не занимался — так, в качестве походного развлечения, когда Эфлен варила у себя в котле всякое разное.

И зачастую пробовала это на мне…

В общем, парни поделились ощущениями от вчерашних испытаний. Даже побороли стеснение и вполне себе уверенно в окружении уважаемых бояр.

За Еленой закрепили последнее слово. И она подтвердила всё, о чём говорили мы, но ещё добавила:

— Вы даже представить не можете, насколько ценным является это открытие. Поиски древних знаний до сих пор идёт по всему миру, и Лют помог восстановить их частичку. Это не только полезно для наших воинов. Нелидовы прославятся тем, что приложили руку…

— Погоди, Елена, — остановил её Владислав. — Пока не стоит распространяться. Пусть отвар будет только у нас в первое время. Другим знать о нём не надо.

— Н-но как же!..

Елена была в корне не согласна с этим и даже потеряла дар речи от возмущения.

Однако я сейчас не мог не согласиться с Владиславом.

— Если про отвар узнает весь город… — Владимир хотел сказать, но исправился. — Когда про него узнают, тайна приготовления должна быть только в наших руках.

— Кто умеет готовить отвар? — спросил Владислав.

— Я, Елена Ярославовна, Анна и София.

Пока Елена боролась внутри с чувством несправедливости, мне пришлось ответить за всех.

И хотя уверенности, что Анна и София сумеют сделать всё как надо, не было, я решил упомянуть их тоже. Всё-таки они видели рецепт.

— Все записи уничтожить, — приказал Владимир. — Оставить только одну и спрятать в сокровищнице. А вам предстоит упорно потрудиться…

Эх, не думал, что отвар наделает столько шума. Но, похоже, с развалом империи народы пришли в упадок.

Всё выглядело не так плохо, как до объединения Арахата, но какие же тёмные нынче времена…

Тем не менее я гордо стоял посреди зала Совета. И теперь уже ловил не презрительные, а уважительные или как минимум заинтересованные взгляды.

Даже Владислав с Игорем крепко задумались на мой счёт. Только вот пока не понятно, хорошо ли это или плохо…

━─━────༺༻────━─━

— Ну, ты выдал! — воскликнул Алексей, когда мы выскочили из терема.

— Я уж думал, сердце в пятки уйдёт, — признался Тихомир.

Он действительно выглядел слишком взволнованным, даже заметно покраснел. А когда подошла София, тут же замер, раскрыв рот.

— Бедненький, тебя будто лихорадка охватила, — пролепетала она, касаясь его лба. — Давай немного успокою.

Тихомир, не моргая, пялился на неё и с каждой секундой плавно расширял глупую лыбу.

— Что-то не помогает, — нахмурилась София. — Сердце всё колотится… Что там произошло?

Мы с парнями тихо посмеялись над этой картиной, и только потом я смог ответить.

— Всё хорошо. Но нас ждёт много работы. Тебя, в том числе.

София оторвалась от Тихомира, за что я получил от него недовольный взгляд.

— Я тут при чём⁈ — воскликнула девушка.

Но ответила ей Елена, выходящая из дверей:

— У тебя есть знания, которые теперь недоступны миру. Вот при чём.

В голосе чувствовалась обида.

— Ладно тебе, душа моя, — подбадривал Браслав. — Всему своё время, только и всего.

Мужнины слова немного успокоили главную знахарку рода, а взгляд вызвал лёгкую улыбку.

Владимир раздал указания запастись всеми нужными ингредиентами, пока торговцы не прознали о них и не взвинтили цены.

Последнее было не так уж страшно, ведь у меня в погребе таился тяжёлый сундук с атаманской казной. Но всё же стоит поберечь золото — оно может ещё пригодиться.

Многое мы скупили на рынке и у охотников, но немалую часть приходилось добывать самим.

На охоту отправились вместе с Милушей, Анной и Софией. Они попутно собирали необходимые травы. Нам даже выделили телегу, чтобы увезти побольше.

К тому же решили идти с ночёвкой. Знакомых мест было много, и за один день все обойти не получится. И чтобы не терять время, лучше переждать за городом.

Меня, правда, тошнило от Едоцвета, поэтому я присоединился к сбору трав под подозрительные взгляды парней.

Подозрительные и завистливые.

Работали весь день и только на закате решили, что время готовиться к ночёвке.

Выбрали место неподалёку от небольшой реки, развели костёр и поставили палатки. Глеб оказался неплохим рыбаком. Он специально взял с собой гарпун и ловил рыбу, стоя по колено в воде.

Получилось удачно. Четыре жирных окуня пошли в уху, а к припасённым овощам Милуша добавила душистой зелени, от которой аромат из котла заставлял захлёбываться слюной.

Неподалёку я нарвал чабрец, мяту, кипрей и заварил в отдельном котелке напиток, какой часто пил в многочисленных походах и путешествиях.

Даже будучи императором мне часто приходилось отбиваться от всяких дорогих чаёв, которыми меня пытались пичкать слуги.

— Готово, — облизнувшись, сказал Вадим.

— Не, погоди!

Рядом встал Алексей. Он осторожно вытянул из костра головёшку и сунул конец в кипящее варево. Уха зашипела, забурлила ещё сильнее, пока головёшка не остыла, и только затем заявил:

— Вот теперь готово!

Мы налетели на еду, словно не ели неделю. И слишком быстро всё прикончили. Было даже как-то обидно.

Но сытно.

Я с полным животом разлёгся у колеса телеги и просто смотрел на небо, где уже начали проглядываться звёзды.

Костерок горел, кузнечики стрекотали, лёгкий прохладный ветер ласкал лицо, а натруженное тело отдавало приятной истомой.

Ко мне подсела Анна. Она держала в руках книгу, которую читала у дома главы.

— Я тут изучала твои записи, — прошептала девушка. — Кажется, я начинаю понимать, как ты запутывал знаки. Но мне нужно больше текста. Можешь ещё пару листов написать?

Признаюсь, я удивился. После такого нелёгкого дня Анна не сидела, сложа руки, а занималась делом.

Меня даже совесть немного кольнула.

Я достал из сумки записную книжку и кривовато начеркал пару листов на бумаге, которую Анна заранее припасла.

Похоже, она уже давно задумала это сделать.

Я хотел было не отставать и принялся сам изучать записи Люта, но тут Милуша объявила, что пришло время вечернего лечения и заставила меня лежать как лежал.

Собственно, возражений никаких не имелось.

Тягучее тепло её духовной силы снова разливалось по телу и обволакивало Источник. Это было демонически приятно. На моём лице сама собой появилась довольная улыбка, а краем глаза я заметил, как парни бросают в мою сторону завистливые взгляды.

Ну, что я могу сказать…

Пусть ломают собственные Источники и наслаждаются вниманием лекарок.

В общем, этим вечером удалось наконец-то отдохнуть.

Я восстановил теперь уже своё честное имя, разобрался с проклятым атаманом и на пути к укреплению этого несчастного рода, оставленного моим братом.

Да. Пожалуй, можно немного и расслабиться.

━─━────༺༻────━─━

На сбор ингредиентов ушло несколько дней.

Нам пришлось пропустить пару занятий у Мудра, но его предупредили, что дело важное, поэтому наказаний не последовало.

Только полная отработка в узком кругу.

Он гонял нас по Кругу и заставлял часами сидеть, размышляя о духовной силе и укрепляя Источники.

Алексей был в шаге от стадии Отрока. Даже ближе. Ему не хватало небольшого толчка, чтобы преодолеть границу, но это было нормально.

— Переход от Ученика к Отроку — первое духовное возвышение воина, — пояснил Мудр. — Непросто разобраться в самом себе и в собственном Источнике. Это будто прозреть, если всю жизнь проходил слепым.

Интересное сравнение.

Форма и вид Источника сейчас определялись по внутренним ощущениям. Если пытаться описывать его словами, он был похож на мутное пляшущее пятно на таком же мутном фоне.

Правда, в прошлой жизни ничего больше я не видел. Изменялись размеры, Источник всё больше напоминал пламя, но только и всего.

Было бы интересно посмотреть, как он выглядел…

В общем, целыми днями я только и делал теперь, что вместе с Еленой готовил отвары с утра до вечера, а затем тренировался сам или у Мудра.

А перед сном сидел за учебником, придумывая новые печати. С этим было тяжелее всего. После плотного рабочего дня сил оставалось мало, а все эти закорючки, да ещё под тусклым светом масляной лампы, будто расползались перед глазами. Но кое-какие успехи всё же удалось достичь.

И, казалось, жизнь налаживалась.

Первые порции отвара были отгружены Мудру, и он уже размышлял над тем, как подстроить тренировки с учётом новых возможностей. Я вовсю приближался к стадии Отрока и почти перестал ловить на себе косые взгляды. Совместная работа с Еленой прибавляла веса в обществе, а постоянная компания молодых людей, которая уже приняла меня за своего, заставляла остальных задуматься над своим поведением.

И самое прекрасное — нынешним вечером Елена заявила, что Источник полностью восстановлен!

Конечно, утренние визиты Милуши закончатся, что не могло не огорчать. Но, судя по всему, моё продвижение к Отроку теперь пойдёт куда быстрее.

Так что я с хорошим настроением поработал над печатями, уделил время развитию Источника и со спокойной душой лёг спать. Заснул быстро, сладко. Почти сразу перед глазами замелькали невообразимые картины, в которых смешались воспоминания, фантазии и чуточку бреда.

А сновидение выдалось ещё лучше!

В нём я вновь обрёл Глас богов, мой любимый меч нашёлся под кроватью, будто там меня и ждал все эти полторы тысячи лет. Вдруг показался сам Бергир, демоняка проклятый, и я на всех порах мчался его порубить на куски.

Только занёс меч и набрал в грудь воздуха, чтобы…

— Лю-ю-ют! — прорычал он вдруг.

Погодите, разве он не узнал во мне своего старого врага Светозара?

Даже обидно.

— Лют! — повторил Бергир каким-то странным голосом.

Кажется, он был высоковат для его демонической глотки.

— Лют!

Тут я всё же проснулся и увидел перед собой лицо Алексея.

— Наконец-то! — воскликнул он.

В темноте, ещё и с пеленой перед глазами мне показалось, что он немного размазанный.

А, не. Это не он размазанный, а румяна на его лице.

— Ты снова к Роксане бегал? — протянул я сонливо.

И зевнул, поднимаясь с кровати.

— Что? Как ты… Неважно!

Наконец-то я понял, что в голосе Алексея звучало серьёзное волнение. Да и сам он не находил себе места, шагая из стороны в сторону.

— Беда грядёт! Совсем скоро!

— Что случилось? — спросил я, встряхнувшись, чтобы взбодриться.

— Войцех сказал, что ждать больше не будет, — тихо произнёс он. — Елизаровы прямо сейчас собирают воинов. Хотят выгнать нас силой!

Глава 22

— К утру они уже будут у нашего порога! — воскликнул Алексей. — Я сам слышал. Отец Роксаны собирался в бой и вооружал старшего сына.

Я мигом взбодрился. Сон как рукой сняло.

Хотелось заглянуть под кровать — не найдётся ли там завалявшийся меч. Однако кроме паутины и пыли ничего оттуда не достанешь.

— Ты только мне рассказал? — спросил я Алексея.

— Да. Если кто-нибудь узнает о нас с Роксаной, войны не избежать.

Я кинулся одеваться. Быстро напялил штаны, сапоги, кафтан. Нацепил пояс с мечом и кинжалом.

— Наш дар должен был уже попасть к князю, — рассуждал по ходу дела. — Он наверняка может остановить Елизаровых. Не знаешь, Ставр закончил работу?

Вот сейчас я себя проклинал. Доверил такой важный вопрос другим!

Шкура Серебрянного Пардуса была ценной достаточно, чтобы выторговать несколько недель срока. Но я совсем позабыл убедиться, что всё сделано как надо.

Вы вылетели из дома, словно ужаленные. Алексея я отправил к Ставру, выяснять, что случилось с нашим даром. А сам ринулся сразу во двор к Владимиру.

Вот он обрадуется новостям…

В одном народе, который я покорил полторы тысячи лет назад, был обычай казнить гонцов, принесших плохую весть.

Надеюсь, до Варгии подобная дикость не дошла.

Двор главы рода охраняли стражники. Двое привратников с сонными видами стояли у входа, опираясь на копья. Но, увидев меня, тут же приосанились и насторожились.

— Чего надо, взбалмошный? — спросил тот что слева.

— К боярину! — гаркнул я. — Срочно!

— Ты посмотри на него! — хмыкнул стражник справа. — А, может, тебе его прямо сюд… Эй, куда!

Ждать, пока идиоты соревнуются в остротах не стал. Прошмыгнул между ними, придав ускорение духовной силой.

Стражники оказались магами, и вслед пустили свои ауры. Но, видимо, они были не слишком сильными, и успели только коснуться пяток.

Я рванул через двор под крики и поднявшийся лай собак. Стражники внутри выскочили навстречу и кинулись в мою сторону, чтобы остановить, но и от них мне удалось увернуться, хоть и едва-едва.

— Паршивец! — крикнул вслед один из стражников, попутно метая копьё, пропитанное ледяной аурой.

Копьё воткнулось прямо передо мной, и земля тут же покрылась слоем льда. Скользнув по поверхности, я чуть не потерял равновесие, но сумел выправиться и побежал дальше. Догадаться, что копьё могло прошить мою дурную голову, не составило труда. Но убивать, судя по всему, никто меня не собирался.

Но тут на пути возникли два воина. Они сразу выпустили пугающую ауру, и моё тело само по себе остановилось.

Меня скрутили прямо возле порога и заломали руки. Однако я широко ухмылялся, потому что шум удалось поднять на всю улицу, и даже отсюда доносились раздражённые гулкие шаги из дома.

— Вот гадёныш! — прорычал один из воинов, что держали меня на земле.

— Ты чего удумал, а⁈ — чуть спокойнее выдал второй.

Оба имели серьёзную духовную силу. И краем глаза я заметил серебряные гривны у них на шеях.

Но тут показался единственный обладатель Золота в нашем роду.

— Что за шум⁈ — зло прогремел Владимир, встав у крыльца.

Меня он заметил быстро, поэтому следующим возгласом прозвучало громкое, яростное:

— Лют Бастрак! Какого демона ты устроил⁈

— Елизаровы! — прохрипел я через сдавленную грудь.

— Чего? — уже спокойнее, настороженно спросил Владимир.

Он махнул воякам, чтобы те ослабили хватку, а сам спустился с лестницы с босыми ногами.

— Елизаровы к утру явятся сюда. Войцех объявил сбор — будут брать наши земли силой!

После этих слов я почувствовал, как хватка слабеет всё больше. По жесту Владимира меня и вовсе отпустили, так что я встал, отряхнулся и снова обратился к нему:

— Нужно готовиться в битве. Неужто князю дар по душе не пришёлся? Такой редкий демон!

Позади Владимира показались женщины.

Точнее, женщина и девушка чуть младше меня.

А рядом появился Воймир.

Он вспыхнул гневом, увидев, кто посмел побеспокоить его сон. Но по реакции отца быстро понял, что дело серьёзное.

— Дар… — прорычал Владимир, будто промалывая слова. — Дар отправили пару дней назад, но ответа так и не последовало. Утром я сам хотел идти ко двору князя.

— Поздно будет. Надо прямо сейчас…

Тут за спиной снова раздался шум. Это Алексей прибежал с вестями от Ставра. Привратники его задержали, но по указу пропустили внутрь.

— Говори! — гаркнул боярин, когда он остановился рядом со мной.

— Дар отнесли к княжескому двору. Но сам князь тогда был на охоте, поэтому шкуру оставили у тиуна, что за хозяйство отвечает. Только вот князь до сих пор не вернулся.

Он тяжело дышал. Пот, проскочивший то ли от бега, то ли от волнения, смазал следы ночных похождений во вражеский конец.

Но я стоял как вкопанный, не веря своим ушам.

Серьёзно⁈

Я приволок им убитого демона, дал рецепт отвара, чтобы набраться сил, и вкалывал как проклятый все эти дни!

А они не смогли уследить за самым важным…

Судя по выражению лица, Владимира посещали подобные же мысли.

— Воймир! — позвал он.

— Да, отец! — Тот мигом оказался рядом.

— Собирай дружину. Добрыня, Горыня, вы с ним, — Владимир кивнул двум серебряным воинам.

Тут же всё и все вокруг зашевелились. Жена главы с дочкой нырнули обратно в дом, а Воймир уверенным шагом повёл нескольких людей обходить дворы.

Скоро весь род Нелидовых поднимется на уши.

И только мы с самим Владимиром и Алексеем стояли неподвижно.

— Надо за князем бежать, — предложил я. — Сами отыщем, указ получим. И Войцеху прямо в морду сунем.

— Дар-то у тиуна! — спохватился Алексей. — С пустыми руками пойдём что ли?

Тут нас прервал Владимир. Он нахмурился, вздохнул, а затем снял с указательного пальца родовой перстень и протянул нам.

— Отыщите князя. Узнайте, куда он отправился, и расскажите всё. В качестве подтверждения покажите это кольцо. Он узнает и поймёт, что вы говорите от моего имени.

Глава немного колебался, кому именно стоит отдать перстень, но я избавил его от раздумий, выхватив кольцо из рук.

— Нам понадобятся лошади, — добавил я, надевая перстень на большой палец.

Владимир хмуро проследил за моими движениями, но благоразумно решил, что сейчас не время для препирательств.

— В конюшне, — кивнул он. — Берите двух крайних слева. Самые быстрые и по лесу обучены скакать.

Мы шустро снарядили конец, запрыгнули в седло и выскочили со двора на всех парах.

— Ставр сказал, где может быть князь! — кричал Алексей сквозь ветер. — Я знаю эти места!

— Веди! — прорычал я, подгоняя лошадь.

В лицо бил холодный ночной ветер, грива развевалась, закрывая руки.

Мы скакали мимо шумных, встревоженных дворов, откуда выбегали мужи с оружием в руках, а за ними — жёны, умоляя надеть бронь.

Повсюду зажигались огни, поднимался лай собак. Меня била дрожь то ли от холода, то ли от волнения, потому что никто не ожидал такого дерзкого хода от Елизаровых.

Я думал, они снова прискачут, как и в первый раз, промчатся по дороге, но у главного терема им пихнут в лицо княжеской волей и развернут обратно.

Проклятый Войцех!

Устроить нападение на благородный род прямо внутри города — это ещё безумнее, чем моя затея со штурмом Топора.

Надо отдать ему должное — кишка у него не тонка.

Мы выскочили за границы Нелидовых и пустились по улицам города к воротам. Краем глаза я заметил двух всадников на повороте, но не придал этому значения.

Однако у ворот нас ждала очередная преграда.

— Пропустите! — кричал я, подгоняя лошадь. — Откройте ворота!

Но вместо того, чтобы послушаться, стражники лишь выдвинули копья в нашу сторону и преградили дорогу.

Пришлось резко останавливаться, роя копытами рытвины. Кони заржали от такого обращения, дёрнулись и недовольно прохрипели.

— Совсем с ума посходили⁈ — крикнул стражник. — А ну, слезайте оба! Щас мы вас научим!..

Переглянувшись, мы с Алексеем схватили копья за древки, потянули на себя, пришпорив коней, и ударили ногами, выпустив часть духовной энергии. Стражники отлетели, рухнули на землю, а я прыгнул с седла и, на ходу глотая укрепляющий отвар, поднял засов и с усилием оттолкнул тяжёлую створку.

Стражники уже начали приходить в себя, а на дороге показались силуэты всадников, которых я видел ранее.

Я прыгнул обратно в седло, и мы понеслись прочь.

Оказавшись на приличном расстоянии, я обернулся и заметил, как всадники проскальзывают через ворота, пока те не закрылись.

— За нами след! — крикнул я Алексею.

Тот обернулся, переглянулся со мной и нащупал рукоять меча.

— Может, оторвёмся! — ответил он. — Есть идея, но будь осторожнее!

Алексей вдруг свернул с дороги и повёл меня в поле, огибая реку, служившую защитным рвом.

Чуть дальше от неё отходил канал, а само русло тянулось к лесу за холмами.

Я снова оглянулся. Всадники тоже свернули с дороги, окончательно убедив меня, что скачут по нашу душу.

Владимир посоветовал хороших скакунов. Резвые, быстрые, они несли нас по полю через высокую траву, ни разу не оступившись. Это было рискованно — вот так мчаться по холмам. Ведь стоит лошади попасть в кротовью нору или споткнуться, она может переломать себе ноги.

Поэтому мы не гнали слишком быстро, Алексей не хлестал скакуна, чтобы тот нёсся со всех ног. Но терять время в схватке с неизвестным врагом себе дороже. Кто знает, насколько они сильны?

Успеем ли?

Я доверился Алексею, прижался к гриве и позволил коню нести меня вперёд.

Преследователи догоняли. Казалось, хрип их лошадей доносился до нас.

Алексей вдруг обернулся в мою сторону и что-то крикнул. Из-за ветра я не расслышал слова и дал это понять. Он крикнул снова.

И мне не очень понравилось, что я смог-таки разобрать…

— Прыгай! — махнул Алексей. — И держись покрепче!

Скоро я понял, о чём шла речь. Впереди показался обрыв, выступающий над берегом.

Этот безумец решил перемахнуть через реку!

От меня что ли заразился?

Я сильнее прижался к гриве и последовал примеру Алексея, подгоняя лошадь. Вот почему ещё он медлил — нужно ускорение перед прыжком.

Оставалось совсем немного. Я прижался покрепче, чувствуя дрожь мускулистой шеи, запах лошадиного пота и тряску в голове. В последний раз пришпорил и зашевелил губами, моля скакуна не испугаться в решающий момент.

