Попов Алексей Александрович

Повторная экспертиза

Алексей Попов

ПОВТОРНАЯ ЭКСПЕРТИЗА

Лауреат III степени конкурса «Новый Сказ» в номинации «Детективный роман»

Любовь зла

Колёса вагона весело отстукивали на рельсовых стыках: «На север... На север... На север...» За пыльным окном проплывали деревеньки, поля, зелёные рощи, озёра с тёмно-синей водой, мелькали телеграфные столбы, контактные опоры.

Темноволосый мужчина приятной наружности, на вид лет двадцати восьми или чуть старше, среднего роста и такого же телосложения, сидел в одиночестве в купе вагона скорого поезда и разгадывал сканворды. Слегка утомившись от этого занятия, он. отодвинув журнал и карандаш, посмотрел в окно. Живые голубые глаза на худощавом лице смотрели на мир доброжелательно и грустно. Молодой человек глубоко вздохнул, глянул на пустые соседние полки, откровенно досадуя, что даже поговорить не с кем: пассажиропоток в этот период лета направлен преимущественно с севера на юг, а не наоборот.

Всё ближе конец пути. Вот уже замелькали знакомые полустанки. лесные массивы, порожистые речки и скалистые сопки, куда он в школьные годы, вместе с одноклассниками, ходил в дальние походы. Сердце молодого человека невольно забилось сильней: как то его встретит малая родина после долгой разлуки...

Запищал мобильник, пришла СМС: «Вить извин пож надо поговор ест причин жду», - как и раньше, от его бывшей подруги Галины. И, как всегда, сокращённо, плохо понятно и с полным отсутствием знаков препинания.

Но хозяин мобильника информацию понял, нахмурил густые брови и положил телефон на столик. Как будто убавилось света в окне вагона и померкла радость от ясного солнечного утра.

«Наконец-то вспомнила, что я существую... Не прошло и недели... - со злой иронией подумал он и ещё раз пробежал глазами по тексту сообщения. «Надо поговор...» И говорить нам совершенно не о чем! Уже отговорили... «Ест причин...» И причину твою знаю... Как же, видел её - с лысиной! Жаль только, что этой «причине» по морде не съездил! Не получилось, не успел...»

Виктор Поляков работал слесарем на заводе и теперь находился в очередном отпуске. И хотя сейчас ехал на свою родину, предстоящий отдых, после серьёзных душевных переживаний, его мало радовал. Он грустно поглядывал на проплывающие в окне однообразные пейзажи и размышлял о своей жизни. И задуматься ему было о чём...

Виктор вспомнил о небольшом сборнике стихов, который сунул в поклажу его друг Игорь на вокзале: «Почитай в дороге - помогает от мрачных мыслей...», и достал книжку. С первых же страниц пассажир оценил подарок друга. Сейчас как никогда он понимал язвительные строки поэта Губермана о женщине и был полностью солидарен с ним: «Обманчив бабий внешний вид.

И даже в плоти её хрупкой

Натура женская таит Единство арфы с мясорубкой».

Конечно, Поляков не настаивал на таком категоричном утверждении относительно всех женщин на свете - этого он просто не знал. Но с тем, что данная характеристика подходит для его Галины, был согласен на все сто процентов: «Она как кошка: то ласковая, когда ей хорошо: гладишь, мурлыкает, то вдруг выпустит коготки, если начнёшь гладить против шерсти. А тут ещё это...»

Измена горячо любимой женщины потрясла Виктора, выбила из привычной жизненной колеи. Теперь он понял, что искренние чувства были только с его стороны, а Галя только талантливо играла, делала вид, что любит, была всего лишь хорошей актрисой. Не зря же гласит народная мудрость: любящие глаза по сторонам не смотрят. А она смотрела...

Но ведь как всё красиво началось - с любви, о которой говорят «с первого взгляда»...

«...Вот женщины: дают нам жизнь.

А после жить нам не дают».

...Где-то с полгода назад Виктор с другом и коллегой Игорем Максимовым, как обычно в пятницу после работы, зашли перекусить в кафешку недалеко от их заводского общежития. Посетителей в такое время ещё немного, выбор блюд имеется в полном объёме, и можно спокойно и относительно недорого поужинать. Правда, в этот день людей в зале было чуть больше обычного. Кроме постоянных едоков, за накрытым столиком у окна расположилась четвёрка нарядно одетых девчат, отмечающих чей-то день рождения. Там то и дело слышались весёлые голоса, шутки и звонкий женский смех.

Друзья присели за свободный столик, сделали заказ.

Обернувшись на очередной взрыв смеха, Поляков глянул на праздновавших девиц и оторопел: спиной к нему сидела Танюша! Иногда девушка поворачивала голову в сторону, и Виктору был виден её знакомый красивый профиль.

«Ну нисколько не изменилась...»

- Что с тобой, Витёк? - заметив, как переменился в лице и заёрзал на стуле его напарник, спросил Игорь.

- Кажется, я вон ту девушку знаю... - кивок в сторону звонкоголосого столика.

- Ну и что?

- Не должна бы она здесь быть... — нахмурился Виктор.

- Почему?.. - вопрос остался без ответа.

Друзья ели молча, изредка поглядывая на соседний столик.

Виктор задержал взгляд. Такая же, как и раньше, причёска и те же пышные волосы, заколотые янтарной брошкой. Всё так же один упрямый локон отбился от остальных и кокетливой спиралькой спускается вниз, привлекая внимание. Тот же изящный овал свежего лица и та же удивлённо поднятая чёрная бровь... И как только ей спустя столько лет удаётся так хорошо выглядеть?..

- Она!

«Но здесь-то как?! Почему?..»

За тысячу километров от своего родного города. Из которого лет десять назад срочный отъезд Полякова был скорее похож на бегство. Отъезд из-за неё же, из-за Танюшки...

Виктор, Сергей и Таня дружили с раннего детства, и это никого не удивляло: одногодки. И жили рядом, и пошли в одну школу, в один и тот же первый класс. Вместе учились, зачастую вместе проводили свободное время. Мальчишеские игры не всегда заканчивались мирно, случались и потасовки. Когда Серый с Витюшей оказывались в меньшинстве, Танька, из чувства справедливости, становилась рядом с ними и дралась отчаянно, не хуже пацанов. Этим она вызывала зависть у мальчишек соседних дворов: ну кто ж будет драться с девчонкой! И победа невольно доставалась «триумвирату», как их называл за постоянство ходить втроём один из продвинутых старшеклассников.

Шло время. Члены «триумвирата» сами стали старшеклассниками. Ребята вытянулись, раздались в плечах, повзрослели. Таня похорошела, превратилась в стройную симпатичную девушку, на которую на улице уже оглядывались мужчины. Виктор и Сергей ревниво перехватывали эти взгляды, готовые пресечь любые попытки ухаживания за их подругой. Конечно, они и сами не могли не видеть, как их верная спутница и друг детства превращается в другого человека, что возникла какая-то неуловимая запретная грань в отношениях, которой раньше не было. Друзья старались не замечать, как подросли холмики-груди, обтянутые тонкой кофточкой, как изменилась фигура, какими плавными и мягкими стали движения Танюши...

Стоит ли говорить, что они оба были влюблены в свою подругу, такую красивую, умную, справедливую. Но многолетняя дружба - дело святое! И ни Виктор, ни Сергей не решались её нарушить.

...В кафе зазвучала музыка. Несмотря на эмоциональность беседы с подругами за столом, девушка почувствовала на себе пристальный мужской взгляд и недовольно оглянулась. Живые чёрные глаза с вызовом глянули на Полякова, тот растерянно отвернулся.

- Не она... - со вздохом непонятно от чего, то ли облегчения, то ли, наоборот, огорчения, прошептал он.

- Чего паришься?.. - допивая компот, спросил Игорь. Он был постарше Виктора, растил бороду, усики и был похож на одного известного артиста в начале его творческого пути. Зная об этой схожести, слесарь сборочного цеха Игорь Максимов несколько свысока смотрел на окружающий мир и в данный момент - в том числе на муки соседа по столу. Любовно погладив свою ухоженную бородку, он продолжил: -Чего гадаешь, как на ромашке: она - не она?.. А ты пригласи её на танец и всё сразу выяснишь!

- Так никто же не танцует! Девчонкам и так весело. Застесняется, не пойдёт! Не захочет оторваться от коллектива...

- Велика беда! Я вот сейчас пойду и «оторву» её соседку! Поддержу компанию, раз такое дело... - отужинавший Максимов был в хорошем расположении духа. Он уже имел семейный опыт - был когда-то женат, развёлся и считался в мужской среде авторитетным и мудрым человеком, «мужчиной в самом рас цвете сил». Теперь ему представилась возможность в очередной раз показать себя перед молодым товарищем этаким «тёртым калачом»... - Смелость города берёт! Не отставай, молодёжь...

Игорь поправил причёску и. одёрнув пиджак, гордым гоголем поплыл к шумному женскому столику. Виктор видел, как его дружок картинно встал в позу, как раскланивался, сияя почти голливудской улыбкой перед притихшими женщинами, и что-то негромко, но горячо говорил, наверно, читал стихи, приложив руку к сердцу.

«Во даёт... Артист», - невольно восхитился он.

Красноречие товарища возымело успех. Через пару минут тот уже отодвигал стул невысокой блондинки, помогая ей выбраться из-за стола. Проходя с дамой мимо приятеля, он ободряюще подмигнул.

Уверенность Игоря передалась и Виктору. Он глубоко вздохнул - ведь сам виновник ситуации! - поднялся и решительно подошёл к сидящим девушкам.

- Здравствуйте! С вашим праздником! Уважаемые дамы, а давайте проявим солидарность... — Виктор кивнул на уже танцующую пару.

Танцуя с Галей - так звали девушку, очень похожую на Татьяну, Виктор, изредка деликатно поглядывая на партнёршу, отметил ряд существенных отличий: «Красивая и загорелая, наверно, после отпуска на море... А может, просто смуглая южанка. Да, внешне Галя очень похожа на подругу детства. Но - не она! Глаза не голубые, а чёрные, как глубокий омут, цыганские, призывно манящие - попробуй разберись, какие чувства ею руководят...»

Как сказал классик, глаза — зеркало души! А тут они были какие-то непроницаемые, смотрящие почти в упор. Так нескромно и вызывающе Таня на Виктора никогда не смотрела. Впрочем, последняя встреча с ней была так давно...

Внимание красивой женщины любому мужчине приятно. Тем более после выпитых коктейлей. Поляков медленно вёл даму в ритме танго, ощущая податливое женское тело.

- Не она...

- Зато выяснил!

- Но понравилась! Слушай, Игорь: в ней есть какая-то загадка... - друзья в перерыве между танцами обменивались мнениями за столиком.

- Понял... - невесело откликнулся Максимов. - Значит, нашей завтрашней рыбалке отбой?..

- Не знаю, как сложится... Если что, сходим на рыбалку через неделю, в следующую субботу.

- Нас на бабу променял... - вполголоса пропел ему в ухо Игорь и криво усмехнулся: - Вот так и помогай товарищам! А они вместо благодарности разрушают все планы заслуженного и хорошо продуманного отдыха.

- Игорёха! Давно у меня такого не было... - после очередного танца произнёс восхищённый партнёршей Поляков.

- Что, Витёк, зацепило?

- Похоже...

Что и говорить, друзьям пришлось на этот раз задержаться в кафе до закрытия.

.. .Виктор пришёл в общагу лишь под утро.

- Ну как, герой-любовник?.. — вместо приветствия встретил его ироническим вопросом Игорь. - Разгадал «загадку»?

Виктор попытался сделать серьёзное лицо, но ничего не получилось: его глаза сияли, а по лицу расплылась предательская улыбка.

- Можешь не отвечать... И так ясно, — с некоторой грустью произнёс его товарищ. - «И погиб казак...»

- Никто пока ещё не погиб, - возразил Виктор.

- Тогда рассказывай!

- Ну... Великолепная женщина! - выдавил из себя «рассказчик» и запнулся. Наступило продолжительное молчание.

- Понимаю... - сказал Игорь, бесполезно ожидавший услышать историю амурных похождений друга, и тяжело вздохнул. Очевидно, вспомнил подобный случай из своей насыщенной жизненной практики. Больше он вопросов не задавал, отвернулся к стене и укрылся одеялом.

Но рано пришедший его коллега ещё долго ходил по комнате в состоянии возбуждения от ночных событий, иногда вздыхая и тихо радуясь одному ему понятному счастью. Потом он сел ближе к окну, попробовав почитать начатый детектив.

«Не то...» - решил влюблённый, абсолютно не понимая содержания прочитанного: перед глазами, заслоняя собой текст, стояла прекрасная женщина Галочка! Отложив бесполезную книгу, он достал из своей тумбочки школьную тетрадку и начал что-то старательно писать.

Через час встал с кровати Максимов. Он лениво потянулся, понимающе глянул на спящего соседа: «Да, попал ты, братец! Умаялся за ночь, спишь без задних ног...»

Заметив на столе торчащую из книги записку, он аккуратно её раскрыл. На вырванном тетрадном листочке в клеточку торопливым почерком Виктора были написаны любовные вирши: «Слагать стихи про вас не смею -Не хватит слов вас описать, Хотя стихами я владею...

Но милый образ, эта стать

С ума сведёт кого угодно, Сопротивляться нету сил!

И одеваетесь так модно -

Как сам Карден вам всё пошил. Красивый взгляд, улыбка, руки, Причёска, грудь, нежны уста... О, боже мой! Какие муки... Зацеловал бы все места!..»

Игорь покосился на спавшего сном праведника Полякова, покачал головой.

«Ну, блин, Виктор, ты даёшь! Круто! Ишь какой талант любовь в тебе открыла! А раньше вроде стихами и не баловался... Значит, зацепило серьёзно! Только почему в стихах про свою даму на «вы»? Для рифмы? Или ещё не закончился конфетно-букетный период?.. Похоже, скоро я своего друга потеряю», - грустно размышлял умудрённый жизненным опытом Максимов.

С этого дня Виктор стал регулярно пропадать вечерами у своей новой знакомой. А спустя неделю, взяв в долг у ребят с работы денег до получки, он забрал из комнаты общежития некоторые свои вещи и стал жить постоянно у той самой Галочки, в её уютной однокомнатной квартире.

- ...Съезжаешь-то надолго? - с иронией спросил Игорь, увидев торопливые сборы соседа по комнате.

- Это ты зря... - обиделся Виктор. - У меня с Галей серьёзно.

- А у ней с тобой как? - не удержавшись, съязвил убеждённый холостяк.

- Чего цепляешься?! Это моя жизнь! На свадьбу тебя, когда придёт время, так и быть, приглашу...

- Не обижайся, Витёк! Не лезу я в твою жизнь... - примирительно сказал друг. - Ты хороший парень! Но только молодой и неопытный...

- Ну и что? Предлагаешь мне срочно состариться?

- Нет! Просто советую: не торопись со свадьбой... Фата - это белый флаг мужчины! Поверь мне: все невесты - ангелы! Но вот откуда берутся жёны-ведьмы?.. Поживите так. гражданским браком, лучше узнайте друг друга. Есть же пословица: жена -не рукавица, с руки не стряхнёшь да за пояс не заткнёшь...

- Нехорошо завидовать. Игорёк!

- А я - опытный, потому и не завидую. Просто как-то чересчур быстро всё у вас...

- А ты не веришь в любовь с первого взгляда?

- Бывает, наверное... Только редко! Чаще же происходит другое: поспешишь - и в итоге взаимные разочарования... На себе испытал! И не забывай: жениться - это значит как минимум наполовину уменьшить свои права и денежное довольствие, притом вдвое увеличить свои обязанности, - гнул свою линию опытный в семейных делах Максимов.

- Понял: моя Галина тебе не понравилась... - нахмурил брови Виктор.

- Не могу ничего сказать, её только пару раз и видел. И то -издали! Ну, внешне красивая, не спорю... Я тут узнал у ребят кое-что о ней: была замужем, сейчас разведена, детей нет. Живёт в однокомнатной квартире, в центре, работает в какой-то фирме художником-оформителем. Тебя она немного старше...

- Да знаю я...

- Характер у неё, говорят, не совсем подходящий для семейной жизни: с гонором! Упёртая слишком, чересчур самостоятельная... Бывшему мужу надоели постоянные ссоры и скандалы, он и развёлся!

- Перевоспитаю...

- Ну-ну, удачи! - крикнул Игорь вслед уходящему соседу.

Первый месяц знакомства пролетел для Виктора с Галей просто незаметно. Каждый вечер после рабочей смены кавалер с цветами и подарками торопился в уютную квартирку дамы своего сердца. И каждый день заканчивался праздником! Ничего удивительного: ведь это же был их «медовый» месяц. Месяц огненной страсти и не менее горячей любви! Как приятно принимать ласки и чувствовать нежную заботу друг друга. Правда, они ещё не были зарегистрированы в официальном браке, но разговоры об узах Гименея в этой квартире происходили всё чаще...

Готовила Галочка хорошо, давно оценив по достоинству справедливость пословицы о пути к сердцу мужчины через желудок последнего. Виктор, живший в общежитии и не избалованный вкусной едой, с удовольствием поглощал супы, закуски и другие кулинарные произведения домашнего повара.

Но случались и отрицательные моменты. В отличие от Тани, так похожая на неё Галя любила много поговорить, на все вопросы всегда имела своё твёрдое мнение, и переубедить её в чём-либо было практически невозможно. Эти черты характера хозяйки квартиры несколько омрачали, в об-щем-то, позитивную домашнюю обстановку.

На трудовую деятельность Виктора она смотрела с предубеждением, делая прозрачные намёки: чем работать за копейки, лучше уйти в частники и работать на себя - там зарплата вдвое больше, чем на заводе. Если Поляков проявит интерес, то Галочка поговорит с подругой, у которой муж как раз этим и занимается... Сама же она практически всё время была дома, на свою работу ходила всего лишь на три-четыре часа, да и то не каждый день: художник - свободная профессия.

Но случавшиеся расхождения во взглядах со своей дамой сердца Виктор не считал существенным недостатком: в спорах, как известно, и рождается истина. К тому же они ещё только «притираются»... Он, как это часто бывает с молодыми влюблёнными, был «на седьмом небе» от нахлынувшего счастья. На возникавшие порой капризы своей неофициальной половины как настоящий мужчина смотрел снисходительно, не допуская их превращения в предмет спора.

С появлением Галины всё кардинально изменилось в жизни молодого слесаря. Для него все большие и маленькие события происходили как в розовом тумане: в каком-то автоматическом режиме он ехал на завод, выполнял там, на производстве, свою работу, а мыслями постоянно был очень далеко от проблем сборочного цеха. Будто продолжал находиться в жарких Галочкиных объятиях...

Виктор заметно осунулся, похудел, часто отвечал невпопад, смотря своими горящими глазами куда-то мимо собеседника. Заметив такую странность своего коллеги, работники ухмылялись и крутили пальцами у виска: «Втюрился... Ничего, потерпим! Женится - пройдёт эта блажь...»

Шло время. Теперь даже со своим закадычным другом Игорем Максимовым Поляков виделся крайне редко, только на работе. И поговорить, пообщаться с ним практически не было времени, не говоря уже о таком любимом обоими занятии -рыбалке. Не было времени только у Виктора, обременённого неожиданно приобретённым статусом примерного семьянина.

Для получения нового оборудования для сборочного цеха требовалась поездка в другой город, на завод-изготовитель. Руководство решило послать туда своего квалифицированного работника, чтобы он там, на месте, прошёл необходимую подготовку, проверил оборудование на комплектность, на исправность и проследил за его отгрузкой. Узнав об этом, Виктор сам предложил мастеру свои услуги: согласен ехать! Недельная разлука с Галей, конечно, была огорчительна, но командировка обещала и несколько поправить финансовые дела будущего жениха. А поскольку других желающих не было - не любят семейные люди питаться на стороне, в пунктах общественного питания, то предложенная единственная кандидатура была без проблем утверждена высоким начальством и оформлена в командировку.

Крепко поцеловав на прощание свою любимую, Виктор, полный надежд и грандиозных планов, отбыл в поездку в соответствии с командировочным предписанием. По приезде на место он живо включился в работу, удивляя своей активностью заводских работников. Его бурная энергия вызвала вопросы у местных специалистов: «Чего там у них, все такие лихие ударники?..» - недоумённо переглядывались они.

- Отдохни! Куда так торопишься, командированный?..

- Спешу к невесте! Ребята, помогите быстрей уехать...

- Ну-у... Тогда понятно! - заулыбались великовозрастные «ребята» и с пониманием отнеслись к проблеме. Совместными усилиями все работы были выполнены на сутки раньше намеченного срока.

В суматохе срочного отъезда Виктор забыл в этот день позвонить Гале.

Вспомнил только в поезде, глянув на запищавший мобильник. вещавший о разрядке аккумулятора.

«Забыл позвонить... Ладно, пусть мой приезд будет для Галочки приятным сюрпризом».

Приехав в родной город, прямо на вокзале он купил в цветочном киоске самый дорогой букет, прыгнул в такси и через полчаса уже стоял у знакомой квартиры. Сунул ключ в замочную скважину, повернул, предвкушая встретить удивлённо-радостный Галочкин взгляд, но дверь не открылась.

«Ишь ты: без меня одна боится! Закрылась на внутренний замок...»

Виктор позвонил. Дверь распахнулась не сразу. На пороге в красивом восточном халате стояла его желанная женщина, чёрные глаза смотрели тревожно:

- Виктор... Здравствуй! Что случилось?!

- Привет! Ничего... Я приехал!

- А чего не позвонил?

- Зарядка на телефоне кончилась... А ты что., не рада?

- Нет, почему же... Я рада... - пряча глаза, как-то не совсем уверенно ответила Галочка и прижалась своей горячей щекой к холодной щеке Виктора. Он ощутил её манящее тепло. Положив на тумбочку букет, бросив на пол дорожную сумку, командированный схватил свою Галочку на руки, целуя её в надушенную шею.

- Всё!.. Конец разлуке!.. У нас сегодня целый день свободен!.. - радостно восклицал Поляков в перерыве между горячими поцелуями, кружа избранницу в прихожей.

- Отпусти, медведь! Раздавишь!.. - слабо сопротивлялась Галя, ошеломлённая бурным натиском. Ощутив наконец опору под ногами, она неожиданно попросила: - Слушай, пока не разделся, сходи в магазин за хлебом - нет ни крошки...

- Нет проблем! - бодро отозвался Виктор, готовый ради любимой женщины пойти не только за хлебом, а куда угодно. Хоть на край света! Он, опьянённый нежными чувствами, выскочил за дверь на площадку и легко побежал вниз по лестнице, насвистывая весёлый мотив. Неожиданно резко остановился. - Стоп! Что это я?..

Только сейчас вспомнил: ведь в его дорожной сумке лежит целая булка хлеба, купленная накануне, ещё до посадки в поезд, - хлеб, которым он так и не воспользовался. Значит, поход в магазин отменяется!

Молодой человек вернулся. Радостно открыв дверь квартиры, он остановился, поражённый увиденным: какой-то незнакомый мужчина средних лет, с намечавшейся лысиной на темени, торопливо одевался в прихожей... В его прихожей! Точнее, в прихожей квартиры его любимой женщины!

«Вот так «сюрприз»! Почему в квартире этот человек?.. Зачем он здесь?! - вмиг закипела молодая кровь, напружинились все мышцы тела, готовые к любому возможному сценарию. - Но где же Галя? Сейчас она выйдет и всё объяснит...»

Желая быстрее увидеть хозяйку и прояснить ситуацию, Виктор, не поздоровавшись, сделал несколько шагов в комнату. Проходя мимо незнакомца, он почувствовал, как возрастает раздражение, еле сдерживаемая агрессия. Мужчина вздрогнул, видимо, тоже ощутив эту негативную энергию, идущую от Полякова, опасливо съёжился и стал похож на кота, который нашкодил и был застукан на месте преступления.

Галины в комнате не оказалось, не было её и на кухне... Балконная дверь, как и положено, защёлкнута на внутренний шпингалет. Дёрнул дверь ванной комнаты - закрыто! Как странно: присутствие незнакомого человека в прихожей и непонятное поведение Галочки...

«Как? Неужели это всё?! Так просто взять и зачеркнуть, что было... Но почему?..»

Одно становилось ясным: не найдя слов оправдания, не сумев «разрулить» ситуацию с помощью обмана, Галя спряталась в ванной, предоставляя мужчинам «разобраться» без свидетелей...

Виктор бросился в прихожую - там было пусто! Только на вешалке болтался шарфик, оставленный перепуганным мужчиной, да на тумбе сиротливо лежали забытые, никому не нужные розы... Через распахнутую настежь дверь в квартиру с лестницы донёсся гулкий топот бегущих ног и громкий хлопок входной двери подъезда.

«Сбежал, зараза! Повезло мужику...» - подумал тяжело дышавший Виктор, готовый порвать соперника на части.

— Галя... - пройдя в комнату, негромко позвал он каким-то сразу осипшим голосом. Ответа из ванной не последовало.

Немного подождав, Поляков прошёл на кухню, внутренне весь дрожа, ощущая в душе непривычную пустоту. Он молча сел на стул, чувствуя, как бешено колотится сердце и пульсирует кровь в висках. Какими-то неуверенными движениями, будто чужими руками, достал из холодильника бутылку заграничного коньяка, купленную им ещё до отъезда в командировку. Налил в кружку золотистой жидкости, так похожей на хороший чай, залпом выпил. Давно не употреблял крепких напитков: алкогольный жар опалил изнутри, слегка притушил душевную боль. У Виктора перехватило дыхание. Он сунулся в поисках закуски, нащупав в хлебнице резаную булку, закусил.

«... А вот и доказательство её «честности» - булка! Значит, хлеб-то имелся в наличии! А меня просто надо было выставить из квартиры, чтобы этот мужик успел уйти незамеченным... - с горечью сделал вывод Поляков, понимая, что это последняя капля, что уже конец всем радужным мечтам, надеждам и совместным планам. - Но как же так?! Чем же он лучше меня?.. Может, это - бывший муж Гали и зашёл случайно? Что-то забыл... Тогда зачем эта ложь с магазином?! Нет, так нельзя! Можно сойти с ума... Или что-то разбить, сломать, уничтожить... Конечно, я пока зарабатываю немного - не совсем бестолковый, понимаю колкие шпильки-намёки о моей невысокой заводской зарплате и нехватке денег... Но их ведь всем не хватает! И разве можно измерять деньгами человеческие чувства?..»

Несмотря на жаркое любовное затмение, Виктор всё же обратил внимание на эти «звоночки». И уже начал подыскивать вторую работу... А тут вдруг такое!..

«Что же мне делать?!»

Весь окружающий мир, который только что казался таким радужным и счастливым, вдруг разом погас, стал мрачным и удивительно враждебным. Какая-то чёрная злая энергия поднималась изнутри, искала выхода...

Чувствуя, что в таком состоянии он готов совершить что угодно, даже преступление, Поляков не мог, не хотел никого видеть. Никого, кроме Игоря... Единственный человек, кто ему был нужен, - это его преданный друг Игорь Максимов!

«Быстрей к нему, пока я ещё ничего не натворил...»

Он решительно поднялся со стула, собрал всю свою одежду, затолкал в дорожную сумку. Туда же сунул и коньяк.

Ключи от квартиры положил на стол, тяжело вздохнул и вышел прочь, громко захлопнув за собой дверь.

«Ну, что ж... Прощай, Галочка! Знать, не судьба!.. Прав был Шекспир: “О, женщины! Ничтожество - вам имя!”».

Друг

В комнате общежития было тихо. Игорь сразу выключил телевизор, чтобы тот не мешал слушать горестное повествование о разбитой любви. Друзья пили дорогой марочный коньяк, закусывая дешёвыми яблоками. На столе негромко тикал будильник. Всё было скромно и по-своему уютно, так знакомо и привычно для Виктора. Даже обычно словоохотливый напарник молчал, не вставляя своих колких замечаний.

- Знаешь, Вить... - наконец, прерывая затянувшееся после грустного рассказа молчание, сказал Игорь. Он вздохнул, потеребил свою бородку, собираясь с мыслями, и продолжил. - Плюнь и разотри! Забудь, хоть это и трудно... Как в песне поётся: ещё неизвестно, кому повезло! Везде есть плюсы и минусы. Давай порассуждаем: она, твоя Галка, всего неделю не могла тебя подождать... А если б такое случилось после свадьбы? Или ещё позже, через год-два вашей совместной жизни? А такое всё равно бы произошло! Это же предательство! И ты был близок к началу семейной жизни с предателем... А потом бы пошли дети, больше стало б проблем, атмосфера постоянных стрессов, истрёпанных нервов. Понимаю тебя: сейчас тяжело, горько, обидно... Но ты же мужик! Стоило, конечно, тому мазурику начистить морду! И тебе было бы легче... Говоришь, сбежал он?

- Сбежал...

- Ну и бог с ним! Впрочем, может, и хорошо, что не дошло до мордобития: всё равно ведь уже ваши чувства не склеить... И, если разобраться, при чём тут тот мужик? Он или другой, какая разница... Вина-то ведь - на бабе! Её же трогать не моги - посадить могут! Знаешь, как говорят?

Поляков молча помотал затяжелевшей головой.

- Говорят: чего хочет женщина, того хочет Бог! А чего не хочет - статья... Статья Уголовного кодекса! А закон, как щучья пасть: зацепило, попал туда - выход только с другой стороны. Стоит ли из-за неё срок мотать? - Второй плюс: вы жили, что называется, без юридических обязательств, не были женаты... Значит, проблем почти никаких...

- А почему «почти»? - удивился потерпевший, считавший, что тот отрезок его недолгого и почти семейного счастья пройден уже безвозвратно.

- Есть одно опасение: в подобных ситуациях некоторые коварные женщины, пытаясь вернуть мужчину, шантажируют его беременностью...

- Вроде нет пока такого... - прозвучал неуверенный ответ.

- Вот именно: «вроде»... - передразнил Игорь. - Хорошо, если так! Но это и необязательно. Иногда они, эти бестии, даже придумывают беременность, чтобы сыграть на чувствах...

- Ты так думаешь?..

- А то!.. Женщины - они, как подростки: обиженные бывают очень жестоки. Так что, дружище, держи ухо востро! - продолжал наставлять друга Максимов.

- Знаешь, Игорёк!.. Вот если бы она тогда вышла, что-то объяснила... - горячо прозвучало в ответ. - Поверил, простил бы... Ведь люблю я её! А она не вышла, струсила... Значит, всё верно: знает кошка... И всё же надо было с ней поговорить!

- О чём, Витёк?! - вопрос был риторическим. - Не раскисай! Ты же Victor - победитель у римлян! Держи себя в соответствии с таким именем! Ну, если хочешь знать моё мнение...

Собеседник согласно кивнул.

- Она опытная женщина, твоя Галина: спряталась, ушла от ответа. Пусть, мол, мужики подерутся, «выпустят пар», пока она тем временем что-нибудь придумает в своё оправдание. А победителя можно и пожалеть, и оказать медицинскую помощь, и молвить к месту ласковое слово... Да и подругам потом будет интересно рассказать, какая она востребованная...

- Да ты что? - изумился Виктор. - Галя не такая!..

- Ну конечно! Какая она, ты знаешь лучше... - подавив усмешку, чтобы не травмировать ещё более друга-страдальца, сказал Игорь. Он подлил коньяк в стаканы. - Но жизнь продолжается! У тебя ещё всё впереди. Давай выпьем за решение твоей проблемы!

- Давай...

Они чокнулись, выпили, зажевали яблоками.

- Витёк, не переживай. Это такая злая штука, любовь! «Кто не знал любви, тот всё равно что не жил...»

- Ты говоришь прямо как философ...

- А это и есть философ, кажется, француз... А французы толк в любви хорошо понимают.

- Спасибо, Игорь! Поговорили, и мне как-то легче стало...

- Что будешь делать, дружище?

- Не знаю... А ты бы что посоветовал?

- Вообще-то, в таком вопросе я не советчик... Нельзя так, не получится: взять да и просто, по желанию, сделать другого человека счастливым. Сам решай! Только не наделай глупостей. При любом раскладе не впадай в крайности. Их, как правило, две: мужчины в подобной ситуации или замыкаются в суровой обиде на весь мир, уходят в себя, или, наоборот, ударяются в разгул - с алкоголем, с наркотой, с девочками в ресторанах и борделях... Не бери с них пример! Впрочем, второй вариант можно исключить - твоя зарплата не потянет. .. Долги-то ещё не все раздал?

- Нет...

- Ну, вот видишь, - рассмеялся Игорь. - Я прав! Но и замыкаться в себе не нужно, самоедство тоже к хорошему не приведёт.

- Я подумаю ещё, как поступить...

- Тебе жить! А по мне: прояви характер, покажи себя мужчиной! Не дай себя окрутить... Вот ещё вспомнил изречение великих. Разлука для любви - что ветер для огня: слабую она гасит, а большую раздувает. И тебе бы сейчас отдохнуть: уехать, сменить обстановку. Это помогает...

- Так у меня через неделю отпуск. Такие были планы! Хотел её привезти к своим, познакомить с родителями... Только бы жить и радоваться...

- Ну и поезжай отдыхать и радоваться жизни - один! Куда-нибудь к тёплому южному морю. Там поплаваешь, успокоишься. Может, встретишься с новой дамой... А что? Ведь клин клином вышибают!

