Призыватель нулевого ранга. Том 9

Глава 1

Мы с Асакурой начали действовать одновременно. Я потянулся к сумке со сферами и вызвал Йонира. Воительница же поставила свой посох так, чтобы нависающая над нами конструкция не рухнула. При этом пол продолжало трясти. Йонир сразу оценил ситуацию и ринулся на помощь Асакуре.

Тут же из кольца вышли и все остальные петы: Моур, Венетто и даже Элфин.

— Роб, что происходит? — спросил я вслух, одновременно с этим помогая подняться упавшим в проход людям. Надо сказать, что паника захлестнула зал практически мгновенно. Раздались крики, визги, и все присутствующие вскочили и рванули в сторону выхода. Из-за этого тут же началась давка. И те, кто был слабее, оказывались под ногами тех, кто оказался проворнее, и их затаптывали.

— Судя по всему, очень сильная сейсмическая активность, — ответил Роб. — Я фиксирую толчки глубоко под землёй.

— Твою мать, — прорычал я и огляделся в поисках Агунара, но увидел только Адель. Она стояла чуть поодаль так, чтобы ей не угрожало ни обрушение, ни толпа людей, ринувшаяся к выходу.

При этом она закрыла глаза и приложила указательные пальцы к вискам. Затем оглядела толпу и рыкнула так, что, мне кажется, ей мог бы позавидовать и Венетто.

— Спокойно!

Я не знал, на что она надеялась. Решил, что это всего лишь реакция от шока, но тут же был поражён: толпа, которая только что грозила затоптать упавших, пройтись лакированными ботинками по пальцам с перстнями, по челюстям, по почкам, вдруг замерла. Народ остановился, огляделся, посмотрел друг на друга. Кто-то начал помогать вставать упавшим, другие держали двери, и я понял, что здесь, у нас внизу, паника прекратилась. Там, наверху, где, может быть, не видели и не слышали Адель, всё ещё продолжалось столпотворение, но здесь почти полторы сотни человек вдруг стали вести себя вполне цивилизованно.

«Ах вот оно что, — подумал я, — скрытое мастерство. Адель — это умение воздействовать».

Но мне было непонятно: на одного человека или на толпу? Если только на толпу, тогда более-менее ясно, почему она не смогла воздействовать на Уленга. Впрочем, все эти вопросы следовало оставить на потом. Сейчас у нас была одна задача: как можно быстрее вывести людей из зала.

Моур очень быстро воздвиг колонны, принявшие на себя вес всей тяжёлой конструкции билетажа. И Асакура с Йониром смогли заняться другими делами. Адель же по-прежнему давила себе на виски, как будто руководила эвакуацией.

Элфин выбрал специальное место в стене и раскалённым паром прорезал в нём дыру, чтобы люди, как в дополнительный выход, могли через неё выбираться наружу.

Я наконец-то заметил Агунара. Тот с вытаращенными глазами метался возле трибуны, пытаясь привести в чувство какого-то респектабельного господина, но у него это не очень хорошо получалось.

Я подошёл к нему.

— Что происходит? — спросил я.

— Ты знаешь, — Агунар посмотрел на меня каким-то беспомощным и затравленным взглядом. — Это Мармат-убийца, — проговорил он.

— Что? — Я нахмурился. — Ты про этого, что ли? — я кивнул на господина, лежащего у его ног.

— О, нет, — сказал Агунар. — Это герцог Кондорский. Мармат-убийца — это вулкан. Он, кажется, проснулся.

— Мы находимся на вулканических островах, — говорил мне между тем в сознании Роб. — Под дворцовым и самым большим островом, на котором мы сейчас находимся, располагается вулкан местное название которого — Мармат. Местные жители всегда считали его потухшим, но это было не так. Судя по всему, нас с тобой ждёт очень зрелищное представление под названием «Извержение вулкана».

— А почему «убийца»-то? — не понял я, наблюдая как паника полностью улеглась и поэтому люди спокойно покидают зал собраний.

— Ну потому, наверное, что он не оставит в живых ни одного человека, — ответил на это Роб. — Всё население острова будет смыто раскалённой лавой прямо в море.

— А ты оптимист, я смотрю, — ответил я Робу. И в то же время снова обернулся к Агунару, который пытался поднять на ноги герцога, но того скрутила судорога, и он держался за сердце.

«Плохо дело», — подумал я, подхватил мужичонку в дорогом костюме и рявкнул на Агунара.

— Где тут лазарет?

Агунар сначала показал на выход, но потом развернулся и указал на прорезанный Элфином ход.

— Так будет быстрее. Прямо сто метров, затем налево. Там будет местный дворцовый лазарет.

Я, недолго думая, помчался туда, растолкав по дороге несколько человек. Асакура двинулась за мной, а Адель осталась внутри, чтобы приглядывать за людьми. Правда, когда я уже вернулся, сдав герцога на попечение лекарям, она тоже вышла из здания.

— Все эвакуированы? — спросил я.

— Насколько это было возможно, — ответила Адель.

И вот в этот момент землю под ногами тряхнуло так, что ни Асакура, ни Адель не удержались на ногах. Зал собраний заходил ходуном и начал обваливаться.

— Да что ж за хрень такая! — послышался рёв Йонира, а затем струя огня вырвалась прямо из окна, расплавляя стекло. И к нам со всей своей яростной мощью выпрыгнул Йонир. Следом за ним выскочил Элфин. Последним здание покинул Венетто. А над моим левым плечом проявился Рик.

— Да, неудобно вышло, — сказал он. — Ты даже выступить не успел. Теперь им придётся это здание восстанавливать или назначать собрание в каком-то другом.

— Я боюсь, что это здание им уже не восстановить, — ответил я.

— Почему так считаешь? — Рик внимательно посмотрел на меня.

— Ну, потому что вот, наш дорогой Роберт уверен, что это просыпается вулкан.

Следующий толчок был ещё сильнее прежнего. И слева от нас что-то застонало, заскрипело. Я глянул туда и увидел, как примерно в паре километров от нас, буквально на глазах, рос огромный холм, как будто подсвеченный изнутри.

— Срочно! — рявкнул я, оглядывая своих. — Эвакуацию!

— Но как? — посмотрела на меня Адель. — Этим должны заниматься местные!

— Как ты видишь, — сказал я, — местные немного заняты паникой. Поэтому давайте без разговоров сейчас распределим обязанности.

— Я пойду посмотрю, что можно сделать, — проговорил Йонир и кивнул на вулкан.

— Действуй, — сказал я. — Если нужна будет помощь, дай знать.

— Так точно, — ухмыльнулся красный гигант и потопал в сторону разрастающегося холма.

— Агунар! — тот приближался к нам с явно потерянным видом, совершенно не понимая, что он должен делать. — Так, ты тут исполняющий обязанности короля или где? — рявкнул я так, что он пришёл в себя и широко открыл глаза.

— Да, — ответил он, — но что я могу?

— Быстро! — распорядился я, — насколько это только возможно, организовывай эвакуацию!

— Но как? — посмотрел на меня Агунар. — Кораблей у нас, как не было, так и нет. В порту стоит пара яхт, прибывших за последние недели. Есть несколько самолётов на аэродроме, но при такой сейсмической обстановке они просто не взлетят. Нам некуда эвакуироваться, — он развёл руками.

И тут я уже не выдержал. Подошёл к Агунару, взял его за грудки и хорошенько встряхнул, так что у него голова мотнулась, как у тряпичной куклы.

— Слушай меня сюда, — сказал я. — Ваш остров прекратит своё существование в ближайшие минуты. Ты должен взять и организовать эвакуацию на другие острова, в открытое море. Как хочешь, чем хочешь. Ты, твою мать, его величество на данный момент. Поэтому заткнись и спасай людей.

— Да-да, — проговорил Агунар.

И мне показалось, что моя грубость и бесцеремонность как будто прибавили ему сил, как будто она разъярила его. И он вспомнил того себя, который спасал людей от монстров, не жалея собственных сил.

Он вдруг развернулся, отыскивая глазами тех, кто находился рядом, и очень бодро начал раздавать различные приказы.

— То-то же, — сказал я и повернулся к остальным. — Элфин, — ты двигаешься на ближайший пляж, на который мы и приехали, и оттуда начинаешь эвакуировать людей по стольку человек сколько сможешь на себя вместить. Если есть возможность, разрастись побольше.

— И куда их? — спросил меня Элфин.

— Куда хочешь. Подальше отсюда, — ответил я. — На другие острова, может быть, на какие-то корабли. Неважно. Народ должен быть эвакуирован.

— Венетто! — тот глянул на меня. — Ты будешь моим транспортным средством в данной ситуации.

— Слушаюсь, — ответил тот.

— Асакура! — та глянула на меня. — Вызывай Вилли и тоже занимайтесь эвакуацией. — Адель, ты с Асакурой в точках сбора людей. Наверняка будет паника, ты должна помочь её предотвратить.

— Будет сделано, — ответила Адель без капли иронии.

Я огляделся. Итак, практически все распоряжения были розданы. Оставались только Рик и Моур.

— Так, Моур, — сказал я, — твоя задача: сделать големов, которые будут собирать людей. Возможно, раненых, возможно, находящихся в состоянии паники, тех, кто не сможет сам эвакуироваться с данных территорий.

— Но Гордар, — покачал головой Моур, — мои големы не смогут осторожно подбирать людей. Они их могут покалечить.

— Плохо, — ответил я. — Ну ничего, я придумаю, как тебя приспособить.

— Я могу отправиться к Йониру, — предложил Моур. — Возможно, вместе нам удастся что-то сделать.

— Отлично, — сказал я. — Давай, вперёд.

— Рик, — я посмотрел на него. — Давай пока со мной, будешь связным.

— Но я могу отправиться вместе с Адель, — сказал он, — успокаивать панику.

— Извини, дорогой, — ответил я, — но когда в такой ситуации люди ещё увидят до кучи призрака, они могут решить, что им хана. Поэтому извини, но пока со мной. Потом решим, куда направить твои ресурсы.

— Отлично, — кивнул мне Рик.

Я огляделся. С момента первого толчка не прошло и пяти минут, а все уже были направлены куда надо. Я видел, как Асакура сажает людей на спину Вилли. Огромный летающий кит стал плоским, чтобы на нём поместилось как можно больше народа.

Вдалеке у кромки моря виднелась шея Элфина. Где-то там рядом с ним работала Адель, потому что люди не хотели забираться на синего морского дракона. Почему-то они предпочитали смерть от лавы или от волн, но только чтобы не касаться морского чудовища.

«Ничего, ничего», — думал я про себя. — «Потом еще спасибо скажете».

С этими мыслями я забрался на спину к Венетто и взлетел. Сверху ситуация выглядела гораздо более плачевно, чем с той точки, где я находился. Множество строений в округе, в том числе и центральный дворец, были разрушены частично или полностью.

Везде лежали тела людей, многие из которых были ранены. Те, кто ещё мог держаться на ногах, либо бежали куда глаза глядят, либо пытались извлечь из-под обломков своих друзей, родственников и знакомых. При этом зачастую они сами истекали кровью.

Мы с Венетто садились то тут, то там, периодически помогая людям, но я отчётливо понимал, что этого слишком мало. Мои усилия — это как капля в море. Да, я вытаскивал людей из-под завалов, отдавал их на руки ещё ходящим и давал направление либо в сторону моря к Элфину, либо к Асакуре.

Затем я увидел, как на другой стороне острова организована эвакуация на соседний остров, более мелкий. Но, по мнению Роба, тот тоже был под угрозой затопления, поэтому людей увозили ещё дальше, на дальние острова. И тогда я начал посылать людей и туда.

В какой-то момент появилась армия, и даже гвардейцы. Они тоже помогали простым людям, пытались разобрать завалы и так далее. Но мне казалось, что всего этого недостаточно. Надо действовать гораздо быстрее и слаженнее.

А затем я обратил внимание на вулкан, точнее на вздымающийся новый холм над островом, возвышавшийся уже метров на сто вверх. Мне показалось, что он прекратил усиленно расти.

Своим новым острым зрением я хорошо видел недалеко от вершины красную точку. Это Йонир орудовал там и, кажется, сумел найти управу на вулкан, пытаясь его усмирить.

«Только бы у него получилось», — думал я. — «Только бы не рвануло».

— Вряд ли это возможно, — ответил мне Роб.

Видимо, я слишком громко надеялся на благополучный исход.

— Развитие вулкана идёт по самому худшему для людей сценарию, — сказал мой защитник.

— В плане? — уточнил я. — Что ты имеешь в виду?

— Если бы потоки магмы сейчас нашли проход сквозь породу, то лава просто начала бы течь и постепенно затопила бы остров. Либо даже создала бы себе русло и стала бы вытекать в море, слегка кипятя его у берегов. Но это не столь уж критично. Но в нашем случае, судя по всему, под холмом сейчас набирается критическая масса, которая в конце концов рванёт.

— Надо предупредить Йонира, — сказал я, — чтобы он не затыкал ход для магмы.

— Йонир знает, что делает, — ответил на это Роб. — Он как раз, вместе с Моуром, пытается проковырять ход для магмы, чтобы ослабить давление. Но это не так уж и легко, как кажется.

Но пока не рвануло, я продолжал вытаскивать людей из-под завалов и сдавать на руки тем, кто мог их дотащить или довести до точки эвакуации.

Затем почву под ногами ещё раз тряхнуло. И на этот раз сильнее всех прежних. Мне показалось, что почва у меня под ногами буквально расползается, как будто трескается по шву. Так оно и было на самом деле.

Далеко внизу между своих ног я увидел оранжевый поток раскалённой магмы. Тут же подлетел Венетто и подхватил меня. Я уже надеялся, что угроза взрыва миновала: давление должно было выйти через эту трещину. Но в следующее мгновение трещина закрылась, а со стороны холма послышался нарастающий угрожающий гул.

Я глянул туда и увидел, что холм стал расти гораздо быстрее, чем раньше.

* * *

Элфин исполнял приказ своего призывателя. Он не мог сказать, какие чувства он испытывает к людям, которых спасал. Ведь до этого много лет он, наоборот, был призван уничтожать всех этих людей. Не давать им возможности пересечь море и скрыться с Островов. Но теперь его хозяин сказал заботиться об этих людях.

И он заботился. Настолько, насколько мог. Но ему было тяжело, потому что он чувствовал ненависть тех самых людей, которых ему надлежало спасти. Он чувствовал недоверие к себе и понимал, что в любой другой ситуации его бы с удовольствием уничтожили те самые представители рода человеческого, которых он спасает на себе.

Единственным светлым пятном этой ситуации была Адель. Она успокаивала людей и настраивала их на мирный лад, сопровождая их на спину Элфина.

В итоге туда набилось больше пятидесяти человек, и он, стараясь никого не потерять, повёз их на самый дальний остров, который при всех раскладах должен был остаться нетронутым. Ехать пришлось очень медленно, так как люди были напуганы и практически не имели возможности удерживаться на нём.

Это было плохо. Элфин хотел как можно быстрее отвезти эту партию и вернуться за новой. Тем более он увидел, как наверху проплывает Вилли, пет Асакуры. Тот двигался гораздо быстрее. Это внушало Элфину неприязнь: ведь это он должен быть быстрее, он — грациознее, он — морская стихия. Но о людях на спине нужно было заботиться, и он заботился.

На дальнем острове его встретили настороженно, но без лишней паники и опаски. Асакура со своим петом уже были здесь и предупредили местных о том, что к ним движется морской дракон с людьми на спине.

Здесь тоже чувствовали толчки, но совсем слабо. Впрочем, и тут собирались эвакуироваться, но пока было совсем непонятно куда. Вокруг на много десятков километров была сплошная вода и никакой возможности перебраться на материк.

Затем Асакура со своим петом взмыли в воздух и отправились обратно за новой партией людей.

Элфин тоже разгрузился, развернулся и на максимально возможной скорости помчался обратно. И в этот момент понял, что сзади по нему выпустили целых три торпеды.

«Неблагодарные», — подумал он, останавливаясь и разворачиваясь к торпедам. — «Я же вас спасаю».

* * *

Асакура действовала как часы. У неё это как будто было заложено в организме. Она понимала свою задачу и отрабатывала её от и до, не обращая внимания ни на что другое. Просто брала и делала то, что было необходимо.

Она сделала первый рейс на Вилле, отвезя тридцать с чем-то человек на дальний остров. Развернулась и отправилась обратно.

Ещё издалека она увидела столпотворение на том месте, где должна была забирать людей. И в этот момент практически одновременно произошел новый толчок на дворцовом острове. В то же время сзади неё прозвучало три взрыва.

Она сначала подумала, что это дальний остров начал трясти, но, обернувшись, увидела, что все три взрыва находятся в акватории моря. Она не сразу поняла, в чём дело, а потом увидела несущегося на всех парах Элфина.

Объяснение было только одно: кто-то с берега пустил по морскому дракону торпеды. Но верить в это она не хотела.

Он же спасает людей. Как они могли вообще сделать такое?

Ей мгновенно расхотелось спасать людей, но делать было нечего. Те, кто ждали её на Дворцовом острове, были ни при чём. Они нуждались в её помощи.

Они прилетели на своё место, загрузили народ, а потом вдруг вулкан начал очень быстро увеличиваться в размерах. Но перед этим тряхнуло так, что практически никто из стоящих внизу не удержался на ногах. Нужно было забирать всех и сразу.

«Быстрее! Быстрее!» — подгонял их Асакура. И тут она поняла, что береговая линия начала к ним стремительно приближаться. Вулкан рос, а вот сам остров довольно быстро уходил под воду.

* * *

Йонир любил стихию огня. Это была его родная стихия. Но вот с вулканами до этого момента он не встречался. Не было случая. Однако сама непреодолимая сила этой стихии его буквально гипнотизировала.

Он добрался до вулкана в считанные минуты и через какое-то время поймал себя на том, что просто любуется этой неимоверной силой, которая рвётся изнутри земли, разрывает каменные плиты, которым миллионы лет, плавит и заставляет бурлить самые прочные горные породы.

Он и сам бы хотел обладать подобной силой. Но тут Йонир одёрнул себя. На данный момент вулкан — не друг. На данный момент это нечто такое, что нужно успокоить, нужно остановить его неконтролируемый рост, нужно усмирить эту чудовищную силу.

И вот тут Йонир задрал морду к небу и расхохотался.

— Наконец-то достойный противник, — проговорил он.

И правда, стихия, которая была достойна его восхищения, на данный момент являлась его противником, которого нужно было пересилить. Одолеть эту чудовищную мощь. Йонир расправил плечи и поиграл мышцами.

— Ну что же, приступим.

Он знал, что нужно делать. Нельзя было допустить, чтобы внизу под скалой создалось критическое давление, необходимое для взрыва. Тогда весь этот холм разлетится шрапнелью далеко-далеко в море, а из точки на его вершине, где сейчас находился Йонер, вверх взметнётся такой фонтан лавы, который будет виден из самой Империи.

Нужно было прорвать породы, чтобы дать выход давлению.

Но сделать это оказалось не так-то и просто. Дело в том, что сама по себе структура острова была лавовой: некогда расплавленные базальт и гранит и создавали саму сущность островов, и просто так взять и разорвать их было очень непросто.

Йонир попробовал огнемёты, и они достаточно неплохо показали себя, но всё же, чтобы прорвать холм, чтобы докопаться до бурлящей магмы, Йониру потребовалось бы несколько часов, которых у него не было.

Но тут на его счастье подоспел Моур.

— Помощь нужна? — спросил тот.

— Да, — кивнул ему Йонер и ухмыльнулся. — Мы с тобой будем как огонь и земля, и нам надо расшатать с тобой этот холм, спустить давление, чтобы тут не рвануло.

— Давай пробовать, — откликнулся Моур и потянул энергию из самого вулкана, из самой бурлящей магмы, и с помощью этой энергии принялся раздвигать стены появившегося холма.

Но с наскока ничего не получилось сделать, поэтому ему пришлось ощупывать структуру, смотреть, где были древние наплывы этой базальтовой лавы. И вот так, потихоньку, ища незаметные простому глазу слабости породы между слоями, он начал вскрывать их одну за другой.

Йонир помогал ему, направляя туда свои огнемёты, иногда прямо когтями выцарапывая огромные глыбы, которые не глядя кидал за свою спину.

И несмотря на то, что они продвигались внутрь, да и начали с самой слабой точки, всё равно двигались они невероятно медленно. Если так пойдёт и дальше, то они просто не успеют сделать необходимое.

И в этот момент там, внутри, в глубине земли, что-то рвануло.

— Бей! — рыкнул Йонир.

И Моур, чуть ли не мгновенно создав огромного голема из тех кусков, что они вытащили, ударил его кулаком в самое тонкое место. На секунду появился разлом, и там, далеко внизу, показалась оранжевая лава, поток кипящего камня.

— Отлично! — рыкнул Йонир и постарался упереться в стены появившейся расщелины, чтобы расширить её.

Но холм тяжело вздохнул, и щель начала закрываться.

— Да вот хрен тебе, — ответил Йонир и взглянул на Моура. — Давай будем с разных сторон её вскрывать.

После чего расслабил тело и рухнул вниз, прямо в нутро вулкана. После чего холм снова сомкнулся.

От автора:

Дорогие друзья, сегодня у одного из авторов (Дмитрия Дубова) день рождения. В связи с этим завтра проды не будет, уж извините:Р Но на многие первые книги циклов, в которых я принял участие, сегодня скидка. С четверга будет проще с продами. Наверное) Всем приятного чтения)

Глава 2

Я запрыгнул на Венетто и помчался в сторону вулкана. Однако по пути увидел ещё более угрожающий процесс.

Судя по всему, с высоты моего полёта это выглядело именно так, весь остров постепенно уходил под воду. Где-то на полпути между растущим холмом, внутри которого скрывалась кипящая магма, и постоянно наступающим морем я увидел небольшое разрушенное строение.

Возможно, когда-то раньше это было что-то типа небольшой гостиницы или туристического санатория, но суть была не в этом. Здание сложилось словно карточный домик, и всё его основание было прикрыто кусками крыши.

И вот между этими хаотичными обломками я увидел маленькую фигурку, которая, по-хорошему, должна была бежать оттуда в зону эвакуации — туда, где к Асакуре с Вилли и Элфину уже подключились местные. Кто-то раздобыл лодки, кто-то в спешном порядке сооружал плоты. Одним словом, местные включились в процесс бегства с острова. А вот фигурка внизу как будто что-то выискивала что-то между кусками крыши.

— Давай вниз, — сказал я Венетто. И тот мгновенно послушался меня, сразу поняв, чего именно я хочу.

При этом он даже не спросил, зачем мне это нужно. Вообще не задал ни единого вопроса. За это я был ему благодарен. С другой стороны, надо было привыкать, что мои подчинённые выполняют приказы без лишних вопросов вроде «зачем тебе это вообще нужно» и тому подобного.

Буквально через секунду мы были на месте. Я увидел парня лет двенадцати, лицо которого было залито слезами и кровью из рассечённой брови.

— Почему ты не уходишь? — спросил я.

Но мальчик лишь удостоил нас быстрым взглядом и опять принялся выискивать что-то между кусками крыши.

— Тебе нужна наша помощь? — спросил я.

И вот теперь он посмотрел на нас долгим взглядом. В глазах его читались слабая надежда и даже мольба.

— Там моя мама, — сказал он, явно стараясь не расплакаться. — Её вместе с сестрой засыпало, и я никак не могу её найти.

— Понятно, — сказал я. — А где примерно это произошло?

— Где-то здесь. Я выползал из-под обломков, поэтому не совсем помню. Мне нужно было остаться с ней, но я испугался, — ответил парень.

Я понимал его чувства. Он корил себя за то, что не остался вместе с матерью и сестрой, чтобы начать выбираться из плена уже вместе с ними, обеспечив им отход.

Но тут, всё-таки, у него сработал инстинкт самосохранения.

— Ничего, не переживай, поверь мне, ты больше смог сделать, находясь с этой стороны завала, — сказал я.

А затем мы с Венетто начали пробираться вглубь.

Честно говоря, здание так сильно раскрошилось, потому что было построено из отдельных блоков, а не из панелей, что я, честно говоря, не надеялся на то, что мы вытащим мать и сестру этого мальчика живыми.

Но в какой-то момент я понял, что нам повезло. Я услышал слабые стоны внутри завалов.

— Здравствуйте, — сказал я. — Не шевелитесь, я скоро к вам продерусь.

И в ответ мне было только слабое подтверждение.

— Хорошо, — прохрипели мне в ответ.

В голосе явно звучала боль, но не организующая. То есть, возможно, женщину просто зажало, и она не могла двинуться с места.

Когда мы с Венетто преодолели ещё около трёх метров, то поняли, как женщине удалось выжить. На неё упал огромный шкаф, который и сохранил ей жизнь, но в то же время не давал возможности выбраться из-под завалов. Она оказалась в достаточной безопасности, но если бы мальчик не привлёк наше внимание, то здесь бы она и осталась навечно.

Мы кое-как выломали боковину шкафа, чтобы добраться до женщины, но её придавило полкой в районе поясницы, и мы никак не могли её достать.

И в этот момент море подошло совсем близко, и развалины начало затапливать с ужасающей скоростью.

— Венетто, — сказал я, пытаясь посторониться, — давай попробуй приподнять этот шкаф.

— Уж не знаю, как это получится, — проговорил Венетто и превратился в тёмный туман. Затем втек буквально в пространство под шкафом и материализовался, приподняв на себе и шкаф, и часть завала.

Внизу уже было около десяти сантиметров воды, в которой лежала женщина. Я схватил её за руку и потянул на себя. Тут она вскрикнула — видимо, ей что-то повредило внутри, когда шкаф на неё падал.

— Вот, — сказала она и передала мне небольшой свёрток. — Дочку спасите! — взмолилась она.

— Нет, — ответил я. — Мы спасём вас вместе.

Я потянулся к ней, схватил за туловище и вытащил, перевернувшись, буквально положив её вместе со свёртком, в котором находилась крохотная дочка, на себя.

Она завопила от боли, но я не обращал на это внимания. Мне надлежало действовать как циничному врачу, не обращающему внимание на стоны пациента.

После этого я подхватил её на руки.

— Венетто, уходим, — скомандовал я.

Кое-как мы выползли наружу, и я посмотрел в глаза мальчишке, которые за какое-то мгновение разительно переменились. Если раньше они выражали только скорбь и безнадёгу, а также укор самому себе, то сейчас они начали буквально искриться радостью.

— Мама! Мама! — закричал он, встречая мать. — Ты жива! Как чувствует себя Елена?

— Она хорошо, — ответила мать с придыханием, — а мне вот что-то внутри передавило.

Я посмотрел, как быстро на нас наступало море. Мы уже стояли по колено в воде. И тогда я решил:

— Венетто, выбора нет. Мы должны отвезти их к Асакуре.

— Только держитесь крепче, — ответил на это Венетто и подставил крыло так, чтобы я мог по нему забраться вместе со своей ношей.

Затем забрался и мальчик, который сел позади меня и буквально вцепился мне в спину. Венетто взлетел, оставляя утопающие развалины внизу. Мы же передали людей, минуя землю, сразу на спину Асакуриного пета.

И вот именно в этот момент началась вторая волна паники.

* * *

Йонир оказался внутри вулкана. Для самого себя он представлял это так, словно оказался внутри огнедышащей пасти какого-то невероятно большого и мощного собрата.

Впрочем, это было не так важно. Он сначала думал, что рухнет прямо в поток лавы, уже оттуда начнёт выбиваться наружу. Но нет. Совсем недалеко от того места, где он прорывался внутрь холма, он увидел небольшой выступ, на котором ему едва-едва хватало места. Но он отлично подходил для того, чтобы на некоторое время остановиться и решить, что предпринять дальше.

Здесь он смог осознать проблему: почему они никак не могли пробиться внутрь холма и дать возможность сбросить давление, чтобы устранить угрозу взрыва.

Дело было в том, что этот холм создавался из двух напирающих друг на друга стенок, каждая из которых была очень прочной сама по себе. По сути, если бы не гигантское давление изнутри, эти стенки бы уже просто встали друг напротив друга и не давали бы двинуться дальше. Но их постоянно отталкивало друг от друга, и они выдвигались изнутри земли, наваливаясь друг на друга с ещё большей силой.

Всё это Йонир оценил буквально за первые минуты нахождения в этом раскалённом месте с чудовищным давлением. Любого другого на его месте давно бы уже либо сожгло, либо смяло.

Но Йонир только кайфовал от местного климата.

Он подумал, что нужно будет поговорить с Гардаром и, возможно, иногда уезжать в подобные места, которые ему были как сауна, как будто термические источники для простых людей.

Он взглянул наверх, туда, где эти две стены сходились. Где-то там Моур пытался пробиться к нему.

Нет, — понял Йонир. — Они просто делают неправильно.

Да, они нашли, как им казалось, слабое место. Но это слабое место находилось между стыками, на стыке двух стен, которые давили друг на друга с разных сторон. И чем больше они пробивались между ними, тем сильнее эти самые стены сходились.

Нет, — решил он. — Нужно действовать чуть иначе.

— Моур! — позвал Йонир рыком, каким только мог.

Параллельно он отправил к пету Гардара мысленный призыв:

— Мы бьём не в том месте. Бей ниже, примерно в центре холма. А я тебе помогу с этой стороны.

Сначала он подумал, что Моур не услышал его, а затем всё-таки принял слабый ответ:

— Куда бить? С какой стороны?

Йонир понял, что немного потерял ориентацию, но это было неважно.

— Следи, куда сейчас ударю я.

Йонир сжался, словно пружина. И в этот момент внутри, где-то в глубине вулкана и даже чуть в стороне, что-то рвануло. Видимо, там давление уже переросло критическую точку, и какая-то часть этого вулкана, далеко внизу, не выдержала. Здесь же это нашло иное выражение.

Целый язык лавы с невообразимой силой устремился в бок холма. Йонир не стал ждать и наблюдать за тем, сможет ли этот поток лавы пробить базальтовую стену или нет.

Он решил усилить этот поток, придать ему немножко демонической ярости, и сам ударил в то же самое место, куда через миг ударила лава. Неизвестно, помогло это или энергии поднявшегося языка магмы было достаточно, но стена треснула. Огромный кусок породы откололся и вывалился наружу. У холма как будто сняли крышку, и бурлящая внутри лава начала выплёскиваться на поверхность.

— Класс! — проговорил Моур совсем рядом с ухом Йонира, который пытался сориентироваться, где он оказался. — Взрыв нам больше не грозит.

— Класс! — согласился Йонир, стряхивая с себя куски раскалённого камня. — Теперь надо понять, что делать дальше.

Он огляделся. Весь остров представлял собой печальное зрелище: разрушенная инфраструктура, рассыпающиеся здания. При всём этом море медленно, но верно наступало на него. Лава, бурлящая внутри холма, резко поднялась в уровне и начала выплескиваться наружу. Сначала она выплескивалась брызгами, а затем перелилась через край и потекла вниз, прямо на город.

— Чёрт, — выругался Йонир. — Как-то не очень хорошо получилось.

Действительно, лава вместо того чтобы стекать, например, в сторону моря, она потекла прямо на спасающихся с острова людей. Она погребала под собой развалины и теперь угрожала тем, кто пытался эвакуироваться.

Но хуже всего было то, что от последнего толчка в море образовалась волна. И эта волна грозила сейчас смыть всех тех, кто не успел эвакуироваться. Даже если бы им удалось каким-то образом спрятаться от этой волны, их всё равно зальёт лавой, все ускоряющимся потоком, выливающимся из жерла вулкана.

* * *

Как раз когда я передавал мальчика с мамой и сестрой на попечение Асакуры, снесло крышу вулкана. Я подсмотрел туда, переживая, что сейчас всё детонирует, и взрывной волной снесёт всё, что только осталось на острове. Но нет. Затем я увидел на вершине, совсем рядом с клокочущей и вырывающейся изнутри вулкана светящейся лавой грозную фигуру Йонира.

— Отлично, — подумал я. — Значит, у них получилось. Итак, одной проблемой меньше, а у нас появилось несколько запасных минут для того, чтобы эвакуировать народ.

Но тут я увидел следующее. Внизу, там, где шла, так сказать, посадка на Элфина, случилась сначала некоторая заминка, а потом началась паника.

Дело в том, что море наступало всё быстрее и быстрее. Люди, которые стояли на берегу, ожидая своей очереди, чтобы залезть на спину к синему морскому дракону, вдруг оказывались по колено в воде, а потом уже и по грудь. Некоторые в панике поспешили обратно, другие же, наоборот, кидались в воду, чтобы подплыть к дракону. Тот принимал всех на себя, но дело в том, что на нём уже практически закончилось место.

Люди, которые сидели на нём, пытались помогать тем, кто оказался в воде. Те же, кто поспешил обратно на берег, видели, с какой скоростью суша уходит у них из-под ног. И это их приводило в панику ещё больше. Кто-то хотел поскорее забраться на пета Асакуры, и тут тоже уже был явный перегруз.

Но людям было плевать. Они хотели спастись, и больше ничего их уже не волновало, даже жизнь других людей.

И тут нам на помощь снова пришла Адель. Она опять сосредоточилась и активизировала свою магию эмпатии, которая успокаивала людей. Те приходили в сознание и, следуя указаниям Адели и Асакуры, перемещались в те точки, которые должны были некоторое время оставаться над поверхностью воды.

Затем Элфин и Асакура на Вилли вновь двинулись к дальнему острову, а я помчался к вулкану. Дело в том, что лава из него начала литься прямо на город. Быстро растущая и достаточно стремительная лавовая река начала надвигаться на группы людей, готовящихся к эвакуации.

Более того, с моря шла достаточно высокая волна, с которой я даже не знал, что можно сделать.

— Роб, — сказал я, — как нам уберечь людей от вон той гигантской волны?

— Это ещё не гигантская волна, — ответил он в своём неподражаемом стиле. — Я бы сказал, что это очень даже маленькая волна. И полагаю, что её вполне сможет остановить Венетто.

— Венетто, ты же можешь звуком рассеять эту волну? — уточнил я.

— Конечно, — ответил тот. — Эту смогу. Даже немного большую смогу.

Мы взмыли в небо, затем Венетто занял такую позицию, чтобы рассеять часть волны, идущей конкретно на людей, после чего применил своё неподражаемое оружие.

Я такого никогда не видел. Звуковая волна столкнулась с водной и рассекла её словно волнорез, раскидывая отдельные части этой волны прочь в море. Конечно, полностью волну Венетто устранить не удалось, но теперь по крайней мере людям, собравшимся на острове, уже ничего не угрожало.

Я оценил ситуацию. Выживших, собравшихся в одном месте, было никак не меньше тысячи человек. С теми возможностями, которыми мы обладали, нам нужен был ещё как минимум час-полтора, чтобы их всех эвакуировать. Но я прекрасно понимал, что такого времени у нас нет. Хорошо, если у нас было ещё минут тридцать, прежде чем весь остров, или вся группа островов уйдёт под воду или покроются раскалённой лавой.

Да, вот этот момент нужно было устранить. Я поспешил на всех парах к вулкану.

— Что у вас тут? — спросил я, подлетая и глядя, как Йонир с Моуром пытаются забаррикадировать поток лавы. Причём, не для того, чтобы его остановить, а чтобы хотя бы перенаправить его русло.

Но у них обоих на данный момент ничего не получалось просто потому, что поток лавы был невероятно интенсивным. Это была не речка — это была полноводная река, сносящая на своём пути абсолютно всё, что угодно.

— Да вот же, — ответил Йонир. — Хоть что-то получилось, но, как видишь, не на все сто процентов.

— Хорошо. То, что вы уже сделали. Это просто прекрасно, — сказал я, качая головой. — Мы сохранили сотни жизней, но надо стараться ещё.

— Вот и стараемся, — ответил на это Йонир и ощерил пасть. — Но пока я не совсем понимаю, что нужно делать. Мы явно делаем что-то не то.

Я поднял Венетто в воздух и облетел вулкан. Причём изначально мы полетели достаточно близко к жерлу, и меня окатило волной такого жара, что стало действительно горячо.

— Держись чуть подальше, — сказал я, — а то одежду спалим.

— Прошу прощения, — ответил мне Венетто. — Я должен был догадаться.

Лава вырвалась со стороны самой тонкой стенки, как я в общем-то и ожидал. Но с противоположной стороны стенка тоже была не сильно-то толще. Если бы мы могли пробить ход для лавы с другой стороны, то она бы вполне себе мирно и тихо потекла бы в сторону моря.

Мы облетели жерло ещё пару раз, и я снова обратился к Венетто:

— Слушай, твоих способностей хватит, чтобы расковырять стенку этого самого вулкана?

— Не уверен, — ответил тот. — Я пробовал на горах, где меня заточили, но там ничего не помогало.

— Слушай, там были артефакты, — ответил я. — Здесь никаких артефактов нет. Попробуй. В конце концов, дробят же звуком камни.

— Сейчас, — в нашу беседу вступил Роб, — мы с тобой подберём нужную длину волны, и ты сможешь раскрошить эту цитадель.

— Отлично, — сказал Венетто. — Жду.

Роб вычислил всё довольно быстро, и они с Венетто обменялись какими-то совершенно непонятными для меня данными. Затем мы с ним зашли с такого угла, чтобы он точно попал в противоположную от прохудившейся стены сторону.

Он снова встал в свою позу, набрал в грудь воздуха. Хотя я уже знал, что это не так, и таким образом он подготавливает свои внутренние инструменты, а потом он выдал такой массированный и узконаправленный звук, что даже внутри меня всё как будто перевернулось с ног на голову.

В первые десять или пятнадцать секунд мне казалось, что ничего не происходит. Стена как была на месте, так и оставалась.

Но потом, внезапно, в противоположную сторону стены исполосовали вертикальные трещины. Ещё три или четыре секунды она держалась, а потом буквально взорвалась наружу, и лава потекла с двух сторон. Но затем, за счёт того, что там провал был гораздо глубже, вся магма устремилась в сторону моря.

Йонир, который как раз убрался с того места, где его могло задеть звуковой волной, смотрел на нас и от всей души хлопал своими огромными лапищами. Его примеру последовал и Моур.

— О, молодцы, ребята, додумались, отлично!

— Мы ж команда, — ответил я. — И вот наши командные действия дают свой результат.

* * *

Тем временем Асакура пыталась нарастить скорость, с которой они отвозили людей. Сделать это просто не получалось по той простой причине, что народу на спину её пета набивалось очень много, а вести их надо было аккуратно, чтобы никто не свалился вниз в море. Пускай пет курсировал достаточно низко, человек вряд ли разбился бы, но терять время на то, чтобы доставать потом упавших из моря, не хотелось. Из-за этого скорость полёта была достаточно ограничена.

Плюс ещё происшествие с торпедами и Элфином не давало воительнице покоя, потому что Элфин после этого явно замедлился. Он не горел желанием возвращаться на Дальний остров, где его так нехорошо встретили.

Асакура на этот раз спустила своего пета на Дальнем острове ровно там же, где выгружал своих Элфин. Она быстро нашла командующего местным гарнизоном. Они стояли тут же, встречая беженцев с Дворцового острова, и помогали им в размещении, оказывая необходимую медицинскую помощь.

Асакура намётанным взглядом сразу выделила командира: тот направлял бойцов на разные необходимые задачи.

— Меня зовут воительница Асакура, — представилась она. — Я заведую эвакуацией с Дворцового острова.

— Очень приятно, — сказал ей начальник. — Меня зовут Кабард. Рад познакомиться.

— Ответьте мне, Кабард, — Асакура говорила так, словно была, как минимум, главнокомандующим войсками островов. — Кто отдал приказ стрелять торпедами по морскому дракону, также задействованному в эвакуации?

— Виновные уже наказаны, — нехотя ответил командующий Кабард.

— Вы мне лапшу на уши не вешайте, — рявкнула Асакура. — Такие вещи без компетенции командующего вашего ранга не совершаются. Поэтому я полагаю, что тут не обошлось без вашего приказа.

— Что ж, — ответил тот, — я вам скажу. У меня отец погиб в стычке с этим драконом и два старших брата. А уж сколько военных полегло, пытаясь его победить, я вам даже описать не смогу.

— Вы что, — прорычала Асакура, — не понимаете, что сам по себе морской дракон ни при чём? Он исполнял приказы так же, как и вы исполняете приказы. Приказ был: никого не выпускать с Островов и никого на них не впускать. Вы понимаете, что он сам в этом не виноват? Не он отдавал эти приказы.

Командующий поджал губы и, кажется, не хотел ни на что отвечать.

— Кабард, — проговорила Асакура, — вы должны мне пообещать, что такого больше не повторится, иначе эвакуация окажется под огромным вопросом.

— Я не смогу вам пообещать, что в существо, виновное в гибели тысяч человек, больше не полетят торпеды, — процедил командующий.

Асакура без особого замаха влепила Кабарду такую пощечину, что у него хрустнула челюсть, а ему едва не свернуло шею.

— Вы что себе позволяете⁈ — проговорил Кабард.

— Я вам сказала, — ответила на это Асакура, прямо глядя в глаза командующего, — ещё одна торпеда, и вы лишитесь своей должности, а, возможно, и головы. Я не местная, и разбираться не буду.

— Вот именно, — ответил ей Кабард, — вы не местная, поэтому я не имеете права здесь распоряжаться.

— В данной ситуации ещё как имею, — парировала она. — Не верите? Спросите герцога.

И она кивнула на людей, которые только что сошли со спины её пета.

Командующий хотел что-то ей ответить, но побледнел и заткнулся.

— Так-то, — ответила Асакура. — Не мешайте эвакуации. И помните: морской дракон сейчас спасает жизни, искупая тем самым то, что творил раньше.

Командующий Кабард только что-то невнятно прорычал на это.

* * *

Мы с Венетто подобрали Йонира, Моур временно втянулся в кольцо, и мы полетели к месту, где эвакуировали людей.

Я встал рядом с Адель, которая постоянно поддерживала ментальное состояние собравшихся, поэтому никакой паники не было.

Остров, площадь которого уже уменьшилась вдвое, если не втрое, продолжала сокращаться. Люди постепенно отходили на более высокие места.

Я прикинул, что последним в море скроется тот самый вулкан, от которого мы только что прибыли. Но и земля вокруг него оказалась выше уровнем, чем всё остальное. Поэтому я распорядился постепенно отходить к вулкану. Тем более теперь с этой стороны угрозы от него не было.

Лава бурным потоком стекала прямо в море.

«Только бы успеть», — думал я. Затем обратился к своему пету:

— Венетто, сколько ты можешь унести человек?

— На спине, не больше пяти, — откликнулся тот. — А вот если найти какую-нибудь подвесную люльку, то вполне могу поднять две-три тонны человек.

«М-да, — подумал я. — Измерять людей в тоннах мне ещё не доводилось». Впрочем, сейчас это не так важно. Получается, надо было действительно раздобыть люльку, и можно набить туда человек тридцать — их Венетто вполне сможет поднять.

Адель помогала мне, постепенно упорядочивая толпу, отходящую ближе к холму вулкана.

Я же думал о том, где можно раздобыть такую штуку, которую бы поднял Венетто. Казалось, что всё обойдётся.

И в этот момент в глубинах, где-то глубоко-глубоко под островом, раздался новый удар. Причём мощность его была настолько сильной, что с ног попадали буквально все.

Тряска не заканчивалась в течение почти целой минуты. А затем послышался странный шипящий звук, и я увидел, как вода, до этого постоянно накатывающая на берег, вдруг стремительно стала отходить.

— Плохо дело, — проговорил Роб. — Кажется, нас ждёт гигантское цунами.

Глава 3

— Роб, Элфин, Моур, Венетто, — проговорил я, обращаясь к своим помощникам. — Надо срочно что-то придумать. Если нас ждёт действительно гигантское цунами… — а судя по тому, как всё дальше отходила вода, это было именно так, — нам нужно подумать, как уберечь людей от этого. Моур, ты можешь сделать что-то типа защитного вала, чтобы вода через него не перелилась?

— Гардар, — ответил тот, — я могу сделать вал, но не настолько большой. Чтобы пятнадцатиметровая волна не залила конкретный участок, — проговорил он с некоторым сомнением, — я сделать могу, но если волна будет тридцать метров и больше, то вряд ли мои укрепления хоть что-то будут стоить.

— Волна будет больше тридцати метров, — ответил на это Роб.

— Какие мысли есть? — спросил я, понимая, что действовать всё равно придётся мне. — Венетто, ты сможешь раздолбить эту волну?

Тот покачал головой:

— Частично. Тридцать метров — это волна-убийца. Максимум я смогу сделать в ней небольшой прорыв, но она очень быстро его заделает. А если волна будет больше пятидесяти метров… — Венетто затих и покачал головой.

— А такие бывают? — уточнил я.

— Бывают, — на этот раз мне ответила Адель, подошедшая к нам. — Я видела такую волну, которая доставала буквально до небес.

Она проговорила это таким голосом, что у меня даже что-то откликнулось внутри. Но сам я вспомнил не волну, а существо, которое вздымалось от моря до небес. И тут, кажется, совсем некстати, я подумал о том, что вот его-то такой волной вполне можно было бы и снести.

Тем временем волна приближалась. Я уже видел вздымавшуюся на горизонте тёмную стену.

— Ну что, дотягивает она до тридцати метров? — спросил я.

— Она больше, — тихо проговорил Роб. — Гораздо больше.

— Если бы не спасение людей, — сказал Элфин, — я бы с удовольствием прокатился бы на этой волне.

— Нашёл тоже о чём думать, — ответил ему я, но мои мысли были заняты совсем другим.

Мне нужно было придумать, как спасти тех людей, которые столпились за моей спиной.

Поняв, что их ждёт гигантская волна. Они перестали отходить к вулкану — это было бессмысленно. Гигантский водный язык просто слизнёт всех с поверхности суши и даже не заметит.

Наверное, многие ещё будут живы в тот момент, когда попадут в открытый океан. Кого-то может быть расплющит скалы. Моё воображение живо рисовало мне всё, что может произойти.

А затем я понял, что медлить больше нельзя и надо действовать.

— Моур, — сказал я, — раз ты не можешь построить нам укрепление, то можешь ли ты создать такую платформу, на которую поместится сразу много-много людей, и она не затонет?

— Это я могу сделать, — ответил Моур. — Только дело в том, что это совершенно бессмысленно, ведь…

— Я не просил обсуждать суть вопроса, — оборвал я его. — Мне нужно, чтобы ты создал подобную платформу. Элфин, сможешь ты утащить платформу с тысячью человек, а то может быть и больше?

— Смогу, — ответил тот и ощерил пасть. — А можно тогда я пока на волне прокачусь?

— Нет, — отрезал я. — Волны сейчас не будет.

Затем я пошире расставил ноги и вытащил свой меч. По сути, эта самая волна ничем не отличалась от той же незримой тетивы, которая не пускала меня в подземелье душ. Это было просто препятствие. В нём были те же самые энергетические нити, как и во всём.

Но мне нужна была дополнительная энергия. У меня самого артефактов на данный момент было не так много, но зато были специальные, которые я для этого взял. Я потянул из них энергию, а стена воды приближалась с какой-то немыслимой скоростью и росла буквально на глазах.

Тридцать метров? Ха! Как минимум в три раза больше.

— Примерные расчёты показывали, что волна около ста метров, — подтвердил мои мысли Роб.

Это всё было совершенно неважно. Я понял, что силы только моих артефактов мне явно не хватит. Мне нужно было ещё много энергии — невероятно много энергии.

Тогда я обернулся. За моей спиной ещё стояло достаточно аристократов. Впрочем, как и простолюдинов.

И вот у аристократов, особенно у призывателей, были с собой какие-то артефакты — защитные или какие-то ещё. Но я подумал, что они им не пригодятся, если все умрут.

Поэтому я потянул энергию откуда только мог.

— Эй! — хотел возмутиться Моур, потому что тоже пытался потянуть энергию для того, чтобы создать платформу, которую я ему приказал. Но затем понял, что возражать сейчас лучше не стоит, потому что это я собираю всю возможную энергию, до которой только могу дотянуться.

А тянулся я буквально во все стороны. Я видел разрозненные нити, сплетающиеся в дальнейшем в клубок, и я тянул за них. Тянул из артефактов, спрятанных у десятков людей за моей спиной. Тянул из вулкана, тянул из самого себя. Даже из своих петов я немного тянул. Адель мне отдала некоторое количество энергии добровольно. Она прекрасно отдавала отчёт, что именно я делаю. Я лишь поблагодарил её и продолжил.

А стена вставала перед нами, как необоримое чудище. Нечто такое, что человеку, даже группе людей, никогда не одолеть. Стометровый водный вал, идущий чуть ли не от одного горизонта до другого. Он закрывал собой небо. Он грозил расправиться с нами в считанные секунды.

Но я уже собрал достаточно энергии. Тогда я сконцентрировал её на кончике меча, после чего выпустил всю её в надвигающуюся на нас волну.

Вода сразу же зашипела. Широкий отрезок волны в несколько километров внезапно стал оседать. Причём вся остальная волна никуда не делась, но она нам уже не угрожала — она пройдёт мимо нас, мимо Островов.

А та часть моря, которая угрожала непосредственно нам, принялась невероятно быстро испаряться, словно там, внизу под водной толщей, разверзлась огненная лава, и теперь выплавляла саму суть атакующей нас стихии. Это было настолько нереально и в то же время величественно, что люди просто замерли с открытыми ртами, наблюдая за тем, как миллионы тонн воды испаряются в один единственный миг.

И в тот момент, когда энергия у меня закончилась, а нас всех должно было бы прихлопнуть надвигающейся волной, угроза внезапно исчезла. На берег упали отдельные брызги, которые не могли причинить нам никакого вреда.

Но при этом уровень воды снова начал подниматься. Да, мы смогли избежать неминуемой гибели, но стихия не собиралась так просто сдаваться. Она, видимо, уже рассчитывала на наши души.

«Сколько у нас есть времени до полного затопления?» — спросил я Роба.

Как ни странно, тот ответил не сразу. Судя по всему, производил анализ поступающих данных, после чего ответил с сомнением:

«Затопление очень неравномерное, — проговорил он. — Поэтому у нас есть от сорока минут до полутора часов».

— Приличный разброс, — прикинул я. — Моур, сколько тебе понадобится, чтобы сделать необходимую площадку?

— Постараюсь управиться как можно быстрее, — ответил тот. — Но, наверно, полчаса.

— У тебя есть двадцать минут, — ответил я.

— Понял, — сказал на это Моур, и тут же, как по волшебству, вокруг нас возникло несколько десятков големов. Причём они собрались из разных обломков настолько быстро, что многие люди отпрянули, а некоторые даже закричали.

Люди ещё не отошли от видения невероятной волны над своими головами, и держались только благодаря Адель. А тут ещё и это.

Я понимал, что повышать голос и пытаться дать понять, что им ничего не угрожает на данный момент, практически бесполезно — меня не услышат. Поэтому даже не стал напрягаться.

В свою очередь, големы находили в округе, и тащили к нам всё, что только может плавать. Моур настолько быстро, насколько только мог, связывал это путами своей магии, наращивая и наращивая плот. Правда, делал он его на суше, чему я сначала хотел возмутиться, но затем глянул на тёмную гладь, которая подступала и подступала к нам всё быстрее и быстрее.

— Господа, — сказал я людям громко, насколько это было возможно.

Но меня услышали далеко не все. Тогда я обратился к Венетто:

— Слушай, — сказал я, — рявкни, чтобы все собирались на плот. Когда вода до него дойдёт, им попасть на плот будет уже проблематично. Я не собираюсь никого уговаривать специально.

— Понял, — откликнулся Венетто.

И, как мне кажется, даже оскалился, что было не свойственно для него. Обычно подобное было больше характерно для Элфина.

— Сейчас всё будет сделано, — проговорил он и набрал в грудь воздуха. Причём на этот раз действительно именно воздух в грудь, а не подготовку к использованию своего оружия.

— Внимание! Внимание! — проговорил Венетто, и люди реально заозирались, а некоторые даже присели от неожиданности. — Всем необходимо собраться на плоту, который мы создаём, иначе вы погибнете.

К нам снова подключилась Адель. Она сжала виски пальцами и сделала так, что люди без всякой паники друг за другом начали подходить и занимать места на все увеличивающемся плоту.

Когда тот был закончен, а подступающая вода его подхватила, все, кто был в зоне моей видимости, заняли на нём место. Я запряг в плот Элфина, и он потащил его к Дальнему острову.

* * *

Дальний остров тоже пострадал от цунами, но не настолько катастрофично, как мог бы пострадать Дворцовый. Всё-таки его защищали все остальные острова. Да и волна, дойдя до него, уже сдулась и была не стометровой, а пятнадцатиметровой.

Несмотря на это, всё равно кто-то погиб, кого-то унесло в море. Когда мы прибыли со своим плотом, то прибыли в место трагедии. Но кроме всего прочего, дело было ещё и в том, что Дальний остров входил всё в тот же вулканический архипелаг.

Он гораздо медленнее, чем все остальные, но тоже постепенно погружался в воду. Очень медленно, но верно.

Первым делом я там нашёл Агунара. Тот носился между людьми с всклокоченными и, кажется, поседевшими волосами и пытался узнать, кому и чем он может помочь. Увидев меня, он совершенно искренне улыбнулся, подскочил ко мне и от всей души обнял.

— Я так рад, что ты жив! — сказал он. — Этот день унёс слишком много жизней.

— Всех, кого получилось, мы смогли спасти, — ответил я на это, оглядывая моего собеседника.