А затем прыжок — и воздух подхватил нас в свои невидимые руки.

Ветер в ушах засвистел сильнее и казался ярче оттого, что бой копыт и тряска прекратились. Хотелось зажмурить глаза, но я заставил себя смотреть, как мы пролетаем над широким руслом с быстрым течением и плавно опускаемся почти у самого противоположного берега.

Громкий всплеск.

Ледяная вода окатила всё тело и понесла нас в сторону. Конь принялся отчаянно грести к земле, фыркая и тяжело дыша, пока его копытна не упёрлись в дно.

Мокрые, продрогшие, мы вылезли на берег. Немного перевели дух и оглянулись.

Всадники не рискнули последовать за нами, постояли у обрыва и повернули лошадей.

Я не видел их лиц — головы были спрятаны под капюшонами дорожных плащей. Но надеялся и не увидеть после.

— Вот и х-хорошо, — клацая зубами, сказал Алексей. — Поехали дальше. Недалеко осталось.

И мы снова повели лошадей в путь.

Ночь почти подходила к концу, и скоро на горизонте покажется рассвет.

Мы должны успеть!

Глава 23

Посреди леса раскинулась небольшая поляна. Тут раньше была роща, но на её месте теперь обрастали мхом валежники.

— Следы, — прошептал мужчина, склонившись над землёй.

Он был широкоплеч, одет в плотный походный кафтан, закрывающий кольчугу, а на голове, обмотанный тканью носил круглый шлем с длинным наносником, из-под которого торчала густая покладистая борода.

Сам мужчина выделялся могучей спиной даже среди прочих воинов, а в руке держал тяжёлую рогатину на толстом древке. Широкое лезвие было длиной с короткий меч, а у основания торчали два усика, которые не позволяли клинку уйти слишком глубоко.

— Мы уже близко, княже, — он встал, осторожно оглядываясь по сторонам. — Вот зачем так рано полезли?

— Тихо, Демид, — похлопал его по плечу второй человек, скрытый в темноте. — Этот гад от нас днём уходит. Нагрянем ночью — глядишь, прям в берлоге зарубим.

Это был Златозар — Великий князь Варгии. Хотя сейчас он мало чем отличался от своего ближайшего друга Демида по внешнему виду. Такой же плотный неприметный кафтан, высокие сапоги, рогатина. Только сам он был чуть поменьше. Не особо крупный, но зато ловкий и быстрый, чем неоднократно вырывал победу в дружеских поединках.

— Зря так далеко от лагеря отошли, — продолжал Демид. — Опасный ведь демон!

— Конечно, опасный, — осклабился Златозар. — Иначе я бы не потащился в лес.

Они осторожно двинулись по следу, прислушиваясь к каждому шороху. Под ними проминалась мягкая сырая земля, мох глухо чавкал, а мелкие ветки хрустели под ногами.

Вдруг оба остановились. Почти одновременно, но князь на долю секунды замер раньше.

— Что-то неладное… — прошептал он себе под нос.

— Вон там.

Демид указал в сторону рощи, откуда доносился сначала тихий, но всё нарастающий шум. Вдалеке ломались ветви, кто-то хрипел, а затем воздух сотрясся от протяжного медвежьего воя.

— Готовься, Демид! — весело прорычал князь, перехватывая в руках рогатину. — Сам на нас идёт! А ты всё зачем, да зачем.

— Осторожнее, князь, — нахмурился боярин. — Не стоит расслабляться.

Оба навострили копья в сторону приближающейся угрозы и приготовились встречать её со всем присущим гостеприимством.

Наконец шум подобрался так близко, что слышан был топот. Быстрый, резвый…

И это был не только один демон. Неужто их несколько?

Демид покрепче сжал рукоять и на всякий случай влил в оружие духовную силу, чуя неладное.

И тут ветви ближайших деревьев распахнулись, из-за крон выскочили тёмные силуэты.

— Что за… — удивился князь, но затем гаркнул: — Бей!

━─━────༺༻────━─━

Мы мчались сквозь лес, моля всех почивших и оставшихся богов, чтобы они даровали удачу, и кони не споткнулись ни обо что.

Бедные животные. Они боялись, дрожали, хрипели, встречали колючие ветви ёлок собственными мордами, но продолжали гнать галопом.

Нам с Алексеем было не сильно легче. Ветви, одёрнутые лошадьми, хлестали по нашим лицам, Руки немели от натуги, холода и ссадин. А держаться в седле во время такой дикой скачки становилось всё сложнее.

Но останавливаться было нельзя.

Потому что за нас преследовал Чернобурый Медведь!

Если Чернобурых Волков в моё время считали одними из самых слабых лесных врагов, то медведи вызывали трепет даже у бывалых охотников.

Но сейчас он вызывал у нас откровенный ужас!

Огромный разъярённый демон валил целые деревья, гоняясь за нами. Он рычал, испускал из пасти красноватый дым, а тёмный окрас, из-за которого он сливался с тенями, создавал впечатление, что нам угрожает сам лес. Только мелкие красные точки глаз позволяли следить, как он приближается.

— Что нам делать⁈ — кричал Алексей, с надеждой оглядываясь в мою сторону.

Если честно, у меня в голове родилась только одна идея. И она была не слишком удачной. Скорее, не менее рискованной, чем просто убегать, пока есть силы.

Как-то нехорошо всё обернулось.

Мы оторвались от всадников, въехали в лес и спокойно двигались в сторону охотничьей лежанки. Алексей знал, где в этих угодьях чаще всего останавливались на ночёвку, так что князь должен был быть там.

Однако по пути мы вдруг наткнулись на Чернобурого Медведя, который выглядел как-то слишком уж раздражённо и потрёпано.

Нет, от демонов никогда никто не ожидал добродушия. И дорогу у них спросить вряд ли кому удавалось. Однако Медведи отличались от тех же Волков куда большим спокойствием. Они могли даже не трогать людей, если те не докучали или не выглядели слишком аппетитно.

Но этот зыркнул на нас с особой злобой, будто мы лично его из берлоги выволокли, и тут же погнался с разинутой пастью.

Спастись обоим шансов не было.

Я надеялся добраться до княжеской ставки, но, если верить ориентирам Алексея, до неё было ещё далеко, а демон подбирался всё ближе, едва не наступал на пятки.

В таком случае оставалось лишь разделиться, и тот, кому повезёт больше, сможет уйти, чтобы передать князю сообщение.

Я набрал воздуха в груди, прежде чем крикнуть решение Алексею…

Как вдруг деревья впереди закончились, нас вынесло на какую-то поляну, а затем произошло то, чего я объяснить был не в состоянии.

В один миг небо с землёй поменялись местами, раздалось ржание, свист, чей-то крик, смешанный с рёвом демона. Поляну осветила вспышка духовной энергии, а я обнаружил себя лежащим на земле.

Рядом фыркал конь. Он тяжело дышал, подняв голову. Я боялся, не переломаны ли его ноги или ещё что-нибудь. Ринулся к нему, но оказалось, бедняга просто устал.

В голове было как-то всё сумбурно после встряски и падения. Я вспомнил о демоне, выхватил из ножен меч, но вдруг…

— А вот этого не надо!

Моё запястье сжала чья-то крепкая широкая рука.

Оглянувшись, я увидел крупного воина с бородой и рогатиной, по лезвию которой стекала кровь.

— Лют! — воскликнул Алексей. — Мы целы!

Он встал неподалёку, отряхнулся.

Я обернулся и увидел наконец огромную тушу демона посреди поляны. Над поверженным чудовищем стоял другой воин, чьё копьё было воткнуто в разинутую медвежью пасть.

— Кто вы такие? — спросил здоровяк.

— Мы из рода Нелидовых, — ответил я. — А вы кто? Представьтесь!

Небольшая дерзость вызвала ухмылку на скрытом под тенью шлема лице.

— Меня зовут Демид. Из рода Храбров. А это… — он кивнул на второго воина, только что выдернувшего копьё. — Это Великий князь Варгии и властитель Стариграда Златозар из рода Буревоев.

Ох, ты ж как…

Я ненадолго затих, не зная, радоваться или нет.

Алексей осмотрел свою лошадь, и та нехотя поднялась на ноги, недовольно фыркнув в сторону убитого демона.

— Мы как раз за ним! — воскликнул я.

И хотел было ринуться к князю, но моё запястье всё ещё находилось в плену.

— Меч, — тихо, но твёрдо напомнил Демид.

Я медленно сунул клинок обратно, и он разжал пальцы.

— Какое у вас дело к князю?

По голосу было понятно, что стоит обращаться к властителю напрямую.

Особенно пока он поглощает духовную силу демона.

Сердце до их пор бешено стучало, отдавая пульсацией в висках. Кажется, при падении я помял-таки бока, но сейчас это пока не чувствовалось. Я немного отдышался, рассмотрел Демида.

Под шлемом скрывалось спокойное лицо с широким носом. Взгляд глубокий, вдумчивый, а спрятанные в тени глаза таили большой ум, если я хоть что-то понимаю в людях.

— Войцех Елизаров решил отобрать наши земли силой. Мы спешили к князю просить поддержки.

Я показал родовой перстень Нелидовых на большом пальце, подтверждая серьёзность слов.

— Ух ты ж… — протянул Демид, поглаживая бороду. — Эко он дерзко решил поступить. Погодите-ка, ведь срок подошёл, разве нет?

Демид глянул на меня так, будто разоблачил в чём-то постыдном.

— Нелидовы должны как раз к утру освободить дворы. Мы даже выделили землю за стеной. Рядом лес — чтобы отстроиться. Река…

— Нельзя так! — вспыхнул Алексей.

Здоровяк с интересом перевёл на него взгляд.

— Мы в этом конце испокон веков живём. Пращуры не в одном поколении строили дома, растили детей… И что теперь — отбирать⁈

Кажется, мой друг понял, что слишком дерзко говорит с княжеским ближником. Но отступать уже было некуда — только настаивать на своём. Поэтому я поддержал:

— Мы не просим списывать долг просто так. Лишь хотим отсрочки, чтобы разобраться в вопросе. Сколько лет Елизаров пытался оттяпать земли, а теперь вдруг появился какой-то договор. Подозрительно, разве нет?

Пока сделал паузу, чтобы понаблюдать за реакцией Демида. Он призадумался, не стал возражать.

— Дайте время — вот чего просим. Или докажем, что договор — липа. Или заплатим сполна. И в качестве дара за княжескую услугу отправили днями ранее шкуру Серебряного Пардуса — редкого демона, которого в наших краях…

— Пардус! — раздался позади нас бойкий голос.

Князь Златозар закончил поглощать демоническую силу и теперь немного светился в темноте от переполненного Источника.

— Чудной зверь, а? Жаль, не мне довелось с ним встретиться. Не знаете, кто его положил?

Он рукавом вытер окровавленный клинок, задорно осклабившись.

— Мы, княже! — воскликнул я. — Меня зовут Лют, а это Алексей. Мы прибыли от рода…

— Да, слыхал, слыхал, — махнул князь. — Понятно всё. Что думаешь, Демид?

Здоровяк ответил, продолжая гладить бороду:

— Много на себя взял Войцех.

— Знал, что мы на охоте, и остановить некому будет, — хмыкнул Златозар.

— Негоже так поступать. Надо бы его проучить — зарвался слишком.

— Ну, это посмотрим. А вот остановить надо. Сейчас разделаем демона, вернёмся в лагерь и…

— Нет времени! — перебил я князя.

Что было не слишком разумно, хоть и необходимо.

Но Златозар лишь с усмешкой глянул на меня, позволив говорить.

— Елизаровы уже на подходе. К утру будут на нашем пороге и учинят бойню. Сейчас надо мчаться, княже. Прямо сейчас, чтобы успеть!

Ветер пробирался за шиворот, охлаждая разгорячённое тело. Я смотрел князю прямо в глаза и чувствовал, как он оценивает меня, меря взглядом в ответ.

— Значит, Владимир доверил тебе родовое кольцо? — Златозар кивнул на мою руку.

— Да.

Хотя дело было не совсем так, но всё же это сейчас неважно.

— Тогда… — Князь зацепил зубами рукавицу и снял с пальца кольцо с печатью. — Тебе можно доверить и княжеское, верно?

— Княже… — прорычал Демид.

— Ничего, ничего. Держи.

Я принял кольцо и нацепил его рядом с кольцом Нелидовых.

Алексей смотрел на меня, словно видел впервые, причём с Жар-птицей на голове. А Демид недовольно хмыкнул.

Подумаешь, княжеское кольцо… Я носил и получше, между прочим.

— Скажи Войцеху, чтоб уводил людей обратно и ждал моего указа. Вздумал тоже — силой моих подданных за стену гнать!

Он снова надел рукавицу.

— Демид, давай-ка побыстрее здесь закончим. Пора возвращаться в город.

— Хорошо, — кивнул здоровяк.

— А вы ступайте. Надеюсь, успеете, пока этот Елизаров делов не натворил.

— Спасибо, княже!

Мы с Алексеем переглянулись и кинулись к лошадям. Я покрепче сжимал кулак, чтобы перстни не выпали ненароком. Повернул лошадь в сторону поваленных деревьев, откуда мы выскочили, и пустил рысью.

Однако не успели мы добраться до края поляны, как нас окликнул Златозар:

— Парни! Хорош был этот Пардус, а? Тяжело взяли?

Я усмехнулся.

— Хорош! Сами увидите, какая шкура вышла. Еле одолели.

Ответ ему понравился. И мы продолжили путь.

━─━────༺༻────━─━

Из лесу выбрались быстро. Чернобурый Медведь проломил неплохую дорогу прямо среди зарослей, так что лошади шли вполне спокойно.

Но мы их не гнали. Бедные скакуны и без того устали, да к тому же видно было плохо. Как мы не напоролись на дерево или какую-нибудь другую преграду, пока бежали от демона, даже представить не могу.

Возможно, боги всё ещё жили, но решили не подавать вида.

Но когда оказались на опушке, на горизонте уже проглядывалась полоса рассвета. Мы пришпорили отдохнувших коней и поскакали в город.

Перепрыгнуть реку в том же месте не выйдет. Обрыв с той стороны был высоким, с него можно было перемахнуть почти через всё русло, а с этого берега таких мест Алексей не знал. Поэтому пришлось сначала выбираться к дороге.

Мы помнили о всадниках, которые нас преследовали. В тот раз оторваться удалось, но расслабляться всё равно нельзя. Быть может, они поджидали где-нибудь по пути.

Поэтому я решил двигаться не по самой дороге, а в стороне, скрываясь в зарослях. Если не удастся избежать встречи, хоть не будем застигнуты врасплох.

Но рассвет заставлял спешить.

Мы двигались осторожно, осматривались. Однако чем светлее становилось вокруг, тем быстрее мы нетерпеливее гнали лошадей.

И скоро увидели их.

Наши преследователи, облачённые во всё те же дорожные плащи с капюшонами, ждали прямо посреди дороги.

— Как-то они слишком открыто стоят, — поделился я с Алексеем.

— Будто хотят, чтобы их заметили, — согласился он.

Правда, стояли всадники не просто посреди дороги. А у самого перекрёстка, контролируя все стороны, где мы могли появиться.

Незаметно уйти не получится. Наши лошади устали, их были свежими. А до города ещё оставалось приличное расстояние, за которое нас успеют нагнать.

Я немного напряг мозги, придумывая хоть какой-нибудь план, но выход оставался единственно верный и неизменный во всех вариациях.

Мой клинок тихо шаркнул о ножны, вылезая наружу.

Алексей тоже обнажил меч.

Мы выждали три громких сердцебиения, и, не сговариваясь, выскочили из укрытия.

Всадники вздрогнули. Их кони заржали от неожиданности и встрепенулись. Они почему-то выставили руки — наверное, хотели ударить духовной силой.

— Хренушки! — рыкнул я, взмахнув мечом.

Мы ворвались между ними, сбили обоих на землю, а сами, выпустив духовную силу приготовились добивать неожиданно лёгкую добычу.

Но тут раздались знакомые испуганные голоса:

— Нет! Лют, постой!

— Это мы!

Один из всадников откинул капюшон, и я узнал в нём Мыша.

Алексей тоже его узнал. Но был один нюанс…

— Ах, ты, ворюга! — зарычал он, поднимая коня на дыбы. — Посмел снова появиться!..

— Погоди, Алексей.

От моих слов он удивился, но успокоил лошадь.

Мышь осторожно поднялся на ноги вместе с Осиной.

Почему-то верхом они казались не такими разными. Или я просто не успел разглядеть?

К тому же, темно было…

В общем, я уверил себя, что имелись вполне резонные причины не узнать этих оболтусов посреди ночи.

— Чего надо? — раздражённо воскликнул я. — Мы спешим.

— Очень! — гаркнул Алексей.

По взгляду я понял, что меня ждёт множество вопросов, от которых отбрехаться вряд ли получится.

— Злата нас послала. Сказала, что хочет встретиться.

— И приказала не возвращаться, пока с тобой не договоримся, — будто оправдываясь, пробормотал Осина.

— Чего ей надо? — нахмурился я.

Недобандиты переглянулись и пожали плечами.

— Нам велено только найти тебя и договориться о встрече.

Что опять стряслось?

Я и так поставил Ясыха со Златой во главе преступного мира Стариграда. Неужто без меня ничего не могут сделать?

— Ладно, будет ей встреча, — кинул я. — Но после. Сейчас другим занят.

И повёл коня дальше. Алексей нетерпеливо последовал за мной, а в спину донеслось жалостливое:

— Когда после-то⁈

━─━────༺༻────━─━

До города добрались без приключений. К тому времени уже вовсю сиял рассвет, а от ночной темноты ничего не осталось.

Алексей не стал донимать расспросами, а изо всех сил гнал коня, который уже устало фыркал от постоянной скачки.

Бедные, как бы не загнать совсем. Когда всё закончится, по ведру яблок каждому принесу!

У открытых ворот стояли уже другие стражники, поэтому на нас они не обратили никакого внимания.

Не знаю, поведали им про ночную стычку сменщики или нет, но что-то подсказывало, никому из участников не было выгодно распространяться о ней.

Мы спешно продвигались по улицам, стараясь не сбивать людей. Но не всегда это получалось должным образом, поэтому вслед летели угрозы и недовольные возгласы. А чем ближе мы подбирались к концу Нелидовых, тем плотнее становилась толпа перед нами. Алексей обеспокоенно поглядывал то в мою сторону, то в сторону наших дворов.

И замер, когда раздались звуки битвы.

Глава 24

Мы прорвались сквозь взбудораженную толпу и выскочили у входа во владения Нелидовых.

На улицах уже вовсю шли мелкие стычки по несколько человек. Но это, видимо, лишь отголоски настоящей схватки, которая кипела дальше. Следы на дороге указывали, что сотни воинов недавно пробежали в сторону главного двора.

— Быстрее, Лют! — воскликнул Алексей, махнув мне рукой.

Мы ринулись вперёд, но тут же наткнулись на троих Елизаровых. Судя по всему, это были обычные воины не слишком высокого развития. В руках они держали копья и свирепо, хищно смотрели на нас.

Однако ухмылки быстро слетели, когда мы обнажили мечи. Клинки сверкнули на солнце, а острые кромки будто резали сам воздух. На торжествующих лицах зависло понимание, что они наткнулись не на простых клановых воинов, а на родовитых боярских детей.

Троица выглядела куда старше нас. И куда опытнее. Так что я атаковал, не дожидаясь, пока они придут в себя.

Первым делом сократил дистанцию, отвёл копьё в сторону и с ноги врезал под колено ближайшему противнику. Алексей тоже не растерялся — завязал на себя сразу двоих и успешно от них отбивался, пока я оглушал своего. Затем мы зажали оставшихся в тиски, обрубили древки и отправили досыпать упущенную ночь.

Они наверняка не выспались, готовясь к атаке.

Жаль только, убивать нежелательно. Кто знает, как отреагирует князь?

Наглость Войцеха ему пришлась не по душе, однако пролитая кровь может привлечь ещё больше проблем.

Мы с Алексеем продолжили путь. По дороге помогли паре наших бойцов, и те присоединились к отряду неподалёку.

Чем ближе становился главный двор, тем громче гремела битва. И вот, добежав до последнего поворота, нам наконец-то открылась основная схватка.

Строй сражался со строем.

Елизаровы плотной стеной давили на уступающих в числе Нелидовых. Оружие светилось цветами духовных потоков, крики, вздохи и стоны звучали вперемешку с ударами и громыханием магии.

Сам Войцех возглавлял своих людей. От него шла самая пугающая аура, которой противостоять мог лишь Владислав.

Младший Всеславович с гневом на лице рубился с Елизаровым, сверкая огненным покровом. Вокруг него крутились вихри, которые хлыстами били по щиту Войцеха, пока тот отбивался странной магией, принявшей форму сотен листьев, острых как бритва. Словно стая жутких птиц, они то закрывали собой атаки Владислава, то сами кидались в бой, звеня и искря по броне.

Бояре с высокой стадией развития явно сдерживались, иначе от ближайшей округи остались бы только руины. Но даже так их сила сейчас для меня казалась весомой.

Ратислав покрылся тёмным силуэтом разъярённого медведя и таранил противников мощными размашистыми ударами косматых лап, сопровождая их двуручным топором.

Браслав будто обвился ветвями, которые пронзали всё вокруг или наоборот плотно сжимались, чтобы отразить атаку.

Магия Игоря приняла форму сверкающей крыльями птицы. Пуская вспышки молний, он рубил сразу двумя мечами так быстро, что я едва поспевал за его движениями.

И они, и другие бояре Нелидовых выглядели грозно, сражались храбро. Но Елизаровы наступали всё плотнее и плотнее, заставляя их пятиться. Давили числом.

Однако не только это позволяло им брать верх.

— Почему Владимир не сражается⁈ — прорычал я.

