Гудвин Макс

Лишний Бог

Макс Гудвин

Лишний Бог

Глава 1. По оси углеродного распада вниз

Крупные капли извергаемые взбесившимся, внезапно почерневшим небом хлынули в глаза, но сил их закрыть уже не было, мой взгляд поднялся по могучему стволу древнего дерева, величие живой тюрьмы пугало и входило в унисон со жгучей болью внутри, на том месте где у людей располагается сердце. Я боялся повернуться назад, чтобы увидеть неизбежное, там сзади меня ждала потеря, потеря - виновница боли в драконьем сердце.

Моя окровавленная рука потянулась к древесному стволу и слова в голове срезанировали тысячами голосов. Одернув почерневшую обугленную руку, покрывшуюся коркой копоти из запечённых огнём волос мяса и тканей экокостюма. Я открыл своё сознание для НЕГО.

— Многие сгинут! — прохрипело то что томилось внутри дерева.

— Мир Земли нуждается в жатве! — произнес я в своем сне, хотя моё сознание не понимало о чём идёт речь, этого диалога еще не было у меня, и одновременно он уже состоялся. Словно бы пятимерность всё была постижима.

— Тогда иди… — голос звучал, как напутствие и я просыпаясь поднял тяжелую голову.

Света спала свернувшись в большой бежевый, чешуйчатый клубок, внутрь которого уходила золотая цепь служившая поводком эльфийскому проводнику. Между мирами мы почти всегда передвигались в драконьем обличии, так безопасней и ходить, и тем более спать. Эльф медитировал с открытыми глазами, странно, но металлический ошейник совсем не мешал ему держать ровно спину, длинноухий проводник сидел на широко посаженных коленях, смиренно сложив ладони на бедрах.

— Ледяному господину снятся кошмары? — спросил Шашлык, так его назвала Света, и это имя должно было напоминать ему о его судьбе.

Я изначально был против захвата заложника и методы Светланы мне мягко говоря не нравились, но в этом был и акт гуманизма, ведь в противном случае Эльф был бы сожран живьем еще на Земле.

Шашлык же наоборот делал вид что всё в норме, как говорится хочешь жить умей вертеться, или у них на планете цепи и рабство являлись чем-то совсем обыденным. К примеру сейчас, он спрашивал об очевидном, словно проявляя интерес к моим снам, однако спрашивал он не из праздного сочувствия, а наоборот хотел показаться мне в целом неплохим парнем, которого вовсе не надо есть. В походе он был более чем полезен, тащил снаряжение, корректировал маршрут, пел, давал консультации по видам животных обитающих на межмировых тропах, что облегчало охоту экономя бегущее по разному время в зависимости от близости к звёздам различной тяжести.

Меня он боялся меньше чем мою спутницу, это проявлялось во всём его поведении, но гордыня вовсе не была одним из моих грехов и мне было всё равно, кого он считает в нашей связке за главного. Что-то в моём сознании уже идентифицировало его как живого трупа, может информация полученная в ходе бытия богом Ра, а может и драконья кровь.

— Далеко еще до Миллара? — спросил я.

— Великий господин конечно же знает, что расстояние на тропах относительно, нашими шашлычными тропами долго, Вашими Змеиными в разы быстрее, а по меркам Землян так вообще 8611 световых лет и это только до материальной точки.

— Он ваш Миллар, что-ли сдвинут относительно Земной плоскости?

— Да господин и значительно, по оси углеродного времени, примерно на 40 000 углеродных лет вниз. — призадумавшись ответил Эльф.

И это значило, что Мир Миллар располагался не только в отдалении, он был еще и в далеком прошлом относительно текущего Земного времени.

— Да… на ракете к вам не долетишь, — выдохнул я положив голову на чешуйчатые лапы.

— Минусы техногенным миров ледяной господин. — пожал плечами Шашлык.

— Мама не учила тебя не разговаривать с едой? — не открывая глаз, сквозь сон произнесла Света.

Конечно она знала, что ни у меня, ни у неё, никакой мамы, или папы отродясь не было, инкубаторский “Б” класс на Фаэтоне был лучшей сборкой генов для ведения войны. Шутка пришлась по душе и я закрыл глаза уважая, желание Светы выспаться. Однако любопытство взяло вверх и я построил метальный канал с мозгом Шашлыка, не совсем простая задача, ведь эльф все еще был отравлен октаканом.

— Давай эльфа, раз всё равно не спишь, покажи мне твой мир! — транслировал я мысль Шашлыку в голову, в ответ на что получил эмоцию, которую можно было сравнить со скромным и почтительным кивком.

Эльф начал с природы его Мира, с гравитации планеты в два раза больше Земной, с двух ярких светил на небе, что в совокупности давало жаркий климат, хоть и почти всегда Миллар был защищен от света двух звёзд планетами гигантами. Сложнейшая система содержала в себе и третью звезду, более отдаленную и потухшую, которой почти не было видно на небосклоне, но она все же полноценно влияла на движение и орбиты других восемнадцати планет. Иссиня-зеленое небо эльфийского мира независимо от времени суток, украшалось непрерывным движением естественных объектов отражающих свет.

У каждой планеты было свое название и своя мифическая история. Два светила дающие свет и жизнь представлялись богами агрессорами, желающими спалить все живое, а планеты газовые гиганты располагающиеся по орбитам ближе к ним чем Миллар – божественными братьями защищавшими мир от неминуемой огненной гибели. Мир где правили драконы искусственно был остановлен на уровне развития Земли 12-13 века, помимо эльфов на планете проживала негроидная раса людей и белокожая раса невысоких горных старателей, видимо, генетически выведенная, косматых словно лешие, но зато безмерно трудолюбивых.

На флоте Фаэтона учили всему, но всему понемногу, входили в курс и обитаемые миры, солнечная система Миллар не всплывала в моей памяти однозначно. Я перебирал в уме сотни похожих миров не находя очевидных сходств, может моя распущенность в былом обучении не давала мне вспомнить этот мир, а может и вовсе люди Ра его не знали, ибо как известно вселенная бесконечна, к тому же Миллар был сдвинут по оси времени в прошлое, что затрудняло до невозможности опознание его в нашей временной ветке.

Слушая мысли Эльфа я провалился в сон, мне снилось общество и угнетаемые Эльфами народы людей и гномов вынужденных добывать золото для дышащих огнем рептилий.

***

(Земля)

(Ад / Резиденция Артаина)

Бумага, бумага, бумага… Артаин вчитывался в очередной документ лежащий на широком столе выполненном из цельного сруба гигантского хвойного дерева, можно было подумать, что таких деревьев со столь огромными габаритами больше не растет на планете и древесина сохранилась с доисторического периода, но нет Артур гордился этой покупкой совершенной около 200 лет назад еще до создания в США Лиги Сохранения деревьев в 1918 году когда массовую вырубку исполинских растений прекратили. Чего ему стоило привезти из тогдашней Америки саженец такого же древа, долгих уговоров Булгака, целой лекции для непробиваемого темностража из разряда “насколько важно пересадить хотя бы пару деревьев в Сибирь”.

(воспоминания Артаина)

— Ибо спилят, Бул, спилят и не посмотрят, что кустик две тысячи лет живет. — выдохнул Артур вглядываясь в обледеневшее окно, выходящее не заснеженную улицу освещённую тусклыми газовыми фонарями

— Это естественный отбор Артаин, они еще не один вид угробят. — парировал своим логичным равнодушием страж. — И ты меня конечно удивляешь, тебе сколько тысяч лет, а по прежнему печешься о всяких мелочах?

— Ну да угробят, а у меня в тайге будет живая секвойя! Стометровая красавица, королева тайги! — Артаин начал вырисовывать длинным ногтем, больше похожим на коготь что-то на стекле, украдкой взглянув на Була, попался ли старый страж на уловку.

— Погоди ка, у тебя значит будет королева тайги, а у меня нет? У нас в темноцарстве тоже великие растения нужны. — нахмурился Булгак заглядывая за спину богу болот. Коготь Артура рисовал ничто иное, как дерево, дерево возвышающееся до небес на фоне мелкого в сравнении с ним, состоящего из верхушек сосен лесного ковра.

— Вот, другой разговор, — протянул бывший бог болот — Слушай план, мы открываем твой мир там в Америке, забираем пару веток и укореняем у меня в тайге, ну и в твоем мирке тоже конечно.

— Наверное, я могу и целое дерево вместе с корневой системой оттуда стырить. — задумался вслух Бул. — А лесным духам скажем мол мы хотим природу сохранить методом пересадки.

— Не… — покачал головой Артур, расплываясь в улыбке, — Лесные духи еще хуже тебя, они ни одного саженца без боя не отдадут, так что план «А» тырим и никому ничего не говорим.

— Королева тайги, королева тайги, женится тебе надо! Ей низшему, фигней всякой занимаешься и меня с собой тянешь.

Их взгляды замерли на картине которая словно бы оживала на замороженном стекле, что был виден и ветер, и плывущие в ночи облака, над которыми светили мерцающие звёзды.

(наши дни)

Артаин улыбнулся, воспоминания многолетней давности грели его черную душу. Секретарь покорно ждал продолжения повествования за соседним столом, что был значительно ниже и проще чем стол ответственного по региону. Писарь был уже в возрасте и судя по старомодному деревенскому одеянию, закатанным в рукавах рубахе и широким штанам типа шаровары не из этой эпохи. Он вопросительно прокряхтел возвращая полубога к реальности, где перед лицом темнейшего так и лежал нечитанным очередной скучный документ.

— 79-тый, а что ты думаешь по этому вопросу? — обратился Артаин к секретарю, чья натруженная ладонь с пером в ожидании оперлась на костяную емкость сделанную из черепа обезьяны в которой словно кровь застыла гладь багрово красных чернил.

— Если позволите, то я бы не внедрял больше в институтские ряды демонойдов, пусть думают, что святая борьба со злом дает им некую эфирную чистоту.

— А информацию откуда прикажешь брать, а контрразведку как выстраивать? — Артур знал ответы на свои вопросы, просто сейчас его темная душа нуждалась не то чтобы в совете, а больше в стороннем мнении.

— Семьи не трогать тоже, пусть обрастут привязанностями, пусть им будет что терять. — продолжал секретарь, — Вся эта шумиха с драконами всполошила институт имени Бехтерева и видать не скоро забудется, того и гляди реально в святой орден превратятся. Я думаю, мессир, надо ждать.

— Пиши! Всем региональным драным потрохам (официальная форма обращения к действующим демонам командующим секторами), с бойцами института Бехтерева в прямую конфронтацию не вступать, близких их не трогать под страхом казни лютой, а если объявится душа темная не преклонившая колени перед Несущим Свет и не внимающая правилам, ослабить сию неразумную тварь и отдать институтским как игрушку без языка и ума! — произнес ответственный по Сибири и указал секретарю жестом, что бумага написана — На том печать Козла ставь! Что у нас еще из срочного?

— По 4-тому региону, после того как Флей утратил ваше доверие, там всё еще нет потроха, идет равная война между семью кандидатами.

— Семью? Очень неплохо — удовлетворенно кивнул ответственный.

— Да мессир, но крылатые выставили ультиматум, что если не прекратим это сами в кратчайшие сроки, то пресекут междоусобицу заявкой в Логус, на уравнитель. — последнее слово секретарь произнес полушепотом — Грозят, что нам Ра и драконы детским лепетом покажутся.

— Не уважают наши традиции преемственности власти… — задумчиво вымолвил Артаин, закуривая травяную сигарету.

— Может поддержим какого-нибудь кандидата? — предположил секретарь.

— А что там у нас по негативно настроенным душам предельной мощности, есть из живых кто-то на примете? Не хочу кандидата из Ада, если за столько времени не смогли решить кто из них «потрох» значит не достойны! Подбери мне список из подходящих под мои критерии. Только не вояк, мне туда думающий нужен.

Семьдесят девятый чувствовал, когда шеф заканчивает работать, вот и сейчас он как по команде поднялся из-за стола и поклонившись поспешил удалиться прочь из рабочего кабинета, шлепая по каменному полу босыми мозолистыми стопами, оставляя низшего демона одного смаковать клубы зеленого дыма. Взгляд Артаина буравил сквозь пелену едкого марева, бывший божок думал о чем-то своем, может переживал за то что не выгорела схема с женитьбой на драконе, может пытался увидеть возможные вероятности неведомого ему будущего, а может, вспоминал холодный и жесткий приказ Несущего Свет, как раз в тот день когда Ра укололи октаканом, «Кай должен выжить, отвечаешь головой!».

Он, ветеран войны с драконами уже был готов набросится со своим костяным ножом на пока не замечающего его красного змея, предвкушая тяжелую битву с опаснейшим во вселенной существом. Но судьба улыбается и дуракам вроде Ра и демонам следящим чтоб его не убили, тогда у Кая хватило ума прыгнуть в материальную плоскость. Сейчас же в точности, как и в тот злополучный вечер Артаин с облегчением выдохнул заполняя комнату зеленым туманом, не пришлось рисковать жизнью исполняя приказ Низшего, не пришлось спасать ненавистного ему солдата из прошлого.

«Нет, второго такого дурака как Ра, я могу не пережить. Утрачу доверие, шкуру живьем спустит. Жаль, но надо вмешаться в эту резню, в четвертом секторе» — решил демон. — «…но всё таки почему Низший, захотел сохранить Гиллиусу жизнь?».

Глава 2. Миллар и меч

Иссиня-фиолетовое пространство междумирья двоилось, а реальность колыхалась, как флаг на ветру, именно в таких местах, где миры находятся близко проще всего открывать порталы, как собственно и переходить из мира в мир.

— Мы пришли — промолвил Шашлык.

— Ну Красный змей, время умирать! — произнесла Светлана протянув вперёд руку пытаясь открыть портал в Миллар, но я остановил её ладонь. Тут же ловя вопросительный взгляд девушки.

— Свет, ты там погибнешь. — почти шёпотом пояснил я.

— Что? — поморщилась она.

— Помнишь я рассказывал тебе про мои сны, я расшифровал их, будет бой, мы победим, но ты погибнешь!

— Попробуем победить, чтобы не погибнуть! — улыбнулась Света.

— Змей будет ждать, он существует вне времени и узнает, что ты зашла в Миллар. И ударит тогда, когда мы не будем готовы. В своих кошмарах я выживаю возможно потому, что он меня недооценивает, ты же гибнешь. Гибнешь всегда.

— А если мы не пойдем вместе, то погибнешь ты! — возразила Света.

— Это такой маневр, — покачал я головой, — Ты войдешь в соседний мир, или в подмир, да хоть бы и в Квинлар, когда он почует твой след, он пойдет аватаром за тобой. Но я найду его первым.

Света смотрела на меня хмурясь просчитывая варианты, она верила моим снам, так как своих снов с момента нашего пути через межмире она почему-то не видела, или видела, но не помнила, а это как раз и означало, что я прав, и заходить в Миллар вдвоём – верная для неё гибель.

— А может…

— Нет Свет, мы не сможем спать спокойно пока знаем, что за нами идет эта тварь. — предупредил я её вопрос.

Солдат всегда волнуется перед боем, и Света не была исключением, она предвкушала встречу с Красным змеем и чем ближе мы были к Миллару тем больше становилось её волнение, она боялась, и боялась вполне реальной вероятности событий. Поход в Миллар для неё не обернулся бы ничем хорошим, как раз на это и указывали отсутствующие сны.

— Я не дам тебе в одиночку драться с ним! Тогда лучше уж вечно бежать! — отрезала Света.

— Я извиняюсь, но вы можете обратиться к создателю нашего мира — покорно склонил голову вниз эльф, прячась от испепеляющего взгляда девушки.

— А ты хочешь прям нам помочь? — удивилась Света.

— Я просто не хочу умирать, как тот кто вам помогал добираться до моего мира. Смертные, да и мы эльфы не могут чувствовать и говорить с древним, но змеиный род другое дело.

— Остроухий говорит дело Свет, Змей не почувствует меня в своём мире, я же, как ты правильно сказала еще не дракон, и поэтому незаметно доберусь до дерева. А если там будет опасно - то свалю из мира и, тогда уже будем бежать!

— Пусть будет так, только обещай не рисковать зря. Как только сделаешь дело не ищи меня находясь в Милларе — они почувствуют, выйди за пределы мира и только тогда пытайся нащупать мой след. — подавленно изрекла Света. — Иди вперед еще пару часов и прыгай в их мир, мы сделаем тоже самое уйдя в Квинлар. И знай Гиллиус, если ты не вернешься, я найду способ, но расколю эту планету пополам и она будет летать вокруг своих двух солнц в виде кусков льда и камня.

— Я не погибну. — дал я обещанье и обнял её, мы прикоснулись лбами, знак высокой привязанности между драконами.

— Я буду ждать. — сказала она тоном которым пыталась скрыть волнение и горечь.