.. .И Виктор, отработав эту последнюю, самую тяжёлую для него неделю, поехал в отпуск, вняв дружеским наставлениям. Он справился, хоть и было нелегко, со своими чувствами. Проанализировал ситуацию, как бы посмотрел на случившееся уже другими глазами: нет, не любила его Галка! Да, шикарная женщина! Женщина-праздник в кровати... Таких у Виктора ещё не было. Видно, она умело играла его чувствами, привычно принимая цветы и подарки. Как ни грустно это сознавать, но прав его друг Игорь Максимов: она Полякова просто использовала! И когда его рядом не оказалось - всего-то какая-то неделя, - она тут же нашла замену. И совсем никак эта несо-стоявшаяся невеста не была похожа ни характером, ни моральными устоями на его первую любовь - Танюшу.

«Ну что ж, насильно мил не будешь...» У Виктора хватило ума больше не искать встреч, не пытаться выяснять отношения с Галиной - ведь и так всё было более чем ясно! К тому же имелось тайное опасение, что, помня нежные женские ласки и глядя в тёмные, как глубокий омут, глаза своей пассии, он мог дать слабину - ведь ещё не остыл к ней... Пусть всё останется так, как есть - время лучше рассудит! После отпуска будет видно...

- Ну, что такой кислый?.. Скажи: «Кому должен - всем прощаю!» И улыбнись! - пытался развеселить Полякова на перроне вокзала всё тот же преданный Максимов. - Ты ещё найдёшь своё счастье...

На комбинате

Но поехал отпускник вовсе не на юг и не к своим родителям, как обычно, а совсем в другую сторону - на север! Решив поставить крест на своих отношениях с Галиной, он почувствовал некоторое облегчение и свободу действий. Свобода - великая вещь! Оставалась небольшая деталь - распорядиться ею правильно.

Поехал несостоявшийся жених на свою малую родину, в городок Степаногорск, где родился и вырос. И принял такое решение совершенно неожиданно. Побывать там Виктору хотелось давно, да всё никак не получалось. Как знать, может, внешнее сходство Гали с его подругой детства Таней навеяло приятные воспоминания и побудило, дало толчок к такой поездке... Поляков вдруг почувствовал острое желание вернуться, хоть ненадолго, в родные места, походить по знакомым улицам, встретиться с одноклассниками, старыми друзьями. Смыть положительными эмоциями от добрых встреч ту горечь и душевную боль, которые нанесла ему неверная женщина.

...Вот и его станция. Закинув за плечи свой небольшой рюкзачок с «дежурным комплектом» - сменой белья, полотенцем, зубной щёткой, парой рубашек, трико, бритвой и тапочками, отпускник вышел из вагона. На автобусе доехал до городской гостиницы. Проблем со свободными номерами не было, быстро оформился. Бросив рюкзачок в шкаф своего номера, не дожидаясь вечера, сразу же поспешил на предприятие, где раньше работал и где, вполне вероятно, должны ещё работать некоторые его друзья и приятели.

Дойдя знакомой пешеходной тропинкой до проходной комбината, Виктор был удивлён. Проходная с вахтёром существовала и десять лет назад, но высокого железобетонного забора раньше и в помине не было. И трудящиеся, спеша на работу, без проблем проникали на производственную территорию и доходили до своих цехов и рабочих мест напрямую: кому, где, какой тропинкой ближе, не утруждая себя показом пропуска вахтёру. Теперь же ситуация с доступом на предприятие в корне изменилась.

Поляков вошёл в помещение проходной с турникетом. Два охранника в форменной одежде тотчас вопросительно уставились на него в небольшое окошечко.

«Как тут всё стало серьёзно, раньше таких строгостей не было».

Выяснилось, что временный пропуск оформляется в управлении комбината, расположенном на центральной площади города: по предъявлении паспорта, командировочного удостоверения.

- А без пропуска никак - служба...

«Жаль, не получилось добраться до цеха, где работал. Там бы точно встретил знакомых, узнал все новости и адреса ребят, кто ещё остался в городе...»

Огорчившись от неудачи, Виктор всё той же тропинкой возвращался в город. Дорогу преградил шлагбаум с мигающим и звенящим стоп-сигналом на переезде - железнодорожный состав порожняка медленно полз к комбинату на погрузку концентрата. Учитывая его длину и совсем не быстрый ход, ожидать освобождения прохода пришлось бы долго.

«А что. если вернуться, доехать по рельсам, как в старые добрые времена? Пыльно ехать, конечно, зато ведь вмиг довезут... - мелькнула шальная мысль. - И выбраться обратно можно так же, уже с гружёным составом».

В прежние времена рабочая молодёжь, иногда, чтобы не опоздать, таким способом добиралась из города на работу. С автобусами тогда была проблема, их не хватало, а личного транспорта почти ни у кого не было. Но подобная оказия выпадала редко, чаще ходили пешком.

Поравнявшись со ступенькой вагона, Виктор легко на неё вскочил, ухватившись за металлическую скобу. Минут через десять грузовой поезд медленно въехал на промплощадку комбината и стал притормаживать. «Пассажир» спрыгнул со ступеньки, не дожидаясь остановки состава, и направился в сторону своего цеха. Но не успел он сделать и десятка шагов, как к нему подошли строгие работники в форме.

- Стоять! Кто такой?.. Документы!

«Влип! - безошибочно определил Поляков, доставая паспорт. - Как пацан попался...»

- Пройдёмте, Виктор Васильевич! - вежливо пригласил старший охранник, пряча его паспорт в свой карман.

- Мужики! Да свой я! Мне бы всего на пару минут заскочить вот сюда, к ребятам... - указав на здание цеха, где он раньше работал, попросил задержанный. - А дальше - делайте, что хотите...

- Ты даёшь! - удивилась «служба». - Это же режимный объект! И надо ещё разобраться, какой ты «свой»... Свои-то через проходную ходят! А какой грязный...

- Ну, дайте тогда хоть почиститься... - кивнул на воздушный шланг Поляков. Их путь проходил мимо стрелочного перевода, оборудованного пневматическим обдувом. И грустно пошутил: - А то меня и по паспорту никто не опознает...

Охранники переглянулись.

- Ладно, пусть чистится...

Подставляя тело под прохладные упругие струи воздуха, он невольно анализировал ошибку своих конвоиров: струя воздуха под большим давлением могла оказаться неплохим оружием в умелых руках. Он оценил обстановку: «Охранники хоть и крепкие бойцы, но оба пенсионного возраста: значит, им по выносливости и быстроте реакции не переиграть молодого и тренированного вчерашнего военного, не растерявшего ещё боевых навыков рукопашного боя. Ну, отберу я у них свой паспорт, а дальше-то что? Конечно, перемахнуть через бетонный забор - не проблема! Но тут камер слежения достаточно понатыкано - по всему периметру, поднимут тревогу... А за территорией могут подключить на помощь и полицию... Тут даже фоторобот составлять не придётся - камеры уже «срисовали»! В итоге вместо лёгкого правонарушения в виде катания на грузовом составе объявят план «Перехват», как на опасного преступника... Исход операции угадать не трудно: кому срок, кому премия за бдительность... Тебе это надо? Не надо...»

Через несколько минут работники охраны вместе с почищенным и взъерошенным задержанным подошли к небольшому кирпичному зданию, поднялись на второй этаж. В кабинете с надписью «Начальник охраны» в кожаном кресле за столом сидел толстый пожилой человек в штатском.

- Вот, Николай Иванович! Задержали!

- Молодцы! А чего он такой расхристанный, сопротивлялся?

- Нет! Сопротивления не оказал... «Воздухом» чистился!

- Понятно... Все свободны! Потом подойдёте подписать протокол...

Начальник углубился в изучение паспорта гражданина Полякова.

- Итак: зачем к нам пожаловали? Цель визита? - острый взгляд стального цвета глаз переместился с паспорта на его хозяина. Этот взгляд показался Виктору знакомым.

Где же он встречал этого Николая Ивановича, который, несмотря на полноту, ещё не утратил следов военной выправки?..

- Хотел знакомых повидать... Я здесь раньше работал.

- Как-то неубедительно, - колючий взгляд буравил Полякова. —Вы же взрослый человек, а несанкционированно проникли на охраняемый объект. Опять же, прописка другого региона...

«Николай Иванович... Где ж мы пересекались? Не на работе, не в армии... Тогда где?»

- Так! Вот, пиши объяснение, - начальник перешёл с задержанным на «ты» и положил на стол чистый лист бумаги и ручку. - Повествуй всё как есть! Повествуй, чтоб было убедительно! От того, что и как напишешь, зависит твоя дальнейшая судьба: просто штраф за нарушение или передача тебя в более серьёзные органы...

«Вспомнил: «повествуй» - это было любимое словечко преподавателя военной подготовки в школе, где учился Поляков. И фамилия его Остапчук!»

- Товарищ майор! Разрешите доложить?

Николай Иванович тотчас вытянулся, даже слегка подобрал живот - строевая подготовка в армии, считай, привычка на всю жизнь, потом с удивлением посмотрел на Виктора и автоматически ответил:

- Докладывайте!

Поляков по-военному лаконично, в двух словах объяснил свой мальчишеский поступок.

- ...А вы хорошо преподавали военруком в школе, Николай Иванович! В армии я быстрее всех в роте собирал АКМ! - под конец доклада польстил он бывшему преподавателю.

- Ишь ты! Я тебя тоже вспомнил, ты быстро схватывал материал... - заулыбался Остапчук. Но улыбался он недолго. - И что ты думаешь: теперь так сразу и отпущу? А вот и нет! Заблуждаешься! Мне неприятности не нужны: бережёного Бог бережёт...

- Логично: а не бережёного конвой стережёт! Ну и что теперь: расстреляете меня? - с вызовом спросил Виктор. -Я в отпуске, только что с поезда... Просто хотел побыстрее с ребятами встретиться. Показать железнодорожный билет?..

- Не кипятись - ведь виноват! - Николай Иванович кивнул на листок бумаги. - Вот и повествуй... На всякий случай! Мало ли какая комиссия заглянет, а твои похождения на дисках видеокамер записаны...

Через пять минут Поляков протянул начальнику охраны своё объяснение.

- Вот, теперь порядок! Ещё одна бумага: протокол задержания... Ставь подпись в ознакомлении: здесь и здесь. И напиши мне номер своего мобильного. Мало ли что... -прибавил осторожный начальник.

- Ну. а теперь-то дойти до ребят можно? Рядом же...

- Нет, нельзя! Забыл про камеры?..

Остапчук нажал на кнопку вызова, в кабинет вошёл охранник.

- Петя! Проводи этого нарушителя до проходной, чтоб не заблудился. Отпускаем! - сказал начальник и с улыбкой добавил: - Он очень быстро автомат собирает...

«Вот угораздило! Хоть отпустили... - с облегчением подумал Виктор, шагая по улицам города. - Хорошо, что начальник оказался знакомым, а то ещё бы долго мурыжили...»

В доме Веселовых

Первая неудача! Да, как-то неприветливо его встретила малая родина: полдня позади, а время прошло без пользы, впустую. Поляков прошёл уже полгорода, но так и не встретил ни одного знакомого лица. Город практически не изменился: те же самые серые кирпичные здания, новых домов за время его отъезда не появилось, и деревья те же, правда, сильно подросшие. А вот людей стало меньше. И люди совсем другие: новые, незнакомые. Как будто все его старые знакомцы-горожане за минувшее десятилетие переселились отсюда, как и он сам, в совершенно иные места.

Отпускник с досадой взглянул на часы.

«Ладно... Зайду всё-таки к Серёге Веселову... Отсюда недалеко и почти по пути, - слегка поколебавшись, решил Виктор. Он не любил терять зря время. - Уже вечер. Если Сергей работает в первую смену, то сейчас должен быть дома...»

Его друг детства и школьных забав проживал с родителями в частном доме прилегающего к городу посёлка. Туда и отправился наш герой. Вот и он, Серёгин дом, крайний, с двускатной крышей. Точнее, дом не Серёги, а его отца Ильи Кузьмича. Построен его предками ещё в начале прошлого века. Перед домом красивый палисадник с цветами и разросшимся кустарником. Какой приятный сюрприз для горожан: кругом серые одинаковые коробки-пятиэтажки, и вдруг оказываешься на тихой и зелёной деревенской улочке с бревенчатыми домами, колодцами, огородами...

Виктору дом Веселовых показался сейчас приземистым и совсем небольшим. Но в детстве для ребят, живших в стандартных и тесных хрущёвках, этот деревянный дом казался просто огромным. В нём были просторные комнаты, широкие столы-самоделки и длинные деревянные лавки вдоль стен. Тут чаще всего и собиралась неразлучная троица: Сергей, Виктор и Таня. Илья Кузьмич и Ольга Андреевна, родители Сергея, чтобы ни взрослые, ни дети не мешали друг другу, выделили детворе отдельную комнату, где можно было и готовить уроки, и играть, без опаски что-либо сломать или испортить.

В красном углу самой большой комнаты деревянной избы была одна особенность - висели иконы с тёмными ликами, вызывавшие у ребятни какой-то непонятный трепет: таких странных предметов на стенах больше ни у них дома, ни у кого из знакомых они не видели. Во время религиозных праздников перед иконами неизменно загорался огонёк лампадки, освещая строгие святые лики.

А какой в этом доме был чердак! Это был просто замечательный чердак: в любое время года там было тихо, темно и пахло берёзовыми вениками, зимой было не холодно, а летом - не жарко. Пылилось много стульев, шкафов и другой сломанной мебели, старых книг, газет и журналов, всяких больших и малых ненужных взрослым вещей, тем не менее представлявших большой интерес для подростков. Например, именно на этом чердаке, а не в музее, Сергей держал в руках и примерял на свою ногу настоящий русский лапоть. Жаль, второго не оказалось! А так хотелось выйти на улицу в настоящих плетёных русских лаптях, «приколоться» перед ребятами, а заодно понять, как ходили и что чувствовали наши предки в такой странной и жёсткой обуви...

Весной на чердак прилетали ласточки. Они маленькими чёрными молниями стремительно влетали через слуховое окно крыши и устраивали лепное гнездо в недоступном для кошек месте - под самым коньком. Ребята, затаившись среди старой мебели, часами наблюдали, как эти небольшие и красивые птицы с раздвоенными хвостами с утра до вечера ремонтировали-подклеивали своё земляное жилище. Обе птички-невелички, будто одетые в чёрные фраки с белыми рубашками, недели две непрерывно носили в маленьких клювиках веточки, травинки, комочки грязи и клеили этот «строительный материал» собственной слюной. Удивительное трудолюбие!

Хозяева дома к этим «божьим тварям» относились дружелюбно и почтительно, вспомнил Виктор. Как-то раз надо было подремонтировать прохудившуюся за зиму крышу. Илья Кузьмич приставил лестницу и полез работать наверх, разбирать доски. Но быстро вернулся назад: ласточкины птенцы были ещё маленькими, могли погибнуть при ремонтных работах. И отложил ремонт на время, пока все птенчики не встали на крыло, не научились летать. Потом Ольга Андреевна поведала ребятам о примете, что, как в своё время её бабушка сказывала, гнездо ласточек в доме - это божья благодать! Защищает от пожаров, делает добро, приносит счастье и удачу...

А ещё на чердаке у ребят хранился настоящий револьвер системы наган, там же и найденный. Револьвер, завёрнутый в истлевшую тряпицу, тихо и спокойно ржавел почти столетие. Мальчики долго отмачивали в керосине это оружие времён гражданской войны. Когда ржавчина наконец сдалась и пятизарядный барабан нагана закрутился, на очищенном металле явственно проступило слово BULLDOG. Ну как, имея в мальчишеских руках настоящее боевое оружие, не поиграть в воинов-героев! Правда, патронов к нагану не оказалось...

На чердаке ребятам было раздолье - ходить им туда и потихоньку играть разрешалось! Хоть в войну, хоть в жмурки, хоть в разбойников - чердак большущий, во весь дом, есть где прятаться! Ограничение было только одно: любые игры отменялись, если Ольга Андреевна вешала сушить бельё на верёвках не на улице, а на чердаке - в дождливую погоду. И только тогда на петлях чердачной двери появлялся ограничитель доступа, висячий замок. Но ребята и без замка бы туда не пошли, понимая, что их игры поднимают пыль.

Ещё детворе был интересен подвал, где хранились картошка, овощи, банки с заготовками и прочий припас на зиму. Но туда ребят не пускали, чтобы, заигравшись, случайно не разбили чего.

...Согретый этими тёплыми воспоминаниями детства Поляков не без душевного трепета вошёл в калитку палисадника, поднялся по ступенькам покрашенного свежей краской знакомого крылечка со скамеечкой. «Интересно, какой же будет встреча с другом детства после десятилетнего перерыва?..»

Он постучал в знакомые двери. Ответа не последовало. Огляделся в поисках кнопки звонка, не обнаружил. Постучал ещё раз. погромче. Тот же результат! Потянул дверь за скобу-ручку - дверь послушно открылась. Прошёл в сени, постучал в дверь избы -опять тихо! Открыл дверь в большую комнату.

- Здравствуйте, хозяева!.. - ответом была тишина.

«Никого... Где же Сергей, Илья Кузьмич, Ольга Андреевна? А может, и Таня... Куда все подевались? На огороде, что ли... Или переехали?»

Виктор осторожно, чтоб не наследить, шагнул вперёд по чистому вышитому половику, с интересом огляделся в комнате - так давно здесь не был!

«Нет, не переехали!» - радостно констатировал он. Почти все старые и знакомые предметы на своих местах, только телевизор новый, с широким плазменным экраном. И фотографии на стенах те же: Веселовых и их родственников.

«Стоп! Что это?!» - на Виктора в упор, с улыбкой смотрел его друг детства Сергей. Смотрел с фотографии средних размеров. На фото он выглядел уверенным в себе, возмужавшим и очень красивым. И не сразу понял Поляков особенность этой новой фотографии, потому что вглядывался только в довольное лицо Серёги. А когда понял, ему стало жутко: фотография на стене была в чёрной траурной рамке!..

- Серёги больше нет... - похолодев, прошептал он. -Как?.. Почему? Что случилось?!

Не помня себя, Поляков выскочил из дома, беспомощно озираясь. Завернув за угол избы, он увидел в дальнем конце огорода одинокую маленькую фигурку: сухонький старичок в поношенной выцветшей куртке, с непокрытой, абсолютно седой головой что-то подкапывал тяпкой на грядке с зеленью. Движения его были довольно замедленными, будто какая-то недобрая сила противодействовала его стараниям.

- Здравствуйте, Илья Кузьмич... - подойдя ближе, негромко поздоровался Виктор, ещё не оправившийся от потрясения. Он даже не догадался взять тяпку из рук старенького огородника и помочь, а просто присел на корточки, абсолютно не понимая, что и как сказать этому маленькому, придавленному горем человеку.

- Здравствуй... - очень тихим, каким-то совершенно чужим голосом ответил отец Сергея, не оборачиваясь и продолжая работу.

Поляков ждал, не говоря ни слова и опустив взгляд в землю, не зная, как начать разговор, и безо всякой уверенности, что вообще стоит его начинать. И что он может сказать старому больному человеку, потерявшему сына? Лишь слова соболезнования... Поговорить бы хотелось, но ведь не время! Воспоминания о сыне, даже самые добрые, в любом случае сейчас будут горькими для его отца...

Лучше узнать подробности о случившейся трагедии у кого-нибудь другого и не травмировать понапрасну Илью Кузьмича. И поспрашивать у соседей, в чём старик нуждается. А потом, уже имея предварительную информацию, он придёт и конкретно поможет на огороде или по дому - хозяйство всегда требует рабочих рук. Тем более что он в отпуске и свободен.

Виктор выпрямился и, аккуратно шагая, чтобы не шуметь, направился к калитке.

- Витюша... - тихонько, как лёгкий шорох листвы, донеслось до его уха.

Поляков обернулся: Илья Кузьмич чуть заметно махал ему сухонькой белой рукой.

...Они сидели на кухне, пили ароматный смородиновый чай со сливочными сухарями. Илья Кузьмич бросал сухарик в чашку, не спеша размачивал и только потом приступал к еде.

- Не те уже зубки... - как бы в оправдание сказал он, отхлёбывая чай.

- Как моя Оля померла, так и начались с зубами проблемы. Врачи сказали, это нервное... А откуда у старика нервам быть крепкими? Чай, целая жизнь уже позади. Вот, доживаю...

Виктор слушал и молчал, не решаясь задавать вопросы.

- А тут Серёжка безвременно ушёл... Неправ был Сергей! Я вот задержался на этом свете, моя была очередь... - Илья Кузьмич невольно всхлипнул, по морщинистой щеке прокатилась слеза. Поляков обнял сгорбатившуюся маленькую фигурку, болезненно ощутив, как она содрогается от внутренних рыданий. - Что долго не заходил-то к нам, Витюша? В школе вы с Серёжей были друзьями...

- Сегодня только с поезда... И вот... Увидел фото в рамке...

- А Серёжка вспоминал тебя, Витюша... Раньше. Жалел, что не знал твоего адреса...

- Как это случилось?.. - вдруг вырвалось у Виктора. Сказал и пожалел, что не сдержался. Но слово, не воробей, уже вылетело...

Хозяин дома тяжело вздохнул:

- Серёжа поехал на рыбалку, выходной был. Обратно пошёл один по железке и попал под поезд...

- А давно?

- Полгода назад...

Поляков задумался. Пытаясь лучше понять ситуацию, представил себя одиноким уставшим рыбаком в зимнем одеянии, с ледобуром, с большим рюкзаком, тяжело бредущим по шпалам, а сзади догоняющий состав... Может быть, была какая-то дополнительная причина: метель, завеса дождя, наконец, взрывы на ближайшем руднике, перекрывающие шум подходящего поезда?.. Не верилось, что Серёга, хороший спортсмен, первый силач в классе, мог быть таким неосмотрительным и так нелепо погибнуть.

- А где он рыбачил?

- Как и все: на озере Глубоком, где речка впадает. Мы же там и с тобой как-то рыбачили... По весне рыба в том месте к самому берегу подходит, вот рыбаки и ловят её по последнему льду. Я-то думал, что Сергей в тот день задержался, встретив знакомых: мол, погода солнечная, тихая, пусть отдыхают на свежем воздухе... А тут вон что оказалось...

«Так, примем к сведению: в городе в тот роковой день погода была солнечной... Место лова - всего в десятке километров от города, значит, и там также без осадков. Уточнить дату смерти? Не буду спрашивать Кузьмича, и так весь сгорбился от горя, прочитаю на кладбищенском памятнике...»

Как-то совершенно автоматически в голове Полякова появилось желание узнать все подробности трагедии, лишившей жизни его старого друга.

- Не знаю, что его на железку потянуло... Обычно рыбаки другой дорогой ходят. Если что по работе, так он же выходной был... - горестно рассказывал отец Сергея.

- Извини, Илья Кузьмич! Я не понял: а «.. .что по работе»?

- Так он же последние годы на железной дороге работал...

- Понятно...

«Хотя что там - понятно! Наоборот, непонятного стало больше: теперь уже не просто рыбак идёт по железнодорожному полотну, а рыбак по профессии железнодорожник!

Ещё как-то можно понять, если бы вдвоём: заболтались, отвлеклись... А тут - идёт человек совершенно один, никто его не отвлекает, тем более профессиональный работник со стажем... Надо сходить на работу, поговорить с его коллегами. Их там так гоняют по технике безопасности, «мама, не горюй»! Не может такой подготовленный человек, к тому же молодой, в расцвете физических сил, так пренебрежительно относиться к собственной жизни...»

- Вот так, один я остался...

- А Серёжина семья?

- Семья?.. Вся его семья: это он да я...

- Сергей так и не женился? А Таня?.. - ровным голосом спросил Виктор, но сердце его учащённо забилось в ожидании ответа.

- Таня?.. А разве Танюша не с тобой уехала сразу после окончания школы? - вопросом на вопрос ответил удивившийся, в свою очередь, Илья Кузьмич. - Вы же вместе хотели поступать в институт...

- Нет... - растерянно произнёс Поляков. - Я уехал один! И больше её не видел. С того выпускного вечера...

- Значит. Серёжа глубоко заблуждался... И переживал зря... - старичок сделал какой-то свой вывод. - Ну, а дальше что, ты поступил учиться?

- Нет, не удалось! Первый же экзамен, историю, сдал всего на «трояк». А дальше и сдавать не было смысла. На юрфак же — бесполезно, там по пятнадцать человек на место было! С такой оценкой не пробиться, даже если сдать все остальные экзамены на «пятёрки». Каждый второй из абитуриентов идёт по направлению от органов МВД, каждый третий - медалист! Уже ничего не светило: не мог я конкурировать с льготниками. Но не особо огорчился: главное для меня тогда было - уехать из своего города... - сказал Виктор и, осёкшись, что сболтнул лишнее, оглянулся на хозяина дома. Тот молчал, купая маленькой ложечкой очередной сухарик в чашке.

«Может, не услышал...» - подумал гость. Но он ошибался. Через небольшую паузу Илья Кузьмич спросил:

- Ты как-то странно тогда уехал, Витюша. Даже ни с кем не попрощался...

- Так уж получилось, извините... - тоже не сразу отозвался Поляков и, чтобы не получить новый и нежелательный для него вопрос, стал рассказывать сам: — После того экзамена я сразу забрал документы из приёмной комиссии университета, а куда идти? Без специальности, работы нет, жилья тоже! А домой ехать несолоно хлебавши не хотелось... И пошёл я с документами прямо в военкомат - ведь всё равно потом служить придётся, а в армии с едой и ночлегом проблем нет, командиры заботятся. У местного военкома в призывниках недобор был, он такому визитёру очень обрадовался. Быстренько отправил меня на медкомиссию, затем ускорил решение всех формальностей, и я пошёл служить...

- Ну, о твоей службе я кое-что знаю...

- А откуда?..

- От твоих родителей! Мы же общались, пока они не переехали в среднюю полосу... Хорошие люди! Как у них здоровье?

- Спасибо! Ездил к ним в прошлом году... Есть, конечно, возрастные проблемы, но бодрятся, не жалуются. Занимаются скандинавской ходьбой - это с палками... Иногда и на рыбалку ходят.

- Молодцы! Жизнь - в движении! В нашем возрасте двигаться очень необходимо...

- Вот они и стараются...

- Витя! - неожиданно перебил Илья Кузьмич. - А ты сейчас у кого остановился?

- В гостинице... А что?

- А вот что: сегодня там ночуй, раз снял номер... А завтра -прямо сюда! - голос хозяина неожиданно окреп. - Тебе не нужно будет тратиться... К тому же банька у меня своя! Не забыл? Живи сколько захочешь!

- Да неудобно как-то...

- Вот как раз удобно: и поговорить, и чаю смородинового попить, и помочь на огороде сможешь! Если захочешь, конечно... И мне не так тоскливо будет, а то в одиночестве я что-то совсем расклеился.

- А соседи, знакомые... Не помогают?

- Помогают! И в магазин ходят... Да только, как ночь, снится Серёжка. Я уж сколько раз спросонья вскакивал и бежал в его комнату. А там его кровать стоит - пустая...

Поляков понял, что нужно согласиться на предложение Ильи Кузьмича, уважить его. Ведь это такая малость для Виктора, а старику будет, несомненно, приятно. И он согласно кивнул головой.

На другой день Поляков перебазировался из гостиницы в дом Веселовых.

- Пойдём, покажу тебе комнату. Серёжину комнату... - и довольный хозяин повёл его за собой.

Виктор с грустным интересом разглядывал мебель, знакомые и незнакомые предметы, среди которых жил, к которым ещё не так давно прикасался его друг. В комнате была скромная обстановка: стол с лампой, стул, шкаф, компьютерный столик с ноутбуком, кровать, книжная полка. На стене гитара, широкая лента со спортивными значками и медалями и большое фото с чьими-то автографами, где рефери на ринге держит поднятой вверх руку Сергея в боксёрской перчатке...

Уборка по дому, огородные работы, ежедневное приготовление пищи отнюдь не тяготили отпускника. Даже был рад подобным обстоятельствам: он «при деле», нужен деду, востребован, он может помочь... И делает это!

Жизнь Полякова приобрела какое-то новое качество: ведь это так здорово - участвовать в жизни старого, немощного уже человека, приносить ему пользу, видеть в его глазах радость, понимание, благодарность...

Помогая хозяину, Виктор не забывал периодически задавать осторожные вопросы, пытаясь воссоздать в деталях картину того рокового дня: с кем в последнее время общался Сергей, что говорил о своей работе, какие были планы, с кем ходил на рыбалку... Правда, ответы его отца мало что прояснили.

- Ну, Вить, ты прямо как следователь...

- Извини, Илья Кузьмич... Но не могу поверить, чтобы Сергей мог погибнуть по собственной неосторожности! Он же всегда был очень ответственным и собранным - ещё в школьные времена тренировался, готовил себя для работы разведчиком.

- Не один ты такой... - задумался отец Сергея, вроде хотел что-то сказать, а потом просто махнул рукой. - Ладно! Серёжу всё равно уже не вернёшь...

Виктор понял, что Илья Кузьмич что-то ему недоговаривает, но настаивать не стал. Сам скажет, когда сочтёт нужным. И спустя некоторое время Веселов разговорился.

- Он ничего о себе не рассказывал, ничего, что бы могло меня огорчить! Все свои проблемы решал самостоятельно. Видно, берёг моё здоровье... А вот себя не сберёг! - старик всхлипнул, глаза опять увлажнились. - Следствие сделало заключение: трагедию со смертельным исходом на железной дороге квалифицировать как несчастный случай. Сказали, что в крови нашли алкоголь... Серёжа выпивал редко, соблюдал спортивный режим, даже выступал на соревнованиях. Рыбалку любил и частенько ходил на озеро, но трезвый, без водки. Хотя, если хороших знакомых встретил, мог и позволить...

- А как фамилия следователя?

- Авдеев! Пожилой такой, с усами...

- Авдеев?..

- Да! Он всё допытывался, не оставил ли Сергей какой записки... Ещё мне визитку свою дал: мол, вдруг я ещё чего важное забыл рассказать... Она где-то в комнате.

Закончив с прополкой, они пошли отдыхать. На кухне попили чаю.

«Вроде и нетрудная работа, а с непривычки даже мне усталость чувствуется... Огород большой. А как же тут с грядками. с теплицей справляется один престарелый хозяин? Это ведь ежедневный полив и нелёгкая для пожилых людей работа: в любую погоду, без праздников и выходных...» - невольно подумал Поляков.

Но Веселов, несмотря на свой возраст и отнюдь неатлетическую фигуру, выглядел неизменно одинаково, не показывая усталости, будто не чувствовал физической нагрузки.

- Кузьмич! И как ты только с таким огородом один справляешься?..

Дед слегка улыбнулся, понимающе кивнул.

- Что, притомился? Не удивляйся... - хозяин словно читал мысли Виктора. - Я-то тут ежедневно, можно сказать, регулярно тренируюсь на грядках, а ты впервые... И мне этот труд в радость...

- У тебя столько грядок картошки посажено... На продажу?

- Частично... Ты прав, для меня этого много, - согласился хозяин. - Мне столько не съесть! Я тут весной хотел сократить площадь посадок, так знакомые запротестовали.

- А почему?

- Так я с ними делюсь урожаем: картошка без химии, на натуральном навозе... Очень вкусная! Сказали: всем поможем в работе, только не лишай нас источника экологически чистых продуктов! А тебе, мол, к пенсии добавка...

- А пенсия как, на жизнь хватает?

- Конечно, не как у депутата Госдумы... Но хватает. Много ли старику надо? Даже потихоньку деньги на свои похороны откладываю.

- Ну, Кузьмич! Не надо об этом... А ты не хотел бы поменять свой дом на благоустроенную квартиру? Я тут видел объявления о продаже квартир. Я бы помог с переездом... Отдыхал бы без забот на диване перед телевизором. Без ежедневного полива и разных земляных работ... Как?

- Нет! - твёрдым голосом отозвался хозяин. - Как я без отцовской хаты, без огорода?.. Я тогда совсем зачахну от безделья! А здесь каждый день новости, всё в движении: где новый росток проклюнулся, свежий листик развернулся, огурчик зацвёл, где ягодка поспела... Одно слово: всё растёт, празднует природа! Глянешь на растушую зелень, и горе легче пережить, плохое забывается. .. Душа оттаивает, жизни радуется. Ведь наши предки в лихие времена и выживали только благодаря земле-матушке! Жаль, что об этих исторических фактах многие забыли...

Илья Кузьмич вспомнил про следователя и разыскал его визитную карточку. На визитке крупными позолоченными буквами значилось имя владельца: Валентин Владимирович Авдеев.

- Илья Кузьмич! Если никаких дел больше на сегодня не планируется, то я отлучусь, прогуляться в город...

- Конечно, иди! Отдыхай. Какие проблемы...

- Тогда до вечера!

- Счастливо! Может, своих знакомых встретишь, девчонок... Дело-то молодое! - подмигнул хозяин.

Виктор улыбнулся и пошёл переодеваться.

- ...Нет Авдеева! На выезде... Он не следак, а старший опер, - бодро ответил молоденький капитан в окошечке дежурного полиции. - А вы по какому вопросу?

- Дело он одно вёл...

- Ну, это к нему, раз его дело, - капитан глянул в окно на подъехавший сине-жёлтый «уазик» и радостно сообщил: - А вот он, как раз подъехал!

Трое полицейских в форме вылезли из машины и направились к отделению. Пожилой и усатый из них был только один, к нему и обратился Поляков:

- Здравия желаю! Валентин Владимирович, можно вас на два слова?

Усатый майор остановился и вопросительно всмотрелся в лицо Виктора:

- Здравствуйте! Мы разве знакомы?

- Нет! Но я вас долго не задержу. Я по делу Веселова...

Авдеев недовольно нахмурился, подумал.