Глава нашего рода сидел верхом на коне в полном вооружении, но только наблюдал, как его люди шаг за шагом отступают. Я видел, что ему не терпится вступить в бой, но, стиснув зубы, он продолжал лишь смотреть.

— Княжеский указ, — зло проговорил Алексей. — Всякому, достигшему стадии Золотого воина, запрещено использовать духовную силу внутри города.

И тут я понял, что Войцех всё продумал отлично.

Гадёныш знал, что единственный, кто способен ему противостоять, не сможет этого сделать. Если только не нарушит закон.

А Владимир, каким бы он не выглядел спокойным, вот-вот его хотел нарушить.

Мы ринулись в сторону битвы. Шайки елизаровских прихвостней заметили нас и кинулись наперерез.

Завязнуть в бессмысленной стычке нельзя. Я отвёл клинок первого попавшегося противника, рубанул по защитной пластине на плече, переломав пару костей, и под вой боли врезался в двух следующих.

Одного отбросил ударом ноги, тут же закрылся клинком от второго. Затем выпустил духовные потоки и впервые сумел закрутить ими воздух перед собой.

Оба противника рухнули от неожиданности, а я чуть не потерял время на ликования. Однако Алексей вытолкнул меня вперёд, пока нас обоих не взяли в кольцо.

— Беги! — крикнул он вслед. — Ты должен успеть!

На него тут же обрушились удары со всех сторон. Долго ему не продержаться, а на меня уже нацелилась парочка ублюдков, оторвавшихся от остальных.

Так хотелось преподать им урок…

До дрожи в зубах.

Но я побежал в тыл елизаровского строя. Кажется, Владимир ещё не заметил меня из-за поднявшейся пыли и вспышек магии, однако я видел, как он положил ладонь на рукоять меча.

Его взгляд предупреждал, что последняя капля терпения вот-вот лопнет. Строй Нелидовых всё сильнее сжимали, почти взяли в клещи. Я заметил, как с яростью рубится Воймир, как свирепо кидается на врагов Наслав. Знакомые лица учеников Мудра, полные решимости, храбрости и отчаяния.

И злобный, торжествующий оскал Войцеха, который только и ждал, чтобы Владимир нарушил закон.

Нападение Елизаровых можно будет оправдать. Это наглость — вершить самосуд за спиной у князя. Но с рассвета земли Нелидовых должны были перейти к ним во владение. И тогда Войцех трактовал бы нападение, как защиту собственных территорий и имущества.

А Владимир предстал бы сразу перед двумя обвинениями.

И вот он уже потянул рукоять, обнажая меч. В глазах ярость, лицо плавно искажается в рвущемся наружу гневе…

— Именем князя приказывают остановить битву! — прокричал я со всех сил, подняв над головой руку с кольцом. — Разойдитесь! Именем князя!

В пылу сражения не все услышали мой голос. Сначала на него обратили внимание несколько человек в задних рядах Елизаровых. Но затем оборачивалось всё больше и больше людей.

В какой-то момент Нелидовы даже начали отбивать потерянное пространство, воодушевились, однако быстро поняли, в чём дело.

Когда я добежал до Войцеха, клинки затихли, а магия перестала искриться, вспыхивать и крушить всё вокруг.

Владислав смотрел на меня как на врага, который украл его шанс побить главу Елизаровых. А сам Войцех уставился на сверкающее кольцо у на моём пальце.

— Это… Ты кто такой? — прорычал он.

— Лют! — Голос Владимира прогремел над всеми грозным раскатом.

Он пустил коня вперёд, заставляя ряды застывших воинов расступаться. И сопровождаемый ненавистным взглядом Войцеха остановился напротив меня.

— Это то, что я думаю? — спросил он.

— Да, глава. Князь прибудет позже, а пока я говорю от его имени.

— Что это значит⁈ — Войцех сбросил магический покров и направился в нашу сторону.

Краем глаза я убедился, что с Алексеем всё в порядке. Его знатно потрепали, но мой друг стоял на ногах, хоть и уперевшись на отобранное у кого-то копьё.

— Князь Златозар послал меня передать его волю! — так громко, как только мог, объявил я. — Он недоволен самоуправством рода Елизаровых и требует от вас немедленно сложить оружие и покинуть владения Нелидовых!

— Это мои земли! — прорычал Войцех. — Ты, поганый мальчиш…

— Вас ждёт суд! — прервал я его. — Решение по земельному вопросу князь примет лично. И объявит в ближайшее время. А пока все должны разойтись по домам.

На меня были обращены сотни глаз. И своих, и чужих. Кто-то смотрел с благодарностью, а некоторые, как тот же Владислав, явно хотели прибить меня на месте.

Воймир глядел гневно. Тот, с кем он сцепился — тоже. Видимо, у них имелись личные претензии друг к другу, и я помешал их разрешить.

— Почему мы должны верить какому-то… — Войцех встал напротив меня, но вдруг прервался.

Рассматривая перстень князя, он обратил внимание на родовое кольцо Нелидовых и сально ухмыльнулся.

— Владимир, у тебя всё так плохо, что стал доверять такие вещи ублюдку?

— Заткнись, мерзавец, — рыкнул глава.

И так рыкнул, что действительно заставил подонка проглотить язык.

— Князь передал свою волю. Уводи людей.

На некоторое время повисло неловкое напряжение.

Разгорячённые, жаждущие битвы воины стояли друг напротив друга, сжимая оружие. Не только Воймир — тут у каждого нашёлся личный враг, с которым хотелось свести счёты.

Мне даже показалось, что многие из Нелидовых были рады нападению.

Тут из строя, расталкивая елизаровских людей, вышел парень в боярской броне. Лицо я в прошлую нашу встречу особо не разглядел, но голос запомнил.

— Всё-таки не зря мы шкурами рисковали, когда вытаскивали тебя из лап демона!

Ратмир, старший сын Владимира, с дерзкой ухмылкой подошёл к нам. За ним последовал ещё один знакомец.

— Радуешься, что не успел получить как следует? — Мстислав, старший сын Войцеха, сплюнул под ноги и сунул меч в ножны.

Да тут и без меня склок хватает. Может, стоило дать им сражаться до конца?

От напряжения в воздухе скоро дышать будет нечем.

Войцех схватил моё запястье железной хваткой, чтобы осмотреть перстень. А затем пренебрежительно отшвырнул руку, недовольно хмыкнув.

— Настоящее. Сомневаюсь, что князь потерял бы его.

Они с Владимиром переглянулись. Духовные потоки двух старых соперников столкнулись, отчего даже мне стало душно.

Чем-то это напоминало первое испытание Мудра, когда он заставил меня прорваться сквозь плотную стену духовной силы.

Только, думается, стой я между ними, превратился бы в лепёшку.

Духовная аура Владимира оказалась заметно сильнее. Рыкнув, Войцех отвернулся и махнул людям:

— Уходим!

Бросая надменные взгляды, воины Елизаровых разворачивались и шагали прочь. Сегодняшняя стычка ясно показала, что Нелидовы значительно уступают в силе.

Владимир — единственное, что держало род на плаву. Стоит ему исчезнуть, и нас тут же сожрут.

А это могло произойти в любой момент. Как только начнётся очередная война, например.

Я поспешил к Алексею.

— Как ты⁈ — спросил его, подхватывая на плечо. — Жив, цел?

— Жив… — морщась, прохрипел он. — А вот насчёт целости ответить сложно.

— Ничего, Елена с девчонками помогут.

Улицы снова заполнил шум, но теперь это была суета. Из домов повыбегали старики, женщины и дети, раненых поднимали и тащили во двор к Елене, раздосадованные воины расходились кто куда.

И большинство посматривали в мою сторону недобрыми глазами.

Правда, злил их не я сам, а явное поражение.

Может, они тешили себя надеждами, мол, ещё бы чуть-чуть — и наваляли бы супостатам! Но явился я и прервал всё в самый неподходящий момент.

Ещё одно унижение, которых, видимо, и без того хватало.

Ничего, пусть злятся. Лучше будут работать, чтобы в следующий раз не ударить в грязь лицом.

— Лют, — позвал меня Владимир.

Я обернулся. Алексей шикнул от стрельнувшей боли.

— Да?

— Кольцо-то мне верни…

━─━────༺༻────━─━

— Какая наглость! Мерзавцы! Подонки!

Елена суетилась между ранеными, следила, как её ученицы оказывают помощь, поправляла и особо тяжёлыми случаями занималась сама.

И попутно бранилась.

— Явиться вот так — как враг! За городскими стенами атаковать боярский род! Им это не должно сойти с рук. Князь должен!..

— Князь ничего им не сделает, — хмуро вздохнул один из раненых.

Это был взрослый мужчина. Простолюдин, а не боярин. Но довольно суровый на вид — крепкий, с густой бородой, торчащим кривым носом и широкой грудью. И, судя по всему, уважаемый многими воинами.

— Молчи, Стойко! — цыкнула Елена подчёркнуто любезно. — Тебе сейчас говорить вредно.

Мужчина с улыбкой замолк и откинул голову на подушку.

— А ведь правду говорит десятник! — проворчал ещё один раненый.

Этот выглядел постарше, да похуже. И пузо успел отъесть, и широкую ряху. Однако тоже не из последних воинов, видимо.

— Худота!

— Ну, чего вы, Елена Ярославовна. Так ведь оно и есть.

Чуть отойдя от того, как не соответствовали имя и внешний вид этого человека, я решил вклиниться в разговор.

— Может, и не накажет крепко. Но уже не позволит так просто отобрать наши земли.

Воины повернулись ко мне с любопытными взглядами. Алексей, возле которого я сидел, тоже навострил уши.

— Я общался с князем. — В доказательство вытянул большой палец с перстнем.

Вдруг кто не видел?

— Он недоволен Елизаровыми. Будет суд, и будет его слово. Думаю, не зря сегодня оборонялись. Войцех сам себе на хвост наступил.

Настроение у всех чуть поднялось. Немного хороших новостей всегда способствуют лечению, так что Елена не стала меня прерывать.

— В общем, братцы, поборемся ещё! — улыбнулся я.

— Хрен им, а не наши дома! — прорычал Стойко сквозь зубы.

Он зажмурился от головной боли, шумно выдохнул, чем заставил Милушу прервать текущее лечение и заняться им.

Елена хотела было рыкнуть, чтобы он замолчал, но тут со всех лежанок раздалось бодрое:

— Хрен им! Пусть подавятся, но земли не отдадим!

Затем, правда, пошли жалобные стоны от хлынувшей боли, а ученицам Елены пришлось поработать усерднее, бормоча себе под нос проклятия.

Алексей тоже присоединился к общему ликованию, после чего закашлялся и ухватился за живот, сморщив лицо.

К нему тут же подскочила его сестра Ольга. Её зелёные глаза внимательно осматривали брата, а спутанные русые волосы спадали перед лицом, из-за чего ей приходилось постоянно дуть на них.

— Давай помогу, — улыбнулся я, пальцем убирая непослушный локон.

Ольга от неожиданности резко на что-то надавила, вызвав болезненный стон. В её глазах вспыхнул гнев, который тут же сменился замешательством. Эмоции спутались, и вместо внятного возгласа она лишь пошевелила пухлыми губами, сердито глядя на меня.

А затем вернулась к лечению брата.

Тут в помещение зашёл запыхавшийся парень. Я видел его рядом с Воймиром на тренировках. Его звали Яромиром, и был он младшим сыном Владимира.

— Лют! — воскликнул он, глазами рыская в поисках меня.

— Что такое? — Я встал, поймав на себе его взгляд.

Яромир тоже смотрел немного смущённо. Ничего, скоро привыкнет и к почтительному уважению.

Сложно относиться с презрением к человеку с княжеским перстнем на пальце.

— Глава зовёт!

Тут на меня обернулись все. С удивлением.

Сейчас в доме Владимира проходил очередной Совет. Старейшины семей обсуждали, как им быть и к чему следует готовиться. И всем этим высокопоставленным мужам потребовался кто?

Я!

Ухмыльнувшись, я кивнул Яромиру и сказал, что скоро буду.

— Выздоравливай, — кинул напоследок Алексею.

— Смотри, не наболтай ничего лишнего, — прокряхтел он. — А то язык отрежут, не припомнят заслуги.

Краем глаза я заметил, что Анна и Милуша хмыкнули себе под нос.

— Ничего не могу обещать, — ответил я.

━─━────༺༻────━─━

— Нужно скинуться и заплатить проклятый долг!

— Ещё чего! Эти сукины дети от меня ни единого медяка не получат!

— Правильно, пусть катятся ко всем демонам со своим договором! Дайте мне эту бумажку — буду задницу подтирать!

— Не заплатим — сам князь выгонит! С дружиной придёт, не отобьёмся!

— Да даже если соберём весь долг, останемся без портков!

Оживлённое обсуждение текущей ситуации немного поутихло, когда я вошёл.

Стражник наверняка нарочно хлопнул дверью посильнее, чтобы о моём приходе услышали все. Негоже всё-таки боярам кричать, словно базарные бабки. Особенно когда бастрак смотрит.

— Лют, подойди, — Владимир жестом поманил меня.

Я остановился на привычном уже расстоянии, поклонился и принялся слушать, чего меня, собственно, вызвали.

— Расскажи, как именно прошла встреча с князем. Что он сказал?

Воцарилась тишина. Не знаю, это перстень действовал на бояр, или во мне всё-таки увидели спасителя, но все молчали, пока я пересказывал встречу в лесу.

А когда закончил, Владимир тяжело вздохнул, поглаживая бороду.

Владислав наклонился к брату и тихо сказал:

— Не всё потеряно. Дар князю понравился. Увидит воочию — совсем подобреет. Глядишь, сумеем разоблачить гадов.

Не унималась надежда, что договор липовый. Мне бы на него собственными глазами взглянуть…

Всё-таки Асмарида и подделкой документов занималась. Я успел немного приноровиться, пока смотрел за ней — глаз намётан. Сомневаюсь, что Елизаровы смогли управиться лучше, чем эта смуглая проказница.

— Да, надежда есть, — сказал я, нарушив раздумья Владимира. — И время выбьем. Но использовать его придётся во всю. И подготовиться ко всем возможным исходам.

Владислав зыркнул было недовольно. Но не стал ничего говорить. А Владимир лишь кивнул.

Подготовка бойцов уже началась. Минувшая стычка только разожгла ярость и сподвигнет всех тренироваться усерднее.

С долгом будет сложнее. Но казна Топора тут придётся к месту. Не хотелось бы отдавать золото Войцеху, но если это поможет…

Хотя, там всё равно не вся сумма. Нужно больше. И немало.

Но судьбу сейчас решит указ князя. И это произойдёт куда быстрее, чем мы предполагали.

В зал вошёл человек в доспехах. Все обернулись в его сторону и затихли снова.

— Послание от князя Златозара Буревоя! — гулким голосом объявил он. — Всех старейшин рода Нелидовых вызывают в княжеский терем! Явиться сей же час!

Я обернулся на Владимира. Тот сжимал челюсть, что борода зашевелилась.

— Передай князю — мы явимся, — кивнул он.

Глава 25

Бояре надели свои лучшие наряды и снарядили лучших коней, чтобы всем вместе отправиться в княжеский терем.

Даже мне выдали порядочный кафтан, шёлковые штаны и высокие красные сапоги. А на голову напялили пёструю шапку с подкладкой из соболиного меха. Между прочим, слишком жаркую для лета. Даже для северного.

И выдали коня. Того самого, на котором я добирался до князя.

Его звали Задором — по неспокойному нраву.

Бедняга сначала настороженно отнёсся ко мне. Видно, помнил, как ему приходилось гнать подо мной по полям и лесам, да прыгать через реки. Но я не забыл о данном самому себе обещании и принёс целое ведро яблок, чем смягчил нрав животины.

Да, я отправился вместе с боярами.

Это было не однозначное решение, но княжеский гонец перед уходом упомянул, что Златозар позвал «отроков, которые привели к нему добычу». Поэтому Алексей гордо вёл своего коня рядом.

Ну, и перстень остался при мне. Даже глава рода не мог забрать то, что было вручено самим князем. Хоть и временно.

Нашу колонну, следующую от самого края города к центру сопровождали любопытные взгляды прохожих. На фоне простолюдинов мы выглядели вполне богато и внушительно…

Пока не повстречали Елизаровых.

Войцех вёл вдвое больше бояр, к тому же богаче одетых. И надменно смотрел в нашу сторону, чувствуя собственное превосходство.

Ну, скалься, скалься, сукин сын…

Пока есть чем скалиться.

Тем не менее через ворота во внутренний город мы прошли первыми. В богатых районах наши наряды уже не так выделялись, а прохожие куда спокойнее реагировали на важных всадников, направляющихся в твердыню.

Княжеский терем находился на земляном вале, укреплённом каменными стенами и башнями. Это был последний и самый надёжный оплот, если внешние и внутренние стены падут.

Твердыню окружал ров, через который вёл длинный изогнутый мост, соединяющий главные ворота наверху с малыми воротами на внешней стороне. Мост был не только изогнутым, но и наклонным, что делало его жутко неудобным для подъёма. Но попробуй враг продвинуться по нему в сторону крепости, защитники найдут множество положительных качеств такого решения.

Копыта застучали по деревянному настилу, когда мы ступили через малые ворота. Стражники следили за нами строго и безо всякого восхищения. По сравнению с величественным сооружением и наряды, и важность бояр теряли в весе, но колыхающиеся на башнях стяги Варгии рядом со стягами Велизара придавали торжественности и, признаюсь, вызывали некоторый трепет.

Хотя я видел и куда более величественные картины, всё же это выглядело здорово. Наверное, в том числе на меня повлиял и знакомый стяг Варгии — чёрный медвежий оскал на белом фоне. Его я придумал сам.

Правда, герб Велизара раньше стоял ниже, как один из вассальных. А теперь его белый сокол на чёрном фоне гордо возвышался над варгийским в качестве царского.

Да, с красками в ту пору было тяжко. Поэтому северные роды чаще пользовались чёрными и белыми цветами для своих стягов.

Княжеский терем тоже выделялся. По сравнению с ним наш казался деревенской халупой.

Каменный, с тяжёлыми высокими воротами и башнями — маленькая крепость, которую можно оборонять дружиной из полусотни человек.

У широкой лестницы, ведущей ко входу, нас встретили вооружённые люди. Того, кто их возглавлял, я узнал сразу.

— Демид, — кивнул Владимир.

— Владимир, — так же скупо ответил тот.

Он окинул нас взглядом, поприветствовал подоспевших Елизаровых и объявил:

— Златозар вас уже ждёт. Оружие прошу оставить у входа, мои люди за ними присмотрят.

Конюхи по его жесту кинулись принимать у нас поводья, пока тяжёлые бояре с грохотом спрыгивали на землю.

Мы с Алексеем чуть затихли. Он из-за волнения, а я — чтобы не выделяться, пока не настанет время. Было бы странно увидеть юнца, которому что княжий терем, что шалаш в лесу — всё одно.

Поэтому приходилось отыгрывать жуткий интерес.

Я переглянулся с Демидом. Он зацепился глазами за перстень на моём пальце, но больше не обращал на него внимания. А дождался, пока все сдадут оружие и проводил нас внутрь.

В зале уже собрались сотни бояр, куда более представительных, чем мы с Елизаровыми вместе взятые.

Количество золота, дорогих тканей и надменных рож уже немного напоминало императорский дворец, хотя и не дотягивало до него. Если дом Владимира по сравнению с этим местом — халупа. То княжеский терем так же выглядел по сравнению с моим прежним дворцом.

Под пристальными взглядами мы пошагали к трону, где сидел Златозар. Его правая рука лежала на серебристой шкуре Пардуса, что немного облегчила душу. Вроде князь располагал хорошим настроением.

Елизаровы шли вровень. Точнее, Владимир и Войцех. Хвост за последним тянулся дольше. И примерно в десяти шагах от помоста, на котором стоял трон, все остановились.

Златозар нахмурился, сурово глядя в нашу сторону. Дождался, пока шум и приглушённый гомон утихнут, а затем наконец сказал:

— Подойдите ближе.

Владимир и Войцех шагнули вперёд и остановились в трёх шагах от помоста.

— Ваш спор вышел за грани разумного. Войцех Казимирович, ты напал на боярский род Нелидовых с оружием в руках. Что скажешь в своё оправдание?

Златозар говорил спокойно, но твёрдый низкий голос доходил до каждого из присутствующих. Казалось, он и шептать мог — всё равно услышат.

— Великий князь! — заверещал Войцех. — С сегодняшней зари не я — они ступили на мою землю!

Гадёныш рукой указал на нас, а его голос заставлял морщиться.

— Вы сами видели договор, заключенный нашими пращурами! Мы не получили положенной платы и пришли к себе домой, где нас встретили копьями и мечами! Мы всего лишь защищались, господин. Отстаивали своё законное право.

Я прямо-таки чувствовал, как закипают бояре Нелидовых. Ещё немного, и духовную силу наружу пустят. Алексей холодным взглядом смотрел на Войцеха, добела сжимая кулаки, и, кажется, не моргал.

— Что ты на это ответишь, Владимир Всеславович? — Князь перевёл всё такой же непоколебимый взгляд на нашего главу.

— Княже, — басовито, спокойно начал он, — Елизаровы достали эту бумагу, которую назвали договором, не пойми откуда. Заявились нагло, сунули её под нос и потребовали непомерную плату за наши собственные земли. На которых выросли наши дети, мы сами, наши отцы и пращуры.

Но тут голос Владимира набирал злости, рычания и звука с каждым словом:

— Мы не собираемся уступать им ни пяди! Заявляю: договор — ложный!

Вдруг поднялся шум и гам. Елизаровы возмущённо кричали, Нелидовы отвечали им тем же. Прочие бояре тоже переговаривались, перешёптывались. Кто-то даже присоединялся к возгласам.