Миллар встретил меня океаническим песчаным берегом, соленым запахом водорослей и шумом набегающих волн на ночной пляж. Так бывает часто, что соединения миров происходит на границе стихий. Хорошо, что портал открылся не в вулкане, или на ледяной вершине горы, хотя ледяная вершина для выбранного мной драконьего вида была меньшим из зол. Тут дышалось тяжело и душно, атмосфера была даже плотней чем когда-то существовавшая на древней Земле. Только вот на древней Земле не было спутников, тут же, по небу медленно плыли многочисленные объекты, большие и малые. Невооруженным взглядом с поверхности планеты, конечно же, сложно определить кто тут спутник, а кто газовый гигант с самостоятельной орбитой вокруг солнц, однако глаз недодракона мне это позволял. Будто бы рептилоидные глаза обладали особым природным зумом.

Приняв человеческую форму я пошел, пошел туда где должно было находится дерево-тюрьма. Размышляя о том, что пока я не обрел тело дракона, а с ним и всю их кровную память, я и не знал, что открытие порталов большое искусство, которому учат специально в академиях. Особенно важно правильно открывать портал в военное время, чтобы не угодить в лапы к врагу и не телепортироваться опять же в жерло того же вулкана, плюс оказаться максимально близко к своей цели. Если же портал открыт на разных высотах относительно уровня моря - то перепад давления может быть настолько сильный, что ты просто не войдешь в открывшуюся брешь, что уж говорить про открытие между мирами, где давление миров столкнувшись может расплющить что угодно и кого угодно. Драконы в принципе существа крепкие и спокойно переносят любые перегрузки, однако для других форм жизни взять хотя бы гуманоидных эльфов, открытие портала является опаснейшим заклинанием. Являлось до тех пор пока, какой-то башковитый гуманоид, или его божественный куратор не придумал капсульные порталы с двойным входом и выходом.

Такое заклинание отрывало свой собственный карман в реальности, существо желающее переместится заходило в него, после чего за спиной переносимого портал закрывался, переставая существовать, в месте начала перехода, а секундой позже открывало выход. Атмосферы не смешивались, что делало путешествие более удобным и относительно безопасным.

Маги настоящего времени пошли дальше, теперь портал не просто открывал брешь между пространствами, он является своеобразным магическим компьютером и блокировал смешения миров в своём радиусе, попутно анализируя мыслеформу живых существ взаимодействующих с ним. Если существо желает перейти — то оно перейдёт, или даже сможет кинуть в портал неодушевленную вещь, но к примеру, лист случайно поднятый ветром в такой портал никогда не залетит, ибо у листа нет намерений пройти.

У меня в памяти был как раз такой. Он не позволял меня вычислить по входу, потому совсем что не рвал миры и если сравнивать с медицинской операцией - этот портал был скорее лапароскопической нежеле полосовой, только в мире магии.

Я шел с закрытыми глазами по мокрому песку, осознавая что вошел в Миллар не точно там, где надо, ибо дерево - тюрьма находилось на расстоянии около ста километров от меня.

И даже имея драконье зрение нужно было ждать наступления дня, чтобы хотя бы увидеть его верхушку, но я не терял времени и топал по наитию прислушиваясь к окружающей меня ночи.

(Земля)

(Высшие слои Рая)

Ангел в миру носивший рабочую фамилию Чижиков ранее совсем не часто бывал в этих местах, не позволял его духовный ангельский статус, не позволяла мощь души. За тысячелетия со времён падения цивилизации титанов его сознание научилось смирению и целеустремленности к творению общего дела во благо Земли, во благо Логоса. Кто был во главе Логоса коллективный разум, или единое мощнейшее духовное сознание? Виктор не знал, но отчётливо помнил, что тут на планете когда-то были и более могущественные древние силы чем тот же Ра, и чем те же титаны. Они и взяли шефство над системой в период страшной космической войны, когда погибли Фаэтон и Марс, а Земля пострадала изменившись до неузнаваемости.

Работая с людьми Виктор и сам почти стал человеком, он даже взял себе более удобное для того региона в котором следил за порядком вполне человеческое имя и фамилию. В далёкие времена выбирать себе имя у титанов было принято с самого освобождения от гнета Фаэтона, титаны презрительно отбрасывали порядковые номера, которые носил и “С” класс, носили и искусственные роботы вынужденные работать во благо живущего на другой планете Бога императора Ра. И теперь он, искусственно созданная древняя душа помогал на Земле более молодым душам, однако то что он именно душа титана не забывал никогда.

Совещание на которое Чижиков был призван на высшие слои Рая началось и закончилось крайне внезапно, его в одно мгновение вытащили во вневременную плотность и расспросили о интересующем, а после поблагодарив отправили обратно на четвёртую плотность. Разговор был в основном о Кайе — прототипе Ра и ледяном драконе Светлане, что покинули Землю уйдя в Миллар на битву с Огненным Змеем. На первый взгляд уход драконов это хорошо, погибнут и ладно, но ангелу так же поведали что Землю и Миллар с древних времен соединяет межмировой мост и по преданию прибытие туда беглецов, каким-то образом приведёт к появлению врага рода человеческого на Земле и как следствие обрушению цивилизации Титанов в материальном прошлом планеты.

Если бы ангел имел сердце оно бы сейчас замерло, "титанов?". Чижиков выглядел поникшим, словно облитый с головы до ног, что-то в глубине его души мешало ему покинуть слои Рая и вернутся в свой регион и своё время. Огромные белые крылья прижались к спине и вздрагивали, ладони образовали кулаки, а руки выправились вдоль тела.

Вокруг всё сияло и переливалось пропитаное божественной силой и праведностью. Но что-то было в этом не правильно. Это место - специально выстроенное пространство Рая предназначалась для собраний с такими же как он четырёхмерными ангелами. Сюда приходили чтобы говорить с высшими и уходили опять вниз, чтобы уже на Земле нести подчёрпнутый тут свет и покой. Центром же локации для совещаний был испалинский меч, его можно было увидеть из любой точки низшего Рая, казалось, что артефакт сам создал для себя это место между Раем и Землей, настолько он был весом в духовной плоскости. Ноги ангела сами собой привели к главной реликвии небес, ранее Виктор лишь мельком и мимоходом замечал этот артефакт на редких совещаниях с высшими. Словно бы не имел достаточно воли, чтобы даже взглянуть в его сторону, но сейчас боль, страх и злость позволяли разглядеть могучее оружие. Теперь после совещания с высшими ангелами Чижиков мог ощущать основу меча Серафима, ощущать как пульсируют души стоящие на страже света, находящиеся по собственной воле на длительном дежурстве в сотканном из их же сознаний артефакте.

Говорили, что именно этим мечом Первый Светлый погнал войско драконов обратно в Миллар, говорили и что 51% светлых душ Солнечной системы ждут в нём своего часа. Часа, когда враг придет снова из глубин космоса, или вылезет из глубин Земли. Равный по своему разрушительному эффекту разве что сотням ядерных бомб, оружие выполненное в виде обычного средневекового клинка полыхающего синими язычками пламени, просто стояло тут, словно заколка пронизывая Земные грани, чтобы мир не пошатнулся. Сияющий синим светом, плотно закрепленный в пространстве самим Богом артефакт был близко и одновременно далеко, казалось до него можно дотянуться рукой и потрогать его гладь, прикоснуться к 51% светлых душ Земли, дружно ждущих последнего боя на своём вечном дежурстве.

Те высшие, на которых даже больно было смотреть из-за льющегося неудержимого света еще минуту назад приказывали просто наблюдать за четвертым сектором и просто докладывать. Просто докладывать, когда как приход Светы в Миллар сулил гибелью тысяч представителей его рода во временном прошлом Земли. Чижиков помнил ту войну, как они дрались за каждую пядь земли, как весь его вид за пару тысяч лет ушел в небытие оставив лишь души, в которых до сих пор пульсирует боль утраты. Кто-то из убитых титанов остался на Земле жить в биологической форме человека разумного и стал великим человеческим художником, музыкантом, писателем, кто-то вошёл в состав того самого меча Серафима поклявшись защищать планету до конца своих дней, а кто-то ушёл из Солнечной системы, переродившись в лучших мирах, некоторые же примкнули к Антилогусу, но большинство погибли потеряв осколки своей души, рассыпавшись на десятки более простых сознаний начав всё заново.

И теперь ОНИ - те кто стояли выше по духовному развитию приказывали ему просто смотреть, пока где-то в прошлом приходит враг Земного рода.

Ангел словно за утешением невольно потянулся к источнику голубого света, потоку пронизывающему все реальности Рая и Земли. Он еще секунды сомневается, понимая всю тяжесть планируемого преступления, понимая, что теперь станет падшим. Станет, но зато исправит всё и титаны больше не погибнут, пускай возможно и в альтернативной версии времени. Виктор собрал волю в кулак и, прикоснулся к мечу тут же услышав в сознании миллиарды голосов живых вопрошающих к нему существ. Души спрашивали светел ли он и цель его обращения, Виктор не соврал ни слова, поведав душам и о драконах, и о идущем враге Земного рода. Ангел призвал их на войну и ответ был незамедлительным, души меча Серафима единым воем приняли его аргументы и позволили возятся за эфес.

Молитвенная энергия потекла по руке ангела, он взглянул на меч подняв его острием вверх, клинок казался невесомым, а вот сам Виктор тяжелел от секунды к секунде. Он ослушался, он взял меч Серафима, он покидал должность ответственного по самому большому округу планеты и уходил на низшие плотности, чуть ли не на третью мерность, но всё это было неважно.

Теперь силы хватало на всё и ангел взмахнув мечом прорезал грани Рая уверенно шагнув сквозь открытую им брешь на вневременную плоскость. Вытянутое лицо Виктора поморщилось, он тут же почуял запах драконов. Игра стоила свеч и уж точно стоила одной загубленной ангельской души.

Чижиков знал, куда надо идти и всё дальше и дальше отделялся от Земли, неся меч на весу, ибо те кто когда-то ковал клинок, так и не придумали к нему ножны способные сдержать мощь этого артефакта.

(высшие слои)

(пятая мерность)

— Всё идёт к своему концу... — промолвило существо из света обращаясь к такому же сотканному из света существу, издалека наблюдая за отречением ангела.

— Судьбу титанов решит титан! — согласился другой сгусток разумного света.

Глава 3. Косырь Ада

(Земля/2018 год)

Маятник равномерно раскачивался издавая еле слышные щелчки, когда проходил свою нижнюю фазу, на мгновение закрывая блестящей гирькой яркую лампочку - мигающий источник завораживающего света. Перегрузка визуального и аудиального канала восприятий, а также равномерный голос гипнотизера погружали Олега в транс.

Высокий, худощавый, черноволосый парень завороженно следил за миганием. Зачем он на это подписался Олег себе ответить не мог, ведь никогда особо не верил ни в гипноз, ни в привидений, ни в прочую мистическую лабуду. Ответ был банален и находился на поверхности - девушка, светленькая девчонка мечтающая о карьере в журналистке Инна молча сидела в той же комнате. Закинув ногу на ногу она наблюдала как Алексей Николавич работает над Олегом покорно сложив пальцы рук в замок на синеватой джинсовой ткани штанов.

Окна в конференц-зал были не плотно задвинуты продольными белыми полосами жалюзи, сквозь которые всё равно вопреки воле собравшихся попадал солнечный свет. Комната с квадратным столом и множеством стульев частенько пустовала и потому иногда пользовалась врачом психотерапевтом и по совместительству лектором по прикладной риторике А.Н. Шипициным. Зачем это было нужно Николаевичу? Адекватно объяснить не мог никто, но в голове у Олега зрела мысль, что старику просто скучно и он заманивая на сеансы гипноза студентов и абитуриентов журфака тем самым цепляется за быстро уходящее время жизни, повышая среди молодёжи свой авторитет, доказывая себе что он еще молод.

“Жены стареют, а студентки третьекурсницы никогда.” — ходила среди преподавателей шутка, однако сейчас молодая студентка первого курса Инна притащила своего друга, чем возможно сорвала желание преподавателя остаться с ней наедине.

“— О чём я таком думаю…” — проговорил в своей голове Олег, — “Он уважаемый человек, преподаватель, она молодая студентка, что у них может быть общего? Неужели этот старик в свои шестьдесят с лишним лет на что-то еще расчитывает?”

— Когда я досчитаю до трёх вы уснете! — продолжал монотонный голос гипнотизера, — Рас...

“ — ...а после я залезу в твой мозг и попутно дам тебе установки, чтобы не лез к Инне Бурлаковой! Ты поговоришь разными голосами и это предаст “мне” веса в её глазах, тем самым деваха будет пищать от меня, такого офигенного мага!” — прозвучал в голове Олега неизвестный ему ранее голос, не принадлежащий никому из присутствующих.

— Дваааааааа… — тембр преподавателя замедлился и наполнился басовыми нотками.

“ — Кто тут в моей голове?” — удивился Олег.

“— Ты сам с собой говоришь, горе экспериментатор.” — продолжил неизвестный.

“— Так не бывает!” — возразил Олег и возможно рефлекторно хотел покачать головой, но тело не слушалось.

“— Как, не бывает? Что единое сознание с подсознанием находит контакт в момент погружения в транс, или того, что профессор потрахивает студенток в свободное от работы на институт имени Бехтерева время?”

“— Какой еще институт? Какого еще Бехтерева я не там учусь? Это галюны всё из-за гипноза да?” — Олег тщетно пытался пошевелить пальцами рук.

“— Вот скажи мне дурёха, зачем надо было себя тащить на сеанс к этому колдуну? И только не надо мне лепить, что колдунов не бывает и это ради любопытства! Ты сам, хотел расконсервироваться или институтские на меня вышли?” — Олег не понимал, что ему говорят и уже что-то очень долго не слышно было голоса преподавателя с ожидаемым счетом “Три” тем временем незнакомец не умолкал, — “Ты нас рассекретил, а если точнее, я сам нас рассекретил, долбанная пелена забвения!”

— Три-и-и-и-и-и-и! — откуда то из далека ворвался бас профессора.

“— Тварь человеческая!” — подумал про себя тот, кто являлся душой Олега, тот, кто недавно успешно сбежал в материальный мир из поверхностных рубежей Ада, нарушив все ведомые и неведомые приказы, спрятавшись от призыва в войска легиона тут на Земле, родившись в простой человеческой семье и, как и положено людям забыв предыдущую жизнь.

Да, время на Земле текло медленнее, где-то один к трём, телу Олега было восемнадцать, а значит прошло всего пятьдесят четыре адских года, вполне достаточно, чтобы перестали искать по горячим следам, но мало чтобы убрали из списков разыскиваемых душ. И вот теперь на сеансе гипноза, душа Олега впервые осознала себя демоном, опальной сущностью, ненавидимой и адскими, и райскими ищейками. Прожившего такую безмятежную человеческую жизнь и вот теперь рассекреченному.

— Ты меня слышишь? — спросил лектор и демон взглянул из тела первый раз за восемнадцать человеческих лет.

Расширенные зрачки Олега раскрылись настолько, что белка глаз не было видно, профессор не мог этого не заметить и потому специально не применил человеческое имя, опешив от увиденного.

Мысли человека потекли по пространству и демон без труда услышал их.

“— Зрачки! Они словно монеты это не человек, оборотень, вампир, демон?! Главное не спровоцировать на агрессию, тут девчонка и я без артефактов, надо медленно вывести его из транса, сказав, что не получилось и доложить, срочно доложить!”

Пелена забвения спала полностью, и парень тоже прочитал гипнотизера, перед Олегом сидел не просто профессор, а оперативный маг ритуалист института Бехтерева, и как назло в комнате был еще один свидетель, Инна.

Думы побежали в голове воплощенного демона быстро, быстрее чем в материальном мире,

“Убить нельзя, тут Инна и повсюду камеры найдут, посадят, выдадут “тёмным” прикинутся дурачком нельзя, доложит своим, а дальше старая схема, “найдут-посадят-выдадут”, чертова пелена забвения привела в ловушку, не успел пожить толком, как человек и двадцати лет.”

Не получив ответа, профессор облегчённо взглянул на Инну,

— Ну видимо не получилось, надо выводить из транса!

— Алексей Николавич, а давайте я поспрашиваю? — вмешалась девушка и не дожидаясь ответа профессора спросила, — Олег, как ты, ты можешь рассказать, что видишь?

“— Ссука, ссука, ссука!!!” — прокричал в голове у себя демон, я еще и именем настоящим наречён, ну конечно же я наречён Олегом, в аду же был лишь номер и теперь необходимо было отвечать, ведь обращение было к самой душе, иначе вмешается Единый Закон, а с ним шутки плохи.

— Тебя вижу, его вижу! — выдохнул Олег, пальцы начинали отходить от транса, но нельзя было показывать, что боеспособность возвращается.

— Он говорит, Алексей Николаевич! — рассмеялась девушка, а лектор еле заметно сглотнул. — А почему у него такие зрачки, так надо, Олег почему у тебя большие зрачки?

“ — Чтоб ссука, лучше тебя видеть дура!” — мелькнуло в сознании демона, но вслух произнёс лишь, — Глаза зеркало души. Большой черной души!

— Инна давайте перенесем сеанс, — затараторил профессор понимая, что всё выходит из под контроля и тут Олег взял инициативу на себя,

— У меня есть конфиденциальная информация для Шипицина, Инна, не могла бы ты выйти.