- Ладно, пошли! Этот со мной... - кивнул он дежурному, направляясь по длинному коридору.

В следственной комнате Авдеев привычным, отрепетированным движением бросил фуражку точно на крючок вешалки, обнажив свою наголо побритую голову.

«Как он похож на героя-полицейского из криминального телесериала, - подумал Виктор, но фамилию артиста так и не вспомнил. - То, что он в возрасте, это хорошо: значит, опытный профессионал...»

Вообще к профессии следователя Поляков, ещё со школьных времён любивший читать детективные романы и смотреть такие же сериалы, относился с обожанием, преклоняясь перед многочисленными трудностями и опасностью этой работы. А кто из мальчишек в детстве не мечтал умело распутывать криминальные деяния, гоняться с пистолетом за преступниками, помогать слабым и обиженным восстанавливать справедливость?..

- Ну, слушаю... - майор приземлился за столом, указав Полякову на стул рядом. Острый профессиональный взгляд жёстко скользнул по лицу Виктора. - Вы не брат погибшего Веселова?

- Нет, друг... Как это случилось с Сергеем?

- Можно ваш паспорт? - вместо ответа спросил офицер.

- Пожалуйста...

Полистав документ, Авдеев вернул его хозяину.

- Обычная история: гражданин Веселов на рыбалке выпил, шёл по железнодорожному полотну, пренебрегая техникой безопасности, попал под поезд... - каким-то бесцветным голосом, без эмоций вещал следователь. - Таких происшествий - море! Криминала не обнаружено, дело закрыто.

- А другие версии были?

- Да, самоубийство...

- Не может быть!.. Сергей не такой! Всегда был идейный, спортивный, внимательный...

- Я тоже так думаю. Но оставим эмоции, вернёмся к фактам. А факты, как известно, упрямая вещь. В месте трагедии железнодорожный путь довольно резко поворачивает, огибая сопку. Поезда при современных скоростях - это самый инертный вид наземного транспорта: ни свернуть, ни остановить! Тормозной путь в километр и больше... Экспертизой проанализированы условия происшествия, проведены все необходимые измерения, сделаны соответствующие расчёты, промеры, внесены поправки... Несчастный случай! А у тебя, Виктор, какие-то вопросы? - перешёл на «ты» оперативник.

- Нет пока...

- А почему «пока»? - насторожился Авдеев и, не сдержавшись, резко произнёс: - Да, тут разное болтают... Но ведь всё проверено, и дело закрыто! И нечего всякие бабьи сплетни слушать! Ну, всё! У меня мало времени... До свидания!

«Странно, я же ему ничего не сказал обидного... Чего опер так взбеленился? И как моментально изменилось выражение его лица: стало какое-то странное, непроницаемое, как маска. Хотя у них работа нервная... Наверное, её специфика и накладывает отпечаток, и у Авдеева сегодня был трудный день», - размышлял Поляков, покидая отделение полиции.

Новые факты

- Пока тебя не было, тут сосед заходил. Сказал, что грибы расти начали, - такой информацией поделился Илья Кузьмич с Виктором, как только он вошёл в дверь.

- Что-то рано в этом году, - усомнился гость, вспомнив свои давние прошлые грибные походы в этой местности.

- Я так же думаю. Хотя тепло и дожди шли часто... - сказал Илья Кузьмич. Потом, мечтательно, добавил: — Пожарить грибочков было бы неплохо... С картошечкой нашей... Подкопали бы свежую!

- Так я могу и в лес сходить! Может, чего найду...

- Ну, если не устал... Корзинку дать? А я уже по лесам не ходок - ноги болят.

- Нет, я один схожу! Только без корзины, пакета хватит...

- Слушай, Витюша! А за грибами лучше отправляться завтра: с утра пойдёт местная электричка с вокзала - успевай на неё, чтобы ноги зря не топтать. Билеты покупают прямо в вагоне, у проводника.

Электричку Поляков чуть не проспал. Накануне до полуночи листал семейный альбом Веселовых, где порой встречались и фотографии Виктора, и Танюши Воробьёвой ещё в школьном возрасте. И он как будто вновь погрузился в эти счастливые детские годы, где все были молоды, веселы, живы и здоровы.

Потом Поляков занялся чтением старых местных газет, мысленно благодаря за педантизм Илью Кузьмича, регулярно их подшивающего, ища в рубрике «Происшествия» полезную информацию. Нашёл лишь краткую апрельскую заметку-предупреждение: «...На 1915-м километре перегона станций Степаногорск - Ручьевая погиб мужчина. Пострадавший получил травмы, несовместимые с жизнью. Чрезвычайное происшествие произошло в 16 часов 45 минут по московскому времени. Сотрудниками транспортной полиции, прибывшими на место происшествия, установлена личность погибшего гражданина. Им оказался 28-летний местный житель. В настоящее время правоохранительными органами устанавливаются все обстоятельства происшедшего. Граждане! Будьте бдительны при переходе через железнодорожные пути! Берегите себя!».

Фамилия погибшего в заметке не упоминалась, но по месту и времени выходило, что это именно тот случай и погибшим был Сергей Веселов.

Утром донёсшийся звон посуды, произведённый хозяином, пробудил молодого человека ото сна.

- Здравствуй, Витюша! - поприветствовал его на кухне Илья Кузьмич. - Как спалось?

- Здравствуй, Кузьмич... Спалось просто замечательно!

- Так и должно быть: в деревянной избе сон намного лучше. Не то что в железобетонных коробках. А дерево - оно, как живое, дышит...

Гость наскоро проглотил бутерброд с колбасой, запил его крепким чаем и, захватив нож, спички и мазь от комаров, приготовленные гостеприимным хозяином, поспешил на железнодорожный вокзал.

Он еле успел на электричку, которая представляла собой короткий состав всего из трёх пассажирских вагонов. Народу в ней было немного: рыбаки, дачники и ремонтники-путейцы. Проводник, она же кондуктор, энергичная женщина средних лет, громко покрикивала на нерасторопных пассажиров, не успевших приготовить деньги. Виктор «просёк» их «нерасторопность»: если не торопиться с покупкой билета, то есть шанс для тех, кому ехать недалеко, доехать бесплатно. В вагоне было душно, и будущий грибник вышел в тамбур, где воздух свежее и прохладнее.

Кондукторша, раскрасневшаяся и уставшая от препирательств с пассажирами, героически преодолев их маленький саботаж по вопросу покупки билетов, чуть позже тоже вышла в тамбур вагона со своей массивной сумкой. Поляков отсчитал ей деньги без сдачи на проезд до ближайшей станции, Ручьевой.

Проводница взяла плату, из толстой катушки оторвала билет. Затем достала сигарету, закурила, с удовольствием вдыхая табачный дым. Некурящий Виктор недовольно отодвинулся.

- Не курите... - поняла женщина. - Извините! Я тут понервничала. .. Все хотят ехать, но платят не все! Тут бы надо поставить кондуктором мужика посолидней, с крепкими кулаками, тогда бы и проблем не было...

«Видно, женщина из «разговорчивых», просто захотелось поделиться...»

И тут Полякова посетила идея:

- Простите! А вы не слышали о происшествии: где-то здесь молодой мужчина попал под поезд? С полгода назад...

- Ещё бы! - перебила кондукторша. - Серёжка Веселов! У нас работал! Вот под эту электричку... На этом самом перегоне...

- Ой! - невольно воскликнул Виктор. - Это мой друг! Пожалуйста. говорите...

- Чего рассказывать-то, - горько выдохнула женщина. -Хороший был парень, не повезло ему: видно, помешал кому-то...

- То есть как помешал?!

- Убили его...

- Но он же под поезд попал!

- Нет! На рельсы его уже мёртвым положили. Я на железке давно работаю, приходилось видеть погибших под колёсами. Здесь было другое...

Полякову показалось, что его крепко ударили чем-то тяжёлым по голове - настолько неожиданным был вывод простой и искренней русской женщины. Он затаив дыхание слушал рассказ очевидицы, боясь пропустить хоть слово.

- Машинист увидел человека, лежащего поперёк пути, применил экстренное торможение... Не помогло! Электричка хоть и много легче других составов, но тормозной путь тоже немалый. А тут ещё уклон, рельеф сложный. Здесь, перед поворотом, машинисты любых поездов всегда предупредительные сигналы подают... И Толик тоже сигналил. Вот, смотрите! - кондуктор ткнула пальцем в окно. - Вот, напротив этого километрового столба он и лежал.

Разволновавшись, женщина достала новую сигарету. Виктор торопливо достал спички, дал прикурить.

- А дальше-то что?.. - нетерпеливо спросил он.

- Ну, повыскакивали люди: машинист и я - тогда в первом вагоне была, и ещё несколько пассажиров, побежали назад, к человеку на рельсах... Что говорить... Ужас! Одно могу сказать: он уже мёртвый был до того, как попал под поезд... Там совсем не было крови...

- Как же так?! А экспертиза?

- Бумага всё терпит! Когда нас допрашивали: мы всё рассказали, как есть, писали объяснение... Да, видно, такую информацию к протоколу не приобщили, кому-то было невыгодно... - с горечью в голосе произнесла рассказчица.

- Странно...

- Не то слово!.. Ещё была странность: без рубашки он был... Голый по пояс, только сапоги и брюки! А зима ещё не кончилась: снег ещё лежал кое-где, рыбаки на льду озера сидели. Какая-то тёмная история! Жалко Серёжку... Да теперь его не вернёшь... Ладно, пошла я, мне ещё один вагон обилечивать.

- Спасибо... А как вас звать?

- Зина...

- Послушайте, Зинаида! А вы могли бы всё это написать? Я имею в виду, что сейчас мне рассказали...

- А смысл? Мы ведь уже писали...

- Ну, напишите ещё раз... Очень вас прошу! Нельзя, чтобы убийцы остались безнаказанными... Ну, ради памяти Сергея!

- Ладно! - чуть помедлив, ответила Зина. - Ради Серёжи... Найдёте меня с утра на станции, фамилия Смирнова... - и разговорчивая проводница, поправив сумку, прошла в соседний вагон.

Вскоре электричка замедлила ход, остановилась. Поляков соскочил с подножки вагона на крупный гравий полустанка и отправился по тропинке вдоль полотна - в обратную сторону. Новая информация просто шокировала его. Слова Зинаиды не вызывали сомнения - разве такое можно придумать?

«Вот оно как! А дело-то совсем непростое... Не потому ли так агрессивно отреагировал на мои вопросы майор Авдеев?..»

Пешеходная тропинка петляла в стороне от насыпи, то ныряя в овраги, то поднимаясь на пригорках выше дорожного пути. Идти по шпалам железнодорожного полотна пешеходу было проще. Виктор задумался: «Может, поэтому Серёга не шёл по тропинке?.. Нет! Ранней весной все тропки ещё под снегом и для пешеходов их просто не существует...»

Вот и тот километровый столб, немой свидетель трагедии, на который показала проводница. Да, тут одноколейный путь имеет заметный уклон и поворот вокруг сопки... Невдалеке зелёным глазом загорелся светофор-скоро пройдёт новый состав. Поляков остановился напротив столба-ориентира, внимательно огляделся. Железная дорога имеет с одной стороны каменистый срез сопки, с другой - не менее крутой спуск с насыпи, в отдалении переходящий в пологий распадок, заросший молодым сосняком и редкими берёзками. Вдали, за зелёными деревьями голубеет озеро. У столба, так же, как и везде, гравий и крупная щебёнка между железобетонными шпалами. Ничто тут не напоминало о былой трагедии, никаких следов! И неудивительно - прошло уже пол года...

«Место глухое, безлюдное, закрытое. Вполне подходящее для решения своих криминальных вопросов какими-то отморозками: полное отсутствие свидетелей и камер наблюдения...»

В поисках спуска с насыпи Виктор прошёл дальше вдоль рельсов. Найдя удобное место, спустился вниз. Чуть заметная глазу тропинка вела в сторону озера. Грибник отправился по ней. Но далеко беспечно пройти не удалось: внизу ветра практически не было и комары как будто ждали в засаде -в момент облепили теплокровное существо. Поляков с благодарностью подумал об Илье Кузьмиче, намазывая лицо и руки его средством от кровососущих насекомых.

«Ну, теперь хоть пару часов этой проблемы у меня не будет», - с облегчением подумал он, продолжив путь.

Первые грибы, как правило, растут на заброшенных лесных дорогах и тропинках. Зная это, Виктор и не углублялся в лес. Вскоре он нашёл пару плотных сыроежек под красной шляпкой и с десяток маслят - под сосенками на пригорке, прямо на тропе.

Довольный найденными дарами леса - уже на жарёху хватит! - грибник вышел на каменистый берег озера. Вот оно, озеро Глубокое! Знакомые с детства места, такая неяркая, но всё равно красивая северная природа. Как здесь всё мирно, тихо и замечательно! Все ближайшие тропинки и лесные дорожки исхожены с ребятами ещё в школьные годы... Здесь когда-то очень давно, как будто в другой жизни, они рыбачили вместе, втроём: на одной лодке Илья Кузьмич, Сергей и Виктор. Тут причаливали к берегу. Вот на этом мысу, на пригорке, разводили костёр и варили уху из свежей рыбы...

«И как я решился на такое: уехать отсюда, от такой красоты? - только сейчас путник понял, чего ему так не хватало все эти годы. - Пытался убежать от проблем... А может, от себя? Только разве от себя убежишь? Что-то не так сложилось в моей жизни: здесь моя родина, а я, злой и обиженный ревнивец, психанул, трусливо уехал, чтоб никого и ничего не видеть... Прямо как страус, который, говорят, прячется от опасности, сунув голову в песок! Ведь стоило бы тогда, после вечера выпускников, поговорить с друзьями - и, очень возможно, всё было бы по-другому. Может, и Серёга был бы сейчас жив. И уж точно не канула бы в неизвестность замечательная девушка Танюша... Где теперь её искать, если у Тани здесь не осталось родственников? Бабушка, у которой она жила, давно померла. А близких подруг у неё и в школе не было... И всё же надо поспрашивать одноклассников, вдруг да у кого-нибудь есть её координаты...»

Глядя на чистую и спокойную воду летнего озера, Поляков пытался представить себе совсем другую картину - зимней рыбалки. Вспомнить, определить, хотя бы приблизительно, где обычно сидели с удочками рыбаки на льду, какими тропами добирались они до места ловли...

«Нет, никак не вписывается то трагическое место вверху на рельсах в рыбацкий маршрут - не по пути оно ни на рыбалку, ни в город! И. значит. Сергей не мог попасть туда по своему желанию - не было причины идти в противоположную от города сторону... Почему же зимой, при расследовании происшествия, опера-профессионалы по горячим следам не нашли никаких улик? Ведь отметины на снегу хорошо видны не только следопытам-охотникам... Или просто не захотели видеть?.. Лишний «висяк» или «глухарь» работникам органов совсем ни к чему... Эх, Серёга!.. Как-то бестолково, неправильно мы расстались тогда с тобой. Если б жили в одном городе и дружили, как прежде, может, и не случилось бы трагедии...» - запоздало корил себя Поляков, с каждым днём всё сильнее ощущая душевную пустоту от потери старого верного друга. И перед его глазами невольно появилась картина последней встречи с Сергеем.

Лесные находки

...Прощай, школа! Экзамены - позади! Впереди - грандиозные планы: дальние поездки, учёба в институте, работа, будущая семья - вся жизнь! Вчерашние школьники и школьницы в элегантных костюмах и роскошных нарядах неожиданно резко повзрослели на вечере выпускников, этом празднике молодости и красоты. Торжественные речи педагогов, вручение медалей особо одарённым и всем вчерашним школьникам аттестатов зрелости об окончании школы, гимн России, совместный концерт выпускников и преподавателей, экспромты, шутки, стихи и песни, аплодисменты... Прощальный бал, невероятно красивые одноклассницы в вечерних платьях, как сказочные принцессы, невесомо плывут под музыку вальса... Всюду счастливые лица, улыбки, смех... Волнующие, какие-то противоречивые чувства: и радостно, и грустно одновременно...

И самой яркой принцессой этого сверкающего праздника-бала для Полякова, конечно, была Татьяна Воробьёва. К её обычной лёгкой походке добавилась удивительная грациозность. А как она танцевала!.. Именно в танце Таня казалась невероятно красивой. Виктор не мог оторвать от неё взгляда: каждый шаг, каждый жест Танюши был очень естественным и в то же время каким-то особенным, чудесным движением, вызывавшим в душе непременный отклик... Одно огорчало: танцевала она с Сергеем!

«Опоздал...»

Пока Виктор уединялся в тёмном уголке школьного двора, за теплицами, где несколько парней-одноклассников отмечали свою «зрелость» дешёвым портвейном, объявили танцевальный вечер. И опоздавшему Полякову никак не удавалось вовремя подойти к Тане, чтобы пригласить её на очередной танец. Отзвучала музыка одного танца, потом другого... И всё безрезультатно! Виктор начал злиться: показалось, что Таня его просто игнорирует...

В расстроенных чувствах Виктор вернулся в укромный уголок: хотел ещё выпить и уйти домой. Выпить удалось, а уйти сразу не получилось... Попрощавшись с ребятами, он уже отправился к школьным воротам, но по дороге вдруг услышал сбоку от аллейки приглушённые голоса. Вглядевшись в полумрак, увидел целующуюся парочку. Точнее, целовал даму кавалер, а дама слабо сопротивлялась... В другое время Поляков прошёл бы мимо - сами разберутся, - но не сегодня... Подойдя вплотную, взял парня за широкое плечо:

- Поговорим?..

- Ты чего?.. Ну, пошли! - голос показался знакомым.

Девушка испуганно шарахнулась в сторону.

Они вышли из тени, луч света упал на лицо молодого мужчины.

- Серёга?..

- Витюха!..

- Ты, это... С кем был?...

- С Таней...

- С нашей Таней?! - ревность острой иголкой кольнула в сердце.

Ответом было молчание.

- Но почему?.. Мы же договаривались...

- Я люблю её!

- Не ты один... А дружба? - нечаянно вырвалось напоминание о данной когда-то друг другу клятве верности.

- Вить! Детство кончилось... А Танюшку я никому не отдам!

Прямой удар правой был неожиданным для обоих - Виктор сам не понял, как он смог ударить своего лучшего друга. Наверное, портвейн был некачественным... Сергей резко покачнулся, но на ногах устоял. Из разбитой губы потекла кровь. Виктор ждал ответа, приняв боксёрскую стойку. Он знал, что противник его сильнее, но теперь ему было уже всё равно: он будет биться, пока живой... Но Веселов ему не ответил. Или просто не успел.

— Ребята! Да что же вы?! Перестаньте!.. — как лёгкий мотылёк впорхнула между соперниками тонкая девичья фигурка. - Ребята, я не думала, что вы такие дураки...

Таня быстро сориентировалась, достала свой платочек и приложила его к лицу потерпевшего. Поляков молча смотрел, как она своей нежной рукой аккуратно стирает кровь с подбородка Сергея, - как бы он желал сейчас быть на его месте! - потом повернулся и пошёл прочь. В голове мелькнула мысль: «Это всё! Конец триумвирата...» И он твёрдо решил: коль такой получился расклад, нужно отрезать прошлое навсегда, чтоб не видеть больше ни Серёги, ни Тани. Точнее, не мучить ни себя, ни других! Это раньше у них было «...и радость на всех одна, на всех и беда одна», а теперь совсем другой припев - «...третий должен уйти!».

«Уехать из этого города... И как можно скорей!»

...Комары и мошки по-прежнему плотно мельтешили перед глазами, затрудняя обзор. «Ничего, терпимо... - убеждал сам себя Виктор, углубляясь в лес в поисках грибов. - Главное, что не кусаются...»

Неплотный северный лес почувствовал летнее тепло и как будто повеселел, повсеместно приобретя зеленоватый оттенок: зелёная трава, такого же цвета листва деревьев и кустарников, тёмно-зелёные хвойные деревья, серо-зелёные мхи и лишайники на серых валунах. Лишь на возвышенных местах кое-где белел мох-ягель. Ходить по такому лесу в сухую погоду одно удовольствие: в лёгкой обуви, а то и в обычных кроссовках, легко шагаешь по мягкому пружинящему ковру невысоких трав и кустарников.

Не часто, но дары леса всё же попадались, и взятый с собой пакет был уже наполнен грибами до половины. Поднявшись на небольшой пригорок, Поляков обозревал окрестности, получая радость от прекрасного вида северной природы: места, много раз пройденные и с друзьями, и в одиночку. Вдалеке, за лесом и озёрным заливом, виднелись высотные жилые дома города, корпуса и трубы промышленных предприятий.

Какое-то жёлтоватое пятно в овраге никак не вписывалось в общую картину торжествующей зелени. Любопытство заставило грибника спуститься вниз по крутому склону: небольшая срубленная сосенка прикрывала что-то чернеющее за ней.

«Лисья нора, наверное...» - подумалось Виктору.

Он приблизился, приподнял деревце с рыжей хвоей и понял, что ошибался. Под сосенкой была не звериная нора, а лежала чёрная хозяйственная сумка, с длинным ремнём и с замком на молнии. Виктор достал её и, с трудом расстегнув заржавевшую молнию, заглянул внутрь: толстый шерстяной свитер, мужская рубашка, зимняя смотанная удочка, рыболовный черпак. На свитере виднелись коричневые пятна...

«Странная находка! Ещё с зимы, наверное. Похоже, кто-то спрятал сумку от чужих глаз, закрыв её срубленным деревом...»

В Полякове неожиданно проснулся сыщик. Он внимательно посмотрел вокруг: ничего подозрительного. Даже пенька от срубленной сосны поблизости нигде не видно... Значит, её притащили с собой!

«А зачем? Кому нужно было зимой прятать сумку под сосенку? Ведь проще было закопать её в снег... А может, это был ориентир?» - продолжал размышлять Поляков. Он поднялся наверх, поставил пакет с грибами, убрав его от солнечных лучей за кустик, и стал кругами ходить вокруг находки, постепенно увеличивая радиус окружности.

- Нашёл!.. - радостно воскликнул искатель после третьего круга, обрадовавшись обыкновенному сосновому пню не меньше, чем найденным грибам. Косо срубленный пень располагался в группе молодых сосенок, в доброй сотне метров от оврага, ближе к озеру. Так же, как и на пожелтевшей сосне, срез имел следы топора: навскидку диаметр ствола и разрезы были очень похожими.

Виктор достал из кармана мобильник и снял общую картину и отдельные её детали на камеру. Вытащил из сумки все находящиеся там предметы и. аккуратно разложив на кочки с брусничником, тоже сфотографировал - вдруг пригодится...

Он попытался представить себе вид этого оврага зимой, засыпанного глубоким снегом, и пришёл к следующему заключению:

«Так. Значит, сосна была здесь не для маскировки сумки... Она, скорее всего, была просто воткнута в снег, служила ориентиром! Ведь рядом нет ни крупных кустов, ни деревьев. А для чего, на что указывала: только на сумку или на что-то ещё? Пока неизвестно... А когда весной снег растаял, сосенка просто упала на сумку... Вполне рабочая версия!»

Довольный логикой собственных выводов, Поляков пошёл забирать свой пакет с грибами. Солнечный лучик блеснул в траве рядом с пакетом, отразившись от какой-то стекляшки. При ближайшем рассмотрении стекляшка оказалась разбитыми ручными часами с порванным ремешком.

«Выходит... здесь была борьба! Да. никаких явных следов не осталось - весенние талые воды и летние дожди давно убрали их, но... зеленеющий кустарник, как раз над склоном оврага, где лежала сумка, имеет сухие поломанные ветки! Чтобы получился такой результат, необходимо многократно потопать по нему ногами. Или придавить чем-то тяжёлым...»

И Виктор, окрылённый новыми идеями в связи с лесными находками, захватив грибы и найденную сумку, поспешил в обратный путь. Пока он пробирался длинными лесными километрами пешком к городу, мучился мыслями: «Сказать о сумке Веселову-старшему или нет? Не хотелось бы лишний раз расстраивать старика, по крайней мере, сейчас, но только он может опознать сумку и вещи Сергея. Если только они на самом деле его... Пожалуй, лучше не сейчас, скажу Кузьмичу как-нибудь попозже...»

С поселением в доме Виктора Илья Кузьмич немного оттаял душой. Он подолгу разговаривал с молодым человеком на разные темы, стал интересоваться, что происходит в стране, в мире. У него даже появился аппетит. А у Полякова была солидная «школа выживания»: благодаря опыту пребывания в мужском общежитии он из любого минимума продуктов мог приготовить максимально простое, но съедобное блюдо. Да и недолгое совместное проживание с Галиной кое-чему научило, помогло повысить кулинарный уровень. И Виктор всячески старался: ходил в магазин за продуктами, готовил и первые, и вторые блюда. Не забывал и про психологический настрой: всегда был на позитиве, рассказывал отцу Сергея разные интересные истории, байки и анекдоты, на которые был большой мастер. И жизнь пожилого человека налаживалась, потихоньку стала входить в нормальное русло.

Виктор решил поберечь здоровье Кузьмича и подождать с показом найденных вещей до лучших времён. Поэтому он, не заходя в дом, залез по лестнице на чердак, так знакомый ему ещё по детским играм, и оставил там сумку с вещами. Затем как ни в чём не бывало с пакетом грибов вошёл в дом.

- О, вот это улов! - лицо хозяина озарила улыбка.

- Да, растут грибочки...

«А Илья Кузьмич не такой уж и старый...» - удовлетворённо заметил про себя Сергей, глядя на слегка помолодевшее лицо хозяина.

- А на чердак чего лазил? Веники для бани весил сушить?.. -прозвучал неожиданный вопрос.

— Нет! Извини, Кузьмич... - замялся Поляков, не зная, что ответить. Но соврать уважаемому человеку, даже в благородных целях, не решился. - Я тебе хотел об этом сказать, но попозже...

- Не переживай, Витя, выкладывай, не бойся! Я уже понял, что это связано с Серёжей...

- Ладно! Я сейчас...

Вместо ответа Поляков снова полез на чердак и спустился обратно с чёрной сумкой в руках.

- ...Да, это наша сумка! И часы - Серёжи... - тяжело вздохнув, однозначно определил Веселов.

Виктор открыл сумку, вытащил из неё все вещи на стол. Илья Кузьмич трясущимися руками гладил рубашку своего сына, свитер, потрогал черпак, удочку, и слезинки невольно катились из его глаз... Полякову было больно смотреть на эту безрадостную сцену. И он поспешил её сократить: осторожно, но уверенно забрал все предметы и вновь положил в сумку.

- Ну вот, это - улики! - Виктор рассказал Веселову о своих догадках, о разговоре со свидетелем-проводницей Зиной, показал фотографии в мобильнике. - Будем собирать факты, чтобы потом подать заявление о пересмотре Серёжиного дела... Я теперь уверен, что здесь кроется уголовное преступление! А пока, Илья Кузьмич, пусть сумка полежит на чердаке. .. Не возражаешь?

- Конечно, нет! Витюш, делай всё, что считаешь нужным... Вот и эту технику используй, - старик кивнул на ноутбук на компьютерном столе. - Если потребуются деньги, у меня кое-что есть на книжке...

- Перестань, Кузьмич! Не надо денег! У меня появились некоторые соображения... Надо назначить повторную экспертизу! Но, чтобы она состоялась, нужно возбудить уголовное дело. Для этого требуются серьёзные аргументы и факты. Вот этим я сейчас и занимаюсь...

Чтобы старик опять не погрузился в горестные мысли, Поляков дал ему конкретное задание: почистить и сварить принесённые грибы, а сам побежал в магазин за продуктами.

Он уже выходил отоваренным из магазина, как вдруг услышал:

- Привет, одноклассник!

- Одинцов... Вася! - не сразу признал в представительном розовощёком и упитанном мужчине худенького подростка, каким тот являлся в школьные годы.

- Давно не виделись! Виктор Поляков, а ты как здесь?

- Приехал на родину... В отпуске я. Ты торопишься?

- Ну... десять минут есть!

- Тогда отойдём...

И спустя десять минут Поляков знал почти все новости относительно своих одноклассников: кто уехал, кто вернулся, кто женат и кто уже развёлся.

- А как сам?

- Женат, и уже пацанов двое. А ты?

- С этим вопросом у меня «напряженка», - покачал головой Виктор. - Слушай, Вася! А на встречи одноклассников ребята не собираются?

- Нет... Как-то не практикуется у нас это мероприятие, - пожал полными плечами Одинцов. - Город маленький, прозрачный: кто остался, так всё равно хоть раз в месяц со всеми свидишься... Наши женатые одноклассники свободное от работы время всё больше в своих семьях проводят. А кто уехал, того сюда уже и не заманишь! Ты вот тоже: как смотался поступать в институт после школы, так и пропал лет на десять...

- Да, виноват... Но, видишь, уже исправляюсь - вот приехал! - улыбнулся Поляков. - Вась, а расскажи про Сергея Веселова: как случилось?..

- Он под поезд попал... Писали в местной газете, и некролог был там же. Жаль парня, был добрый, отзывчивый, спортивный... И вот такая судьба!

- Ну, а Воробьёва сейчас где? Не знаешь?

- Таня?.. Нет, не знаю. Сергей же и говорил, что вы вместе уехали... Разве не так?

- Да, уехали... Только в разных направлениях. Адреса или телефона её нет?

- Нет! Надо спросить девчонок-одноклассниц, может, кто в курсе... Ты извини: жена меня из магазина ждёт, заготовки на зиму делает. Вот тебе номер моего телефона, звони! Договоримся! Можем в выходные встретиться, попить пивка у меня на даче, поговорить! — Василий протянул свою визитную карточку.

.. .Уже в сенях Виктор почувствовал неповторимый аромат жареных грибов. Эх, до чего же они были восхитительны, эти первые грибы, пожаренные с молодой картошкой на растительном масле, с добавлением специй и сметаны! Вкусный ужин просто располагал к хорошему настроению и позитивной беседе. В Кузьмича будто вселилась потерянная прежде энергия, он повеселел, шутил, и Поляков был чрезвычайно рад этому обстоятельству.

- Спасибо, Витюш! Порадовал старика, сходил за грибочками...

- Да чего там... Только размялся, самому было в радость походить ногами по знакомым лесным тропкам.

Свидетели

Утренний железнодорожный вокзал. Электричка, послушная графику движения поездов, уже стоит у перрона на первой платформе. Пассажиры заходят в вагоны и усаживаются на скамейки, ожидая отправления.

Поляков опять чуть не опоздал. Увидев его, проводница Зина что-то сказала машинисту и сама выскочила из вагона на перрон.

- Здрасте! - весело ответила она на приветствие Виктора, доставая из своей большой сумки исписанные листы бумаги. - А я уже решила, что вы передумали, раз не пришли вчера...

- Нет-нет!.. Я прикинул, что за два дня, не торопясь, вы уж точно сумеете всё изложить на бумаге.

- Всё гораздо проще: у меня осталась копия того заявления, которое я писала сразу после трагедии...

- Как здорово, что вы так грамотно поступили!

- Привычка. Приходилось раньше работать с товарными накладными и разными счетами, а там — сами понимаете... Но это новое заявление.

- Спасибо!

- Кроме этого, у меня тут копия и тогдашнего заявления машиниста...

- Отлично! Этого?.. — Поляков кивнул головой в сторону электрички.

- Нет, это другой машинист. А был Толик, парень молодой и чувствительный... Сильно переживал! И работал тут у нас недолго... Он перевёлся на другую дистанцию пути, а то после ЧП на него стали косо смотреть...

- А кто? Наверное, друзья погибшего?

- Да всякие... - Зинаида глубоко вздохнула. - Разные люди... Толик тогда говорил, что ему не раз по телефону звонили: мол, уезжай, а то здесь жизни не будет... Да и следователь повестками замучил: не жизнь, а сплошная нервотрепка!

- А разве его вина?

- Нет, конечно! На его месте мог оказаться любой другой работник, и результат был бы тот же самый! Я в кабине машиниста тогда находилась и знаю. Сама видела: Толик и сигналы подавал вовремя, и для экстренного торможения всё правильно сделал!

Электричка дала протяжный гудок отправления, проводница легко запрыгнула на подножку вагона.

- И вот ещё: поговорите вон с тем пареньком-железнодорожником, что на скамейке сидит, - показала она рукой. — Его Виталькой зовут! Я слышала, что он в тот самый день тоже там, на озере, рыбачил...

- Зина, спасибо вам огромное!

- Не за что... Удачи!

Электричка, прогромыхав полупустыми вагонами, отправилась по своему ежедневному маршруту.

Небольшая группа мужчин в ярких железнодорожных жилетах сидела кружком под грибком на скамейках и курила, периодически стряхивая пепел в специальное ведёрко, очевидно, ожидая разнарядки работ. Оттуда доносились обрывки анекдотов, мужских шуток и бодрый здоровый смех.

Молодой паренёк в таком же жилете путевого работника сидел несколько поодаль, на скамейке перрона, и настойчиво крутил в руках игровую приставку.

- Здравствуй, Виталий!

- Здравствуйте... А вы кто?

- Виктор я... Извини, если помешал. Просто нет времени... Вас ведь скоро увезут на работы, так?

"Да...

- Я друг погибшего Сергея Веселова... Говорят, ты был в день его смерти на озере и видел его...

- А кто говорит-то?.. - насторожился паренёк.

- Зинаида сказала...

- А... Ну, тогда ладно, - молодой человек слегка расслабился. - А то тут нас следаки затаскали на допросы... Чуть что. всё какой-то статьёй о недоносительстве пугали. Я уж подумал, что по новому кругу поехали...

