Ирина Духина

Ангелы не плачут

Пролог

Последним, что она помнила, был яркий белый свет, и вроде была боль, но разум ей больше не подчинялся и не желал припоминать последние события. Сейчас она находилась на большом облаке, плывущем над шумным городом, но девушка не понимала, что здесь делает.

— Меня зовут Гавриил, дитя мое, — произнес красивый высокий мужчина, стоявший на другом конце облака. Его длинные русые волосы были заплетены в косу, а прекрасное мускулистое тело укутывало белое полотно. За спиной мужчины виднелись изящные белые крылья большого размера. Над головой ярко сиял нимб.

— Кто я? Что со мной случилось? — спросила красивая невысокая девушка, даже собственный голос показался ей незнакомым. Ее светлые распущенные волосы доставали до поясницы, а светло-голубые глаза медленно исследовали собеседника. Маленькие веснушки делали ее внешность еще более привлекательной. Она была одета в короткое белое платье, слегка колыхающееся на ветру, а волосы слегка прикрывали ключицы. Однако девушке было совсем не холодно.

— Это абсолютно неважно. Ни твое прежнее имя, ни происхождение не имеют никакого значения, — тихо произнес ангел. — Сам Создатель привел тебя сюда. Ты спасла человека ценой своей жизни, а твое сердце настолько доброе и чистое, что теперь, надеюсь, ты сможешь внести эти качества в мир, в котором сердца людей наполняют злоба и жадность. Отныне ты ангел, Мира. Это твое новое имя. Ты рождена вновь!

Гавриил медленно подошел к девушке, снимая со своего пальца золотое кольцо. Оно быстро увеличилось в несколько раз, достигнув размера головы Миры, оставшись таким же золотым и восхитительным. Мужчина поднес маленький обруч к макушке собеседницы, после чего тот вспыхнул ярким светом и повис прямо над головой девушки.

— Я благословляю тебя во имя добра и света, дитя мое. Отныне быть тебе ангелом, как и я, иметь нимб и крылья! — громко заявил Гавриил. — Нимб даст необходимые знания, а крылья будут направлять тебя к твоему подопечному и правильным решениям.

Только он это сказал, как за спиной у девушки появились белые красивейшие крылья, перья которых теребил ветерок. Они были гораздо большего размера, чем сама Мира. Она подошла к зеркалу, внезапно возникшему у мужчины в руках.

Отныне она ангел. Ее задача — нести мир и добро людям. И она должна делать все для этого, чтобы доказать, что заслужила крылья и нимб, а также честь называться ангелом! Откуда-то она сразу узнала все про ангелов, про их способности и как их применять.

Но на самом деле она смутно представляла, что должна делать именно сейчас. Девушка даже не знает, кем была раньше, чем занималась. Что с ней случилось?! Почему она оказалась здесь?!

— Готова ли ты взяться за первое задание? — неожиданно спросил ангел, прерывая раздумья Миры.

Взгляд был его мягким и спокойным. Если бы вы когда-нибудь увидели бы его наяву, все ваши проблемы ушли бы на второй план от того, что взгляд ангела обладал своей уникальностью и способностью расслаблять.

— Конечно, — твердо заявила девушка. — А что мне нужно будет делать?

— Как и у людей, у небесного царства есть свои законы. После того, как у тебя появится подопечный, ты обязана быть с ним всегда рядом, защищать его. Он единственный, кто будет видеть тебя. Тебе нельзя взаимодействовать с другими людьми каким-либо образом. Наша ангельская энергия заключается в добре, которое мы дарим людям. Даже если ты обнаружишь за собой какие-то уникальные способности, воспользоваться ими во благо подопечного нельзя не в экстренных ситуациях. Только он сам должен осознать свои ошибки и исправить их. Именно тогда его душа будет спасена. Твоя же задача — защищать его и направлять на истинный путь.

— Но как же я помогу ему? — удивленно спросила Мира, смутно понимая, о чем говорит ангел.

— Слушай свое сердце и не предавай его, — дал ответ Гавриил.

«Ерунда какая-то», — пронеслась мысль в голове девушки.

Внезапно мужчина начал постепенно исчезать. Его тело становилось прозрачным.

— Но кто мой подопечный?! — громко спросила девушка напоследок.

Однако ответа не последовало. Мира осталась абсолютно одна на облаке, которое переставало быть твердым. Девушка полетела вниз, навстречу неизвестности, напоследок услышав шепот Гавриила: «Ты сразу поймешь».

Она оказалась в каком-то странном месте, которое показалось ей знакомым, хотя как бы девушка не напрягала память, вспомнить ничего не могла. Это было просторное помещение, заставленное столами и стульями. «Кафе», — сразу же всплыло у нее в голове. Интерьер был настолько уютным, что девушке хотелось сесть за один из столиков и рассматривать заведение долгое время. По залу ходили официанты в своей униформе и разносили заказы посетителям. Но внимание ангела привлекла компания подростков, состоявшая из двух парней и одной девушки.

На вид им всем было по семнадцать-восемнадцать лет. Однако больше всех выделялся только один очень симпатичный юноша со светлыми короткими волосами. Мира подошла чуть ближе и засмотрелась на него. Только тогда она поняла, что его волосы не такие уж светлые, скорее, темно-русые с более светлыми прядями. Когда юноша улыбался, его взгляд темно-зеленых глаз в обрамлении длинных черных ресниц становился более выразительным, коричневые брови слегка приподнимались, а улыбка была просто…замечательной. Наверняка не одна девчонка повелась на эту улыбку. Мира даже знала, как его зовут — Никита Ларионов. Правда, девушка не понимала, откуда владеет этой информацией. Может, именно об этом говорил Гавриил?

Внезапно подруга парня резко встала из-за стола, чмокнула Никиту в щеку и, попрощавшись с ребятами, вышла из кафе. Парни проводили ее взглядом, после чего продолжили беседу.

Глава 1

Никита довольно долго ждал того момента, когда его девушка уйдет. Ха, девушка, как же! Так думала только сама Алина. Никита же не представлял себе с ней серьезных отношений. Да, безусловно, девушка была ему симпатична, классно целовалась, но не более. И он уже давно подумывал над тем, чтобы в скором времени сказать ей о том, что не испытывает к ней серьезных чувств.

— Смотрел вчерашний матч? — спросил его друг Артем Багиров: высокий парень с коротко-подстриженными ярко-рыжими волосами. Его карие глаза смотрели с некоторым весельем на собеседника. Редкие веснушки совсем не бросались в глаза, а, наоборот, только украшали его внешность.

— Нет. Предки вчера весь мозг вынесли по тому поводу, что не хочу учиться. Пришлось делать домашку, — печально выдохнул Ларионов, открывая маленькую баночку колы, стоявшую рядом на столике, и делая глоток. — Ну, ничего страшного, сегодня вечером посмотрю в интернете.

— Если тебе еще и его не запретят, — посмеялся над ним друг. На щеках появились ямочки.

Никита не ответил, его внимание переключилось на стоявшую рядом со входом в кафе девушку со светлыми волосами, которая смотрела на него. И не просто на него, а прямо в глаза. Юноше это показалось очень странным. Девчонки, конечно, часто на него засматривались, но у этой взгляд был какой-то другой. Да и сама она выглядела очень странно: босая, в коротком белом платье.

— Почему она на меня так смотрит? — тихо спросил парень у друга, продолжая смотреть на незнакомку.

— Кто? — не понял Артем, глянув в ту сторону, куда пялился собеседник. — Там никого нет.

— Как никого? — удивился Никита, быстро переведя взгляд на друга. — Странная такая, в белом коротком платье.

Услышав это, Артем тихо рассмеялся.

— Похоже, тебя родители вчера сильно уроками нагрузили. Аж с ума начал сходить, — продолжал хихикать парень.

Рассердившись, Никита вновь посмотрел на вход в кафе. Каково же его было удивление, когда он не обнаружил той таинственной девушки. Видимо, он и вправду сходит с ума.

— Кажется, что-то намечается, — тихо пробормотал собеседник.

Артем, на лице которого читалось беспокойство, смотрел в окно. Ларионов проследил за его взглядом и обнаружил на улице банду, состоявшую из пяти парней, медленно приближавшихся к юноше, которого Никита видел каждый день.

— Да это же Леха! — вскрикнул Ларионов, мигом подскочивший со стула и направившийся к выходу из кафе. Он указывал на темноволосого парня среднего роста за окном.

У него в мыслях крутилась лишь одна мысль: «Что этот разгильдяй вновь успел натворить?!»

Артем и Никита постоянно проводили с Лешкой Белоусовым время. У них была своя компания. Троицей они ходили по школе, гуляли на выходных, хотя учились они не в одном классе. Никита учился в 11 «А», а Лешка и Артем — в 11 «Б».

Только вот Белоусов попадал в разные неприятности гораздо чаще, чем его друзья. Это был тот парень, который любил помахать кулаками, даже если на то не было причины. Ему нравилось придираться к любым мелочам, находя все новую и новую причину для драки.

Несмотря на эту отрицательную черту, Лешка был хорошим человеком: всегда помогал близким, друзьям. Если бы не его вспыльчивость, у него вряд ли были какие-то скандалы в школе, на улице и дома с членами семьи. С последними он ругался часто, особенно с отчимом, появившимся в их семье пару лет назад. Именно тогда Артем и Никита начали замечать, что Лёха стал более агрессивным. Но Артем и Никита старались всегда приходить на помощь, вытаскивали друга из разных стычек, даже если ради этого нужно было ходить неделю с синяком под глазом.

Парни, накинув на себя куртки, выбежали на улицу, едва не поскользнувшись на льду возле выхода из кафе. Они бегом направились к другу, к которому уже приближалась толпа хулиганов. Вот один высокий парень с черными волосами уже толкнул его в грудь, однако в этот момент подскочил Никита, и, загородив друга своим телом, громко крикнул противнику в лицо:

— Отстань от него! Что он тебе сделал?!

— Он нарвался! Толкнул меня! — грозно сказал в ответ главный хулиган.

— Неправда! Ты первый начал! — возразил Лешка, выходя из-за спины друга.

— Ребят, давайте просто мирно разойдемся и не будем друг друга калечить, — сказал Артем, пропихнувшись через толпу.

Высокий темноволосый парень размышлял несколько секунд над его словами, после чего сказал: «Хорошо. Уходим, парни».

Однако Никита чувствовал подвох. И не зря. В следующую секунду кулак соперника отпечатался прямо на лице у Лехи. Не устояв на ногах, юноша свалился на холодный тротуар.

Не выжидая ни секунды, Никита врезал в лицо обидчику, после чего пихнул его в живот, заставив тем самым упасть парня на спину. В этот момент Лешка встал на ноги и принял на себя еще одного соперника. Он быстро его уложил, так как тот был поменьше размером, чем он. После этого парень принялся за следующего. Артем с Никитой разобрались еще с двумя пацанами. Последний же, не став вступать в драку, быстро убежал, оставив своих «друзей» охать от боли на земле.

Однако главарь банды медленно поднялся с земли и зло посмотрел на Никиту. Юноша ухмыльнулся. Он уже представлял, как еще раз ему хорошенько вмажет, но он заметил какие-то движения за спиной противника. Переведя взгляд на задний план, Ларионов увидел ту таинственную девушку из кафе. На ней по-прежнему было белое короткое платье, а когда парень посмотрел на ее ноги, ему стало холодно. Ведь она стояла босиком на обледенелом тротуаре.

Удар прямо в лицо, после которого Никита свалился на землю, вышиб воздух из его легких, в глазах потемнело. Засмотревшись на незнакомку, он упустил тот момент, когда вредитель замахнулся на него кулаком. В ответ на это Артем и Леха уложили главаря с нескольких ударов, после чего помогли Никите подняться с земли.

У него из носа текла кровь, а щека очень сильно болела. К этому моменту остальные хулиганы уже были готовы мстить за друга.

— Бежим! — крикнул Артем. — Разбегаемся в разные стороны.

Никто из парней не стал долго ждать. Лешка, за которым погналось двое парней, побежал в сторону торгового центра, находившегося неподалеку. Артем же помчался к автобусной остановке, находившейся через дорогу, вслед за ним кинулось еще двое хулиганов. А Никита скрылся за близстоящими гаражами. За ним же погнался сам главарь.

Ларионов не знал, куда ему бежать. За каким же именно гаражом спрятаться? Их здесь было около тридцати.

Наконец юноша скользнул за случайно попавшийся железный домик и спрятался за ним, затаив дыхание. Однако, когда он услышал, как противник пронесся мимо, юноша вздохнул с облегчением. Переводя дух, он по стенке гаража медленно опустился на землю, на которой лежал большой слой снега. Кровь из его носа до сих пор струилась по губе и капала на белое снежное полотно.

— Ты еще долго будешь играть с чувствами той девушки? — раздался рядом девичий голос, от которого Никита подскочил с земли и огляделся по сторонам.

В паре шагов от него стояла та странная незнакомка, которую он уже видел за сегодня несколько раз. И как она так внезапно появляется и исчезает?

— Кто ты такая? — зло бросил Никита, осматривая девушку с ног до головы. Белокурые прядки волос падали ей на глаза, а кожа была такой бледной, что казалось, будто девушка почти не бывает на солнце. Посмотрев на ее голые ступни, парень поежился от холода.

— Сначала ответь на мой вопрос, — сказала Мира, не отрывая взгляда от удивленного юноши.

— Я тебя впервые вижу и не обязан отвечать на твои вопросы. Мои отношения тебя не касаются! — разозлившись, воскликнул Никита. — И вообще, почему я должен разговаривать с такой нищебродкой, как ты?!

— Поверь, я не бедна.

— Как же! Где же твоя куртка, ботинки, другие теплые вещи? — усмехнулся Ларионов, смотря в ярко-голубые глаза собеседницы.

— А я и не говорила о деньгах. Я имела в виду внутренний мир. Это мое огромное богатство. А вот ты, видимо, вообще понятия не имеешь о том, что такое добро и элементарные нормы приличия!

— Что за чушь ты несешь? — засмеялся юноша. — Именно деньги все решают в этом мире. Людям наплевать на твою доброту и хорошие манеры.

Внезапно за гаражом кто-то крикнул: «Он там!». У Никиты все перевернулось внутри от страха, ведь он узнал этот голос. Кричал главарь хулиганов! Вот черт! Он сам себя выдал.

Посмотрев последний раз на незнакомку, которая даже глазом не повела, он кинулся бежать. Но только юноша сдвинулся с места, пытаясь оббежать домик, как его остановил главарь. Никита кинулся назад, но с той стороны к нему уже подходил другой соперник, который, заметив смятение Ларионова, врезал ему со всей силы кулаком по лицу.

Юноша упал на землю, когда к нему подбегали все новые и новые бандиты, колотя его ногами и руками. Никита просто свернулся калачиком, обхватив руками голову.

— Будешь знать, как в следующий раз связываться со мной! — крикнул лидер, со всей силы ударив Никиту по спине ногой, от чего юноша выгнулся.

Удар за ударом сопровождались нестерпимой болью. Снег рядом с ним был заляпан кровью. Это конец.

Только Ларионов подумал о своей кончине, как внезапно какая-то невидимая сила отбросила всех хулиганов в сторону. Не понимая, что происходит, Никита с огромным трудом смог подняться с земли, обхватив руками живот.

Перед ним стояла та девушка, смотревшая ему в глаза. Никита был в шоке. Неужели она сотворила это чудо? Но как?!

Внезапно с земли поднялся атаман банды и помчался прямо к девушке. Но взгляд его был направлен не на нее, а на Никиту! Хулиган будто не видел ее. Юноша хотел бежать, но не мог сдвинуться с места. Все тело ныло от боли.

Когда вредитель подошел к Никите, схватив его за куртку, его вновь что-то отбросило назад. И эта сила исходила от незнакомки в белом платье.

— Как ты это сделала? — прохрипел Ларионов, но она молчала, продолжая смотреть на него. — Кто ты такая?! — крикнул он.

— Никита! — раздался сзади голос Лехи, заставивший Ларионова повернуться. — Что с тобой?! Ты цел?!

Друг подскочил к нему и помог сдвинуться с места. Напоследок Никита обернулся, желая взглянуть на незнакомку, спасшую ему жизнь. Но никого кроме покалеченных хулиганов там не было….

Родители отправили Никиту в школу спустя три дня после драки. Все его тело было в синяках и безумно болело. Лицо было не в лучшем состоянии: фонарь под глазом, куча ссадин. Но, в отличие от первого дня, он мог ходить. Была б его воля, парень бы еще посидел дома недельку, однако его предки на этот счет были своего мнения. «У тебя и так неисчислимое количество пропусков и ужасные оценки», — твердили они.

Поэтому сейчас парень сидел на уроке литературы, пропуская сквозь уши лекцию учительницы. Он думал о той таинственной девушке, с которой он очень жестоко обошелся. Назвал нищебродкой, высказался про значимость денег, хотя на самом деле так не думал. Однако она, несмотря на это, спасла ему жизнь. Только вот как?! Кто она?! Что это за неведомая сила такая?! А может, это и не она вовсе?

В любом случае Никита понимал, что ему следует перед ней извиниться. Но юноша не привык к таким вежливостям с людьми, которых видит первый раз, поэтому просто надеялся, что больше не встретит ее.

— Ларионов! — гаркнула учительница, приближаясь к парте ученика. — Повтори мне, в каком году родился Александр Сергеевич Пушкин?!

Ее голос вывел парня из некого транса, в котором он пребывал, наверное, уже минут десять. Юноша глянул на полноватую учительницу с пучком седых волос на голове и круглыми очками на носу. С ней у него, как и со многими другими учителями, были неприятные отношения.

— Да вы что, он даже не знает, кто это такой! — усмехнулся где-то в стороне знакомый девичий голос.

Никита резко перевел взгляд на входную дверь в класс, рядом с которой стояла та девчонка, опершись спиной о стену. «Вспомнишь солнце, вот и лучик», — усмехнулся про себя Ларионов. Но на его удивление никто не повернулся в сторону незнакомки. Весь класс смотрел только на Никиту.

Юноша медленно перевел взгляд на доску, на которой была написана тема «Мастер и Маргарита». Тогда-то он все понял и вновь посмотрел на Елену Федоровну.

— Он родился в 1799 году, однако я не понимаю, как могу вам это повторить, если о нем даже речь на уроке не шла, — спокойно ответил ей Никита.

Напоследок окинув ученика презрительным взглядом, женщина медленным шагом проследовала к доске, продолжая объяснять тему урока. Посмотрев на незнакомку, чей внешний вид совсем не изменился с их последней встречи, юноша ехидно улыбнулся. Хорошо же он ее уделал! Парень школу терпеть не мог, но он точно не тупой.

Тогда Ларионов вновь взглянул на входную дверь, рядом с которой незнакомки уже не было. Опять исчезла! Как ей это удается?!

Заметив на себе презрительный взгляд учительницы, Ларионов вновь уставился на доску. Еще целых пять минут до конца урока! Как же долго тянется эта каторга!

— Пока еще есть время до конца урока, я могу кого-нибудь спросить домашнее стихотворение, — будто прочитав мысли Никиты, объявила учительница.

Весь класс начал возмущаться, говоря, мол, они не успеют и что лучше ответят на следующем уроке.

— Тишина! — гаркнула Елена Федоровна, хлопая по столу ладонью. — Кто громче всех будет возмущаться, тот и пойдет к доске!

Класс сразу же притих. Конечно, никому не хотелось отвечать. Лишь единственная отличница подняла руку.

— К доске пойдет… — Учительница запнулась, быстро просматривая список в классном журнале. — Алина Белоозёрская! Иди, Алиночка, пусть эти разгильдяи дальше сидят! Только вот не ждите потом от меня хороших оценок в аттестате! Кто что заработает, то и поставлю!

Никита с облегчением вздохнул, потому что, если бы вызвали его, он бы ничего не ответил, так как не учил.

— Надо было Ларионова вызвать, — усмехнулась незнакомка, вновь появившаяся из ниоткуда. Но на этот раз она сидела за последней партой.

Никита понял, что опять никто ее не заметил, кроме него самого.

«Она тебе кажется. Это просто глюк», — мысленно уверял себя Никита, поворачиваясь к доске, возле которой Алина рассказывала стихотворение.

Во время всего ее выступления он рассматривал красивые черты лица девушки. Черные волосы прикрывали ей лопатки, карие глаза смотрели в окно. Сегодня она была одета в черное платье с белым воротничком. Выглядела девушка великолепно, этого отрицать Никита не мог. Но порой ее сложный характер выводил его просто из себя! Постоянные обиды по любому поводу: не позвонил, не написал, школу прогулял, — только отталкивали юношу. Этот постоянный контроль его только раздражал.

«Ты еще долго будешь играть с ее чувствами?» — внезапно вспомнил он слова незнакомки.

А ведь она права! Зачем тратить свое время на девчонку, с которой он уже и общаться не желает? Тем более, сейчас этого времени наверняка не будет из-за учебы. Предки уж точно его теперь из дома не выпустят, заставят к экзаменам готовиться. Да еще и телефон отобрали!

— Мне теперь запереться в комнате и ни с кем не общаться?! — возмущался Никита, когда родители выхватили у него из рук мобильник.

— Почему сразу не общаться? — усмехнулся отец. — А школа тебе на что? Общения выше крыши!

— Ну, спасибо! — зло бросил Никита, после чего поднялся к себе в комнату, расположенную на втором этаже.

Просто ни отец, ни мать, видимо, даже не подозревали, что из всей школы их сын общается, в основном, только с Лехой и Артемом.

Можно было бы стащить тайком телефон у них из комнаты, только вот потом ему еще больше достанется. Ссориться с предками не хотелось.

— Молодец, Алина! — похвалила ученицу Елена Федоровна, когда та закончила рассказывать стихотворение. — Садись, получаешь твердую пятерку.

И, правда, ответила она отлично. За время раздумий юноша окончательно убедился, что расстанется с ней сразу после этого урока. Все-таки та сумасшедшая была права. Хватит играть с чужими чувствами!

Внезапно с задней парты послышались аплодисменты, из-за чего Ларионов сразу же развернулся в ту сторону.

— Да уж, Ларионов бы точно так классно не рассказал, — продолжала усмехаться над парнем та ненормальная девчонка, которая на удивление до сих пор в воздухе не испарилась.

После этих слов внутри у Никиты все вскипело от гнева. Да как эта чокнутая смеет?! Юноша резко подскочил со стула, разворачиваясь в сторону нахалки.

— Отвали от меня уже! Чего прицепилась?! — гаркнул Никита. От неожиданности весь класс передернулся.

Однако девчонка даже не посмотрела на него. Она сидела молча и смотрела на доску, ехидно улыбаясь.

— Ларионов! — истерически вскрикнула учительница, заставив тем самым ученика развернуться к ней лицом. — Мне жалко твоих родителей! Тебе проблем мало?! Так я сейчас же могу позвонить им, и тогда тебе точно не поздоровится!

— Это не я! Это все она! — Юноша ткнул пальцем в девчонку. — Неужели вы не видите и не слышите?!

Класс расхохотался, однако Никита не понял причины их смеха. Правда, когда парень вновь повернулся, девчонки уже и след простыл.

— Да, видимо я ошиблась. Родители тут не помогут. Работа для психиатра, — процитировала Елена Федоровна своим противным голосом, поглядывая в сторону свободной задней парты.

От стыда у Никиты покраснели щеки. Теперь можно не сомневаться в дальнейших насмешках со стороны одноклассников и не только. Наверняка слухи о его «расстройстве» пройдут по всей школе.

— Зато класс теперь будет знать, что может случиться с человеком, днями напролет занимающимся ерундой, — добавила старуха, попытавшись улыбнуться. Однако это выглядело настолько противно, что Никита с огромными усилиями заставил себя смотреть ей прямо в глаза.

Его так взбесили ее слова. Хотелось высказать все, что он думает о ней. Но он должен сдерживаться, ссоры с учителями почти в конце выпускного класса не нужны. Этого ему сейчас следовало опасаться.

Прозвенел школьный звонок, услышав который Никита закинул портфель на плечо и быстро вышел из класса, напоследок бросив злобный взгляд в сторону учительницы, которую теперь еще больше возненавидел. А самым ужасным было то, что он даже не может высказать свое мнение. Ведь в любой момент она может нажаловаться предкам! И хоть ему почти все равно на меры, которые предприняли родители, злить их еще больше он не хотел.

Выйдя из кабинета, Ларионов направился на следующий урок. Ему даже есть не хотелось. Однако о том, что хотел поговорить с Алиной, он вспомнил, когда вошел в кабинет математики, в котором пока что никого не было. Парень сел за свою парту и принялся наблюдать за снегом, валившим за окном, не прекращая. Ничего, поговорить с отличницей он сможет и позже.

Внезапно окно само по себе распахнулось, впуская в кабинет морозный воздух, от которого Никита поежился.

— Скучаешь? — усмехнулся девчачий голос сзади, когда Никита встал со стула, чтобы закрыть окно.

Рядом с закрытой входной дверью стояла та чокнутая, из-за которой над ним и начали насмехаться. Внутри вмиг все вскипело от гнева. Да он был готов убить ее прямо сейчас!

Юноша в несколько шагов оказался рядом с ней и, прижав к стене, воскликнул:

— Да отвали от меня уже! — Он резко хлопнул ладонью по стене рядом с девушкой, от чего та даже вздрогнула. — Хватит меня преследовать! Чего ты вообще хочешь?! Кто ты такая?! Почему тебя вижу только я?!

— А не боишься, что твоя самооценка опустится ниже плинтуса после того, как я скажу тебе? — усмехнулась девчонка, нагло скрестив руки на груди.

— Прости за то, что я сказал тебе тогда! Про нищету и так далее. Я не подумал, когда говорил, ясно?! — выкрикнул парень, перебив ее.

Взгляд незнакомки смягчился. Повисла недолгая тишина. Девушка, видимо, обдумала, что ответить.

— Поэтому я спрашиваю, — наконец продолжила она, — Не боишься ли ты, что пострадает твоя репутация в связи с распущенностью твоего языка? А то будешь каждому первому встречному рассказывать, что за тобой по пятам ходит ангел-хранитель. — Девушка не говорила, а тараторила, из-за чего юноша плохо усваивал ее слова. — Тогда на каждом углу будут шептаться о старшекласснике, который до сих пор верит в сказки.

— Стоп-стоп! Что? Ангел-хранитель? — остановил ее Никита, после чего громко расхохотался. — Ну да, да, в таком случае я демон-искуситель.

— А как же ты тогда объяснишь то, что меня больше никто не видит? — решила сумничать девчонка. Ларионов сразу же перестал хохотать.

— Я откуда знаю? Может, это просто какой-то розыгрыш, и все решили притвориться, что не видят тебя. Это было бы выгодно учителям, которых я уже достал, да и ученикам, которым не очень нравлюсь. Вот они сговорились и решили унизить меня за счет этого сумасшествия, проявившегося у меня ТАК ВНЕЗАПНО. — Последние слова он произнес по слогам. Юноша внезапно стукнул себя по лбу. — Ну, конечно! Вот и объяснение! Как же я сразу не додумался?! Но я никому не позволю подшутить надо мной. Поэтому можешь зайти к директрисе и сказать, что с актерской игрой не справилась. Хотя, стоит признать, играла ты действительно неплохо.

Девчонка открыла рот, чтобы что-то сказать, но в этот момент дверь в кабинет распахнулась, и внутрь вошла Алина, вешая свою сумку на крючок парты.

— Никита, с кем ты разговаривал? — спросила она у юноши, наблюдавшего за ее действиями.

Тогда Ларионов медленно повернул голову к чудачке, принявшей довольный взгляд.

— Подожди, то есть ты никого сейчас рядом со мной не видишь? — спросил он, показывая на Миру.

— Нет, — засмеялась Алина. — А разве должна? Ник, у тебя все хорошо? Голова не болит? — Девушка приложила ладонь к его лбу.

— Да нормально все со мной! — разозлился Никита, смахивая руки Белоозерской. Даже ее прикосновения уже были неприятны. Странно, она бы точно не стала ему врать.

— Ну, ты совсем не позорься, и хотя бы перестань девчонке мозги пудрить, — сказала нахалка, когда Ларионов вновь взглянул на нее.

Точно! Он же планировал это сделать сразу после литературы! Пока есть возможность, нужно пользоваться.

— Алин, я тут хотел с тобой поговорить, — спокойно начал Никита. Алина подошла к нему ближе, из-за чего парню стало даже некомфортно. — Нам нужно расстаться.

Лицо девушки исказилось от гнева. Она мигом сделала от парня шаг назад, после чего залепила ему пощечину.

— Так и знала, что с тобой нельзя связываться! Урод! — выкрикнула отличница, хватая свою сумку и выбегая из кабинета.

Разъяренный поступком одноклассницы Никита медленно перевел взгляд на сумасшедшую, которая, на удивление, по-прежнему стояла рядом с ним.

— А что ты на меня так смотришь? — усмехнулась она. — Что заслужил, то и получай.

— Оставь меня в покое, — зло прорычал школьник. — Как тебя зовут?

— Ну, Мира. И что с того? — съязвила девчонка.

— Мира, отвали от меня, пожалуйста, — немного спокойнее сказал Никита. — В эти сказки я никогда не верил и верить не собираюсь. Так что должен тебя разочаровать: ты мне не нравишься.

Затем Никита резко развернулся и вышел из кабинета, пропуская мимо ушей доносящиеся до него смех и слова:

— Ты слишком высокого о себе мнения, Ларионов.

Перед тем, как открыть дверь, юноша все же обернулся. Мира вновь куда-то исчезла.

Никиту задержали в школе до полпятого вечера из-за дополнительных бесплатных консультаций, проводимых по профильной математике и русскому языку. Добровольно юноша никогда бы на них не остался, но из-за ссоры с предками ему пришлось это сделать.

Родители всегда хотели, чтобы их сын получил высшее образование и устроился на престижную и хорошо оплачиваемую работу (отец надеялась, что сын продолжит его дело и окунется в бизнес). Именно они заставили его идти в десятый класс. Если бы мать с отцом не решали за него, Никита, не задумываясь, ушел бы в колледж после девятого класса.

Сейчас он даже не знал, на кого идти учиться. За месяц нужно будет решить и сказать классному руководителю, какие предметы ЕГЭ он будет сдавать. Как он может, учась в школе, знать, кем он хочет быть? А если его интересы поменяются уже в ближайшем будущем? Университет с такой же легкостью уже не поменяешь. К счастью, высшее образование сейчас существует больше ради «галочки», как подушка безопасности, иначе бы не было обычных рабочих, которые обслуживают людей, убирают за ними, работают в заведениях общественного питания — большинство из них стремились бы стать «великими», но в этом мире нужны все профессии, и все они важны, как бы быстро ни менялся мир.

Никита вышел на улицу, где уже царила темнота. Дул морозный ветер, пробирая до костей. Юноша застегнул куртку и надел шапку, одновременно натягивая рюкзак на плечи, после чего направился в сторону стадиона. Это самый короткий путь до дома, а в такую погоду он желал как можно быстрее оказаться в своей комнате.

— Стой! — окрикнул его сзади знакомый девичий голос. Ларионов сразу же узнал его.

— Я же сказал! Отвали от меня! — сквозь зубы сказал юноша, разворачиваясь к Мире. — Ты достала меня!

— На стадионе поджидают те хулиганы, которые избили тебя несколько дней назад, — с равнодушным лицом сказала девушка.

Нахалка по-прежнему была в белом коротком платье. Она стояла босиком на недавно отчищенной от снега дорожке. С неба на ее волосы медленно падали снежинки, при этом словно пролетая через них и не оставаясь на прядях. Стоило признать, она действительно была похожа на ангела. Только без крыльев и нимба. Но верить в эту чушь Никита не собирался.

— Откуда они знают, в какой школе я учусь? — усмехнулся парень. — И тем более им неизвестно, какой дорогой я хожу домой.

— И почему мне подсунули такого идиота? — пролепетала себе под нос Мира, чтобы Ларионов не услышал. — Сейчас вся информация есть в социальных сетях. После драки они сражу же нашли твою страницу во «ВКонтакте», где и указан адрес твоей школы. А после выследили и поняли, когда и как ты ходишь домой.

Ее слова заставили Никиту задуматься. А что, если она не врет? Новые синяки и ссадины ему уж точно не нужны.

— Ну, хорошо! Пойду через остановку! — зло ответил юноша. — Теперь довольна?

На это девушка лишь ухмыльнулась, провожая взглядом парня, подходящего к калитке. Он миновал школьные пределы и пошел к остановке. Правда, когда он обернулся, Мира вновь испарилась.

«Что за чертовщина?» — думал он, закутываясь в куртку и натягивая шапку на уши.

На самом деле Мире нравилось подшучивать над своим подопечным. Он это заслужил. Конечно, она догадывалась, что ее миссия будет непростой, но не настолько же! Ей просто подсунули животного, из которого нужно сделать человека. И этого наглого павлина еще нужно защищать!

Когда девушка первый раз увидела Никиту, она сразу поняла, что парень просто невыносим. Но если бы в нем не было хоть искры доброты, Гавриил бы не послал к нему Миру. Интересно, в чем же заключается эта доброта?

Девушка быстро нашла дом Ларионовых. Она всегда чувствовала своего подопечного благодаря крыльям ангела.

В доме царил беспорядок. На кухне сидел лишь читающий газету упитанный мужчина лет сорока с добрым взглядом и коротенькой бородкой, которую уже слегка тронула седина. Почему-то Мире он показался очень знакомым, но как бы сильно ни напрягала память, вспомнить так и не удалось.

— Да куда ты бьешь, идиот?! — донеслось с верхнего этажа. — Страхуй его! Да нет же! Что ты творишь?!

Ангел сразу поняла, кто возмущается. Отец Никиты встал из-за стола, закрывая газету, и, подойдя к лестнице, громко крикнул:

— Может, хватит уже смотреть свой футбол, сын?! Ты уроки сделал?

В ответ тишина. Ларионов-младшицй притих и телевизор сделал тише, чтобы отец подумал, что тот сел заниматься. Ага, конечно! Да он же опять завтра двойку по алгебре схлопочет. Пора его в пустую голову вставить мозги.

Никита после замечания отца решил вести себя тише. Еще не хватало, чтобы он поднялся и проверил, как он делает уроки. Учеба! Кому она нужна?! Нет, сегодня юноша решил за учебники не садиться. Слишком устал после дополнительных занятий. Поэтому Ларионов просто сделал телек тише и перестал критиковать игру футболистов.

— Так-так-так, — послышалось со стороны кресла. — И чем это мы здесь занимаемся?

Никита закатил глаза к потолку.

— Ну, что ты ко мне пристала? — простонал он. — Я, конечно, понимаю, что жутко хорош собой и все такое, но такой настойчивой поклонницы у меня еще не было. — Юноша медленно перевел уставший взгляд на Миру, сидевшую в кресле в углу комнаты. Но как она попала в дом? Через окно? Ну, нет, это уже точно перебор.

— Твоя самовлюбленность принесет тебе кучу проблем, если ты не исправишься, — пробормотала Мира.

— У тебя еще не спросил, — хмыкнул юноша. — Как ты сюда попала? Если бы ты вошла в комнату или влезла в окно, я бы это точно заметил.

— Правда?! Ну, если у тебя есть глаза и уши, то значит еще не все потеряно.

— Как смешно, — передразнил ее парень. — Рассказывай, как ты сюда забралась?

— Я тебе уже ответила. Еще в школе.

Поняв, что имеет в виду сумасшедшая, Никита рассмеялся и закинул голову на спинку дивана.

— Ну, и где в таком случае твои крылья и нимб, ангелочек? — спросил Ларионов продолжая смеяться.

— Они при мне, просто ты не можешь их видеть, — спокойно ответила девушка.

— И почему же? — Никита прекратил смеяться и серьезно посмотрел на собеседницу. — Потому что это полная чушь?

Сначала Мира не ответила. Она лишь встала с кресла и, медленно подойдя к телевизору, выключила его, после чего экран потух.

— Если бы ты не вел себя, как последний идиот, и поступал по-человечески, меня бы сюда не послали, и, возможно, под моей защитой сейчас бы был человек, который действительно нуждается в помощи, — спокойно проговорила она. Лицо девушки выглядело абсолютно равнодушным. — Но нет, мне выпало счастье защищать такого придурка, который думает лишь о себе и не может понять, что рядом с ним находятся такие же люди. Очнись, Ларионов! От твоих поступков зависит твое будущее!

— А ты чего как моя мамочка заговорила? — усмехнулся он, пытаясь пультом включить телек, но так как девушка загораживала весь экран, сделать ему этого не удалось.

— Если не думаешь о себе, подумай хотя бы о своих родителях. Они же как лучше хотят! Именно они сейчас думают о твоем будущем!

— Не смеши меня, — пролепетал парень, доставая из-за дивана какую-то бутылку. Прочитав надпись на ее этикетке, Мира сразу же поняла, что это пиво. — Отец просто хочет, чтобы я работал у него в офисе и до конца жизни копался в бумажках. Ну, уж нет.

Парень поднес горлышко бутылки ко рту, и в этот момент ангел подскочила к нему, забирая бутылку. Никита вцепился в пиво и не выпустил его, из-за чего повалил Миру прямо на диван рядом с собой. Их лица оказались рядом. Юноша засмотрелся. Красивые черты ее лица привлекли все его внимание, и тогда девушка, пользуясь случаем, выдернула у него из рук бутылку и вскочила с дивана. Никита, быстро все осознав, кинулся за ней, но нахалка мигом подскочила к окну и выбросила сосуд на улицу. Послышался звук разбитого стекла.

Ларионов быстро посмотрел вниз. Еще бы чуть-чуть, и бутылка упала бы на отцовскую машину.

— Ты больная? — крикнул он. — Да ты не представляешь, сколько стоит эта машина! Пиво безалкогольное! Тем более мне через несколько недель восемнадцать исполняется!

— Ну пока же не исполнилось! И опять ты о деньгах говоришь, — закатила она глаза. — Деньги — не самое главное.

— Может, и не главное, — ухмыльнулся Никита. — Но они все решают в этом мире.

— Ты не прав, — буркнула Мира. Взгляд прожигал парня насквозь. А дальнейшие слова донеслись до него эхом, — Любовь купить нельзя.

Сказав это, девушка отвела взгляд от его удивленных глаз. Она молча прошла мимо подопечного и вышла из комнаты, не до конца прикрыв дверь.

Еще ничьи слова не заставляли Никиту так задуматься. Он медленно прошел к рабочему столу и, включив настольную лампу, уселся в офисное кресло. Юноша даже ни разу не прокрутился на нем, как любил это делать, а сразу придвинулся к столу.

Странно все это. Ни отец, ни мать не могли повлиять на учебу сына. И тут ни с того, ни с сего с неба свалилась какая-то девчонка, заставившая одной фразой его сесть за уроки. Хотя бы это делает ее особенной, не говоря уже о других ее странностях. Вот, например, как Мира так внезапно исчезает и появляется, или как так бесшумно пробралась в его комнату? Что-то сверхъестественное здесь точно есть.

Юноша открыл учебник по алгебре, по которой нужно было решить три больших номера. На удивление он сделал их быстро, после чего мысли парня вновь вернулись к словам Миры. «Любовь купить нельзя», — твердил он про себя снова и снова. С правильностью этого высказывания нельзя не согласиться. Ларионов почему-то сразу вспомнил Алину. Если бы даже она была самой богатой девушкой на планете, он бы все равно никогда не смог ее полюбить. Ведь здесь главное — не перепутать «любовь» с понятием «любовь к деньгам».

Мира даже не могла подумать, что ее слова подействуют на Никиту. С улыбкой на лице она стояла за дверью и наблюдала за тем, как подопечный делает уроки. Значит, надежда все-таки есть. Его сердце не такое черствое, как она думала!

Девушка хотела похлопать в ладоши и войти обратно в комнату, увидев, как Ларионов отложил в сторону учебник по алгебре, но решила оставаться на нейтральной территории — за дверью. Вдруг он решит сделать еще один урок?

Глава 2

— Никита, подъем! Ты опаздываешь!

Ларионов открыл глаза не сразу. Шея затекла, все тело болело от проведенной ночи в лежачей позе за столом. Он даже не заметил, как уснул, делая уроки.

— Не может быть! — продолжил отец — Дмитрий Ларионов. — Ты просто наложил эту стопку учебников для виду?

— Делать мне больше нечего, как специально спать за столом, — прикрыв глаза, вяло пробубнил Никита. — Сделал я уроки. На удивление, все.

— Горжусь тобой, сын! — гордо заявил мужчина, улыбнувшись. — Неужели взялся за ум?

Мужчина был одет в черные брюки с заправленной в них белой рубашкой. В таком виде отец всегда отправлялся на работу. Задерживаться долго в комнате сына он не стал. Никита, едва приоткрыв глаза, проводил отца равнодушным взглядом, после чего, запрокинув голову на спинку кресла, постарался вспомнить события вчерашнего вечера и причину того, почему он сел за уроки. А когда вспомнил, громко спросил:

— Ну и где ты, ангелочек?

Губы расплылись в широкой улыбке. Ему даже стало смешно. Разговаривать с тишиной юноше еще не доводилось. А может, она ему просто приснилась?

Нет, однозначно нет, потому что так Никита никогда бы не уснул, выполняя домашнее задание. Хоть учителя сегодня не смогут придраться. Просидев еще минуту, но, так и не дождавшись ответа от Миры, Никита принялся собираться в школу.

— Алина, я не понимаю, что с тобой происходит! — причитала математичка, прожигая взглядом ученицу насквозь.

Учительница застыла над отличницей, от чего девушка чувствовала себя неуютно.

— Если ты не выполнишь и следующую домашнюю работу, я буду вынуждена позвонить твоим родителям, — немного спокойнее продолжила женщина, садясь за свой стол.

Ученице не удалось скрыть скопившиеся в глазах слезы, как бы она ни пыталась. Тяжело приходится отличникам — переживать за каждую полученную четверку, выдерживать на себе насмешливые взгляды, если вдруг написал работу хуже, чем какой-нибудь списавший двоечник, делать каждую домашнюю работу. Никита сразу заметил ее поникший взгляд, хоть и сидел на другом ряду. Почему-то ему стало ее жаль. Ведь парень понимал, что частично сам в этом виноват.

— А теперь Ларионов покажет мне домашнюю работу, — прервала раздумья юноши учительница.

В любой другой день Никита бы недовольно закатил глаза к потолку и поднес дневник для двойки. Но сегодня он, ухмыльнувшись и взяв тетрадь с решеными примерами, подошел к учительскому столу и аккуратно положил ее.

Среди одноклассников послышались тихие перешептывания, становившиеся с каждой секундой все громче.

— Класс, тихо! — гаркнула учительница, просматривая его тетрадь. — Если он сделал домашнее задание, это еще не значит, что он решил их сам.

Она закрыла тетрадь ученика и положила ее на край стола, а затем медленно перевела взгляд на Никиту.

— В тетради-то все правильно, но что-то я не верю, что ты сделал это сам без одноклассников и интернета, — продолжила учительница. — Хорошо, давай так. Если ты решишь любой из этих примеров сейчас на доске правильно, я поставлю тебе пятерку.

Юноша молча кивнул и, взяв учебник, подошел к доске и переписал пример. Придется разочаровать Наталью Владимировну. Ведь тут решать даже нечего.

— Готово, — объявил Никита, когда закончил.

Учительница взглянула на то, как Ларионов решил сложное тригонометрическое уравнение. Через несколько секунд ее лицо выглядело удивленным, потому что одиннадцатиклассник сделал все правильно.

— Ну что, вы мне поставите пятерку? — спросил Никита, стараясь не улыбаться.

— Как и обещала. Поставлю, — откликнулась Наталья Владимировна. — Вот так бы всегда, Ларионов. Оказывается, у тебя неплохие способности. Думаю, и экзамен неплохо сдашь, если будешь готовиться.

Никита ничего ей не ответил, просто сел на свое место. Внутри он ликовал, хоть и не подавал виду. Учителя думают, что раз он не учит уроки, то он ничего не знает. Но это было не так. Особенно в математике. Это предмет ему нравился. Несмотря на не очень хорошее отношение к нему, Наталья Владимировна была хорошим учителем, которая все подробно объясняла. И Никита почти всегда ее слушал. Только домашку делать было очень лень. Но время от времени он и этим занимался. Однако по закону подлости, в такие дни учительница не просила его показать свою домашнюю работу. Сегодня стало исключением.

Он заметил, как Алина на него посмотрела. Украдкой. Он все ждал, когда покажется Мира и скажет, что он должен перед ней извиниться, но этого так и не произошло. С одной стороны, Никита понимал, что так и должен поступить, а с другой, не хотел оправдываться за чувства, которые не испытывал к девушке. Но Алина заслужила объяснений. Она заслужила больше, чем просто «Мы расстаемся».

Когда прозвенел звонок, Никита направился в столовую. Она у них была довольно большой: с высокими потолками, несколькими рядами столов и буфетом, где продавали не только хлебобулочные изделия, но и нормальную еду. Обычно Никита всегда брал второе на выбор, отказываясь от супа. Сейчас он был несильно голоден, поэтому взял небольшую булочку и начал выискивать свободное место взглядом.

За одним из столов сидел Артем, который обрадовался появлению друга. Парни пожали друг другу руки, после чего уселись за стол друг напротив друга.

— Поговаривают, тебя теперь за сумасшедшего можно считать? — сразу же начал Багиров.

Никита в ответ закатил глаза, поняв, о чем он, и принялся жевать булку с яблочным джемом.

— Так и знал, что эта новость разлетится по всей школе, — лишь пробубнил он.

— Да я бы не сказал. Только старшеклассники об этом говорят: десятый и одиннадцатый классы. От ребят помладше вообще ничего подобного не слышал. Ну, а в чем дело-то? — снова задал вопрос Артем. На скуле виднелось несколько ссадин после драки, в отличие от самого Никиты, у которого на скуле виднелся синяк.

— Если я тебе расскажу, ты мне все равно не поверишь.

— Я очень постараюсь, — кивнул Багиров, приняв серьезный вид.

— Помнишь, в кафе тогда я спросил про девушку, которая так странно на меня смотрела? — начал Ларионов.

— Конечно. Ты меня тогда сильно удивил. Ведь там, куда ты показывал, никого не было.

— Я подумал, что мне показалось. Но это не так. В той драке я увидел ее снова. Она помогла мне. Иначе, мне кажется, эти хулиганы бы убили меня.

— Но каким образом она тебе помогла? — перебил его друг.

— Я сам не пойму. Просто она что-то сделала руками, и они все отлетели в сторону.

— Бред какой-то, — засмеялся собеседник.

— Я тогда тоже подумал, что мне могло это показаться из-за того, что те придурки избивали меня в тот момент. Но нет! Эта девчонка объявилась через несколько дней, когда я немного оправился. Она начала задирать меня в классе, но ее никто не видел, понимаешь? Только я ее вижу. Она еще так внезапно исчезает. И она позже мне заявляет, что на самом деле является моим ангелом-хранителем!

Артем в ответ еще больше расхохотался.

— Я тоже подумал, что это бред, — продолжил Ларионов. — Но как объяснить тогда то, что она так внезапно появляется и исчезает? Я сидел дома смотрел футбол, как она внезапно появилась. Я начинаю подозревать, что она говорит…правду. — Парень сделал недолгую паузу. — Она постоянно читает мне морали. И они почему-то работают! После ее слов меня начинает грызть совесть! Из-за нее я вчера сказал Алине, что между нами все кончено, а также сел вечером делать уроки.

— Ты расстался с Алиной?! — удивился друг.

— Тебя это сейчас волнует? — изумился Никита. — Я не знаю, что делать, брат. Как мне сделать так, чтоб она от меня отстала?

— Ну, а ты думал над тем, что это может быть розыгрыш?

— Конечно! Уже сомневаюсь, что это правда.

— Ну наконец ты это понял! — проговорил за спиной такой уже знакомый девичий голос.

Никита со вздохом проследил за тем, как Мира садится рядом с Артемом. Девушка уставилась Ларионову прямо в глаза.

— Куда ты смотришь? — удивился Багиров, смотря на место, где сидит Мира.

— Вот! Об этом я и говорю! Ты ее не видишь? — затараторил Никита.

— Кого? — не понял Артем.

— Моего ангела-хранителя! — разозлился Никита.

Артем замолчал на несколько секунд. Мира тем временем с усмешкой смотрела своему подопечному в глаза.

— Может, тебе нужно к хорошему психотерапевту обратиться? — напрягся друг Никиты.

— Я не сумасшедший! — вскрикнул Никита так, что на него обернулись школьники, сидевшие за соседними столами.

— Но здесь никого нет, — стоял на своем собеседник.

Никита закрыл лицо ладонями и постарался успокоиться. Нужно просто прекратить разговор.

— Хорошо, давай просто забудем то, что я сейчас говорил. Так будет проще, — проговорил он, уставившись на крошки, оставленные на столе после съеденной булки. — И Лехе не говори.

— Ты в порядке? — переспросил друга Багиров.

Никита на это ничего не ответил. Он встал из-за стола и, окинув Миру гневным взглядом, направился к выходу из столовой. Даже лучший друг принял его за сумасшедшего.

Никита Ларионов отсидел еще один урок — информатику. На последние два урока он не пошел. Настроения не было абсолютно, голова еще разболелась. Но на перемене он всерьез решил поговорить с Алиной. Объясниться ей. Парень не знал почему, но для него вдруг стало важным знать, что девушка на него не держит зла и продолжает жить, как раньше: получать хорошие оценки, общаться с друзьями, готовиться к поступлению в университет.

Никита высматривал девушку на перемене, пока не обнаружил ее в куртке, выходящей из школы. Она что, решила и прогуливать еще?! Юноша рванул вслед за ней в одной лишь рубашке и схватил за руку уже на улице, одним движением развернув ее к себе.

Девушка удивленно на него уставилась. Ее щеки слегка покраснели, но сама она не растерялась.

— Что тебе нужно от меня?! — Ее лицо исказилось от злости. Девушка попыталась вырвать свою руку, но не получилось. Ларионов держал крепко.

— Что ты выдумала? Я, конечно, понимаю, что виноват. Но неужели ты настолько не выносишь мое присутствие рядом с собой, что решила сама уходить с уроков?! — начал причитать Никита, смотря ей прямо в глаза.

На улице было холодно. Светило солнце, таял снег, но дул холодный ветер. Однако юноша даже виду не подавал, что ему холодно.

— Тебе-то какое дело до меня?! — возмутилась она, а затем исправила. — Уже какое дело?!

— Давай просто перейдем на более спокойный тон и нормально поговорим, — попросил он, отпуская ее запястье.

Алина ничего не ответила, приняла равнодушный вид, скрестив руки на груди, мол, говори, что хотел.

— Ты права, я урод. Я заслужил эту пощечину. — Юноша указал на свою щеку, вспомнив как Алина ударила его вчера. — Но ты делаешь себе хуже! Я знаю, что ты не делала некоторую домашку, потому что просто не успевала после наших прогулок, но зачем ты портишь себе репутацию? — Девушка отвела взгляд, избегая его пристального взгляда. — Алин, давай будем взрослыми людьми. Пойми, я никогда не любил тебя. Ты была мне симпатична, но не более. Мне нравилось болтать с тобой, но, — Никита сделал секундную паузу, чуть не выдав фразу о том, какой у нее сложный характер, — Это не могло продолжаться долго. Ты умная, красивая, добрая девушка. Ты обязательно встретишь парня, который тебя полюбит и будет предпринимать первые шаги в ваших отношениях. Я знаю, что ты зла на меня. Но я не могу приказать своему сердцу полюбить тебя.

Девушка подняла на него взгляд.

— Я рада, что ты это сказал, — проговорила она. — Потому что все не могла понять, что же я сделала не так. — По ее щеке потекла слезинка. — Но оказалось, это не я виновата в данной ситуации, а ты, потому что так и не увидел, какие чувства я вкладывала в эти свои первые отношения. Ты козел, Ларионов, но я рада, что ты все это сказал. Иначе бы я боялась посмотреть тебе в глаза. А сейчас я смотрю и понимаю, что ты слаб. И я думаю, что ты просто на просто не способен любить. Так значит я не буду страдать, а уж тем более портить себе оценки и жизнь! — завершила она и, усмехнувшись, зашла обратно в школу.

Никита был рад, что она одумалась, но ее слова о том, что он не способен любить, оставили неприятный осадок в душе. Скорее всего, она права, потому что однажды в его жизни случилась ситуация, которая показала ему, что любовь может причинять боль. Он стоял несколько секунд на улице, после чего забежал за курткой в школу, а затем выбежал обратно и направился домой. Мира смотрела ему вслед, не веря в то, что этот мерзавец объяснился перед Алиной. Но Никита ее уже не видел.

К счастью, дома не было ни отца, ни матери. Значит, не будут читать нотации, почему он так рано вернулся домой. Меньше всего ему сейчас хотелось разговаривать с кем-нибудь. Парень разогрел борщ из холодильника и сделал себе несколько бутербродов с колбасой. Он прошел к телевизору в гостиную и уселся на диван. Эта комната в их доме была не очень большой, но уютной. Стены выкрашены в светло-бежевый цвет, потолок — в белый, а пол комнаты устилал паркет. Напротив дивана стоял небольшой деревянный кофейный столик, а по бокам от него два кресла. Так же всю стену, напротив большого окна, занял книжный шкаф, полностью заставленный книгами, которые обожала читать мать. Она не могла с ними расстаться и покупала постоянно новые. Чаще всего, это были любовные романы. На стене висел большой плазменный телевизор, который юноша и включил. Остановившись на канале, по которому шел футбол, он начал жевать.

— Ты ничего, кроме этого, не смотришь? — раздался неожиданно голос со стороны.