— Это прекрасно, — сказал Агунар. — Есть информация, что очень много выживших на восточном острове, с другой стороны архипелага. Но весь центр, Дворцовый остров и Большой — все затоплены. Да и в целом весь наш вулканический архипелаг медленно, но верно уходит на дно.

— Это я уже понял, — сказал я. — Поэтому нам нужно понять, что мы можем сделать.

— Да что мы можем сделать-то? — ответил Агунар. — У нас, по сути, только одна возможность есть: погибнуть.

Я вытащил смартфон. Несмотря на стихийные бедствия, связь у меня ещё каким-то чудом ловила. Я внимательно посмотрел на Агунара.

— Я сейчас же могу позвонить нашему императору, чтобы он прислал сюда корабли.

«Роб, — это я добавил уже мысленно, — успеют ли корабли дойти прежде, чем все оставшиеся острова уйдут под воду?»

«Полагаю, что да, — ответил Роб. — Затопление идёт очень медленно».

— Послушай, — сказал мне Агунар, а я увидел, как вокруг нас начали собираться различные высокопоставленные люди. — Что ты можешь нам предложить?

— Спасение, — ответил я и пожал плечами, неосознанно копируя движение Рика, который до этого старался не отсвечивать, но теперь материализовался возле моего левого плеча.

— Ты, видимо, не понимаешь, — проговорил Агунар и оглянулся на тех, кто собирался по бокам и сзади от него, чтобы послушать нас. Как я понял, по большей части это была аристократия Островов. Простые люди старались держаться от нас подальше. — У нас не осталось ничего. Через считанные дни последнее, что у нас есть, уйдёт под воду. Да, мы лишь отсрочили свою гибель, потому что какое может быть спасение, если твоего государства больше не существует?

Я огляделся. Все лица вокруг были мрачные, да и сами люди какие-то серые, без единого лучика надежды в глазах.

— Послушайте, — сказал я, — я сейчас же позвоню императору, и он вышлет за всеми вами корабли.

— Простите, — сквозь толпу прошёл человек, который был мне уже знаком. Он выступал в том самом зале, который уже отправился на морское дно. Его звали Вагнес. — Скажите, — попросил он меня, — зачем мы нужны вашему императору? По последним данным, нас осталось около полумиллиона человек на этом острове, на Восточном и на нескольких атоллах. Это все, кто смог спастись. И вот ответьте мне: зачем мы ему нужны?

— Причём здесь это? — я говорил твёрдо, но сейчас действительно не совсем понимал его логику. — Мы не говорим сейчас о том, зачем и кому что нужно. Мы говорим о вашем спасении. Вы что, хотите просто спокойно стоять здесь и ждать, пока вы уйдёте под воду вместе со своими Островами?

Вагнес переглянулся с Агунаром, и теперь тот подхватил его речь.

— Нам больше ничего не остаётся, — проговорил Агунар. — Видишь ли, кем мы будем в твоей империи? Беженцы, люди без земли, те, кто будут вынуждены работать на самой дешёвой работе за копейки. Кем мы будем в твоей империи? Никем. А своё государство мы потеряли.

В этот момент я почувствовал движение справа от себя. Оглянулся и увидел подходящую Асакуру. Совсем рядом с ней стояла Адель. Элфин находился здесь же, совсем недалеко от берега. Венетто тоже был наготове. Йонир стоял чуть поодаль, но внимательно слушал, наблюдал.

Складывалось впечатление, что мы как будто стоим группировка против группировки, и что-то пытаемся выяснить.

— Я понимаю ваши опасения, — сказал я. — Но давайте вместе подумаем, что мы можем сделать. Я не верю, что нужно просто сложить лапки и ждать, пока вас поглотит море. В этом случае лучше взять арсенал, разобрать его весь и застрелиться к чёртовой матери.

— Возможно, мы именно так и сделаем, — тяжело вздохнул Агунар.

— Давайте так, — сказал я, чувствуя себя довольно неловко, потому что буквально упрашивал людей не расставаться с жизнью. Честно говоря, выглядело это совершенно по-идиотски, но передо мной стояли гордые люди, которые не хотели расставаться со своей свободой даже ценой жизни. — Попробуем всё-таки определимся. Я вот помню, когда послы приезжали к нам и выступали, они говорили о каких-то спорных островах, которые, как я понимаю, не входили в этот самый архипелаг.

— Ну да, — кивнул Агунар. — Есть два острова: Заячий и Рыбацкий. Они когда-то принадлежали империи, но потом отошли к Островам. Однако они находятся примерно на полпути между нами, и нам туда никак не доплыть, по крайней мере всем вместе. А тысяча человек вряд ли сможет поднять снова целое королевство.

Мне хотелось орать матом.

— Я ещё раз говорю: я вот прямо сейчас могу позвонить императору и попросить его прислать за всеми вами корабли, которые потом могут отвезти вас на те самые спорные острова.

— Но острова от этого не перестанут быть спорными, — в разговор снова вмешался Вагнес. А рядом с ним встал тот, которого называли герцогом Кондорским. — Империя будет считать их своими, раз больше нет нашего государства. Но мы никогда не поступим в услужение к империи. Лучше смерть.

Я боролся с желанием плюнуть на всё, сесть на Элфина вместе со всеми своими и умчать отсюда к чёртовой матери. Пусть делают, что хотят, пока не утонут. Но почему я должен их уговаривать жить? Вот монстров совершенно не надо ни в чём уговаривать. Они всеми своими силами пытаются выжить и поэтому стараются убить тех, кто угрожает им.

А эти — всё. Затонули их острова, они сложили лапки и готовы помереть. Что-то не вязалось у меня это с их менталитетом.

Я окинул взглядом толпу и сразу выделил простолюдинов.

— Вы знаете, — сказал я, — мне кажется, если я подойду сейчас к любому из тех, кто не является аристократией, и спрошу, хотят ли они выжить, они мне скажут, что да. Им будет не важно, где это произойдёт: на Островах или в империи.

— Так это ж холуи, — высказался герцог. — Им всё равно, под кем батрачить. Речь-то идёт о нас. Мы никогда не преклонимся перед чужим государем.

— Но своего-то у вас пока так и нет, — хмыкнул я. — Так что давайте как-то будем уже логичнее.

Герцог понурился. Я понял, что надо либо отпускать ситуацию, либо брать в свои руки и действовать решительно. Я вытащил телефон и набрал номер Михаила Николаевича. Он ответил не сразу, но достаточно быстро.

— Да-да, слушаю, Максим, — проговорил он.

— Тут катастрофа, — сказал я ему.

— Что с тобой случилось? — резко и с обеспокоенностью поинтересовался император, явно моментально подобравшись.

— Со мной и моими людьми, по счастью, всё хорошо, — ответил я. — А вот Острова медленно, но верно уходят под воду. Причём осталось только два больших острова и несколько маленьких. Все основные уже под водой. Проснулся вулкан, и тут творилось нечто неимоверное: извержение, землетрясение, цунами. Короче, полный набор.

— И чего ты хочешь от меня? — настороженно поинтересовался император, который мгновенно вникал в суть дела.

— Михаил Николаевич, — сказал я, — нам бы надо помочь людям. Кораблей у них после длительной морской блокады нет. Только частные лодки. Но я так понял, что кто смог, тот их уже вывел в море. Да и куда можно доплыть-то на этих лодках?

— Прости, — ответил мне император, — но сколько там народу?

— По предварительному подсчёту около полумиллиона, — ответил я.

— И куда ты мне предлагаешь деть полмиллиона человек? — спросил меня император.

Я посмотрел на Агунара, на Вагнеса, на герцога. Теперь понял, о чём они говорили.

Император тоже не горел желанием впрягаться за людей с Островов. Оно и понятно: многие десятки, если не сотни лет, они досаждали империи, были очень неприятным соседом. Теперь, когда у них случилось несчастье, никто не торопился им помогать.

— Михаил Николаевич, — сказал я сухо, но уж как получилось, — у нас есть спорные острова. Мы можем разместить всех этих людей там. Потом, когда им не будет угрожать неминуемая смерть, мы решим, что делать дальше: как их прокормить, как вернуть им Острова и так далее.

При фразе «вернуть острова» Агунар буквально впился в меня взглядом. Впрочем, как и остальные. Но мне было плевать. Я полагал, что действительно есть возможность, если не вернуть конкретно эти острова, то создать какие-то новые. Технологии есть практически для любых целей. Стоит только захотеть и рассчитать.

— Максим, — сказал император, — я боюсь, что это будет не очень просто.

— Под мою ответственность, — сказал я, — вышлите, пожалуйста, вместительные корабли, чтобы перевезти всех выживших в безопасное место.

— Я перезвоню тебе, — сказал император, но не отключился, а через некоторое время добавил: — У них же нечем за это расплатиться, так?

И вот тут я посмотрел на Агунара и подумал:

«А что вы можете дать взамен ваших жизней, если они вам и самим не нужны?»

Глава 4

В этот момент в нескольких километрах от нас рванул вулкан. Судя по всему, тот холм, который ещё оставался на Дворцовом острове, не выдержал и взлетел вверх. Возможно, это произошло из-за попадания морской воды в раскалённую магму, и из-за повышенного парообразования всё это не выдержало и разлетелось яркими вспышками по темнеющему небу.

— Что там у вас? — спросил меня император по телефону.

— Вообще-то, — ответил я, — у нас тут конец света. Поэтому я всё-таки прошу выслать за нами корабли.

— Но кто за это будет платить? — поинтересовался Михаил Николаевич.

— Одну секунду, — ответил я и оглядел собравшихся. — Господа, я прошу подойти ко мне ту аристократию Островов, которая принимает хоть какие-бы то ни было решения.

Ко мне нехотя, бочком, придвинулось человек десять, не больше. Так я и знал. В каждой стране основная верхушка, которая всем заправляет, достаточно малочисленна.

— Итак, — сказал я, — вы хотели видеть меня своим королём?

— Ну, как бы были разговоры, — сказал толстяк, который, судя по всему, был одним из тех, кто принимал все решения.

— Послушайте, — сказал я, — от ваших ответов сейчас зависит ваша жизнь. У меня на связи император Российской империи. Я сейчас пытаюсь сделать всё, чтобы спасти всех оставшихся в живых людей, и не допустить гибели вашего государства. У меня к вам два основных вопроса и несколько сопутствующих. Вот один из главных вопросов, звучит так: вы готовы видеть меня своим королём?

— Максим! — раздался из трубки напряжённый голос Михаила Николаевича. — Ты чего там задумал-то?

— Подождите, — сказал я. — Никаких необдуманных поступков от меня не последует. — Ну так что? — обратился я к присутствующим.

Последовало долгое молчание, сквозь которое я слышал шелест постепенно набегающего на сушу моря.

Мне действительно несколько раз просто хотелось плюнуть, прыгнуть на Венетто или того же Вилли и помчаться прочь к империи, забыв обо всём этом происшествии как о страшном сне. Но нет.

За спинами десяти собравшихся передо мной аристократов я видел простых людей, которые с болью и какой-то несбыточной надеждой глядели на меня.

Они и рады были бы поверить в своё собственное спасение, но не могли, потому что знали: их аристократия не согласится ни на какие условия, которые хоть как-то ущемят их.

— Вы думайте и думайте быстрее, — попросил я.

— Мы считаем, — проговорил герцог Кондорский, что избирать тебя королём в данном случае это вроде как под давлением ситуации, а мы все не очень рады такому. Мы хотели бы избрать короля в достаточно простой обстановке, не оглядываясь на катастрофы, которые постигают нас одна за другой.

Мне так хотелось крикнуть: «Да чёрт с вами, сдохните». Но тут я в толпе увидел того самого мальчика, который пытался достать свою маму из-под завалов.

Он стоял, и в лучах заходящего солнца я буквально видел слёзы у него в глазах.

Дипломатия дипломатией, но я не мог дать возможности кучке зажравшихся и одуревших от власти дегенератов погубить полмиллиона ни в чём не повинных людей.

— Значит так, — сказал я, — хорошо, не хотите королём, тогда у меня есть другое предложение. Меня зовут Максим Грушин, и я являюсь основателем гильдии Гардара. Я предлагаю сейчас всем тем, кто хочет спастись, записываться в эту гильдию. Призыватели останутся на своих местах и будут задействованы в данжах, а вот все остальные будут задействованы в каких-то других работах.

— Максим, да что ты такое творишь-то? — проговорил император.

Но я не отреагировал. Мне было интересно совсем другое. И оно вершилось прямо на моих глазах: целые очереди выстроились ко мне, к Асакуре, к Адель, к Рику, даже к Йониру — только чтобы не погибнуть и записаться в мою гильдию.

— Михаил Николаевич, — сказал я в трубку. — Вы же помните, что у вас перед моей гильдией есть некоторый небольшой долг.

— Ты просто невероятен, — проговорил на это император, но без особого пиетета.

Однако пиетета я от него и не ждал. Мне важно было другое.

— Мне нужны корабли, чтобы спасти около полумиллиона членов моей гильдии, — твёрдо проговорил я.

— Будут тебе корабли, — с тяжёлым вздохом ответил император. — Ну, смотри, не пожалей о своём решении.

На этом он отключился.

Неважно. Отношения с императором, конечно, важны, но жизнь такого количества людей гораздо важнее.

— Итак, — сказал я. — Никаких бумажных формальностей, естественно, в данный момент быть не может. Но давайте так: кто не хочет вступать в мою гильдию и собирается остаться тут, просто отходит подальше. А мы с вами, дорогие друзья и члены Гильдии Гардара, собираемся вот там, на возвышенности. Корабли прибудут ещё не так скоро, но мы сделаем всё, чтобы выжить.

Разумеется, никто от общей группы не откололся, все хотели верить своей надежде.

В это же время я спросил Роба:

— Какие у нас шансы на то, чтобы дождаться кораблей?

— Большая часть местных, — с каким-то невероятным воодушевлением, даже восхищением в голосе, проговорил Роб, — кораблей дождётся! Это было гениальное решение.

— Отстань, — сказал я. — Некогда.

И тут ко мне подошли те самые аристократы, которые до этого совещались.

— Максим, — сказал мне Агунар, как их представитель, — наши, скажем так, высшие деятели тоже хотят вступить в твою гильдию, ну, естественно, с некоторыми, как ты понимаешь, преференциями.

— Агунар, — сказал я, окинув взглядом всех остальных власть предержащих, — у меня в гильдии до сегодняшнего дня сначала было шесть человек, потом семь, потом что-то около пятиста, и я не знал, что с ними делать! А теперь их пятьсот тысяч. Поэтому какая может быть градация? Я — глава, основатель гильдии. Вот это, — я показал на Асакуру, — мой заместитель. Вот это, — указал на Йонира, Венетто и Элфина, Рика, Моура, — мои помощники. Все остальные на данный момент будут просто членами моей гильдии. Вы же понимаете, что они члены гильдии пока просто для галочки. Я должен был это сделать.

Я оглядел собравшихся передо мной и громко заявил:

— А по поводу преференций давайте с вами поговорим, мои дорогие, вот о чём: вы представляете, сколько будет стоить переправить отсюда полмиллиона человек на спорные острова?

— Но у нас ничего не осталось, — покачал головой герцог Кондорский.

— Именно так, — согласился Агунар. — Вообще, у короны Островов были, скажем так… — он замялся и некоторое время даже как будто не хотел говорить, но потом всё-таки справился с собой и продолжил: — У нас были богатства с некоторых затонувших кораблей, скажем так. Но все они теперь ушли на дно вместе с Дворцовым островом.

— Да это вообще не проблема, — сказал я и показал большим пальцем на Элфина. — Вы скажите, где искать, мой товарищ сейчас живо притащит сюда такой выкуп, что вам спорные острова подарят. А если будете отказываться, ещё догонят и ещё раз подарит.

Аристократия мгновенно оживилась.

— Ну, раз так, может быть, действительно… — проговорил жирный боров, который стоял в иерархии чуть ли не выше герцога.

— Да, давайте скажем, конечно, — проговорил Агунар. — Наверное, нужно это сделать.

— Господа, — вступил в разговор долговязый светлый юноша с брезгливым выражением лица, который мне очень сильно напомнил Уленга. Разумеется, это был не он. — Если мы сейчас отдадим наши богатства, то, простите меня, а как мы будем восстанавливать наше королевство?

— Ты чего? С дуба рухнул? — сказал ему Агунар, но его тут же осадил герцог и сам обратился к юноше:

— Послушайте, Ваша Светлость, — сказал он, — то, что вы претендуете на трон, ещё совсем не значит, что вы можете распоряжаться богатствами, лежащими в казне, более того, уже ушедшими на дно. Как вы собираетесь их поднять?

— Я закажу батискаф, — проговорил долговязый. — Или подводную лодку!

— Где вы их закажете? — продолжал давить на него герцог. — Если Максим нас сейчас покинет, мы все здесь умрём. Вы хотя бы это понимаете?

Юноша явно не понимал, но до него хоть что-то постепенно начало доходить, поэтому он открыл рот, чтобы что-то горячо возразить, но затем закрыл его.

— Ну вот, славно, — проговорил герцог и обратился ко мне. — Давайте так: то, что поднимет ваш пет, мы делим пополам. Половина идёт в оплату за ваши услуги, на вторую половину мы оплачиваем корабли, проживание на острове и постройку новых островов.

— Послушайте, — сказал я, — давайте так: мне опасность не угрожает. Я не альтруист и свою выгоду никогда не упущу. Но я могу улететь с этих островов хоть сейчас, а вы нет. Скажите, где находятся сокровища. Элфин поднимет их. На эти деньги мы оплатим корабли императора, работу моей гильдии и, скажем так, мою зарплату. Затем оплатим ваше проживание на спорных островах.

Я тяжело вздохнул, негодуя, что мне приходится объяснять столь банальные вещи.

— Об этом я еще отдельно буду говорить с императором. А с кем-то из вас, — я обвёл указательным пальцем, — потом мы составим смету: сколько вам понадобится, чтобы, грубо говоря, отстроить себе новое государство, хотя бы насыпать его где-то в каких-то водах. И вот уже после этого мы с вами будем разговаривать о моих процентах. Идёт?

— Вы думаете, кто-то сдержит обещание перед вами? — выплюнул долговязый.

— Послушай, ты, какая-то там светлость, — сказал я без малейшего уважения в голосе. — Если честно, мне плевать на тебя. Я делаю это не из-за вас, собравшихся здесь передо мной. Я делаю это для того пацана.

Я указал на парня, который пытался спасти из-под завалов свою мать.

— Из-за неё, — показал на его мать, сжимающую на руках ребёнка. — Вот из-за них, — я указал на группу жмущихся друг к другу подростков, которые в другое время лупили бы друг друга почем зря. — Вот из-за них, — я показал на большую общину людей, которые тоже старались держаться вместе.

А затем я снова оглядел собравшихся и особенно пристально поглядел в глаза Агунара и герцога Кондорского.

— Вы понимаете, что идёт необъявленная война? Монстры по всему миру вырезают мужчин и женщин. Они уничтожают людей, к коему виду относимся мы с вами. Вы думаете, я похож на монстра? В чём-то да, в чём-то похож. Я буду уничтожать монстров, пока на это будут мои силы. Но людей, которые представляют один вид со мной, я буду защищать. Чего бы мне это ни стоило. Поэтому, если вы просрочите договорённости, — я расправил плечи и размял руки. — Вы будете иметь дело не со мной, а будете иметь дело с ним, — я указал на Элфина.

Тот в свою очередь встрепенулся и весь расправился.

— С ним, — указал я на Йонира. — Вот с этим крылатым красавцем, — я указал на Венетто. — Но самое главное, вам придётся иметь дело вот с ним, — я указал на Моура. — А он высосет ваши души, я вас уверяю. Вот с ним, — указал я на Рика. — Призрак вам будет до конца жизни рассказывать скучный сериал, чтобы вы тронулись рассудком к чёртовой матери.

Я с удовольствием наблюдал ужас в глядящих на меня глазах.

— Ну и, в конце концов, будете иметь дело с ней, — я указал на Асакуру.

Та сдвинула брови и покрепче сжала свой посох.

— Так что, знаешь, меня частенько пытались обмануть, но никому это ещё не удалось.

Я хмыкнул и улыбнулся. Долговязый вздрогнул. Ну и поделом ему, не будет выкаблучиваться.

— Браво! — сказал Агунар и похлопал в ладоши.

И его жест подхватили. Мне даже устроили что-то типа оваций, потому что многие, кто находился вблизи, слышали мои слова. Больше всех отбивал ладошки тот самый парень, маму и сестру которого я вытащил из-под завалов.

Долговязый, белобрысый аристократ что-то прошептал или, возможно, просто проговорил одними губами. Возможно, что-то типа «ничтожество».

Ну что ж, я никогда не был против самокритики. Пусть считает себя кем угодно.

Тут в разговор вступил герцог:

— Мы вас услышали, Максим, — сказал он. — Вот, смотрите, помните дворцовый комплекс?

— Конечно, помню, — ответил я. — Из него вышел буквально несколько часов назад.

— Ну так вот, там было отдельно стоящее здание, как раз недалеко от зала, где проходила торжественная часть. Вот там находится казна. Там есть очень много золота, есть всякие исторические ценности, есть бриллианты. Но главное, что есть неимоверно дорогой артефакт. Это слиток неизвестных минералов, обладающий невероятной магической силой. Просто неоценимый. Он, возможно, стоил всех островов вместе взятых, потому что подобного запаса энергии нет просто ни у кого.

— Элфин, — позвал я. — Ты слышал или тебе повторить?

— Я всё слышал, — ответил Элфин. — Через тебя, Гардар, — и морской дракон по привычке растянул пасть в жуткой улыбке, от которой шарахнулись несколько человек.

А я уже к ней привык. Я знал, что он улыбается вполне искренне. Просто его физиология делает эту улыбку слегка жутковатой. Впрочем, им полезно иногда бояться.

Элфин помчался к Дворцовому острову, да ещё и на такой скорости, что мгновенно скрылся из виду.

— Проконтролируем? — предложил Венетто.

— На кой? — ответил я. — Элфин вполне себе разумное существо. Он сам знает, что искать и что нести.

Тут ко мне обратился толстяк, который явно чувствовал себя не в своей тарелке.

— Максим? — в его толстых губах моё имя прозвучало немного с вопросом.

— Да-да, — сказал я, — слушаю.

— Скажите, а сколько мы будем вынуждены отрабатывать эту повинность вашей гильдии? — спросил он.

— Нет-нет, вы не поняли, — сказал я. — То, что вы все члены моей гильдии, это лишь дало нам возможность выторговать у императора лояльность. Как только вы снова создадите своё государство и призовёте всех тех людей, которые в нём жили, они вполне смогут покинуть мою гильдию. Держать я никого не буду.

— Да, но как же отработка? — хмыкнул герцог.

— Пока мы будем состоять в ней, мы же в любом случае вам что-то будем должны.

— Вы, кажется, меня невнимательно слушали, — сказал я. — И свои условия я уже обозначил. Да, я возьму свою долю, но изначально я возьму лишь небольшой процент ваших богатств. Возможно, одного мне хватит за глаза. А вот когда мы начнём налаживать ваш новый быт где-нибудь в таком месте, где вас не снесёт к чёртовой матери волнами или вулканом, вот тогда, возможно, мы с вами уже поговорим предметно.

Я усмехнулся.

— Взносы на гильдию будут исключительно теми, которые требует государство. Мне от вас лично или от каждого из собравшихся здесь ничего не нужно. Честно, я приехал сюда, чтобы урегулировать с вами один-единственный вопрос. Вы мне все, вот как на духу: не очень-то и нужны. Но я не могу допустить смерти такого количества людей. Вот и всё.

Мне снова похлопали, снова я выступал с трибуны. А я только невесело усмехнулся.

Это же нормальный принцип. Так должны жить все разумные существа в мире. Почему я должен об этом так открыто говорить?

— А теперь, — сказал я, — если позволите, я займусь вашим обустройством. И так уже сантиметров тридцать береговой линии проболтали.

— Конечно, — сказал мне Агунар. — Делай как считаешь нужным.

Остальные из аристократии просто кивнули.

Я набрал Мирру.

— Привет, дорогая моя, — сказал я. — Как там народ? Разбегается? Сколько у нас людей осталось?

— Да нет, — ответила девушка. — Как ни странно, больше восьмидесяти процентов остались на разборке данжа. Я тебе даже больше скажу: они его уже практически весь вычистили. Там оказалось, что вы пропустили какой-то поворот, и призыватели там нашли монстров. Они были счастливы, как дети, мутузя этих болотных червей, — она расхохоталась. — Одним словом, всё нормально. Вы когда вернётесь?

— Да в том-то и дело, — тяжело вздохнул я. — Тут наметились вопросы посерьёзнее.

— Насколько серьёзнее? — хохотнула Мирра. Ещё, видимо, не представляла, о чём я говорю.

— Ну, я не знаю… Заказывай машину с офисной бумагой, — ответил я.

— Это ещё зачем? — ничего не понимая, поинтересовалась девушка.

— У нас полмиллиона новых членов гильдии, — ответил я.

— Что⁈ — она явно не хотела верить.

— Короче, дело сейчас не в этом, — я собрался и выдал ей задание. — Сейчас берёшь и отзываешь всех из болотного данжа. Затем направляешь их на спорные острова.

— Какие ещё спорные острова? — уточнила Мирра.

— Спорные острова между империей и, собственно говоря, королевством Островов. Но! Я сейчас позвоню наверх и закажу ещё плавсредства для всех наших членов гильдии.

— Что, там нашествие монстров? — робко спросила девушка.

— Да и если бы, — ответил я. — Ожидается нашествие людей. Впрочем, это не так уж и плохо. Но нашим прошедшим испытания членам гильдии, — подчеркнул я, — необходимо будет заняться разбивкой палаточного городка.

— Но ведь они же уже отработали на чистке данжа, — с какой-то невыносимой грустью проговорила девушка.

— Ну, считай повышение. Сначала расчистка данжа, сейчас уже стройка. Скоро и за настоящих монстров возьмёмся, — пообещал я.

— Да уж, — Мирра явно почесала в затылке. — Оптимистичненько. Хорошо, я сейчас всё распоряжусь, но… а куда посылать-то?

— Пускай приходят в офис, — распорядился я. — А оттуда уже их отвезут куда надо.

— Хорошо, — ответила Мира. — Можно начинать?

— Действуй, Мирра! — сказал я.

Когда повесил трубку, то увидел, что окружающие смотрят на меня выпученными глазами.

— Что? — спросил я. — Вы же будете где-то жить, когда окажетесь в безопасности.

— Мы просто не ожидали, — сказал на это герцог, — что ты окажешься настолько расчётливым.

— Подожди, — сказал я ему. — Мои расчёты ещё могут до конца не оправдаться.

С тем я взял телефон, но набрал уже не самого императора. Понимая, что тот мною недоволен. А набрал его секретаря — Романа.

— Да-да, Макс, — с явной иронией в голосе проговорил тот, — что-то ещё?

— Вот именно, — ответил я.

— Тогда понятно, почему ты решил звонить не напрямую Михаилу Николаевичу. Что теперь?

— Ну, нам нужен ещё один корабль, — ответил я.

— Ещё один? — Роман кажется был готов залиться хохотом. — Император и так уже не знает, какие суда отправлять на такое количество человек.

— На этот раз, — сказал я, — корабль нужен всего один, на пятьсот человек. И он должен пойти от империи и высадить всех новых членов моей гильдии на спорных островах.

— Так-так-так, — проговорил Роман. — Это уже интересно. Поделишься, зачем?

— Конечно, — сказал я. — Кто-то должен обустраивать палаточные города для прибывающих беженцев.

— И то верно, — сказал тот. — И вместе с ним отправим грузовой сухогруз со всем необходимым.

— Это будет вообще отлично, — порадовался я. — И если что, передайте его величеству, что всё будет оплачено в полном объёме.

— То есть что-то не затонуло? — уточнил у меня Роман.

— Нет, — сказал я с полной уверенностью, — всё ценное затонуло, как полагается. Но у меня же есть морской дракон, если вы помните. Он обожает дайвинг.

— А, ну точно, — сказал Роман. — Все забываю, что у тебя великое множество различных петов.

— Вот именно, — сказал я. — Поэтому пусть его величество не начинает считать расходы. Ему всё воздастся сполна.

— Отличные новости, — ответил мне Роман. — Ну что, кстати, первая партия кораблей уже вышла за вами, так что ожидайте.

— Прекрасно, — ответил я. — Всего доброго и спасибо огромное за помощь.

— Да не за что, — ответил на это Роман. — Обо мне бы и о нашей общине кто-нибудь так заботился бы в случае катастрофы.

— Ну, я вроде пока никуда не деваюсь, — ответил я.

И тут мы хохотнули, после чего повесили трубки.

После этого я повернулся к Асакуре и сказал:

— Ну что, воительница, принимай пополнение.

Она посмотрела на меня, на огромную толпу народа перед нами, заполнившую чуть ли не треть острова, а затем кивнула и только сказала:

— Я сразу знала, что легко не будет.

* * *

А с вами репортёр «Имперского вестника», и сегодня мы будем наблюдать за тем, как на спорных островах, которые давным-давно контролировались враждебным королевством, внезапно начал отстраиваться целый город на несколько сотен тысяч жителей.

Вы можете не поверить, но именно так это и есть. Вот смотрите, буквально вчера на этом рыбачьем острове был самый настоящий пустырь. Тут не было ничего, кроме травы по пояс и редких деревьев.

Но просто посмотрите на это: бесконечные ряды уходящих вдаль палаток. Через каждые несколько сотен метров медицинские палатки, обеденные палатки. И так далее. И всё это устраивается усилиями единственной гильдии. Гильдией Гардара!

Да, потом, когда всё это уже стало достоянием общественности, начали прибывать сюда люди — простые волонтёры — и начали помогать им. Но изначально это было дело рук всего лишь одной гильдии, да при помощи имперских кораблей и некоторой имперской гуманитарной помощи. Однако, насколько мы можем видеть, никогда в истории так быстро ещё ничего не делалось.

Буквально из ничего мы получили качественную инфраструктуру. Говорят, что уже ранним утром завтра сюда начнут прибывать корабли с беженцами.

Как вы все знаете, королевство Острова полностью ушло под воду. Это были вулканические острова. И большинство людей с них чудом удалось спасти. И вот теперь их перевозят сюда, на Рыбачий и Заячий острова.

Ещё раз повторю, что такого глобального строительства и такой самоотдачи наша империя не видела уже много-много десятилетий. Особенно по отношению к гражданам бывшего враждебного нам государства. Будем считать, что это какая-то новая веха на нашем пути, и с удовольствием станем наблюдать за дальнейшим развитием ситуации.

* * *

Арнам Дэус встал рано утром в отвратном настроении. Что-то его беспокоило, что-то было совсем не так. И вот, не успел он выпить утренний бокал вина, как к нему постучался помощник.

— Да-да, — ответил Арнам. — Слушаю.

— Уважаемый Арнам Дэус, — ответил помощник. — Кажется, вам стоит включить профильный канал призывателей. У нас изменения в топе гильдий.

— Что, там кто-то прорвался на четвёртое место? — ухмыльнулся Арнам.

— Да, вот дело не в этом, — проговорил помощник. — Просто посмотрите. Вы не поверите, если я скажу.

Арнам Дэус включил профильный канал и увидел на первом месте объединений призывателей вместо Ордена демоноборцев — своего детища, которое там занимало место уже несколько десятилетий — Гильдию Гардара. Оценочное количество членов гильдии оценивалось более чем в пятьсот десять тысяч человек.

— Да что, чёрт побери, происходит⁈ — проговорил он и сжал кулаки.

Глава 5

У меня на Рыбачьем острове была собственная палатка. Впрочем, там всё время было полно народу. Погода стояла жаркая, солнце постоянно находилось где-то над головой, и пришлось придумывать систему охлаждения внутри. Тут хорошо постарался Венетто, создав что-то типа кондиционера, но в палатке. Понимая, что остальным людям на острове тоже несладко, я распорядился закупить в империи кондиционеры для всех остальных. Однако, когда они ещё дойдут, было неизвестно. Поэтому я вполне нормально относился к тому, что в мою палатку периодически заходили разные люди просто для того, чтобы охладиться.

Моё пребывание здесь, на Рыбачьем острове, превратилось практически в бесконечное совещание. Да, многое я смог делегировать по устройству людей, но всё же довольно много вопросов приходилось решать самому. Оно и понятно — такое огромное количество людей нельзя просто так взять и переместить с одного места на другое.

Надо сказать, что имперские корабли подоспели к нам вовремя. Правда, первой чуть ли не баржу прислали, но зато успели тютелька в тютельку. Я находился на Дальнем острове до последнего, пока ещё оставался хоть кто-то, кого можно было спасти. То же самое было и с Асакурой, но она находилась на Восточном острове, противоположном нашему во всём этом архипелаге. Но у них народ смог погрузиться раньше, чем у нас. Последних людей, которых забирали с Дальнего острова, практически уже вынимали из воды. Заключительную группу из пятнадцати человек и вовсе пришлось поднимать в воздух, потому что иначе бы они просто утонули.

Затем были несколько дней, в которые я практически не спал и занимался исключительно простыми людьми. Кто-то заболевал, у кого-то случился нервный кризис, кто-то потерял родных и близких и никак не мог успокоиться, некоторые пытались наложить на себя руки. Одним словом, обычная ситуация после катастрофы. С одной стороны, возможно, мне не стоило настолько близко это всё принимать к сердцу, но всё же я взял ответственность за этих людей. Теперь они были частью моей гильдии, а это означало, что я должен как следует позаботиться о них.

Когда мы прибыли на Рыбачий остров, находящийся примерно на одинаковом удалении и от бывшего Королевства Островов, и от нашей империи, там уже многое было готово. По крайней мере, стоял палаточный лагерь, в который мы сразу начали заселять людей. Тут мне стало полегче, потому что, кроме Асакуры и Адель, ко мне присоединились все остальные члены моей гильдии. Ника всё ещё с подозрением поглядывала на девушку с кошачьими повадками, но уже была не столь категорична. Да и по большей части её внимание сейчас полностью поглотило происходящее. Ей и Лёхе я поручил заселение.

Кевину и Юле я поручил надзор за состоянием больных. Они должны были распределить их по медицинским палаткам и курировать персонал, занятый их лечением. Асакуре и Адель я поручил самое сложное — удовлетворить запросы некоторых аристократов, потому что, разумеется, они не хотели жить среди простых людей. При всём том доступность к медицине, питанию и комфорту, по их заявлениям, должна была быть выше.

Мы сформировали небольшой городок отдельно от общих палаток и заселили туда аристократов. У них палатки были сдвоенные, у некоторых стояли достаточно большие шатры, но обстановка внутри всё равно создавалась на базе тех же самых возможностей, что и у простых людей. Ну, не завезли нам шёлкового белья и огромных пятиспальных кроватей — что ж поделать. Но в целом и общем аристократия осталась довольна. Немалую роль в этом сыграла Адель, которая, собственно, потихонечку и внушала им это чувство.

Больше всего меня была рада видеть Мирра. Она чуть ли не на шею ко мне кинулась и даже расцеловала в щёки.

— Боги! — проговорила она. — Как я рада, что ты наконец вернулся! Я там чуть с ума не сошла.

— Ничего, — ответил я, аккуратно ставя девушку на землю. — Это ты с половиной тысячи чуть с ума не сошла. У нас теперь полмиллиона, так что всё только начинается.

— Да хоть полмиллиарда, — сказала Мирра. — Это неважно. Главное, что ты теперь здесь, и в случае чего сможешь разрулить всю эту ситуацию.

— Ну, по крайней мере, постараюсь, — хмыкнул я. — Какие у тебя дела? Рассказывай.

— Есть около пятидесяти человек, — ответила она, — которые прям очень хорошо стараются. Их силами по большей части были установлены все палатки. Они припахали своих петов для помощи, смогли, так сказать, переработать боевой ресурс в нечто подходящее для мирных целей. И кое-кто из них, я думаю, мог бы пойти впоследствии на повышение.

— Отлично, — согласился я. — Подумаю над этим.

— Да и вообще, — Мирра уже снова стала тем деловым администратором, качество которого я и оценил, принимая её к себе на службу.

— Неплохо было бы придумать что-то для поощрения самых отличившихся работников, — добавила она. И тут я осознал, что до этого не воспринимал гильдию как что-то чрезвычайно серьёзное.

Ну да, это люди-призыватели, которые входят в организацию, созданную мной, но при этом я как-то не задумывался, что каждый из этих людей мечтает о том, чтобы как-то продвинуться по службе. Нет, конечно, не каждый. Как сказала та же Мирра, примерно десять процентов работали на полную катушку, но даже этого было достаточно. Даже этих десяти процентов, и этих пятидесяти человек — они уже хотели показать, что могут больше, они готовы были выкладываться. Но не просто же так! Если не добавить людям мотивации, то в какой-то момент они просто перегорят и не смогут больше ничего делать.

Об этом надлежало подумать, как и о некой системе мотивации, где действительно отличившийся мог бы получить что-то взамен. И тут я подумал, что, возможно, на первых порах можно будет обойтись чем-то материальным, но впоследствии — нет. Впоследствии мне в любом случае придётся подумать о том, чтобы как-то повышать этих людей по службе.

— Хорошо, — ответил я Мирре. — Обязательно подумаю об этом, как в целом работает моя гильдия.

— Ну, пока, наверное, рано говорить, — ответила девушка.

Однако в целом после вашей простой мотивационной речи они все стали значительно более покладистыми, начали стараться. У кого-то пока не всё получается, но они действительно все стараются. Это очень важно.

— Хорошо, — сказал я. — Пока давай сделаем так: самых активных награди из нашего общака, там каких-нибудь сфер, и всё. Но намекни, что в дальнейшем любая активность каждого члена гильдии будет учитываться, и по итогам каждого месяца будут происходить различные, скажем так, поощрения. Я пока ещё не придумал что и как будет, но мысль эту уже себе в голову закинул. В связи с этим пусть не переживают. Никто не будет забыт.

— Отлично, — сказала Мирра и чуть ли не подпрыгнула от радости. — Это действительно то, что надо.

— Ну вот, — сказал я. — Вот и чудненько.

Следом за этим я собрал небольшой совет, состоящий, в основном, из моих помощников и, так сказать, изначальных членов моей гильдии, плюс Адель. Мы все собрались в моей палатке и на время попросили прочих людей нас не беспокоить.

— Ну что, друзья, — сказал я, — могу вас поздравить с тем, что мы спасли больше полмиллиона жизней, а это очень даже неплохо.

— Плохо то, — ответила на это Асакура, — что по слухам тобой очень недоволен император.

— Ну, это его дело, — сказал я. — Я никогда не обещал делать всё для его удовольствия. Здесь наши интересы оказались немного в разных плоскостях.

— Все так, — сказала Асакура, но при этом нахмурилась. — Однако я прошу учитывать, что по сути мы находимся на спорной территории, которая раньше принадлежала государству Островов, но теперь… поскольку его уже не существует… — она замялась.

— Как же «не существует»? — я пристально посмотрел на неё. — Смотри, у нас есть исполняющий обязанности короля Островов, у нас есть власти разных степеней Островов, у нас есть население Островов, у нас даже казна их есть. Почему ты считаешь, что государства не существует? Тем более мы сейчас занимаем, да, спорные земли, но в последнее время они принадлежали государству Островов. Поэтому я не вижу никакого противоречия тому, что мы здесь находимся.

— И всё-таки, — ответила на это Асакура, — как ты понимаешь, с претензиями империи существуют некоторые проблемы.

— Понимаю, — кивнул я. — Но для того чтобы мне идти к императору и уладить все эти вопросы, мне вообще-то нужно понять, что я могу ему дать за это.

— Ну, а вот какой-то там сверхредкий минерал, который вместе с казной поднял Элфин? — поинтересовалась она.

Я на некоторое время замолчал. Не потому что нечего было сказать — скорее, наоборот. Но я думал, что именно сейчас стоит говорить.

— С одной стороны да, — согласился я. — Мы можем отдать в оплату этот редкий минерал, и возможно, его даже хватит. Хотя не факт. Но дело всё в том, что в таком случае наши дорогие островитяне останутся фактически без средств к существованию. То есть они смогут заплатить за корабли, за еду и даже за проживание на вот этих двух островах, но на что им строить новые Острова, скажем так, новое государство?

— Я не знаю, — Асакура покачала головой. — Но факт в том, что недовольство императора может вылиться во что-то очень-очень неприятное.

— Хорошо, я понял, — сказал я. — Но для того чтобы ехать к императору, для начала ещё нужно понять, как и о чём с ним разговаривать.

— Я прошу прощения, — проговорил Роб, — нет ли у нас какой-нибудь возможности предложить ему что-то другое?

— А что? — я покачал головой. — Сферу?

И снова вспомнил о той самой сфере, которая досталась мне от монстра с порталом. Я думал впитать её сразу же после битвы, но почему-то не сделал этого. А сейчас… Уж не знаю, как будто мне нужен был какой-то предлог для того, чтобы это сделать, а его всё не было и не было. Смешно, конечно, но я не мог просто взять и впитать её. Я даже прикоснулся к ней, но не стал ничего делать.

— Видишь ли, — сказал я, — эта сфера императору, что слону дробина. Она вряд ли сможет хоть как-то оплатить строительство целого государства.

— Кстати, — вступил в разговор Йонир, — а где ты хочешь строить новые острова?

— Понятия не имею, — ответил я. — Это вопрос дискуссионный. Да и плюс нужна разведка дна.

— О! Это я могу! — сказал Элфин, который сейчас, уменьшившись до максимально возможного уровня, лежал у одной из стен моего командного шатра. — Я могу исследовать донья всех морей вдоль и поперёк! С огромным удовольствием.

— Ну вот видишь, — сказал я Йониру, — ситуация уже упрощается. Надо будет найти подходящее место, а потом решать вопрос с Агунаром, герцогом Кондорским, и прочими их аристократами.

— Резонно, — согласился демон и аккуратно отошёл в сторону. Он сейчас убавил всё своё пламя на самый минимум, чтобы не добавлять жару и так жаркой атмосфере палатки. Но вместе с тем и его передвижения оказались ограничены, так как не подпитывалась его энергетика в целом.

— Как я понимаю, — сказала Асакура, — по большей части у нас сейчас проблема только в том, чтобы платить империи, так сказать, найти то, чем мы можем воздать императору за его помощь нам или конкретно нашей гильдии.

— По сути так, — согласился я. — Если бы у нас был какой-то суперполезный артефакт, который бы мы могли использовать…

И тут мне в голову пришла одна мысль. Я даже удивился тому, что она не пришла мне раньше.

— Так, Рик, — я посмотрел на призрака, — давай, не в службу, а в дружбу, сгоняй, найди, пожалуйста, Агунара и попроси его прийти к нам.

— Что-то придумал? — усмехнулась Асакура.

— Именно, — ответил я. — Что-то интересное.

— Так, так, так… — и все сразу же заинтересованно посмотрели на меня.

— Нет, нет, нет, — я покачал головой. — Сейчас придет Агунар, и я всё подробно изложу.

Агунар пришёл не сразу. Оказывается, у них тоже было своё совещание с различными вопросами ко мне и предложениями, которые они записывали на отдельном листке, чтобы потом предъявить его мне. Агунар вот с этим листком вошёл в шатёр, но не спешил передавать его мне. Видимо, хотел это сделать наедине.

— Звал, Максим? — спросил он.

— Звал, — кивнул я. — Скажи, пожалуйста, после смерти вашего короля я спешил и быстро уехал, поэтому не разобрался. Ты можешь мне рассказать, что из себя представлял тот самый артефакт, который закрывал ваше небо, не впуская самолёты?

— Ну да, это не просто артефакт, — кивнул Агунар. — Это целое творение искусства. Создавалось оно по распоряжению короля как некая метеостанция, которая должна была менять погоду над островами.

Он замолк, и тут в беседу вступил Элфин:

— Кстати, да. Я могу им искать хорошее место там, где климат мягче, чем был на Островах.

Агунар бросил на Элфина резкий взгляд, но ничего не ответил, а я сделал морскому дракону знак, чтобы он пока помалкивал.

— Так вот, — продолжил Агунар. — Это не один какой-то артефакт. Это целое собрание различных артефактов плюс ещё разные научные штуки.

У меня в голове сразу же возник образ Марка Евгеньевича — человека, который бы смог с этим разобраться.

— Мы смогли её только отключить, но выяснить, как она работает, были не в силах. К тому же все учёные, которые занимались ею, были впоследствии уничтожены.

— Ясно, — ответил я. — Что ж, неважно. Ты лучше мне расскажи, что конкретно делала эта установка.

— Мы не знаем, — покачал головой Агунар. — Знаю только одно: после того как её активировали, она создавала некие волны — не знаю, магнитные, электронные, магические — какие-то волны, которые накрывали все Острова куполом, сквозь который не могло пролететь ни одно электронное устройство, такие как самолёты, дельтапланы и прочее.

— Ясно, — ответил я. — Где она находилась?

— Там же, — пожал плечами Агунар. — Возле дворца, в специальном техническом помещении, совсем недалеко от казны. Так-то она вместе со дворцом ушла на дно.

«Хм — подумал я. — А что если мы достанем эту установку, и…»

— Роб, — сказал я вслух. Хотя, наверное, следовало об этом говорить наедине, но мне не хотелось, чтобы все присутствующие чувствовали себя теми, кому нельзя доверить какую-то тайну. — Ты бы смог переработать артефакт, закрывающий небо от самолётов, во что-нибудь более полезное?

— Например? — поинтересовался Роб.

— Ну, допустим, — сказал я, — открывается некий портал. Мы рядом с ним включаем эту установку, и он просто-напросто выплёвывает монстров, а они собираются в ограниченном пространстве, из которого не могут вырваться. Или, наоборот, мы укрываем целый город от воздействия портала монстров.

— В целом, постараться можно, — сказал на это Роб. — Но всё равно мне нужно видеть установку, чтобы понять, что можно с ней сделать и как именно её получится переработать.

— Отлично, — сказал я. — Ну что ж, вы тогда занимайтесь обустройством, а мы с Элфином, Венетто… — я посмотрел на Йонира.

— Если можно, я останусь, — сказал тот. — Мне посреди моря делать в общем-то нечего. Не то чтобы я боялся, что меня что-то погасит, но всё же я предпочитаю твёрдую землю. Ещё лучше — подземелье.

— Подземельев здесь, насколько я знаю, нет, — хмыкнул я. — Ну да, оставайся. Рик?

— Я с вами, — отозвался призрак. — А как же твои сериалы?

— Начнём с того, — ответил он, — что сеть здесь ловит не очень хорошо. Так что сериалов тут всё равно никаких не предвидится.

— Ясно, — кивнул я. — Моур?

— Если можно, — проговорил тот, — я останусь в помощь. Много дел ещё: выравнивать почву, различные земляные и каменные работы.

— Да без проблем, — ответил я.

Затем мы вместе с Риком и Венетто погрузились на Элфина и отбыли в ту сторону, где раньше находилось Королевство Островов.

Несмотря на скорость Элфина, времени на размышления у меня было.

Итак, что мы имеем? Население Островов, несмотря на то что я их спас уже, судя по всему, второй раз (причём этот раз уже совершенно очевидный), хотя возможно первый раз всё-таки был более успешным. Там выжили все. Сейчас же, насколько я понимал, мне удалось спасти хорошо если половину населения. Вторая половина погибла во время землетрясения, извержений и последующего ухода островов под воду.

В конце концов, я занимался эвакуацией только с Дворцового острова, а их там было восемь больших островов и порядка двенадцати малых. Кто где успел эвакуироваться — те эвакуировались. Остальные… Что ж, не мог же я разорваться на самом деле. При всём притом население Островов оставалось всё тем же. Это были воинственные люди, которые вполне могли впоследствии угрожать империи.

Да, сейчас император мной недоволен. И по большому счёту он терпит этих людей на спорных островах только благодаря моей просьбе. Полагаю, если бы не это, туда уже бы подошли военные корабли, и даже не знаю, чем бы это могло закончиться. Но мне очень хотелось надеяться на благоразумие императора.

Что я могу предложить ему? Ну, во-первых, это что-то типа вечного мира между империей и будущим новым Королевством Островов, где бы оно ни находилось. Плюс к этому я могу предложить ему ту самую установку, которую мы с Робом, и возможно Марком Евгеньевичем, немножко переработаем для своих нужд.

— Этого мало? — спросил я сам себя, а затем обратился к Робу. — Как ты считаешь, одной только установки, переработанной нами, и дружеских отношений с новым государством островов будет мало?

— Я думаю, что императора это не устроит, — прямо ответил мне Роб.

— Что мы можем ему ещё предложить?

— Ну, чем живут большие государства? — усмехнулся Роб.

— Налогами? — уточнил я.

— Налоги — это основная прибыль государства, кроме продажи различных вещей, которые она добывает или производит, конечно. — Роб как будто читал статью из интернета. — А у тебя самая большая гильдия в империи. Близко даже никто не смог подобраться.

— Но если я буду платить налоги за пятьсот тысяч человек, я немедленно разорюсь, — хмыкнул я.

— Ну это не твои проблемы, — сказал на это Роб. — Пускай они платят сами.

— Послушай, Гардар, — вмешался в разговор Рик. — В империи полно данжей, и в связи с последней ситуацией многие из этих данжей, откровенно говоря, пустуют. Монстров в них сейчас наверняка колоссальное количество, потому что основная часть призывателей империи на данный момент находится где-то в местах не столь отдалённых.

— Точно, — сказал я. — А у меня пятьсот призывателей из империи и какое-то количество островитян. Я вполне могу направить их всех в эти данжи, чтобы они выковыривали оттуда сферы настолько, насколько могут, и часть из них сдавали налогом. Это же гениально! Не уверен, конечно, что империя сразу озолотится от такого, но то, что это будет очень неплохой плюс, я совершенно уверен.

— Да, — согласился Роб. — Постоянная, хоть может быть и не столь большая прибыль куда лучше, чем прибыль большая, но не постоянная.

На том мы собственно и порешили. А после этого я задумался о том, как сделать свою гильдию по-настоящему крутой.

— Знаете, — сказал я Робу и Рику, — когда я только мечтал стать призывателем, я думал только о данжах и монстрах. Я никогда не думал о том, что мне придётся заниматься организацией огромной структуры, где такие же мальчишки, как я, будут ходить по данжам, убивать монстров и забирать сферы.

— Вот теперь это твоё дело, — хмыкнул Рик.

— Полагаю, развитие — это нормально, — согласился с ним Роб. — Я тоже когда-то был всего лишь частью небольшого озерца внутри пещеры и не представлял себе иной мир. Но вот ты меня вытащил наружу, и я до сих пор, мягко говоря, в шоке от возможностей окружающего меня мира. А ведь я так и мог бы сгинуть в полной уверенности, что весь мир ограничивается той самой пещерой и приходящими в неё людьми. А ведь это не так.

— Ладно, — сказал я. — Я понял. Да и к тому же, полагаю, скоро все эти люди нам очень сильно пригодятся.

— Ты по поводу вторжения? — поинтересовался Роб.

— Именно, — согласился я. — Сейчас как будто затишье, но мы не знаем, что делается возле ещё открытых порталов. Мы не знаем, что происходит в Теневой империи. Мы понятия не имеем, что нам ещё готовят.

— Все так, — согласился со мной Роб. — Более того, Адель с её эмпатическими возможностями тоже говорит о том, что вскоре что-то грядёт. Мы должны быть готовы к этому.

— Мне думается, — сказал я. — Хорошо бы, чтобы к этому были готовы не только мы.

Мне приятно было поболтать наедине всего с несколькими моими помощниками, потому что постоянная толпа вокруг меня, как оказалось, сильно утомляла. Иногда казалось, что я не слышу свои мысли. Но на этот раз всё было совсем не так. Синяя спина Элфина, бесконечное бирюзовое море, голубое небо над нами, яркое солнце и невероятная скорость. Как будто это всё, что было необходимо для счастья.

Тем временем мы приблизились к месту, где когда-то находился целый вулканический архипелаг с различными островами. Сейчас тут не было абсолютно ничего. Вообще. Просто такое же море, как и везде. Хотя уже на подъезде к этим местам погода ощутимо испортилась. А когда мы оказались точно над ушедшим под воду архипелагом, полил дождь.

Я пересел на Венетто, а Элфин нырнул туда, где когда-то находился королевский дворец. Его не было довольно долго — примерно около часа, и я уже даже начал немного нервничать, поскольку Элфин предпочитал решать все вопросы достаточно быстро. Но тут я проверил свою связь с ним и понял, что всё в порядке. Элфин всего лишь испытывает какие-то трудности, но не то чтобы ему что-то угрожало.

Вынырнув через час, он нёс с собой буквально кусок зала. Установка, состоящая из нескольких артефактов и каких-то ещё штуковин, буквально была вплавлена в лаву, как в постамент. Именно из-за того, что её пришлось выламывать, Элфин провозился так долго. Под водой не получалось использовать свой раскалённый пар на полную мощность. Но при всём том Элфин всё же вышел победителем из этой схватки с природой.

— Отлично, — сказал я. — Ну что, возвращаемся?

— Подожди, — сказал мне Элфин. — Пока я был внизу, увидел то, что мы ещё не забрали. Легендарный меч первого короля и скипетр, который символизирует переход власти от одного короля к другому. Без этих вещей престолонаследование на островах будет не совсем легитимным.

— Что ж, я понимаю, — ответил я. — Теперь у меня действительно будут королевские символы, и я окажусь невероятно близок к тому, чего хотел избежать.