- Ты не бойся! Но я просто не верю, чтобы Веселов Серёга мог так просто пропасть...

- А у нас никто не верит! Он же спортсмен и режим нарушал редко... Все жалеют, а что делать? Ребята показания дали, а результат - виноват погибший...

- Виталик! Расскажи о том дне! Всё, что видел...

- Ничего я не видел...

- Как так? Ты же был на той рыбалке...

- Да вот так! Был... Только я рыбу ловил, в палатке сидел...

- Так ничего и не скажешь?..

- По сторонам глазеть было некогда - клевало! Но кое-что слышал...

- Так-так...

- Недалеко от моей палатки стояла ещё одна, большая... Судя по голосам, там сидело несколько человек, может, трое или четверо. На рыбалке, сам понимаешь, когда идёт клёв, рыбак ни на что внимания не обращает, кроме рыбы. И я тоже... В соседней палатке явно выпивали: я не курю, а ветер оттуда, запах алкоголя чувствовался. Потом, как обычно, пьяные разговоры всё громче. И один из голосов был очень похож на голос Сергея... Но гарантировать не могу... Они заспорили, зашумели. Потом там началась какая-то возня, слышались глухие удары, блатные выражения... Будто в той палатке и не рыбаки сидели, а какие-то уголовники...

- А почему так думаешь?

- Выражались соответственно... У меня дружок в тюряге срок тянул, недавно откинулся: теперь как напьётся, так и начинает «по фене ботать»! Вот и они так же... Когда я выглянул из палатки, увидел: мужчина, до пояса раздетый, с сумкой и ледобуром в руках, идёт по льду озера в сторону берега...

- Ты его узнал?

- Далековато уже было, но узнал... Серёга это был! Его телосложение...

- А почему раздетый?

- Так ведь - весна! Солнышко, ветра нет - благодать! А Серёга закалённый, про таких говорят: кровь с молоком, здоровый был... Да. был... - тяжело вздохнул Виталий.

- Ты кого-нибудь из той палатки видел?

- Одного только... Он как раз выглянул, наблюдал, куда пошёл Серёга. Очень худой, лицо серое, в резких морщинах и крапинках, с заплывшим левым глазом... И глаза колючие, злые. А на подбородке шрам или царапина... Но это же когда было. Сейчас-то всё, наверно, зажило...

Виталий замолчал, припоминая те события.

- Его там Рябым называли... Думаю, он у них главный. Когда Сергей ушёл, те, из большой палатки, сразу догнать его хотели. Кто-то громко сказал: «Рябой! Кончать с ним надо, пока не стал Павликом Морозовым...» Так Рябой им ответил: «Что, по нарам заскучали? Вон сколько глаз на льду сидит...» Мол, не так надо... Дальше я не слышал, они шептаться начали. Но когда я ещё, через полчаса, из своей палатки выглянул, уже ни людей, ни большой палатки не было. Снялись быстро, по-тихому... И это во время клёва! Настоящий рыбак так поступит лишь в одном случае - лишь когда на работу идти надо.

- А может, они тоже на работу пошли?

- Ну, это вряд ли! Сильно пьяные были, не до работы... Причём спешили они: на том месте, в одной из их лунок, даже удочка осталась, забыли взять... Да разве мог я подумать, что всё так серьёзно!..

- ...Так, ребята! Все на месте? Поехали! - подошёл бригадир. И яркая от сигнальных жилетов команда путейцев, побросав сигаретные «бычки» в ведёрко, потянулась к подъехавшему микроавтобусу.

- Ну всё, мне пора...

- Спасибо, Виталик! Счастливо... - Виктор, довольный полученной информацией, пожал путейцу руку, и тот побежал к автобусу догонять своих товарищей.

Пройдя в задумчивости пару шагов, следопыт достал из кармана мобильник и нажал на кнопку, выключая режим диктофона.

По дороге домой Поляков заскочил в магазин электронных товаров и купил там флеш-карту и шнур-переходник для подключения карты памяти мобильника к ноутбуку.

Выходя из магазина, Виктор в дверях столкнулся с мужчиной средних лет. Извинившись за свою неуклюжесть, он продолжил путь дальше. Однако мысль, что встреченного человека, в коричневой куртке и синих джинсах, он где-то уже видел, не давала поисковику покоя.

«Точно видел! Причём недавно... А где? На вокзале! -определился Поляков. Лицо мужчины, правда, было без особых примет, какое-то хмурое и незапоминающееся... И был он там в кепке, а здесь уже без неё. - А может, это брат-близнец? Или другой гражданин, просто на него похожий? Иначе как он мог так быстро с вокзала попасть в магазин, догнать меня - ведь я же ехал на такси? Хотя никаких сомнений: это один и тот же мужчина! Впрочем, какое мне дело до совсем незнакомого человека...»

При всей неприметности прохожего от наблюдательного Виктора не ускользнуло одно существенное отличие: на указательном пальце левой руки незнакомца, открывавшей дверь магазина - очевидно, тот левша, белела всё та же узенькая полоска лейкопластыря...

Придя в дом Веселовых, Поляков не поленился переснять листы свидетельских показаний проводницы Зины и машиниста электрички, неизвестного ему Толика, на камеру мобильника. Затем скопировал эти заявления и фотографии, сделанные в окрестностях места трагедии, через ноутбук на флешку. Туда же перенёс и сегодняшнюю запись разговора с Виталиком. Он решил собирать всю имеющуюся у него информацию по поводу смерти Сергея в одно место, на один носитель, чтобы потом обобщённый материал показать юристу. Пусть специалист в области юриспруденции подскажет ему, достаточно или нет собранных фактов для подачи заявления о пересмотре «дела Веселова». Если не получится узнать здесь, то Виктор, вернувшись в свой город, там найдёт нужного специалиста.

Просмотр полученного результата на флеш-карте вызвал удовлетворение у исследователя: на всех фото умный мобильник автоматически проставил дату и время съёмки вплоть до секунд, что в сыскных делах иногда имеет решающее значение.

- А ты растёшь, «следователь» Поляков! - улыбнувшись, поощрил он сам себя.

Во многих детективных фильмах герои-следователи собирали на преступных элементов досье, а некоторые даже делали дубликаты и копии компрометирующих документов. Ведь в наше время не сразу узнаешь, кто с тобой рядом: истинный друг-коллега, неподкупный следователь или... «оборотень в погонах», пособник тех самых преступников, с которыми должен бы бороться. И Виктор в ходе начатого им самодеятельного расследования попал в колею этих проверенных временем традиций.

«Витя прости жду вечером пож приходи начнем чист листа не молчи отв хоть слово», - получил очередное СМС-сообщение от Гали, покачал головой. Невольно всплыли сладкие моменты, забилось сильней сердце. Потом вспомнилась последняя - горькая встреча...

«С чистого листа... Нет, Галочка, уже не получится! К чему разводить сантименты? Ведь ты сама растоптала лучшие чувства любящего человека! - взволнованный сообщением бывшей подруги, мерил комнату шагами Поляков. - Ни сегодня вечером, ни завтра я к тебе не приду! Даже, если б и захотел - добираться больше суток... Как правильно сделал, что уехал далеко!»

Виктор подумал, потом ещё раз прочитал эсэмэску: «.. .отв хоть слово».

- Хорошо, будет тебе моё слово, но последнее...

Спустя четверть часа, помучившись с рифмами на тетрадном листочке, он добился желаемого. Достойного, на его взгляд, ответа на телефонное сообщение:

«Я душу вам открыть смогу едва ли,

Ведь вы туда уже не раз плевали...»

И, чтобы больше «не сыпать соль на рану», заблокировал Галин номер телефона, сделав связь с него недоступной для своего мобильника.

Асфальтированная дорожка проходила через парк и спустя пару километров упиралась в городское кладбище. Лет двадцать назад на месте кладбища было обыкновенное, заросшее молодыми сосенками и берёзками большое поле. Когда-то здесь его родители вместе с малолетним Витей приходили осенью собирать грибы. Подберёзовики, маслята, волнушки росли на этой равнине в изобилии. А ещё раньше, как рассказывал отец, здесь был запасной военный аэродром, куда иногда на грунтовую полосу садились небольшие самолёты, которых почему-то в народе называли «кукурузниками». Теперь по всей территории бывшей грибной «плантации» стояли могильные оградки с крестами и надгробными плитами.

«Вот это да! - удивился Виктор размерам разросшегося кладбища. - Похоже, количество умерших уже превышает население города, ещё совсем не старого... Хотя чему удивляться: убыль городского населения происходит по причине смерти или отъезда горожан, а на кладбище - тут только постоянный прирост. И отсюда никто не уезжает...»

Он долго ходил среди могил, читая на памятниках эпитафии и фамилии, в том числе и знакомых ему ранее горожан, но могилу Сергея так и не нашёл. От Васи Одинцова Поляков знал уже печальные новости, что их одноклассников стало на четырёх человек меньше: двое ребят утонули на рыбалке, один не выжил после ДТП и вот ещё Сергей...

Согбенная старушка, вся в чёрном одеянии, аккуратно протирала тряпочкой надгробную плиту.

- Бог в помощь тебе, бабушка!

- Спасибо, дорогой! - старушка слегка разогнулась. На морщинистом лице запавшие глаза смотрели покорно, без выражения.

- А не скажете, где в последнее время тут хоронят?

- Ой, милок... Везде! Уж столько сейчас покойных: вот и тут новые могилы, и тут... И там... - бабуля жестами показала в сторону этих участков.

- Могилу друга ищу...

- А когда схоронили?

- В начале апреля...

- Тогда тебе, милок, надо прямо по дороге, потом налево вниз до конца...

- Спасибо, бабушка! Здоровья тебе!

- И тебе, милый! - бабуля осенила Виктора крестным знамением и продолжила работу.

Спустя десять минут Поляков уже сидел за металлической оградкой на скамье у скромного памятника - последней обители его друга Сергея.

- .. .Илья Кузьмич! Нет никаких сомнений, что Серёжа погиб по чьей-то злой воле! Вот только доказать это сложно... -взволнованный после посещения городского кладбища Виктор эмоционально информировал отца Сергея.

- Витюша, я чем-то могу помочь? - участливо спросил старик.

- Да... - помолчав, решился ответить утвердительно Виктор. - Видишь ли, Кузьмич... Чтобы доказать насильственную смерть, необходимо заново исследовать тело Серёжи... Я не знаю, пойдёшь ли ты на такое серьёзное испытание, как эксгумация... Понимаю, что Серёжу этим не вернуть, но я поклялся сегодня на его могиле, что сделаю всё, чтобы убийцы были найдены и наказаны! Уверен, что на его теле должны быть признаки насильственной смерти! К тому же это совсем непросто: много всяких справок нужно собрать и не везде теперешние чиновники будут относиться к пожилому человеку с пониманием... И, безусловно, следственные органы будут препятствовать установлению истины. Это же для них серьёзное пятно на «чести мундира»... Тут нужны крепкие нервы! Вопрос этот непростой и будет продолжительным по времени. Я ведь, Кузьмич, через пару недель уеду, отпуск мой закончится... Ты, конечно, один не останешься: есть соседи, друзья, знакомые... И я своих одноклассников подключу к тебе в помощь. Но главным во всём этом может быть только один человек — это ты! И многое придётся взять на себя, делать самостоятельно... Тебе решать! В общем, как скажешь, так и будет! Не торопись, Илья Кузьмич, подумай...

Веселов-старший долго ходил по комнате из угла в угол, сгорбившись, упрямо глядя в пол. Поляков молчал, ждал ответа, мысленно кляня себя, что поторопился: слишком рано задал отцу Сергея такой трудный вопрос, требующий большого нервного напряжения.

- Хорошо... Я согласен, - тихо произнёс Веселов и понуро опустил голову. Но спустя пару секунд он выпрямился и твёрдо сказал: - Ты прав, Витюша: ради светлой памяти сына надо восстановить справедливость! Её так мало в этом мире... Скажи, что нужно делать?

- Спасибо... Пока ничего. Но теперь я могу поговорить с Авдеевым...

Поляков достал его визитку и набрал указанный там номер телефона на своём мобильнике. Последовали долгие безответные гудки, и Виктор уже готов был сбросить вызов, как вдруг прозвучал голос:

- Да! - кратко, уверенно, недовольно. Как будто его хозяин был оторван от важного и ответственного дела.

- Здравствуйте, Валентин Владимирович!

- С кем говорю? - властно спросила трубка.

- Виктор Поляков... Я к вам приходил, узнать по делу погибшего Веселова...

- Так... Слушаю!

- Скажите, что нужно, чтобы возобновить следствие по этому делу?

- Это с какой же стати?

- Есть факты, подтверждающие, что трагедии на рельсах не было, а смерть Сергея Веселова произошла раньше! - стараясь придать голосу твёрдость, ответил Виктор.

Наступила длительная пауза в разговоре.

- Алло! - не выдержал молчания Поляков. - Валентин Владимирович, вы меня слышите?..

- Да... - не сразу прорезался голос Авдеева. - А что за факты?..

- Найден свитер Сергея... Предположительно, в пятнах крови... И совсем в другой стороне, далеко от железной дороги!

- И что из этого? Ну, приносите в отдел, приобщим к вещдокам...

- Получается, с Веселовым что-то случилось ещё до того случая... Ещё до рельсов!..

- Это не аргумент для возобновления следствия! Он где рыбачил? На льду! Мог поскользнуться и элементарно разбить себе нос! А затем, какое-то время спустя, случилось всё остальное... Не надо было столько пить! - голос полицейского был категоричен.

- А показания свидетелей?

- Каких ещё свидетелей?! Да что ты понимаешь, пацан! Возомнил себя следователем! Тут серьёзные спецы были, бригада из управления приезжала... Я же предупреждал: не слушать бабьи сплетни! «Показания»... - передразнил Авдеев, - от слова «показалось»! Там ничего конкретного, одни предположения! Люди так устроены: сегодня одно скажут, завтра — совсем другое. И чем больше проходит времени, тем больше у них появляется подробностей! Понимаю, что погибший - твой друг... Но одного желания мало, нужны железные факты.

- Валентин Владимирович! А почему всё же в деле отсутствуют заявления свидетелей? Даже если в них «ничего конкретного»...

- А кто сказал?.. - осерчал оперативник.

-Да говорят...

- Всё! Дело закрыто! Если будут новые факты, звони - разберёмся! А ещё лучше: уезжал бы ты, не трепал попусту нервы... - короткие гудки обозначили окончание телефонного разговора.

- Ну, как? Что сказал Авдеев? - спросил подошедший Веселов.

- Пока - мимо... - огорчился Поляков. - Ему нужны «железные факты», так он сказал...

- Ты тоже так думаешь, Витюша?

- Не знаю... Может, и прав оперативник: будет отказ в возбуждении дела - потому что фактически все наши находки идут как косвенные улики...

- А это как понимать? - спросил Илья Кузьмич.

- Ну, значит, не главные... Второстепенные, побочные, не являющиеся непосредственно доказательством. К сожалению, это факт!

- Что же тогда делать?.. - тяжело вздохнул старик.

— Будем продолжать искать нужную нам информацию... Чтобы убедить прокуратуру, суд и другие органы в необходимости эксгумации. Нужно просмотреть законодательный материал в интернете: стоит подстраховаться, посмотреть судебную практику.

- А я вот что думаю... Ты сказал, что Авдееву нужны факты. Считаю, что совсем наоборот: ему как раз факты-то и не нужны! При их наличии и в случае назначения нового расследования получится, что Авдеев допустил брак в работе - ведь именно он причастен к закрытию дела по факту смерти Сергея. А поскольку его возраст уже весьма солидный для полицейского, то он в результате вполне может вылететь на пенсию, остаться без работы... Так какой ему смысл помогать нам?

- Пожалуй, ты прав, Илья Кузьмич! Ещё скажу: он просил принести свитер твоего сына в полицию для приобщения к остальным вещественным доказательствам... А зачем, если дело Сергея закрыто? Как-то нелогично...

- Вот-вот! Тут нужно подумать...

Но подумать не получилось: звонок мобильника отвлёк их внимание.

- Алло! - ответил Виктор, с удивлением вновь услышав голос опера.

- Гражданин Поляков?

-Да...

- Это старший оперуполномоченный Авдеев! Поляков, ты, по сути, занялся совсем не своим делом - частным сыском! Ты меня хорошо слышишь?

-Да...

- Ты, наверное, не знаешь, но для этого в нашем государстве необходима лицензия. Если её нет, я тебя могу привлечь к ответственности, если захочу... Пока же ставлю тебя в известность: ты обязан меня уведомлять обо всех находках и фактах, связанных с делом гражданина Веселова Сергея Ильича. Принеси найденные вещи и напиши уведомление об этом! В произвольной письменной форме, на моё имя. Ты меня понял?

- Понял... - неуверенно произнёс Поляков.

- Тогда всё, жду! До встречи!

- До свидания...

Виктор пару минут сидел молча, переваривая полученную информацию.

- Странный оборот: звонил Авдеев и сказал принести наши находки к нему, чтоб приобщить к материалам дела... Опять нелогично!

- Знаешь. Витюша, этот усатый майор мне что-то сразу не понравился. Ещё тогда... Взгляд у него какой-то нехороший, - поделился своими мыслями Илья Кузьмич. - А сейчас предполагаю: Авдеев почему-то стал нервничать. Потому и позвонил!..

- Правильно говоришь...

- Так ежу понятно: они закрыли дело, чтобы очередной «глухарь» не портил статистику! А теперь Валентин Владимирович недоволен, что кто-то с этим решением не согласен, пытается его опротестовать...

- Ладно, сегодня всё равно уже поздно к нему идти. Схожу завтра... А пока подготовлюсь к встрече: посмотрю в интернете, какие законы по этому поводу сейчас действуют, - и Поляков, открыв ноутбук, надолго погрузился во «всемирную паутину».

«Итак. Федеральный закон... О контроле в сфере частной охранной и детективной деятельности... Частный детектив должен иметь лицензию от отдела внутренних дел. А даётся сия лицензия на три года, но только лицам, имеющим юридическое образование... Опять мимо! — огорчился Виктор. - Детективы обязаны делиться полученной информацией со следователями полиции, за уклонение - ответственность, вплоть до уголовной... На проникновение в чужое жилище, на использование технических средств слежки детективу, как и полицейскому, необходимы разрешительные санкции. Ведение профессиональной деятельности без лицензии или с просроченной лицензией преследуется по закону...»

- Ну дела... - не выдержав, произнёс вслух Поляков. - Выходит, чтобы добиться справедливости, нужно иметь обязательное юридическое образование! Или самому идти работать в полицию. .. Интересно, что там мне «светит» за «без лицензии»?..

«Административная ответственность за осуществление деятельности без лицензии: двадцать минимальных размеров оплаты труда и выше... Другой сайт: незаконная деятельность частного сыщика без лицензии оценивается в 2,5 тысячи рублей штрафа... Уголовная ответственность: штрафы от трёхсот тысяч рублей и выше или мера пресечения на срок... до трёх лет! Ещё сайт: самодеятельный детектив может сам попасть в тюрьму при нарушениях или отягчающих обстоятельствах на срок до семи лет...»

- Вот это «заработок»... Круто! — аж присвистнул потрясённый Виктор. Он горячо комментировал прочитанную информацию подошедшему Веселову: - Представляешь, Кузьмич! Мы, можно сказать, проводим собственное расследование с целью установления истины, хотим исправить следственные ошибки, делаем чужую работу за полицейских совершенно бесплатно, а в итоге нас ждёт такое «счастье»: неслабые штрафы и аресты! Нет, тут законодатели что-то явно перемудрили!

- М-да... - покачал головой Илья Кузьмич, прочитав несколько отмеченных Виктором законодательных параграфов на экране. - Органы не хотят, чтобы у них были конкуренты... Витюша! А ты понял, почему Авдеев просил у тебя письменное уведомление?

- Нет... - до Полякова не сразу дошёл смысл сказанных слов. - Понял! Слушай, Кузьмич, а ты - светлая голова! Замечательно придумано: я пишу на его имя уведомление, то есть создаю собственноручный документ, тем самым «засвечивая» себя как лицо, занимающееся частным сыском... А дальше, раз нет лицензии, бери меня голыми руками: оформляй как нарушителя закона. Сам подставился! Крупный штраф или арест, как суд решит... Вот это логично! А не дурак этот Авдеев!

- Чему тогда радуешься? Не боишься санкций?..

- А «счастье» было так возможно! - развеселился Виктор: наличие опасности никак его не обескуражило, а, скорее, наоборот. взбодрило. - Кажется, писатель Дефо сказал: «Страх опасности в десять тысяч раз страшней самой опасности». Нет, не боюсь! Потому что вижу опасность! К тому же нас ведь двое. И мы... Нет, это ты: разгадал хитроумный и коварный замысел майора - убрать потенциального конкурента, то есть меня, и спокойно работать в том же качестве дальше. Спасибо тебе, Кузьмич!

- Не за что... Витюш, я думаю, что Авдеев что-нибудь ещё предпримет...

- Значит, с ним надо держать ухо востро!

- Это понятно... - нахмурил брови Кузьмич. - Но нас только двое, а там - целая система!

-Не только, а уже-двое! Пока... Я скоро встречаюсь с ребятами: попаримся у школьного товарища в баньке, поговорим о проблемах, покажу им, что уже «нарыл» - материал на флешке. Уверен, что наших «собратьев по разуму» станет больше. Главное, что у нас правда! А это самый серьёзный аргумент! - эмоционально убеждал гость хозяина. - Вот, Кузьмич, послушай, чтобы быть в курсе, что я нашёл в интернете про экспертизу: «Дополнительная и повторная производится по инициативе суда или по ходатайству сторон». Полагаю, одной из сторон, потерпевшей, ты как раз и являешься... Она происходит в двух случаях: «при неполной ясности или в случае возникновения сомнений в правильности проведённой экспертизы» -последний - как раз наш случай! Тут есть разъяснения, что служит основанием для дополнительной экспертизы: «...возникновение новых вопросов, в случае неверного установления обстоятельств, имеющих значение для дела». Тоже - наше!

- Если при новой экспертизе будут «контролировать» процесс те же лица, то и результат, скорее всего, не изменится...

- Нет... Если мы соберём достаточно веских доказательств, которые противоречат официальному заключению экспертизы, то назначается повторная экспертиза с другими экспертами.

- А вот как узнаешь, что доказательств собрано достаточно? - засомневался отец Сергея.

- Справедливый вопрос! Тут нам без специалиста не обойтись... Но ведь есть юристы, адвокаты... А если нанять частного детектива? Должны же быть такие специалисты даже в маленьком городе. Дорого, правда, но истина дороже! К этому вопросу мы ещё вернёмся... За мной сейчас должны ребята заехать, звонили - повезут в какую-то элитную сауну.

- Так ведь у нас своя баня, можно затопить...

- Спасибо! Но в ней мы все не поместимся... А посидеть с друзьями, поговорить за пивком хотелось бы... К вечеру вернусь, - пообещал Виктор и стал собираться.

Он сложил в сумку банные принадлежности, смену чистого белья. Не забыл захватить свою флешку с фотографиями, чтобы показать друзьям уже собранный материал.

Вскоре под окном раздался сигнал подъехавшего авто, и Виктора повезли на встречу в дружескую и тёплую обстановку, в буквальном смысле - в жаркую частную баню.

Кража

Вернувшегося вечером после бани Полякова встретил встревоженный хозяин дома:

- Витюш! А у нас пропажа: исчез Серёжин компьютер...

- Как исчез?..

- Думаю, украли...

- Кузьмич, давай поподробнее!

- Я на огороде занимался, звон ведра в сенях услышал... Думал, ты чего забыл, вернулся. Пошёл смотреть. Ну, пока я дошёл... Посмотрел: в комнатах никого, только ящики стола вытащены. Двери кладовок открыты, вещи раскиданы... Значит, кто-то был чужой, недобрый...

На полу в сенях и в большой комнате в беспорядке валялись куртки, плащи и старая одежда, вытащенные с непонятной целью из мест хранения.

- А ты. когда на огороде был, не закрывал двери?

- А я вообще их не закрываю... Такого у нас никогда не было!

- Зря! Всё когда-нибудь случается в первый раз! Народ всякий бывает... Тем более сейчас: в стране кризис, многие остались без работы, кое-как перебиваются... Дальше рассказывай!

- Вот... Смотрю: в сенях пустое ведро валяется... Оно и брякнуло! А точно помню, что я его на гвоздь весил - никак бы оно по своей воле, без посторонней помощи не упало!

- А что пропало?

- Всё на месте, кроме ноутбука... Правда, из кладовок вещи выброшены. Будто что-то искали...

- Обычно ищут деньги...

- В кладовках?..

- А везде, где их можно спрятать. Кузьмич, ты этот бардак не убирай... Пошли в полицию, заявим о случившемся сразу! Может, по горячим следам быстрей найдут вора наши центурионы...

И они поспешили в городское отделение полиции. Дежурный майор долго выспрашивал о подробностях, явно не желая фиксировать факт кражи.

- Нет у меня оперов... Поздно уже, все по домам разошлись! Приходите завтра, с утра во всём и разберётесь... До свидания!

Илья Кузьмич, не привыкший обивать пороги учреждений, уже был готов отступить, но тут вмешался Виктор.

- Товарищ майор! Вы нарушаете...

- Что такое?.. - насторожился дежурный.

- А то! Вы должны зарегистрировать этот случай в своей книге учёта сообщений о преступлениях! Иначе мы «...в соответствии с частью пятой статьи сто сорок четвертой УПК РФ - отказ в приёме сообщения...» обжалуем прокурору в порядке... - начал по памяти цитировать Поляков недавно прочитанную на сайте статью Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

- Стоп! Дальше не надо... - человек в форме за решёткой окошечка сразу сменил тон, засуетился, стал удивительно понятливым. Перед просителями как по волшебству появился стандартный бланк заявления о краже имущества.

Заполнив бланк на предмет похищенного ноутбука, Кузьмич подал его в окошечко.

- Хорошо... - грустно сказал майор, медленно читая бумагу. - Я передам ваше заявление следователю.

Но потерпевшие не уходили, ожидая окончания чтения. Поняв наконец, что перед ним люди, осведомлённые в юридических вопросах, майор, притворно покашляв, сделал запись в книге учёта, нехотя выдал им уведомление о регистрации заявления.

- Ну вот! Теперь всё верно: есть входящий номер, дата, подпись... - удовлетворённо сказал Поляков, пряча полученную бумагу в карман. - Благодарю за службу, майор! До свидания!

Дежурный вздохнул и провожал посетителей до дверей печальным взглядом, интуитивно чувствуя завтрашнее недовольство своего начальника новым «глухарём»...

- Кузьмич! Сегодня в доме ничего не убираем... И не будем ходить, где вещи раскиданы. Завтра появится работник органов: может, это ему что подскажет...

Ночь прошла спокойно. Утром, как и предполагал Виктор, появился уже знакомый и хозяину, и гостю майор Авдеев. Он терпеливо выслушал Илью Кузьмича, хмуря брови и покусывая ус, затем энергично прошёлся по всем помещениям, заглянул в кладовки, даже на огород. Сел за стол, достал из своей папки листы бумаги и долго на них писал.

- Так... Кража ноутбука... Паспорт на аппаратуру имеется?

- А как же! - Кузьмич подсуетился, быстро достал приготовленный документ.

- Хорошо... Кража, совершённая путём «свободного доступа» через незакрытую дверь...

- Товарищ майор, дверь была закрыта, - перебил оперативника Поляков. - Правильно писать: «через незапертую дверь...»

- Не мешай! - окрысился полицейский. -Тебя в доме не было... Или был?

- Не был...

- А, кстати, где ты был, свидетель?

- В бане...

- В этой? - кивнув в окно на виднеющуюся баньку Веселовых, спросил Авдеев.

- Нет, в другой, с друзьями...

- Тут не был... Значит, ты уже не свидетель! Кто твои друзья? Их адреса?

Виктор назвал адреса: и бани, и своих бывших одноклассников, с которыми парился накануне. Майор сделал пометки в своих бумагах.

- Ладно, проверим...

«А хорошо работает полицейский! Сразу чувствуется профессиональная хватка», - уважительно подумал Поляков про Авдеева.

Задав ещё несколько стандартных вопросов потерпевшему. представитель органов закончил процедуру дознания и протянул бумаги:

- Так, ознакомьтесь! Распишитесь: здесь... здесь... и здесь...

Когда майор ушёл, Виктор, сидя на кухне, стал заново осмысливать ситуацию. Он обратил внимание, что вместе с ноутбуком исчезли все диски и флешки, обычно лежавшие в ящике компьютерного столика...

Об этом факте в полицию потерпевшие не заявляли, просто тогда ещё не обратили внимания. Да и большой материальной ценности такие вещи не представляют, записи на носителях ценны только для их хозяина, как память. Впрочем, одна флешка осталась - та, на которую Виктор записывал материалы, относящиеся к гибели Серёжи, и которую брал с собой показать друзьям.

Подошёл Илья Кузьмич, подуставший в восстановлении порядка вещей в кладовках, пожаловался:

- Витюша, обнаружил ещё пропажу...

- Да ты что?!

- Два свитера Серёжины... Я их не носил, размер велик, но то, что они в кладовке на полке лежали, знаю точно! Что скажешь?..

- Ещё одна странность... Получается, что похититель действовал выборочно, как бы целенаправленно. Из ценностей пропал лишь ноутбук, а в доме есть и более дорогие вещи. А теперь ещё свитера...

- А может, воришка просто не сориентировался... - засомневался хозяин.

- Как он мог не сориентироваться, если плазменный телевизор на видном месте? Кстати, он ноутбука раз в пять дороже стоит...

- Так он же широкий, нести неудобно. Если вор был без машины, то с такой ношей без упаковки мог привлечь к себе внимание.

- Логично, Илья Кузьмич! Но только по поводу телевизора.

- А больше и брать у меня нечего: мобильник мой старый, ещё кнопочный, интереса для похитителей не представляет.

- Нет, Кузьмич! В красном углу большой комнаты у тебя висят старинные иконы, оценку которым я дать не смогу, но, похоже, это ещё восемнадцатый век! И предполагаю, что стоимость их в десятки раз больше, чем всё, что находится в твоём доме. И размером иконы менее телевизора и чуть более украденного ноутбука, и нести очень удобно! Но их вор почему-то «не заметил» ... Если даже и спугнули похитителя, то он, по логике вещей, должен бы прихватить с собой самое ценное и лёгкое...

- М-да... — только и ответил озадаченный Веселов.

- Теперь — пропавшие свитера... Вызывают аналогичные вопросы! Что ни говори, а все пропажи связаны с именем Сергея... Есть над чем задуматься! - в глазах Виктора заплясали огоньки.

- Может, позвонить Авдееву, сказать о наших предположениях?

- Нет! Что-то мне подсказывает, что как раз ему-то звонить и не надо...

- Ну ладно... - согласился Илья Кузьмич, а про себя подумал: «Обиделся Витюша на полицейского, не хочет делиться с ним новой информацией...»

Спустя ещё полчаса к Кузьмичу зашёл сосед Петрович.

- Кузьмич, что случилось? - громким голосом заявил вошедший о своём присутствии. - Натворил чего? Я видел, как ментовская машина к дому подъезжала и к тебе полицай заходил...

- Не полицай, а полицейский, - поправил Веселов.

- Одна малина, всё равно звучит некрасиво... Слушай, Илья Кузьмич! Может, накапаешь похмелиться? - продолжал грохотать сосед.

- Нет, Петрович! Не держу я у себя алкоголь, ты же знаешь. Как Сергея схоронил...

- А может... у твоего постояльца имеется? - Петрович с надеждой во взоре, просящими глазами уставился на Виктора.

Поляков отрицательно покачал головой.

- Ну, попал... - огорчился сосед. — Кузьмич! А тогда пожертвуй мне на пиво! Перебрал вчера, а в моём кармане вошь на аркане... Как бы похмелиться, а?

Веселов слегка задумался, потом полез в карман за деньгами.

- Золотой ты мой соседушко! - громко восторгался Кузьмином Петрович, бережно опуская полученную купюру в свой карман. - Дай тебе бог здоровья! Вот-те крест, с пенсии верну! А чего всё же у тебя случилось-то?

- Вор забрался! Серёжин ноутбук спёр... - неохотно ответил Кузьмич.

- Да ну? - удивился сосед, покачав седеющей шевелюрой. - Хотя да: в стране то дефолт, то кризис, то стагнация... Эх, обнищал народишко! И с работой проблемы... Денег нету, а выпить охота!

Он помолчал, о чём-то соображая, потом энергично хлопнул себя по лбу:

- Так я ж его видел!

- Кого?

- Да того, твоего похитителя...

- Когда?

- Вчера и видел: моё же окно аккурат на дорогу и ваш дом выходит! Сначала машина чёрная подъехала, иномарка. Посигналила, вышел твой жилец, вот он, - сосед показал на Полякова. — и сел в неё. Машина уехала...

- Это Виктор в баню поехал! - нетерпеливо воскликнул хозяин.

- Да погоди! Я же ещё не закончил... - обиделся громкий рассказчик. - Хотел уже пойти пивка попить, как смотрю, на дороге новая фигура появилась: мужик! Какой-то очень худой, высокий, незнакомый... Посмотрел по сторонам и... к вашей калитке! Ну, просто нырнул - так быстро, что я даже не заметил, как! Одно слово, воровские замашки... Но на дороге никого не было! И, значит, он к тебе и вошёл...

- Петрович, ты его описать можешь?

- В серой куртке он был, капюшон на голове... Это при такой-то жаре! В общем, он мне сразу не понравился...

- Да ты не про одежду... Лицо его видел?