Никита подскочил на месте от неожиданности и случайно выронил бутерброд из рук, упавший на кофейный столик. На кресле уже сидела Мира и с неприязнью смотрела на телевизор.

— Если я не могу от тебя отвязаться, может, ты хоть станешь предупреждать, когда появляешься и исчезаешь?! — возмутился Ларионов и положил упавший бутерброд на тарелку, усаживаясь обратно на диван.

— Извини, я еще сама к этому не привыкла, — проговорила она, разглядывая свои ладони.

— Что ты имеешь в виду?

— Я только недавно стала ангелом и не до конца еще разобралась, когда исчезаю, а когда появляюсь. Потому что я по своему желанию могу за одну секунду появиться там, где ты, а могу просто наблюдать за тобой тайком, что ты не будешь меня видеть.

— Тогда лучше вовсе не появляйся, — зло бросил он, продолжая смотреть футбол. — Меньше проблем будет.

— Вот как ты заговорил, — ухмыльнулась девушка. — А кто же меня с утра сегодня звал?

— Так ты еще и слышишь, когда я зову тебя? — спросил он, принявшись есть борщ.

Мира лишь кивнула в ответ, следя за тем, как подопечный наблюдает за игрой. В итоге, ей надоело, что он не обращает на нее никакого внимания, поэтому загородила телевизор своим телом, скрестив руки на груди.

— Если в школе жить спокойно не даешь, дома хоть меня не трогай! — возмутился Ларионов, закатив глаза.

— Прости, я виновата, но я, правда, не хотела, чтобы тебя считали сумасшедшим. — Девушка виновато опустила глаза.

— Ну, а от меня что ты хочешь?! Извиняю. Всё? Теперь ты оставишь меня в покое?!

— Не могу я! — заорала девушка в ответ. — Очень хочу, но не могу! Ты думаешь, мне так нравиться ходить, следить, чтобы с тобой ничего не случилось, не напали те или другие хулиганы?! Меня приставили к тебе для того, чтобы исправить твою жизнь!

— Но зачем ее исправлять?! Меня и так все устраивает! — В порыве гнева Никита подскочил с дивана и встал напротив Миры.

— Ты уверен в этом? — приподняла бровь девушка, перейдя на спокойный тон. — Я вот, нет. Это ты снаружи кажешься таким крутым. Похититель девичьих сердец! Но на самом деле все не так. Твое общение ограничивается парой друзей, постоянно споришь с учителями, про отношения с родителями я вообще молчу.

— Не хочу об этом говорить, — буркнул юноша, снова плюхаясь на диван. Он выключил телевизор, понимая, что нормально футбол посмотреть у него не получится.

Мира была рада, что он ответил ей не так грубо. Ведь могло быть и хуже. Она понимала, что лучше сейчас не злить его и не поднимать такие темы.

— Прости, — снова повторила ангел, посмотрев ему прямо в глаза.

Юноша поймал ее взгляд, и он казался таким…добрым. Она действительно раскаивается?

— Никита, мы дома! — крикнула мама с порога. Это заставило юношу оторваться от взгляда собеседницы, но, когда он вновь повернулся к ней, Мира вновь исчезла.

Парень перестал удивляться. Он взял тарелки с недоеденным борщом и бутербродом, стерев крошки со столика, и понес их на кухню.

Никита уже полчаса лежал с учебником истории в руках на кровати, но дольше просто смотрел в потолок, а не читал параграф. Потому что он ничего не мог запомнить. Не давались ему гуманитарные предметы. Вот математика, информатика, физика — другое дело.

— Может, ты хочешь поговорить? — вновь из ниоткуда возник ангел.

Мира сидела на краю кровати. Она в упор смотрела на него. Девушка изменилась. По крайней мере, Никите так показалось. Над головой у нее был виден полупрозрачный небольшой обруч, однако юноша не мог понять, что это. Может, он раньше просто не замечал?

Вместо ответа Никита перевернулся со спины на бок, продолжая пялиться в учебник и делать вид, как будто читает.

— Я бы могла помочь тебе выучить историю, — продолжила девушка. Видимо, она ощущала вину за то, что Ларионову даже лучший друг посоветовал обратиться к психиатру.

— Ты что ли разбираешься в этом всём? — спросил юноша, не наградив ее взглядом.

— Вроде того, но я не понимаю, откуда знаю ее.

— Может, ты ее знаешь, потому что учила? — усмехнулся юноша. — Школу уже закончила?

— Я не знаю, — коротко ответила Мира.

Никита развернулся к ней и сел рядом.

— Как это? Сколько тебе лет? — удивился парень. В его голосе не читалось издевок, Мира услышала лишь искреннее удивление.

— Я не помню, — снова ответила девушка, замявшись и отводя взгляд в сторону. — Я ничего не помню, что связано с моей прошлой жизнью. Я даже не знаю, настоящее ли у меня имя, но архангел Гавриил назвал меня так. Моя миссия теперь состоит в том, чтоб защищать людей и нести добро в этот мир.

— Погоди, — не понял Никита. — Что значит, в прошлой жизни? Ты..

— Да, я умерла.

Никита поджал губы, он не знал как на это отреагировать. Его это почти не удивило. Он подозревал, что ангелы — это кто-то наподобие духов.

— Извини, — тихо проговорил он. — И ты совсем-совсем ничего не помнишь?

Девушка покачала головой.

— Хотя, мне кажется, что я жила в этом городе. Иногда мне кажутся некоторые здания, улицы знакомыми. Вон то кафе…я думаю, я была в нём когда-то.

— Как забавно, — усмехнулся Ниита. — Ты совсем не помнишь своего прошлого, а я не знаю, как мне жить дальше.

— Что ты имеешь в виду?

Никита снова усмехнулся, вставая с кровати и ставя учебник по истории на полку.

— Да что тут непонятного? — пробубнил он, не смотря на ангела. — Я не знаю, как стать счастливым. Куда поступать, в каком направлении развиваться и так далее. Я не могу понять свое будущее. Порой думаю, может после окончания школы уйти в армию и еще год не париться об этом?

— А ты хочешь этого? — спросила Мира, заглядывая ему в глаза.

— На самом деле, я бы хотел создавать сайты и программы, — ответил он, качая головой.

— Тогда в чем проблема? — усмехнулась Мира. — Ты же сам ответил на свой вопрос.

— Я не могу туда поступать.

Теперь был черед девушки удивляться.

— Не смотри на меня так, — пробубнил Никита. — Все очень трудно. Я не могу определиться с выбором предметов для экзаменов, потому что отец настаивает на том, чтоб я поступал на экономический факультет.

— А ты сказал ему о том, что не хочешь этого?

— Конечно! Раз десять, пока он не заявил, что, если я поступлю не так, как он говорит, то останусь без родительской помощи и одобрения. На самом деле, мне кажется, он просто выгонит меня из дома, или всю жизнь будет твердить, что я неудачник.

— Что за глупости? Он поступает неправильно! — возмутилась девушка. — А что мать говорит?

— Мне кажется, ей вообще все равно. Я порой думаю, что у нее вообще нет собственного мнения. Она во всем соглашается с отцом. Постоянно. И это так…бесит. — Последнее слово он произнес громко, отчетливо.

Девушка думала пару минут, не зная, что ответить своему подопечному, но когда пришла яркая идея в голову, громко выпалила:

— Предлагаю заключить сделку!

Никита, рассматривавший выпуклые вены на своих руках, медленно перевел на нее взгляд. В его глазах читалось удивление.

— Я подтяну тебя по гуманитарным предметам, чтобы ты получил нормальный аттестат, а также помогу поступить в университет твоей мечты, — воодушевленно начала рассказывать Мира, встав с кровати.

— И как же ты это сделаешь? — удивился Ларионов, усмехнувшись.

— А вот так. Во-первых, подтяну тебя в предметах, чтобы были хорошие оценки, а во-вторых, ты можешь выбрать либо историю, либо обществознание для сдачи экзамена, чтобы отец сильно не цеплялся к тебе. Он подумает, что ты взялся за ум, и будешь поступать на экономический факультет, ведь для поступления туда нужен один из этих предметов. Но ты еще запишешь в предметы информатику и будешь к ней готовиться. Плюс ты забыл, что меня никто не видит? Я смогу помочь тебе на самом экзамене.

— Откуда ты знаешь обо всех этих комбинациях предметов для поступления в вузы? — вновь удивился он.

— Я ж говорю тебе, что понятия не имею. Просто знаю, и всё.

Никита размышлял над ее предложением несколько секунд.

— Это было бы действительно здорово. Прокатило бы. Но, я думаю, отец несильно обрадуется, когда узнает, что я собираюсь на программиста поступать.

— Это твоя жизнь, и только ты должен выбрать. Ты не боишься хулиганить и спорить с учителями, которые звонят родителям. А поступить в соответствие со своими интересами тебя пугает? Ты можешь начать подрабатывать и съехать в отдельное жилье, если родители будут постоянно твердить о твоем неправильно сделанном выборе.

— Я бы хотел начать сам подрабатывать в любом случае. Но, думаю, ты права. Однако слово «сделка» подразумевает, что выгоду получат обе стороны. Что я могу предложить тебе взамен?

— Ты поможешь мне вспомнить прошлое. Хочу знать, кем я была в прошлой жизни, — сразу же ответила девушка. — Как думаешь, это возможно?

— Нуууу, — протянул Никита, закатывая глаза и раздумывая над ее вопросом. — Почти вся молодежь сейчас сидит в социальных сетях. Можем сначала попробовать найти твой профиль. Если не получится, то нужно будет хорошенько подумать. Город у нас не очень большой, так что, думаю, узнать, кем ты была в прошлой жизни, вполне возможно.

— Так что, договорились? — с улыбкой приподняла бровь Мира, протягивая своему подопечному руку.

Никита недолго думал.

— По рукам, ангелочек. — Он пожал ее руку в ответ, словно общался с живым человеком. Он чувствовал ее. Правда, ее ладонь была такой холодной, словно у неживой. Никита не совсем понял, кто такие ангелы. Почему он чувствует Миру, если ангелы — это некие духи, защищающие своих подопечных от неприятностей? Однако он знал одно наверняка. Дружеский союз с ангелом — это то, что определенно ему поможет найти свое место в жизни.

Глава 3

Следующую неделю Никита был вовлечен в учебу целиком. Увидев это, родители вернули ему телефон, перестали читать нотации и освободили от «домашнего ареста». Они, наверное, подумали, что произошло чудо. Так оно и есть. Влияние ангела, наверное, можно считать чудом. Ларионов выбрал такие предметы ЕГЭ, которые предложила ему Мира: профильную математику, обществознание, информатику и русский язык, как обязательный предмет. Мира перестала неожиданно появляться в школе и доставлять проблемы своему подопечному. Артему Никита сказал, что у него были проблемы и, скорее всего, ему все показалось, во что друг охотно поверил. Однако общаться с Артемом и Лёшей парень стал, в основном, в социальной сети и школе, так как начал активно готовиться к экзаменам, а на прогулки с друзьями просто не было времени. Больше всего он тратил сил на подготовку к информатике и обществознанию, с которым ему помогала Мира. Она прекрасно разбиралась и в политике, и в праве, и в экономике, а также в других блоках, спрашивающихся на экзамене. В своих знаниях по русскому языку и математике Никита был относительно уверен, но тесты по этим предметам он тоже решал.

Учителя очень удивлялись тому, как Ларионов готовился к их предмету. Правда, некоторые, все равно не хотели ставить юноше высшую оценку, даже если он идеально был готов к уроку. Но Никита не парился по этому поводу. Мира дала ему надежду на то, что он сможет заниматься тем, что ему нравится. И парень планировал найти способ, как монетизировать создание сайтов и программ, в ближайшее время. Эта мысль давала ему энергию для того, чтобы учить запутанную историю, занудную литературу, непонятную химию и другие предметы. Это поможет получить ему аттестат без троек и поступить в хороший университет. Он даже не думал о том, какой будет реакция отца, когда тот узнает, что его сын даже не планирует поступать на экономический факультет.

Никита шел по коридору школы, когда увидел Артема и Алину, стоявших друг напротив друга. Друг обнимал девушку, прижимая к своей груди, а она обнимала его в ответ. Простояли они так пару секунд, пока одноклассница не отстранилась. Она сказала что-то Багирову, а затем быстрым шагом направилась к нужному кабинету, проходя мимо Никиты.

— Привет, — поприветствовала она одноклассника, не окинув его даже взглядом, и зашагала прочь.

Это точно была не прежняя Алина. Раньше бы она остановилась, засмущалась, здороваясь с Никитой. Но сейчас она совсем не была заинтересована одноклассником. Хотя после того, что Алина высказала ему, это было совсем неудивительно.

— Привет, брат, — поздоровался Артем за руку с другом, до сих пор смотря на чуть ли не забегающую в класс Алину.

— Вы встречаетесь? — тут же задал вопрос Никита, когда друг вновь обратил на него внимание.

— Нет, нет, — запротестовал собеседник, размахивая руками. Вопрос Ларионова его явно поставил в неловкое положение. — Не то, чтобы я не хотел этого. Ты сказал, что вы расстались, вот я и подумал. — По его голосу Никита понял, что друг волнуется.

— Выкладывай, — оборвал его речь приятель. — Я не испытываю к ней чувств и не претендую, так что готов выслушать все как есть.

Артем облегченно выдохнул и, слегка пригладив торчавшие рыжие волосы, продолжил:

— Она мне нравилась еще до того, как вы начали встречаться. А когда это случилось, я очень расстроился, но не хотел рушить нашу дружбу из-за девчонки. Когда я узнал, что вы расстались, решил предпринять попытки, чтоб сблизиться с Алиной. После вашего разрыва несколько дней она не хотела подпускать меня к себе. Я ведь твой друг, и она не хотела, чтобы ее что-то связывало с тобой. Я кидал заявки в друзья во «ВКонтакте», подписывался на ее профиль в Инстаграме, лайкал фотки, но все это было бесполезно. В один вечер я случайно увидел ее на улице вместе с подругой. Было уже темно, и им не хватало денег на такси. Я вызвал им машину и оплатил полностью. Той же ночью я увидел, что Алина добавила меня в друзья и подписалась в Инстаграме в ответ. Она сразу же написала сообщение, в котором поблагодарила меня. Тогда мы начали общаться. Ты, правда, не заметил этого, потому что был полностью вовлечен в учебу, чему я, признаюсь, до сих пор удивлен. Однако мы много времени общались на переменах и переписывались в соцсетях. Никит, я кажется, серьезно влюбился. Вот сегодня позвал Алину в кино. Я еще не планирую предлагать ей встречаться, потому что прошла всего лишь неделя после того, как закончились ее первые отношения. Но, надеюсь, мы продолжим так же хорошо общаться.

Артем рассказывал, не останавливаясь. Никита даже не думал, что будет так рад за друга и за…Алину. Он действительно был рад, что она может быть с тем, кто действительно переживает за нее и ценит. А другу уже давно было пора завести отношения, ибо он постоянно жаловался Никите на то, что хочет кого-то любить и быть любимым.

— Я рад за вас, — честно ответил Никита, улыбнувшись.

Артем улыбнулся в ответ и перевел тему:

— У тебя самого все хорошо? Не заболел? А то очень странно то, что ты так занялся своей успеваемостью. Еще неделю назад тебя это не волновало.

— Я просто понял, куда хочу поступать. Извини, но говорить пока не буду, чтоб не сглазить.

— Очень любопытно, — проговорил Артем, пожимая другу руку, когда прозвенел звонок. — Мне пора на урок. Увидеться, наверное, сможем только завтра, так как на вечер у меня в планах просмотр какой-то мелодрамы, по которой девчонки сходят с ума. Алина говорила название, но я уже забыл его.

Никита усмехнулся, провожая друга взглядом. Ему тоже нужно было спешить на урок — историю. И по ней должен быть тест.

— Ты не жалеешь, что расстался с Алиной? — спросила Мира, которая вновь возникла из воздуха. Никита уже перестал пугаться, но был в беспроводных наушниках, когда приходилось разговаривать с ангелом, чтобы проходящие подумали, что он разговаривает по телефону, а не сам с собой.

— Нет, — уверенно ответил юноша. — Я не любил ее. Как, впрочем, и остальных. Напрасная трата времени и денег. Просто иногда хочется увлечься кем-то, испытать чувства, напоминающие любовь. Но из раза в раз не выходит.

— А ты любил кого-нибудь? — спросила Мира, заглядывая подопечному в глаза.

Никита ответил ей серьезным взглядом. Мира изменилась за неделю. Она была в том же платье, так же босая, но теперь парень отчетливо видел нимб, висевший у нее над головой. Золотой и мерцающий. Хотя он готов был поклясться, что в первую их встречу нимба не было. Правда, Никита не говорил Мире о том, что видит его теперь.

— Не хочу об этом говорить, — коротко ответил он, отводя взгляд в сторону. — Пора на урок. А то на тест опоздаю.

Он постарался улыбнуться ангелу, чтобы не казаться таким серьезным и хмурым. Однако ее светло-голубые глаза выражали беспокойство и грусть. Ни намека на радость или другую светлую эмоцию. Но девушка ничего не произнесла в ответ. Мира не пыталась лезть ему в душу, и за это Никита был ей благодарен.

После школы парень пришел домой уставшим. Есть не хотелось, потому он сразу поднялся в свою комнату, лишь поздоровавшись с родителями, которые пили горячий чай на кухне.

Мира помогла ему выполнить весь тест по истории, и юноша лишний раз обрадовался тому, что выбрал сдавать экзамен по обществознанию, а не по истории, ибо запоминать все даты и события он не мог, как бы ни старался. Ангел не нарушала условий сделки, но Ларионов понимал, что пора бы и ему заняться выполнением своих обязательств перед Мирой.

Никита открыл сеть «ВКонтакте» на телефоне и вбил в поисковую строку слово «Мира», а также настроил город для более ограниченного поиска людей. Выдало два результата. В обоих аккаунтах выставлены фотографии, на которых изображены девушки, ни капли не похожие на его ангела-хранителя. Немного подумав, Никита воспользовался интернетом и выяснил, что иногда Мира — это сокращенное от имени Мирослава. Тогда он вновь повторил попытку с поиском и напечатал это имя. На этот раз результатов поиска было гораздо больше. Никита просмотрел все аккаунты. Некоторые были закрыты, некоторые без фотографии, но везде он смотрел также время, когда человек был в сети последний раз. Максимальное время отсутствия в сети тех самых девушек с закрытым профилем и без фотографии — один день. Значит, это точно не могла быть Мира.

Он пробовал еще вбивать в поиск разные варианты: Миранда, Мирра, Мирина, Амира и некоторые другие. Все было напрасно. Либо результатов было совсем мало, либо их не было совсем, либо человек был в сети не так давно. Затем Никите пришло в голову, что в аккаунт погибшей Миры мог заходить кто-то из родственников, и поэтому в тех аккаунтах, где не было фотографии и был закрыт профиль высвечивалось, что человек был в сети недавно.

Он не знал, что делать. Как найти человека, зная лишь его имя? Затем Никита вспомнил слова ангела о том, что она даже не помнит, как ее звали в прошлой жизни, а имя «Мира» ей дал верховный ангел.

Никита долго думал над тем, как еще могла быть записана девушка в сети. Затем ему в голову пришла мысль, что она вообще могла быть не зарегистрирована во «ВКонтакте», а использовать какие-то мессенджеры для общения. Или, может, родственники удалили ее аккаунт. В таком случае найти ее почти невозможно. Однако через несколько минут Никита понял, что знает не только ее имя, но и внешность. Если получится запечатлеть девушку на камеру, то найти ее будет гораздо проще с помощью поиска.

— Ангелочек! — негромко позвал Ларионов, чтобы родители не услышали и не начали думать, что их сын сходит с ума.

Мира не заставила себя ждать.

— Ты то не рад моей компании, то сам зовешь, странно — запричитала девушка, с усмешкой уставившись на подопечного.

— Зову, потому что выполняю свою часть сделки. Ты помогаешь мне, а я тебе, помнишь? Ничего личного, — ухмыльнулся в ответ Никита. — У меня тут появилась одна идея.

Парень рассказал ангелу о его бесполезных попытках найти ее в сети по имени, а затем предложил идею с поиском по фотографии.

— Я даже не знаю, что получится, — лишь пожала плечами девушка.

— Но попробовать стоит, если хочешь, конечно, узнать свое прошлое.

Мира ничего на это не ответила, а лишь согласно кивнула. Тогда Никита достал из кармана брюк смартфон и навел камерой на девушку. В кадре был виден ее нимб, но юноша не обращал на него внимания, потому что его можно обрезать в фотошопе.

— Улыбнись, — сказал он девушке, усмехнувшись. — Ты что ли никогда не фотографировалась?

— По-моему, ты издеваешься, — пробормотала Мира, и ее губы растянулись в улыбке. Никита подметил, что улыбка была искренней, а не натянутой, как он сам постоянно улыбался на фотографиях. Видимо, его шутка выдалась не такой уж неудачной.

Щелк. Сделав фотографию, Никита зашел в галерею, чтобы посмотреть результат. И каково же было его удивление, когда на фотографии Миры не было, он словно сфотографировал стену своей комнаты. Ведь только она и была видна на фотографии.

— Я не понимаю, через камеру ты отражалась, — проговорил Никита, показывая девушке снимок.

— Видимо, ангелов на фотографиях не видно, — усмехнулась Мира, не сильно расстроившись.

— Ничего не понимаю, — разозлился он, усевшись на край кровати. — В камере я тебя видел.

— Может, потому что это ты, — пожала плечами девушка.

— Но почему тебя могу видеть только я?

— Я ж тебе говорила. Потому что я ТВОЙ ангел-хранитель. Так мне сказал верховный ангел.

— Но наверняка же у других тоже есть ангелы-хранители, — рассуждал юноша. — Однако я ни от кого не слышал, что он видит ангела, да еще и без крыльев.

Об этом Мира ни разу еще не задумывалась.

— Может, они язык за зубами держат, — усмехнулась она, присев наконец рядом с ним на кровать.

— Не может такого быть! Леха или Артем точно сказали бы мне о таком, как я это недавно рассказал Артему, и меня он принял за сумасшедшего. — Никита вопросительно взглянул на девушку, ожидая, что она ответит на вопрос, но та лишь в недоумении пожала плечами.

Тогда он начал раздумывать, как бы без фотографии получить образ Миры.

— А что, если я нарисую твой портрет? — пришла ему идея.

— Разве ты сможешь так хорошо нарисовать? Чтоб было похоже на меня? — удивилась девушка.

— Созданием сайтов и программированием я начал заниматься в начале одиннадцатого класса, но до этого много рисовал, и этот опыт до сих пор использую при дизайне сайтов. Я даже когда увлекался этим, на собственные сбережения купил себе графический планшет, — пояснил Никита. — Именно портреты я не рисовал более года, но, думаю стоит попробовать.

Мира была восхищена. Этот парень не знает, в чем развиваться, но у него столько талантов. Она приняла решение, что пока она не поможет ему найти свое будущее — никуда не уйдет от него.

— Так что, ты согласна позировать всю ночь? — усмехнулся Никита. Он встал с кровати и подошел к рабочему столу, из ящика которого достал графический планшет со специальным карандашом для него.

— Разве тебе не нужно завтра рано вставать в школу? — удивилась Мира.

— Завтра суббота. У нас выходной, — сказал он, садясь на кровать и включая планшет.

— Хорошо, я согласна. Только у меня есть условие.

— Какое?

— Ты очень постараешься, потому что я не хочу на своем первом портрете выглядеть уродливо, — улыбнулась Мира.

— Поверь, если я берусь за какую-нибудь работу, то делаю это хорошо. ВСЕГДА.

Никита сел напротив Миры, взял в руку стилус и принялся рисовать контуры. Девушка старалась не смотреть, потому что ей было очень интересно увидеть результат.

— А почему ты бросил рисование? — спросила она.

— Ответ будет очень простым, — усмехнулся парень, орудуя цифровым карандашом. — Отец запретил. Мы с ним сильно поругались, и я бросил это дело.

— Почему ему не нравится все, чем ты хочешь заниматься? — разозлилась Мира.

— Потому что у него есть собственный бизнес, — продолжал Ларионов, не отрываясь от процесса. — Я не скажу, что он большой, но приносит хороший доход. Благодаря его прибыли мы безбедно живем. У него есть модельное агентство. Единственное в городе. Он заключает контракты с различными магазинами одежды и другими организациями. В его здании проходит не только подбор моделей — девушек и парней, но различные фотосессии. Он специально обставил фотостудию, чтобы брать за нее дополнительный доход. Он начинает постепенно выводить агентство на межрегиональный уровень, и иногда к нему обращаются за помощью из других городов. Он хочет, чтобы я продолжил его дело, и вывел модельное агентство на всероссийский уровень!

— А ты этого не хочешь, — легко догадалась Мира.

— Меня никогда это не интересовало! Честно говоря, я иногда подрабатывал у него моделью. Но сейчас отказываюсь, когда он просит. Я предлагал ему создать новый сайт для модельного агентства с современным оформлением, а не тот, что создали программисты сейчас. Сайт приносит мало дохода, поэтому отец и не хочет его развивать. Новых моделей и клиентов ищут сотрудники через социальные сети. Также очень хорошо срабатывает сарафанное радио. В общем, он не хочет, чтоб я ему помогал в информационной среде.

— А ты не думал о том, чтобы начать подрабатывать на этом деле? Уверена, если ты будешь совершенствовать свой навык, у тебя получится создавать хорошие программы. Ведь обладаешь способностями и рисовать, и программировать. У программ и сайтов, созданных тобою, уверена, будет отличный дизайн, — сказала Мира, слегка улыбнувшись.

Услышав это, Никита перестал рисовать, переведя взгляд с планшета на Миру. Его взгляд был удивленным и пристальным.

— Конечно, я думал об этом, и хочу начать подрабатывать на этом деле. Честно говоря, ты первая, от кого я слышу поддержку касательно моего дела, — улыбнулся он. Такой искренней улыбки у него Мира не могла припомнить.

— А как же друзья? — удивилась ангел.

— Я им не рассказывал, — вздохнул Никита.

— Но как же?! — выпалила она.

— Они постоянно говорят, что мне повезло, что отец хочет взять меня в агентство. Они восхищены тем, что у отца бизнес, поэтому они не поймут меня, если я расскажу. Я даже не пытался, — усмехнулся юноша, вновь возвращаясь к работе.

Следующие пару часов, а может и больше, Никита тщательно выводил карандашом линии, что-то исправлял, подрисовывал. Мира видела это мельком. Они иногда разговаривали, но большую часть времени провели молча. Наконец Ларионов заявил, что работа закончена и протянул Мире планшет, на котором она увидела себя.

Она не смогла сдержать эмоций и выпалила:

— Ты просто замечательно рисуешь!

В ответ Никита лишь усмехнулся, но Мира не обратила на это внимания, рассматривая свой портрет. Она посмотрела в зеркало, висевшее на стене, а затем обратно на портрет. И она действительно на портрете вышла очень похоже! Никита осторожно прорисовал каждую прядь волос, а черты лица были максимально приближены к оригиналу. Он даже прорисовал каждую веснушку. Подопечный изобразил Миру по пояс в ее белоснежном платье с коротким рукавом. Только на портрете не было крыльев и нимба. Но юноша и не видел их, чтобы изобразить.

— Очень красиво, — прошептала она, не контролируя свои эмоции, и лишь спустя пару секунд поняла, что сказала это вслух.

Девушка вернула подопечному планшет.

— Спасибо, Мира, — отреагировал Никита на ее похвалу, и вновь улыбнулся. Ангел невольно улыбнулась в ответ. — Я размещу пост с твоим портретом у себя в социальной сети и попрошу помощи. Думаю, найдется кто-нибудь, кто тебя узнает, и тогда узнать о твоем прошлом будет проще.

Мира поблагодарила его в ответ. Следующие полчаса Никита занимался размещением портрета в сети. Он даже не заметил, как Мира испарилась, но она наблюдала тайком за ним, улыбаясь. Ее подопечный уснул случайно с телефоном в руках. Однако, когда Мира посмотрела на запись, размещенную Никитой, смогла прочитать: «Подскажите, кто эта девушка. Мне очень нужно ее найти». Мира опять улыбнулась и укрыла одеялом юношу, потушив затем в комнате свет.

Глава 4

Никита проснулся довольно рано для выходного дня. Вспомнив, как он уснул, юноша расплылся в улыбке. Миры рядом не было, хотя, он поймал себя на мысли, что ему бы хотелось, чтоб ангел сейчас была рядом с ним. Пусть ее никто не видит, но вчерашний разговор подтвердил, что она — единственная, кто готов поддержать его увлечение.

— Ангелочек! — предпринял он попытку дозваться до девушки.

Но ответа он не получил. В комнате было слишком тихо, и это аж резало слух. Даже с низу никаких шумов не доносилось, а обычно была слышна утренняя суета: как мама готовит завтрак, отец громко с ней разговаривает. Дмитрий Ларионов также иногда утром смотрел новости по телевизору, шум которого было слышно и в комнате сына.

Никита зашел во «ВКонтакте», чтобы просмотреть уведомления, и обнаружил, что ожиданий у него было гораздо больше. Два сообщения, три комментария к посту и пятьдесят лайков. Юноша первым делом просмотрел комментарии в надежде найти информацию, которая помогла бы узнать, кем была Мира в жизни. Но, к сожалению, комментарии к посту были совсем неинформативными.

— Никитос, неужели тебе так девчонка понравилась, что ты даже портрет ее нарисовал? Сфоткал бы тайком, — писал Леха Белоусов под постом.

Парень проигнорировал комментарий, поборов позыв удалить его. «Лёха как скажет какую-нибудь глупость», — пронеслось у него в голове.

Следующий комментарий был оставлен его двоюродной сестрой Ольгой Зиновьевой — племянницей матери. В детстве они с Никитой были очень дружны, но затем их пути разошлись. Она уехала учиться в мегаполис, а Никита остался жить, где родился.

— Она очень красивая, надеюсь, ты ее найдешь, — гласил комментарий сестры, в конце которого улыбался смайлик с сердечками в глазах.

— Очень красиво рисуешь! — написала под постом его одноклассница, с которой он общался довольно редко. Да он со всеми одноклассниками общался мало.

Ни на один из комментариев Никита не ответил. Он был разочарован. Мира хорошо помогала ему по учебе, ему хотелось отплатить ей чем-то хорошим. Например, выяснить, кем она была в жизни, как погибла и за что стала ангелом. Почему именно ЕЕ Небеса приставили к нему, чтобы помочь исправиться? Но только возможно ли это? Никита сомневался. Он не знал, что именно нужно в нем исправить. По его мнению, надо было родить его и воспитать заново. Потому что Никита видел в себе очень много недостатков. Сколько разбитых девичьих сердец, равнодушие к ним всем, эгоистичность, неблагодарность. Перечислять можно бесконечно. Но почему-то ему искренне хотелось сделать что-то приятное для Миры. И не только помочь ей узнать свое прошлое. Ведь она такая…добрая, веселая, поддерживающая и защищающая своего подопечного, но в то же время она такая хрупкая. Как она несет на себе эту ношу?! Быть ангелом-хранителем! И не кого-то, а его, Никиты — парня, которого, казалось бы, невозможно исправить.

Тяжело вздохнув, юноша перешел на вкладку сообщений. Одно из них было от Артема, приславшего несколько сообщений о том, как они с Алиной сходили в кино, а другое от Ольги.

— Привет, пишу тебе по поводу твоего поста. Если тебе действительно важно найти эту девушку, попробуй выложить этот рисунок в группу «Найдись». — Она также прикрепила ссылку на группу. — Жаль, конечно, что у тебя нет ее фотографии. Желаю удачи в поисках!

— Спасибо, — коротко ответил ей Никита.

Он поступил так, как и сказала сестра. Его пост администратор группы одобрил примерно через десять минут, когда Ларионов стоял на кухне и готовил себе яичницу. Дома не оказалось ни матери, ни отца. Но он не стал им звонить, чтобы узнать, где они.

После завтрака Никита сел за домашнее задание и быстро понял, что совсем не может сконцентрироваться. В голове крутились мысли о Мире и ее прошлом. Хотелось его скорее узнать. Еще он гадал, почему ее сейчас нет рядом. Он как раз сел учить историю.

— Мира, хватит за мной наблюдать! Появись! — чуть ли не взмолился он. — Ты же слышишь, что я зову тебя!

В ответ лишь тишина. Вряд ли бы его ангел-хранитель стал так шутить. Значит, что-то случилось. А может, она решила просто отдохнуть? Никита сильно пожалел, что у ангелов нет мобильных телефонов, однако он все равно взял свой смартфон в руку, чтобы позвонить другому человеку.

— Алло, Артем? — заговорил юноша, когда человек по ту сторону телефона ответил. — У тебя есть свободный час? Сосредоточиться не могу. Мне просто необходимо прогуляться. Лёха сможет выйти? — После положительного ответа он продолжил. — Отлично, тогда сообщи ему, встречаемся возле моего дома через час.

—

Мы целовались с ней в течение почти всего фильма на заднем ряду! — восхищенно продолжал свой рассказ Артем Багиров.

Около десяти минут назад Никита, Артем и Алексей Белоусов вошли в кафе, где Никита впервые увидел Миру. Он слушал рассказ друга о том, как тот сходил с Алиной в кино вчера вечером, но никак не мог сконцентрироваться на его рассказе. Все его мысли были о том, почему Мира не появляется. Хотя, скорее всего, он виноват в этом, потому что выговорил ей в лицо столько гадости о том, что не хочет ее видеть и не хочет, чтоб она появлялась. Но ему показалось, что в последнее время отношения между ними наладились.

— Я предложил ей встречаться! — счастливо заявил Артем. Смотря в его карие глаза, можно было точно понять, что значит «улыбаться глазами». Настолько, видимо, юноша был счастлив.

— И что она ответила? — спросил Лёшка, немного приглаживая свои темные волосы, которые торчали в разные стороны после сна. Они были не длинными, но и не слишком короткими. Да и сам парень выглядел сонным, серые глаза смотрели на друзей так, словно через миг они закроются. На первый взгляд, у него было худощавое лицо. Но такое впечатление создавалось из-за острых скул. Сам по себе парень был крепким и старался поддерживать форму.

— Признаюсь, не ожидал, но она согласилась! — ответил Багиров, принимая у официанта чашку с горячим зеленым чаем. — Хотя, я думал, что ей будет трудно пойти на такой шаг после трагедии с Никитой.

— Да что ты думаешь за нее, девчонка сама разберется со своими чувствами, — буркнул Лёха, беря из рук того же официанта свой эспрессо. — Никитос, ты где витаешь? О той девушке задумался? — усмехнулся парень, когда он не принял свой напиток у официанта.

Никита тут же словно ото сна очнулся и, поблагодарив парня, протягивающего ему молочный коктейль, тут же взял в руку стакан с торчащей из него трубочкой.

— О какой девушке? — спросил Ларионов, хотя он прекрасно понимал, что имеет в виду друг.

— Ну, той, которую ты нарисовал, — не заставил ждать с ответом Белоусов.

— Я, кстати, тоже видел этот пост, — отозвался Артем. — Ты что-то скрываешь от нас? Или это тот твой «ангел»?

— Какой ангел? — не понял Лёха.

— Да никакой, — сквозь зубы проговорил Никита, наступив на ногу рыжеволосого друга под столиком, что тот чуть не ойкнул. — Артем тут просто метафорами говорит.

— Ого, какие умные слова ты знаешь, — усмехнулся Лёха. — А если серьезно, кто это?

— Я просто был у отца в агентстве, туда пришла одна девушка, которая не оставила свои контакты, вот отец и попросил ее нарисовать и разместить такое объявление, — быстро придумал, что соврать Ларионов.

— Твой отец попросил нарисовать? Не верю! — шокировано проговорил Артем.

— Я тоже.

— Кстати, ты будешь отмечать свою днюху через неделю? — спросил Лёшка.

— Пока не знаю. Вряд ли. Нет настроения, да и отца мне бы не хотелось просить устраивать мне какое-то торжество и брать у него деньги, — сказал Никита, допивая свой коктейль и прося у официанта счет. В коробочку, которую принес тот, юноша положил и чаевых немного.

— Вы даже не пытались помириться после той ссоры? — догадался Артем. Хотя, это было нетрудно.

— Даже не собирались. Вряд ли это вообще случится. Будь моя воля, я б вообще переехал жить отдельно. Только из-за матери не решаюсь.

Никита специально громко кашлянул, давая понять, что эта тема закрыта.

И тут он увидел ее. Прекрасного ангела, смотревшего на него. Она стояла возле большого окна, и за ее спиной пола касались еле заметные, полупрозрачные, крылья. Что-то внутри Никиты встрепенулось. Это произошло в первую же секунду, когда он увидел Миру. Их взгляды встретились. Только вот глаза ее были полны волнения. Ларионов сразу понял это. Что-то случилось. И чтобы его опять не ставить в плохое положение, она пыталась дать понять, что нужно поговорить.

— Я сейчас вернусь, — сказал он приятелям и, встав из-за стола, пошел к двери, ведущей в мужской туалет.

Он не следил за Мирой. Пойдет она за ним или нет. Однако, когда Никита вошел в комнату, где находилась раковина и большое круглое зеркало, висевшее над ней, увидел девушку, будто ожидающего его. Никита закрыл замок и повернулся вновь к ней.

— Рад тебя видеть, — сдержанно сказал Ларионов, будто ему тяжело давались эти слова.

— Ого! Мне точно это говорит Никита Ларионов? Помнится, ты хотел, чтобы я и вовсе не появлялась, — съязвила Мира.

— Я звал тебя, уже начал думать, что ты решила бросить меня на произвол судьбы. — Юноша слегка усмехнулся, проигнорировав ее издёвку.

— Нет уж, мы заключили сделку, Никита Ларионов, а я своего слова не нарушу.

— Но что случилось? Почему ты хотела поговорить со мной? — Юноша внезапно вспомнил причину, почему оказался здесь.

— Дело в том, что сейчас я впервые увидела другого ангела-хранителя, не считая архангела Гавриила.

— Но чей этот ангел? И что в этом такого? — изумился Никита, приподняв одну бровь.

— Твоего темноволосого друга, который сидит сейчас в зале. Он подтвердил, что его подопечный его не видит, и удивился, что ты меня видишь.

— Но почему именно я?

— Сама не могу никак этого понять. Ангел твоего друга сказал, что, возможно, это моя уникальная способность. Я как будто выхожу из духовного мира, где ты не можешь видеть меня, тем самым в некоторой степени обретаю плоть. То есть меня видно в зеркале, я могу коснуться тебя. Но, видимо, из-за того, что я не человек, ты и не смог меня сфотографировать. Но я не могу постоянно находиться видимой для тебя, поэтому будто бы ухожу в духовный мир и набираюсь сил, чтобы снова поговорить с тобой. То есть я могу находиться рядом с тобой, но ты не будешь меня видеть.

— Поэтому я не мог тебя сегодня дозваться?

Девушка в ответ кивнула.

— Мне нужно было набраться сил после нашей долгой вечерней беседы. Я также заметила, что, даже находясь здесь, в том состоянии, когда ты меня видишь, я могу коснуться чего-нибудь лишь по своему желанию. То есть другие люди или предметы не могут меня коснуться, если я того не хочу.

«Хорошо, что я могу ее хоть иногда увидеть и коснуться», — пронеслось в голове Никиты, но он сразу же отогнал эту мысль, не понимая, чем она вызвана.

— Но я хотела с тобой поговорить не только для того, чтоб рассказать это, ведь я могла бы сделать это позже, — продолжила Мира, смотря на своего подопечного, немного задрав голову, ведь Никита был выше ее. — Ангел твоего друга попросил передать меня тебе эти слова: «Поговори со своим отчимом, иначе ты не перестанешь попадать в неприятности».

— Какие неприятности он имел в виду? — испугался Никита, вспоминая недавнюю драку с хулиганами.

— Не знаю, но он попросил меня передать это ему через тебя, потому что ты видишь меня.

Никита заметил, как еле заметные крылья Миры дрогнули, слегка взметнулись вверх, белые перья словно колыхнулись на ветру. Засмотревшись, Никита быстро моргнул, но в следующий миг Миры уже не было.

— Опять исчезла! — зло воскликнул он, отчаянно топнув ногой по белой плитке. И почему он больше не хотел, чтобы Мира оставила его в покое, а совсем наоборот? — Исчезла и ничего не объяснила! Как я это Лехе расскажу вообще? — встрепенулся парень, вспомнив, что она сейчас может за ним подсматривать. Надумает еще чего лишнего.

Никита поспешно вышел обратно в зал, обнаружив на удивление за столиком лишь Лёху.

— А куда Артём делся? — спросил Никита, про себя радуясь, ведь так можно будет спокойно передать Белоусову слова его ангела-хранителя. Юноша уселся напротив друга.

— О, Никитос! Где ты застрял на десять минут?! — усмехнулся Лёшка.

— Да с молочным коктейлем в этот раз что-то не то. Артем ушел?

— Ты же знаешь, он теперь у нас парень занятой. Алинка позвонила, он к ней побежал. Попросил тебе передать его извинения за то, что не попрощался лично, — ответил Лёшка, не отводя от друга глаз.

— Походу, реально влюбился, — усмехнулся Никита, про себя думая: «У меня такого еще ни разу не было и вряд ли будет».

— Я тоже так думаю, но это и к лучшему. Так долго был одинок, он заслужил счастье.

— Надеюсь, это счастье в лице Алины не будет делать ему мозги, — усмехнулся Ларионов. Его друг тоже улыбнулся, но ничего не ответил на это. — С другой стороны, хорошо, что Артём ушел, потому что мне нужно с тобой поговорить.

Белоусов, пытавшийся всегда выглядеть веселым и общительным, заметно напрягся и притих. Он будто чувствовал, что Никита хочет сказать ему и…боялся?

— Слушай, я не знаю, что происходит у тебя в семье, но поговори наконец со своим отчимом, иначе, ты вряд ли перестанешь попадать в различные неприятности, — выдал Никита просьбу ангела-хранителя, который сейчас скорее всего наблюдал за ними. Хотя наверняка их было двое.

— Никитос, я, конечно, ценю твое стремление помочь мне и всё такое, но ты бы сам сначала со своими семейными проблемами разобрался, а потом бы и советы другим давал. — Черные густые брови Белоусова заметно нахмурились. Парень окончательно перестал улыбаться. Ему явно не нравился этот разговор. — Что ты вообще знаешь о моих проблемах и неприятностях?

— Ничего. Но если бы ты больше разговаривал с нами, я бы знал больше. — Никита лихорадочно соображал и аккуратно подбирал слова, чтобы случайно не поссориться с другом.

— Ты-то сильно разговорчив, — усмехнулся Лёха. После его хоть и короткой улыбки разговор уже не казался таким напряженным.

— Я хоть что-то рассказывал о своих проблемах вам. Ты же каменная стена. Ты думаешь, что справишься один. Но каждый раз вовлекаешь и нас с Артёмом в свои проблемы. Вспомнить хотя бы недавнюю драку. Мы тебе после того случая ни разу этого не припомнили, но, Лёш, я, честно сказать, думал, что эти бандиты убьют меня там. Вот я и подумал, что твоя постоянная вспыльчивость связана с отчимом.

Алексей Белоусов долго смотрел на него. Никите даже показалось, что время замедлилось. Красивый интерьер кафе и люди, что сидели вокруг, ушли на второй план. Ларионов видел лишь друга и его глаза. Лёшка, казалось, раздумывал, поделиться ли с собеседником своими проблемами, или нет. Никита прочитал это в его взгляде.

— Хорошо, ты победил. Я расскажу тебе, — выдохнул Белоусов. — Только Артёму ни слова. Не хочу, чтоб люди знали о моих проблемах, а потом еще жалели меня.

Никита поспешно кивнул несколько раз, прекрасно его понимая.

— Просто у меня такое чувство, будто я теряю маму, — начал свой рассказ Белоусов. — Не в смысле, что она умирает. Слава Богу с ней все в порядке. Просто после моего ужасного отца это первый мужчина у нее. Мой папаша бросил ее со мной на руках, когда мне было всего-то два года. Сейчас мне восемнадцать, отчим появился в нашей жизни два года назад. И за четырнадцать лет, что мы жили с ней, я привык к тому, что я единственный мужчина в ее жизни. После того, как появился Антон, мой отчим, всё изменилось. Все свое внимание она дарила ему. Будто я перестал интересовать маму. О моей школьной жизни она стала спрашивать гораздо реже, моя успеваемость перестала интересовать ее. На ужин она стала готовить то, что любит ОН. — Последнее слово Лёшка выпалил со злобой, имея в виду своего отчима. — Понимаешь, она знает, что я терпеть не могу печень, но все равно готовит ее, потому что ее любит Антон. Хотя когда мы жили вдвоем, она ни разу ее не готовила. И таких мелочей много. — Парень перевел дыхание, до сих пор раздумывая, стоит ли другу говорить самое главное. — Поэтому мое поведение в старшей школе заметно изменилось. Я вошел в образ хулигана, перестал делать домашние задания, потому что знал, что мои усилия все равно никто не оценит. Так хоть иногда учителя позвонят ей и сообщат маме о моем безобразном поведении, обо всех драках, в которых я участвовал, и тогда она хоть ненадолго вспомнит обо мне. Вспомнит, что я тоже живу с ней и с Антоном в квартире. Однако месяц назад я узнал, что у нее будет ребенок. Уверен, после его рождения она совсем забудет обо мне.

Юноша подпер голову ладонями, вспоминая слова матери о том, что у него будет сестра или брат.

— Но с чего ты это взял? — задал вопрос Никита. Ему искренне хотелось помочь другу.

— Да что тут непонятного, — усмехнулся Лёшка, вновь переводя взгляд на Ларионова. — Только появление Антона в нашей жизни так изменило ее отношение ко мне. Что же будет, когда появится ребёнок? Ребёнок от любимого мужчины. Ребёнок, которого она ждет. Напомню, что она родила меня совсем молодой и вышла замуж только из-за того, что должен был я родиться. Может, она и вовсе не хотела быть с моим папашей. Может, я испортил ее жизнь.

— Не говори так! — воскликнул Никита. — Как она себя вела эти четырнадцать лет, пока ты жил только с ней? Она любила тебя? Ты чувствовал ее любовь?

— Да, так и было, — ответил Белоусов. — Несмотря на то, что у нее были совсем другие планы на жизнь, как например поступление в институт, она любила меня, ходила на работу. Купила квартиру! Сама обеспечивала и меня, и себя! От моего папаши она даже алиментов не дождалась.

— Вот видишь, неужели она не заслужила счастья? Многие девушки, женщины хотят, чтобы за их плечами стоял сильный мужчина, который любил бы их. Она заслужила быть любимой этим мужчиной. Прости, брат, но мне кажется, что в этой ситуации ты не прав. Вот ответь честно и себе, и мне. Она счастлива?

Собеседник раздумывал несколько секунд, после чего ответил коротко:

— Да.

— Тебе нужно поговорить с отчимом. Наладь с ним отношения. Расскажи ему все, что рассказал сейчас мне. Если он действительно любит твою маму, он подружится и с ее сыном. А я полагаю, он очень любит твою маму, потому что она чувствует его любовь и счастлива. Наверняка ей не нравится смотреть на твои перепалки с Антоном, и, возможно, поэтому она не может наладить с тобой контакт. Может, ей кажется, что ты стал взрослым, и ты больше не хочешь проводить с ней время. Сделай первый шаг. Вдруг это приведет к лучшему.

Никита заметил искорку в серых глазах друга. Искорку надежды. Она была совсем маленькой, но не потухающей. И взгляд у Лёшки сразу стал другим. Друг словно оживился.

— Ты, правда, думаешь, что это поможет? — с надеждой спросил Белоусов.

— Да я уверен в этом, — усмехнулся Ларионов.

Лёшка положил ладонь на руку собеседника, говоря при этом:

— Спасибо, друг. Я сделаю, как ты посоветовал. По крайней мере, я ничего не потеряю. Потому я лучше быстрее пойду домой.

Они попрощались, и Лёшка стремительно быстрым шагом направился к выходу из кафе.

— Расскажи потом, как все прошло! — крикнул ему вслед Никита, когда тот уже вышел на улицу.

Однако Белоусов услышал и с улыбкой кивнул ему, смотря на друга через витражное окно, после чего направился в сторону дома, хлюпая кроссовками по лужам.

Никита спустя несколько минут тоже вышел из кафе. Город не встретил начало марта хорошей погодой. Слякоть, размокающий снег, грязь. А так хотелось солнца.

— Ты молодец, — сказал ему уже такой знакомый девичий голос.

Рядом с ним стояла Мира и тоже смотрела на уличные фонари, которые зажглись совсем недавно, потому что темнота только начинала накрывать город.

— Та я ничего и не сделал, — усмехнулся юноша. Хотя сам он был в прекрасном настроении из-за восхитительного чувства внутри, будто помог другу. Однако он всего лишь высказал то, что думал.

Они медленно направились в сторону его дома.

— Ангел твоего друга просил передать тебе спасибо. Он сказал, что, если его подопечный действительно поговорит со своим отчимом, то все будет хорошо, — сказала Мира, идя с ним рядом. Она все еще была босиком, и Никите было больно на это смотреть, однако он знал, что девушка не чувствует холода и жары.

— А он откуда знает? Будущее что ли видит?

— Просто знает, как будет лучше.

— Ты тоже знаешь, как будет лучше мне? — спросил Никита, посмотрев на нее. К счастью, дорожка, по которой они шли, была безлюдной, иначе бы его приняли за сумасшедшего.

— Да, — без раздумий ответила Мира. — Но я не ясновидящая. Я не знаю, что ждет тебя дома, когда ты вернешься туда. Знаешь, когда я только стала ангелом, Гавриил сказал мне, что ангелы должны ВСЕГДА быть рядом со своими подопечными. Но сегодня я убедилась в том, что это не совсем так. Безусловно, ангелы привязаны к своим подопечным и чувствуют, когда тем нужна помощь, но часто мы исследуем их окружение, будь то люди или пространство. Если ангел действительно сильный, он узнает обо всех возможных авариях, бандитах, несчастиях, а также выяснит все про людей, окружающих его подопечного, лишь бы с ним все было хорошо. Более опытные ангелы-хранители вообще следят за своими подопечными на расстоянии.

— Как ты в этом убедилась?

— Очень просто, — усмехнулась Мира. — Сегодня я увидела ангела-хранителя лишь одного твоего друга. У второго его рядом не было.

— Гениальное заключение.

— До сегодняшнего дня я сомневалась в том, что я хороший ангел-хранитель. — Мира выдохнула с облегчением.

— То есть ты тоже не всегда рядом. Ходишь на разведки? — Юноша тихо засмеялся.

— А я не буду тебе всего рассказывать. Это будет моей ангельской тайной. А то ты и так много знаешь про мой ангельский мир, про что смертным лучше не знать.

Примерно минуту они шли молча, Никита лихорадочно думал, как бы вновь начать разговор.

— Я должен тебе кое-в чём признаться, — начал Ларионов.

Мира вопросительно взглянула на него.

— Я теперь вижу твой нимб и крылья, — сказал он. — Правда, нечетко. Твои крылья…они словно прозрачные.

Юноша перевел на нее взгляд. Девушка явно была удивлена.

— Что-то не так?

— Да нет, я просто удивлена. Не думала, что это произойдет так быстро.

— Что произойдет? — Никита приподнял бровь, не скрывая удивления.

— Когда мы с тобой познакомились, я сказала, что ты не можешь видеть ни моего нимба, ни моих крыльев. Если ты сейчас начинаешь их видеть, это значит, что мои труды не напрасны, и ты меняешься в лучшую сторону, — пояснила девушка.

— Что-то я не чувствую в себе перемен. Не думаю, что я стал хоть капельку добрее.

Мира улыбнулась, но Никита этого не заметил. Она ничего на это не ответила, поэтому Ларионов принял ее молчание за согласие с его словами. Однако ангел думала совсем не так, как он. По ее мнению, за тот небольшой промежуток времени, что она провела с ним, парень стал более ответственным и сдержанным. Он не казался ей теперь таким самовлюбленным и высокомерным. Девушка даже начала думать, что тот Никита, который еще совсем недавно не хотел видеть Миру, снял маску. Сегодня он даже поговорил со своим другом, который запутался в своих чувствах. Только кто бы распутал самого Никиту. Потому что Мира точно знала, что внутри него буря эмоций хорошо запечатана внешним спокойствием. Девушка точно знала, что есть причина, почему парень не может двигаться дальше, не может наладить отношения с отцом. Он несчастлив, и причина точно не в том, что отец против того, чтобы его сын связал свою жизнь с отраслью программирования и технологий.

До дома они добрались спустя пару минут. Но стило войти в прихожую, до них донеслись громкие крики из кухни. Никита сразу же, разувшись и повесив куртку в большой шкаф возле входа, тихо подошел к кухне, спрятавшись за стенкой, чтобы ругающиеся родители не заметили его. Мира последовала за ним.

— Ты не уйдешь, пока не поговоришь с нашим сыном! — кричала мать.

— Почему я? Это было твое решение, ты и рассказывай ему! — таким же грубым тоном отвечал ей отец.

— Потому что ты связался с той женщиной! Ты предал семью! — сорвалась она еще на более сильный крик.

В ту же секунду что-то громко разбилось, и Никита выглянул из своего укрытия, чуть не наступив на осколки от маленького сервизного чайничка, прежде стоявшего на столе. На несколько секунд взгляд парня был привязан к осколкам, потому что этот сервиз был подарен родителям на свадьбу. Сколько он себя помнил, этот чайничек и чашки всегда использовались в их семье, в том числе и по каким-то особым случаям. Мама обожала эту посуду и относилась к ней бережно.

Родители, забывшие о своей ругани, с удивлением посмотрели на сына.