— Давай, тащи их сюда.

И Элфин снова нырнул в морскую пучину.

Глава 6

Назад мы двигались не спеша. Дело было не только в том, что я хотел насладиться покоем, пока это ещё было возможно. Мы с Робом ещё внимательно осматривали установку. Точнее, конечно, осматривал и анализировал он, а я ему дал такую возможность.

Причём впервые с тех пор, как он устроился в моём защитном жилете, сделанном из кадзю, он, скажем так, перетёк с жилета на другой предмет.

Когда Элфин вернулся второй раз из-под воды, он выгрузил на себя установку и рядом положил скипетр и меч первого короля — какой-то там суперлегендарный.

Кстати, по поводу меча: он оказался даже слабее моего нынешнего. Впрочем, оно и понятно. Свой меч я прокачивал долго и упорно, а тем мечом, судя по всему, никто никогда особо не занимался. Вот мол: есть легендарная штука, этого достаточно. Ну и ладно. Я без особого интереса смотрел на эти вещи.

А вот на установку, которую впоследствии собирался обменять на новое государство для островитян, я, конечно, оглядывался с интересом. Но для меня тут ничего знакомого не было. Это было действительно некое сочетание магических артефактов, каких-то аппаратов и прочего. И вот когда мы уже двигались в обратном направлении, Роб сказал:

— Разреши для более детального анализа перейти на эту самую установку.

Я даже сначала не понял, подумал, что мне надо снять жилет и повесить его на эту самую установку. Но нет, он попросил просто приблизиться, и я увидел, как некая часть с пластин жилета, вся переливающаяся под солнцем, перетекает на установку.

Я всё же повесил жилет рядом, чтобы, когда Роб закончит, он мог вернуться обратно. А сам уселся чуть поодаль, чтобы не мешать.

Сперва я хотел попросить Роба сообщать мне по ходу действия, что он видит. Но потом решил, что в технических средствах, и уж тем более в различной автоматике, я мало что пока смыслю, поэтому особого смысла в этом нет.

Тем временем Рик тоже витал вокруг аппарата.

Это была штука размером примерно два на пять метров в основании из лавы, которую, естественно, Элфин не отбивал. И оттуда торчали какие-то то ли бронзовые, то ли из какого-то другого, но похожего по цвету металла штыри.

— Интересно, — проговорил Рик облетая установку со всех сторон. — Что можно будет сделать с её помощью?

— Ну, я полагал, что мы с её помощью сможем как-то защитить империю от монстров, — пожал плечами я.

— Все империю точно не получится, — ответил на это Роб. — Но в целом и общем сделать некий защитный купол из неё можно.

— Если ты помнишь, — сказал я, — у меня был подобный артефакт, который делал замкнутое пространство. Он же был значительно меньше по размерам. Нафига нам такая установка, если она не справится даже с подобной задачей?

— Эта установка на деле очень даже мощная, — не согласился со мной Роб. — Тут соединено очень много различных артефактов, и действует она на довольно большое расстояние. Поэтому не меряй тот артефакт, который был у тебя. При этом у них совершенно разные принципы. У тебя был артефакт искривлённого пространства, или, если быть совершенно точным, замкнутого пространства. При включении твой артефакт захватывал некоторую часть пространства, из которого впоследствии уже нельзя было выбраться. Здесь ситуация иная. Здесь можно настроить очень много параметров. И не забывай о том, что изначально это была вообще метеоустановка, направленная на то, чтобы разгонять над островами облака.

— Ну, им эта вещь вообще по идее была бы очень кстати, — хмыкнул я. — Ты же заметил, как только мы подъехали к месту, погода сразу же испортилась. А не успели отъехать буквально несколько десятков километров, и снова чистое небо, яркое солнце и прекрасная погода.

— Тут да, — проговорил Рик, — с климатом им явно не повезло.

— Да и с самой землёй, — ответил я. — Ты видишь, что в конце концов она как появилась на лице планеты, так и исчезла без следа.

— Кстати, — Элфин обернулся к нам, — дворец теперь находится, чтобы вы понимали, на уровне почти двух километров под водой. Там невероятное давление, и всё, что могло разрушиться, уже разрушилось. Но интереснее всего, что лава, несмотря на то что находится под водой, продолжает течь из вулкана.

— Ничего себе! Вот это да! — проговорил я. — Думал, такого не бывает.

— Еще как бывает, — ответил на это Роб. — Бывают целые подводные реки лавы, но это, конечно же, редкость. Тут очень много факторов должно сойтись в один. Естественно, вода тушит лавовые потоки, но это не значит, что их совсем не может быть.

Я решил, что тема эта, конечно, интересная, но мне куда интереснее было всё то, что касалось метеоустановки.

— Так сможем мы её использовать против монстров или нет? — спросил я Роба.

— Полагаю, что да, — ответил тот. — У неё очень большой потенциал. Мы, возможно, сможем с её помощью, если не закрывать порталы, то противодействовать открытым — это уж точно. Но, к сожалению, не на всей территории империи. По сути, надо будет возить эту установку от места к месту, где будут открываться порталы, если, конечно, будут.

— То есть если их сразу откроется сотня, — ответил я, — то нам эта установка особо ничем и не поможет.

— Смотря как они откроются, — ответил на это Роб. — Если они откроются все примерно плюс-минус в одном районе, то она нам вполне себе поможет. Скажем так, одновременно она может перекрыть примерно четверть империи.

— То есть нам надо ещё три таких установки? — спросил я.

— А это ты здорово придумал, — сказал Рик и похлопал мне в ладоши, специально сделав их материальными.

— На самом деле установок надо больше, — сказал на это Роб. — Если бы у нас был, допустим, их десяток, то мы разделили бы империю на эдакие зоны влияния каждой установки.

— И какой в этом смысл? — поинтересовался я.

— Вот смотри: если, допустим, в зоне действия одной из установок появится портал, она его естественно нейтрализует, выстроив вокруг него купол, подобный тому, что был над островами, но действующий не против техники, а против монстров. Это настроить довольно легко. И в этот момент люди должны будут эвакуироваться в те зоны, в которые монстры попасть просто не смогут.

— Запутанно, — ответил я, — но интересно. Давай мы ещё с тобой обсудим эту тему подробнее, но чуть позже.

— Как скажешь, — ответил Роб. — Я тем более уже практически закончил.

И он перетёк обратно на жилет. Сейчас я заметил, что жилет без его присутствия становился блеклым, бесцветным практически. И уже не приковывал взгляд так, как жилет с Робом, соответственно. Я надел его обратно на себя и устроился поудобнее на спине Элфина.

— Так вот, мы сейчас приедем на Рыбачий остров, и я вызову Марка Евгеньевича. Он попробует понять, какие технологии использованы в данном артефакте.

— Это я ему и так скажу, — ответил Роб, — но не уверен, что у него будет достаточное количество некоторых необходимых компонентов.

— Слушай, ну если островитяне нашли эти компоненты для своей установки, — ответил я, — значит, и мы сможем найти. Нам самое главное — понять, что именно искать. И в каком порядке потом соединять.

— На самом деле, — ответил на это Роб. — Тут всё сделано очень топорно и кустарно. Я смогу сделать гораздо лучше, затратив значительно меньше дорогостоящего материала.

— Ну, так они-то это делали для управления погодой, — сказал на это Рик.

— А для управления погодой тут больше половины совершенно ненужного, — заметил на это Роб. — Полагаю, что установка была уже доработана позднее для конкретно создания непробиваемого купола над Островами.

— Для меня самое главное не это, — я решил перевести тему. — Я хотел бы посоветоваться на тему гильдии.

— Большая организация — это, конечно, хорошо, — выдал своё мнение Элфин, — но в то же время это означает большое количество бардака.

— Не согласен, — ответил на это Роб. — Каждую организацию вполне можно упорядочить до идеала. Другой вопрос, как сделать так, чтобы каждое звено работало в необходимом, так сказать, заданном направлении.

— Ну, до этого мне ещё далеко, — сказал я. — На данный момент у меня задача куда проще. Те полмиллиона человек, которые вошли в мою гильдию исключительно на птичьих правах, мы не считаем. Я постараюсь им помочь до конца. Потом пусть уже создают свои собственные гильдии. Делают что захотят. Меня они особо не интересуют.

— А если кто-то из островитян захочет остаться в твоей гильдии? — спросил на это Рик.

— Ну, в таком случае, — ответил я, — без проблем. Пускай остаются. Выгонять я, как бы, тоже никого не собираюсь. В связи с этим получается так, что у меня остаётся где-то около пятисот человек. Причём из них проявляют какую-то активность всего лишь человек пятьдесят. Вот на эту цифру мне и надо ориентироваться.

— Ну, пятьдесят человек, согласен, это совсем немного, — проговорил Элфин. — Однако, их запал может и пройти.

— Вот именно, — ответил я. — Если ребят не мотивировать, если их не поощрять, то запал быстро пропадёт. А я как раз этого допустить и не хочу. Мне нужно, чтобы они, наоборот, видели, что их старания не пропадают зря, и трудились ещё лучше. Более того, возможно, самых бойких и самых разумных стоит даже приблизить к себе. Но сначала, естественно, присмотреться.

— У тебя даже те, кто с тобой с самого начала, не понимают, что и зачем делать, — ответил Рик. — По большому счёту, они относятся к гильдии как к твоему проекту и делают только то, что ты скажешь. Единственным исключением, наверное, является Асакура. Вот она относится к гильдии практически как к собственному проекту и готова поддерживать тебя на любом уровне. Ты можешь ей без страха делегировать практически любые задачи. Но это всего лишь один человек.

— Значит, — ответил я, — мне нужно найти других столь же ревностных исполнителей, как и она.

— Ну, зря ты так, — сказал Роб, обращаясь к Рику. — Кроме Асакуры есть ещё Йонир. Он тоже готов стараться, словно в гильдии Гардара — это его детище.

Я улыбнулся, представив, как отнесутся люди, когда в тройке управления одной из гильдий окажется демон. Смешно, учитывая, что существует ещё такая гильдия, как Орден Демоноборцев.

Но мне было не смешно. Я вдруг начал переживать за Йонира и подумал о том, что зря я его оставил на островах Надо было забирать демона вместе с собой, несмотря на все его страхи перед морем.

Впрочем, рядом с ним была Асакура, а значит, за демона я мог пока не беспокоиться. Защита воительницы — это, наверное, единственное, в чём я был уверен на все сто процентов.

— Кстати, да, — проговорил Элфин. — Я, может быть, лезу и не в своё дело, но я бы сказал вот что: если бы ты приблизил к себе Асакуру, скажем так, сделал бы её своей спутницей, то вполне возможно, тебе стало бы гораздо легче управлять гильдией.

— Это ещё почему? — уточнил я. — Не вижу связи.

— А связь есть, — сказал на это Элфин. — Дело всё в том, что ваш вид очень нуждается в душевном равновесии. И вот она тебе его как раз-таки могла дать. А при этом, при всём, она бы дополнительно смогла помогать тебе, указывать, что и как лучше сделать.

— Хорошо, — ответил я с улыбкой. — Я подумаю над твоим предложением.

Вообще, мышление морского дракона для меня пока являлось загадкой.

На Рыбачьем острове уже вовсю наладили связь, и приблизившись к нему, я смог позвонить Марку Евгеньевичу.

— Здравствуй, уважаемый, — сказал я.

— Как я рад тебя снова слышать, — ответил на это Марк.

— Я тут везу один очень серьёзный артефакт, — сказал я. — Мы, в принципе, с моим помощником в нём более-менее разобрались, точнее, разобрался помощник. И это такая штука, которая очень серьёзно продвинет оборону всей нашей империи вперёд. Но нам нужен ты для того, чтобы сделать ещё подобные устройства.

— Ну, я всё-таки не за артефакторику отвечаю, — проговорил на это Марк Евгеньевич, и в его голосе я услышал скорбь по другу. — Но, возможно, смогу посмотреть и найду того, кто сможет этим заняться.

— Было бы отлично, — сказал я. — Хотя бы потому, что тебе я единственному доверяю.

— Отрадно слышать, — сказал на это Марк Евгеньевич. — Но дело в том, что я сейчас катастрофически занят. У меня времени практически нет, поэтому я даже не знаю, что мне тебе пообещать, потому что дел меньше не становится, кажется, только больше.

— Если хочешь, я позвоню императору, — сказал я. — Ведь, как я уже упомянул, это дело касается обороны империи. Причём мы действительно сможем невероятные вещи вместе с этой самой установкой.

Марк Евгеньевич крепко задумался. Он явно хотел мне помочь, но в то же время у него, соответственно, были и различные сомнения.

— Я даже не знаю, что на это сказать, — ответил он. — Наверное, давай я сам попробую поговорить с императором, и после этого снова тебе перезвоню.

— Отлично, — сказал я. — Рад слышать это, Марк. Буду ждать.

Мы попрощались, и я положил трубку. Да, императору надо было звонить, но пока я не хотел этого делать, потому что мне нужны были козыри на руках — столь беспроигрышные, чтобы я был уверен в своей победе на переговорах. На данный момент у меня такой уверенности не было, хотя я уже видел, в какую сторону нужно двигаться для того, чтобы достичь необходимого.

* * *

Новость о моём прибытии, видимо, разнеслась по острову мгновенно, потому что меня уже ждали, когда я приехал. Это было весьма неожиданно, но не скажу, что неприятно.

На берегу меня ждали Йонир, Моур, Асакура и Лёха. Остальные, видимо, были заняты своими делами.

Лёха хотел помочь мне дотащить установку, но он не смог её даже стронуть с места. Впечатанная в лаву, она была для него просто неподъёмным грузом. Даже мы с Йониром подняли её с трудом и перетащили в мою палатку.

Туда же примчалась Мирра.

— Макс, — сказала она, — я так рада, что ты вернулся.

— Стоп, — сказал я. — Кажется, у меня дежавю. И что-то подобное ты мне уже говорила.

— Ну конечно говорила, — ответила она. — Я готова тебе это говорить каждый раз и тысячу раз. Ты не представляешь, что здесь творится.

— Что здесь может твориться? — поинтересовался я.

— Люди, люди, люди, — проговорила она.

— Ну, здорово, — кивнул я. — А конкретнее?

— Люди едут со всех концов империи, чтобы вступить в твою гильдию Гардара. Более того, призыватели едут из многих стран. Я даже не знаю уже, что делать.

— Так, так, так… — проговорил я. — И сколько к нам присоединилось, пока меня не было?

— Точно не скажу, — ответила она, — но за последние сутки я приняла около восьмидесяти человек. Все пятого ранга. Все желают вступить в гильдию номер один.

— Стоп-стоп-стоп, — сказал я. — Как это номер один? Когда мы стали номером один? А как же демоноборцы?

Я выпалил всё это практически на одном дыхании. А Мирра так широко открыла глаза, что я невольно усмехнулся.

— Ты что, — проговорила она, — ничего не знаешь?

— По поводу чего? — спросил я.

— Ну как же, — ответила она. — Когда ты объявил о том, что принимаешь в свою гильдию всё население Островов, твоя гильдия стала самой большой по численности среди всех и не только в империи, а во всём мире. На данный момент ты топ-1 гильдия во всём мире.

— Ничего себе, — ответил я. — Но это временно. Не стоит обращать на это внимание.

— Ну как же не стоит? — воскликнула она. — Хоть и временно, но ты, твоя гильдия — топ-1. Естественно, люди теперь тянутся к тебе целой толпой, потому что иметь даже запись в резюме, что ты когда-то, хоть недолго, состоял в гильдии номер один — это великое дело. Это, считай, открытая дорога куда угодно.

— Здорово, — сказал я. — Но это же получается, что многие пытаются вступить только для получения подобной строки в своём резюме?

— Разумеется, — ответила Мирра. — Но я таких стараюсь отшивать. Может быть, получается не всех, но процентов восемьдесят точно отсеиваю.

— Вот видишь, — сказал я. — Какая ты молодец. Ладно, разберёмся.

Общаясь с Миррой, я заметил, что она искоса поглядывала на артефакт, который мы притащили, но при этом она продолжала говорить.

— Хорошо бы, чтобы ты внедрил какие-нибудь тестовые задания, которые бы проходили новички. Чтобы нам вообще понимать квалификацию призывателей. Если уж у тебя гильдия номер один, то вообще-то надо соответствовать и принимать к себе только тех, кто достоин.

— Тестовые задания, говоришь? — переспросил я. — Это идея.

И так у меня вырисовывалась уже целая картина: новички должны будут проходить тестовые задания; во всей гильдии будет устроена соревновательная система; победителей буду отбирать лично я, либо, как вариант, Асакура.

Пока всё это крутилось в моей голове, складываясь в какую-то красивую схему, но на данный момент не сложилось до конца. Однако ничего страшного в этом не было. Я полагал, что совсем скоро всё получится и всё будет в порядке.

— И да, — Мирра продолжала на меня напирать. И хоть я очень уважал её пробивные способности, именно сейчас она уже потихоньку начала меня раздражать. — Наши закончили здесь возводить лагерь и сидят все без дела, поэтому слегка начинают роптать.

— Так, — сказал я. — И чего я должен сделать?

— Но они же призыватели, — проговорила Мирра.

И этого мне хватило. Конечно же, призыватели сначала вычищали данж, где, по счастью, хоть нашли монстров, а потом приехали сюда возводить лагерь. Конечно, им хочется монстров и трофеев.

— Понимаю, — сказал я. — Но куда мы можем послать их?

Мирра поняла, что я немного отстал от обстановки в империи, поэтому выдохнула, села прямо передо мной и проговорила:

— В нашем болотном данже монстров практически не осталось. При очистке данжа всех, кого было можно, добили. Там сейчас хорошо, если двух-трёх особей можно будет встретить. И то вряд ли. Скорее всего, их добьют те, кто остался на охране данжа. А вот в остальные данжи сейчас просто так не попасть.

Мирра сосредоточилась, и начала говорить без эмоций, чётко и по делу.

— Все, что было конфисковано у глав гильдий, находится исключительно под контролем императора. Насколько я понимаю, просто взять и попасть в эти данжи невозможно. Есть ещё вариант попробовать договориться с Арнамом Дэусом и направить ребят в данжи демоноборцев, но я не уверен, что это получится, особенно после того, как ты его подвинул на Олимпе.

— Но насчёт того, что я его подвинул, — ответил я, — повторяю, это временно и совершенно случайно. Я, конечно, хотел достичь подобных высот, но другими способами. Что касается императора… — я бросил взгляд на установку. — Полагаю, что назрело уже слишком много вопросов, которые мне нужно обсудить с ним лично. Хорошо, Мирра, я понял твою обеспокоенность. Всё, что от меня зависит, я сделаю.

— Отлично, — проговорила девушка. — Если ты обещаешь сделать всё, что от тебя зависит, значит, у нас скоро призыватели займутся своими непосредственными обязанностями.

Я кивнул:

— Скорее всего, именно так и будет.

И в этот момент раздался телефонный звонок.

— Боги! — проговорила Асакура, пока я доставал смартфон и смотрел, кто мне звонит. — Ты когда-нибудь хоть на минуту будешь свободен, чтобы просто с тобой поговорить?

— Видимо, пока нет, — ответил я. — Но обещаю, что скоро выкрою на это время.

— Время он выкроет… — с притворной злостью ответила воительница и вышла из палатки.

Звонил Марк Евгеньевич.

— Тут такое дело, — сказал он. — Император говорит, что… Ну, император отказался меня отпускать. Начал выяснять: что, кто, по какому делу? Ну, я и сказал, что это нужно для обороны империи. И он начал выяснять, кто это сказал. Я указал на тебя, и вдруг он почему-то разозлился. Сказал, что никуда меня не отпустит, до тех пор, пока не решит все вопросы с тобой.

— Понятно, — ответил я. — Ну что ж, так тому и быть.

— А что произошло-то? — спросил он. — Я даже в мыслях не мог подумать, что когда-нибудь Михаил Николаевич так начнёт реагировать на одно твоё имя. Ты же спас его, причём неоднократно.

— Ну, понимаешь ли, — ответил я, — в какой-то момент я сделал так, как считал нужным, а не так, как мне сказал император. И он из-за этого немного злится.

— Немного? — проговорил на это Марк Евгеньевич. — Я бы сказал, что там прям буря была, когда я тебя упомянул.

— Ну ничего страшного, — ответил я. — Сейчас договорюсь с ним об аудиенции.

Я скинул вызов и набрал номер императора. Он не брал трубку очень долго. Я успел даже налить себе кофе из кофемашины и развалиться на походной койке. И в тот момент, когда я подумал уже, что вызов сейчас сбросится сам, последовал сигнал, что трубку на том конце взяли.

— Здравствуйте, Михаил Николаевич, — сказал я.

— И тебе не хворать, Максим, — ответил тот таким голосом, что я прекрасно понял, почему он не брал трубку. Он пытался себя успокоить перед разговором со мной.

Ну что ж, кажется, ему это удалось. Честь и хвала.

— Если ты по поводу Марка Евгеньевича, — начал было он, — то я против. Не знаю, что ты задумал, но своего лучшего учёного я тебе просто так не отдам.

— Михаил Николаевич, — сказал я, — давайте сейчас вы отложите в сторону все недовольства и послушайте меня: я хочу сейчас только одного — договориться с вами об аудиенции.

— Когда? — резко спросил император.

— Учитывая, что мне до вас добираться где-то шесть часов, то, наверное, вот через шесть часов, — я посмотрел, что это будет ещё не поздний вечер в Империи. — Я вполне могу быть.

— Хорошо, — ответил тот. — Я тебя буду ждать, но поверь, больше я у тебя на поводу не пойду.

— Да не надо, — ответил я и услышал короткие гудки.

«Тоже мне, — подумал я. — Решил, что я из-за каких-то своих амбиций просто сделал по-своему? Нет, я сделал так, как было необходимо. Любое промедление стоило бы нам жизни людей! Я и так последних поднимал прямо из воды, с уходящей суши». Так что в чем-то неправым я себя не считал.

С тяжёлым вздохом я допил кофе и вышел из палатки.

— Ты опять куда-то уезжаешь? — с какой-то даже тоской в голосе проговорила Асакура.

— Да, — ответил я, — но ненадолго. Мне нужно о нескольких вещах переговорить с императором.

— Понятно, — ответила она.

— Спроси его, пожалуйста, что по данжам, хорошо? — попросила Мирра, которая стояла рядом и подошла, увидев меня.

— Хорошо, — сказал я.

— И будь аккуратнее, — попросила Асакура.

— Конечно, — ответил я. — Вы как закончите, тоже возвращайтесь в столицу.

— А здесь кто будет за всем следить? — спросил Йонир.

— Хочешь, тебя главным оставлю? — усмехнулся я.

— Не-не-не, — ответил тот. — Тут ни одного данжа нет, воевать не с кем, нет. Мне такое не нравится.

— Ну хорошо, — сказал я. — Раз так, то давайте, наверное, собирайтесь тоже все и дуйте домой. Тогда я вернусь не сюда, вернусь туда, домой. Там уже всё обговорим: как будем преобразовывать гильдию и всё в этом духе.

— Знаешь, чего мне хочется? — сказала Асакура.

— Чего же? — спросил я.

— Взять палочника, пару боевых петов и отправиться в какой-нибудь сложный данж, чтобы поколотить там сотню-другую монстров.

— О, да! — мечтательно закатил глаза Йонир. — Я бы сейчас за это всё отдал.

Я прислушался к своим ощущениям и понял, что да, чёрт возьми, вот эта вот былая романтика подземелий, наполненных монстрами, мне куда не ближе чем вся эта политика и прочие разборки с разными людьми.

— Я вам обещаю: как только вернусь от императора, как следует отдохну, и после этого мы обязательно отправимся рубить монстров.

— Ура! — заорал Йонир, как маленький ребёнок.

— Да, — проговорила Асакура и сжала кулаки. — Я тебя обожаю, Гардар, — сказала она.

Меня снова зацепило то, как она меня стала называть. Это было явно неспроста. Поэтому необходимо было хорошенько прислушаться к этому и к тому, что говорили мои остальные помощники о ней. То, что это возможно не просто объект, с которым можно с удовольствием переспать, но и ближайший соратник, и действительно мощный помощник во всех делах, касающихся, возможно, не только гильдии, но и каких-то других аспектов.

Я смотрел на неё и понимал, что, наверное, это лучший человек из противоположного пола, кого я встречал на своём пути.

— А можно с тобой, — подошла к нам Адель.

— Нет, — я покачал головой. — На этот раз я еду на встречу с императором. Тебе там явно делать нечего. Но, давай так: ты остаёшься под ответственность Асакуры, — я кивнул воительнице. — Смотри, чтобы её никто не тронул.

— Как скажешь, — ответила воительница. Она-то знала, что к Адели, по крайней мере ей ревновать было совершенно не надо.

— Элфин, — сказал я, и морской дракон высунулся из палатки. — Я тебя оставляю тут. Доставишь мне всех в целости и сохранности.

— Не нужно, — сказала Асакура. — Мы полетим на Вилли. Для меня это привычнее, некомфортнее.

— Ну как скажешь, — ответил я. — Я же полечу на Венетто.

— А я? — обиженным голосом проговорил Элфин.

— Ну, хочешь, давай ты морем, мы воздухом. Только давай с нами параллельным курсом, чтобы в случае чего друг друга подстраховать.

— Как скажешь, Гардар, — ответил он и втянулся в кольцо, чтобы я доставил его непосредственно уже к морю, хотя мог бы и сам дойти.

Я же сел на Венетто и отправился к императору.

Элфина я выпустил над морем. Тот плескался в нём, зачастую нырял и надолго пропадал из виду, но затем показывался практически точно под нами. Поэтому я перестал волноваться и полностью занялся размышлениями о будущем разговоре с императором.

На аудиенцию я попал вовремя. Точнее, мы прибыли в столицу даже на два часа раньше, чем я предполагал, потому что Венетто старался не отставать от Элфина. Но я зашёл в небольшой ресторан и перекусил, потому что есть хотелось просто жутко.

Затем я прибыл во дворец, прошёл в зал ожиданий и некоторое время сидел, выискивая в телефоне ближайшие данжи, о которых мне надлежало поговорить с императором.

И вот, когда я вошёл, то увидел, что кроме самого Михаила Николаевича, в комнате аудиенции находилось ещё двое гвардейцев. Не телохранителей, а именно гвардейцев.

— Ну что же, Макс Грушин, — проговорил император, — по-хорошему, меня за твои действия, конечно, следовало бы арестовать.

И тут гвардейцы вытянулись в струнку. А я понял, для чего они находятся здесь.

— Но делать это или не делать, — добавил он, — я решу во время нашего с тобой разговора.

— Послушайте, Михаил Николаевич, — сказал я, — мы с вами знакомы уже не первый день, и я полагаю, вы точно должны знать, что для меня абсолютно неприемлем разговор через ультиматум. В конце концов, я пришёл разговаривать, в том числе и по поводу обороны империи.

Глава 7

Император долго смотрел на меня прямым взглядом, практически не мигая. Что там проносилось в его мыслях, я не знаю, но лично мне было интересно, с чего вдруг его настолько переклинило.

В какой-то момент у меня даже возникло подозрение, что это Старр вновь нашёл возможность вселиться в тело императора, и теперь пытается меня провести. Но нет — на меня смотрели вполне знакомые глаза, и за ними ясно угадывался разум самого Михаила Николаевича. Но при этом он был действительно зол.

Более того, я прямо видел, как в нём борются противоречивые чувства. И ненависть во взгляде была направлена больше, конечно, не на меня. Но всё это было очень-очень странно.

И мне даже захотелось разобраться в причинах такого его отношения ко мне, скажем, сильно изменившегося за последние дни.

Наконец, Михаил Николаевич «отмер» и спросил меня достаточно враждебным голосом:

— Ну что там у тебя? Что за вопрос обороны империи?

— Для того чтобы продолжать разговор, — сказал я, — мне необходимо понимать причину перемен в вашем отношении ко мне. Пожалуй, с этого мы и начнём. Если понимание между нами достигнуто не будет, то, полагаю, весь прочий разговор совершенно не нужен.

— А ты совсем ничего не понимаешь, что ли? — проговорил Михаил Николаевич. — Ты действительно не догадываешься о том, что ты сделал? Или просто прикидываешься? Или меня за дурачка держишь?

— Никого ни за каких дурачков я не держу, — ответил я. — По поводу того, что я сделал: я всего-навсего спас полмиллиона человек. Вот и всё.

Император шумно выдохнул и сел на свой рабочий стол.

— Это полмиллиона врагов. Понимаешь? Своё время я очень дорого заплатил за то, чтобы нейтрализовать это самое государство, для того чтобы забыть о них — и забыл на двадцать лет. Но тут являешься ты и сначала, грубо говоря, возвращаешь Острова на мировую арену, а затем и вовсе тащишь наших врагов на спорные земли, чтобы они там жили.

— Честно говоря, — ответил на это я, — считал вас несколько мудрее, но видимо, ошибался.

Император напрягся, но мне было плевать.

— Вы поймите, эти люди обязаны теперь мне жизнью. С ними можно заключить мирный договор о какой-нибудь там вечной дружбе. С них можно получать налоги. В конце концов их можно превратить в своих подданных.

— Послушай, в дипломатии я понимаю уж побольше тебя, — сказал мне император. — Дело тут вот в чём. Понимаешь, обязаны они тебе, а не мне или империи. А ты — частное лицо. Ты всего лишь основатель гильдии Гардара. Да, ныне топ-1, но всего лишь гильдии.

Он снова вздохнул и развёл руками.

— И вот в связи с этим возникает множество вопросов: как ты распорядишься этой своей властью? А это действительно власть, самая настоящая, над целым народом. Они, скорее всего, начали слагать легенды о тебе. Да, аристократии ты, как кость в горле. Возможно, они постараются устранить тебя любыми способами. Но вот для простого народа ты герой. Вот только проблема в том, что народ враждебен нам.

— Что вы заладили: враждебен, враждебен, — я невольно скривился. — История людей насчитывает сотни тысяч лет. Что вы думаете, в этот период времени никто не дружил из тех, кто ранее был врагами?

— Мне это неизвестно, и знать я это в целом не хочу, — ответил император. — Я просто хочу, чтобы ты посмотрел на всё моими глазами. Если бы ты просто получил власть над народом и при этом был бы лоялен империи, это было бы одно. Ты же стал вести себя совершенно иначе после того, как уехал туда. Откуда я знаю, может быть, тебя завербовали? Я не могу доверять врагам, чтобы они мне там ни рассказывали.

И тут я всё осознал. После покушения на него со стороны Старра, император стал бояться всего и вся. А особенно тех людей, который в какой-то момент сам и приблизил.

— Я вас понял, Михаил Николаевич, — сказал я. — Вот только вы, кажется, забываете, что я тот самый человек, который спас вас дважды. И всё, что я делаю, я делаю исключительно во благо империи. Даже сейчас я привёз с островов установку, которая может быть полезна в обороне от монстров.

— Но у нас сейчас нет проблем с монстрами, — ответил на это Михаил Николаевич. — Или у тебя другая информация?

— Когда-то, — ответил я, — открылось сразу тринадцать порталов по всему миру. Четыре из них — в нашей империи. Те, что были у нас, мы закрыли. А теперь самый главный вопрос: вы что думаете, это не может повториться? Может. Ещё как может.

Михаил Николаевич снова посмотрел на меня всё тем же долгим изучающим взглядом, как будто хотел через глаза увидеть, что я там задумал. Я же стоял спокойно, даже расслабленно. Мне было плевать на то, что он там себе думает.

Я знал, что и как собираюсь делать. Правда, если император вдруг попробует сейчас меня арестовать, то, конечно, мои планы несколько поменяются. Но уж что-что, а скрывать мне точно было нечего. Я абсолютно точно знал, чего я хочу и к чему, собственно, иду.

— Хорошо, — внезапно сказал он. — Что это за установка?

— Это та самая установка, с помощью которой делали купол над островами, — ответил я, и увидев непонимание со стороны хозяина кабинета, добавил: — Купол, который не пускал на острова самолёты. Интересная вещица, но сложная. Именно поэтому я и просил Марка Евгеньевича, чтобы он помог создать подобные установки.

— А зачем нам ещё? — уточнил император.

— Одной маловато, — я беззаботно развёл руками, как это обычно делал Рик. — Мой помощник считает, что для грамотного распределения зон в империи нам необходимо примерно десяток таких установок. И мы сможем обезопасить наших людей практически от любого количества порталов и монстров, выходящих из них.

Я видел, что император по-прежнему мне не верит. И правильно: в империи сейчас было тихо. Монстры ниоткуда не лезли. Казалось, что наконец наступила благодатная тишина.

Но проблема была в том, что подобные времена имеют свойство очень быстро заканчиваться.

— Хорошо, — внезапно сказал на это император. — Допустим, я дам тебе Марка Евгеньевича, но, разумеется, ненадолго. Но скажи мне вот что: как мне доверять тебе? Как мне удостовериться в том, что тебя не завербовали на островах?

— Как хотите, — сказал я, — так и относитесь. Но вот эту самую установку я привёз в оплату за то, чтобы вы помогли оставшимся людям с Островов обрести своё новое государство. Как вы считаете, после этого данное государство будет враждебным или всё-таки дружественным?

— Да не верю я им! — Михаил Николаевич пытался сдерживать эмоции, но получалось у него не всегда. Поэтому сейчас он хлопнул ладонью по столу — легонько, но всё же ощутимо. — Понимаешь? Не верю. Это лживые, подлые создания. Готовы практически на что угодно, только чтобы установить своё доминирование.

— Послушайте, — сказал я, стараясь добавить убедительности в голос, — я достаточно общался с этими людьми, в том числе и во время эвакуации. Могу абсолютно точно сказать, что это не так. Да, у них есть сомнительная аристократия, которая мыслит примерно теми категориями, о которых вы говорите. Но вместе с тем у них есть вполне нормальные люди, которые хотят просто жить. Им плевать на все эти политические игры. И вот их подавляющее большинство среди тех, кого я спас.

Михаил Николаевич склонился над столом. Было видно, что, как бы он ни хотел, ему приходится соглашаться со мной. Я буквально видел это метание где-то глубоко внутри его натуры.

Затем он выдохнул и глянул на гвардейцев:

— Оставьте нас, — сказал он, и те вышли за дверь.

— Хорошо, — проговорил император. — Чего ты хочешь?

— Я хочу несколько вещей, — ответил я. — Давай по пунктам.

— Офигеть, у него и список имеется, — сказал на это император.

— Собственно, именно поэтому меня здесь так долго не было, — ответил я. — Я не просто составлял этот список, я подбирал подходящие условия, чтобы показать вам.

— Ну давай, давай уже, не томи, — сказал император.

А я внутренне усмехнулся. Только что он готов был отдать меня под стражу, а вот уже спрашивает про договор.

— Перво-наперво я привёз оплату за корабли и временное размещение на Рыбачьем и Заячьем островах пятьсот десяти тысяч человек из королевства Островов. Затем я привёз уникальные артефакты, точнее, это целая установка из нескольких артефактов, которые соединены в одно. С помощью этих артефактов мы можем закрыть империю практически от любых угроз. Для этого надо их лишь немного переработать. Это может сделать мой помощник. А уже копирование данных предметов я хотел бы поручить Марку Евгеньевичу.

— Да уж, — печально заметил император. — Вдвоём с Тинто они справились бы куда лучше.

— Полагаю, что и один он постарается на славу, — ответил я. — Затем, я хочу, чтобы за это мы помогли отстроиться островитянам в новое королевство.

— Каким образом? — прищурился император.

— Где-нибудь в нейтральных водах мы найдём подходящее место, где не будет сильной тектонической активности, где дно будет достаточно близко к поверхности. Насыпем туда почвы, грунта, всего-всего, поднимем хорошенько над уровнем моря и создадим им там новое государство. После этого подпишем договор о вечной дружбе и, возможно, увеличим свой авторитет среди прочих стран.

— Креативно, — заметил император. — Ну, допустим. Что-то ещё?

— Конечно, — ответил я. — Кроме всего прочего, я прошу дать допуск моей гильдии во все данжи, которые сейчас являются собственностью государства.

— Прямо во все, во все? — кажется, Михаил Николаевич даже обалдел от подобной наглости.

— Желательно во все, — кивнул я. — Просто потому что призывателей у меня сейчас много, всех их надо занять. Но в обмен на допуск я предлагаю вам платить налоги, которые смогут помочь экономике империи. Которые, по крайней мере, окупят труды по возведению нового государства.

— Что ты заладил: новое государство, новое государство? — проговорил император. — Ну, ты хотя бы представляешь, какая это работа? Там же… ну знаешь, нужна разведка дна, согласие окружающих стран. Хоть это и нейтральные воды, но организовать просто так государство, ты думаешь, тебе кто-нибудь позволит?

— Я думаю, проблем с этим не будет, — покачал головой я. — Что же касается разведки дна, у меня есть замечательный морской дракон, который уже предложил взять эту часть работы на себя. Что же касается вклада живой силой, я думаю, островитяне сами с удовольствием будут строить себе новые острова. Поэтому тут, я думаю, особых проблем возникнуть не должно.

— Как у тебя всё гладко да складно получается, — хмыкнул император. — Я, честно говоря, даже немного в шоке.

Я пожал плечами.

— Так вот, полагаю, что налоги с тех, кто размещён на островах, тоже вполне себе можно собирать — небольшие, посильные, но можно. Таким образом вы достаточно быстро окупите все ваши вложения за последние дни. По поводу того, что я всё население Островов принял в свою гильдию и тем самым принудил вас к неудобному для вас решению, я скажу так:

Я говорил это императору, и подумал, что тот приготовился слушать извинения, но я не собирался извиняться.

— Считаю, что я принял единственное правильное решение на тот момент. Я понимаю, что вам оно не понравилось, но совершенно точно могу сказать одно: никакого другого верного решения на тот момент больше просто не существовало. Последних людей мы поднимали на борт уже из воды. А люди, в данной ситуации, были важнее всего остального. Даже вашего тщеславия, ваше величество.

— По-хорошему тебя, конечно, надо б наказать за это. А не данжи выдавать, — император вздохнул. — Но в какой-то момент я понял, что тобой руководило.

Я даже приподнял брови. Мне было интересно, что там надумал император.

— Так вот, — сказал он, — любой другой на твоём месте не посмел бы ослушаться меня и не дал бы врагам империи шанс. Вот только есть один немаловажный момент, который заключается в том, что никто из них не поперся бы за тридевять земель, чтобы спасти меня. И да, как бы мне ни было грустно, и как бы я ни был огорчён твоим поступком, я совершенно точно понимаю, что это то же самое, что и моё спасение. Именно поэтому я не отдал приказ арестовать тебя мгновенно. Да, действительно, всё это время я пытался понять, что тобой двигало в данной ситуации. И кажется, я понял.

— Ну так что, мир? — спросил я.

— Мир, — вздохнул на это Михаил Николаевич, поднялся из-за стола и протянул мне руку. — Но прошу тебя, больше подобных перформансов не устраивать.

— Обещать не могу, — сказал я. — Но знайте, что я всегда действую исключительно из интересов империи. Исключением могут быть только интересы людей. Но как вы понимаете, они не были в противоречии друг с другом. Поэтому я и позволил себе сделать то, что позволил.

— Всё, всё, ладно, заканчивай, — попросил император. — Я уже всё понял.

— Хорошо, — сказал я. — В таком случае хотелось бы узнать, что там по данжам?

— И к каким конкретно тебе нужен доступ? — спросил император. — Вообще ко всем? Или всё-таки ограничишь свои аппетиты?

— Мне нужен доступ во все, которые находятся рядом со столицей, лучшей и во всей империи, — я подумал, что моя гильдия быстро растёт.

— Черт с тобой, будь по-твоему, — сказал император. — Пятнадцать процентов от добычи. Тебя устроит?

— Вполне, — ответил я и подумал, что это очень даже выгодная сделка.

Пятнадцать процентов империи, пятнадцать процентов на нужды гильдии. Всё остальное будет идти призывателям в карман на их собственное развитие. На первое время я собирался своих призывателей вообще не трогать с финансами.

По крайней мере, им нужно было одеться и призвать своих петов, а затем начать прокачиваться.

— Ладно, всё, иди уже, — сказал император. — Разрешение получишь у Романа.

— Благодарю, — ответил я и кивнул: — Всего хорошего, ваше величество.

После чего вышел из зала.

Роман встречал меня с улыбкой до ушей.

— Боги! — сказал он. — Я просто счастлив, что всё обошлось. А то ведь император был просто вне себя от ярости. Я его таким давно не видел.

— Ну что ж, — ответил я, — случается. Но ничего страшного. Главное, что всё успешно закончилось.

Роман выписал мне разрешение на пользование всеми государственными данжами, и я отбыл к себе домой.

* * *

Мои уже успели долететь до империи и заняться обедом, поэтому, когда я вернулся все уже были в полном сборе.

И они уже ждали меня, причём, как я понял, с определённой тревогой. Поэтому, когда меня увидели живым, здоровым и не арестованным, все очень сильно обрадовались.

— То, что ты миновал тюрьму, — сказал мне Асакура, — это просто прекрасно. Я рада, что император проявил снисхождение.

— Откуда вы знаете о возможной тюрьме? — нахмурился я.

— Ну, когда ты уехал, мне позвонил Роман, — ответила Асакура, — и сказал, что тебя ждут сплошные неприятности.

— Ничего страшного, — ответил я. — Всё обошлось. Император у нас всё-таки неглупый человек, понимает что к чему.

— Это да, но ведь тебя заподозрили в измене, — воительница покачала головой.

— Измена, — ответил я, — такая вещь, которую ещё доказать надо. Ладно, я в душ, и потом мне желательно чего-нибудь перекусить.

— Иди-иди, — донёсся до меня голос Йонира. — Ужин уже скоро будет.

Выйдя из душа, я почувствовал себя просто другим человеком. Мне казалось, что я нахожусь в самом настоящем раю. А уж когда демон подал поджаренное филе тунца, я просто истёк слюной и понял, что всё в этом мире просто замечательно.

— Это по какому поводу такой праздник живота? — поинтересовался я.

— Ну как же, — Йонир покосился на Асакуру, а затем снова посмотрел на меня. — Ты же обещал, что как только мы вернёмся, то сразу же направимся в данж, чтобы почесать когти об монстров.

Я съёл кусочек рыбы и понял, что отказать демону уже не в моих силах.

— Хорошо, — сказал я. — Как только завтра уладим все текущие дела, сразу же отправимся в данж. Обещаю.

Глава 8

Вот только как всегда всё пошло не по плану. Прямо во время ужина прибыла администратор нашей гильдии и тут началось.

Прибывшая Мирра была готова буквально на коленях стоять, чтобы я только пришёл на следующий день в офис. А уж после этого, мол, я могу ехать куда угодно. Все остальные собрались за столом и переводили взгляд с меня на неё и обратно, видимо, гадая, чья же возьмёт.

Но на самом деле я понимал всё беспокойство девушки, так как она была полностью брошена практически на всю административную работу, и при этом ей постоянно был необходим отклик от меня.

— Да ты просто не представляешь, — говорила девушка, — там только на завтра столько заявок на вступление в гильдию, что я сама точно никак не разгребусь. Мне бы хорошо, чтобы опять вот мы все собрались и отсеяли ненужных претендентов.

— Давай так, — сказал я. — Завтра мы приходим в офис, работаем до обеда, после этого уходим в данж. Такое развитие событий тебя устраивает?

— Абсолютно устраивает, — я буквально видел, что девушка выдохнула с облегчением. — Это меня уже устраивает полностью. Но знай, что кроме новичков, теперь ещё многие из тех, кто помогал обустраивать острова приходят, — пожаловалась Мирра. — Им тоже надо что-нибудь сказать. Ну или направить на охоту за монстрами.

Следующую ночь я впервые за долгое-долгое время отдыхал нормально. Полностью расслабился на чистых простынях и заснул практически мгновенно. И спал, не просыпаясь, почти девять часов кряду. Это был некоторый рекорд для меня.

Наутро мы собрались и все вместе отправились в офис. Как оказалось, за время моего отсутствия площадь нашего офиса значительно увеличилась. От зала и небольшой комнатки он разросся до двух полноценных этажей, а плюс к этому была ещё парковка и большая часть внутреннего двора. Самое главное, что у меня там теперь был собственный кабинет с современным столом и оргтехникой.

Мирра мне показала все пароли, всё, что действует. Я уселся в удобное кресло, покачался на нём и глянул в окно.

«Ё-моё, — подумал я. — За несколько месяцев дойти от мечты бить монстров до собственного кабинета в собственном офисе во главе гильдии номер один в империи, да и как сообщалось — не только в империи, но и во всём мире… Вот это я понимаю карьерный взлёт».

И при всём при том мы с Асакурой и Йониром уже настроились сегодня идти в один довольно серьёзный данж. Ребята уже успели обидеться на то, что мы не хотим их брать с собой, но мы резонно им объяснили, что вся проблема в том, что данж для них будет слишком сложным, и они могут в связи с этим покалечиться.

Между тем, я обживался в своём новом офисе, а Мирра бегала ко мне через каждые пять минут, как будто она была не администратором всей гильдии, а непосредственно моим секретарём.

Ну, с другой стороны, и дел было очень много. Пока я отсутствовал, их накопилось буквально выше крыши. Больше часа мне пришлось только ставить свои подписи на различные бумаги. Сначала я хотя бы просматривал их, но потом всякие типовые договоры подписывал практически не глядя. Я знал, что Мирра уже всё это просмотрела и ничего лишнего я не подпишу.

— Максим Альбертович, — щебетала она, в который раз вбегая в кабинет, — там к вам ещё хотят записаться двенадцать человек.

— Ты же говорила — одиннадцать? — я хмурил брови.

— Это уже после тех одиннадцати ещё двенадцать пришли, — говорила она. — Люди едут со всей страны. Наш сайт постоянно обваливается из-за наплыва народа. Я не знаю, что делать. Что вы мне прикажете?

— Для начала, — сказал я, — пускай сайтом займутся стоящие специалисты. Он должен работать как часы. Неважно, сколько человек на него зайдёт.

Мирра тут же что-то пометила себе в блокноте.

— Затем представь мне информацию по данжам. Нам нужен не самый сложный, скажем, а, наверное, даже один из самых простых данжей, куда мы будем направлять новичков для того, чтобы они показали свои умения.

На этот раз она записывала что-то значительно дольше.

— Это всё? — спросила она.

Я посмотрел на неё:

— Пока всё. Как ребята?

— Работают, — она пожала плечами и улыбнулась, — но видно, что им это не доставляет удовольствия.

— Понятно, — сказал я. — Слушай, ты видела среди тех, кто к нам приходил, людей, которые могли бы разгрузить моих ребят и помочь тебе?

— С такой стороны я ещё не задумывалась, — ответила она. — Но в целом, вообще, полагаю, что это вполне возможно. Я присмотрюсь и подумаю — добавила она.

— Отлично, — кивнул я. — Что ещё? Нам с тобой необходимо наладить полностью алгоритм работы всей гильдии.

— Я давно об этом мечтаю… — от этой мысли девушка замолчала. — Ну, ты же всё занят.

— Ну, вот сегодня сходим в данж, я оттянусь, и потом обещаю тебе полностью посвятить себя вопросу устройства гильдии.

— Отлично! — Мирра едва сдержалась, чтобы не захлопать в ладоши. — Я так рада, так рада!

Я кивнул и она вышла. Несколько минут я провёл в тишине и даже от бумаг оторвался. Но затем понял, что так ничего толком не сделаю и продолжил ненавистную механическую работу.

Честно говоря, я зашивался.

Дело было даже не в том, что передо мной стояло огромное количество задач, хотя и в этом тоже. Но что ещё немаловажно, большая часть этих задач была мне, скажем так, незнакома. И вот в какой-то момент, сидя за своим столом, я уже мечтал о том, чтобы поскорее наступил обед, чтобы свалить с Асакурой и Йониром в данж повышенной сложности, как вдруг дверь постучали. Причём, не так, как это делала Мирра. На пороге оказалась Асакура.

— Не помешаю? — спросила она.

— Да нет, заходи, — ответил я. — Полагаю, что никак не помешаешь.

— Что ж… — хмыкнула воительница. — Если честно, то меня там уже достали.

— Да? — я глянул на неё. — Что такое?

В этот момент в кабинет ввалилась и Мирра. Но, увидев Асакуру, она поспешила выйти прочь.

— Рассказывай, — сказал я воительнице. — У меня, как ты видишь, тоже тут не сахар.

Она оценила стопки документов у меня на столе и ухмыльнулась.

— Может, ну его нафиг! Возьмём петов, ты возьмёшь свой меч, ну и пойдём херачить их всех направо и налево!

— С удовольствием, — ответил я. — Но, как видишь, мы с тобой ввязались в такую бумажную работу, а точнее — кабалу, что приходится разгребаться.

— Да, это понятно, — ответила воительница. — Давай только договоримся вот о чём: ты не спихнёшь всё на меня! Я тоже, знаешь ли, больше люблю гонять по данжам и набивать морды монстрам.

Я хохотнул. Асакура тоже улыбнулась.

— Хорошо, — ответил я. — Учту. Обязательно. Но давай сейчас всё-таки по существу. Что у тебя случилось?

— А случилось у меня вот что, — проговорила Асакура. — Дело в том, что я взяла себе не новых членов гильдии, а тех, кого мы уже приняли. И вот они все как один спрашивают у меня: ну когда мы пойдём в данжи? И они с лихвой получат своё вознаграждение за то, что целую неделю в поте лица выстраивали палаточный лагерь.

— Да не неделю, — сказал я, — меньше же.

— Они в это время включают тот период, пока чистили болотный данж. Кстати, как там? — спросил я. — Стало удобно? Интересно?

— Ну, как сказать, — проговорила Асакура. — В целом, конечно, здорово. Ребята, всё вычистили, всё так сказать привели в порядок. Но теперь-то там просто… практически не осталось монстров.

— Надо будет, кстати, как-нибудь сгонять туда, — сказал я. — Посмотреть, что к чему.

— Давай сначала вспомним наши боевые выходы, — попросила воительница. — А уже потом вслед за этим мы, конечно, и с тем данжем разберёмся.

— Кстати, — подумал я вслух, — он, наверное, отлично пойдёт для того, чтобы быть новичковским.

— Ну, всё зависит от того, какие там будут монстры, — ответила на это Асакура. — Если будут не очень серьёзные появляться, то да, можно весь наш так сказать необкатанный молодняк ввести туда.

— Отлично, — ответил я. — Надо будет Мирре сказать, чтобы начала готовить группы.

— Хорошо, — сказала Асакура. — А чего мы скажем народу? Ты понимаешь, тут либо оплачивать их труд надо, либо запускать в данжи, чтобы они сами себе оплату, так сказать, заработали.

«Хм», — подумал я. Достал разрешение на посещение данжей и положил его на стол, прихлопнув сверху ладонью.

— У меня есть вот такая штука, — сказал я. — Полагаю, что этого как раз будет достаточно для оплаты.

— Что ж ты раньше молчал? — проговорила Асакура. — Я-то уж изворачиваюсь, говорю, что работаем над этим вопросом. Оказывается, вопрос то проработан.

— Проработан, — кивнул я. — Но мы не должны забывать о безопасности всех наших призывателей.

— Само собой, — согласилась девушка. — Так что мне доверишь? Отдашь распоряжение Мирре, чтобы каким-то образом комплектовала отряды и посылала в данжи?

— Что-то это как-то всё сложно, — ответил я. — У меня же есть разрешение, так что у нас тут в разрешении написано? Всем членам гильдии Гардара разрешено посещать любые государственные данжи. Ну, собственно, чего нам ещё нужно?

— Да, собственно, больше ничего, — пожала плечами Асакура.

— Мирра, зайди, — позвал я девушку по селекторной связи. Она зашла.

— Смотри, — сказал я. — Большую часть обращений мы сейчас с Асакурой грубо говоря решили. Нужна форма документа, чтобы ты смогла распечатать и выдать каждому из гильдии. По сути, этот документ должен просто говорить о том, что тот или иной человек состоит в моей гильдии. После этого выдаёшь, возможно, формируешь, какие-то отряды…

— Я? — посмотрел на меня Мирра с некоторым испугом. — Я вообще не умею этим заниматься! Вот административная деятельность — в этом я прям сильна.

— Хорошо, — сказал я и перевёл взгляд на Асакуру.

— Нет-нет-нет, — сказала та. — Я этим заниматься не умею. Вот, возьми Лёху с Никой, может, даже Юлю с Кевином, и пусть они всем этим занимаются. А я уже хочу в данж!

Я тяжело вздохнул. И усмехнулся.

— Ну вот, называются помощники, блин.

Следующие несколько часов я занимался в основном тем, что принимал призывателей, распоряжался по поводу их различных действий и так далее. Я подумал: если всегда буду заниматься именно этим, то просто свихнусь к чёртовой матери. Нет, нужно было думать и находить кого-то, кто сможет заняться этим с полной самоотдачей, но в то же время не тяготясь подобной работой.

И тут я просто стал наблюдать за происходящим.

Как оказалось, лучше всех мог формировать команды из призывателей Кевин. Он буквально видел, в какой данж кого можно послать. Как ни странно, он в этом чувствовал себя как рыба в воде. Юля Кузнецова была у него всё время на подхвате. Она помогала призывателям с петами, советовала, кого и как лучше призвать. Грубо говоря, вооружала их питомцами.