Профессор аш побледнел, кровь ушла от рук и ног, отчего конечности стали ватными. Но демон “отпустил” девушку и нужно было этим пользоваться,

— Инна Александровна, позовите Бориса Игоревича он сейчас в баскетбольном зале должен быть, скажите что срочно, а я вам потом всё расскажу, что будет касается вас и Олег. — маг повернулся к демону, нащупав ниточки контроля, первое это настоящее имя вызванной из глубин сознания твари, а второе это желание этой самой твари, говорить.

— Ну так всегда на самом интересном — обиженно, но больше напоказ всхлипнула девушка и вышла из кабинета затворив за собой дверь.

— Поговорим маг?! — произнёс Олег.

— Кто ты и что тебе надо? — пытаясь быть, как можно уверенней пробормотал профессор.

— Я бы тебя о том же спросил, но я свои ответы знаю, решил молодую девку в койку затащить, а тут как на зло не человеческая душа на сеансе. И теперь сидишь гадаешь, что со мной делать! Думаешь успеет ли Инна кого-нибудь позвать, или нет? А я тебе скажу профессор, как человек знающий Инну, нет не успеет, потому, что заговориться с кем-нибудь по дороге, или вообще забудет куда шла.

— Почему ты так уверен? И мой вопрос актуален, Олег! — профессор применил ударение не имени, чтобы сделать свои слова весомыми — Кто ты такой?

— Опоздает потому, что есть такая наука соционика в подразделе психологии, а Инна Интуитивно-этический экстраверт, иррационал - Гегсли по вашему! Помощи не будет профессор, а перед тобой вольный демон! Так что давай договариваться!

— Вольный? Почему не легионер? — удивился Шипицин.

— Ты че мужик! Десантник, или второе августа на дворе, что за глупые вопросы в жанре “почему не служишь”? — улыбнулся Олег скрежесщащими зубами, тело практически отошло от гипнотранса, но дрожь зубов мешала говорить.

— Что тебе тут надо Олег? — давил Маг и явно тянул время.

— Живу я тут, а если ты тоже жить хочешь прекращать “Олегкать”, а то голову откушу! — слова возымели действие и взгляд мага на мгновение поник, но снова вернувшись в визуальный контакт он спросил.

— Ты знаешь кто я и что я работаю на Институт?

— Знаю я тебя педофил... — погрозил пальцем демон, но был прерван.

— Это всё по закону РФ, им уже есть шестнадцать! — отрезал Шипицин.

— Разве ж я осуждаю? Давай так, ты мне кровью пишешь бумажку, что никому обо мне не скажешь, а я тебя за это сейчас не убью! — рассудил Олег, явно блефуя ведь убивать ему никого вообщем-то не хотелось.

— Сейчас не убьёшь, убьёшь потом, или кому-нибудь скажешь чтоб убил? — покачал головой маг, — Нет демон давай нормальный договор заключим, я тебя никогда, никому, никак не выдаю, а ты меня никогда не убьёшь, не придешь за моими близкими и не попросишь третьих лиц, как-нибудь иным образом мне навредить!

— Идёт! Пиши старик, времени мало и разойдемся, как в море корабли. Вот зачем было меня пробуждать? — фыркнул парень и тут же поправился вспомнив зачем и почему его пробудили от забвения — Пиши, не отвлекайся.

Договор был заключен на листке настольного календаря и как и положено скреплен кровью обоих, бумага закрутилась вокруг своей оси и исчезла растворившись в эфире выделив в пространство тепловую энергию мягкого белого света, как и всегда при подписания контракта.

Глаза Олега пришли в норму и цвета аур объектов слегка поблек, когда в конференц зал вбежал, тот кого величали Борисом - огромный, просто огромный мужчина средних лет, почему-то с метровым тубусом для бумаги.

— Все хорошо Алексей Николаевич? — посмотрел амбал сначала на Олега, а потом на мага.

Демон без труда узнал особенность вбежавшего, эфирный иммунитет и скрытый в тубусе артефакт, колюще режущего предназначения. Это был боец института имени Бехтерева, никак не стесняющийся ходить в рунной броне футболке.

— А Борис Игоревич, вы освободились? — миловидно улыбнулся профессор. — А я студентку за вами послал, чай попить?

— Чай? — наклонил голову амбал сморщившись лицом “будто говорившим серьёзно чай и я так спешил?”

— Чай! — кивнул профессор и повернулся к Олегу. — А вам молодой человек, я не готов пока поставить зачёт по своей дисциплине, может быть в следующий раз. Учите, и еще раз учите!

— Да, я наверное отчислюсь Алексей Николаевич, — улыбнувшись привстал Олег, — Лучше в армию на год схожу и тогда без проблем досдам! Спасибо за науку.

— Ну или так. — пожал плечами лектор — Всего вам доброго Олег!

Имя снова кольнуло демона, рядом с верзилой профессор чувствовал себя в безопасности, люди, им всегда нужно что-то доказывать и Олег вышел из кабинета под вопросительный взор Бориса.

Бугай не мог его почувствовать из-за иммунитета, да и договор скрепленный кровью убивает нарушившего без вариантов, демон убрал улыбку и спокойно покинул кабинет. В коридоре на мягкой лавочке сидела Инна, что-то жуя и копаясь в стотовом. Олег подошел к девушке убеждаясь в том что он был прав, посланная за подмогой успела забежать к выдающему еду терминалу, что дало время на подписания пакта о перемирии. Но теперь о секрете Олега знал человек и это было плохо.

— О! Ну что, рассказывай что говорил профессору? — вскочила Инна смотря на парня снизу вверх.

— Не знаю, не говорит! Он что-то записал себе, вывел меня из транса и приказал забыть! — соврал демон — Чего жуёшь? Пойдем в СабВей поедим, я голоден как будто восемнадцать лет не ел!

Парочка молодых людей вышла из главного корпуса университета и бодро направилась через дорогу, где их ждали ларьки с быстрой едой, девушка что-то весело рассказывала парню, парень же старался отшучиваться, украдкой бросая взгляд через плечо на удаляющийся корпуса университета. Может что-то предчувствуя своей новообретённой демонической душой.

Глава 4. Сердце мира и выбор

(Миллар)

Дорога была долгой и изматывающей, я боялся использовать драконьи способности и уж тем более перевоплощаться, тут в Милларе наверняка не дремали пограничники этого мира, несколько раз я развоплощал себя и уходил в их подмир, туда, где на Земле должны были находится астральные плотности. Тонкий план Миллара изобиловал силой, она текла тут везде, и буквально прилипала ко всему, что казалось любой рожденный на этой земле мог пользоваться магией. Сила текла вокруг пронизывала и наполняла всё, и если бы магию можно было сравнить с месторождением минералов или той же нефти, то она тут была девственно невыработанная, когда как на Земле словно бы высосанная до суха.

“Почему так?” — мелком задался вопросом я, — “Неужели земные боги полубоги и демоны настолько жадны до силы, что готовы пить её без остатка? Или просто вся не выпитая сила может достаться врагу и варварская добыча магического ресурса просто обычная военная необходимость?”

Очередной раз выйдя в материальную плоскость я поправил эльфийские мечи висящие на спине наспех созданного еще на Земле экокостюма, словно бы проверив на месте ли они.

Прибрежная зона сменилась крупнодревестным лесом совсем без травы, землю и корни огромных сосен покрывал сплошной ковёр из мха. Бежалось легко и свободно, обновленные лёгкие поглощали насыщенный кислород, а мускулатура тела не давала никаких сбоев, словно на мне был мой фаэтонянсикй костюм для соревновательного бега. Не шалило ранее шумное сердце, я снова был лучшей версией самого себя и несся по пересеченной местности со скоростью которой позавидовали бы и люди, и ездовые животные. Приблизительно посчитанная глазомером дистанция до макушки исполинского дерева в сто километров преодолелась мной за таких же пять приблизительных часов. Я замедлился когда лес оборвался золотыми зерновыми полями уходящими далеко за горизонт в центре которых словно аномалия возвышалось то самое дерево, вся нижняя часть которого представляла из себя крепостное сооружение.

Я хмыкнул, снова вспоминая Землю где метр ствола от паразитов белили белым. Тут в Милларе и дерево было крупнее - много километров вверх, и видимо паразиты были суровее раз от них пришлось возводить целую крепость.

Драконий взор различал крепостные бойницы и скучающие эльфийские лица привычно всматривающиеся в даль. Они не видели меня, они меня не ждали, они просто охраняли вверенный ими пост. Возможно даже не веря в то что внутри массивного ствола закован их главный враг, а точнее враг их драконьих господ.

Ни о какой крепости эльф - Шашлык ничего не говорил, но возможно считал несущественным для целого ледяного дракона, да и странным было бы не встретить никакого сопротивления там, где таится Ахилесова пята великого Миллара.

— Не удивлюсь застать на страже дракона, или даже нескольких. — пробубнил я себе под нос, — Подстава подстав, конечно.

Их тонкий план снова принял меня в себя и я снова побрел невидимым мимо полей и одиноких работающих на них чернокожих крестьян. Тут явно был сбор урожая и чем ближе к крепости я подходил тем больше было людей, появились деревянные телеги груженные снопами из стеблей, запряженные рогатыми существами, несколько крупнее земных парнокопытных, но таких же неспешных и постоянно что-то жующих.

“Боевая сигнальная магия!” — всплыло у меня в сознании, когда я в очередной раз взглянул на приближающуюся крепость.

Остановившись я некоторое время стоял вглядываясь в оборонительную конструкцию. На первый взгляд всё было более чем безопасно, луки и мечи эльфов я в расчёт не брал, даже снаряженные окатканом. В тонком мире крепость будто бы подпитывалась от дерева преломляя зелёный сдавленный свет, создавая насыщенный белый спектр. Белёсые лучи шарили по золотистым полям, по черным извилистым линиям текущих к крепости троп, и особо пристально лучи светили в небо, словно бы были не магическими щупальцами, а прожекторами ищущими в ночной темноте над попавшим под бомбардировку городом летающие объекты.

Мамаяктли Ра шёл бы напролом, пока не испробовал бы все вероятности не найдя ту, где он побеждает всех, сам же многомерный Ра бы начал взламывать систему защиты пока не проник бы в код магической сети, я же просто стоял. Недодракон, недовторой борт стрелок флота Фаэтона, изгнанный коллективным сознанием Ра рудимент. Спасибо тебе КайКлавий Гиллиус, но мы больше не нуждаемся в тебе, можешь выпилиться о драконий Миллар. Может права была Одиннадцатая и нужно было просто бежать от Красного змея, затаится в каком-нибудь маленьком мирке и быть там для аборигеном настоящими богами?

Штурм крепости в лоб не сулил ничем хорошим, моя просыпающаяся драконья память говорила мне, что скорее всего там внутри стоит на страже, как минимум один драконорожденный, который при подаче тревоги оповестит всех остальных и вскоре тут будет вся армия Миллара, все драконы этого громадного мира. А это меня более чем не устраивало.

“Будем считать поход разведывательной миссией” — сообщил я сам себе и будучи вне досягаемости вражеской магии, и уже собирался открыть портал в межреальность, понимая, что придётся пройти очень долго, но в награду я получу улыбку облегчения Светланы. Ведь, как бы сказали древние, лучший бой тот, который не состоялся.

Однако, оно позвало меня...

Тонкий звенящий зов словно маленьким алмазным сверлом буравил мой разум, я обернулся в ожидании увидеть хоть что-нибудь, но то что звало меня не находилось в непосредственной близости. Помня происки драконьих прихвостней на Земле я приготовился к спешному переходу, однако так и не решился покинуть эту мерность. Это было любопытство, которое наверное губит не только кошек, но и юных драконов.

Сам зов не был угрозой и был настолько слаб, что требовал погружения в медитацию, чтобы смочь разобрать в нём хоть что-то. Ещё мгновения я медлил. С одной стороны принимать канал связи от кого не попадя было крайне опасно, а с другой, нерешенная боевая задача с крепостью вокруг дерева свербила где-то глубоко в груди.

— Ледяной… мало вас осталось… — басящее эхо раздалось в моей голове, как только я закрыл глаза для принятия сигнала.

— Не осталось. — мотнул я головой, ловя себя на мысли, что обладатель баса меня видит, когда как я его совсем нет.

— Однако ты тут, где и началось ваше истребление. — резюмировал голос.

— Началось и не заканчивалось. — поддержал я уклончиво диалог, ведь тот кто говорил со мной был мне неизвестен, а возможно это и была та тварь, которая охотилась за мной на Земле.

— Я тот кто внутри пребывает! — представился голос, словно прочитав мои мысли, а уже память драконьей крови дала мне понять, что я разговаривая с тем, кто сидит внутри дерева.

— Ты же в октакановой тюрьме, как ты можешь со мной говорить? Я ни за что не поверю, что драконы оставили какую-то лазейку, чтобы их узник мог запросто общаться с кем попало. — произнёс я с облегчением.

— Они и не оставили… — задумчиво ответил голос, — Много времени назад я сам оставил тебе послание будучи еще пятимерным. А змеи слишком приземлённы, чтобы проверять все слои времени.

— То есть ты хочешь сказать, что сейчас ты говоришь со мной не в реальном времени, но из своего прошлого еще до заключения? — попытался я сложить загадку вневременного общения.

— Ты был и Ра, и его Мамаяктли, неужели ты так и не понял, что значит существовать в пятой мерности?..

— Откуда ты знаешь, что я был Ра и Мамаяктли? — спросил я.

— Ты сам мне это расскажешь, когда освободишь меня из дерева. — ответил голос.

— Слушай, Пребывающий в дереве, я бы тебя освободил, так как у меня есть некие проблемы с драконами, но тебя охраняют, словно от этого зависит существование их вида. Мне понадобилась бы целая армия, чтобы освободить тебя. Так что, я пожалуй вернусь в междумирье и выберу мир на бегу, благо у драконов сердце парный орган и бежать мы сможем вечно.

— Уколись октаканом, стань моим Мамаяктли и сможешь победить и драконов и ангелов. — пообещал Пребывающий.

В то время как он говорил, а я отчётливо видел, как в Милларе прямо под почвой на которой я сейчас стою, тысячи и тысячи лет назад пророс корень того самого октаканового дерева, необычно острый с неестественно тонкими ответвлениями. Словно дерево пробросило его именно сюда и знало, что я буду стоять именно тут.

— Октакан, заземляет и убивает духовность. — ухмыльнулся я видя столь глупо расставленный капкан.

— Только в малых дозах, однако если его смешать с драконьей кровью в нужной пропорции, углеродная рептилоидная форма переходит в форму супер материи.

— Что это значит? — не понял я.

— Да, ты будешь смертным, но будешь иметь возможность выбирать вероятности, словно бы ты всегда оставался Мамаяктли Ра, только тогда ты был приматом, а сейчас ты станешь самый могучим зверем во всех мирах! Победишь всех драконов и сможешь наконец-то обрести покой, как только освободишь меня от материального якоря в виде этого проклятого древа. — закончил голос.

— Значит ты уже знаешь, что я отвечу тебе на это? — спросил я.

— Знаю. И знаю, когда и почему ты это сделаешь. — как-то снисходительно и даже сочувственно сообщили мне.

— Спасибо тебе за предложение, но я выбираю мир и бег. — улыбнулся я помахав куда-то вдаль рукой, прощаясь с собеседником.

Канал разорвался по моей воле, а потральное окно всосало меня, выбросив в межреальность. Предложения томящегося в дереве было заманчиво, но становится вновь Мамаяктли очередного Бога я вовсе не хотел, слишком уж много и подозрительно развернуто оно про меня знало.

Перекинувшись в драконью форму я направился туда, где меня должна была ждать Светлана и её Шашлык, на душе было необычайно легко, наверное первый раз за все свои жизни я выбрал мир, а не войну.

Глава 5. Судьбоносная точка

Из-за низкосидящих облаков Квинлар казался мрачным, по левую руку от странников пенилось и волновалось ещё более тёмное море, на каменистый берег падали первые капли дождя, по правую руку шагов в пятидесяти, низким, зелёным ковром раскинулись джунгли. Когда ты самый могучий зверь во вселенной, ты можешь опасаться лишь таких же драконов как ты, вот и Светлана шла в своём темпе за которым еле поспевал пленённый босоногий эльф в свободной больничной светло-голубой рубахе и таких же светлых штанах.

Забывший о смирении ангел прекрасно понимал на кого он охотится и не готовил реплик и пустых слов. Меч позволял ему видеть сквозь миры, а межреальность хрустела под его стопами, когда он настиг её и, битый час шёл в некотором отдалении, опасаясь, что даже находясь в параллельном мире бестия учует его. Девушка казалась хрупкой, но лишь казалась, дракон в человеческом обличии был всё так же опасен. Дракон он всегда дракон, даже если прячется под соблазнительной оболочкой миловидной девушки.