— Сынок, ты давно тут стоишь? — спросила мать. Она была очень красивой женщиной. Сейчас пряди светлых волос выбивались из ее прически, темные круги залегли под светло-зелеными глазами. Тушь была размазана. Юноша сразу понял, что она плакала.

— Нет, но при чем здесь это? Почему вы ругаетесь? Что происходит?! — Никита тоже говорил на повышенных тонах.

Родители не сразу ответили. Они переглянулись, и Никита сразу понял, что это не к добру. Они словно молча решают между собой, кто ответит сыну.

— Никит, прими эту новость спокойно, пожалуйста, — начал Дмитрий. — Мы с твоей мамой сегодня развелись.

Парень застыл на месте, словно не понимая смысл его слов. До него он не сразу дошел. Но когда он все полностью осознал, ладони медленно сжались в кулаки, к горлу подступил горький комок. Но он должен быть сильным, ведь так его с самого детства учил отец. Тот отец, который смотрел щас ему в глаза взволнованным взглядом и ждал реакции сына. Взгляд мамы же был спокоен. Но Никита не был зол на нее, потому что она терпела поведение отца так долго, как могла.

— Значит, ты вернулся к той женщине? — наконец спокойным голосом спросил Ларионов-младший, стараясь всеми силами не выбросить всю свою злость наружу.

— Сын, — начал было отец, но Никита его оборвал, потому что, смотря в его глаза, сам прекрасно знал ответ.

— Однажды ты пожалеешь, что так поступил, — так же спокойно проговорил юноша, наконец отведя взгляд от отца. — Видеть тебя больше не хочу.

Сказав это, он выбежал из кухни и быстро поднялся по лестнице. Он так захлопнул за собой дверь в свою комнату, что, казалось, это было слышно на весь дом. Но он был так зол. На отца, на себя, потому что позволил поверить себе однажды, что его семья будет счастлива, как и прежде. Никогда этого не будет больше! И семьи больше не будет.

Юноша метался по комнате из стороны в сторону. Он пытался успокоить себя, но у него не получалось. Со злости он швырнул подушку в противоположную стену, но это не принесло ему облегчения. Парень и не сразу заметил, что в комнате находится и Мира.

— Никит, — тихо сказала она. Ее взгляд был таким сочувствующим.

— Вот только не надо! — крикнул он на нее так, что девушка слегка вздрогнула. — Мне не нужна твоя жалость. Поэтому лучше уйди.

Но она не исчезла, оставшись стоять возле кровати и не двигаясь с места.

— Нет! — возразила она громко. — Ты можешь орать на меня, просить уйти, но я никуда не уйду! Ты можешь ничего мне не рассказывать, но я буду стоять тут и в таком состоянии тебя не оставлю.

Никита был поражен. Сердце предательски заныло. Горький ком, подступивший к горлу, начал душить его. И тогда Никита перестал сдерживать эмоции. Он порывисто обнял Миру, зарываясь в ее светлые волосы. Его грудь содрогнулась в рыдании, слезы капали на ее платье.

Девушка обняла его в ответ. Сев на кровать, она положила его голову к себе на колени и начала медленно поглаживать по волосам, не задавая вопросов. Подол платья, прикрывавший ей колени, быстро промокал от слез Никиты. Ей самой хотелось плакать. Так сильно она чувствовала его душевную боль. И как бы ей хотелось помочь ему, но она даже не знала причины.

Никита немного притих. Правда, Мира не могла видеть его глаз, потому что подопечный был отвернут. Его грудь перестала содрогаться от рыданий, и юноша проговорил тихо, почти шепотом:

— Моя семья всегда меня мотивировала, я очень любил родителей, они были для меня примером идеальной пары. — Никита громко шмыгнул носом, но перестал плакать. — Однако год назад они начали постоянно ругаться. Я очень переживал, иногда не спал от их криков ночью, но они не расходились. Я верил, что они все равно любят друг друга, но как же я был глуп. — Мире показалось, что юноша даже усмехнулся. — Несколько месяцев назад я увидел, как отец на работе в офисе целуется с другой женщиной. Я был так взбешён. Честно говоря, хотелось ударить его за то, как он поступает с мамой. Я же знал, что она все равно любит его несмотря на все эти ссоры. Однако я просто выбежал из здания, а после договорился с отцом, что ни слова не скажу об этом маме, если он перестанет встречаться с той женщиной. С тех пор мы разговаривали с ним лишь по необходимости. Как же хочется забыть, как выглядит эта женщина, но я ненавижу ее за то, что она разрушила мою семью. И вот сейчас я узнаю, что мама знает о ней. Это конец, Мира. Конец моей семье. Я больше не увижу, как мама улыбается от любви. Не хочу видеть ее слез. Я так зол на отца, почему он так поступил, Мира? Не хочу чувствовать себя брошенным снова.

Он так быстро говорил, а Мира внимательно слушала, продолжая нежно гладить его по волосам. Снова? Что он имел в виду под этим словом? Но ангел подумала, что щас не время задавать вопрос об этом.

— Не говори так. Это не конец, — начала говорить девушка. — Это не конец. Я уверена, что твоя мама — сильная женщина. Она смогла отпустить твоего отца несмотря на то, что любит. Его поступок нельзя оправдывать, но иногда случается так. Он сделал свой выбор, но это не значит, что отца нужно полностью вычеркнуть из своей жизни. Думаю, он бы хотел дальше поддерживать с тобой связь.

— Очень я сомневаюсь, — зло буркнул парень.

— В любом случае тебе нужно время, чтобы привыкнуть к тому, что в твоей жизни теперь не будет семьи, какой ты ее любил. Такое случается, но, пожалуйста, не отчаивайся. В твоей жизни еще будет счастье. Ты нужен сейчас маме, чтобы поддерживать и помогать ей.

Никита остановил ее руку, гладившую его по волосам. Он просто взял ее ладонь, стараясь вложить в этот жест как можно больше благодарности. Какое же облегчение он испытал от ее красивого голоса, поддерживающего его. Он словно залечивал раны на его сердце.

— Спасибо, — наконец произнес юноша и, встав с ее колен, посмотрел девушке в глаза. — Я очень рад, что ты не ушла. — Ларионов тяжело вздохнул, пытаясь оставить позади плохие мысли. — Мира, извини меня, пожалуйста, за все плохие слова, что я когда-либо говорил. Даже несколько минут назад я кричал на тебя. Я очень плохой человек, ведь ты этого не заслужила.

Мира в ответ обняла его с улыбкой, а затем медленно отстранилась.

— Я готова выслушать тебя всегда, Никита. Если уж мне дан талант, чтобы ты видел меня, я буду пользоваться им так часто, как смогу и как того ты сам захочешь.

Никита лег на бок, а Мира — напротив него. Они проговорили еще несколько минут, но вскоре парень уснул. Мира не хотела уходить туда, где он не может ее видеть и поэтому не сдвинулась с места. Девушка лишь наблюдала за его ровным спокойным дыханием, надеясь, что ее подопечному снится хороший сон.

Глава 5

История Никиты

Полтора года назад…

Никита

Сидя на кресле возле окна, я смотрел на листья, падавшие с ветвей деревьев на асфальт. Сегодня впервые за неделю после проливных дождей наконец выглянуло солнце. Красивый вид загородила подушка, прилетевшая мне в лицо. Стянув с себя, я запульнул ее обратно на кровать сестры, которая расположилась на ней в обнимку со своим плюшевым медведем.

— Могла бы просто позвать, — недовольно сказал я.

— Я тебя уже минуту кликаю. Никита, Никита. А ты сидишь и в окно смотришь, — усмехнулась Диана и похлопала рядом с собой по покрывалу. — Иди сюда.

Я не стал долго ждать и, поднявшись с кресла, сделал пару шагов и запрыгнул к ней на кровать. Подложив одну из многочисленных подушек сестры себе под голову, я устремил взгляд в её телефон, когда она придвинулась чуть ближе ко мне.

Комната Дианы гораздо уютнее, чем моя. Когда она заходила в мои покои, всегда замечала какой у меня хаос. Дело в том, что у меня стиль комнаты не был выдержан в одном цвете. Но меня и чистюлей назвать нельзя, поэтому чаще всего, когда заходит сестра, у меня бардак. Её комната отличается кардинально, будучи немного меньше, чем моя. Диана для украшения своего пространства выбирала цвета мягких пастельных оттенков, которые прекрасно сочетаются друг с другом. Небольшие украшения, такие, например, как подушки, плед, книги в стеллаже, придают комнате уют. А ещё сестра коллекционирует стаканчики из-под кофе, расставляя их на своей книжной полке. Окна большего размера, чем у меня, и благодаря этому в помещение проникает много света. В общем, если мы проводили время вместе, то вероятнее всего, в комнате сестры, потому что ей, видите ли, не нравится моё «вампирское логово».

Будучи родными братом и сестрой, мы были абсолютно разными. И это относится не только к нашим комнатам. Несмотря на это мы очень близки. Я люблю её так сильно, как ни любил ни одного человека в своей жизни. Диана на три года старше меня, но никто из нас не чувствует этой разницы.

Различия между нами начинались с внешности и заканчивались увлечениями и чертами характерами. Диана — обладательница длинных как смоль чёрных волос. Однако ей по душе были больше мои светло-русые волосы. Отец запретил ей менять цвет волос, но она все равно покрасила кончики в светлый оттенок с отговоркой, что всегда сможет отрезать их. Из-за этого сейчас её волосы казались более светлыми. Наши оттенки глаз тоже отличались. У меня тёмно-зеленые глаза, а цвет глаз сестры я назвал бы необычным. Светло-голубая радужка с зеленым оттенком. В обрамлении длинных ресниц это выглядело очень красиво. Также Диана часто жаловалась на свой низкий рост и просила меня отдать ей хотя бы пять сантиметров. Я бы не назвал себя высоким, но мой рост меня вполне устраивает.

И увлечения у нас разные. Я больше предпочитаю смотреть фильмы и спортивный канал, в то время как Диана обожает мультики и любовные романы. Ну, и училась она лучше меня. Сестра закончила старшую школу с красным аттестатом, а у меня в аттестате за девять классов стоит одна тройка среди четверок, которые разбавляла одна пятерка по физкультуре. Перейдя в десятый класс, я пообещал себе взяться за учебу. Диана же перешла на третий курс архитектурного факультета. Она единственная, кто разделяет мою любовь к рисованию, однако отец совсем этого не понимает.

Мне, в принципе, кажется, что он сестру любит больше, чем меня, но я никогда на это не жаловался. На меня отец всегда накладывал больше ограничений, чем на Диану. «Учись лучше. Этим не занимайся. Ты же мой наследник! Ты должен поступить на экономический факультет, чтобы успешно управлять бизнесом», — слышал я от него каждый день. Иногда я говорил ему, что Диана тоже могла бы стать владелицей его модельного агентства, но сестра не хотела этого, как и я. Ей отец разрешил самой выбирать, где учиться.

Несмотря на все упреки, я знаю, что отец меня любит. Он заботится о благополучии семьи — о маме и о нас. И, возможно, спустя какое-то время я все-таки смогу смириться, что мне придется заниматься тем, что мне не нравится.

— Вот как тебе этот парень? — спросила Диана, показывая мне страничку во ВКонтакте.

— Выглядит, как нормальный, — усмехнулся я, просматривая фотографии парня с короткими каштановыми прядями. На нескольких фото у него на предплечье виднелась татуировка. — Только вот татуировка…

— Что ты имеешь против тату? — с обидой в голосе спросила она.

— Я-то ничего, а вот родители не будут в восторге.

— Ты видимо не услышал, о чем я тебе спросила. Я спросила, что ты о нем думаешь, а не что бы подумали родители. — Сестра, обернувшись ко мне, постучала легонько кулаком мне по лбу, а затем вновь легла на подушку.

— На вид нормальный, но я ничего не могу сказать про человека, пока не пообщаюсь с ним. А кто это? Он тебе нравится?

Сестра смущенно кивнула, а на щеках выступил румянец.

— Это Костя Барсов. Он учится на моем направлении, в другой группе. И мы довольно хорошо общаемся.

— Ну наконец у моей сестры появится парень! — усмехнулся я громко, за что собеседница стукнула меня по лбу ещё раз.

— Да кто бы говорил! У тебя у самого никогда девушки не было, — с обвинением воскликнул она, сев на кровати. — И мы еще не встречаемся! Я просто с тобой посоветоваться хотела, а ты как всегда… — Диана смешно надула губы, и я притянул ее к себе. Удобно разместившись на моих коленях, она принялась дальше листать фотографии этого парня в телефоне.

— А хотела бы, чтоб вы начали встречаться?

Она опять кивнула.

— Дети, спускайтесь, обед готов! — донесся голос мамы с лестничной площадки.

— Значит, так и будет, — ответил я сестре.

Диана ничего не ответила. Подскочив с кровати, мы двинулись на запах запеченной курицы, доносившийся с кухни.

Все случилось так, как я и предполагал. Диана начала встречаться с этим парнем. Я был рад за нее, хотя многое изменилось в нашей жизни. Свободного времени, когда бы мы с сестрой могли сесть поговорить или посмотреть что-нибудь вместе, стало гораздо меньше. Теперь почти в каждый свободный час она пыталась улизнуть к Косте. Я несколько раз видел его под окнами нашего дома. Удивительно, как родители еще не заметили. Меня она так и не познакомила с ним, хотя прошло уже три месяца. Выглядела Дина очень счастливой, но меня это и радовало, и пугало одновременно.

Один раз мне пришлось прикрывать ее перед родителями. Сестра пришла пьяная домой почти в три часа ночи. Хотя она никогда не выносила вкус алкоголя! Предков она предупредила о том, что приедет поздно с дня рождения «друга», и те легли спать в полночь с неспокойным сердцем. Но по просьбе Дины я сказал им, что она скоро приедет. Ни мама, ни папа не узнали, в каком ужасном состоянии мне пришлось помогать ей подняться к себе в комнату. Та ночь для меня была бессонной. Провел её я в комнате сестры и много думал. Я мог преувеличить, но у меня закрались плохие подозрения насчет этого Кости. Мой разум пытался отодвинуть эту мысль в сторону, но в моём сердце, полном братской любви, было неспокойно. Диана никогда не пила, не курила. Она всегда была лучше меня и за плохими привычками я ни разу за всю жизнь не застал её. Я бы не мучил себя так, если бы она выпила чуть-чуть, возможно, такое бывало и раньше. Но напиться так! Как это мог допустить её парень?! Может, это он так на неё плохо повлиял? А что, если это он заставил мою сестру? А если воспользовался её слабостью?! Я сразу отбросил эту мысль и решил на утро спросить всё у Дины.

Утром у сестры болела голова, но она была в состоянии говорить. Её перестало тошнить, и Диана пролежала весь день в кровати. Мне она рассказала, что выпила только один бокал шампанского, в остальное же время пила сок. По её словам, Костя весь вечер не отходил от неё. Но не могло же её так унести от одного бокала! Кто-то явно на вечеринке решил её развеселить, и подлил в сок спиртного. Я был просто уверен в этом. Потому что сам не раз такое видел на тусовках.

Спустя месяц наступил день рождения Дианы. Она решила его отпраздновать дома и пригласила Костю, а я обрадовался, что наконец узнаю этого парня поближе. В тот день мама запекла мясо в духовке с картошкой и нарезала салат, а когда вечером отец вернулся с работы, Диана заказала пиццы. Спустя некоторое время пришел и Костя. Дина заранее подготовила родителей и высказала свое желание познакомить его с ними. Мама обрадовалась, но отец отнесся к этой новости настороженно.

Парень выглядел гораздо старше, чем на фотографиях на страничке в социальной сети. Каштановые волосы оказались немного длиннее, а на щеках была заметна щетина. Но я должен признать, что ему так даже больше идет. Татуировку Барсов скрыл под толстовкой. Когда я знакомился с ним за руку, заметил, что мы примерно одинакового роста. Возможно, он был на пару сантиметров выше.

Мамино сердце он покорил, сказав, как вкусно она готовит, а вот отец задавал ему кучу вопросов. Какие планы на жизнь? Любит ли он его дочь? Спрашивал про семью Барсова. У того, оказывается, есть младший брат моего возраста.

Несмотря на то, что Костя говорил о том, что любит Диану, пока та держала под столом его за руку (я сидел рядом с ней и видел это), его ответы казались мне сухими и неискренними, как будто он заранее заучил их. Возможно, сестра подготовила его к беседе более основательно, чем я думал.

Пока мама с Дианой убирали со стола, а папа включил телевизор в гостиной, я предложил Косте выйти на улицу, чтобы подышать воздухом и поболтать перед тем, как они поднимутся к сестре в комнату. Он не стал возражать.

На улице уже стемнело. Мы стояли около порога нашего дома, где горел свет. Костя зажег сигарету, и я ни капли не удивился.

— Слушай, ты можешь не волноваться, Диана со мной будет всегда в безопасности, — начал он, как будто знал о моих подозрениях.

— Где ж ты был на той вечеринке? Ей потом всю ночь было плохо, — усмехнулся я.

— Это был единственный раз, — ответил собеседник, закуривая. Я вспомнил, что сестра запах табака терпеть не может. На какие же жертвы она идет ради него? — Я, честно сказать, до последнего не мог понять, в чем причина, пока не узнал, что один мой приятель перепутал её стакан с другим, и подлил туда водки, где уже был сок. Дианы тогда не было рядом, она танцевала со мной, и не видела этого, чтобы остановить его.

Как я и думал.

— Ты знал, что Дина очень плохо выносит запах табака? Из-за этого наш отец, когда ей было десять лет, бросил курить.

— Правда? Она мне ни разу не говорила. — Его взгляд был удивленным. — Спасибо, что сказал. Рядом с ней курить теперь не буду.

У меня чуть челюсть не отвисла от шока. То есть моя взрослая сестрёнка терпит все его плохие привычки, даже не говоря об этом. Но почему?!

— Я хочу сделать ей предложение, — спустя несколько секунд молчания ответил он. В моем сердце что-то кольнуло, когда услышал это, потому что не хотел бы, чтобы он был её мужем. — Да, мы не так долго встречаемся, но мы уже не дети, мы любим друг друга. Я уже познакомил Диану со своей мамой. Она ответила мне, что если я упущу такую девушку, то буду идиотом. — Парень усмехнулся. — Я согласен с ней, и поэтому уже купил кольцо. Через неделю хочу повести её в ресторан и сделать предложение. Надеюсь, ты не будешь возражать? — Костя заглянул мне в глаза, и я слегка вздрогнул, не ожидая такого вопроса. Как будто собеседник читал мои мысли и знал, что я не очень хорошо к нему отношусь.

— Конечно, нет, — улыбнувшись, ответил я. — Это её решение.

— Отлично, только не говори ей, пожалуйста.

Я на это лишь кивнул, после чего Барсов потушил сигарету и выкинул в небольшой мусорный бак, стоявший в нескольких шагах от входа в дом, и мы зашли обратно. Он вместе с Дианой отправился к ней в комнату вверх по лестнице, а я лёг спать в своей. Только долго не мог уснуть. Думал об их отношениях, но понял лишь одно — мне не следует вмешиваться в них, потому что я не могу знать всего. А значит и судить об их любви я не могу.

И правда, на следующих выходных сестра вернулась домой такой счастливой, какой я никогда ее не видел. Пока мы вечером сидели с родителями на кухне за столом, она вбежала с громкими радостными визгами и криками:

— Мне Костя сделал предложение!

Она вытянула правую руку, чтобы всем нам продемонстрировать красивое золотое кольцо с бесцветным камушком.

Губы матери и отца расплылись в улыбках. Они тут же подскочили из-за стола и принялись обнимать и поздравлять дочь. И только мне эта новость не понравилась. Диана тут же кинула на меня удивленный взгляд, пока мама сжимала ту в объятиях. Поэтому мне пришлось натянуть улыбку как будто я искренне рад, и подойти к сестре, чтобы обнять. Когда я притянул её к себе, тут же почувствовал, что она догадывается о моей фальши, потому что ее руки не обвили мою спину в ответ на моё объятие.

— А когда свадьбу планируете? — спросил я, пытаясь улыбаться.

— В июле или августе, — пожала плечами Дина. — Мы еще точно не решили.

Следующий месяц к нам в гости все чаще захаживал Костя. Почти каждый день. Рядом с ним я пытался держаться приветливо и дружелюбно ради сестры. Она была счастлива, и я не в праве рушить ее счастье своими догадками. Мне хотелось больше времени проводить с Дианой до того, как она выйдет замуж, ведь тогда мы будем видеться гораздо реже. Поэтому я охотно соглашался, когда она просила меня сходить с ней на примерку свадебного платья. Таких примерок было много, и ни одна не закончилась покупкой. В какой-то момент я стал расценивать это не как «моей сестре просто не нравится это платье», а как «это знак, что она не должна связывать с ним судьбу».

В один момент мне начало казаться, что я все придумал, и что на самом деле Костя и вправду очень хороший парень, как говорит моя мама. Отец не так часто хвалит своего будущего зятя, но в целом, он хорошо о нем отзывается. Я же стараюсь избегать с ним разговоров.

Спустя еще месяц Диана спустилась на кухню, как всегда, в хорошем настроении. Намазывая на тост масло, она сообщила нам, что сегодня вечером уезжает в загородный коттедж, который они с Костей и компанией ребят сняли на выходные, чтобы отдохнуть. Мне совсем не понравилась эта новость, особенно то, что дом находится за городом, и туда даже транспорт нормально не ходит. Но я немного успокоился, когда сестра сообщила, что с ней еще поедет Аня — её подруга, с которой я знаком и смогу попросить приглядеть за сестрой. Но сразу же отсеял эту мысль, когда сестра спросила меня:

— Никит, не хочешь со мной поехать?

На выходных я договаривался встретиться с друзьями — Лёшкой и Артёмом, с которыми мы дружим уже несколько лет, но думаю, они поймут, если я все объясню. Сейчас мне прежде всего хотелось убедиться, что моя сестра не напьется опять как в тот раз и что с ней будет всё в порядке. Поэтому Диане я ответил согласием.

Вечером нас на машине забрал жених сестры. По пути он также подобрал Аню, с которой Диана болтала всю дорогу на заднем сиденье. Мне же пришлось ехать на переднем рядом с Костей. К счастью, он оказался не особо разговорчив, в отличие от девчонок. До местоположения нужно было ехать час. По словам Барсова, в коттедже есть несколько спален, чтобы разместить всех гостей (а их будет человек двадцать) и бассейн с баней.

Территория, на которую мы приехали, была просто огромной, и я уже начал думать, что она принадлежит кому-то из друзей Кости, потому что снять такое великолепие на выходные, должно быть, стоит целое состояние. Машину пришлось оставить на платной парковке, находившейся возле трассы, потому что к самому дому было подъехать невозможно из-за слишком узкой дороги. Поэтому нам пришлось идти по этой скользкой из-за грязи тропе, ведущей через небольшое водохранилище, покрытое тонкой коркой льда, что характерно для конца февраля. Не понимаю, почему хозяева территории не огородили водоём хоть чем-нибудь, ибо в таких погодных условиях очень легко поскользнуться и свалиться в холодную воду.

Несмотря на грязь и слякоть, мы добрались до коттеджа без происшествий, правда, ботинки потом пришлось очищать от грязи об небольшой декроттуар возле входа в дом. Внешне он не выглядел как-то особенно. Обычный дом. Но когда мы вошли внутрь, увидели лестницу, ведущую вниз. Костя сказал, что там находится бильярдный зал, поэтому мы прошли мимо лестницы и оказались в огромной комнате с высоким потолком, представляющую из себя что-то вроде гостиной. Отсюда можно было зайти в кухню, отгороженную от комнаты аркой, выйти на веранду, где стоит мангал с лавочкой, и подняться по лестнице с красивыми перилами на второй этаж. Эта комната оказалась настолько огромной, что в ней поместился и небольшой бассейн, который я сразу и не заметил, потому что он закрыт стеной. Рядом с бассейном стоял диван и несколько живых растений, а также располагалась дверь в баню. Пораженный пространством, я поднялся вместе с сестрой на второй этаж, где две двери, расположенные друг напротив друга, вели в спальни. Одна из комнат имеет балкончик, выходящий в огромную комнату, которую я недавно разглядывал внизу. На балкончике стояла пара мягких кресел, и отсюда можно было наблюдать за теми, кто сидит в диване возле бассейна.

Сестра сразу же забронировала эту комнату с балконом и кинула на большую кровать свою и Костину сумки. Я не сразу заметил дверь в комнате, ведущую в отдельную ванную. Вторая спальня была такой же просторной, как и первая, и тоже с отдельной ванной. Спустившись вниз, я решил получше оглядеть пространство с бассейном, пока не приехали остальные гости. Оказалось, что я пропустил четыре двери на самом входе, которые вели в ванную и три спальни. Возле выхода на веранду находился огромный диван и стол для еды. Кухня тоже оказалась очень просторной.

Когда я осматривал просторный бильярдный зал, находившийся в подвале, громко хлопнула входная дверь и послышалось множество приветственных возгласов. Оглядев напоследок бильярдный стол и светлые стены с висевшими на них картинами, я медленно поднялся обратно, хотя очень не хотелось. Сейчас придется знакомиться с толпой людей.

Действительно, в дом завалилось около двадцати человек — девушек и парней возраста примерно такого же, как у моей сестры. Когда я поздоровался со всеми, Костя познакомил меня с остальными.

Вечер прошел довольно спокойно, мне даже понравилось. Мы заказали пиццу и роллы вместо ужина, однако, подозреваю, что такой ужин у меня будет и завтра. Интересно тогда, что будет на завтрак и на обед. После я и Аня еще поближе со всеми познакомились, потому что подруга сестры, как и я, не имеет никакого отношения к компании этих людей. Мы все поиграли в мафию и твистер, которые хозяин дома оставил в гостиной вместе с некоторыми другими настольными играми.

Утром каждый позавтракал тем, что было в холодильнике, а то есть продуктами, которые купили на эти выходные. Я же пожарил себе и сестре яичницу и сделал нам по бутерброду с колбасой. Костя рассказал, что основная тусовка начнется сегодня вечером. Должно подъехать еще несколько человек, и по его словам, это довольно важные гости.

Время до вечера мы провели за приготовлениями к вечеринке: украшали комнату, мариновали мясо для шашлыка. Девчонки готовили закуски и салаты. Таким образом, мы пропустили обед, перебившись перекусом.

Тусовка началась с того, что парни пожарили шашлык и притащили на стол. Девчонки включили музыку, после того как накрыли на стол, и началось самое веселье. В ход пошли алкогольные напитки. Я старался не пить и следить за тем, что Диана пьет только сок.

— Никитос, ну чего ты такой скучный, — сказал мне один из друзей Кости, когда я разговаривал с Аней. — Давай я налью немного.

Я ответил отказом и продолжил разговор с подругой сестры. Вскоре приехали те самые важные гости. Это был мужчина постарше, чем мы все, лет двадцати пяти. Он был вместе со стройной высокой девушкой, которая всюду следовала за ним.

Спустя пару часов моего наблюдения за сестрой, я понял, что она учла свои прошлые ошибки. Наблюдая за тем, как она сидит возле Кости, играющего в карты с тем самым прибывшим мужчиной, я написал сестре сообщение в мессенджере о том, чтобы она не смела играть. Она тут же посмотрела в телефон и, повернув голову ко мне, улыбнулась. Тогда я спустился в бильярдный зал и решил присоединиться к девочкам, пытавшимся разобраться с правилами этой игры. В подвале было прекрасно слышно музыку, громыхавшую в гостиной.

Одна из девушек мне понравилась. Ее зовут Лиля, она оказалась моей ровесницей и, как и я, приехала сюда со своей старшей сестрой. Когда остальным девчонкам надоели неудачные попытки обращения с кием, они пошли к остальной толпе, и мы остались с Лилей наедине. Я ничего не успел сказать, когда девушка подошла ко мне и поцеловала, очень мягко и осторожно. Но я сразу понял, что она выпила, поэтому, коснувшись её плеча, отодвинул. Однако извиниться не успел, потому что в моем кармане завибрировал телефон. На экране высветился номер сестры, и я тут же приложил трубку к уху.

— Алло, Никита! — послышался встревоженный голос девушки, но не Дианы.

— Аня, почему ты звонишь с номера сестры? — узнал я её голос.

— Случилась беда. Я не знаю, где она.

— Что произошло? — заорал я в трубку, пытаясь перекричать музыку, доносившуюся из телефона.

— Оказывается, Костя проиграл недавно серьезную сумму в карты, как раз тому мужику, который приехал вместе со своей сестрой. Они важные шишки, и долго ждали возвращения долга, — тараторила девушка.

— И? — потребовал я продолжения, когда она на секунду перевела дух, время истекало, я чувствовал, что должен найти сестру, но сначала нужно понять, куда она могла деться.

— Костя пьяный вдрызг. Я сидела рядом с ним и Дианой на диване и все видела и слышала. Он в таком состоянии сел играть, хотя Дина отговаривала его, в ответ на что он лишь прикрикнул на нее. — Ладонь сжалась в кулак. Я удалился всего лишь на полчаса. Когда это уже успело случиться? — Костя проиграл, Никита! И тогда сказал, что у него нет денег. Все это веселье на выходные устраивалось специально для этой важной шишки. Услышав о том, что у этого придурка нет денег, он сказал, какая у него красивая девушка.

Сердце заколотилось в груди от волнения. Я направился к лестнице и быстро поднялся наверх.

— Надеюсь, он ничего не сделал Диане?

— Нет, они оба сидят тут, я слежу за ними. Но Диана выбежала из дома. Этот мужик согласился простить долг, если Костя одолжит свою девушку на ночь, и тот не стал возражать. Диана кричала в истерике, не став ждать реакции от жениха, заявила, что он ублюдок, и в слезах выбежала, забыв телефон. В таком состоянии неизвестно, что может с ней случиться. На улице уже темно.

Я уже был обут и в куртке. Сбросив звонок, выбежал из коттеджа, надеясь на то, что сестра дышит свежим воздухом возле входа, но, к сожалению, это оказалось не так. Осмотрев территорию возле дома и обнаружив, что Дины здесь нет, я подумал, что она захотела поскорее уехать отсюда и направилась к парковке.

Территория рядом с домом освещалась фонарями, в отличие от тропы, где было очень темно. На дорожку падал яркий свет луны, выглянувшей сегодня из-за облаков. Но спустя пару минут мои глаза привыкли к темноте, и я бегом двигался по грязи.

Я уже хотел пронестись мимо водохранилища, но слегка притормозил, чтобы не поскользнуться и не свалиться туда. И тут же похолодел от ужаса, увидев дыру на поверхности льда, которая еще вчера была абсолютно ровной. Мне стало страшно, я растерялся и не знал, что делать. Дина не умеет плавать, но не факт, что она упала. Но если я побегу на парковку, чтобы проверить, только время потеряю. Приглядевшись к водной глади, я увидел слегка заметные пузырьки. Должно быть, она всё-таки поскользнулась, и лёд не выдержал.

Не раздумывая ни секунды, я стянул с себя грязные кроссовки, а затем прямо в куртке прыгнул в воду, набрав побольше воздуха. Тело обдало холодом, но я терпел изо всех сил, хотя хотелось сразу вынырнуть. Дно водоёма сразу же обрывалось. Не ожидал, что здесь будет нормальная глубина. Я сделал несколько рывков вниз, гребя ногами и руками, хотя совсем ничего не видно. В воде очень темно. Через несколько секунд я почувствовал ладонями водоросли, такие странные на ощупь. Однако когда я понял, что это волосы, попытался нащупать руку сестры, а затем дернулся вверх, выплывая на поверхность. Положив ее на землю, сам выбрался на берег, крича и моля о помощи. Глаза Дианы были закрыты, и тогда я еще больше испугался. Даже не заметив, как трясусь то ли от холодного обдувающего ветра, то ли от страха, приложил ладони к груди Дины и сделал несколько сильных толчков, а затем приник губами к ней, чтобы набрать в ее легкие воздуха. Но сколько бы я ни повторял, ничего не помогало.

Спустя пару минут приехала скорая помощь. Когда мы ехали сюда, я видел неподалеку больницу. Видимо, кто-то все-таки услышал мои крики о помощи. Врачи выскочили из машины и, оттолкнув меня, поспешили к сестре, положили на переноску и отнесли в машину. Я топтался босиком по холодной грязи, даже не заметив, как по щекам текут слезы. Никогда в жизни мне не было так страшно.

Не обращая внимания на холод, я протопал к машине скорой помощи и заглянул внутрь, чтобы посмотреть на хлопочущих врачей, но увидел лишь, как тело Дианы накрыли с головой белой тканью. Ко мне вышел врач со словами:

— Мне очень жаль. Успей вы чуть-чуть раньше, был бы шанс спасти её. Но, видимо, девушка не успела задержать дыхание.

— Нет, — произнес я, не веря. По спине пробежали мурашки. — Нет! — уже крикнул, забегая в машину и отбрасывая белую ткань в сторону. Я дотронулся до холодной руки сестры и заплакал, не в силах сдержаться, положа голову к ней на грудь, которая еще буквально час назад вздымалась и опускалась, как у каждого человека.

Теперь она никогда не будет дышать. Никогда не будет смотреть со мной всякую ерунду на YouTube, никогда не попросит меня сходить с ней в книжный магазин, чтобы просто час ходить среди стеллажей. Я потерял её…Потерял навсегда! От этой мысли слезы пуще прежнего потекли по щекам. Возможно, если бы я не стал слушать от Ани, что случилось, то успел бы, возможно, спасти её! И лишь об одном я не жалею. О том, что был рядом с ней все эти годы. Как оказалось, моё братское чутьё и любовь ни разу меня не обманули.

Пару дней до похорон я помню, как в тумане. Больше всего запомнились лица родителей, когда я рассказал им о несчастном случае. Первым их вопросом стал: почему Костя не был рядом с ней в этот момент? И тогда я все-таки пересказал им Анины слова, которые привели всех в ярость. На маму было больно смотреть, у неё в тот день случилась истерика. В таком состоянии я не видел её никогда. Она рыдала и кричала, била посуду. Отец ее успокаивал и плакал вместе с ней. Его слёз я тоже никогда не видел. И только я больше не смог выдавить и слезинки. Как будто все они закончились после того, как я узнал о смерти Дианы.

Проводить мою милую добрую сестрёнку собралось много народу. Это и университетские друзья, и те, кто просто знал Дину, и даже приятели Кости, с которыми в тот день мы отдыхали в коттедже. Он и сам пришел. Когда я увидел, как он кладёт гвоздики в гроб, мои кулаки напряглись так, что костяшки побелели от напряжения.

— Почему вы позволили ему прийти? — спросил я у отца с матерью.

— Он имеет право попрощаться с ней, как бы не был виноват, — спокойно ответила мама, и я решил, что не стану поднимать истерику. Хотя все должны знать, что этот подонок виноват в смерти Дины! Но не только мне здесь плохо от потери родного человека.

После того как гроб опустили в выкопанную яму, каждый из присутствующих должен был бросить три горсти земли. Когда пришла моя очередь, я заколебался. Смотря на гроб, немного уже присыпанный землёй, я всё еще не мог свыкнуться с мыслью, что сестру я никогда больше не увижу, только если во сне. Кинув три горсти сырой земли, я как будто похоронил частичку себя вместе с моей любимой сестрой. Я потерял не только её, но и радость жизни, веру в любовь и смысл жизни, оставив себе лишь воспоминания о счастливых годах.

Этот день изменил всё в моей жизни…

Глава 6

Прошла неделя после развода родителей. В тот вечер Никита был опустошен, да и всю неделю настроения не было абсолютно. Парень перестал так упорно учиться, и удивление учителей по поводу успеваемости Ларионова было недолгим. В то утро после разговора с Мирой парень обнаружил девушку лежащей напротив него. За ночь она и с места не сдвинулась. Но это ведь неправильно. Мужчине же не положено проявлять такую слабость, какую он проявил вчера. И хоть девушка ни разу не напомнила ему об этом, ему было немного стыдно. Однако юноше стало легче. Настолько легче, что он смог поговорить с мамой об этой проблеме на утро и поддержать ее.

Выяснилось, что Виктория, мать Никиты, недавно увидела отца с другой женщиной на улице. И тогда она решила серьезно поговорить с Дмитрием. В итоге муж признался, что несколько месяцев назад познакомился с этой женщиной и нанял ее работать фотографом к себе в агентство, точнее они уже были знакомы до того, как отец женился на матери. И сразу они друг друга не узнали. У них вскоре завязался роман, а когда Никита застал их вместе, Дмитрий попросил эту женщину уволиться, чтобы порвать с ней отношения и посвятить себя семье. Однако у него не получилось этого сделать, как выяснилось позже. Мать даже не дала шансов отцу, она и слышать не хотела ни его извинений, ни раскаяний, потому что знала, что не уходил из семьи он только ради сына.

— Он меня больше не любит, Никит, — сказала ему в то утро мама. — Я не видела смысла тянуть время, и мы приняли решение о разводе. Точнее я на этом настояла. Ты уже взрослый, и я не хочу удерживать Диму. Все равно его простить не смогу.

Никита все понимал. По его мнению, мама приняла правильное решение. К счастью, отец оставил бывшей жене и сыну дом и все имущество, что было в нем. Отец будет им помогать финансово, Никита это знал точно. Но парень был на него так зол, что пытался избегать с ним встреч. Хотя несколько раз тот заезжал забрать вещи. Хорошо, что Никиты не было дома в это время. Ему хотелось найти подработку. Ларионов ждал восемнадцати лет, чтобы расширить поиск, хотя мама была категорически против. Она просила закончить для начала школу и поступить в институт.

Но вот настал день его восемнадцатилетия, а он понятия не имел, что делать в этот день. Праздничного настроения совсем не было, поэтому Никита сказал Артёму и Лёхе, что не будет отмечать, чтобы те не приходили.

Больше всего он ждал лишь одно поздравление — теплые слова своего ангела-хранителя. Никита даже не знал, почему. С каждым днем он все больше привязывался к ней, хотя знал, что это плохо. Ведь Мира не сможет быть с ним рядом всегда. Она ангел, а ангел и обычный человек даже разговаривать, по-хорошему, не должны. Это Никите так повезло. Его пугали те непонятные чувства, которые он испытывал к девушке. Ни об одной девчонке, с которой Ларионов встречался, он не думал так много. Очень хотелось сделать ее хоть немного счастливее. Хоть как-нибудь. Ведь вчера на его пост наконец ответили из группы «Найдись». Один юноша-выпускник написал, что девушку по портрету было не очень легко узнать, как если бы он взглянул на фотографию, но паренёк написал номер школы, в которой раньше училась Мира. Он, правда, не утверждал, что она не перевелась в другую после того, как тот выпустился. Никита прекрасно знал эту школу, потому что в ней работала его тётя — двоюродная сестра матери. По словам этого паренька, Мира была очень тихой и не выделялась из толпы, поэтому неизвестный паренёк даже имени ее не знал. По крайней мере, у него была хоть какая-то зацепка.

После того, как Ларионов прочел все поздравления в социальных сетях, лежа в своей кровати, он наконец спустился на кухню, где стоял небольшой круглый торт, его любимый, шоколадный. Мама готовила его каждый год на день рождения сына. Однако Никита был уверен, что в этом году мать не будет этого делать из-за своего ужасного душевного состояния. В некоторые дни на прошедшей неделе у нее даже несколько раз поднималась температура, и парень ухаживал за матерью: готовил ей куриный бульон (хотя, первый раз это вышло не очень вкусно), ходил в аптеку за лекарствами. И лишь сейчас он, вспоминая каждый день этой ужасной недели, понял, что мать ни разу за эти семь дней не вышла на улицу.

— С днем рождения, сынок! — радостно сказала Виктория, выглядывая из-за угла. Никита про себя заметил, что это был ее самый веселый голос за неделю.

Парень подошел к ней и крепко обнял.

— Спасибо, мам, но зачем ты так напрягала себя? Тебе и так сейчас нелегко, а ты еще и торт взялась мой любимый делать. И когда ты его вообще пекла? Ночью?!

— Не волнуйся за меня, Никит, — улыбнулась женщина. — Жизнь продолжается. Я потеряла дочь и мужа, но я не хочу потерять и сына. Хочу, чтобы он чувствовал мою любовь и заботу.

Его тронули эти слова. Внутри что-то сильно сжалось, то ли от боли, то ли от радости. Он и сам не понял. Понял лишь, что на несколько секунд почувствовал неимоверное счастье, пока мысли не возвратились к той семье, которую он запомнил с детства: любовь, уважение и понимание. То было совсем другое. Видимо, счастье ощущается человеком по-разному в отдельные периоды его жизни.

— Как собираешься отметить свое совершеннолетие? — с любопытством спросила мать, ставя чайник на плиту.

Никита сел за стол, стоявший посередине комнаты. Наверное, кухня — это одна из самых уютных комнат в их доме. По крайней мере, так было раньше, когда вся семья собиралась за столом, в основном, во время ужина и по выходным. Точнее родители еще несколько лет назад сделали из двух комнат кухню-студию, в которой арка отделяла рабочую зону, где готовила мама, от обеденной, где стоял большой стол со стульями, а также находился телевизор. Кухню-студию они отделали в светлых тонах: стены обклеили обоями персикового цвета, а потолок покрасили в белый цвет. Большие окна пропускали много света в помещение.

— Не знаю. Наверное, никак. Что-то совсем настроения нет.

— Сын, ну так нельзя, — сказала Виктория, поставив белые блюдца на стол. Далее она принялась нарезать торт. — Говорят, что восемнадцатилетие — это переход во взрослую жизнь. Я считаю, его нужно отметить с тем, с кем тебе хочется и как хочется. Тебе какой кусочек положить?

— Самый большой. — Никита указал на нужный кусок торта, и мать положила его на блюдце, которое затем подвинула к сыну и дала маленькую ложечку. Далее она подошла к рабочей зоне, чтобы выключить чайник и сделать чай.

Когда она поставила на стол две чашки с горячим чаем и села рядом с сыном, Никита спросил ее:

— Как твое самочувствие?

— Спасибо, Никит. За эту неделю мне стало немного легче. Очень благодарна тебе за твою заботу. Я и не знаю, что делала бы, если бы тебя не было рядом.

Парень заметил, что мама и вправду выглядела лучше. Она начала улыбаться. Под глазами больше не было синяков, хотя Виктория все равно казалась замученной.

— В понедельник я собираюсь выйти на работу, — продолжила она.

— Погоди, так это уже завтра. Ты уверена, что готова?

— Конечно. Несмотря на то, что твой отец обещал помогать нам финансово, я не хочу сидеть у него на шее. У меня хорошая должность, не хочу злить начальство. Тем более они сообщили мне, что появилось несколько новых креативных заказов. Думаю, этом поможет мне отвлечься от личных проблем.

В то время как Дмитрий Ларионов вел свой бизнес, Виктория работала дизайнером интерьера в небольшой строительной компании. Однако созданные ею проекты нравились клиентам. Она не только придумывала сам интерьер и объясняла нужные схемы чертежникам, но и вела проекты до самого конца, то есть появлялась на объекте лично. И все лишь для того, чтобы услышать в конце восхищения клиентов. Но и сам процесс работы ее очень захватывал. Интерьер для своего дома мать тоже придумала сама. Поэтому работа действительно могла помочь ей отвлечься.

— Как у тебя дела в школе? Давно я не задавала тебе этот вопрос. Последний раз это было, пожалуй, несколько месяцев назад. Какая же я плохая мать. — Виктория тяжело вздохнула, делая затем глоток чая.

— Ну что ты такое говоришь, мам. Ты самая лучшая. — Никита накрыл лежавшую на столе ладонь мамы своей, пытаясь подбодрить ее. — У меня в школе все нормально. Я как раз хотел с тобой кое о чем поговорить.

— Слушаю. — Виктория подняла на сына спокойный взгляд.

— Дело в том, что я решил, что хочу развиваться в IT-сфере, а не экономической, как хотел того отец. Чтобы не говорить ему, я решил сдавать обществознание на ЕГЭ, чтобы он не придирался ко мне. Но мне очень тяжело дается этот предмет, я плохо справляюсь с подготовкой к нему. Другое дело математика и информатика. К ним готовиться гораздо легче. И я думаю отказаться от обществознания.

Мире он об этом не рассказывал. Не хотел, чтобы она думала, что их сделке конец. В любом случае, ему нужно было получить хорошие оценки в аттестате как по техническим, так и гуманитарным предметам.

— Конечно, отказывайся, — ни на секунду не задумываясь, ответила Виктория. — Зачем тебе так мучиться? Я рада, что ты выбрал область, с которой хочешь связать жизнь. Поступай как хочешь и даже не думай о том, что скажет отец. Пусть даже и не думает указывать тебе, как жить. — В глазах матери на несколько секунд вспыхнула злость. Она изменилась за эту неделю. Если раньше она и не думала возражать отцу по поводу сына, то сейчас она была готова на все, чтобы защитить его. Все-таки развод с ним сделал ее более независимой.

Доев торт и допив чай, он поблагодарил маму и поднялся в свою комнату. Мира до сих пор не появлялась. Помнила ли она вообще про его день рождения? Отсутствие девушки рядом с ним — это единственное, что портило его прекрасное настроение сегодня. Ведь все складывалось очень хорошо. Маме стало лучше, она выходит на работу, а завтра он сможет отказаться от экзамена, который вовсе не желал сдавать.

Зазвонил телефон, и Никита мигом взглянул на дисплей. «Отец», — прочитал он про себя и сбросил звонок. Хотел сына с днем рождения поздравить? Что ж, один подарок тот ему уже сделал, уйдя из семьи.

— Я не помню, как люди справляют свои дни рождения, но я точно знаю, что ты не должен сидеть тут один, — сказала Мира, стоя в дверном проеме.

Никита сразу же подскочил с кровати. Не потому, что испугался, а потому, что перестал уже надеяться, что ангел вспомнит про его день. Он приятно удивился.

— Чего ты так смотришь на меня? — улыбнулась девушка.

— Я п-п-росто не ожидал….что ты придешь, — заикаясь, ответил Никита.

— Я прихожу к тебе каждый день, пора бы уже привыкнуть. А если ждал меня, так и скажи.

Она медленно подошла к кровати и присела на ее край, показав своему подопечному, чтобы тот опустился рядом с ней на кровать. Тот сразу же сел рядом, не отрывая от Миры взгляда.

— К тому же, неужели ты думал, что я не поздравлю тебя с совершеннолетием? — Белые крылья девушки опустились на кровать, своими перьями касаясь покрывала. — Вот, хотела пожелать тебе не злоупотреблять возможностями, которые дает тебе совершеннолетие, и не приставать к девчонкам, не разбивать их сердца и поменьше распивать алкоголь.

Лицо Никиты изменилось. Он вспомнил тот день, когда девушка выкинула в окно бутылку пива. Неужели она поэтому сказала такое?

— Да шучу я! — тут же воскликнула она, улыбаясь. — А то у тебя лицо такое стало….я даже не знаю с чем сравнить. А может и не шучу! — Ангел сделала недолгую паузу. — А вообще хочу пожелать тебе исполнения твоих желаний и достижения всех целей, хороших отношений с близкими людьми и любви.

Перед тем, как произнести слово «любви», она остановилась. Перед тем, как сказать его, она посмотрела прямо Никите в глаза. Так искренне. Как будто в душу глядела и знала, что ему этого не достает. Как будто знала, что он так давно не испытывал этого чувства.

— Спасибо, — ответил Ларионов, расплывшись в улыбке. — На самом деле, у меня не было девушки, которую бы я по-настоящему любил. И вряд ли такая встретится.

— С чего ты такое взял? — выпучила она на него глаза.

— Может, настанет момент, когда я расскажу тебе, — с опущенным взглядом пролепетал он. — Но не сегодня. Не хочу портить настроение. Давно оно не было таким хорошим.

Девушка тут же накрыла его ладонь своей и, заглянув в глаза, произнесла:

— Ты же знаешь, что можешь рассказать мне ВСЕ? Правда ведь? Я-то уж точно никому не расскажу. — Девушка расплылась в улыбке. — И уж точно не назову тебя «слабым» только потому, что ты поделишься со мной своими проблемами.

Глаза Никиты распахнулись от удивления. Она ясновидящая? Или ангелы все-таки умеют читать мысли? Парень даже не заметил, как сжал ладонь подруги крепче.

— Откуда ты… — хотел спросить юноша, но собеседница остановила его.

— Откуда я знаю? Ну, назовем это шестым чувством.

— Ты же не роешься у меня в голове, правда ведь?! — с осторожностью спросил он.

В ответ Мира громко рассмеялась, парню стало даже неловко, так как он даже не понял, что вызвало ее смех. Они больше не держались за руки. Хотел бы Никита не обратить на это внимания. Но он обратил.

— Видел бы ты свои глаза! Такие испуганные! — продолжала смеяться ангел. — Нет, я не читаю мысли, если ты про это. Но я уже говорила тебе, что чувствую, как будет лучше. Это мой особый ангельский инстинкт, ну или ангельская интуиция.

Никита в ответ ничего не сказал. Несколько секунд они сидели молча. Но потом Мира возобновила беседу.

— Мы вернемся обязательно к этому разговору. Но в другой раз. Так почему ты тут сидишь один? Разве не должен отмечать с друзьями свой день рождения? Будь я бы на твоем месте, обязательно пошла бы отмечать свое совершеннолетие где-нибудь в клубе или в караоке. Хотя, не могу точно сказать. Вдруг я была такой занудой, что вообще не справляла свои именины. Но как бы ни было на самом деле, я бы очень хотела об этом вспомнить.

— Так и будет. Ты обязательно вспомнишь, — пообещал Никита, улыбнувшись. — Уже совсем скоро. — После нескольких секунд раздумий он заявил. — Хорошо! Я позову Артема и Лешку на вечеринку в клуб. Но есть одно условие.

Девушка вопросительно на него взглянула.

— Ты тоже приглашена. Хоть и другие не могут тебя видеть, но я могу. Хочу тебя видеть на своем празднике. Всегда! И никаких уходов в тот другой мир!

Мира искренне улыбнулась и, недолго думая, согласно кивнула.

— Рад, что ты передумал, Никитос, — весело сказал Алексей Белоусов.

Они шли рядом вдоль асфальтированной дороги. Лешка удивился, увидев друга на пороге своей квартиры после того, как он изъявил свое желание не отмечать свой праздник. И сейчас они шли за Артёмом, который тоже, скорее всего, сильно удивится такой смене планов.

— Как у тебя дела в семье? Ты сделал то, что я тебе советовал? — вместо ответа спросил у друга Никита. — Уже, правда, неделя прошла после того дня, но я уже говорил о своих семейных проблемах.

Собеседник ответил сразу же:

— Это просто восторг, Никит! Я не думал, что это поможет. Я поговорил с отчимом в тот же вечер. Мне даже не пришлось уговаривать его для этого разговора. Оказалось, что он сам хотел давно со мной выяснить отношения. Теперь мы с ним иногда смотрим спортивный канал, ходим в магазин за продуктами. Мама просто в шоке. Да и я сам. Жалею, что не поговорил с Антоном раньше, он хороший мужик.

Никита улыбнулся, переводя взгляд на Миру, которая шла рядом с ним. К сожалению, сейчас он даже не мог поговорить с ней, но очень надеялся, что шум клуба и толпа сделают его разговор с ангелом более незаметным.

Многоэтажный дом, в котором жил Артем Багиров, находился не очень далеко от дома Белоусова. Пешком они добрались за 20 минут. Сегодня на улице была солнечная погода. За неделю, что не было дождя, грязь успела немного подсохнуть. Подойдя к домофону, они набрали нужные цифры. Друг ответил не сразу. Ребята уже начали думать, что его нет дома.

— Доставка пиццы? — послышалось по ту сторону линии.

— Какая пицца? — возмутился Лёха. — Обычный выходной день, чего это ты решил шикануть? Открывай давай, в клуб пойдем.

— Какой клуб? — ответил Артём вопросом. — Зачем?

— День рождения у меня, ты в списке гостей, — вмешался Никита.

— Ребят, у меня дома Алина, — шепотом ответил парень, видимо, чтобы девушка не услышала.

Никита думал несколько секунд, после чего ответил:

— Так зови ее с нами. Только платите за себя сами, у меня нет столько денег.

Ничего не ответив, Артем открыл для друзей входную дверь в подъезд. Те быстро поднялись на нужный этаж. Никита пропустил Миру вперед. По ее взгляду он понял, что девушка чувствует себя неуютно, как будто ее видели все. Но ему хотелось, чтобы она почувствовала себя обычным человеком, даже если с ней никто не будет разговаривать, кроме него.

— Вы так не вовремя, пацаны, — сказал Артем, впуская ребят на порог квартиры.

По его взгляду они поняли, что тут происходит.

— Вообще не понимаю, как она согласилась на это, — удивившись, сказал Никита. — Она знает, что мы здесь?

— Нет, и я не думаю, что она бы сильно обрадовалась, увидев тебя, дружище. Ты сильно расстроишься, если я не пойду на твой праздник? — Артем сделал умоляющий взгляд.

Все они говорили шепотом. Никита не стал возражать. Если друг предпочел остаться с девушкой, то он ничего не мог поделать. Артем поздравил Никиту денежным конвертом, как и Лёшка Белоусов, однако его даже начала грызть совесть, что в ответ на подарок он не сможет повеселиться с другом, угостить его каким-нибудь напитком.

Мире было очень неловко. Она чувствовала себя пустым местом. Словно она присутствовала на празднике Никиты, но в то же время ее никто не замечал. В этой ситуации она забывала, что является ангелом, но спустя мгновение сразу же вспоминала.