Ника оказалась отличным советником по разной артефакторике, то есть различным вещам, которыми можно было прокачать петов. Асакура, как и раньше, помогала призывателям повысить свой ранг за счёт петов. А поскольку раньше никто не слышал о том, что вообще свой ранг в принципе можно хоть как-то повысить, то за нас цеплялись, что называется, руками и ногами.

На всё это было довольно забавно наблюдать. Вместе с тем мне казалось, что моё время тратится немного не так, как бы мне хотелось. Мне приходилось заниматься тем, чего я не очень желал. Но с другой стороны, я прекрасно понимал, что выстраиваю целую структуру, которая впоследствии поможет мне идти вперёд и одерживать победы над монстрами.

И да, сейчас была неразбериха, много людей, которых я иногда даже не понимал. Зачем они здесь собрались? Несмотря на это, я смотрел на своих друзей, которые уже вливались в работу по управлению гильдией, и постепенно брали на себя всё больше забот. Это было прекрасно.

Я подумал ещё о том, что тот самый болотный данж я превращу в нечто вроде боевого полигона. Там мои петы: петы Асакуры, Лёхи, Ники, Кевина и Юли — будут обучать петов новых призывателей. И я четко осознавал, что мне нужна армия. И эту армию по-другому сколотить нельзя. Никто мне не даст готовой гильдии или даже просто готовый рецепт, по которому её можно создать.

Незадолго до обеда ко мне зашла Адель.

— Ты слишком напряжён, — сказала она. — Может быть, тебе помочь?

— Да ничего, — ответил я. — Просто слишком много дел, слишком много разных размышлений, которые могут быть немного угнетающими. Но на самом деле в этом нет ничего страшного. Я всего лишь делаю свою работу, и стараюсь сделать её хорошо. Хотя, конечно, мне хотелось бы сейчас заниматься чем-то другим.

— Послушай, — сказала Адель. — Ты извини, если лезу не в своё дело, но пока большая часть людей, приходящих сюда, не понимают смысл всей твоей гильдии.

— Хех, — усмехнулся я, посмотрев ей в глаза. — А затем же тогда они сюда пришли?

Адель села в кресло напротив меня и закинула ногу на ногу. Благодаря просьбам всех моих друзей, она стала одеваться значительно скромнее, чем раньше. Причём могу сказать, что форма, которая отныне стала общей формой нашей гильдии, ей очень шла.

Она долго смотрела на меня, после чего проговорила:

— Да ты же и сам не совсем это понимаешь. Вот если бы твои глаза горели этой идеей, то каждый, зажигался, подхватывал бы её.

— У меня есть идея, — парировал я.

— Ты знаешь, что это за идея? — спросила она.

— Нам нужна армия. Мы должны быть готовы к тому, что скоро может открыться сотня, а то и тысяча порталов, а может быть, и больше. Из них полезут не какие-то жалкие монстры, которых можно убить с помощью петов третьего, четвёртого, пятого, шестого уровня и так далее. А попрут такие монстры, которые могут быть практически неубиваемыми. Ты же видела того самого с порталом между рогов?

— Ну, — хохотнула Адель. — Я, к сожалению, или к счастью, видела его уже мёртвым. Кстати, на что пойдут рога?

— Пока не знаю, — ответил я. — Я их послал одному артефактору. Но он молчит, ничего не говорит по поводу того, как их можно использовать.

— Понятно, — кивнула Адель. — Ничего, что-нибудь да придумаешь. Так вот, по поводу того, чтобы зажечь людей… Подумай об этом. Дай им идею, покажи им цель, и они перестанут приходить сюда и нудить про оплату, про невнятное устройство гильдии.

— Но ведь устройство тоже нужно, — ответил я.

— Не спорю, — согласилась девушка. — Но ты и так этим занимаешься. И даже твои друзья занимаются этим гораздо больше, чем ты. Ты вот сидишь, закопался в документах, и кроме них практически ничего не видишь. А в это время люди приходят. Причём люди опытные, с хорошим рангом. Многие видят, что тут у тебя всё не очень хорошо организовано, и начинают задумываться: а стоило ли оно того?

В этот момент снова в дверь постучали, и вошла Асакура после моего разрешения:

— Если ты не против, конечно, — спросил я у Адель, — я вот спрошу у воительницы.

— Конечно, конечно, — ответила та и обменялась взглядами с Асакурой.

— Вот Адель говорит, что у меня нет блеска в глазах, и поэтому людям в моей гильдии сложновато.

Асакура ответила не сразу. Она посмотрела на меня, затем на Адель, усмехнулась и сказала:

— Ну, ты просто устал. Сейчас после этих слов я это поняла. Ты просто загнался, понимаешь? У тебя всё время задачи, все время цели, все время ты идешь к своему… достигаешь, но как только это происходит, перед тобой оказывается новая цель, и ты снова идешь. И так далее, и тому подобное, постоянно и без конца. Я думаю, тебе просто надо отдохнуть. Сходить с нами в данж, порубить сотню-другую монстров, и огонь в твоих глазах зажжется сам собой.

— Ну, я на самом деле не уверен, — сказал я.

— Дело не столько в этом, — проговорила Адель. — Хотя в чем-то Асакура права. Но на мой взгляд, тут есть один немаловажный нюанс. Гардар привык полагаться сам на себя. Он учится работать в команде — это видно, но всё же даже сейчас вы мечтаете свалить в сложный данж втроём, забив на всех остальных. Как я понимаю, большинство петов ты брать не собираешься?

— Не собираюсь, — покачал я головой. — Ну что делать в подземелье Элфину или Венетто с его крыльями? Он в большую часть туннелей просто не поместится.

— Вот, — сказала Адель. — Ты видишь, Асакура, внутри него есть противоречия. Он не видит, как приспособить реальность к своим желаниям. Именно поэтому возникает диссонанс. Убери это.

Она посмотрела мне в глаза.

— Просто возьми и пошли к черту все условности. Зажгись этой своей целью, и веди к ней остальных. Если ты хочешь, я дам возможность твоим мозгам немного передохнуть.

— Так-так-так, — проговорил Асакура, выставив руку с открытой ладонью в сторону Адель. — Ты давай без всяких там воздействий.

— Только при желании, — сказала на это девушка с кошачьими повадками. — Это на самом деле недолго. Просто нужно снять напряжение со всех его мозгов, и тогда случится настоящее чудо.

— Хорошо, — сказал я. — Я подумаю. Мне нужно, чтобы все эти люди понимали, куда они идут и зачем. Да, ради такого я готов заново загореться этой идеей.

Но сам внутри себя я понимал, что, возможно, именно этого мне до сих пор не хватало.

Я лишь логически рассматривал какие-то возможности. И реагировал на происходящее, но нужно светиться, как мой собственный меч, когда он полностью заряжен.

И в тот момент, когда я уже был готов практически согласиться на действия Адель, в комнату вновь постучалась, после чего практически сразу ворвалась Мирра.

— Там, в болотном данже!..

— Что такое⁈ — я постарался осадить её одним тоном, потому что она буквально едва ли не кричала:

— Там, говорят, снова жижа поднимается! — проговорила Мирра. — И при этом ещё какой-то монстр, охрану кошмарит!

— Так, девчонки, занимайтесь делами, я скоро вернусь, — сказал я.

— Я с тобой! — одновременно сказали на это Асакура и Адель.

— Нет, — покачал я головой. — Вы занимайтесь делами здесь. Я спешу туда, где я нужен. Просто поймите — без вас я домчусь туда значительно быстрее.

— Резонно, — ответила на это Асакура.

Адель глянула на неё и, кажется, тоже смирилась.

Я выскочил из офиса, зашел на задний двор, который частично теперь тоже принадлежал нам. Вызвал Венетто, запрыгнул на него и скомандовал:

— Давай на всей возможной скорости! Жми к болотному данжу!

И мы помчались туда настолько быстро, насколько я, честно говоря, даже не ожидал. Вместо часов, которые мы провели в дороге в прошлый раз, теперь мы приблизились к нему буквально меньше чем за час.

Охрана находилась не у самого входа, а чуть поодаль.

— Что такое? — спросил я.

— Да вот там злыдня какая-то, — сказал призыватель явно из другой части империи, судя по говору. — Мы вот здесь стоим, а она там кошмарить пытается.

— Понятно, — ответил я.

Вытащил меч из ножен и понял, что тот заряжен не полностью. В связи с тем, что я давно уже не добывал сфер, меч, соответственно, тоже не заряжал. Впрочем, для убийства даже достаточно высокоуровневого монстра хватит.

Я зашёл в туннель и никого не увидел. Но где-то вдалеке, в одном из проходов, мне послышался какой-то шорох. Я двинулся туда аккуратно, чтобы контролировать обстановку со всех сторон, а про себя думал: что это может быть за монстр?

Затем шуршание и звук тяжёлых шагов стал более отчётливым. Я свернул в ответвление, откуда он шёл, и оказался в просторном зале, где, к моему огромному удивлению, было освещение. Какие-то достаточно удобные кресла. И вот посреди всего этого топтался бесформенный монстр, чем-то похожий на бегемота, ходившего на четырёх задних ногах и с двумя передними лапами. Но почему-то он не казался мне опасным. Мне почудилось, что всё это ненастоящее.

Я тут же стал просматривать связи, но все они, в свою очередь, шли от этого самого создания куда-то в пустоту. Я замахнулся мечом, и в этот момент монстр просто исчез. А передо мной возник Арнам Дэус.

— Вообще-то, — сказал я, — у меня есть офис и время приёма. А сейчас у меня обеденный перерыв.

— Да, всё понятно, — ответил на это Арнам. — И тебе не хворать. Ты уж извини, что вызвал тебя столь пошлым образом. Но светиться в твоём офисе, да ещё на глазах Асакуры, мне бы не очень хотелось.

— Как бы там ни было, — я оставался непреклонен. — Я сейчас занят.

— Я знаю, — ответил Арнам. — Ты, кажется, собирался со своими друзьями направиться и выпустить пар, уничтожая монстров. Я прав?

— Это неважно, — ответил я. — Прав ты или нет. Главное, что у меня сейчас нет на тебя времени.

— Ничего страшного, — сказал тот. — Монстры, знаешь ли, могут подождать.

Он хмыкнул и уставился на меня. А я буквально боролся с собой, чтобы не покинуть данж. Но мне было интересно, зачем он прибыл.

Видя мои чувства, Арнам усмехнулся, достал какой-то артефакт и активировал его.

— Это для того, чтобы твои быки-помощники не подслушивали нас.

— Вот как, — проговорил я. — Ну, хорошо. Так о чём ты хотел поговорить? Полагаю, что ты не очень доволен тем, что я на какое-то время скинул тебя с Олимпа.

Я усмехнулся и понял, что именно в этот момент очень даже рад этому обстоятельству.

— На самом деле мне плевать, — ответил Арнам Дэус. — Если говорить прямо, то это манипуляция, и продлится она недолго. Кроме того, я знаю, кто я есть и на что способен, а также знаю, на что способны члены моего ордена. В связи с этим никакой рефлексии по поводу того, что ты временно на первом месте, у меня нет.

«Что ж, — подумал я про себя. — Пусть так. Но всё-таки прикольно то, что я смог его хоть и ненадолго, но подвинуть».

— А поговорить мы с тобой должны совсем о другом, — проговорил он. — У тебя есть одна сфера, которая мне на данный момент очень нужна.

Глава 9

— Хорошо, — ответил я Арнаму, — заинтриговал. И что же тебе от меня нужно?

— Я понимаю твой… как бы сказать… иронический настрой, — ответил мне Арнам Дэус, — но полагаю, что на данный момент он несколько неуместен.

— Послушай, — сказал я, — ты уже столько раз при взаимодействии со мной менял тактику, что я уже и не понимаю, как с тобой общаться. Что касается меня, мне кажется, что ты самый настоящий… если не враг, то уж точно недруг. Поэтому как ещё я должен с тобой общаться?

— Согласен, — внезапно ответил глава Ордена демоноборцев. — В первые моменты наших взаимодействий я не принимал тебя всерьёз. Ну и сам посуди, как может серьёзный призыватель вроде меня… А я, между нами говоря, сильнейший призыватель, причём не только в этом мире.

При этих словах я мгновенно напрягся.

— И да, — продолжил Арнам, — я уже видел столько разных существ, что не воспринимал тебя всерьёз. Но позже, когда увидел, на что ты способен, и узнал некоторые твои особенности, тогда да, я стал относиться к тебе значительно серьёзнее. Собственно говоря, поэтому я и вызвал тебя сюда.

— Но мы же действительно могли поговорить в офисе, — ответил я.

— В офисе слишком много ненужных ушей. Твоя гильдия сейчас напоминает помойку, в которую каждый хочет выкинуть свой мусор. Мой тебе совет: не надо столько разношёрстной публики. Сделай отбор жёстче. Пусть только лучшие попадают к тебе. Зачем тебе весь этот сброд?

— Ну, это я уж как-нибудь сам разберусь, — ответил я. — В людях же не всегда главное — их ранг.

— А что же? — усмехнулся Арнам Дэус. — Главное в людях — это их сила. Сила призывателей в их ранге, их ранг, равен тому, какой мощности пета они могут призвать. Понимаешь?

Я покачал головой:

— Позволю себе не согласиться. Человек всегда остаётся человеком, будь он призыватель, пекарь, артефакторщик, таксист, следователь, или кто-нибудь ещё. Мой друг Лёха, например, изначально получил только второй ранг, а сейчас уже практически дорос до пятого.

— И сколько он ещё будет расти? — хмыкнул Арнам.

— Столько, сколько потребуется, — ответил я.

— Но, к сожалению, — проговорил глава ордена демоноборцев, — у нас нет на это времени.

И вот тут мне стало уже интересно.

— Арнам, — сказал я. — Зачем ты пришёл?

— Мне нужна сфера, которая есть у тебя, — сказал Арнам Дэус. — Это я уже говорил.

Я инстинктивно притронулся к сумке. Мне даже не надо было пояснять, я знал, какую именно он имеет в виду: ту самую золотую сферу, которая выпала после смерти монстра с порталом между рогов.

Арнам Дэус, как будто считал всё с моего лица, и просто кивнул: «Всё правильно, мол, ты думаешь.».

— Именно эта сфера мне и нужна? — проговорил он вслух.

— Зачем? — спросил я. — Что она тебе даст?

Арнам Дэус постучал пальцами по столешнице перед ним. Затем облизал верхнюю губу, посмотрел куда-то в стену, видимо, беседуя с собственными мыслями. А после этого снова посмотрел на меня горящим взглядом. Причём действительно горящим. Я видел, как он, точнее, что-то внутри него в буквальном смысле этого слова, полыхало.

— Наверное, мне стоит рассказать тебе всё с самого начала, — проговорил он. — Для того чтобы ты понимал, что и зачем мне нужно.

— Не боишься, что мне будет плевать на это? — спросил я.

— Нет, не боюсь, — ответил Арнам. — В конце концов, мы же с тобой из одного мира.

И вот здесь меня прошиб холодок по позвоночнику. Вот оно что… С другой стороны, может быть, он имел в виду что-то другое? Что, например, мы оба из этого мира?

Одним словом, я решил не показывать своей реакции, а начал с вопросов, которые меня волновали больше всего:

— Зачем тебе сфера?

— Есть очень небольшой шанс, — ответил мне на это Арнам Дэус. — На то, что благодаря этой сфере я смогу открыть портал в другой мир.

— У нас есть порталы в мире, — ответил я. — Ещё остались, я не все закрыл.

— Ну, те порталы, которые есть в нашем мире, не подходят, — возразил он. — Поскольку все они работают в одностороннем порядке: оттуда — сюда.

— А ты хочешь открыть портал в тот мир, откуда открыты эти порталы? — поинтересовался я. — Если так, то отвечаю: там делать совершенно нечего.

— Я помню, что ты побывал в том мире, из которого порталы выкидывают в наш мир монстров, — сказал мне Арнам. — И я в курсе, что один из порталов работал не так, как все другие. Вместо того чтобы вбрасывать монстров в наш мир, он высасывал материю из нашего мира в тот. Чтобы ты понимал, я исследовал этот портал ещё до того, как вы с императором туда прибыли. Я очень хотел им воспользоваться, я хотел пройти на ту сторону, но несколько посланных мною петов — а это были очень крепкие создания — погибли при переходе. Из чего я сделал вывод, что и сам не смогу пережить этот переход.

Арнам грустно усмехнулся.

— Но портал я собираюсь открыть не в тот мир. Нет. Я хочу открыть портал в тот мир, откуда нам окажут помощь.

— Кажется, — сказал я, — настало время долгого и подробного разговора.

— Именно поэтому я, можно сказать, и вызвал тебя сюда, — ответил Арнам Дэус. — Давай разбираться: кто, куда, к чему и почему.

— Хорошо, — ответил я. — Ну, ты же знаешь, почему у меня к тебе изначально негатив и неприязнь? — спросил я.

— Конечно, знаю, — ответил Арнам. — Всё из-за демонов.

Я шумно вдохнул воздух. На данный момент со мной были только Роб и Венето. Больше я с собой никого не брал, в том числе Йонир остался дома. Возможно, к счастью.

— И, наверное, это будет первый и самый главный вопрос: почему ты уничтожаешь демонов?

— Я отвечу, — сказал на это Арнам Дэус. — Но только по одной простой причине: эта тема непосредственно касается всего того, что нам с тобой необходимо обсудить. Так вот, когда-то был другой мир. Там мирно сосуществовали несколько разных видов, в их числе были люди и демоны. Но однажды на этот мир стали точить зубы пожиратели миров, или, проще говоря, межмировые мародёры.

— Это кто ещё такие? — поинтересовался я.

— На данный момент не столь важно, кто они и что представляют из себя, — ответил Арнам. — Но это именно они угрожают сейчас нашему миру. А до того, как я уже сказал, они угрожали миру, в котором жили как люди, так и демоны.

Я кивнул, показывая, что готов слушать.

— Так вот, эти самые межмировые мародёры могли получить в том мире серьёзный отпор. Для этого всем существам на планете достаточно было объединиться. Вот только глава демонов рассудил, что не хочет рисковать. И он заключил с пожирателями сделку.

Арнам надолго замолчал.

— Какую, если не секрет? — спросил я, когда молчание затянулось.

— Я не знаю всех тонкостей, — ответил Арнам, — но по сути глава этих самых демонов запросил эвакуацию всего своего народа — всех демонов — из того мира в другой мир. И за это сдал межмировым мародёрам всех остальных. Плюс он ещё пообещал всё население того мира, куда их переселят, скажем так, для пропитания монстров.

— Я не верю твоим словам, — ответил я.

— Да ради всех богов и богинь! — ответил Арнам. — Можешь верить, можешь не верить, мне это абсолютно фиолетово. Я тебе рассказываю, как было. То, что у тебя в друзьях ходит демон, ещё ничего не значит.

Он покачал головой.

— Вполне возможно, что этот самый Йонир даже ни о чём не догадывается. Но я тебе говорю: тот самый прошлый мир рухнул из-за главы демонов. А я с ним был знаком, более того, я был с ним даже в хороших отношениях. И в самый последний момент я узнал, что происходит. И при этом я понимал, что тот мир я уже спасти не смогу. Но я мог спасти этот мир, в который демоны переселялись, точнее его обитателей.

Взгляд Арнама стал жёстким, но смотрел он сквозь миры и пространства.

— И тогда я принял очень непростое для себя решение и убил предводителя демонов, тем самым я на какое-то время обезопасил тот самый мир, где мы с тобой сейчас и разговариваем. Но, несмотря на это, потихоньку, не торопясь, и сюда началась экспансия. Почему? Да всё очень просто, — Арнам покачал головой. — Потому что мародёры никогда не успокоятся. Они будут пожирать один мир за другим, пока эти самые миры не закончатся. А я уверен, что миров много, поэтому они не закончатся ещё долго.

Я сидел и слушал практически с раскрытым ртом. Если Арнам говорил правду, в чём уверенности у меня, разумеется, не было, то картина вырисовывалась очень печальная.

— Подожди, — сказал я. — А как эти самые пожиратели миров или межмировые мародёры связаны с монстрами вообще? — я решил, что это важный вопрос.

— Дык, напрямую, — ответил Арнам. — Это как зараза, как чума, которую они выпускают в мир перед собой. У них есть возможность влиять на монстров. Я думаю, что они могут ими не только управлять, но и заставлять умирать по требованию. А вот у коренных жителей захватываемых миров невосприимчивость к монстрам есть не всегда. Более того, конкретно этот мир, насколько я знаю, проделал невероятный в своей грациозности трюк. Как только в этот мир запустили монстров, так в нём тут же появились призыватели. Понимаешь?

— Честно говоря, пока не очень, — ответил я.

— Понимаю, это сложно, — сказал Арнам Дэус. — Но я попробую объяснить тебе, что называется, на пальцах. Представь: в твой организм попадает смертельный вирус, который просто жрёт твои клетки. И вдруг то ли твои клетки перестраиваются так, что влияют на этот самый вирус, то ли под воздействием всего организма часть клеток этого вируса перестраивается и начинает атаковать клетки самого вируса.

Мне было сложно, но я вникал в то, что говорит Арнам.

— То есть, попав в наш мир, некоторые монстры внезапно стали приручаемыми. Они стали петами, которые принялись уничтожать других монстров. Сейчас, конечно, это уже различные виды, но всё-таки, как ты сам знаешь, некоторых монстров можно очень даже приручить. Примером тому твой Венетто. Кстати, привет, Венетто, — добавил Арнам.

Внутри меня послышалось какое-то неразборчивое рычание, но Венетто ничего отвечать не стал.

— В этом можно сказать уникальность этого мира, — продолжил Арнам.

— А что? — спросил я. — Ты знаешь много других миров?

— Ну, по крайней мере несколько, — ответил на это Арнам Дэус. — Вообще да, других миров достаточно много. И в одном из них, насколько я знаю, технологии ушли гораздо дальше. И они вполне возможно смогут нам помочь. Именно поэтому я и пытаюсь найти способ открыть к ним портал, чтобы связь была постоянной.

Я ничего ему на это не сказал. Но вспомнил девушку в мире с разрушенными башнями. В том мире, откуда, судя по всему, был не только я с Йониром, но и Арнам Дэус, хотя прямо он пока этого ещё не сказал.

Я вспомнил ту самую девушку, которая сначала хотела убить меня, а потом быстро-быстро куда-то свалила. Я помню, что она была в каком-то взвинченном состоянии. Судя по всему, у них тоже не всё было так просто. Именно поэтому я посмотрел прямо в глаза Арнаму Дэусу и спросил его:

— А что ты считаешь? В том мире они нам смогут помочь?

Арнам Дэус на это только тяжело вздохнул, затем некоторое время просто думал, после чего ответил:

— Ну, по крайней мере их мир значительно более развит, чем наш. И сражаются они с монстрами больше нашего.

— У них что же, случился подобный эффект? — спросил я. — Они смогли призвать каких-то монстров?

— Нет, — покачал головой Арнам. — Они просто более развиты были технически, поэтому смогли противостоять нападению межмировых мародёров.

— Хм, но ты так и не сказал, действительно ли они смогут помочь нам в борьбе? — задался я вопросом.

— В этом я, конечно, не очень уверен, — проговорил Арнам Дэус. — Но знаю, что при желании они это смогут сделать.

— Ты уверен? — спросил я. — А может, у них самих там полный трэш? Может быть, уже сейчас монстры или, как ты говоришь, пожиратели миров, эти мародёры захватывают их мир?

— Как бы там ни было, лично я об этом не знаю, — ответил Арнам Дэус. — Потому что у меня нет портала, чтобы туда добраться. А я очень хочу его создать.

— Сбежать, что ли? — хохотнул я.

— Послушай, Макс, — проговорил Арнам. — Если бы я хотел сбежать, я бы уже давным-давно сбежал. Поверь мне, у меня есть такая возможность. Или ты думаешь, что я хочу просто открыть портал, скрыться в него, и чтобы хоть трава не росла? Интересный вариант, но ты знаешь, это последнее, чего бы я хотел.

— Почему так? — поинтересовался я напрямую.

— Потому что мне не хочется привыкать к новому миру, — ответил Арнам Дэус. — Мне становление тут далось уже не так просто, как хотелось бы.

— Ну, так вот, — продолжил я. — Давай рассмотрим другой вариант. Что я даю тебе сферу. У тебя получается открыть портал. И внезапно тот мир, в который ты этот портал откроешь, уже захвачен монстрами. И тогда от них эти самые межмировые мародёры ринутся к нам. И тогда нашему миру тоже придёт кабздец. Ты рассматриваешь такой вариант?

— Послушай, Макс, — сказала Арнам. — Ты задаёшь правильные и острые вопросы. Я тебя прекрасно понимаю. Но ты пойми другое: если не попробовать, если не создать этот самый портал, если не найти помощи, то нашему миру в любом случае, как ты это сказал кабздец полный.

— В смысле? — Не понял я. — Ты сейчас о чём?

Арнам даже уронил левую руку, а правой закрыл лицо и потер переносицу.

— Если я ничего не буду делать, — сказал он, — то человечество в этом мире в любом случае умрёт, погибнет полностью.

— Это почему ещё? — уточнил я.

— Да блин, потому что я надеялся, что у нас есть ещё сто-двести лет до экспансии именно в этот мир, чтобы я успел подготовиться. Но я не успеваю.

Почему-то в этот момент я не смог удержаться и всё-таки съязвил:

— Я думал, что ты только на демонов охотишься.

— Охота на демонов — это моё хобби, — ответил на это Арнам Дэус, блеснув глазами. — А знаешь, почему? Потому что они все такие. Они все готовы на предательство. Мы с Бельгиалом дружили больше пятидесяти лет. Я думал, что знаю его как облупленного. Он просто взял и всех предал: всех, не только людей в том мире, а весь мир полностью. И взял с собой из клана только тех, кто конкретно ему был верен. Что мне с ними нужно было делать? Демоны предали свой предыдущий мир. Они, понимаешь, все гнилые, на них нельзя положиться.

— А я слышал, что это ты предал его, — сказал я, уже не зная, во что именно верить.

— Естественно, ты слышал именно ту версию, — ответил Арнам Дэус без всякой злости. — Ты же слышал её от демона. Какие ещё россказни они могут тебе вливать в уши?

— Ты считаешь, что Йонир причастен к этому? — спросил я.

— Скорее всего, нет, — ответил Арнам Дэус, махнув рукой. — Я просто настолько на них обозлился, что решил вычистить их из этого мира, чтобы больше ни одна тварь не посмела сговориться с врагами всего сущего.

— Пу-пу-пу, — проговорил я.

Неважно, насколько информация, представленная мне Арнамом Дэусом, была реальной. Важно было то, что мой мозг сейчас просто кипел. Я взял из сумки одну из редких сфер и впитал её, чтобы мозг работал лучше. И тогда у меня начали складываться различные логические связи.

И при всём том я не видел в словах моего собеседника лжи. Он говорил настолько искренне, что, по крайней мере, уж он-то точно верил в то, что говорит.

И при этом Йонира он напрямую не обвинял. Он обвинял того самого демона, с которым дружил.

— Теперь бы мне хотелось больше узнать про этих самых пожирателей миров или межмировых мародёров, — проговорил я. — Зачем они делают то, что делают?

— Ну, боги мои, — ответил на это Арнам. — Что ты, как маленький? Все войны, завоевания, экспансии проходят всегда с одной и той же очень банальной целью: захватить чужие ресурсы. Всё. Ничего более. Но просто вопрос в том, что именно межмировым мародёрам требуется нечто такое, что даёт жизнь самим мирам. Это не конкретные ископаемые, ну там металлы, нет. Это не та энергетика, к которой ты привык. Отчасти это магия, но по большей части это именно жизненная сила самого мира. Они выкачивают эти самые силы.

— Но почему они это не делают сразу, а сначала запускают в мир монстров? — уточнил я.

— Ну, здесь может быть несколько вариантов, — ответил Арнам Дэус. — Если говорить напрямую, я точного ответа не знаю. Но либо люди и прочие разумные существа как-то могут помешать им овладеть этой самой жизненной силой мира, либо эти монстры являются как бы самими выкачивающими эту силу приспособлениями. Если рассматривать людей как часть организма под названием «мир», то тогда да, монстры питаются людьми и другими разумными существами, и постепенно, постепенно выкачивают эту самую жизненную энергию всей экосистемы.

Я слушал Арнама Дэуса, и только теперь понимал, насколько это всё глобально. В моём представлении, конечно, это было не столь эпично. Ну так, как будто некий великан подходил к миру, втыкал в него шприц и выкачивал, выкачивал эту самую энергию, необходимую для жизни целого мира.

После его слов у меня как будто многое встало на свои места, но при всём том я никак не мог смириться со всем этим. Я хотел возражать, хотел найти какие-то моменты, где Арнам конкретно не прав, но я не мог их отыскать. И это было очень странно.

Мне казалось, что подобное просто невозможно, но сразу же после этого я вспоминал то самое существо, занимающее место от моря и до неба, вздымающееся на невероятную высоту. Интересно, это был один из тех самых мародёров? Или это всего лишь их очередной монстр, призванный пожрать какую-то энергию?

А вот монстры как передатчики этой самой энергии… хм… Это было интересное предположение. Более того, сейчас мне казалось, что оно совершенно не лишено какой-то логики, потому что я же видел все эти энергетические связи. И да, от монстров отходили энергетические нити, теряясь где-то во тьме, куда я не мог заглянуть.

Пользуясь случаем, я посмотрел на Арнама Дэуса своим магическим зрением и увидел, что его связи замкнуты практически все на нём самом. При этом несколько из них тянулись ко мне.

— Тоже это видишь? — спросил он.

— Вижу, — согласился я.

— Ну, значит, я в тебе не ошибся. Собственно, вот поэтому мне и нужна сфера: я хочу попробовать открыть портал, чтобы вызвать помощь.

— А что, как-то иначе порталы делать ты не пробовал? — спросил я, в уме держа то, что некогда я спёр у Арнама Роба. Правда, его использовали хрен пойми как.

— Да, пробовал я с порталами, — ответил на это Арнам Дэус. — Очень много чего пробовал. Ну, у меня ничего не получалось. Всё, что я сумел открыть, было категорически нестабильно. Или вело в этот же самый мир. И это меня разочаровывало.

— Ну хорошо, — сказал я. — И что, ты прям уверен, что со сферой у тебя всё получится?

— К сожалению, нет, — ответил Арнам и откинулся на спинку кресла. — Я тебе больше скажу: может быть, даже и зря, но если у нас сейчас вероятность вторжения монстров и потери всего человечества в целом примерно 99,9%, то со сферой будет… э… 99,8%.

— Всего лишь одна десятая процента? — поинтересовался я.

— Совершенно верно, — ответил Арнам. — Всего лишь одна десятая процента.

А потом он стал каким-то совсем человечным, каким я его никогда раньше не видел.

— Знаешь, — сказал он, — я понимаю, осознаю всё. Всё твоё отношение ко мне. Но поверь, ты просто не знаешь обо всей той работе, которую я проделал. Я послал самого близкого мне пета в тот портал, в который впоследствии влетел и ты. Но он погиб, а ты выжил. Какое-то время, да, я не принимал тебя всерьёз. Затем я тебя, скажем так, недооценивал. Потом ты мне был как кость в горле. А после того я увидел, что ты делаешь реальные вещи, причём вещи правильные. Особенно после госпереворота, не случившегося благодаря тебе…

Он сделал паузу.

— И твоего характера, когда ты решил спасти императора, но при этом дал мне уничтожить Старра, я стал относиться к тебе иначе. Скажем так, я разглядел твой потенциал. Вот сейчас я пришёл к тебе по большей части да, и для этого разговор тоже.

— Но и за сферой, — вставил я.

— Твоя сфера, выпавшая из портального монстра, может дать мне возможность открыть портал, который поможет спасти наш с тобой мир.

— А может и не дать? — уточнил я.

— А может и не дать, — согласился со мной Арнам Дэус. — Причём скорее всего именно второе. Но нужно пробовать, понимаешь? — спросил он меня.

— То есть нет никаких вариантов, — уточнил я.

— Абсолютно, — Арнам покачал головой. — Я надеялся, что экспансия в наш мир не случится ещё как минимум лет двести, но последние события говорят о том, что против нас играют по-крупному.

— Но вроде бы новых порталов не открывается, — заметил я.

— Новых порталов не открывается, — Арнам произнёс эту фразу с максимально неуверенным тоном, но это была лишь игра, и я чувствовал это. — Ты думаешь, просто так? Острова канули на дно, — спросил он. — Это же тоже их рук дело.

— Точно? — спросил я.

— Процентов восемьдесят за это, — ответил Арнам. — И Старр был их проектом, и в каждом государстве есть тонкое место, куда они собираются ударить.

— Но почему ты никому об этом не рассказывал? — спросил я. — Почему ты молчал? Почему ты не привлёк на свою сторону всех?

— Я привлёк на свою сторону, кого мог, — ответил Арнам Дэус. — Но ты представь, что я начну рассказывать такие вещи императору. Куда он меня пошлёт, как ты считаешь? Я полагаю, что это будет суперзакрытая психиатрическая лечебница, из которой я, конечно, без труда уйду, но больше никаких взаимодействий у меня с императором не будет.

Я подумал, что в чём-то его понимаю. Но сам бы в такой ситуации был гораздо решительнее.

— Нет, ты не подумай, — покачал головой Арнам, — у меня же куча данжей, в них масса лабораторий, где я всё это проверяю, делаю опыты, создаю какие-то защитные артефакты. Мне не плевать. Просто это такая информация, которой с каждым не поделишься. Но вот ты же знаешь, что я не вру?

— Ну, в той части, которая касается моих знаний, совершенно верно, — ответил я. — Знаю, что не врёшь.

— Ну вот, — Арнам посмотрел на меня взглядом, в котором я увидел, возможно, впервые в своей жизни расположение с его стороны. Он протянул мне руку:

— Мир?

Я вспомнил свой недавний диалог с императором, хмыкнул и протянул руку в ответ:

— Мир.

При этом я пересел поближе, так что между нами оставался лишь небольшой журнальный столик.

— Ну что, дашь сферу попробовать? — спросил Арнам.

— Эх, была, не была, — ответил я. — Если это может помочь нашему миру, то вполне.

Я вытащил сферу и положил её на расстоянии вытянутой руки между мной и Арнамом Дэусом. Она была тяжёлая, золотая, переливалась какими-то интересными цветами, но лежала на столе смирно.

— Когда я шёл сюда, — признался мне Арнам Дэус, — я полагал, что будет гораздо сложнее разговаривать с тобой. Всё-таки мы всю дорогу были по разные стороны баррикад.

— Но если судить по твоему рассказу, — ответил я, — то на одной. Просто лично я обо всех тонкостях не догадывался.

— Может быть, и так, — ответил Арнам Дэус.

Он не спешил тянуться к сфере.

— Я только об одном прошу, — сказал я. — Не трогайте Йонира. Он… настоящий. Он правдивый. И он за друзей стоит горой.

— Я уже это понял, — ответил Арнам Дэус. — Поэтому и отменил охоту на него, а не из-за указа императора. Остальные демоны были той ещё швалью.

Я не стал ничего на это говорить. Мне не хотелось в данном случае начинать ссору. Хотя, может быть, и стоило бы.

А потом Арнам Дэус протянул руку к сфере, и вот тут произошло что-то невероятное. Она задрожала, засветилась и начала изливать фонтаном из себя золотой свет. Главный демоноборец даже отдернул руку от неожиданности.

В этот момент сфера закрутилась, поднялась в воздух, взорвалась светом и ринулась ко мне. Впитываясь в меня полностью.

Глава 10

Я почувствовал что-то невероятное. Мне показалось, что все энергетические линии, которые находились внутри меня, вдруг завибрировали, затем связались в узел, а затем расправились во все стороны. Сам мой организм начал испускать какие-то вибрации. Или, скорее, наоборот, стал чувствовать эти самые вибрации. А, может быть, я сам стал этой самой вибрацией. Честно говоря, я даже не сразу смог сориентироваться и понять, что вообще со мной происходит. Одно было ясно: я изменился. Изменился настолько, что пока даже не понимал этого.

— Что происходит? — прорычал Арнам Дэус. — Зачем ты это сделал?

Но я ничего не мог ответить. Я смотрел на себя и понимал, что сейчас светился как новогодняя ёлка. Только сильнее. Но всё это было внутри моего тела. Во мне сейчас энергетических линий было больше, чем в Адель в тот момент, когда я впервые увидел её своим магическим взглядом.

Поэтому вместо ответа я продолжал осматривать себя.

— Ты не специально, так? — уточнил Арнам Дэус, увидев, что я сам несколько озадачен происходящим.

Затем я посмотрел на Арнама и качнул головой.

— Раньше у тебя такое было? — спросил он. — Чтобы вот так впитывать сферу?

— Нет, — ответил я. — По крайней мере, на расстоянии такого не было.

Я говорил как будто через силу, потому что в тот же момент что-то охватывало всё моё существо. Я был сосредоточен на внутренних ощущениях и мне не хотелось сейчас говорить. Вся эта энергетика, вызвавшая бурю в моём теле, всё ещё не улеглась. Я понимал, что происходит мощная перестройка всего организма, но не вредная. Часть меня, отвечавшая за регенерацию, молчала, не видя угроз. Значит, всё в порядке.

И в этот момент мне почему-то вспомнились Острова. А конкретно момент, когда шёл непрекращающийся ливень, а я вывалился из портала, из другого мира. Одновременно с этим пришёл абсолютно дурацкий вопрос — такое бывает, когда впопыхах делаешь какие-то вещи: «А всех ли мы оттуда забрали?»

В это мгновение я почувствовал, как мир вокруг меня пытается измениться. А может быть, наоборот, это я пытаюсь подстроиться под этот самый мир.

Но мне пришлось обуздать энергию внутри себя для того, чтобы сосредоточиться на разговоре с Арнамом Дэусом. Я не хотел показывать перед ним ни своей слабости, каких-либо своих преимуществ. Он не должен обо мне знать практически ничего.

Впрочем, сам Арнам, как я видел по нему, постепенно терял интерес к нашему общению. У него уже было скучающее выражение лица, и, кажется, он понимал, что больше того, зачем пришёл, не существует. Поэтому и задерживаться не видел смысла.

— Арнам, послушай, — сказал я. — Давай я всё-таки попробую помочь с порталом.

— Да как ты сможешь помочь? — проговорил он. — Мне нужна была эта сфера.

И вот уже Арнам Дэус встал, собираясь исчезнуть прочь, как я понимал.

Однако в этот момент происходящее в моём собственном организме вытеснило всё остальное.

Внезапно меня потащило куда-то прочь, сквозь пространство.

* * *

Арнам Дэус уже давно смирился с тем, что никого в мире больше не было с компетенцией хотя бы близкой к его уровню. Поэтому не считал необходимым делиться информацией с кем бы то ни было.

Но при всём том он обнаружил, что существуют такие люди, от которых можно получить что-то весьма полезное. Одним из таких людей был Макс Грушин. Недавний школьник, но, судя по всему, очень даже непростой, потому что за несколько месяцев этот юный призыватель вырос из никому не известного неудачника в основателя одной из самых успешных гильдий. Причём не только в империи, но и в мире.

И вот в какой-то момент до главы демоноборцев дошла информация о том, что этот самый Макс Грушин заполучил в своё распоряжение сферу, выпавшую из монстра с телепортационным порталом. Это могло означать, что внутри сферы были некие магические установки, которые могли бы помочь, если не научиться открывать порталы самостоятельно, то открыть хотя бы один портал.

Арнам не считал, что этого будет достаточно, но хотел в это верить. Дело в том, что экспансия в этот мир началась значительно раньше, чем он предполагал. Он надеялся, что у них есть ещё сотня-другая лет, но по всем признакам межмировые мародеры решили захватить этот мир раньше. Вероятно, причиной тому было то, что ни первая волна экспансии монстров, ни вторая не принесли желаемого результата.

А это означало, что они будут усиливать давление на мир и его обитателей. При этом Арнам прекрасно понимал: если давление на их мир действительно усилится, если сюда придут настоящие монстры, то вот эти безмозглые шавки, которых закидывали через данжи и порталы, то по землянам уже ничего не светит. Да, он сам мог бы попробовать уйти, пока был шанс. Но Арнам не собирался сдаваться. Не для этого он в своё время пошёл на конфликт с демонами.

И вот с подобными мыслями он решил встретиться с Максом Грушиным. Сделал так, чтобы его вызвали в Болотный данж, где он уже подготовил место для встречи. И Макс Грушин прибыл как по расписанию. Арнаму пришлось рассказать очень многое из того, что он знал, только для того, чтобы этот юный основатель гильдии поверил ему и согласился отдать сферу. И вот здесь произошло нечто совершенно невероятное: сфера вдруг засветилась и впиталась в Макса Грушина.

Арнам слышал о том, что парень умеет впитывать сферы, но чтобы это происходило вот так — на расстоянии, да ещё без каких-либо видимых действий с его стороны, — это было действительно странно. Но по удивлению на лице парня он понял, что сам Грушин не имеет к этому никакого отношения. А затем понял, что всё: этот шанс был исчерпан. Сферы больше нет, а следовательно, делать здесь больше нечего. Арнольд не любил терять время попусту.

И он решил, что будет теперь изыскивать какие-то другие возможности. В конце концов, у него всегда был запасной план. Он уже встал из-за стола, чтобы отправиться к себе, и вдруг в этот момент Макс Грушин исчез.

Правда перед этим предложил помочь сделать портал. Но Арнам подумал, что вряд ли это хорошая идея, просто по той причине, что для создания портала необходимы вполне конкретные знания. Кроме того, требуется много магии, а одна впитанная сфера, пусть и сверхнеобычная, вряд ли поможет Грушину научиться делать порталы.

Но когда он исчез, Арнам Дэус понял, что вполне может быть, что Макс Грушин сможет ему помочь. Поэтому решил подождать, чтобы понять, чем дело кончится. И спустя минуту он дождался: Макс Грушин появился из ниоткуда, плюхнулся в своё кресло, но при этом он был насквозь мокрым.

— Это что сейчас было? — спросил Арнам с интересом.

— Телепортация, — выдохнул тот и встал с промокшего кресла.

* * *

Первый блин, говорят, обычно всегда комом. Я телепортировался, не зная, что уже умею это делать. Поэтому и вышел некоторый казус. Я слишком хорошо в воображении представил то место на Островах, куда прибыл когда-то из другого мира. Естественно, оказавшись вновь в этом месте, я очутился посреди безбрежного моря. Причём ещё и под проливным дождём.

Мгновенно вымокнув до нитки, я принялся грести, чтобы удержаться на воде. Очень мешали потоки воды, лившиеся с неба. Да и отсутствие дна под ногами тоже не добавляло удовольствия.

Оглядевшись, я практически сразу понял, где нахожусь.

— Тебя вытащить? — поинтересовался у меня Венетто.

Я понимал, что сам отсюда никуда не доплыву. До ближайшей суши было четыреста километров, причём совершенно неизвестно, в какую сторону. Сориентироваться я в этой пучине ещё не успел.

— Венетто, — сказал я. — Раз уж я смог перенести себя сюда, то, наверное, смогу и обратно.

И теперь сосредоточился уже на том, чтобы чётко представить небольшую комнату, в которой мы разговаривали с главой демоноборцев. Те небольшие, но удобные обитые пёстрой тканью кресла, журнальный столик, какие-то полки у серых стен. Кажется, это была комната отдыха для тех, кто занимался расчисткой данжа. Здесь они читали, перекусывали и дремали.

И я понял, что смог воспроизвести эту комнату практически точно так, как запомнил. И внезапно вместо безбрежного моря вокруг меня оказалась именно та обстановка, о которой я думал. Я плюхнулся в кресло прямо в мокрой одежде.

И увидел перед собой ошарашенные глаза Арнама Дэуса.

— Как я понимаю, это твой первый раз, — проговорил он.

— Абсолютно точно, — ответил я. — Самый что ни на есть первый.

— Ничего себе, — сказал Арнам. — У меня для таких фокусов уходили тонны артефактов и времени. А ты теперь свободно можешь прыгать в любую точку?

— Насчёт любой точки не уверен, — ответил я. — Судя по всему, мне её надо представлять.

И только теперь я понял, что, слишком расчувствовавшись из-за необычных ощущений, стал как-то слишком откровенным с Арнамом Дэусом. И решил немножко придержать язык за зубами. Но вместе с тем я понял, что у меня есть ещё немало вопросов к Арнаму. Возможно, они не для сегодняшнего разговора, но всё-таки.

— Ну что же, — сказал я. — Как считаешь, смогу я помочь тебе с порталом или не смогу?

— Вполне возможно, что и сможешь, — ответил Арнам. — Пока я не знаю, как применить твои способности. Если бы ты мог скакать куда угодно, в любую точку мира или даже нескольких миров, то в таком случае я бы нашёл применение твоему умению. А вот то обстоятельство, что на данный момент ты можешь попасть только в знакомое тебе место, сильно всё осложняет.

А я решил про себя, что теперь, наверное, могу попасть практически в любой данж из тех, где я когда-либо был.

Нет, конечно, многие из них слились в какой-то один единый коридор, но всё же в некоторых данжах я точно помню определённые места. Я решил, что как только закончу с Арнамом, сразу же попробую это сделать.

— Ладно, — тем временем проговорил Арнам, глядя на меня. — Черт с ним, давай попробуем. У меня есть различные специалисты, которые могут помозговать, как вот эта твоя новая способность может помочь нам с порталом. Предлагаю назначить встречу на тот момент, когда ты будешь готов.

Он достал смартфон, посмотрел в него и добавил:

— Что ты скажешь, допустим, насчёт послезавтра? На полдень?

Я прикинул, что к этому времени мы уже должны будем вернуться с нашими из данжа.

— Хорошо, — кивнул я. — Послезавтра в полдень. Мы с вами пообщаемся на эту тему. Я ещё поговорю со своими ребятами.

— Поговори. И ещё хорошо бы, чтобы ты подумал над ответом на вопрос: что тебе самому нужно от этой сделки? — проговорил Арнам.

— В смысле? — не понял я.

— В прямом, — сказал Арнам, поднялся и прошёлся по комнате взад-вперёд. — Какие твои интересы? Я же понимаю, что ты в любом случае что-то от меня захочешь.

— Для этого должно хотя бы что-то получиться, — ответил я. — Разве не так?

— Да, для начала ты уже отвечаешь согласием. Это само по себе возможно потребует от меня каких-то действий. Но в целом я хотел бы знать, чего ты хочешь в случае нашего успеха. Как ты понимаешь, я всегда настроен на то, чтобы добиваться цели и не останавливаться на середине пути.

— Это очень хорошие свойства, — хмыкнул я. — Серьёзный настрой. Но я даже не знаю, что на это ответить.

А затем подумал, что, наверное, всё-таки знаю.

Мне почему-то внезапно вспомнились слова Лёхи о том, что ходят слухи: мол, все данжи между собой каким-то образом соединены. Если найти вот этот самый проход между ними, то можно будет без проблем попадать из одного данжа в другой. Возможно, даже найти место, откуда все монстры и появляются.

— Что-то придумал, да? — спросил у меня Арнольд Дэус.

— Но это не какое-то условие за мою помощь, — сказал я. — Скорее просто интересующий меня вопрос. Я подумал: ну кому-кому, как не тебе точно должен быть известен ответ на него.

Арнам посмотрел на меня с интересом.

— Мне даже любопытно.

— Так вот, — сказал я. — Может, знаешь, а может, нет, но ходят такие слухи, что все данжи тем или иным образом связаны между собой.

— Ну, слышал, конечно, — хмыкнул Арнам. — И?

— Вот мне хотелось бы узнать: правда это или нет? И если да, то как найти этот самый общий проход? Мне кажется, я несколько данжей прошёл насквозь, но не увидел там никаких проходов куда-то для какого-нибудь одного общего данжа.

— Я тебе могу сказать, — проговорил Арнам, — что связь между данжами действительно есть. Вот только обычным призывателям не хватает понимания, не хватает воображения, чтобы понять, как на самом деле эти данжи связаны. И поэтому они придумывают себе некий проход или туннель, который, якобы, проходит под всеми данжами и связывает их в единое целое. Но вот ты уже видишь значительно больше. Ты, как я понимаю, уже умеешь видеть связи между различными вещами. Так вот, насколько я помню, ты даже бывал под Хребтом Дьявола.

— Какая осведомлённость! — проговорил я от неожиданности. — Ну да, было дело. И что же? — спросил я.

— Как ты понимаешь, там толком и данжей-то не было, а монстры были. Если говорить про какую бы то ни было связь других данжей с этим местом, то физической, как таковой, её, разумеется, не было.

— Но она есть, — сказал я с утверждением.

— Совершенно верно, — кивнул Арнам. — А теперь подумай вот о чём: все монстры, по крайней мере их значительная часть, управляются из одного места.

— То есть с острова можно управлять? — уточнил я. — Интересно, а как это сделать?

— Через ту самую общую сеть, — ответил Арнам Дэус. — Общая сеть существует. Просто это не тоннель и не коридор под всеми данжами. Общая сеть — это некие энергетические линии, через которые все монстры связаны с межмировыми мародёрами, которые ими и управляют. Если найдёшь эту общую сеть, ты сможешь к ней подключиться, тогда полагаю, ты много для себя поймёшь.

И тут я подумал: если я найду эту самую общую сеть, вполне вероятно, смогу и туда переместиться.

«Куда „туда“?, — задал я сам себе вопрос голосом Роба. Туда, где находятся эти самые пожиратели миров. Туда, откуда происходит полный контроль над монстрами в нашем мире, а может быть, и не только в нашем».

— Благодарю, — ответил я. — На данный момент полагаю, информации достаточно. Мне и так её переваривать долгое время.

— Переваривай, — кивнул Арнам. — Послезавтра в полдень. И не забудь о своих условиях, а я выдвину свои.

— Без проблем, — согласился я.

Арнам, без лишних слов, просто исчез. А я включил магическое зрение и с любопытством проследил, как он, меняя тоннели времени, быстро-быстро уходит прочь. Он не умел телепортироваться. При желании я мог бы оказаться сейчас впереди него. Но мне это было не нужно. Я решил проверить то, о чём он мне сказал. Это же было так интересно. Невероятно!

Отпустив все мысли об Арнаме, я начал рассматривать пространство вокруг себя. Тут энергетических линий было достаточно мало, в связи с тем, что всех монстров мы уже покрошили. Но несмотря на это, какие-то остаточные следы должны были всё ещё находиться здесь. Мне пришлось напрячься, чтобы их увидеть. Слабые, разорванные цепочки этих самых энергетических линий всё ещё были тут. Но я мог увидеть их только вблизи. Поэтому я встал и пошёл внутрь данжа. Я спускался всё ниже и ниже по туннелям. Большая часть из них была тёмной, хотя кое-где народ успел установить освещение. Но чем ниже я спускался, тем грязнее становились подземелья. Тем больше налёта оставалось на стенах, и вот в этом налёте следы, которые были мне нужны, становились всё сильнее и сильнее.

— Ты уверен в том, что ты делаешь? — спросил меня Роб.

— Конечно, — ответил я и достал меч. Тот слегка светился. От одной сферы, впитанной мной, он тоже получил немало энергии, которую не смог поглотить я. — В конце концов, мне надо только увидеть. Ничего больше.

— Как скажешь, — ответил тот. — Тут опасности, как таковой, я на данный момент не чувствую. Однако есть некоторая общая тревожность, не могу сказать, с чем она связана.

— Я всегда прислушиваюсь к твоим словам, — ответил я. — Но сейчас мне действительно надо это увидеть.

— Если что, — усмехнулся я, — у меня теперь есть отличный инструмент.

— С другой стороны, всё так, — согласился Роб. — Если что, ты сразу же телепортируешься в знакомое тебе место.

Я спустился уровней на двадцать ниже. Сюда практически никто из гильдии так и не дошёл. Тут было грязно. А на полу кое-где ещё встречалась жижа чуть ли не по щиколотку. Я внимательно огляделся вокруг. Да…

Всё было пронизано различными энергетическими связями. Причём большая часть их была разного цвета. Например, та, что связывала мой меч, Роба и всё то, что было связано именно со мной, было белого, оранжевого, реже синего оттенка.

А вот энергетические линии, связывающие монстров, точнее то, что от них осталось, были лиловыми, коричневыми. Иногда — какого-то вообще непонятного темного цвета. Но в целом неприятными.

И я попытался проследить за ними ниже, ещё ниже. Попытался заглянуть туда, откуда они пришли. Как-то же они попали в этот данж. Через портал? Но сколько данжей я ни проходил, я не видел порталов. Не видел общих туннелей. Значит, есть что-то ещё.

Ещё двадцать уровней ниже. Ещё десять. Там даже кое-где оставались живые монстры. Я спустился ниже для того, чтобы захватить одного из них. Не убить, а именно захватить. Но для того чтобы поймать хоть одного, мне пришлось потрудиться.

А затем, когда я схватил склизкого угря-переростка и немного придушил, я увидел, как полыхнула нить, идущая от него: он передал сигнал. И часть моего сознания, которая вниманием закрепилась на этом самом сигнале, потекла вместе с ним. Всё ниже и ниже, куда-то вдаль, через дурнопахнущую, вонючую жижу, которая ещё оставалась там, где-то в самом низу данжа.

А потом внезапно этот сигнал в один-единый миг перескочил. И та часть моего сознания, которая следила за этим энергетическим всплеском, оказалась в каком-то неизвестном для меня пространстве, просто поражающем воображение.