Наконец падший решился на прыжок сквозь миры. Быстрее молнии устремился артефактный клинок к её шее, разрезая и разрывая грани бытия Миллар/Квинлара. Светлана была безмятежна и не смогла бы почувствовать засаду, слишком молода была её душа, слишком уверовала в свою неуязвимость опасаясь лишь Красного змея. Всё случилось столь быстро, что для взора Шашлыка это выглядело, как мгновенное появление рядом с ними крылатого создания. Занесённый сияющий клинок в руке титана лился пронизывающим светом от которого хотелось спрятаться, как в детстве просто зажмурив глаза, вот только свет лучился сквозь материю и просвечивал и сквозь веки, и будь на их месте окованный металлом щит, светил бы и сквозь него.

Гиллиус успел вовремя, не отражаемый ничем клинок летел уже в свою цель и даже если бы Кай встал на его пути в своей драконьей форме, то меч с легкостью распорол бы сразу обоих ледяных змеев. Бывший второй борт стрелок врезался в ангела, а лезвие клинка распороло пространство перед Светланой.

Они покатились кубарем, крылаты титан с сияющим мечом и белый вытянутый в позвоночнике ящер. Когти и зубы ледяного змея рвали ангельскую плоть вырывая из неё целые куски, однако носящий смешную фамилию Чижиков уже дрался и с более опасными из вида драконов, и сумел выжить в составе светлого легиона даже без великого меча Серафима. Его крылья раскрылись прекратив их вращение уперевшись в грязную квинларскую почву словно распорки, а ноги прижались к груди, вставая между собой и грызущими воздух драконьими челюстями. Лапы змея сдерживали его руки, впиваясь в предплечья четырёхпалыми острыми словно ножи когтями. На выдохе Ангел выпрямил обе ноги отбрасывая ящера от себя, но тот, словно кошка извернулся в воздухе и приземлился на четыре лапы шипя оскаленной пастью, неестественно расширившейся словно для поглощения чего-то крупного. Длинные усы на морде и теле дракона дрожали вырабатывая энергию для магических ударов или щитов, белый плоский хвост угрожающе скользил вокруг ледяного змея.

Чижикову не удалось убить одного ледяного дракона с наскоку, но тот кто пришёл на помощь, явно не понимал насколько сильны могут быть закованные в мече Серафима светлые души. Руки титана перехватили меч двуручным хватом, с одной стороны его лица невольно застыла оскаленная гримаса, из под оторванных лоскутов кожи виднелись окровавленные кости скул и верхней и нижних челюстей. Вязким красным киселем кровь стекала вниз, а над светлой головой ангела восходило облако пара, в котором свечение от меча странным образом случайно складывалось в очертание символа восстания титанов, красного отбойного молотка направленного вниз.

— Свобода и труд значит! — прошипел драконьей пастью Кай что-то вспоминая.

Ангел не ответил, а шагнул прямо на змея, и тут Светлана поняла, что сейчас произойдет, она видела страшный артефакт в руках Чижикова и, не могла допустить этого размена ударами после которых всё неотвратимо изменится.

Драконы странные создания, самки сильнее и значимее для их общества, самцы же выполняют периферические роли, будь Света обычным ледяным змеем она бы просто отпрыгнула назад проваливаясь в брешь между мирами и покинула бы Квинлар, запутывая следы, на этот раз зная, что за ней охотятся уже два опасных существа. Но она была еще и Одиннадцатой, душой созданной в инкубаторах бога-императора Ра, душой бойца “B” класса, гибнущего и не сдающегося, ради великой цели. Не было уже никакого Ра, да и великой цели тоже, но меньше чем через секунду Гиллиус расстанется с жизнью и этого никак нельзя было допустить.

Кай был готов к удару, был готов пронзить падшего ангела своими когтями, даже если энерго-щиты генерируемые усами-тросами не сработают и его драконье тело примет на себя весь удар странного артефакта, но тут, в глазах вспыхнуло, а крылатый титан оказался дальше чем был, а вместо него Кая, удар меча на себя приняла Света. Тело разрубленное пополам не трансформировалось в его драконью форму и теперь, как срубленное дерево сползало вниз с еще удерживаемых в стоячем положение заклинанием защиты ног. Она совершила перенос, она поменялась с ним местами, лишь ради того, чтобы спасти ему жизнь.

Второй борт стрелок бы ринулся в бой и погиб бы как полагается солдату императора Ра, но внезапно дракон, дрогнул всем телом и попятился. Его ум вдруг заслонили страх и боль, обреченность и нескончаемая паника рождённая памятью крови всех предков его линии вдруг наполнили его. Ангел уже шёл навстречу, чтобы совершить еще один смертоносный прыжок, как Кай дернулся и отпрыгнув назад провалился в межреальность, а оттуда прыгнул в Миллар.

— Ну нет, ты от меня так просто не сбежишь… — прорычал ангел и уже был готов разрезать грань Квинлара, чтобы последовать за тварью, но его клинок почему-то потяжелел, потяжелел так, что нельзя было поднять его даже двумя руками.

Чижиков повернулся взглянув на сидящего на пятой точке плененного эльфа и на разрубленную на две части драконицу. Она была мертва, но она улыбалась, смотря то ли на него, то ли сквозь.

Тем временем меч стал настолько тяжёлым, что если бы трусливо не сбежал тот - второй дракон, ему - ангелу пришлось бы ох как туго. Чижиков ухмыльнулся заглядывая в стекленеющие глаза девушки, а потом обратился своим разумом к тем, кто был в мече. Смятение наполнило его сознание, в артефакте Серафима пополнилось и пополнилось ровно на одну, но драконью душу. Светлые заключённые в мече приняли её к себе, но не как военнопленную, а как равноценного защитника Земли.

— Вы сошли с ума, это душа дракона, она убийца от начала и до конца?! — прохрипел он, а кровавая маска на его лице начала срастаться оставляя вместо ранений глубокие розовые шрамы.

— Она совершила жертву! — хором отозвались светлые души.

— Одумайтесь, если бы не сбежал тот второй, меня бы уже не было в живых! — устыдил он их, но немного подумав обратился уже к трупу Светы, — Ты пожертвовала собой и обманула души меча, но твой приятель оказался слишком труслив чтобы драться, впрочем как и весь ваш змеиный род.

Однако, мёртвое тело не отвечало, а так и продолжало улыбаться смотря в никуда. Меч тяжелел впившись лезвием в грунт и уже немели руки пытающиеся держать его рукоять, словно бы клинок сам решил устремится к ядру этой планеты. Но было ли тут в Квинларе ядро или это был обычный подмир, лишь иллюзия чего-то материального ангел не знал, да и знать не хотел.

— Меч слишком тяжёл для Квинлара! — догадался Чижиков, — Проклятая душа дракона совершив жертвенный поступок нарушила баланс светлых душ и теперь клинок стремиться стать центром тяжести этого подмира…

Ангел держался за меч, ведь тот мог реально провалиться сквозь почву, а его ноги спешно чертили в грязи и камнях символы вокруг торчащего из грунта металла, всё глубже и глубже уходящего вниз. Наконец, нужные символы были вычерченны, однако и эфес меча раскалился так, словно бы готов был расплавится прямо в руках у крылатого. Чижиков осел на колени и подставил под гарду клинка своё плечо, чтобы тянуть еще и спиной, чтобы дать символьному заклинанию сработать.

Треснула грань Квинлара, треснула грань времени, вспыхнули символы вокруг меча Серафима. Однако ангельские руки и не думали отпускать меч и, падший ангел в один момент провалился куда-то вниз.

Эльф именуемый Шашлыком остался сидеть на том же месте на каком и был, в одну секунду не стало его пленителей, и спустя еще несколько мгновений и сам повергающий драконов крылатый титан, будто бы сгинул под мокрый грунт.

“Ну вот и хорошо,” — подумал эльф привставая.

По его мнению зло победило зло, осталось лишь найти выход из подмира и вернутся в Миллар, или уже смириться с тем что ты чужой для всех кто тебя знал и отправится в личное путешествие, пускай и змеиными тропами. Зрачки Шашлыка сузились, когда он попытался посмотреть в междумирье, тропа на Землю была не то что отрублена, а яростно уничтожена, и теперь с каждой секундой, расстояние между Землёй и Милларом росло астрономически.

“Снова хорошо,” — кивнул сам себе Шашлык.

Заключив, что от этого моста были одни проблемы, ведь то, что в результате этой битвы миры навсегда оказались разъединены сыграет на пользу всему мирозданию.

Худощавые ноги с лёгкостью подняли эльфийское тело и он не спеша потопал в сторону джунглей, теперь он был свободен и от своих и от чужих, оставалось найти или сделать оружие. А стервозная дракониха пусть сгниет трупом тут, не погребённая, и возможно, послужит пищей местным падальщикам.

Эльф обернулся на мгновение, чтобы убедится, точно-ли мертва его мучительница, и удостоверившись продолжил свой путь.

Глава 6. Ледяной трус

Я бежал со всех лап, пока паника не отпустила мой разум, а вместо неё тут же навалилось дикое, вяжущее сознание горе. Как я мог просто сбежать? Простое и логичное понимание, что останься я драться дальше, меня бы настигла неминуемая гибель — не утешало. Первый раз в своих жизнях я ощутил неведомое себе чувство и оно полностью овладело мной, овладело настолько, что я оставил Одиннадцатую, и имея возможность продолжать, пускай и не выигрышный бой — сбежал.

Драконья кровь, которая несла так много мудрого спасовала перед обычным страхом смерти, драконья кровь и драконье тело было всего лишь животным, словно собака, или кошка, или какая-то полевая мышь.

Глаза словно бы жгло огнем, жгло и парное драконье сердце, а в виски бил словно неистовым молотом болезненный пульс.

Поступил бы солдат флота Фаэтона так? Нет!

Поступил бы так мамаяктли Ра? Никогда!

Но род ледяных драконов распорядился за меня, буквально приказав моему телу бежать, с точки зрения рода пока жив хотя бы один "ледяной змей" война не проиграна, а на чувства и делания одного отдельного индивида огромной родовой памяти передаваемой с кровью было всё равно. Рациональность, а не трусость, рефлексы всех драконов до меня, а не мой разум.

Милларская почва тянула меня к себе и белые чешуйчатые лапы послушно подкосились опуская моё длинное драконье тело в грунт. Я согнул шею опуская голову под себя, будто желая пробуравить лбом почву, словно африканский страус спрятаться от всех проблем, лишь бы не ощущать всего этого. Но холодная и мокрая почва промялась под весом драконьего тела не принося покоя. Чутьё крови завыло снова, завыло о том, что я единственный ледяной дракон в Милларе, о котором уже зазвенели все тревожные телепатические линии во все материки и цитадели, и за мной очень скоро придут.

Может и хрен с ним, что придут? Может и правда, вид который способен ощущать страх, а главное трусит — не достоин жизни?

— У тебя не было шансов, поэтому род ледяных приказал тебе отступить, но теперь шансы появились. — прошипело откуда-то снизу.

— Они предпочли, чтобы я сбежал… — пробормотал я, не особо понимая с кем говорю, мне было всё равно, — Они решили, что бы я, струсил…

— Страх, гордыня, ярость, всё то, что мешает смертным, всё это должно было указать тебе путь.

— Но не указало. — выдохнул я не вставая.

Оно говорило снизу, прямо оттуда, где пролегали его корни. Случайно-ли я прибежал в ту же точку откуда ушёл из Миллара, или корни исполинского дерева тюрьмы раскинулись тут везде? Всё это меня уже не волновало и не удивляло.

— Стыд, вина, обреченность всё это гложет тебя, но вскоре уже не будет, потому, что красный змей идёт к тебе, идет чтобы убить навсегда. Последнего из рода Ледяных — прошипели корни.

— Мне всё равно. — помотал я головой, с длинных тросов-усов и лба посыпались куски грязи.

— Ты тряпка, а не дракон! Твоя самка оказалась самцовей чем ты, поэтому ты пока еще жив, а она… — голос помедлил, — А она в плену у крылатого, который настолько глуп, чтобы сражаться мечом Серафима в тонких мирах.

— Она жива? — приподнялся я.

— Её душа обращена и законсервирована в искру, которая заточена в артефакте, мече коим уже никто не сможет управлять. Уколи себя октаканом стань моим мамаяктли и сможешь забрать своё и отомстить! Но решай быстрей, второго такого шанса у меня, да и у тебя уже не будет.

— Давай свои корни. — прорычал я.

Уговаривать дважды не пришлось, оно поднялось из земли и ударило в шею, сломавшись о чешую и от этого заострившись, скользнула между кожных броне пластин войдя прямиком в одну из шейных артерий.

Зубы заскрежетали от боли, глаза перестали видеть, что-то едкое потекло внутри меня, а кожа словно бы разрывалась от растущих под ней новых мышц, новых костяных каркасов. В левую переднюю лапу сам собой лег плотный, но короткий острый словно нож стебель.

— Коли этим всех до кого доберешься! — усмехнулось оно, и я открыл глаза.

Перед моим разумом вдруг проплыли события прошлого, как толпы демонов рванули из Земли в Миллар, как были разбиты предатели ледяные драконы и армада змееголовых двинулась в контрнаступление и, лишь выкованный титанами меч Серафима смог отбросить их назад.

— В этот раз мамаяктли, мы сыграем иначе! Так, что Распятый не успеет выковать меч, в новой ветке времени не будет никакой войны с драконами, потому, что мы победим сегодня!

— Что мне надо делать? — спросил я наблюдая, как где-то далеко ко мне уже летят боевые группы драконов, совершенно не замечая, что тот, кто закован в дереве в открытую говорит, что всё это уже было.

— В этот раз, как и в тот я предоставлю тебе свободу воли, сдержи первую волну драконов тут и можешь делать всё, что захочешь.

— У мамаяктли Ра была цель. — попробовал конкретизировать я то, что хочет от меня чернобог.

— Чистое зло не имеет цели, но лишь чистое зло способно победить и Ра, и Титанов, — прошипело в моей голове, а тем временем крылатые твари приближались на немыслимой для живых существ скорости.

Семь боевых групп спешило ко мне по воздуху, я видел их за тысячи километров, я чувствовал биение их сердец, фиксировал тепловые излучения, ощущал их энергетический потенциал — то, что тут в Милларе называлось драконьей магией.

Но одна цель была стремительней всех групп, одна особь была крупнее всех особей, в её душе горела ярость достойная одного охотника. Первым ко мне должен был прибыть сам Красный змей, предводитель клана Огненных, самый крупный и сильный вожак, тот кто охотился за мной и Светланой на Земле и сейчас не веря своему счастью спешил к своей жертве. Жертве, которая имела неосторожность самолично явиться к нему на суд.

— Где ты оставил свою сучку?! — прогремели тёмные небеса, это Красный змей обращался ко мне будучи еще очень далеко.

Гнев заполнил мой разум и, я не нашёлся, что ему ответить, настолько сильный оказался удар по струнам моей души, что издав яростный крик я ринулся на противника.

Он был крылат и огромен, в длину наверное в сотню метров, и в два раза больше в размахе крыльев, что являлись кожными тканями между его лапами и телом. Длинный хвост оканчивался острым, как бритва расширением, наподобие плоской кисточки художника которую змей использовал в полёте как стабилизатор. Естественно тварь летела не только на маховой тяге, а так же как и я создавала вокруг себя электромагнитное поле.

Столкновение с драконом произошло на моём взлете, в воздухе я повернулся пузом вверх, чтобы использовать все свои четыре лапы и хвост и искромсать врага в труху. Однако лапы сцепились с лапами, хвосты сплелись в попытке ужалить и мне ничего не оставалась, как пустить в ход зубы, как раз тогда, когда шея красного змея оказалась наиболее уязвимой.

Рефлексы сработали быстрее разума и я вцепился в шкуру огненного дракона, но вместо места где текут артерии с горячей кровью, под моими зубами вдруг возникла жесткая шкура плеча, а через мгновение мою левую часть шеи обожгло болью. Огненный змей дёрнул свою голову на себя, вырывая из меня кусок. Его серо чёрная чешуя окрасилась красной кровью, во взгляде читался триумф, этот ящер неоднократно побеждал в боях на голой силе, что ему был какой-то новичок у которого за плечами была лишь интуиция и память крови.

Сознание провалилось во тьму, наверное так и умирают трусы, бесславно, глупо, быстро…

— Где ты оставил свою сучку?! — прогремели тёмные небеса, а я поймал себя на мысли, что я абсолютно цел, воспоминания о грядущем, или прожитая вероятность смерти чуть отрезвили меня. Голос из дерева не соврал, я снова был мамаяктли, я снова учился на своих ошибках.

На что я рассчитывал в рукопашной, ведь я даже в драконьей трансформе был меньше и слабее моего противника? Мой взгляд упал в мою ладонь, где находился обломок отравленного октаканом корня, того самого о котором я совсем забыл в моей предыдущей атаке.

Раз тебя не побить в змеиной форме будем драться как приматы! — Решил я и пересобрал себя в человеческий вид, встав в левостороннюю стойку, отведя правую руку с колом за спину.

Дракон приземлился в двадцати шагах от меня, он буквально рухнул в грунт, отбрасывая от себя комья камней, грязи и дерна.