Она обещала своему подопечному, что не будет исчезать, что будет весь этот вечер с ним рядом. И Мира очень хотела сдержать обещание, потому что ей самой этого очень хотелось. С каждым новым днем она чувствовала, что становится ближе к Никите. И не просто как ангел-хранитель, который отлично знает своего подопечного и способы, как его защитить. Он становился ей хорошим другом, но девушке было трудно это осознавать. Интересно, а он так же думает?

Мысли Миры оборвались, когда Никита взглянул на нее перед входом в клуб. Он улыбнулся ей. Так тепло и искренне. Он, видимо, мысленно пытался попросить прощения за то, что не мог ей уделить внимание, как своему другу. Но он ошибался. Для Миры было большим подарком то, что он позвал ее. Она даже по-другому растолковала его просьбу не исчезать сегодня из этого материального мира. Ларионов просто не хотел, чтобы девушка уходила. Мире так хотелось в это верить, ведь это значило, что все ее труды были не напрасны.

— Мира, — послышался знакомый голос откуда-то сбоку. Девушка на всякий случай взглянула на Никиту, но тот уже, смешавшись с толпой, входил в клуб. Это точно не он.

— Ты меня узнала, Мира? — спросил тот же таинственный голос. Где же она могла его слышать?! — Или ты уже забыла?

— Где вы? Кто вы? — спросила девушка в панике.

— Я рядом, Мира. Посмотри вправо. — Голос будто звучал у нее в голове.

Девушка тут же обернулась. За толпой заходящей молодежи на лавочке, стоявшей возле клуба, сидел мужчина. Его лицо закрывал капюшон куртки. И девушка не узнала бы, если б он не повернул голову к ней.

— Гавриил, — в шоке проговорила она. Мира подошла ближе. — Как вы приняли человеческий облик? Ангелы и такое умеют?

Мужчина улыбнулся, видимо, довольный тем, что смог произвести такой эффект на свою ученицу.

— Высшие ангелы, да. Но я не стал прибегать к этому в этот раз. Хоть мы и сильны, но можем принимать человеческую форму очень редко и в экстренных случаях.

Ангел поднялся со скамейки. Вся земная одежда рассеялась. Теперь перед Мирой стоял тот, кого она увидела первым, когда переродилась: могущественный ангел в белых одеждах и с огромными крыльями за спиной, с ярко сияющим нимбом над головой. Будучи намного ниже его, ей даже стало немного не по себе.

— Я здесь, чтобы поговорить с тобой, Мира. Ваши отношения с Никитой зашли слишком далеко.

— Что вы имеете в виду? — удивилась девушка. — Я выполняю свой долг, стараюсь наставить его на истинный путь, пытаюсь помочь поступить в вуз. Хочу, чтобы он сделал правильный выбор.

— Это хорошо, Мира. Я горжусь тобой. Я наблюдаю за каждым ангелом, за тобой в том числе. Этот юноша меняется в лучшую сторону благодаря тебе. Но он одновременно и влюбляется. — Голос наставника звучал очень серьезно.

— В кого? Он, конечно, любит разбивать девичьи сердца, но я с этим борюсь. С самого первого дня, — затараторила она.

— В тебя, Мира, — остановил ее поток слов архангел. — С каждым днем он все больше влюбляется в ТЕБЯ. И это плохо.

Выпучив глаза от удивления, она уставилась на ангела. Не может быть…

— И с каждым днем все больше влюбляешься ты, — продолжил Гавриил. — А от этого становишься больше человеком, чем ангелом.

— Но это не так! — запротестовала она. До этого Мира старалась игнорировать всякие подобные мысли.

— Не нужно отрицать очевидное, Мира. Я тебя не ругаю. Любовь — это доброе и светлое чувство. Я лишь хочу тебя предостеречь. Пойми, ты ангел, а Никита — смертный. Тебя никто не видит, кроме него, но даже так ваши отношения не могут быть нормальными. Вы можете прикасаться друг к другу, но это лишь пока.

— Что вы имеете в виду? — испугалась девушка.

— Мира, может случиться так, что у тебя появится новый подопечный после того, как ты поможешь Никите стать лучше. И тогда он перестанет тебя видеть, потому что другой человек будет нуждаться в этом.

— Но почему?! — воскликнула девушка.

— Потому что это твой дар, Мира. Быть видимой для своих подопечных. — Голос Гавриила звучал спокойно, словно его это совсем не удивляло.

— Это несправедливо! Как так? Был же какой-то ангел-хранитель у Никиты до того, как появилась я. Где он сейчас? Почему он исчез, если его подопечный до сих пор нуждается в помощи свыше? Я думала, что ангел-хранитель дается человеку раз и навсегда!

— Это далеко не так. В разные периоды жизни человеку Небеса посылают определенного ангела. Ты была нужна ему именно сейчас, и поэтому была послана на землю. У человека может быть много ангелов, и чем их больше, тем удачливее человек и тем прекраснее его жизнь. Однако на количество ангелов влияют и душевное состояние смертного, его помыслы и образ жизни. Как ты заметила, Никите удача не улыбается, его жизнь не так уж хороша, как ты могла заметить. Его семья богата, но духовно он опустошен. Такой замкнутый круг. С каждым днем его душу все больше одолевают грехи, которым он поддается. Точнее, одолевали. Твоя помощь дает результаты. Ты была послана, чтобы спасти его душу от зла. Ему Небеса дали шанс. И тебе тоже. Ты должна проявить себя с лучшей стороны, чтобы стать хорошим ангелом и принести в этот мир как можно больше света. — Гавриил смотрел девушке точно в глаза, и взгляд его был таким добрым, а голос успокаивающим.

— Но как я пойму, что я завершила свою миссию? — спросила Мира.

— Он должен будет совершить что-то такое, что Создатель сочтет за великое проявление добра. Он должен сделать это от всего сердца, не ища в этом собственной выгоды.

— А может случиться так, что его душу невозможно будет спасти?

— Да. Если Никита убьет кого-нибудь. Или… — Гавриил не закончил фразу, сделав паузу.

— Или? — не выдержав, переспросила ангел.

— Он убьет себя. Тогда его душу нельзя будет спасти, а в первом случае никто не сможет ему помочь, и вся его оставшаяся жизнь будет казаться лишь существованием. Без позитивных эмоций, счастья и любви.

Мира замялась. Она не знала, что ответить. Вдруг она почувствовала такую ответственность за своего подопечного. Ей еще больше захотелось ему помочь. Он должен быть счастлив! Но лишь одна мысль о том, что парень может поддаться искушению и сотворить непоправимое, причиняла боль. Представив эту картину лишь на секунду, она захотела заплакать, но не смогла…

— Почему мне так грустно, а я даже заплакать не могу? — пролепетала ангел.

Но Гавриил ее услышал, однако ответил не сразу. В тишине Мира внезапно осознала, что оставила Никиту одного, в то время как обещала не покидать его в этот день!

— Потому что ангелы не плачут, Мира. Лишь в очень редких случаях они проливают слезы из-за своих подопечных, в том числе, когда они совершают ужасные поступки.

Это было последним, что сказал Гавриил, потому что в следующую секунду с сильным порывом ветра его тело словно растворилось в воздухе, когда сквозь тучи просочился единственный луч света на то самое место, где он стоял.

— Спаси его, Мира. Спаси себя, — донеслась последняя фраза, сказанная его призрачным голосом.

Спасти себя? Но что бы это могло значить? От чего спасти? Но ей некогда было думать об этом. Девушка рванула ко входу в клуб. Белоснежные крылья раздвинулись в стороны, словно она щас взлетит, нимб ярко засиял, пряди волос подхватили потоки ветра, но ничего из этого Мира не замечала. Потому что в голове крутилось единственное имя. Никита!

— Прошу, не делай глупостей, — мысленно умоляла она его.

Когда Никита и Лёшка вошли в клуб, им пришлось пройти проверку по документам. Проверяя его паспорт, охранник сказал, что в баре ему могут сделать хорошую скидку в честь дня рождения, и Никита был этому рад. Но хорошее настроение, которое было с ним последние несколько часов, испарилось, когда он понял, что Мира исчезла. Он, конечно, не стал делать поспешных выводов. Все-таки, Мира не обязана постоянно быть у него на виду, возможно, ей просто так некомфортно. Но она же обещала! И после того, как прошло пять минут, парень окончательно перестал верить, что его ангел появится. Он предложил другу сразу пройти в бар.

— Глянь сколько девчонок, — поиграв бровями, сказал Лёха, покосившись в сторону танцпола. Музыка громко играла, поэтому приходилось кричать, чтобы собеседник услышал.

— Ага, — равнодушно отреагировал Никита, выпивая алкогольный напиток, который бармен поставил на стойку по их заказу. Юноша вернул тому бокал с намеком на то, чтобы тот повторил.

— Может, познакомишься с какой-нибудь?

— Зачем? — все так же равнодушно продолжил Ларионов, делая первый глоток из уже полного бокала.

— А зачем тогда ты раньше знакомился с ними, а потом меньше, чем через неделю якобы случайно забывал их номер? — удивился Белоусов.

А действительно, зачем? И что поменялось сейчас? Никита всерьез задумался над этими вопросами. Все начало меняться после того, как в его жизни появилась Мира. Она внушила ему веру в то, что он сможет построить такую жизнь, какую он хочет. Раньше он делал все, лишь бы досадить отцу, который сам решил, как жить его сыну. А недолгими отношениями с девушками он пытался закрыть огромную дыру в душе под названием «любовь». Ее можно было сравнить с пустым старым стаканом, в который сколько бы ты ни наливал воды, он совсем не заполнялся, потому что она выливалась через маленькую дырочку на дне, задерживаясь в стакане совсем ненадолго. Но когда Мира ворвалась в его жизнь, он и не заметил, как она словно наконец зашила эту дыру, а чувства как вода перестали утекать из стакана, с каждым днем заполняя его все больше и больше. А сегодня он почувствовал, как будто они подобрались к краям сосуда, отчего Никита и чувствовал себя таким счастливым. Но Мира исчезла из виду, и эта дыра в душе как будто разорвалась еще больше, чем прежде.

— Не знаю, — наконец ответил Ларионов, опустошая стакан.

«Неужели она предала меня», — крутилась в голове единственная мысль. «Но она же обещала»! Мысли не лезли из головы, несмотря на количество выпитого алкоголя, поэтому он пил уже следующий бокал.

— Никитос, может, я, конечно, не прав. Но что-то у тебя определенно случилось, — начал Лёха, еще даже не прикоснувшийся к алкоголю.

— У меня все нормально, — пробубнил Никита.

— Я так не думаю. Еще настроение у тебя испортилось так внезапно. Что-то ты определенно скрываешь, но не хочешь говорить.

«Как я могу сказать, если ты примешь меня за сумасшедшего, как и Артем?», — подумал Никита.

— Просто, я кажется, влюбился, — проговорил он как можно тише, но друг услышал, несмотря на грохочущую музыку. Почему-то сейчас он легко смог признать свои чувства. Наверное, алкоголь взял над его мыслями верх, потому что в трезвом виде он бы всячески отвергал эту мысль.

— А чего ты тогда страдаешь? Не помню, чтоб ты переживал хоть из-за одной своей влюбленности! — Собеседник говорил громко, в отличие от Никиты.

— В том-то и дело, что ни в кого из них я не был влюблен, понимаешь?

— Так это замечательно, что ты нашел такую девушку. В чем проблема тогда? Почему ты ее не пригласил?

Никита на это лишь усмехнулся

— В том-то и дело, что я пригласил ее. И она согласилась. Но, видимо, в последний момент передумала и не пришла…

Несколько секунд друг ничего не говорил, размышляя, но затем наконец ответил:

— Я не знаю, как тебе помочь, брат. Не знаю, что тебе сказать, чтоб хоть как-то помочь.

— Ничего не говори, я лучше пойду на воздухе постою. Плохой идеей было день рождения отмечать.

После этих слов Никита поднялся и через толпу танцующих людей направился к выходу из клуба. В гардеробе к нему подошла девушка. Она была красивой, в коротком красном платье, кудрявыми темными волосами, но стоило ей заговорить с ним, Никита тут же дал понять, что не заинтересован в беседе, просто взяв свою куртку и выйдя на улицу.

И тут он столкнулся с Мирой. Она буквально налетела на него, заставив парня в миг забыть о своей «депрессии». Потеряв равновесие, парень чуть не упал, но вовремя ухватился за дверную ручку на входе. К счастью, он был единственным, кто решил подышать свежим воздухом, ибо выглядело бы очень странно, если б другие увидели, что какой-то парень чуть не упал от того, что на него налетела…невидимка? Приняли бы его за сумасшедшего.

— Ты в порядке? — громко спросила Мира, слегка отстранившись от подопечного. Хотя, его тело еще помнило, как девушка коснулась его плеч ладонями. В тот момент Ларионов думал лишь о том, как бы удержать ее, чтобы она не упала.

— Нет, — честно ответил Никита, тяжело дыша. Не знал, злиться на нее или радоваться ее появлению.

— Возможно, ты расстроен что я исчезла, — начала было Мира, но Никита тут же перебил ее.

— Возможно? — усмехнулся Ларионов. — Да, Мира, я расстроен! Не то что расстроен! — Юноша в порыве злости всплеснул рукой, и Мира тут же слегка отшатнулась, испугавшись этого жеста, что не укрылось от самого Никиты. — Просто…ты же обещала… — заговорил он мягче.

— Я знаю, — тихо ответила она. — Но это случилось не по моей вине. Меня задержал Гавриил, архангел. Он явился ко мне, когда ты заходил в клуб, и я не успела тебя предупредить. Прости, если заставила тебя усомниться во мне. Я поспешила к тебе сразу же, как закончился разговор.

Взгляд Миры был очень искренним. Ей будто было очень жаль. Никита с облегчением выдохнул, сам не заметив этого, и в порыве обнял девушку. Он забыл, что находится на улице, где любой может увидеть, как он обнимает пустоту. Но Мира была реальна, и он ничего не мог с этим поделать. Ведь его так тянуло к ней…

Глава 7

История Никиты

Прошел почти год после смерти Дианы. Мне говорили окружающие, что время лечит и что боль пройдет. Ничего из этого не случилось. Моя боль притихла, но не исчезла. Однако я научился хорошо прятать её под маской. Много улыбался, смеялся, гулял с друзьями. После того, что произошло между Диной и этим ублюдком, я понял, что, возможно, любви и не существует. Хотя, может, это была и не любовь вовсе?

Я всегда считал, что родители очень любят друг друга, но после смерти сестры они начали постоянно ругаться. Не проходило и дня, чтобы они не повздорили по какому-нибудь пустячному поводу.

Я решил не впускать это чувство в свое сердце, поэтому все отношения, которые были за это время, не имели для меня особого значения. Все мои девушки после расставания называли меня козлом, но никому из них я не обещал ничего серьезного. Короткие отношения немного приглушали боль на какое-то время.

И все эти девушки почему-то думают, что это Я сначала заманиваю их в свои сети, а потом бросаю. Какая ложь! Да ни к кому из них я не проявлял интерес первым! Даже если я и козел, как каждая из них говорила мне после расставания, это лучше, чем предательство.

Первые три месяца я ходил на кладбище к сестре почти каждый день. Разговаривал с ней мысленно, приносил цветы, ведь при жизни я почти не дарил ей букетов, хотя она их заслуживала. Нелегко было пересматривать фотографии и видео с ней, но смотря многие из них, я улыбался. Разгребал все переписки, которые были между нами в мессенджерах, и вынимал оттуда различные смешные видео и фотографии, которые мы оба делали в моменте. Сами сообщения до сих пор не порываюсь перечитывать: боюсь, что боль, которая успела немного притихнуть, вновь вернется. После первых трех месяцев я сократил визиты к сестре, потому что понял одну важную вещь: думать нужно о живых, а не о мертвых. Жизнь может прерваться в любой момент. Поэтому нужно помнить об усопших, но не забывать о том, что жизнь продолжается. Через боль, одиночество и грусть нужно двигаться дальше, чтобы отвлечь себя и самому не упустить важные моменты в жизни.

Я бросил свои увлечения: рисование, программирование, веб-дизайн. Отец вынудил своими постоянными упреками. Ведь я должен поступить на экономический факультет, чтобы лучше знать, как вести бизнес. После смерти сестры он еще чаще мне начал это твердить. Возможно, понял, что у него остался лишь один наследник. Но лучше бы он продал свое агентство. Меня оно никогда не интересовало. А если я и участвовал в съемках, как модель, то лишь по указке отца.

В одной из таких мне пришлось поучаствовать после новогодних каникул. Говорили, что сегодня в отцовском офисе не будет работать буфет. Поэтому я поел дома и направился на съемку. Мама уже была там — повезла отцу обед.

За стойкой ресепшна сидела Ангелина, приветливо улыбнувшаяся мне. Я спросил у нее, не опоздал ли, на что девушка ответила, чтоб я проходил в фотостудию, фотограф подойдет через несколько минут. Я не стал заходить к отцу в кабинет, потому что, скорее всего, он сейчас обедает с мамой. Не хочу им мешать.

Я зашел в фотостудию, вешая мокрую куртку на вешалку для верхней одежды, стоявшей в углу на входе в комнату. Сегодня в городе снегопад. Снег на моей одежде растаял, но я очень надеялся, что за время съемки она подсохнет. Идти в мокрой куртке по холоду не хотелось.

Фотостудия отца была не очень большой, в отличие от той, где мне недавно пришлось сниматься. Комната поделена на несколько зон. Возле одной из стен можно было менять фон на любой цвет. В другом углу находилась пара стульев и мягкие кресла, а также живые растения. Таким образом, фотостудию при создании поделили на две зоны. В одной можно сняться на однотонном фоне, а в другой — с присутствием мебели в кадре.

Через несколько минут прибежала Инга, устроившаяся недавно фотографом в агентство отца. Он выделил ей отдельный кабинет, как я узнал позже. Но должен признать, что женщина — профессионал в своем деле. Работы у нее всегда получались замечательными.

Мы поздоровались друг с другом, и Инга попросила простить ее за опоздание.

— Извини, что пришлось вызвать тебя. Понадобилось еще несколько фотографий, которые я не продумала в прошлый раз.

Я ничего не ответил. Съемка прошла в молчании. Только Инга говорила, как мне встать. К счастью, это всё не заняло много времени. Женщина первая попрощалась со мной и вышла из студии. Я же не спеша оделся и направился к выходу из офиса, как вдруг меня остановила Ангелина, протягивая мне сложенный лист.

— Вам попросили передать, — сообщила она.

Я кивнул с благодарностью и развернул лист. Пара строчек, написанная красивым почерком, привела меня в ужас. Я остановился возле входа, обдумывая то, что увидел. Затем быстро развернулся и зашагал в сторону кабинета отца — по коридору, расположенному напротив того, где находится фотостудия. Однако я прошагал мимо кабинета отца и, остановившись возле двери, за которой работает Инга, распахнул ее, даже не постучавшись.

Ноги мои так и не смогли переступить порог. Я замер возле входа, увидев, как отец целует Ингу, крепко сжав ее в объятиях. Я бы сказал, что даже очень крепко, в том числе за места, которые он точно не должен был трогать! Услышав, как распахнулась дверь, парочка тут же отстранилась друг от друга и уставилась на меня. Ужас сменился гневом. Прямо тут на него хотелось накинуться.

— Никита, это не то… — начал отец. Он выглядел перепуганным.

— Нет, я все правильно понял, — выплюнул я с яростью. — Видеть тебя не хочу! — Я даже не дал шанса вставить ему свое слово. — Маме я ничего не скажу, но, если я еще раз увижу тебя с ней, — Беззастенчиво я ткнул пальцем в эту женщину, которую надеялся больше никогда не увидеть, — Я расскажу все. И да, в съемках я больше не участвую! Вообще в офисе этом ноги моей больше не будет!

Развернувшись, я выбежал из здания, направляясь к автобусной остановке. И как люди могут верить в любовь…Видимо, любые серьезные отношения заканчиваются предательством. До этого дня я продолжал думать, что если сестре и не повезло с женихом, то мама с папой — пример пары, которые любят друг друга. В итоге отец предал маму. Никогда не буду вступать в серьезные отношения. Любовь — это лишь слово. Не хочу никого предавать и сам быть преданным.

Глава 8

Когда на следующее утро Никита проснулся в своей комнате, он не смог встать с кровати. Голова раскалывалась от боли, и он не представлял, как сможет пойти в школу.

— Сколько ты выпил вчера? — спросила Мира, сидевшая на краю кровати. Он не сразу заметил её.

— Не помню, — прошептал он. С такой головной болью и говорить не хотелось.

И Мира, кажется, прекрасно это поняла, поэтому спросила всего лишь:

— И оно стоило этого? Того чтобы ты сейчас вот так лежал и ничего не могу делать даже?

В ответ он лишь отрицательно покачал головой и начал припоминать события. Помимо всего того, что было в клубе, Никита вспомнил как столкнулся с Мирой на выходе из здания. После этого он обнимал ее около минуты, неожиданно даже для себя. Он бы с удовольствием прижимал ее к своей груди еще дольше, если бы ангел не отстранилась первой. Она сразу же попыталась замять эту неловкость, спросив про то, где Белоусов. Парень хотел предложить Мире все-таки зайти в клуб, но передумал. Не было настроения. Затем по звонку Никиты на улицу вышел Лёшка, который был абсолютно трезв.

— Ты совсем ничего не выпил? — спросил у него Никита.

— Нет, но я, кажется, познакомился с хорошей девушкой на танцполе. Мы обменялись номерами, — Лёшка помахал в воздухе телефоном.

— Рад, что у тебя хоть жизнь налаживается, — улыбнулся Ларионов.

Он вызвал себе и другу такси. Как добрался до своей комнаты и кровати, парень не мог припомнить.

— Никит, я тебе таблетку принесла, — послышался материнский голос из-за двери.

Парень приподнялся на локтях, принимая стакан с водой из рук матери и таблетку. Запив ее несколькими большими глотками, он сказал:

— Тебе не стоило задерживаться из-за меня. Не хочу, чтобы у тебя были неприятности.

За эту прошедшую неделю мать еще ни разу не выглядела так хорошо. Сейчас она была одета в строгую черную юбку до колена и красную рубашку с длинным рукавом. Светлые волосы женщина собрала в аккуратный пучок на затылке. Никита, несмотря на свое плохое самочувствие, заметил и маленькие, накрашенные черной подводкой, стрелки, которые подчеркивали взгляд светло-зелёных глаз.

— Ничего страшного, — улыбнулась Виктория. — Надеюсь, ты хорошо вчера повеселился.

Никита бы не назвал вчерашний вечер хорошим, но говорить он ей этого не стал, а лишь благодарно улыбнулся.

— Мам, я не смогу пойти в школу сегодня, башка раскалывается, — простонал Никита, плюхаясь на подушку.

— Оставайся дома, но у меня есть просьба. Постарайся больше не прогуливать до конца учебного года. Не хочу, чтобы у тебя потом были проблемы. — Сказав это, женщина поцеловала сына в лоб и вышла из его комнаты. Вскоре за окном послышался звук отъезжающей машины.

— Мира, я хочу отказаться сдавать ЕГЭ по обществознанию, — неожиданно обратился он к до сих пор сидевшей на краю кровати ангелу, вновь приподнявшись на локтях.

Девушка посмотрела на него, удивившись, и он сразу понял, о чём она думает.

— Но это не значит, что нашей сделке конец! — тут же воскликнул он. — Я обязательно помогу тебе узнать, кем ты была в прошлой жизни. И сегодня…

Договорить он не успел, так как Мира оборвала его.

— Я уже почти и забыла, что мы заключили эту сделку, — усмехнулась девушка.

— Разве ты не поэтому мне помогала?

— Нет, конечно, — Она улыбнулась. Так нежно и искренне, что Никита мигом забыл о своей головной боли. — Просто хотела, чтобы у тебя всё было хорошо. Пока что я ещё не справилась с этой задачей, но какие-то результаты уже есть.

— Ты права, — немного подумав, ответил Ларионов. — Ты мне очень помогла. И я тебе помогу. Мы выясним, кем ты была. Как раз на сегодня у меня назначена встреча по этому поводу.

— С кем? — удивилась девушка.

— Узнаешь, — ехидно улыбнулся он. — После того, как у меня пройдет голова. — И юноша опять лёг на подушку, повернувшись на бок.

Спустя пять часов Никита стоял возле школы, в которой раньше училась Мира. Сегодня светило солнце, чему юноша был очень рад. Весна — его любимое время года. Когда светит солнце, есть мотивация что-либо делать. Он оделся в джинсы и толстовку, накинув сверху более легкую куртку, чем та, что он носил последние три месяца. Голова перестала болеть, но чувствовал себя Ларионов по-прежнему не очень хорошо, но он уже договорился с директрисой школы о разговоре.

Школа отличалась от его. Создавалось такое впечатление, что ее ремонтировали каждый месяц, потому что здание выглядело очень новым. Ни трещин, ни побитой плитки на входе в школу. Тётя явно очень ответственно относилась к своей должности. Хотя сама она говорила, что очень любит эту школу, и эта любовь отражалась на внешнем виде здания. Спортзал, стадион и кабинеты были отремонтированы летом. Ремонт школы Никиты же оставлял желать лучшего. Вот уже сколько лет и учителя, и ученики обращались к директору, чтобы тот выделил средства для ремонта спортзала хотя бы, в котором пол был скользким, а со стен сыпалась штукатурка.

— И что мы тут делаем? — спросила Мира, так же внимательно рассматривавшая фасад здания.

— Стоим возле школы, в которой ты училась, — сразу же ответил Никита, переводя на девушку взгляд, чтобы понаблюдать за ее реакцией.

Она выпучила глаза от удивления. В ее глазах читался лишь один вопрос: как?

— Я узнал о ней с помощью того нарисованного арта, который я разместил в специальной группе. Один паренёк откликнулся на мою просьбу, и сказал, что ты училась здесь, но ты была такой тихоней, что о тебе он мало что помнит, потому что выпустился уже.

— И что ты собираешься делать?

— Поговорю с директрисой школы и попрошу контакты твоей… — Никита сделал недолгую паузу, — Семьи.

— Думаешь директор вот так возьмет и легко отдаст тебе мои личные данные? Разве это не запрещено?

— Да, но не тогда, когда директор школы — твоя тётя, — ухмыльнулся юноша.

Мира в удивлении раскрыла рот, но она ничего не успела ответить, потому что, когда из открытых на форточку окон донесся звонок, Никита открыл дверь и вошел в школу.

Мира не ожидала, что всё-таки появится шанс узнать о том, кем она была в прошлой жизни, но своими словами о школе Никита вселил в неё надежду, что она всё же сможет узнать, почему была удостоена чести стать ангелом. После вчерашнего дня у неё появился ещё один вопрос. Почему Гавриил сказал, что она должна спасти себя?

Зайдя в школу, Мира почувствовала себя очень странно, точно так же, как и когда в первый раз попала в то кафе, где сидел Никита с друзьями. Словно она тут уже была. В просторном холле за турникетом находилась область, где сидел охранник. Это был большой длинный стол, где он смотрел в маленький телевизор, а рядом стоял монитор компьютера, на котором отображались картинки с камер слежения. Маленькие дети бегали по коридору. По всей видимости, звонок, после которого Никита вошел в здание, был на перемену. В холле также висела пара портретов известных выпускников школы.

— Ты хотела бы осмотреться? — неожиданно спросил Никита тихо. Видимо, он позволил себе это, потому что в холле было мало людей, а охранник был слишком занят просмотром телевизора.

— Да, но я не могу оставить тебя, — тихо ответила Мира, взглядом осматривая стены и потолок.

— А твое ангельское чутьё говорит тебе что-нибудь? Ну, что со мной может что-то плохое случиться?

— Нет, — удивленно ответила она.

— Вот видишь, ничего дурного со мной не случится, — улыбнулся Никита. — А я пойду пока говорю с тётей. — Здравствуйте, Михаил Анатольевич! — поздоровался парень с охранником, подойдя к нему. — Пропустите?

— Привет, Никитос, — улыбнулся мужчина с седыми волосами в форме охранника. Он встал и пожал руку Ларионову в знак приветствия. — Конечно, Марина Петровна как раз около получаса назад приехала в школу с какого-то совещания. Проходи.

Благодарно кивнув, Никита прошел через турникет. Напоследок он оглянулся на Миру и улыбнулся ей, но быстро отвернулся и заторопился в сторону главной лестницы по коридору. Она благодарно смотрела ему вслед, чувствуя разрастающуюся радость в груди от подаренной возможности заглянуть в свое прошлое.

Никита громко постучал в дверь, стоя перед кабинетом директором.

— Войдите! — раздался через секунду знакомый женский голос за дверью.

Никита вошел внутрь. Кабинет тёти изменился с тех пор, как он приходил сюда к ней в последний раз. Тогда он был более тёмным, сейчас же комната казалась светлее за счет того, что шторы на больших окнах строгого серого оттенка сменили на белые жалюзи. В кабинете находилось два больших белых стола, стоявших друг напротив друга, за одним из которых сидела директриса. За другим же должен был сидеть ее секретарь, но сейчас его, видимо, не было на рабочем месте. Так будет даже лучше, Никита сможет наедине поговорить с родственницей. Парень подошел к столу тёти, и та сразу же поднялась, обняла племянника и чмокнула его в щеку.

— Здравствуй, тётя Марина, — улыбнулся Никита.

— Рада тебя видеть, Никитка. Как у тебя дела?

Сколько Никита себя помнил, тётя Марина всегда к нему относилась с добротой. У нее были не очень хорошие отношения с его родителями, особенно с отцом, но тут парень мог ее понять, хотя, на самом деле он не знал причины её ссоры с Ларионовыми-старшими. Однако Никиту она всегда баловала какими-то сладостями, игрушками в детстве, когда он вырос — деньгами. Юноша был ей благодарен. Такое теплое отношение к себе он обосновывал тем, что тётя Марина в детстве была очень дружна с его матерью. Она часто приглашала его к себе в гости, в том числе и в школу.

Женщина была одета в одежду делового стиля, как и всегда на работе. Черная юбка, белая рубашка и черные туфли на каблуке. Длинные черные волосы собраны в высокий хвост. Ей было сорок лет, но выглядела она гораздо моложе своего возраста.

— У меня нормально, но могло быть и лучше. Родители развелись неделю назад, — произнёс он, садясь в мягкое кресло, стоявшее возле её рабочего стола. Женщина же присела в своё рабочее крутящееся кресло.

— Да, я слышала, — с грустью в голосе сказала она. — Мне очень жаль. Как мама? Как она это перенесла?

— Она держится молодцом, но я очень надеюсь, что ты заедешь к ней. Пора бы вам уже помириться.

— Да, ты прав. На этой неделе я обязательно загляну к вам в гости. Ну, а ты ко мне зачем пожаловал? Прости, у меня не очень много времени на разговоры. Скоро будет совещание с учителями и завучами. У нас есть, — Она взглянула на настенные часы и продолжила, — Двадцать минут.

Тогда Никита достал свой смартфон и показал на нём портрет Миры, который так старательно рисовал.

— Она училась в твоей школе? — спросил следом он.

Директриса ошарашенно взглянула на портрет, взяв телефон в руки. Видимо, она прекрасно знала эту девушку.

— Значит, ты её знаешь?

— Конечно, знаю, — откликнулась тётя. — Бедная девочка. Мирослава Елизарова. Очень грустная история.

— Расскажи мне! — сразу же оживился Никита.

— Но кто эта девочка тебе? Почему ты так волнуешься?

— Я не могу тебе сказать, но мне очень нужна твоя помощь, тётя Марина! — Никита умоляющими глазами посмотрел на неё, и та, ничего не расспрашивая, сдалась.

— Я как раз вчера занималась подготовкой её личного дела. — Женщина рукой показала на большую красную папку, лежавшую у нее на столе. — Её мама попросила меня сделать это, потому что хочет забрать документы дочери на этой неделе, и тогда Мира перестанет числиться в нашей школе.

— Она умерла? — с грустью в голосе спросил юноша.

— Пока что нет, но всё постепенно идёт к этому. Она находится в коме уже два месяца.

Никита ошарашенно открыл рот и прикрыл его ладонью. То есть Мира до сих пор жива?! Но как тогда она стала ангелом?

— Девочка попала в аварию и получила серьёзную черепно-мозговую травму. Она в очень тяжёлом состоянии. Врачи говорят, что она находится в глубокой коме. Рефлексов нет, дыхания тоже. По факту, её жизнь сейчас поддерживают лишь медицинские аппараты. Врачи даже не говорят о каких-либо шансах на жизнь, ставят лишь прогнозы о том, когда наступит смерть. Они утверждают, что в данном состоянии вероятность выхода из комы очень-очень мала. Я сама ездила к Мире, поэтому лично слышала это со слов главного врача. Правда, он удивлён, что девочка до сих пор держится. Он сказал, что два месяца — это довольной большой срок для комы такой тяжёлой степени. Вероятно, её ещё что-то держит в этом мире.

От нервов Никита обрывал заусенцы у себя на пальцах. Ему трудно было поверить. Сердце разрывалось от отчаяния и бессилия, ведь он ничего не мог сделать, не мог помочь Мире, а она сама уже считает себя мёртвой и даже не знает, что должна бороться за свою жизнь.

— Но всё же есть хоть маленький шанс, что она очнется? — в надежде спросил он.

— Врач сказал, что даже если случится чудо, и Мирослава проснется, она может столкнуться с потерей памяти, нарушением речи или полным её отсутствием и некоторыми другими плохими последствиями. В худшем случае она останется инвалидом на всю жизнь, когда, находясь в сознании, девочка не сможет двигаться из-за нарушений нервной системы.

Никита ничего не мог на это ответить. Как будто он сам потерял способность говорить. Он срочно хотел, чтобы Мира оказалась здесь и услышала о том, что она должна бороться за свою жизнь. Это большая тайна, которую Никита хотел разгадать вместе с ней. Ему нужно помочь Мире узнать, почему она ещё жива и почему небеса наделили ее таким даром.

— А ты не знаешь, как случилась авария, при каких обстоятельствах это произошло? — поинтересовался он несколько секунд тишины спустя.

— Мне трудно в это поверить, но по официальной версии она кинулась под машину, просто неожиданно возникла на дороге. Хотя, Мира всегда была очень ответственной, и как мне казалось, жизнерадостной и доброй девчонкой. Она часто участвовала в школьных олимпиадах. Один раз даже попала на всероссийский этап олимпиады по истории. Школа гордилась ею.

Дальше Никита не слушал, потому что он увидел Миру возле входной двери. Ее лицо было искажено от удивления и страха, отчаяния и боли. А затем девушка резко выбежала из кабинета, пройдя через стену. Неужели она слышала только последние слова о том, что она бросилась под машину? Никита и не мог представить, каково ангелу услышать о том, что при жизни он покончил жизнь самоубийством. Но Мира не покончила с жизнью, она ещё жива, и он срочно должен сказать ей об этом!

— Прости, тёть, спасибо тебе большое, ты мне очень помогла, но я должен бежать, — протараторил Ларионов, когда собеседница закончила свой рассказ. — Пришли мне сообщением, пожалуйста, контакты ее семьи. Мне, правда, очень нужно.

Он подскочил с кресла и выбежал из кабинета вслед за Мирой.

Мира чувствовала себя очень странно. Как только она вошла в здание школы, она почувствовала, что в этом месте была очень часто. После того, как Никита поднялся по лестнице, она медленно направилась вдоль по коридору, на стенах которого висели детские красивые рисунки. Лестница, по которой она поднялась как и Ларионов, привела его к просторному спортзалу.

Парни-старшеклассники играли в баскетбол, в то время как девчонки сидели на лавочке и наблюдали за игрой. Мира приметила одного высокого парня с тёмно-русыми короткими волосами и выбритыми висками. Он как раз подбежал к месту, возле которого стояла Мира, и подпрыгнув, закинул мяч в баскетбольное кольцо. Девушка почувствовала, как по спине пробежал холодок, потому что она словно точно знала, что общалась с ним прежде. Она его точно видела. Возможно, до того, как умерла, они с ним дружили. Щеки юноши покрывала щетина. У него была очень красивая внешность. Половина девчонок смотрела, наверное, только на него.

— Ты зачем его подрезал?! Наш игрок чуть не упал из-за тебя, Барсов! — крикнул другой парень, который в отличие от Барсова в красных шортах и майке был одет в синюю форму.

— Это игра, а не балет! — возмутился юноша в ответ, держа в руках баскетбольный мяч. — Пусть значит на ногах лучше держится!

— Глеб, что за проблемы? — крикнул тренер, который разговаривал по телефону до этого и не слышал причины перепалки.

Парень что-то отвечал седовласому мужчине в красном костюме, но Мира уже не слушала. Она увидела ангела-хранителя, стоявшего на краю поля зала и наблюдавшего за всем этим. В зале присутствовало несколько других ангелов-хранителей, но Миру заинтересовал только один. Это была девушка. Ее белые крылья были больше, чем у Миры, а нимб светился ярче.

— Извини, чей ты ангел-хранитель? — спросила Мира, подойдя к ней.

Увидев ее, незнакомка ошарашенно уставилась на нее.

— Мира? — переспросила она.

— Откуда ты меня знаешь?

— Глеб же приходил к тебе ещё вчера в больницу, ты была жива! — запротестовала девушка, будто не хотела верить в то, что видела.

— В какую больницу? Я ангел-хранитель точно не со вчерашнего дня. — Мире хотелось покрутить пальцем у виска.

— Но этого не может быть! Мира, ты находишься в коме уже два месяца!

«Но как так? — мысленно спросила саму себя Мира. — Как я могу быть жива?». Однако она не успела ничего понять, потому что внезапно почувствовала, будто нужна своему подопечному. Как будто Никита хотел, чтобы она оказалась рядом с ним. Нимб Миры внезапно засиял. Крылья, раздвинувшиеся в стороны, подняли девушку в воздух и понесли сквозь стены и этажи в нужную комнату.

Прошло несколько секунд, и Мира уже стояла в просторном кабинете, в конце которого сидел Никита в кресле напротив женщины со светлыми волосами. Удивление в его глазах говорило о том, что ее подопечный ошарашен какой-то новостью, о которой сейчас говорила его собеседница.

— А ты не знаешь, как случилась авария, при каких обстоятельствах это произошло? — спросил Никита у женщины.

— Мне трудно в это поверить, но по официальной версии она кинулась под машину, просто внезапно возникла на дороге. Хотя, Мира всегда была очень ответственной, и как мне казалось, жизнерадостной и доброй девчонкой.

Дальше ангел не слушала. Она поняла, что речь идет о ней. Кинулась под машину? Как? Зачем? В каком состоянии она тогда была? В голове были лишь вопросы, на которые она вряд ли могла получить ответы. Хотя ангел этого Глеба точно что-то знал. «Спаси себя», — вспомнила Мира слова Гавриила, когда тот говорил с ней вчера. Если она действительно бросилась под машину, то возможно…хотела покончить с жизнью. Однако она не хотела об этом думать, ведь тогда бы она совершила ужасный грех и погубила свою душу, и тогда уж точно не стала бы ангелом.

Взгляды Миры и Никиты встретились. На мгновение у девушки пронеслась мысль: «Неужели он разочарован?». Потому что в его глазах она увидела боль, отчаяние вперемешку с шоком. Мира не выдержала этого взгляда и выбежала из комнаты.

Она быстро вернулась в спортзал, желая получить ответы на свои многочисленные вопросы, но ни Глеба, ни его ангела-хранителя там уже не было…

Когда Никита выбежал из кабинета, он не нашел Миры. В его голове были лишь мысли о том, чтобы успокоить её, сказать, что все не так. Но он и сам сомневался в этом. Ведь он не знал, что произошло на самом деле. Но одно правдиво точно: Мира бы никогда не стала ангелом, если бы, как сказала тетя Марина, бросилась под машину.

Он нашел ее на стадионе, расположенном на заднем дворе школы. Мира стояла к нему спиной и не видела, как Никита приблизился к ней. Но видимо она почувствовала, потому что как только парень подошел, спросила:

— Ты разочарован во мне?

Он был удивлен. Неужели её сейчас больше всего заботило то, что он о ней подумает?

Мира стояла под большим баскетбольным щитом. По сравнению с ним, она казалось очень маленькой. Её образ был пропитан светом. Большие белые крылья, нимб, белое платье и светлые волосы — именно так он представлял ангелов. Он невольно залюбовался ее локонами, которые слегка теребил ветерок, перевел взгляд на бледную кожу и с огромным усилием справился с желанием дотронуться до нее и обнять со спины. Вместо этого Никита схватил ее за запястье и резко повернул к себе, до сих пор удивляясь, почему он может касаться её, ведь она даже не материальна и является духом. К счастью, стадион был пустым — ни единой души. Наверняка все школьники уже разошлись по домам после уроков.

Взгляд девушки был опущен. Она хотела тут же отвернуться обратно, но Никита тут же удержал её за плечи. Затем он пальцами нежно коснулся её подбородка и заставил встретиться с ним взглядом, про себя подумав, какие же у нее красивые светло-голубые глаза.

— Посмотри на меня, Мирослава Елизарова, — с усмешкой сказал Ларионов. — Ведь тебя так на самом деле зовут. Ты не должна заботиться о том, что думают другие.

— Но мне важно знать, что думаешь ты обо мне! — возразила она, не отстраняясь.

Такого ответа юноша точно не ожидал. Поэтому, улыбнувшись, он ответил:

— Я думаю, что ты самая сильная, добрая и умная девушка из тех, что я встречал. — Немного подумав, он добавил. — А еще самая красивая. И мы обязательно узнаем, что с тобой случилось. Пока есть шанс, что ты будешь жить, я не остановлюсь.

Глаза Миры тут же заулыбались. Только тогда она отстранилась, почувствовав себя, видимо, гораздо лучше.

— У тебя уже есть план? — полюбопытствовала она.

— Конечно. — И он показал ей номер телефона и адрес, где проживала семья девушки. Эти данные пару минут назад прислала ему тётя Марина. — Я сейчас же позвоню и договорюсь о встрече. Сегодня мы узнаем, что с тобой на самом деле случилось. Уверен, это просто несчастный случай.

Мира ничего не успела ответить, потому что резко перевела взгляд ему за спину.

— Парень, у тебя все в порядке? — спросил высокий старшеклассник с темно-русыми волосами и выбритыми висками, который возник возле Никиты очень внезапно.

— Да, спасибо за беспокойство, — тут же ответил Ларионов, пожав ему руку.

Незнакомец напоследок окинул подозрительным взглядом Никиту, а затем пошел в сторону многоэтажного дома, находившегося рядом со стадионом.

Дом, в котором раньше жила Мира, Никита с ангелом-хранителем нашли не сразу. Улица, на которой по данным Марины Петровны жила её семья, не была отмечена на карте в телефоне. И некоторое время они блуждали по частному сектору, ориентируясь на таблички с адресами, которые висели на заборах домов.

До этого парень позвонил по номеру, который так же прислала тётя. На звонок ответила, видимо, мать девушки. Голос её был грустным и уставшим. Никита соврал, что близко общался с её дочерью. По версии Никиты он уехал из города три месяца назад и волновался, когда видел, что подруга изо дня в день не заходит в сеть уже долгое время, поэтому бы хотел узнать, что случилось. Мать Миры ответила не сразу, видимо, раздумывая, но, к счастью, она согласилась рассказать ему всё.

Дом Елизаровых был не очень большим. Снаружи Никита мог увидеть лишь второй этаж, потому что первый ему загораживал высокий забор. Он разглядел небольшую комнату через витражные окна, наполовину прикрытые плотными бежевыми занавесками.

— Как думаешь, это моя комната? — спросила Мира, смотря туда же, куда был направлен взгляд Ларионова. И опять он подумал, что она умеет читать мысли, потому что только задумался об этом.

— Об этом я тоже спрошу, — с улыбкой ответил он. Ему хотелось поддержать девушку, которая действительно стала ему близкой подругой.

Он нажал на звонок, и вскоре до них из домофона донесся женский голос:

— Слушаю.

— Здравствуйте, я звонил вам, — ответил парень.

— Хорошо, проходи, тебе мой муж откроет дверь, — последовал ответ, после чего калитка отворилась.

Никита вошел во двор, который, как и дом, был не очень большим. Землю покрывала плитка. Справа от калитки находилась большая клумба, которая в это время года была пустой, а за ней стояла качель без матраца. Ее хозяева, видимо, поленились убрать на зиму.

Он подошел к входной двери, чтобы постучать, но он не успел сделать этого, как та уже открылась. Никита замер на пороге. «Тебе мой муж откроет дверь» — вспомнил он слова женщины. Отец, стоявший напротив него, по всей видимости тоже был удивлен. Никто не осмеливался из них ничего сказать, каждый был шокирован.

— Это не то, что ты подумал, сын, — решился первым Дмитрий Ларионов. Он хотел ещё что-то добавить, но Никита перебил его, заходя в дом.

— Что я не так подумал? Что у тебя еще одна семья на стороне есть? Скольким женщинам ты уже запудрил мозги?! — Никита даже думать не хотел о том, что его отец — отец Миры. Ведь это бы значило, что она его сестра.

Он говорил повышенным тоном, хотя хотелось орать. Он смотрел на этого человека и не мог поверить, что это его отец. В его голове вертелась лишь одна мысль: «Я не хочу быть как он».

— Это не так, — начал объясняться Ларионов-старший.

— А ты точно был на маме женат? Я за всю жизнь ни разу не видел вашего свидетельства о браке. Я уже ни во что не верю, потому что женщина по домофону сказала, что ты её муж! Наверное, если бы не та записка, которую мне кто-то подбросил, ни я, ни мама так и не узнали бы, что ты нам нагло врёшь! — Никита еле сдержался, чтобы не ударить его, внутри кипел гнев. Однако он почувствовал на плече ладонь Миры, которая, наверное, пыталась его успокоить. И тогда парень вспомнил для чего вообще здесь находится, и немного успокоился. — Я здесь не для того, чтобы выяснять с тобой отношения. Мне кажется, всё и так ясно.

Не дожидаясь ответа, Никита быстро разулся и, выйдя с прихожей, прошел по светлому коридору, на стенах которого висело несколько картин. В воздухе витал аромат жареного мяса. Он доносился из кухни, поэтому Никита пошел на шум. И окаменел от еще большего шока. Возле кухонной плиты стояла худая женщина. У неё были тёмные волосы. В тот единственный раз, когда Никита видел её, у нее еще были редкие светлые пряди. Женщина тут же повернулась к нему, и тут же ее взгляд изменился: стал испуганным. Именно с этой женщиной отец изменял его матери. Именно с ней он застал его однажды. Мать Миры была той самой женщиной.

Никита отвел взгляд от неё и посмотрел в глаза Мире. Она была дочерью той, что сломала их с матерью жизнь. Ларионов пытался мысленно извиниться перед ней, пытался показать это в своём взгляде. Юноша резко выбежал из дома, не желая оставаться под одной крышей с этими людьми. Он был зол на всех: на отца, на эту женщину и даже на Миру за то, что она оказалась дочерью той, кто испортила жизнь если не ему, то его матери точно. И хотя он понимал, что Мира тут ни при чем, никак не мог заглушить эту боль внутри. Почему он так влюбился именно в неё?! Небеса решили сыграть с ним злую шутку. Тишина…ему нужна лишь она, чтобы подумать, чтобы всё осмыслить. Мира будто почувствовала это и исчезла из его виду, а Никита пытался лишь вдолбить себе одну единственную мысль о том, что ему все равно на это.

Глава 9

История Миры

Мира

Полгода назад…

Лучи закатного солнца просачивались сквозь окно, освещая письменный стол, на котором стоял ноутбук, лежала стопка тетрадей и учебник по истории России. Сидя в офисном кресле, я быстро писала конспект, часто заглядывая в учебник. В ноутбуке играла спокойная музыка, которую я включала обычно в ю тубе, чтобы сфокусироваться и не отвлекаться.

— Мирослава, я дома! — раздался мамин голос за пределами комнаты.

Я тяжело вздохнула, закрыла учебник с тетрадью, и поправив свои светлые волосы перед зеркалом, вышла из комнаты. Спустившись по небольшой лестнице с перилами, я подошла к матери, принимая у нее тяжелые пакеты. Ее звали Ингой. Невысокая и худая женщина с темными волосами и редкими светлыми прядями, которые она никак не соглашалась закрасить в черный цвет, хотя я настаивала на этом уже долгое время. Иногда мне казалось, что она специально, идя к парикмахеру, обновляет свое мелирование, дабы показать мне, что она будет делать только так, как ей нравится.

— Мам, ну я же просила называть меня просто Мира. Не люблю эту славянскую форму, — возмутилась я, скривив лицо. Я поставила два пакета на стол на кухне, в которую от прихожей вел коридор. — Так, что у нас здесь? — Я заглянула в пакеты с продуктами, чтобы проверить, что же вкусного мама прикупила сегодня.

— Ну извини, ты же знаешь, как мне нравится твое имя, — проговорила она, входя на кухню следом, чтобы помочь мне расставить продукты по местам. — Я купила твои любимые булочки.

— Спасибо, мам, — улыбнулась я, пытаясь выбрать между пирожком с вишней и булочкой с сыром. — Как работа?

— Могло быть и лучше, — разочарованно произнесла она, кладя свой фотоаппарат на стол. — Последнее время дела идут не очень хорошо. Фирмы не хотят принимать меня, как фотографа, фотосессии заказывать стали гораздо реже. Сегодня вот получилось выехать на одну съемку в парк, парень и девушка заказали совместную фотосессию. Фотографировала их и представляла твою свадьбу. Если ты не наймешь меня фотографом на ней, я обижусь, — усмехнулась мама, когда я закатила глаза. — У тебя кстати нет мальчиков на примете? Ты с любовными делами не затягивай, я если что, не молодею.

— Мам, тебе всего тридцать пять лет! Ну какие мальчики? Сейчас одиннадцатый класс, мне совсем не до этого. Скоро октябрь, мне нужно готовиться к экзаменам, я боюсь не успеть. — Я плюхнулась на стол напротив матери, сложив руки перед собой на стол.

— Я знаю, просто ты так занята этой учебой, тебе бы хоть развеяться на несколько часиков. Но у меня есть отличная идея!

— Какая? — с не особым восторгом поинтересовалась я, хотя уже догадывалась, что она мне скажет.

— Можешь побыть моей моделью, я пополню себе портфолио, а ты получишь красивые фотки!

— И что мне с ними делать? Меня даже в социальных сетях нет. — Мои губы растянулись в улыбке, ведь я всё ещё надеялась победить в этой маленькой схватке между нами.

Меня и правда нет в социальных сетях, кроме WhatsApp и Telegram, потому что эти мессенджеры не отнимали столько времени, как, например, ВКонтакте или Instagram. Они выполняли свою основную функцию — общение с людьми, и мне их вполне хватало. Признаю, что иногда я люблю зависнуть на YouTube, но с этим ничего не могу поделать.

— Вот и будет отличный повод их завести, — настаивала на своем мама, на что я лишь тяжело вздохнула. — Ну, ладно не злись. Просто если я в ближайшее время не найду постоянную работу, то нам придется питаться заварной лапшой из магазина. А у тебя скоро выпускной, нужно поднакопить денег.

И тогда я согласилась, проиграла в нашей ненастоящей схватке, хоть мне совсем и не хотелось. Просто я понимаю, что маме и правда тяжело сейчас, поэтому я должна ей помочь. Я очень люблю её. У нас были доверительные отношения, я никогда от неё ничего не скрывала, как и она от меня. И если ей действительно нужна моя помощь, я сделаю всё, зависящее от меня, чтобы помочь.

— Отлично! Пойдем завтра в фотостудию и сделаем несколько хороших кадров! Надеюсь, в выходной день у тебя нет никаких грандиозных планов? — обрадовалась она. Её глаза просто сияли от радости, будто я сказала, что на ужин у нас будут роллы (мама просто обожает их). — Но встать нужно будет рано.

— Хорошо, тогда пойду пораньше лягу спать. Спокойной ночи.

Мама пожелала мне сладких снов, и я поднялась к себе обратно в комнату. Прежде чем лечь спать, пришлось быстренько дописать конспект и выполнить необходимые процедуры перед сном. После я выключила свет и легла в постель, укутавшись одеялом и обняв маленького плюшевого мишку.

На самом деле такие хорошие отношения с мамой можно легко объяснить. Она родила меня очень рано, в восемнадцать лет. По ее словам, мой папа быстро покорил её сердце. Он был на пять лет старше, и едва маме исполнилось восемнадцать, они поженились, а вскоре и я родилась. К сожалению, счастье в нашей семье длилось недолго. Отец работал военным и погиб в боевых действиях, когда мне было всего лишь восемь лет. Таким я его и запомнила: в военной форме и с широкой улыбкой. Одна фотография стоит у меня на рабочем столе: отец держал маленькую меня на руках. Причем я помню, как тогда разревелась из-за того, что уронила свое клубничное мороженое в рожке на асфальт. На фотографии папа протягивает мне свой пломбир в стаканчике и улыбается. Мне очень его не хватает. Только он называл меня Славой и только он дарил мне цветы на каждый день рождения. Хотя, вроде бы, когда мне исполнилось семь, один мальчик подарил тюльпан, на что папа, улыбнувшись, сказал:

— Рано тебе еще, Славка, поклонников иметь.

Правда, я это плохо запомнила, потому что мой седьмой день рождения стал единственным, когда мама не испекла мне торт, а я не задула свечи, потому что маме тогда пришлось остаться на работе, в то время как папа повез меня к бабушке, которая уже умерла. Для меня это был несчастливый день, потому что еще и сыновья богачей начали дразнить меня за мои веснушки, которых тогда у меня становилось много на лице, стоило только солнечным лучам коснуться моей кожи. И только папа дал мне уверенность в том, что я самая красивая и особенная. Иначе бы без детской травмы не обошлось.