— Это оскорбление! — кричал громче всех Войцех. — Наглый, низменный наговор! Да за такое!..

— Хочешь поединка, Войцех? — цыкнул Владимир. — Я всегда готов.

Это заставило Войцеха захлебнуться собственными словами, покраснеть и натужиться до выступающих на висках вен.

Однако следующий крик, вылетевший откуда-то из толпы Елизаровых, едва не вывел из себя даже Владимира, который до этого момента оставался спокойным и твёрдым как каменная глыба.

— Потомки проклятого Узурпатора! Поганая кровь!

Яростный взгляд Владимира, обращённый в сторону крика, заставил всех заткнуться. Владислав пошёл дальше — он с красным от гнева лицом выискивал пугливого смельчака.

Нелидовы совсем озлобились. Даже Алексей дёрнулся, готовый кинуться с кулаками на родовых старейшин, хоть и чужих.

Только я наблюдал за всем с некоторой… скукой.

Задумался чего-то.

Сколько повидал за годы правления подобных сцен — не счесть. Всякий тянул на себя одеяло и, брызжа слюной, доказывал свою правоту.

Как-то, помню, двое вельможей добрались аж до верховного суда в моём лице, споря о границах своих владений. Причём спор длился поколениями — ещё до моего восхождения на престол.

Суть вот в чём. Когда-то их общий предок разделил наследство между двумя сыновьями и каждому отдал по половине своих владений. А границей поставил реку, которая в те годы как раз пополам делила эти земли.

Но русло реки изменилось, изогнулось в двух местах, и два огрызка земель теперь сменили владельцев, совершив тем самым равноценный обмен. Но вельможи не захотели оставлять всё как есть. Они начали требовать друг у друга пересмотр владений, но никак нем могли договориться.

Из вредности — потому как ни в одном из огрызков ничего ценного не было.

У меня в тот день было плохое настроение, так что я выслушал их, грозно зыркнул и забрал земли у обоих. Но всё же я справедливый правитель, поэтому выдал им взамен такие же по площади пустыри на разных концах империи.

Даже интересно, что с ними теперь стало…

Так вот, нынешняя склока слишком уж напоминала мне скучные перебранки, которые я был вынужден наблюдать день ото дня. Поэтому даже наглая ложь про узурпатора и поганую кровь не заставила меня шевельнуть и бровью. Тем более, что в шапке было жарко, и пот неприятно стекал по шее, отчего там зачесалось. Да и ароматы разгорячённых бояр, укутанных в плотные одежды, начинали тревожить нос.

Златозар, по всей видимости, отлично меня понимал. Мы с ним случайно переглянулись и задержали друг на друге взгляды.

И тут он поступил довольно неожиданно.

— Молчать! — гаркнул он.

Шум быстро утих. Чуть выдержав тишину, Златозар продолжил:

— Лют, подойди ближе.

Взгляды всех вокруг мигом обратились на меня. Особенно удивились Злобины, которые, кажется, и не замечали среди старейшин двух юношей.

Тем не менее я спокойно подошёл к Владимиру и остановился рядом с ним.

— Нет, подойди ко мне, — поманил князь.

А вот это, признаюсь, заставило даже меня слегка удивиться. А уж как остальные ахнули — это и описать сложно. Кажется, кто-то из бояр чуть собственные усы не проглотил.

Я поднялся на помост, поклонился князю и обернулся к залу, встав по левую сторону от трона. Справа стоял Демид.

Вот теперь уже куда более привычный вид. Взволнованные рожи вельмож, стражники, краем глаза пытающие разглядеть, что же там такое происходит. И все пялятся на меня.

— Этим утром я отдал Люту свой родовой перстень, — молвил Златозар. — И пока тот в его руках, Лют может говорить от моего имени. Так скажи, Лют из рода…

Демид наклонился, прошептал ему на ухо и снова выпрямился.

Князь слегка ухмыльнулся.

— Скажи, Лют Бастрак. Как мне стоит рассудить этот спор?

Вот гад, а…

Самому лень думать — он меня подрядил.

Причём нельзя же приказать, мол, договор в топку, Елизаровым — розги, а нам — плясать, да праздновать. Выставлю князя дураком, и самому мало не покажется.

Повезло хоть, что у меня имеется опыт в подобных делах, и решение я придумал уже давно.

— Договор вызывает сомнения, княже… — начал я.

Елизаровы тут же насупились, чуть не просверлив меня десятками пар глаз. Нелидовы глядели… настороженно.

Я только недавно поднялся из всеобщей занозы до уважаемого человека, принесшего много пользы, так что они гадали, не захочу ли я чего учудить. Особенно пытливо смотрел Владимир. Он лучше остальных понимал, что вариант с розгами и плясками не сработает.

— Но раз уж мой род выдвинул обвинения, нам и доказывать вину. Докажем — земли останутся нашими, а Елизаровы выплатят долг, который требовали с нас. В качестве платы. А не докажем…

Хотелось, конечно, сказать что-то вроде «ну, и хрен с ним», но пришлось выдвинуть равноценный обмен:

— Мы покинем дома и отдадим золото добровольно и безо всякого сопротивления.

Златозар хмыкнул и, слегка ухмыляясь, кивнул Войцеху:

— Ну как, доволен таким решением?

Войцех поклонился, ядовито улыбнувшись в мою сторону. И, гадина такая, начал возражать!

— Великий князь, всё бы оно хорошо, да только… Как быть уверенным, что у Нелидовых столько золота найдётся? Пусть предъявят всё до последнего медяка, тогда и договариваться можно.

Сукин сын!

Знает, падла, что у нас столько денег нет. Владимир нахмурился, гадая, как поступить. Войцех с плохо прикрытым ликованием кинул на него взгляд, а затем снова посмотрел на меня. Так, будто я ему подыграл.

Но вдруг из толпы бояр вышел статный мужчина явно высокого достатка. Шапка на нём сверкала мехом демона, кафтан — из самых дорогих тканей. Украшенный драгоценными камнями пояс блестел на свету, на шее висела гривна. Не золотая и не серебряная — а из стали. Темноватый оттенок подсказывал, что руду для неё добывали у Драконьих гор.

Он был постарше Владимира, но не слишком. Лет на пять или десять. Волевой взгляд, чёрная борода, местами тронутая сединой, и орлиный нос, к которому склонялись хмурые густые брови.

— Позволь мне сказать, Великий князь! — воскликнул он.

Владимир отреагировал настороженно, но мало чем выдавал это. Войцех покосился с прищуром, чуя неладное.

— Говори, Ярополк Лазаревич, — кивнул Златозар.

Голос князя изменился. Сразу заметно, насколько серьёзнее он относился к этому человеку.

— Я готов поручиться за род Нелидовых. Всё же они носители древней благородной крови. Негоже так просто выгонять их за стены.

Пока князь молчал, среди бояр прошлись волны приглушённых голосов и шёпотов. Из общей невнятной массы мне почему-то удалось расслышать что-то про узурпатора. Даже ухо дёрнулось.

Нелидовы тоже слышали эти разговоры, только поближе. И немного сжались, будто обороняясь ото всех. Владислав едва сдерживался, чтобы не ринуться прямо в гущу обсуждения. Так сказать, добавить собственных «аргументов» в споры.

Открыто обвинять род в том, что их начало положил оболганный Я, никто не хотел. Даже языкастый засранец из Елизаровых, который выкрикнул неосторожные слова, так и не показался.

Но отношение читалось невооружённым глазом.

— Хорошо, — наконец кивнул Златозар.

Он протянул ко мне руку, верно требуя перстень обратно, после чего указал вернуться к своим.

А когда я встал возле Алексея, князь поднялся с трона и объявил:

— Даю роду Нелидовых срок в один месяц, чтобы доказать свои обвинения. Если этого они сделать не смогут, то покинут город, отправятся на земли у восточной границы и выплатят две суммы долга. Одна часть Елизаровым, вторая — казне.

Среди наших бояр прокатился встревоженный рокот.

У нас и прежней суммы не было, так теперь вдвое больше потребуется.

— Ежели им удастся доказать подлог, Елизаровы выплатят ту же сумму, а Войцех Казимирович предстанет перед судом.

Теперь зароптали Елизаровы. Суд в таком случае вряд ли денежным взысканием обойдётся.

— На том и порешим, — заключил Златозар.

━─━────༺༻────━─━

Возвращались в молчании.

Даже Владислав был непривычно задумчив. Все на меня время от времени кидали взгляды, не зная, хвалить или бранить.

Но, считаю, князь решил всё верно. Вполне здравые наказания.

Восточная граница, как я помнил из карты, тянулась вдоль Драконьего предгорья. Там и полторы тысячи лет назад было куда больше демонов, чем в любом другом месте, и теперь вряд ли что изменилось.

Поэтому наказанием для рода станет вечная угроза смерти.

Руда с Драконьих гор не просто так ценится высоко. Найти её не очень сложно, но добыча грозила множеством опасностей. Ещё в моё время туда отправлялись только самые отчаянные люди.

Но помимо прочего над нами нависнет непомерный долг.

Ярополк Лазаревич был главой рода Злобиных. Довольно могущественного рода, и не в последнюю очередь благодаря его собственной силе, развитой до стадии Витязя.

Это мне рассказал Алексей, когда мы уже вернулись домой.

Но что нужно Злобину, сильному и богатому, от нашего ослабевшего рода?

Видимо, завтра узнаем. Ярополк обещал навестить Владимира.

Я снял сбрую с Задора, сунул ему ещё пару яблок и погладил гриву.

А в ответ гадёныш фыркнул прямо в лицо, обдав меня ошмётками, а затем заржал почти по-человечески и подпрыгнул от веселья.

— Вот почему его так прозвали! — захохотал Алексей.

Я хотел сначала шугануть наглеца, но затем понял, что он так дружбу выказывал. Поэтому лишь хмыкнул, вытираясь об рукав.

— Что делать будем, Лют? — уже серьёзным голосом спросил Алексей. — Месяц всего остался.

Я швырнул собранные ошмётки обратно в Задора, отчего тот ещё раз фыркнул и показал зубы.

— Есть у меня одна идея… Да что-то мне подсказывает, там не всё так просто.

Не зря же я ставил новых атаманов во главе стариградского подполья? Пора бы уже пользоваться связями по назначению.

Кто лучше преступников может подсказать мастера по подделке документов?

Вот только Злата наверняка не для праздника отправила своих парней меня искать. Что же там случилось…

Может, просто отблагодарить хотят? Так рьяно желают, что без меня наказали бедолагам не возвращаться.

Было бы очень любезно с их стороны…

Глава 26

Раз уж меня видел почти весь высший свет Стариграда, якшаться с бандитами надо осторожнее.

Я для такого случая припас кое-что особенное. Как знал, демон их побери.

Помимо тренировок, сбора ингредиентов и приготовления отваров я продолжал заниматься печатями. Дело шло не быстро, прямо скажем. Но уже появились довольно серьёзные успехи.

Пока что применять печати я мог лишь с предварительной подготовкой. Надо было нарисовать правильные знаки, вложить духовную силу, активировать и только потом пользоваться. Но для некоторых случаев можно делать заготовки, чтобы ускориться.

Например, нанести на одежду печати невидимости стойкой краской. Хорошо хоть золота теперь хватало и на одежду, и на краску, и на чернила со всем необходимым.

Собственно, так я и сделал. Пришлось, правда, заморачиваться с каждой частью наряда, поэтому на него ушла пара вечеров плотной работы. Но самой тяжёлой всё равно оставалась печать на собственном теле. Через зеркало это давалось очень непросто.

Но в итоге я мог передвигаться по городу скрытно без необходимости раздеваться догола, что явно стоило этих затрат.

Кое-какие новые печати тоже припасены, но с их применением пока были сложности. Удалось лишь соединить «Время» со значением, равным примерно двум человеческим секундам для отсрочки действия и «Огонь». Кидаться бумагой неудобно, так что я обмотал их на глиняные черенки и сделал запас из десятка таких снарядов.

Если вдруг понадобится отвлекающий манёвр или даже прямая атака, будет очень полезная штука. Испытать удалось только единожды, но результат вполне соответствовал ожиданиям. Осколки обожжённой глины даже разлетались в стороны, нанося дополнительный урон соломенным чучелам.

Главное, чтобы ошибок в печатях не было.

А то взорвётся прямо в руках или вообще не взорвётся. Или взорвётся слишком поздно…

В общем, практика покажет.

Я надел наряд невидимки, запустил действие печатей и убедился, что всё работает как надо.

Печать на теле контролировать было легче, а вот те, что нанесены на одежду, имели довольно ограниченный срок. Поэтому времени у меня не очень много. Надо поспешить.

━─━────༺༻────━─━

Бордель теперь выглядел радушнее.

И намного безалабернее.

Стражников почти не было. Двое доходяг у входа не в счёт — какой злоумышленник будет ломиться через главные двери?

На крыше я заметил только пару человек, а из патрулей лишь двое уставших от жизни бедолаг, которых я помнил ещё по своей разведке. Они тогда стояли в переулке и причитали о тяжёлых временах, связанных с поборами Топора.

Сейчас они тоже бурчали, лениво шастая по округе и пиная камешек по пути.

— Эх, Топор-то худ был атаман, но спуску не давал!

— Это верно говоришь. Теперь, вон, весь уклад развалился. Баба — атаманша! Да где ж такое видано!

— Тише ты! Тут повсюду уши могут быть.

— Да кому уж какое дело? Они там с Ясыхом всё спорят, да спорят. А у нас как дела шли на спад, так и продолжают.

— Ага, ага… Топор драл мзду, но там хоть было с чего. А с этими только от блуда прибыток не упал. Но с него нам доля — что есть, что нет.

— И обратно же в блуд уходит всё равно…

— Ага. Я давече заплатил монетой одной бабе. Ну, той, что рыжими волосами.

— Знаю, знаю. И чего?

— Я эту монету запомнил — там царапина была приметная. Так мне этой же монетой долю выплатили!

— Эвоно как. И чего ты?

— Ну, решил не нарушать круговорот. Пошёл к ней опять.

— Равновесие злата и блуда, значит.

— Если бы! Она цену подняла…

Ну, в общем отпустил я эту парочку с тяжёлой воровской судьбой бродить дальше. Картину они описали вполне информативно, так что примерное понимание, зачем меня позвали, уже получено.

Только вот если бы я собирался в атаманы записываться, мне эти двое на хрен были б не нужны.

Ладно, посмотрим, что скажет Злата.

Я Забрался на крышу, безо всякого труда прокрался мимо стражников и подошёл к открытому окну атаманского жилища. Откуда ещё на подходе услышал ругань.

— А что ты собираешься с ними делать⁈ — кричала Злата, расхаживая туда-сюда вдоль комнаты. — Как отбиваться? У нас сил нет даже прежние точки крышевать. Дохода никакого!

Ясых сидел на тахте и грозно зыркал ей вслед.

— Значит, пойдём на большую дорогу. Мои парни справятся — там денег больше. Вот и будет нам доход.

— Да пока вы по лесам сидеть будете, здесь облаву устроят, разве не понимаешь? Нужно соглашаться!

— Нельзя!

Ясых вскочил перед Златой, исказил рожу в гневе и, по виду, вот-вот готов был устроить разнос с превращением всей мебели в заготовку для костра.

— Почему⁈

— Да потому что Топор с ними дела вёл. Будем поступать как он, люди роптать начнут, мол, тоже всех кинуть захотим! И не даст этот Кожедубыч нам в центре города работать, разве не понимаешь?

Злата немного утихла, но только пока соображала ответ. Зыркала на него огнём из глаз, губы поджала и чуть не тряслась вся.

Однако Ясых оказался сообразительнее.

— Всё, я вниз! — рыкнул он. — Мне надо думать, кого на дело брать завтра!

Злата с ещё большим возмущением смотрела, как уходит её товарищ. От кипящих эмоций даже не сумела сказать ничего внятного.

— А, ты… куда… а, ну!..

Но Ясых хлопнул дверью и удалился, оставив её полыхать в собственном негодовании.

Я перелез через окно, прекратил действие печатей на одежде и на теле, а затем…

— Привет!

— А-а-а-а-а-а!

Злата от неожиданности подскочила, закричала, узнала меня, но не могла уже остановиться и швырнула метательный нож.

Увернулся я вполне удачно, но нож вылетел в окно, а крики привлекли внимание стражи. Мне пришлось прятаться за тахтой, когда в дверь ворвались оба балбеса с крыши, оставив посты без присмотра.

— Что случилось⁈

— Что такое⁈

Они с оружием наготове осматривали всё помещение, но, слава богам, Злата к тому времени опомнилась и отправила их обратно.

— Ничего, ничего… просто показалось, — тяжело дыша, махнула она. — Возвращайтесь.

Когда балбесы ушли, я наконец вылез из укрытия и уселся на тахту, с которой у меня было связано одно очень приятное воспоминание.

— Звала?

— Ты как сюда пробрался⁈ — вместо благодарности возмутилась Злата.

Я театрально оглянулся в сторону выхода, снова посмотрел на неё и ответил:

— Слишком уж просто. Удивлён, что тут каждый желающий не бродит. Вам стоит обращать больше внимания на безопасность.

— Безопасность⁈ — зарычала она. — Да какая безопасность, когда…

— Так, — отрезал я стальным голосом. — Кричать будешь на своего сотоварища. Успокойся.

Злата растерянно похлопала глазами, хотела что-то возразить, но по моему твёрдому взгляду поняла, что рисковать не стоит, и понуро уселась рядом.

— Зачем звала? — повторил я вопрос.

— Ясых, — вздохнула девушка. — Он слишком упёртый, слушать ничего не хочет. К нам заявились бывшие покровители Топора и предложили работать на тех же условиях.

— Предложили?

— Настоятельно рекомендовали.

— Захар Кожедубыч, значит?

Злата удивилась, откуда я знаю, но быстро поняла, что к чему.

— Ага. Сам припёрся. Меня чуть в дрожь не бросило. — Она обняла себя руками, поёжилась и нахмурилась от неприятных воспоминаний. — Вспомнил меня, гад. Предложил…

Тут ком в горле не дал ей договорить. Но что именно мог предложить этот хрыч, понять было несложно.

В общем, проблема ясна. Как и стоило догадаться, преступность в городе покрывали заинтересованные люди, власть имущие. Топор захотел выбраться из кабалы, но ему помешали жадность, глупость и мы. Однако для его покровителей смена власти в трущобах — лишь новая марионетка в руках, поэтому сначала предложили по-хорошему договориться.

А не согласятся, так поставят своих наместников.

И, судя по словам Ясыха, это Захар обрубит все выходы на богатую добычу. А значит заветы «предка» исполнить не получится.

Надо что-то думать…

— Так, расскажи-ка, кто он такой, этот Кожедубыч.

Злата с надеждой взглянула на меня.

— Поможешь?

— Постараюсь. Но не бесплатно!

Всё же я ставил своих людей в атаманы не для того, чтобы их проблемы решать. А наоборот.

Злата немного приободрилась, даже улыбнулась. И начала рассказывать. Как оказалось, они уже раздобыли все сведения на этого гадёныша, какие только могли. Хоть тут хорошо отработали.

— Захар Кожедубыч — глава дворянского рода Ушанских. Его дед получил титул от прошлого стариградского князя. По записям — за верную службу. Но, говорят, на деле он купил его за большую сумму. Ушанские тогда особенно разбогатели, к тому же отец Захара достиг стадии витязя и считался одним из сильнейших воинов княжества. Поэтому влияние рода оказалось непомерно происхождению.

Я слушал её рассказ, осматривая помещение. Тут мало что изменилось, но вот чего у Топора было не отнять — при нём всегда находилась какая-нибудь еда. Пусть это чаще всего был виноград, но всё же перекусить сейчас я б не отказался. Теперь же стол перед нами пустовал вовсе.

— Сам Захар хочет боярином стать, — продолжала Злата. — Но всё не дотянется и до вершины Золотого воина, что никакими деньгами не исправишь. Надеется на сыновей — они вроде как способные. А пока расширяет влияние с помощью торговли и… нас.

— Это как?

— Он устранял соперников, натравлял банды на караваны других купцов или устраивал вокруг чужих лавок такие беспорядки, что потом выкупал всё за бесценок и наживался.

— Но среди бояр есть люди и посерьёзнее. Их не боится?

— Он осторожен, как я поняла. Знает, против кого можно действовать, а кого трогать не стоит. Но добрая треть торговли в городе уже в его власти.

Ух ты ж… Серьёзный дядька.

Амбициозный, к тому же, что может сыграть нам на руку.

Злата ещё рассказала, где проживает род Ушанских, сколько в нём примерно людей и какие торговцы, по сути, их ставленники.

Скажем так, почти весь рынок внешнего города находился под властью этого ушлого рода.

— Весело… — вздохнул я. — Это будет непросто.

— Так ты поможешь? — молящим тоном спросила атаманша.

— Придумаю что-нибудь, — кивнул ей в ответ.

Лицо Златы осенилось надеждой. Не знаю, хорошо ли, что она так верит в мои возможности, но выхода особо нет. Если оставить всё как есть, труды насмарку, получается?

Казна Топора когда-нибудь закончится, а я рассчитывал на куда больший прибыток от своих приключений.

К тому же с детства не люблю ушлых законников. От таких стражей порядка больше вреда, чем пользы.

И нет, в моём случае не стоит искать никаких двойных стандартов. Я собираюсь использовать преступников исключительно на благо общества и направлю эту прорву энергии в правильное русло!

Просто всему своё время.

Однако труды окажутся напрасны, если нас выпрут на границу.

— А ты пока разузнай, кто из мастеров по подделке документов работал на Елизаровых.

— А? — удивилась Злата.