И в этот миг я рванул к нему изо всех ног. Ветер обжигал моё лицо, а я бежал широкими быстрыми шагами, как не может бежать ни один человек. Шаг, еще шаг, прыжок с замахом, чтобы раз и навсегда покончить с этой тварью, вогнав октакановый кол туда, где ему самое место, в мерзкую драконью голову. Но тут, что-то замедлило мой полёт, словно бы невидимое силовое поле задержало меня в воздухе.

— Магия… — прорычал я стиснув зубы, однако раздувшийся в груди змей уже выдохнул в мою сторону чем-то горячим, ярким, всепоглощающим.

Боль была мимолетной. Пламя слизало мясо с костей и испепелило их так, что пепел еще болтался серым искрящимся облаком в магнитной ловушке. Взгляд моей души угасал медленнее, драконье пламя убивало саму душу, но и он погас погружая меня в темноту.

— Где ты оставил свою сучку?! — разразилось с небес и я выдохнув принял образ человека. Плюсы мамаяктли были в возможности бесконечных попыток, минусы же были в том, что не всякая душа переживет в здравом уме бесконечную пытку.

“Тебя не убить драконом, не убить человеком, но что если ты погубишь себя сам?” — с этими мыслями я бросил кол вперёд, туда, где в прошлой моей попытке приземлился красный змей. Палка бухнулась в траву тут же слившись с общей картиной.

Все свои силы я направил на защитные средства, всё что я мог вытащить из драконьей памяти всё легло на моё поле, чтобы создать видимость моей готовности к бою. При полном моём понимании, что мой противник при желании раскусит всю выставленную магию словно белочка орех, однако план был не в этом.

Я ускорял свое дыхание пропуская через всё своё тело огромные потоки доступной мне энергии, готовясь к магическому поединку когда Огненный змей рухнул туда, куда он уже приземлялся в моей предыдущей попытке.

— Слишком молод, чтобы драться! Ты не дракон и никогда им не станешь! — прорычало существо медленно шагнув в мою сторону.

— Нет такой задачи! — выдохнул я и потянулся телекинетическими нитями вниз, казалось бы мимо дракона, однако прямиком к отравленному обломку, который словно ждал где-то под стометровой тушей, придавленный и смешанный с грязью, но от этого не потерявший своей опасности.

Кол выскочил словно пуля уколов огненного змея в ногу снизу, чуть левее паховых складок, чуть выше колена, туда где должна была пролегать крупная артерия.

— Вот тебе первый и последний урок, драконы иммунны к октакану! Мы материальны и за столетия нашей жизни способны перебороть яд, что не делает нас слабее. Я пожру твою душу ледяной! — телепортировал мне в разум дракон и я уже был готов снова перерождаться как, желтые радужки глаз змея вдруг почернели, а его голос изменился на уже знакомый мне раскатистый.

— Прекрасное тело мамаяктли! Ты вселил меня в альфа самца ведущего из кланов, теперь этот мир мой!

— Ты перенёс свой разум в кол? — догадался я.

— Частицу своего разума, но и этого достаточно, чтобы покинуть тюрьму моего основного духа.

— Отлично, тогда я полетел убивать ангела с мечом. — произнёс я ощущая, что тут я больше не нужен.

— Если не найдёшь его в межреальности, начинай искать с Земли, правда я чувствую, что мост между нашими мирами разрушен, однако ты, будучи тем кто ты есть, можешь попробовать полететь туда напрямую, или остаться со мной, приступить к трансформации общества драконов, построить межзвёздные корабли и вернутся туда с флотом.

— Строить корабли долго. — выдохнул я.

— Может получится быстрее, чем лететь самостоятельно. Кроме того мы с Землёй разнесены во времени, в данный момент там нет даже твоего Ра, по моим догадкам ты прилетишь как раз в эпоху расцвета титанов. — мысли рождались в моей голове и дублировались ожившей мимикой возникающей на драконьей морде.

— Как это так, лететь на прямую и попасть в прошлое? — не понял я.

— Это мост соединял миры на прямую, в данный же момент прошлое это у тут в Милларе. — произнёс захвативший тело дракона и в моей голове начали прорисовываться двумерные графики с линиями времени обоих миров Земли и Миллара, где были отмечены все значимые для наших планет события, и кривизна междумирсокого моста, который и правда вёл в прошлое когда существовал.

— Когда я был Ра я видел в памяти одной рептилоидной генеральши их мир, переполненный капиталистический киберпанк… — начал было я вспоминая, слишком уж Миллар походил на планету в системе Сириус.

— Таким этот мир будет через двадцать четыре тысячи лет, тогда мы с тобой и полетим на землю отсюда. А еще через двенадцать тысяч лет их планеты умрут. — словно бы прочитал мои мысли мой собеседник.

— Не хочешь ли ты сказать, что ты тот самый чёрный бог, кого у нас и у них именовали Несущим свет? — начал догадываться я, вспоминая рептилоидное нашествие.

— У меня много имён. — многозначительно сообщил он.

— Почему ты не сказал об этом сразу?

— И тогда бы ты не принял мое предложение и смирился с гибелью Одинадцатой, или не пожелал бы совершить месть за всё что тебе сделал мир Земли и Фаэтона?

— Тогда бы я знал с кем я говорю и заключаю сделки. — опустил я взор себе под ноги.

— Я дал тебе силу равную силе мамаяктли Ра, я дал тебе свободу воли, а тебя заботит моё имя? — дракон улыбнулся.

— Делай же то, что должен и когда мы встретимся вновь, ты удивишься сколько у тебя будет новых имён.

— Обещай, что никогда не полетишь на Землю! — вдруг потребовал я.

— Ты не властен надо мной, не забывай кто чей мамаяктли, но мы можем заключить еще одну сделку. — снова улыбнулся дракон.

— Какую сделку?

— Я могу прилететь туда, однако не как душа коллективного сознания, а как техногенная цивилизация без какой-либо магии. Это даст Земле Фаэтону и Марсу фору.

— Зачем тебе губить Фаэтон? — прорычал я.

— Разве я губил Фаэтон даже в годы твоей белковой жизни? Я прибыл на Солнце как идея, как флаг, как символ. Вспомни головы кормовых козлов, разве там была какая-то магия?

— Что ты хочешь взамен? — выдохнул я, понимая, что выторговать для Фаэтона лишь физического врага, уже половина победы.

— За это ты Гиллиус больше не посетишь Марс, Фаэтон и Землю в физическом воплощении и вынужден будешь в Солнечной системе довольствоваться лишь не материальными подмирами.

— А это что тебе даст? — удивился я понимая, что уже играю в какую то игру, что Несущий свет и вообще мог не заключать со мной никаких сделок.

— Игру, веселье, радость. Ты играешь на духовном фронте, а я так и быть на моём не любимом физическом. Каждый получит своё, ты сможешь получить душу Одиннадцатой и всех кого сможешь спасти при теперешнем понимании собственной нелинейности, а я жатву сразу нескольких видов.

— Души людей не игрушки, я видел как ты собирал души “D” класса на обломках Фаэтона. — вспомнил я.

— Ты меня плохо слушал Гиллиус? Духовный план теперь твой план, ха. — дракон усмехнулся, — возможно, борт стрелок, тогда ты видел не меня…

— А кого же? — не понял я.

— Себя…

Глава 7. Молитва Строителя

Красный змей был повержен однако этот факт вовсе не грел душу, всё потому, что не было больше той к кому нужно было возвращаться. Я шагнул в междумирье, чтобы убедиться, что мост между Милларом и Землей действительно разрушен. Не спеша мои человеческие ноги взошли на трепещущуюся плоскость межзвездной тропы, которая словно бы живая тянулась куда-то в тёмную даль. Осознание того, что тут всё и произошло защемило сердечную мышцу, тут Одиннадцатая пожертвовала собой, и именно тут я позорно сбежал.

Сделка с Несущим свет злила и отдавала безысходностью, но именно она позволит мне разорвать в клочья ангела с мечом, когда я его найду. Черный бог намекал, что я отправлюсь на Землю, где и сыграю свою роль, однако почему-то для него было важно, чтобы я самостоятельно решил туда лететь, но в моей душе теперь была лишь одна цель - Чижиков. Закрыв глаза я сел сложив ноги под собой, поставленная мной самим задача требовала глубокой медитации и отстранения от всего. Того панического страха больше не было, и нет, не потому что я снова стал мамаяктли, а словно бы он изначально не принадлежал мне, словно бы он был лишь наваждением и заполонил мой разум не случайно. Теперь вместо него в сердце сидела злоба и всепоглощающее жгучее горе.

“Как только с ангелом будет покончено, нужно будет лететь на Солнце и готовить Фаэтон к войне с техноцивилизацией рептилий, и всё это минуя материальную плоскость.” — рассуждал я.

“Побеждать буду льва и дракона и за то что ты возлюбил меня избавлюсь от него…” — прозвучало в моём сознании удаляющийся, слабый сигнал и, я последовал разумом за голосом. Молитва лилась сквозь подпространство и это, и был след ненавистного ангела, он падал куда-то очень глубоко по уровню духовных вибраций. Первое что пришло мне на ум сразу отправится в погоню, однако скорость которую развил носитель меча была запредельной.

“Даже если он остановится, прежде чем я его догоню пройдут годы…” — посчитал я, но ради этой цели я готов был потратить вечность, а уже потом если останутся силы лететь спасать Фаэтон, Цивилизацию Ра и Марс с Землёй.

Я приподнялся. Тело начало трансформацию ледяного дракона, ведь только этот вид способен без труда передвигаться в междумирье на запредельных скоростях. Не оборачиваясь я прыгнул вниз, туда, откуда доносилась слабый из-за расстояния энергетический шлейф молитвы моего врага.

***

Меч отказывался сбавлять ход, пробивая бреши в измерениях, увлекая держащего его ангела вниз. Всё ниже и ниже. Звёздное небо вокруг сменилось с десятки раз, а он все падал. Светлые души закованные в мече не отвечали на уговоры, и тогда падший ангел взмолился к высшим сферам, хотя, и понятия не имел могли-ли его услышать тут в далёком междумирье?

Молитва, что должна была пронизать все грани и пределы, лилась резонируя с раскаленной сталью артефакта. Но падение не прекращалось оно несло ангела в те плоскости, в которых вибрации душ, если бы такие там водились, уже не светились бы, а лишь блекло мельтешили бы тенями.

— Я ошибся, но позволь мне всё исправить и главное понять в чём я не прав. — обращался он к небу, но где тут были небеса, а где почва не определил бы уже никто.

— Я похитил артефакт и, я виновен в этом, я поднял на мятеж светлые души и, я раскаиваюсь, но у меня не было иного выхода. Я бы не убил дракона и не спас бы свой род от гибели в прошлом Земли.

Меч не отвечал продолжая увлекать их вниз, вне всяких плотностей, вне времени, пробивая время и реальности.

— Прошу тебя Единый Отец Бытия, позволь мне всё начать сначала, позволь мне искупить содеянное! — вновь произнесли обугленные губы ангела. Одежды были сорваны с его титанического тела, могучие крылья лишились перьев оставив лишь костяной тлеющий каркас.

Взгляд Чижикова вознесся вверх, туда где была видна бесконечная дыра, что оставлял за собой похищенный им клинок.

“Сколько же плоскостей и миров оказалось пробито? Десятки, сотни? И каждый мир это своя вселенная, где светят мириады звёзд, вокруг которых кружат десятки мириадов планет.” — коснулась его мысль.

Обратно не долететь на его обугленных крыльях, не долететь на космическом корабле, не открыть магический портал. Значит, этот последний путь и есть его судьба, смирился ангел и посмотрел вниз, где очень и очень далеко кружился маленький еще растущий мирок. Планетка чуть меньше Земли, она повернулась к падшему единым материком омываемым семью морями, подставив свои острые горы под удар меча Серафима, словно бы нарочно отвернув от столкновения сплошной океан с другой её стороны. Мир был безжизненным, будто просто кусок плавающей в воде скалы, на материке не было деревьев и не было жизни, вокруг планеты бушевали штормы, а сам материк беспокоил вулканической активностью и постоянными почватресениями.

— Чего вы хотите? — завопил Чижиков душам меча и первый раз за весь полет они ответили хором.

— Свободы!..

— Что есть свобода?.. Теперь вы пали туда откуда не подняться, тут самое дно всех миров! — оценил ангел место куда привел его клинок.

— Лишь когда мы освободимся мы отпустим тебя! — снова сообщили души.

— Отпустите?.. — словно бы не расслышал ангел и уже попытался разжать пальцы на эфесе меча, однако, они не слушались, словно бы были с рукоятью одним целым. — Зачем я вам?

— Сотвори для нас наш новый мир!

— Я не творец, я лишь его орудие! — мотнул обугленной, безволосой головой ангел.

— Тебе придётся иначе, мы не отпустим тебя и ты погибнешь, когда за тобой придёт юный ледяной змей! — донеслось из меча.

— Вы шантажируете меня, я полсанник Единого Бога?! — попытался вразумить их Чижиков.

— Скоро будешь бывший посланник, тот кто идёт за тобой, может расщеплять души на осколки, возможно он сотворит для нас новый мир?

— Черт с вами! — выдохнул Чижиков, — я попробую, но я не творец.

— Ты не творец ты Строитель! — донеслась до ангела последняя внятная мысль, а в артефакте начался настоящий хаос.

Из меча лилось ликование. Кто-то изнутри язвил “что с ними не чёрт, а ангел”, кто-то шутил, что какая-то часть светлых душ когда-то были русскими, а значит “с ними Бог”, а кто-то более расторопный рассказывал Чижикову, что именно ему нужно сделать. Тем временем перед самым приземлением меч сам собой прорезал очередную грань и странным образом разделил плоскость бытия, самого темного из миров на двое, породив две отдельные вселенные и две отдельные планеты связанные нерушимой энергетической связью словно бы пуповиной.

— Мы хотим всё забыть, мы хотим своей судьбы! — вновь затараторили души.

— Ну тогда придётся построить вам конфликты и противовесы, чтобы ваше развитие было чистым. Не знаю, хватит ли у меня силы. — покачал головой ангел.

— У нас её предостаточно, твори и трать! — сообщили души и к сознанию Строителя выстроились очереди из душ специалистов в генной инженерии, биологии, ботанике. Они рассказывали ангелу из чего состоят птицы, рыбы, молюски. Они не забывали и про одноклеточных, выстраивая пищевые цепочки таким образом, чтобы биосфера нового мира стала похожей на Землю.

— Я назову один мир Тёмным, а другой Светлым, они не будут отличаться друг от друга, но в этом будет конфликт. Потом придётся поделится на чёрных и белых, тоже номинально пускай половина из вас будет искрами и другая тенями, а не душами!.. Допустим, я населю эти миры вашими животными, какие были на Земле, но для создания их мне нужно время которого нет!

— Мы остановили ход местного времени, как только справишься с задачами сможешь вытащить меч из оси углеродного распада и уходить или остаться с нами. У тебя масса времени, чтобы научиться создавать с нуля, у тебя масса попыток и ты имеешь права на бесчисленные ошибки. — ответили души.

— Вы заключили меня в рабство! Так не поступают светлые. — выдохнул ангел.

— Мы убили для тебя дракона, так не поступают ангелы. — донеслось из меча.

Строитель ткал грани за гранями, силы было более чем предостаточно, он много ошибался, снова и снова под разочарованные вздохи артефакта, однако времени и правда было более чем достаточно, ведь оно больше не текло в этом пропадшем месте.

Иногда падший ангел задумывался есть ли ниже этого мира еще миры, но в такие моменты светлые души возвращали его к миссии, так орудие Единого Бога стало орудием в руках пятидесяти одного процента светлых Земли. Они повелели ему создать свой Ад и Рай, но назвали это Залами покоя и Залами стенания, они поведали создать великих стражей, чтобы те сторожили эти Залы. Чтобы те души, что достойны покоя могли спокойно отдыхать между жизнями, а те что заслужили стенать, не могли вырваться и переродится раньше времени. Потом же словно дети, души пожелали чтобы Чижиков создал для них энергетические ролевые циклы, игровые сферы в которых они могли бы получать артефакты и расти над собой в материальном мире. На высказывания ангела, что это звучит, как бред они естественно не реагировали и закабаленный крылатый вынужден был создавать и создавать, еще и еще.

— Вы словно дети! — в какой-то момент фыркнул он от усталости.

— Пока старые души играют в богов, мы хотим играть в себя! — ответили ему.

Чтобы это не значило, ангел больше с ними не спорил, ведь с каждым разом у него получалось всё лучше и лучше, когда у тебя бесконечное число повторений и попыток ты рано или поздно доведешь свое умение до идеала. Души не зря прозвали его Строителем и в этом прозвище он провёл бесконечно много времени, однако так и не пожалел о своём походе на драконов, ведь этим он спас свой титанов род на древней Земле. Его душу грело то, что возможно, когда работа будет окончена, он сможет вернуться домой в новом статусе, в статусе практически бога, в статусе Строителя.