Все что осталось у нас с мамой — это воспоминания о нём. К счастью, благодаря своей хорошей памяти я помню много счастливых моментов, когда папа был рядом с нами. Для меня он навсегда останется героем.

После гибели отца нам с мамой достался хороший дом и денежное состояние. После того как его не стало, мы переехали из соседнего большого города сюда, потому что трудно было жить там, где все напоминало о нем. Раз в месяц мы ездим к нему на кладбище в родной город, но каждый раз это пытка для меня. Оказалось, что в этом городе у отца был дом, в котором ни мама, ни я до переезда ни разу не были. Государство выплатило и выплачивает большую сумму денег из-за утери кормильца в боевых действиях. Но эти деньги и различные пособия откладывались на экстренный случай. И он наступил, когда я перешла в одиннадцатый класс недавно, так как на различные дополнительные занятия требовались хорошие деньги. Мама пыталась сама зарабатывать на профессии фотографа, и у нее хорошо это получалось. Помимо различных договоров с фирмами одежды, она часто выезжала на индивидуальные съемки. Но последнее время дела шли не очень хорошо. Мама уговаривала меня стать моделью для её портфолио. Часто она говорила о том, какая я красивая, и наделялась, что её работы с моим участием, обязательно заинтересуют некоторые фирмы. Я знала, что мама мечтает о том, чтобы я заключила договор с каким-нибудь модельным агентством. «Тебе очень пошла бы эта работа», — говорила она мне иногда, но я считала совсем иначе. Мне такого абсолютно не хотелось. У меня была другая мечта — поступить в институт в столице и уехать из небольшого города на юге России, желательно с мамой. Правда, пока я не определилась с направлением, на которое хочу поступить, поэтому выбрала для сдачи ЕГЭ предметы, которые даются мне проще всего, за исключением одного. В отличие от истории, обществознания и русского языка, профильная математика давалась мне довольно тяжело. Но я все равно выбрала этот предмет для сдачи на всякий случай.

— Мира! Время вставать, — донёсся до меня голос матери.

Идти никуда не хотелось, и, пытаясь продемонстрировать это, я накрыла лицо подушкой.

— Давай вставай! Ты обещала! Так и не терпится взглянуть на твои красивые фотографии! — Голос родственницы был переполнен восхищением. Она потрясла меня за плечо.

— Ты так говоришь, как будто уже видела их, — пробурчала я, пытаясь открыть глаза. — Вдруг фотки вообще не получатся.

— Не говори ерунды! — возразила она. — Не попробуешь, не узнаешь. Давай вставай, умывайся, завтракай и собирайся. Через час выдвигаемся в студию, в которую я вчера вечером позвонила.

Мне нечего было ответить на это, мама просто молча вышла из комнаты. Только после этого я откинула подушку в сторону и с неохотой поднялась с кровати.

— Что значит у меня нет записи?! Я вчера звонила в фотостудию и записалась на одиннадцать часов! У меня съемка! — громким голосом возмущалась мама, стоя возле стойки ресепшна.

— Извините, но мы были вынуждены перенести ваше время на другой день, на завтра. Сегодня студию на весь день забронировало модельное агентство, — спокойным голосом сказала девушка с разноцветными волосами на вид лет двадцати, сидевшая за стойкой.

— Но почему меня даже не предупредили?!

Я старалась отвлечься от данной ситуации, хотя это было очень трудно сделать, слушая мамины возмущения. Мои глаза медленно обводили красивый высокий потолок прихожей, поддерживаемый несколькими толстыми белыми колоннами. Дверь в саму студию была немного приоткрыта, через щель можно было увидеть, как разные девушки, одетые в красивую одежду, позируют фотографам.

— Понимаете, я не могу перенести эту съемку на завтра, моя дочь учится допоздна! Это ваша проблема, так решите же ее! — продолжала возмущаться мама.

— Извините, но я повторяю, что фотосессия сегодня невозможна. Мы лишь можем предложить вам съемку в другой день со скидкой в пятьдесят процентов. — Девушка на ресепшне оставалась так же невозмутима, и еще ни разу не сорвалась на крик, в отличие от матери.

— Жанна, что здесь за крики? — послышался строгий мужской голос со стороны.

Все, включая меня, перевели взгляд на в меру упитанного мужчину, который только что вышел из студии. Он быстрым шагом направился к стойке ресепшна. Я бы дала мужчине лет сорок, выглядел он весьма неплохо. Он был одет в классические черные брюки, в которые заправил белую выглаженную рубашку со стоячим воротником. Русые короткие волосы и небольшая бородка выглядели ухоженно. Если его прикид и не говорил о финансовом положении, то красивые механические часы на руке, на вид очень дорогие, сразу убеждали остальных в том, что он богат.

— Дмитрий Александрович, эти девушки были записаны в нашу студию на сегодня, — начала объясняться девушка с ресепшна.

— Не продолжай, — вставил мужчина, остановившись прямо перед нами. — Я все слышал. — Мужчина перевел взгляд на маму, будто меня здесь и не было. Однако я заметила по его взгляду, что настроен мужчина доброжелательно, словно это и не он несколько мгновений назад возмущался насчет криков в прихожей. — Здравствуйте, меня зовут Дмитрий Ларионов, я виноват в том, что перенеслась ваша съемка, и готов исправить это недоразумение.

— Извините за вопрос, но вы кто? — удивленно спросила мама. В ее голосе еще были заметны нотки гнева.

Губы мужчины расплылись в улыбке.

— Не хотел бы хвастать своим статусом, но я владелец единственного в городе модельного агентства. Это по моей вине ваша фотосессия сорвалась. Дело в том, что мне удалось заключить очень выгодную сделку, требующую съемки большого количества моделей, для которых фотостудия в моем здании мала. А провести эти съемки было необходимо именно сегодня, иначе бы мы не вписались в нужные даты, установленные по договору. Я прошу прощения у вас, леди, но этому магазину одежды я не мог отказать.

— А как же нам теперь быть? — спросила родственница, немного смягчившись, узнав, кто перед ней стоит.

— Могу предложить вам свою студию, причем совершенно бесплатно.

— Мам… — начала говорить я, пытаясь сказать, что смогу выделить и другой день для этой фотосессии.

— Мы согласны! — гораздо раньше ответила мама, улыбнувшись.

— Вот и отлично! Я вызову такси на нужный адрес, там скажете, что вы от меня, я заранее прозвоню. Обещаю, что вам никто не помешает во время съемки.

— Ну что вы, мы могли бы и сами добраться. Как-то даже неловко.

— Не буду слушать никаких возражений. Я виноват, и я это исправлю! Возможно, нам даже удастся с вами еще увидеться сегодня, так как через пару часов мне нужно будет наведаться в офис, однако сейчас будет фотографироваться мой сын Никита, я должен быть здесь пока что.

— Спасибо вам. Надеюсь, мы увидимся, чтобы еще раз вас поблагодарить, — улыбнувшись, ответила моя обычно тихая мать, которая и смотреть раньше не хотела на других мужчин, а тут даже улыбается.

Дмитрий Ларионов улыбнулся в ответ и, развернувшись, зашагал обратно в сторону студии. Я незаметно проводила его взглядом и заметила за дверью юношу, стоявшего ко мне спиной. Я лишь увидела его светлые волосы, модный прикид и то, как тот позировал фотографу. Однако дверь быстро закрылась за Дмитрием Ларионовым, и я развернулась к матери.

— Ну что ты так на меня смотришь? — спросила она, заметив мой пристальный взгляд, когда мы отошли от ресепшна.

— Я видела, как ты смотрела на него. — В моем голосе ясно звучала усмешка.

— Ой, тебе показалось. Пойдем давай, скоро такси приедет, — махнула мама на мменя рукой. Однако её щеки слегка порозовели, и это не укрылось от моих глаз.

Я вышла вслед за матерью на улицу.

Шло уже полчаса съемок, и я жутко вымоталась за это время. Мне пришлось сменить несколько нарядов: с обычного белого платья до строгих классических брюк и рубашки. А все потому, что маме для хорошего портфолио требовались фотографии в разных стилях. Удивительно как все эти вещи не помялись в её огромной сумке.

— Ну и долго мне тут еще позировать? — возмутилась я, присаживаясь на кресло, стоявшее в студии.

— Думаю, что да. Фотки просто супер, дорогая, — говорила мама, продолжая смотреть в объектив своего фотоаппарата.

— А кому ты будешь показывать свое портфолио?

— Пока не знаю.

На этом наш разговор закончился, а продолжался он периодически лишь короткими советами мамы по поводу того, как встать, как сесть, чтобы фотографии получились в хорошем ракурсе.

Фотосессия была окончена полтора часа спустя. Мы вышли обратно в прихожую — очень большую и светлую комнату. Так казалось из-за белых стен и большого количества окон. В прихожей стояло несколько журнальных столиков, возле которых на диванах и креслах сидели люди — мужчины и женщины разного возраста, одетые в официальные наряды. Перед тем как отправиться на фотосессию, мы выяснили, что на втором этаже, куда вела винтовая лестница, располагается кафе для сотрудников: моделей, офисных работников и других. Возле одного из журнальных столиков, на котором стояла чашечка кофе, в мягком черном кресле сидел сам Дмитрий Ларионов. Заметив нас, он сразу же поднялся и направился к нам.

— Надеюсь, съемка прошла успешно? — улыбнувшись, спросил мужчина.

— Конечно, спасибо вам большое еще раз. Мне ваша студия понравилась даже больше, чем та, которую вы заняли сегодня, — тут же ответила мама очень милым голосом.

Я перевела на неё взгляд. Глаза мамы светились. Я такого еще ни разу не видела. Уверена, что Дмитрий ей очень понравился. Возможно, я чего-то не знаю, но я ни разу не видела и не слышала, чтобы после смерти папы она бы с кем-то так флиртовала.

— А не могли бы вы показать исходники? Просто мне в модельное агентство требуется новый хороший фотограф. Уверен, что вы можете подойти на эту роль.

Мама не заставила долго ждать. Она настолько быстро принялась доставать фотоаппарат из сумки, что чуть не выронила её. На миг мне даже показалось, что мамины руки дрожат.

— Очень красиво. У вас талант, — заявил Дмитрий Ларионов, пролистывая фотографии. — А образы тоже вы подбирали или девушка? — На миг мужчина взглянул на меня. Я чувствовала себя третьей лишней.

— Я немного подсказала, как лучше сочетать цвета для того, чтобы они хорошо смотрелись в кадре, — ответила родственница, принимая свой фотоаппарат обратно из рук собеседника.

— Да она перебрала весь мой гардероб! И составила конкретные образы! — воскликнула я. Конечно, она очень хочет получить эту работу, и конечно, я хочу ей в этом помочь, поэтому нужно убедить Ларионова, что мама — профессионал.

— Значит, вы еще и в моде разбираетесь, — со все той же доброй улыбкой произнес он. Да они сговорились! Флиртуют тут друг с другом, даже меня не стесняясь! — Тогда я рад принять вас на испытательный срок, который составит один день. Сегодня.

Глаза матери округлились.

— Уже сегодня? — не веря, переспросила она.

— Ну, а зачем тянуть. Одного фотографа мне уже пришлось сегодня уволить. Так что вы — это подарок судьбы, потому что сегодня проходит действительно важная фотосессия для моего бизнеса. Кстати, я до сих пор не знаю вашего имени.

— Инга, — улыбнулась мама, как будто уже давно ждала, когда же он её об этом спросит. — Спасибо большое, мне очень нужна эта работа.

— Рад познакомиться. А вы, значит? — Мужчина перевел взгляд на меня, и я сразу поняла, что он имеет в виду.

— Меня зовут Мира.

— Мирослава? — переспросил Дмитрий.

— Просто Мира, — настояла на своем я, натянуто улыбнувшись. Терпеть не могу, когда меня так называют.

— Мне понравилась ваша внешность, Мира. И по фотографиям видно, что вы неплохо позируете. — Я мысленно засмеялась, вспомнив нотации мамы по тому поводу, как мне встать. — Хотел вам тоже предложить работу, но только в качестве модели. У вас бы могла сложиться хорошая карьера в этой сфере.

— Извините, но я только перешла в одиннадцатый класс, и хочу, чтобы все мои усилия в этом учебном году были направлены на подготовку к экзаменам и поступление в университет, — даже не задумываясь, ответила я, но почувствовала, как расстроилась мама.

— Очень жаль, но эти аргументы очень весомы. Мой сын тоже перешел в выпускной класс, но никаких трудов он не прикладывает к тому, чтобы хорошо закончить школу и поступить в университет. — Мужчина закашлялся, пытаясь не фокусировать наше внимание на этой теме.

Я быстрее попрощалась с мамой и Дмитрием Ларионовым и вышла из здания. Закрыв за собой дверь, я вздохнула с облегчением. Уверена, что мама с успехом пройдет этот испытательный срок и скоро начнет работать в единственном модельном агентстве нашего городка.

Глава 10

Прошла неделя после того, как Никита побывал в доме Миры. За это время девушка ни разу не появлялась. Парень же всю неделю был занят тем, что посещал школу и готовился к экзаменам. Как мама и просила, он в серьез взялся за учебу. Несмотря на это, он все время думал о Мире и о сложившейся ситуации. Он был уверен, что обидел ангела, но несмотря на это, не мог сделать первого шага к примирению.

Однако ближе к выходным Никита остыл и внушил себе мысль о том, что Мира не виновата в том, что ее мать оказалась разлучницей. И он по-прежнему так же сильно хотел ей помочь. А для этого нужно было, чтобы она все-таки вышла из комы. Ему очень хотелось увидеть её живой. Поэтому в субботу Ларионов поехал в больницу, адрес которой сказала ему тетя. Ему было страшно. Мысль о том, что он увидит девушку без сознания, приводила в ужас.

Наконец погода наладилась. Грязь и лужи подсохли, каждый день жителей города радовало солнце. Единственное, что успокаивало Никиту в эти дни. Вставать было намного проще, чем в зимнее время.

Если бы не персонал больницы, он бы никогда не нашел нужную палату. В регистратуре он узнал, что сейчас у Миры посетитель, визит которого официально одобрила мать пострадавшей.

— Кем вы приходитесь Мирославе Елизаровой? Есть ли у вас разрешение от ее матери? — спросила молодая девушка в регистратуре.

От этих вопросов Никита растерялся.

— Я ее друг. Разрешения у меня нет, я не знал, но позвольте мне побыть в ее палате вместе с посетителем. Кто у нее сейчас?

— Друг, — коротко ответила собеседница. — Так он мне представился. — Она сделала паузу, раздумывая, что ответить. — Хорошо, надевайте бахилы и проходите в палату пятьсот пятьдесят на пятом этаже.

Ларионов так и поступил. Дорогу ему помогла найти медсестра, иначе бы он долго блуждал по этим коридорам. Никита долго не мог собраться с духом, стоя перед дверью палаты. Однако собрав все свои мысли в кучу, он тяжело выдохнул и открыл дверь.

Палата была очень светлой, довольно просторной. Помимо большой кровати здесь находилось несколько тумбочек для медицинского оборудования и диванчик с креслом для посетителей. Возле кровати на стуле сидел парень, которого Никита уже где-то видел. Держа руку девушки, он поднял взгляд на Никиту, подошедшего к кровати. Ларионов вспомнил его. Он видел его неделю назад, на стадионе, когда тот принял его за сумасшедшего.

Когда Ларионов наконец посмотрел на Миру, сердце больно сжалось. Словно между этой девушкой и Мирой, которую он знал, не было ничего общего. И дело было вовсе не в отсутствии крыльев и нимба. Просто эта Мира почти полностью была лишена жизни. Лишь тихие регулярные звуки медицинского аппарата, следившего за состоянием жизни девушки, говорили о том, что она еще жива. На одной из тумбочек стоял кардиомонитор. Тело девушки, лежавшей на подушке, накрывало белое одеяло. Несколько трубочек обеспечивали поступление кислорода в организм. «Пик…пик…пик», — нарушал идеальную тишину звук аппарата. Никите стало тяжело дышать и появилось такое ощущение, что этот шум сливается с биением его сердца. Словно они звучали одинаково, в такт друг другу.

— Я тебя ни разу не видел среди посетителей, — проговорил незнакомец, прервав поток мыслей юноши.

— Меня зовут Никита. Я друг Миры, три месяца назад уехал из города, а когда вернулся, узнал о несчастном случае, — ответил парень на не прозвучавший вопрос. Но Ларионов сразу понял, что имеет в виду собеседник.

— Я Глеб, — ответил тот. — Парень Миры. А я тебя помню. Видел на стадионе примерно неделю назад.

Никита застыл на месте, снова погрузившись в свои мысли. Ребят друг от друга отделяла кровать, на которой лежала девушка. Ларионов смотрел на собеседника и поверить не мог, что он ее парень. Как же он мог не подумать о том, что, возможно, у девушки кто-то был при жизни? «Дурак! Дурак! На что рассчитывал? Влюбленный идиот» — вертелось у него в голове. По телу разлилась ярость, а вместе с ней и жар вместе с ревностью. Дышать стало тяжело. «Да как я мог подумать, что помогу ей очнуться, и мы сможем быть вместе?», — звучал внутренний голос.

— Эй, с тобой все в порядке? Может, сядешь? — донесся голос Глеба.

Ларионов взял стул, стоявший в углу комнаты, и сел возле кровати, напротив собеседника.

— Да, я приходил в школу, хотел узнать, что с Мирой, ее уже несколько месяцев не было в сети, — ответил парень на предыдущие слова Глеба. — Вот и остановился на стадионе, не мог поверить в то, что произошло.

— Да, ты прав. Я до сих пор поверить не могу. Мне ее очень не хватает. Я прихожу сюда три раза в неделю, и каждый раз ситуация не меняется. Мне даже кажется, что становится только хуже. И мне так страшно…

— Ты её любишь? — оборвал поток его слов Никита. Ему было страшно услышать ответ, но он должен знать.

— Конечно, люблю. Что за странный вопрос? Надеюсь, мерзавец, который сделал это с ней, получит по заслугам. Хотя, я в этом уже сомневаюсь.

— Ты имеешь в виду водителя?

— Нет, конечно, — усмехнулся Глеб, посмотрев прямо в глаза собеседнику. — Я говорю про того, кого она загородила. Я все видел. В тот день мы поругались, она убежала. Я направился за ней, но не успел ничего сделать. Я был слишком далеко, когда она толкнула кого-то, а сама подсунулась под машину. Только я не понимаю, почему ее мать выставила все так, словно это Мира виновата в ДТП. Будто это она бросилась под машину… Хотя, я понимаю. Камер в том месте не установлено. Моих слов недостаточно. Мне никто не верит. Говорят, что из-за метели я мог все не так разглядеть.

— Но он же не виноват. Виноват водитель, — начал спор Никита. — Если бы Мира не появилась на месте происшествия, он бы задавил другого человека.

— Мне все равно, — тихо сказал Глеб. — Он так же виноват, как и водитель. В тот вечер шел снег, и был гололед. Если бы этот идиот не вылез на дорогу в неположенном месте, с Мирой бы сейчас все было хорошо.

— Этот человек даже не помог своей спасительнице? — Никита был в шоке, но одновременно и рад. Он верил Глебу. Значит, девушка не просто так выскочила на дорогу. Она спасала человека.

— Я уверен, что это он вызвал скорую помощь. Когда все случилось, я тут же подбежал к бесчувственной Мире, лежавшей на асфальте. В тот же момент из машины выскочил водитель. Он на всю улицу орал, чтобы кто-то вызвал скорую. У него не было с собой телефона, а мой мобильник сел. Однако через несколько минут приехали врачи и увезли ее в больницу. Возможно, конечно, прохожие вызвали. Но я был так обеспокоен состоянием Миры, что потерял из виду этого поддонка. Сбежал, наверное.

— Но почему тогда водитель не подтвердит, что он чуть не задавил другого человека?

— По его словам, — начал Глеб, раздраженно выдохнув. Видимо, ему эта беседа уже надоела, — Он ничего не видел. Увидел только Миру, когда начал резко тормозить. Из-за метели и работающих дворников машины он ничего не успел разглядеть, а затем и вовсе машину занесло на дороге.

Никита не стал продолжать спорить, потому что частично был согласен с Глебом. Тот молчал несколько секунд, а потом продолжил:

— Я даже не могу представить, как переживу, если она… — договорить парень не успел, Никита вновь его перебил.

— Даже думать об этом забудь, понял? Она очнется. Она сильная. — Голос его звучал грубо. Никита еле сдерживался и думал, как бы не врезать сопернику. Но ему пришлось надеть маску всего лишь друга Миры, чтобы собеседник ничего не заподозрил. Значит, вот как ощущается ревность. Раньше он не испытывал этого чувства.

— Я думал так весь первый месяц, что она пролежала здесь. Но вот прошел уже и второй месяц, а время не лечит. Медицина не помогает, и я давно перестал верить в чудеса.

Глеб тяжело вздохнул и прикрыл глаза ладонями, положив локти на колени. Несколько минут они молчали. Затем парень в последний раз на несколько секунд взял руку Миры и сжал её в ладонях. Юноша резко поднялся со стула и подошел к двери.

— Постарайся не задерживаться, а то медсестра тебя выгонит, когда увидит, что я ушел, — вместо прощания сказал Глеб, и вышел за дверь, оставляя Никиту наедине с Мирой.

Парень придвинулся ближе к кровати. Гнев испарился, а боль в груди стала сильнее. Он знал, что у него есть совсем немного времени. Никита положил ладонь на руку девушки.

— Мира, я знаю, что ты меня слышишь, — начал он. — Мы с тобой не знакомы, но ты мой ангел-хранитель вообще-то. — Парень улыбнулся, вспоминая их первую встречу с девушкой. — Я знаю, что обидел тебя. Прости меня, но я не мог отреагировать иначе. Надеюсь, ты придешь ко мне снова. Вместе мы справимся. Я сделаю все, чтобы ты выжила. Ты проста невероятная! Самые лучшие люди становятся ангелами! Поэтому ты стала ангелом-хранителем, Мира. Только непонятно, почему моим. За что небеса тебя так наказали? Ты ведь спасла человека. Я пока что не знаю, что делать, но что-нибудь обязательно придумаю. И пускай ты не будешь моей, я очень хочу, чтобы ты жила и была счастлива. Ты нужна своим близким, поэтому просыпайся, пожалуйста, побыстрее.

Никита поднес руку Миры к своим губам и нежно поцеловал ее. Затем он аккуратно опустил ладонь девушки обратно на кровать и, подорвавшись со стула, чуть ли не выбежал из палаты, полный решимости. Пусть для того, чтобы помочь Мире, придется общаться с женщиной, которую он терпеть не может, но это не важно по сравнению с жизнью девушки.

Он не видел своего ангела-хранителя, сразу последовавшей за своим подопечным, и никто из них не заметил, как по щеке Миры, без чувств лежавшей на кровати, скатилась слезинка.

Никита вновь оказался возле дома Миры. Он быстро забыл про свою гордость, и уже две минуты отчаянно нажимал на звонок. Наконец калитку ему открыла Инга Елизарова, мать Миры. Она явно была удивлена, увидев Ларионова-младшего после того, как тот покинул её дом в прошлый раз. Женщина хотела уже что-то сказать, но Никита ее опередил:

— Вы должны мне рассказать, что на самом деле случилось с Мирой.

Глава 11

История Миры

Подойдя к краю спортзала, я взяла волейбольный мяч в руки, а затем, сосредоточившись, подала его мощным ударом руки, перекинув через волейбольную сетку. Однако ребята в другой команде не смогли отбить мою подачу, и мяч угодил прямо в капитана школьной баскетбольной команды.

— Извини! — тут же крикнула я, а затем подбежала к парню, которому мяч угодил прямо в лицо. — Прости, пожалуйста. Мне, правда, жаль.

Его щека, за которую юноша держался ладонью, тут же покраснела, а лицо баскетболиста исказилось от гнева. Ох, что сейчас будет… Вот угораздило же меня именно в него попасть.

— Я, значит, жертвую своим временем, чтобы ты тут со своей несуществующей командой девчонок поиграла в волейбол, а ты вот значит как. — Парень усмехнулся, однако в его взгляде читалась ярость.

— Но это случайно получилось, я попросила прощения, — запротестовала я. Мне, правда было стыдно.

— Да мне плевать! — заорал он на меня. — Освобождай спортзал, пришло наше время для тренировки.

Он кивнул своим ребятам из команды, и те тут же начали разминку, когда девчонки пошли вслед за мной в раздевалку.

Глеб Барсов. Капитан мужской баскетбольной команды, выигрывавшей почти на каждых соревнованиях, и тот еще придурок! Повезло еще, что он не в моем, а в параллельном классе. Не то, чтобы я терпеть его не могла, но порой он меня сильно раздражал. Как, например, сейчас. И я уверена, что ко мне он испытывал такие же чувства. В повседневной жизни мы вообще не общались.

Помимо того, что я участвовала в школьных олимпиадах, мне очень нравилось играть в волейбол. Это отвлекало от учебы. Но, к сожалению, наш учитель физкультуры устраивал дополнительные занятия только для тех ребят, кто состоял в школьных командах, периодически выступавших на соревнованиях. Женской команды по волейболу в моей школе никогда не было, потому что никто не изъявлял особого желания участвовать в этом, хотя это меня удивляло. Мне казалось, что девочки должны больше любить этот вид спорта, чем баскетбол. Однако в действительности все было иначе. У нас есть только женская и мужская команды по баскетболу и мужская по волейболу. Но не одна я негодовала по этому поводу. Нашлось несколько девчонок, которые хотели бы заниматься этим видом спорта дополнительно. И тогда я взяла на себя ответственность. У меня были хорошие отношения с директрисой школы, потому что благодаря тому, что один раз мне удалось пройти на всероссийский этап олимпиады по истории, поднялся рейтинг школы. Я объяснила ей, что мы с ровесницами хотели бы играть в команде в волейбол, и она поговорила с учителем физкультуры. Тот поставил нам условие. Он тренирует нас до первых соревнований. Если мы попадаем в тройку победителей, то он официально будет организовывать дополнительные занятия, и тогда в нашей школе наконец появится женская команда по волейболу.

Парням-баскетболистам это больше всего не понравилось, потому что наши и их тренировки стояли в один день. Из-за нас время их занятий сокращалось почти вдвое, и они не успевали нормально поиграть. Однако больше всего эти засранцы невзлюбили меня. Особенно их капитан Глеб. Ведь это я стала инициатором того, чтобы учитель начал тренировать нас. Причем что роль капитана команды тоже досталась мне. Я пыталась несколько раз уже подружиться с этим напыщенным индюком, но он ни в какую не хочет идти на контакт.

Домой я пришла в не очень хорошем настроении, и мама сразу это заметила. Когда она спросила, в чем дело, я сразу же рассказала о ситуации в школе.

— Мира, не обращай на него внимания, — утешала меня мама. — Он вообще популярный? Много с кем общается?

— Да, — коротко ответила я. — Я редко вижу, чтобы он один ходил по коридорам.

— Значит, он просто засранец, — с усмешкой ответила она.

Никак не отреагировав на это, я отправилась в свою комнату и решила, что мне всё равно на Барсова. Пусть ведет себя, как хочет, а я буду делать то, что мне нравится.

Через пару дней вместо полноценного урока физкультуры нас усадили в спортзале на лавочки. В этот день в нашей школе проводились районные соревнования по баскетболу среди мужских команд, и мне вместе с классом пришлось наблюдать за игрой носящихся по спортзалу парней.

Особенно мое внимание было приковано к Глебу Барсову. Хотелось понять, почему он ведет себя так высокомерно. Но как выяснилось, звание капитана он носит не просто так. Парень действительно лучше всех играет в своей команде. Больше всего попаданий забивал именно он.

В первой игре победу одержала наша команда, чему никто не удивился. И к тому времени закончился урок. Мы с одноклассниками направились к выходу, а у баскетболистов начался перерыв перед следующей игрой с другой школой.

Проигравшая команда направилась в мужскую раздевалку. Один парень от злости ударил в дверь прямо передо мной, что я аж передернулась от неожиданности.

— Эй, в своей школе будешь так делать! — крикнула я ему вдогонку. — Наши двери портить не надо! — Я была возмущена этим поступком.

Он тут же с яростным видом оглянулся на меня, пропуская в раздевалку своих товарищей по команде. Парень был гораздо выше и шире меня. Черные густые брови в сочетании с темными глазами делали его взгляд более устрашающим. Кажется, зря я это затеяла.

— Что ты там вякнула? — с угрозой в голосе произнес мне. — Иди куда шла, не твое дело!

— Не мое дело? — съязвила я. — Платить за эту дверь уж точно придется не тебе! Так что относись уважительнее к чужому имуществу!

— Ах ты мелкая… — начал грозно он, возвышаясь надо мной. Громила сделал два шага ко мне, и занес руку для удара.

Все, что я успела сделать, это прикрыть голову руками. Но мгновение спустя я поняла, что зря это сделала. Потому что к моему обидчику подскочил игрок в красной форме нашей школы. Секунду спустя я поняла, что это Глеб Барсов, со всей дури зарядивший громиле кулаком в живот.

— Ты мало того, что во время игры жульничаешь, так еще и девушек бьешь! — крикнул на него Глеб, пока противник сгибался пополам от боли. — Только пальцем ее тронь, я тебе все мозги вышибу! — Парень не просто грубо разговаривал, он в ярости орал на моего обидчика. А я не знала, как реагировать на этот поступок.

Однако всё, что я могла сделать — позвать нашего учителя физкультуры, когда громила набросился на Глеба и начал молотить его по лицу кулаками, в то время как тот начал отбиваться. В схватке они свалились на пол. Парней отцепили друг от друга, когда Сергей Анатольевич прибежал по моей просьбе. Товарищи по команде оттащили громилу, а наш учитель схватил Глеба, который в его руках еще сопротивлялся.

— Прекрати, Барсов! — прикрикнул на него Сергей Анатольевич. Только после этого Глеб успокоился, но продолжал гневно смотреть на своего противника. — Что произошло?!

— Этот идиот первый начал! — заорал игрок из другой школы, когда товарищи уже чуть ли не затаскивали его в раздевалку.

— Это правда? — вытаращил учитель глаза на Глеба. — Бегом к директору! Там объяснять будешь, почему вы решили разнести тут всё. И чтобы до следующей игры вернулся! — По голосу Сергея Анатольевича было понятно, что он очень зол.

Я уже хотела встрять и оправдать Глеба, но тот уже выскочил из спортзала, громко захлопнув за собой дверь и даже не посмотрев на меня. Я бегом последовала за ним. Глеб был таким быстрым, мне так и не удалось догнать его. Поэтому я просто пошла к кабинету директрисы.

Из-за двери доносился строгий голос Марины Петровны. Я приложила ухо к двери.

— Что это было, Глеб? — спросила женщина.

— Он сам напросился, — буркнул тот.

— Ну, должна же быть причина! — возмутилась она.

— Он решил испортить дверь раздевалки, я его предупредил. Он никак не отреагировал, поэтому и получил за дело.

— Так дела не решаются. Ты должен был сообщить Сергею Анатольевичу!

— Я не стукач, — лишь ответил он.

Несколько секунд директриса молчала.

— Значит так. Я не допущу, чтобы в моей школе школьники дрались между собой. И даже если кто-то из них не из нашей школы, неважно. Ты наказан. На месяц освобождаешься от звания капитана. Сергей Анатольевич сам выберет другого человека, кто займет твое место.

— Но это он виноват! — возмутился Глеб.

— Сядьте, молодой человек, — строгим голосом потребовала Марина Петровна. — Это была не та причина, чтобы бить человека. Так будет лучше. Капитан должен быть ответственным человеком и не допускать таких ситуаций. А ты еще и стал зачинщиком драки!

При мысли о том, что из-за меня Глеба накажут, стало дурно. Не соблюдая никаких приличий, я без стука распахнула дверь и ворвалась в кабинет, выкрикнув:

— Подождите!

Марина Петровна смотрела на меня ошарашенно, сидя за своим рабочим столом. Видимо, я ее напугала. Глеб перевел на меня удивленный взгляд, облокотившись на спинку стула, стоявшего напротив стола директрисы.

— Не наказывайте его, это я во всем виновата! — продолжила громко я.

— Мира, я ценю твое стремление заступиться за Барсова, но вина его, а не твоя. Ты тут ни при чем, — улыбнувшись, ответила женщина. Она ко мне хорошо относилась, поэтому я была убеждена, что у меня получится ее переубедить.

— Понимаете, все было не так, как сказал Глеб. Это я сделала замечание тому громиле. Он меня не послушал, и я ответила ему. В ответ тот меня хотел ударить, но, к счастью, вовремя появился Глеб и заступился за меня. Да, это он начал драку, но тот мерзавец это заслужил! — Я тараторила, не останавливаясь, в то время как Марина Петровна с задумчивым видом слушала меня. — Пожалуйста, не наказывайте его. Это же несправедливо!

— Так вот, значит, как, — спустя несколько секунд молчания сказала она, хорошенько все обдумав. — Это правда? — Директриса взглянула на парня.

— Да, — буркнул он, опустив взгляд в пол.

— А почему сразу мне все не рассказал?

— Не хотел её впутывать в это дело. — Глеб кивнул в мою сторону, имея в виду меня.

Женщина ухмыльнулась в ответ, и ее губы расплылись в улыбке.

— Что ж, я рада, что в моей школе есть парни, которые еще в состоянии заступиться за девушку. А то такое поколение пошло… Она промолчала. — Можете оба быть свободны, свое наказание я отменяю. Но попробуй больше не допускать таких ситуаций, Глеб.

Тот в ответ лишь кивнул и тихо сказал: «Спасибо». После этого он вышел из кабинета. Тоже поблагодарив директрису, я выбежала вслед за ним.

— Эй, погоди! — крикнула я, догоняя его. Юноша остановился только тогда, когда я дотронулась до его мускулистого плеча. — Я хотела поблагодарить тебя. За то что заступился за меня.

Парень обвел меня взглядом, после чего равнодушно ответил:

— Ничего личного. Просто терпеть не могу, когда такие подонки как он бьют девушек и женщин.

После этого он хотел пойти дальше, но я вновь остановила его, встав напротив Глеба и тем самым преградив ему путь.

— Но ты мог ничего не делать и просто пройти мимо. Слушай, я не хочу быть твоим врагом только из-за этой ситуации с волейболом. Я не виновата, что именно так распределили время для дополнительных занятий. Предлагаю мир. — Я протянула ему мизинчик, надеясь, что парень ответит тем же.

Однако тот лишь усмехнулся в ответ и, обойдя меня, направился в сторону спортзала. Я ошарашенно смотрела ему вслед, мысленно уже кидая в его сторону ругательства. Однако, когда Барсов начал спускаться по лестнице, внезапно остановился на одной из ступенек.

— Спасибо, что оправдала меня перед директрисой, — сказал он, развернувшись ко мне, а затем вновь быстрым шагом устремился к спортзалу.

Я же приняла его благодарность за знак примирения между нами.

Маму поступок Глеба весьма впечатлил.

— Мира, может, ты нравишься этому мальчику? — В ее глазах читалось восхищение. Моя мама была романтиком, в этом я уже убедилась давно. На ее слова я лишь рассмеялась.

— Нет, мам. Просто парня хорошо воспитали. Хотя, иногда по его поведению это незаметно. — Я решила не рассказывать ей про то, что он сказал про избиение женщин и что терпеть этого не может, иначе она и по этому поводу начнет меня допытывать, а мне не хотелось лезть в личные дела Барсова. — Ты лучше расскажи, как прошло сегодняшнее твое свидание.

Прошло уже полтора месяца после того, как мама устроилась на работу к Дмитрию Ларионову. И наконец он позвал ее на свидание. Конечно, я переживаю за неё, но мама сказала, что у них много общего. По её словам, мужчина разведён, у него, как и у неё есть ребенок, и работают они вместе. Как бы там ни было, я заметила какой мама стала счастливой после того, как начала работать в модельном агентстве. Она прямо светилась. Мне нравится Дмитрий, потому что он дарит ей такие восхитительные эмоции, а я очень хочу, чтобы у мамы всё было хорошо.

— Прекрасно! — ответила она. — Мы ходили в ресторан.

— И? — допрашивала я.

— Что и? — усмехнулась она. — Дальше тебе знать не обязательно.

— Ну мам, — допытывалась я.

— Ну что мам, поцеловались мы! — ответила она, улыбаясь. — Можешь поздравить меня с началом отношений.

— Поздравляю! — обрадовалась я и чмокнула её в щеку. — А теперь я пойду делать уроки.

Она ничего не ответила, а лишь схватилась сразу же за свой смартфон, в то время как я уже поднималась по лестнице.

В день, когда было следующее занятие по волейболу, Барсов уже не стрелял в меня молниями из глаз. Он даже успокоил своих парней, когда те начали возмущаться на меня и девчонок снова. И я была ему безумно благодарна. Так произошло и на следующей неделе, и на следующих за ней, пока парни окончательно не смирились. Честно говоря, когда я видела Глеба Барсова, я не могла пройти мимо, чтобы не поздороваться с ним. Он отвечал мне дружелюбным «привет» и улыбкой, и из-за этого меня еще больше к нему тянуло. Но настал момент, когда Глеб сам начал здороваться, а еще спрашивать, как у меня дела. Это меня радовало.

Наступил декабрь, и я знала, что в конце месяца нам с девчонками предстоит участвовать в первых соревнованиях по волейболу, от которых зависело, будет ли в нашей школе существовать женская команда.

Я не думала, что Глеб мне понравится. Мы начали переписываться, и иногда я не спала допоздна. Это не мешало моей учебе и подготовке к экзаменам, но теперь я часто не высыпалась. Болтали мы с ним о всякой ерунде, а также помогали друг другу со всякими контрольными, которые были одинаковы для всей параллели.

Барсов был довольно популярен в школе. Мне нравилось в нём то, что он никак не пользовался таким своим положением ради собственных целей. Просто был общительным, но в то же время закрытым. Никому он не рассказывал о личных проблемах и переживаниях. А я сгорала от любопытства. Мне очень хотелось узнать его лучше. И настал такой момент, когда мы начали с ним зависать вместе на переменах. Окружающие видели, что мы с ним близки в общении, и поэтому стали и со мной дружить. Ну, точнее они так думали. Подобно Барсову, я старалась держать всех на расстоянии, не рассказывая о себе чего-то личного. Только Глебу мне хотелось открыться.

И это случилось. Один раз после физкультуры мы опаздывали на свои уроки. Однако, когда мы быстрым шагом шли по коридору, Глеб заметил директрису и, схватив меня резко за руку, быстро утащил за угол. Я, испугавшись, прижалась спиной к стене, а он, нависая надо мной, просто ржал! Точнее парень очень старался этого не делать, чем насмешил меня, поэтому Глеб смеялся почти беззвучно, пока мимо не прошла Марина Петровна.

— Ты совсем куку? — Я покрутила пальцем у виска, смеясь. — Предупреждай в следующий раз. Ты напугал меня!

Глеб ничего не ответил, а лишь до сих пор тихо смеялся. Но спустя несколько секунд он закончил и отдышался. Я уже хотела выскользнуть из-за угла и отправиться к себе на урок, но он удержал меня за запястье, и я вновь прислонилась лопатками к стене. Тогда произошло то, чего я совсем не ожидала. Парень приник ко мне губами, проведя пальцами по щеке, а когда я ответила на поцелуй, обнял меня за талию, прижавшись ко мне всем телом. От него пахло мятой, а его слегка влажные передние пяди волос щекотали мне скулы. Это были необъяснимые эмоции. Мне было страшно, что кто-то из учителей нас увидит, но в то же время я не могла оторваться от парня. Поцелуй вызвал и счастье, и притяжение, и адреналин, и весь спектр эмоций сразу. Он точно знал, как правильно целовать девушек. Губы парня нежно целовали мои, иногда слегка прикусывая нижнюю губу, что заводило еще больше. А когда его язык медленно соприкоснулся с моим, мне показалось, что ноги подкашиваются, и я сейчас упаду. Но Глеб слишком крепко удерживал меня за талию, словно боясь отпустить.

С того момента мы начали встречаться. Глеб открылся для меня совсем с другой стороны, начал гораздо больше личного рассказывать о себе, а я ему. Например, я узнала, что его отец давно бросил мать, а до этого избивал её. С тех пор Барсов понял, что бить девушку — это одна из самых низких вещей, что может сделать мужчина. Также у него есть старший брат, но он живет отдельно.

Кое-что меня еще удивило. Мы много разговаривали о нашем прошлом. И так получилось, что мы оба рассказывали про проведенные в детстве деньки в деревне. Я подробно описывала дом, в котором раньше жила бабушка, окрестности деревни. И послушав мои рассказы об этом месте, Глеб понял, что мы говорим об одной и той же деревне! Но не это стало самым удивительным. Больше всего мы были шокированы, когда поняли, что уже встречались в детстве. Как-то в мой день рождения он защитил меня от надоедливых мальчишек, дразнящих меня за мои веснушки. Именно он стал тем единственным мальчиком, который подарил мне цветок. Правда, мне казалось в детстве, что его волосы были более светлыми, но скорее всего, они просто потемнели со временем. Этот момент из прошлого сблизил нас еще больше.

Маме я не сразу рассказала про наши отношения, потому что знала, что иначе начнется подробный допрос, а я не совсем была уверена в своих чувствах. Глеб мне очень нравился, но, если вспомнить все свои симпатии к парням за всю мою жизнь, я бы сказала, что отношения с Барсовым — это первая влюбленность. Но я не знала, можно ли это назвать любовью. Однако к середине декабря я все-таки всё рассказала матери, и она потребовала, чтобы я её познакомила с Глебом. Маме он понравился, и я успокоилась.

Когда наступил день соревнований, я не могла собраться с мыслями. Очень сильно волновалась. На первой игре против нас выступила довольно слабая команда, и мы победили. Но нужно было ещё сыграть с более сильными соперниками. Я слышала, что эта команда побеждала в последних двух соревнованиях. Мои плечи напряглись от волнения, когда я увидела капитана команды: высокую девчонку, которая точно знала, как поддерживать боевой дух игроков. Перед соревнованиями Глеб меня успокоил и обещал поговорить со своими ребятами и Сергеем Анатольевичем, если мы все-таки не попадем в тройку победителей. Но я не хотела надеяться на этот вариант. Поэтому эту игру мы тоже выиграли, правда сильно измотались. Предстояло играть еще с двумя школами. Но и там все прошло хорошо. Правда, мы проиграли один раз у лицея, где в команде были, в основном, высокие девушки. Мы же таким похвастать не могли. По итогу соревнований мы с девочками заняли второе место, и Сергей Анатольевич согласился нас дальше тренировать. Так в нашей школе появилась женская команда по волейболу. И это событие мы пошли отмечать с девчонками в кафе.

К сожалению, Новый Год мы с Глебом отмечали не вместе. Он с мамой уехал к родственникам в другой город на все зимние каникулы. Маме тоже не повезло. По ее словам, сын очень просил Дмитрия остаться в новогоднюю ночь с ним. Поэтому мы с мамой на Новый год поехали к полуночи в центр города. Купили там по стаканчику капучино, которое выпили, пока смотрели фейерверки, а затем зашли в кафе и заказали любимые мамины роллы. Спустили там кучу денег, но зато домой мы ехали сытые и счастливые. На новогодних каникулах к нам домой несколько раз приходил «бойфренд» мамы, а я поподробнее познакомилась с Дмитрием Ларионовым. Он даже мне подарил подарок, хотя, я этого совсем не ожидала. Мама рассказала ему, что я обожаю вселенную из мультфильма «Аватар. Легенда об Аанге», и в подарок он мне купил первые пять комиксов. Я была в восторге, но одновременно мне было неловко, потому что я знала, что они дорогие. В тот момент я забыла о том, что он владелец модельного агентства.

Закончились каникулы, и мы наконец с Глебом увиделись в школе. После занятий в тот же день мы собирались пойти в кино. Но перед этим мама попросила зайти к ней на работу, принести ей что-нибудь поесть. Сегодня у них в агентстве был какой-то особенный день, и все были заняты. Помимо этого, буфет в этот день закрыли. Поэтому я зашла в пиццерию и купила мамину любимую пиццу.

На ресепшене меня встретила Ангелина — очень милая девушка года на три старше меня. Я её не сразу узнала, потому что девушка покрасила свои волосы со светлым мелированием в однотонный каштановый цвет.

— Тебе очень идёт, — сделала я ей комплимент.

— Спасибо, Мира, — с улыбкой ответила она. — Ты к Инге Марковне?

— Конечно. — Я потрясла коробкой с пиццей в воздухе. — Не хочу, чтобы она голодала.

Собеседница ничего не ответила, а я направилась в мамин кабинет. Дмитрий Ларионов выделил ей отдельное пространство, чтобы после съемок она могла редактировать фотографии и заниматься планированием съемок. Когда мама рассказывала мне это, она была в восторге.

Кабинет Дмитрия находился ближе, чем мамин, поэтому я решила заглянуть к нему, чтобы поздороваться, однако остановилась возле слегка приоткрытой двери, когда услышала доносившийся из кабинета женский голос. И он точно принадлежал не маме. Я осторожно заглянула в щелку и увидела красивую женщину со светлыми волосами, одетую в облегающее платье.

— Дим, я привезла тебе обед, — сказала она, протягивая мужчине контейнер с едой.

— Спасибо, дорогая, — улыбнувшись, ответил мужчину, а затем поцеловал незнакомку в губы.

Я в шоке отпрянула от щёлки и побежала к маме, чуть не потеряв пиццу в коридоре. Я злилась. Да как он только посмел целоваться с другой женщиной! На секунду я подумала, что это могла быть его сестра, но я сразу же отбросила эту мысль в сторону. Так брат и сестра не целуются.

— Мама, твой Дмитрий тебе изменяет! — вскрикнула я, забегая в её кабинет.

Она сразу же подняла на меня испуганный взгляд. Мама сидела за столом перед компьютером, а когда я уселась на небольшой белый диванчик, стоявший в углу кабинета, она подорвалась со своего офисного кресла и приблизилась ко мне.

— О чем ты? С кем? — По взгляду было понятно, что она растеряна.

— С какой-то женщиной со светлыми волосами. Я только что их видела вместе! — выпалила я.

Мама сделала долгую паузу, но спустя несколько долгих секунд ответила:

— Это его жена. — Родственница отвела взгляд в сторону.

— Что? — шокировано протянула я. — И ты знала?

В ответ мама лишь кивнула:

— Еще на первом свидании он рассказал мне это, чтобы я сама выбирала, как мне поступать.

Мне было очень тяжело собраться с мыслями, настолько я была в негодовании.

— То есть ты хочешь сказать, что ты сама выбрала роль любовницы?

— Да, но это не то, что ты думаешь, Мира. Понимаешь, мы любим друг друга. Мы давно знакомы с Димой. Ещё со школы. При первой встрече я просто его не узнала, как и он меня. Мы оба сильно изменились, сменили имидж, но разговорившись, мы поняли, что знаем уже друг друга. Он был моей первой любовью, но нам пришлось расстаться, а потом появился твой папа. И вот спустя так много лет мы снова встретились. А когда я немного поработала с ним, поняла, что к нему у меня вновь появляются чувства.

— Мама, да о чем ты можешь говорить? — разозлилась я, не веря, что передо мной сейчас находится моя мать. — У него есть жена! Ты никогда не сможешь занять её место, оставаясь лишь любовницей! Мама! Очнись!

— Ты не права, дочь. — Её голос тоже стал строгим. — Он любит меня, я знаю это точно. Дима бы никогда не пошёл на наши отношения, если бы не знал, что их семья давно уже разваливается. Скоро он планирует рассказать всё жене и сыну и развестись.

— А, то есть ни сын, ни жена вообще не в курсе. — Я усмехнулась. У меня уже начался нервный смех. — Хочешь знать мое мнение об этом? — Я резко поднялась с дивана, оставив коробку с пиццей лежать на нём. — Я не потерплю этого мужчину в нашем доме. Делай, что хочешь, но я его видеть больше не хочу!

— Мира, я прошу тебя, не лезь в это дело. Мы сами с этим разберемся. Я знаю, тебе трудно меня понять.

— Ты права, я не пойму. Никогда.

И я вышла из кабинета, громко хлопнув за собой дверью. Внутри бушевала буря эмоций: злость, ненависть, грусть, гнев и ярость. Проходя мимо кабинета Ларионова я гневом захлопнула его дверь, которую они лучше закрыли бы с самого начала нормально. Терпеть его не могу, ненавижу! Да как он только мог отодвинуть мою милую, добрую мамочку на второй план?!

Когда я подошла к ресепшену, Ангелина разговаривала со светловолосым юношей, который спустя пару секунд зашагал по коридору, в противоположную сторону от меня. Кажется, я его видела в фотостудии несколько месяцев назад, когда мы с мамой пришли на фотосессию. Поняв, что это значит, я подбежала к ресепшену.

— Ангелина, подскажи, это случайно не сын Ларионова сейчас с тобой разговаривал? — спросила я у неё.

— Да, ты права.

— Дай мне, пожалуйста, лист бумаги и ручку.

Девушка выполнила мою просьбу Облокотившись на стойку, я быстро написала на листе бумаги: «Твой отец не верен твоей матери. Не веришь? Почаще заходи в кабинет фотографа возле кабинета Дмитрия Ларионова». Свернув лист, я отдала его Ангелине, сказав:

— Отдай, пожалуйста, эту записку, когда он вернется.

Девушка согласно кивнула. Поблагодарив её, я вышла из здания, направляясь к кинотеатру, возле которого мы собирались встретиться с Глебом. На сердце было неприятное чувство, потому что, отдав сыну Ларионова эту записку, я тем самым подставила и маму, но хотя бы он должен знать правду. Потому что это нечестно по отношению к семье Ларионова.

После кино мы с Глебом пошли в кафе. Я не могла собраться с мыслями весь фильм, но, кажется, парень этого не заметил. Сев за столик, мы продолжили наш разговор, который начали ещё на улице. Барсов рассказал, что часто гулял с подругой детства в другом городе, а я впервые почувствовала ревность, потому что, получается, каникулы он провел не со мной, а с ней…

— Когда ты познакомишь меня со своей мамой? — спросила я у него, когда Глеб сделал заказ официанту.

Услышав мой вопрос, парень аж слегка вздрогнул, либо мне так показалось.

— Мира, не пойми меня неправильно, но я бы не хотел знакомить вас в ближайшее время, — спустя несколько секунд молчания ответил он.

— Но почему? Я же тебя со своей познакомила, — с досадой произнесла я.

— Пойми, Мира, моя мать гораздо строже твоей. В последний раз она заявила, что больше не хочет знакомиться с моими девушками, пока я не соберусь жениться и не буду уверен, что эти отношения навсегда.

Его слова меня сильно зацепили. И я не смогла сдержаться, чтобы резко не ответить ему:

— То есть ты считаешь, что я просто очередной временный вариант? Как все твои предыдущие девушки?

— Нет, я не это хотел сказать. — Я его перебила.

— Именно поэтому у тебя даже не было времени, чтобы написать мне на каникулах, — зло выпалила я. — Потому что ты слишком занят был со своей подругой. Все диалоги приходилось начинать мне.

— Всё не так! — выпалил в ответ он.

— Знаешь что, — по моей щеке уже потекла слеза, — Я не собираюсь быть временным вариантом. Конечно, разные ситуации бывают в жизни, но, если ты не относишься к нашим отношениям так же серьезно как я, значит, лучше их закончить сразу.

Не дав ему ответить, я подорвалась с места, и, быстро натянув свою куртку, выбежала из кафе на улицу, где уже стемнело. Вообще сначала я хотела с ним поделиться проблемой касательно отношений мамы и Дмитрия, но теперь я понимаю, что мне не о чем говорить с этим человеком. В голове вертелись мысли: «Может, ты действительно не так все поняла? Вернись к нему. Пусть он всё объяснит». Но я не хотела себя лишний раз успокаивать таким образом. Потому что правда лежала на поверхности, а мне просто не хотелось в неё верить. По щекам текли жгучие слезы, которые сразу же присыхали к коже из-за сильного мороза. Помимо этого, шел снег, а ветер мешал нормально двигаться. Внезапно я услышала, как меня окликнул Глеб, поэтому ускорила шаг, а затем и вовсе сорвалась на бег. Я знала, что он бежит за мной. Ботинки скользили по льду, и один раз я чуть не упала.

Когда я уже хотела подбежать к пешеходному переходу, увидела боковым зрением движение в стороне. Мужчина, слегка покачиваясь, переходил дорогу в неположенном месте. По этой дороге ездило не очень много машин, но я все равно встала на тротуар и крикнула: «Что вы делаете?! Уходите! Гололёд же!».

Мужчина, услышав меня, медленно обернулся, и я ахнула от удивления. Передо мной стоял Дмитрий Ларионов. Его взгляд был потерянным, словно он не понимал, чего я от него требую. В следующее мгновение он поскользнулся на дороге и упал. В груди закипел гнев и ярость. Я вспомнила его в объятиях жены и подумала уже развернуться и направиться к пешеходному переходу, но в последнюю секунду я убедила себя в том, что нельзя его тут оставлять. Он пьян, и у меня пронеслась мысль: «А что, если из-за моего поступка с запиской от него отреклась семья? И сейчас он раскаивается и жалеет о своей «двойной игре»?» Посмотрев по сторонам, и, убедившись в том, что на дороге не приближаются машины, я аккуратно подошла к нему, чтобы самой не поскользнуться.

— Вставайте, — сказала я, беря его за локти. К счастью, мне удалось его поднять. — В каком же вы состоянии! Уходите с дороги!