Глава 11

Я даже не сразу понял, что именно вижу. Моему нетренированному внутреннему взору это сначала показалось некой огромной пещерой с едва видимыми стенами. Она была настолько колоссальна, что я сам в ней казался песчинкой. И даже не лично я, а та часть моего сознания, которая там оказалась. Возможно, я был даже не песчинкой, а какой-то ещё более мелкой частицей.

Но при всём том я видел на огромные расстояния. Хотя, опять же, это всего лишь интерпретировалось в моём сознании. Вполне возможно, никакой пещеры, а тем более никаких расстояний в помине не было.

Но я воспринимал это именно так. И всё это пространство, вся эта пещера была буквально наполнена различными энергетическими каналами. На их фоне связи между петом и его хозяином, связи между людьми или связь между мной и, например, моим мечом, просто меркли и казались несущественными. Это были толстенные каналы связи, шедшие из одних миров через другие в третьи, и все они проходили сквозь это самое пространство, в котором я оказался.

Это было похоже на вокзал, который связывал миллионы различных направлений, и всё это сияло, сверкало, переливалось различными цветами. Где-то с правой стороны вдали вдруг вспыхнула молния, рождая новый энергетический канал. Толщиной он был не сильно большой, но, как только укрепился, связавшись с двумя другими каналами, начал расти и шириться, а затем пробиваться вдаль и, наконец, достиг стены того пространства, где я находился. Пройдя сквозь неё, он устремился куда-то дальше — туда, куда моё зрение уже не могло последовать за ним.

«Неужели, — подумал я, — сейчас на моих глазах родился новый мир?» Возможно, именно так оно и было, хотя мне уже не суждено было узнать об этом.

Я чувствовал себя восхищённым подростком, впервые оказавшимся в таком месте, которое виделось воплощением какой-то сказки, проявлением некоего могущественного волшебства, о котором я мечтал, но никак не ожидал встретить. Вот именно таким сейчас был и я.

И тут я увидел нечто такое, что заставило меня напрячься. По моей спине пробежали мурашки отвращения. Кроме меня в этой пещере или в этом пространстве находилось ещё много различных существ, но они как будто были немного из другой плоскости, поэтому я плохо их воспринимал: практически не видел, только знал, что они присутствуют. А вот других я видел хорошо. Они были похожи на тёмных многолапых пауков, или на странных сухопутных спрутов.

Они присасывались к какому-нибудь каналу и начинали вычерпывать из него энергию. Получалось это у них не со всеми энергетическими канатами. Некоторые совсем не поддавались им, а вот другие, наоборот, поддавались достаточно легко. И тогда количество энергии, направленное в какой-то мир по этому каналу, становилось меньше и меньше. Я так понимал, что в том мире, куда этот энергетический канат шёл, начиналась реальная нехватка необходимой энергии.

А затем я понял, что они не только выкачивают энергию, они что-то ещё запускают по этим самым каналам.

Монстров! — догадался я.

Вот так монстры появляются в мире. И тогда я оглянулся, пытаясь отыскать глазами тот самый энергетический канал, который шёл в наш мир, и ужаснулся. К нему присосались несколько многолапых тварей. И сам наш канат, если я не ошибался, темнел, терял свою светящуюся структуру. Поток энергии в нём был значительно меньше, чем мог бы быть, а количество посылаемых по нему тёмных точек казалось просто катастрофическим. Монстров туда отправляли пачками.

И тогда я понял, что мне необходимо спешить. Я не мог оставить всё в таком виде. Мне нужно было прекратить потребление энергии из нашего мира. Но кроме этого, я ещё должен был восстановить энергетику. Теперь надо было понять, как вернуться обратно. Но это оказалось не слишком сложно. Как только я подумал о том, чтобы вернуться домой, меня потянуло прочь.

— Подожди, — сказал я самому себе. — Нужно ещё немного осмотреться. Нужно понять…

И вот в следующий момент произошло сразу два события.

Для начала я увидел совершенно обесточенные, как можно было бы сказать, канаты. Они висели высохшими плетьми из стен той пещеры, где я оказался. Их энергию выпили досуха. Что случилось с теми мирами, в которые шли эти энергетические каналы, я даже думать не хотел.

Я подумал, что вот за одним из таких высосанных канатов находился тот самый мир с разрушенными башнями. Хотя нет, стоп: если он был полностью выкачан, то что там делало тот огромный монстр? Нет, возможно, это было, скажем так, состояние, которое предшествовало полной гибели мира. Возможно, мне стоило бы посмотреть, на что похожи абсолютно выкачанные миры. А может быть, и нет. Дело в том, что я не был уверен, что смогу вообще существовать в мире, лишённом всего своего потенциала.

И тогда я снова решил, что мне нужно обратно. И та часть моего сознания, которая оказалась в этой самой пещере — в глобальном перекрестье энергетических канатов, — двинулась обратно к телу.

В следующее мгновение я открыл глаза. Вокруг пахло всё той же жижей. Было достаточно темно, но на сетчатке глаз ещё остались те самые всполохи невероятно ярких огней, которые я видел до этого.

А ещё мне показалось, что в тот момент, когда я возвращался, кто-то из этих многоногих — не то пауков, не то спрутов — всё-таки засёк меня. Как будто даже рванулся за мной. Но здесь и сейчас, в данже, я не чувствовал чужого присутствия.

— Роб, ты это видел? — поинтересовался я.

— Отчасти, — ответил тот. — Я считывал твои впечатления. То, что ты видел, ни на что не похоже. Это просто поразительно.

— Спасибо, — ответил я. — Это я знаю. Но мне нужно понять, что нам со всем этим делать?

— Для начала, — ответил он, — думаю, стоит отправиться домой и устроить небольшой совет.

Я даже двинулся по туннелю, чтобы вернуться наверх, но через несколько шагов остановился и едва удержался, чтобы не стукнуть себя по лбу. Мне больше незачем было идти такими длинными путями. Я просто представил своё любимое кресло в гостиной своего нового дома — и… оказался на коленях у Лёхи.

— Так, — сказал я, оборачиваясь на него. — Ты что здесь делаешь?

Лёха смотрел на меня огромными круглыми от страха глазами. Он открыл было рот, чтобы что-то ответить, но не смог. Затем сглотнул и всё-таки сказал:

— Поверь, я могу у тебя спросить то же самое.

Я всё-таки привстал с кресла и сказал ему:

— Кыш, это моё любимое кресло!

Лёха со скоростью пули соскочил с него и встал метрах в трёх от кресла, странно на меня глядя. В этот момент в комнату влетел Рик, посмотрел на Лёху, на меня, снова на Лёху и сказал:

— А ты чего выглядишь так, как будто привидение увидел?

— В какой-то мере, — проговорил Лёха. — Так оно и есть.

Тут уже в гостиную начали подтягиваться и остальные члены моей гильдии. Я глянул на часы и только теперь понял, что время оказывается довольно близко к ужину.

— Я просто сидел, никого не трогал, — говорил мой друг, — и тут вдруг откуда ни возьмись появился Макс прямо у меня на коленях. Разумеется, я малость офигел от этого.

— Ну, появился и появился, — усмехнувшись, ответил я. — Просто не надо сидеть на чужом месте. Ты же знаешь, у меня много разных умений.

— Умения-то есть, — начал Лёха, который уже явно отходил от шока. — Но про это ты ничего не рассказывал.

— Так уж получилось, — сказал я. — Ладно, Лёха, это я, выдыхай, расслабляйся.

— О, Гардар! — сказала вошедшая Асакура. — А мы тебя уж раньше полуночи и не ждали. Что там в данже-то?

Воительница восприняла моё появление, как само собой разумеющееся.

— Да вот оказалось, что это меня Арнам Дэус желал увидеть, — сказал я. — Ну, встретились, пообщались.

— Хм, а нормально в офис он значит прийти не мог? — усмехнулась Асакура.

— Не мог, — ответил я. — Сказал, что разговор очень конфиденциальный.

— Угрожал? — поинтересовалась Асакура.

— Нет, — ответил я. — Как ни странно, сегодня у нас вышел очень конструктивный диалог. Но дело даже не в этом.

Из кухни выглянул Йонир:

— Ну чего, вы есть будете? Я крылышки гриль сделал — в остром соусе. Такие — м-м-м, закачаешься. Пальчики оближете.

— Вот, — сказал я, указав на Йонира. — Он, наверное, единственный из нас сейчас говорит абсолютно правильные вещи. Давайте мы с вами поужинаем, а после этого начнём совет. У меня есть что вам рассказать.

Мирра тоже была здесь. Как оказалось, там, в офисе, был какой-то невероятный наплыв людей сегодня. И Адель ей помогала, но всё равно осталось очень много работы. Поэтому девушки пришли сюда вместе. За столом собрались все.

Я их оглядел, задерживаясь внимательно на каждом. Итак, Лёха — мой когда-то единственный друг и верный товарищ. Сейчас он уже совсем пришёл в себя и в красках рассказывал Нике и остальным, как чуть было не создал небольшой кирпичный заводик исключительно по той причине, что я оказался в одно мгновение у него на коленях.

— Мне стоило таких усилий, чтобы удержать эль, и не выплеснуть Максу на спину, — говорил он. — Просто кошмар! Я сдержался, однако это было просто треш! Я такого номера в своей жизни никогда вообще не видел.

Я усмехнулся и посмотрел дальше. Йонир — большой, красный, пышущий жаром, рогатый. Демон, одним словом. Что там сказал Арнам: демоны всегда предают? Только не Йонир. Он сейчас, вот прямо в этот момент смотрел на Лёху. И ржал с его рассказа. Было видно, что ему комфортно рядом с нами. И это было видно. Может быть, и нереально, но правда.

Асакура делала вид, что тоже полностью поглощена разговором. При всём том она постоянно кидала на меня различные взгляды. И в этих самых взглядах было тепло. Она была рада, что я вернулся. Даже тому обстоятельству, что я успел на ужин, она тоже была рада. И вот именно это я в ней ценил.

Затем я глянул на Нику. И мне показалось, что она сейчас больше следит за Лёхой. Да, он рассказывал всё так, что хохотали все до единого. Но всё же её взгляд на него изменился. Если раньше она воспринимала его исключительно только как друга, то сейчас мне казалось, что там появилось что-то ещё. Она почувствовала, что я за ней слежу, посмотрела на меня и улыбнулась. И вот в этой самой улыбке мне показалось был ответ на все мои вопросы: «Извини, но теперь у меня в мыслях другой».

А меня это полностью устраивало. Кевин с Юлей вообще сидели в обнимочку и не скрывали, что симпатизируют друг другу. Элфин усиленно изображал домашнего кота, свернувшись клубком у стенки. Правда, с его габаритами он больше всего-таки напоминал домашнего льва, а не кота. Причём, ещё и длинношеего.

Венетто тоже вышел и сейчас расположился недалеко от Элфина. Благо в нашей гостиной хватало места для всех.

Рик, став практически материальным, занял своё излюбленное место и сейчас что-то рассказывал в ответ на Лёхины впечатления. Я особо не прислушивался. Моур абсолютно влился в коллектив и тоже вставлял какие-то свои мысли, а не молчал, как раньше. Адель с Миррой обсуждали свои дела, и я понял, что место девушки-кошки будет именно там, при административной работе. Хотя я думал, что и в некоторых боевых аспектах она сможет неплохо помочь.

И вот мы сидели, ели и общались. Точнее, скорее, общались ребята, а я просто отдыхал душой в этой компании. И в то же время перед моим внутренним взором всё ещё находился тот самый энергетический канат, который тянулся к нашему миру. Эти самые существа, которые оплели его своими лапами, щупальцами, запускали по нему монстров в наш мир, вместе с тем выкачивая его энергию.

И тут до меня, кажется, дошло. Они присасывались к тому, что служило пуповиной для нашего мира. Именно через эти канаты мы черпали энергию из какого-то иного пространства. И, присосавшись к этой самой пуповине, они закидывали в наш мир вирусы-бациллы, чтобы те смогли развиться здесь и что-то сделать. И вот тогда, как только это произошло бы, они смогли бы выкачивать не сущие крохи, а получить полный доступ ко всей энергии, которая поступала в наш мир. Вот для чего им это всё было нужно, — понял я.

Поэтому сковырнуть тех самых тварей, которые присосались к нашему энергетическому каналу, мало. Уйдут эти — придут другие и будут делать то же самое. Нам необходимо сделать так, чтобы эти самые межмировые мародёры вообще не смогли черпать энергию с нашего мира.

А как это сделать? С одной стороны, это казалось не таким уж и простым делом. А затем я продолжил мыслить так, как подумал до этого: если уж я провёл аналогию между миром и человеческим организмом, получающим извне питание по пуповине, то можно вспомнить о том, что у некоторых людей иммунная система отличается — она просто на корню уничтожает всяких микробов и бацилл.

Другие организмы успешно борются. Я так понимал, что наш мир как раз из этой категории. Ведь он уже несколько сотен лет вполне себе успешно борется с экспансией, которую пытаются устроить пожиратели миров.

Но нам нужно нечто большее: нам нужно сделать неприступной нашу пуповину!

Я вспомнил, что ведь были в той пещере подобные энергетические канаты, которые вообще не стали жертвами атаки этих межмировых мародёров. И вот тут-то наверняка крылся ответ на вопрос, как нам обезопасить наш собственный мир.

— Всё в порядке, Гардар? — спросила меня Асакура.

— Ты как будто сам не свой, — добавила она.

— Да, — ответил я, оглядев друзей. Оживлённая беседа уже затихла, и у меня создалось впечатление, как будто все смотрят прямо на меня.

— Ну, что ж, — проговорил я. — Раз уж все поели, давайте приступим. А перед тем, как я начну говорить, сразу скажу: информация настолько конфиденциальная, что она не должна выйти из этой гостиной, не то что из этого дома.

— Всё так серьёзно? — спросила Ника.

— На самом деле всё ещё гораздо серьёзнее, — ответил я. — Но давайте обо всём по порядку. Итак, для начала моё внимание привлёк Арнам Дэус для того, чтобы поговорить.

Я рассказал ребятам о том, что произошло возле данжа, как я встретился с Арнамом Дэусом и всё то, о чём мы говорили. Закончив, я сделал небольшую паузу, чтобы промочить горло, так как не привык столько много разговаривать.

Искоса поглядев на Йонира, я увидел, что тот крайне подавлен.

— На чём ты там слухи, конечно, доносились? — сказала на это Асакура. — По крайней мере, я слышала об его экспериментах, знала, что он интересуется порталами, но никогда не думала об этом вот именно в таком ключе.

— Теперь будешь, — усмехнулся я. — Как ты понимаешь, всё это настолько глобально, что мы себе даже не можем представить. Единственный момент: я не совсем согласен с ним в том, что нам вообще нужен именно этот портал. Более технологичная цивилизация? Ну допустим. Но очень может быть, что их мир более подвержен коррозии, чем наш. Их мир гораздо сильнее страдает от тех межмировых мародёров, чем тот, в котором живём мы с вами.

— Почему ты так решил? — поинтересовался у меня Кевин.

— А вот об этом, — сказал я, — будет вторая часть моего рассказа.

И поведал им обо всём том, что видела часть моего сознания, устремившаяся вслед за сигналом от придушенного мною монстра. Я попытался во всех красках рассказать о том месте, где очутился, но понял, что моего словарного запаса и эпитетов явно не хватает. Я хотел сказать гораздо больше, чем смог. О яркости цветов, о необычности всего, о том самом чувстве, как будто оказался в некоем тайном месте мироздания. Это была не просто какая-то пещера, наполненная толстыми энергетическими канатами. Нет, это казалось упорядоченной системой, скорее каким-то вокзалом или пересечением множества сияющих нитей.

Но я знал, что всё это не было случайным. Это был акт творения. Но при этом этим самым актом пользовались существа, желающие поживиться за чужой счёт.

Я видел, как глаза всех моих слушателей раскрываются всё шире и шире. У меня сложилось ощущение, что в их зрачках я вижу отблески той самой струящейся через пространство энергии.

Когда я закончил, все долго молчали. А затем первым слово взял Йонир.

Говорил он совершенно не о том, о чём можно было бы подумать.

— Я тут поразмыслил, пока ты говорил, — его голос был глух и не похож сам на себя. — Про то, что мы предали свой предыдущий мир. И да, мы же видели с тобой эти бесплодные земли. Так вот… Наверное, всё это правда.

Последнее слово он сказал очень глухо, почти неслышно. Я думал, что он сейчас начнёт возмущаться, протестовать, говорить, что всё не так и что всё это ложь, и их оклеветали. Что Арнам Дэус просто законченный расист, и просто не любит демонов. Но нет.

— Почему ты так решил? — спросил я, пытаясь в самом тоне выразить все свои чувства насчёт него: что он настоящий друг мне и что моё отношение к нему никак не изменилось, всё то тепло, которое я к нему испытывал, осталось.

— Я многого не помню, — проговорил Йонир. — Это было очень давно. Я был ещё совсем мал. Но я помню, что другие из нашего клана перешёптывались, мол, сражаться мы будем, сражаться. Мы будем биться. А другие говорили, что проще уйти. Проще покинуть это место, этот мир, поскольку он уже обречён. И тогда все выживут. Это всё, что осталось в моей памяти. Но, полагаю, ты прав. Мы просто трусливо бежали.

— А ваш предводитель? — уточнил я.

— Наш предводитель вполне мог заключить сделку. Подавалось это, конечно, всё так, будто он нас спас от неминуемой гибели. Но чёрт возьми, если мы могли побороться за собственный мир, где в гармонии жили с другими существами, какого хрена⁈ Мы поступили как трусы. И более того в этом мире мы уже сами оказались на положении монстров. Но если всё так, как ты говоришь, то мы и есть монстры, и правильно нас тогда уничтожали…

— Дружище, Йонир, — Рик буквально вспорхнул со своего места и оказался рядом с демоном. — Не трави себе душу. Ты самый храбрый и самый человечный демон из всех, кого я знаю. И ты никогда бы так не сделал на месте своего правителя. Ты всегда держишь своё слово и бьёшься до последнего.

— Совершенно верно, — поддержал я Рика, а затем добавил: — И я могу тебе сказать вот что: ты наш самый настоящий друг. Ты не просто член нашей гильдии. Ты наш брат. Ты один из нас. И, да! Ты самый лучший демон на свете!

— Да вы просто мне льстите, — ответил Йонир и попытался хохотнуть, но, конечно, вышло не очень. Однако я видел, как он пытается справиться с той болью, которую причинил ему мой рассказ.

— Давайте лучше о другом, — предложил он. — О том, как мы будем побеждать этих самых мародёров.

— Ну, судя по словам Арнама, нас очень скоро ждёт глобальная экспансия, — ответил я.

— А что это значит конкретно? — спросил Кевин.

— Конкретно это значит, что мародёры закидывают к нам всё больше и больше «вирусов» в виде монстров, но пока они не работают так, как должны были бы сработать. У нас появился некоторый иммунитет к этому.

Я рассказал ребятам все свои мысли по поводу аналогий. Получилось так, что первая волна демонов вызвала не повальную гибель местного населения, чтобы мародёры могли прийти и вычерпать всю энергию. Нет, первая волна породила иммунный ответ, создав антитела из самого вируса. Скажем так, получилась прививка. И результатом этой самой прививки стали призыватели — люди, которые смогли призвать себе на службу петов, а первые призыватели и вовсе смогли призвать самых натуральных монстров, но вместе с тем сумели повернуть их против самих же монстров.

Затем я рассказал о том, что этот энергетический канал, откуда бы он ни шёл, является пуповиной нашего мира. Именно через неё мы черпаем всю свою энергию. Именно к ней и присасываются мародёры. Но пока всё, что они могут, — это выкачать лишь очень небольшую часть. Но причинить нам глобальный вред им пока что-то мешает. Однако есть предположения, что они усилят свои старания. Почему? Этого мне знать не дано. Но информация именно такая.

— Весьма печально, — проговорила Асакура. — Мне бы не хотелось, чтобы наш мир захватили.

— Ну, вот оказалось, что Арнам Дэус тоже не горит желанием обживаться в новом мире. Его всё в этом устраивает, — хмыкнул я, вспомнив слова самого главы демоноборцев.

— Так, и какие у нас в связи со всем этим будут планы? — спросила у меня Асакура, и вот теперь уже все члены гильдии внимательно смотрели на меня, ловя каждое моё слово.

— Ну, для начала, — ответил я, — послезавтра я должен встретиться с Арнамом Дэусом и попробовать создать портал. Однако я полагаю, что этот портал нам вряд ли сможет как-то помочь, но попробовать создать его в моих интересах. Если я научусь не просто телепортироваться сам, но и создавать порталы, то нам это очень сильно поможет в нашей борьбе.

Тут я слегка напряг память, вспоминая, о чём у меня ещё были договорённости.

— Перед тем, то есть завтра, я должен встретиться с Марком Евгеньевичем и отдать ему артефакт, который мы приволокли с Островов для того, чтобы он создал еще несколько для защиты всей нашей империи. Но это текущие вопросы, скажем, не самые даже важные. У нас есть вопросы куда важнее: как остановить экспансию и победить мародеров. И вот здесь у меня пока мыслей никаких нет. Хотя…

И тут я вспомнил событие совсем недавнего времени — событие, которое по каким-то причинам выпало из моей памяти. Вернее, я не придал этому особого значения.

Конкретно слова Старра про Теневую империю. Возможно, всё это было бредом сумасшедшего и попыткой отвести глаза, но… А что если у мародеров уже есть плацдарм в нашем мире, и это как раз Теневая империя? Но соваться туда, даже с моими возможностями телепортироваться, казалось не сильно благоразумно. Однако прощупать эту версию было надо.

— Что-то придумал? — спросила у меня Асакура, так как я замер и находился немного в своих мыслях.

Но, я еще не был готов ответить, — потому что следом мне вспомнился еще один немаловажный момент, который я на время предпочел проигнорировать. Конкретно слова Роба про один артефакт.

В тот момент, когда я схлестнулся с Арнамом в первый раз в своей жизни, он показал умение использовать временные туннели, и тогда Роб сказал, что если я найду временной артефакт, он сможет сделать для меня нечто подобное.

Я оглядел всех своих ребят, затем сопоставил некоторые вещи в своём мозгу. Мне даже не понадобилось впитывать сферу, чтобы всё поставить на свои места.

— Да, — ответил я. — Придумал. Завтра, после встречи с Марком Евгеньевичем, мы с вами едем домой. В Канд.

— А я? — Мирра уже успел расстроиться.

— И ты едешь? — кивнул я. — Мы едем все вместе, причём ты, Мирра, вызови тех людей, которых ты считаешь самыми активными, они нам тоже понадобятся.

И тут у меня в душе разлилось невероятное тепло. Мы едем домой!

Глава 12

В подробности своих ребят я посвящать не стал. Более того, я и сам их не очень хорошо понимал.

Я знал наверняка только одно: мне необходимо попасть в данж под Кандом. Где-то там, вполне возможно, должен быть спрятан временной артефакт — тот самый, который превратил мои сутки блуждания по туннелям в две недели для тех, кто был наверху. Нет, если это обычная временная аномалия, то, наверное, я ничего толком не добьюсь.

Но почему-то я был совершенно уверен, что где-то там расположен некий артефакт, который создаёт эти самые временные поля. Я должен был его забрать. После чего Роб его обработает, и у меня появится ещё одно совершенное оружие наряду с возможностью телепортироваться в любую известную мне точку.

Так, стоп, подумал я. Если я могу телепортироваться в любую известную мне точку, то, может быть, я смогу телепортироваться и в ту самую пещеру, где я видел эти миллионы пересекающихся энергетических канатов? Может быть, в тот момент, когда я буду уверен, что смогу противостоять этим пожирателям миров, то смогу попасть туда и дать бой.

Эта мысль настолько захватила меня, что я полностью ушёл в свои мысли, практически не обращая внимания на то, о чём говорили мои друзья. И тут меня в плечо толкнул Лёха:

— Макс, ну ты чё, не слышишь, что я тебе говорю?

— Да, извини, Лёх, не совсем слышал. Я просто погрузился в свои мысли.

— Вот и вот, как всегда, — ответил друг. — Нет бы посидеть с нами и побыть действительно не только телом, но и душой. Нет, ты всё равно весь в своих мыслях. Вот поэтому люди начинают тебя сторониться.

— Что же я могу поделать? — ответил я. — Если вот настолько у меня сейчас занят мозг различными размышлениями на предмет, как лучше сделать…

— Ну, так и я о том же, — сказал Лёха. — Во сколько завтра выезжаем?

— Не знаю. Наверное, желательно рано утром.

— А Мирра когда соберёт народ? — проговорил он, кивая на девушку, которая сидела слегка побледнев. Но Адель ей что-то шептала на ушко, вероятно, подбадривая.

— Мирра, завтра с утра, — сказал я, — как только начнётся рабочий день, заказывай автобус до Канда. И вызванива всех активных членов гильдии.

— Хорошо, — кивнула она, хотя бы поняв, что именно надо делать.

— Деньги у тебя ещё остались? — спросил я. И тут уже на меня покосились все.

— То есть ты вообще не в курсе, да? — это спросил меня уже Асакура.

— Насчёт чего я должен быть в курсе? Я просто спросил, есть ли у Мирры деньги на то, чтобы заказать автобус и оплатить командировочные пятидесяти человекам.

— Ну, на данный момент, — сказала Асакура, потом покосилась на всех остальных, и они кивнули. — Твоя гильдия приносит очень неплохой доход самим фактом своего существования. Есть, как ты знаешь, топ-гильдии, в списке которых ты сейчас находишься, на первом месте. Помнишь?

— Возможно, — я пожал плечами.

— И в этом случае есть что-то вроде акций гильдии, которые на данный момент очень сильно в цене, — продолжила за воительницу Мирра, но я сделал выразительный жест руками.

— Послушайте, избавьте меня от всех этих подробностей, — попросил я. — Для меня доход гильдии — это добытые сферы и лут, сданные за конкретные деньги. Вот это доход. Всё остальное… — кто вообще в этом разбирается?

— Я понимаю, — сказал Кевин. — Сейчас лучшее время, чтобы монетизировать, так сказать, само по себе местонахождение в гильдии. Мы можем заработать кучу денег, особо даже не напрягаясь.

— Делайте, — сказал я. — Деньги нам никогда не помешают. — Главное, чтобы всё это было абсолютно законно.

— Да, конечно, всё это будет законно, — сказала Юля, глянув на Кевина.

Видимо, они оба что-то понимали в том, в чём мне ещё предстояло только разобраться.

Но не сейчас. Сейчас передо мной стояли гораздо более глобальные вопросы, нежели монетизация своего положения. Но по крайней мере до конца ужина я постарался быть на одной волне с ребятами и не уходить в собственные мысли.

После ужина я поднялся к себе, принял душ и расположился на кровати. Но в этот момент мысли как таковые уже и не шли в голову. Видимо, за этот день я получил невероятно много информации. И в связи с этим мозг просил отдыха.

Вскоре в дверь постучали:

— Входи, Асакура, — сказал я.

— Не занят? — улыбнулась воительница, заходя в мою комнату.

Я оценил, что она надела исключительно невесомый халатик, который мало что скрывал.

— Ты что-то хотела? — поинтересовался я.

— Ты знаешь… — проговорила она, садясь ко мне на кровать. — Раньше я воспринимала этот мир гораздо проще: вот есть я, есть данж, есть монстр; у меня есть возможность этих монстров убить, ну вроде бы и всё. А тут оказывается, что этих монстров кто-то посылает, тот, кто хочет поглотить энергетику мира. Мне иногда сложно оценить глобальность всей этой ситуации.

— Понимаю, — кивнул я. — Но это так для каждого человека, понимаешь? Я тоже раньше жил исключительно простыми понятиями: вот мой дом, вот моя школа. Да, очень рано я понял, что есть различные миры. И каким-то образом я переместился из своего гибнущего мира в этот. Более того, я тебе скажу, что сейчас мне кажется, что это неспроста. Но сейчас я даже не хочу об этом думать.

Асакура в этот момент легла рядом на свободную половину.

— Понимаешь, мозг каждого человека заточен на какую-то определённую волну взаимодействия с миром. Мы с тобой, например, боремся с монстрами. Кто-то зарабатывает деньги, кто-то создаёт гильдии, кто-то управляет империей, а кто-то выходит в море на рыбацкой шхуне, и солёный ветер треплет его поседевшие волосы, а рыбак только и делает, что вылавливает из моря рыбу.

— Хм, никогда не думала об этом в таком ключе, — проговорила Асакура.

— Так и я не думал, — ответил я. — Но понимаешь, чем старше ты становишься, чем больше с тобой происходит, тем больше ты открываешься. Ты в какой-то момент видишь, что есть люди, которые занимаются, например, исключительно артефактами. Они их создают. Есть те, кто посвятил свою жизнь несправедливым убийствам, а есть люди, которые создают различные приспособления для нашего удобства. Другие их придумывают. Третьи вообще выходят куда-то за пределы этого мира и там видят другие миры.

Асакура смотрела на меня с раскрытыми от восхищения глазами.

— Как ты думаешь, — продолжал я, — сколько среди вот этих светящихся звёзд на небе обитаемых миров, как наш? Может быть, ни одного, а может быть, миллиарды. Но всё это вмещается в различные системы, а ещё выше подчинено какой-то одной-единственной системе, которую называют вселенной. Есть ли другие вселенные? Возможно, есть. Сегодня я видел, что наш мир не единственный. Я не знаю, кто живёт в других мирах. Возможно, это даже не важно. Я житель своего мира, и пусть я в нём не родился, но хотя бы это тело родилось в этом мире. И в нём я умру. Это не значит, что всё ограничивается только им.

Я понимал, что рассказывая об этом, я вижу то самое пространство, но сейчас мне было всё равно, так как рядом был человек, который меня полностью понимал.

— Есть некая глобальность. И так уж получилось, что оценить её могут далеко не все. Да и те, кто могут это сделать, у них получится лишь умозрительно. Никто никогда воочию все эти миры увидеть не сможет — к сожалению или к счастью. Каждый человек обречён вариться в своём небольшом мирке. И если он может выйти за его пределы, хотя бы немного, это уже счастье.

Асакура посмотрела на меня, слегка приоткрыв рот:

— То, что ты сказал просто не укладывается в моей голове, — ответила она.

— Ну тогда и не будем об этом, — усмехнулся я и посмотрел на неё.

Она уже лежала рядом со мной, как ни в чём не бывало. Я чувствовал, как её тянет ко мне, чувствовал, как меня тянет к ней, но в то же время мы наслаждались тем, что просто находимся рядом и можем поговорить на отвлечённые темы.

— Какие у тебя планы конкретно? — спросила она.

— На сейчас, или в ближайшее время? — с ехидной улыбкой поинтересовался я.

— В ближайшее время, — ответила Асакура, ответив мне такой же улыбкой.

— Ну… завтра мы с тобой отправляемся в Канд, а точнее, даже не столько в Канд, сколько в данж, расположенный в черте города. Тот самый, который мы с тобой в своё время зачищали, где я закрыл свой самый первый портал.

— Так — кивнула Асакура. — А зачем?

— А вот с этим уже будет тебе ответить сложнее, — ответил я. — Но я постараюсь. Арнам Дэус использует временные туннели для того, чтобы оставаться неуязвимым для всех и каждого. Я думаю, что враги у него всё-таки есть, но они пока не знают, как его достать.

— Временные туннели? — переспросила воительница. — Это как?

— Очень просто. Понимаешь, если рассматривать время не как линейную функцию, а как потоки, расположенные рядом друг с другом, то выходит интересно. Где-то время течёт быстрее, где-то медленнее. Ты, наверное, ощущала, что иногда минуты буквально тянутся, как будто резиновые, а иногда несколько часов куда-то улетают совершенно непонятно куда. Так вот это как раз-таки банальный пример перемещения между этими самыми временными туннелями, но это происходит безотчётно.

Я развёл руками, и в этот момент понял, что все мои помощники, включая Рика и Роба, сейчас находятся не тут.

— А Арнам Дэус умеет это контролировать. Поэтому даже моя суперскорость с этой способностью не могла поспорить. Но там, под Кандом, есть некая временная аномалия. Когда я сражался там с некромантам и его армией зомби, для меня прошли буквально сутки. Но на поверхности в Канде за это время прошло две недели. Вот поэтому я еду туда в надежде найти артефакт, который за это отвечает, и впоследствии сделать его своим оружием. Не столько против Арнама Дэуса — я не думаю, что он наш враг. В конце концов, он тоже против этих межмировых мародёров. Но я должен быть хотя бы на его уровне, а желательно даже гораздо более продвинутым, чтобы с ними сразиться.

— Не очень понятно, — усмехнулась Асакура. — Но в целом я уяснила, что тебе нужно. Хорошо, тогда перейдём к другому вопросу: а что ты хочешь сейчас?

— А сейчас… — я взял пульт и щёлкнул, выключая свет. — Есть у меня некоторые мысли, — проговорил я и накрыл девушку собой.

— Только постарайся не телепортироваться хотя бы минут тридцать, — ехидно откликнулась она, после чего ответила на мой поцелуй.

* * *

Утром я поймал себя на том, что у меня просто отличное настроение. Как будто это был один из тех дней, когда ты просто уверен в том, что у тебя абсолютно всё получится: всё, за что бы ты ни взялся, всё будет ладно.

Асакура тоже против обыкновения была улыбчивой и даже немного игриво настроена. Что ж? Это было здорово. Она до сих пор не спешила как-то вешаться на меня или пилить мне мозг. Нет. Она была боевым товарищем, верным спутником, ну и любовницей тоже. И это было прекрасно.

Когда мы сели в её автомобиль и поехали в сторону Канда, я понял, что мне буквально не терпится оказаться дома. Хорошо зная, почему.

Бывает такое, что внутри появляется острое желание оказаться где-то в давно знакомых местах и попробовать поймать что-то близкое себе. Я предупредил своих и телепортировался в Канд мгновенно, как будто просто сделал волевое усилие.

При этом я даже не шагал. Я как сидел на кресле, так и остался сидеть. И я правда толком не успел представить то место, куда хотел отправиться. И вдруг понял, что сижу в сквере в Канде, на той самой лавке, где мы в какой-то момент собирались все вместе, всей гильдией, обговаривали там наш девиз, лозунг, название.

И вот это чувство буквально объяло меня. Я оглядывался, принюхивался. Видел, что Канд заметно похорошел при последнем губернаторе Илюре Сапеге. И вообще, тут всё было близко моему сердцу и очень радостно для глаз. Я полной грудью вдохнул аромат и телепортировался обратно в машину.

— Ну, чего, как там? — спросила Асакура с ухмылкой. — Все вопросы порешал?

И тут я подумал, что действительно мог бы сейчас решить все вопросы, найти артефакт, Роб его превратил бы в полезный магический предмет, который работал бы так, как я захотел. После этого я отмотал бы время назад, и телепортировал бы себя обратно в машину, уже всё сделав.

Я покосился на Асакуру и сказал:

— Нет. Только вдохнул родной воздух, но в целом и общем, на самом деле, мог бы, наверное, и успеть всё сделать. Однако не захотел отнимать часть славы у вас.

Я обернулся. В машине ехали шестеро, как в старые добрые времена. Я, Асакура, Ника, Лёха, Кевин, Юля. Мирра и Адель должны были поехать уже с остальными членами гильдии на автобусе.

Все мои помощники на данный момент находились внутри артефакта призыва, и, как я понял, там уже было столько места, что я бы ужаснулся, если бы снова туда зашёл. На самом камне появилось второе золотое пятно, причём по цвету оно всё равно отличалось: вроде бы тоже было золотым, но вместе с тем переливалось, как будто это был портал.

Я иногда даже прикасался к нему, чтобы проверить — может быть, это действительно портал? И он сейчас меня куда-нибудь затянет? Но нет. Камень в кольце оставался всё тем же. При всём том я совершенно отчётливо понял, что на скачки между точками тратилась та энергия, которую я черпал при закрытии порталов.

Причём тратилась она в зависимости от дальности. То есть чем дальше была точка, тем больше энергии уходило. И тут я подумал, что, возможно, мне просто не хватит энергии, чтобы переместиться в ту самую пещеру, в то самое пространство, где я должен был дать бой пожирателям миров.

Ну, ничего, — решил я. — В конце концов, меч я в своё время тоже раскачал, и сейчас у него вот такая ёмкость, которую труднее наполнить, чем исчерпать. Возможно, я сам когда-нибудь стану призывателем с таким же огромным запасом энергии и смогу телепортироваться не только в рамках соседних городов, но и в другие миры и пространства.

Впрочем, плюс к этому я подумал ещё вот что: для того чтобы нормально прыгать туда-сюда даже в рамках одного мира, мне необходимо найти подпитку. То есть, по большому счёту, мне нужно было закрыть ещё один-два портала, чтобы снова напитаться этой энергией. Впрочем, как я уже и думал раньше, сначала, возможно, мне стоило раскачать тот самый накопитель энергии, который всю её аккумулировал.

Ну и ещё я заметил, что теперь меня перестало распирать от внутренней энергии. Впрочем, это могло произойти из-за того, что я снял напряжение ночью. Но, как мне казалось, и телепортирование здесь тоже играло свою очевидную роль.

Как бы там ни было, моё неприятное состояние закончилось.

Первым делом, когда мы приехали в Канд и вышли из машины, все ребята начали полной грудью вдыхать родной воздух. Да, это было странно: такой зелёный Аэтон, где полно парков, зелени, прудов в городской черте, но всё равно Аэтон пах мегаполисом. А свой родной Кант пах иначе. Тут в воздухе буквально чувствовалась какая-то самобытность, некое торжество простоты, что ли?

Я и сам с удовольствием вздохнул полной грудью ещё раз.

— Так, ну что, дорогие, — сказал я, — за дело⁈

— Так какие у нас задачи? — Асакура собралась мгновенно, в отличие от других, и уже готова была действовать.

— Итак, — сказал я, — первым делом нам необходимо снять достаточно номеров в хорошем отеле.

— Может быть, какую-нибудь резиденцию? — предложила Асакура.

— Возможно, можно было бы и резиденцию, — ответил я, — но честно говоря, не представляю, где искать и как с этим договариваться. По поводу отеля всё-таки проще. Тем более в черте города. Как я понимаю, все резиденции находятся на некотором отдалении. Поэтому нет, давайте-ка уж снимем для ребят отель и не будем ничего выдумывать.

— Ну хорошо, — согласилась Асакура. — Кто этим займётся?

Я осмотрел ребят, буквально на секунду глянул на ухмыляющуюся физиономию Лёхи и сказал:

— Давайте, наверное, пусть этим займутся Кевин и Юля. Это люди всё-таки ответственные, которые смогут всё выполнить так, как надо.

— Хорошо, — кивнула Юля и подошла к нам ближе. — На сколько человек снимать?

— У тебя номер Мирры есть? — спросил я.

— Ну да, конечно, — ответила она.

— Вот, позвони, спроси, сколько человек они с собой везут. И возможно, там есть пары — их в разные номера селить не надо. Узнай, уточни у Мирры, сколько номеров нужно! Пусть она уточнит у тех, кого взяла. Всё. Затем бери полуллюксы. Пусть мои люди проводят время в комфорте. Так они поймут, что мне на них не наплевать.

— Будет сделано! — Юля взяла под ручку Кевина и увлекла его за собой.

«Нет, всё-таки делегировать некоторые задачи — это круто», — подумал я.

— А нам что делать? — спросил Лёха.

— А вы, ребятки, пойдёте в администрацию, — ответил я, вспоминая то здание, где мы регистрировали гильдию. И я прям увидел разочарование на лице друга.

— Вот за что ты так со мной? — спросил он.

— Кому-то отель бронировать, а кому-то… эх…

— Давай-давай, — сказал я. — Мы сейчас с Асакурой в пару мест сгоняем и обязательно к вам присоединимся. Идёт?

— Идёт, — ответил тот.

И они с Никой двинулись в сторону резиденции.

— А мы с тобой? — спросила меня воительница, заглядывая в глаза.

— Давай сначала к данжу, — ответил я. — Мне интересно.

Мы сели и поехали. Когда прибыли на место, я даже немного опешил. Дело в том, что я хорошо знал это место. Я ходил в этот данж не один раз, не два. Я возле него сражался. А между тем окружающее пространство я узнать не мог.

Огромный провал, который образовался на месте обвалившегося внутрь дома, давно заделали. Сверху всё закатали бетоном. Внутри, возможно, были какие-то конструкции. Честно говоря, мне казалось нереальным, например, засыпать всю эту шахту землёй. Но между тем на этом месте уже строился вполне себе современный квартал. А ведь прошло не так много времени. И нам с Асакурой ещё пришлось постараться, чтобы найти вход в этот самый данж.

Когда мы подошли к КПП, нам навстречу вышли не просто охранники, а реально бравые солдаты из охраны.

— Цель визита? — хмуро спросил начальник караула.

— Посмотреть, — ответил я на это.

— Не положено, — ответил на это щуплый парень. — На территорию объекта допускаются только люди со специальным разрешением.

— Таким? — я вытащил разрешение на посещение данжа, которое мне выписал Роман.

И тут по лицу командующего группой я понял, что он шокирован до глубины души.

— На самом деле, — проговорил он, — достаточно было подписи генерал-губернатора.

— Ну, если вам нужна подпись Илюра, — мне было очень смешно, — я тоже могу её добыть.

— Нет-нет-нет, — с ужасом в глазах проговорил начальник караула. — Подпись императора вполне достаточно.

— Ну что ж, — проговорил я, — отлично. Как у вас дела, лучше скажите, мне. Беспокоят монстры?

— Последнее время не особо, — всё ещё немного потерянным тоном ответил тот. — Бывают, конечно, когда крылатые поднимаются, приходится их уничтожать. Но у нас здесь постоянный контроль призывателей! Как генерал-губернатор распорядился в своё время, по совету некоего Макса Грушина.

И тут вдруг, кажется, до командующего дошло, какую фамилию он увидел на разрешении:

— Так это вы и есть⁈ Это вы стояли у истоков защиты Канда!

— Ну, наверное, можно рассказать и так, — ответил я.

И тут произошло нечто совершенно невероятное. Начальник караула ещё раз изменился в лице и вдруг протянул мне руку:

— Максим! Грушин?

Я протянул ему руку в ответ, он сжал её и накрыл сверху второй рукой:

— Я должен вам сказать огромное спасибо. Я благодаря вам… Вы даже не представляете, вы не знаете, что вы сделали, но благодаря вам выжили мой младший брат и моя мать. Вы уничтожили тогда монстра, который практически до них добрался. Вы помните тот небоскрёб, с которого монстр откусил верхний этаж?

— Помню, — кивнул я. — Конечно помню.

— Вот теми, до кого он не добрался, благодаря вам, были как раз моя мать и младший брат. Я… эээ… вам должен просто по гроб жизни. Я благодарен судьбе, что увидел вас. Так расстраивался, что вы уехали в столицу, потому что вы же наш герой!

Тут он перевёл взгляд на Асакуру:

— А вы, получается…

— Асакура, — кивнула та.

— Боги! — проговорил он. — Возможно, я умер на службе, и теперь мне всё это чудится.

— Ничего тебе не чудится, дружище, — сказал я. — Ты вообще молодец. Делаешь очень важное для нашего города дело. Защищаешь данж. Продолжай в том же духе.

— Вы пойдёте внутрь? Посмотреть, как там всё стало? — спросил он.

Я сначала хотел отказаться, а затем посмотрел ему в глаза:

— Пожалуй, да. Мне интересно. Но хотел бы у тебя спросить ещё кое-что.

— Да-да, — ответил тот.

— У меня, знаешь ли, пострадал телефон, в котором были все контакты. Не мог бы ты мне дать телефон Илюра? Я хочу ему позвонить и сказать, что я приехал, чтобы записаться к нему на аудиенцию.

— Конечно, у меня есть телефон Илюра. Он через день бывает здесь. Он всё переживает, как бы вновь не повторилась какая-нибудь атака. Нам повезло с его назначением. Он так радеет за город. За какие-то несколько месяцев превратил наш родной Канд в цветущий сад!

— Это я заметил, — сказал я. — Вместо бесконечной пыли огромное количество зелени. Дороги, тротуары, здания — всё на высшем уровне.

— Это да, — кивнул начальник караула и пропустил нас внутрь.

Тут действительно многое изменилось. Я был прав только отчасти.

Строители, которым дали возможность достраивать территорию над данжем, использовали какой-то невероятно мощный артефакт. Так как буквально сто метров от поверхности и вниз жерло этой самой широкой шахты было запечатано наглухо.

И нам пришлось спуститься на эти самые сто метров, чтобы увидеть, как далеко внизу копошились редкие монстры. Я буквально снова ощутил какую-то ностальгию, захотелось спуститься вниз, вытащить меч и отрубить несколько голов и щупалец. При этом я мог сделать это буквально в одно мгновение. Я прекрасно представлял, как выглядит дно этой самой шахты, мог телепортироваться туда, но не стал. Зачем травмировать парнишку, который только что выказал мне такое уважение? Нет уж, сдержусь. Всё равно мы сюда ещё вернёмся. И будем внимательно исследовать, чтобы найти тот самый артефакт.

— Пойдёте ниже? — спросил начальник караула.

— Нет, благодарю, — ответил я. — Позже. Сейчас надо встретиться с Илюром, сходить домой, пообщаться с родителями.

— Конечно-конечно, — ответил тот. — Вы не представляете, как я рад, что вы вернулись. Это ж у нас наконец-то в городе всё будет… — он на секунду запнулся, — хорошо.

— Так, и сейчас хорошо, — сказала ему Асакура.

— А будет ещё лучше, — сказал тот.

И на этом мы рассмеялись и пошли прочь из данжа.

Выйдя наружу, я по данному мне телефону позвонил Илюру и ждал около минуты, что показалось мне весьма долгим ожиданием.

— Да, слушаю, — наконец, ответил знакомый голос Илюра, но сейчас он был как будто чем-то занят.

— Рад приветствовать генерал-губернатора, — ответил я. — Макс Грушин беспокоит. Как ваши дела?

— Ооо, Макс! — голос изменился моментально. В нём появилось то самое узнавание, и какой-то невероятный пиетет и тепло: — Я так рад тебя слышать! Ты когда к нам? Собираешься вообще⁈

— Да вообще, я уже в городе, — ответил я. — Вот сейчас ходил на экскурсию в городской данж, посмотреть, как тут у вас всё.

— Ну, данж мы постарались обезопасить, — ответил генерал-губернатор. — Надеюсь, больше такие события, как были при тебе, не повторятся.

— Ну, если полезет на самом деле большая дура, — ответил я. — То весь её вся эта пробка в шахте их не удержит. Поэтому давайте так: вы пока здание, которое там строите, не заселяйте.

— Как скажешь, дорогой, — ответил мне Илюр. — Ты вообще как к нам? Надолго?

— Точно не знаю, — ответил я. — Скажем так, по делам.

— Заехать ко мне не хочешь? — спросил он.

— Ну почему бы не заехать? — ответил я. — Сейчас мы с Асакурой к тебе и заедем.

Я даже сам не заметил, как мы с генерал-губернатором перешли на «ты».

— Тогда я сейчас отменяю все дела и жду вас у себя в кабинете, — ответил он. — А он всё там же. На обед?

— Хорошо, — ответил я, повернувшись к своей спутнице. Та кивнула. — Через полчаса мы будем у тебя.

— Класс, — сказал на это Илюр и повесил трубку.

* * *

Мы сидели на том этаже, где находился кабинет генерал-губернатора, в комнате, предназначенной для переговоров. Тут был стол, который сейчас был накрыт достаточно обильно.

— Что там происходит в столице? А то я сижу здесь и ничего не знаю, — спросил меня Илюр. — Когда до нас дошли новости, что вас с Асакурой ищут… Мы тут своим ушам не поверили.

— И правильно сделали, — хмыкнул я.

— Да, вот я тоже также рассудил, что это хитрая уловка для того, чтобы найти настоящих преступников, — хохотнул Илюр. — Ведь все жители Канда, как один, знали, что ты не виноват. У меня тут даже следователь один приходил и говорил, что он тебя отлично знает и что ты вообще не мог ничего подобного сделать.

— Высокий такой, в очках? — уточнил я.

— Ну да, Дэн Миллер, — кивнул Илюр.

— Как он хоть сейчас? — спросил я.

— На повышение пошёл, — сказал мне Илюр. — Присматриваюсь к нему, думаю сделать своим помощником. Но он против.

— А что такое? — поинтересовался я.

— Да говорит, что призвание его — преступников искать, а не портки в офисе протирать.

— Тут я могу сказать, что он прав, — ответил я. — Потому что у них с напарником действительно талант в поисках преступников… Если бы не они, кто знает, чем бы вся эта моя история закончилась.

Генерал-губернатор отпил сока из высокого бокала и посмотрел на меня:

— Да уж. По-разному жизнь поворачивается, правда? — спросил он.

— Истинная правда, — ответил я. — И никогда не знаешь, какой стороной она к тебе повернётся.

Илюр Сапега хохотнул и указал на Асакуру:

— Ну, как я понимаю, к тебе она сейчас повернулась самой своей приятной стороной.

— Не спорю, — ответил я. — Но проблемы ещё присутствуют.

— А куда ж без них? — пожал плечами генерал-губернатор. — Проблемы — они всегда будут. Понимаешь, если ты вдруг проснулся, и тебе не надо ничем заниматься, значит либо ты просто нахрен никому не нужен, либо уже сдох. Вот и всё.

— Интересная аналогия, — хмыкнул я.

— Кстати, да, — Илюр пристально посмотрел мне в глаза. — Тут дело такое. Есть у меня к тебе одна нестандартная просьба…

Глава 13

— В чём проблема? — поинтересовался я.

Мне показалось, что губернатора даже слегка передёрнуло от моего вопроса.

— Как быстро меняется мир, — сказал он. — Казалось бы, совсем недавно ты зависел от меня… Хотя нет, я быстро понял, что ты — тот герой, который нужен городу. Но тебя у меня забрали, — и тут взгляд Илюра стал холодным. — Не говорю, что это было бесполезно, но, конечно, ты больше пригодился бы мне тут.

— Да что случилось-то? — усмехнулся я.

— В тот момент, когда тебе это сказал, то сразу подумал, что, возможно, для тебя это будет сущая ерунда, ничего не стоящая. Вот поэтому сейчас и немного сомневаюсь в правильности своих действий, — сказал он. — Но всё же к сути. В какой-то момент мы, помнится, во многом даже благодаря тебе вышли на черных призывателей.

— Что ещё за чёрный призыватель? — усмехнулся я и тут понял, о чем он.

Они у себя в верхах так называли нелегалов.

— Ты помнишь, из-за кого ты оказался запечатанным в туннеле?

«Ещё бы я не помнил, — подумал я. — Этот день в моей жизни стал в целом и общем поворотным. Изменил мою жизнь напрочь. Хотя, не скажу, что в худшую сторону. На самом деле мне очень нравится быть тем, кто я есть на данный момент. Но, конечно, с точки зрения меня тогдашнего всё это было крайне неприятно».

— Илюр, — сказал я, — ты, говори, как есть. Я сейчас на несколько дней приехал в город и, памятуя о том, что ты и твоя команда сделали для города, что вы сделали для нас, я вам обязательно помогу.

— Понимаю, что спрашивать, зачем ты приехал, бесполезно? — ухмыльнулся Илюр Сапега.

— Да, я бы не сказал, — ответил я. — Мне нужна одна интересная штука из данжа, который находится непосредственно под Кандом.

— Ну вот, кстати, — Илюр посмотрел на меня. — Вот этот данж мы смогли нормально закрыть от недобросовестных посетителей. Понимаешь, у нас процветает чёрное призывательство. Я даже не знаю, как это назвать по-другому. Ты можешь усмехаться моим словам сколько угодно, да вот только получается, что тот данж, который изначально был новичковским, да, тот самый, в котором атаковали и тебя, на данный момент стал рассадником неизвестно чего.

— Мм… не совсем понимаю, — ответил я. — Вроде бы его отдали прошлому хозяину.

— Так в том-то и дело! — Илюр выдохнул и покосился в сторону. Проследив за его взглядом, я увидел небольшой бар.

«Угу, — подумал я. — И ты туда же. И вроде у нас хороший городок. Зачем спиваться то?» Ну, вслух, конечно, ничего этого я не сказал.

— Хм… Да, вот ты понимаешь, — ответил мне Сапега. — Мы, да, вернули данж бывшему хозяину с некоторыми оговорками, да, что он должен давать некоторую долю государству. Но ты понимаешь: он, кажется, очень круто обиделся за всю ту историю, которую провернул бывший мэр. И теперь пускает в свой данж неучтённых призывателей. Они добывают там сферы, лут. Говорят, даже какие-то артефакты бывает вытаскивают. И всё это продают на чёрном рынке, — он пожал плечами.

— В таверне что ли? — хмыкнул я.

Губернатор прищурился.

— Ну, то есть, я понимаю, что для тебя это не секрет, — ответил он. — Но тут снова сбой. Раньше таверна «На краю» полностью подчинялась мэру Аристарху Второму, а теперь я не могу найти общий язык с хозяином.

— Ну а почему бы не сделать так же, как мэр? Прислать хозяину отряд из налоговой инспекции и поставить условие: либо ты платишь, дорогой гражданин, либо мы сейчас проверим, что у тебя тут за незаконная деятельность.