- Нет, откуда? Я же говорю, капюшон был накинут... Лицо чуть видел - только нижнюю часть, да ведь и далеко было... Но, похоже, оно длинное и узкое, подбородок острый. Рот прямой, как ниточка... Кожа щёк какая-то серая, как нездоровая, вроде в морщинах...

- А может, на ней крапинки, оспинки?

- А что, вполне...

Виктор вспомнил рассказ путейца Виталия про виденного человека на озере.

- Рябой он?

- Да, наверное...

- Из дома обратно не выходил? Не видел? - спросил Веселов.

- При мне не выходил. Я подумал: раз сразу обратно он не вышел, значит, ты дома и этот гость встретился с хозяином...

И я пошёл за пивом. Так, значит, это не гость был? Ты его тоже не видел?

- Нет...

- Значит, этот худой козёл и есть ворюга! Сколько лет жили тихо, без воровства, а тут - на тебе! Начали лазить по домам, по огородам... Ладно, Кузьмич, не переживай! Бывает хуже. Извини, я пойду: трубы горят! Спасибо, выручил!.. - и громогласный сосед покинул дом Кузьмича.

- Слушай, Илья Кузьмич! А чего он не работает, твой Петрович?

- Уволен на пенсию... Вот иногда от безделья и мается подобной глупостью... Он с пенсии долг отдаст.

- Так он же ещё совсем не старый?..

- По вредной сетке работал, там к пенсии ближе...

- А чего такой шумный?

- Поработай машинистом дробления, сколько Петрович отработал, совсем слух потеряешь... А он ещё слышит чуток.

Прозвучала мелодия вызова с мобильника Виктора.

- Алло! Слушаю вас... - в ответ раздались короткие гудки. Поляков задумался, посмотрел на экран телефона: номер звонившего не определился.

- Вот уже который раз: звонят и бросают трубку! Или мобила неисправна, или кто-то определённо решил помотать мне нервы, - пожаловался он Илье Кузьмичу. - И не перезвонить...

Вечерело. Хозяин и гость разбрелись по кроватям, легли спать. Но сон к Виктору никак не приходил: слишком много появилось новой информации. Он вспоминал события минувшего дня, пытался их анализировать.

«Два свитера... Их украли - Кузьмич врать не будет! Все вещи пропали вместе, одновременно с ноутбуком, дисками и флешками... С ноутбуком более понятно, вещь ценная... Но теперь важнее получить ответ на другой вопрос: кому в наше время нужны поношенные мужские свитера? Может, бомжу?..»

Желая лучше вникнуть в ситуацию, Поляков пытался представить себя на месте преступника, чтобы понять его побудительные мотивы.

«Итак, я - бомж! Пришёл в частный дом, чтобы чем-то поживиться... Да, свитера мне просто необходимы: для утепления собственного тела в какой-нибудь конуре, подвале или в колодце теплоцентрали... Ну а зачем бомжу ноутбук с набором дисков? Ведь в колодце его не подключишь... Нет, бомж-не тот уровень! Но технику можно продать... Хорошо, допустим, для продажи. Но как-то не вяжется: сейчас столько легальной и недорогой электроники: и новой, и бэушной в магазинах, что вряд ли кто будет опускаться до торговой сделки с неухоженным бродягой - себе дороже! Тем более не стал бы бомж забирать диски и флешки... И живущий вечно впроголодь человек уж наверняка бы заглянул, забравшись в чужой дом, в холодильник на кухне, чтобы подхар-читься... Если это был кто-то с большим интеллектом, чем у опустившегося человека, то ему компьютер, конечно, будет в радость... Но тогда зачем ему поношенные свитера? Кто же тогда приходил?.. А если приходили два человека: в разное время, с разными интересами?.. Хотя вряд ли: временной промежуток без хозяина в доме был совсем небольшой...»

Виктор повернулся в кровати на другой бок.

«Как хорошо, что я свою флешку взял с собой - иначе вся информация была бы безнадёжно потеряна... Мне бы пообщаться с железнодорожниками: наверняка кто-нибудь да что-нибудь ещё вспомнит о Серёже... Да и у Виталия, если сохранилась та зимняя удочка, найденная на месте последней рыбалки Веселова, попросить её отдать... Может пригодиться в качестве вещественного доказательства. Мелочь, но кто знает, вдруг что зацепит...»

С этими мыслями добровольный исследователь неожиданно погрузился в сон. И снились ему самые разнообразные персонажи: неверная подруга Галина, рябой незнакомец в куртке с капюшоном и лысый майор, который хищно шевелил своими усами и требовал отдать ему свитер Сергея... На этой фазе сна Виктор неожиданно проснулся.

«Свитер!.. А ведь почему-то Авдеев не спросил меня про свитер, когда приходил составлять протокол на пропажу ноутбука... И ругать за самодеятельные поиски, как тогда по телефону, не стал. И бумагу про моё расследование не спросил.. . Забыл? Или, понимая, что людям после кражи и так невесело, не стал усугублять?.. Тогда он молодец! Несмотря на многолетнюю практику и специфичность профессии, сохранил простое человеческое сострадание к потерпевшим людям. Значит, не очерствел душой оперуполномоченный...»

В западне

- Вот моё имение! - с гордостью в голосе произнёс Одинцов, куда он вместе с Поляковым только что подъехал на своём шикарном «лексусе».

Великолепный двухэтажный особняк возвышался над высоким глухим забором. Хозяин нажал кнопки на карманном пульте - ворота медленно, но послушно открылись в автоматическом режиме, сместившись в сторону. «Лексус» уверенно проехал внутрь двора и остановился у парадного подъезда главного дома.

Виктор, бывший здесь впервые, с интересом оглядывался вокруг: «Живут же люди! В тридцать лет стать директором... Удивительно быстрый карьерный рост! Хотя в бизнесе так бывает: оказался в нужное время в нужном месте. Но, скорее всего, высокопоставленный папашка вытащил сына на эту должность, надавив на авторитетные связи. Впрочем, какая разница! Он для меня по-прежнему Вася, Васька, Василёк... И спасибо ему, что не зазнался. Что, несмотря на высокий пост, запросто общается с одноклассником».

Одинцов провёл гостя по территории, не без удовольствия комментируя ему назначение построек и сооружений. Что и говорить, красивый особняк и внушительный земельный участок, с огородом, садом и декоративными деревьями, подстриженным кустарником, ровными зелёными лужайками, ухоженными цветниками и мозаичными дорожками произвели на слесаря должное впечатление. Несколько на отшибе от главного здания, почти на краю участка, одиноко стоял аккуратный маленький одноэтажный домик - баня-сауна. Узкая закрытая калитка в заборе рядом и слышимое за ней журчание порожистой речки наводили на мысль, что азартные парильщики, разгорячённые банным жаром, могут легко остудить свои истерзанные вениками тела в проточных холодных водах...

- Ну как? Нравятся мои владения?

- Нет слов - красота! - оценил усадьбу Виктор. - А банька - как сказочный теремок!

- Да, согласен! - отозвался довольный хозяин. - Не зря это поместье я купил в трудное для меня время. Кое-что перестроил, пробурил скважину для воды, провёл электричество. Дороговато досталось, но знал - для дела нужно! А сейчас такое приобретение очень кстати... Когда партнёры по бизнесу приезжают, вот здесь их и принимаю. Тут, в лесной тиши и на чистом воздухе, любые вопросы решаются гораздо легче, чем в стенах директорского кабинета. А на выходные дни привожу сюда жену, детей - всем столько радости! Природа - она всех лечит, делает людей добрее. Сейчас, правда, семьи нет — отправил на лето к тёще в деревню... Так что отдыхаем все закоренелыми холостяками, на особый сервис не рассчитывайте!

«Да, хорошее место для загородного отдыха, - подумал Поляков и почему-то вспомнил про Галину. - Вот такой муж ей бы точно подошёл: директор завода, хорошая квартира, крутая иномарка, шикарная дача. Только где на всех таких Галин найти столько Одинцовых...»

- Вася, такое великолепие ведь охранять надо...

- Надо! У меня тут работники живут. Они же и охраняют... Но сегодня их всех отпустил, чтоб не мешали. Пусть тоже отдохнут: продукты заготовлены, сад-огород полит, мясо для шашлыка замариновано, уголь для мангала в наличии. А мы без лишних глаз попаримся, пообщаемся, отдохнём! До завтрашнего вечера...

- Ты говорил, что ещё друзья подъедут?

- Мои друзья «парятся» сейчас со своими семьями под жарким солнцем Африки. Время летнее, отпускное... Только Юра Темчук здесь, он появится! Но задержится, ближе к вечеру подъедет. Мы ждать его не будем. Нагреем баньку и - вперёд! Пусть нас потом догоняет...

Красивая баня-сауна из деревянного бруса, с двускатной крышей, покрытой ярко-красными листами металлочерепицы, скромно притулилась в тени больших берёз и казалась игрушечным домиком из волшебной сказки. Не зря говорят, баня - мечта любого уважающего себя дачника. Небольшое окошечко баньки было заблокировано изнутри мощной решёткой - единственное отличие от сказочного домика. Мужчины подошли ближе.

- Вася, а решётка-то зачем, залезали?..

- Не то слово! Через окно вытащили телевизор, чайник, посуду... Всю проводку вырезали, насвинячили... Унесли даже войлочные шапки и банные тапочки!

- А что охрана?

- Прохлопала! Конечно, её вина... Хотя тут стечение обстоятельств: силовой кабель был на повреждении целую неделю. Видеосистема ещё двое суток держалась на аккумуляторах, пока те не разрядились. И в это время лихие ребятки, прознав про аварию с кабелем, незаметно проникли на территорию... В общем, дал расчёт за потерю бдительности обоим охранникам! Взял других... Вот после этих событий я и обрешётил окна первого этажа всех помещений усадьбы. Ну и мощный бензогенератор поставил в подвале дома - резерв питания на случай перебоев с электроэнергией.

Хозяин и гость вошли внутрь бани.

- Располагайся... - сказал Одинцов, кивнув на кресла у столика с музыкальным центром, и поспешил к силовому щиту. Поколдовав с переключателями, он вернулся в комнату отдыха и включил негромкую музыку. Достал из маленького холодильника пару бутылок пива, поставил на столик. -С полчаса придётся подождать, пока хорошо прогреется сауна и вода дойдёт до кондиции. Пока веники размокнут... Ну, не будем терять время: рассказывай, Витёк, о себе, о своих проблемах...

Эти полчаса пролетели незаметно. Одноклассники пили пиво, вспоминали весёлые школьные годы, по очереди рассказывали друг другу о своей жизни и о планах на будущее. Поляков затронул тему гибели Сергея Веселова.

- ...У меня есть собственная версия, - добавил информации Одинцов. - Мне известно, что накануне трагедии с Серёгой на нашей железнодорожной станции были обнаружены крупные хищения из контейнеров и товарных вагонов. Полиция виновников так и не нашла. Серёга же на железке работал и вполне мог каким-нибудь образом стать свидетелем чего-то криминального. Ты его старый друг... Как считаешь, мог он пойти на сделку с совестью?

- Конечно, нет!

- Вот и я так думаю. Он был слишком честный и прямой! А несговорчивых свидетелей убирают...

Запищавшая электроника прервала беседу.

- Всё! Сигнал сработал: пора в парную! - мужчины быстро разделись и шагнули в пахнувшее берёзовыми вениками желанное тепло.

...Расслабленные после парилки и душа друзья, в войлочных шляпах и банных тапочках, вернулись в комнату отдыха.

- Ну как? - глотнув холодного пива, спросил Василий.

- Нет слов... Благодать! - блаженно улыбаясь, ответил Виктор, любитель банных процедур. - А отчего бензином вдруг потянуло?

- Дорога рядом, ветер оттуда... Я закрою форточку! Может, Юра подъехал... Если он, то позвонит на мобильный, чтобы я открыл для въезда ворота.

- Придётся идти открывать?

- Не придётся: у меня же пульт дистанционный! Нет, наверно, не он - не звонит... Ну, хорош отдыхать! Ещё заход?..

- Вася! Дымом пахнет... - первым почувствовал запах некурящий Поляков.

- Не может быть: мы же топим не дровами, а электричеством, - попытался возразить хозяин, но и он стал принюхиваться. - Да, пахнет... Костёр рыбаки развели, что ли...

Запах всё усиливался. За решётчатым окном появились клубы чёрного дыма.

- Ё-моё! Кажись, горим... Спокойно, без паники! Одеваемся... - командовал Одинцов. Одноклассники торопливо натянули непослушную одежду на мокрые тела и, похватав мобильники, побежали в тамбур к входной двери.

- Что за дела?.. Заклинило! - дверь бани не открывалась. Никак!

Разбежавшись, мужчины отчаянно штурмовали её: и по очереди, и оба вместе они безрезультатно бились в крепкую дубовую дверь.

Бросились к окну, пытаясь оторвать решётку, — тщетно! Приварена надёжно и без лома или кувалды её не сорвать... Между тем дым в помещениях прибывал, дышать становилось всё труднее.

- Что за чертовщина! Слушай, а у меня даже связи нет... -пряча в карман бесполезный мобильник, сказал Одинцов. - Доставай свой! Звони! Набирай сто двенадцать...

Но и в мобильном телефоне Полякова связи не оказалось: привычный символ приёмной антенны на дисплее полностью отсутствовал.

«Странно: ведь наши мобильники разных операторов... Почему нет связи?! Неужели - это всё?..» - пронеслось в голове Виктора. Молодой организм отказывался верить, что так прозаично, так просто и в высшей степени бестолково закончится, прервётся ещё далеко не полностью прожитая жизнь.

- Вася... Берём скамейку, пробуем сорвать решётку... -Чихая и кашляя от дыма, они схватили деревянную скамью и

потащили к окну. Решётка так и не поддалась, только ножкой скамьи выдавили стекло. В окно ворвалась струя свежего воздуха, но вслед за ней вполз и чёрный клуб ядовитого дыма.

- Скамейкой... Выбить дверь!..

Сделав несколько попыток протаранить дубовую дверь, осаждённые, поняв бесполезность занятия, обессиленно сели на скамью.

- Витя... Мочим полотенца... и дышим через них... Иначе... скоро ляжем... - через паузы, тяжело дыша, говорил тучный Одинцов. - Кто-то заблокировал... снаружи...

- Вот зараза! - с чувством сказал Виктор, зло глядя на неподдающуюся дверь. - Хоть взрывай...

Василий вдруг хлопнул себя по лбу, непонятно дёрнулся, опустившись на колени. Поляков, решивший, что тому стало плохо, схватил товарища за руку. Но хозяин резко оттолкнул руку помощи.

- А ты - молодец! - неожиданно повеселев, крикнул он в ухо товарищу странную фразу. - Помогай...

И Одинцов стал отгибать палас на полу. Виктор, не поняв задумки, тем не менее помогал ему в этом. Из-под паласа показался пол. выложенный керамической плиткой. Освободив от ненужного покрытия участок пола, Василий добрался до угловой плитки, пытаясь её приподнять. Плитка поддалась, хотя и не сразу. Он сунул под неё руку и вытащил какой-то небольшой предмет, завёрнутый в тряпочку.

- Всё!.. - тяжело дыша, сказал Одинцов. - Теперь... мы с тобой... ещё повоюем! Вить... беги в парилку... Ложись... Я сейчас...

Поляков всё понял без объяснений. Да и как это не понять человеку, служившему в армии: в руках у Василия зеленела ребристым корпусом боевая граната Ф-1. Виктор бросился в сауну. В голове пульсировала мысль: «Успеет ли грузный Вася после броска «лимонки» за четыре секунды убежать из зоны поражения?.. Может, стоило не уходить, подстраховать его...»

Но пока Виктор так думал, в сауну ввалился Одинцов, успев крикнуть:

- Ложись!..

Тут же раздался оглушительный взрыв. Стены бани заходили ходуном, погас свет, что-то загремело, зашуршало, попадало за стеной. Дверь парилки рвануло, она открылась, впуская облако пыли и пороховых газов. Не успевший лечь Поляков был отброшен взрывной волной на полок. Он сильно ударился головой: заискрило в глазах, зазвенело в ушах. В темноте нащупал рядом лежащего товарища, тот тоже зашевелился.

- Слава богу, живые... - сказал Виктор, не слыша собственного голоса. - Не ранен?..

Ответа Одинцова он тоже не услышал.

Пошатываясь, держась друг за друга, оглушённые взрывом товарищи по несчастью, кашляя и спотыкаясь, двинулись в сторону светлого мутного пятна, слабо видневшегося в дверном проёме. Доковыляли до комнаты отдыха, которая поразила их своей неестественной яркостью дневного света. Ни злосчастной неприступной входной двери, ни стены, в которую она была врезана, парильщики на месте не обнаружили: их глазам открылся один сплошной широкий дымящийся просвет.

- Свобода!..

Закопчённая стена лежала тут же, отдельно от строения, как составная часть какого-то карточного домика. Впрочем, свет шёл и сверху: от взрывной волны металлическая крыша бани, подобно лёгкому волану, поднялась в воздух и, отлетев на несколько метров от постройки, лежала на зелёном газоне гигантской подбитой птицей. Доски и перекрытия потолка, обугленные огнём и посечённые осколками гранаты, были частично раскиданы на земле, частью торчали сверху, как кости скелета доисторического животного. Всё это дымилось, противно пахло гарью и химическими испарениями. Огня было немного, ударная волна погасила пламя. Едва отдышавшись, совместными усилиями друзья попытались залить из банных тазиков остатки огненных языков и дымящиеся головешки, поочерёдно набирая воду из баков в мойке.

- Едут! Бросай это занятие... - Поляков скорее догадался по губам товарища, чем услышал. - Доделают специалисты! Пошли в дом, отмываться...

Виктор обернулся и увидел подъезжавшие к месту пожарища красные машины с включёнными мигалками. Пожарные оперативно настроили свою аппаратуру тушения и обильно поливали водой из брандспойтов всё то, что осталось от сказочного домика. Ещё несколько минут - и с огнём было полностью покончено, почерневшие руины лишь слабо чадили.

«Такая красота была... Всего какой-то час назад», - с грустью подумал Виктор, оглядываясь на обгоревшую полуразрушенную баню.

Чумазые парильщики-погорельцы поспешили в дом, чтобы привести себя в порядок. Там тоже был душ, чем немедленно они и воспользовались.

- Делай глотательные движения, как в самолёте... - заметив после душа, что Поляков всё ещё плохо слышит, знаками посоветовал хозяин. Он указал на диван. - Полежи тут, отдохни! У тебя лёгкая контузия, она скоро пройдёт. Потренируйся глотать... А я схожу, пообщаюсь с огнеборцами...

Виктор последовал совету товарища и с радостью заметил, что его глухота постепенно проходит. Он уже стал слышать через форточку шум работающей техники и крики пожарных бойцов. К нему вернулось бодрое настроение: «Всё налаживается... Вообще как интересно устроена жизнь, просто не соскучишься. Причём она порой преподносит такие сюрпризы, что только держись! Покруче, чем в киносериалах...»

Частное расследование

- Всё! Пожарные уехали... Вить, ты как себя чувствуешь? Вижу... Молодец! Давай-ка тогда, дружище, снимем стресс! И подлечимся... - вернувшийся с места пожарища Одинцов достал из недр бара бутылку виски и стопочки, из холодильника вытащил тарелку с бутербродами. - Врачи же говорят: психическое воздействие играет огромную роль в лечении человеческого организма. Поэтому примем грех на душу: не пьянства ради, а здоровья для...

Они выпили. Помолчали, вспоминая детали происшествия.

- Вот же заразы! Подпортили нашу встречу...

- У тебя есть кто на подозрении?

- Не знаю, что и сказать... Моя вина, не отрицаю, - сказал Василий. - Не проконтролировал установку решёток... Нанятые шабашники сделали как быстрей... Намертво заварили! И это чуть не привело к печальному исходу...

- Да ладно! Чего зря себя мучаешь? - бодро отозвался Виктор, радостный, что уже слышит Василия. - Главное, всё кончилось хорошо... А не посмотрел, почему дверь заклинило?

- Посмотрел... Там, снаружи, брус был упёрт в дверь бани!

- Как так? Зачем?..

- У меня такие же вопросы...

- У тебя есть враги?

- Час назад был уверен, что нет. Сегодняшний пожар заставил в этом усомниться... Не случись гранаты, могли бы и сами сгореть вместе с баней. Спасибо, что подсказал! Сгорел бы и этот, чужой брус... И никаких следов о преступлении! Мол, погибли по собственной неосторожности.

- Не переживай, могло быть хуже!

- Это точно! Давай ещё по одной...

- Давай... За то, что всё хорошо закончилось!

- Да, за нашу удачу!

Алкоголь снял нервное возбуждение, и оба мужчины стали более спокойно проводить «разбор полётов», как выражался в армии командир роты, в которой служил Поляков. То есть более объективно анализировать ситуацию.

- Вася, а почему ты решил, что брус чужой?..

- Точно - не мой! У меня ещё год назад все оставшиеся от строительных работ материалы отсюда вывезены, чтобы не захламляли территорию. Причём этот брус так чётко выверен, как на заказ: абсолютно подходил для блокировки по длине! В нём даже специальный паз для ручки двери имелся - потому мы и не смогли его сбить ударами, когда лупили изнутри скамейкой...

- Интересно...

- Не то слово! Будь брус на пару сантиметров короче, он вывалился бы от наших ударов, будь настолько же длиннее, просто не мог бы стать блокиратором...

- Получается, что кто-то здесь побывал раньше и сделал замеры...

- ...Затем по ним изготовил этот брус-фиксатор! - закончил хозяин мысль гостя.

«Да... видно, за всё надо платить! За высокую зарплату, за шикарную усадьбу и обеспеченную жизнь своих семей директорам приходится иногда расплачиваться и такими «сюрпризами»... - подумал Виктор о судьбе бывшего одноклассника. — Сейчас же кругом одна коммерция, а Одинцов ведь директор завода, выпускает стройматериалы... Наверно, он обидел конкурента, перехватил выгодный заказ, а тот нашёл каких-то отморозков и «заказал» Василия... Логично!»

- А твоя баня строилась по типовому проекту? - спросил он хозяина.

- Я купил её вместе с усадьбой. Но вроде типовая... была! А почему спрашиваешь?

- Если типовая, то заготовку, этот фиксатор, можно сделать по измерениям любой бани такого же типа...

- Ты прав! - сначала согласился Одинцов. Но, подумав, тут же и возразил. - Однако материал - дерево! А это значит, что отклонения размеров от норматива в таких изделиях гораздо больше, чем в металлических. И в одинаковых по типу деревянных банях одни и те же измерения, мягко говоря, слегка «гуляют»... К тому же дерево дышит... А это тоже изменение линейных параметров. Нет! Чтобы изготовить подходящий такой «деревянный фиксатор», стопор для двери нашей бани, нужно и размеры снимать именно в этой бане! Да... Теперь придётся строить новую.

- А дорого это будет стоить? - спросил Поляков.

- Для меня - нет! Я уже как-то думал о замене бани - мала! Только вот руки не доходили... Теперь дойдут! - без особого сожаления о материальном ущербе сказал Василий. - Получу за неё страховку и - вперёд! А тебе, дорогой друг, огромная благодарность за идею!

- Какую?

- Это же ты предложил взорвать дверь бани...

- Ну и что?

- Тем самым ты спас нас обоих!

- А, ты об этом... Василь, а, кстати, откуда у тебя «фенюша» в бане оказалась?

- Не поверишь, случайно! У меня есть дружок, воевавший в горячих точках... Это его подарок! Я отказывался... Друг -мужик толковый, но теперь с некоторым прибабахом - после серьёзной контузии на чеченской войне. Я и взял «лимонку», чтобы не огорчать воевавшего дружка, ведь оружие для них - святое! В общем, поблагодарил за подарок... А где его держать? На стрелковое оружие, карабин и охотничье ружьё, у меня есть разрешение. А на гранату мне никто разрешения не даст. И выбросить жалко - подарок же! И чтобы детишки не нашли... Вот и решил её спрятать подальше, но чтобы можно самому достать, если что... Пораскинул мозгами, получалось, что баня - лучший вариант!

- Но ведь это твоя территория! За хранение гранаты -вплоть до лишения свободы...

- А это ещё доказать надо! Ведь теоретически хозяин может купить баню и с бомбой и абсолютно не подозревать об этом. Я тоже интересовался Уголовным кодексом, знаю. Стёр я с гранаты отпечатки пальцев, завернул в промасленную тряпочку, чтоб не ржавела, и положил... Ты же видел, где лежала. И спасибо ей - помогла! Успели бы пожарные нас спасти - это ещё вопрос... А теперь мне уже и прятать нечего... И нет улики!

- А осколки в досках и балках? Чем «отмажешься»?..

- Газовый баллон взорвался... Я пожарным так и сказал.

- Экспертизы не будет?

- Будет! Но на предмет наличия бензина на деревянных конструкциях... Пожарные взяли обгоревшие доски на анализ: ведь у меня все деревяшки на этой даче пропитаны специальным составом по рекомендации пожарных инспекторов ещё полгода назад! Все акты на пропитку имеются. Не смогла бы баня при простом поджоге так быстро загореться... Пожарным самим хочется докопаться до причин возгорания не меньше, чем мне, хозяину, - ведь для них это защита чести мундира. Но даже мне, неспециалисту в пожарных делах, очевидно: горение началось снаружи! И очень быстрое! Не зря, Витёк, ты запах бензина унюхал...

- Значит, это поджог?

- Несомненно! Я как чувствовал: ещё до пожара послал вызов моему начальнику заводской охраны. Думаю, пусть он за свою очень неплохую зарплату позанимается не только охраной вверенного производства, но и домашней проблемой своего директора. Хотел тебя с ним познакомить: у него богатый опыт по криминальной тематике.

- Он что, в тюрьме сидел?

- Нет, - впервые после происшествия рассмеялся Василий. - Сыскарём в милиции работал.

- В полиции... - поправил Виктор.

- Нет, всё верно: в милиции! А полицейского из него не получилось - не прошёл аттестацию. Он тебе может быть полезен - остались ещё связи в ментовке, да и сам он человек думающий...

«Вот такой, «думающий», пригодился бы и по краже ноутбука, - отметил Поляков, но отметил только для себя. - Куда я со своими мелкими проблемами сейчас полезу, если на жизнь Одинцова, ответственного руководителя, директора завода, было фактически только что совершено покушение...»

- Я заходил в комнату охраны... - продолжал хозяин.

- Так охранников же нет...

- Их нет, а камеры на диск пишут. Так вот: все камеры работают, кроме... А догадайся, какой?

- Которая нам нужна?..

- В точку! Из всех только одна видеокамера, направленная на баню, не работает! Что скажешь?

- Вряд ли случайно...

- И я того же мнения.

Звонок на мобильный телефон прервал «разбор полётов».

- Надо же, связь появилась... Понял! Въезжай!.. - послушав мобильник, радостно ответил директор, нажимая на кнопку пульта. - Слушай, Виктор! Знаем истину только мы двое... Сохраним её конфиденциальность! Ну а если что... Пока эксперты соберутся, мои работники быстро утилизируют все останки сгоревшей бани. Сейчас ждём, когда подъедет Ефимов — пусть увидит картину последствий пожара. сделает профессиональный вывод. Только что-то мой Борис Ефимович задерживается...

Одинцов сделал ещё несколько звонков: своему адвокату и работникам по даче, затем облегчённо выдохнул воздух из своих мощных лёгких.

- Хорошо! Всё идёт нормально, в рабочем режиме. В общем, я требую продолжения банкета!

Он глянул в окно, достал чистый стакан и поставил на стол.

- Подъехал третий участник нашего застолья. Сейчас появится.. . - и почти сразу после слов хозяина в дверь, негромко постучав, вошёл ещё один их бывший одноклассник, Юрий Темчук.

- А вот и Юра! Здорово! Проходи, располагайся...

- Всем привет! А вы хорошо сидите! — стройный и моложавый, мало изменившийся со школьных времён Юрий Темчук вошёл в комнату, одобрительно окинул взглядом накрытый стол.

- Эх, Юра! Где ж тебя носило? - обменявшись рукопожатиями, с укоризной вопрошал Одинцов. - Появись раньше, мог получить медаль за отвагу на пожаре...

- За пивком заезжал, раз такая встреча... — Темчук юркнул обратно за дверь и вкатил в комнату бочонок литров на двадцать.

- Ну у тебя и масштабы! - покачал головой Василий.

- Тут написано: баварское пиво... После бани будет в самый раз!

- Мы-то ладно! Уже после бани... А вот на тебя бани не осталось! - криво усмехнулся Одинцов. - Слишком долго ехал...

- Обижаете, господа! Это несправедливо... А почему?.. -искренне удивился тот.

- Кому-то наши банные процедуры явно в тягость. Пошли на кухню, сам увидишь из окна... - и Юра с хозяином вышли из комнаты.

«Что же делать: ехать ночевать к Кузьмичу или здесь остаться? - размышлял Поляков. - Ведь запланированный отдых сорвался... Пожалуй, лучше остаться: может, чем помогу товарищу по несчастью... Да и совместное преодоление трудностей объединяет! Тем более что подъедет начальник его заводской охраны...»

Вернулись Вася с Юрой.

- Ну вы, блин, даёте... - промолвил последний. - А я-то думаю, чего ради по просёлочной дороге две пожарные машины мне навстречу едут: может, огород кому поливали... А это - от вас!

- От нас... Но поливали не огород, а... По прямому назначению!

- Теперь понятно. Да как всё случилось-то?..

- Точно пока сами не знаем... Подожгли какие-то «редиски»! Приедут специалисты, разберутся...

Из электронного пульта в кармане хозяина послышался звук зуммера.

- Ну наконец-то! Это, должно быть, Борис, мой главный охранник... - сказал Одинцов, нажимая на кнопку открывания ворот. - Ох и задам я ему сейчас по первое число!

Через пару минут в комнату вошёл плотный и высокий, под два метра ростом, неопределённого возраста человек с грубыми чертами лица, с короткой рыжей причёской. С его появлением комната сразу стала казаться меньше размером. Глубокие морщины, свёрнутый в сторону нос и опущенные уголки губ позволяли сделать вывод, что вновь вошедший имел в своей жизни серьёзные испытания. Косой шрам на левой щеке и взгляд исподлобья серых, холодных, немигающих глаз дополняли неприятное впечатление. Во всём облике рыжего охранника чувствовалась волевая твёрдость, в движениях - большая физическая сила.

«Не хотел бы я с таким амбалом встретиться в тёмном переулке. .- подумал Виктор.

- Ну, вот и он, наша надежда! Знакомьтесь: Борис Ефимович Ефимов, начальник службы охраны завода, - поздоровавшись, хозяин представил вошедшего. - А теперь скажи, Борис Ефимович: ты случайно к нам не через Москву добирался? Я тебя когда вызывал? Ещё пару часов назад... Ехать от города всего минут двадцать! Или распоряжение директора тебе не указ?.. Поехал бы сразу, и моя баня была бы цела...

- Василий Павл...

- Подожди! Я тебе ещё не всё высказал... - продолжал распекать Ефимова вошедший в раж Одинцов. Он указал на Виктора. — Мы вот с моим другом чуть заживо не сгорели!..

Полякову была неприятна резкость одноклассника. Ведь прибывший начальник охраны, естественно, был совершенно не виноват в случившемся пожаре на даче своего шефа. Слушая, как Василий при свидетелях эмоционально «шлифует» своего подчинённого, Виктор явно не одобрял его действия.

«Попал под горячую руку... Как это некрасиво выглядит со стороны. Хотя я сам такой же, чересчур вспыльчивый... Будь посдержаннее, проблем в моей жизни было б гораздо меньше».

- Василий Павлович! - наконец сумел вставить слово Ефимов. - Но ведь ваших указаний не было...

- Как это: «не было»? А телефонное сообщение?

- Не получал... Мобильник всегда со мной!

- А как же тогда ты здесь оказался?

- У меня дружок в пожарке работает. Он и позвонил: мол, у твоего шефа на даче проблемы... Вот я и примчался!

Василий достал свой крутой айфон, привычно пробежался пальцем по сенсорной клавиатуре.

- Вот же СМС, переданное в тринадцать пятьдесят пять! Хотя... «не передано»... - прочитав результат, Одинцов покачал головой. - А ты прав, Борис... Теперь всё ясно! Реабилитирован! Виноват я, погорячился... Беру свои слова назад. Извини, Ефимыч! Мы тут такого натерпелись, чуть не погибли, вот нервы и взыграли...

Он примирительно протянул Ефимову стакан с виски:

- Прими как утешительный приз!

- Нет! - резко возразил охранник. - Ты же знаешь, Павлович: на работе я не пью... Вот разберусь с происшествием, тогда и наливай! Пойдём, посмотрим, что камеры слежения написали. И хотелось бы от первоисточника услышать подробности случившегося...

Они пошли в комнату охраны. Виктор последовал за ними:

- Я вам не помешаю?

- Нет, конечно! - одобрил инициативу гостя хозяин. - Может, даже подскажешь что, если я забуду...

Пока Борис просматривал записи камер, Одинцов рассказывал ему всё о пожаре и других странностях этого дня.

- Василий Павлович! Когда в последний раз до пожара вы разговаривали по телефону? Посмотрите на своём мобильнике...

- В тринадцать пятьдесят...

- А после пожара?

- Первый звонок был в четырнадцать двадцать одну минуту...

- Вот в эти полчаса и произошли все «чудеса».

- Это уже что-то проясняет?

- Нет, просто констатирую факт. Все выводы - после! Продолжайте, пожалуйста.

Ефимов внимательно слушал, временами кивая своей рыжей головой и делая короткие пометки в своей записной книжке.