— Я же сказал, что помогу, но не бесплатно. Мне нужны сведения, кто работал с родом Елизаровых. Напрямую или через подставных лиц. Понятно?

— Да, конечно! — воскликнула атаманша. — Сейчас же распоряжусь.

— Вот и хорошо.

Я встал, активировал печать на собственном теле, а затем на одежде под ошарашенным взглядом Златы.

И чего удивляется? Она ж видела меня… невидимкой. Как бы это ни звучало.

Хотя, быть может, воочию наблюдать, пока человек пропадает из поля зрения — это довольно занимательно.

— Лют? — позвала Злата, когда я уже почти перебрался через окно. — Ты ещё тут?

— А?

Она забавно смотрела прямо на меня ищущим взглядом и спросила:

— А где Мышь и Осина?

— В смысле?

— Ну… Они должны были привести тебя ко мне.

— Погоди. Про «не возвращаться без меня» — это серьёзно что ли?

Злата потупила взгляд и поджала губы, словно напакостивший ребёнок.

— Я сгоряча сказала. А они, видимо, всерьёз восприняли.

О, боги! Почему вы столкнули меня именно с этими недобандитами, а? Им же взаправду скоморохами плясать, а не дубинами махать!

До сих пор ведь где-то шастают…

━─━────༺༻────━─━

Возвращался домой в раздумьях.

Надо как-то убрать с дороги этого Захара, а то он мне всю малину портит. Вот только как это сделать?

Род могущественный, хоть и дворянский. В моё время такого не было, но эти дворяне, как я понял, новое сословие. Титулы выдавались за особые заслуги или за деньги. Чаще за деньги, потому что заслугами, по большей части, считалось развитие Источника. А какой-нибудь простолюдин, неизвестно какими чудесами достигший, например, той же стадии Витязя, будет бельмом на глазу у благородных бояр. Такого бы в род принять, чтобы кровь усилить, но не по чину, как говорится.

А так можно и закрыть глаза на происхождение. Даже с некоторой гордостью заявлять, мол, достойный человек!

Кстати, Нелидовы тоже роднились с дворянами. Например, Елена была из дворянского рода. Правда угасшего уже. И жена Ратислава, Инга Олеговна из дворян.

Так что идея хорошая. Вон, сколько пользы от таких союзов получил наш род.

Однако Ушанские были далеки от угасания. Свести их вряд ли получится, поэтому нужно отвадить или заставить смягчить условия. Этого достичь будет непросто.

Но.

Захар Кожедубыч — мутный тип. Помимо связи с преступниками у него явно есть ещё много грешков за душой. Поэтому первым делом стоит порыться в его тёмных делишках. Глядишь, найду чего-нибудь такого, отчего сам будет дань платить за молчание.

В общем, с этим мне ещё предстояло разобраться. А пока у меня планы на ночь состояли в проверке новых рецептов.

Укрепляющий отвар хоть и помогал развивать Источник, всё же был направлен на усиление организма, костей, суставов, мышц и прочего. На мне его действие уже вовсю работало, но надо подогнать и духовную силу.

Как раз Источник исцелили и замаячила стадия Отрока, в которую мне никак не пробиться почему-то. Мудр говорил, что это самый трудный переход. Но всё же надо ускориться.

Однако добравшись до дома, я застал там нежданного гостя.

Алексей сидел у моей кровати и ждал с мрачным видом.

Ждал, надо полагать, меня. А кого же ещё-то?

Поэтому пришлось обрывать печати у порога и заходить внутрь, ожидая серьёзного разговора.

— Доброй ночи, дружище, — хмыкнул я. — Не заскучал?

Алексей поднялся, хмуро глядя на меня, и вместо ответа сам задал вопрос:

— Ты где был?

Они сегодня сговорились что ли? Я ж не просто так спрашиваю…

— Гулял.

Я устало плюхнулся на кровать, стянул с себя ботинки, рубаху и уже хотел снимать портки, как Алексей снова начал тормошить меня вопросами.

— Гулял? Это никак не связано с теми бандитами, Лют? Кажется, тебя какая-то Злата вызвала. Не та ли новая атаманша, что в борделе теперь правит?

Вот поэтому я и не женился. Хотя кандидаток было много.

Ну, не только поэтому, но в том числе.

И уж думал, друзья подобными претензиями осыпать не должны.

Однако мне нашлось, что ответить.

Я удивлённо поднял бровь и даже остановился, держа штаны над коленями.

— Откуда такой интерес к борделям, дружище? Роксана знает о твоих наклонностях?

Хе-хе, прямо ты яблочко!

Алексей засуетился, растерялся и вместо внятного ответа замекал и забекал.

Правда, недолго. Осадить его как Злату не получилось, поэтому он пришёл в себя и снова начал наседать:

— Земля слухами полнится — вот откуда! Ты лучше скажи, зачем с татями связался! Ты хоть понимаешь, что будет, если прознает кто?

— Понимаю, — рыкнул я, стягивая штаны.

Поработать, видимо, не получится. Так хоть посплю, быть может. Тоже полезно. Даже очень.

— То есть, всё-таки связался… — Отпустив последнюю надежду, Алексей понуро плюхнулся на стул. — Зачем, Лют?

Я демонстративно уложился на кровать, взбил подушку и накинул одеяло. Впрочем, и на это у меня нашёлся ответ:

— Затем, что Елизаровы. Думаешь, они сами договор состряпали?

Алексей немного приободрился, но всё ещё с сомнением глядел на меня.

— И что ты…

— Я окажу им услугу, они окажут услугу мне. Честный обмен, если убрать лишние подробности. Или ты хочешь отдать наши земли в качестве выкупа своему будущему тестю и отправиться на границу сторожить её от демонов?

На лице моего дражайшего соратника наконец-то появились отражения бурных раздумий. Надеюсь, в правильном направлении.

— Зря, плохая идея. — Я зевнул, и отнюдь не наигранно. — Роксанку её папаша вряд ли отпустит в такие дебри. Да и наши не обрадуются твоей щедрости.

— Лют, я… — забормотал Алексей, вставая со стула.

Кажется, ему пришла пора понять, что мир на чёрное и белое не делится, а с подонками разбираться иногда нужно их же способами.

Ну, лучше поздно, чем никогда.

— Всё, друг. Спать пора.

Я поудобнее улёгся на боку, укутался, подмяв под себя одеяло, сунул руку под подушку и закрыл глаза.

Алексей молча вышел. Кажется, ему предстоит бессонная ночь, полная самокопаний, не очень радужных мыслей, тревог и прочих радостей осознанных людей.

Ну, а я, пожалуй, посплю. Завтра встану пораньше и сделаю всё на свежую голову. Может, и приснится какой рецепт… Слышал как-то, одному алхимику целая таблица приснилась. Но он, дурак, не записал сразу и забыл. Потом всё пытался снова и снова повторить сон, да ничего не вышло.

В общем, до прибытия Злобиных должен управиться. Интересно всё-таки, зачем они нам помогать вздумали.

Глава 27

Управился, ага…

Этот проклятый петух, который будил меня каждое утро изо дня в день сегодня вдруг решил отдохнуть!

Здорово, правда?

Точно на суп пущу.

Я впопыхах оделся, перекусил зачерствевшим хлебом и куском сыра, запил всё это обычной водой и выбежал из дома, словно ужаленный.

Улицы к тому времени уже кипели работой, люди ходили туда-сюда, болтали, смеялись, ругались и обсуждали готовящийся пир.

Погодите-ка…

— Пир? — спросил я мужиков, которых уже почти перегнал, но резко притормозил.

Они тащили бочки с мёдом. И, судя по булькающим звукам, это был не совсем правильный мёд.

— Да, боярин Владимир Всеславович распорядился столы накрыть! — сверкая кривыми зубами, ответил один из них.

Настроение у мужиков было предвкушающим. Бочки несли заботливо, чуть не облизывались.

— А когда начнётся…

— Лют, вот ты где!

Возглас Алексея не дал мне закончить вопрос, но обещал дать скорый ответ.

Мой друг нёсся с таким видом, будто вот-вот случится нечто ужасное, непоправимое и смертельно опасное. И если не поспешить, то всему конец.

Думаю, если опрокинуть бочонки с мёдом, то эти мужики будут выглядеть примерно так же.

Ао значит, что либо ему отказала Роксана, либо…

— Нас Владимир Всеславович зовёт! Сей же час!

Он затормозил напротив меня, с ужаленным видом схватил за плечи, оглядел с ног до головы — видимо, убедился, что я подобающее наряжен — и рванул в сторону главного дома.

Я с задумчивым видом провожал его взглядом, пока Алексей не заметил, что бежит один.

— Ну, чего встал⁈ — обернулся он. — Быстрее! Сей же час сказано было!

Я тяжело вздохнул, протёр глаза, будто это могло убрать из памяти сцену, поставившую под сомнение мой выбор Алексея в качестве первого и ближайшего соратника.

— Лют!

— Да иду я… — Махнул ему и двинулся спокойным шагом.

Мужики переглянулись, булькнули бочками и тоже пошли. Как оказалось, нам по пути.

Алексей чуть не подпрыгивал в ожидании и никак не мог понять, почему вёл себя так спокойно.

Это ж целый глава рода!

— Хотя бы иди быстрее, Лют, — молил меня мой впечатлительный друг.

В общем, дошли не спеша.

По пути я даже останавливался поговорить с Вадимом и Тихомиром. Их нарядили помогать Мудру. Уважаемому наставнику готовили почётное место, но боялись, что он просто не явится на пир, так как не любит шумные застолья. Или явится, но в неподобающем виде.

Когда дошли, Алексей уже успокоился. Не знаю, осознал ли он что-нибудь или просто решил принять судьбу как есть. Но мне льстило, что моё упрямство он ставил выше, чем гнев Владимира.

Которого, кстати, и не было.

Глава рода ждал нас у себя в покоях, разбирая бумаги на тяжёлом дубовом столе. Там же лежали карты, закрытые книги со списками, касающимися дел рода и прочие заботы, от которых меня немного передёрнуло.

У меня был не стол, а целый кабинет размером в весь этот дом. Тоже постоянно заваленный неотложными делами государства.

К счастью, Анна умело всё разбирала, рассортировывала и складывала так, что порядка там было больше, чем в этой лачуге.

Это, кстати, стало очень неприятным приложением к титулу императора. Когда закончились военные походы, мне пришлось заниматься обустройством подвластных территорий. Если бы не советники, точно поехал бы кукухой.

— Владимир Всеславович! — воскликнул Алесей, когда мы вошли.

Глава окинул нас хмурым взглядом, кивнул и подозвал ближе.

— Род Елизаровых прибудет к вечеру. Вы двое были на приёме у князя, поэтому должны будете присутствовать в ближайших рядах. Особенно ты, Лют.

Владимир отодвинул исписанную заметками карту и повернулся.

— Мы должны предстать в лучшем виде. Так что приготовьтесь и только попробуйте выкинуть что-то… неприемлемое.

Смотрел он почему-то на меня.

— Одежду вам выделят. На пиру сидите молча, тихо и незаметно. Если повезёт, вас не заметят.

— А если нет? — спросил я. — Захотят пообщаться, сосвататься, вопросы начнут задавать?

— Отвечайте на вопросы просто и коротко. — Владимир пропустил мимо ушей вполне, на мой взгляд, удачную шутку. — Ведите себя скромно и почтительно. Времени мало, но придётся выучить правила поведения, пользования столовыми приборами и…

Он продолжал говорить, а у меня перед глазами пролетали воспоминания.

Не очень приятные, надо отметить.

Становление императором не только добавило работы, но и заставило принять некоторые правила вельмож, на которые я всегда смотрел как на нечто несуразное.

Правильный поклон, разговор, идущий по заранее определённым правилам, нож в правой руке, вилка в левой…

Я вообще привык просто цеплять кусок мяса ножом и кусать безо всяких дополнительных приспособлений!

— Моя дочь вам поможет, — сказал Владимир, когда «вернулся» из воспоминаний. — О, вот и она.

Дверь за спиной скрипнула, и в помещение вошла девушка в нарядном платье. У неё были тёмные глаза, пышные русые волосы и лёгкая улыбка на милом лице.

— Здравствуй, папенька, — пролепетала она, слегка поклонившись.

— Екатерина, это те двое юношей, о которых я говорил. Обучи их всему, что полагается.

Владимир не показывал этого, но он явно нервничал.

Даже мне было непонятно, зачем состоятельному роду брать на себя груз покровительства над нами. Но что уж точно можно утверждать — это не по доброте душевной они это делают.

━─━────༺༻────━─━

Екатерина отвела нас в трапезную.

Вокруг суетились слуги, повара. Длинный стол готовили к пиру, расставляли тарелки, приборы, поправляли скатерти, заносили свежесколоченные скамьи и стулья.

И в уголочке всего этого хаоса сидели мы с Алексеем под пристальным надзором милой, прелестной…

— Алексей! — строгий, звонкий возглас сотряс воздух. — Это вилка для закусок. Ну, сколько можно повторять!

Да. Тихая милая девушка оказалась строгой непреклонной дамой. Как только мы вышли из палат Владимира, она тут же показала своё настоящее лицо.

Нет, ничего плохого. Просто кротости в ней не осталось совсем, а тихий щебечущий голосок превратился в твёрдый, поставленный командовать не одним десятком человек.

К счастью, всё внимание на себя забирал Алексей. И не будь его сердце в плену у прекрасной Роксаны, я бы подумал, что хитрец специально путает ложку чайную от ложки для сладостей и хватает нож так, словно собирается им кого-то убить.

А что будет, когда до практики дойдём…

— Ну, наконец-то, — прорычала Екатерина. — Так, а теперь перейдём к напиткам.

Впрочем, меня не надо было особо обучать.

Как выяснилось, в этой части этикет мало чем отличался от имперского. Даже, я бы сказал, его сильно урезали. Скорее всего из-за недоступности многих видов еды.

Например, зачем знать, как и чем едят мидии, если их попросту нет?

Правда, у меня насчёт этого блюда другой, более серьёзный вопрос.

Зачем их вообще есть⁈

Это же жуть просто. Мне Асмарида впервые показала мидии. Наслаждалась ими, словно отличным куском жареного мяса или тающим шоколадом. Я, признаться, сразу насторожился. По запаху эти раковины напоминали море. Но не свежий солоноватый бриз, охлаждающий лицо, а вот как случайно зачерпнуть воды, пока плаваешь.

Но любопытство тогда возобладало. Я попробовал, скривился, кое-как дожевал и тут же запил вином.

Вот вино после такого показалось действительно божественным. На контрасте, так сказать.

В общем, довольно быстро я доказал Екатерине, что всё отлично понял. Дождался, пока меня накормят на практике и довольный ушёл прочь, оставив её возиться с покрасневшим, насупившимся Алексеем.

Извини, друг, но здесь я ничем помочь не смогу.

Жизненный урок по поводу лишней суеты я помог усвоить, а вот последствия уж придётся разгребать самому. Даже интересно, стал бы он так спешить, зная, зачем нас позвали?

Впрочем, меня не отпустили на все четыре стороны, а отправили подбирать наряд.

Это дело я тоже не очень любил. Вот доспехи и оружие — это по-нашему. А штаны, рубахи, сапоги, жилеты и прочее…

Жуть.

Моего терпения хватало на пару вариантов, среди которых я и без того выбирал первый. А дальнейшее превращалось в тягомотный утомительный ужас. Слава богам, у Нелидовых не было личного портного с целым складом одежды на каждый важный и не особо чих. Лишь пара слуг, немного сведущих в ремесле и небольшой гардероб. Поэтому здесь тоже быстро управились. Слуги остались подшивать наряд под размеры, а я, довольный, сытый и отдохнувший, решил отправиться к Елене.

Скажу ей, что есть пара задумок насчёт новых отваров. Глядишь, не только в мастерскую пустит, но сама захочет помочь.

Взгляд опытного знахаря мне не помешает. На укрепляющий отвар ушла почти вся ночь, и это при том, что я сам когда-то его готовил. А тут придётся вспоминать, что мне показывала Эфлен, переводить это на нынешние меры и гадать, как оно отразится на Источнике.

Однако стоило мне выйти за порог, как дорогу преградили бравые сыновья Владимира.

Воймир стоял, скрестив руки, и хмуро пялился на меня. Наверное, пытался протереть дыру. А Ратибор глядел скорее оценивающе.

Я впервые столкнулся с ним лицом к лицу после нашей первой встречи.

Он был довольно похож на владимира, особенно глазами. Однако было в них что-то напоминающее Владислава — буйное и горячее. На лице уже росла небольшая борода, в повадках, даже в том, как он стоял, оперевшись о балку, чувствовалась скрытая сила. Ратибор явно мог в одно мгновение наброситься на меня, несмотря на расслабленный вид. Он контролировал пространство вокруг куда лучше своего напряжённого хмурого брата.

— Я вас внимательно слушаю.

Чего им от меня надо?

— Да вот решил глянуть, что за чудо сотворил с тобой один удар по голове, — хмыкнул Ратибор. — Может, и братишку стукну — поумнеет.

Воймир ошарашенно взглянул на него. Лицо резко сменилось с хмурой угрозы на удивлённое возмущение, при том что тело осталось в прежней позе, и я чуть не захохотал.

— Давай-ка пройдёмся, Лют.

Ратибор, не обращая внимания на его реакцию, подошёл ближе и хотел положить мне на плечо руку. Но я увернулся, прошмыгнул между ним и Воймиром и пошагал дальше, кинув через плечо:

— Не, спасибо. У меня дела.

Теперь ошарашенно глядел Ратибор. Мне вслед. Он хотел остановить меня, но тут неподалёку проходила Софья, и я окликнул её:

— Эй, привет!

Девушка обернулась и через пару мгновений ласково улыбнулась, стрельнув недобрым взглядом в Ратибора и Воймира, отчего те остановились.

Софья тащила пустые ящики, в которых относила лекарства на случай непредвиденных проблем. Перепьёт кто-нибудь или драка начнётся, например. Или же кому-то из бояр понадобится срочно отрезвиться.

Оставив всю чету Всеславовичей позади, мы направились к Елене.

━─━────༺༻────━─━

— Ты уверен, Лют?

Елена задумчиво изучала довольно список из двенадцати ингредиентов, которые мне удалось вспомнить. За её спиной побулькивали котелки с отварами и снадобьями. В мастерской было, как всегда, душно и влажно. Я почти сразу вспотел, а в нос ударила гремучая смесь травяных ароматов.

— Пока рецепт очень недоработан. Понадобится много попыток, но направление верное. Может, вы по опыту сможете подобрать недостающие части? Вместе мы явно быстрее справимся, чем я один буду ингредиенты переводить.

Елена прикусила нижнюю губу и немного сощурилась, продолжая изучать рецепт. Наверняка уже прорабатывала кучу идей и думала, какую из них попробовать первой.

— Говоришь, приснилось? — с подозрением в голосе протянула она.

— Как есть приснилось! — искренне соврал я.

Вызвать во сне нужные воспоминания, конечно же, не удалось. Это бы сильно упростило жизнь, но надежды на такой подарок было не особо много. Поэтому пришлось напрячь мозги и вспоминать, что там делала Эфлен, когда готовила отвар для укрепления Источника.

Мы тогда остановились на ночёвку в лесу. Меня потрепало в схватке с демонами, магия почти закончилась, а на Эфлен был чересчур откровенный наряд, потрёпанный когтями Пламенного Рарога в самых интересных местах. К тому же, мы бродили по Туманному лесу уже дней семь, и у меня к тому времени…

В общем, вся надежда на Елену.

— Выглядит вполне неплохо, — размышляла она. — Я бы не додумалась добавить корень одуванчика. Разве он не обратное действие даёт…

— Нужно подобрать долю, при которой оно будет чем-то вроде… — Я пытался вспомнить, что же говорила Эфлен. — Сдерживающего элемента.

— Для контроля во время варки! — воскликнула Елена.

Да, точно. Именно так она тогда и сказала вроде бы.

Елена так вдохновилась, что тут же приступила к делу. Мне пришлось сходу присоединиться к бурному обсуждению и составлению множества вариантов рецептов. При этом она ещё умудрялась, не глядя, перемешивать варево в котелках, разливать их по склянкам и расставлять всё в подготовленные ящики, набитые соломой.

Откуда-то появился Глеб, который помогал Софье и Анне уносить всё в хранилище или к Владимиру, пока мы полностью погрузились в работу.

Время пролетело незаметно, и, казалось, мы только приступили к первому рецепту, как я во второй раз за день услышал встревоженное:

— Лют! Вот ты где!

Алексей влетел в мастерскую, по пути опомнился и чуть ли не на ходу, тормозя отполированными сапогами, поклонился Елене, а затем схватил меня за руку и потащил прочь.

— Быстрее! Твой наряд готов, пир скоро начнётся!

— Ой, точно, — ахнула Елена, осматривая себя с ног до головы.

Не уверен, что слегка потрёпанный духотой и плотной работой вид мог хоть как-то умолить её достоинства, но Елена отправила меня с Алексеем, а сама побежала прихорашиваться.

Эх, а мы были довольно близко… Думаю, следующий рецепт точно окажется тем самым. С каждым разом получалось всё лучше, а цвет получающейся жидкости всё больше напоминал тот, который я помнил.

Тем не менее скоро я опять оказался в главном тереме.

Довольно беспорядочный сегодня денёк выдавался, однако. И, что самое главное, он был далёк от завершения, поэтому ожидать можно чего угодно.

И даже имелись кое-какие мысли, чего именно.

В общей суете среди подоспевших старейшин я заметил на себе пристальный взгляд Ратибора. Сын Владимира точно решил до меня докопаться, а когда торжественная часть приёма закончится, и начнётся попойка, пляски и веселье, у него будет немало возможностей это сделать.