Я заковыляла по скользкому асфальту обратно к тротуару, но услышав звук приближающейся машины, остановилась и обернулась к Ларионову, чтобы убедиться, что он все-таки ушел с проезжей части. Но к моему ужасу, автомобиль нёсся прямо на него. Мне стало страшно, я не знала, что делать. Не желая просто стоять и наблюдать за этим, я побежала к нему и со всей силы толкнула его к обочине дороги. Водитель затормозил в последний момент. Наверняка из-за метели в тёмное время суток была ужасная видимость. Я не успела убежать вслед за Ларионовым. Моя нога поскользнулась, и я ничего не смогла уже сделать. Яркий свет фар, звук тормозов, крики Глеба, удар и ужасная боль. За секунду в моих глазах потемнело, и я унеслась в другой, неведомый мир.

Глава 12

Мать Миры закончила рассказ. Они сидели на кухне, отца дома не оказалось. Никита держал в руках кружку, чай из которой допил за то время, пока собеседница рассказала ему про аварию.

— Получается, что Мира спасла не просто какого-то человека, а моего отца, — констатируя факт, пробубнил парень, переводя взгляд на женщину. — Но почему вы защитили его? Не сказали, что из-за него Мира сейчас при смерти?

— Понимаешь, Никита. Тот день стал тяжелым для нас всех. Ты узнал об измене отца. Извини, но я буду говорить всё, как оно есть. Ты думаешь, наверное, что Диме все равно на тебя, и что я, должно быть, важнее для него, раз он так оставил семью. Но ты ошибаешься. Ты не должен был так рано узнать о нас. Почему ты пришел именно ко мне в кабинет?

— Мне Ангелина передала записку. В ней было сказано, что отец неверен маме, и я решил проверить, — спокойно ответил Никита, хотя ему было трудно говорить с женщиной. Однако ради Миры он решил отбросить в сторону свои обиды.

— О нас знала только Мира…Я же просила её не лезть в это дело. — Инга прикрыла лицо ладонями, как будто пыталась собраться с мыслями.

— Да как вы можете такое говорить?! — возмутился Никита. — Наверное, если бы не она, ни я, ни мама до сих пор не были в курсе его похождений!

— Это не так! — тоже повысила голос Инга. — он уже собирался вам с матерью рассказать. Он хотел все спокойно объяснить и признаться. Просто знал, что со своей вспыльчивостью, ты бы не стал обвинять его в предательстве меньше, поэтому тянул с признанием. В тот день, когда ты нас увидел вместе, Дима не смог сохранить здравый рассудок. Еще на работе он начал принимать алкоголь. Я заметила слишком поздно, и тогда сразу решила отвезти его к себе домой, чтобы он отоспался. Остановилась недалеко от места аварии, чтобы сбегать в аптеку за таблетками. Сказала, ему, чтобы он сидел в машине. Но как Дима рассказал позже, ему стало плохо, и он вышел из машины, чтобы подышать свежим воздухом. Не помнит, как оказался на дороге. Помнит лишь свет фар, и как Мира оттолкнула его. Я своими глазами это видела. Это было просто ужасно. Но я тоже виновата, раз не присмотрела за ним в таком состоянии. Основной удар пришелся на Миру, но это не значит, что твоего отца совсем не задело. Это я вызвала скорую помощь. Диму тоже увезли в больницу. Ничего серьезного. Растяжение руки. Через день его отпустили, но он вынужден был прятать обмотанную руку под рубашкой, чтобы вы с мамой ничего не заподозрили. Не знаю, помнишь ты или нет, в тот день Дима не ночевал дома. Позвонил твоей матери и сказал, что много работы.

Никита не помнил. В ту ночь он вообще старался не думать об отце и тусовался с друзьями.

— Тогда я потеряла дочь, — продолжила Инга. — Почти потеряла. Но я не хотела еще терять и любимого мужчину. Если бы я сообщила все полиции, это могло бы обернуться серьезными последствиями для твоего отца. Тогда я подумала, что ваша семья не должна остаться без отца, и его заключение только все усугубило бы. Это ни в коем случае не значит, что я выбрала мужчину, а не дочь. Всё это так сложно. Водитель тоже виноват. Он не должен был ехать на большой скорости в такую ужасную погоду.

Женщина снова прикрыла глаза руками, но на этот раз Никита услышал тихие всхлипы и увидел, как ее плечи содрогаются от слез. Ярость и гнев испарились. Внезапно он понял, что немного даже благодарен этой женщине. Если бы она действительно не прикрыла отца, неизвестно, чем бы все закончилось.

— Не плачьте, пожалуйста, — сказал Ларионов. — Я должен поблагодарить вас. Отец не хотел, чтобы вместо него погибла Мира. Уверен, ваша дочь была в таком же негодовании из-за ваших отношений, как и я. Несмотря на это, она спасла отца. Она очень добра, и я сделаю все, чтобы она выжила. — После этих слов юноша поднялся из-за стола, тем самым продемонстрировав желание уйти.

— Но как ты это сделаешь? — спросила женщина. Взгляд ее был ошарашенным.

— Пока что не знаю, но если я расскажу, вы мне не поверите.

После этого Инга проводила юношу до калитки, и Никита направился домой. На улице уже стемнело, зажглись фонари, расположенные на территории переулка. Засунув руки в карманы куртки, парень направился к концу улицы, громко хлюпая по лужам. Он был без понятия, что делать дальше, но рад, что узнал, за что Мира стала ангелом.

Направляясь к автобусной остановке, парень внезапно услышал до безумия знакомый голос — голос из прошлого. Ларионов резко остановился. Сердце как будто внезапно остановилось. Он завертелся в поисках источника голоса. По переулку навстречу ему шло два парня: Глеб и… Сейчас же сердце застучало быстрее так, что стук отдавался в ушах. Рядом со знакомым шел повзрослевший и изменившийся Костя Барсов. Он улыбался, смеялся и, видимо, просто радовался жизни. Хотя, это частично его вина, что умерла Диана. Тот, видимо, тоже заметил Никиту и остановился. Глеб удивленно взглянул на него, а потом медленно перевез взгляд на Ларионова. Никита и Костя же просто смотрели друг на друга. В то время как взгляд первого был полон гнева и ярости, глаза Кости выражали печаль и сожаление.

— Никита, — поприветствовал тот его первым. — Как поживаешь?

Ларионов чуть не засмеялся от такого вопроса.

— Та знаешь, могло быть намного лучше. Если бы Диана тогда не выбежала из дома из-за тебя, то сейчас была бы жива, — с усмешкой ответил Ларионов. — Если бы ты не предал её, она бы сейчас стояла здесь, со мной! — Никита сорвался на крик.

Взгляд собеседника стал еще более печальным.

— Не понимаю. Вы знакомы? — встрял в беседу Глеб, но на него никто не обратил внимания.

— Ты не можешь представить, как я сожалею об этом, — ответил Костя.

— Да что мне твое сожаление! Им ты не вернешь мне сестру!

— Я тогда был пьян. Это не оправдывает моего поступка, но я не понимал, что делаю. Честно говоря, я не любил Диану так, как положено и в скором времени собирался разорвать отношения. Но не успел…

Тот не смог больше ничего сказать, потому что Никита бросился на него, нанося несколько ударов прямо в лицо. Глеб потянул его сзади, чтобы оттянуть Ларионова от Кости, но тот ловко вывернулся и зарядил и ему кулаком в челюсть, от чего Барсов отшатнулся. Тогда Ларионов вновь повернулся к Косте. Его взгляд ничуть не изменился, а оставался таким же жалостливым и печальным. Однако, когда Никита ринулся в атаку, тот увернулся. Первому это не помешало. Он ловко сделал подсечку сопернику, и Костя рухнул в грязь и, нависнув сверху, принялся наносить удар за ударом.

— Диана лежала так же в грязи тогда, а тебя даже рядом не было! — орал он, не прекращая удары. Когда Глеб вновь хотел ринуться в атаку, Никита отпихнул его ногой и нанес еще один удар в лицо. — Трус! Ты просто трус!

По кулаку Никиты потекла кровь, когда за спиной раздался девичий голос:

— Никита, перестань! Ты же убьешь его! — Мира подбежала к нему, когда Ларионов вновь занес кулак для удара. — Ты прошлого не изменишь этим!

Только тогда парень как будто очнулся от гипноза. Убрав кулак, он отшатнулся от лежащего на земле Кости. У парня распух нос, и была разбита губа. Из носа текла кровь.

— Ты совсем выжил из ума? — кинулся вновь на него Глеб.

— Нет, брат, не трожь его, — послышался голос Кости, медленно поднявшегося с земли. — Он имел полное право сделать это. Пойдем домой.

После этого они удалились, а Никита смотрел в землю, борясь со слезами. Но перед Мирой он не должен вновь поддаться этой слабости. Значит, у Кости есть младший брат, и он парень Миры. Нужно уберечь её от их семейки.

— Ты что, с ума сошел?! — крикнула на него Мира. Только тогда он поднял на нее взгляд. — Ты же мог…

— Я бы не убил его, — спокойно ответил тот.

— Да что ты говоришь! Я видела, как ты потерял контроль!

— Он это заслужил!

Мира выглядела обеспокоенной и разозленной, но парню так полегчало, когда он наконец увидел ее спустя неделю.

— Почему ты исчезла так надолго? — спросил он, и ее взгляд резко смягчился.

— Я…я… — Девушка запнулась, как будто подбирала нужные слова. — Я помню про сделку, и знаю, что должна была помогать тебе…

— Да при чем тут это?! — разозлился Никита. — Я уже давно забыл про эту сделку!

— Разве? Но почему ты тогда помогаешь мне?

— Да неужели ты ничего не понимаешь?! — Когда девушка в ответ отрицательно покачала головой, он продолжил. — Да потому что впервые за последний год мне так сильно дорог человек. Настолько дорог, что я хочу, чтобы он жил! И ты будешь жить! Я всё для этого сделаю.

Развернувшись, он вновь зашагал к автобусной остановке, выходя из переулка. Парень даже не увидел, как девушка отреагировала на его признание, но понял, что оно ему далось легко. Мира последовала за ним. Слова девушки разозлили Никиту. В его душе был страх, что она проявляла к нему столько доброты лишь из-за сделки.

— Я не появлялась так долго, — начала ангел, — Потому что думала, что ты ненавидишь меня.

Никита резко перевел на нее взгляд. Глаза девушки выглядели печально, крылья плелись за ней по грязи, но совсем не пачкались. Как и голые ступни Миры.

— Но почему ты так решила?

— Потому что я видела твой взгляд в тот день, когда ты нашел мой дом. Я все поняла, хоть ты и не сказал об этом. Я дочь женщины, разрушившей вашу семью. В душе ты наверняка презирал меня за это.

— Но это не так! — заявил он таким громким голосом, что пара человек, проходившая мимо него, с ужасом оглянулась на парня, болтавшего с пустотой, и поспешила по своим делам. — Да, я была расстроен. Мне нужно было лишь немного времени, чтобы свыкнуться с этой мыслью. Но я так же понимал и понимаю, что ты не виновата. Ведь это ты помогла мне узнать правду об измене отца. Значит…

— Значит, я эгоистка. Как я поняла из твоего разговора с моей мамой, она просила меня не лезть в это дело некоторое время. А я в тот же день все испортила!

— Мира. — Улыбнувшись, парень заставил собеседницу посмотреть на него, дотронувшись пальцем до ее подбородка. — Я не жалею о том, что узнал правду в тот день. Если бы ты и не оставила мне ту записку, я бы узнал это позже. И злился бы не меньше на отца.

Девушка кивнула, натянуто улыбнувшись. Они стояли на пустой остановке, ожидая автобус. Мира слегка коснулась тыльной стороной ладони до его руки.

— Никит, — тихо сказала она.

— Да?

— Ты расскажешь мне про свою сестру? — Ангел перевела не него взгляд. Никита заглянул в ее красивые светло-голубые глаза, которые освещал рядом стоящий уличный фонарь, и понял, что хочет открыться этой девушке.

Поэтому Ларионов кивнул.

— Сейчас я чувствую, что смогу тебе рассказать.

Мира раньше не замечала, что рядом с комнатой Никиты есть еще одна, пустая. Здесь осталась некоторая мебель: кровать, шкаф с одеждой, заполненный книгами стеллаж. Кровать была пустой: без подушек и постельного белья. Пустой матрас говорил о том, что здесь давно никто не спит. Мира не могла представить, какой была эта комната, когда в ней жила сестра Никиты, но сейчас было понятно, что пространству не хватает украшений, занавесок на больших окнах, фотографий. Ничего из этого здесь не было. Лишь голые стены и несколько предметов мебели.

— Сестра очень любила книги, — произнес Никита, стоявший рядом с Мирой на пороге комнаты. После того как они вышли из автобуса, он успел рассказать все про Диану и про то, что с ней случилось. — У нас не поднялась рука отдать их кому-нибудь или продать, потому что они занимали важное место в ее сердце. В её комнате всегда был уют.

Глаза Никиты наполнились слезами на секунду, но затем он взял себя в руки. Мира утешающе положила ладонь ему на плечо. Парень благодарно дотронулся до нее в ответ. Но в этот момент в комнату вошла Виктория Ларионова. Причем, она прошла не мимо Миры, а через нее. Это лишний раз напомнило девушке, что она всего лишь дух, и вряд ли сможет занять место рядом с Никитой.

— Сын, ты зачем сюда зашел? — спросила женщина, печальным взглядом обводя комнату.

— Просто сегодня я постоянно вспоминаю про неё, мам. Вот зашел, чтобы вспомнить, какой была эта комната, когда Дина была жива.

Никита был немного выше матери. Женщина положила голову сыну на плечо.

— Она мне часто снится, — улыбнувшись, говорит Виктория. — Говорит мне, что очень счастлива. Просит меня передать привет тебе и Диме.

— Лучше бы сама мне приснилась, — буркнул Ларионов. — Лишь пару раз приходила ко мне во сне, хотя уже больше года прошло.

Женщина в ответ ничего не сказала. Она попросила сына помочь отодвинуть некоторую мебель на кухне, чтобы убраться там, и Никита, взглянув на Миру, последовал за матерью.

Мира следовала за Никитой везде всю неделю, что она не появлялась. Ее обязанностью было защищать своего подопечного. Но даже после слов Гавриила ей трудно было поверить, что Никита испытывает что-то серьезное к ней. Ей казалось, что, даже если такое и было, исчезло после того, как он узнал о том, что она дочь Инги. До сегодняшнего дня у нее были сомнения. За этот день Мира много узнала. И про Глеба, и про аварию, и про Диану, а также увидела впервые свое тело.

Девушка сидела на кровати в спальне Никиты, когда парень вернулся. Он еще не увидел, что ангел в его комнате, потому что вытирал маленьким полотенцем мокрые волосы. Ларионов зашел без футболки, в одних брюках. Мира невольно залюбовалась им, хотя, она, несомненно, видела своего подопечного в таком виде, когда находилась в состоянии, недоступном для глаз Никиты. Но сейчас его выступающие кубики пресса, сильные руки и красивые ключицы воспринимаются совсем по-другому. Как будто она снова смертная и находится в комнате своего парня.

Наконец Никита заметил ее, слегка вздрогнув.

— Ты чего молчишь? — возмутился он. — Так ведь и заикой стать можно. Я уже скупался, случайно перелил на себя сок.

Парень кинул полотенце на стол и подошел к комоду, беря чистую футболку. Однако Мира быстро подошла к нему, обнимая. Зачем она это сделала? Сама не знала, просто поступила так, как хотела, а не как «должно быть». Никита опешил, так и застыл с футболкой в руке. От него пахнет мылом и лосьоном для бритья. Девушка прислонилась носом к его груди, чтобы вдохнуть поглубже запах его тела, а затем слегка потерлась щекой о гладкую горячую кожу. Ее крылья обвили парня, словно тоже обнимая, чему Никита еще больше удивился. И тогда он прижал Миру к себе сильнее, обвив её спину руками.

— Я думала, что ты сегодня убьешь этого парня, — подала голос Мира.

— Мне хотелось этого, — честно признался Ларионов, кладя подбородок на ее макушку. Мира прислушивалась к его дыханию и биению сердца, которое, казалось, сейчас вырвется из груди. — Но мой разум прояснился, когда вмешалась ты. Я сразу же не понял, зачем это делаю. Гнев и ярость завладели мной. Наверное, только ты делаешь меня лучше.

Девушка усмехнулась в ответ, продолжая прижиматься щекой к его мягкой коже. Она не могла мерзнуть, но в объятиях Никиты сразу стало теплее.

— Ты всегда был хорошим, просто не бывает людей без грехов и недостатков. У кого-то они незначительны, а у кого-то непростительны. Задача ангелов-хранителей состоит не только в том, чтобы спасти их при жизни, но и после смерти. Если бы ты убил сегодня его, то я бы больше ничего не смогла бы сделать, чтобы спасти тебя.

— Спасибо, — лишь ответил он, а затем слегка отстранился и дотронулся теплыми пальцами до ее подбородка, как делал это уже несколько раз.

Она не успела ничего ответить, потому что парень приник губами к её устам. Это произошло неожиданно, но девушка не сопротивлялась. Закрыв глаза, она осторожно ответила на поцелуй, не уверенная в себе. Через секунду парень лишь прошептал ей в губы:

— И почему только я вижу тебя и могу прикоснуться к тебе? Как будто только для меня ты становишься человеком.

— Может, потому что я искренне этого хочу? — прошептала Мира, в ответ на что Никита снова коснулся её губ своими, на этот раз смелее.

Этот поцелуй был гораздо более дерзким и головокружительным. Он обвил ее талию ладонями, а девушка схватилась пальцами за плечи, прислоняясь плотнее к его груди. Ангельские крылья будто зажили самостоятельной жизнью. Мира совсем забыла про них, но крылья обвились вокруг спины Никиты, как будто прижимая ребят друг к другу еще больше и согревая.

Парень водил руками по спине девушки, чувствуя под ладонями тонкую ткань её белого платья. Мозг отключился. Он перестал задумываться о том, каким образом он способен дотрагиваться до своего ангела-хранителя, не говоря уже о том, чтобы целовать. Ларионов почувствовал, когда хватка крыльев Миры ослабла, и они начали сползать с его спины. Парень испугался, что сама ангел сейчас тоже отстранится, и тогда еще сильнее обвил ее руками, не просто целуя, а слегка покусывая её губы. Услышав ее тихий вздох от удовольствия, он подхватил ее на руки, не переставая целовать и перенес на кровать, ложась затем рядом с ней.

Нависнув над Мирой, Никита углубил поцелуй, поглаживая её бледные щеки, и даже не заметил, как спустился ниже, оставляя дорожку поцелуев от подбородка до щеки. Когда его мягкие губы коснулись шеи Миры, девушка сделала глубокий вдох, который прояснил рассудок Ларионова.

Внезапно он понял, что чуть не зашел дальше поцелуев, поэтому резко отстранился и лег рядом. Нет, так нельзя. Она его ангел-хранитель, так не должно быть. После поцелуя у обоих дыхание еще восстанавливалось несколько минут.

— Я очень хочу целовать тебя так каждый день, — произнес он, смотря в красивые глаза девушки. — После того, как ты выйдешь из комы. Пока ты ангел, это неправильно.

Мира кивнула, понимая. И как она могла так забыться? Но это было просто головокружительно. Настолько сказочно, что этот поцелуй пробудил в ней желание жить, которое не появлялось в её сердце с такой силой за все время, что она является ангелом.

Привстав, она легла на парня, прижимаясь щекой к его груди.

— Я благодарна за то, что ты подарил мне эти эмоции, — произнесла она, не смотря на Никиту.

В ответ он обнял девушку, поглаживая ладонью по крыльям, а затем по волосам.

— Обещаю тебе, что скоро эти эмоции станут частью твоей жизни.

«Жизни», — выделила единственное слово Мира в мыслях. Однако девушка не стала спрашивать, как он собирается вернуть её к жизни, а просто попыталась запомнить этот момент, прижавшись к нему сильнее.

Глава 13

Мира наблюдала за тем, как засыпает Никита. До этого они долго разговаривали, и даже не о том, что произошло между ними, а просто так, ни о чем. Но никто из них не затрагивал тему того, что будет дальше.

Когда парень уснул, она поднялась с кровати, и, напоследок поцеловав своего подопечного в щеку, она растворилась в воздухе. Слишком долго ей приходилось находиться в видимом состоянии, и нужно было набраться сил.

Она не успела понять, как оказалась среди облаков, как крылья принесли ее сюда.

— Это я сделал, Мира, — раздался знакомый голос сбоку.

Девушка взглянула в сторону, откуда доносился голос. Наконец, когда облака немного рассеялись, девушка увидела силуэт Гавриила.

— Благодаря мне ты здесь, — продолжил мужчина, подлетая на своих могучих больших крыльях ближе. Взгляд его был очень серьезным, и Мира испугалась. Наверняка архангел узнал про ее поцелуй с подопечным.

— Но для чего? — пытаясь не выдавать страх, спросила девушка.

— Ангелы-хранители должны следовать за своими подопечными: защищать и направлять их. На Небесах же они появляются в следующих случаях: при рождении, при невозможности связи между ангелом и архангелом и при смене подопечного. Как думаешь, по какой причине из этих трех ты здесь?

Она чуть не задохнулась от своей догадки. Впервые она попала сюда, когда родилась. И это точно не был случай, когда архангел не мог связаться с ней, ведь Гавриил уже передал ей раз послание на земле. Остается лишь…

— Нет, не может быть, — отозвалась она наконец, с сожалением посмотрев в глаза мужчине. Холодный взгляд того не выражал никакой жалости.

— Да, я вместе с другими архангелами приняли решение закрепить тебя за другим подопечным. Ты хорошо выполнила свою роль, помогла Никите узнать правду и сделала его лучше. Поверь, жизнь его теперь наладится.

— Нет, я еще не закончила! — возразила Мира громко. — Никита, конечно, исправился, хотя он и так был добрым. Но он еще не понимает, ради чего ему стоит жизнь. Я не помогла ему еще понять смысл жизни!

— Ты ошибаешься.

— Но почему?! — Сердце девушки горько сжалось от мысли, что она последний раз видела Никиту и что он сам ее увидеть больше не сможет.

— Ты стала слишком человечной, Мира. Твоя ангельская сила и потенциал значительно уменьшились после поцелуя с Никитой. Потому что такого быть не должно. Ты любишь его не той любовью, что должен любить ангел-хранитель своего подопечного.

— Конечно, я человечна! — возразила она. — Потому что я все еще жива! Почему вы утаили это от меня?

Этот вопрос словно застал Гавриила врасплох. Взгляд перестал был таким жестоким, и смягчился.

— Потому что ты сама должна была это узнать. Тем более это помогло Никите приблизиться к ответу на вопрос, о котором ты говоришь. Ради чего ему стоит жить? Чтобы спасти тебя, Мира.

Ответ девушку не удивил. Вечные загадки и «ты сама должна узнать».

— Скажите, я останусь ангелом навсегда, или у меня есть шанс вновь быть обычным человеком? Прошу, дайте мне хотя бы еще пару недель попрощаться с ним.

— Твоя судьба еще не написана, дитя. Так и быть, ты будешь ангелом-хранителем Никиты Ларионова еще ровно четырнадцать дней. После этого твоя миссия либо будет окончена, либо я заберу тебя. Вспомни мои слова про Создателя и проявление добра, и ты все поймешь.

Девушка ничего не успела ответить, потому что тело мужчины рассеялось среди облаков, а затем она почувствовала, как падает.

В следующее мгновение Мира уже вновь была в комнате по-прежнему спящего на кровати Никиты. Гавриил сказал вспомнить, и девушка вспомнила. Ее миссия будет окончена тогда, когда Никита совершит поступок, который Создатель сочтет за великое проявление добра — от всего сердца.

Никита не мог понять, где он находится и что с ним происходит. Сон казался очень реальным. Голубое небо окутывали густые облака так, что нельзя было разглядеть, что за ними. Когда парень опустил взгляд на ноги, то понял, что сам стоит на огромном облаке. Страшно сделать вдох, не говоря о том, чтобы шагнуть. Ему часто снилось, как он падает с дерева или с обрыва, из-за чего его тело резко дергалось, и Никита сразу просыпался. Но сейчас дела обстояли иначе. Все было настолько реальным, что на несколько секунд парень подумал, что умер и попал на небеса. Хотя, может оно так и есть. Потому что он не мог ничего вспомнить, а Мира не помнила ничего о своей предыдущей жизни. Стоп, но если бы он умер, то тогда бы не помнил, кто такая Мира.

— Не волнуйся, дитя, ты не умер, — раздался громкий женский голос. Никита замотал головой, чтобы найти источник этого голоса, пробирающего до мурашек, но безуспешно. — Посмотри наверх.

И парень поднял голову. Внутри все сжалось от увиденного, страх завладел всем его телом. Девушка-ангел оказалась огромных размеров, ее ступни скрывали облака, поэтому Никита ничего и не смог увидеть. Огромные крылья полностью обволакивали ее тело, как будто ангелу было холодно, и она таким образом согревала себя. Над длинными белыми волосами висел нимб, который светился гораздо ярче, чем у Миры. Настолько ярко, что при взгляде на него парню хотелось сразу же отвести глаза.

— Кто вы? — крикнул Ларионов, чтобы та услышала.

— Знание моего имени тебе ничего не даст, — ответила ангел, но несмотря на ее спокойный тон, голос звучал очень громко. — Я ангел силы, и встретилась с тобой, чтобы помочь. Архангелы довольно редко являются на землю, в том числе, чтобы просто связаться с ангелами-хранителями. Так вот мы появляемся на земле еще реже, тем более чтобы поговорить со смертными. Я даже не помню, когда такое было в последний раз.

— Ангел силы? — переспросил Ларионов, ничего не понимая.

— Понимаешь ли у ангелов есть своя иерархия, и каждый из нас входит в свой определенный чин и выполняет свою функцию. Например, самые сильные — серафимы — являются ангелами любви, света и огня, охраняя при этом трон Создателя. Далее следуют херувимы — ангелы гармонии и мудрости. Мы же, ангелы силы, занимаем пятый чин. Мы даем просветление и помогаем сделать правильный выбор. Самые последние — это архангелы и ангелы-хранители.

— А я думал, архангелы самые сильные, — тихо проговорил Никита.

— Я здесь, чтобы помочь тебе сделать выбор и дать просветление, потому что, должна признать, из всех ангелов силы меня больше всех заинтересовала ваша с Мирой судьба и жизнь.

— Жизнь? — в надежде спросил юноша. — Вы подскажете, как сделать так, чтобы Мира вышла из комы?

— Я не могу тебе дать ответ, но могу направить. Потому что ваша судьба мне неизвестна.

— И что я должен сделать?

— Ты любишь ее? — спросила ангел вместо ответа, внимательно наблюдая за реакцией Никиты сверху.

Никита задумался. А что, если это не любовь? Что вообще такое любовь? Вдруг это очередное увлечение? Но парень сразу отбросил эту мысль. Когда сестра была жива, он хотел постоянно проводить с ней время, беспокоился о ней. Такого же он не испытывал больше ни к одной девушке из огромного множества. Кроме Миры. Он очень хотел, чтобы она жила и была счастлива, даже если не с ним, а с Глебом.

— Да, — уверенно ответил парень.

— Значит, ты должен доказать это. После этого миссия Миры будет закончена, и только тогда она вернется к жизни. Если же нет, она умрет окончательно и перестанет быть твоим ангелом-хранителем.

— Какую миссию? Как доказать? — тут же спросил он громко.

Но его вопросы утонули в облаках, так и оставшись без ответов. А откуда-то издалека доносилось: «Никита, вставай». После этого парень открыл глаза, проснувшись.

Глава 14

Следующую неделю Никита был погружен в учебу. Потом начнутся каникулы, и парень планировал за полторы недели отдыха вернуть Миру к жизни и доказать свою любовь, как это сказала ангел силы. Только вот о странном и удивительном сне парень пока решил не рассказывать Мире, чтобы сначала самому все обдумать и принять решение.

Как доказать свою любовь ангелу? Ангелу с мыслями обычного смертного человека. Именно такой ему казалась девушка. Между ангелом силы и Мирой он увидел большие отличия. Первый оказался таким, каким Никита и представлял ангелов. А вот в своем ангеле-хранителе он видел человека, но с крыльями и нимбом, а также с особенной силой. Однако у нее были свои желания, чувства и недостатки. В отличие от других ангелов, Мира знает теперь свое прошлое, и Никита гордился тем, что это он помог ей его узнать. Поэтому он должен закончить свою миссию и сделать так, чтобы прошлое девушки переросло в настоящее, а затем и в будущее. И он сделает это.

Ранним утром пятницы парень сидел за уроками перед школьными занятиями, когда внезапно рядом с ним возникла Мира.

— Приятно видеть результаты своих трудов. Совесть что ли проснулась? — улыбнувшись, спросила девушка.

— Ты просто все мозги мне прожужжала уроками, хотя я мог заняться полезными делами. Например, подумать над тем, как сделать так, чтобы ты очнулась от комы, — ответил парень, оторвавшись от компьютера. На самом деле он писал код для урока по информатике. Учитель жаждал увидеть его способности касательно программирования, а поэтому и заданиями завалил.

— И это успеется, — тихо сказала она, когда Никита повернулся к Мире на своем компьютерном кресле. Во взгляде девушки парень увидел тоску, и это ему не понравилось.

— Эй, все хорошо? — заглянув в ее красивые глаза спросил Ларионов, беря ее холодную ладонь в свои руки. — В воскресенье я уже займусь поиском решения. Не переживай, ты будешь жить. Обещаю.

Не удержавшись, он поцеловал ее ладонь, а затем посмотрел на смутившуюся Миру. Она стояла рядом с ним, и парень едва сдержал порыв обнять ее или посадить к себе на колени, но помнил, что это неправильно. Все равно он не мог бороться со своим желанием постоянно прикасаться к ней, иначе не поцеловал бы ладонь.

— У тебя сегодня контрольная по истории, — лишь ответила ангел тихо.

— Я совсем забыл про нее! — тяжело выдохнул Никита, опять развернувшись к компьютеру и продолжив писать программу.

— Не волнуйся, я помогу тебе. — Девушка положила ладонь ему на плечо, продолжая стоять рядом, а парень поймал себя на мысли о том, как бы хотел, чтобы сейчас она обняла его сзади.

— Спасибо, — лишь и смог ответить он.

Мира так и не рассказала подопечному о том, что Гавриил дал ей еще две недели, чтобы побыть рядом с Никитой. И вот уже чуть больше, чем через неделю она будет защищать и оберегать уже кого-то другого. Если бы девушке сказали это в начале ее знакомства с Ларионовым, она бы поблагодарила архангела за это, но сейчас ей было грустно. Печально от осознания того, что она так и не сможет стать его девушкой. Думала ли она об этом? Мечтала ли? Конечно. Но только хотел ли он того же? В этом девушка не была уверена, однако не хотелось нарушать те отношения, что сейчас сложились между ними. Поэтому ангел так и не смогла признаться, но понимала, что должна.

Сегодня. Она собиралась это сделать сегодня вечером. И пусть потом Никита сам думает, как поступать. Его жизнь стала наполняться смыслом. Она видела, как парень был занят учебой и своим хобби. Перед ним теперь не стояло никаких препятствий. И поэтому он должен продолжать жить. Без нее. Ведь Мира понимала, что вернуть ее к жизни уже практически невозможно.

— В каком году Россия стала империей? — прочитала вслух Мира вопрос, на который Никита показывал ручкой в листе с контрольной работой по истории. — В тысяча семьсот двадцать первом, — тут же ответила она, даже не задумываясь, как будто всегда знала эту дату. Как забавно, такие мелочи помнит, а вот моменты своей жизни до сих пор как в тумане.

Ларионов обвел кружочком правильный вариант ответа. Впереди предстояло ответить еще на девятнадцать вопросов.

— Зинаида Александровна, куда сдавать работу? — спросила одна из одноклассниц Никиты у учительницы истории и обществознания, выглядевшей добродушной и нестрогой женщиной. Мира бы даже назвала ее девушкой, потому что выглядела она довольно молодо, лет на тридцать.

— Алина, ты уже все написала? — удивилась та, на что девушка лишь кивнула. — Тогда сдавай работу мне на стол и можешь быть свободна.

Ученица встала со своего места и прошла мимо Никиты, задев ногой сложенные крылья Миры, от чего та опешила. Никита этого не увидел, так как был занят контрольной работой.

— Эй Ларионов, чего ноги выставил? — возмутилась девушка, взглянув на него.

— Тебе показалось, — лишь ответил он, даже не понимая, о чем говорит одноклассница.

Та не стала ничего отвечать и просто молча сдала работу, после чего вышла из кабинета. Отношения между этими двумя после расставания казались напряженными. На это не повлияло даже то, что с девушкой стал встречаться друг Никиты.

Мира была в шоке. Да, она могла касаться других людей или предметов, но лишь по своему желанию. Только вот в этот раз она такого желания не выказывала. Все произошло как будто само по себе.

— Мира, — шепнул Никита, вырвав девушку из своих мыслей, и та тут же обернулась, чтобы подсказать ответы на следующие вопросы.

Ангел поняла, что начало происходить то, о чем говорил Гавриил. Она стала слишком человечной. Настолько, что начала обретать материальную оболочку. Если так пойдет и дальше, то и ее силуэт вскоре смогут рассмотреть. Вряд ли кто-то сможет увидеть ангела полностью, но вот заметить инородный силуэт…запросто. Но Мира не должна этого допустить. Нужно держать Никиту на расстоянии и не поддаваться человеческим чувствам и эмоциям. Так легко сказать и так тяжело сделать…

Мира помогла подопечному завершить контрольную, и Никита тоже вышел из кабинета. Это был последний урок на сегодня, поэтому они направились к выходу из школы. Парень выбрал путь через гаражи, так как это был самый короткий путь до дома. Девушка понимала, что сейчас день, светит солнце, и никакая опасность Никите грозить не должна. Это же всего лишь домики, где люди ремонтируют машины. Однако чем ближе они подходили к этому месту, тем сильнее Мира хотела заставить подопечного повернуть обратно. Как будто ангельское чутье, уже такое знакомое, подсказывало, что там что-то не так. Как назло, людей рядом совсем не было.

— Никита, стой, — остановила его в конце концов ангел, в ответ на что подопечный с удивлением посмотрел на нее.

— Я первая пойду, — вставила она, гордо расправив плечи. Все же, она ангел-хранитель и должна защищать подопечного, в том числе разведывать наперед про все опасности, что угрожают ему.

Никита хотел схватить ее за руку, чтобы остановить.

— Ладно, пойдем отсюда, если ты так считаешь, — в конце концов дернул он ее назад.

Однако ни Никита, ни Мира ничего не успели сделать, когда из-за угла появилась толпа парней в черных масках и сбила Ларионова с ног одним ударом кулаком в лицо. У Миры как будто закончился воздух в легких, как будто ее ударили, а не Никиту. Толпа пронеслась сквозь нее, даже не задев, как это сделала Белозерская в кабинете истории. Схватив за руки и за ноги, хулиганы затащили Никиту в маленький проулок, состоявший из гаражей, где не было ни единой души. Ларионов хотел резко встать, когда чужие руки отцепились от его кистей и ног, но один из бандитов тут же врезал ему кулаком в живот.

Никита осел на землю схватившись за ребра.

— Из-за тебя, козел, у моего брата неделю уже не сходят синяки и ссадины, — процедил сквозь зубы ударивший. — Какой же ты жалкий, меня аж тошнит. Как я еще мог позволить тебе навестить МОЮ Миру?

Как только он сказал это, Мира поняла, кто под маской. Ее парень, точнее уже бывший. В голове за долю секунды пронеслись обрывки воспоминаний. Кафе, ссора с Глебом, бег, свет фар, машина и темнота в конце. Сердце девушки наполнило отвращение к человеку, который раньше ей очень нравился. Это внешне он казался таким хорошим, добрым, внутри же он на самом деле прогнил, иначе бы не стал мстить и нападать исподтишка с целой бандой. Никита, может, и казался внешне таким неидеальным, эгоистом, с невыносимым характером и разбившим девичьи сердца, но душа его оказалась светлой. Он не стал мстить за сестру, хотя в причине ее смерти частично виноват брат Глеба.

Мира попыталась призвать свою ангельскую силу, чтобы разбросать всех этих наглецов, кто посмел нанести вред ЕЁ Никите, как в первую их встречу. Однако ничего не произошло, ангельская сила пропала, как и говорил Гавриил. Когда Мира это поняла, Никиту уже снова начали избивать. Каждый из хулиганов приблизился к нему и начал пинать со всей силы ногами, в то время как Глеб стоял в стороне и смотрел через прорези маски.

Миссия ангела-хранителя состоит в том, чтобы защищать своего подопечного, поэтому Мира не могла спокойно стоять и наблюдать за тем, как Никиту избивают. Поэтому воспользовавшись секундой, когда негодяи перестали наносить удары, девушка бросилась к парню, свернувшемуся клубком и прикрывшему голову руками. Ангел накрыла его своим телом расправив крылья словно щит, всем своим нутром возжелав спасти его во что бы то ни стало. Ангельские силы не до конца покинули ее, ведь сейчас она стала такой материальной и человечной, как никогда, при этом оставаясь невидимой.

Первый удар. Девушка сдержалась от крика, когда крылья пронзила ужасная боль. Снова взмах, еще несколько пинков в бок. Они думали, что бьют Никиту, но сотрясалось тело Миры от ударов. Несмотря на боль, она сильнее прикрыла крыльями тело Ларионова.

— Не вздумай, — прохрипел Никита. — Уйди, я сам приму это все, они не убьют меня.

— Ни за что, — вставила девушка. — Это моя обязанность.

— Я не позволю, чтобы моя любимая страдала из-за меня, — лишь ответил он, после чего сделал рывок, и вот он уже прикрывал ее. Перья Миры были в крови, спина жутко болела, и она не сразу поняла, что сказал парень. Любимая. Это значит, что он ее…любит?

Однако все удары, что обрушились на нее, выбили все силы. Мира не могла пошевелиться, голова кружилась. Никита попробовал несколько раз дать отпор, но противников было гораздо больше, и за эту попытку его начали бить еще и кулаками.

«Хороший ангел-хранитель бы сначала наперед узнал про все опасности, что угрожают его подопечному», — подумала девушка. Ведь она чувствовала что-то неладное. Но из-за этих чувств к парню совсем забыла про свои обязанности.

Ангелы-хранители не имели права вмешиваться в дела людей, и она никоим образом не смела разговаривать ни с кем другим, кроме Никиты. Но в данной ситуации у нее остался лишь ее дар, полученный благодаря тому, что девушка не полностью мертва. Дар и миссия — защитить своего подопечного во что бы то ни стало. Пускай это и стоило нарушения правил.

— Да как ты только смеешь?! — крикнула она, обращаясь к Глебу и только к нему одному.

Тот тут же поднял руку, и хулиганы прекратили избивать Никиту. В итоге девушка нашла в себе силы подняться, сначала подметив, что подопечный не отключился, но кулаки и ноги поганцев оставили синяки на лице, шее. К счастью, на нем оказалась куртка, которая немного смягчила удары. Однако Мира услышала, как он с облегчением вдохнул немного воздуха, обняв себя за ребра.

— Мира? Мира, ты где?! — начал вертеться Глеб в попытках отыскать источник голоса.

— Глеб, ты чего? — одернул его один из парней в черной маске.

Мира победно улыбнулась. Значит, ангельская сила все еще жила в ней, и никто другой ее не смог ни увидеть, ни услышать.

— Это ты трус. Ничтожество! — воскликнула девушка, сложив окровавленные крылья вместе и наслаждаясь растерянной реакцией Барсова. Тот пытался ее найти, но не мог увидеть. — Оставь его, — спокойно продолжила она. — И уходи сейчас же.

Глаза Барсова растерянно бегали через прорези маски, а затем взгляд его упал на лежащего на земле Никиту.

— Уходим, он уже достаточно получил, — скомандовал тот хулиганам, и толпа тут же убежала, на ходу снимая черные маски и покидая небольшую и пустую улочку из гаражей.

Мира тут же кинулась к Никите, переборов ужасную боль в теле. Она медленно и осторожно перевернула его с бока на спину. Парень еще был в сознании и смотрел на нее. Ангел тут же приподняла тонкую куртку с футболкой, обнаружив, что на животе и в районе ребер уже выступили багровые синяки. На спине наверняка было то же самое. Девушка лишь молилась, чтобы эти придурки ему ничего не сломали. Под глазом уже тоже возник фингал, несколько ссадин кровоточили, как и нос. Мира тут же с большим усилием оторвала немного ткани от футболки парня и приложила к носу.

— Никогда больше так не делай, — вдруг прошептал Ларионов, все время наблюдавший за ее действиями.

— Что именно? Футболку твою больше не рвать? — спросила она, не сумев сдержать улыбку.

— Нет, ангелочек. Больше никогда не смей жертвовать собой ради меня, — прохрипел Никита, дотрагиваясь пальцем до окровавленного крыла, а затем до синяка на ее руке.

— Я только так и могла. И мне кое-что надо тебе рассказать. Ведь моя ангельская сила….

Продолжить она не смогла, так как Ларионов потерял сознание. Паника накрыла ее. А если он умрет? Что она тогда будет делать? Она не сможет больше быть чьим-то ангелом-хранителем, зная, что Никита мертв.

В кармане куртки Мира нашла телефон парня. К счастью, пароля на нем не было. Позвонить она, конечно, в скорую не сможет. И так много нарушения ангельских правил за этот день. Девушка быстро нашла в мессенджере контакт его мамы и написала: «Мама, помоги мне, на меня напали возле школы у гаражей, я теряю сознание. Вызови скорую». Неправдоподобно, конечно. В таком состоянии он не смог бы печатать. Но не это главное. Главное, что Никите помогут.

Сообщение было прочитано сразу же. В ответ мать ничего не ответила. Но минут через десять, которые девушка провела в страхе за жизнь Никиты, приехало две машины: газель скорой помощи и легковой автомобиль матери Никиты.

Глава 15

Никита пробыл в больнице три дня. Вообще врач, который его лечил, сказал, что ему крупно повезло, потому что парень отделался легким сотрясением мозга, а также ушибами с синяками и ссадинами без единого перелома и других травм. В первый день мать тщательно наблюдала за тем, чтобы сын отдыхал. Поэтому он пролежал под капельницей, всего лишь поев один раз за весь день, так как остальное время спал. Он даже не смог поговорить с Мирой и поблагодарить ее, потому что мама вообще не покидала его палату. А если и покидала, то он спал в это время.

Виктория Ларионова пыталась вытащить из сына правду о том, кто на него напал, чтобы заявить в полицию о нападении, но Никита даже не думал признаваться. Ведь частично Глеб оказался прав, потому что Ларионов избил его брата, и в таком случае Никита сам может угодить в полицию.

Парень не знал, что жених сестры и бывший парень Миры родные братья, но когда он только понял это там, среди гаражей, когда его избивали, первая мысль была не о себе, а о Мире. Он подумал о том, что должен бороться за нее и не сможет допустить того, чтобы девушка была вместе с Глебом. Иначе он, как Костя погубил Диану, испортит жизнь Мире. И этого нельзя допустить.

Никита знал, что лежит в той же больнице, что и Мира, ведь на весь их небольшой город приходилось две большие больницы. Поэтому на второй день, когда мама поехала отсыпаться домой, убедившись, что с сыном все в порядке, парень пробрался к девушке в палату.

Дверь была слегка приоткрыта. Парень не сразу зашел внутрь, а сначала посмотрел через щелку и увидел отца, стоявшего на коленях возле кровати, на которой лежала Мира, и державшего ее за руку. Он что-то говорил, и Никита прислушался.

— Прости меня, Мира. Я так сожалею о том, что сделал. Это я должен здесь лежать, а не ты. Инге очень плохо без тебя, а наши отношения изменились. Хоть она никогда открыто не обвинила меня в том, что случилось с тобой, я чувствую, она так считает. Сын меня знать не хочет. Лучше бы, действительно, меня сбила машина.

Никиту разозлили эти слова, хотя он понимал, что отец прав. Поэтому дальше продолжил слушать, не сразу заметив, что его ангел-хранитель стоит возле своего тела, гордо расправив крылья и со спокойным выражением лица слушая сожаления виновника этой трагедии.

Мира не сразу поверила своим глазам, когда увидела ангела-хранителя Дмитрия Ларионова. В нем она узнала сестру Никиты, Диану Ларионову. Девушка выглядела точно так же, как и на фотографиях, которые до сих пор стояли в рамках в ее комнате, только теперь над головой мерцал яркий нимб, а сложенные крылья шлейфом тянулись за ней.

— Привет, Мира, — тихо прошептала она вдруг.

Мира видела, как Ларионов-старший встал на колени возле ее тела, и начал что-то говорить. Но все внимание ангела переключилось на Диану.

— Откуда ты меня знаешь? — спросила Мира в ответ.

Их отделяла кровать с неподвижным телом.

— Видишь ли, мы особенные с тобой. Не такие, как другие ангелы-хранители. Тебя видит твой подопечный, как выяснилось, еще ты можешь достучаться и до других людей.

— А ты? — не дослушав, спросила Мира, понимая, что собеседница имеет в виду.

— А я помню свое прошлое, — удивила своим ответом девушка. — И как выяснилось, мы обе с тобой не очень-то и хорошие ангелы-хранители. Ведь я допустила, что мой отец чуть не угодил под машину. Но ты спасла его, и я хочу поблагодарить тебя за это.

— Но ты же не только поблагодарить меня хотела? — усмехнулась Мира.

Черные пряди волос падали Диане на светло голубые с примесью зеленого глаза. Мира поежилась от этого взгляда, устремленного прямо на нее.

— Ты не вернешься к жизни, Мира, — ошарашила девушку собеседница.

Она сама знала это, просто не хотела думать об этом. Но теперь, когда Диана озвучила страхи Миры вслух, сердце как будто забилось сильнее, стало страшно.

— Никита может умереть, если ты очнешься из комы. Понимаешь, он должен доказать свою любовь и совершить поступок, который докажет Создателю, что он действительно любит тебя. Но Гавриил сказал мне, что Никита в таком случае может умереть. Я до сих пор не могу понять смысл его слов, но прошу, если ты хоть немного любишь моего брата, отступись. Он должен жить.

Миру словно ударили по голове. Уши отказывались слушать, и вымолвить она ничего не смогла. Девушка ничего не понимала, но чувствовала, что это правда. Ведь Гавриил тоже говорил про какой-то поступок и Создателя.

Ей очень хотелось жить. Хотелось понять, каково это, когда о тебе заботятся, как мамины руки обнимают, прижимая к груди, хотелось узнать вкус тех блюд, что она видела в кафе, пока ходила вслед за Никитой. А еще она хотела бы сходить с Никитой на свидание. В кино, в парк, в кафе — куда-нибудь, лишь бы он мог нормально разговаривать с ней, не боясь, что его примут за сумасшедшего. Но Мира была рада, что не помнит ничего из своей жизни, иначе бы решение далось ей труднее. Ведь тогда бы она помнила, каково это — жить.

В следующее мгновение Диана исчезла, а Мира вернулась в реальность, к Дмитрию Ларионову, который стоя на коленях возле ее тела говорил:

— Лучше бы, действительно, меня сбила машина.

А в следующее мгновение в палату ворвался Никита.

Услышав эту исповедь отца, парень испытал сожаление, особенно от последних слов. Он вдруг подумал о том, как бы чувствовал себя, если бы еще один член семьи погиб, и как чувствовала бы себя мама. И даже обида за измену отца отступила назад. Мира помогла понять ему одну очень важную вещь. Ты не виноват в том, кого выберет твое сердце, не виноват в том, кого полюбишь всей душой. Пусть то ангел или другой человек. Сам Никита пытался выбросить Миру из головы и сердца, ведь знал, что вряд ли сможет быть с ней вместе. Но разве он виноват в том, что именно эта девушка пробуждает в его душе такие теплые чувства? И отец наверняка в такой же ситуации оказался.

Парень представил на мгновение, что та машина сбила отца, и он погиб. Эта обида не имеет никакого смысла. Жить с обидами нет смысла, нужно уметь прощать. И Никита простил отца в одно мгновение, а затем сорвался с места и вбежал в палату, встав на колени рядом с отцом и обняв его.

— Ну чего ты, па?! — Голос Никиты дрогнул. — Не говори так. Мы бы с мамой не перенесли еще и твою смерть.

Ларионов-старший опешил от происходящего. Он сначала медленно поднялся с колен, наблюдая не верящим взглядом, как сын проделывает то же самое, а затем крепко обнял его.

— Прости, сын. За все прости, — залепетал мужчина, обнимая Никиту дрожащими руками. — Я бы хотел, чтобы все было по-другому, но я не мог больше так жить…

Юноша не дал ему дальше ничего сказать.

— Я понимаю, — произнес тот, крепко сжав отцовские плечи. — Не кори себя. Мира проснется, вот увидишь. Я все для этого сделаю.

— Но что ты можешь сделать? Разве ты знаком с ней?

Никита проигнорировал первый вопрос, и ответил только на второй, соврав:

— Да, мы познакомились с ней незадолго до аварии. Я…я…влюбился в нее, па. Она не должна…

— Никита, я рад, что ты говоришь мне об этом, ведь это значит, что я хоть немного заслужил твое доверие. Но, сын, я сделал все возможное для Миры, когда подключил самых лучших врачей, которые принимаются за такие случаи лишь за крупную сумму денег. Пришлось вызвать несколько отличных врачей из столицы, которых я знал. Ведь наш город слишком мал, хороших врачей очень ограниченное количество. Но мои усилия напрасны.

Никита понимал, что отец ничего не сможет сделать, ведь дело не в медицине и не во врачах. Это ангелы на небесах решили пошутить над ними, хотят увидеть, как они с Мирой выкарабкаются из этой ситуации.

Следующий час Никита с отцом сидели в его палате, и парень рассказывал, что с ним случилось день назад, как его избили, ни слова ни упомянув о том, кто именно это с ним сделал, хотя мужчина и выпытывал. Парень убедил его в том, что не знает хулиганов. Они разговаривали и о другом. О школе, его подготовке к экзаменам. Никита сказал, что будет поступать на программиста, и отец не сказал ни слова против. Наверное, это была самая откровенная беседа с отцом за всю его жизнь.

К тому моменту, как ушел Дмитрий Ларионов, солнце начало заходить за горизонт. Парень выглянул в окно. Мягкий свет проникал в комнату, через ветви деревьев, на которых набухли зеленые почки. Закат был безумно красивым: желтые с оранжевым оттенки освещали перистые облака, отчего небо перестало быть голубым, как днем. Никита добился от медсестры разрешения прогуляться во внутреннем дворе больницы, где росли лиственные деревья.

Он присел на одну из лавочек, продолжая наблюдать за закатом и мечтая о том, чтобы Мира сейчас сидела рядом и разговаривала с ним. Он дал обещание, что спасет ее, что сделает все возможное, но на самом деле не мог представить, как это сделать. Как доказать любовь? Это так глупо. Зачем доказывать любовь кому-то постороннему, если ты сам знаешь, что испытываешь это чувство. Почему он должен каким-то ангелам доказывать это?

— О чем думаешь? — спросила Мира, которая в следующее мгновение уже сидела с ним рядом.

— О том, как вытащить тебя из комы, — не стал врать он. — Еще денек, меня выпишут, и тогда я смогу заняться этим. Ведь и каникулы уже начались.

Он хотел еще сказать несколько слов, но Мира оборвала его.

— Мне нужно тебе кое-что сказать.

Интонация в ее голосе напугала парня, как будто сейчас ангел скажет ему что-то плохое. Он с любопытством посмотрел на нее, вглядываясь в ее красивые светло-голубые глаза. От таких не хотелось отводить взгляда. Казалось, в них отражается целый мир, и что именно с Мирой он может этот мир увидеть.

— Дело в том, — собралась она с духом, от чего Никита занервничал еще больше, — Что я буду с тобой еще неделю, и потом я не смогу быть рядом. У тебя будет другой ангел-хранитель.

Боль. В ее глазах он увидел боль, отчаяние, тоску, но сам не успел почувствовать, потому что ничего не понял. Видимо, девушка догадалась об этом и поэтому продолжила.

— Гавриил сказал мне, что после нашего поцелуя я с каждым днем становлюсь все более человечной. Он сказал, что моя ангельская сила скоро исчезнет из-за этого. Так и случилось. — Мира глубоко вздохнула от отчаяния. — Он дал мне две недели, чтобы попрощаться с тобой, одна уже прошла. Позавчера я хотела тебя защитить от этих отморозков, но не смогла. Моя сила действительно иссякает. Остается надеяться на то, что другие не смогут меня увидеть.

Парень не знал, что сказать. Он чувствовал злость. Злость на Небеса за то, что они решили забрать у него Миру, и на самого себя, что целую неделю посвятил себе и своим делам, а не ей.

— Но есть еще надежда, — ответил он, взяв ее за руку. Их пальцы переплелись, и Никиту это немного успокоило. — Если ты очнешься от комы, то будешь жить.

— Ни я, ни ты не знаем, как это сделать. А я, — Мира запнулась, видимо, борясь с чувствами, — Я уже смирилась с тем, что не буду больше живой. Но еще не смирилась с тем, что наши судьбы больше не переплетутся.

Он ничего не ответил. Просто поцеловал ее запястье и притянул к себе, тем самым мысленно говоря: «Все будет хорошо». Однако сам он в этом не был уверен. К счастью, людей во дворе больницы почти не было, поэтому он просидел в обнимку с Мирой вплоть до того момента, как пришла медсестра, чтобы загнать Никиту обратно в палату.

Глава 16

Следующую неделю Никита почти не прикасался к учебникам и решебникам. На подготовку к экзаменам ему было все равно. Единственное, когда Миры не было рядом, он занимался программированием. После разговора с отцом парень решил создать сайт для его модельного агентства, ничего не сказав ему. Точнее, это была любительская работа, чтобы улучшить свой навык в создании сайтов и программировании. Никита не принимал это за серьезную работу и делал просто ради тренировки.