— Ох, — тяжело вздохнул Илюр. — Понимаешь, я же не такой, как Аристарх. Я не могу подобными методами воздействовать на людей. Я хочу, понимаешь, договориться со всеми. Я хочу, чтобы каждый человек, который со мной общается, понимал, что я на его стороне. Если он не преступает закон, то я вместе с ним. Он может на меня рассчитывать, потому что я его защитник. А вот так взять, наехать…

— Ну, так — сказал я, — если он тебя не слушает? Если он преступает закон, то, может быть, надо и наехать.

Губернатор почесал в затылке.

— Да, другого мне не остаётся, — ответил он. — Ну, понимаешь, я не уверен, что эти неучтённые призыватели исчезнут.

— Хорошо, — кивнул я, глядя ему прямо в глаза. — Давай посмотрим на вопрос с другой стороны. Чем они тебе мешают?

— Ну как же? Они формируют чёрный рынок, создают большое количество неучтённых сфер, артефактов. Деньги вырученные от подобных продаж редко выходят на свет. По большей части начинают крутиться в преступном мире.

— Это точно нужно контролировать? — поинтересовался я.

— Послушай, — проговорил Илюр, глядя мне в глаза, и иногда оглядываясь на Асакуру. — Вот ты же сам пострадал от деятельности таких же вот нерадивых призывателей. Понимаешь, у них нет корпоративной чести, нет желания работать на благо империи. Нет общечеловеческой морали, в конце концов. У них есть только одно: насытиться самим, набить свой желудок едой и желательно вкусной. Рюкзаки добычей — вот и всё. И на пути к этому они не остановятся ни перед чем. Если что я говорю всё про тех же. Да, Старателя и его подельников уже нет в живых, но ты что думаешь, вся преступность в этом направлении ограничивалась только теми троими? Конечно же нет.

— Это я как раз понимаю, — ответил я. — Но проблема в чём? А проблема, ты знаешь, в том, что они начали снова кошмарить наших официальных призывателей, которые встали на защиту города. То есть едет группа призывателей в тот данж, мочит монстров, добывает сферы, добывает какой-никакой лут. Как я говорил, даже артефакты теперь иногда попадаются. А затем их просто… ну, мягко говоря, обворовывают. Хотя, конечно, это не воровство, это грабёж чистой воды. А в отдельных случаях даже и разбой.

— А что же вы? — поинтересовался я. — Куда смотрит безопасность?

— А что я? — посмотрел на меня губернатор. — Это же призыватели, у них петы. Что я вот что могу сделать? Лично пойти, вытащить ремень из штанов и надрать им задницы? Нет, не могу. У меня сил не хватит. Те призыватели, которые остались в городе, к сожалению, катастрофически слабы. Трое самых сильных призывателей города — Асакура, ты и Кузнецова — уехали в столицу.

«Хо-хо!» — подумал я, когда до меня дошло, что именно он сказал.

— Ничего себе, трое самых сильных призывателей Канда! Вот это новость! — потом посмотрел на губернатора. — Мы так-то ещё и в одной гильдии.

— Да, знаю я, — с какой-то болью в голосе ответил он. — Я уже запросы императору делал, чтобы вас хоть иногда сюда возвращали.

— Ну тогда Канду повезло, — сказал я. — Вот я, вот Асакура, Кузнецова — у тебя в администрации пытаетесь добиться справедливости.

— В плане? — не понял губернатор.

— Да, шучу, — сказал я. — Мы со всеми своими вопросами сами разберёмся. Но дело не в этом. Если кто-то берёт и кошмарит слабых призывателей, это неправильно.

— Так вот в том-то и дело, — губернатор посмотрел на меня. — Если, есть возможность, разберись с ними. Потому что всё у меня хорошо, а вот вашего брата защитить не могу.

— Я, конечно, не обещаю, — сказал я, — но поспрашиваю у наших. И если что-то вдруг придумаю, обязательно приду обсудить.

— Ну, смотри, — сказал мне губернатор. — Обсудить — это одно. Если что-то нужно будет обсудить, приходи. Ну фактически я тебе уже всё сказал. Есть подпольщики, которые предпочитают сами с монстрами не сражаться. Они ждут, пока это сделают за них другие, а потом просто отбирают у них всё, что те успели собрать. В принципе ровно та же ситуация, что была и с тобой. И фактических сил справиться с ними у меня и сейчас нет.

— А армия? — спросил я.

— Ну а что армия? — мой собеседник даже усмехнулся. — Вот ты думаешь, я просто так тут сижу? Мы, когда нам последний раз сигнал поступил, отреагировали не просто быстро, а супербыстро. У нас подразделение стояло в десяти минутах от данжа. Они туда пришли… и что?

— И что? — переспросил я.

— А ничего, — ответил Илюр. — Нападавшие смешались с обычными призывателями, покинули данж. Впрочем, когда мы туда вошли, кроме монстров никого не осталось. А в связи с тем, что данж расширили, и там сейчас есть довольно серьёзные туннели с весьма солидными монстрами, я потерял несколько боевых единиц.

— Понятно, — ответил я. — Современные проблемы требуют современных решений. Но ничего. Я когда приехал, буквально восторгался нашим городом. Ты действительно отличный управленец. Я бы не хотел, чтобы ты куда-то отсюда куда-нибудь уезжал.

— Угу, и тебе спасибо на добром слове, — ответил на это губернатор.

— Ну так вот, — сказал я, глянув на свою спутницу, — мы съездим туда под видом начинающих призывателей, возможно, гастролёров, решим эту проблему. Но от тебя потребуется жёсткость при наказании.

— Да, всё у меня есть. Я переговорил с лучшими оперативниками, со следователями — все уже готовы. Но это же призыватели, понимаешь? Ты сам знаешь: вы немного выше простых людей. У вас есть возможности пересилить, обмануть и так далее.

— Ну, обманывать я, допустим, никогда не любил, — сказал я. — Но в целом эта проблема ясна. Давай так: я сегодня занимаюсь своими делами, а завтра уделю время общегородским вопросам.

— Только хочу попросить отдельно, — сказал мне губернатор, бросив выразительный взгляд на Асакуру. — Мы это всё афишировать никак не будем. Даже нашу сегодняшнюю встречу, скажем так, забудем пока.

— Мои будут знать, — ответил я. — Но от них ничего никуда и не уйдёт.

— А вы собственно чего прибыли-то? — внезапно и с интересом поинтересовался Илюр.

Я посмотрел на губернатора оценивающе. Вроде бы всё уже сказал, что хотел, но потом понял: он хочет чуточку больше, чем будет известно всем остальным.

— Под Кандом, — проговорил я, — есть артефакт. Артефакт уникальный. Если он там, конечно, вообще есть.

— То есть ты и не уверен? — спросил Илюр.

— Скажем так, догадываюсь, — продолжил я. — Ты же знаешь про поле, которое изменяет течение времени в определённой части данжа?

— Ну да, — кивнул тот. — Мне что-то об этом доносили. Это было больше как предупреждение для людей, чтобы не ходили в эту часть, потому что иначе они могут потерять много времени в реальности.

— Ну, с одной стороны, так, — сказал я. — С другой стороны, у нас под городом, может быть, чуть-чуть вне его, работает невероятно мощный артефакт, который в нашем раскладе замедляет время. То есть я провёл в данже всего сутки, а снаружи прошло две недели. Я хочу вытащить этот артефакт, если это, конечно, артефакт, а не просто какое-то искривление пространства. И забрать его себе.

— Против этого я не возражаю, — ответил мой собеседник. — Но такой вопрос: можно ли это сделать этот внутригородской данж достаточно безопасным для посещения призывателей?

Я хотел ответить, что, мол, да, почему нет, вполне можно. Но тут же вспомнил то самое пространство, наполненное энергетическими канатами. И подумал о том, что возможно совсем скоро в этом самом данже появится ещё один портал. Или монстры туда начнут закидываться совсем другие, с достаточной силой для того, чтобы одолеть весь город.

— По поводу данжа никаких гарантий, — одним словом, я постараюсь вам помочь, но не обещаю.

— Я знал, что на тебя можно положиться, — ответил мне на это Илюр. — Но в целом ты прав, это задача полиции. В остальном всё тебе здесь открыто. Чувствуй себя как дома. Любые разрешения, которые тебе нужны, я дам. Наверное, даже лучше сразу их выписать.

Я почему-то живо вспомнил императора. Но даже больше, чем его, вспомнил Романа, который как раз-таки и выписывал мне все эти разрешения. Вообще на данный момент я чувствовал себя, как будто попавшим в какое-то немного иное измерение. С одной стороны, да, я был дома, а с другой стороны, как будто оказался совершенно в другом мире, где всё не так, как-то, к чему я привык. Ну, ничего. В конце концов, я здесь и ненадолго.

Уже спускаясь по лестнице от губернатора, я вдруг увидел знакомую долговязую фигуру в вечных очках.

— Дэн, — сказал я. — Ничего себе! Рад тебя видеть!

А потом вдруг сообразил, что шёл он, вероятно, к губернатору с той же самой проблемой, решить которую просил меня и сам Илюр.

— Хм… — Дэн пригляделся ко мне или сделал вид, что пригляделся, как будто не узнал. Потом глянул на мою спутницу, сверкнул очками и развёл руки:

— Ну, привет тебе блудная душа!

— Привет, — сказал я, но вместо летящих объятий ограничился тем, что пожал ему руку. — Как у вас тут?

— Ну, если ты от нашего градоначальника, то, наверное, уже всё знаешь, — ответил следователь.

— Угу, — сказал я, — но далеко не всё. Слышал, что у вас проблема с какими-то чёрными призывателями.

Я хмыкнул.

— Ты зря смеёшься, — ответил на это Дэн. — После того как ты уехал, тут действительно некий народ распоясался.

— Что, прям сразу, как я уехал, так и распоясались? — ухмыльнулся я.

— Да нет, — Миллер покачал головой. — Скорее, народ распоясался уже после того, как случился госпереворот.

— О-о-о, до вас тоже долетело? — удивился я.

— Ещё бы не долетело, — ответил Дэн и криво ухмыльнулся. — Нас тут, знаешь, как колошматило? Особенно тогда, когда за тебя награду пообещали. Ты что думаешь, нас только ленивый не пнул. Мол, чего вы сидите — идите, ищите его! Кроме как сюда, больше приехать-то и некуда, собственно. Так что это всё не шутки. Я, можно сказать, из-за тебя даже звание новое не получил.

— О, как, — сказал я. — Наверное, это можно как-то исправить.

Долговязый следователь хохотнул и кивнул в сторону кабинета Сапеги:

— Да я думаю, что уже. Илюр, знаешь ли, сейчас хочет попытаться взять всю власть в свои руки. Если это произойдёт, то, наверное, будет лучше, и я получу своё повышение. Но всё-таки нас до сих пор кошмарят привидения предыдущего мэра, если ты понимаешь о чём я.

— Что поделать? — я развёл руками, невольно повторяя жест Рика. — Шлейф за некоторыми чиновниками тянется годы и десятилетия. Так что неудивительно.

А затем глянул на Асакуру, но она всё последнее время делала вид, что её вообще не касается ничего из того, о чём идут разговоры. Я понимал, что меня ждёт аналитика от неё уже дома. Сейчас она только слушала и систематизировала информацию. Дэн же смотрел на меня пристальным взглядом. Я прекрасно помнил этот взгляд ещё по первому допросу. Правда, с тех пор мы смогли подружиться, и теперь он больше ни в чём особо меня не подозревал. Но вот этот пронзительный взгляд его остался фирменной карточкой, если можно так сказать.

— Ну так что, займёшься нашими преступниками с петами?

— Займусь, — сказал я. — Мне очень не хочется, чтобы какие-то призыватели, которые решили, что они выше всех, начали бы кошмарить город.

— Ну, в том или ином виде это было всегда, знаешь ли, — Миллер блеснул очками. — Банда старателя была далеко не уникальной. Другое дело, что они смогли найти административный ресурс. А вот почему нынешняя банда действует до сих пор безнаказанно, я, честно говоря, не знаю. Мы пару раз пытались задержать кого-то из них, но у нас ничего не получалось. Такое ощущение, что их предупреждали.

— История циклична, — ответил я на это. — Иногда что-то может быть похоже на уже свершившуюся.

— Ну, вот именно, — сказал на это Миллер. — В любом случае, я постараюсь с этим что-то сделать. Нужны какие-то ориентировки? — спросил Дэн.

Я прикрыл глаза.

Чем мне могут помочь ориентировки, если и так известно, в какой данж они ходят? С другой стороны, знать в лицо преступников, кажется, неплохо. Но ведь, если бы были действительно лица, кто Дэн бы с напарником их уже, давно бы взял бы.

— Пришли их мне, — попросил я.

— Ну, ты не прямо сейчас этим будешь заниматься? — уточнил он.

— Нет, — я покачал головой. — Мне надо заехать к родителям и привести себя в порядок, а вот после этого уже займусь.

Я подумал, что тема с артефактом откладывается, а с другой стороны, может быть, и правильно будет, что мы начнём с такого дела.

Именно в этот момент мне позвонила Мирра:

— Мы прибыли, ждём дальнейших распоряжений.

— Вот, — сказал я Дэну и положил трубку.

— Сейчас в город приехала ещё около пятидесяти классных призывателей. Уж все вместе мы вашу банду выловим.

— Так-так-так, — следователь оживился. — Какая помощь тебе будет нужна?

— Не знаю, — я пожал плечами. — Если только административная.

— Смотри, — сказал он. — Если сможешь сегодня ночью поехать в данж, будет очень хорошо, потому что эти самые чёрные призыватели любят тёмное время суток для того, чтобы заниматься своей незаконной деятельностью. И при этом у нас есть наводка, что они именно сегодня будут на месте.

Я посмотрел на Миллера и понял, что канцеляритом он сейчас говорил исключительно с иронией.

— Не знаю, — ответил я. — Очень может быть, что именно так и получится. В любом случае, я хочу помочь своему родному городу.

— Ну и отлично, — кивнул мне Дэн. — Тогда на связи.

— На связи, — ответил я.

И после этого мы с Асакурой двинулись в сторону выхода.

— К родителям? — спросила она.

— Совершенно верно, — ответил я.

— Я тебе не помешаю? — воительница покосилась на меня.

— Как же ты мне можешь помешать? — хмыкнул я. — Нет, не помешаешь. Тем более, вы уже знакомы. Так что сюрпризом для них ты явно не станешь.

— Хорошо, — согласилась Асакура. — Что думаешь по поводу банды?

— Ну, банда она и в Африке банда, — ответил я. — Но мне всё-таки непонятны некоторые моменты.

— Например? — оживилась воительница.

— Ну как так? Почему они имеют возможность спокойно заниматься этой своей деятельностью? Почему на них не могут найти управу? Может быть, их кто-то прикрывает? Вот это мне совсем непонятно.

— Ну а что ты хотел? — хмыкнула девушка. — Вот ты сам слышал, что данж находится сейчас в частных руках. Его вернули владельцу, но владелец, обиженный прошлой властью, решил пускать туда всех, кого ни попадя, и закрывать глаза на всякие тёмные личности.

— То есть полагаешь, что он делает это не из-за денег? — уточнил я.

— Скорее всего, нет, — она покачала головой. — Деньги тут стоят где-нибудь ближе к концу. Скорее всего, именно обида на то, как с ним обошлись в прошлый раз, и толкает его на подобные вещи. Потом, кроме чёрных призывателей, там ещё, ходят обычные, которых и грабят. И вот здесь уже, конечно, сказать труднее, что к чему. Одним словом, нам с тобой, скорее всего, придётся нейтрализовывать банду.

— Ну, если взять всех моих пятьдесят человек, думаю, будет сделать это довольно просто, — ответил я, глядя ей в глаза.

— Ну я бы так не сказала, — ответила Асакура с сомнением.

— А что такое? — поинтересовался я.

— Вот видишь ли, многие из наших — ребята неопытные. Им не хватает даже опыта в борьбе с монстрами, а ты хочешь сейчас бросить их на битву с такими же призывателями, как они сами. Я не думаю, что это хорошая идея. А вдруг кто-то из них погибнет? А вдруг противостоящая нам шайка невероятно сильна?

— Асакура, — сказал я, немного склонив голову, словно объяснял очевидное, — если бы я размышлял такими категориями, то никогда бы не стал тем, кем стал. Ты понимаешь? По большому счёту, мы вывезли ребят на тренировку. Что может быть лучше, чем подобное задание?

— Ну, смотри, — сказала воительница. — Я тебя предупредила. В целом я понимаю, что ты хочешь сделать, и, наверное, в этом есть резон. И всё же, я бы поберегла пока ребят.

— Хорошо, я учту твоё мнение, — ответил я.

Тем временем мы приехали к моему дому. Какое-то невероятное чувство ностальгии захлестнуло меня, в один-единый момент. Я смотрел на свой дом снаружи и понимал, что прожил здесь, пожалуй, одни из лучших дней своей жизни. Нет, я не жаловался на жизнь в столице — она тоже была по-своему хороша, но всё же. Тут я провёл долгое беззаботное время, которое содержало у себя свои трудности, свои переживания, но при всём том оно было светлым, добрым, что ли?

Система защиты, которую я устанавливал сам лично, пропустила меня без проблем, несмотря на то, что родители уже перепрограммировали её под себя. Маму и папу я нашёл на кухне. Когда я вошёл, они оживлённо о чём-то разговаривали, а затем замолчали и смотрели на меня, после переводили взгляд на Асакуру, на меня и снова на неё. Некоторое время ничего не говорили, затем мать спохватилась:

— Сынок, как хорошо, что ты приехал! А почему не предупредил?

— Я не знал точного времени, сколько буду, — ответил я. — Всё-таки я тут по делам, а не на отдыхе.

— Понятно. Ну, садитесь к столу, — проговорила мать. — Я сейчас вам поесть поставлю.

Наверное, примерно в этот момент я и понял, что ужасно проголодался, просто зверски. Мне хотелось есть, так что свело желудок. Мы сели, и мать нам налила ароматного, наваристого борща. Я только что хотел пообщаться с ними, расспросить, как они устроились, как их жизнь, но вместо этого понял, что если сейчас же не поем, то буквально проглочу язык. И стал за обе щеки наворачивать этот прекрасный борщ и почувствовал некоторое насыщение лишь тогда, когда тарелка оказалась пустой. И вот только после этого я посмотрел на родителей и спросил:

— Ну что, как вы устроились? Всё ли хорошо? Нет ли каких проблем?

— Никаких проблем, сынок, — ответила мать, и посмотрела на отца. — Мы очень довольны. Что у нас появилось свободное время: мы можем поговорить, можем просто отдохнуть и посмотреть телевизор. Нам не нужно каждое утро вставать и куда-то бежать. Это здорово!

— Ну, отлично, — сказал я. — Рад за вас. А если будут какие-то проблемы, например, денег не будет хватать…

— Нет-нет-нет! — мать подняла руки ладонями вперёд. — Нам всего хватает, всё замечательно! Мы вот уже даже и в театр сходили, и в кино сходили. И, честно, мы даже не мечтали о такой жизни, поэтому всё прекрасно, сынок. Не переживай за нас. У нас всё отлично. А у тебя-то как? — спросила мать.

Я покосился на Асакуру и довольно скупо, в нескольких словах, описал всё, что с нами происходило за последнее время, естественно, умолчав о некоторых самых опасных моментах. И не нужно было это знать родителям. Зачем им лишние треволнения?

— А вообще, — в разговор вступил отец, — жизнь в Канде сильно изменилась с тех пор, как мы отсюда уехали. Я помню город совсем другим.

— Так-так, и в какую сторону? — поинтересовался я.

— В лучшую, конечно, — отец ухмыльнулся. — Ты знаешь, я помню этот городок серым и пыльным, когда песок наносило из пустоши. Дождь, вместо того чтобы смывать пыль, обычно наоборот всё в ней вымарал. Город стоял какой-то поникший с грязной невзрачной растительностью. А сейчас любо-дорого посмотреть: клумбы, озеленение, благоустройство, чем-то даже стал напоминать столицу.

Я подумал, что — нет, у Канда своя собственная красота. Столица всё-таки подвержена различным новомодным веяниям, а тут всё делается немного по-старинке, основательно и красиво.

— Я рад, что вам здесь нравится, — сказал я.

— Да, мы наконец-то хоть стали чувствовать себя людьми, — ответила на это мать. — До этого постоянно в работе, постоянно туда-сюда, что-то нужно делать. А иногда делать это уже и не хотелось. Вот благодаря тому, что ты нас вызвал и поставил, так сказать, на обеспечение, мы теперь получили возможность вдохнуть воздух полной грудью.

— Что ж, я рад, очень рад, — сказал я.

Сам видел, как мать искоса поглядывает на Асакуру. Ей бы, может быть, и хотелось, чтобы я сказал что-нибудь типа: «Это моя девушка, ну вы же её знаете». Однако я ничего такого говорить не спешил. Когда мы сами определимся, тогда, возможно, они обо всём узнают, даже первыми. Но сейчас мне не хотелось об этом говорить.

Мы ещё посидели, пообщались. Я видел, насколько довольны были мои родители, сам был счастлив от этого. Мне приятно было видеть их живыми, здоровыми, отдохнувшими и радующимися жизни. Это прекрасно. Думаю, что ничего другого и пожелать было нельзя.

И вот когда мы уже со Сакурой собирались уходить, мама пыталась дорассказать какие-то свои последние впечатления, как вдруг у меня зазвонил телефон. Я услышал встревоженный голос Адель, а на заднем фоне слышал возгласы Мирры:

— Почему вы нас задерживаете⁈ Кто вам дал такое право⁈ У нас всё оплачено! Сейчас мы позвоним нашему главе!

— Что случилось? — поинтересовался я.

— У нас тут какая-то облава, — ответила мне Адель. — И нас всех по какой-то причине задерживают.

— Это ошибка, — ответил я. — Сейчас я буду и во всём разберусь.

— Быстрее, пожалуйста, — ответила Адель. — Потому что всех членов гильдии крутят, ни в чём не разбираясь.

Я бросил взгляд на Асакуру:

— Добирайся до гостиницы, — сказал я. — А мне надо туда — быстрее.

Затем бросил взгляд на родителей, понял, что при них лучше таких выкрутасов не делать, попрощался, вышел в коридор и мгновенно телепортировался к гостинице, возле которой уже собралась приличная толпа народа.

Глава 14

У гостиницы я огляделся, и мне многое сразу стало ясно: операцию проводила полиция под прикрытием армии. Откуда ни возьмись, уже приехали БТРы, и ряды бравых вояк вокруг гостиницы выставляли заслон, оттесняя любопытных зевак.

Часть членов моей гильдии лежала здесь же, перед входом, их просто положили лицом в асфальт. Но тут было всего десять человек, а остальные, судя по всему, находились ещё в холле. Там же были и девчонки.

— Стойте, сюда нельзя! — проговорил молоденький лейтенант, повернувшись ко мне.

Я даже отвечать не стал — просто прикоснулся камнем призыва к сфере, находившейся в сумке у меня на плече.

— Наружу, ребятки, — сказал я.

Мгновенно рядом со мной выстроились Йонир, Венетто, Моур и Элфин. Все как один встали в боевые стойки. Над моим левым плечом появился Рик.

— Господа военные и полиция, а что здесь происходит? — проговорил он, чем вызвал оторопь у съехавшейся публики.

А я успел оглядеться — и хорошо, что оглянулся назад: увидел Лёху и Нику, пытающихся пробраться сквозь толпу и спешащих к нам. Я лишь сделал им жест рукой, чтобы не приближались.

«Ни к чему это. Пускай следят издалека», — подумал я.

— Разойтись! — коротко приказал я. И хотя приказывать в данном случае я не имел права, мои слова, как ни странно, подействовали. Шеренга военных и милиционеров, отсекающих простых людей, дрогнула и разошлась.

— Это какая-то ошибка, — сказал я. — Вы не должны трогать моих людей.

Лейтенант сначала застыл, а затем крикнул в рацию:

— Товарищ полковник, тут какой-то…

— Скажи, что тут Макс Грушин с друзьями, — сказал я спокойно, но с напором, — и пусть ваш полковник поинтересуется у главы города, кто я такой.

Но, видимо, лейтенанту и самому были известны мои имя и фамилия, потому что он заметно дрогнул, а потом снова передал в рацию:

— Полковник, тут Макс Грушин. Говорит, что вся наша операция — ошибка.

— Какой ещё?.. — начал было полковник, но тут, кажется, наконец дошло и до него. — Макс Грушин⁈ — Тот самый⁈

— Д-да, — заикаясь, ответил лейтенант, глядя на меня снизу вверх.

— Я сейчас выйду, — сказал полковник.

А я в этот момент вытащил телефон.

— Либо вы сейчас же всё прекращаете, — сказал я, — либо я звоню губернатору.

— Но мы же и действуем по приказу губернатора! — уже совсем несмело проговорил лейтенант.

— Какой ещё приказ⁈ — отрывисто проговорил я, и мой голос сейчас мало чем отличался от голоса военного.

— Он приказал нам арестовывать большие группы незнакомых призывателей, если такие появятся в городе, — офицеру явно не хватало выучки.

— Когда он приказал? — уточнил я.

— Неделю назад, — ответил лейтенант.

И тут всё окончательно встало на свои места.

Не зная, кто входит в банду чёрных призывателей, Илюр приказал арестовывать большие группы призывателей в случае, если это не местные. А мои как раз были подобного рода.

Теперь предстояло всё быстро уладить.

— Мне не нужны неприятности, — проговорил я. — Ну и вас я понимаю. Вы лишь выполняли приказ. Но сейчас освободите всех немедленно.

— Полковник вот-вот придёт и совсем разберётся, — лейтенант уже реально трясся, не в силах сдержать эмоции.

Но, к его счастью, из гостиницы вышел полковник, который командовал операцией.

— Полковник Чернов, — представился он. — А вы — Макс Грушин?

— Да, я — Макс Грушин. Это мои люди. Прошу освободить их, — ответил я столь же лаконично.

— Но у нас приказ от губернатора, — парировал тот.

— Позвонить? — уточнил я. — Потому что у меня тоже есть — правда, не приказ, а просьба губернатора — кое-с чем разобраться. Но, если вы сейчас будете настаивать на аресте моих, то я, пожалуй, откажусь. Потому что вот эти самые люди, которых вы скрутили, должны были помочь. А вы? Вы их просто ткнули мордой в пол.

— Мне нужно получить подтверждение, — проговорил полковник.

— Да говно-вопрос! — ответил я и ткнул вызов губернатора.

— Да, Макс, слушаю, — после первого гудка ответил Илюр Сапега.

— Господин генерал-губернатор, — сказал я, — тут такое дело. Всех моих призывателей, которых я хотел направить на выполнение вашего задания, положили мордой в пол прямо в холле гостиницы, которую мы сняли. Полковник говорит, что без вашего участия никак эту операцию не отменить.

— Ну-ка, дайте-ка мне его, — сказал Илюр.

— Ради Бога, — ответил я.

— Хотя нет, — спохватился Сапега, — я ему сейчас сам наберу. А то скажет — мало ли, использование технологий.

Губернатор отключился, и тут же раздался звонок у полковника. Тот взял трубку и приложил к уху:

— Да? Да, слушаю. Да. Так получилось. Мы получили сигнал из гостиницы, что туда заселяется большая группа призывателей, которых раньше в нашем городе не видели. В связи с этим нами была предпринята попытка задержания, которая прошла практически удачно — до появления Грушина. Действовали исключительно в соответствии с вашим распоряжением. Да. Да. Слушаюсь. Так точно, будет сделано.

Он посмотрел на меня, и в глазах читалась — если не ненависть, то явное раздражение.

— Сейчас же всех отпустим, разумеется, — произнёс он. — Есть приказ поддерживать любые распоряжения Грушина. Слушаюсь.

А я чуть было не сказал ему: «Стой, подожди». У меня вдруг в голове родилась одна мысль. Но она оказалась ложной. Мне даже пришлось впитать сферу, чтобы заставить мозг одолеть адреналин и начать работать в нормальном, но пробивном режиме.

Мысль, которая меня посетила, была похожа примерно вот на что:

«Если сейчас по городу пройдёт слух о том, что некую группу приезжих призывателей задержали, то возможно, те, кто орудует в данже, подумают, что они в безопасности, и немного потеряют, так сказать, осторожность».

Но, впитав сферу, я понял, что моё рассуждение немного неверно. Дело в том, что чёрные призыватели не нападали на монстров — им было недосуг ходить по данжу и в честном бою добывать свои богатства. Нет. Они действовали иным образом.

Они предпочитали встречать призывателей, которые уже шли назад из данжа. Естественно, их петы были вымотаны, они сами едва держались на ногах, силы их были на исходе — и таких людей ограбить практически ничего не стоит.

И вот тут таился другой шанс.

— Послушайте, — сказал я полковнику Чернову. — Давайте так: если вам нужны какие-то санкции от Илюра, я ему ещё раз позвоню.

— Нет, уж, увольте, — проговорил Чернов, насупившись. — Сам же повернулся к лейтенанту: — Освободить всех.

— Нет, — сказал я. — Подождите.

И вот тут уже оба военных вскинули на меня взгляд.

— Да, относитесь ко всем полегче, — добавил я. — Но мы с вами прямо сейчас вместе спланируем операцию.

Я буквально видел, как в течение некоторого времени в голове полковника происходила трансформация: только что из ненавистного человека, который, собственно, подставил полковника, а тот вполне мог за это получить взыскание, а может быть, и ещё чего похлеще. И вдруг этот самый человек становится по одну сторону баррикад с ним, как будто его помощником.

— Я слушаю, — наконец ответил он. — Что вы хотите предложить? Раз уж мне всё равно приказано помогать в любых ваших начинаниях.

— Давайте сделаем вот как. Мы сейчас, без насилия, без каких-либо телесных повреждений, грузим всех моих ребят в автобус. — Я кивнул на два зарешёченных автобуса, уже подогнанных к гостинице. — И отвозим, ну, скажем, куда вы их хотели — в отделение?

— Не совсем, — ответил полковник.

— Ну и не важно. В военную часть. К следователю. Куда угодно. Мы их отвозим туда, куда вы и собирались. Затем вы всех выпускаете — скажем, через два часа. И в этот же момент нам необходимо пустить по городу слух.

— Это как ещё? — спросил лейтенант, но тут же закрыл рот рукой, понимая, что сболтнул не то, что нужно.

— Это уже моя забота, — сказал я. — Ваша задача — выпустить всех через два часа. И тогда, когда кто-то, может быть, неважно кто, будет вас спрашивать, вот вас двоих: «Почему их отпустили?» — вы должны говорить одно и то же: «Они принесут выкуп».

— Они принесут выкуп, — одними губами проговорил полковник.

И тут я понял, что, всё-таки, наш полковник Чернов — не дурак. Глаза его заблестели догадкой.

— То есть вы хотите, чтобы об этом узнали те чёрные призыватели? — догадался он.

— Именно, — отметил я. — Мы с вами прямо сейчас спланируем целую операцию. И да, это будет ловля на живца. Значит, кроме того, что вы отпустили ребят за обещание хорошей добычи, — продолжил я, — вы должны всем говорить, что призыватели эти — слабенькие: второго, третьего уровня, несколько четвёртых и пара пятёрок. Скажем так.

Но затем я подумал, что пятёрки могут отпугнуть, поэтому поправился.

— Хотя нет, пара пятёрок это, наверное, много. Давайте так: про пятерки вообще ничего не известно, и, судя по всему, их нет. Вы взяли группу заезжих призывателей. По подозрению в том, что это они обворовывают местных. Но те, типа, смогли доказать, что они только что приехали. Потому что вот — арендованный автобус, и так далее, и тому подобное. И пообещали в качестве отступных привезти вам много-много сфер, разных шкур, когтей, усов, щупалец и так далее. А также любые артефакты, которые попадутся — если, конечно, попадутся — им под руку.

— И к кому мне это говорить? — усмехнулся полковник.

— Всем, абсолютно всем, — ответил я. — Встретите в коридоре человека — говорите ему: «Представляешь, Сеня, вот такая вот петрушка с редиской». Я уверен, что уже к вечеру вся эта информация расползётся по городу.

— Допустим, — сказал он. — А дальше что?

— А дальше? — я на некоторое время замолчал, оглядывая площадь.

Любопытных до сих пор не пускали, а вот моих ребят из гильдии уже подняли, причём некоторых даже отряхнули, и начали сажать в автобус.

Затем я наблюдал, как из гостиницы вывели Адель и заплаканную Мирру. Адель внимательно следила за мной. Я видел, что она прямо сейчас готова к трансформации, но я показал ей знак: мол, всё в порядке, у меня всё под контролем. Она лишь кивнула, затем обернулась к Мирре, сопровождавшей её. Человек в форме не возражал.

«Ну хорошо, значит, по рядам уже прошло моё распоряжение, — подумал я. — Отлично».

— Дальше, уважаемый полковник Чернов, — сказал я, — мы с вами отправимся в новичковский данж. Но не сейчас, не вечером, а ближе к ночи. Скажем так, часам к половине одиннадцатого.

— Почему именно к половине одиннадцатого? — удивился он.

— Потому что такой толпой мы набьём сфер за три-четыре часа. Я полагаю, этого будет достаточно, чтобы приманка сработала. Где-то под утро нужно ждать гостей.

— Вы думаете, они клюнут? — уточнил полковник.

— Я в этом абсолютно уверен, — ответил я. И более того, думаю, что они задействуют всю свою гвардию, когда узнают, что приехало пять десятков лохов — поохотиться на монстров и набить себе сфер. Вот вы, будучи бандитом, проигнорировали бы такое?

— Нет, — покачал он головой. — Думаю, что не проигнорировал.

— Ну вот, видите, — сказал я. — Таким образом, мы сейчас с вами и едем куда надо. А затем, через некоторое время, всех отпускаем.

— Вы тоже поедете с нами? — уточнил полковник.

— Я поеду со своими ребятами, — ответил я. — Мне их надо успокоить. А ещё нам надо придумать, каким образом вы перед ними извинитесь.

— Это была лишь досадная ошибка, — покачал головой полковник. — Откуда же мы знали, что вы решите привести сюда такое количество народу, чтобы… что? Убивать монстров, добывать сферы?

— Да и очищать город от грязи, — кивнул я.

И полковник от этой фразы чуть ли не встал по стойке смирно от этой фразы.

— Давайте так, — сказал я. — Лично мне ничего не надо. У меня всё есть. А чего у меня нет — мне добудут вот эти ребятки.

Мои помощники до сих пор стояли чуть поодаль и внимательно следили за нашим разговором. Причём они ни на кого не огрызались, особо даже не смотрели — стояли как влитые статуи. Ну, кроме Моура, конечно. У того всё-таки было заметно некоторое движение где-то там под доспехами. Хотя, в целом, можно было сказать, что это стоит латный рыцарь.

Полковник тоже посмотрел на них.

— А вот пострадавшим, — я кивнул на цепочку заходящих в автобусы людей, — вы должны сделать компенсацию.

— И какую, интересно? — полковник сначала хотел взбрыкнуть, но потом, кажется, вспомнил, что ему сказал губернатор.

— Ну… давайте так, — ответил я, глядя ему прямо в глаза. — Кроме того, что всё, что они добудут сегодня в данже, останется при них, вы им отдадите ещё пятнадцать процентов от того, что найдёте у чёрных призывателей, когда мы их возьмём.

— Если возьмёте, — сказал на это Чернов.

— Нет, — покачал я головой. — Когда.

После этих слов я сделал знак своим помощникам. И они в мгновение ока исчезли в кольце.

Полковник лишь покачал головой.

— Эффектно, чёрт возьми, — проговорил он.

А я направился в автобус — причём именно в тот, в который посадили Адель и Мирру.

Когда я зашёл внутрь, администратор гильдии Мирра уже не ревела. Адель, видимо, сумела внушить ей, что всё в порядке, наверняка чуть-чуть докинула своей эмпатии. А сейчас она внимательно, чуть ли не прожигающе, смотрела на меня взглядом.

В этот момент за оцеплением остановился внедорожник Асакуры. И тут же раздался телефонный звонок. Это она мне звонила.

— Да, — ответил я.

— Ну что, как у вас? — спросила она.

— Всё в порядке. Произошла ошибка, как я и предполагал, но нет, худа без добра не бывает. Мы с полковником договорились кое о чём. И эта шумиха как раз к месту.

— Как наши? — спросила Асакура.

И тут я окинул взглядом сидящих в автобусе людей. Большая часть из них мне была даже незнакома.

— Ну что, орлы, как себя чувствуете? — спросил я.

— Нормально! — прозвучал такой басовый рёв, что в автобусе задрожали стёкла.

Я посмотрел и за одним из окон и увидел полицейского из какого-то спецподразделения с царапинами на плече. Причём такими, что рубашка свисала лохмотьями. Я многозначительно глянул на Адель. Мол, твоих рук дело?

— Ну, нечего было распускать руки, — и девушка лишь покосилась на свой безупречный, ярко-алый маникюр.

— Ой, Адель, ты вообще молодец, — всё ещё с остатками слёз в голосе проговорила Мирра. — Я не знаю, что бы я без тебя делала. Ты просто… просто молодец.

— Да он к нам приставать начал, мол давайте ложитесь, — сказала Адель. — Когда руки распускать начал, получил немножко.

Я кивнул:

— Ничего, с этим мы тоже разберёмся. Всё будет хорошо. Я вам обещаю.

— За вами ехать? — спросила Асакура.

— Пожалуй, что нет, — ответил я. — Собери всех наших остальных. Расскажи им, что к чему. И давайте где-то через два с половиной часа встречаемся здесь же — у гостиницы, потому что ребята будут заселяться обратно.

— Не хотелось бы обратно, — проговорила Адель.

— Асакура, — в этот момент я решился, — найди нам другое место жительства.

— В пределах какого бюджета? — сухо поинтересовалась воительница.

— Неважно, — ответил я. — Главное, чтобы всем было удобно.

— Будет сделано, — ответила она и отключилась.

Я же снова посмотрел на тех, кто находился в автобусе.

— Есть у кого связь со вторым автобусом? — поинтересовался я.

— Да, есть у меня, — ответила Мирра.

— Набери там кому-нибудь. Скажи, что всё в порядке, пусть не переживают. А можешь вообще включить громкую связь — я сейчас сделаю обращение.

Тем временем всех уже загрузили в два автобуса и повезли в сторону, судя по всему, военной части, где предполагалось нас всех допрашивать совместными усилиями полиции и армейских служб.

— Итак, дорогие мои, призыватели гильдии Гардара, — обратился я к сидящим в этом автобусе и к тем, что в другом, через громкую связь телефона Мирры, — в первую очередь я хочу принести вам извинения за то, что так произошло. В городе орудует банда чёрных призывателей.

Мне нужно было, чтобы ребята не держали зла на местные власти.

— Что это значит? Это не для красного словца. Я бы их назвал ленивыми призывателями. Вместо того чтобы вместе со своими долбанными петами охотиться на монстров и по-честному, как все, добывать сферы, эти деятели встречают обычных призывателей из нашего города в новичковском данже, уж не знаю, как он называется сейчас, и просто забирают у них всю добычу, угрожая, соответственно, своими петами.

Тут на меня нахлынули воспоминания.

— С чем-то подобным я в своей жизни уже сталкивался. И тогда всё кончилось очень плачевно. Порядка двух десятков школьников не вернулись из данжа. Но мне повезло. Поэтому я могу сказать, что отчасти это будет и моя личная месть.

И в этот момент я понял, что немного перескочил, поэтому вернулся к самому главному моменту.

— Итак, господа. Сейчас с вами ничего плохого не случится. Всё под контролем. Мы едем в достаточно защищённое место. Там мы проведём два часа, после чего нас посадят в эти же самые автобусы и отвезут на новое место жительства. После этого вы должны будете как следует подготовить своих петов. А ближе к ночи мы с вами поедем в новичковский данж. Там мы будем заниматься тем, чем и должны заниматься нормальные призыватели: будем хватать монстров за хвосты, отрубать им бошки, забирать себе сферы, различный лут и артефакты.

Ребята, смотрящие на меня, расплылись в ухмылках.

— Но предупреждаю вас сразу, — я выставил указательный палец. — Расходовать всю энергию петов мне не надо. Действуйте, ну, скажем так, серединка на половинку. Если будут какие-то супермощные монстры — я их возьму на себя.

И тут я увидел немой вопрос в глазах парнишки, сидящего рядом. Он буквально спрашивал взглядом: «Ты, Гардар, пойдёшь с нами?»

— Да, я пойду с вами. Более того — я пойду во главе группы. И это даже не самое главное. Главное — мы с вами участвуем в операции. И на обратном пути мы должны ожидать, что нас встретит банда, которая захочет у нас забрать всё наше добро. Наша с вами задача — как можно более быстро и эффективно их скрутить.

От увлечённости у меня между пальцами проскочили молнии.

— Армия с милицией в это время будут дежурить неподалёку, но в засаде, чтобы их никто не засёк. То есть даже подъезжать к месту они будут не группами, а разными транспортными средствами, причём гражданскими.

Внезапно автобус буквально взорвался аплодисментами. Я и не думал, что могу вызвать подобную реакцию.

Но я сделал знак рукой, показывая, что ещё не договорил.

— Вы должны понимать, что против нас будут действовать безжалостные ублюдки, которым не знакомы слова: «совесть», «честь» и так далее. Они могут использовать любые возможные орудия. И их петы могут быть поистине ужасными.

Тут я вспомнил пета Стронгера — того, который просто заглатывал жертвы этого демоноборца целиком, не оставляя никаких следов.

— Каким образом мы должны действовать? Те, кто посильнее, пойдут первыми, на обратном пути. Те, кто послабее, встанут за их спинами. Нам важно, чтобы до слабых не добрались. Ещё один момент, — продолжил я. — На полицейских и военных зла не держите. Они тоже люди. И когда в твоём городе происходит подобное, трудно сдержаться.

— Мы понимаем, — ответил добродушный толстяк, с перстнем фиолетового цвета, уверенный пятый ранг, а может быть, даже и покруче.

— Я просто хочу, чтобы все понимали: да, с вами поступили жёстко, но люди, которые это сделали, только хотели навести порядок внутри нашего округа.

Тут уже загалдели и в моём автобусе, и в том, что ехал за нами. Все высказались в том плане, что, мол, да, всё прекрасно понимают.

— Ну что же, — сказал я, снова глядя на ребят, — сегодня вам предстоит настоящая боевая операция. После которой вы уже с гордостью начнёте носить звание члена гильдии Гардара.

Я решил, что мне срочно надо сделать что-то такое же, как у Арнама Дэуса для его демоноборцев. Но чтобы это не была просто какая-то медаль или жетон. Это должен быть какой-то защитный амулет. Возможно — сильный.

Но в то же время я подумал: вот оно, всё начало свершаться. Те люди, которые поехали со мной в Канд, те, кто не дрогнет после этого испытания, станут в гильдии на ступень выше. Не потому что я кого-то продвинул — они сами продвинут себя. Вот что важно. Не должно быть искусственного движения наверх. Всё должно быть естественно и натурально. А жизнь она всегда будет давать возможность сделать шаг по лестнице вверх или вниз.

Когда мы прибыли на место, Мирра совсем уже успокоилась. Ребята в автобусе шутили, ради прикола даже вызывали своих петов — не все, но многие.

— Ты знаешь, — сказал один из парней по имени Ларс: — Если бы ты был рядом с нами и дал распоряжение, мы бы выпустили петов. Мы и подчинились властям только по той причине, что тебя рядом не было. А мы, вроде как, из твоей гильдии. Если бы мы там устроили шурум-бурум, то, конечно же, проблемы были бы и у тебя.

— Несомненно, — согласился я. — Вы — молодцы. И я очень надеюсь, что никто сильно не пострадал.

— Да нет, — покачал головой толстяк, — мы же особо и не сопротивлялись — так, полегли, чтобы особо не били. Ну а потом это всё продолжалось недолго. Ты появился, считай, через пару минут после того, как всё началось. Поэтому никаких проблем. Но, честно говоря, хотелось, очень хотелось в какой-то момент устроить сопротивление.

— Друзья, — объявил я перед тем, как выйти, — мы все находимся на одной стороне баррикад. Полицейские и военные — наши друзья. Так же, как и в своё время я знал, что нахожусь на стороне императора. Так и вы должны понять: мы — на стороне закона. Всегда. А подобное событие, я надеюсь, произошло в первый и последний раз.

С тем мы вышли из автобусов.

Мы действительно оказались на территории военной части. И некоторая часть военных и прибывших вместе с нами полицейских даже не понимала, как действовать, потому что, выходит, мы свободно перемещались по закрытой территории.

Естественно, мы не разбредались, а шли в указанном направлении. Но всё-таки людям было явно неудобно из-за того, что происходило: пятьдесят человек — гражданских, а если быть точным — пятьдесят четыре — шаталось по военной базе.

Полковник уже ждал нас. Он на своём автомобиле опередил автобус и показал нам на ярко освещённое двухэтажное здание.

— Ну, позвольте, полковник, — проговорил лейтенант. — Мы же должны были их отвезти…

— Спокойно, лейтенант, — сказал ему Чернов. — Мы не можем посадить их туда, куда рассчитывали. Там нет освещения и воды. Поэтому нам самим придётся на время потесниться.

В ближайшие два часа на военной базе творился, если можно так сказать, форменный бардак. Ну, по крайней мере, точно нерегламентированное нахождение гражданских. Но деваться было некуда.

Я убедился, что ребят оставили в уюте, и сам с полковником поднялся в его кабинет. Там мы расстелили карту и начали подробно составлять план действий.

Итак, мы с ребятами идём в данж. Кроме тех, кто был сейчас с нами, должна была идти Асакура, Лёха, Ника, Кевин, Юля. Одним словом — все наши. Я рассчитывал, что с таким набором мы сможем одолеть любую банду. Вряд ли их было больше двадцати — тридцати человек.

Свидетели вообще говорили, что десяток-полтора. Но нужно было допускать, что у них были и страхующие люди наверху, в засаде.

Примерно час у нас ушёл на планирование операции.

— Ну что, — спросил полковник, — может, достаточно? Может, поедете уже?

— Ещё недостаточно, — ответил я. — Всего лишь за час вы бы нас не сломали, уж поверьте. За два часа — вполне возможно. Вы же должны убедиться, что ошиблись, затем признать свою ошибку. Это же не так быстро.

— И то правда, — хмыкнул полковник.

— Я предлагаю отдохнуть, — сказал я. — Сила нам сегодня ещё понадобится всем. Точнее — уже не сегодня, а завтра. Ну, это мелочи.

— Это точно, — усмехнулся Чернов. — Одно могу сказать вам: я таких людей, как у вас, давно не видел. Сплочены. Все выполняют с полуслова. Но при этом я чувствовал в них внутреннюю силу. Я знал, что любое мгновение может стать последним, если только они захотят вызвать петов и напасть на нас.

Он замолчал.

— Запомните, полковник, — сказал я. — Гильдия Гардара — не такая. Мы стоим за человечество. За его закон. Очень скоро вы сможете убедиться в этом.

Полковник кивнул.

— Ну да. Уже к утру.

Переубеждать я его, разумеется, не стал. Но имел в виду совсем другое.

В положенное время нас посадили обратно в автобусы и отвезли по адресу, который продиктовала мне Асакура. Они сняли недалеко от города часть пансионата, целый корпус, если быть точным.

До этого он стоял на ремонте. Но, сейчас он был уже практически закончен. Номера со дня на день должны были сдать.

Но тут появилась воительница, которая и выкупила этот самый корпус пансиона пока сроком на две недели. А там будет видно.

Приехав туда, я первым делом прошёл по нескольким номерам, проверяя, как будут чувствовать себя мои ребята. Меня заботило даже то, что им надо было селиться по двое. Но номера вполне себе это позволяли.

В лучах заходящего солнца я видел, сколь прекрасна природа вокруг. Тут была речка, за ней стоял сосновый бор. Прямо от пансионата к речке тянулась дорожка, за которой начинался длинный песчаный пляж.

С другой стороны, собственно, уже виднелся Канд. А чуть сбоку — пустошь.

«Прекрасное место, — подумал я. — Наверное, лучше из того, что мы могли получить».

Затем всех накормили. Кто-то немного подремал. Кто-то занимался своими делами.

Мы с Асакурой предпочли пойти погулять к реке. Уже на самом пляже встретил Лёху с Никой. А чуть подальше — Кевина с Юлей.

— Ну что, друзья? — сказал я. — Вы готовы?

— Я лично всегда готов, — ответил Лёха.

— Ну и отлично, — проговорил я.

* * *

Ровно в половину одиннадцатого мы прибыли к данжу.

Я испытал странные чувства. С одной стороны — это было вроде как дежавю. Но с другой — тут всё изменилось с тех пор, как я был в этом месте в последний раз. Всё было какое-то мрачное. С давящей атмосферой. Как будто монстры уже сполна завладели этим местом.

«Ничего, — подумал я. — Мы вытащим эту ядовитую иглу из твоего сердца».

Тем временем ребята вышли и выстроились вокруг меня полукругом.

— Ну что, господа, — сказал я, — все всё помнят, или кому-то что-то повторить?

— Помним! — откликнулись они хором.

— Ну и отлично, — сказал я. — Сейчас я пойду и получу разрешение на вход. А вы пока готовьте своих петов.

Я шагнул ко входу в данж. Практически сразу я услышал равномерные шаги — чуть сзади и справа. Меня сопровождала Асакура. Как незримый воин-телохранитель, в котором я не нуждался. Слева и сверху виднелся силуэт Рика.

А вот сам вход в данж был тёмным и не освещался, как в былые годы.

«Что-то тут не так», — подумал я.

Глава 15

Я бывал здесь в разные периоды жизни этого данжа. Был тогда, когда он считался совсем не опасным, и в нём делали свои первые шаги только-только инициированные призыватели. Был в нём и в момент кошмара, когда многие мои ровесники погибли. Был позже, когда данж закрыли, а затем передали гильдии Охотников.

И самый последний раз я был тут, когда уже открыли новые уровни. И данж, по сути, стал довольно сложным, по крайней мере, на некоторых своих уровнях.

Но каждый раз это был всё ещё тот самый данж, который был мне знаком.

Теперь же я почему-то чувствовал, что он изменился. Как будто что-то там, глубоко внутри, стало другим.

Это как с энергетикой места, к которому ты привык. Потом какое-то время там не появляешься, а затем возвращаешься, видишь и чувствуешь, что всё здесь стало совсем чужим. А иногда даже и не узнаёшь это самое место.

И вот у меня сейчас было такое чувство, будто я приехал совсем в другую местность, которая мне совершенно незнакома. И это было весьма странно.

Я огляделся. Но нет — вот она, площадка входа, всё та же. Вон там тогда останавливался наш автобус. И всё же дыхание данжа стало иным.

Я прикрыл глаза, а затем взглянул на всё своим магическим, новоприобретённым взглядом, благодаря которому видел происходящее на уровне силы. Энергетические линии, которые я видел, были тёмными. Но не потому, что в них было мало энергии, а потому что сама энергия была не очень-то светлой.

Что-то здесь было не так. Какая-то глобальная проблема чудилась мне во всём этом.

Когда я убедился, что непосредственной угрозы для меня и моей группы нет, я обернулся к ним. И признаюсь, был даже несколько поражён.

Все члены моей гильдии, которые прибыли в Канд, стояли в полном сборе и ожидали моих распоряжений. При этом я не слышал ни звука с тех пор, как сам вышел вперёд. Все они выгрузились, встали в строй без лишнего шума.

Я оценил подобную дисциплину. Мне было приятно, что люди стараются не докучать и беспрекословно выполняют все распоряжения, которые я отдаю.

— Друзья, — сказал я нарочито громко — не только для того, чтобы меня услышали все, кто здесь собрался, но и больше для того, чтобы услышали разведчики: два человека сидели в трёхстах метрах, в таком месте, где мы бы их ни за что не смогли заметить. — Сегодня мы с вами прибыли к новичковскому данжу. По крайней мере, таким он был давным-давно. И нам с вами предстоит биться с монстрами, и при удачном стечении обстоятельств — забирать из них сферы, возможно, что-то ещё. Но, в данном случае, не думаю, что у нас это получится.

Я прошёлся вдоль строя и мне это принесло странное удовольствие.

— Но сразу должен предупредить: не так давно этот данж расширили, и тут есть коридоры, которые буквально кишат высокоуровневыми монстрами. В связи с этим я вас должен настоятельно предупредить о том, что вы не должны заходить в непредназначенные для этого коридоры. Мы с вами идём только туда, где помечено зелёным и синим. В жёлтые тоннели вы идёте только с моего разрешения. Всем всё ясно?

— Понятно, — откликнулись все мои призыватели.

Я ухмыльнулся.

— Ну что же, друзья? В путь!

В данж я зашёл первым. Вообще, мы с Асакурой, Адель и Йониром заранее полностью распределили роли по пути туда: я — в авангарде, Асакура — замыкающая, Йонир держится примерно в десяти-пятнадцати человеках от меня, чтобы в случае чего быть готовым оказать любую помощь.

Юлия Кузнецова также держится недалеко от Асакуры — примерно в десяти человеках перед ней. Рик, как всегда, в разведке. Моур — примерно в середине группы, также в случае чего прикрывает.

Ну, естественно, мои помощники вышли только тогда, когда нас уже не могли засечь. Венетто и Элфин на данный момент находились в кольце призыва, так как в туннелях им было не место, но в случае чего я вполне мог выпустить их без особого ущерба.

Роб перетекал по всей моей бронированной жилетке, и я чувствовал это.

— Что-то не так? — спросил я у него.

— Да, вроде бы всё так, — ответил Роб, — но у меня есть какое-то странное предчувствие.