Скоро во дворе собрались все важные люди рода. Кроме, правда, Владислава.

Он с сыновьями и отрядом малой дружины отправился встречать гостей.

Владимир стоял спокойно и ничем не выражал волнение, его жена Светлана Игоревна, крепкая румяная дама с пышными золотистыми волосами, находилась рядом с важно приподнятым подбородком и взглядом, достойным как минимум царицы.

Екатерина рядом с ней тоже старалась выглядеть как можно аристократичнее, хотя это не удавалось с такой же лёгкостью. Похоже, на неё нацепили все самые дорогие камни, что только удалось найти.

Вообще, тут все вырядились как в последний раз.

Если так окинуть взглядом народ, то может показаться, что у рода Нелидовых не так уж всё и плохо на самом деле.

Однако я понял, что ошибался, когда увидел Злобиных.

— Едут! — воскликнул слуга возле ворот.

Скоро показались всадники. Все как один сверкали статью, камнями на поясах и дорогими тканями. Во главе вёл породистого жеребца Ярополк Лазаревич, а за ним следовали трое сыновей. Владислав хмуро провожал их рядом. Выглядел он на фоне Злобиных блекло и бедно. И явно это понимал.

Владимир тоже нахмурился.

Несмотря на все старания, хотя бы выглядеть на равных не удавалось. Злобины явно показывали своё более высокое положение, что довольно быстро дошло до всех.

Молодёжь с явной завистью смотрела на сопровождающих Ярополка боярских сынов, а те будто их и не замечали.

Сам Ярополк спрыгнул с седла и направился в нашу сторону, дружелюбно раскинув руки.

— Здравствуй, Владимир Всеславович!

Наш глава шагнул навстречу и ответил тем же.

Они обнялись, перекинулись парой ничего не значащих фраз, необходимых лишь по этикету, а затем объявили о начале пира, и все начали расходиться по своим местам.

— Лют, — прошептала Анна, когда я уже направился к своему столу.

Алексей оглянулся, но по моему знаку оставил нас наедине.

— Что-то случилось? — спросил я.

Боги, пусть это будет нечто хорошее. Проблем и так сейчас хватает.

— Да! — улыбнулась девушка. — Кажется, я разгадала твои записи.

Глава 28

Этикет, различные столовые приборы и высоконравственная чопорность бояр закончилась примерно к пятому тосту.

Как я понял, имперские замашки в Варгии до сих пор принимали с неохотой.

Ещё в моё время попытки внедрить в северных землях обычаи из западных королевств, чего так рьяно пыталась достигнуть Эфлен, оборачивались довольно забавными и даже откровенно смешными сценами.

Здоровенные бородатые мужи в высоких меховых шапках, какие тогда носили все вельможи, в медвежьих шубах, из-за которых они сами походили на зверей.

Представили?

А теперь представьте, что они держат в руках не ножи, чтобы цеплять ими куски мяса, рвать волокна зубами и пачкать бороду жиром, кровью и мёдом, а аккуратные серебряные вилочки, да ещё с разделением по назначению…

Тут даже суп пили сразу из тарелки, потому что ножом неудобно.

Спустя полторы тысячи лет ситуация хоть изменилась, да не слишком. Бояре держались как только могли, пока вокруг, согласно традиции, крутились боярские дочки, подносящие еду и напитки. Их платья длиной были до пола, а благодаря особому шагу казалось, что они не ходят, а плывут по воздуху.

Боярских сынов из основных ветвей рода, то есть Владимира и Владислава, посадили в тереме, на дальних столах. Мы с Алексеем оказались среди них только благодаря участию в княжеском суде. Ратислав относился к ближайшим родственникам, но не был прямым потомком главной ветви, и Алексей должен был бы сейчас развлекаться во дворе. А меня и вовсе могли не пускать на такое важное мероприятие.

Владимири же с Ярополком сидели вровень во главе стола. По правую руку от Владимира сидел Владислав, за ним Ратислав, Браслав, Игорь, а потом и остальные старейшины семей.

Злобины расселись по тому же принципу, поэтому напротив нас сидели молодые гости. Если бояре держали важный вид, то эти слабо скрывали надменность на своих лицах.

— Не нравятся они мне, — цокнул Алексей, отхлебнув разбавленный мёд. Молодёжи нормальных напитков не полагалось.

Я молча наблюдал, как Ольга ставит чаши, ловя на себе сальных ухмылки. Как Софья, поджимая губы, подносит блюда и цедит гостеприимные приветствия. Анна вела себя тише всех, но я по глазам видел, как ей не терпится поскорее убраться подальше.

Правда, дело было не в традициях или гостях. Ей не терпелось поскорее рассказать мне о своём открытии.

Да и мне не терпелось узнать, что же там скрывал ото всех Лют.

Но недолгое представление закончилось. Девушки ушли в женскую часть дома, и скоро трапеза начала перерастать в шум, гам, смех и попойку.

Тарелки пустели с невиданной скоростью, кувшины с мёдом осушались, а за столами пошли разговоры, хвалебные истории, споры и мерение хозяйством. Во всех смыслах этого слова.

— Ты гляди, жрут и ржут, — рычал Алексей мне под ухо.

— Их для того сюда и посадили, — пожал я плечами, отправляя в рот кусок свинины.

— Но нет же, гляди! — прошипел он яростно.

На самом деле, мой друг ворчал не без причины.

Я сидел напротив компашки Злобинских юношей. Поджарых, крепких и наглых. Главарём у них был, видимо, высокий светловолосый парень с выступающей челюстью и ястребиными глазами. Он цепко, зорко оглядывался, насмешливо замечая бедность здешнего убранства. А яства, предложенные ему, пробовал с неохотой или снисходительным видом. Мол, ничего, съедобно — для таких бедолаг, конечно.

Воймир тоже был недоволен их поведением. Он сидел за Алексеем, ближе к своим братьям. И хмуро жевал мясо, наблюдая за гостями.

— Эй, ты… как там тебя? — воскликнул вдруг белобрысый Злобин, глядя на меня.

— Бастрак, — хмыкнул парень, сидевший рядом с ним.

Этот был пониже, потемнее и с квадратной головой, которая плавно переходила в бычью шею. Коренастый, с огромными ручищами. Сожрал почти всё, до чего дотягивались руки, и теперь обсасывал косточку.

— Лют Бастрак, — добавил второй дружок белобрысого. — Говорят, ему сам князь свой перстень вручил совета спрашивал в тронном зале.

Этот отличался вытянутым лицом, узковатыми глазами и свисающими на плечи длинными волосами.

Стол между нами был широким, вокруг шумно, поэтому говорили они громко, чем обратили внимание ближайших соседей.

— Верно, — кивнул я, прожевав кусок.

Свинину запекали с травами и подавали см брусничным соусом. Очень вкусно, так что отвлекаться от трапезы не хотелось.

— Меня зовут Ян, — улыбнулся белобрысый. — А это мои двоюродные братья Горан и Алмаз.

Воймир оглянулся. Наверное, его задело, что внимание гостей первым упало на меня, незаконнорожденного. Помимо, конечно, самого моего наличия за столом.

— Ты правда отрубил голову Серебряному Пардусу? — спросил Горан, пальцами переломив косточку.

— Мы вдвоём. — Я похлопал Алексея по плечу.

Тот приосанился, сверкнув ухмылкой.

ухмылкой. Вышло забавно, потому что он испачкал сметаной губы, пока уничтожал запасы голубцов.

— И как это получилось?

Алмаз сомневающимся взглядом окинул нас, оценивая шансы двух Учеников одолеть грозного демона из далёких земель, непонятно как оказавшегося неподалёку от Стариграда.

— Мы загнали его в ловушку! — тут же воспрял Алексей. — Понятное дело, открыто на него бросаться — сущая глупость. Поэтому решили заманить в засаду и…

Он принялся увлечённо рассказывать историю, наполненную жуткими приукрашиваниями, отсебятиной и даже дополнительными подробностями, о которых я и сам не подозревал. Оказывается, демон нагнал-таки меня в туннеле, и я с храбростью держался, отбиваясь от его атак, пока не подоспел Алексей, чтобы вытащить меня из ловушки и вместе нанести решающий удар.

Надо будет его поблагодарить, наверное. Это ж мне жизнь спасли, а я и не знал.

Впрочем, история выдалась увлекательной. Почти все боярские сыны обратили на Алексея внимание и слушали, либо не скрывая интереса, либо как бы краем уха прислушивались, делая вид, что им это не слишком-то интересно.

Надо признаться, язык у Алексея оказался подвешенным. Не знаю, это мёд так сыграл или врождённое умение, но вопросы, как он охомутал Роксану, отпали сами собой.

— … И вот князь встал перед нами, протянул перстень и сказал: «Братцы, надобно несправедливость пресечь! Сам не успею, поэтому вам доверяю эту важную задачу. Скачите. Скачите, словно ветер, и передайте моё княжеское слово этим зарвавшимся Елизаровым!»

Мне пришлось приложить усилия, чтобы не засмеяться и не выдать друга. Хотя, думаю, почти все понимали, что на самом деле всё было несколько… прозаичнее.

Закончив, Алексей уселся обратно. Пока говорил, успел встать и едва не вскочил на стол.

Он выдохнул, опустошил кубок с мёдом и залихватски вытер губы рукавом, окончательно поправ тем самым все нормы имперского этикета.

Но отдав честь старым-добрым традициям Севера.

— Теперь понятно, почему Бастрак сидит…

Яна прервал возглас Ярополка Злобина. Боярин встал, держа кубок над собой, и объявил:

— А не пора ли нашим молодым показать свою удаль? Не возражаешь, Владимир Всеславович?

Владимир встал. Тоже держа кубок и — что удивило меня больше всего — улыбаясь.

— Не возражаю! — воскликнул он.

Главы родов громко ударились кубками и осушили их.

Это означало, что нам пора заканчивать трапезу. Хорошо я хоть успел доесть свинину.

Потому что нас выгоняли во двор.

━─━────༺༻────━─━

Не знаю, из-за холода ли или просто в поисках веселья, но на Севере всякая трапеза сопровождалась не только музыкой, едой и попойкой, но и удалецкими соревнованиями между молодыми людьми.

Которые зачастую перерастали в драку, по правде говоря. Но в этот раз, судя по всему, до такого не дойдёт.

Потомки, надо сказать, сделали вполне разумные изменения в перечень забав на пире и внесли драки в список обязательных мероприятий. В виде поединков и состязаний «стенка на стенку».

— Тяните жребий, — проворчал Мудр, которого подрядили устраивать зрелище.

Во двор вывалились все. И бояре, и их жёны. Прочие участники пира быстро поставили столы кругом, очерчивая место для состязаний.

Первым вызвался Ратибор.

Он так рьяно шагнул к Мудру, что посторонились даже парни из Нелидовых.

Мешков с жетонами было два. Ярополк пожелал устроить соревнования между родами, и Ратибор, как старший из молодёжи Нелидовых, показывал пример.

Правда, он то и дело кидал взгляды в сторону Назара Злобина, старшего сына Ярополка. Как поведал Алексей, они состояли в одной сотне.

— Ратибор слабее, — хмуро буркнул Алексей. — говорят, Назар уже достиг Серебряной стадии.

— Тогда у него крайне мало шансов.

— У других их вообще нет.

Поединки будут между боярскими сыновьями основных ветвей, а в состязаниях свою удаль смогут показать все остальные. Только вот число участников со стороны Злобиных оказалось вдвое больше. У Владимира с Владилавом было четверо сыновей. Ратибор, Воймир, Вратислав и Яромир. А у соперников набралось восемь человек. Поэтому были вызваны Алексей, Архип, Наслав и я.

Первые трое принадлежали второстепенным ветвям рода. У Игоря Вячеславовича был ещё сын Демьян, но он всё ещё находился в походе, патрулируя границу.

А вот меня, похоже, пожелали увидеть Злобины. Владислав уже хотел подозвать Вадима, но Ярополк указал в мою сторону.

— Последний жребий, — сказал Мудр, доставая камешек и протягивая мне.

Я повертел его в руках и ухмыльнулся.

— Значит, мне достался ты, Лют Бастрак! — Ян подошёл и положил мне на плечо руку. — Я хоть Пардусом ещё не сравнюсь, но в ловушку меня загнать не получится, так и знай.

— Учту, — кивнул ему в ответ.

А сам начал раздумывать, как достойно провести поединок. Ян уже развился до Бронзы, хотя и не достиг высокой ступени. А я до сих пор не мог прорваться через границу.

Но вдруг меня потянули в сторону.

— Лют, скорее! — послышался голос Анны.

— А, чего⁈

Хрупкая на вид девушка с удивительной силой повела меня через толпу. Мы остановились вдалеке от людей, у конюшен. Анна взволнованно осмотрелась, убедилась, что никто нас не преследовал, и только затем объяснила, в чём дело.

— Лют, тебе нужно быть осторожнее!

— Что случилось, Аня?

Она чуть смутилась из-за уменьшительной формы своего имени, но продолжила:

— Я перевела только те страницы, что ты мне дал. Ты записывал, где прятал свои находки, Лют. Тайники.

Ух ты ж. Алексей говорил, что Лют увлекался истинной историей Светозара, то есть меня. И собирал артефакты, связанные со Старой империей. А когда его прижали, начал прятать находки.

Но по глазам девушки я понял, что это не всё.

— Рассказывай, Аня. Дело не только в тайниках.

Девушка явно боролась сама с собой, размышляя, стоит ли ей говорить. Прежняя репутация Люта всё ещё оставляла отпечаток на восприятии меня людьми, но последние мои подвиги заставили всех пересмотреть отношение.

А довольно близкое общение с Анной и вовсе заставило её задуматься, не ошибались ли они на мой счёт раньше.

— Ты… Это был только отрывок, и что именно там написано дальше, не знаю… Но ты писал о родовой сокровищнице.

Аня пристально посмотрела мне в глаза. В её взгляде читались страх, любопытство и надежда.

Вот только на что именно она надеялась, угадать было сложно. Забыть про записи Люта или продолжить поиски и узнать, чего именно он пытался добиться?

— Я передам тебе остальные записи, — улыбнулся ей мягко, чтобы сгладить ситуацию. — Глянем, что скрываем моя дурная башка.

Аня улыбнулась мне в ответ и мы уже хотели возвращаться, но тут мне пришла в голову одна идея.

— Погоди. — Я остановил её, снова оглянувшись по сторонам. — Мне нужна твоя помощь.

━─━────༺༻────━─━

— Давай, давай! — подбадривал меня Алексей. — Лют, ты сможешь!

Следом за его возгласом удар, пропитанный духовной силой отправил меня в недолгий полёт.

Я врезался в стол, сбил несколько тарелок и едва не напоролся на вертел с углями, где крутили целую куриную тушку.

— Послушай своего друга! — воскликнул Ян с издевательской ухмылкой. — Ты сможешь, я верю!

— Давай, надери ему зад уже! — пихнул меня кто-то со стола.

Счёт поединков складывался не в пользу Нелидовых. Ратибору не посчастливилось выступить против Назара. Своего соперника, Авдея, он побил. Однако от наследника Злобиных досталось Яромиру, младшему сыну Владислава.

Старший его сын Вратислав отыгрался на Авдее, брате Алмаза. А вот сам Алмаз схлестнулся с Алексеем и одолел его в довольно близкой схватке.

Воймир и Горан сошлись на ничьей. А вот братья Горана Святослав и Хладен уделали братьев Игоревичей Архипа и Наслава.

Впрочем, те сражались храбро и даже отчаянно. Чтобы избежать отцовского гнева, что им, судя по всему, не удалось. Так что соотношение двух побед к четырём поражениям даже при одной ничьей очень не нравилось старейшинам Нелидовых.

Мы снова сошлись в ближнем бою.

Глаза Яна светились красноватым светом, а тело окутывала алая пелена духовной силы. Я же кое-как управлялся с потоками собственной магии, пытаясь противостоять его силам. И это, надо сказать, удавалось не слишком хорошо.

Я ещё не успел разобраться, как работает духовная сила на стадии Бронзы. Но по рассказам Мудра и Алексея она обретала более плотный вид и могла принимать простые формы. Или, например, питать оружие силой.

Бились мы на кулаках, так что Ян пропитывал руки, которые стали, как казалось, твёрже стали. И крушили, будто молотом, если верить ощущениям в груди.

— Эх, жаль, ты ещё не прорвался на Бронзу. — Ян продолжал ухмыляться и играться со мной. — Может, и вышло что-то сносное.

Новый удар подсёк меня под колени. Гадёныш хотел добить и завершить схватку, рубанув сверху, однако мне удалось сгруппироваться и кувыркнуться, пропустив удар мимо.

— Шустрый! — кинул вдогонку соперник. — Ну, побегай, побегай.

Он начал осыпать меня градом ударов, заставляя уклоняться раз за разом на грани поражения. Каждый удар оставлял на земле воронки и поднимал клочья земли, отчего проигрывать не хотелось ещё сильнее.

Со стороны Злобиных летели радостных возгласы, подбадривания. Нелидовы рвали глотки, крича советы и ругательства, позабыв про еду и напитки.

Рад, что они начали-таки меня поддерживать, но советы, прямо скажем, были хреновые.

— В захват его! В захват, малец, ну же!

Ещё бы подобраться вплотную, пробиться сквозь пелену духовной силы и умудриться подловить…. Но кому интересны такие подробности?

— Лови руку! Руку! И броском!

Это вообще лучше оставить без комментариев…

У меня был план. Но выполнить его непросто, и нужно поймать подходящий момент.

Мне удалось оторваться от череды ударов и снова завязать обмен. Кости трещали от столкновения с пропитанными духовной силой руками Яна, но укрепляющий отвар и собственная магия, питающая тело, смягчали урон.

Смягчали, но не поглощали совсем. Поэтому времени у меня оставалось немного, иначе я просто не смогу двигаться.

— Р-р-р-ра-а-а-а-а! — прорычал я, кидаясь в атаку.

Ян принял это за отчаянный шаг. Его глаза кровожадно сверкнули, на лице появился оскал. Потому что он заметил брешь в моих движениях и собирался бить прямо в неё.

Изображая отчаянную ярость, я слишком сильно замахнулся и оставил открытой голову. Ян решил сыграть на опережение и выбросил быстрый прямой удар.

Пришлось принять его на себя. Было больно, на зубах появился металлический привкус, а перед глазами промелькнули звёзды, хотя я и повернул голову так, чтобы часть силы рассеялось в воздухе.

Так что остановить меня не получилось. Ян не растерялся, отправил вдогонку второй кулак, но тут…

— Добей его! — крикнул Алмаз.

— Давай, давай! — добавил Горан.

Но вдруг замер с растерянным видом, когда всех зрителей осветила вспышка взрыва. Гулкий хлопок эхом разнёсся по округе, а мы с Яном разлетелись в разные стороны, стиснув зубы от боли. Он — потому что прочувствовал мощь печати «Взрыв», когда я извернулся и ладонью, на которой она была начерчена, ударил его по плечу.

А я — когда понял, что не учёл в этой печати отдачу и сам смог прочувствовать её действие на собственной шкуре.

Руку чуть не оторвало. Она онемела и обещала доставить кучу болезненных ощущений, когда шок пройдёт.

А ещё я, кажется, перестарался. Влил слишком много духовной силы, и теперь мой соперник лежал без сознания, припечатанный к земле. Направление взрыва получилось под углом сверху вниз. Меня подбросило, перевернуло пару раз и отправило к столам, а его шмякнуло головой о травушку.

В круг забежали люди. Ко мне тут же подоспела Аня и с взволнованным видом принялась лечить руку, на которую сама же наносила печать.

— Дурак, — процедила она с обидой.

Но потом вдруг нахмурилась и удивлённо посмотрела мне в глаза.

— Лют, ты… не чувствуешь никаких изменений?

— А?

В ушах звенело, плечо побаливало, кости ныли…

Погодите-ка.

Я понял, что чувствую духовную силу, текущую по духовным сосудам. Отчётливо, ясно, словно вдруг прозрел.

И чувствую Источник.

Прикрыл глаза, сосредоточился и увидел, как невнятное до этого момента пламя приобретает форму шара, вокруг которого образуется плотное кольцо духовной силы.

Мне удалось прорваться через границу. Я достиг стадии Бронзового воина!

Глава 29

Рука болела. Жутко болела. По предплечью прокатывались волны мелких уколов, будто сотни иголок впивались в кожу, а кости чесались. До того противно было! Особенно из-за того, что почесать нельзя.

— Досталось тебе… — вздохнула Аня, продолжая лечить раны.

От её магии становилось лучше, но всё-таки она не была опытным лекарем. Поэтому я искренне обрадовался появлению Милуши, которая намного лучше владела этой замечательной магией.

А ещё она обладала цепким взглядом и не могла не заметить подкопчённую ладонь, на которой была нанесена печать.

Что ж, затея вышла с изъянами, но возможности вырисовывались вполне себе достойные. Правда, в следующий раз стоит продумывать действие печатей немного подробнее. Вложи я в печать побольше духовной силы, глядишь, и руку бы оторвало.

— Что это такое, Лют? — спросила Милуша, прислонив свои мягкие пальцы к обгоревшей коже.

Мягкие — это по воспоминаниям. Сейчас я ничего не чувствовал.

Вообще я был доволен. Сидел себе спокойно в окружении заботы милых девушек, попивал тёплый мёд по наставлению Елены и принимал восторженные взгляды, направленные в мою сторону.

Ведь победу присудили мне, и Нелидовы смогли разменяться с вполне достойным счётом, учитывая разницу в силе наших родов.

Сейчас, кстати, проходили стычки стенка на стенку. Участников благоразумно смешали, и Нелидовы бились плечом к плечу со Злобиными, потому что последних было куда меньше, а у нас остались только Ученики. И хотя наставления Мудра делало из них крепких бойцов, всё-таки Ярополк привёл не абы кого, а лучших представителей рода.