- Ну а теперь я осмотрю место происшествия. - поднялся со стула начальник охраны.

- Можно я с вами, Борис Ефимович? - попросил Поляков. Уж очень ему хотелось посмотреть, как работают настоящие профессионалы сыска.

Ефимов глянул сначала на директора, тот кивнул. Затем тяжёлый взгляд немигающих глаз ощутил на себе Виктор:

- Ладно, пошли...

Они вышли из парадного входа дома, направились к сгоревшей бане.

- А не побоишься запачкаться, раз ко мне в помощники напросился? - кивнув на разрушенные стены и обгорелые доски, спросил Ефимов.

- Вы не переживайте...

- А давай перейдём на «ты»! - раздражённо перебил охранник. Он провёл ребром ладони по горлу. - Мне эти «выканья» во как на работе надоели!

- Давай! Ну а грязи бояться я не привык, отмоется... - ответил Виктор, а про себя подумал: «Крутой перец! С таким характером на любой работе могут быть проблемы...»

- Тогда ловлю на слове: тут, по периметру бани, под досками нужно всё осмотреть...

- А что ищем? - спросил Поляков, подумав: «Вот она, ментовская школа, сразу меня взял в оборот...»

- Всё, что покажется подозрительным! А я посмотрю видеокамеру и подходы к бане...

И оба мужчины включились в работу, каждый на своём участке. Виктор сразу же оттащил в сторонку вещественное доказательство — брус-компромат, который чуть не стал причиной трагедии. Затем добросовестно переворачивал все лежавшие на земле доски: обгорелые, грязные, мокрые после обильного полива из рукавов пожарных машин.

Спустя четверть часа они встретились вновь. Ефимов держал в руках пакетик с разбитой камерой.

- Ну как, не разонравилась работа сыскаря? - с иронией спросил он, оглядев перемазанного и потного Полякова.

- Нет. Пока терпимо.

- Бывает хуже.

- А что ещё бывает?

- Тебе никогда не приходилось руками перебирать мусорный контейнер? А там с полтонны отходов. Мне - уже не раз... Но это ещё в прошлой жизни - в ментовке.

- Борис, а чего ушёл оттуда? Не из-за мусора же...

- Нет, конечно... - Ефимов изучающе посмотрел на перепачканного углём и грязью помощника, немного оценивающе помолчал, но ответил: - Не ушёл, а меня «ушли»... Якобы не прошёл аттестацию. Ну а проще: не по нраву я пришёлся начальству! Видно, не судьба мне была стать полицейским... Хотя по раскрываемости преступлений, даже комиссия признала. у меня показатели лучше других... Впрочем, это проехали! Тяжело тогда было: остался без работы, до пенсии далеко... Хоть сам иди в криминал... Спасибо Василию Павловичу! Взял к себе... А что это ты держишь?

- Какой-то прибор, похож на рацию. Сильно от огня пострадал ...

- Так чего молчишь, дурень?! - Борис почти выхватил у него из рук оплавленный прибор.

Виктор с удивлением посмотрел на радостное лицо сыщика. на первую со времени знакомства улыбку на его суровом лице и простил ему «дурня». Впрочем, со стороны Бориса последовали и другие, более приятные слова:

- А ты молодец! Нашёл ещё одну улику! Этот прибор не для связи, а как раз наоборот! Это - подавитель сигналов, по-простому «глушилка»! И она работала, пока сама не пострадала, -Ефимов вытянул из кармана куртки полиэтиленовый пакетик и осторожно положил туда ценную находку. - Ваши телефоны заработали сразу же после взрыва, так?

- Да! А это что за штука?

- Поясняю: портативный источник помех. Работает в диапазоне частот мобильной связи, создаёт поле «белого шума» в радиусе пятнадцати метров! Питания в автономном режиме хватает до трёх часов. Кто-то о вас с шефом очень серьёзно «позаботился»...

- Теперь понятно...

- Впрочем, я тоже кое-что нарыл... - Борис, вдохновлённый работой, совершенно преобразился. Лицо оживилось, морщины слегка разгладились, глаза заблестели. Он будто забыл, что его теперешний напарник - человек случайный, и общался с ним как с равным, как с коллегой по работе. Сыщик достал из другого кармана своей объёмной куртки пакет с кусками разбитой видеокамеры. - Вот, глянь! Чем разбито?

Поляков через прозрачные стенки пакета попытался определить причину повреждения.

- Не камень... От мелкого, точечного попадания... Дробинка или пуля! Но малого калибра: мелкашка или воздушка...

- Зачёт! Соображаешь, - поощрил его Ефимов. - Не воздушка. .. Скорее всего, из малокалиберной винтовки, калибра пять целых шесть десятых миллиметра. Я, когда просматривал записи этой камеры, обратил внимание: на последней секунде работы она зафиксировала небольшую вспышку за забором периметра... В общем, сходи, Витя, к хозяину за ключом от калитки. Будем дальше разбираться...

Внутренний замок калитки работал исправно, следов повреждений отмечено не было. Высокий и глухой, почти трёхметровой высоты и с «колючкой» по самому верху, забор не имел визуальных следов его преодоления.

- Какой делаем вывод?

- Преступник воспользовался калиткой, открыв её своим ключом...

- .. .Или уже был на территории! - закончил фразу Виктор.

- Не исключено... Хорошо! А ну-ка попробуй изложить свою версию происшедшего.

- Ладно... Сделано всё, чтобы посетители бани не остались живыми: решётка на окне заварена наглухо, заблокирована дверь, включен прибор подавления связи, чтобы не вызвали пожарных или другую помощь с мобильных телефонов. Облили бензином стены бани и подожгли. Высокий глухой забор, обслуга на отдыхе, чужие - не вхожи. Все условия для успеха криминального плана: дверь не открыть, решётку не сорвать, помощь не позвать! Преступники решили, что всё сгорит: и намеченные жертвы, и их преступные «заготовки» тоже. А нет улик, нет живых свидетелей - нет проблем!

- Верно! Теперь наши вещественные доказательства: «глушилка» связи, намеренно разбитая камера, специально изготовленный брус-фиксатор... И ещё: будет положительная экспертиза по наличию легковоспламеняющейся жидкости на досках - я уверен! И кому же так насолил наш Василий Павлович, что его «заказали»? - нахмурил высокий лоб Борис. - Так сразу, даже без всякого предупреждения... Подготовка серьёзная, значит, и дело того стоило. Видно, кого-то сильно припёрло... Хорошо, соседи дым увидели! Они и вызвали пожарных.

Ефимов вышел через калитку за ограду. Там, через какой-то десяток метров, начинался крутой спуск к речке. Дознаватель быстро сориентировался на местности и направился вдоль забора к небольшому пригорку.

- Свежие следы шин, - комментировал бывший опер, идя вдоль колеи, временами щёлкая фотокамерой, встроенной в мобильник. — Здесь, на пригорке, машина остановилась — следы протекторов более глубокие. И как раз видна опора с видеокамерой, смотрящей на калитку и баню! Значит, стрелял отсюда... Скорее всего, чтобы не привлекать внимания, из авто не выходил, стрелял прямо из салона, опустив стекло... Значит, и стреляная гильза осталась в салоне машины. А вот окурочек, может, и стрелка... Приобщим к вещдокам! Затем эта машина подъехала к калитке забора... Продолжай, «помогала»!

- Машина подъехала... Остановилась - ямки от шин опять глубже. Тут явных следов нет, почва уплотнена на тропинке. Но вот здесь, у забора, трава примята: водитель должен был выгрузить привезённый брусок-блокировку - вот след-квадратик, к забору прислонил, чтобы открыть замок, отворить калитку...

- Всё верно, Витя! - поощрительно отозвался Борис. - А ты раньше в органах не работал?.. Хорошо всё схватываешь!

- Нет! - улыбнулся Поляков. - Но мне ещё в школьном возрасте нравилось читать детективы...

Ефимов присел на камень, достал свою записную книжку, раскрыл её. Виктору, заглянувшему через плечо Бориса, это показалось сплошной «китайской грамотой»: какие-то непонятные крючочки, стрелочки, цифры, буквы, рожицы... Если б такой листок он нашёл на улице, то решил бы, скорее всего, что это ребёнок нарисовал свои «каляки-маляки»...

Заметив интерес напарника к его записной, следователь, зыркнув глазами, сказал:

- А сейчас мне не мешай! Погуляй минут пяток в одиночестве, только следы не топчи... Мне надо подготовиться.

Борис включил на смартфоне режим диктофона и начал свой монолог:

- Сегодня, то есть тридцатого июля... погода ясная, без осадков. На загородной даче директора завода стройматериалов Одинцова было совершено покушение на жизнь двух человек, а именно: в районе четырнадцати часов дверь в бане с отдыхающими была заблокирована снаружи, стены политы бензином и подожжены злоумышленниками. С целью препятствия в помощи обречённым использовалась глушилка связи мобильных телефонов, выведена из строя камера слежения за объектом. Выбрано время отсутствия обслуживающего персонала на даче...

Спустя три минуты Ефимов махнул рукой Полякову, приглашая подойти.

— Надиктовал, чтобы меньше писанины было: раз в десять быстрей получается. Всё! Наша миссия окончена. Материала, собранного нами, вполне достаточно для возбуждения уголовного дела. Это я как бывший оперативник говорю... Пошли на доклад к шефу, - он поводил своим крупным носом, принюхался. - Как раз вовремя: с нашей базы шашлыками запахло. А то что-то живот подвело...

И мужчины, предварительно почистив одежду и умывшись студёной речной водой, с приятным чувством от сознания хорошо выполненной работы поспешили присоединиться к праздной компании.

Под ароматный шашлычок и горячительные напитки одноклассники с удовольствием вспоминали уже ставшие далёкими школьные годы и, забыв о должностях и званиях, с удовольствием наслаждались дружеским обществом. Всем было легко и весело. «Праздник живота» отдыхающих мужчин активно набирал обороты.

- Все мы ещё со школы знаем, что жизнь человеку даётся один раз, дублей не предусмотрено... - поднял стопку Одинцов. - Давайте, ребята, выпьем за жизнь! На радость нам, на страх врагам!..

«Удивительно: говорят, выпивать - плохая привычка, но как она способствует хорошему настроению... - принимая под витиеватый тост очередную порцию алкоголя, философски размышлял захмелевший Виктор, наблюдая за сидящими за столом. - Интересные ребята! Они все разные, но все умные, начитанные, с хорошим чувством юмора. Какие у меня приятные, замечательные друзья...»

И даже новый знакомец Ефимов уже не казался Полякову таким угрюмым и неприветливым.

Хозяин дачи, Одинцов, оживлённо обсуждал с Юрой Тем-чуком текущую международную обстановку. Периодически обсуждение переходило в жаркий спор на повышенных тонах. Поляков удивлённо уставился на них, ещё минуту назад спокойно разговаривавших о погоде.

- Не бери в голову! - раздался голос над его ухом. - Обычная ситуация: они всегда так спорят, когда выпьют...

Виктор понял, пододвинулся к Ефимову.

- Борис! А расскажи что-нибудь о своей работе, - попросил он.

- Ты же сам видел: порой приходится выполнять самую грязную... - без всякой охоты отозвался Борис.

- Вот и расскажи что-нибудь, подробнее...

- Подробнее? - с усмешкой переспросил Ефимов. - Можно... Только не об этой профессии! Это не та работа, о которой можно говорить подробнее.

«Ох уж эти мне дилетанты! Насмотрятся детективных сериалов по телевизору, и работа оперативника кажется благородной, интересной и романтичной. А на деле всё менее привлекательно, гораздо прозаичнее».

- Вот что, Вить! Ты особо свою губу на профессию опера не раскатывай: здесь малиной и не пахнет!

- Да ладно, Борис! Ну хоть что-то, - проявил настойчивость Виктор. - Мне интересно...

- Неблагодарная это работа: осмотр мест происшествия, опрос очевидцев, задержание подозреваемых, куча бумаги по оформлению протоколов... И все они, эти бумаги, должны быть исполнены в срок и в соответствии с УК, УПК и всеми действующими правовыми законами, которые регулярно поставляют «на гора» правительство, законодатели, местная власть и собственное начальство.

- Но в такой работе присутствует и элемент непредсказуемости...

- Вот этого — навалом! Но и деяния оперативного работника - тоже в «рамках закона». На мой взгляд, в других, более спокойных, профессиях существуют конкретная методика, технология, определённый порядок, решение проблем по мере их поступления. Здесь же зачастую совсем по-другому... А в экстремальной ситуации приходится действовать по интуиции, нестандартно и, конечно, оперативно...

- Борис, а семья у тебя есть?

- Была... Развелись, - через паузу ответил Ефимов, сразу помрачнев.

- Извини... - сказал Поляков, поняв, что допустил бестактный вопрос.

- Да, чего там... Дело прошлое. Вот как раз тебе в тему о профессии: поскольку преступность активизируется в тёмное время суток, то будь готов любой ночью, когда все нормальные люди спят, по звонку начальника или дежурного срочно явиться в отдел и заниматься расследованием. Из тёплой кровати, от жены, например, и - в холодный сырой подвал с мертвецами...

- Ну, жёны тоже всякие бывают, - Виктор невольно вспомнил о своей бывшей пассии Галине. - Наверно, она тебя не очень понимала...

- Она хорошая женщина... - видно, истосковавшись по собеседнику, продолжил рассказывать Борис. - Даже терпеливая была. Но ведь у любой бабы терпение не бесконечно... Короче, ей был нужен муж с нормированным рабочим днём. Чтоб как у всех: в восемь утра - на работу, в шесть вечера - дома! Какой женщине понравится, если её муж с завидной регулярностью исчезает по ночам? Никакой личной жизни! В конце концов поссорились мы сильно. А тут как назло ночные рейды, потом командировка. Даже помириться времени не было.

- Так и не объяснились?

- Нет! Да и что тут объяснять... Отчасти она права. Не могу я так: чтоб всего себя посвятить только одной, пусть даже очень хорошей, женщине... Я делаю свою работу, у меня есть друзья, определённый сложившийся образ жизни. А после свадьбы непонятно откуда это взялось, но в моей жене вдруг проявился крутой человек-собственник, активно пытавшийся всё это привычное окружение разрушить, подчинить меня своей воле. Первое время уступал, чтоб избежать скандалов... А потом надоело! Так что всё логично и закономерно! Вот, Витёк, рассказал тебе кое-что о своей жизни, и даже легче на душе стало...

Пропажа свидетелей

- Привет, Кузьмич!

- Здорово, Витюша! - возвратившегося на другой день, вечером, Полякова радостно встретил Илья Кузьмич. - Как отдыхало сь на природе?

- В общем неплохо!

- А кто-то сказал, что у директора завода баня на даче сгорела... Верно?

- Верно... - вздохнул Виктор: «Не город, а маленькая деревня, все новости распространяются быстрее, чем я перемещаюсь...»

- Как так? Пострадал кто?

- Подожгли... Никто не пострадал.

- Подожгли - плохо... Но раз все живы, то слава богу! А у меня... у нас, - поправился хозяин, - маленькая радость: вызывал оперуполномоченный Авдеев!

- Что случилось? Взяли вора?

- Нет, вора не взяли... Авдеев сказал, что это были заезжие «гастролёры»: сбросили краденый товар местному перекупщику и отправились дальше. Полиция арестовала какого-то барыгу, скупщика сомнительного товара, и у него нашли Серёжин компьютер! Мне его выдали под расписку.

- Хорошо! Значит, работает майор Авдеев, - сказал Виктор, а про себя подумал: «Обычно вещдоки не выдают до конца следственных действий. Хотя, наверное, по усмотрению следователя возможны варианты...»

Поляков подключил возвращённый электронный прибор, заглянул в его память. Жаль, что компьютер не был запаро-лен: многие записи оказались стёртыми, наверно, похитители готовили добычу на продажу, старой информации почти совсем не осталось. Но, несомненно, это был он, ноутбук Серёжи.

Ранним утром следующего дня Виктор и Кузьмич были разбужены громким стуком в дверь. Нарушителем покоя оказался запыхавшийся Петрович.

- Что случилось? - открывая дверь, встревожился Кузьмич, видя перед собой тяжело дышащего и абсолютно трезвого соседа.

- Здорово! Одевайтесь: я нашёл того, вашего худого-рябого... Ну, что к вам забирался! - громкий голос поднял с кровати и Виктора. - Во! И ты тоже одевайся!

- Точно он?

- Точно-точно! В серой куртке и с капюшоном! - гремел утренний визитёр.

- Погоди, Петрович, не горячись! Рассказывай... - попытался урезонить Веселов темпераментного соседа.

- Расскажу по дороге - уйдёт ведь!

- Ты где видел его?

- На рынке, в круглосуточной кафешке завтракает... Торопитесь!

- Стоп! Ну, допустим, мы скрутим его...

- Конечно, скрутим - нас же трое!

- И что дальше?

- Как что? - удивился громогласный гонец. - Отведём в полицию!

- А дальше-то: что там скажем?

- Пусть полиция выясняет, что он в вашем доме делал... Зачем брал чужое? - произнёс Петрович, но уже без прежней уверенности в голосе. - Он же урка! Ещё что-нибудь сопрёт, если не задержать...

- Нам нечего ему предъявить, никаких улик! К тому же ведь полиция уже ноутбук нашла и вернула Илье Кузьмичу! Может, тот, рябой мужчина, и не виноват в краже. Иначе бы его арестовали... - вступил в разговор Виктор. - И какое мы имеем право самостоятельно задерживать подозрительного человека? Нет такого права! Если он потом напишет по поводу нашего задержания заявление, то за такое нас самих по статье арестовать могут - это же насилие над личностью, ограничение личной свободы!

- А что же делать?.. - совсем растерялся ранний гость.

- Да ничего! Просто жить дальше и не совершать необдуманных поступков...

Незаметно пролетела очередная неделя: в работах на огороде и в хлопотах по домашнему хозяйству, в сборе информации по происшествию на железной дороге, в запланированных и просто случайных встречах с одноклассниками, в походах за грибами и ягодами, в поездке на рыбалку. Правда, намеченная рыбалка сорвалась...

У Юры Темчука на работе был скользящий график, и в ближайшие свои выходные он планировал выезд на озеро, благо синоптики обещали погоду без осадков. От предложения составить однокласснику компанию Виктор, сам заядлый рыбак, не мог отказаться. В намеченный день, рано утром, оба любителя летней рыбалки были уже в пути на Юрином внедорожнике. Легко преодолев с десяток километров по асфальтовому шоссе, машина свернула на лесную дорогу. Рытвины, ухабы, ямы с водой водитель уверенно преодолевал, чувствовалось, что дорога ему хорошо знакома. Через двадцать минут машина остановилась - дорога неожиданно упёрлась в высокую насыпь железнодорожного полотна.

- Всё! Машина дальше не едет, - подтвердил Темчук.

- А где обещанное озеро? - полюбопытствовал Поляков, разглядывая рукотворное препятствие.

- Рядом! Сразу за железкой... Выгружаемся!

Мужчины закинули рюкзаки на плечи, взяли в руки удочки и вёсла и стали карабкаться по узкой тропинке на железнодорожную насыпь из крупного гравия. Дальше, едва переступив через рельсы и не успев толком полюбоваться открывшейся великолепной картиной природы, они поспешили спуститься по не менее крутому отвалу вниз, к озеру, чтобы не упустить время утреннего клёва.

«Как здорово! Наконец-то я снова буду на рыбалке...» -предвкушая удовольствие, радовался Поляков, обозревая широкую синь озера, покрытого лёгкой рябью.

Пока Юра приводил в «боевую готовность» рыболовную снасть, искал под камнями наживку, его напарник уже накачивал последнюю секцию резиновой лодки.

- Виктор, стой! - подбежавший Темчук казался озабоченным.

- Что случилось?

- Забыл тебя предупредить: лодка уже старенькая, не перекачай!

- А что,взорвётся?

- Не шути так, мысли материализуются! Плавсредство может лопнуть по шву...

В накачанное «плавсредство» погрузили рюкзаки, удочки. сачок, погрузились сами. Отчалили от берега. Небольшая рябь на воде и ясное безоблачное небо предполагали неплохую рыбалку. Юра активно грёб вёслами, чтоб быстрей добраться до своего «клёвого» места. Грохот проходящего товарного состава доносился с железной дороги.

«Интересно, как рыба не пугается такого шума? Привыкла, наверное...» - успел подумать Поляков.

Раздался какой-то слабый щелчок, почти неслышный за колёсным стуком проходящего товарняка, и сразу борта лодки потеряли свою упругость, стали морщиниться. Лодка зашипела, не очень быстро, но уверенно теряя свою плавучесть и погружаясь всё глубже в студёные воды озера.

- Блин! Тонем!..

- Хватай сиденье! Поможет доплыть до берега!..

Спустя четверть часа обессиленные и посиневшие от холода друзья по несчастью, еле передвигая ноги и спотыкаясь о подводные камни, с большим трудом выбрались на твёрдую землю. Упав в кусты, не обращая внимания на обилие комаров, они некоторое время лежали неподвижно, отдыхая от вынужденного заплыва. Слабые лучи северного солнца абсолютно не согревали мокрые дрожащие человеческие тела. Оба некоторое время молчали. На слова не было сил, слышался только дробный стук зубов.

Усилием воли Виктор заставил себя подняться. С большим трудом разгибая закостенелые ноги, прошёл по берегу, собирая сухой валежник. Непослушными, трясущимися руками надрал бересты с ближайшей берёзки и только потом достал из кармана запаянный полиэтиленовый пакет со спичками. Спички оказались сухими.

Через пару минут на песчаном берегу загорелся яркий костёр.

- Юра, не спи! - Виктор слегка пошлёпал товарища по несчастью по щекам, приводя в чувство. - Вставай сам, мне тебя не донести... Пошли к костру. Отогреешься...

«Вот так порыбачили... Сплошной экстрим! И рюкзаки, и удочки - всё пропало! Хорошо, что были в спасательных жилетах - могли и сами утонуть: тяжело плыть в одежде и вода очень холодная... Что же всё-таки произошло? Лопнуло клеевое соединение... Но почему тогда лодка так быстро пошла ко дну? Ещё одна загадка! Конструктивно она состоит из двух камер - сам же накачивал! - и, чтобы она затонула, необходимо повреждение обеих камер сразу... Посмотреть бы, где лопнула. Всё-таки, наверное, сам и виноват - перекачал сильно лодку. Юра же предупреждал...»

Виктор поднялся и ещё раз осмотрел озёрную поверхность: всё чисто, никаких плавающих предметов, только лёгкая рябь на воде.

«Что за невезуха: то пожар - с трудом выбрались с Одинцовым из горящей бани, то в воде - чуть не потонули с Тем-чуком... Какие-то непрекращающиеся испытания! А может, это я притягиваю несчастья, а из-за меня остальные люди страдают?» - невесёлые мысли точили мозг отпускника.

...У Полякова сложилось впечатление, что он никуда не уезжал из этого уютного маленького городка. Здесь он родился, и здесь как раз то место, где всё так давно знакомо и созвучно его душевным переживаниям.

Неожиданно он встретился на улице с двумя своими бывшими одноклассницами, Катей и Олей. Подружки неразлей-вода, хорошо учились в школе, всегда сидели в классе за первой партой. Очень обрадовались, встретившись с Виктором. Долго рассказывали ему обо всех местных новостях, перебивая друг друга. Но радость их значительно поубавилась, как только Поляков спросил про Воробьёву Таню... Нет, телефона Воробьёвой у них не было. Умные девочки сразу поняли: раз Виктор и по прошествии стольких лет не забыл Танюшу, то и ловить им тут нечего.

О работе на заводе лишь иногда напоминали телефонные переговоры с другом, Игорем Максимовым. Коллега сообщал, что новое оборудование, за которым ездил Поляков в командировку, в цехе уже смонтировали и оно успешно работает.

Галина больше не тревожила, не трепала нервы. Блокировка номера надёжно охраняла владельца от нежелательных входящих звонков с телефона его бывшей.

- ...Витюша! Ну-ка глянь! - Илья Кузьмич, переключив телевизор на канал городских новостей, был расстроен трагическим известием. - Не этот ли «фрукт» к нам в дом залезал? Худой, рябой, с тонкими губами... Таким ведь описывал незнакомца Петрович! Информация по местному каналу повторяется ежечасно, надо будет позвать соседа - скажет точно: он или нет...

На экране телевизора Виктор успел увидеть неподвижно лежащую на земле фигуру человека с неестественно бледным, изрытым оспинками лицом и странно повёрнутой шеей. Волосы на голове погибшего имели непривычный тёмно-коричневый цвет. Поляков не сразу понял, что это не краска для волос, а запёкшаяся кровь... Но репортаж с места события, так оперативно снятый местными телевизионщиками, уже закончился. Его сменила назойливая реклама.

- Жизнь человеческая коротка... - печально молвил Илья Кузьмич, ещё под впечатлением просмотренного эпизода. -И чего людям не живётся? Не понимают они своего счастья. Ведь это так здорово - жить! Почему-то торопятся её закончить самостоятельно, раньше отведённого богом срока...

- Кузьмич, а что это за происшествие было?

- Человек из окна выпал... Однако шустрые журналисты у нас, молодцы! Каким-то образом они на место происшествия прибыли ещё до приезда органов и успели отснять репортаж. Иначе бы те их враз отшили — как же. тайна следствия!.. Телевизионщики сказали, что это суицид. Считают, что мужчина сам выбросился из окна недостроенной многоэтажки... И они просят всех, кто знал погибшего человека, позвонить к ним в телестудию или в полицию.

За громогласным Петровичем идти не пришлось, спустя пять минут взволнованный сосед прибежал сюда сам.

- ...Вот! Говорил же я вам: пошли ловить злодея! Был бы сейчас жив и давал бы показания... - с порога, забыв поздороваться, загремел сосед. - А теперь он уже ничего не скажет!

- Значит, это был он?..

- Он! Зуб даю! У вашей калитки стоял... И на рынке его же видел!

«Вот ещё один очевидец сгинул... Череда событий с пропажей свидетелей... Случайность? Или, наоборот... закономерность?.. - от очередной потери потенциального свидетеля, от внутренней неудовлетворённости у Полякова даже голова заболела. - Может, что-то я сделал не так, неправильно? Чем-то спугнул преступника и сам не заметил? А что я знаю о погибшем - почти ничего, только со слов путейца Виталия да соседа Петровича...»

Сказывался недостаток информации о городских происшествиях и разборках в криминальной сфере. Но такими сведениями могут располагать только сами бандиты и органы, которые с ними борются. А простым смертным подобное знать не положено.

«Что-то не звонит Зинаида... А вдруг она звонила, а я был недоступен из-за «глушилки» на даче Одинцова?»

В последнюю встречу они обменялись номерами мобильных телефонов и проводница обещала перезвонить, если её коллеги что-то важное вспомнят о Серёже. Виктор сам набрал её номер. Приятный женский голос стандартно ответил: «Телефон абонента выключен или находится вне зоны сети».

Решив, что лучше лично навестить железнодорожных знакомых, Поляков на другой же день с утра поспешил на вокзал. Электричка привычно стояла у перрона. Вместо проводницы Зины в такой же форме, с такой же большой сумкой в первом вагоне сидела какая-то молодая дивчина. Её лицо было обильно удобрено косметикой, большие глаза с наклеенными ресницами и пухлые накрашенные губки вызывали воспоминание о кукле Барби.

- Девушка, а где Зина?

- Зинаида Васильевна уехала в отпуск... - ответила «Барби», хлопая мощными ресницами.

«Странно, почему же тогда Зина не позвонила, не сказала мне, что собирается уезжать? Может, Виталик в курсе событий...»

Путейцы как раз подвезли на тележке к электричке свои лопаты, ломы и прочий несложный инструмент для погрузки в вагон, но среди обилия ярких оранжевых жилетов Виталия видно не было.

- Ребята, а где Виталий?

- Не будет его... - не сразу прозвучал ответ.

- А завтра?

- И завтра тоже... - ответили также через паузу.

- Он что, заболел?

- Слушай, любопытный, а не много ли задаёшь вопросов? Ты кто, его друг?.. - на Виктора надвигался мрачного вида путеец, с явно недобрыми намерениями. Поляков хотел подвинуться, но только сейчас заметил, что двигаться-то некуда: совершенно неожиданно он оказался в центре кружка, образованного крепкими людьми в сигнальных жилетах.

- Нет, я с ним недавно познакомился... А что с ним случилось?

- Это мы сейчас у тебя узнаем... Виталий - твоя работа? Ты его «спалил»?! - круг мужских фигур сузился до минимума.

- Не понял... - растерянно произнёс Виктор, действительно не понимая вопроса.

- А сейчас поймёшь! - Ощутимый тычок кулаком в бок заявил о серьёзности намерений окружающих.

- Ребята! Давайте жить дружно! - Поляков, желая уйти от назревавшего конфликта, громко озвучил фразу из детского мультика.

- Мужики, это - он? - громким басом прозвучал вопрос, и тут же тяжёлая, как железная, рука схватила Виктора сзади за воротник куртки, развернув на сто восемьдесят градусов. Человек-великан держал его одной рукой, как котёнка, а второй отводил плечо для размаха.

- Мужики! Вы чего?! Ни с кем меня не спутали?.. - беспомощно озираясь, безуспешно пытаясь понять ситуацию, воскликнул Поляков. Но у всех окруживших его железнодорожников были искажённые неприязнью лица, ни тени сочувствия.

«Во попал! Путейцы - народ крепкий, накостыляют, мало не покажется... Знать бы хоть, за что?!»

Прямо над головой раздался пронзительный свисток электрички.

- Михалыч! - крикнул один из путейцев в кабину машинисту. - Подожди всего пару минут! Мы тут с одним сейчас разберёмся...

- Чего удумали... - сердито проворчал пожилой машинист, высовываясь из окна электровоза. - Вы что, мужики, совсем сбрендили? График у меня! Кончайте ваши детские разборки, а то пойдёте пешком!

- Ладно! Может, и не он это... — примирительно заговорили путейцы и, сразу потеряв интерес к персоне Виктора, послушно полезли в вагон.

«Что это было?.. - вопрошал сам себя доморощенный сыщик, глядя вслед удаляющейся электричке. - Ведь был реальный шанс «схлопотать» по полной программе... Только вот за чьи грехи?..»

Расстроенным вернулся Поляков в дом деда. Хотелось с кем-то поделиться, облегчить себе душу. Но Кузьмич ему в этом деле совсем не помощник. Его постоялец взял себе за правило щадить здоровье старика, перенёсшего два инфаркта, и приносить Веселову только положительные вести. Поэтому он не стал рассказывать о своей непонятной встрече с агрессивными работниками пути, чуть не закончившейся банальным избиением.

«Может, всё же обратиться к Авдееву? Так хотелось бы проконсультироваться у знающего специалиста... Несмотря на его непонятный характер, тот мог бы что-то прояснить, посоветовать. Конечно, если захочет. Ведь постарался: нашёл, вернул ноутбук деду...»

Отпуск Полякова - всего-то четыре неполные недели - подходил к концу. Скоро на работу, пора ехать обратно. Отпускник просматривал записи в своей записной книжке, фотографии и отснятые документы на карте памяти. Размышлял, делал прогнозы, анализировал свои поступки за время пребывания в Степаногорске.

Получалось, что вроде бы и сделано немало. Найдена сумка с вещами Сергея, обнаружились свидетели, подтверждающие фальсификацию смерти от наезда электропоезда. С новыми находками и с опросом свидетелей у Виктора тоже появилась уверенность, что Сергей погиб иначе, совсем не так, как это отмечено в официальных документах о его смерти. Но вот как этот факт грамотно доказать? Как найти ту отправную точку, чтобы заставить весь сложный судебный механизм вновь заработать по старому делу с единственной целью, которой, по идее, и должны служить все работники Фемиды, - установления истины?.. Как всё вначале казалось просто! И как всё осложнилось в последние дни...

«А всё-таки непростая работа у сыщиков! Порой кажется, что всё предельно ясно. Ещё чуть-чуть - и познаешь суть проблемы, мотивы преступления, а там и сам преступник обозначится... Ан нет: не ухватишь, как вода меж пальчиков!»

Все новые каналы информации у Полякова, скорее, даже не каналы, а тонкие ниточки-источники, вдруг обрывались, терялись, исчезали самым странным образом. Появлялись непонятные, подозрительные нестыковки, словно какая-то злая сила регулярно оказывала противодействие в поисках истинной причины смерти Сергея...

Так, например, совершенно неожиданно, даже не предупредив, уехала в отпуск проводница Зинаида, свидетельница наезда. Вроде порядочная и ответственная женщина, остро чувствующая несправедливость... А пропала из поля зрения! Непонятно куда исчез железнодорожник Виталий, из-за кото-

рого Полякова чуть не побили его коллеги-путейцы. Ещё ранее потерялся, по крайней мере, уехал из города, Толик, прежний машинист электрички, переехавшей уже мёртвое тело Сергея Веселова. Теперь вот странная смерть подозреваемого в краже ноутбука и свитеров Рябого... Будто очень изобретательная и умелая рука какого-то теневого режиссёра не давала возможности Виктору собрать все пазлы в единую картину, мешала выстроить логическую цепочку событий и фактов.

«А тут ещё явно заказное, хорошо подготовленное покушение на директора Одинцова, грамотно спланированный пожар, жертвой которого чуть не стал и я сам... Всё тут как-то уж очень запутано, - невольно вздохнул доморощенный дознаватель. - Но и останавливаться на полпути нельзя! Надо что-то делать...»