«Вот-вот, — подумал я, — и у меня тоже есть предчувствие. Но будем надеяться, что оно не относится к смертельной опасности. Но готовиться к этому стоит».

И тут я понял, что за мной наблюдают.

Подобное чувство у меня и раньше возникало в данжах. Но я всегда относил его к каким-то монстрам, которые следят за мной. Но теперь я понял, что это не просто наблюдение. Это целенаправленный контроль. Как будто кто-то прослеживает мои действия от «А» до «Я».

Я поднял глаза — никого не увидел. Просмотрел туннель вдоль и поперёк, снова переключился на магическое зрение. Но опять ничего не обнаружил.

И тогда я вытащил и надел очки, которыми уже давно не пользовался. И практически сразу понял, что именно меня беспокоит. Наверное, если бы я пользовался только очками, я бы ничего не заметил. Как и не заметил, пользуясь магическим зрением. Но вместе они дали чёткую картинку.

Некие, похожие на бабочек создания, состоящие из чистой энергии призыва. Это как, если представить луч связи между чем-то и чем-то, который на каком-то отрезке своего пути вдруг сложился в фигуру бабочки — вот что это было.

Это было достаточно интересно. Могло ли такое сложиться само собой? Или это всё-таки какое-то специальное создание?

Я сделал всем знак остановиться и сам пригляделся.

На первый взгляд, ничто не говорило о том, что это живые существа — просто энергетические лучи, очень заковыристо изогнувшиеся. Но затем я увидел, как эти самые бабочки сложили крылья.

Нет. Это точно не случайно.

И тогда я попробовал отследить тот самый энергетический луч, который и сложился в эту бабочку. Но чем дальше он уходил от меня, тем сложнее мне приходилось.

Если бы я начал телепортироваться по его следу, возможно, смог бы отследить. Но я не хотел сейчас оставлять ребят одних, потому что кто его знает, что в голове у нападающих.

Я прослеживал луч дальше, исключительно силой своих способностей. И чем дальше я продвигался по этому лучу, тем больше интересного видел. Во-первых, он сплетался в общий канатик с другими точно такими же лучами. Я был более чем уверен, что они вели ровно в такие же данжи, потому не стал выяснять, а следовал дальше.

Канатик становился толще, превращаясь в целый энергетический трос. Он уходил далеко за пределы Канда и вёл меня всё ближе и ближе к столице.

А потом, в какой-то момент, он просто оборвался. Точнее, нет, сам-то трос никуда не делся. Он шёл дальше. Но, судя по всему, владелец этого самого энергетического троса понял, что кто-то просёк его фишку. И отрезал меня от него.

Но в самый последний момент я смог увидеть знакомую до боли фигуру.

«Так вот, — подумал я, — каким образом ты в курсе всего, что происходит в данжах, Арнам Дэус?»

Это было настолько просто и гениально, что я даже мысленно поаплодировал главному демоноборцу. Человек просто распустил сеть наблюдения во все данжи. Возможно, не только империи, а вообще во все данжи мира. Тогда понятно, откуда он столько всего знает.

Когда я снова открыл глаза, лучики энергии, свитые в бабочек, разумеется, исчезли.

«Ну, ничего страшного, — подумал я. — Главное — я знаю, что в любом данже надо вести себя крайне осмотрительно».

Ну что ж, эта информация даже порадовала меня чем-то. Конечно, ни в какие зелёные, синие и даже жёлтые зоны я своих ребят везти не собирался.

Из пятидесяти человек у нас было семеро призывателей пятого ранга, плюс Асакура, плюс Юля, плюс Ника. Да и Кевин с Лёхой, которые уже достигли прочного четвёртого ранга. Нет, Кевин-то был, вроде бы, твёрдого пятого, но сражения с монстрами всё-таки это было прям не его.

Мы пошли в туннель, помеченный красной зоной. Я обратил внимание, что светившиеся ранее прожилки в стенах теперь потускнели и практически не давали света. Нам приходилось пользоваться дополнительным освещением. По крайней мере, тем, кто шёл за мной. Я-то всё прекрасно видел сквозь очки. Ну и те, кто шёл возле Йонира, были вполне обеспечены светом.

Где-то там, в конце нашей группы, под потолком туннеля, виднелись огоньки. Подлетевший ко мне Рик сказал, что это Асакура вывела своих петов, которые умели подсвечивать пространство вокруг них.

— Отлично, — сказал я.

А сам размышлял о том, с чем связан такой эффект. Почему прожилки, ранее дававшие достаточно света, вдруг перестали это делать? Что с ними случилось? Интересно.

Ещё более интересным было то, что монстров мы не встретили на всём протяжении своего пути. У меня даже сложилось впечатление, что их здесь просто истребили. Всё! Нет больше монстров в новичковском данже! Никаких следов.

Мы прошли километры туннелей, обошли несколько уровней, но не встретили вообще никого.

— Гардар, — обратился ко мне Рик, — может, мне сходить на разведку в туннели вниз?

— Подожди, — сказал я.

И впитал сферу, после чего составил план-карту того, как мы двигались. Уж не знаю, был ли данж таким с самого начала или изменился в какой-то момент, но дело было в том, что большая часть его туннелей была как будто запечатана. И из нашей локации доступа в них просто не было.

Мы плутали, как слепые котята, по тем подземельям, в которые нас допустили. При этом в настоящие данжи с монстрами почему-то не пускали нас. Понятно, что не только нас, а вообще всех пришлых. Но зачем? Что они там делали?

Передо мной снова встал образ того освещённого пространства, через которое проходили энергетические канаты.

«Допустим, — думал я, — если они не смогли захватить нас постепенно, присылая монстра за монстром по данжам, потому что этих монстров прекрасно уничтожали, — то, возможно, есть смысл закрыть доступ призывателей к монстрам, а в оставшемся пространстве данжа накапливать их. Собрать некую критическую массу, которую затем выкинуть в мир, чтобы вызвать эффект цунами».

Я решил, что это достаточно разумно. Лично я, возможно, именно так и поступил бы.

— Моур, — позвал я.

Моур практически мгновенно переместился ко мне. Уж не знаю, как это было возможно в его доспехах, но он двигался довольно свободно.

Я сначала хотел объяснить ему, но затем просто прикоснулся к энергетической связи между нами и в своём сознании воссоздал карту туннелей, которые мы прошли.

— Ты видишь? — спросил я его.

— Вижу, Гардар, — ответил тот. — Смотри: кажется, вот тут, вот тут, и даже недалеко от нас есть скрытые туннели, в которые нас не пускают. Ты можешь это проверить?

— Конечно, могу, — кивнул Моур. — Сейчас же этим займусь.

— Давай, дорогой, — сказал я. — Если что — нам нужен будет проход туда.

— Если можно, я отправлюсь с ним, — сказал Рик.

— Конечно, можно, — ответил я. — Давайте, дуйте на разведку. Я жду вас.

На разведку понадобилось всего пятнадцать минут — не больше.

Рик появился первым с раскрытыми от шока глазами. За ним вылетел и Моур, который оставил свои доспехи на время разведки рядом со мной.

— Там… там такое, — сказал Рик, — ты не представляешь.

Я перевёл взгляд на Моура.

— Это похоже на отстойник, — сказал тот. — Монстры собираются, но выбраться наружу не могут. Их экосистема закрыта. Но их там — тысячи. Если не десятки тысяч.

— Что ж, — сказал я. — Значит, надо вскрыть этот гнойник.

Затем я обернулся к тем ребятам, которые пошли за мной.

— Подойдите все ко мне, — подозвал я свою группу.

Туннель был достаточно широким, чтобы ребята встали вдоль его стен, а я мог ходить между ними.

— Итак, — начал я, — основная трудность нашего положения заключается в том, что все монстры этого данжа на данный момент заперты в так называемой параллельной системе туннелей. Сейчас мои друзья пробьют туда ход, после чего мы с вами сразу же ввяжемся в битву. Битва будет, друзья мои, долгой и продолжительной. Все готовы?

— Готовы! — откликнулись мои призыватели, и это слово эхом пронеслось по тёмному подземелью.

— Ну что, Моур, — сказал я, — какая тебе нужна помощь?

Он осмотрел всё вокруг и сказал:

— Пробивать будем чуть дальше, — Моур всегда смущался, когда говорил, но суждения его звучали твёрдо. — Там есть возможность сбрасывать камни в пещеру.

Мы с ним прошли ещё шагов сто пятьдесят, и он указал на место в стене и на жерло туннеля, идущее под углом, по диагонали вниз.

— Ну что же, дорогие друзья, — сказал я, — поехали.

И тут началось нечто великолепное. Я ещё никогда не видел вблизи, как именно работает Моур. А теперь у меня появилась возможность пристально всё это рассмотреть.

По телу скалы, в которой был пробит туннель, прошла длинная трещина — сверху донизу. Она расколола породу, после чего начала расширяться. Но при этом не было никакого шума, ни вибрации, ни пыли, ни тряски, только чистое, точное разрушение, будто скала сама расступалась перед ним.

Землетрясения не было. Сверху не сыпались обломки породы. Всё происходило исключительно аккуратно и очень мягко.

Затем вторая трещина пролегла параллельно первой. После чего что-то хрустнуло внутри — там, внутри скалы, на расстоянии примерно метра от туннеля. А затем громадный булыжник, весом, наверное, в несколько тонн, выдрался из скалы и сам покатился по туннелю прочь.

Теперь я понял, почему Моур выбрал именно это место. Ему не нужно было прилагать усилий для того, чтобы вынутая порода скатывалась вниз.

Затем по бокам образовавшейся ниши осыпались довольно внушительные пласты камня. Они скомпоновались в шар и тоже укатились прочь.

Затем — в дальней стене — снова пролегла трещина, и оттуда снова вывалился огромный булыжник. И снова. И снова. И так далее.

Весь процесс занял у Моура примерно двадцать минут.

Уже ближе к концу его работы мы начали слышать рыки и какие-то странные звуки. Как будто монстры за тонкой перегородкой грызут друг друга в ожидании, когда смогут накинуться на живую плоть.

Все петы моих призывателей были наготове — ну, кроме, разве что, Вилли Асакуры. Он был слишком огромен, чтобы поместиться в этот данж.

Когда оставалось метра два до набитого монстрами туннеля, Моур хмыкнул:

— Ты уж извини, Гардар, но я тоже хочу немного убитых монстров на своём счёту.

— Так-так, — ухмыльнулся я. — Давай!

Сам же я достал меч, убедился, что тот пылает ярким светом. Моур снова отделил трещинами булыжник. Но теперь, вместо того чтобы катить его на нас, он уронил его в туннель, где нас уже ждали голодные твари.

Одним только этим движением он мгновенно убил особей десять, может, пятнадцать. Сферы тут же покатились нам под ноги. Но я оставил их все для Моура. Пускай напитывается силой сам. А на нас мгновенно ринулась целая орава разношёрстных монстров.

По большей части это были некрупные, похожие на собак с чешуёй твари. Какая-то дикая помесь каймана и гончей, с щупальцами у воротника и загнутыми внутрь клыками. Тут же я почувствовал смрад — тот самый, старый смрад данжа, который, в чём-то даже вызывал у бывалых призывателей приступ ностальгии.

Я рубил монстров мечом. Причём в какой-то момент понял, что мне не хватает адреналина — слишком всё было легко. Головы отлетали на раз. Когти не дотягивались до меня, потому что я отрезал их лапы. Лишь дважды меня царапнули по груди — один раз когтями, второй — клыками. Но естественно, сквозь мою жилетку пробраться внутрь они не могли.

И тогда я, лихо закрутив меч, стал вгрызаться в толпу монстров. Но те были настолько голодными, настолько настроенными на то, чтобы рвать добычу, что не отступали. Нет, они шли прямо на меч, невзирая ни на что.

А я увлёкся.

Десяток трупов. Другой. Из этих двух десятков выкатилось всего три сферы, которые я мгновенно впитал. Но это было неважно.

Сам факт драки — когда я бил с разворота, присаживался, подсекал, отрубал голову, или просто торчащую пасть, видя боль и недоумение в диких глазах, отрубал лапы с когтями, вспарывал животы, разрубал монстров надвое, раскидывая их половины по сторонам данжа — всё это приносило колоссальное удовлетворение.

В какой-то момент всё остальное просто перестало существовать. Я наконец-то снова был не внутри каких-то интриг, а в самой обычной, честной сече, которая приносила массу удовлетворения.

«Что же, — думал я, — давайте потанцуем, твари!»

Раз оглянувшись, я увидел, что моё место в авангарде гильдии заняли Йонир и Ларс — тот самый Ларс из автобуса, со своим петом, который был кем-то вроде дикой кошки. Подобная была и у Юлии Кузнецовой, только эта была в полтора раза больше и агрессивнее. И эта кошка разматывала противника — только в путь.

Йонир сжигал всех тех, кто успевал прорваться мимо меня. Одним словом, я был спокоен за ребят. Поэтому, вдохнув смрадный воздух данжа полной грудью, я пробивался сквозь ряды монстров — всё дальше и дальше, заливая их кровью каменный пол туннеля.

Происходящее настолько захватило меня, что я потерял счёт времени. А очнулся в тот момент, когда Рик окликнул меня:

— Гардар, ты не устал? Может, пойдёшь назад? За всех остальных? И передохнёшь некоторое время?

Я прислушался к своим ощущениям.

— Нет, Рик, — сказаля я. — Не устал. Скорее, наоборот, отдыхаю.

— Смотри, а то ребята уже по два раза сменились и отдохнули, — развёл руками Рик.

«Класс, — подумал я. — Они сделали то, что нам надо. Они смогли действовать как единый механизм. Моя гильдия действительно была силой, противостоять которой не мог практически никто. По крайней мере, не эти монстры четвёртого и пятого уровня».

И в какой-то момент, пройдя туннель диаметром метра в три-четыре, я вдруг вышел на оперативный простор.

Это была пещера. Но не просто пещера, а огромное полое пространство, похожее на пещеру, где монстры собирались уже некоторое время. Дно этой пещеры полого уходило вниз от меня, поэтому я видел далеко. И я видел, что битва, прошедшая только что была лишь самой начальной стадией. Впереди ждало такое сражение, в котором мне редко доводилось участвовать.

Я принялся вырубаться в ряды монстров. Но тут понял, что легко и просто точно не будет. Передо мной стояли монстры иного типа, чем те, что были в туннеле.

В первых рядах находились какие-то сухопутные кальмары с щупальцами. Мой меч, проходя сквозь их плоть, оставлял всего лишь царапину, которая практически моментально зарастала.

«Непорядок», — подумал я.

Перехватил меч иначе, стал прикасаться к этим кальмарообразным существам рукоятью. Раз тычок, два, три. В этот момент увернуться от щупальца, перехватить меч, отсечь конечность, пригнуться, перевернуть клинок и ткнуть рукоятью.

Отлично.

Три кальмароподобных существа, преграждавших мне путь, рассыпались в сухую крошку. Я встал на месте, расставил ноги пошире, и расправил плечи.

— Ну что, твари, готовы получить на орехи?

За моей спиной выросла массивная фигура Йонира. Рядом с ним встал Моур. Надо мной появился Рик. Сзади подошла Ника в сопровождении Лёхи. Там уже за ними виднелась вся остальная часть моей гильдии.

— Ну что, ребята, — обернувшись к ним, сказал я, — вы готовы к этой рубке?

Они лишь глянули вдаль — на тысячи поджидающих нас монстров.

Тут ближайшие ко мне дернулись, пытаясь схватить меня щупальцами. Но среагировал Йонир. Хотя у него это получилось даже как-то лениво, но метнувшиеся ко мне щупальца тут же сгорели.

Повисла недолгая пауза. Во время которой никто не двигался и не говорил ни слова.

А затем Лёха, со своими петами, в том числе палочником, поднял посох над головой и сказал:

— Это будет добрая битва.

После чего мы всей гильдией Гардара, по крайней мере той её частью, что собралась здесь, ринулись вперёд и снова принялись месить монстров. Бой то разгорался, то затухал.

Когда я уничтожал всех врагов вокруг себя, я брал небольшую передышку. Ко мне подлетал Рик и рассказывал текущую обстановку.

Некоторые призыватели получали ранения. Некоторые петы погибали. Но с нами была Асакура, которая тут же оказывала помощь пострадавшим, а также учила их, как сделать так, чтобы призвать следующего пета сразу же.

Одним словом, ничего критичного не было.

У ребят сферы сыпались из монстров буквально градом. А вот у меня, к сожалению, такого не было.

Зато у меня наконец-то начали попадаться какие-то полезные вещи — то кусок бронебойной шкуры, то длинные когти, которые можно было использовать.

Одним словом, наша первая и пробная вылазка обернулась полной удачей. Я был несказанно доволен тем, что видел.

А потом пол пещеры содрогнулся.

Я уже знал, что именно это предвещает. Скоро к нам выйдет какой-нибудь суперсильный монстр, который наконец-то услышал, что в пещере идёт битва.

Но к тому, что увидел, честно скажу — я не был готов.

Глава 16

На меня надвигался не один монстр, а целое их скопище. Но одно это вряд ли могло меня удивить. Замер я по другой причине. Все эти монстры, соединившиеся в одном громадном месиве образов, были мне знакомы. Каждого из них я когда-то побеждал. В этом громадном чудовище смешались практически все те, кому я смотрел в глаза в последний миг.

Был тут и болотник, и кадзю, и псевдодемон, и то невероятное существо, обвешанное лапами. Но главное, одну из голов этого существа увенчивали рога, между которыми сиял портал.

«Твою мать, — подумал я. — Ну и куда его? Что ему отрубать, чтобы он сдох?»

Я ринулся вперёд, и попытался отрубить монстру рогатую голову. Вот только меч мой прошёл сквозь пустоту. А спустя мгновение я получил ощутимый тычок в спину. Если бы не защитная жилетка, я бы, наверное, сейчас болтался на длинном и остром когте.

Ускорившись, я резко развернулся. Монстр, которого я атаковал, изменился. Нет, в нём по-прежнему угадывались черты поверженных мной когда-то существ. Но теперь они были в другой вариации.

— Осторожнее, Гардар, — проговорил Роб. — Это не то, что ты видишь.

— А что? — спросил я.

— Вариативная иллюзия, — непонятно ответил Роб.

— Да мне плевать, — сказал я. — Как его одолеть?

— Пока не могу сказать, — привычно ответил мой защитник, — но внимательнее посмотри на него.

И тут, отразив несколько стремительных атак когтей, щупалец, клыков, я посмотрел на монстра магическим взглядом и понял, что на самом деле, фактически, этого монстра не существует.

Он нарушал базовые законы нашего мира. Он был скомпонован из сгустков энергии, практически не являлся материальным. И в то же время был достаточно материальным, чтобы попробовать меня убить.

Я попытался отследить энергетические нити, тянущиеся от него. Но это оказалось невозможно, они терялись где-то в темноте. Я мог проследить их до какого-то уровня, но затем они исчезали, как будто за стеной, за которой располагались другие миры.

При всём том мне приходилось стремительно обороняться. Но меч проходил сквозь щупальца, сквозь когти. Я не мог зацепить этого монстра никак. Поэтому мне приходилось отступать.

Члены моей гильдии, которые уже победили большую часть мелких монстров, застыли в ожидании.

— Прочь! — крикнул я им через плечо. — Уходите! Это трудный противник! Уходите, не то он вас зацепит!

Едва эти слова сорвались с губ, как одно из щупалец метнулось далеко мне за спину, и попыталось обвить Йонира. Тот жахнул огнём, но не попал. Если бы не Моур, который просто откинул Йонира в сторону, уж и не знаю, чем бы это противостояние закончилось.

Мне приходилось перекатываться, подпрыгивать, уходить вбок, в сторону, пытаться зайти монстру в спину. Одним словом, это было больше похоже не на битву, а на танец.

Давненько мне не приходилось так потеть. Пару раз даже пришлось телепортироваться, но на расстояние в двадцать-тридцать метров, не больше. И это только для того, чтобы монстр меня не зацепил.

— Роб, — сказал я, — давай-ка уже выдай мне рецепт.

Я посмотрел ещё раз внимательно на атакующие меня сгустки энергии и увидел, что огромная масса энергетических нитей тянется не куда-то в пустоту, а прямо к моей голове.

— Он присосался к моим воспоминаниям? — спросил я у Роба. — Поэтому он выглядит как монстры, уже мною побеждённые?

— Скорее всего, именно так и есть, — согласился со мной Роб.

— Ну это же бессмысленно, — ответил я. — Я же уже всех их победил. А значит, смогу победить ещё раз.

Я глянул внутрь этого монстра, пытаясь найти что-то вроде сердец болотника, которые можно было бы разрубить скопом. Но ничего подобного в данном случае не отыскал.

— Ты немного не понимаешь концепцию, — ответил на это Роб.

Причём его голос резко контрастировал с тем, что мне приходилось делать: извиваться, отбиваться, прыгать, скакать в разные стороны. Он же говорил размеренно, даже немного лениво.

— Он показывает тебе, что полностью контролирует все твои умения. У него не вызовет удивления ни один твой уже использованный шаг в битве с другими монстрами. Он пытается донести до тебя, что читает тебя как открытую книгу.

— Ах, читает меня как книгу, — сказал я. — Ну что ж. Надеюсь, смогу преподнести ему пару неожиданных твистов.

На самом деле я пока даже понятия не имел, как можно уничтожить подобную тварь. Получив мгновение передышки, я обернулся на своих. Мне очень повезло с помощниками.

Асакура и Лёха действовали словно единый организм. Они мгновенно начали отводить людей обратно в туннель.

«Ну и отлично, — подумал я. — Значит, мне не нужно будет волноваться ещё и из-за них».

Но кроме всего прочего, на нас — и в том числе даже на меня — наступали и обычные монстры, коих здесь были тысячи. Практически за пару минут диспозиция боя полностью сменилась. Оказалось, что мы отступаем.

Мою гильдию теснили. Нет, с обычными монстрами они справлялись, но монстр, напавший на меня, старался задеть и их.

«Интересно, а что видит Асакура в этой твари? — подумал я. — То же самое или что-то другое?»

Впрочем, это сейчас было не столь важно.

— Элфин, Венетто! Выходите! — приказал я. — Сейчас будем думать, как мы его одолеем.

Рядом со мной витал Рик.

— Давай, я попробую его одолеть, — сказал он.

— Ну, попробуй, — ответил я. — Что ты видишь?

Рик повернулся ко мне. Я в этот момент отскочил, но всё равно успел увидеть его ошарашенный взгляд.

— Ну как же? Здоровая такая хреновина… на акулу на ножках похоже. Я убивал такую в бытность свою призывателем. Но большая часть состоит из каких-то эфемерных частей. Я не совсем могу понять.

И тут произошло то, чего, по идее, вообще не могло быть. Одним из щупалец монстр хлестнул словно плетью, и попало прямо по Рику. Тот, кувыркаясь в воздухе, отлетел метров на пятьдесят. При этом из него сыпались исключительно нецензурные слова и выражения.

Я же в этот момент снова сосредоточился на обороне. Причём я понимал, что мне нужно атаковать. Я должен найти слабое место у этой твари, если это вообще можно назвать тварью.

Эти сгустки непонятной энергии, которая оказывается могла взаимодействовать даже с призраком.

— Надо быть поосторожнее, — проговорил Рик, возвращаясь.

Тем временем вокруг меня уже выстроились все мои помощники, если можно так сказать, выстроились. Они не могли стоять на месте, потому что монстр атаковал их всех одновременно. Он не давал никому ни секунды покоя.

Он постоянно атаковал: ноги, лапы, крылья, когти, зубы, щупальца, какие-то костяные наросты, словно палица, всё шло в ход. И он напирал на нас, на всех.

Венетто отлетел чуть дальше, занял свою позицию для подготовки органов. А затем издал такой высокий звук, что у меня начало ломить в висках. И это при том, что я вообще не стоял на линии поражения.

Монстру было плевать. Он, как будто, протянул конечность к моему помощнику, ухватил Венетто за исходящие из него звуковые волны и потянул на себя. Да, это не ошибка — он действительно как-то умудрился ухватить Венетто за исходящие звуковые волны.

Раз это была сверхспособность моего пета, она была связана с ним той самой энергетической связью. Я видел, что на самом деле он потянул за нить, вылетающую из пасти Венетто.

Я ринулся туда и обрубил эту связь. Когда она лопнула, словно резинка, Венетто отлетел назад метров на двадцать.

— Ничего себе, девки пляшут, — сказал я вслух. — И как с этой хурмой бороться-то?

Тут уже Элфин попробовал свои силы и плюнул в монстра раскалённым паром.

Бесполезно. Тот сместился, пропустив грозное оружие, которое резало корабли и убивало людей, просто мимо себя.

Затем он снова атаковал Венетто. На этот раз мой крылатый помощник просто стал туманом — он решил действовать аккуратно, не с наскока, как в первый раз. Ну правильно, он быстро учится. Молодец.

Но дело было в другом. Я совершенно не понимал, как дать отпор атакующему нас противнику. Он не укладывался ни в какие рамки, о которых я вообще знал раньше.

Теперь я уже видел, что в нём проявляются черты не только монстров. Я отчётливо видел протез Старра. Я видел недовольное лицо Генриха XVIII. В какой-то момент я глаза в глаза глядел на Старателя. И неприятные ощущения разлились у меня в желудке.

— Да что ты, мать твою, такое есть? — прошептал я.

Я снова глянул магическим взглядом на него. В этот момент уже Моур подвёл своих големов, которые пытались размозжить нашего противника, но ничего не выходило.

Каждый раз, несмотря на то, что они действовали весьма стремительно для существ, созданных из камня, они промахивались, попадая в пустоту.

На первый план снова вылезла рогатая голова с порталом. Я посмотрел на неё магическим взглядом. Портала тут не было.

Это было лишь изображение портала, взятое из моей головы. «Так, стоп», — думал я, — но остановиться, когда тебя атакуют с разных сторон, причём довольно быстро, было непросто.

Я ещё не выдыхался, до этого было далеко, но я знал, что если так пойдёт дальше, в какой-то момент силы начнут меня покидать. А этого я допустить не мог. Первая вылазка гильдии. И её глава — Гардар — подвёл своих ребят? Нет, это мне никак не подходило.

Что же делать? — думал я. — Если он взял все эти образы из моей головы, а вместе с ними все те приёмы, которыми я пользовался для убийства монстров, то получается, он действительно знает всё, на что я способен.

Да, каждый раз я придумывал что-то новое, бился всё более уверенно, приобретал опыт. Из того человека, которому угрожал Кольценог, я стал тем, который уничтожил монстра с порталом, выбрасывающего других существ. Я стал призывателем вне каких-либо рангов.

Я не знал, достиг ли я уровня Арнама Дэуса. Возможно, ещё нет. Но для этого требовалось не так много: добыть артефакт времени, научиться им пользоваться. Не в этом суть. Я уже видел, как устроена магия Арнама. А тут… тут…

Я понял, что мои мысли ходят по кругу. И впитал сферу, чтобы яснее мыслить. И из-за этого едва не лишился руки, сжимающей меч, потому что атака монстра оказалась ещё более стремительной.

— Он чё вообще, что ли не устаёт? — едва увернувшись от нового щелчка, крикнул Рик. — Что это за дрянь-то такая?

— А он и не сможет устать, — ответил я. — Он же не из мяса сделан.

— Как не из мяса? — и тут, видимо, Рик тоже применил своё умение видеть души людей или связи с ними. — Твою клепать в коромысло, — проговорил он. — Это ж чё такое?

— Вот, вот, — кивнул я. — Попробуешь воздействовать?

— Да я пробую, — ответил он, — он мне не поддаётся. У него, как будто, защита от моих умений. Но этого просто не может быть. Я пытаюсь схватить его за душу, но… — Рик развел руками и замолк.

— Но души у него нет, — хмыкнул я.

Наверное, впервые в жизни я вёл диалоги рваными кусками, иногда прерываясь на полуслове, потому что нужно было отскочить, перевернуться, иногда даже телепортироваться. А энергия, тратившаяся на телепортации, была не бесконечна.

И я понял: ещё несколько десятков таких коротких передвижений — и всё, мой запас этой энергии иссякнет.

— Вам помочь? — крикнула Асакура.

— Ещё чего не хватало! — обернувшись к ней, ответил Рик, за что снова чуть не отхватил. Но всё-таки вовремя убрался с траектории движения щупальца.

Йонир держался поодаль, но всё же пытался раз за разом опалить монстра.

— Кого ты видишь? — спросил я у демона.

— Что-то перетекающее, — ответил он. — Иногда становится похожим на псевдодемона. Иногда — даже на меня, — последнее он сказал с явным удивлением.

— Ясно, — ответил я.

Итак, каждый видел что-то своё. Всё правильно. Я наблюдал за тем, как монстр присосался своими энергетическими нитями к голове каждого — не только к моей. Единственный, к кому он не присосался, это Роб.

Роб мог рассуждать свободно. Поэтому я и спросил его:

— Ты ещё не придумал, как мне поступить?

— По сути, это задачка со звёздочкой, — ответил Роб, причём его голос по-прежнему был достаточно вальяжен. — Представь, что есть некие условия задачи, и они ясны обоим противникам. Ну, скажем, как в игре в шахматы. Или в карты. Но мне больше нравится аналогия именно с шахматами. Хороший игрок знает потенциал своего соперника. Он видит за много ходов то, что тот хочет предпринять неприятель, но от этого игра не становится менее интересной. Тут всё зависит от того, кто из противников видит дальше.

— Роб, — сказал я, — пока я не вижу вообще нифига. Лишь понимаю, что я несколько раз пытался рубануть этого монстра, но не попал. У него нет плоти, несмотря на то, что она есть. Он как будто какой-то баг.

И тут меня озарило.

Действительно. Если воспринимать весь наш мир как некую аналогию компьютерной симуляции, то и в нём могут случаться баги.

Монстр, который существует лишь в виде энергии, оказывается неуязвимым для материальных предметов, но при этом способным причинить боль именно на материальном уровне.

Но тут я понял, что эти рассуждения заводят меня куда-то не туда.

— Роб, продолжай, — сказал я. — А то я сейчас кажется, немного не про те ходы думаю, которые нужны. Потому что если монстру известны правила игры, то мне, например, они ни хрена не известны.

Я перевернул клинок и попробовал достать рукоятью один из сгустков энергии монстра, которые видел магическим взглядом. Бесполезно. Они никак не контактировали с этой тварью, если, конечно, данного монстра вообще можно было так называть.

— Раз она контактирует на материальном уровне, — ответил мне Роб, — значит, возможность взаимодействия с ней есть. Но, вероятно, она не укладывается в наше понимание.

— Роб!

Я отпрыгнул и понял, что постепенно начинаю задыхаться. Да, мои мышцы работали как часы, но пульс уже стучал в висках из-за долгой нагрузки. В моей крови начало не хватать кислорода. Это означало: ещё час-полтора такой серьёзной физической нагрузки — и всё. После этого мне придётся замедлиться.

Я впитал ещё одну сферу. Мне надо было хотя бы понимать Роба, потому что именно сейчас я не совсем догонял, о чём он говорит.

Асакура тем временем отобрала самых сильных призывателей и попробовала пробиться к нам. Но обычные монстры — от десятого до пятнадцатого уровня — хлынули на них потоком, словно отрезая от меня с петами и главного монстра. Хотя тот иногда и тянулся, и, кажется, даже успел зацепить пару моих призывателей.

— Основная проблема сейчас заключается в том, — ответил мне Роб, — что если мы с тобой найдём решение, о нём сразу же узнает монстр. И, возможно, предпримет что-то такое, что нивелирует все наши усилия.

— Ну отлично, — ответил я. — И что ты мне предлагаешь в связи с этим?

Сзади нас творилось что-то невероятное. Поднялся смерч. Я видел даже огненные всполохи. Судя по всему, Асакура настолько разошлась, что стала применять вообще всю доступную ей магию. И поток монстров, который теснил гильдию, вдруг стал очень быстро редеть. А призыватели пробивались к нам с помощниками очень бодро.

— То есть, — сказал я, в очередной раз телепортируясь прочь от пытающихся разорвать меня когтей, — я сам не должен знать, что я предприму для того, чтобы победить?

— По сути — верно, — ответил Роб. — Хотя над формулировкой я бы ещё немножко поработал.

— Да к чёрту твои формулировки! — ответил я. — Мне надо понять, как убить эту хреновину.

— Как только ты поймёшь — узнает и наш противник, — ответил мне Роб.

«Твою мать», — подумал я.

В голове почему-то крутилось слово «баг». Оно буквально занозой застряло в моей голове. И почему-то облик Йонира, а точнее, его слова: «Иногда я вижу себя», — не выходили из мыслей.

Почему себя? Не знаю. Пока это не принесло мне никаких ясных мыслей. Но если верить Робу — это и к лучшему. Потому что любое моё понимание ситуации мгновенно становилось достоянием монстра.

Я бился дальше. Мои петы дрались, как сумасшедшие. Венетто ещё несколько раз попробовал атаковать звуком, но быстро понял: для монстра это его уязвимость. Тот читал его, как открытую книгу, точно так же, как и всех нас.

Это был идеальный противник. Который действительно знал не только всё, что ты можешь предпринять, но даже то, что не можешь.

Йонир пару раз огрёб. Я видел, как монстр отбил ему один из рогов. Но тот лишь поморщился — и пошёл дальше.

Я не знаю, понимали ли они, что вряд ли что-то смогут противопоставить нашему врагу, или не понимали. Но в любом случае они считали, что оттягивают часть внимания на себя.

А я не уверен, что монстру это вообще мешало. Он был очень многозадачный. Как сверхбыстрый компьютер.

Опять это терминология — *баг*, *компьютер*. Почему я за неё уцепился?

Но с другой стороны — что движет всеми этими картинками в компьютере? Та же самая энергия. Она попадает внутрь, превращается в поток информации, которую можно записать единицами и нулями.

Да, нет. Да, нет. Отклик, нет отклика.

Мне казалось, что я хожу вокруг да около и никак не могу чётко осознать, что же предпринять.

Я ещё раз попробовал ткнуть сплетение рукоятью. Никакого взаимодействия. Я попробовал ухватиться. За эти энергетические связи — нет взаимодействия. Он мог ухватить нас за наши энергетические связи, а мы его — нет. Как будто он располагался на ступень выше. Как будто он действительно обладал какой-то защитой. Но он же действует по какой-то логике. А значит, у него есть реальная подпитка. А значит, его можно уничтожить.

Мне казалось, что я стучусь в открытую дверь. Возможно, нам нужно сделать только шаг. Но в этот момент меня отвлекли.

Асакура со своей группой элитных призывателей внезапно пробилась совсем близко к нам. После этого она вскинула над головой посох и крикнула:

— Умри же, тварь!

И из её кольца вылетел пет, которого я раньше не видел. Он был похож на какого-то маленького сморщенного — не то гнома, не то эльфа. Не знаю уж, я плохо разбираюсь в сказках. Но он вдруг стал излучать зеленоватое свечение. «Которое, должно было окутать и уничтожить монстра?» — Подумал я с вопросом.

— Карлик-некромант? — пробормотал я. — Не знаю, потом спрошу у Асакуры.

Но ничего не вышло.

Откуда-то из глубин монстра вылетело нечто, похожее на посох самой Асакуры, только, кажется, не имеющее с палочником ничего общего. Оно разрубило пета Асакуры пополам.

А саму воительницу хлестнуло с такой силой, что я слышал, как выходит воздух из её лёгких. А она сама, согнувшись пополам, отлетела прочь, при этом головой чертя по камням на полу пещеры.

Мне будто по сердцу провели лезвием. Но сейчас я не должен был отвлекаться на это.

— Уводи всех! — рявкнул я Рику. — Эта тварь опаснее, чем я думал!

— Эта тварь опаснее, чем я думал, — передразнил меня монстр.

— О, ты ещё и говорящий? — хмыкнул я.

— То, что ты имеешь в виду, — ответил он, — это жалкая пародия на общение. Настоящие разумные существа общаются иначе.

— Ну, настоящие разумные существа не уничтожают других разумных существ, — ответил я.

И услышал раскатистый басовитый хохот. Так мог, наверное, хохотать Йонир. Но, оказалось, ничуть не бывало.

Это хохотал тот самый монстр. При этом он по-прежнему атаковал меня.

— Разумные существа, — сказал он, отсмеявшись, — не считают тараканов за себе подобных. И поэтому уничтожают их. И вы будете уничтожены.

— Но ты — не разумное существо, — вмешался в разговор Роб.

Мне показалось, монстр на секунду замер. Видимо, до сих пор он не до конца понимал значение Роба, с которым я всё время переговаривался. А может, не считал его живым, уж не знаю.

Но мне понравилось, что хоть как-то мы смогли воздействовать.

— Мне не незнакома твоя аура, — проговорил монстр. — Но это не помешает мне тебя уничтожить. После того, как я уничтожу всех остальных. А может быть, я заберу тебя на опыты.

— Чем ты это сказал? — решил я пошутить. — Дай-ка я тебе пасть мечом пощекочу.

Монстр снова расхохотался. Я понял: что-то тут не так. Как будто он опять пользуются какой-то моей слабостью. Отвлекает внимание? Да нет.

— Ты — не разумное существо, — сказал ему Роб. — Вот я — разумное существо. Гардар — разумный. Йонир — разумный. Все те, кто против кого ты сражаешься, — действительно разумные существа. А ты — нет.

— А кто же я по-твоему? — усмехнулся монстр.

Но в голосе я явно слышал, если не удивление, его не было, то совершенно точно некоторую оторопь. Как будто что-то мешало монстру в словах Роба.

И он абсолютно точно замедлился, я это почувствовал. А на моём фронте он вообще практически ушёл в защиту.

Так, так, так… Неужели Роб нащупал ту самую невероятную возможность, о которой он говорил? Что-то из того, о чём я не должен знать? Давай, Роб, дружище, — думал я.

— Ты же всего лишь энергетическая программа. Сгусток, созданный другими разумными существами. Но ты не существо. Ты — лишь орудие. Программа, если можно так сказать. Код.

Слово «код» соединилось со словом «баг» в моей голове. Туда же пошёл «компьютер».

Ну сложитесь уже во что-нибудь такое, чтобы я знал, что предпринять!

Где-то там, за моей спиной, истекала кровью Асакура. Я должен был победить эту хреновину — непонятную, неизвестную, ставшую настоящим испытанием. Все предыдущие монстры хотя бы поддавались какой-то логике. А здесь — нет.

— Ты лжёшь, — проговорил монстр.

И начал махаться в два раза быстрее. Теперь я еле успевал отскакивать от него. Все мои попытки отрезать ему хотя бы одно щупальце или лапу с когтями не приводили ни к какому результату. Я даже пробовал прыгнуть через портал между его рогами — бесполезно. Это действительно была иллюзия.

— Думай, голова, думай! — рычал я на себя. — Ты должен понять, как завершить всю эту ситуацию.

Я понимал, что Роб дал мне подсказку. Он открыл мне, если не правила игры, то хотя бы личность противника. Мне нужно было с этим что-то сделать.

Ещё одного из моей гильдии срубил отросток монстра.

— Уводи всех! — рявкнул я на Рика.

— Мне нравится твой страх, — проговорил монстр.

А передо мной снова появилось лицо Старателя, который с предвкушением облизнулся.

— Странно, — ответил я. — Уж не знаю, чего ты там хаваешь, но страха во мне нет ни капли.

И в мозгу снова завертелась информация. Он достаёт всё из моей головы. То есть он не будет готов к тому, чего в этой голове нет.

Он привык к тому, что я — призыватель. Что делает призыватель? Убивает монстров. И я сейчас действую точно по его логике: я пытаюсь убить монстра. И поэтому он силён. Он предвидит, что я, положу все свои силы на то, чтобы уничтожить монстра. И он меня выматывает. Он делает так, чтобы я, пытаясь победить, проиграл.

Так — уже понятнее.

Но он действует в определённой парадигме. Когда Роб сказал ему что-то, чего он не был готов услышать, он начал тормозить. Это означает, что его программа, какой бы она ни была, несовершенна. На неё можно воздействовать. И её можно взломать. Наверное, это самое правильное слово — взломать.

Итак. Что? Как? Как взломать эту программу?

— Можешь пыжиться сколько угодно, — оскалилась голова Старра, — у тебя всё равно ничего не получится. Ты проиграешь.

Я перестал уклоняться. И встал на месте. Монстр тоже замер.

Мои помощники переглянулись друг с другом и посмотрели на меня. Наверное, им тоже хотелось понять, что я задумал. Но смысл-то и был в том, что я ничего не задумал. Я просто понял, что нужно делать. И забыл об этом.

Затем перехватил меч за лезвие и посмотрел на монстра.

— Ну что же, — сказал я. — Шах и мат.

После чего вонзил лезвие себе в горло.

От авторов: Друзья, мы всё понимаем, что так нельзя, но завтра у нас выходной)

Глава 17

Я улыбался, глядя на монстра. Несмотря на то что мне было больно, зубы, наверняка, окрасились кровью, но всё это было не важно. Я с удовольствием наблюдал за тем, как монстр замер, все его головы разом сосредоточились на мне.

Ну, вообще, шея — это, конечно, очень уязвимое место в теле человека. Да и не только человека, а множества существ. Даже не перечесть, сколько голов я уже отделил от туловища, рубя именно по шее.

И в этом есть резон. Дело в том, что в шее сходится огромное количество разных каналов: тут и артерии, и спинной мозг, и энергетические каналы, и проводимость магии. Одним словом — всё, что необходимо человеку в его жизни.

Именно поэтому, чтобы наверняка уничтожить врага, нужно рубить по шее. Свою же я не разрубил, а воткнул в неё клинок. Да, это было больно, неприятно. Мне было трудно глотать, практически невозможно.

Но оно того стоило.

Я полагал, что самому мне ничего не угрожало. Регенерация спешно старалась заделать рану. Но меч, всё ещё торчащий из моего горла, не давал этого сделать. Тут боролись две силы.

Собственно говоря, примерно на это я и рассчитывал. Ну, как рассчитывал — толком об этом даже не думал. Но всё-таки решил столкнуть две энергии. Однако основной мой замысел, конечно же, был не в этом.

Основной замысел был в том, чтобы пойти против не системы даже, а против логики монстра. Мне нужно было сломать её. А вместе с ней — и самого монстра.

Мне кажется, у меня это даже получилось.

Дело в том, что тут же ко мне устремились его энергетические нити и вытащили часть моей личности, приняв её в себя.

И в этот же момент я смог увидеть, что происходит в его так называемом сознании, а точнее, в операционном пространстве. Я понял его логику, которую и сломал.

Раз герой кого-то победил, этого кого-то он должен был забрать к себе, изучить: как именно я его победил? Вот только я же победил самого себя. И сейчас я смог ухватиться за те связи, за которые раньше ухватиться не мог.

А монстр всё ещё не осознавал, как именно его переиграли. Он не мог понять, что герой отступил от логики «убивать монстров» и направил оружие против себя самого. А когда он наконец понял, кого допустил внутрь своего пространства, попытался выкинуть меня прочь. Вот только поздно.

Я уже схватился за все те энергетические нити, до которых только смог дотянуться. Я укрепился внутри сознания монстра. Я становился его частью.

— Нет, ты не можешь стать частью меня! — прорычал монстр. — Ты — герой! Герой не может стать частью меня! Ты должен погибнуть!

— Но я уже часть тебя, — возразил я. — Тем более я победил сам себя. Так что всё логично.

Мы говорили не физически — а там, внутри, в сознании монстра, куда я попал частью своего собственного сознания.

Возможно, раньше подобная штука для меня была бы невероятной. Но я так привык разговаривать со своими помощниками, по сути, деля сознание, дробя его, общаясь либо со всеми вместе, либо с кем-то поодиночке. Так что сейчас это не составило вообще никакой проблемы выделить некий уровень своего разума для взаимодействия с сознанием монстра.

Будто я призвал его. Будто он теперь мне подчинялся.

— Я же одолел врага, — продолжал настаивать я. — Значит, вот — получи и распишись.

— Я не должен… Я не могу… Я не буду… — хрипел монстр.

Все мои действия привели его к заминке. Да, эта заминка была недолгой, может быть, секунду, может быть, две. Но я ускорился настолько, что для меня это было практически неограниченным количеством времени. И за это время, благодаря заминке монстра, я проник ещё глубже.

Более того, я понял, что должен делать дальше. И начал разрастаться прямо внутри монстра. Как раковая опухоль. Как вирус. Я посылал свои собственные сигналы по его энергетическим нитям. Посылал сигналы призыва. Сигналы опасности. Дёргал за нитки, словно за связку колоколов на музыкальном фестивале.

Больше всего мне помогал Роб. Он взламывал закрытые для меня участки, и я распространялся, растекался, добавляя свою энергетику во все каналы монстра.

Да, он был всего лишь информацией. Но и я в этом разрезе был информацией. Я стал тем троянским конём, который сломал его логику и проник внутрь. Это, очевидно, было огромным плюсом. Вот только до победы было ещё далеко.

Когда монстр понял, что произошло, и попытался вышвырнуть, выдрать меня из себя, у него, естественно, ничего не получилось. Но и я пока не знал, куда двигаться дальше. Пока я только проник внутрь, и нужно было понять, как именно мне действовать далее.

Тем временем монстр двинулся на моё физическое тело. Но поскольку я стоял и не сопротивлялся, я вновь рушил его логику. И он никак не мог понять, что делать с этим не укладывающимся в его картину мира созданием, проткнувшим себе шею клинком, стоящим с текущей из горла кровью и при этом улыбающимся холодной улыбкой.

Мол, что выкусил?

Монстр снова замер. Всё-таки он понял: основная битва происходит уже не здесь, не в материальном мире. Она происходит внутри него, в сфере разума, логики и воздействия.

Я же сообразил, что именно мне нужно искать. Если говорить аналогиями, мне нужен был пульт управления. То самое место, откуда расходятся все команды и сигналы по разуму этого создания. Я должен был перехватить это управление.

Растекаясь всё дальше и дальше, захватывая новые витки нейронных пучков, перехватывая импульсы, я наконец понял, откуда исходит всё руководство этим монстром.

И проник туда.

Полагаю, что никто, даже создатели этой твари, никогда не задумывались о том, что кто-то сможет проникнуть внутрь, вскрыть их защиту и хотя бы частично взять под контроль действия их монстра. Поэтому и защиты, собственно, практически никакой не было.

А я оказался в самом сердце этого проекта или существа, уж не знаю, как именно это обозначить. Здесь было всё достаточно спутано: линии различных монстров переплетались, иногда запутывались между собой.

Я видел то, что было вытянуто из головы Асакуры, из головы Йонира, видел то, что представляли себе все остальные — тот же Рик. Но это уже было не столь важно.

Главным для меня сейчас были мои монстры.

— Стоп, — пробасил Болотник, — моими усилиями? А что здесь делает этот человечишка? Старр?

А рогатого с порталом я натравил на мохнатого с длиннющими лапищами. А затем всех остальных друг на друга. Псевдомонстры, вытащенные из моей головы, благодаря мне начали ругаться и ссориться внутри монстра, который их и вытащил. Они начали бить друг друга, убивать, унижать, растаптывать.

Так это выглядело для меня. А по сути, я просто внёс хаос в систему управления монстром. Я разобщил его детали. Теперь вместо того чтобы работать как единый организм, они стали нападать друг на друга.

Есть у людей такое заболевание, когда иммунитет принимает собственные клетки за врагов. Вот что-то подобное происходило сейчас и с монстром.

— Уходим? — поинтересовался у меня Роб.

Полагаю, что очень и очень многое из того, что мне удалось сделать, я сделал благодаря ему. Впрочем, может быть, это и не так, в конце концов, энергетические узлы и связи я начал видеть уже довольно давно.

И вот, после того как эта операционная система, это сознание монстра стало пожирать само себя, и части его восстали друг против друга, монстр понял, что может проиграть.

И в этот момент он не нашёл ничего лучше, как опять ринуться на меня в реальном пространстве. Вот только при этом его уже нехило так колбасило. Да, физические возможности у него всё ещё оставались. Он мог оторвать мне голову, разорвать меня пополам, сжевать, растереть в фарш. Вот только… мог ли?

Физически — возможно. Но когда он схватил меня, чтобы уничтожить и растерзать, он вдруг получил ещё один и на этот раз уже последний слом логики.

Он не мог меня убить. Я же был частью него самого. Он не мог убить… себя. Это не было заложено в его программе. И поэтому он ничего не смог мне сделать.

Физически я стоял прямо внутри вихря, образованного различными силами монстра. Но он не мог причинить мне никакого вреда. Вообще.

Я стал для него неприкасаемым. Потому что был частью него самого.

Логические парадоксы кромсали его не хуже, чем монстры, вынутые из моего сознания.

— Ну что ж, дружище, давай, давай. Уничтожай сам себя. У тебя это отлично получается, — подбадривал я его. — Ты на правильном пути. Ещё немного — и тебе каюк.

— Но тогда погибнёшь и ты! — выкрикнул монстр. — Ты не можешь желать моей смерти, потому что…

Я отключился. Я не хотел его больше слушать. Не хотел отвечать. Я хотел только одного, — чтобы он самоуничтожился.

И в этот момент монстр предпринял последнюю отчаянную попытку. Уже даже не уничтожить меня, а просто выжить. Он стал вихрем, как в реальности, так и в той части своего сознания, где сейчас находились мы. Он попытался выплюнуть всех чужих монстров, исторгнуть их из себя и удрать.

Но я не давал ему этого сделать. Я крепко держался в собственном теле и одновременно с этим, через энергетические нити разросся в нём. Я держал его. Я ждал, пока он рассыплется в прах.

Несколько минут длилось это сумасшедшее, безмолвное сражение, когда каждый стоял на своём. Монстр пытался исчезнуть. А я держал. Он вырывался, а я держал.

И потом я понял, что сила его начинала иссякать.

Он дёрнулся ещё несколько раз и стал распадаться на куски. Отдельные энергетические узелки, завитки, обрывки нитей. Он рвался, как старый пододеяльник. Исчезал, словно информация в чёрной дыре.

И когда он уже сам понял, что обречён, он вдруг сказал:

— Ты… не влезаешь в логику.

— А я и не должен, — ответил я. — Я же баг в твоём коде.

Я думал, что на этом наша битва закончена.

Но, приложив какое-то невероятное усилие, монстр ответил мне, причём уже где-то в самой глубине моего сознания. Он прошептал:

— Коллапсар исправит это. Он уже идёт за тобой.

И затем практически сразу всё закончилось.

Как мне потом рассказывал Йонир, со стороны всё выглядело так, словно сотня монстров сожрала меня. Затем начала разбухать, ругаться друг с другом, биться и убивать друг друга. Потом она стала сдуваться, закрутилась смерчем и рассыпалась на куски.

И всё исчезло.

А на том месте, где это происходило, как ни в чём не бывало, стоял я с мечом в горле.

— Ты победил, — сказал мне Роб.

Его слова словно стали спусковым крючком. Я вытащил меч из горла и тут же упал на пол, захлёбываясь кровью.

Регенерации потребовалось некоторое время, чтобы привести меня в норму. Может быть, пять, семь, десять секунд. Они были самыми отвратительными в моей жизни. Потому что сейчас не было времени на подобные слабости.

Я вскочил, невзирая на то, что зарастающее место невыносимо чесалось, и бросился к Асакуре. По пути подхватил выпавшую из монстра сферу.

Воительница выглядела очень плохо. Да, вокруг неё уже собрались все, но никто не мог ничего сделать. Она почти не дышала, лишь пыталась втянуть воздух в грудь, но сама была без сознания. Понятное дело.

Мне даже было жутко смотреть на то, что осталось от верхней части её головы из-за того, что девушку протащило по камням. Да и на животе зияла страшная, глубокая рана.

«Сейчас бы хоть частичку регенерации — отдать ей», — подумал я.

«А почему нет? — возникла ответная мысль. — Я же уже нащупал все связи. Я только что победил монстра, который состоял из чистой энергии и превращал её в материю для нас. Это же так просто».

Я схватил сферу, выпавшую из монстра. Она была не золотой, а напоминала шаровую молнию: искрящийся клубок света. И начал впитывать её, как обычно. Но когда энергия стала перетекать в меня, я перенаправил её сквозь себя и вывел к Асакуре.

Да, я ещё не был натренирован. Но я уже видел те энергетические жилы, которые отвечали за её жизнедеятельность.

Где-то немного подсказывал Роб. Рядом тут же возник Рик.

— Я пока держу её, — проговорил он, — но это уже сложно… — и замолчал, понимая, что я делаю нечто, чего раньше никогда не делал.

А я вкачивал энергию в Асакуру. Причём, не напрямую из сферы, вряд ли это было бы возможно, а проводя через себя и добавляя что-то вроде регенерационной возможности. Что-то такое. По крайней мере, я на это надеялся.

А потом сфера как будто взорвалась. Нет, не было ни звука, ни взрывной волны. Только яркий, ослепительный свет поглотил всё вокруг. А когда свет исчез, и я снова смог видеть, Асакура лежала передо мной без заметных увечий. Она дышала глубоко, а точнее, наверное, только сделала самый первый вдох. А потом открыла глаза.

— Где он? — она хотела вскочить, но потом увидела моё лицо, мой внимательный взгляд, сосредоточенный на ней. — Ты его победил?

Я в ответ лишь облегчённо вздохнул. Почему-то мне не хотелось говорить. Но всё-таки сделал над собой усилие и кивнул ей.