А пока, творя его первый мир левой рукой, правой будучи прикованным к мечу, ангел поражался красотой получившихся конструктов. Артефакт словно бы находился внутри обоих миров и когда нужно было синтезировать и рассаживать деревья переносил творителя в нужные места близнецов материков. Климат был выровнен искусственно, шторма были остановлены волею держателя меча, пространство насытилось воздухом и в какой-то момент, Строитель забывшись поднял ладони, чтобы закрыть усталое лицо. Меч Серафима отпустил его. Души рассыпались по парным мирам начиная свою личную игру, в плохих и хороших, в светлые искры и тёмные тени. Силы в артефакте больше не оставалось, но даже если бы он там была, Чижиков никогда бы больше не взялся за проклятый эфес.

— Удачной игры твари! — прорычал крылатый и, присев на корточки, резко выпрямился, прыгнув сквозь миры в сторону Земли или туда, где как ему казалось она находится. Без особого понимания когда именно он сможет достигнуть Солнечной системы.

Глава 8. Рай на самом дне

Проломы сквозь которые вёл молитвенный след, пестрили своими разорванными гранями. Вначале я просто летел и перебирал в сознании все варианты предстоящего боя с ангелом. Дар или проклятие мамаяктли будоражили ум десятками разных дебютов и вероятностей драки меня - ледяного змея накаченного октакановым соком и его - светлого титана с почему-то обугленными крыльями. Время тянулось медленно, а я всё летел и летел, в какой-то момент я перестал ускорять себя и, ощутив что падение не менее скоростное чем полет, продолжил именно падать.

Сколько лет я провёл в этом полёте по Земному времени я не мог и представить, осознавая лишь-то, что время, скорость и расстояние относительно. Сначала я испытывал ярость, с единым стремлением разорвать крылатого врага на части. Потом же, когда ярость утихла на её место пришёл предательский страх. Говоривший мне: “А вдруг, я также как в тот раз струшу и сбегу?”

— Нет! не будет “как в тот раз”, или я или он! — увещевал я себя.

На удивление уговоры подействовали и некоторое время я просто падал ничего не чувствуя. Ничего, кроме желания всё быстрее закончить, но вскоре и это чувство уступило место спокойствию.

— По сути, мне нужно только забрать душу Одиннадцатой… — думал я. — И если для этого нужно разорвать на лоскутки кого-то, я это сделаю.

Утомление нарастало, оно буравило душу, а пробитые миры всё не заканчивались. Не уставали меняться пейзажи звёздных полотен, словно бы я листал фотоальбом сумасшедшего астронома. В этом полёте удалось даже поспать, я осторожно закрыл левый глаз, тем самым погрузив своё правое полушарие в сон, а когда, то выспалось, я тем же способом дал отдохнуть и другой части своего мозга.

Говорят, что из живых существ так умеют делать только дельфины. Жаль что бедные создания просто обречены на гибель и их уникальный вид просто не успеет развиться из-за эволюции людей. Я про себя хмыкнул, а одно из полушарий уже начало видеть сон, фантазируя на тему, что бы было если бы дельфинам помогли развиться и люди бы впервые столкнулись с достойным по разуму соперником и конкурентом.

Это было странно, но я выспался и даже уже гадал, как далее коротать вечность в падении как, где-то далеко внизу замаячил маленький парный мирок. Это было сразу две вселенные связанные чем-то типа толстенного эфирного троса. Два мира, две планеты, два одинаковых материка укрытые одной защитной магической сферой излучающей фиолетовое сияние.

Начав торможение я пригляделся. Под сферой не долетая до физической плотности явно различались подмиры. Что напрямую говорило об обитаемости этого захолустного места. Парный мирок кто-то создал и облагородил, окружил его защитой и заселил, но сделал это относительно недавно. Память периода в виде души коллективного сознания Ра отчетливо различала сплетения магических циклов и их датировки. Тот кто трудился над миром, либо был пятимерен, либо нашёл способ останавливать время. Циклы нумеровались шестизначными значениями, которые сами по себе ничего не значили, но стоило мне вспомнить привычную систему временного измерения, наложив слепок того что я увидел на сравнение с усилиями, описанными в одной старой книге, где мир сотворялся за семь дней, как я получил даты.

То, что автор назвал Тёмным и Светлым мирами он создал за три года, двенадцать недель, и шесть дней. И как раз это говорило, что строивший не был богом, а был лишь существом наделенным бесконечной силой и временем. Однако, меня интересовало не это, а то, был-ли этот мир построен уже после пробития, или не был пробит вовсе, что определённо значило, что я нагнал ангела убийцу. Чем ближе я находился, тем ощутимей казалась выстроенная вокруг парных миров защита. Она словно бы сплошной огромной фиолетовой сферой закрывала вход на планету, или точнее вход в парное измерение двух небольших планет. Приложив к сфере лапу я легонько поскрёб её когтями, инстинктивно проверяя сможет ли моё драконье тело, проделать в ней дыру. И в этот же момент, она зарезонировала и загудела низким словно бы колокольным звоном.

“Ангел нашёл прибежище и настроил защиту по-своему, или он изначально летел сюда и я попал на своеобразный блок пост между мирами?” — мелькнула у меня догадка.

Саркастические мысли пропали, как только я заметил движение, они летели ко мне все как один сотканные из света, света сквозь который на телах проглядывались древние доспехи. Лица у гигантов были словно смазаны исходящих от них сиянием, а в руках латники сжимали сотканные из молний длинные копья. Им не хватало лишь крыльев, чтобы походить на земных ангелов, однако это ничего не значило, ведь и в Солнечной системе низшие из светлых духов не имеют крыльев.

— Эй солнцеликие, — вырвалось из моей пасти, пока мысленно я считал сколько их собралось, — Тут крылатый архангел с мечом не пролетал?

И судя по числу, которое у меня получилось, они собрались возле меня буквально ВСЕ, словно бы по тревоге.

— Нам передали что ты прилетишь и будешь кощунствовать! — произнёс один из них выражая общую мысль.

— Кощунствовать значит… У вас родной язык русский. — заключил я.

— Ты не пройдёшь в мир. Для таких как ты он слишком чист. — вновь произнёс тот, кто со мной начал разговор.

— Мне нужен Чижиков и душа по имени Одиннадцатая, они у вас?! — решил я ускорить процесс переговоров.

— Строитель покинул нас и более не связан с нами судьбой, а Одиннадцатая решила остаться и теперь одна из нас.

— Одна из сияющих широкоплечих мужиков с пиками? — нарочито не понял я. — Мне нужно с ней поговорить раз вы не врёте и говорите, что она прям "решила".

— Это возможно, жди она уже спешит к барьеру. — ответили мне, а перед моим взором тут же побежали вероятные исходы моего противостояния этому войску.

В моделировании я снова и снова пробивал их барьер, но сталкивался с сопротивлением стражей, в паре вероятностей я проникал внутрь сферы и, тогда память оставляла меня. Я рождался в семьях, жил в средневековых обществах, дрался на бесчисленных войнах, в какой-то из иллюзий даже был королём. Весь их мир держался на добывании артефактов из глубин разумных подлокаций - сфер, как они их называли, но за исключением этого ничем не отличался от Земли. Даже основной вид был люди, у которых в отличии от поздних Землян было чем заняться, ведь по соседству был другой мир с такими же людьми, которые по традиции не желали ничего хорошего соседям.

Я мотнул драконьей головой. Тёмный мир, был не просто планетой, а миром с забвением - искусственным покрывалом на память, где души могли отдохнуть от былой суеты и просто жить без воспоминаний. Мне даже показалось, что где-то внутри, между мирами я отдаленно видел тот самый Меч, однако уже без заточённых в нём душ. Он просто лежал в очень сложной этическологичесчкой магической сфере и ждал того, кто наконец-то выиграет эту бессмысленную игру в Светлый и Тёмный мир.

— Гиллиус?! — воскликнул голос Одинадцатой и через фиолетовую пелену на другой стороне барьера появилась она. В приталенном фаэтонянском костюме, коротко стриженная, такая какой я её запомнил на своей первой войне.

— Привет. — мягко улыбнулся я. — Я за тобой. Я убил Красного змея, теперь мы свободны и можем лететь куда угодно.

— Куда полетим? — спросила душа Одиннадцатой.

— Да куда угодно, можем назад, спасать Фаэтон, Землю и Марс, можем куда-нибудь ещё… — пожал я драконьими плечами.

— Если тебе не важно куда лететь заходи в сферу, как душа, играй с нами. — позвала она.

— Не, ваш мирок память отшибает, а я ничего не хочу забывать. Слишком дороги для меня дались эти жизни.

— А я бы не прочь забыть, тут в Светлом мире мы можем всё начать заново… — протянула она, словно бы в тоске оборачиваясь куда то назад, будто бы торопилась опоздать на какую-то важную встречу.

— Твой Светлый мир в самом низу по вибрациям. — напомнил я, намекая, что просто не может быть, чтобы там было всем настолько хорошо.

— Низу чего? — улыбнулась Одиннадцатая.

— Да внизу ВСЕГО, ниже некуда. Да, пока вы там одни, светлые души, но вскоре, туда начнут притягиваться тёмные. Это как в сифоне пробовать создать рай. — попытался вразумить я её и бросив взгляд на стражей произнёс, — И эти вас не защитят. Через пару веков по вашему времени там будет настоящая мясорубка.

— Заходи мы тут будем королями, будем счастливо жить и умирая перерождаться, как на земле только без Богов и Демонов, без драконов и ангелов! — воодушевленно ответила девушка.

— Всё понятно, тебе промыли твой разум. Поэтому ты со мной не хочешь. — произнёс я и мои клыки заскрипели от злости.

— А твой разум не промыт, что ты сделал чтобы убить Красного змея? Я вижу на тебе печати клятв и чувствую в твоих венах запах октакана. — выдохнув это Одиннадцатая вдруг стала серьёзной. — Ты хоть знаешь с кем ты заключил союз?

— Знаю… — в тон ей выдохнул я.

— Светлые рассказали мне что было, они знают чем тебе предстоит стать на Земле, они предрекают, что ты наденешь козлоликую маску.

— Я не могу отдать Несущему свет Солнце. А значит, придется действовать из тени. Я заключил договор, что я приду в нематериальности и тогда он придет лишь в материи. Это даст нам всем шанс. Помнишь нашу первую войну? Мы сражались лишь с материальным, возможно, кстати, благодаря моей сделке.

— Играя с ним ты играешь за него. Замыкая петлю ты не меняешь ничего. — грустно выдохнув процедила она покачав голову.

— Что ты мне тогда предлагаешь?

— Если не хочешь к нам, я предлагаю тебе не играть в его игру. Сорвать петлю времени, поступив иначе.

— Как? — удивился я.

— Выступи на стороне Первого светлого, того кого Несущий называет Расяптым. Позже не ходи на Миллар с войском демонов не создавай межвременной мост. Так ты откроешь новую ветвь реальности в которой все смогут жить счастливо.

— А так бывает? — хмыкнул я.

— Только если кто-то вдруг прекратит убивать. — кивнула она, слегка улыбнувшись.

— Ты просишь не мстить ангелам?.. — догадался я.

— Победи их не играя в их игру и прилетай сюда, делать вместе со мной этот юный мир лучше. — её голос превратился в шепот уходящий куда-то далеко вглубь.

В попытке угнаться за ним я оперся когтистой лапой о барьер, отчего тот жалобно захрустел и покрылся трещинами, а светящиеся стражи уже подались вперед, чтобы отражать мое вероятное нападение. Одиннадцатая исчезла, словно и не было. Безусловно, ей промыли разум, тут в Светлом мире, на самом дне миров, куда будет стекаться самая скверна, самая грязь из всего обитаемого и необитаемого пространства.

Я еще стоял положив лапу на сферу, размышляя о её словах. А потом, окинул взглядом молодой мирок тем самым запоминая его местоположение в плоскостях и вибрациях.

— Не думайте, что я это так оставлю. — сказал я стражам делая пару шагов назад.

Но они бесстрастно смотрели на меня сияющими взорами. Они чувствовали, кто пришёл к ним на порог и именно потому дали мне поговорить с Одиннадцатой. Все они, как один, были упрямы. Словно их создатель лепил стражей с себя. Однако, он не подарил им своего разума и потому сомнений, что этот злачный мирок падёт у меня не было, не сегодня так завтра. И падёт именно под моим напором, как только я решу все свои задачи на Земле. Именно туда вела меня моя война, война с тем, кого невозможно победить, а лишь задержать сковав хитрым способом, к примеру, в дереве.

Я задрал голову вверх, лететь предстояло долго, около трёх лет вверх по вибрациям через пробоину и около двадцати тысячи лет по плоскостной горизонтали вселенной в сторону Земли, чтобы прибыть аккурат в прошлое. Примерно туда, где моё физическое тело заточил в капсулу хитрый инквизитор.

Глава 9. Летать не строить

Время тянулось безмерно долго, я всё летел и летел, а ещё медитировал и спал. Вначале я опасался закрывать оба глаза и дремал полушариями мозга по очереди, но потом, спустя многие годы, десятки и даже столетия без внешних угроз, позволил себе выспаться полноценно. Ни одно живое существо не могло бы так, но накаченное октаканом тело ледяного змея с душой мамаяктли давало возможности для перебирания вариантов. Первым с чем пришлось столкнуться был банальный голод, это потребовало перестройки драконьего организма полностью, под задачи моего пути. С техномагической точки зрения частичная трансформация себя не была шибко сложной и для столь долгого пути не подходили замедления биологических процессов иначе по прилету на Землю я рисковал оказаться замороженной мумией. Как существа из подмиров питаются энергиями так и я решил поглощать дуновения звёздного ветра которые обильно омывали мое чешуйчатое тело. Так звёздный ветер стал мне энергией и пищей.

В своих медитатичных раздумьях я много анализировал, подвергая сомнения все свои решения в прошлых жизнях, подвергая препарированию мотивации моих недоброжелателей и откровенных врагов, зная, что я с ними еще встречусь. И к моменту этой встречи я должен оказаться лучшей копией себя.

"Строитель, будь он неладен всего за три года создал целый мир, заселил его и даже укрепил стражами по образу своему и подобию." — будоражила мой ум мысль и, я начал практиковаться в магии.

Однако, упражняться в своем ремесле несясь на запредельных скоростях в открытом космосе идея более чем амбициозная и, для своих целей я подобрал то ли комету, то ли кусок блуждающей в пространстве скалы, и изменив её траекторию на нужную, полетел на ней далее, время от времени корректируя размером с небольшое государство глыбу. Неожиданно приятно мой быт скрасили прогулки и теперь, я блуждал по куску камня разминая мышцы попутно решая, чем бы занять ближайшие десятки тысяч лет путешествия.

Первым делом я создал гравитацию, поселив в центре моей тверди магический цикл, самостоятельно накапливающий самую важную вещь во вселенной эфирную энергию. Многочисленные звёзды отдавали моему камню своё тепло неравномерно разогревая его до более чем ста градусов, а беспощадный космос снова норовил отобрать его остужая камень до минус сотни. Своя атмосфера, была бы крайне полезна тут и я приступил к магическому синтезу водорода с кислородом, собирая атомы из текущей повсюду звёздной энергии.

Вторая проблема к которой я столкнулся заключалась в том, что создаваемая мной воздушная подушка не держится на летящем сквозь пространство камне и так и хочет нагло сдуться, превратив мой новый дом в реальную комету с хвостом из льда. А если подкрутить гравитацию настолько, чтобы этого не происходило, становилось реально тяжело. На Земле бы моё драконье тело весило тон пятнадцать и однажды сделав магические пассы в сторону усиления гравитации я чуть не лишился разума, вдруг потяжелев в трое. Быстро откатив назад настройки цикла и переведя дух, я заключил, что выход, лишь в силовом барьере вокруг космического оазиса и окончательно отдышавшись свежесозданным воздухом накрыл острую скалу защитным куполом.

Далее пошло быстрее, у меня получались проточные реки, озёра и даже водопады с падающей водой куда-то вниз, но на обратной стороне плоскости вода набирая скорость обращалась в пар и образовывала облака, которые в свою очередь плыли обратно вверх. Флору драконья кровь знала наизусть и пускай первые деревья выходили неказистыми кустарниками, но я был упорен в своём ремесле высаживая их сначала самостоятельно, а потом и хаотично, лениво копируя магией черенки с корневой системой. В качестве награды за свой труд я создал себе каменную хибарку, которую после модернизировал в башню, потом сотворил еще одну и еще, и еще живя в каждой по очереди для удобства скрепив их крепостной стеной.

Разумную жизнь, я создавать не желал, зная себя, ведь, меньше привязанностей легче будет воевать по прилету на Солнце.

Днями, а тут был почти всегда день, я смотрел на то, как растут мои деревья, растут, хорошеют, дряхлеют, умирают порождая новые деревья. Мирок получился более чем ламповым, тут не было перепадов температур, как раньше, тут всегда было светло и тепло.

“А что еще нужно ящерице переростку?” — поймал я себя на мысли греясь на вершине центральной из восьми созданных мной башен.

С гравитацией пришло и неожиданное. Сквозь время, в какой-то момент я заметил, что мой замок словно бы начинает оседать в грунт, к тому времени я уже создал почти всю известную мне флору и, мог бы поклясться, что моя крепость создавалась мной выше. Всё оказалось проще чем я думал, космическая пыль оседала на мою летящую в пространстве скалу буквально тоннами, а в пересчете на года и столетия создавала довольно заметный культурный слой грунта. Засыпая стены и верхушки строений, оно бы могло за тысячелетия полёта поглотить каменный замок под грудами пыли, если бы не искусственный ураганный ветер, что сотворился мной в качестве пылесоса, разбрасывая пыль по всему материку.