И Поляков надолго засел за столом, периодически потирая лоб от сильного умственного напряжения и что-то старательно записывая на бумажных страницах. Иногда он зачёркивал записи, рвал бумагу, но занятие своё не бросал. Наконец закончил работу: весь результат долгого писания смог уместиться на одном листочке.

- Илья Кузьмич, иди, послушай! Вот какая получилась бумага... - начал читать Виктор свои черновые наброски. - «В народный суд города Степаногорска от Веселова Ильи Кузьмича, проживающего... твой адрес, данные паспорта... заявление.

Второго апреля с. г. на 1915-м километре железной дороги, на перегоне Степаногорск - Ручьевая произошёл наезд электрички на моего сына, Веселова Сергея Ильича, жителя города Степаногорска. Экспертиза признала виновность в случившемся самого пострадавшего гражданина.

Однако проведённой экспертизой не были учтены весьма существенные обстоятельства, а именно: погибший гражданин Веселов был положен на рельсы уже без признаков жизни, то есть мёртвым! Письменные и устные показания многочисленных свидетелей происшествия приняты во внимание не были и к делу не приобщены (копии заявлений некоторых свидетелей прилагаются повторно). Истинная причина смерти упомянутого гражданина Веселова не расследована и, скорее всего, носит криминальный характер.

В связи с неполнотой принятых к сведению фактов и свидетельских показаний, что привело к неверному установлению обстоятельств, имеющих существенное значение, упомянутая экспертиза сделала выводы, противоречащие другим доказательствам по данному делу.

На основании изложенного, с целью установления истины прошу Вас возобновить производство дела по факту смерти моего сына Веселова Сергея Ильича и назначить повторную экспертизу с другим составом экспертов, для чего провести эксгумацию его тела. Дата... Подпись... Веселов Илья Кузьмич... Приложение:

- свидетельские показания проводника Смирновой Зинаиды Васильевны на двух листах в одном экземпляре;

- свидетельские показания (копия) машиниста Красько Анатолия Павловича на трех листах в одном экземпляре;

- электронный носитель (флеш-карта) с фотоматериалами и комментариями к ним по делу о смерти гражданина Веселова Сергея Ильича, с аудиозаписью свидетеля по делу, железнодорожного рабочего Суркова Виталия Афанасьевича -одна шт. в одном экз.».

Бывший опер Ефимов

Чёрный «лексус» медленно ехал по Лесной улице, как будто водитель приглядывался по сторонам, отыскивая в буйной зелени палисадников нужный номер дома. Поравнявшись с калиткой усадьбы Ильи Кузьмича, автомобиль остановился.

- Никак сам Василий Одинцов пожаловал... - удивился Виктор, рассмотрев в окно знакомую фирменную галочку на радиаторе и государственный номер авто. Но из шикарной чёрной иномарки вышел не директор завода, а начальник его охраны Борис Ефимов.

- Прислал меня шеф... - поздоровавшись, сказал вошедший. - У него совещание с партнёрами, сам не сможет вырваться. Сказал: езжай, познакомься с Ильёй Кузьмином! Окажи помощь, если требуется... Ведь ты же, Виктор. скоро уедешь домой! Так что самое время не торопясь пообщаться.

Мужчины поговорили о текущих вещах, посмеялись, вспомнив прошедший «мальчишник» на даче Одинцова.

- Покурить бы! - неожиданно подмигнул охранник Полякову. - Давай выйдем...

Они вышли из хаты на крыльцо. Борис закурил, на минуту задумался.

- Вить, скажи, какая помощь нужна Кузьмичу?

- Никакая, пока я тут... Вот уеду, навещайте его. Не дайте старика никому обидеть!

- Ну, это само собой! У меня, Виктор, есть для тебя приватная информация, - Ефимов оглянулся и, понизив голос, продолжил: - Совсем не факт, что сгоревшая баня - покушение на моего директора...

- Это почему же? Ошибка заказчика?

- Нет... Тут всё верно! Было действительно совершено покушение... - Борис сделал паузу, снова бросил свой пронзительный взгляд на собеседника. — А покушение-то было на тебя!

- Да ты что?! - Виктор так и присел на скамью от неожиданности. При всех своих неординарных суждениях и предположениях эта версия никак не проникала в его насыщенную фантазиями голову. - С чего это ты взял? Кому я нужен - отпускник, приехавший отдохнуть всего на пару недель?..

- Представь себе: прибыл свежий человек, проявил опасное рвение, оперативно обнаружил нежелательные находки, стал действовать на нервы определённым ответственным работникам, обещая собрать материал для повторной экспертизы... А может, ты со спецзаданием прибыл, а отпуск слесаря сборочного цеха - это только легенда, прикрытие?..

- Нет, конечно! Да я же только с майором Авдеевым и общался...

- Не только... Забыл, как дежурному полиции по памяти цитировал статьи Уголовного кодекса?

- Ты и это знаешь... Откуда? - как много, оказалось, знал Ефимов о Викторе.

- Не удивляйся, профессия обязывает. Особенно после пожара! Ты же новый человек среди друзей моего шефа, и я обязан был проверить, навести справки...

- Тогда понятно...

- Своим знанием процессуальных законов ты шокировал местных «чиновников при исполнении» и, как в гоголевском «Ревизоре», поставил «на уши» всё отделение полиции. А не считаешь, что эта юридическая осведомлённость и послужила мотивом для противодействия?

- Противодействия кого?..

- Органов полиции! - сказал Ефимов. Но, подумав, добавил: - Впрочем, и местной мафии тоже...

- Мафии? А разве таковая у нас существует? Я думал, где-то в Италии... - искренне удивился Виктор второй половине ответа.

- Ну, если это слово режет слух, назови по-другому... Организованная преступная группировка, коррупционный союз... Суть не изменится: криминал останется криминалом! Вон - контейнеры на железке грабят, а виновных нет! Кстати, Вить, гуляя по городу, ты ничего странного не замечал?

- Замечал... Похоже, следили за мной, - Поляков вспомнил неприметного мужчину в магазине электроники. - Но я так и не понял, откуда «ветер дует».

- Молодец, что просёк! Да, «пасли» тебя... И вот что скажу: будь осмотрителен, на провокации не поддавайся и не геройствуй! Как говорится, лучше синица в руке, чем утка под кроватью.

- Считаешь, Авдеев тоже причастен?

- Не исключено. ..Но я этого пока не говорил. Хотя на практике редко кому удаётся, работая постоянно с изгоями общества, бандитами и прочей грязью, остаться чистым, ни в чём не запачкаться. Надо проверять все наиболее вероятные версии. Давай обратимся к фактам! А, судя по всему, получается, что известный нам Валентин Владимирович - это единственный, кто был в курсе всех твоих намерений и даже планов расследования. К тому же он уже пытался сбить тебя с толку, создать условия для скорого отъезда... Подтверждаешь подобный факт?

- Ну, определённое давление было...

- А когда попытки напугать приезжего не увенчались успехом, заинтересованные люди пошли на крайность, действуя по отработанному принципу: нет человека, нет проблемы... Так что пока не будем его тоже сбрасывать со счетов.

- Так... - вдруг осенило Полякова. - Если Авдеев в теме, то проясняется причина кражи свитеров!

- Ну-ну, развивай мысль! Не останавливайся... - подбодрил Борис Виктора.

- Он знал, что я нашёл свитер Сергея с пятнами крови. Просил принести найденную вещь в отдел... Но свитер я оставил на чердаке дома, в полицию не принёс! Потом последовала кража: именно два Серёжиных свитера и ноутбук. Но похищенные свитера были не те, другие, без кровавых пятен... То есть похититель промахнулся, он не знал, какой именно свитер является уликой и где он лежит!

- Выходит, ноутбук был взят для «отмазки»?

- Не только: были также похищены все имеющиеся диски и флешки... Значит, кто-то поинтересовался и тем, чем мы с Кузь-мичом «дышим»: какой материал скачиваем с интернета, к чему готовимся. Ноутбук вернулся, опять же. через Авдеева, но уже без флешек, без дисков и с частично стёртой памятью - на этот факт стоит обратить внимание! - именно той, которая имела отношение к убийству Сергея... Кстати, вора так и не нашли.

- Спасибо, Виктор! Ты мне здорово помог! - Ефимов от удовольствия потёр руки, обычно холодные глаза его вдруг загорелись внутренним светом. - Как говорил Остап Бендер, лёд тронулся!

- Это ты. наверное, о странном пожаре?

- Да! - редкая улыбка посетила лицо Бориса, сделала его добрее и привлекательнее. - Правда, задуманное убийство сорвалось, но ведь совершенно случайно! Просматривается след профессионалов... Смотри, как всё продумано: даже в случае признания покушения таковым выплыла бы доминирующей версия о происках конкурентов успешного директора-предпринимателя Одинцова, а не тебя: ты здесь случайно! Мол, мотивы чисто коммерческие... И. скорее всего, жертвы пожара опять бы квалифицировались как погибшие по неосторожности, от несчастного случая. Видимо, подобным образом злоумышленники поступили в своё время с Сергеем Веселовым, по которому ты и собираешь материал...

- Да... - покачал головой Виктор. - В логике тебе не откажешь. .. Борис! Неужели ты серьёзно думаешь, что я «засланный казачок» и работаю под прикрытием?

- Ну, я-то теперь уже знаю, что ты просто отпускник. Но вот остальные в этом могут сомневаться. А теперь скажи: вот ты скоро уедешь... И что дальше? - теперь уже острый, немигающий взгляд опять буравил Полякова. - Оставишь деда наедине со своими проблемами?

- Уеду... Но - не оставлю! Вот, почитай... - в доказательство своих слов Виктор достал из кармана сложенный вчетверо черновик заявления, который он совсем недавно зачитывал Илье Кузьмичу.

- М-да... Впечатляет! - ознакомившись с бумагой, с удовлетворением заключил Ефимов. Его лицо опять слегка размякло, как от доброй вести. - Это же совсем другое дело. Уважаю целеустремлённых и последовательных людей! Я хоть и не «из вашей песочницы», то есть не ваш одноклассник, но принял близко к сердцу тогда, на даче, твой рассказ о попранной справедливости...

- Спасибо...

- А ты представляешь, что будет, если дойдёшь с этой бумагой до логического завершения? - оживился Борис. - Не представляешь... Придётся определённым органам дело о несчастном случае на железной дороге переквалифицировать в преднамеренное убийство со всеми вытекающими и отягчающими... Это - бомба! Какое громкое, резонансное дело будет для нашего провинциального городка! Наедут комиссии, полетят к чертям собачьим звания и должности полицейских чинов...

- Да я не из-за этого... А чтобы найти убийцу, вернуть честное имя Серёжки!

- Понимаю тебя! Но одно другому никак не мешает. Я ведь Сергея Веселова тоже хорошо знал! Даже ходил болеть за него, когда он выступал в нашем городе на соревнованиях. Честный, порядочный, открытый парень... И я очень хочу, чтобы были наказаны и бандиты, и те, кто их прикрывает! - охранник, что-то вспомнив, с беспокойством взглянул на часы. — Вот что: мне сейчас надо срочно отлучиться - встреча назначена! Только ты меня дождись, не исчезай - мы ведь ещё не договорили...

- Хорошо, езжай!

Борис уехал, а Поляков прошёл в дом и ещё долго ходил по комнате из угла в угол, вспоминая минувший разговор и строя новые версии событий.

Спустя пару часов чёрный «лексус» снова остановился перед домом Веселова. Виктор поспешил встретить возбуждённого Ефимова на крыльце.

- Я со станции! И кое-что «нарыл»... - Борис закурил, с удовольствием затянувшись сигаретным дымом.

- Давай скорей рассказывай...

- Сначала вот что скажу: не обижайся, что «наезжал» на тебя! Это чтобы понять серьёзность намерений... Извини! Была маленькая проверка «на вшивость». У нас тут уже были заезжие «варяги», которые много чего обещали, но как уехали, так всё и забылось. Из-за них местные ребята пострадали, некоторые лишились работы. А городок наш небольшой, прозрачный, с трудоустройством крайне плохо - на себе испытал... Я не хочу, чтобы подобная ситуация повторилась. Потому и задавал тебе неудобные вопросы... Ладно, проехали! Так вот, я пообщался кое с кем из осведомителей...

- Так ты же в органах не работаешь...

- Не работаю... Но, знаешь ли, бывших оперов не бывает... «Контакты» остались! Кстати, ты говорил, что тебе звонят с закрытого номера телефона и молчат...

- Ну да... И что?

- Попросил ребят из ментовки пробить твой вопрос, и результат получился весьма интересный... - Ефимов многозначительно посмотрел на Полякова.

- И кто же мне звонит?

- Мне тоже не сказали - этот номер в «списке неприкасаемых» ...

- Что за список?

- То есть телефон засекречен спецслужбой! - выдержав паузу, ответил Ефимов. - Этот факт говорит о многом... Значит, ты - «под прицелом»! А дома, у себя в городе, ты не «наследил», не натворил чего противоправного?

- Никак нет... «Не имею, не состоял, не привлекался...»

- Секретности по работе у тебя нет?

- Конечно, нет. Я же простой слесарь...

- Тогда не знаю... Нужно подумать, кому ты помешал. Похоже, тут участвуют крупные фигуры... В общем, «мотай на ус»: и на железке поднялся «шорох», запаниковал преступный элемент! Твою знакомую, проводницу Зину Смирнову, срочно отправили в отпуск. Весьма редкий случай: железнодорожный профсоюз выделил «горящую» путёвку в престижный санаторий в самый курортный сезон - не начальнику, а обычному проводнику! - поощрили... На самом деле от неё просто на время избавились: слишком говорливая! Опасались. как бы чего лишнего не сболтнула на ревизорской проверке, которая случится на днях...

- Так вот почему её нет... - невольно произнёс Виктор, получив ответа на свой незаданный вопрос. - А про Виталика не знаешь?

- Знаю... В КПЗ он! Там дела хуже: наркоту у него нашли.

срок светит...

- Непохож Виталька на наркомана!

- Ну, «наркошу» не всегда узнаешь по внешнему виду... Но тут я с тобой согласен: Виталий - не наркоман и не распространитель этой гадости!

- Как же такое с ним случилось?

- Скорее, по наводке - уж слишком чётко сработали органы! Остановили путейский автобус на дороге и с конкретными вопросами только к одному Виталику: попросили выложить всё из карманов... Он и выложил! В том числе и пакетик с белым порошком... Думаю, «классика жанра»: компромат ему подбросили.

- И там его отпечатки?..

- А как же иначе? Он же сам всё из своего кармана вытаскивал...

- Понятно...

- Я тут долго прикидывал, анализировал... И понял одно: кто-то из главных фигур явно занервничал, стал убирать свидетелей, которые прямо или косвенно имели отношение к происшествию на железке. А по Виталику так оперативно сработали, как будто это их «домашняя заготовка»: и «палку» в отчётности заработали, и распространителя наркоты без проблем взяли...

- Теперь я понял, за что на меня путейцы налетели... Из-за Виталия!

- Ну да! Им кто-то подсказал, что он с тобой накануне общался... Перед тем как у него изъяли наркотики.

- Так я же его ребятам об этом сам и говорил...

- Ну, вот видишь: всё складывается! Правда, ты-то тогда ещё не знал, что Виталий уже под следствием...

«Наконец-то многое выяснилось! Спасибо Борису! Если бы меня даже избили на вокзале, то об истинной причине я бы так и не догадался... - Виктор был очень рад визиту Ефимова и благодарен ему за неожиданную помощь, за его вполне жизнеспособные версии, объясняющие странности ситуации. - Теперь понятно, почему у путейцев были такие озлобленные лица: они решили, что это с моей подачи у Виталика появился криминальный пакетик...»

- Ну что ж... Бумага у тебя серьёзная, доведи её до ума... -Борис вернулся к написанному заявлению. - Было бы нелишним отослать её копию ещё и прокурору. Но здесь отправлять не советую, тут всё «схвачено»: раз ты «под колпаком», то заявление может не дойти до адресата. Отправь из своего города! Не электронной почтой, а лучше ценной или заказной корреспонденцией, с уведомлением о вручении.

- Хорошо, так и сделаю.

- И ещё хочу сказать: насчёт эксгумации... Это вопрос сложный... Но без неё невозможно установить истинную причину смерти Веселова. Вижу, что отец Сергея не против и, насколько я понял из твоей бумаги, как раз на ней настаивает?

- Да, всё верно.

- Это уже хорошо! Тогда остаются только бюрократические и временные трудности.

- А какие «временные»?

- В любом случае могилы для повторной экспертизы вскрывают только по разрешению прокуратуры. Причём не раньше года после захоронения. За этот период завершается процесс гниения и трупный запах исчезает...

- Я и не знал таких тонкостей... - в очередной раз удивился Поляков.

- Так ты же не касался таких вопросов. Вить, а ты тогда, за шашлыками, сетовал, что зря с родного города уехал... Помнишь?

-Да помню я...

- Ну так вот, передаю наказ шефа: когда окончательно «созреешь» для переезда обратно в наш город, позвони - подыщем для тебя работу...

- Спасибо! Я подумаю... - виновато улыбнувшись, ответил Поляков: «Такой пустяк во время пьяного застолья, а Вася запомнил, принял к сведению и сделал далеко идущие выводы...»

- Вообще-то я думаю, что тебя на заседание суда вызовут, как свидетеля по делу. Так что в любом случае увидимся. Буду рад ещё раз с тобой встретиться!

...Перед отъездом Поляков провёл генеральную уборку во всём доме. Воспользовавшись отсутствием хозяина - тот пошёл к соседу обсудить международное положение, а это быстро не бывает, — постоялец прошёлся с веником и совком по всем комнатам, а затем сделал и влажную уборку. На заключительной стадии этого мероприятия его и застал Кузьмич.

- Витюша... - растерянно произнёс старик, поражаясь необычной чистотой своих комнат. - А ты зачем это?.. Я и сам могу...

- Знаю, что можешь... - согласился Виктор, ловко управляясь с тряпкой. - Раз ты с меня денег не берёшь, считай, это отработка за проживание. Надеюсь, будешь вспоминать своего жильца добрым словом.

- Конечно же, добрым... Знаешь, Вить! Жениться тебе пора, - после некоторого молчания огорошил постояльца Веселов неожиданным заявлением.

- Это с какой стати? - чуть не уронил тряпку Поляков.

- Эх, Витюша... Ты эвон какой хозяйственный, домовитый... На земле работать умеешь, проблем не боишься, хорошо готовишь. Любое дело в твоих руках горит, потому что душу вкладываешь...

- Не созрел я ещё, Илья Кузьмич, для женитьбы... - с кислой улыбкой отвечал Виктор: не рассказывать же деду грустную историю о неудавшейся попытке семейной жизни с Галей. Что теперь, обжёгшись, он просто избегает женщин... - У меня как в песне: «Институт закончи, а потом женись...» А я в вуз ещё только думаю поступать...

- Ишь, «как в песне...» - хитро улыбнулся Веселов. - А ты думаешь, я не помню, что эта песня закончилась для её героя плохо: он всё откладывал женитьбу и в результате так и остался без невесты... Это ты зря! Неужто так всю жизнь и проживёшь бобылём? Ведь Богом завещано: живите и размножайтесь...

На этот аргумент возразить было нечего, и Виктор промолчал. Почему-то вспомнилась ему Танюша на вечере выпускников: необыкновенно красивая, в великолепном белом платье, как невеста...

- Ну, вот и всё! Собрался... Спасибо за приют, Илья Кузьмич! Честно скажу: мне было очень хорошо у тебя в доме, вспомнилось детство...

Веселов-старший скромно стоял у порога комнаты, грустно наблюдая, как надевает на плечи свой небольшой рюкзачок его постоялец.

- Эх, Витюша... Я сам к тебе привык. Как к сыну... Не забывай, звони!

В чувственном порыве Илья Кузьмич обнял Виктора, тот ответил тем же.

- Вот что, пока не забыл... - Кузьмич отстранился от Полякова, подошёл к компьютерному столику. Он отключил провода от розеток, намотал их на ноутбук.

- На вот, возьми прибор Серёжи... - он протянул электронику отъезжающему. Увидев протест на лице Виктора, с жаром воскликнул: - Возьми, не обижай старика! Я всё равно им не пользуюсь! А тебе он для дела пригодится - для нашего общего дела...

За окном просигналила подъехавшая машина.

- Это Юра Темчук! Он меня на вокзал подбросит, - Поляков ещё раз обнял старика. - Кузьмич! Спасибо тебе! И главное - береги себя!..

Странные, можно сказать, противоречивые чувства боролись в душе Виктора. Он, как всегда, попытался и этот короткий отрезок жизни, проведённый в родном городке, привычно проанализировать. Но на сей раз разложить всё «по полочкам» никак не получалось. Да, прошедший отпуск получился очень насыщенным, Поляков встретился и хорошо провёл время отдыха с некоторыми друзьями детства... Однако попытка полностью воскресить, вернуть прошлое не удалась: лучшего друга Сергея больше нет, половина одноклассников давно покинула родной город и не думает, хотя бы на время, вернуться в «родные пенаты». Уехала, пропала из поля зрения замечательная девушка Танюша... И никто, никто не знает, где она, что с ней... Живёт в радости или бедствует, счастлива или нет?

Здесь, на своей малой родине, Поляков начал самостоятельное расследование обстоятельств смерти школьного друга. Раньше он наивно полагал, что чем больше уделять времени и внимания любому новому, пусть даже очень сложному, вопросу, тем скорее будет положительный результат. Однако чем глубже неутомимый энтузиаст влезал в процесс расследования, тем более разочарованным становился. Чем больше проявлялось деталей и новых фактов, тем становилось сложнее: количество странностей всё увеличивалось, вопросов без ответа становилось всё больше. Что и говорить, Виктор, конечно же, понимал, что для такого серьёзного дела его «подготовки», основанной только на детективных романах и телевизионных боевиках, совершенно недостаточно. Явно не хватало знаний. И опыта. Опыт - естественно, дело наживное. Но вот как быть без профессиональных знаний?.. Ведь при их отсутствии неизбежны ошибки. А ошибки в следственных делах могут иметь тяжкие последствия для людей, даже абсолютно невиновных и непричастных к преступлению. И к этому вопросу необходимо относиться серьёзно.

«В годы первых пятилеток в Стране Советов присутствовал сталинский лозунг: «Кадры решают всё!». Именно это решение обеспечило молодому государству мощный экономический скачок вперёд, - размышлял Виктор. - Так, может, и мне перестать крутить гайки и заняться учёбой? Ведь хотел, даже пытался поступить когда-то давно, сразу после окончания школы, на юридический факультет... Правда, безуспешно! И судьба сложилась так, что приходится трудиться по технической части. А может, попробовать изменить судьбу? Бросить всё, заняться только учёбой... А на что жить: на одну стипендию, на пенсию родителей? Это молодому и здоровому мужику? Нет, такой вариант не годится! Лучше так: можно и работать, и поступить учиться на заочное отделение того же юридического...»

Да, есть и на заводе, где слесарит Виктор, люди, которые и работают, и учатся заочно. Более того, у него свеж в памяти ещё один, более показательный и яркий, домашний пример. Его мама, проработав лет пятнадцать рядовым продавцом магазина, подала документы в финансовый институт на заочное отделение. Училась она долго, с перерывами по разным причинам, но высшее образование всё же получила. Не побоялась перемен, сменила профессию уже в «бальзаковском возрасте» и остаток трудовых лет до самой пенсии работала экономистом.

«Наверное, гены сказываются...» - размышлял Поляков, всерьёз продумывая варианты о поступлении в институт на заочное отделение.

Лейтенант Хромов

Интересная штука жизнь: идёт как-то непредсказуемо, волнообразно. То замаячат яркие радужные горизонты, и душа поёт, глядя издали на эти прекрасные перспективы. Но когда к ним подступишься вплотную, радужность растворяется, и действительность оказывается много прозаичнее, чем казалась раньше... Почему так?

Лейтенант полиции Егор Хромов весьма обрадовался его переводу в ССБ - Службу собственной безопасности. Работа специфическая, особенная, и внеочередное звание светит -должность-то капитанская! И как все полицейские чины боятся попасть под внимание этого отдела... Боятся, значит, уважают! Тогда будут уважать и его, лейтенанта Хромова. Даже несмотря на скромные звёздочки на погонах.

И вот он сидит, работает в кабинете этой самой Службы: утвердили, перевод состоялся! Но обещанное звание по не вполне понятным причинам задерживается. Наверно, «замылили»... И работы - море! Завалил начальник отдела нового сотрудника разбором бумаг, оставшихся от предшественника. Ни минуты продыху, контролирует регулярно!

«Опять же, супруга Ольга постоянно пилит: мол, с переводом на новое место службы обещал приносить получку значительно больше... Как будто это от меня зависит!»

Вспомнив про свою капризную спутницу жизни, которой всегда не хватает денег, Егор нахмурился и, в раздражении отложив недоделанный отчёт, тяжело вздохнул.

«И куда же исчез этот самый мой предшественник? Начальник сказал, что капитан уехал в длительную командировку. Но почему его тогда вывели из штата отдела? Хотя злые языки поговаривают, что дело совсем в другом: попался прежний сотрудник на крупной взятке и сидит под следствием за решёткой: то ли не поделился с нужными людьми, то ли запросил чересчур много... - задумался Хромов. - Узнать бы конкретно, на чём погорел, вдруг самому пригодится...»

Зазвонил телефон, лейтенант снял трубку.

- Алло... - вяло, безо всякого интереса сказал он.

- Здравствуйте, гражданин начальник! - эмоционально прозвучал хриплый голос в трубке.

- Здравствуйте...

- Я туда попал? Звоню в службу безопасности...

- Верно, туда... Слушаю вас.

- Тут такое дело... - замялся звонивший.

- А вы кто? Назовите себя!

Короткие гудки сообщили о прерывании телефонного разговора.

- Не очень-то и хотелось... - усмехнулся офицер, кладя трубку на аппарат.

- Кто звонил? - спросил вошедший майор Васильев, непосредственный начальник Хромова.

- Не знаю, товарищ майор, не представился... - пожал плечами новичок. - Уже второй раз звонит и бросает трубку... Придурок какой-то!

- А ну-ка об этом подробнее! - приказал Васильев, заинтересовавшись анонимным звонком.

И Хромову пришлось рассказать в деталях о его разговоре с неизвестным.

Майор задумался, потом сделал «оттяжку» подчинённому:

- Вот что, лейтенант: ты тут не расслабляйся! У нас случайных звонков не бывает! Забыл, в каком отделе работаешь? Твой серьёзный «минус» - не надо было так резко требовать обозначиться звонившего... Разве тебя не учили? Надо сначала его разговорить! «Гражданин начальник...» Скорее всего, это наш «пассажир», побывавший в местах не столь отдалённых... А ты его спугнул! Наверное, у него были мотивы - ведь сам говоришь, звонит-то уже второй раз! Номер по АОН определился?

- Я ещё не смотрел...

- Та-ак... А почему сидим? Может, это нашу службу проверяют: как мы реагируем на входящие звонки, как работаем с населением... Тогда мне как начальнику отдела, конечно, «выпишут награду»! Но я ею обязательно поделюсь с тобой! Всё понял?

- Так точно, понял!

- Так-то! Работай! - и майор с кислой миной на лице покинул кабинет.

«Вот она, служба! Только что было всё относительно спокойно, и вдруг откуда ни возьмись «пилюля»! Действительно неисповедимы пути начальства...» — засуетился расстроенный Хромов.

Звонок на телефонную станцию не сильно прояснил ситуацию, хотя ответили быстро. Связисты сообщили, что неизвестный звонил из телефона-автомата, установленного у главного входа на городской рынок.

«Опять облом! Рынок - самое многолюдное место в городе! Попробуй найди там свидетелей, могущих вспомнить звонившего из таксофона человека - гиблое дело...» - огорчился полицейский.

Его грустные рассуждения прервал очередной телефонный звонок. Хрипловатый мужской голос, ставший уже знакомым, встревожено произнёс:

- Гражданин начальник! Снова я... Как мне по-быстрому оформить явку с повинной?..

.. .Всё же есть и в серых милицейских буднях светлые полосы. Ведь только что. всего полчаса назад, лейтенант попал под «раздачу» начальника, а тут: вот оно, везение! Теперь-то уж точно следователь Хромов будет реабилитирован и, несомненно, его авторитет вырастет в глазах начальника отдела. И очень может быть, быстрей добавится очередная звёздочка - старший лейтенант! Неплохое карьерное начало для новичка ССБ!

«Нет, не только старший, для многих я буду просто «страшный лейтенант»... — довольный Хромов, вальяжно развалившись, сидел за столом в кресле начальника отдела. Несвойственную рядовым сотрудникам позу ему позволяло принять стечение сразу трёх обстоятельств: гражданская одежда, не определяющая его звания, отсутствие на месте начальника и присутствие на допросе «взятого» Егором преступника.

Ну, пусть не взятого, а добровольно сдавшегося и пишущего в данный момент явку с повинной... Но: при непосредственном участии сотрудника Службы собственной безопасности! И этим сотрудником являлся человек в штатском, Егор Хромов...

Именно ему сдался преступник, рецидивист Студень. А это дорогого стоит! Такое простое, но не частое и горячо любимое всеми следственными работниками действо, как явка с повинной, можно представить и в более выгодном свете: «Лейтенантом Хромовым была проведена довольно сложная и кропотливая работа психологического плана по склонению фигуранта к раскаянию, к добровольному отказу от преступной деятельности и чистосердечному признанию в нарушении закона...».

О причине такой странности — чего ради сдался закоренелый ворюга! — Егор не заморачивался: наверное, просто устал бегать от полиции. Или разборки среди своих - где-то «не вписался» в нужную тему... Раз сам сдался - его проблемы! Пусть такими нюансами занимается майор Васильев. А призвание Хромова совсем в другом - изобличать и ловить преступников. И он уже открыл счёт своим победам!

Хромов, как и положено, ознакомил задержанного с некоторыми статьями законодательства, предупредил о даче ложных показаний.

Студень, он же Михаил Холодцов, сидел на стуле перед вальяжным оперативником и смотрел на последнего с некоторым недоверием: «Мелковат что-то начальник: слишком молод, хоть и пыжится...».

Человек бывалый, прошедший лагерную школу, он не торопился «слить» имеющуюся информацию первому встреченному работнику, опасаясь, что потом и его «сольют» - за ненадобностью. Свою осведомлённость о правонарушениях полицейских Студень обозначил лишь намёками: в общем виде, не называя ни дат, ни фамилий. Нет, он совсем не против всё рассказать, но дать конкретные показания сможет лишь позже.

«И лучше начальнику, чей авторитет и права в этой конторе ценятся гораздо выше, чем молодого сотрудника... -свои умозаключения гражданин Холодцов, естественно, не озвучил. - Какой-то зелёный, не иначе как временно исполняющий. Эти самые вредные: шороху много, а толку чуть... Только выпендриваются! Замутят дело, а сами - без обязательств.. . А мне нужны гарантии, что и в случае, когда запас информации истощится, органы окажут заявителю, то есть мне, необходимую помощь: не дадут убить ни подельникам, ни продажным полицейским. Должна же и в этом богом забытом городке работать защита свидетелей! Нужно тянуть время, «держать базар», пока не придёт настоящий начальник. Поторговаться с ним и... пойти на сделку со следствием! А дальше как карта ляжет...»

- Зови начальника! С ним говорить буду! - сразу решил взять «быка за рога» Михаил.

- А министра внутренних дел не надо? Пока шефа нет, я -твой начальник! Чего звонил, почему именно нашей службе решил сдаться?

- Если заговорю, меня пришьют...

-Кто?

- Мне-то какая разница: всё равно амба! Или наши, или ваши...

- Так что: будем говорить или загадки загадывать? - чувствуя, что задержанный уходит от конкретного ответа, спросил Хромов, теряя терпение.

- Да вот я и говорю... - продолжил морочить Холодцов опера, впрочем, понимая, что это долго продолжаться не может: «Хоть и молодой, а «кружева» плести умеет...»

- Или рассказывай, или выгоню! - послушав пару минут бессодержательную болтовню, начал сердиться Егор.

- Гражданин начальник! - огорчать молодого работника совсем не входило в планы Студня. - Я же не деляга сушёный! Вы сначала моё дело посмотрите...

- Учить меня не надо, что мне делать!.. Сам знаю! - взбеленился Хромов, но всё-таки позвонил куда надо.

Вскоре из картотеки отдела угрозыска принесли досье на гражданина Холодцова Михаила Игнатьевича - кто ж посмеет отказать новому особисту! И вот нужная папка уже лежит на столе. Вроде пустяк, а как приятно! Зауважали... И теперь лейтенант, листая досье и наблюдая, как потеет его подопечный над признательными показаниями, наслаждался своим триумфом.

- Гражданин начальник, а сколько мне дадут?.. - обратился к нему взмокший от писательских трудов Студень.

- Это суд решит... - равнодушно прозвучал традиционный ответ. - А ты пиши: больше напишешь, меньше дадут! И не забудь про меня, напиши: мол, осознал, раскаялся в содеянном - под воздействием беседы с сотрудником отдела Хромовым...

- Так тогда же не будет добровольно...

- Будет! Пиши, Миша...

Ещё по молодости Студень был отпетым хулиганом и успел отметиться в местах не столь отдалённых. Сначала за драку попал в «малолетку», но, выйдя оттуда, на свободе надолго не задержался. Будучи причастным к разбойному нападению, получил ещё пару лет, уже в колонии усиленного режима. После отсидки на работу так и не устроился, но ведь жил на что-то... Имел привод в полицию, опять попал за драку. Через пару дней был отпущен - «терпила» не стал писать заявление.

Всё это имело отражение в материалах принесённого дела.