Все свободное время он старался проводить с Мирой. При этом приходил каждый день в больницу, чтобы посидеть около получаса возле ее тела, не подающего никаких признаков жизни. Но надежда все еще теплилась в его душе. Надежда, что она откроет глаза и будет жить. Но день проходил за днем, а состояние Миры не менялось.

Один раз он пришел навестить ее, когда в палате возле тела сидела мама девушки Инга. Парень застал тот момент, когда женщина разговаривала с Мирой и плакала при этом, но тут же извинился. Знала бы она, что настоящая Мира сейчас не лежит на больничной койке, а стоит возле нее с большими ангельскими крыльями и нимбом.

Мира действительно стояла за спиной матери и наблюдала за ней. Никита не представлял, каково это, знать, что это твой родной человек, но абсолютно не помнить этого. Забыть все теплые воспоминания. Юноше стало больно от этой мысли. Он хотел создать для нее новые теплые воспоминания. И знал, как это сделает. Пока не поздно. Пока она не успела раствориться в небе окончательно.

Он долго разговаривал с Ингой Елизаровой, которая рассказывала про то, какой ее дочь была в детстве, в младших и средних классах. А он слушал, наблюдая, как Мира, стоявшая возле матери, узнавала о своей жизни все больше и больше. Наблюдал до тех пор, пока Мира не растворилась в воздухе. Видимо, пришло время ей поднакопить сил.

Инга сообщила ему, что через несколько дней у Миры будет день рождения, и ей исполнится восемнадцать лет. Поняв, что это будет последний день Миры в роли его ангела-хранителя, Никита поник. Не хотелось об этом думать. Но в голове его тут же созрел план. Парень вспомнил, как Мира в день его совершеннолетия сказала: «Будь я бы на твоем месте, обязательно пошла бы отмечать свое совершеннолетие где-нибудь в клубе или в караоке». Он не мог повести ее ни в клуб, ни в караоке, но в голове тут же созрел план.

Этот день наступил быстро. Никита чувствовал грусть и отчаяние из-за того, что ничего не может изменить. Он не знал, как доказать любовь. Как ее вообще доказывают? Покупают цветы, конфеты? Или делают дорожку из лепестков роз с последующим романтическим вечером? Только вот зачем все это нужно Мире? Ведь все предыдущее — это вопрос финансовых возможностей, но деньги — не главное в любви. Должны быть действия и чувства: готовность всегда помочь, пожертвовать своим временем и силами, несмотря на собственные планы. Любовь — это когда ставишь интересы близкого человека выше своих. Только вот у парня не было возможности доказать этого. Поэтому он чувствовал себя лжецом. Ведь столько раз обещал Мире, что она будет жить. И, получается, не сдержал обещания. Но у него еще теплилась в душе надежда и приятные ожидания. Хотя бы на этот день. Этот день он хотел сделать особенным несмотря на то, что он пролетит так же быстро, как все предыдущие. Даже если он будет последним, который он проведет с Мирой. Никита хотел, чтобы она запомнила эти мгновения.

Проснулся парень довольно рано для выходного дня. Была суббота. За окном светило солнце, пели птицы. День обещал быть чудесным. Парень открыл окно впуская свежий воздух. Начало нового месяца. Апрель и май были самыми его любимыми месяцами в году. Месяцы, когда уже не холодно, но еще и нежарко. И погода в их городке в это время казалась ему идеальной. Месяцы, когда все вокруг начинает цвести и приобретать зеленые оттенки. И появляется мотивация что-то делать.

С прекрасным настроением Никита спустился на кухню. Он хотел поговорить с матерью, пока не появилась Мира. Все-таки он планировал сюрприз. Мама готовила завтрак: сырники из домашнего творога. Несколько уже лежало на тарелке, а мать смазывала их сметаной и посыпала сахаром.

Парень поздоровался с ней и поцеловал в щеку, отчего женщина расцвела, улыбнувшись. После этого направился в ванную, чтобы выполнить утренние процедуры. Когда вернулся, Виктория уже ставила чашки с чаем и сырники на обеденный стол. Никита уселся напротив нее и принялся за еду.

— Мам, тут такое дело… — начал он.

— Что ты уже натворил? — спокойно спросила она, улыбнувшись. Он был рад, что мама начала отходить понемногу после развода с отцом, и теперь она все чаще находилась в хорошем настроении.

— Ничего! — изумился он. — Какого же ты мнения о своем сыне?!

В ответ женщина лишь усмехнулась.

— На самом деле я хотел попросить у тебя ключи от дачи на сегодняшний день. Мы просто с друзьями хотим отдохнуть, повеселиться. Обещаю, никакого алкоголя не будет! — вставил он, когда мать подозрительно посмотрела на него.

У них была дача, которая досталась маме. Небольшой домик за городом, куда они раньше всей семьей приезжали, чтобы отдохнуть на природе, пожарить шашлыки. После смерти Дианы они не собирались там ни разу. Лишь ездили несколько раз, чтобы навести порядок: покосить траву, убраться в доме, поухаживать за цветами.

— Конечно, возьми. Хоть свежим воздухом подышите. Может, тебе помочь с готовкой, раз у меня сегодня наконец выходной? Могу пару салатиков приготовить.

— Нет, мам, не нужно. Мы будем шашлык готовить на мангале. Купим зелени, помидоров, огурчиков. Повезло с солнечной погодой.

— Ну, а денег-то тебе дать? — вновь спросила мама.

— Не нужно, у меня есть накопления.

— Сынок, нет ничего постыдного в том, если ты будешь у меня брать деньги.

— Нет, мам, пора уже самостоятельно зарабатывать. Только вот сейчас экзамены сдам для твоего душевного спокойствия, а летом пойду подрабатывать. Я ведь уже совершеннолетний, больше вариантов для подработки. И, на самом деле, когда я лежал в больнице, ко мне приходил отец. И мы, кажется, с ним помирились. Он дал немного наличных денег мне для карманных расходов.

Мама в ответ улыбнулась.

— Я рада, что вы с отцом будете общаться. Тебе не нужно обижаться на него за чувства. Ведь как бы сильно ни хотели, мы, люди, не можем бороться со своими чувствами и влечением к другому человеку. Я уверена, что Дима не хотел этого и желал сохранить нашу семью. Но ты уже взрослый и должен понимать, что наш разум бессилен в делах, которые касаются любви. Лишь сердце видит из множества других родного и близкого человека. Знаешь, говорят даже, что браки заключаются на небесах. Значит, судьба, несмотря на преграды и трудности, сведет двух влюбленных.

Никита вздрогнул, когда мама сказала про браки на небесах и вспомнил слова ангела силы о том, что его и Миры судьбы еще не известны.

— А ты еще любишь его? Скучаешь? Ты злишься? — спросил он, наблюдая, как мама допивает свой кофе и доедает сырник.

По ее выражению лица Никита понял, что для мамы это тяжелая тема.

— Я любила его, но последние месяцы нашего брака были невыносимыми. Сейчас я понимаю, что это, наверное, была больше привязанность, чем любовь. И я не виню сейчас твоего отца за чувства к другой. И этой женщине я зла не желаю. Мне бы просто хотелось остаться с Димой хорошими друзьями хотя бы потому, что у нас есть ты. Тем более появился человек, который мне очень нравится…

— Так-так, — улыбнулся парень. — И кто же он?

— Я с ним работаю. Ладно, признаюсь. На самом деле, это мой начальник, — усмехнулась она. — Владелец строительной компании, в которой я работаю. И, знаешь, я заметила, что с ним мне проще, чем с Димой. Мне никогда не нравилось, что у моего мужа модельное агентство. Я постоянно ревновала, потому что возле него крутилось множество красивых девушек. В данном же случае с Егором мне проще общаться. Нас объединяет не только работа, но и общие интересы. Он всегда понимает, когда я начинаю описывать новый проект, который находится только на этапе разработки. Ведь до того, как создать свою компанию, он тоже работал дизайнером интерьера. Ему нравится читать, как и мне. У нас общие взгляды на жизнь. И вообще я очень рада, что вышла рано на работу. Это помогло мне легче пережить развод. Чтобы не думать о плохом, нужно загружать себя чем-то, ведь это может привести только к хорошему. Любимое дело спасло меня от депрессии.

Так вот почему последнее время мама стала выглядеть гораздо лучше. Она словно светилась. И Никита был благодарен этому Егору за это. Такой человек точно нужен его маме.

— Так вы встречаетесь? — продолжил расспросы парень.

— Пока что нет, — смутилась Виктория, а щеки порозовели у нее от стеснения. — Мы просто каждый рабочий день обедаем вместе, пару раз ходили на свидания. Но я чувствую, что нравлюсь этому человеку, а еще знаю, что он очень нравится мне.

— Я рад за тебя, — искренне ответил Никита. — Хочу с ним познакомиться.

На этом их разговор закончился. Парень помог матери убрать со стола, после чего поднялся в свою комнату. Наконец появилась Мира, которая, видимо, слышала их с мамой беседу. Интересно, знает ли она, что сегодня ее день рождения? Слышала ли его беседу с Ингой?

Вид девушки казался поникшим. Словно она уже мыслями была в завтрашнем дне, когда им придется расстаться…навсегда…Однако Никита тут же прогнал эту мысль прочь. Ведь у них есть сегодня, которое они проведут вместе.

— А у меня для тебя сюрприз, — тут же выдал парень.

— Какой? — удивилась она.

Она была, как и всегда, очень красивой. Никита невольно залюбовался ее светлыми волосами и длинными ресницами, обрамляющими светло-голубые глаза. Ларионов не сразу услышал ее вопрос, и лишь когда девушка помахала перед ним рукой, очнулся.

— Увидишь, — улыбнулся он.

До дачи они добирались на электричке. Поездка длилась около часа, но для Никиты пролетела незаметно. С Мирой в электричке они не разговаривали, так как в вагоне находилось немало людей. Лишь сидели рядом, и оба смотрели в окно. Однако в один момент Мире пришлось встать, так как пожилая бабуля, севшая на электричку на одной из станций, уселась рядом с Никитой. Парень тут же поднялся следом. Мысленно показал ангелу на сиденье, но она качнула головой. Тогда парень встал рядом с ней. Негоже ему сидеть, когда любимая девушка стоит. Честно говоря, сначала парень разозлился, ведь он совсем забыл, что для других людей Мира невидима. Это он считал ее реальной, а вот остальные видимо уже никогда не поймут этого.

Добрались до поселка они к полудню. Это было небольшое поселение, в котором построены, в основном, дорогие частные дома. Осталось несколько коренных жителей, живущих на краю деревушки. Этим людям принадлежали домики, которые выделялись среди остальных своей простотой и маленькими размерами. Однако отец Никиты хорошо ладил с ними. В детстве парень слышал, как кто-то их коренных жителей говорил отцу:

— Понаехали, понастроили богачи, как будто у нас тут не поселок, а престижный частный сектор.

Тогда Никита не понимал, почему в таком случае они общаются с его отцом, ведь он тоже небеден. Но только позже Ларионов-младший понял, что никто из этих стариков и старушек не считал Дмитрия Ларионова богачом, ведь домик, в который они приезжали с семьей, остался от прежних владельцев: маленький, с небольшим двориком, где был и уличный туалет, и колодец, как и подобает деревенскому дому. Единственное, что изменил отец — сделал ремонт в доме. Другие же владельцы сносили старые постройки и строили новые дорогие дома с удобным обустройством как в городе: водопроводом, проведенным газом и даже бассейном, хотя рядом располагалась не обмелевшая речка, в которой Никита с Дианой плескались каждое лето.

Из коренных жителей только старики и старушки и остались, вся молодежь уехала учиться и работать в города. Единственное удобство, которым они располагали — это электричество и хорошая связь. Однако богачам они вовсе не завидовали, а просто злились на то, что их маленькую Родину так изменили до неузнаваемости. Вот они и жаловались Дмитрию в свое время и благодарили его за то, что он не стал сильно менять обустройство двора и дома, ведь раньше там жила сестра соседа.

Деревенька состояла из трех больших переулков, которые окружали невысокие холмы, большое поле, где паслось максимум пять коров коренных жителей, и та самая речка. Ступая по тропинке от станции, на которой они вышли с Мирой, парень испытывал чувство ностальгии. Вспоминал их дружную семью с улыбкой.

— А что мы тут делаем? — спросила Мира, ступая по сухой земле босыми ступнями. Ее белые крылья волочились шлейфом следом.

— Приехали отмечать твой день рождения, — улыбнулся он и, не сдержавшись, взял девушку за руку.

Мира не выглядела удивленной. Как будто бы знала.

— Я ожидал увидеть больше эмоций на твоем лице, — усмехнулся Никита.

Девушка в ответ улыбнулась, щеки ее порозовели.

— Я просто слышала, как ты разговаривал об этом с моей мамой, — пояснила Мира. — Спасибо тебе.

— Пока рано благодарить. Основной сюрприз вечером.

Дальше они до дома шли молча. На некоторых деревьях уже из почек появлялись листья, светило солнце, создавая прекрасное настроение. Трава в поле выросла пока что только по щиколотку. Никита помнил, что летом, когда они последний раз приезжали сюда с Дианой, трава доставала им до пояса.

Наконец они добрались до домика. Ларионов заковырял ключом в калитке. Из двора домика напротив вышел старик, закуривая сигарету.

— Никитка, ты что ли? — прохрипел дед Митя. Отец хорошо общался с ним, когда они с семьей приезжали сюда, потому что раньше в домике, который купил отец, жила сестра старика. Тот был рад, что он почти ничего не изменил во дворе с тех пор, как она умерла.

— Вы угадали, — улыбнулся парень в ответ.

— Так повзрослел, возмужал, я тебя и не сразу узнал. Думал уже твоему отцу звонить, говорить, что в ваш дом кто-то проникнуть решил. А ты чего один, без родителей?

— Родители развелись, — немного подумав, ответил парень. Ему стало грустно от той мысли, что вряд ли он приедет сюда вместе с отцом и матерью. — А я решил с друзьями отдохнуть. Они вот скоро подъехать должны, — соврал он следом.

Дед Митя еще спросил, как у него дела, куда хочет поступать, задал несколько других вопросов, а затем они попрощались. Никита наконец отомкнул калитку и зашел во двор. И на него тут же обрушилось еще больше воспоминаний.

Отец оставил забор деревянным, не стал возводить такой, через который ничего не видно, как у них дома и как у многих других богачей. Хотя Никита запомнил, как он планировал заменить деревянные столбы металлическими, а затем еще и сделать ворота для того, чтобы было проще загонять машину во двор. Но несмотря на это, Дмитрий хотел оставить забор в деревенском стиле: низким, чтобы соседи могли спокойно здороваться и переговариваться с хозяевами. А люди, коренные жители, в этой деревеньке отцу всегда нравились. Никита считал забавным здороваться с каждым прохожим. Но так устроена жизнь почти в каждом небольшом поселении — все друг друга знают. Никита запомнил, как они с Дианой в детстве играли с внуками, приезжавшими к дяде Мите и другим старикам. Отец хорошо общался с детьми стариков, они иногда собирались семьями и жарили шашлыки.

Мира обвела восхищенным взглядом небольшой домик, стоявший в центре двора. Рядом с домом, как и раньше, растет яблоня. Трава во дворе была довольно высокой. Хорошо, что мама этого не видит, иначе бы начала Никите опять рассказывать про то, на что способны ужасные клещи. В углу двора до сих пор стояла старая будка с миской. Раньше, когда они оставались здесь на несколько недель, мама постоянно клала в эту миску еду, подкармливая тем самым кошек и собак, свободно бегавших по деревне. Правда, вторые забредали к ним реже. А вот кошки часто прятались от дождя в будке, которая осталась от прежних хозяев. А еще сзади дома стоял умывальник, колодец и небольшая баня, где приходилось топить печь перед тем, как скупаться.

К дому вела тропинка, выложенная из камня, поэтому Никите с Мирой не пришлось пробираться через высокую траву. Парень ступил на деревянный порожек и отпер дверь старого каменного дома. Несмотря на годы, он выглядел довольно хорошо и уютно. Домик состоял из одного этажа. На переулок смотрели два больших окна и маленькое окошко с чердака. А вот другая стена обросла виноградником и выглядело это сказочно.

Парень пропустил Миру первой в дом. Внутри все было обустроено так же, как он и запомнил. Из небольшой прихожей они попали в кухню, где стояла белая печь, деревянный стол и холодильник. Через окно с белой ажурной занавеской проникало много света.

— Когда мы с Дианой были детьми, мама говорила нам, что за этой печью живет домовой, — улыбнулся воспоминаниям Ларионов.

— А может, и правда, — пожав плечами, усмехнулась Мира. — Знаешь, я бы не сказала, что в доме прямо много пыли. Как будто кто-то присматривал за ним. Тем более теперь ты точно знаешь, что сверхъестественное существует. Я тому живое подтверждение, — сказала девушка, а потом осеклась. — Ну, почти живое.

— Не говори так, — неожиданно для самого себя разозлился Никита, беря девушку за руку. — Все будет хорошо. Лучше давай я тебе покажу комнату, где мы с Дианой жили, когда приезжали сюда.

Но сначала Никита показал ей спальню родителей с большой двухспальной кроватью посредине. Небольшой коридорчик привел в комнату, в которой Никита когда-то оставил свое детство. Особенно после того, как умерла сестра.

Комната оказалась самой большой в доме. Слева и справа стояло по одной старой односпальной кровати с пружинами и матрацем. Тем самым, комнату как будто поделили на две части: для Дианы и Никиты. На одной из кроватей лежала стопка перьевых подушек и несколько мягких игрушек. Над каждой кроватью висел ковер, несмотря на хорошо покрашенные белые стены. Но отец решил сохранить эту изюминку дома. В углу стоял старый телевизор с доисторической приставкой, на которой Никита в детстве любил играть в игру «Super Mario».

— Иногда мама находила нас спящими в одной кровати в обнимку. Она не знала, что сестра часто мне на ночь читает сказки, а когда мне исполнилось десять, мы часто перед сном играли в карты, — улыбнулся воспоминаниям Никита.

В подтверждение его слов рядом с той кроватью, на которой сидели игрушки и лежали подушки, стоял небольшой книжный шкаф, на котором пылились детские книжки. Никита даже не думал, что будет так больно вспоминать. Как будто, когда он вспоминал, забывал, что сестры больше нет. Говорят, что человек жив, пока о нем помнят. И когда парень подумал об этом, он улыбнулся. На сердце стало немного теплее. Потому что о Диане он будет помнить всегда.

Они вышли обратно на улицу. В доме при входе еще была пристроена небольшая веранда, выходящая на дорогу. Там стояла деревянная качель и небольшой столик с плетенными стульями, где они с семьей, в основном, завтракали летом.

Никита поставил на стол на веранде пакет с продуктами, который взял с собой. Мысль, которая огорчала его — еда только для него, потому что Мира не нуждается в пище. Парень сел на стул, не отводя взгляда от Миры.

— Сегодня дом в нашем распоряжении. Можем поиграть в приставку, если она, конечно, работает, или могу устроить экскурсию по деревне, — улыбнувшись, сказал Никита. — Но основной сюрприз ждет тебя вечером.

— А ты меня заинтриговал, — скрестив руки на груди, отвечает девушка. — А я бы хотела погулять. Такая замечательная погода. В последний день хочу почувствовать себя обычной смертной.

Никита ничего не ответил. На время он забыл, что это последний день с Мирой. В груди больно закололо, но он держался. В душе жила надежда, что все будет хорошо, что она не уйдет. Только зачем лишний раз терзать свою душу ложными надеждами? Если ожидать худшего, то и разочарований по итогу будет меньше. Только как он может думать о плохом, если Мира вот она, красивая и улыбающаяся, настолько реальна, что невозможно поверить, что завтра ее уже не будет. А может этот день — последний его шанс все исправить. Нет, хотеть надо большего и верить в лучшее.

Они вышли со двора и направились в сторону поля, где паслось несколько коров. Зеленую траву пересекала двойная тропинка — следы от колес автомобиля. Зеленая трава, чистое голубое небо, свежий воздух и любимый человек рядом. Что может быть лучше? Никита взял девушку за руку.

— Прости, что без подарка. Так и не придумал, что можно подарить ангелу. Я знаю, что ты ничего не помнишь из своей жизни, но я очень надеюсь, что у меня получится создать для тебя новые приятные воспоминания. Помни обо мне, хорошо? Что бы ни случилось завтра, — обернувшись к девушке, попросил Ларионов.

В ответ девушка переплела свои пальцы с его, от чего на душе стало теплее.

Мира была восхищена. Никита привез ее в замечательное красивое место. У нее день рождения… Парень так и не понял, что воспоминания, которые он дарил ей в течение пары месяцев стали для нее самым лучшим подарком. А сегодняшний особенный. Сегодня она станет немного ближе к тому, чтобы стать опять смертной. Ведь когда она становилась невидимой для Никиты, ее ангельское существо возвращалось. Чем дольше Мира находится рядом с Никитой, тем больше она становится человеком. Только вот сегодня последний день, и она может позволить себе не исчезать, быть рядом с ним. Последний день…

— Я должна тебе кое-что рассказать, — держа за руку парня и шагая по тропинке через поле, плавно переходящее в невысокие холмы, сказала ангел.

В ответ парень вопросительно посмотрел на нее. Она должна рассказать ему про Диану. Умолчит она лишь об одном. О том, что Диана просила сохранить жизнь Никите. Ведь в таком случае она должна умереть сама.

— Я видела твою сестру, когда ты лежал в больнице.

Глаза парня округлились.

— Она ангел-хранитель твоего отца, Никит, — еще больше удивила своим ответом девушка.

— И…и как она там? — сглотнув, спросил парень. Он старался держаться, но Мира видела, как трудно ему приходится. Поэтому девушка решила пойти на ложь.

— Она попросила меня передать тебе привет и сказать, что у нее все хорошо, — соврала ангел. — А еще она тебя очень любит и искренне хочет, чтобы у тебя все было хорошо. — Насчет последнего девушка не солгала.

Никита сделал глубокий вдох, переваривая информацию.

— Спасибо, что рассказала, — наконец сказал Никита. — Я очень рад, что она в порядке. А еще, что находится рядом.

После этого некоторое время они шли молча. Через несколько минут дошли до речки, к которой спустились по крутому спуску, а затем сели на мостик, с которого рыбаки обычно ловили рыбу.

— Когда тебя избивали, я кое-что вспомнила, — возобновила разговор Мира.

— Правда? Что? — оживилась девушка.

— В тот вечер, когда случилась авария, я сильно поругалась с Глебом. А затем, случилась эта трагедия.

— Я знал, что этот Глеб подонок, — усмехнулся парень, даже не удивился. Конечно, ведь именно он организовал его избиение — Его брат такой же.

— Ты хочешь сказать, что его брат был парнем Дианы? — Мира вспомнила сцену, когда Никита кинулся в драку с Костей. В тот момент там был Глеб.

— Именно, — подтвердил Ларионов. — Семейка идиотов. И трусов. Он просто понял, что сам со мной не справится, поэтому и притащил с собой дружков. Слабак… — говорил Никита с усмешкой. Девушка не услышала ни капли гнева или злости в его голосе. И была рада. Значит, не держит зла.

Видимо парень решил не продолжать этот разговор. Потому что, опустившись на корточки, он дотронулся до поверхности воды, блестящей на солнце. Мира подошла к реке, в которой отражался только Никита, но не она. Значит, ей удается еще держаться, и пока она не обрела полную материальность. Однако от этого легче не становилось. Было наоборот грустно. Всего лишь дух, которого никто не видит, кроме Никиты. Всего лишь оболочка, которую завтра и вовсе никто не увидит, ведь она окончательно умрет.

Никита видимо сразу понял, в чем дело, потому что в следующую секунду нежно обвил ее талию рукой и ободряюще улыбнулся. Взгляд Миры случайно опять упал на серебрящиеся в лучах солнцах потоки воды. Рот сам открылся от удивления. Теперь она отражалась в реке, только без крыльев и нимба, лишь в одном белом платье. Как будто с Никитой она тут же становилась человеком…

— Умирать страшно? — спросила она, не отрывая взгляда от своего отражения.

— Не знаю, — печально произносит он, дотрагиваясь губами до ее волос и обнимая. — Но мне очень страшно. Не умирать. Нет. Страшно тебя потерять. Потому что я уже терял. И не готов пережить это снова.

Мира не ответила. Ведь нет смысла снова поднимать тему того, что он ничего не сможет изменить.

— Во сне ко мне приходил ангел силы и сказал, что, чтобы спасти тебя, я должен доказать свою любовь. Только я так и не понял, как должен это сделать.

Ангел тут же отстранилась и заглянула ему в глаза. Это то, о чем говорила Диана! Если он докажет, то может погибнуть! Только не должен знать об этом. Поэтому девушка воскликнула:

— Ты доказал. Ты давно мне все доказал! И я, кажется, тоже тебя люблю. Я не помню, каково это…любить. Но спасибо, что помог узнать прошлую жизнь и даже понять, что это за чувство.

Они соприкоснулись лбами, и Никита тихо прошептал ей в губы:

— Это ты помогла мне понять, что такое любовь, глупышка. — Она улыбнулась в ответ от этого милого слова, обнимая парня за плечи. — Мы найдем способ. Мы сможем. Мы сделаем это вместе.

Если бы Мира могла плакать, она бы это сделала. Но ангелы не плачут. Ангелы вообще не должны испытывать тех чувств, что она питает к своему подопечному.

— Обещай, что, если это случится, ты найдешь способ связаться со мной. Если, конечно, это будет кто-то из нашего города или ближайшего. Обещай, что, если когда-нибудь увидишь меня, подашь знак. Ты смогла заговорить с Глебом тогда, во дворах, значит, сможешь и со мной.

Дурачок…как же он не понимает, что она может это все потому, что еще жива. А потом все будет совсем иначе. Потом она перестанет быть особенным ангелом-хранителем.

— Обещаю, — солгала она, напрягаясь всем телом и утыкаясь носом в плечо любимого.

Ближе к вечеру, когда солнце начало скрываться за горизонтом, оставляя за собой на небе розовые и оранжевые облака, Никита наконец поел. Он держался изо всех сил, потому что не хотел есть в присутствии Миры, но ангел настояла. Сейчас на уличном столе, расположившемся на веранде, стояли вымытые фрукты и бутерброды. Парень вытащил на веранду старый телевизор с DVD и старым диском, предназначенным для караоке, собираясь преподнести ангелу-хранителю основной сюрприз. Подключив микрофон к телевизору, он вставил в дисковод нужный диск. Все мигом заработало, и тогда парень заявил с улыбкой:

— А вот и основной сюрприз. Я помню, ты сказала, что хотела бы на совершеннолетие пойти в караоке. Решил, тебе понравится.

Ее губы расплылись в нежной улыбке, а глаза наполнились удивлением.

— Но я не знаю как…

— Я спою с тобой первую песню. Но предупреждаю! У тебя завянут уши, потому что пою я отвратительно.

— Да ладно, я слышала, как ты подпеваешь в душе. Не так уж и плохо, — усмехнулась девушка.

— Ты…что?! — возмутился он. — Я не пою в душе!

— Значит, у тебя есть брат близнец.

— Надеюсь, ты хоть не подглядываешь за мной, пока я купаюсь.

— А ты не смущайся! Чего я там не видела? — засмеялась она.

— Мира! — лишь в возмущении воскликнул Ларионов.

Спорили они недолго. Никита наконец включил песню, и они вдвоем запели песню «Чумачечая весна» Потапа и Насти. Со стороны это выглядело очень забавно. Оба сбивались с ритма, не попадали в музыку, но были счастливыми, и это главное. Пел Никита действительно отвратительно, но он лишь надеялся, что соседи не услышат.

Потом пришел черед Миры петь одной.

— Ветер с моря дул, ветер с моря дул, нагонял беду, нагонял беду, — запела она старую песню Натали под мелодию, плавно двигаясь в танце одновременно. А Никита с восхищением наблюдал за ней. Пела она прекрасно. И двигалась отлично. Крылья с нимбом его совсем не смущали. Словно забыл про них. Видел только Миру.

— Как будто бы я слышала эту песню, — сказала девушка, закончив куплет.

— Уверен, слышала. Это старая песня.

Пока Мира допевала, Никита удалился в дом, чтобы взять несколько свечей, потому что на улице стремительно темнело, а свет на веранду отец не провел. В дом заходить не хотелось, ведь во дворе было свежо, пахло зеленью. Возможно, завтра пойдет дождь, потому в воздухе ощущалась сырость, так обычно пахнет перед ливнем. Нужно насладиться хорошей погодой.

Пока он искал свечи в старом серванте, стоявшем в спальне родителей, зазвонил телефон. Звонила мама, и Никита тут же взял трубку.

— Да, мам, что-то случилось? — с тревогой спросил он.

— Нет, мне просто позвонил дед Митя и сказал, что какая-то девушка из нашего двора поет, а звуки доносятся на всю улицу. Попросил быть потише. Ты что, соврал мне, и поехал на дачу не с друзьями, а с девушкой? — с усмешкой спросила мама.

— Да, прости. Так и есть. Не ругайся.

— Не буду, если потом познакомишь меня с ней. А то последнее время я не очень интересовалась твоей личной жизнью. Ты хоть накорми девушку. Помни, что путь к сердцу лежит через желудок не только у мужчин. И это…Никит. Я надеюсь, мне не стоит переживать. Мы с твоим отцом мало проводили для тебя бесед о предохранении.

— Мама! — засмущавшись, воскликнул он. — Ничего такого! Пока!

И от отключился. О таком говорить с мамой было неловко, и он не смог выдержать этот вопрос. А потом Никита вернулся к мысли о том, что голос Миры услышал кто-то кроме него. И не по воле самой девушки. Это значило лишь одно. Случилось то, о чем она говорила. Она становится более материальной и более человечной.

Но говорить об этом Мире он не стал, чтобы та не переживала. Просто вернулся на веранду, зажег несколько свечей на столе и выключил караоке. Они сели на качель, принялись рассматривать небо и разговаривать. Они говорили о чем угодно, но только не о завтрашнем дне. Каждый старался не думать об этом, наслаждаясь настоящим моментом.

Когда выступили первые звезды, Мира начала спрашивать про детство Никиты.

— Ты помнишь всех детей, с которыми вы здесь с сестрой играли? Хоть с кем-то сохранил связь? — спросила ангел.

— Нет. Многие приезжали на один или пару дней. Тогда нам с сестрой было скучно, и мы хотели хоть с кем-нибудь побегать или поиграть. Это были дети богачей чаще всего, но иногда мы играли, если везло, с внуками стариков, которые приезжали с родителями в деревню. Помню несколько мальчиков и одну девочку. Забавная была, — усмехнулся воспоминаниям Ларионов. — И имя необычное.

— Расскажи, — попросила Мира.

И он, разглядывая звезды в темном небе, которые грозили заслонить облака, принялся рассказывать…

Много лет назад…

— Никита, пойдем погуляем, — сказала девочка с темными волосами, глядя на своего младшего братишку.

Они находились в своей комнате. Девочка сидела на кровати и читала книжку. Она была на три года старше своего брата, который только должен был пойти в первый класс. Никита сидел на полу и играл в кубики, строя высокую башню. Он был спокойнее сестры, которая не могла долго времени усидеть на месте и заниматься чем-то одним. Вот и книжку эту она уже столько раз читала, что стало скучно.

— Пойдем, — веселым голосом ответил он, не отрываясь от башни. — А во что играть будем, Диан?

— В прятки! — тут же оживилась сестра.

Диана на скорую руку заплела себе косичку и помогла брату собрать кубики в коробку, после чего они направились во двор, пока мама готовила ужин, а отец рубил дрова на заднем дворе, чтобы вечером затопить печь. Апрель в этом году был прохладным.

Они приехали на несколько дней, пока у Дианы не закончились каникулы в школе, но ни она, ни Никита не хотели уезжать обратно в город.

— Чур ты считаешь! — тут же воскликнула сестра, убежав прятаться.

Никите ничего не оставалось, кроме как смириться с этим, ведь, как говорил папа, девочкам нужно уступать. Мальчик повернулся к углу дома и принялся считать:

— Один, два, три, четыре…

Досчитал он до пятидесяти, после чего побежал искать Диану. Посмотрел везде: под столом на веранде, в небольшом сарайчике и бане, за будкой и деревом. Даже у отца спросил, не видел ли он Диану, на что отец улыбнулся и в отрицании покачал головой. Так он сестру и не нашел. Вот Дианка! Нарушила их правило, которое они всегда устанавливали, когда играли в прятки на улице: прятаться только во дворе, ни за его пределами, ни в доме.

Он раздумывал, куда пойти сначала. Но, открыв калитку, решил посмотреть на переулке. Никита дошел до соседнего двора, но так и не нашел сестру. Скорее всего в доме под кроватью спряталась, хитрая такая! Однако не успел он направиться обратно ко двору, как услышал девичий голос:

— Отстаньте от меня! А то сейчас возьму камень и попаду кому-нибудь в глаз!

В ответ донеслись детские смешки. Тогда Никита оббежал соседский дом и увидел, как трое мальчишек обступили маленькую девочку со светлыми косичками. Одета она была в белое платьице и босоножки. Держа в одной руке плюшевого мишку, другой она подняла с земли камень, грозя обидчикам им.

— И что ты нам сделаешь? — засмеялись мальчишки. — У таких веснушчатых, как ты, с глазами наверное даже не все в порядке! Даже не попадешь.

Они были старше ее примерно на год. Но девочка не плакала, держалась воинственно. Ее лицо изменилось в гневе.

— Отстаньте, дураки! Папа сказал, что у меня красивые веснушки и солнце меня любит! А вы вон бледные, как зомби!

— Это кого это ты зомби обозвала?! — закричал главарь, видимо самый старший, наступая на девочку.

И тогда Никита бегом кинулся к ней. Так вот в чем дело! Они смеются над ее веснушками! Мальчик взглянул на ее лицо и не увидел повода для смеха. Веснушки, наоборот, украшали ее лицо. И вообще, девочка показалась ему красивой.

— А ну отстаньте от нее! — заслоняя девочку собой, вступился он. Ему не было страшно несмотря на то, что соперники были старше.

— Ой, а ты кто такой? — засмеялся один из обидчиков.

— Твой ночной кошмар! — заявил Никита. Он видел, как подобное говорили в фильмах.

В ответ мальчики засмеялись.

— Да он влюбился в нее, пацаны. Все понятно. В такую веснушчатую уродину, — засмеялся самый главный и самый старший.

— За словами следите! — вновь вступился мальчик.

— Ладно, пойдемте! Оставим Ромэо и Джульетту наедине, — засмеялся другой хулиган, и после этого троица удалилась.

Никита повернулся к девочке и спросил:

— Они тебя не ударили?

Девочка помотала головой.

— Я бы и сама справилась, — буркнула она, прижимая плюшевого мишку к себе и выкидывая камень.

— Значит, извини, что вмешался, — обиженно сказал мальчик, и уже хотел уйти, надув щеки, но она остановила его.

— Спасибо! Как тебя зовут? Я попрошу папу пригласить тебя за стол. У нас там вкусное мясо с картошкой, и бабушка пирог еще испекла.

— Я Никита.

— А меня зовут…

Девочка не успела ответить. Со двора донесся мужской голос:

— Славка, ты где? Иди кушать!

— Иду, папочка! — крикнула девочка. — А можно мне друга в гости позвать? Он вступился за меня перед хулиганами!

— Конечно, зови этого рыцаря.

Отец Славы был высоким крепким мужчиной, но лицо выглядело так добродушно, что его высокая фигура Никиту даже не испугала. Он зашел за девочкой в дом. В зале уже был накрыт небольшой стол, где сидела бабушка Нюра, их соседка, которая поприветствовала мальчика и посадила его рядом с внучкой. Как и сказала Слава, мясо с картошкой были очень вкусными. Однако позже баба Нюра принесла торт со свечками. И пока они вместе пели песенку «С днем рождения тебя», девочка загадывала желание, а затем, набрав побольше воздуха, разом задула все.

Никите стало неловко, ведь его Слава пригласила на день рождения, а он даже подарка не приготовил. Поэтому мальчик поспешил уйти, сказал, что родители его, наверное, уже ищут. Тогда Слава сказала, что проводит гостя.

Они вышли за двор. Никита пытался скрыть свою неловкость, надув щеки. За двором он увидел тюльпан, только распустившийся. Пока девочка не видела, он быстро одним рывком сорвал цветок и протянул его имениннице со словами:

— С днем рождения! Извини, что не приготовил подарок получше. Я не знал.

Она в удивлении распахнула глаза, обрамленные густыми ресницами, со словами:

— Ничего страшного. Главное не подарок, а внимание.

А затем она легонько чмокнула его в щечку, принимая цветок, после чего сразу же убежала в дом. А Никите осталось только наблюдать за ней.

Дома его и правда искали. И даже наказали, когда он вернулся, поставив в угол. Но он не сильно переживал, потому что встреча со Славой наполнила его душу радостью. Девочка ему сильно понравилась, однако больше в деревне он ее ни разу не видел. Только позже из разговора отца с дедом Митей Никита узнал, что в той семье случилась какая-то трагедия.

Глава 17

Капли дождя громко и часто стучали по крыше. Сквозь сон Никита подумал, что кто-то стучится в дверь, но распахнув глаза, парень понял, что причиной его пробуждения стали не незваные гости, а ливень. Он спал так крепко, что не сразу понял, что находится не в своей комнате, и только спустя минуту вспомнил, что вчера они с Мирой приехали в деревню. Мира… парень завертел головой, стараясь не думать о том, что она уже могла его покинуть. Но, к счастью она лежала рядом. Никита вспомнил, что вчера он сдвинул две кровати вместе в комнате, где они раньше спали с Дианой.

Мира спала. Так беззаботно, словно она была живым человеком. Ларионов, залюбовавшись, убрал светлую прядку волос с ее лица, заправив за ухо. Девушка поежилась, закутываясь сильнее в одеяло. Сегодня в доме было холодно, поэтому парень сам натянул одеяло до ушей, и обняв Миру, прижался всем телом к ней, положив щеку к ней на плечо.

И только тогда он задумался. Ведь ангелы не спят… И ангелы не чувствуют холода или жары. Это значило только одно. Мире нельзя показываться людям, потому что, вероятнее всего, они смогут ее увидеть.

Вчера был чудесный день. Никита весь вечер рассказывал про то, как они с сестрой проводили время здесь. Однако он не заметил, как уснул на качели на веранде, а когда проснулся от холода, увидел, как Мира сжалась в комочек рядом с ним, и тоже, видимо уснула. Тогда он на руках перенес ее в комнату. Однако так не хотелось отдаляться от нее, что Никита сдвинул кровати вместе.

Внезапно Мира резко вздрогнула и проснулась, распахнув глаза, которые тут же забегали по комнате.

— Что случилось? — тут же взволнованно спросил Ларионов.

— Он здесь, — ответила она. — Он сказал, что я должна прийти в то место, где столб света рассекает тучи. И тогда меня не станет. Я должна идти.

Ангел тут же подскочила с кровати. Ее крылья тянулись за ней следом. Только сейчас парень понял, что ее нимб поблек, и его почти не видно. Это было и вчера. Но Никита совсем забыл про него, потому что Мира казалась ему обычным человеком.

Девушка уже хотела выскользнуть из комнаты, напоследок взглянув на своего подопечного, но Ларионов окликнул ее:

— Мира, я пойду с тобой.

Хорошо, что он взял с собой кофту. Правда, только одну. Как только они вышли из дома, Мира поежилась от холода, поэтому толстовку Никита тут же накинул девушке на плечи, оставшись в футболке.

— Ты замерзнешь и заболеешь! — возразила она.

Мира все понимала. Видимо она сразу догадалась, что полностью растеряла свою ангельскую силу.

Парень ничего не ответил на ее возражения. Тогда он понял, что девушка еще и босиком, а в доме не осталось даже старых калош. Никита подхватил ее на руки. К счастью, дождь немного стих и не лил столбом, потому что зонт он, конечно же, не додумался взять с собой за город.

Выйдя во двор, они действительно увидели столб света, а точнее луч, единственный пробивавшийся сквозь гущу темных туч. Это было за деревней, по другую сторону от железной дороги, откуда они пришли. Там, куда падал луч света, находилась автомобильная дорога, которая соединяла несколько поселений и город между собой.

Никита с Мирой на руках вышел со двора и направился в ту сторону. На голову неприятно капал дождь, стекая затем по лицу. Ангел легко заметила это и тут же прикрыла их обоих своими большими крыльями, которые еще были в ее власти.

— Тебе страшно? — вдруг спросил он, перешагивая через большие лужи.

— Нет.

— А мне очень страшно. Вновь терять того, кого я люблю. Мне следовало бы запереть тебя дома, особенно когда ты потеряла свои силы и не можешь вот так легко исчезать и проходить сквозь стены. Я бы на всю жизнь остался в этом доме, без воды, газа, интернета и других удобств, лишь бы с тобой.

Он избегал смотреть ей в глаза, обратив все свое внимание на грязную дорогу. Но он прекрасно видел, как Мира в изумлении уставилась на него, еще крепче обхватив его шею руками. Было приятно чувствовать ее горячее дыхание на щеке. Горячее…как у человека.

— Я тоже тебя люблю, — наконец ответила она, и парень облегченно вздохнул. Ему было так необходимо слышать это. — Не как подопечного. Я бы так хотела, чтобы мы были вместе. Если бы мне Гавриил предоставил выбор, вновь обрести ангельскую силу или остаться с тобой, даже существуя в этом странном состоянии между жизнью и смертью, я бы без раздумий выбрала второй вариант. Да, я была неправа, когда сказала, что мне не страшно. Я боюсь, что Гавриил лишит меня воспоминаний о тебе и о том, кем я стала благодаря тебе. Ангелом с прошлым и настоящим. Я что-то вспомнила и поняла, кем была при жизни. И это все только благодаря тебе.

До асфальтированной дороги оставалось несколько метров. Здесь она резко сворачивала за высокие деревья в сторону города. Ездили тут не очень часто, но дорога считалась опасной из-за резкого поворота. Поэтому на высокой скорости здесь ездить не разрешалось. Никита поставил девушку ступнями на свои кроссовки, чтобы ей было не так холодно стоять на земле, хоть он и понимал, что сейчас она пойдет к лучу света, падающему на мокрую траву на другой стороне дороги.

— Я тебя не пущу, — сказал Никита, обвив ее талию руками. В груди сердце застучало быстрее, паника нарастала с бешеной скоростью. Сейчас она исчезнет, и он никогда ее больше не увидит. — Этот ангел там? Я поговорю с ним.

Мира оглянулась на столб света, разглядела Гавриила, протягивающего ей руку.

— Ты не сможешь, — замотала она в протесте головой. — Он стоит там, а ты его даже не видишь.

Девушка обвила руками шею Никиты, не позволявшего ей ступить на землю. Она смахнула ладонью с его щек капли дождя, который не собирался заканчиваться. Это был уже не ливень, но и не тихий дождик. В груди Миры затаилось беспокойство. Все это ей не нравилось. Как будто какая-то часть силы сохранилась, и она предчувствовала беду. Такое уже было несколько раз, когда она чувствовала, что ее подопечному грозит опасность. Но сейчас все будет хорошо. Они расстанутся навсегда, и Никита будет жить. Она сделает что угодно, лишь бы он жил!

Ее нимб слегка светился, лишь напоминая о том, что Мира не человек. Однако в следующую секунду девушка потянулась к парню, поцеловав его теплые мягкие губы. Ей стало все равно, что видит Гавриил. Она должна попрощаться так, как сама хочет. Лучше сделать и пожалеть, чем не сделать и жалеть всю жизнь, пусть это жизнью Мира никогда не сможет назвать. Они слились в поцелуе, зная, что больше никогда не смогут сделать этого. Его теплые ладони блуждали от плеч к талии, а затем одной ладонью он коснулся подбородка девушки, другой рукой продолжая ее придерживать за пояс. Поцелуи сводили с ума. Ни с одной девушкой ему так не нравилось целоваться.

— Мне нужно идти, — прошептала она ему в губы.

— Я хочу с тобой, — ответил он так же тихо, пытаясь отдышаться.

— Ты должен остаться. Живи за нас двоих.

— Зря ты поцеловала меня. Теперь мне еще тяжелее отпустить тебя.

— Значит, мне придется отпустить тебя первой.

Она медленно убрала ладони с его плеч, напоследок нежно проведя пальцами по шее. Мира пыталась улыбаться, но у нее это плохо получалось. После вчерашнего дня Никита теперь никогда не забудет, как выглядит искренняя счастливая улыбка девушки, которую он полюбил. Ангел ступила на холодную землю и, напоследок взглянув на парня, отвернулась и зашагала в сторону дороги, которая находилась в нескольких метрах от них. Луч света будто по команде стал больше несмотря на то, что продолжал идти дождь. Холодные капли стекали по лицу, волосам. Белые крылья волочились следом, пачкаясь в грязи. Но даже так она оставалась ангелом.

Она не оборачивалась, а он смотрел, как девушка начинает переходить дорогу, все ближе оказываясь к столбу света. Он так засмотрелся на нее, что не сразу увидел выворачивающий из поворота автомобиль на высокой скорости. Конечно, это дорога для одностороннего движения, и ездят по ней довольно редко. В голове Никиты лишь успела пронестись мысль: она думает, что он проедет через нее, даже не затронув. Но он-то видел ее грязные ступни и крылья, утопающие в грязи. Он знал, что ее голос слышали другие люди.

Парень лишь услышал гудок машины, когда выскочил в несколько прыжков на дорогу, толкая Миру вперед. Она полетела вперед на траву, а он устремился вслед за ней.

Громкий звук тормозов оглушил его. Парень почти успел улизнуть от тормозящего автомобиля, который заскользил по мокрой дороге, но в следующее мгновение его бок пронзила острая боль, и он, кувыркаясь, отлетел к обочине. Где-то в далеке пронесся крик, глаза заволокло пеленой.

Лицо Миры стало последним, что он увидел. Она спасла его отца, а он спас ее. Круг замкнулся.

Мира думала, что успеет скрыться от автомобиля. Но вот последовал громкий гудок, а это значило, что водитель ее видит. Девушка хотела уже отпрыгнуть вперед, но времени оставалось слишком мало. Однако в следующее мгновение ее сильно толкнули в спину, так, что девушка упала в траву, больно прокатившись до этого коленками по асфальту. Она тут же повернула голову, наблюдая, как автомобиль, пытаясь затормозить, скользит по асфальту и как Никита спешит к ней. Но вот машина сбивает его в бок, отшвыривая на обочину дороги.

— Никитаааааа! — заорала она, подскакивая с земли и спеша к парню, лежащему на дороге и раскинувшему руки в стороны. Она даже не заметила, как по щеке скатилась слеза.

Мира опустилась на коленки рядом с юношей, когда он был еще в сознании. По шее ходили желваки, он сильно напрягался от боли, пытаясь перетерпеть ее и не закричать. Крови нигде не было, но от этого не становилось легче, потому что уже в следующую секунду она наблюдала, как Никита начинает отключаться.

— Нет, не закрывай глаза! — крикнула она, касаясь щек парня. Девушка начала шарить по его карманам в поисках телефона. — Не волнуйся, ты будешь жить, я сейчас позову на помощь.

И наплевав на все ангельские правила, она позвонила скорой помощи и сообщила адрес. Тот, кто ответил на другой стороне линии, услышал ее. Мира даже не заметила, как водитель скрылся из поля зрения. Бросил его умирать здесь! По щекам текли ручьи слез, глаза Никиты закрылись, но он все еще был жив.

Мира не сразу заметила стоящего рядом Гавриила. А когда увидела верховного ангела, крикнула:

— Помогите ему! Это же в вашей власти! Я прошу! Я готова уйти с вами и больше никогда его не видеть, но только, пожалуйста, спасите его.

Девушка положила голову Никиты к себе на колени и принялась гладить его по волосам, будто он мог почувствовать это без сознания. Она даже не знала, когда врачи смогут оказать ему помощь, потому что неизвестно насколько далеко отсюда находится больница.

— Я прошу, пожалуйста, пусть врачи успеют. Молю об этом! Назначьте мне кого угодно в подопечные! Только помогите.

— Он должен сам сделать выбор. А ты больше не ангел, милая.

— Как это? — не поняла она.

— Взгляни на свои слезы. Ангелы не плачут, даже когда им очень трудно и грустно. Ты выполнила свою миссию, Мира.

Девушка плохо соображала. Она даже не сразу поняла, что плачет, все мысли заполнял Никита. Но вот силуэт Гавриила начал кружиться и расплываться перед глазами, руки стали ватными, она перестала ощущать тяжесть головы Никиты. И Мира снова погрузилась во тьму, затуманивающую разум полностью.

Глава 18

Яркое апрельское солнце подсушивало землю своими лучами после нескольких дней дождей. В воздухе пахло влагой, в клумбах распускались цветы. Для Виктории Ларионовой это мог быть прекрасный день, но все оказалось иначе.

Женщина, одетая в черное платье, шла по кладбищу. Она даже не смотрела на надгробия, потому что прекрасно запомнила расположение могилы дочери. Виктория до ее смерти очень редко ходила на кладбище. Ей было трудно смотреть на могилы родной бабушки и тети — матери двоюродной сестры Марины. Первый месяц после смерти Дианы женщина приходила к могиле дочери почти каждый день, слезы все равно наворачивались на глаза каждый раз, но стало чуть-чуть легче. Время не то, чтобы вылечило. Залечить рану от потери родного ребенка оно никогда не сможет, но в потоке жизненной суеты боль приглушилась.

Виктория подошла к нужному месту. Недавно для дочери они с Дмитрием сделали памятник. Вот сейчас на нее с могильной плиты смотрела Диана, которая улыбалась матери своей самой приветливой улыбкой. На плите была сделана надпись «Диана Ларионова. Вечная память о тебе навсегда останется в наших сердцах». Ниже были выведены даты рождения и смерти. Виктория мысленно поздоровалась с дочкой, открывая калитку ограды.

Взгляд упал на свежую могилу рядом. На табличке, прикрепленной к кресту, значилось: «Никита Ларионов. Вечная память». Годы рождения и смерти были написаны прямо под именем.

— И тебе привет, сыночек, — выдавила Виктория, и голос ее сорвался. По щекам потекли слезы.

В отличие от сестры, Никита был серьезным на фотографии. Его взгляд темно-зеленых глаз был устремлен прямо на мать, и Виктория расплакалась. Она опустилась на лавочку и зарыдала во весь голос, прикрыв глаза рукой. Женщина даже не представляла, как сможет пережить эту боль.

На плечи опустились теплые ладони. Виктория тут же обнаружила Дмитрия Ларионова за оградой, который поглаживал бывшую жену, чтобы поддержать и успокоить ее. Она не поздоровалась с ним, лишь вытерла слезы со щек. Глаза тут же покраснели.

— Как мы до такого дошли, что похоронили обоих наших детей, Дим? — спросила она, и из глаз снова потекли слезы.

Бывший муж обошел ограду и сел рядом с ней на скамейку, слегка приобняв женщину за плечи.

— Это дети должны хоронить своих родителей, а не наоборот, — продолжила она, положив голову на плечо мужчины.

— Я не знаю, — лишь смог выдавить он из себя, тяжело вздохнув.

— Мой мальчик. Если бы я знала, никогда бы не отпустила на эту дачу. Нашли виновного?

— Нет еще. Но ищут. Не волнуйся, милая, тот, кто убил нашего сына, будет наказан. Я обещаю. Если понадобится, сам займусь поисками этого подлеца.

Некоторое время они молчали. Виктория мысленно разговаривала с детьми. Она рассказывала им, как скучает, каким теперь пустым стал дом без них. Она просила у них прощения за все, особенно у Никиты, которому последнее время уделяла так мало внимания.

— А помнишь лицо Дианы, когда я только привез вас с Никитой из роддома домой? — внезапно усмехнулся Дмитрий, вспоминая.

— Конечно, — тоже улыбнулась Виктория. — Ее взгляд как будто говорил: «Что это за создание? Как оно вообще посмело появиться в моем доме?!» Только потом мы ее не могли оторвать от него. Они обожали друг друга.

— Да, Бог послал нам лучших детей. Говорят, что дети сами выбирают родителей на небесах, — сказал мужчина.

— Значит, они выбрали не самых лучших, — ответила Виктория, громко шмыгнув носом. — Мы не смогли уберечь их.

— Ты не виновата, милая. Дети взрослеют, и мы бы не смогли их вечно контролировать и опекать. А вот я виноват перед всеми вами. Оставил одну с сыном. Мне спокойнее немного на душе, потому что Никита успел сказать, что не держит на меня зла. И ты, если сможешь, прости меня, пожалуйста. Я не смог сохранить наш брак и нашу семью после смерти Дианы.

— Я тоже виновата, Дим. Я не держу на тебя зла. Давай останемся друзьями в память о наших детях и о всем хорошем, что было между нами.

Никита и Диана смотрели на родителей и улыбались им, будто ободряя все, что они говорили. Словно они пытались поучаствовать в беседе. На мгновение Виктория даже почувствовала аромат духов Никиты, который быстро исчез.

Громкий телефонный звонок вырвал Викторию Ларионову из кошмара. Электронные часы показывали четыре часа дня. Она случайно задремала после уборки.

— Алло? — сонным голосом спросила она, вытирая слезы, которые остались после этого ужасного сна.

— Виктория Ларионова? — спросил мужской голос.

— Да. Это я. Что случилось?

— Вашего сына доставили в больницу с серьезным внутренним кровотечением. Сейчас его готовят к операции.

Телефон выпал из ладони женщины. Она уставилась в точку на стене и словно погрузилась в транс. Ее кошмар начинал сбываться…

Глава 19

Яркий свет пробивался через веки. Где-то слышался писк медицинского оборудования.