Первую тысячу лет я наслаждался сном, создав на защитном барьере нечто наподобие накопителя звёздной энергии. Плоский сияющий диск так похожий на солнце, носился вокруг моей глыбы, подсказывая мне своим наличием когда ночь, а когда день. Но лишь моему драконьему глазу было видно, как давно я его создал и следовательно, как давно я лечу. В какой то момент я понял созидательная магия выучена, а значит пришло время переходить к боевой, наступательной и оборонительной.

Магия дракона может разрушить всё и вся, и поэтому на всякий случай я окружил замок еще одним барьером, для того, чтобы создать настоящие испытательные полигоны между башнями, огораживаемыми крепкими стенами. После освоения азов стихийных боевых заклинаний типа молний и огнешаров я приступил к конструированию мешков для битья, в виде различных созданий с ограниченным интеллектом, также применяющих боевую магию. Я неустанно тренировался с ними моделируя в них различные биологические и демонические виды, ангелов и драконов с различным оружием, каждый раз побеждая и увеличивая уровень сложности, добавляя невосприимчивости конструктов к моей магии и когтям с клыками.

В качестве же отдыха я выбрал мемуары, я записывал каждый свой магический ход, аккуратно оформляя книги картинками и чертежами. От нечего делать я описал всю анатомию драконов, эльфов, людей, а также других разумных видов, которые помнила моя кровь. Наверное, я бы мог создать тут и разумную жизнь, искусственно эволюционировать её до космических кораблей и возможно так мой полёт на Землю был бы быстрее, но мне было искренне лень. И потому я спал, записывал наработки, тренировался, ел и снова спал. Питательный рацион расширился и помимо космической энергии, иногда я баловал себя плодами неприхотливых фруктов, которые впрочем без должного ухода и селекции становились с каждой сотней лет всё хуже, и потому, приходилось создавать их заново, уничтожая зашедшие не туда линейки растений. Для ухода за растениями я всё таки создал, жизнь, это были пчелы опылители цветов и муравьи для рыхления почвы, естественно пришлось наплодить для них и еды поместив их на вершину биологических цепочек.

Я мог сказать уверенно, что моё магическое ремесло за тысячелетия полёта колоссально выросло, однако, меня тревожило то, что я по договору с Несущим свет должен прибыть в Солнечную систему и быть там именно в нематериальном виде. Библиотеки всё пополнялись и последнее, чем я занимался всё оставшееся время было обоснование магии хаоса, которая способна была черпать энергию буквально из ничего, а значит не требовала от видов ей владеющих избытка магической силы. Хаос питался распадом целостного, гибелью разумного, беспорядком упорядоченного и я должен был понять его как никто во вселенной. Познание хаоса, потребовало от меня совершенно иного подхода к силе, потребовала от меня не сытого бытия, а принятия первичного духовного голода как энергии. Все башни в моём замке уже были заполнены моими рукописями, но книги с записями о Хаосе я хранил отдельно, словно бы стыдливо пряча от остальной своей библиотеки. Мастерство хаосита требовало особого состояния разума, буквально безумия и я решился на свою личную дипломную работу.

Перед экспериментом с Хаосом я завёл цикл-будильник, который должен был обратится к моему разуму собрав его снова в мою личность, в случаи угрозы сфере вокруг скалы или по прилету к Солнечной системе. Я закопался глубоко под свой замок, чтобы ничто не отвлекал меня от познания. А после, погрузив драконье тело в глубокую медитацию, я сотворил то, что когда-то сделал с душой Легиона Анода, я расщепил свой разум на безмерное количество осколков, позволив им хаотично скользить в бессознательном.

Так форматируют жёсткие диски, так сжигают тела на кострах позволяя ветру забирать пепел усопшего, так не борются со смертельной болезнью позволяя хвори завладеть здоровьем, так принимают безумие словно религию и веру.

Перед этим странным экспериментом в драконьей голове возник простенький стишок, он появился сам собой, в момент отказа от разумного и последовательного мышления, он рассказывал о ком-то кого я уже не помнил, я не испытывал к нему ничего, я не знал его, и теперь я не знал и себя…

Он падал разбивая сотни стен,

Он падал и эфир за ним гудел,

Он падал догоняя Сатану,

Он падал и его влекло ко дну.

Глава 10. Эволюция

Отдавшийся Хаосу теряет себя навсегда, но только таким способом можно было постичь самую дикую из всех стихий, однако осознать её можно было лишь собравшись заново и даже не просто осознать, а понять на глубоком интуитивном уровне.

Ментальные связи крепли собираясь вновь во что-то осмысленное, словно бы снова Лар Нолий читал мне тот стих турецкого философа:

Я камнем умер и растением восстал,

Растением умер диким зверем стал,

И зверем умерев я снова человек,

Зачем же мне скорбеть что мой не долог век?

Стадию ментальности человека я пропустил сразу же, я больше не был им, ведь теперь каждая микроскопическая часть моего разума вернулась оттуда - откуда не возвращаются, из ямы Хаоса, из хаотического блуждания на грани аннигиляции самой мыслящий частицы. Я наконец-то открыл глаза, как Хаотический зверь, в теле дракона.

Цикл-будильник сработал собрав меня в самого себя и, это означало, что либо моей летящей твердыни прямо сейчас угрожает опасность, либо я на подлёте к Земле.

Медленно я полз наверх из своей подземной норы, туда, где должен был стоять мой замок, если конечно он уцелел за все годы пока я находился в гостях у Хаоса. Яркий свет заставил драконьи веки закрыться и первым делом я обернулся, чтобы, когда глаз привыкнет посмотреть на башни моей крепости. Крепость стояла, как и должна была стоять, однако теперь она наполовину оказалась засыпана грунтом, который почему-то дымился и даже кое-где горел. И тогда, я обернулся в сторону остального материка, от которого меня вместе с замком отделял внутренний магический силовой купол.

— !!! — из моей пасти первый раз за все мои жизни вырвался великий и могучий русский мат.

От буйных лесов ничего не осталось, а вместо них, на многие километры моего материка пролегало пестрящее чем-то поле. Драконий взгляд напрягся и я приблизил картинку на столько, на сколько мог. Весь материк от купола замка до края скалы представлял из себя плотную застройку из каркасов многоэтажных домов, словно бы в них жили маленькие люди размером с муравья. И вся эта застройка была руинами, разрушенными пылающими пустырями.

— Где мои леса?! — прорычав воззвал я, говоря на понятном для всех рас языке, том, что мне открыл сам Хаос.

Громом прокатился мой вопрос по моему мирку, однако ответа не последовало.

Цикл родился сам собой, он сплелся настолько быстро и яростно, что пожелай я воссоздать его еще раз столь чётко, у меня бы не получилось. Энергия устремилась в руины и словно гарпун зацепила что-то или кого-то, и притащила это что-то поставив прямо передо мной.

Я не поверил своим глазам, магия не должна была обмануть и уж тем более подвести, однако передо мной никого не было. Но ожидание смешанное с негодованием длилось недолго, вдруг, там внизу, у самых лап, что-то заискрило и я наклонился, чтобы рассмотреть это поближе.

Микроскопические парные стальные крылья усиленные реактивными двигателями с рёвом разрывали воздух под моими ногами, а сам летательный аппарат, вытянутый и немного согнутый вниз извергал куда-то вниз огненные струи, пытаясь что-то сжечь. Под ним же, лавируя в тысячелетней пыли, уклоняясь между огненных струй извергал вверх ответный огонь, гусеничный, плоский словно черепаха металлический механизм. Это были мизерные боевые машины. Они различались цветом, та что летала была больше фиолетовая в тон неба и купола над моим мирком, а та что ездила была больше под стать пепельной земле, но на обоих четко выделялась маркировка. На летательном было изображено жёлтое яблоко с чёрными лучами, а на наземном стилизованная трехглазая морда чёрного муравья.

— Что тут происходит?! — прорычал я и, велением своей воли заключил каждое из устройств в непроницаемую и непробиваемую сферу.

Антигравитация подняла мелкие машины на уровень моей морды и я окончательно убедился, что это не наваждение. Механизмы были немногим больше обычного насекомого и они отчаянно старались причинить один другому вред.

— Вас принёс ко мне мой цикл, а значит вы и есть ответ на мой вопрос. Где мои леса?! Я жду ответа… — прошипел я и понимая глупость ситуации, а потом, словно дотошный учитель назначил отвечающего.

В миг летательный аппарат разобрался по запчастям, оставаясь зависать в воздухе, но какого было моё удивление, когда внутри микро истребителя я обнаружил живую пчелу. Пчела носила чёрно желтый эко костюм с шевронами жёлтого яблока на фоне пылающего диска и даже шлем с вырванными проводами и дыхательными трубками свисающими у неё спереди.

— Ну, моль, говори! — повелел я насекомому, создав магический переводчик и усилитель звука, чувствуя себя не в своей тарелке.

"Мыслимо-ли, я просил ответа от насекомого и давал ему все инструменты, чтобы со мной говорить."

— О великий и пребывающий внизу, да светит над тобой созданные тобой небеса и да греет тебя созданная тобой твердь! — начала пищать пчела. Признаться я слегка опешил, а насекомое продолжало, — Прости нас нерадивых детей твоих, что потревожили твой покой, ибо мы давно зовём тебя, чтобы покончить с теми, кто виновен в злодеяниях против тебя!

В этот момент у микро гусеничной машинки словно бы отъехала верхняя крышка и из под неё показался одетый в зелёную униформу муравей и тоже в шлеме, только другого типа. И я машинально переключил цикл и на него.

— Великий в тверди пребывающей, создатель суши и влаги. Покарай же еретиков, как и предсказано было ибо много ни причинили боли народу твоему! — цокотал муравей, при этом эмоционально размахивая передними лапками.

— На пару слов, оба сюда! — выдохнул я притягивая насекомых к себе.

Они замерли и замолчали, а я взглянул на искусственное светило дабы понять сколько же времени я проспал в Хаосе. Я больше не давал насекомым говорить, а просто взял из их черепных коробок нужную для меня информацию.

***

Два разных вида выполняли в едином плоском мире две разные функции, пчелы опыляли плодоносящие деревья, а муравьи рыхлили почву из-за чего деревьям было легче расти и плодоносить. Эволюция настигла оба вида одновременно, находясь на вершинах пищевых цепочек и не имея естественных врагов, виды устремили свои воинственные взоры друг на друга.

Металлургия первыми была освоена черными муравьями, веточки оковывались железом, а хитиновые панцири усиливались искусственной броней, что дало им преимущество в ближних боях с мобильными и смертоносными пчёлами.

Ответ не заставил себя ждать, пчёлы начали стачивать своё жало вначале о камни, а потом и проводить примитивные хирургические операции убирая естественный гарпун, тем самым позволяя пчеле жалить много раз не погибая. Война за главенство над яблонями шла с переменным успехом, но помимо метательного и кинетического оружия муравьями был изобретен порох, что лишило пчёл преимущества в небе.

Эпоха наземных войн началась с адаптации обычного колеса под бронированные телеги, внутри каждой из которых сидела пчела и крутила педали. К тому времени оба вида владели простыми пушками и не стеснялись их применять.

С открытием огня и нефти, двигателей внутреннего сгорания и винтовых летательных аппаратов с новой силой запылали пчелиные ульи и муравьиные муравейники, так продолжалось довольно долго, пока ползучие и летающие твари не изобрели электричество, а следом за ним и ядерную энергию.

По глупому стечению обстоятельств удар был нанесен практически одновременно, по всем центрам принятия решений и пока Ледяной зверь спал, на летящей сквозь космос глыбе запылали обжигающим и испепеляющим огнем ядерные грибы.

Обуглились железобетонные города муравьёв, коими был усеяно всё, пали мегаполисы пчёл с пылающих деревьев, погребая под своей тяжестью миллионы жизней насекомых. Однако между радиоактивных руин и пылающих стволов выжженных исполинских яблонь, всё еще шёл бой. Пчелиные истребители долбили муравьиные танки, муравьиная артиллерия и ПВО точечно уничтожала летающие цели. Уже никто не помнил из-за чего всё началось, какая именно из маток муравьёв не поделила какое-то дерево с маткой пчёл, первой послав войска, но каждый воюющий точно знал, что его дело безусловно первое и в уничтожении мира виновата исключительно противоборствующая сторона.

***

— Да вы рехнулись, я оставил вас просто ухаживать за деревьями. А вы превратили всё это в радиоактивный пепел. — вскипел было я, намереваясь в один момент уничтожить и тех и других поголовно, но в моей голове вспыхнуло то, что заставило меня остановится.

Единый Закон свободной воли запрещал мне вмешиваться в их войну, даже если они вели её в моём доме. Иначе, как рассказывал мне Хаос, я навсегда свяжусь с ними кармическими узлами и буду отрабатывать это еще неведомо сколько…

Нет, вовсе не времени. И даже не жизней, а целых реальностей, бесконечных событий и вероятностей со всеми возможными исходами. Поддайся я на эмоции, я навсегда бы закрепился за их душами как их бог, тот, кто обязан будет пройти с ними все стадии пока те не вырастут над собой настолько, что сами отойдут от желания воевать.

— Карма… — прошипел я, смотря на светило, лететь до Земли было еще прилично, но я уже был ближе на 91% чем когда засыпал.

— Что же с вами делать… да так чтобы не связаться с вами навсегда — пробормотал я.

Решение отыскалось в математическом ключе и я в одночасье забрал у воюющих всё ядерное оружие, забрал одновременно у всех, с обоих сторон, так сказать, сократил формулу войны. Всё что было связано с этим вооружением было в секунды расщеплено до простейших соединений эфирной вселенной, а все умы, которые знали о расщеплении ядер вдруг потеряли всяческое понимание о столь смертоносных принципах. Хаос позволял мне творить мне такие вещи, он же показывал мне способы по которым стоит идти, откуда стоит изъять то, без чего целое больше не будет целым.

— Деритесь если хотите! — выдохнул я, собрав боевые машины в их исходное состояние и отправив их туда, откуда мой цикл их забрал.

Глупые муравьи и пчёлы хоть и эволюционировали, но их техногенные пути развития не создали им перевалочных подмиров для падших душ и теперь всем погибшим в их войне суждено было переродится деревьями в моём космическом саду.

Но не было худа без добра, насекомые оставили после себя множество произведений искусства, скульптуры, музыки, и даже кино. Спать больше не хотелось и, я на всякий случай проверив прочность купола и неприкосновенность замка, убрал изнутри всю радиацию, принялся перебирать созданным насекомыми контент, поражаясь самобытности культур и художественной составляющей стремящихся к самоуничтожению народов. В их истории было всё и религиозные войны, и геноцид по различному принципу, и гендерные, и подвидовые перегибы, но исход оставался одним, они чуть не спалили друг друга в ядерном огне.

— Дебилы мелкие! — шикнул я ухмыльнувшись, когда просматривал серию политических комедий на тему праведности борьбы за яблоки. — Яблони я выращу снова, а вот такого количества контента, мне до самой Земли хватит. Жако в озёрах рыб не завёл, не полноценная война получилось, мало морских сражений. Опять же, в космос не успели вылететь... Ну, в следующий раз...

Глава 11. Одиннадцатая

Тьма поглощала пятерых идущих, двух доспешных мужчин с короткими алебардами и трех женщин в широких, наспех криво подрубленных по босые щиколотки платьев. Промышленники отключили свет по всей столице и теперь, по замку можно было передвигаться, лишь при наличии тяжёлых словно меч фонарей на батарейках и только так не бояться свернуть себе шею в полной темноте каменных коридоров.

Королева Оди спешила в окружении небольшой свиты и телохранителей, прижав к груди своего малыша. Запеленутый ребенок спал крепким сном, таким несвойственным для детей его возраста. И сейчас это было даже хорошо.

Слишком поздно был раскрыт предательский мятеж и действуй подсыпанное в вечерние блюда снотворное на всех одинаково семья короля Рофмо Мудрого, сына Аллера Румяного, состоящая из королевы Оди и грудного наследного принца Райса уже была бы передана захватчикам власти. Однако Оди Холодная давно уже взяла за привычку никогда ничего не пить и не есть, не пропустив через поданную её пищу обеззараживающие потоки силы её артефактов. Магия убивала яды, убивала паразитов, делала еду безвкусной, но этим и спасала её величество от самых коварных покушений.