— Ты собираешься отвечать или нет? — настояла Милуша.

— Наверное, последствия прорыва, — ухмыльнулся я.

Она с удивлением посмотрела на меня, оглянулась на Аню, будто в поисках объяснений, и, нахмурив брови, вернулась к лечению, на этот раз подробно изучив мой Источник.

— Первая ступень! — вздохнула она, засияв улыбкой.

— Ага!

Девушки снова переглянулись. Чуть не заёрзали от волнения и явно хотели с кем-нибудь поделиться этой замечательной новостью.

А вот и подоспел тот, кому выпала эта доля.

— Ну, Лют, как ты? — подскочил Алексей.

— Я-то хорошо. А вот ты выглядишь слишком уж весёлым для того, кто проиграл поединок.

— Да ну тебя!

Ухмылка быстро спала с его лица. А затем плавно сменилась гримасой удивления, когда Аня с Милушей принялись наперебой осыпать его ещё одним моим достижением.

Но вместо радости за друга Алексей поджал губы, нахмурился и стиснул зубы, отчего желваки заходили под кожей.

— Алексей, ты чего? — спросила Милуша, заметив его реакцию.

Я отлично его понимал. Неприятно осознавать, что отстаёшь от соратников. Что ж, надо было почаще тренироваться, а не проводить ночи, милуясь с Роксаной.

Промолчав вместо ответа, он обернулся, выцепляя взглядом Мудра.

Как ни странно наставник тоже смотрел на него. Пристально и серьёзно. А затем, опираясь на тяжёлую трость, поднялся и направился к выходу.

Алексей отправился за ним.

Молодец. Правильное решение.

— Алексей…

Аня похлопала глазками и потянулась за ним, но я её остановил:

— Пусть идёт. Лучше займитесь мной, а то эта треклятая рука безумно чешется!

━─━────༺༻────━─━

Пир продолжался во вполне дружелюбной атмосфере. Даже молодёжь заметно сошлась между собой, ведь что ещё может так хорошо сближать, как добрая драка?

Юноши с широкими лыбами, посмеиваясь, обсуждали кто кому и как навесил тумаков.

Подтянулись скоморохи, и во весь двор звучали напевные сказы, частушки, барабаны, гусли и жалейки.

Несколько песен я даже узнал. И мотивы тоже были схожи с теми, что я слышал полторы тысячи лет назад. Конечно, изменения коснулись многого, но основа, как ни странно, сохранилась почти в первозданном виде.

Однако добродушная пелена быстро спала, когда юноши Злобиных начали заглядываться на наших барышень.

Впрочем, чего-то подобного стоило ожидать.

— Ты чего о себе возомнил⁈ — раздался в какой-то момент рык парня из второстепенной ветви Злобиных.

Он не участвовал в поединках, но в общих схватках показал себя очень хорошо. Видимо, удаль ударила в голову, и дурак решил, что ему теперь всё по плечу, и все девки только и думают, что броситься на шею.

Ну, и мёд ещё сыграл свою злую шутку. Молодёжи подавали разбавленный напиток, но в пылу пира, конечно же, им удалось раздобыть бочонок настоящего мёда.

— Не зарывайся! — прорычал в ответ никто иной как Наслав.

Этот шебутной парень везде находил приключений на свою задницу, и вот теперь сцепился с гостем на глазах у всего люда.

Опьяневшего, разгорячённого схватками люда, что важно.

Да и сам Наслав был на взводе. Поражение в поединке сильно ударило по его гордости, и теперь он наверняка искал способы вернуть доброе имя. И расположение отца, который хмуро поглядывал на него со своего места за столом.

Да, бояре тоже переместились на улицу. Что ещё раз говорило о крепости древних традиций Севера. В моё время пиры предпочитали сразу на свежем воздухе проводить.

А то дома можно было и поломать чего, когда дело до драки дойдёт.

Надо полагать, избежать стычек не получалось даже с учётом молодецких соревнований. Север себе не изменял никогда.

Вокруг злобинского отрока и Наслава начал собираться народ. Бояре лишь оглядывались, наблюдали с разной степенью заинтересованности. В разборки молодёжи им было не по

Предметом спора послужила… Ольга.

Осмелевший наглец решил подбить клинья к Ратиславовой дочке. Тот хотел было встать и вмешаться, но Владимир жестом показал сидеть на месте.

Ольга и без того давать себя в обиду не собиралась. А Наславу нужно было отстоять честь рода. И свою собственную.

— Эх, а всё так хорошо шло… — вздохнул я.

За злобинским наглецом начала собираться толпа подпевал. Нелидовы тоже начали подтягиваться, чтобы прибавить весу аргументации Наслава. И мне следовало присоединиться.

Вовремя, однако, Алексей смотался с Мудром. Может, надо было отправиться с ним?

Встревать в разборки очень не хотелось. И…

Я решил пресечь их. Участвовать в традиционных поединках ещё куда не шло. Это хотя бы весело и, как оказалось, полезно. Но свои детские забавы могут оставить при себе.

— Извинись перед моей сестрой и передо мной! — рычал Наслав. — Иначе мне придётся заставить тебя это сделать!

— И как же ты собираешься заставлять? — хмыкнул наглёныш. — Я не собираюсь спрашивать дозволение какого-то…

Ему пришлось прервать свою речь, потому что между ними вдруг появился Я собственной персоной. Парни стояли друг напротив друга в паре шагов, но сильно удивились, когда я, как ни в чём ни бывало, вклинился в это пространство, попутно задев злобинского засранца плечом.

— Эй, ты! — взвизгнул он, хватая меня за то самое плечо.

— Лют! — прорычал Наслав. — Скройся…

С разворотом корпуса мой кулак вылетел прямо в челюсть наглёныша. Подпитанный духовной силой внезапный удар застал его врасплох, и парень плюхнулся на задницу, скосив взгляд.

Я небрежно взглянул на него, повернулся к ошалевшему Наславу и сказал:

— Много трындите.

А затем прошёл сквозь толпу нелидовской поддержки, взял Ольгу за руку и потянул прочь.

Злобины, немного придя в себя, хотели было предъявить мне что-то, но я грозно зыркнул, выпустил немного духовной силы, показывая серьёзность своих намерений, и они остановились.

Напугать кучку мальцов было несложно. Даже нутром такие чуяли, когда шалости грозили перерасти в настоящую, смертельную схватку.

Их было больше. Большинство — сильнее меня, если судить по уровню развития Источника. Но не всё измеряется духовной силой.

Мы с Ольгой удалились от замолчавших юнцов. Остальные участники пира молча наблюдали за развернувшейся сценой, а на спине чувствовался пристальный взгляд разъярённого Наслава. Мог бы — дыру прожёг.

А затем напряжение развеял Ярополк.

Он громко и протяжно захохотал.

— Ну, даёт, бастрак! — воскликнул он, опрокинув чашу с вином. — Владимир Всеславович, в нём чувствуется кровь твоего славного брата, а!

Злобин похлопал нашего главу по плечу и сделал ещё один глоток.

При упоминании отца Люта тот как-то странно скосил лицо и тут же закрыл его чашей мёда. Выпил всё до дна, громко ударил тарой по столу и вытер усы рукавом.

Ну, прямо-таки верх имперского этикета!

Обожаю Север.

О чём они там дальше говорили, не знаю. Стычка между молодняком рассосалась за ненадобностью, скоморохи вновь задудели в свои дуделки и запели песни, а мы с Ольгой остановились рядом с Милушей и Аней.

— Тебе нельзя напрягать руку, — проворчала Милуша, снова взявшись за обмотанную кисть.

— Да ладно, — пожал я плечами, — надо же было проверить первую ступень.

Услышав это, Ольга с удивлением посмотрела на меня. До этого она глядела не то со злобой, не то с растерянностью. Наверняка ей не нравилось, что мне пришлось вмешаться в перебранку. Как и попытка Наслава заработать себе немного репутации за её счёт. Но теперь эти проблемы отошли на второй план, и меня начали осыпать вопросами. Да так, что чуть не начал жалеть о своём вмешательстве.

Спасение, однако, пришло откуда не ждали.

— Лют! — прогремел голос Владимира. — Иди сюда.

Пришлось идти. Впервые я делал это почти с радостью, хотя ничего хорошего разговор с двумя подпитыми боярами не предвещал.

Двумя — потому что наверняка Ярополк попросил подозвать меня. Сам Владимир очень неохотно находился рядом с живым напоминанием своего шаткого положения.

И, кстати, об этом речь и пошла!

— Помню, помню… — Ярополк внимательно осматривал меня немного заплывшими глазами. — Ты очень похож на своего отца, Лют. — У тебя его глаза.

— У Велислава глаза были зелёные глаза, — рыкнул Владимир. — А у мальца синие.

Он говорил с потаённой печалью в голосе. Словно специально искал различия, чтобы не вспоминать о брате.

— Я не о том, — хмыкнул Ярополк. — Я про взгляд. Такой же твёрдый и дерзкий, какой был у твоего отца, Владимир Всеславович. Велислав перенял его и, судя по всему, передал своему бастраку.

Эти слова заставили главу стиснуть зубы. Владимир всегда держался спокойно, будто в противовес пылкому Владиславу, который отошёл по нужде и, слава всем богам, не слышал речь Злобина.

— Мы с твоим отцом ведь сражались вместе, — пояснил Ярополк, обращаясь не то ко мне, не то к главе. Он до сих пор печально смотрел мне в глаза. — Наверное, вас уже давно мучает вопрос, почему я решил поручиться за ваш род, не правда ли?

Владимир осторожно повернулся в его сторону. Кажется, даже протрезвел немного.

Ну, или он до сих пор делал вид, что пьян.

— Вижу, интересно… — хмыкнул Ярополк, наконец оторвав от меня взгляд. Он цапнул здоровенный кусок мяса, проглотил его, почти не прожевав, и запил вином. — Велислав спас мне жизнь. В той самой битве.

Владимир нахмурился, сжал нож в руке. Бояре, сидевшие неподалёку тоже навострили уши, но осторожно — чтобы по этим ушам не надавали.

— Нас прижали кхазары. Орда обогнула Драконьи горы, подходила к границам, угрожая разорить деревни. Князь, отец Златозара, повёл дружину навстречу, чтобы перехватить врагов в удобном месте. Была страшная битва…

Ярополк уставился в никуда перед собой, вспоминая былое. Чаще воины хвалились подвигами, слагали песни или платили скоморохам, чтобы те воспевали их битвы. Но Злобин сейчас выглядел совершенно иначе.

— Кхазарский вождь во главе своей ближней дружины ударил сокрушительным натиском. Первые ряды нашего войска были сломлены, а демонические твари, обузданные этими дикарями, рвали наших гридней на куски. Я со своими людьми столкнулись с ними в лоб. Нам удалось задержать их. Тяжёлой ценой.

Бояре вокруг уже слушали без утайки. Даже замолкли, перестав поглощать всё съестное перед собой. Кажется, и скоморохи затихли, хотя неподалёку всё же продолжались пляски.

— Кхазарский вождь добрался до меня. Он был сильным, этот трижды проклятый засранец. И едва не убил меня, но подоспел Велислав.

Ярополк наконец-то моргнул и будто вернулся, осмотрел слушателей, задержал взгляд на мне.

— Твой брат был сильным воином, Владимир, — повернулся он. — Он погиб, но забрал этого ублюдка с собой. Если бы не Велислав, я бы сейчас не разговаривал. Да и дружина наша, быть может…

Он не договорил. Помешал ком в горле.

— И почему мы узнаём про подвиг моего отца только сейчас? — спросил я, заставив его нахмуриться.

Неудобный вопрос, однако.

— Род Нелидовых… — начал он, тут же сделав паузу, чтобы подобрать слова, — В общем, никто не хотел признавать его вклад в победу. Прости, Владимир. Я тоже тогда спасовал, о чём жалею по сей день.

Я почти слышал, как скрипят зубы у нашего главы. Повисло недолгое молчание, наполненное шумом плясок и запахом мяса, хмеля и специй.

Которое нарушил подошедший Владислав.

Он бойко уселся на своё место рядом с братом, покосился на меня и проворчал:

— Что Лют делает у главного стола? Опять что-то натворил, шельмец?

Вместо ответа Ярополк вдруг встал, хлопнул ладонями по столу и громко воскликнул:

— Други!

Гулкий звонкий голос разнёсся по двору, привлекая к себе внимание всех собравшихся. Скоморохи плавно затихли, пляски, смех и гул прекратились, и все обернулись на главу рода Злобиных.

— Ян, сын, подойди!

Мой соперник по поединку, оставил компанию своих товарищей, среди которых был Назар, и подошёл к нам, сопровождаемый странной ухмылкой брата.

Мне однозначно не понравилась эта ухмылка.

А вот последующие слова Ярополка вызывали смешанные чувства.

— Владимир Всеславович! — воскликнул Злобин, жестом поднимая главу со стула.

Тот встал, с подозрением глядя на гостя. Предчувствие ему подсказывало неладное.

— Предлагаю закрепить дружбу между нашими родами свадьбой наших детей.

Ян, чуть дёрнув губой, опустился на колено и, склонив голову, сказал:

— Владимир Всеславович из рода Нелидовых, прошу руки вашей дочери Елизаветы!

Ему явно не по нраву было сказанное. Но его никто не спрашивал.

Ни его, ни Елизавету… Ни Владимира.

Ярополк сделал предложение, от которого нельзя отказываться.

━─━────༺༻────━─━

Вот уж чего не ожидал, так это предстоящей свадьбы.

Покровительство Злобиных с самого начала выглядело подозрительно, но теперь они прямо-таки кричали, что нужно быть настороже. Не было никаких поводов вешать себе груз в виде опального рода, потомка ужасного Узурпатора. И тем более никаких поводов родниться с ними.

Сказочки про благодарность за спасение и вдруг проснувшуюся совесть Ярополк пусть оставит для своей малышни. Я ни на миг не поверил, что он по доброте душевной захотел спасти нас.

Должна быть какая-то причина…

И, кажется, сама судьба подталкивала меня к ней.

В лице Ани.

— Что тебе удалось узнать? — спросил я её.

Мы покинули пир. По отдельности, конечно. Сейчас не стоило привлекать лишнего внимания.

Встретились у меня дома, на окраине. Здесь меньше всего лишних ушей и сумка с записями Люта под рукой.

— Ты писал о тайнике, в котором спрятал какой-то ключ.

Аня выглядела встревоженной и взволнованной. Ещё бы. Новость о свадьбе Елизаветы потрясла всех. Кто-то тут же принялся праздновать, а другие недовольно бурчали, хотя старались не подавать вида.

Владимиру пришлось согласиться на свадьбу. Покровительство Злобиных сейчас было единственным, что огораживало род от полного краха. Стоит лишиться этого, и окажемся за стенами прежде, чем успеем опомниться.

Но глава точно не страдал от недостатка ума. Внезапное, хорошо сыгранное предложение с непонятными мотивами заставило его крепко задуматься.

— Кажется, даже в словах скрывается загадка. Я до конца так и не поняла, что ты имел в виду. Но затем…

Аня глубоко вздохнула, будто набираясь смелости.

— Там лишь обрывок. Но, Лют, ты… ты писал о том, как пробраться в родовую сокровищницу.

Она шептала так, что вблизи было едва слышно. Но в ответ я достал записи, нашёл следующую страницу, и мы начали её переводить.

Дело шло не быстро. Время было позднее, свет от фонаря уже заставлял глаза слезиться, но мы справились. И какое-то время молчали. Аня, наверное, боялась произнести хотя бы слово, а я лихорадочно соображал, что сулит мне прочитанное.

Похоже, Лют собирался пробраться в сокровищницу Нелидовых и выкрасть там какой-то древний артефакт, принадлежащий… мне.

Светозару, то есть.

И очень уж захотелось узнать, что за вещица хранится у моих потомков аж полторы тысячи лет.

Глава 30

— Мы его нашли в таком виде.

Злата говорила гнусаво, потому что закрывала нос. В тесной коморке, обставленной шкафами с бумагой, печатями и сотнями видов чернил стоял жуткий смрад.

Источник этого смрада сейчас сидел за тяжёлым письменным столом и мордой упирался в недописанный пергамент.

«Предъявитель сей грамоты действует от лица боярина Верхневодцева, казначея Его Высочества Великого князя Златозара…»

На этом запись обрывалась. Чего именно хотел тот, кто заказал поддельную грамоту, выяснить вряд ли получится. Как, впрочем, и кто именно её заказал.

Но меня интересовал не он. А сам убиенный. Точнее, найдётся ли у него что-нибудь, что выведет меня на Елизаровых.

Злата исполнила мою просьбу и нашла того, кто подделывает документы. Правда, слишком поздно.

— Убили не так давно…пару дней назад примерно. — Я осматривал неприглядную картину, чтобы выяснить как можно больше. — Прокололи голову сзади. И никто его не хватился?

— Гратц был скрытным человеком. И одиноким. — Злата старалась держаться подальше от тела, но, видимо, это не очень помогало. — Нам непросто далось выяснить о нём хоть что-то. Думаю, навещали его только заказчики.

— И никто не хотел обращать на себя внимания, — догадался я. — Поэтому просто уходили прочь как можно быстрее.

— Да, всё верно. Пошли уже отсюда, а? Нам тоже не стоит обращать на себя внимание!

Мне пришлось одеться подобающе компании и скрыть своё лицо капюшоном и повязкой на лице. Шастать по трущобам становилось всё труднее.

Но Злату беспокоило не лишнее внимание. Ей просто хотелось убраться подальше от смрада.

К сожалению, так просто отделаться не получится.

— Сначала нужно кое-что найти.

— Что⁈ — чуть не вспыхнула атаманша.

— Ищи печати. Все что есть. Нужны… — Я взял небольшой лист бумаги со стопки на краю стола, макнул перо в чернильницу и нарисовал довольно грубое изображение двух печатей. — Вот! Ищи похожие.

Злата недовольно посмотрела на копьё и лук Нелидовых и лисью морду Елизаровых.

Вообще-то на нашем стяге должен был быть медвежий оскал, который теперь украшал княжескую крепость, но, видимо, мой братец решил изменить герб и сделал отсылку на промысел охотников, чем мы занимались многие поколения.

Или его заставили отказаться от моего стяга. Это уже вряд ли получится выяснить.

Злата принялась усердно выполнять задание. В ящиках нашлись сотни фальшивых печатей. Наверное, на каждый род Стариграда. Поэтому поиски продолжались довольно долго, особенно из-за тусклого света, пробивающегося сквозь маленькое мутное окно.

Но разве нам достаточно трудностей?

Конечно, нет!

Вдруг дверь открылась, и в коморку, как к себе домой, зашла грузная женщина.

— Господин Гратц, доброе утро! Извините, приболела и не могла… Кто вы такие⁈

И замерла, широко распахнутыми глазами глядя то на меня, то на Злату. Мы тоже замерли, но за секунду до того, как она закричала бы, я рванул с места и успел закрыть рот.

Женщина принялась брыкаться, кусаться и визжать, чуть не сорвала с моего лица повязку. Поэтому пришлось её угомонить крепким ударом по голове.

Незваная гостья обмякла, я осторожно прислонил её к стене и обернулся. Злата смотрела на меня испуганным взглядом.

— И что теперь делать⁈

— Что следует делать в такой ситуации, конечно.

— Неужели ты убьёшь невинную…

— Я про допрос!

Даже подскочил от неожиданности. Что в голове у этой девки⁈

— Она не видела наших лиц. Я в повязке, а ты обмоталась от вони и закрываешься рукой. Но она точно знакома с Гратцом.

Злата снова посмотрела на мертвеца, а затем на меня. И сказала:

— Только не здесь. Ещё немного, и я сама отброшу коньки от этой вони.

— Тогда поспеши и найди нужные печати!

━─━────༺༻────━─━

Перетащить довольно объёмную даму в бордель оказалось делом непростым. Пришлось грузить её в повозку, накрывать шкурами, а затем жутко неудобно, с трудом спускаться в подвал.

Решили усадить её в комнате «для особых утех». В темнице слишком страшно — мы не собирались её пугать. Наверху слишком людно — светить случайной пленницей не стоило. К тому же, звук оттуда почти не пробирался через стены, а она наверняка начнёт орать.

Хорошо хоть смирно проспала весь путь и очнулась уже на месте.

— А-а-а-а-а-а-а! — заверещала женщина, придя в себя.

И осматриваясь по сторонам.

Злата значительно изменила внешний вид комнаты. Главным образом, убрав отсюда особо опасные для блудниц приспособы. Так что теперь здесь было вполне рабочее пространство с особым… шармом.

Который наша пленница быстро уловила.

— Насильники! Насильники! Спасите!

Мы со Златой переглянулись. Я кивнул ей, предоставив возможность уладить истерику. Понадеялся, что женщина успокоит пленницу быстрее.

— Не волнуйтесь! Вам ничего не угрожает!

— Не верю! — взвизгнула дама. — Вы хотите меня совратить! Н-н… надругаться!

Она брыкалась, прикованная к тяжёлому стулу, который был прибит к полу. Одна из приспособ, оставшаяся от прежнего набора.

Сидеть на нём казалось довольно неудобно, а как именно предполагалось использовать, я даже знать не желал. Но держал он пленницу достаточно крепко.

— Не собираемся мы никого… это самое! — возмутился я.

— Да-да, не беспокойтесь, — кивнула Злата. — Мы хотим просто поговорить. И ничего больше!

— Ничего больше⁈

Пленница вдруг успокоилась, но с подозрением окинула взглядом Злату, а затем уставилась на меня. Причём как-то… оценивающе. И не в смысле моей опасности.

— Ничего больше! — поспешил я заверить её в своих намерениях.