— Мира? Мира? — слышался знакомый женский голос. — Доктора скорее позовите! Она проснулась! Моя девочка жива!

Девушка разлепила веки, увидев тут же счастливое лицо матери. Следом к ней подоспело несколько врачей и медсестер, которые тут же принялись осматривать ее.

— Мира, сколько пальцев я показываю? — спросил высокий врач в белом халате.

— Два, — тут же ответила она. Мира не могла понять, что делает в больнице, разум был затуманен.

— Не могу поверить, — бубнил себе под нос врач, продолжая осматривать девушку. — Это просто чудо. Девочка, ты больше двух месяцев пролежала в коме. Что помнишь последним?

Мира попыталась напрячь свою память.

— Помню, как выскочила на дорогу. Но не помню, почему. Вроде я спешила куда-то.

— Это нормально. Тебе очень повезло. Твое тело не парализовало, и твоя память не исчезла полностью. Мы будем наблюдать за твоим состоянием.

— Доктор, перед тем, как очнуться, она плакала, — вмешалась Инга. — У нее текли ручьи слез. — По лицу женщины было видно, что она и счастлива, и обеспокоена одновременно.

— Я не могу вам дать точную причину, с чем это может быть связано.

После этого врачи и медсестры удалились, оставив мать и дочь наедине.

— Мам, — подала голос девушка.

— Что, доченька? — по ее щекам текли слезы. — Я уже не надеялась когда-нибудь с тобой поговорить.

— Извини, что напугала тебя. У меня такое странное чувство, как будто я должна быть где-то, не здесь. Словно кто-то нуждается в моей помощи.

— Возможно, это последствия комы, милая.

В голове была темнота. Как будто она не спала эти несколько месяцев. Словно что-то за это время произошло. В сознании будто сейчас вот-вот вспыхнут воспоминания, но когда она почти догоняла их, те тут же ускользали.

В течение дня к Мире постоянно заходили врачи, которые пока не разрешали даже вставать с постели. Они были просто поражены и постоянно говорили, что это чудо. А девушка не могла понять, что она такого сделала, что ей повезло.

По просьбе Миры ее кровать подвинули ближе к окну, чтобы смотреть на внутренний двор больницы. Спустя примерно час после ее пробуждения во двор приехала скорая помощь, откуда врачи на носилках вынесли тело парня, лицо которого показалось очень знакомым. В сердце что-то кольнуло, словно она его узнала, но так и не вспомнила, кто это. Светлые русые волосы прядями падали на лоб, выглядел при этом юноша таким умиротворенным, будто просто спал.

— Не может быть…Никита.

— Никита? — переспросила девушка.

— Ты помнишь? Твой хороший друг. Он так волновался, пока ты лежала в коме. Навещал тебя. Это сын…, — Инга замялась. — Сын Димы.

В голове Миры вспыхнули короткие воспоминания. Как она передала Никите записку о том, что у его отца есть любовница. Сейчас она почему-то не испытывала таких негативных эмоций, которые поселились в ее душе, когда она узнала, что Дмитрий Ларионов женат.

Мать тут же вынула из сумки смартфон и набрала номер.

— Дима! Дима! — закричала она в трубку. — Твоего сына доставили в больницу. Приезжай скорее!

— Что?! Ты уверена?! — послышался такой же громкий ответ с той стороны.

— Ну, конечно, я уверена. Я сейчас у Миры, в окне увидела, как Никиту доставили на машине скорой помощи без сознания. Я без понятия, что случилось. Я сейчас постараюсь узнать у врачей.

— Спасибо, любимая. Я скоро буду. — Его голос при этом был напряжен.

Мама, видимо, не поняла, что Мира все слышит, но она и не испытывала злости. Сейчас что-то изменилось. Она была рада за маму.

— Милая, я понимаю, что тебе не нравится, что я встречаюсь с ним, — тут же принялась оправдываться Инга, заметив на себе пристальный взгляд дочери. — Но он развелся с женой.

— Мам, не оправдывайся передо мной. И прости, что тогда случилось. Это из-за меня Никита узнал, что вы вместе. И мне не нужно было лезть в это.

Лицо Инги не выглядело удивленным, словно она уже знала это.

— И ты прости меня, главное, что с тобой теперь все хорошо. — Инга поцеловала дочь в щеку. — Мне нужно узнать, что с ним случилось…

— Беги, мам. Я тут подожду от тебя новостей.

Она не знала этого парня. Все, что их объединяло — это записка, которую Мира не должна была писать. Но почему-то было чувство, словно она видела этого парня и после визита в офис.

Когда Инга Елизарова увидела обездвиженное тело Никиты на носилках врачей, ее накрыло волнением, хотя внутри бурлило счастье от пробуждения Миры. Раньше женщина считала сына своего любимого слишком эгоистичным. Но потом случилась беда с дочерью, и Никита начал спрашивать, что с ней случилось. Еще он обронил такую странную фразу, которую Инга запомнила. «Я сделаю все, чтобы Мира выжила», — сказал он в тот день, когда женщина рассказала, что случилось с ее девочкой. Она не знала, это Никита исполнил обещание или просто чудо свершилось. Врачи назвали это чудом, и Инга начала верить в то, что находится за гранью реальности. Только теперь что-то страшное случилось с Никитой…

Когда она вышла в коридор, увидела, как парня на кушетке везут врачи.

— Его быстрее нужно доставить в реанимацию, — крикнул один из врачей.

— Извините, подскажите, пожалуйста, что случилось с этим юношей.

— Женщина, занимайтесь своими делами. Не до вас, — резко ответил врач.

Тогда она спустилась в регистратуру, но встретила там ту, кого меньше всего желала встретить. Бывшую жену Димы, Викторию Ларионову. Она как раз отходила от окошка регистратуры с заплаканными глазами. И Инга ее прекрасно понимала.

— Что с ним случилось?! — без приветствий спросила Елизарова у матери Никиты.

Та сразу же узнала Ингу, и на ее лице помимо грусти вспыхнула еще и злость.

— Что ты здесь делаешь?! — возмутилась Ларионова. — Сначала увела у меня мужа, а теперь преследуешь моего ребенка?!

— Нет, я была здесь, когда увидела его через окно. Сразу же сообщила Диме, он попросил узнать.

— Не пытайся строить из себя добрую заботливую мачеху, — прошипела она. — Ты не можешь представить, каково это потерять ребенка. И вот сейчас я могу потерять еще одного. У тебя есть Дима, хорошо, я уже не претендую, но не появляйся больше у меня на глазах!

Виктория поспешила в сторону лифта, но Инга вновь нагнала ее.

— Послушай сюда! Я больше двух месяцев наблюдала за дочерью в коме, и все это время я не могла понять, выживет она, или умрет. И сегодня она проснулась. Так что не смей мне говорить, что я не знаю, каково это. Мне важно знать, что с ним случилось. Понимаешь, твой сын и моя дочь, кажется, были хорошими друзьями, хоть она мне никогда и не рассказывала. Я должна рассказать ей, мне нужно поддержать Диму так же, как и он поддерживал меня эти месяцы. Ты можешь ненавидеть меня, но пусть твоя ненависть не касается наших детей.

Виктория Ларионова тут же остановилась после всех этих слов и медленно развернулась к собеседнице. По ее щекам текли слезы.

— Я уже говорила с врачом. Никита попал в аварию. Сильно повредил печень, в результате чего началось внутреннее кровотечение. Доктор сказал, что ему еще повезло, ведь у моего мальчика сломано только одно нижнее ребро, и дыхательные пути не затронуты. Сейчас его повезли на операцию. И я просто схожу с ума от беспокойства. Смерть еще одного ребенка я не переживу.

Виктория громко заплакала, грудь содрогалась от рыданий. Инга тут же усадила ее на кожаный диванчик в холле и набрала в кулере стаканчик с водой.

— Выпей, — сказала Инга, поднося стакан к губам Ларионовой.

Та, поблагодарив, приняла воду и сделала несколько больших глотков.

— Постарайся не накручивать себя. Нужно верить в лучшее. Я знаю, что так все пытаются сказать, но сегодня я уверовала в чудо. У моей девочки была черепно-мозговая травма, врачи говорили, что даже если она очнется, то вероятнее всего, она не сможет двигаться. Но вот сегодня она очнулась. Врачи запретили ей вставать, но она может шевелить и руками, и ногами, а также с легкостью садится на кровати. Только не помнит некоторые моменты перед аварией. Поэтому нужно верить. С Никитой все будет хорошо.

Виктория вытерла салфеткой слезы и, шмыгнув носом, спросила:

— Ты говоришь, наши дети были дружны, но дочь тебе об этом не говорила. Откуда ты тогда знаешь?

— Ко мне приходил Никита. Я видела, как он ненавидел меня, но он сказал, что сделает все, чтобы Мира выжила. Мне тогда показалось это бредом, но он так уверенно это говорил.

— Как думаешь, он любил ее?

— Не могу точно сказать, — покачала головой Инга.

На лице Ларионовой больше не отображался гнев.

— После смерти моей дочери я больше ни разу не видела, чтобы Никита хоть кого-то любил. Раньше он постоянно говорил: «Дианка снова купила кучу книг», или «Мам, ну уломай Дианку приготовить тот вкусный пирог». Он очень много говорил о сестре. После смерти дочери я не слышала, чтобы он хоть раз упомянул в доме имя девушки.

Инга ничего не успела ответить, потому что со стороны входа в больницу послышалось:

— Вика!

К ним подбежал Дима, тут же обнявший бывшую жену и спросивший:

— Что с Никитой?

И она рассказала то, же, что и Инге. Только вот Елизарова незаметно покинула их, чтобы не мешать. Хотя, ей не хотелось оставлять любимого мужчину наедине с бывшей женой, но сейчас нельзя было об этом думать. Она направилась обратно в палату к Мире.

На следующий день Мире разрешили вставать с кровати, но врачи все равно настаивали на том, чтобы она почаще находилась в лежачем положении.

— Ляг, полежи, — говорила ей мама.

— Я лежала больше двух месяцев, — отвечала на это Мира.

Со слов матери она знала, что тому парню, Никите, сделали операцию, которая прошла успешно, но юноша еще не приходит в себя. У нее сохранялось чувство, будто она его хорошо знает, но ничего такого не могла вспомнить. Мама даже рассказала, что он приходил к ней и просил рассказать все, что случилось с Мирой.

После обеда пришел ее парень, или уже бывший парень. Потому что Мира вспомнила, как убегала из кафе, а затем угодила под машину. Глеб, когда увидел ее на пороге больничной палаты, не сдержался и кинулся обнимать, держа в руках красивый букет цветов. А Мира не знала, что чувствовала при этом. Словно не этот человек сейчас должен стоять здесь и не он должен обнимать. Объятия не казались родными. Мама поняла, что им нужно побыть наедине, поэтому вышла из палаты.

— Мира, я очень рад, я уже перестал верить, — он не мог ее отпустить, но девушка все-таки отстранилась. — Мне столько тебе нужно сказать. Кажется, я начал сходить с ума, уже твой голос на улице слышу. Я скучал.

Мира не знала, как это объяснить. Ее тянуло к парню на первых стадиях их отношений, ей хотелось быть постоянно с ним рядом, целоваться и быть заключенной в его объятия. И ничего из этого не осталось, однако Мира решила признаться в этом парню, но сначала она предложила ему сесть на кровать, чтобы поговорить.

— Как ты себя чувствуешь? — тут же спросил Глеб.

— Нормально, врачи говорят, что мне очень повезло и считают, что это чудо.

— Я с ума сходил эти месяцы, думал, что все потеряно, и надежду на твое пробуждение я тоже уже потерял. Но вот вчера тетя Инга написала мне, что ты проснулась, и я тут же хотел примчаться к тебе. Но она сказала, что лучше мне навестить тебя сегодня.

Мира не знала, что ответить. Как будто все чувства к человеку растворились.

— Прости меня, Мира. За те каникулы. Я должен был больше уделять тебе внимания. За эти месяцы я прекрасно это понял. Я люблю тебя и готов сделать все, чтобы ты меня простила.

Он ее любит? Слова Миры о том, что им надо расстаться, застряли в горле. Она не смогла это высказать. Поэтому девушка просто кивнула, не зная, что сказать.

— Скажи, ты помнишь, кто это был? Кого ты спасла? Это он виноват в том, что ты чуть не умерла.

Елизарова вернулась мыслями к тому вечеру. Конечно, она вспомнила этого человека. Это был мужчина ее мамы, Дмитрий Ларионов. Он был в нетрезвом состоянии, и Мира не могла оставить его на дороге.

— Нет, — соврала девушка. — Мой лечащий врач говорит, что, возможно, некоторые вещи я не вспомню. По его словам, потеря памяти в моем случае нормальна. Но я помню нашу ссору.

Глеб накрыл ее ладонь своей и наконец протянул букет цветов.

— Теперь я буду дарить цветы тебе чаще. Жалею, что после того маленького цветка в детстве в деревне я не дарил тебе букетов.

— Он был прекрасен, — улыбнулась девушка воспоминаниям. К счастью, время, когда был жив отец, не исчезло из ее памяти.

— Извини, Глеб, но Мире пора отдыхать, — зайдя обратно в палату, сказала Инга Елизарова. — Даю вам еще пять минут попрощаться. — После этого она вышла.

Глеб поцеловал девушку в щеку, легко и нежно, будто не мог поверить, что она жива.

— Я приду завтра.

Оставив ей цветы, парень попрощался и вышел из палаты, оставив Миру наедине со своими мыслями. Ей нужно было принять тяжелое решение.

После того, как Инга предупредила Глеба о том, что время для посещения заканчивается, она отправилась в реанимацию, где рядом с лежащим без сознания сыном сидел ее Дима. Он поддерживал ее каждый день, пока Мира была в коме. Настала ее очередь.

— Вика ушла? — спросила Инга, садясь рядом с мужчиной на стул.

— Да, я настоял на том, чтобы она поехала домой и поспала немного, — ответил Дмитрий Ларионов, который выглядел очень замученным. По нему было видно, что он не спал всю ночь. — Врачи сказали, что операция прошла успешно. Кровотечение остановлено, в ребре небольшая трещина, доктор сказал, что ребро должно быстро восстановиться. Но я не понимаю, почему он не просыпается.

Мужчина прикрыл глаза руками, и тогда Инга обняла его за плечи.

— Милый, он выживет. Все обойдется. Я не знаю, что сказать, потому что слова не могут утешить в такой ситуации, сама прошла через это. Но я постараюсь быть рядом, ты всегда можешь обратиться ко мне за помощью и поддержкой.

— Спасибо, — лишь ответил он, обняв любимую в ответ, и прижавшись носом к ее волосам. — Как дела у Миры? Мне уже можно навестить ее? Все же она спасла мне жизнь. Я должен поблагодарить ее.

— Думаю, тебе и вправду нужно с ней поговорить. Как раз сейчас Глеб ушел, она свободна.

В ответ мужчина кивнул.

— Недавно Никита признался мне, что влюблен в нее.

— Не удивил, — улыбнулась Инга. — Мне хотелось бы, чтобы они были вместе. Но кажется, она совсем его не помнит… Правда ли, что они так были близки? Мира многим со мной делилась. Но она ни разу не говорила мне про твоего сына, к тому же встречалась с Глебом.

— Я не знаю, — лишь покачал головой Ларионов. — Но я должен рассказать ей про чувства Никиты в таком случае.

На следующий день Мира уговорила врачей прогуляться во внутреннем дворике больницы. Мама уехала домой, чтобы немного отоспаться, а девушка уже не могла сидеть в четырех стенах. По словам ее лечащего доктора, ее состояние улучшается с каждым днем. Если так будет продолжаться дальше, то уже через неделю ее могут выписать из больницы, чтобы долечиваться дома. Мама пообещала, что отнесет документы дочери обратно в школу, но одиннадцатый класс ей придется заканчивать на домашнем обучении. Про волейбол можно вообще забыть. Но девушку это устраивало. Для нее главным было хорошо сдать ЕГЭ и поступить хоть в какой-нибудь университет. На столичный она уже не рассчитывала, ведь столько времени потеряла из-за комы.

На улице было тепло, Мира надела спортивный костюм, состоящий из длинных брюк и толстовки с длинными рукавами и капюшоном, который мама привезла ей из дома. Она также привезла несколько книг из мини-библиотеки Миры, и одну романтическую книгу девушка прихватила с собой на улицу.

Ей хотелось медленно прогуляться по ухоженной территории больницы, напоминающей маленький парк. Помимо книги она взяла с собой телефон и наушники. Слушая музыку, Мира шла по тротуару и разглядывала деревья, которые уже начали покрываться листьями. Чистое небо и солнечные лучи дарили хорошее настроение, но из груди никак не шла тревога, которую Елизарова никак не могла объяснить. И она была уверена, что связана это с Никитой, который до сих пор не пришел в сознание.

Вчера к ней заходил Дмитрий Ларионов, чтобы спросить про ее здоровье, но в основном, он хотел поблагодарить ее за спасение. Он рассказал, каким тяжелым для него было то время, ведь любил он маму Миры, но при этом имел семью. Когда Никита увидела их с Ингой, у мужчины случился срыв, очень трудно было принять решение.

Тогда Мира окончательно поняла, что не должна была влезать не в свое дело. Зла на Ларионова она больше не держала, поэтому сказала собеседнику, что прощает его, и сама тоже попросила прощения и спросила, как себя чувствует Никита.

— Операция прошла успешно, доктор сказал, что вскоре он должен проснуться, но пока что этого не случилось, — поделился своими переживаниями мамин мужчина.

— Я уверена, он выкарабкается, — попыталась поддержать его Мира. — А известно, как это случилось?

— Он ездил за город на дачу, и его сбила машина. Врачи нашли сына на дороге, которая находится за деревней, поэтому и сделали такой вывод. Водителя так и не нашли, мы уже обратились в полицию с Викой, моей бывшей женой. Я даже не знаю найдут ли, потому что там такая глушь, камер, конечно же, нет. Только вот непонятно до сих пор, кто позвонил в скорую. Нам сказали, что звонила девушка, но, когда скорая приехала, рядом с Никитой никого не было. Мистика какая-то.

— Действительно странно, — ответила Мира.

— Скажи, это правда, что вы с Никитой были очень близки? — спросил мужчина.

— Извините, но я не помню, — замявшись, ответила Мира, сидя напротив Дмитрия на больничной кровати.

Она не стала говорить ему, что не нашла ни одной переписки с Никитой в мессенджерах, потому что у нее самой было такое чувство, будто она знала парня, но в то же время как будто и нет.

— Недавно, когда он лежал в больнице, сын признался мне, что влюблен в тебя.

Когда он сказал это, сердце Миры словно отозвалось на эту новость, увеличив ритм.

Сейчас девушка думала об этом разговоре, слушая музыку нулевых. В наушниках заиграла песня Натали «Ветер с моря дул». Сердце замерло, и она остановилась возле одной из деревянных лавочек. В памяти на пару секунд вспыхнуло воспоминание, в котором она сама пела эту песню в микрофон. Однако девушка была уверена, что никогда не пела караоке.

Она решила присесть на лавочку и отвлечься легкой романтической книгой. Такая литература занимала отдельное сердце в ее сердце и на книжной полке. Эти книги она читала, когда хотела отвлечься, но особо не думая и не переживая за героев. Книги, где предсказуем сюжет, и концовка известна читателю еще до того, как он ее прочитает. Вот и сейчас Мира читала про девушку-студентку, которая случайно столкнулась с «плохим парнем» возле лекционной аудитории, а он помог подобрать ей тетради и учебники. И вот так они с первого раза влюбились. Наивно и невозможно, подумала Мира.

— Девушка, можно я к вам подсяду? — обратился к ней высокий красивый мужчина с длинными русыми волосами, которые были заплетены в широкую косу. Одет он был в больничную одежду — видимо вышел прогуляться, в чем был одет.

— Конечно, — ответила Мира, вынув из ушей наушники и подвинувшись на лавочке.

— Спасибо вам большое, а то молодежь сейчас такая неприветливая, — улыбнулся мужчина. Мира приметила, что опирался он на трость, хоть и выглядел молодо, она бы даже сказала, что этот мужчина в самом расцвете сил. Видимо у него какая-то травма. — О, нет, не подумайте, ничего серьезного, — продолжил он, заметив интерес Миры к трости. — Просто мне сделали операцию по удалению вены в ноге, вот теперь вынужден некоторое время ходить с тростью, второй день в больнице нахожусь. А у вас что-то серьезное?

— Да, — ответила Мира, но опомнилась. — Точнее уже нет. Я больше двух месяцев находилась в коме, и вот позавчера проснулась. Врачи говорят, что это чудо, и теперь наблюдают за мной. Надеюсь, скоро выпишут.

— Я очень рад, что у вас все хорошо. Будете конфету?

Мира увидела в руке собеседника шоколадную конфету и согласно кивнула. Мужчина вложил ей в ладонь угощение, дотронувшись своей рукой. С телом Миры тут же что-то начало происходить. Она даже не поняла, ей плохо, или просто слегка закружилась голова. Тело словно погрузилось в воду, а яркие вспышки света являли ей странные воспоминания. Вот она находилась в небе среди облаков с белыми ангельскими крыльями, а над головой сиял нимб, в следующую секунду она оказалась в кафе, где они с Глебом поругались. Картинка резко сменилась, и Мира уже наблюдала будто со стороны за тем, как с помощью ангельской силы спасла Никиту от хулиганов. Воспоминания возвращались в сознание так быстро, словно девушка смотрела фильм на перемотке. А закончился этот фильм ужасной сценой: Никита спасает ее от машины, сам попадая под удар, а потом теряет сознание, а Мира звонит в скорую и плачет. И вот ее тело словно уже не было в воде, и девушка вновь вернулась в реальность.

— Гавриил! — воскликнула Мира, смотря на мужчину, тяжело дыша. Она все вспомнила. — Это вы!

— Здравствуй, Мира, — улыбнулся в ответ архангел.

— Но вы же говорили, что верховные ангелы очень редко принимают человеческий облик.

— Это правда то, о чем ты сейчас хочешь знать? — усмехнулся мужчина. — Мне пришлось, ведь ты теперь снова человек, а мне необходимо было вернуть тебе воспоминания.

— Как будто это слишком легко, — начала Мира. — Я думала вы скажете что-то по типу: ты должна была сама узнать.

— О Мира, душа Никиты сейчас борется за жизнь, и ты нужна ему, очень сильно. Пока его душа не справится с испытаниями, он не проснется. Но вы можете быть вместе. Ты выполнила свою миссию, молодец, девочка. Наконец он нашел смысл жить. После смерти сестры ему было очень трудно это сделать.

— Скажите честно, вы послали меня к Никите не для того, чтобы исправить, а чтобы вновь научить любить?

Гавриил оперся ладонями о трость, заглядывая собеседнице в глаза.

— Да, но, когда человек любит, его жизнь меняется, зло постепенно рассеивается. Он кинулся спасать тебя, доказав, что изменился, а значит, научился любить. Этот поступок доказал Создателю это, поэтому ты жива.

Мира не знала, что ответить, обдумывая слова архангела.

— Ваши судьбы неразрывно связаны. Но Создатель наказал тебя за то, что ты влезла в дела матери и отца Никиты, пытаясь разрушить их любовь. Он милосерден, поэтому и дал тебе шанс на любовь, как и Никите, когда ты спасла человека, которого ненавидела. От тебя зависели действия Никиты, теперь его очередь действовать. Теперь от него самого зависит его жизнь.

— Получается, Небеса играли в игру с нашими жизнями? — усмехнулась Мира.

— Люди учатся через свои ошибки, Мира. Нет идеальных людей, в которых присутствует только свет. Но подумай о том, что каждая ошибка может открыть перед тобой новые двери и новое счастье. Ты выбрала не ангельскую силу, а любовь. Ты заслужила любить и быть любимой.

— Однако без Никиты я не буду счастлива, — поникла девушка.

— Но ты теперь все знаешь. Подумай, каково было Никите видеть твое тело на больничной койке и осознавать, что ты можешь никогда не проснуться?

Сказав это, Гавриил поднялся со скамейки и зашагал в сторону больницы.

— Подождите! — окликнула его девушка, и Гавриил обернулся. — Я вас еще увижу?

— Нет, но я буду приглядывать за вами и позабочусь о том, чтобы у вас были достойные ангелы-хранители, — улыбнулся мужчина в ответ.

«За вами», — приметила Мира эти слова. Это значит, что есть надежда, что Никита очнется.

В следующую секунду Миру окликнула мама:

— Мирослава, что ты делаешь на улице?! А ну бегом в кровать! И с кем ты разговариваешь? — Инга спешила к дочери со стороны парковки.

Мира обернулась в сторону Гавриила, но аллейка была уже пуста. Архангел испарился, словно его и не было.

— Мам, ну мне доктор разрешил! И вообще, свежий воздух полезен для выздоровления! — объясняла маме Мира, пока они поднимались на лифте в ее палату. Мама за нее слишком волновалась. — Ну, не могу же я в четырех стенах сидеть! Скоро мне еще предстоит домашнее обучение и подготовка к экзаменам, успею насидеться.

Инга ничего не ответила. Когда они вошли в палату, там их ждал Глеб с пакетом апельсинов в руках. Увидев их, он тут же поднялся с места.

— Здравствуйте, тетя Инга! Привет, Мира, — смущенно сказал парень.

— Так, поняла, я ухожу, — улыбнулась женщина и вышла из палаты, оставляя их наедине, чего Мире искренне не хотелось. Ведь теперь она вспомнила ВСЕ. И то, как ее бывший парень избивал вместе с бандой Никиту, и рассказы Ларионова о детстве.

Глеб приблизился к девушке, чтобы обнять, но она вытянула руку, мол, не надо этих объятий.

— Помнишь, когда мы были маленькими, мы встретились первый раз в нашей общей деревне? — начала девушка.

— Конечно, помню. Тогда те козлы пристали к тебе насчет веснушек.

— Да, именно так. И я тогда пригласила тебя на день рождения, после чего ты мне подарил цветок.

— Хотя б одуванчик тебе подарил, — усмехнулся Глеб. — Жаль заранее не узнал про твой день рождения.

— Как мило, только ты тюльпан мне подарил, — начала она его ловить с поличным, но парень держался стойко.

— Точно, забыл.

— А помнишь, чем бабушка нас кормила?

— Конечно, торт был чудесным. — Выглядел Глеб так, как будто ни капельки не врал.

— Торт действительно был вкусным, вот только до него еще была картошка с мясом. — Девушка начала злиться.

— Мира, ты чего? Это же было так давно! Я забыл уже. — Глеб попытался ее поцеловать в щеку, но Елизарова вновь увернулась.

— Да вот хотела знать, каково это — врать и не краснеть, а вот теперь прекрасно понимаю. Зачем ты врал?! Тот человек, который действительно заступился за меня, прекрасно помнит все подробности!

— Это он тебе рассказал, да?! — вспыхнул Глеб от злости. — Никита этот! Не успела ты проснуться, он уже ошивается возле моей девушки! Да, я солгал. Ты понравилась мне еще в детстве, в тот самый день, когда пацаны дразнили тебя за веснушки. Я был в той троице, но молчал, просто наблюдал, о чем очень жалею. Но тогда я был так глуп, не хотел, чтоб и меня те козлы обзывали. Потом я спрятался за забором и видел, как твой Никита дарил тебе этот чертов тюльпан, мне было плохо видно из своего укрытия.

— Я больше не твоя девушка, Глеб. А Никиту трогать не смей, он лежит без сознания в реанимации! Ты достаточно его со своими хулиганами побил. Еще раз приблизишься к нему — я все расскажу полиции. — Мира была очень зла на него. Как ей мог понравиться человек, который просто смотрел, как ее унижали?!

Глеб вмиг изменился в лице.

— Как ты узнала об этом?! — разозлился Барсов. — А он рассказал, что моего брата избил?!

— Твой брат заслужил, а ты такая же сволочь, как и он! Уходи! Все кончено! — закричала Мира, ее так разозлили слова бывшего.

— Но я люблю тебя! Это я был с тобой эти месяцы, а не он!

— Ошибаешься, — усмехнулась девушка. — Ты сам сказал, что потерял надежду на то, что я проснусь, а Никита даже никогда в этом не сомневался!

Глеб зло взглянул на нее, кинул апельсины на кровать и быстро вышел из палаты. А Мира надеялась, что Барсовы никогда больше не появятся в их с Никитой жизни.

Глава 20

В палату заглянула мама, спрашивая:

— Мира, что у вас случилось? Глеб так быстро выбежал, лишь сухо попрощался.

— Если он хоть еще раз придет, не пускай его, пожалуйста, — со злостью сказала девушка, смотря в окно. Мы расстались.

— Милая, что-то серьезное случилось? Ты переживаешь? — забеспокоилась Инга, садясь к дочери на кровать.

— Нет, мне вообще не стоило с ним встречаться. Рада, что это закончилось. — Девушка сделала паузу. — К тому же, я люблю другого человека.

— Я его знаю?

— Да, это Никита.

— Значит, это все-таки правда. Но я не помню, чтобы ты что-то про него мне рассказывала.

— Извини, мам, но, если я тебе начну объяснять, ты все равно мне не поверишь. Я хочу, чтобы этот секрет принадлежал только нам с Никитой. Я все вспомнила.

Инга посмотрела на дочь с беспокойством. Она даже представить не могла, что пришлось пережить ее девочке.

— Ты его по-настоящему любишь? — спросила женщина, ведь Мира не была такой серьезной, когда рассказывала матери про Глеба.

— Мам, я хочу провести с этим человеком всю оставшуюся жизнь.

Вечером девушка пошла навестить Никиту. Когда она вошла в палату, где он лежал под капельницами, ей стало очень тяжело и грустно. Каково ему было смотреть на ее тело и понимать, что она находится в коме уже несколько месяцев? Чем больше человек лежит в коме, тем меньше вероятность, что он проснется. Но он сделал это, спас ее. И сейчас, сидя рядом с Никитой она думала лишь о том, как ей его спасти.

— Сложно обмануть судьбу, — вдруг она начала разговаривать с парнем, хоть он ее и не слышал. — Но я верю, что ты это сделаешь. Знаешь, только сейчас, вспомнив все, я понимаю, что чувствовала себя рядом с тобой в безопасности, хоть мне ничего и не угрожало. После смерти папы мне пришлось самой защищаться от обидчиков, я никогда не гуляла допоздна и почти не выходила из дома, потому что мне было страшно. И я уже не верила, что смогу вновь жить. Но ты спас меня, — На глазах выступили слезы. — Никто не поверит, но я знаю, что ты там, наверху, делаешь выбор. Знай, что я очень жду тебя, и очень хочу, чтобы ты стал моим ангелом-хранителем здесь, при жизни. Я прошу, проснись. Я уже потеряла любимого человека, моего защитника, не хочу терять еще одного. Знай, что у тебя множество причин, чтобы жить.

Внезапно медицинский аппарат, измеряющий пульс, громко запищал. Мира так испугалась, что сразу подскочила со стула и выбежала в коридор, зовя врачей. Сразу же несколько медиков вбежало в палату с криками «Мы его теряем!». Миру заставили остаться в коридоре и не мешаться. Она наблюдала за действиями врачей через стекло, находившееся в стене, отделявшей палату от коридора.

— Разряд! — услышала она слова медика. Сердце стучало так, что заглушало все другие звуки.

Но сколько бы разрядов не сделали, сердце Никиты не желало биться вновь. Аппарат, измеряющий пульс пищал, извещая об этом.

— Никита, я тебя люблю! — закричала она отчаянно, приникнув ладонями к стеклу. По щекам текли слезы.

— Время смерти ровно шесть часов вечера.

Мира зарыдала во весь голос, все мечты и надежды разбились в одно мгновение, как и человека не стало за несколько минут. Лучше бы она умерла, а не он!

Но в следующую секунду аппарат вновь запищал спокойно, как во время ее монолога с парнем. Взглянув на Ларионова, она не могла поверить. Никита открыл глаза.

Никита не понял, где находится. Приглушенно он слышал голос Миры, она словно разговаривала с ним, и на удивление, Никита понимал все. Сначала ему показалось, что из-за испытываемой боли у него начались галлюцинации. Но когда зрение прояснилось, он понял, что находится среди облаков.

— Здравствуй, Никита. Меня зовут Гавриил, — сказал высокий мужчина с огромными белыми крыльями и ярким нимбом, одетый в белые одежды. Крылья его были гораздо больше, чем у Миры, а нимб сиял так ярко, что при взгляде на него глазам становилось больно. Так вот, значит, как он выглядит. — Думаю, ты слышал обо мне.

— Здравствуйте, — поздоровался Никита, прибывая немного в шоке. — Вы должны были забрать Миру. С ней все хорошо?

— Не волнуйся, Мира вышла из комы. Ты доказал свою любовь. — Мужчина улыбнулся.

Никита облегченно вздохнул. Он даже не думал об этом, когда спасал своего ангела-хранителя. Ведь она находилась в опасности. Меньше всего он желал, чтобы ей было так же больно, как и ему, хотя, сейчас находясь в этом странном пространстве, парень уже не чувствовал этой боли.

— Зачем я здесь? — спросил Ларионов.

— Я хочу тебе предложить ангельскую силу, Никита. Особый дар. Ты сможешь стать ангелом-хранителем Миры, но не простым. Тебе под силу будет исцелять любые травмы своей подопечной, при этом ты будешь помнить все, что было с тобой при жизни.

— Вы предлагаете мне умереть? — усмехнулся Никита. — Так себе перспектива.

— Нет, Никита, я предлагаю тебе обеспечить любимой жизнь без болезней и недугов. Только подумай, тебе больше не придется думать о своем будущем и переживать по этому поводу.

Никите не пришлось долго думать. Все, чего он желал — это быть с Мирой рядом. Живым. Обнимать и целовать ее каждый день, делать ее счастливой.

— Она не помнит тебя, Никита, — оборвал поток его мыслей Гавриил.

— Как? — выдавил парень, взглянув архангелу в глаза. — Как не помнит?!

— Из ее памяти стерлось время, которое она была ангелом-хранителем. Она не помнит ни тебя, ни того, что было между вами. Сейчас рядом с ней ее парень.

Злость и обида затаились в душе, но нельзя рубить сгоряча. Его явно испытывают.

— Значит, я добьюсь ее заново! — выкрикнул Никита. — Я создам новые воспоминания.

— Никита! — послышался со стороны до боли знакомый девичий голос. Сердце парня рухнуло. Этого голоса он не слышал больше года.

Из облаков выступила Диана, такая же красивая и юная, какой он ее запомнил. Над ее черными волосами сиял нимб, белые крылья таких же размеров, как у Миры, стелились за ней следом. На лице сестры выступила печаль, но слез не было, ведь ангелы не плачут, напомнил себе Никита. Сестра сорвалась с места и кинулась в объятия брата. Он заключил ее в объятия, зная, что это сон или видение, но раньше она ему не снилась.

— Диана, — прошептал он. В отличие от сестры, он мог плакать. На глазах появились слезы, которые он тут же смахнул рукой. Мужчинам не положено плакать.

— Даже не вздумай отказываться от жизни, — прошептала она ему на ухо. — Родители не увидели мою свадьбу, но я хочу, чтобы они отгуляли на твоей, даже если уже не вместе. А если не женишься на Мире, я дам тебе по башке после того, как ты умрешь.

«Оптимистично», — подумал Ларионов. В духе его сестры. Он знал, что Гавриилу ничего не нужно слышать, поэтому ничего не сказал вслух. Сестра неохотно отстранилась от него, а Гавриил продолжил:

— Если ты примешь мое предложение, то сможешь каждый день видеться с сестрой. Ты обретешь ту, что потерял так давно.

Ему так не хотелось терять Диану. Вновь. Он так ее любил. Но между ними была огромная разница, которую Никита сразу осознал, хоть это и было тяжело ему сделать. Сестра мертва, а он еще нет. Искушение остаться с сестрой было велико, но там, в обычной жизни есть обычная девушка, которую он тоже очень любит.

— Я не имею права отказываться от жизни, как и не я решал рождаться мне или нет. Я очень люблю свою сестру, но теперь, зная, что с ней все хорошо, мне будет гораздо спокойнее. И пусть мое решение будет слишком эгоистичным, ведь я не смогу уберечь Миру от всех болезней, я хочу быть рядом с ней, чтобы делать ее счастливой в те дни, когда ей будет особенно плохо.

— Это твой окончательный выбор? — грозно спросил Гавриил.

Никита улыбнулся сестре, которая шепнула рядом с ним:

— Передавай привет маме с папой. Скажи, что я по ним скучаю.

В этот момент откуда-то раздались странные звуки, словно писк медицинского оборудования и голоса, кричащие «Мы его теряем». А потом чей-то приглушенный далекий крик:

— Никита, я тебя люблю!

— Что ж, твой выбор сделан, — сказал Гавриил. — Прощай, больше мы не увидимся.

И парень провалился сквозь облака, падая навстречу земле, но это не вызывало в его душе страха.

Эпилог

Спустя восемь месяцев…

— Ангелочек, давай заканчивай уже со своей учебой и иди домой. Нужно чемодан собирать, иначе мы опоздаем на самолет, — говорил Никита, сидя на полу рядом с огромным чемоданом. Он разговаривал с Мирой по видеосвязи, которая, видимо, уже выходила из университета.

— Да бегу я! — возмущалась она смешно через трубку телефона, что умиляло парня. — Все, отключаюсь, а то я в метро спускаюсь. — На этом их короткий разговор закончился, а Никита, улыбаясь, принялся складывать свои вещи в чемодан.

Прошло столько времени с тех пор, как он чудом выжил. Парень не мог поверить своим глазам, что теперь видит Миру-человека живой, а это значило, что теперь они могут быть вместе. Когда он только открыл глаза, увидел, как девушка подскакивает к нему и начинает обнимать. Никита помнит, как у него тогда заболела грудная клетка из-за сломанного ребра, но на самом деле он был счастлив. До того времени, как и его, и Миру выписали из больницы, они постоянно разговаривали, ловя недовольные взгляды врачей, которые пытались разогнать парня и девушку по своим палатам. А как были счастливы их родители! Его мама, Виктория Ларионова, даже мило общалась с мамой Миры, и сейчас они поддерживают хорошие отношения. За это Никита был благодарен Егору — новому маминому мужу и начальнику. Поженились они в конце лета. Свадьба была очень скромной, но Никита не мог насмотреться на счастливую маму. Ему нужно было убедиться, что теперь он может оставить ее в руках другого мужчины, чтобы самому уехать в другой город.

Потому что они с Мирой вдвоем поступили в один вуз в Санкт-Петербурге, только на разные направления. Никита изучал программирование, а Мира — экономику. Его девушка, несмотря на долгую кому, смогла поступить на бюджет, а вот самому Никите не хватило несколько баллов для бюджета. Он уже думал просто поехать с Мирой в Питер и поработать годик, чтобы потом снова пересдать экзамены и вновь заняться поступлением. Однако отец сразу же заявил, что оплатит обучение. И он, и мать хотели, чтобы Никита не терял год. Самому парню было очень неловко, потому что отец оплачивает и квартиру, в которой они с Мирой живут, и его обучение. Но Ларионову-младшему удалось заключать контракты с несколькими компаниями для сотрудничества. Он занялся программированием и созданием сайтов для этих компаний, а благодаря его навыкам рисования он получал еще дополнительные деньги за дизайн этих сайтов. Помимо этого, парень усовершенствовал сайт отцовского агентства и порекомендовал ему нанять опытных маркетологов. Таким образом, эта работа позволяла оплачивать ежедневные нужды. Он мог покупать своей девочке все ее книжные «хотелки», на что, стоит признать, уходило много денег. Но Никита не думал об этом особо, потому что ее эмоции при взгляде на каждую новую книгу умиляли его. Он просто не мог ей отказать. Однако Мира старалась многое оплачивать с помощью своей стипендии и денег, которые присылала тетя Инга, но сейчас такие стипендии, что их едва хватает на проезд и какие-то хоть маленькие приятности. Мира верила, что вскоре сможет пройти оплачиваемую стажировку в хорошей компании, и тогда присоединится к оплате общих расходов.

— Не торопись, — говорил он ей каждый раз. — Моего заработка хватает, вот сейчас еще заключу договор с новой компанией, и смогу отказаться от помощи папы за оплату квартиры.

Но Миру почему-то все равно мучила совесть, что он так много на нее тратит. Хотя сам Никита не видел ничего плохого в том, что он платит за свою любимую женщину. Ему нравилось то, что у Миры есть мечты, цели и планы на жизнь, куда входили и их общие планы.

Смартфон, лежавший на полу, завибрировал, извещая о том, что ему кто-то звонит по видеосвязи. Взяв трубку, он увидел, что это отец.

— Привет, пап! — улыбнулся он родителю.

— Привет, сын. Собираетесь? — Отец выглядел счастливым, недавно он еще и постригся, из-за чего теперь выглядел моложе.

В ответ Никита переключил камеру и обвел телефоном хаос, который был на полу: разбросанные вещи, раскрытый чемодан.

— И это только мои шмотки! Сейчас из института придет Мира и будет собирать свою одежду.

Как никак они собирались поехать в родной город не только встретить Новый год, но и погостить там неделю, чтобы немного отдохнуть перед предстоящей сессией.

— Я сейчас отвезу Ингу на плановый осмотр к врачу, сегодня мы узнаем пол ребенка. Только Мире пока не говори. Будет для нее сюрпризом.

Никита в ответ согласно кивнул. Это так удивительно, что их родители поженились и теперь ждут ребенка. И получается, когда он родится, станет сестрой или братом и Никите, и Мире. А еще Диане, подумал Никита, но сразу же отбросил в сторону плохие мысли. Он помнил все, что было с ним в бессознательном состоянии. Теперь он точно знал, что его сестренка в лучшем мире и с ней все хорошо. Она помнит своих родных, помнит ЕГО.

— Ладно, я отключаюсь, — продолжил отец. — Ждем вас завтра. Напиши мне, я заберу вас из аэропорта.

Они попрощались, а Никита продолжил собирать вещи, но наконец раздался звук проворачиваемого ключа в двери, и парень быстро оказался в коридоре, подхватывая Миру на руки.

— Я скучал, — сказал он, целуя ее.

— И я, — смеясь, ответила она и обхватила ногами его за пояс.

Удерживая девушку за бедра, он отнес ее в спальню и положил на кровать. Она продолжала обнимать его ногами, и тогда Никита сам обнял ее покрепче, целуя в щеку.

— Знаешь, иногда я думаю, что это просто какое-то чудо. Что мы вместе, — внезапно сказала Мира. — Как будто в жизни так не бывает. А если бы я действительно умерла, а не лежала в коме, как бы мы тогда были вместе?

— Я благодарен за то, что мы вместе. Ты изменила мою жизнь и не представляю, что было бы, если б никогда больше тебя не увидел.

Они немного повалялись в большой двуспальной кровати, Мира рассказала про последний день в университете и то, как они в группе играли в Тайного Санту. Ей подарила одногруппница эстетичную кружку и свечку. Вообще Никите очень нравилась их маленькая квартирка, в частности и потому, что его девушка смогла придать ей особый уют: купила несколько предметов интерьера, новые занавески в спальне, книжный стеллаж и разные мелкие вещи, например, как пара свечек, красивая посуда и разные ящики для хранения.

Их квартирка была небольшой, однокомнатной, но места для двоих тут вполне хватало. Уют квартире придавали и светлые стены как в кухне, так и спальне. Мира всегда поддерживала ее в чистоте, и им обоим здесь очень нравилось. Располагалось жилье недалеко от университета, и несмотря на то, что парень и девушка учились в разных корпусах, они всегда спокойно добирались до учебы.

Мира принялась собирать вещи в свой чемодан, а Никита продолжил наполнять свой.

На следующий день Мира проснулась от великолепного запаха кофе. Никиты рядом не было, и тогда, встав с кровати, она подошла к кровати, раскрывая плотные шторы. Она застыла от изумления, когда увидела за окном метель, застилающую землю, крыши домов и ветви деревьев белым покрывалом. Девушка залюбовалась этим, но потом ее осенила мысль, что, если в течение дня стихия так же будет бушевать, им могут задержать или вообще перенести рейс.

Мира двинулась на запах кофе в кухне, где за плитой стоял Никита и как раз переливал ароматный напиток из турки в чашку.

— Доброе утро, — улыбнулся он и поцеловал девушку в щеку.

— Доброе, спасибо за кофе, — поблагодарила она, принимая кружку, в которую парень добавил немного сливок. — Есть какие-нибудь новости из аэропорта?

— Пока что нет, я хочу позвонить узнать. Прогноз передает метель до завтрашнего дня.

Мира надеялась, что стихия смилуется, потому что она не виделась с мамой четыре месяца, и она очень скучала. К тому же они собирались отметить Новый год на даче, расположенной в той самой деревне, куда она к бабушке в детстве приезжала погостить. Особенно Мира полюбила это место после того, как Никита привез ее туда, когда она была ангелом, невзирая на то, что за деревней водитель сбил Никиту. Кстати, негодяя все-таки удалось найти и задержать несмотря на то, что в этом месте не было камер и посторонних свидетелей. Мира успела запомнить номер автомобиля, когда тот скрывался с места происшествия, а благодаря тому, что Гавриил вернул ей память, она смогла вспомнить это. Правда, сказал про номер машины полицейским и родителям Никита, иначе, если бы это сделала девушка, возникли бы лишние вопросы.

Ларионов позвонил в аэропорт, где ему сказали, что ситуация пока что точно не известна и в случае отмены рейса они уведомят всех пассажиров. Мира очень переживала, ведь встретить новый год уже завтра она хотела в кругу семьи.

— Не волнуйся, ангелочек, ну, если и отменят, мы прекрасно встретим Новый Год, и обязательно попадем домой, метель же не будет вечной, — пытался успокоить ее Никита, и его слова действительно помогали справиться с переживаниями. Ведь у них собраны чемоданы, в любой момент они готовы поехать в аэропорт.

В ожидании новостей они решили посмотреть новогодний фильм, чтобы поднять настроение, улеглись в кровать с мягким пледом, и спустя несколько минут Никите позвонили. Оказалось, что звонили из аэропорта, рейс перенесли на первое января. Если что-то изменится, они сообщат.

Миру это расстроило, но Никита смог убедить ее, что они прекрасно встретят Новый Год здесь, в Санкт-Петербурге. Тогда они сразу же позвонили родителям.

— Мам, мы не приедем, — сообщила Мира с грустным видом, когда видеозвонок приняли Дмитрий и Инга. — Из-за погоды перенесли рейс.

Родители, конечно, расстроились, но они все равно были рады, что увидят детей спустя долгое время.

— Мы вчера узнали пол ребенка, — внезапно сказала мама. Через экран телефона Мира увидела, как она поглаживает округлившийся живот. — Хотели вам сообщить при встрече, чтобы это был сюрприз, но я больше не могу ждать! У вас будет сестренка!

— Ура! Поздравляю! — закричала Мира. Она отреагировала более эмоционально, чем Никита. Он просто улыбался. — Еще не думали как назовете?

— Пока что нет. Мне нравится имя Ангелина, а Диме нет.

Никита облегченно вздохнул. Честно говоря, он думал, что назовут дочь Дианой, якобы в память о погибшей сестре, но это выглядело бы так, как будто его сестренку решили просто заменить другой.

Поболтав еще немного, они отключились. Остаток дня парень и девушка провалялись в кровати, смотря сериал и отвлекаясь лишь на то, чтобы поесть. Вечером Мира подошла к большому окну, за которым продолжала бушевать метель. Несмотря на темноту и плохую погоду, во дворе дети играли в снежки и лепили снеговика, а рядом стояли родители и следили за детьми.

— Мир, ты чего? — спросил Никита, обнимая ее сзади и нежно целуя в щеку.

Девушка улыбнулась и сказала:

— Вспомнила, как мы с папой тоже так играли в детстве. Мне его не хватает.

Никита прекрасно ее понимал, потому что сам он вспомнил, как катался на санках в детстве вместе с Дианой.

— Не грусти, милашка моя, — лишь сказал он и обнял покрепче.

Какой смысл говорить человеку о том, что все будет хорошо? Ведь эти слова не помогут и не вернут утрату. Если человеку грустно, нужно просто дать ему понять, что ты рядом и обнять. Объятия помогают почувствовать, что ты не один в этом мире и что есть те, кто тобой дорожит.

Мира заулыбалась в ответ и развернулась лицом к парню, привставая на носочки и медленно целуя в губы. Они смотрели друг другу в глаза, пока целовались, из-за этого поцелуй был долгим, как будто они играли в игру, кто же первый сдастся, поддастся притяжению и закроет глаза от наслаждения. Ощущая его руки на талии в конце концов Мира сдалась и не выдержала этот взгляд, от удовольствия ее глаза сами закрылись. А затем руки парня спустились ниже, а ее ладони быстро сняли с него футболку. Тело словно девушке не подчинялось, ведь всеми мыслями она была в этом нежном поцелуе с ароматом его нежных духов. Каждое его прикосновение дарило нежность, возбуждало, позволяло почувствовать, что она только ЕГО, а он только ЕЕ. Мира была счастлива, когда он медленно целовал ее щеки, шею, ключицы, прокладывал дорожку поцелуев на животе, возбуждая и вызывая множество мурашек на ее теле. Но в некоторые моменты ей нравилось быть той, кто ведет игру. Мира приникала теплыми губами к мочке его уха и нежно целовала, слушая тихие вздохи любимого и чувствуя его горячие ладони на своем голом теле. Наслаждаясь этими прекрасными ощущениями, чувствами, эмоциями, возбуждением, которое существовало между ними обоими в этот момент, она мысленно благодарила Небеса за то, что позволили им быть вместе. Их судьбы сплелись воедино навсегда.

На следующий день продолжала бушевать метель, но Никита знал, как поднять Мире настроение. Близился Новый Год — один из ее любимых праздников, и Никита уже знал, что подарит ей, хотя, планировал преподнести подарок дома, в кругу семьи. Но из-за ненастной погоды планы пришлось быстро менять. Он предложил девушке отметить новый год не дома, а на улице, прогуляться по снежной погоде, а если погода будет настолько ужасной, что невозможно будет гулять, просто посидеть в кофейне, заказать вкусные десерты и кофе. Мира с радостью согласилась, она не хотела готовить всякие салаты, ведь на следующий день, возможно, они поедут домой.

И вот в девять часов после того, как они пересмотрели все новогодние фильмы, которые показывали по телевизору, ребята оделись потеплее и вышли на улицу. На Мире была белая шубка, варежки и теплые белые наушники для ушей. Оделась как настоящий ангел, подумал парень.

Погода позволяла гулять, поэтому на улице города было весьма оживленно. Метель притихла вместе с ветром, теперь с неба красиво падали снежные хлопья. В их родном городе такого почти нельзя было увидеть. Обычно тридцать первого декабря в их южном городке либо совсем не было снега, либо шел дождь. Здесь же была настоящая снежная сказка.

Сначала они подурачились на открытом катке и поняли, что ни один, ни другой не умеет кататься на коньках. Несмотря на все падения, ушли оттуда они счастливыми. Решили просто прогуляться по Невскому проспекту перед тем, как зайти в уютную кофейню. Близилась полночь, Мира хотела сфотографироваться вместе с фейерверками, и тогда Никита взял им по стаканчику капучино с ванильным сиропом и слоеной булочке с корицей.

— Очень вкусно, — сказала девушка, пробуя и напиток, и булочку. — Боюсь, что на кофейню в моем желудке места не хватит.

— Придется найти, ангелочек. В том месте, которое я выбрал, подают селедку под шубой, о которой я думаю еще с прошлого Нового Года.

— Тебе мама по приезде приготовит, — показала она ему язык. — Лучше сфоткай меня с этим красивым стаканчиком. — Оставалось как раз пара минут до боя курантов. На огромном проекторе в городе уже несколько минут показывали речь президента.

Она встала так, чтобы в камеру попадало небо, которое вот-вот было готово вспыхнуть светом фейерверков.

— Я люблю тебя! — крикнул он, и девушка улыбнулась.

Затем она снова поменяла позу.

— У меня самая красивая девушка! — снова заголосил Ларионов, когда улыбка Миры пропала, а после его слов она вновь заулыбалась. Окружающие люди смотрели на них, улыбаясь.

Снимки получались потрясающими, Никита легко запечатлел на них искренние эмоции девушки. Вместо того, чтобы говорить «улыбайся», он говорил «я люблю тебя» и комплименты, а она улыбалась.

Люди начали кричать «С Новым Годом!», небо раскрасили яркие огни, и Никита опять сделал несколько снимков.

— Ангелочек, выйдешь за меня?! — крикнул он, пока толпа продолжала кричать поздравления.

На лице Миры выступило удивление, и он снова сделал несколько щелчков камерой. И тогда парень достал золотое колечко с маленьким голубым камушком. Девушка прикрыла рот ладонью не в силах поверить. И тогда парень сделал еще несколько снимков, когда она уже улыбалась. Вместо ответа Мира кинулась ему на шею, запрыгивая на парня и обхватывая двумя ногами. Вместо слова «да» она страстно поцеловала его в губы, и тогда он надел ей кольцо. Им было восемнадцать обоим, но почему нужно ждать, пока они закончат универ или построят карьеру? Почему они вообще должны ждать какого-то момента, если что-то хотят сделать сейчас или в ближайшее время? Проще самому создать этот момент.

Никита знал, что Мира — обычный человек. Но она заботилась о нем и делала счастливым, поэтому Мира была по-прежнему была его ангелом-хранителем — хранителем его сердца и души.

КОНЕЦ

Content

Ирина Духина
Ангелы не плачут

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

История Никиты

Глава 6

Глава 7

История Никиты

Глава 8

Глава 9

История Миры

Глава 10

Глава 11

История Миры

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Эпилог