Затем оглядел всех остальных и понял, что все до единого, включая моих помощников, замерли в остолбенении. Они просто не верили своим глазам. Человек, который по всем признакам не мог выжить, вдруг выглядел совершенно нормально, разговаривал и вообще порывается продолжить битву.

Первым в себя, разумеется, пришёл Роб.

— Теперь ты можешь взаимодействовать с мирозданием ещё на одном уровне, — сказал он. — Я пока не знаю, как это тебе поможет, но что поможет, уверен на сто процентов.

— Ага, — вдруг нашёлся Лёха, — может, тебе, это, в больницу пойти работать?

— Ага, — кивнул я, — лекари сейчас пользуются популярностью, это точно. Но нет, думаю, что в данном случае я забивал микроскопом гвозди.

— В каком смысле? — спросила Асакура, поднявшись, отряхнулась, оглядела всех, ощупала голову, живот, и посмотрела на меня. — Что произошло-то?

Вместо ответа к ней подскочила Юля, бросилась на шею и зарыдала:

— Я думала… Асакура, я думала, ты… эх… — Она не смогла договорить, вздохнула и крепче прижалась к своей наставнице. Та смотрела на неё с некоторым недоумением, но отстранять её не спешила.

— Что-то произошло, да? — утвердительно проговорила она, хотя и с вопросом в голосе. — Ну давайте рассказывайте, а то все стоят, будто языки проглотили, а я ничего не знаю.

— Ну, видишь ли, Асакура, — слово взял Роб, — дело в том, что, мягко говоря, ты была при смерти. Но Гардар, благодаря знаниям, полученным в последней битве, смог вылечить тебя.

— О, чудесно, — она посмотрела на меня и улыбнулась. — Теперь уже понятнее. Спасибо, дорогой друг. Я буду твоей должницей.

— Этого мне ещё не хватало, — буркнул я.

Я понимал, что усталость моя особо никуда не делась после поглощения последней сферы. Я не чувствовал себя лучше. Поэтому впитал ещё одну. Но усталость всё равно не проходила, она была другого свойства.

Мне нужно было по-настоящему отдохнуть. Желательно — длительное время. А тем временем наше сегодняшнее приключение ещё не было закончено.

Я-то вообще не рассчитывал на стычку в данже, по крайней мере на такую. После того как я одолел главного монстра, все остальные, которые ещё оставались, будто что-то почувствовали и скрылись в глубине пещеры. Идти за ними мы пока не хотели.

Тем более что у нас на руках были и другие раненые. Да и добычи, в целом, хватало. Плюс ко всему, где-то на выходе нас должны были ждать чёрные призыватели, из-за которых мы, собственно, сюда и явились.

Я собрал всех вокруг себя, пользуясь тем, что на нас никто не нападает, и провёл быстрое собрание.

— Итак, — сказал я. — Раненые держатся в конце. Сейчас подумаем, кто будет прикрывать арьергард. Вперёд — за мной, — продолжил я. — Встают сильнейшие призыватели. И в случае, если мы услышим чужих, сразу делайте вид, что вы устали, ранены, вымотаны, не знаю, несёте тяжёлую добычу. Короче, всё то, что от вас ждут.

— Но мы ведь и правда вымотаны, — проговорил толстяк, у которого на правой щеке виднелись кровоподтёки. — Мы без перерыва бились несколько часов. Я вот, если честно, прямо здесь бы сейчас лёг и уснул.

— К сожалению, друзья, — сказал я, — покой нам с вами только снится. Мы должны отсюда выйти, добраться обратно до нашего пансиона. И вот уже после этого мы сможем спокойно отдохнуть. Но до этого момента каждый из вас должен держаться на пике своих возможностей. Потому что то, зачем мы сюда пришли, ещё даже не началось.

Меня, конечно, терзали некоторые сомнения. А дело было вот в чём. Когда мы пришли в этот данж, он был по сути вычищен. Не было тут монстров, соответственно не было и сфер, и лута. Уж не знаю, только в одном направлении, которое мы выбрали, или во всех. Но чёрные призыватели могли на нас не клюнуть. Несмотря на то, что я попытался распустить слухи, как только мог.

Они могли решить, что мы тут ничего не найдём. В связи с этим даже выдвигаться бесполезно. Даже не знаю при сложившихся обстоятельствах порадовался бы я такому исходу или нет? Потому что, по себе, я реально чувствовал, насколько мы все вымотаны. У ребят на самом деле сил было только-только держаться на ногах.

А те, кто на нас нападёт, будут отдохнувшими. Да и вспоминая нападение в этом самом данже в конце весны, я понимал, что недруги будут пользоваться автоматами, пистолетами, гранатами, дымовухами, ещё боги знают чем.

У них не было никаких принципов. Они могут даже не рисковать петами против призывателей. Это против новичков можно было выпускать пета, что и сделал Старатель, чем подставил себя, запустив всю ту историю, закончившуюся его собственной смертью.

Но эти воры не будут рисковать. Они просто перестреляют нас — и всё.

А потом я подумал: может, они решили, что у нас и так с собой много всякого. Не обязательно даже ждать, что мы что-то добудем. Ну, тогда смысл напасть появлялся.

— Что-то придумал? — Асакура подошла ко мне и положила руку на плечо.

Я глянул на её разодранную на животе одежду. Затем посмотрел ей в глаза.

— Думаю, нас всё-таки встретят, — ответил я. — Причём встретят не с петами, а с оружием. И постараются вытрясти всё, что у нас имеется.

Затем я оглянулся на своих помощников.

— Йонир, — спросил я, — тебе как, выстрел из пистолета сильно повредит?

— Да вообще никак, — пожал плечами Йонир.

— Отлично, — сказал я. — В таком случае в авангарде иду я. Йонир, Рик и Моур. Мы вчетвером берём на себя преступников, если что. Все остальные двигаются на безопасном расстоянии. Я не хочу, чтобы вас хоть как-то задело.

— Я иду с тобой, — сказала мне Асакура.

— Нет, — отрезал я, вспомнив её окровавленное тело, белые осколки черепа, погрузившиеся в открытый мозг. — Ты защищаешь всех остальных. Кроме тебя этого сделать некому.

Венетто и Элфин уже забрались обратно в кольцо призыва. В подземелье им было неудобно.

Асакура пробуравила меня взглядом, тяжело вздохнула — но кивнула.

— Хорошо, Гардар. Будет сделано.

И мы вчетвером пошли вперёд.

Я глянул на Моура и понял, что ему предстоит заказывать новые доспехи. Большая часть металлических пластин отсутствовала, а те, что остались, были приведены в полную негодность. Моуру досталось от души.

Йонир тоже хранил следы битвы. Более того, он ещё так и не отрастил свой рог. При этом он прихрамывал. По Рику нельзя было сказать, что он сильно пострадал в битве, но по выражению его лица я видел: он тоже успел натерпеться.

В какой-то момент меня догнала Адель.

— А ты почему не с остальными? — спросил я.

Мы двигались не быстро. Прислушивался к тоннелям впереди, но пока я вообще не слышал и не чувствовал присутствия чужаков. Поэтому позволил себе задать этот вопрос.

— Я видела, как ты это сделал, — проговорила Адель. — У меня есть некоторые способности и возможности увидеть подобное.

— Ну, здорово, — ответил я.

— Ты даже не понимаешь, что ты сделал, — покачала она головой.

— И что же? — уточнил я.

— Здесь, в этом данже, а возможно, и в каких-то других пытались обкатать новую технологию. Нового монстра. Безупречного. Беспрогрышного. А ты его сломил. Ты понимаешь, что теперь за тобой будут охотиться?

— Так даже проще, — ответил я. — Мне не придётся тратить время, чтобы их найти.

Адель только покачала головой.

— Хочешь, я пойду в разведку? — предложила она.

— Зачем? — спросил я. — У нас для этого есть Рик. Иди лучше помоги Асакуре. Боюсь, скоро нам предстоит новая бойня.

Впрочем, для разведки мне уже не нужен был и Рик. Минут через двадцать после того, как Адель ушла обратно к группе, я их почувствовал. Просто увидел два тёмных энергетических клубка, стоящих метрах в трёхстах от нас, в параллельном тоннеле. Прислушивающихся. Наблюдающих. Ожидающих, когда мы пойдём мимо.

Я даже смог перекинуть часть своего сознания по этим нитям связи буквально вплотную к ним и услышал, о чём они говорят.

— Ну что, думаешь, будет у них добыча? — спросил один голос. — В данжа вроде никого и не было.

— Будет, — ответил второй. — Ты же видел, они новые тоннели прокопали. Всё у них будет. Поверь мне, я чувствую.

— Что-то они долго, — снова проговорил первый, видимо, по жизни сомневающийся. Как только в банду попал?

— Не дрейфь, — проворчал первый. — Раз долго, значит, добыча будет жирной.

«Жирная, жирная, — подумал я. — Такая жирная, что вы хрен утащите».

С одной стороны, мне не хотелось оставлять этих двоих в тылу. С другой, я не хотел, чтобы они успели предупредить своих. В итоге мы с Риком решили, что нас устроит компромисс.

Мы вдвоём пробрались к этой парочке разведчиков и без лишних слов скрутили их. Это было даже забавно. Я телепортировался к ним за спину, тут же рядом появился Рик и сказал им: «Бу!»

Один тут же схватился за сердце. Второй попытался закричать, но я его уже вырубил.

В карманах у обоих действительно нашлось оружие. У каждого был перстень призывателя. Одним словом, приманка действительно клюнула. Теперь нужно было понять, где находятся основные силы.

Я попытался прощупать туннели своим новым умением. Но то ли я был слишком вымотан, то ли умение ещё недостаточно развито, но я мог дотягиваться только метров на четыреста-пятьсот. Хотя, возможно, это — здесь, в данже, предел. На открытом пространстве, думаю, смогу дотянуться куда дальше.

И вот, километра через два Рик вернулся из разведки и доложил:

— Их там очень много. Они буквально перекрыли все туннели. И, судя по всему, все серьёзно вооружены.

— Вот сволочи, — ответил я.

Посмотрел на Йонира, на Моура. После чего перевёл взгляд на Рика.

— Ну что же, дорогой, — сказал я. — Показывай, где нас ждут эти недо-призыватели?

Глава 18

Мы вчетвером подошли как можно ближе к первой засаде. До тех, кто хотел нас устранить, оставалось метров пятьсот, может быть, чуть меньше. Когда мы пойдём дальше, они услышат наши шаги и напрягутся.

В этом месте я снова применил своё магическое видение. Тщательно просмотрел все ближайшие энергетические связи. Это было достаточно удобно: вся банда была связана между собой, и от каждого члена шли тусклые нити к остальным.

«Да и почему мне раньше подобное не было подвластно?» — усмехнулся я. Впрочем, неважно.

Я оглядел своих спутников, но обратился к ним на мысленном уровне, чтобы меня не услышали противники:

— Действуем так: мы с Риком заходим к ним в тыл. Причём я это делаю мгновенно, а Рик прибывает чуть позже. И мы выносим все эти засады одну за другой. Вы ставите, скажем так, контр-засаду. Если вдруг побегут на вас, то кого поймаете, тех и нейтрализуйте.

— Это как-то несправедливо, — ответил мне Моур. — Получается, что мы вообще практически не будем участвовать в битве.

— Ну, по сути, да, — кивнул я. — Но вы не забывайте: в данном случае нам противостоят люди. А я не хочу, чтобы ты или Йонир сильно прессовали людей. Вы же их убьёте, и не заметите. А мне бы очень не хотелось, чтобы это произошло.

Я кивнул в сторону Йонира и сказал Моуру.

— Спроси у него про два пальца, если не веришь.

— Да, когда это было-то? — отозвался Йонир. — Можно было бы и забыть давным-давно.

— Ну, как видишь, не забыл. Поэтому, ребят, без обид, — продолжил я, — вы — на подхвате. И да, только в том случае, если вдруг эти подонки на вас выскочат. Постарайтесь не убивать их. Потому что наша задача — как можно больше сдать Илюру. И пусть он сам с ними разбирается. Он — официальная власть в этом городе, а мы с вами ну, скажем так, сейчас что-то вроде метёлки и совка.

— Чур, я — метёлка, — проговорил Йонир и посмотрел на Моура.

Оба захихикали. И вот это мне уже нравилось.

— Но может случиться так, — продолжил я, — что я найду того, кого можно будет допросить. В этом случае продвигайтесь вперёд. Но вводные те же: стараться без трупов. Всё, давайте. Считаю операцию начавшейся.

А дальше началось одно из моих очень немногих противостояний с людьми. Но противостояние это было весьма необычным.

Когда я телепортировался в тыл самой дальней группы, я ожидал встретить кого угодно — даже демоноборцев. Но нет. Эти призыватели были совершенно незнакомы мне. При этом все они были пятого ранга, но значительно более продвинутые. У каждого было по несколько петов, и петы эти были достаточно резвыми и агрессивными. Каждый из них мог спокойно завалить монстра уровня этак до пятнадцатого.

Я очутился в группе, насчитывавшей около десяти призывателей и порядка двадцати пяти петов. Поскольку появился в месте, где меня никто не ожидал увидеть, я получил фору в несколько секунд. Естественно, я не стал тратить её попусту.

Несколькими взмахами меча уполовинил количество петов, противостоявших мне. Пока призыватели сообразили, что на них напали сзади и повернулись, натравив на меня своих петов, количество последних сократилось уже до пяти.

Эти прыгнули разом. Один даже сумел дотянуться до моего запястья, но я ударил молнией, и обугленная туша рухнула на пол данжа. Остальных я всё так же порубил. После чего замер, лишь искоса глянув, как исчезает рана от клыков пета.

Призыватели уставились на меня, обнажив оружие.

— Так ты? — рявкнул большущий мужик, видимо, главный из них.

— Это неважно, — ответил я. — Это вот мне интересно: кто вы такие? Казалось бы, призыватели с нормальными петами, но вместо того чтобы честно охотиться на монстров, вы отнимаете добычу у других, более слабых.

— Тебя это вообще колыхать не должно, — ответил главный и выпустил по мне очередь из автомата.

— Мне вот интересно, — сказал я, не обращая внимания на пули, отскочившие от жилетки. От единственной пули, летевшей в голову, я спокойно увернулся. — Где вас так учат разговаривать? Мы же с вами принадлежим к одному виду. Более того, мы все — призыватели. Почему вы ведёте себя так, будто чем-то лучше других?

Теперь по мне открыли огонь сразу со всех стволов.

Я оценил, что они достаточно быстро заняли такую позицию, чтобы в одном тоннеле не перекрывать друг друга. Это была отработанная тактика. Значит, они действовали слаженно.

Я снова телепортировался за их спины, с сожалением понимая, что энергия для подобного у меня начинает иссякать. Если я правильно посчитал, мне хватит на пару больших перемещений и около десятка коротких. Что ж, придётся экономить, ничего не попишешь.

Да, эти мысли пронеслись у меня лишь на периферии сознания. Я же подскочил к ближайшему ко мне призывателю, который вместе с товарищами ещё пытался понять, куда я делся, и мгновенно скрутил его, заведя руки за спину и стянув их его же ремнём.

Я немного ускорился, поэтому остальные даже не успели понять, что произошло. Я уложил недопризывателя мордой в пол. Затем за ним последовал второй.

Третий уже услышал стоны и шорох сзади, начал поворачиваться, но ударом ноги я вбил его в стену тоннеля, бросив:

— Тобой займусь чуть позже.

И заметил остальные уже развернулись ко мне. Правда, медленно, словно в кино.

— Ну что же? Потанцуем? — ухмыльнулся я.

И в меня снова посыпался град пуль. Неосмотрительно действуют, ребятки. На этот раз мне даже не пришлось телепортироваться. Я прыгнул, пролетев над их головами, и оказался лицом к лицу с тем, кто, кажется, был командиром этой группы.

— Тебе хана, — проговорил он и попытался выпустить в меня часть обоймы буквально в упор.

Я выхватил у него стреляющий в меня автомат, развернул и дулом воткнул ему в живот.

— Ты чего же делаешь? — прошипел он.

— Это мы с тобой выясним потом, — ответил я, чувствуя, как в меня целятся остальные.

Конечно, я был значительно быстрее этих ребят, но недооценивать их тоже было не нужно. Всё-таки одну пулю я успел словить, причём в бедро, туда, где жилетка меня не защищала.

А вот ранений в торс я не боялся вообще, броня и регенерация надёжно прикрывали. Да чего там говорить, я даже удара пули в жилетку почти не чувствовал. В отличие от того, как было бы с обычным бронежилетом.

Ещё минуты две ушло на то, чтобы раскидать и обезвредить остальных. Среди них совершенно точно было две сломанных челюсти. Я отлично слышал хруст костей, когда бил кулаком снизу и чуть-чуть сбоку. Ещё я переборщил с тем, чтобы кидать людей в стороны. Всё-таки они гораздо более хрупкие, чем мне казалось.

Я уложил всех мордой в пол, включая троих, которые уже находились без сознания — слишком сильно приложил их об стены тоннеля — и вернулся к начальнику группы.

Тот пытался дотянуться до рации, но боль от автомата, воткнутого в живот, не давала этого сделать. Да и я сомневался, что рация будет работать в условиях данжа, для этого нужны передатчики в самих тоннелях. А что, если они их сделали?

Ну да ладно, это сейчас было не столь важно. Важно было совсем другое.

— Ну что, неуважаемый? — я сел перед командиром этой группы и хлопнул в ладоши, потирая их. — Подбери слюни и рассказывай: кто, откуда, зачем и сколько раз?

Тот собрал кровавую слюну у себя во рту и плюнул мне под ноги.

— Тя это вообще чпокать не должно, козлина, — прохрипел он.

— Знаешь что? — сказал я, присаживаясь рядом с ним. — Давай обойдёмся без оскорблений. Знаешь, я этого дела не люблю. В принципе, ты сейчас ещё жив только потому, что мне нужна информация. Кто вы? Откуда? Сколько у вас человек? Зачем вы всё это делали?

Вдалеке послышались выстрелы и характерный рёв пламени. Ого, значит, Йонир с Моуром уже вступили в бой на другой засаде.

Предводитель с надеждой поглядел в ту сторону.

— Тебе не на что рассчитывать, — покачал я головой. — Твои люди… ну, я постараюсь, чтобы кто-то из них выжил, скажем так.

— Тебе всё равно каюк, — пообещал мне чёрный призыватель.

— Ты не поверишь, — ответил я, — но если бы каждый раз, когда мне подобное обещали, я брал хотя бы по одной сфере, у меня сейчас их было бы столько, что можно было бы завалить весь этот данж.

— Да чё ты о себе вообразил, малолетка? — прохрипел командир.

Я подумал, что, видимо, недостаточно глубоко засунул ему дуло автомата в живот, раз он так разглагольствует. Взглянув на энергетические нити внутри него, я понял, что жизненно важные органы не задел. Дуло вошло максимум на пять сантиметров, пришкварив жир, пройдя сквозь мускулатуру пресса и остановилось в сантиметре сбоку от печени.

— Ты просто не понимаешь, с кем связался, — покачал головой раненый.

— Вот и за эту фразу, кстати, тоже, — сказал я. — Не нужно всех этих понтов. Всё. Считай, что отпонтовался. Говори.

Но командир группы не спешил делиться со мной информацией.

— Послушай, — сказал я, слегка надавив на автомат, так что он впился ему ещё глубже и потревожил разорванные ткани, от чего призыватель побледнел и вскрикнул. — Мне правда недосуг оставлять тебя живым. Мне достаточно любого другого из твоих людей. А потом здесь ещё есть другие группы. Возможно, кто-то из них останется в живых. Может быть, не всех оприходует мой демон.

Внезапно в глазах командира проскочила догадка.

— Ага… ты… тот самый хер, который юзает дьявола, морского дракона, ещё какую-то летающую каркозябру, — кровавая пена запеклась на его губах.

— О, я гляжу, слава обо мне летит далеко вперёд меня, — я снисходительно кивнул.

— Ну, если это можно назвать славой, — криво ухмыльнулся мужчина. — На деле все считают тебя слабаком, который неспособен ни на что дельное.

— За глаза все говорить горазды, — я ослепительно улыбнулся. — Это как в том анекдоте: «Когда меня нет, можете меня даже бить», — я усмехнулся. — Давай по делу. Кто вы такие?

— Мы — Лига призывателей — За справедливость, — ответил он.

— Так-так-так? — я свёл брови вместе. — Что ещё за Лига призывателей?

— Во многом благодаря тебе, насколько я знаю, мы и образовались. Это же из-за тебя начались репрессии среди топовых гильдий, — мой противник скорчил гримасу, как будто я ему отвратителен.

— Ну нет, дружок, — покачал я головой. — Репрессий не было. Просто главы гильдий решили вдруг поучаствовать в госперевороте. И, чтобы ты понимал, благодаря этому лишились практически всего.

— Ты можешь думать как угодно, — покачал головой командир группы.

Остальные в это время извивались. Те, кто были без сознания, начали приходить в себя. Но меня заинтересовал этот человек. Надо же, пытаются на меня переложить ответственность за свои поступки. Вот это да.

— Как бы там ни было, — из уголка рта призывателя потекла струйка крови. — Но это именно после того, как ты связался с императором. Как ты поехал к тому порталу, у нас начали отбирать данжи. Именно поэтому главы гильдий объединились и выступили против этого. И что с того, что они оказались на стороне Старра? Они всего лишь хотели восстановить справедливость, которая из-за тебя пострадала.

Он вдруг замолк, решив, что сказал лишнего. Но мне этого было ещё мало. Я должен был знать всё.

— Продолжай, — сказал я. — Иначе автомат в твоём пузе выстрелит.

Один из призывателей попытался подползти ко мне, уж не знаю, по какой причине. Но тут перед ним появился Рик.

— Замри на месте, — сказал призрак, и в воздухе явно запахло мочой.

— Ещё кто-то пугается, — с прискорбием проговорил начальник группы. — Ладно. Тут и скрывать-то нечего. Семь глав гильдий из топ-10 посадили в кутузку. Ты знаешь, что с ними там произошло?

— Меня это не волнует, — покачал я головой. — Они получают заслуженное наказание.

— Это те, кто остался жив, — ответил призыватель.

И тут я вспомнил, что в ту пору, когда Старр выдавал себя за императора, он расстрелял несколько глав гильдий, потому что боялся, что его узнают и попробуют объявить императора нелегитимным. Что, собственно, и случилось. И Арнам Дэус, скорее всего, уничтожил бы его, если бы не вмешался я.

— Большая часть глав гильдий убита, — проговорил командир группы, причём с таким выражением, будто это я лично взял в руки оружие и убил всех этих глав гильдий. — Твой император распорядился, — сказал он.

— Во-первых, император не мой, — ответил я. — А во-вторых, уж поверь мне, я знаю, чьих рук это дело. И император не имеет к этому практически никакого отношения.

— Совсем заврался, да? — и призыватель снова сплюнул.

Рик тем временем, практически полностью материализовавшись, оттащил остальных подальше, чтобы они не могли вмешаться в наш разговор.

Крики и шум пламени в тоннелях нарастали. Йонир с Моуром явно продвигались к нам.

— Но кроме глав гильдий были ещё и призыватели, состоявшие в этих гильдиях, — продолжал мужчина. — И что ты думаешь? Самых приближённых к главам гильдий тоже посадили, многих казнили. А остальных просто лишили всего. Данжей. Денег. Смысла жизни. Жилья. Нас лишили всего, — он сглотнул, попытался набрать в лёгкие воздух и скривился от боли.

Я мог бы вылечить его за минуту, если бы захотел. Но я не хотел этого делать.

Я вспоминал, как вот такие же негодяи, прикрываясь, возможно, сказкой о мести и справедливости, а может быть, благими целями, уничтожили почти два десятка недавно инициированных призывателей. И всё только ради того, чтобы данж перешёл под юрисдикцию мэра, ставленника Старра.

И это Старр убил глав гильдий и их помощников. По поводу лишения данжей, здесь, да, — спорить бесполезно. Это было дело рук императора. Но ведь и было, за что.

— Так почему же вы решили нападать на простых призывателей? — уточнил я. — Кто вам сказал, что так будет хорошо? Почему вы не смогли, объединившись в одну, скажем, гильдию, просто зарегистрировать её и стать обычными призывателями: ходить в данжи, убивать монстров, получать сферы? Почему вы этого не сделали? Более того, могу тебе сказать: многие, судя по всему, из таких же, как вы, пришли в мою гильдию.

— Я те сказал, за кого тя считают, — проговорил призыватель, тяжело дыша. — Все наши беды в том числе из-за тебя. Мы не пойдём в твою гильдию. А честными… Мы уже были честными. Мы работали. Умирали, сука. Петов своих не жалели! А нас выкинули на помойку, как никчёмные тряпичные игрушки, надоевшие детям.

Он снова сплюнул кровь.

— И мы уничтожим вас всех. Чтобы не было ни одного призывателя, работающего на государство. Будем только мы — и мы будем диктовать свои условия. И вот тогда, может быть, кто-нибудь задумается, что не стоило рубить всё с плеча. Но будет уже поздно. Потому что мы уже захватим всё.

— Где располагается ваша организация? — спросил я.

— Больше я тебе ничего не скажу, — прохрипел он.

— Да ради богов, — ответил я, — не хочешь — не говори. У меня есть варианты, как вытащить эту информацию из твоих недр.

Я усмехнулся. И, видимо, что-то в моей усмешке не понравилось командиру этой группы призывателей.

— Но я бы всё-таки предпочёл, чтобы ты ответил сам, — подытожил я.

— Пошёл ты. Я всё равно скоро сдохну, — ответил призыватель.

— Ну так будет ещё проще, — сказал я. — Рик, тут товарищ хочет сдохнуть. Ты потом допросишь его душу?

— Да без проблем, — ответил Рик, сделал вид, что засучивает рукава. — Давненько я не допрашивал души. Даже соскучился, надо сказать.

А затем он подлетел к моему собеседнику и замер примерно в полуметре от его лица.

— Ну ты чё, — сказал он ему, — скоро сдохнёшь-то? Сколько мне ждать?

По туннелю в нашем направлении раздался топот. Командир группы встрепенулся, глянул туда и попытался заорать:

— Стойте, сюда нельзя! — но смог лишь это прохрипеть. Голос его не слушался.

— Я возьму их на себя, — сказал Рик.

И вскоре из туннеля послышались крики, стрельба. Чуть дальше слышался голос Йонира. Мои помощники вычистили ещё три гнезда, в которых засели бандиты.

— Ну так что? — сказал я. — Нет, мы можем не ждать, пока ты сам умрёшь. Можем сделать так: я тебе помогу сейчас, а потом мы сразу же тебя допросим. Но я всё равно получу всю ту информацию, которая мне нужна. Я хочу, чтобы ты это понимал. Никакой жалости у меня к тебе нет, потому что я видел, как подобные тебе уничтожают, не считаясь ни с чем, молодняк, который мог бы жить и жить, который мог бы быть куда лучше вашего брата.

У меня перед глазами вновь вставали события того дня, словно это было только вчера.

— Вы же не видите ничего, кроме прибыли. Я-то думал, может быть, вы просто слабые, хотите жить красиво. А вы все пятого ранга, да ещё и прокачаны. Но ведёте себя как бандиты. Мне даже странно: почему вас всех не сгноили в тюрьме вместе с остальными? Почему вы на свободе?

— Потому что мы не участвовали в госперевороте, — сухо ответил призыватель.

Крики и стрельба в туннеле уже стихли. Оттуда доносились только стоны. Я потянулся вдаль по туннелям к своей группе и понял, что они остановились где-то в двух километрах, рядом с обезвреженными мной разведчиками.

Ещё две группы оставались в засадах. Это из тех, о которых я знал. Но, судя по всему, они уже напряглись и начали постепенно отходить к входу. Ничего, их я тоже успею нейтрализовать.

— В любом случае, — проговорил я, — вся твоя группа обезврежена. И то, что вы не участвовали в госперевороте, ничуть вас не оправдывает. Вы совершили куда более тяжкое преступление. И я буду лично ходатайствовать, чтобы вы получили надлежащее наказание.

— Это неважно, — оскалился призыватель. — Уже ничего не важно. Ты просто не понимаешь, что скоро всему, что ты знаешь, придёт конец. Всё будет сметено.

— Да, всё я прекрасно знаю. С чего ты решил, что я не знаю? — ответил я. — Давай, все явки, пароли, байки про Коллапсара.

И по взгляду командира группы я понял, что это имя для него не пустой звук.

Затем я протянул логические цепочки через всё, что происходило, и подумал, что, наверное, такую группу могли собрать только те же, кому нужен был и Старр.

— Вы работаете на Теневую империю? — прямо поинтересовался я.

— Ха-ха-ха, Теневая империя, — проговорил призыватель. — Да, — внезапно ответил он, подняв подбородок. — Мы работаем с друзьями из Теневой империи. Мы — величайшие призыватели, которые основали сильнейшую гильдию. И мы станем топ-1 во всём мире.

— Я сейчас чего-то не пойму, — сказал я. — То мир закончится, то вы станете топ-1 во всём мире. Зачем становиться топ-1, если мира не будет? Где логика?

— Мы станем единственными, — ответил на это призыватель. — И этого будет вполне достаточно. Мы получим за своё унижение сполна — за то, что вы нас обокрали и пытались сгноить, ждали, пока мы сгинем.

«Итак, — думал я, — ниточки снова ведут к Теневой империи. Значит, они не успокоились. Значит, проект под именем 'Старр» был не единственным. Они воспользовались тем, что после госпереворота осталось достаточно недовольных людей, и благодаря этому начали действовать.

Что ж, будь я на их месте, наверное, поступил бы точно так же. Более того, я запустил бы сразу несколько проектов, которые проникли бы в разные сферы: не только среди призывателей, но и среди артефакторов, учёных, — я невольно вспомнил про Марка Евгеньевича. — В разных страна, — тут я вспомнил про население Островов, которые сейчас ютились на двух небольших клочках суши. — Да, я бы обвил всё, словно паутиной, словно корнями, оплел бы всё то, что мне требуется'.

И в это мгновение перед моим внутренним взором снова встала та самая пещера — невероятный мегалоподобный узел, сквозь который проходили миллионы энергетических канатов.

Но меня сейчас интересовал только наш энергетический канат, входящий в стену нашего мира. Я вспомнил, как сидящие на этом канате, присосавшиеся к его структуре — то ли пауки, то ли спруты вкачивали в него нечто тёмное.

И это самое тёмное струилось вдоль по канату вместе с остальной лучистой энергией.

«А что, если, — подумал я, — оно выходит здесь наружу, в этом мире, и становится некой тёмной кляксой, не видимой для всех остальных, неким пятном, некоей… Теневой империей? Чем-то таким, что было нам неподвластно, не видно. То, о чём мы понятия не имели, но в нашем собственном мире. Как будто некий анклав этих самых тварей, пытающихся нас захватить? Их плацдарм в этом мире?»

И тут я, видимо, немного потерял внимательность, задумавшись. Воспользовавшись этим, командир обезвреженной мной группы вытащил из кобуры пистолет и выстрелил в меня.

Он целился снизу вверх — в туловище. Но мне было плевать. Регенерация сделает своё дело. Ничего страшного.

Но он подписал себе приговор.

Я выхватил меч и отрубил ему голову.

А затем увидел оранжевое пламя Йонира, который гнал на нас ещё несколько человек.

Глава 19

К чести моих помощников, они не убили просто так ни одного человека. Да, без жертв всё же не обошлось, потому что многие из чёрных призывателей просто кидались на демона или на Моура с гранатами, автоматами, пистолетами, какими-то саблями, одним словом, не оставляли себе шанса выжить. Те же, кто сдавался, разумеется, выживали.

Вот таким образом, когда Йонир пригнал к нам ещё группу бандитов, у нас собралось вместе около двадцати человек.

Я как раз смог чувствовать себя уже нормально после ранения, потому что, конечно, несколько секунд я простоял, согнувшись, ожидая, когда рана от пули перестанет причинять дикую боль и затянется. Обезглавленное тело начальника тыловой группы всё ещё лежало передо мной.

— Ну что, узнал, что хотел? — спросил Йонир, складывая своих задержанных рядом с моими.

— Как ни странно, да, — ответил я. — Вот только его ответы мне не до конца ясны.

— Ну что ж теперь, постепенно всё прояснится, — ответил на это Йонир.

— Да вот боюсь, нет у нас времени для того, чтобы выяснять всё постепенно, — я развёл руками.

— Всё так серьёзно? — это уже подоспел Моур, вместе со своими каменными големами, которые тащили двух разведчиков, которых я обезвредил в самом начале.

— Всё серьёзно, — кивнул я. — Все эти недопризыватели работают на Теневую империю. Продолжают, по сути, дело Старра, пытаясь расшатывать и уничтожать империю.

— Вот твою мать! — Йонир сплюнул на пол горящим комком. — Что им спокойно-то не живётся⁈

— Да, — я обвёл рукой груду тел, — считают себя униженными и оскорблёнными. Все им должны, все обязаны. А они будут работать на врага. Так получается.

— Что делаем дальше? — вмешался в наш разговор Рик.

— Сейчас подождём Асакуру с остальными, — ответил я. — Ты лети, проконтролируй остальные группы. И после этого, наверное, дуй к армейским, пускай уже оцепляют всё и задерживают тех, кого упустили мы.

— Слушаюсь, — Рик шуточно приложил руку к голове, словно отдавал честь, но практически сразу стушевался, поняв, что это сейчас немного не к месту.

Я в свою очередь подумал о том, что, конечно, мог бы сейчас телепортироваться к Асакуре, но слишком уж мало осталось у меня портальной энергии для телепортации. Именно поэтому я попытался дотянуться до воительницы через множественные связи, которые нас с ней соединяли. Связи эти были энергетические, поэтому пространство между нами на них по сути никак не влияло. Теоретически я мог бы до неё дотянуться даже из другого мира. И вот это было уже очень интересно. Но экспериментировать я пока не хотел.

Вспомнив, в принципе, об экспериментах, я ощутил, что кое-что упускаю. У меня на сегодня на час дня была назначена встреча с Арнамом Дэусом.

— Твою мать, — подумал я. — Ну никак это не укладывается в текущую ситуацию. Ну да ладно, — решил я, — что-нибудь придумаю.

Разобравшись с этим, я потянулся к воительнице.

— Вы как? — спросил я.

— У нас двое раненых, которым становится всё хуже, — ответил мне Асакура. — Я пытаюсь что-то сделать, но нужна серьёзная медицинская помощь.

— Я понял. Выходите, мы их обезвредили, — передал я ей.

— Идём, — коротко ответила Асакура.

Я даже удивился тому, как легко получилось наладить мысленную связь между нами без всяких костылей, как я делал это раньше, используя возможности связи с петом. Получается, делал это через него. Сейчас я вполне свободно связался с нею напрямую.

А потом проследил за тем, что они действительно пошли в нашу сторону.

«Ну, здорово, — подумал я. — С этим решено».

Моур тем временем создал ещё несколько големов. Те подхватили задержанных и потащили к выходу. Обе необезвреженные нами группы бандитов уже снялись и пошли к выходу. Ну, ничего, их там должны встретить, как и ту часть призывателей, которая осталась снаружи. Рик должен будет успеть предупредить армейских.

Асакура вместе со всей остальной группой дошла до нас. Дополнительные големы подхватили раненых, и мы все вместе потихоньку пошли наружу.

На самом выходе, как ни странно, уже горел тусклый свет. Это были какие-то дежурные лампочки, но я увидел, что там, где была каптерка охраны, стоят несколько человек в полицейской форме. А между ними, на полу, лежит какой-то человек в костюме. Возможно, это был хозяин данжа. Не знаю. Сейчас меня это не должно было касаться.

Когда мы вышли, на нас сначала направили оружие, но потом, признав, опустили. Вперёд вышел полковник Чернов, который и командовал всей наземной частью операции.

— Ну что? — сказал он. — Смотрю, неплохой улов.

— Да, приличный, — кивнул я на ряд скрученных тел. — К сожалению, без потерь среди бандитов обойтись не вышло.

— Ну что ж, бывает, — философски заметил Чернов. — Они же наверняка оказывали сопротивление?

— Конечно, — я показал на штанине дырку от пулевого ранения.

— Ого, — сказал тот. — Тебе медицинская помощь-то не нужна?

— Нет, всё в порядке, — ответил я. — На вылет прошла.

Полковник лишь кивнул.

— Мы тоже задержали несколько человек, — проговорил он так, словно докладывал о проведённых мероприятиях. — Две группы, которые выходили из данжа, и ещё две внешние группы, которые ожидали здесь с машинами, чтобы, увести добычу.

— Ну, отлично, — сказал я. — Значит, можно считать, операция выполнена успешно.

— Хотелось бы считать, — ответил Чернов, — только пока все молчат. Как рыба об лёд.

— Ну, ничего не попишешь, — я развёл руками, и тут увидел перед собой Рика, который с непониманием смотрел на меня, мол, почему я использую его жест? Это вызвало у меня искреннюю усмешку. — Постепенно расколем.

— Ну, мы, конечно, постараемся, — ответил полковник. — Точнее, даже не мы — наши коллеги из полиции. Возможно, подключим и своих следователей. Но всё равно я хотел бы узнать у тебя: ты случайно не допрашивал ли кого-то? Может быть, есть какая-то интересная информация?

— Кое-какая информация есть, — ответил я, — но вы меня извините, полковник, ею я буду делиться исключительно с Илюром Сапегой. А если он посчитает нужным, то, соответственно, расскажет и вам.

Полковник нахмурился, тяжело вздохнул, после чего сказал:

— Что ж, на это вполне резонно. Я понимаю, что некоторые вещи требуют осторожности.

— Исключительной осторожности, — подчеркнул я. — То есть то, с чем мы столкнулись, это не просто банда. Поэтому не спускайте с них глаз. Я вас очень прошу.

Полковник кивнул и пошёл раздавать своим подчинённым указания.

А я прошёл вдоль задержанных, как скрученных нами, так и тех, кого взяли военные вместе с полицией. Мне было интересно: есть ли среди них знакомые лица?

Но нет. Сколько я ни вглядывался в эти физиономии, не мог увидеть никого, с кем общался раньше. Возможно, кого-то из них я видел раз-другой, но не запомнил. Что ж, это не столь важно.

Пока мы разговаривали с полковником, раненых уже погрузили в скорую. Разумеется, раненых из моей гильдии, в первую очередь. А уже потом, в сопровождении, грузили раненых из числа задержанных.

Затем я посмотрел на светлеющее небо и понял, что поспать мне сегодня опять будет не судьба. Собственно, так оно и вышло.

Мы успели доехать до пансионата, где все члены гильдии разбрелись по своим номерам. Я пошёл к себе, потому что предпочитал находиться вместе с ребятами, а не родительской квартире. Тем более там было и негде.

Принял душ, оделся и улёгся на кровать. Сна не было. Да, я думал, что если полежал бы минут тридцать-сорок, то, возможно, уснул бы. Но сейчас спать не хотелось совершенно.

В этот момент в дверь постучали.

— Входи, Асакура, — сказал я привычно.

Она открыла дверь, но на этот раз была не в лёгкомысленном халатике, а одета довольно строго. Но при том уже в чистом, то есть успела сходить в душ и переодеться. А за её спиной стояли, скажем так, те, кто был у истоков гильдии: Лёха, Ника, Кевин и Юля.

— Я так чувствую, нам предстоит мини-совет, — сказал я.

— Совершенно верно, — кивнула воительница. — Мы все понимаем, что дела серьёзны.

— Да, —согласился я, — но что мы можем пока согласовать? Я даже не могу сказать.

— Во-первых, — сказал Лёха, входя ко мне в комнату, — мы должны согласовать наши действия. Вот прямо сейчас сесть и распределить, скажем так, роли. Но для этого мы должны знать целиком и полностью всё, что происходит.

Я вызвал своих помощников. Да, в этой комнате они едва умещались — в отличие от гостиной в нашем доме возле столицы. Но я считал, что полноценный совет, пусть и мини-совет, должен проходить только с ними.

Вкратце я рассказал всё, что мне было известно — начиная с того, что я узнал за порталом, и заканчивая тем, что сказал командир группы чёрных призывателей.

Многое из этого ребята уже знали, но я постарался уложить это в какую-никакую систему и рассказать максимально кратко, насколько только мог, опираясь исключительно на то, что видел или слышал. Ну, плюс с некоторыми домыслами, которые помогали привести, так сказать, всё к общей формуле.

Иногда мне помогал Роб, так как он знал всё то же самое, что знал и я. Если я где-то что-то забывал или не мог до конца правильно интерпретировать, он всегда помогал с этим. В какие-то моменты ребята задавали свои вопросы, уточняя тот или иной момент, и на них я тоже отвечал, как можно более полно.

Когда я закончил, воцарилось долгое молчание. Человеческая часть моей гильдии либо пребывала в задумчивости, либо переглядывалась между собой. Мои помощники из нечеловеческой части, в основном, просто пребывали в задумчивости.

— Мда, — наконец нарушила тишину Асакура. — Даже не знаю, что по этому поводу сказать.

— Говори всё, что думаешь, — сказал я. — Потому что у меня, конечно, есть кое-какие мыслишки, но я хочу послушать вас.

— Ну что ж, — проговорила Асакура, — полагаю, надо собирать ударный корпус. И ударять по Теневой империи.

— Ну, не зря же этого никто ещё не сделал, — ответил я. — Она находится в таком месте, где до неё не так уж просто дотянуться. Вокруг неприступные хребты, с воздуха тоже ничего не видно — постоянный туман. Никто оттуда не выходит; если кто-то туда идёт — он никогда не возвращается. Спутники не видят, что там происходит. Это не так легко, как тебе кажется.

— Ну и что же? — пожала плечами Асакура. — Может, взять да и разбомбить там всё к чёртовой матери самыми современными бомбами? Может, туман рассеется, хребты расколются, а мы заодно узнаем, что там внутри.

— Хорошо, — кивнул я, — а вдруг там живут ни в чём не повинные существа, которых просто оболгали? И вот этой их закрытостью пользуются, чтобы сваливать на них всех собак?

— Я сейчас не поняла, — сказала Асакура. — Ты их оправдываешь, что ли?

— Я их не оправдываю, — усмешка всё-таки коснулась моих губ. — Я более чем уверен, что именно они причастны ко всем нашим бедам. Но мы должны предполагать и такое развитие событий. Я лично не понаслышке знаю, что такое быть оболганным. Да и потом, вдруг в Теневой империи действительно живут какие-то другие, просто непонятные нам существа? Сразу бомбить?

— Тогда не знаю, — вздохнула Асакура. — Выкидывать туда десант — подготовленный?

— Вот, смотри, — сказал я, стараясь представить ситуацию вообще со всех сторон. — Если взять, к примеру, того же Старра, он был очень высоко на государственной службе. Те же призыватели, которых мы с вами сегодня задержали, тоже, знаешь ли, не последние люди в империи. Теперь внимание, вопрос: как ты думаешь, сколько старших офицеров из армии завербованы Теневой империей? Полагаю, что там будет известно об операции раньше, чем о ней узнают непосредственные исполнители.

Асакура ещё крепче задумалась.

— Ну, надо что-то делать, — сказала она.

— Надо, — согласился я. — И в первую очередь необходима разведка.

— Но как? — Она посмотрела на меня.

— А вот об этом мы с вами должны подумать, — сказал я. — Но мне кажется, не прямо сейчас. Полагаю, что мы с Риком имеем достаточно возможностей для того, чтобы идти в разведку.

— Я пойду с вами, — безапелляционно заявила на это Асакура.

— Ася, — сказал я и покачал головой. — Ну что ж ты лезешь-то всё время на рожон?

— Да, потому что я хочу быть на острие событий, — ответила она.

— Это острие может тебя проткнуть, — сказал я. — Это доставит боль, в том числе и мне. Но, кроме меня, многим и многим людям.

Я посмотрел на Юлю Кузнецову, на Нику, на остальных. Все они испытывали к Асакуре особые чувства. И все кивнули в ответ на мои слова.

— Что бы вы там ни испытывали, — сказала она, оглядев всех, — это не значит, что я буду сидеть дома, готовить детей, рожать борщи. Я — воин. А значит — я буду биться. Баста.

Я усмехнулся. Мне нравилась её целеустремлённость и верность своим внутренним идеалам. Наверное, за это я и приблизил её.

— Хорошо, — сказал я. — Опять же, это вопрос немного будущего времени. Да, нам нужно будет провести разведку в Теневую империю, нам нужно будет понять, как именно пожиратели миров попытаются захватить наш с вами мир, для того, чтобы дать им отпор. Но сначала нам нужно сделать то, зачем мы сюда приехали, а именно — найти артефакт времени. И это откладывать в долгий ящик нельзя. Вполне возможно, что сегодня я встречусь с Илюром и сразу же после этого пойду в данж.

— А мы? — спросил Лёха.

— Нет, — покачал я головой. — Только я.

— Нет, — твёрдо сказала Асакура.

— Хорошо, — согласился я, — мы с Асакурой пойдём в данж. Остальные должны будут вести наблюдение. Причём не только вы, вся наша гильдия. Раздайте задания, разъехаться по различным данжам в пределах от Канда и до Аэтона. И наблюдать, наблюдать за другими призывателями. Мы должны вычистить всю сеть предателей. Для того чтобы, когда мы столкнёмся с серьёзным неприятелем, нам не ударили бы в спину. Так что на вас, я бы сказал, лежит ещё более серьёзная задача, чем на нас с Асакурой.

— Я бы тоже хотел увидеть ту самую пещеру с энергетическими канатами, — проговорил Лёха.

— И я, — согласилась с ним Юля.

— А мне страшно, — ответила Ника. — Я высоты боюсь.

— Придёт время, — сказал я. — Если вам это будет суждено, вы увидите. Если нет, то, извините, это не от меня зависит. У меня лишь одно желание, наконец-то избавить мир от угрозы.

— Подожди, — сказал Лёха. — Это получается, что если мы победим, то не будет уже ни монстров, ни, соответственно, сфер, ничего подобного?

Я задумался. Да, ведь он в чём-то прав. Если мы победим, то очень может быть, что ничего больше не будет.

Но затем я снова вспомнил те самые энергетические канаты.

— Нет, ребят, — покачал я головой. — Монстров, может, и не будет. А вот магии, возможно, настоящей, а не кастрированной, как сейчас, будет вдоволь. Но обещать вам это, как понимаете, не могу. Я сам мало разбираюсь пока в том, что происходит.

— А вы, значит, опять пропадёте на неделю, на две? — спросил меня друг.

— Постараемся не пропадать, — я посмотрел на него, затем переглянулся с Асакурой. — Обещать, конечно, не могу, потому что не знаю, что нас там ждёт. Но постараюсь выполнить эту часть своего дела как можно быстрее.

— А может, ну его нафиг, этот артефакт? — спросил Йонир, хотя я до этого был уверен, что он дремлет. — Может, разберёмся с захватчиками, а потом уже будем всякой мелочовкой заниматься?

— Боюсь, что так не выйдет, — сказал я ему. — Дело всё в том, что мне неведомы возможности пожирателей миров. Но, судя по всему, время для них не играет такой важной роли, как для нас с вами. Точнее, оно для них не идёт линейно. Оно для них разделяется на различные туннели, в которых скорость этого самого времени — разная. Уж не знаю, можно ли найти временной туннель с обратным движением, скажем так, чтобы попасть в прошлое. Тут я несилен. Но о том, что мне потребуется умение переходить из одного туннеля в другой — это совершенно точно. Нечто подобное умеет Арнам Дэус. И, грубо говоря, для того чтобы даже просто победить, например, его — мне это умение обязательно потребуется.

— Понятно, — кивнул Йонир. — Аргументировано.

— Я рад, что угодил тебе, — хмыкнул я.

Затем мы ещё некоторое время поговорили на отвлечённые темы.

А когда все, кроме Асакуры, разошлись, мне позвонил Илюр Сапега.

— Приветствую, — сказал он. — Не разбудил?

— Нет, — ответил я.

— Но ты ещё не ложился, как я понимаю, — проговорил он.

— Нет, не ложился, — согласился я.

— А можешь прийти ко мне? — поинтересовался губернатор.

— Да, когда нужно? — спросил я.

— Если можешь, прямо сейчас, — извиняющимся тоном ответил тот.

— Хорошо, — я посмотрел на Асакуру, и она кивнула. — Выезжаем.

Я впитал сферу, чтобы было полегче. Обернулся к своей спутнице:

— Ты как? Выдержишь? Не хочешь спать?

— Вообще, — ответила она. — После твоей терапии чувствую себя как новенькая. Не то что спать, я даже утомиться, мне кажется, не могу.

— Завидую тебе, — усмехнулся я. — Ладно, тогда — в путь. И, наверное, возьми сразу всё.

— Не будем отдыхать? — уточнила она.

— Нет. Сразу же после губернатора отправимся с тобой в данж, — ответил я ей.

Я собрал всех своих помощников в кольцо призыва. Ещё раз проверил свою наплечную сумку. Проверил, всё ли необходимое взял. И вышел из комнаты вслед за воительницей.

* * *

Илюр был явно взбудоражен произошедшим ночью. Он даже не мог усидеть за своим столом. Поэтому периодически вскакивал и бегал туда-сюда.

Это было даже немного забавно. Но в целом и общем, я его понимал. Некоторое время они пытались поймать банду, и результат всегда был около нулевой. И теперь я понимал, почему. Простые призыватели боялись их сдать, те действительно давили и давили грамотно прямо на самые больные места.

Может быть, даже так, что пострадавшие призыватели сами того не желая, прикрывали бандитов. Это было, конечно, сработано отлично.

Максим, — Илюр старался сдержать эмоции и говорить холодно, как обычно, но у него не получалось, — ты не представляешь, что вы для меня вообще сделали. Я уже доложил императору, что мы взяли эту банду. Боги, я думал, что они меня изведут. Но нет. Ты со своими ребятами просто красавчик. Взял и вывел их на чистую воду. Ещё огромное тебе спасибо, что лишил большую их часть петов, иначе они бы мне, конечно, попортили ещё кровь.

Он прохаживался по кабинету в лучах достаточно ещё раннего солнца и постоянно останавливался возле меня, чтобы ещё раз сказать, какой я молодец.

— Ну, ничего, всё — сейчас уже сидят под присмотром. Со всех сняли кольца. Пусть попробуют кого-нибудь призвать. Это просто великолепная операция. Даже не знаю, как сказать. Я думал, что ты пойдёшь на разведку, а ты взял их — и просто одним махом: шварк — и всё.

Я слушал всё это с улыбкой. Мне надо было дождаться, пока эмоции выйдут из губернатора, потому что нам предстоял действительно важный разговор. Наверное, даже более важный, чем я предполагал, когда ехал сюда с Асакурой.

И когда из него перестала литься лавина дифирамбов, я сказал ему:

— Вам бы взять самых сильных призывателей и поставить у входа в данж. Дело в том, что там происходит накопление монстров. А мы, так сказать, пробили дырочку в этот самый резервуар, где происходило накопление. Поэтому теперь наружу снова могут начать просачиваться различные твари.

— Это мы сделаем, — махнул рукой Сапега. — Уже сделали. Поставили там различные установки, которые никого не пропустят. Мне император по знакомству прислал, — добавил он.

Я кивнул:

— Ну что ж, тогда хорошо. Что-то ещё?

— Мне сказали, что ты допрашивал кого-то из чёрных призывателей, — ответил мне Илюр. — Я бы хотел знать, в чём там дело.

— Ну а что? Остальные молчат?

— Молчат, — покачал головой генерал-губернатор. — Ничего из них не вытащишь. Зациклились на одном и том же: «Мы просто пришли, а нас вот всех скрутили». Спрашивают: «Зачем вам тогда огнестрельное оружие, которое на монстров не действует?» — отвечают: «Мы не знали». Все — призыватели пятого ранга. Не знали, конечно.

— Я пока не могу многого рассказать, — ответил я на это. — Не потому что не хочу, а просто многого не знаю. Но то, что наверняка могу сказать, — это то, что они связаны с теми же самыми силами, которые пытались устроить госпереворот.

— Ого, — Сапега нахмурился.

— Ну вот, о чём я и говорю, — ответил я. — Поэтому вы уж как-нибудь постарайтесь выбить из них: кто, чего и почему? Потому что все они члены тех самых гильдий, которые участвовали в попытке свержения императора.

Затем я пересказал ему свою беседу с начальником тыловой группы чёрных призывателей.

— А раз так, у вас есть рычаг давления на них, — подытожил я.

— Ясно, — губернатор стал серьёзным и собранным. Вот таким он мне импонировал особенно сильно. — Так, а вы сейчас куда? Обратно в столицу? — поинтересовался он, и я увидел, что в нём нет ни малейшего желания отпускать нас куда бы то ни было. Ему было очень хорошо, когда рядом находилась сила подобная мне и моей гильдии.

— Пока нет, — ответил я. — Мы отправляемся в данж под Кандом. Нам надо там найти кое-что.

— Понятно, — с некоторым облегчением кивнул губернатор. — Хорошо. Я могу дать вам любое снаряжение, сопровождение…

— Ничего этого не надо, — ответил я.

— Хорошо, — сказал Сапега, ещё раз кивнув. — От меня что-то требуется?

— Требуется, — сказал я и посмотрел ему в глаза. — Эвакуировать город.

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN/прокси.

У нас есть Telegram-бот, для использования которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на «Анонимность».

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Призыватель нулевого ранга. Том 9

Content

Призыватель нулевого ранга. Том 9

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Nota bene