Туда же добавится и новый протокол допроса гражданина Холодцова Михаила Игнатьевича, 199... года рождения, проживающего в городе Степаногорске по адресу... не женатого.... ранее судимого по статьям... нигде не работающего.... подозреваемого в совершении преступления, предусмотренного статьёй 158 Уголовного кодекса Российской Федерации...

«Но почему вор решил сдаться? Как ни крути, а приходится мотивировать действия задержанного самому... - зашевелил мозговыми извилинами Хромов. - Какие же побудительные мотивы им руководили? Что-то он не то пишет!»

Лейтенант встал, заходил по комнате, изредка поглядывая на «труд» заявителя через его плечо.

- Эй, гражданин Холодцов! - неожиданно возмутился он. -А?..

- Ты забыл, в какой отдел пришёл? Масть попутал? Чего тут мне про кражу лепишь?

- Нет-нет, гражданин начальник! Это я так, издалека начинаю... Вы же сами сказали: чем больше напишешь, тем меньше срок дадут! Вот я и стараюсь...

- Так у тебя заява как роман «Война и мир» получится... Ладно, пиши! - снисходительно разрешил лейтенант, довольный, что всё-таки «процесс пошёл».

«Неужели действительно раскаялся? Не сгорел на деле -ведь именно про данный эпизод он и пишет: «Взял в пивбаре портуху и котлы у дикого фраера...» - от потерпевшего заявления не поступало... Тогда зачем признался? Статья за хищение чужого имущества! И, скорее всего, срок не условный - рецидив... Уже сидевший не раз ворюга не может не понимать этого. Нет, темнит Студень, чего-то недоговаривает. Что-то тут не так! Похоже, он просто боится остаться на свободе... Надо пощупать этого гуся! - сделал вывод Хромов, наработавший уже некоторый опыт общения с криминальными элементами. - Сейчас проверим...»

- Написал своё чистосердечное?

- Так ещё не всё, гражданин начальник! И вас упомянул...

- Хорошо! Продолжим потом!

- Как это - потом?

- Всё! Некогда мне с тобой возиться! Есть дела важнее! Ты вот что: даёшь подписку о невыезде. Ставь здесь подпись о сотрудничестве со следствием - тебе зачтётся... Дальше распишись: четыре раза в протоколе допроса. И тут... - Холодцов послушно ставил свои закорючки в указанных местах. - И свободен!

- Как?.. - на лейтенанта глянули широко раскрытые и растерянные маленькие голубые глазки. Зрачки были расширены, будто задержанный Студень вместо сидящего Хромова вдруг увидел что-то очень страшное. - Нет! Меня теперь -«к дяде на поруки», сажать надо! В тюрьму хочу!..

«Надо же, сработало!» - внутренне возликовал Егор, сохраняя внешнее спокойствие. Он незаметно нажал под столешницей кнопку включения замаскированного диктофона и продолжил свою игру.

- А зачем - сразу сажать? Отпускаю - ты же осознал... И теперь не представляешь социальной опасности для общества. Или представляешь?

- Нет-нет... - вор испуганно замотал головой.

- Ну вот! Твой адрес в деле имеется... Проверим показания, найдём потерпевшего, опросим. Когда надо, тебя вызовем! Повесткой...

- Порожняки гонишь, начальник! Я иду на особый порядок, а ты беспределишь. Или раскрытие не нужно? Канитель создаёшь, определяй в камеру!..

- Тебя же на довольствие ставить придётся, лишние хлопоты. .. - делая вид. что такая «забота» совершенно не входит в его планы, лениво ответил Хромов.

- Нет! Начальник, не отпускай... Замочат меня, как Рябого!

- А при чём тут Рябой? Он же сам! Я видел заключение экспертизы по вскрытию тела: у него перелом шейных позвонков и черепно-мозговая травма от падения с большой высоты... Увечья, несовместимые с жизнью. Когда прыгают вниз головой с пятого этажа, не выживают. Дело закрыто, криминала не обнаружено!

- Эх, гражданин начальник! Туфта всё это! Не так было...

- А как?! Ты видел? Последний раз предлагаю: говори! Или... иди отсюда лесом!

- Нельзя мне уходить! На пику посадят! Я всё скажу... -вырвалось у рецидивиста.

- Что, припёрло? Ну, тогда колись! Быстро! Давай, Миша, раз жить хочешь!..

- Сдам всю масть! Век свободы не видать! - решительно повторил Студень. - Но чтоб меня точно «закрыли»...

...Окончив допрос, следователь Хромов вызвал конвоира:

- Задержанного - в одиночную камеру...

Поляков оказался верен данному им обещанию. По приезде домой он сразу же выслал заказной почтой заявление за подписью Ильи Кузьмича и прилагаемые к нему документы в народный суд Степаногорска. Копии заявления отослал таким же образом в не менее серьёзные организации: в прокуратуру города и начальнику местной милиции. Судя по полученным уведомлениям, вручение везде состоялось. Теперь оставалось ждать: и результата по существу заявления, и возможного вызова в суд как свидетеля.

Но пассивное ожидание было совсем не в характере Виктора. Он регулярно почитывал в интернете юридическую информацию, чтобы быть готовым к возможным неожиданностям на судебном процессе.

Кроме того, как человек обязательный и ответственный, решивший посвятить себя профессии следователя, он стал постоянным посетителем читального зала заводской библиотеки, активно поглощая подготовительный материал из учебников для поступления в юридический институт.

Его сосед по комнате, Игорь Максимов, уже не раз проявлял своё недовольство по этому поводу.

- Опять идёшь заниматься... Нельзя всё свободное время тратить только на учёбу.

- Я же не только: в спортзал и в бассейн тоже хожу иногда...

- Слушай, коллега! А ты не совершаешь ошибку?

- Какую?

- Мне кажется, у тебя появилась новая крайность. То, было, резко жениться надумал, сейчас - с головой в книги окунулся, женского пола чураешься... Совсем монахом стал! И в будни, и в праздники сидишь за учебниками! С тобой теперь ни на рыбалку сходить, ни выпить в весёлой компании... Молодость проходит! Разве это жизнь? - разочарованно ворчал друг.

- Извини, Игорёк, не до праздников... Мне уже скоро тридцать, а я только готовлюсь поступать. И работать, и учиться - не совсем удобно...

- Вот именно: неудобно...

- Видишь ли, я понял простую истину: идеальных условий для учёбы никогда не будет. А можно было бы поступить в институт и раньше! Если б не эти самые весёлые компании... - Виктор на секунду задумался: в чём-то Максимов прав, нельзя пускать мужскую дружбу на самотёк. - А давай на рыбалку мы с тобой в ближайшие выходные сходим?

- Идёт! Ладно... Придётся на танцевальный вечер идти одному, - примирительно сказал Максимов, потрогав свою ухоженную бородку и поправив галстук. - Учись! Но не забывай старых друзей. Чтоб можно было к тебе обратиться в случае надобности в правовой консультации...

Прошло несколько месяцев. Жизнь вошла в привычную колею. Прежняя подруга Галина больше на глаза не попадалась, и Поляков уже успокоился, не видя во встрече с ней никакой необходимости. Он перевернул эту романтическую страницу своей жизни, понимая, что любовь без взаимности - как серьёзная болезнь. Многие «заболевшие» со временем выздоравливают. Но есть и хронические больные. Виктор, слава богу, не относился к последним, он уже «переболел». Но тем не менее иногда невольно вспоминал о ней.

«Галя - молодая избалованная женщина... Пусть живёт своей жизнью, ищет мужчину, подходящего ей по взглядам, интеллекту и кошельку...»

Его величество случай, жестокий, но правдивый, вовремя открыл Полякову скрытую сущность этой красивой женщины, помог принять верное решение. В том, что оно верное, Виктор теперь нисколько не сомневался. Если раньше, особенно первое время после разрыва, всё вокруг напоминало о Галочке, то теперь редкое воспоминание о предмете прежней любви вызывало лишь лёгкую грусть. Как прав был Игорь, посоветовавший в момент кризиса отношений сменить ему обстановку, цитировавший простые, но удивительно правильные строчки: «Лицом к лицу - лица не увидать. Большое видится на расстоянии...».

Виктор так и сделал: далеко уехал и там, в уединении, поразмыслил над их отношениями. Новые встречи и обстоятельства отодвинули личную трагедию на второй план. А спустя время он уже смог разложить и свою душевную проблему «по полочкам». Во-первых, и это самое главное: у Гали не было искренних чувств, она его не любила. Она позволяла любить, но сама, как сейчас принято называть сожительство мужчины и женщины без официального оформления, без чувств и душевного трепета, просто «строила отношения». Да разве можно о возвышенных человеческих чувствах выражаться таким техническим языком?! Во-вторых: для создания «ячейки общества» они как супруги никак не годились - с очень разными и характерами, и интересами. А если копнуть глубже, то есть еще «в-третьих», «в-четвёртых» и так далее...

За тот небольшой период близкого общения с Галочкой Виктор понял, что перевоспитать её невозможно. Как оказалось, так называемый «человеческий материал» практически не поддаётся изменению... Разбежались - всё правильно! Ведь тянуть семейную жизнь в разные стороны бесперспективно - всё равно что воз в известной басне Крылова. И, как итог завершения отношений с предметом ушедшей любви, в его поэтической тетради появились строки:

«Нет ни радости, ни злости -

Успокоилась душа...

Не приду я больше в гости -Без тебя жизнь хороша».

Поляков продолжал трудиться на заводе, практически всё свободное от работы время посвящая книгам, серьёзно готовясь к вступительным экзаменам. Понимал, нельзя позволить себе плохо подготовиться - иначе так никогда и не осуществится его давняя мечта...

Из телефонных известий от знакомых Виктор знал, что отправленное им заявление Веселова внесло определённый ажиотаж в размеренные будни юридических органов Степаногорска. Но ожидаемого вызова оттуда как свидетеля пока так и не поступило.

«Значит, этот вопрос ещё не созрел...» - Поляков помнил объяснения ситуации опытным Ефимовым и не ждал быстрых чиновничьих решений.

Как-то вечером, ответив на звонок мобильного телефона, он услышал знакомый голос.

- Привет, практикант!

- Здравствуйте... Борис, ты?

- Узнал... Молодец! А ты где?

- Как где? У себя, в общаге... А почему «практикант»?

- Да я вспомнил наше знакомство - с элементами расследования... Не зря же мы с тобой горелые деревяшки после пожара вместе разбирали.

- Боря, как там дела у Кузьмича, у ребят?

- Долго рассказывать. Я имею в виду - по телефону... Скажи адрес, подъеду к тебе!

- Так ты здесь?!

- Да. в вашем городе! Одна из местных фирм заказала крупную партию строительных материалов на нашем заводе. Послали меня сопровождающим: и охранником, и доверенным лицом директора Одинцова.

- Отлично, записывай адрес... Комната триста двенадцать! Я позвоню на вахту, чтоб тебя пропустили.

Через час Ефимов уже пил чай с Поляковым в комнате общежития.

- ...В общем, «процесс пошёл»: подняли дело Веселова из архива, подключилась прокуратура! - энергично сообщил гость о делах в Степаногорске.

- Да, я знаю. Меня известили официальным письмом: изучают полученный материал...

- «Изучают»... Не то слово! Там все чуть ли не на ушах стоят! Наконец-то в этом бюрократическом болоте подул свежий ветерок.

- Так рассказывай, Борь...

- Пока конкретики ещё нет - рано! Но, несмотря на тайну следствия, бывшие коллеги поделились со мной некоторой информацией... - Ефимов отхлебнул чай из кружки.

- Борис! Не томи, рассказывай!

- Ну, заявление Кузьмича сыграло свою роль... И не только! Опасаясь за свою жизнь, явился один «крендель» с повинной в Службу собственной безопасности: «крутой перец» - рецидивист Студень, правая рука Рябого. Он видел, как убивали его «патрона», и правильно сделал, что явился. Иначе был бы следующим...

- И кто убрал Рябого?

- Ты не поверишь: Авдеев!

- Как так?! - удивился Виктор.

- Наш старший опер оказался «оборотнем в погонах»! Расшифровка телефонных переговоров подтвердила показания уголовника. Оказывается, этот «фрукт» уже несколько лет крышевал преступную мафию и в городе, и на железнодорожной станции за крупные взятки. Студень про него рассказал всё, что знал. А знал он немало - ведь криминальный авторитет Рябой был его родным дядей! И когда племянник случайно подсмотрел, как вместо обещанного гонорара за «спецоперацию» полицейский в штатском сбрасывает его дядю с многоэтажки вниз, то быстро прозрел, понял, что его собственная жизнь ценится ещё меньше. И срочно прибежал сдаваться в полицию...

- А сам Авдеев что говорит?

- Ничего не говорит... - усмехнулся Ефимов. - В бегах он! Видно, сработало профессиональное чутьё, успел смыться!

-Жаль...

- Но это - пока! Далеко не уйдёт: он уже в розыске! А про вашу неудачную рыбалку с Темчуком помнишь?

- Разве такое забудешь? - живо откликнулся Виктор. -Лодка моментом спустила, а вода была такая холодная... Если б не спасательные жилеты, могли не доплыть... А что, есть новости и по этому эпизоду?

Борис одобрительно хмыкнул, делая глоток чая. Его просветлённое лицо говорило, что и на этот вопрос у него имеется положительный ответ. Он выдержал паузу и продолжил:

- Через неделю после твоего отъезда на том озере, куда вы ездили рыбачить, разыгрался шторм. На берег выбросило спущенную резиновую лодку...

- Ну-ну...

- Так вот, Юра опознал - его лодка!

- По шву лопнула, да?

Ефимов отрицательно покачал головой.

- Нет! Не поверишь: опять криминал!

- Да ты что!

- Ваша лодка была прострелена! Эксперт сказал: пуля прошила оба резервуара лодки в её носовой части.

- Думаешь, нас кто-то хотел застрелить на рыбалке?

- Не застрелить, а утопить! И этот кто-то, скорее всего, был опять Авдеев - у него в гараже, в тайнике, опера нашли малокалиберную винтовку.

- Но мы с Юрой тогда ничего подозрительного не заметили, не слышали выстрелов... - засомневался Виктор.

- А он был единственным: на расстоянии выстрел из мел-кашки почти не слышен - как слабый щелчок!

- Точно! - припомнив происшествие на воде, подтвердил его очевидец и участник. - Тогда ещё как раз был грохот от товарняка, проходившего по железке! Потому и не услышали свиста пули... Выходит, всё предусмотрел этот оборотень. Хорошо, что не попал...

- Витя, ты неправ: он попал! — возразил Борис.

- Но он же промахнулся! - горячился Виктор.

- Он прострелил лодку! Этому злодею были не нужны криминальные трупы. Очевидно, он хотел, чтобы ты погиб, захлебнувшись в воде, без применения прямых насильственных действий... И у экспертизы при вскрытии тела, при отсутствии свидетелей и огнестрельных ранений, не возникло б сомнений в причине смерти. Авдеев бы не промахнулся: у него призы по стрельбе и эта винтовка была с мощным оптическим прицелом! Кстати, в том районе озера ключи бьют со дна почти с ледяной водой, местные рыбаки знают об этом и никогда там не купаются. А вам повезло, выплыли...

- Ну дела... Оказывается, на меня была объявлена настоящая охота... - растерянно проговорил Поляков.

- Ещё какая!

- Откуда же он мог всё знать?

- А была у вас утечка информации...

- Но откуда?..

- Скажу! - сверля собеседника весёлым взглядом, ответил Ефимов. - Из дома Ильи Кузьмича!

- Как?! - Виктор, совершенно сбитый с толку, даже встал со стула. - А при чём тут Кузьмич?

- А вот при чём: «жучок» был установлен у него на кухне! Догадываешься, кому это было нужно?

- Конечно! - быстро среагировал Поляков. - Теперь понятно, почему на расследование по краже ноутбука в дом деда Авдеев явился лично, а не отправил туда рядового опера! И он, используя «прослушку» в своих целях, был в курсе всех наших замыслов и передвижений... - Поляков даже вспотел от нахлынувших чувств: вот он, самый главный «пазл»! Полностью закончена «картина маслом»... Наконец-то всё сложилось: найден главный криминальный режиссёр!

Поляков вытер вспотевший от волнения лоб, несколько раз глубоко вздохнул. Борис с пониманием смотрел на него и не задавал вопросов.

- А по делу погибшего Веселова что?

- Говорят, Студень показал на допросе, что Серёгу замочил Рябой. Сергей оказался случайным свидетелем разговора «бомбил» - участников грабежей из товарных вагонов. Те пытались склонить его к соучастию, но не вышло... Такого парня загубили!

«А жить мне недолго...»

Прошло ещё полгода. Однажды вечером в дверь комнаты с номером 312 общежития работников механического завода осторожно постучали.

- Да, заходите! - Поляков оторвал взгляд от учебника.

- Извини, Виктор, я - без звонка... - неожиданно появившийся в комнате Борис Ефимов виновато опустил свою рыжую голову. - Твои одноклассники поручили мне сообщить трагическую весть: Илья Кузьмич Веселов скончался от инфаркта в Степаногорской больнице...

Поляков опустился на стул и некоторое время сидел молча. Он давно знал о неважном состоянии здоровья Кузьмича, но гнал прочь негативные мысли. А печальный исход всё же произошёл...

- Как это случилось?..

- Сердце не выдержало, третий инфаркт... Уже похоронили.

Виктор тяжело вздохнул.

- А почему мне никто не сообщил?

- Этот вопрос к твоим одноклассникам...

- Они что, забыли про меня?

- Никто не забыл! Ребята долго совещались, спорили по этому поводу. Они решили: мол, Кузьмича всё равно уже не вернуть... А ты был в отъезде, на вступительных экзаменах в институте. Зная твою горячность, они сознательно решили не сообщать, не срывать с учёбы, чтобы ты не потерял ещё год... А ты бы приехал?

- Конечно, приехал бы! Ведь дед - замечательный, честный, святой человек... А я даже не смог проводить его в последний путь!

- Вот потому и не сообщили... Решили: коль скоро я поеду в твой город с очередной партией груза, то и заскочу к тебе и всё объясню. Хотя эта миссия мне ой как неприятна... Но ребят ведь тоже можно понять - они желают тебе только добра.

- Да я понимаю... - отозвался Поляков и горько вздохнул.

- Сегодня будет девять дней, как нет Ильи Кузьмича... -Ефимов полез в объёмный карман своей куртки и достал бутылку водки. - Давай его помянем...

Они выпили, долго молчали. Каждый вспоминал свои встречи с покойным, таким тихим и добрым старичком, преждевременно ушедшим из жизни из-за тяжёлой болезни.

- Я навещал его несколько раз в больнице, - наконец нарушил молчание Борис. - Кузьмич был всегда спокоен и деловит. .. Никак не думал, что больше его не увижу...

- Расскажи, Боря...

- Последний раз видел его за неделю до кончины. Говорил с врачами - те тоже надеялись на улучшение... А вот сам Веселов всё знал точно! Видно, люди старой закалки чувствуют приближение смерти и без медицинских прогнозов. Он попросил передать тебе письмо... - Ефимов полез во внутренний карман куртки и достал заклеенный конверт.

«Письмо?.. От Кузьмича? Он же раньше никогда не писал мне писем... Человека уже нет, а письмо - от него! Как с того света...» - Виктор торопливо вскрыл конверт с корявой надписью по диагонали: «Виктору Полякову».

На единственном листочке, вырванном из школьной тетради в клеточку, неровным почерком было написано несколько карандашных строк:

«Здравствуй, Витюша!

Пишу тебе из больницы. Пока чувствую себя терпимо. Но знаю одно: моё сердце уже выработало положенный ресурс.

Спасибо тебе, мой дорогой Витюша, за радость, доставленную твоим упорным трудом! Ты был прав! Следствие по делу возобновили. Была эксгумация тела Серёжи... Повторная экспертиза уже подтвердила наши предположения. Она показала, что моего Серёжу убили заточкой. Один из участников нападения сознался, что потом влили в мёртвое тело водки и бросили на рельсы, чтобы скрыть преступление... Значит, мой сын будет реабилитирован, а убийцу и его пособников всё же найдут и накажут в соответствии с законом!

А жить мне недолго осталось... Родных у меня никого нет, уже все умерли. Ты - единственный близкий мне человек! Поэтому и решил написать именно тебе, пока нахожусь в здравом уме и трезвой памяти. Я видел твой интерес к нашему городу и его людям... Ведь ты же и сам здесь родился и вырос!

Я завещаю тебе свой дом, земельный участок и всё нажитое у меня имущество - заверенный документ находится у нотариуса. Ты - мужчина хозяйственный, думаю, дом пригодится тебе для проживания. И чтоб было куда привести невесту...

Удачи и семейного счастья тебе, Витюша!

Твой Илья Кузьмич».

Поляков с трудом дочитал письмо до конца. Непрошеные слёзы невольно выступили на глазах, горький комок в горле так и застрял, не давая возможности произнести хоть слово. Виктор молча передал листок Борису.

- М-да... Какой замечательный старик! Ведь сильно болел, а успел обо всём позаботиться... Даже о твоей невесте, - сказал Ефимов, возвращая письмо.

Мужчины ещё выпили, не чокаясь.

- Ну, пока о невесте говорить рано! Мне самому ещё ничего неизвестно... - помолчав, откликнулся Поляков, вновь обретший способность говорить.

- Ну, это же временно... Будет и у тебя невеста! - твёрдо сказал Борис и отвернулся, чтобы промелькнувшей искрой в глазах не выдать себя.

Он мучился вопросом: «Сказать - не сказать? Нет, пока не буду, как бы перебора не получилось... Витюша - человек горячий, ещё расценит мою помощь как вторжение в его личную жизнь. Да ведь ещё и неизвестно, что из моей затеи получится...».

- Борь, ты говоришь так уверенно, будто знаешь о потенциальной невесте больше моего...

- Ну... жизненный опыт подсказывает... - с трудом нашёл ответ Ефимов и сразу перевёл разговор на другую тему. - Полагаю, в очередной отпуск ты опять приедешь в Степаногорск?

«Эх, что-то ты недоговариваешь, уважаемый бывший опер...» - подумал Поляков, но задавать вопросы на щекотливую тему постеснялся.

- Теперь да, приеду...

Поговорили о покинувшем этот мир Илье Кузьмиче Веселове - какой миролюбивый, добрый и славный был дед... Виктор вспомнил о совместно прожитых с ним днях, о том, что Кузьмич всегда был трудолюбивым и гостеприимным хозяином, любознательным и рациональным человеком, который даже в своих болезнях находил положительный эффект. Так, например, несмотря на прогноз ясной погоды по интернету, Кузьмич пару дней отговаривал ребят от рыбалки на озере, предполагая ненастье: у него «ломило поясницу». И «прогноз» старика подтвердился: около суток шёл дождь.

Затем мужчины в разговоре вернулись к житейским делам -ведь жизнь продолжается...

- Не затягивай поездку: по законодательству ты должен появиться у нотариуса до истечения шести календарных месяцев со дня смерти завещателя... Но лучше тебе приехать пораньше, - напомнил Ефимов. - Может, и с переездом в Степаногорск заодно всё решишь, если не передумал? Теперь есть где жить! Это твоей заочной учёбе никак не помешает.

- Да, жилищный вопрос за меня решил Илья Кузьмич... Но город маленький, там с трудоустройством проблема!

- Я подскажу! - гость многозначительно глянул на Виктора и продолжил: - Мы с шефом обговорили тему: принять тебя на завод охранником, под моё начало и мою ответственность... Пойдёшь?

- Спасибо... - растерянно произнёс Поляков. - Но так. сразу, я не могу... Надо подумать.

-Хорошо, думай! Но недолго! Работа, правда, сменная, но зарплата достойная. И это - пока! А положительно себя зарекомендуешь - в перспективе возможно повышение...

- То есть? Я не понял...

- Ладно, скажу... - не сразу ответил Ефимов. - Только тебе! Для других это пока секрет. Слишком однообразная работа у начальника заводской охраны: никаких особых перемен, всё ритмично, отлажено... Видишь ли, заскучал я что-то от такого однообразия. Не по характеру существующий ритм заводского труда старому оперу! Как будто всё время чего-то не хватает... В общем, скоро откроется для меня возможность уйти на прежнее место работы - звонили из полиции. Начальник просит забыть былые обиды и зовёт вернуться снова в оперативники! То есть на заводе моя должность скоро освободится. Вот, думай! Такая тебе «информация к размышлению» ...

Хороший день - пятница

Прошло несколько дней. Поляков всё ещё находился в глубоком раздумье. Возвращаться в родной город, где неожиданно в его распоряжении оказался целый деревянный дом с усадьбой, на постоянное место жительства или остаться здесь, в уже привычном заводском коллективе, среди уважающих его коллег и друзей, продолжать жить и работать вместе с преданным другом Игорем Максимовым? Хотя и там, в Степаногорске, осталось немало старых друзей и знакомых: и уважаемых, и уважающих. А главное -там его малая родина...

«Ситуация как у моряка дальнего плавания. Тот, находясь в море, страстно мечтает о возвращении домой, а на берегу мечтает о море...» - не без иронии размышлял молодой человек.

Всё же «ностальгия» по городу детства взяла верх: тянуло Виктора на родину, да и в хозяйстве Кузьмича рабочие руки нужны.

«Как знать: перееду сам, может, и мои родители в Степа-ногорск подтянутся - есть где жить... Что им одним там, на юге, делать в однокомнатной квартире-хрущёвке? Ведь понятно. что скучают они по северу... А здесь серьёзное жильё: многокомнатный дом и большая усадьба. Есть чем заняться! А я за могилами Веселовых смогу ухаживать...»

Этим утром Виктором непонятно почему овладело какое-то странное, приподнятое настроение. Хотя день начался как обычно и не предполагал каких-то серьёзных изменений в строгом графике дня слесаря сборочного цеха. Вставший с рассветом Поляков ещё до завтрака сделал небольшую пробежку по аллеям и улицам города. Ночью прошёл тёплый дождь, и ещё безлюдные улицы имели приятный, умытый вид. На траве газонов и в листве деревьев под лучами утреннего солнца искрами тысяч алмазов переливались ещё невысохшие дождинки. Весело чирикали воробьи, пахло свежестью трав и ароматом распускавшихся цветов. Всё выглядело каким-то нарядным и праздничным.

Виктор принял душ, позавтракал в кафе и, заряженный положительной энергией, бодро отправился на работу. В цехе тоже всё ладилось. Не было форс-мажорных ситуаций, и производственный процесс шёл без сбоев и накладок, в нормальном рабочем ритме.

Может, летнее солнце было причиной радостного настроения или выдача очередной заработной платы (всё же мир материален!), или и то и другое вместе, но этот день был каким-то особенным у всего рабочего коллектива. А ещё. может, и потому, что была пятница - последний рабочий день недели. В итоге сотрудники в предвкушении близких выходных были в каком-то приподнятом настроении, необычно вежливы и внимательны к своим коллегам, улыбались друг другу и радовались производственным успехам. В общем, день удался!

Окончив работу, Виктор отправился домой и в самом благостном расположении духа открыл дверь своего общежития.

- Поляков! Там тебя посетительница ожидает... Не забудь: посещаемость посторонними - только до двадцати трех часов! - строго предупредила вахтёр Марья Ивановна.

- Спасибо, Марь Ванна... Помню! - скороговоркой откликнулся Виктор и поспешил вверх по лестнице, недоумевая по поводу незапланированного визита неизвестной гостьи.

Поднявшись на свой этаж, он почти столкнулся с Максимовым. Тот стремительно мчался по длинному коридору общежития, держа в руке горячий чайник.

- Ну наконец-то! Я тебя из окна увидел...

- Игорь, кто пришёл?

- Твоя бывшая... Но выглядит великолепно! Я даже тебе слегка позавидовал...

- Сказал бы, что я в командировке...

- Вить, врать же нехорошо. Ну не мог я её выгнать! Говорит, только что с поезда...

- Откуда?

- Да я и не спрашивал... Вот что: на тебе чайник! И разбирайтесь сами! А я ухожу - в кино на двухсерийный сеанс...

«Галя!.. И здесь нашла... Похоже, счастливая жизненная полоса закончилась. И чего только этой Галине от меня надо? Может, пересидеть у соседей, не повидавшись с ней? Пусть сидит в комнате в одиночестве, да и уйдёт же в конце концов! А может, что-то случилось, нужна помощь и ей больше не к кому обратиться... Нет, не такая Галочка: в смысле деловых знакомств у неё всё схвачено! Тогда зачем пришла?..» - остановился было в замешательстве Поляков, но, глубоко вздохнув, продолжил путь.

«Да что я: мужик или нет?! - вдруг обиделся он на себя. - Я ей сейчас всё выскажу, что она должна была услышать много раньше, если б не заперлась тогда в ванной своей квартиры! Так, решено: буду предельно вежлив, краток и категоричен! Никаких компромиссов и близких отношений после совершённого ею предательства!» - с этим ворохом мыслей, сбитый с толку неожиданным приходом когда-то любимой женщины, Виктор, с горячим чайником в руках, решительно открыл дверь своей комнаты.

В интерьере окна просматривался стройный силуэт элегантно одетой женщины, такой знакомой и не так уж давно очень близкой и желанной. Что-то слегка шевельнулось в душе Виктора, но он, строго следуя намеченной программе действий, усилием воли подавил эти шевеления.

- Привет... - негромко произнёс он, ставя на стол чайник и отводя взгляд, чтобы не встретиться с магическим взглядом её чёрных глаз, так завораживающе воздействовавшим на мужское сознание в прежние времена.

- Витюша, здравствуй! - обернувшись на приветствие, просто сказала женщина. Слова прозвучали без прежней крикливой резкости, неожиданно мягко, душевно...

Поляков будто впал в ступор. Все заготовленные заранее жёсткие, но справедливые слова-упрёки, уже готовые сорваться с языка, так и застыли у него в горле. Всего два слова, произнесённые тихим женским голосом, совершенно обезоружили ещё минуту назад заряженного на крутой разговор решительного мужчину: «Витюша...».

Ведь именно так называли его друзья-одноклассники и близкие люди в Степаногорске... И никто больше!

Он невольно посмотрел на неожиданную гостью: «Стоп! Что это?! Почему её глаза вдруг стали голубыми? Линзы?.. Но у Галочки отличное зрение, и она никогда не пользовалась линзами... Может, что-то изменилось за время их разлуки?..»

Виктор смотрел и не верил своим глазам. Да и как поверить тому, что может быть только в волшебной сказке или в хорошем добром кинофильме: перед Поляковым стояла очень красивая женщина, так похожая на Галину, но - не Галина! Женщина смотрела на Виктора с очаровательной улыбкой, а её голубые глаза просто светились от счастья, излучая удивительную теплоту и нежность...

- Танюша!..

Литературно-художественное издание

Попов Алексей

Повторная экспертиза

Составитель серии Елена Наливина Редактор-корректор Мария Болотова Выпускающий редактор-корректор Татьяна Чернова Технический редактор Татьяна Хорошко Компьютерная верстка Ольга Аврах Художник обложки Леонард Крылов

12+

Знак информационной продукции согласно Федеральному закону от 29.12.2010 № 436-ФЗ

Подписано в печать 24.01.2020

Формат 60x90. Гарнитура Times New Roman Печать офсетная. Бумага офсетная. Усл. п. л. 10,75 Тираж 5000 экз.

Интернациональный Союз писателей 107150, г. Москва, ул. Бойцовая, д. 22, офис 8

Адрес электронной почты: sekretariat@inwriter.ru Сайт в Интернете: www.inwriter.ru

Отпечатано в типографии «Юникопи» 603057, г. Нижний Новгород, ул. Нартова, 2в, офис 4008

Попов Алексей Александрович родился в 1948 году в Мурманской области, окончил восемь классов, техникум связи, институт патентоведения, заочно - иняз (немецкий язык). Служил в армии, трудился (от рабочего до инженера) на стройках в Сибири, на Урале, на Крайнем Севере. Автор пяти изобретений.

Пишет стихи и прозу. Печатается с 2014 года: воспевает суровую природу Заполярья, освещает жизнь северных жителей.

Участник Московской и Лондонской литературных премий, «РосКона», литературных фестивалей имени

А. С. Пушкина, М. Ю. Лермонтова, Международного фестиваля фантастики «Аэлита». Лауреат Международного литературного конкурса «Новый Сказ» им. П. П. Бажова в номинации «Детективный роман» (г. Екатеринбург, 2019 г.). Кандидат в члены Интернационального Союза писателей.

Отзывы на роман писателей Оленегорского литературного объединения «ЖЕМЧУГА»: «Прочитал с удовольствием. Интересная фабула, хороший литературный слог. Приятно наблюдать, как растет мастерство собрата по перу. Как литератору желаю творческих удач, новых произведений».

Евгений Иванович Алексеев, поэт и писатель, член ЛитО «ЖЕМЧУГА»

«Писатель, создавший это произведение, обладает высокими моральными качествами. Он показал, что настоящее чувство дружбы и после смерти одного из друзей не умирает. Друг сохраняет верность и бескорыстно, рискуя своей жизнью, защищает честь погибшего друга».

Лидия Брониславовна Карпова, поэтесса, председатель ЛитО «ЖЕМЧУГА»

Content

Попов Алексей Александрович Повторная экспертиза

Алексей Попов ПОВТОРНАЯ ЭКСПЕРТИЗА

Любовь зла

Друг

На комбинате

В доме Веселовых

Новые факты

Лесные находки

Свидетели

Кража

В западне

Частное расследование

Пропажа свидетелей

Бывший опер Ефимов

Лейтенант Хромов

«А жить мне недолго...»

Хороший день - пятница