— Хм! — Пленница хмыкнула чуть ли не с возмущением. Вздёрнула подбородок, поджала губы и спросила: — О чём именно вы хотите говорить?

— О Гратце.

Тут на лице пленницы снова пробежала волна эмоций. Кажется, она забыла, что увидела в каморке мошенника, но теперь вспомнила и снова начала верещать:

— Убийцы! Вы его убили! Это что получается — и меня убьёте⁈ А-а-а-а-а-а-а!

Мне очень хотелось снова её стукнуть и вышвырнуть где-нибудь подальше. Глава уже начинала раскалываться, к тому же здесь было душновато, а в носу до сих пор чудился запах из каморки.

— Да нет же! — воскликнула Злата. — Мы просто…

— Заткнись! — гаркнул я злобным, жёстким голосом.

И пленница, и Злата замолкли и замерли, глядя на меня испуганными глазами.

— Говори, что оттуда знаешь этого Гратца. Когда его в последний раз видела?

— Я… я п-просто убираюсь у него, — дрожащим голосом запищала бедняжка. — Но вот заболела и неделю не приходила… а он…

Теперь она начала рыдать. Злата тут же принялась её утешать и даже хотела освободить, но я не позволил.

И почему на допросах я всегда в качестве «плохого стражника»⁈ Даже на пару с Асваном постоянно приходилось быть злыднем. А ведь он считался мастером пыток, постоянно зубоскалил и рожей больше походил на зверя, нежели на человека.

Неужели я такой страшный?

В общем, Агафья — так звали эту даму — прислуживала Гратцу в качестве уборщицы и приходила в его каморку дважды в неделю. Про махинации с документами она не знала и была уверена, что работает он вполне законно. И даже видела несколько посетителей, хотя в такие моменты Гратц просил её подойти попозже.

— Видели кого-нибудь в последний месяц? Можете вспомнить?

— Может, кого-то узнали, — добавила Злата.

Агафья уже немного успокоилась и отвечала вполне нормально, без истерик. Я бы даже сказал, она освоилась и позабыла, что сидит в подвале, в оковах и неизвестно где.

— Да откуда! Эти все господари на одно лицо, да к тому же укутаны, что только носы торчат!

Мы со Златой переглянулись, гадая, серьёзно ли Агафья ничего не подозревала насчёт деятельности своего работодателя.

— Помню, с Третьяком как-то с полчаса проболтали, пока один такой с Гратцом сидел.

— Третьяк?

— Ой, да это прислужка один. Стоял, бедненький, голодный. Совсем его не кормят — кожа да кости. — Агафья совсем разошлась и начала болтать, словно оказалась на встрече с подружками. — Постояли с ним, я пирожком угостила, спросила, как там его матушка…

— Чей прислужка? — прервал я поток речи.

Агафья поёрзала на стуле, пыталась наклониться с таким видом, будто собирается прошептать что-то чрезвычайно секретное, но ремни крепко её держали.

И я был им крайне благодарен.

— Это боярина Чеслава мальчонка. Которого ещё Бездетным кличут.

Я наклонился поближе, чуя ценные сведения. Даже притаил дыхание, надеясь на лучшее. И не прогадал.

— Из Елизаровых он, — прошептала Агафья. — До сих пор не женился, хотя почти третий десяток разменял. Поговаривают, он…

Слухи насчёт детородных способностей Чеслава меня не интересовали. А вот сам он — ещё как.

Печати Елизаровых и Нелидовых в каморке Гратца мы нашли. Причём, судя по всему, краску на них наносили не так давно. Всё указывало на подделку договора, однако доказательств не хватало, чтобы припереть Войцеха к стене.

Но теперь у меня есть имя. И конкретный человек, которому оно принадлежало. Это уже очень многое. С этим можно работать.

Однако более ничего полезного от пленницы ожидать не стоило.

— Спасибо, — сказал я, прервав её рассказ, перешедший вообще в другое русло. — Это вам за беспокойства.

Достал небольшой мешочек с монетами, побряцал медяками внутри и кинул на колени Агафье. После чего обратился к Злате:

— Развяжи её и проводи. С закрытыми глазами.

Я уже направился к выходу, как вдруг пленница игриво промурлыкала:

— Погодите-ка, господарь похититель. Вы уверены, что не… это самое?

Её глазки с любопытством осматривали окружающий нас арсенал, а губы изогнулись в улыбке, от которой меня бросило в дрожь.

— Уверен! — твёрдо заявил ей в ответ и поспешил удалиться.

— Погоди, Л!… То есть… Стой! — Злата бросилась следом.

Чуть не выдала моё имя, но вовремя опомнилась. Я уж почувствовал, как к глотке подбирается гневный пучок жара, готовый вырваться ей в лицо тирадой из брани на нескольких языках.

Но обошлось.

— Что такое? — спросил я атаманшу, когда дверь захлопнулась.

— Насчёт нашего вопроса… — осторожно напомнила она. — Есть какие-нибудь новости?

— Скоро будут. — Кивнул для убедительности. — Я сообщу.

━─━────༺༻────━─━

Помочь Злате избавиться от ярма Захара Кожедубыча можно будет чуть позже. Точнее, придётся это дело отложить. Через пару дней Ушанские отправят часть своей дружины патрулировать южные границы, и это значительно облегчит дело. Так что спешить не стоит.

А вот чем действительно надо заняться, так это сокровищницей. Судя по всему, Лют был уверен, что там хранятся сведения, способная раскрыть правду о моём «свержении». Но глава рода, как и его предки веками ранее, держат в тайне эту самую правду.

Мы с Аней занялись расшифровкой его записей и поняли, что этот пройдоха-Лют успел оставить кучу тайников, где спрятал записи или мелкие артефакты былой эпохи.

Ну, он думал, что так и есть, конечно. Только на деле ими оказались подделки-сувениры, скопированные со всякого хлама времён империи или даже настоящие вещицы, чудом дожившие до нынешних лет, но всё же не имеющих никакой практической пользы.

Например, в одном из схронов нашлась детская погремушка из слоновой кости. Почти целая.

На таких мелкими буквами выцарапывали коротенькие сказки-колыбельные, чтобы родителям не пришлось выдумывать или вспоминать, чем их убаюкивали в детстве.

На этой, видимо, когда-то была история про чудо-богатыря, но надписи стёрлись, и Лют через кривой перевод сделал вывод, что нашёл ритуальную реликвию старых богов. Или даже Исток. Был уверен, что в ней заключена сила, да только не знал, как её оттуда достать.

«…Оставлю это до лучших времён. В сокровищнице рода наверняка найдётся ответ, как пользоваться этим артефактом» — писал он в своей книжке.

Хотя пользоваться он мог и без всяких тайн, конечно. В погремушке даже камешки сохранились, чтобы бренчать.

Но всё же попадались не только бесполезные находки. Прежде, чем мы отыскали нечто стоящее, кроме ключа от сокровищницы, пришлось перерыть кучу тайников. Некоторые были прямо под носом Владимира и даже рьяного сторонника розг Владислава, но обошлось без лишних приключений. Во многом благодаря Ане. Одно её присутствие и доверие окружающих затмевало пошатнувшееся недоверие ко мне и отбрасывало кучу ненужных вопросов.

Так вот, в конце концов мы отыскали настоящий Исток. Правда, магии в нём оставалось на пару использований, поэтому придётся поберечь на крайний случай.

Но Исток крайне полезный. Это была свирель бога ветра Стрига. Я её раньше не видел в живую, но слышал рассказы и видел рисунки, поэтому узнал. Скорее всего, Лют не смог распознать магию, заточённую в артефакте, потому что его Источник не был достаточно развит. Но с первой ступенью Отрока это удалось.

Аня радовалась, словно маленький ребёнок. До умиления просто.

А затем как маленький же ребёнок сердилась и ругалась, когда узнала, что в сокровищницу она не пойдёт.

— Это нечестно! — возмущалась Аня гневным шёпотом. — Я столько сделала, чтобы туда пойти! Если бы не я…

— Да, согласен. Только благодаря тебе мы смогли узнать, что скрывали мои записи. И я благодарен, поверь. Но…

— Никаких «но»!

Девушка надулась, скрестила на груди руки и показательно отвернулась к окну. Мы сидели у меня дома, на окраине. Чтобы поменьше случайных глаз или ушей встретить.

— Ладно, — вздохнул я, поднимаясь со стула. — Но нужно дождаться темноты. И подготовить тебя к вылазке.

Аня удивлённо посмотрела на меня, чуть приоткрыв рот. Наверное, не думала, что я так быстро сдамся.

— Подготовить?

— Ага. — Я достал из сундука возле кровати свой костюм для подобных мероприятий. — Смотри.

Аня с любопытством рассматривала недавно обновлённые печати невидимости, нахмурилась, а затем её вдруг осенило.

— Это же те символы, которыми исписаны несколько листов!

— Хе-хе… ну, да… — я неловко почесал затылок, будто меня поймали на чём-то не очень пристойном.

— Я должна была сама догадаться!

Она с интересом принялась изучать мою поделку, а я пока достал кружки, налил в них травяного отвара из кувшина на столе и предложил Ане выпить.

— Ждать долго. Это поможет взбодриться.

— Ага, спасибо. — девушка, не глядя, взяла кружку и сделала несколько глотков.

Она продолжала рассматривать печати и уже примеряла, куда ей нанести свои. Попросила пару листов, чтобы самой научиться наносить символы, и это даже получилось!

Попивая отвар, она со второй попытки заставила исчезнуть пробный листок и засияла счастливой улыбкой.

А затем протяжно зевнула.

— Что-то я устала, Лют. Не помогает твой… У-а-а-а-э-эх… — она снова зевнула и протёрла глаза.

Веки тяжелели, взгляд туманился. Аня положила голову на кровать и скоро засопела.

— Прости, — вздохнул я, выливая отвар обратно в кувшин. — Но на этот раз мне придётся сделать всё самому.

Я уложил Аню в постель и укутал её одеялом. А затем нанёс печать на собственное тело, накинул костюм для вылазки и погасил свет.

Как раз стемнело, и настало время выдвигаться.

━─━────༺༻────━─━

Сокровищница Нелидовых, естественно, находилась во дворе Владимира Всеславовича, главы рода.

А значит, мне предстояло обойти кучу стражников, проникнуть в боярский терем и прошмыгнуть в подвал. Где тоже наверняка были стражники.

Впрочем, первая часть обошлась без особых проблем. Я прошмыгнул через частокол, пробрался к терему и даже умудрился с подветренной стороны прокрасться мимо собак так, что они меня не учуяли.

С теремом было сложнее.

Я снова попал на смену Добрыни и Горыни — двух могучих воинов на службе Владимира.

Они молча блюли покой главы рода почти у самого входа. Будь я хоть сто раз невидимым, протиснуться через них незамеченным не было ни шанса. Поэтому пришлось лезть на балкон второго этажа, к приоткрытому окну.

Хорошо, что погода стояла тёплая, а люди любят свежий воздух. Это очень облегчает моё не очень благонравное дело.

Я прошмыгнул внутрь…

И замер на месте, чувствуя, как мурашки пробегают по спине туда-сюда.

Балкон, оказывается, вёл в спальню самого Владимира!

Который, к счастью, крепко спал. И начал храпеть, как только я шагнул через порог.

Причём громко так… С душой.

Неудивительно, что спал он один. Светлана Игоревна наверняка предпочла убраться подальше от этого жуткого скрежещущего громыхания посреди комнаты.

Я осторожно ступал к двери, нервно оглядываясь на главу.

Вдруг половая доска скрипнула. Храп прервался, а Владимир перевернулся с одного бока на другой.

Я снова замер в неудобном положении на грани равновесия. Чувствуя, как капля пота стекает по пояснице.

— Х-р-р-р-р… — снова заскрежетал Владимир.

И вздохнул с облегчением.

Не сразу, правда, а когда выбрался из спальни. И вздохнул медленно, беззвучно и осторожно.

Нервишки шалили всё-таки. Одно дело проникать в логово бандитов, которых можно, в случае чего, обезвредить. И желательно насовсем.

Но тут-то свои. Родная кровь, хоть и очень далёкая. Поэтому выдавать себя никак нельзя.

Я спустился по лестнице, стараясь не задеть какую-нибудь скрипучую доску, завернул в сторону двери, ведущей в подземный этаж и услышал тихий жалостливый голос.

Знакомый голос.

— Батюшка ведь не отдаст меня за этого… Яна? — всхлипывала Елизавета.

— Успокойся, доченька. — Светлана Игоревна поглаживала её по распущенным пышным волосам. — Не стоит плакать из-за такого.

Они сидели в ночных рубахах под тусклым светом лучины. Елизавета, скрестив босые ноги, уткнулась лицом в сложенные на столе руки и тихо хныкала.

— Не хочу… я его видела впервые… нельзя же так…

Светлана смотрела на дочку сочувствующим взглядом и только и могла, что гладить её.

Врать, что юной девушке не придётся брать на себя груз во благо всего рода, не стоило. Ложная надежда обернётся лишь более жестокой горечью.

Признаюсь, я тоже немного сочувствовал бедняжке. Но лишь немного.

Мир таков, какой он есть. Дочерям простолюдинов тоже не всегда приходится выбирать себе женихов. У них, конечно, с этим полегче, и многим везёт совместить желаемое с требуемым, но платят они за такую благодать тяжёлой жизнью. Куда более неприятной, чем сын уважаемого боярина.

Так что подобные слёзы принцесс и прочих благородных девиц никогда не вызывали у меня сильных эмоций.

Не хотят приносить пользу своим подданным через выгодный брак — пусть идут пахать землю вместе со своим суженным.

Я как-то раз предложил такой выход принцессе одного из покорённых королевств. Чтобы примирить два враждующих государства, ставших провинциями моей империи, я решил поженить обе династии.

Принцесса вдруг начала протестовать, требовать свадьбы только с тем, кто придётся ей по душе. И даже намекала на конкретного вельможу из числа рыцарей её отца. Тот было зарделся и уже примерял на себе корону.

Но менять роскошные наряды, привилегии и золото на соху землепашца и хижину они почему-то отказались. Даже с учётом счастливого и светлого будущего друг с другом.

— Он выглядел довольно хорошим, Лизонька, — продолжала утешать дочку Светлана Игоревна. — Быть может, полюбите друг друга…

В ответ слышались только новые всхлипы.

А я подобрался к двери, ведущей вниз, осторожно её приоткрыл и скрылся за створкой.

Узкая винтовая лестница, отдалённо напоминающая те, по которым я ходил в своём дворце, привела меня в тесный коридор, освещённый светом нескольких фонарей. В конце коридора, оперевшись подбородком на ладонь, сидел стражник. Он явно еле сдерживался, чтобы не заснуть прямо здесь и сейчас, и я его отлично понимал.

Душный вязкий воздух, тусклый свет и полное отсутствие какого-либо движения даже меня едва не морили.

А когда он протяжно зевнул, мне пришлось приложить немало усилий, чтобы не повторить за ним.

Затем пришлось ждать, пока он всё-таки заснёт.

Честно говоря, я не знал, что меня ждёт на пути к сокровищнице. И приготовил ещё одну печать на случай, если придётся кого-то отвлечь или усыпить.

Но в данной ситуации было безопаснее просто ждать.

Это заняло много времени, но я дождался. Стражник прикрыл глаза и застыл в шатком положении, мирно засопев. Помимо входа в сокровищницу, тут было ещё несколько дверей. Но нужная мне наверняка находилась рядом с этим соней.

Поэтому открывать замок приходилось ещё осторожнее, чем выбираться из спальни Владимира.

Не знаю, как Лют достал ключ, но его труды грозили обернуться прахом, если напортачить в такой ответственный момент.

Я медленно вставил ключ в замочную скважину. Плавно повернул его на один оборот, чувствуя, как звон металла будто громом расходится по коридору и моля богов, чтобы стражник спал очень-очень крепко.

Ещё один оборот…

Потянул за ручку, и тяжёлая створка с приглушённым скрипом открылась на пол-локтя, как вдруг стражник дёрнулся и вытянул ногу, едва не задев её край.

Зараза…

Мне удалось открыть проход ещё на несколько пальцев, чтобы не задеть сапог стражника. Этого едва хватило, чтобы протиснуться внутрь и закрыть створку изнутри.

Рядом со входом висел фонарь. Я зажёг его и увидел небольшую комнату, заставленную жалкими осколками былого могущества.

На стенах висели выцветшие гобелены, старинные клинки, стяги. На некоторых из них даже проглядывался медвежий оскал, как напоминание об истоках.

Целая куча хлама, годного только за тем, чтобы осознать пропасть, в которую свалился некогда великий род.

Внутри меня начала закипать ярость.

Гобелены рассказывали печальную историю. Мои потомки не сдались сразу — они сражались за своё наследие, пытались восстановить честь и славу, доброе имя.

Но что-то пошло не так.

Что именно — ответа я не нашёл.

Честно говоря, кроме сундука со старинными украшениями и одного богато украшенного меча здесь не было ничего, что считалось сокровищами в обычном понимании этого слова.

Однако было много записей.

Пергаменты, выцветшие книги с лопнувшей от времени кожаной обложке, даже вырванные откуда-то листы.

Сидеть и читать всё подряд у меня времени не было, но я приметил рассказы о героях прошлого. Не такого далёкого, как я сам, но всё же. И ещё несколько пергаментов явно относились к записям магических печатей и посланий вроде того, которому учил нас Мудр.

Вот это были настоящие сокровища.

Если порыться, наверняка найдётся нечто бесценное, но забытое дураками-потомками. Видимо, в какой-то момент они решили принять судьбу изгоев и спрятали надежду под землю. В тёмное пыльное место.

Ярость теперь закипала ещё сильнее.

Хотелось одновременно наказать этих идиотов и помочь им возвыситься.

Но бурю эмоций остудила ещё одна находка.

Я приметил её среди остальных благодаря небольшому знаку, выгравированному на корешке. Знак уже потрескался и поблёк, но всё равно привлёк внимание.

Затаив дыхание, я осторожно раскрыл ветхую книжонку. Она была старая, страницы пожелтели, но сумели сохраниться достаточно, чтобы символы, аккуратно выведенные знакомым почерком, дошли до меня спустя столько лет.

Эта книжка принадлежала Анне. И написана была не имперским языком. Не языком народа Эфлен, Асванов, Кхазаров или Асмаридов.

Анна писала на языке своего небольшого народа, не имевшего письменности до того момента, как она сама не создала её. Хотя Анна при мне так и не успела подарить плоды своего труда родному народу.

Язык этот знали очень немногие. И все, кроме Анны, находились на далёкой окраине империи.

Кроме Анны и меня.

Она обучила меня своему алфавиту. Мы использовали его для засекреченных писем или, к примеру, для посланий, которые не должны были узнать мои соратники. Например, однажды Анна отправила мне список желаемых подарков на день рождения Эфлен. Причём принесла мне его сама же Эфлен.

Было довольно забавно.

Я поднёс фонарь поближе, глубоко вздохнул и сощурился, чтобы получше блеклые буквы.

«Мой дорогой император, — писала Анна, — я знаю, что твоя душа найдёт выход из ловушки, в которую её заточили. Рано или поздно, это произойдёт, и тогда ты прочитаешь эти строки, чтобы узнать, что же произошло в тот роковой день. И что за ним последовало…»

Я стоял как вкопанный и читал страницу за страницей. В горле пересыхало, но я не смел шевельнуться. Глаза уже слезились от пыли, напряжения и тусклого противного света, но я продолжал.

И в груди снова закипала ярость.

━─━────༺༻────━─━

Не знаю, сколько времени заняло прочитать всё. Наверное, долго.

К сожалению, забрать книгу Анны не получилось. Печать невидимости не могла скрыть её. Чего уж говорить, мне чудом удалось спрятать ключ.

Убедившись, что стражник за дверью всё так же дрыхнет, я приоткрыл створку, уткнувшись в вытянутую ногу. Стражник дёрнулся, всхрапнул, но продолжил спать.

Если честно, мне хотелось его огреть по хребтине.

Проклятый оболтус — из-за подобных людей мой род и скатился до нынешнего состояния!

Из-за них, и из-за тех, кто допускает такую безалаберность среди своих воинов.

Но пришлось сдержаться, хоть это и было непросто. Послание Анны крутилось в голове тысячью мыслей, и большинство из них явно недобрые.

Но скоро грянула новая беда.

Только я закрыл замок и шагнул в сторону лестницы, ступени заскрипели от тяжёлых шагов.

Я замер, стиснув зубы. И наблюдал, как в другом конце коридора появляется здоровенный силуэт Горыни.

— Неседа! — гаркнуон, сотрясая душный воздух подземелья.

Стражник резко вскочил со стула, растерянно огляделся и сквозь непрошедший сон плавно начал осознавать всю серьёзность своего положения.

— Г-господин, я… я…

— Ты у меня так огребёшь, засранец, что неделю заснуть не…

Горыня вдруг замер на месте с раскрытым ртом и распахнутыми глазами.

Которые смотрели прямиком на меня.

— Лют… — процедил он, плавно меняя удивлённое выражение лица на гневное. — Какого демона ты здесь делаешь⁈

Я осмотрелся и понял, что печать невидимости почему-то перестала работать. Причём сразу все, что, наверное, меня и спасло от мгновенной смерти.

Или просто отсрочило её…

Меня обнаружили. И убегать теперь бесполезно.

━─━────༺༻────━─━

Друзья! Первый том завершён. Буду благодарен за отзывы и обратную связь!

Продолжение уже опубликовано. Читайте: https://author.today/reader/392484

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN. Можете воспользоваться Censor Tracker или Антизапретом.

У нас есть Telegram-бот, о котором подробнее можно узнать на сайте в Ответах.

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Возвращение Узурпатора

Content

Возвращение Узурпатора

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Nota bene