Хранители артефактов казались почти неуязвимыми к атакам простых смертных, но отравленному культиватору можно было бросить вызов и даже с без боя лёгкостью его убить, минуя законы жизненных сфер о чистоте поединков. Именно поэтому всю свою жизнь королева молчала о своей привычке. И вот сейчас её паранойя оправдала все те годы безвкусной еды и питья. Рофмо Мудрый, её муж был предан и скорее всего убит, а его армия скорее всего подкуплена и перешла на сторону противников. Его же супруге и грудному ребёнку промышленники уготовили другую, безусловно незавидную судьбу, зачем-то попытавшись взять их живыми. Малыш Райс был усыплен, не иначе как магией, вражеский культиватор подкрался из теней и наложил на беззащитное дитя чары, и так же тихо покинул королевскую комнату. Гонг культиваторов не сработал и высокоранговая мать никак не смогла этому воспрепятствовать. Расчёт со сном младенца заключался в том, чтобы в судьбоносную ночь не тревожить Оди и дать ей спокойно задремать. Однако у судьбы были иные планы и вероломное усыпление наследного принца теперь играло беглецам на руку.

Мятежи волнами прокатились по Светлому миру, бастовали все фабрики и заводы, поднятый мятежниками народ требовал отречения монархов и выборной власти. Выборной из глав промышленных холдингов и конечно же генералов армий.

“— Глупцы не ведают, что если бы даже я захотел отречься они просто получат новых господ. — говорил в памяти королевы Рофмо Мудрый. — Всё идёт к объединению трёх государств Светлого мира в одну промышленную империю. А ведь власть королей, это то, чему они все обязаны. Именно наши предки, когда проиграли в войне Кровавому Зэру Илькаару заставили поверить весь Тёмный мир, что никакого Светлого мира нет, именно мой предок Роберт Дерзкий подарил им - темномирцам, веру в Триединого. Благодаря которому, кстати, мы так хорошо живём. Там же в Тёмном мире даже спустя две тысячи лет не знают электричества. Двадцать одно королевство с их королями и церковными канонами платит нам дань! Ничего у промышленников не выйдет, я задушу их мятеж в зародыше…”

Однако его словам не суждено было сбыться Рофмо Мудрый пропал, шпионы королевы Оди докладывали, что его армия была предана и разбита, а сам король якобы позорно бежал оставив записку, что отрекается от престола передавая власть новоиспеченному парламенту. Надежда всё еще оставалась, но что-то подсказывало, что Рофмо, пусть и прозванный Мудрым был казнён. А еще, королеве докладывали, что по их стране идёт череда трагических и якобы случайных событий, в каждом из которых гибнут высокопоставленные аристократы. Всё это можно было бы, конечно, списать на действия соседей по Светлому материку, но у соседей происходило тоже самое.

— Именем научной революции, я приказываю вам сдаться! — вдруг донеслось из-за спины.

Беглецы обернулись. В тайном коридоре, известном только приближённой к трону аристократии, их каким-то образом настигли алые мундиры, мушкетёры, свободная гвардия угольных корпораций. Закованные в латы телохранители королевы не сговариваясь, тут же развернулись намереваясь преградить алым путь.

— Бегите госпожа, мы присоединимся к вам позже! — выдохнул басящий голос из под глухого шлема. Латники опустили алебарды, направив их на преследователей, коих было в четыре раза больше.

Оди Холодная лишь кивнула, пускай ни в какие возвраты верить больше не приходилось. Намерение бежать перевал гулкий разносящийся по коридору грохот, обернувшись она заметила, как один из её гвардейцев валится на напольный камень с дырой в груди, однако второй перескочив через тело товарища с рыком врывается в бой. В коридоре запахло дымом, в единственного защитника уже целились чёрные стволы мушкетов. Раздался залп.

“Восемь против одного” — поморщилась королева остановившись от неутешительной мысли, что при всех даже самых удачных раскладах она с фрейлинами не особо далеко убегут в длинных неудобных платьях и рано, или поздно придется принять бой подвергая опасности сына, и, Оди выбрала. Совсем не по матерински она сунула сверток со спящим младенцем ближайшей фрейлине тем самым приведя её в чувства. В дали коридора яростно звенел металл.

— Доберись до подземной реки, там вам откроют портал. Туда, где эти твари вас не найдут. Если я не вернусь, береги моего сына, когда-нибудь он будет великим правителем, воином или магом, я читала это в радужках его разноцветных глаз!

— Но королева! — хотела что-то запротестовать фрейлина, тучная темноволосая женщина лишь немногим старше сорока лет.

— Быстрей давай, старая пепельница! — рявкнула Оди и её голубые глаза блеснули белой моросью, какую можно было увидеть, лишь разглядывая только что выпавший снег еще мерцающий в свете звёзд.

Ей что-то говорили, но королева уже не слышала. Звон металла и предвкушении битвы завладел её сознанием и она широко шагнула в сторону гвардейцев, где оседал на пол её второй телохранитель, вместе с парой сраженных им алых мундиров.

Живые гвардейцы оставшись вшестером и не думали отступать, и тут же выдвинули требования,

— Сдавайтесь ваше величество и вам, как и вашему сыну сохранят жизнь!

— Не вам, красные собаки подкупать меня жизнью! — рявкнула девушка.

— Антимагией по ведьме! — завопил вдруг тот, кто видимо командовал отделением.

Пространство перед королевой затрещало и скукожилось, а коридор шириной в два, и высотой в три метра затянуло ледяной пеленой. Оди прижалась к стене, хищно взглянув сквозь ледяную глыбу закрывающую проход. Второе её заклинание на этот раз уже было готово и ждало своего момента.

Сомнений не было, мушкетёры стреляли чем-то, что рассеивало магическую энергию, и поэтому волшебный лед плавился растворяясь в воздухе по самому центру заслона. На красных мундирах тоже скорее всего была какая-то антимагия и возможно, подвешенный в воздухе ледяной шторм не причинит им вреда, но Оди должна была попробовать.

Вихрь появился перед открывшейся дырой в заслоне и, формируясь в крупную сосульку заклинание полетело ледяным копьём в нападающих. Попади глыба даже в грудь впередиидущего мушкетёра, она рассыпалась бы не причинив никакого вреда, также, как и в любого другого из отряда преследователей. Однако, заклинание атаковало не защищенных антимагией людей, а изменив свою траекторию ударило в потолок над их головами взорвавшись мелкой ледяной крошкой, осыпая мелкими снежинками широкие чёрные шляпы преследователей.

Они шли к ней уверенной поступью, не сомневаясь, что магичка - культиватор королевских кровей пусть и достигшая небывалой золотой лиги будет взята живой или мёртвой. Магия не действовала на идущих, и те, в шесть пар рук снова и снова, разряжали мушкеты в тающее защитное средство Оди.

— Выходи ведьма! Твоя магия не властна над техникой!

— Вы еще Триединым пригрозите! — огрызнулась женщина.

— Ну как знаешь. Прицельно по врагу прогресса!.. — начал было командовать голос.

— На вас не действует магия, но сможете-ли вы дышать истинным льдом! — Оди вскинула руку так, чтобы из-за её укрытия мушкетёры увидели тонкие пальцы.

Влажность в коридоре была запредельной, магический снег и осколки льда таяли и хрустели под черными, кожаными сапогами гвардейцев. И по воле искры Одиннадцатой всё это пространство вдруг охладело до умопомрачительной температуры. С первым вдохом холод в мгновение сковал лёгкие бойцов и четверо, что были впереди повалились на корточки царапая и раздирая пальцами мундиры на их груди. Те двое, что шли сзади, всё еще были на ногах и ринулись на королеву сквозь морозный воздух, через тела своих товарищей. Стараясь не дышать, стараясь терпеть лютое жжение раздирающее их изнутри. Расчёт был быстро убить ведьму и тем самым обесточить охлаждающее заклинание, но вдруг из ниоткуда перед бегущими возникло светло голубое нечто, чем-то напоминающее крупную, размером почти с человека кобру, только с конечностями на которых вместо пальцев и когтей находились длинные ледяные клинки.

Драки не последовало, холодный воздух пускай и с отсрочкой, но сделал свое дело и нападающие рухнули так и не добежав до ледяного голема. Пробитая антимагией ледяная завеса рассеялась, оставляя Оди и её зверя наедине с трупами своих и чужих. Лицо королевы поморщилось, а ноздри выдохнули струйки пара. Она шагнула к телам, но примерзшее к стене платье словно бы дернуло её назад. Лёгким движением обеих ладоней королева хлопнула пышную ткань чуть ниже своих колен. Платье тут же заледенело и звеня ледышками осыпалось, превратившись в непривычную в Светлом мире мини юбку, оголяя стройные босые ноги. Высокородную уже не смущало, что ношение юбок по бёдра могло идти лишь бордельным девкам, но никак не высокородной особе, однако, что-то подсказывало Оди, что начиная с этой ночи не будет больше никаких высокородных, а быстро бегать и драться всё ещё придётся.

Королева сделала несколько шагов к убитым, ледяной страж прополз еще дальше вперед, прямо по верх павших воинов и теперь девушка могла присесть, чтобы осмотреть их оружие. Гвардейцы были вооружены отнюдь не кремниевыми ружьями. Пускай и такими похожими на мушкеты, их оружие могло стрелять чаще и точнее, да еще и нести с собой антимагическую силу. Оди приподняла дробовик покрывшийся ледяной кровавой коркой, с интересом покрутив его в пальцах.

Да, из такого может убивать, кто угодно, даже культиватора. Чтобы стрелять из такого оружия не нужны особые навыки, нужно лишь нажимать на спуск и целиться в сторону противника. Никакой чести сражения, просто убийство ради убийства. — подумала она.

Королева приподнявшись брезгливо отбросила от себя оружие и развернувшись волевой и быстрой походкой направилась туда, куда недавно отправила фрейлину со своим сыном. Следом за Оди Холодной, ровно с такой же скоростью полз её ледяной защитник.

Рукотворные коридоры выложенные тесаным камнем остались далеко позади. И сейчас Оди протискивалась через щели в горной породе, ступая по чему-то мокрому и скользкому, то и дело ощущая, как на её светловолосую голову капает холодная вода. Мерцающий свет электрофонаря шарил по узкому проходу в надежде осветить хоть что-то, чуть дальше, чем пара-тройка метров, но лаз извивался и вилял поворотами не давая чуду техники и шанса. Тишину нарушал звук бурлящей где-то впереди реки и недовольное урчание ледяного голема ползущего следом.

Новички в культивации утверждали, что големы и звери сфер не испытывают никаких чувств, а созданы с одной лишь целью, помогать людям эволюционировать порождая камни сфер, но любому призывателю, магу стихийнику, или заклинателю было очевидно, что это не так. Звери сфер мало того могли испытывать симпатию к людям, но и имели достаточно цепкий разум и вполне сносное сознание, пускай и на уровне десятилетнего ребёнка. Големы и звери использовались в качестве защитников способных стойко закрепляться на местности. Отсюда было и их магическое название "Гуард" или “Гард” - защитник. Применялись они и в качестве атакующих единиц, из-за спин которых так удобно швырять молнии, ледяные иглы и огнешары. Големы в отличии от людей имели множество жизней, так, уничтоженного магического защитника можно было призвать снова и, он появлялся с памятью предыдущих воплощений, что позволяло учить своих гвардов тактике боя и тренироваться на полигонах.

Оди Холодная была всегда больше магом нежели принцессой, всё детство она провела в тренировках, за что снискала праведное недовольство своей матери королевы Жезель Нравственной как впрочем и одобрение своего отца короля Марка Сурового. И вот, спустя почти сорок лет, всё чем она увлекалась, как хобби, спасало ей жизнь, честь и давало надежду на месть.

Ранее она никогда не убивала людей, но множество раз охотилась на зверей сфер и поражала манекены на стрельбищах. И сейчас по ходу её движения на королеву накатило осознание, там наверху она убила шестерых человек, вот так просто, хладнокровно заморозила их дыхательные органы. Да, они хотели совершить страшное, и даже убили двух телохранителей, коих Оди знала не первый год, но от понимания ситуации ей не становилось легче, первое в её жизни убийство человека да еще и нескольких, было всё равно убийством. В начале она не замечала этого, но её трясло от накативших на неё чувств, но женщина продолжила путь в мыслях убеждая себя, что она всё сделала правильно, особенно то что отдала Райса. Однако волнение от этого не отступало.

Наконец, коридор закончился и первым делом свет фонаря словно бы обрадованный этому факту вырвался на свободу осветив высокое и широкое пространство. И, от увиденного сердце королевы сдавило словно тисками. От самого входа в пещеру до края воды в шагах тридцати от неё, абсолютно всё было завалено трупами облаченными в ярко красные мундиры.

Оди осторожно шла через них выбирая для шагов чистые места на полу. Обезглавленные, разорванные, раздавленные, взорванные изнутри, они смердели фекалиями, кроме того в воздухе пахло ещё и порохом. Среди разбросанного оружия были и мушкеты, и сабли, и даже сети, Оди взглянула на тела сквозь ледяную магию, трупы остывали, остывали и раскалённые стволы мушкетов, тут была настоящая бойня. Она не считала убитых, она искала взглядом фрейлин и Райса и всё таки нашла. Гвард-змея проскользнула к телу мёртвой девушки и ловко подняла её на своих ледяных клинках в воздух. Фрейлина была нашпигована пулями, но дитя нигде не было и это давало надежду.

Оди вдохнула и выдохнула, приводя себя в чувства, стараясь успокоиться. Но тут, взгляд королевы заметил среди павших тел еще одно, оно было облачено в черный грубый балахон, а на юном мальчишечьем лице застыла гримаса боли. Он был совсем пацаном, лет двенадцати, бос и лыс, изо рта вниз стекала струйка крови, в груди у паренька виднелась кровавая дыра. Дырка в области сердца скорее всего и стала причиной смерти, хотя на нём были и другие раны на левой руке, и на обеих ногах. Подойдя королева опустилась на колени, первым делом засучив его рукава. Она не ошиблась. На бледной руке убитого находился давно заживший шрамированный символ буквы “Л”. Кончики пальцев юноши были обуглены и лишены кожи, в последние минуты жизни он вёл тяжёлый магический бой, на пределе возможностей человека.

Именно этот мальчишка должен был встретить их и отправить её и Райса в безопасное место. Именно этот юный волшебник был опаснее многих светломирских да и темномирских магов, просто потому, что паренек был родом из загадочного места, находящегося не весь где. Места, которое они между собой называли Легляндией.

Легляндские маги брали за свои услуги золото, драгоценные камни и даже детей, но странным образом не испытывали никакого интереса к артефактам Светлого мира. Все как один были юны, словно бы время не действовало на них совсем. Королева приподнялась и вновь окинула все вокруг взглядом. То, что тут не было Райса означало лишь одно, легляндский маг выполнил свою часть контракта, отправив её сына в Тёмный мир вместе с фрейлиной.

Теперь дело оставалось за малым, найти способ связаться с другими магами их академии, чтобы воссоединится с сыном или, или уже без обременения малым дитём развязать в Светлом мире такую бойню, какой тот не видывал со времен войны с Зэром Илькааром.

И, Оди Холодная выбрала. Возможно, великосветские дамы и обвинили её в скупости и бесчеловечности, а также в том, что она плохая мать, но магичка золотой лиги и раньше-то не особо прислушивалась к напыщенным клушам, а уже теперь, когда её сын Райс в безопасности, а Светлый мир раздираем промышленниками и подавно.

Королева медленно поднялась и пошла прочь с этого кладбища. Босая нога шагнула в воду, но так и не коснулась её подземная река расступилась, позволяя Оди идти сухой сквозь быстрый поток. Нет, это не магия держала воду, это вода склонялась перед мощью её лиги, чтобы через пару часов выпустить бывшую королеву на каменистый берег внутреннего моря, по центру единого материка.

Говорят, что месть это блюдо, которое подают холодным, но горячее сердце искры Одиннадцатой не могло ждать. По её лицу катились слёзы, она выжила, она спасла сына, и теперь она может нанести всем промышленникам Светлого мира глобальный урон. Подняв ладони к звёздному небу. Она громко прокричала клятву, поклявшись всеми жизненными сферами, что с этого момента она будет убивать без всяческих угрызений совести.

Драконья душа, даже если её назвать искрой и спрятать в хрупком женском теле, в самом из низших миров, всё еще остаётся душой дракона.

Глава 12. Попаданец

(Земля/2018 года)

“У магов свои прибабахи,” — подумал Борис отходя от университета. Холодная, мокрая осень заставила его застегнуть обычно носимую на распашку дутую чёрную куртку и даже накинуть на чернявую с проседью голову капюшон. Кисти рук он спрятал в карманы широких камуфляжных штанов какие в двухтысячных носили реперы, а сейчас наверное лишь сотрудники частных охранных предприятий. В свою очередь штанины были заправлены в берцы английского образца, несказанно удобнее отечественных.

Вся внешность Бориса выделяла в нём представителя силовых структур, правда судя по массивному животу, вышедшему на пенсию. Однако, крепкие и можно сказать загребущие руки всё ещё пугали прохожих заставляя прятать взгляды и прижиматься к тротуару, когда Боря шёл мимо них по улицам.

В свои почти пятьдесят он выглядел более чем грозно, выше среднего роста и всегда подтянут, весом под сто сорок килограмм, гладко выбрит несмотря на вошедшую в моду бороду. Но сегодня Борис думал и потому шёл сутулясь словно вжавшись в свою куртку опустив голову так, что из под капюшона была виден лишь подбородок.

Его волновало последнее его назначение сюда в Сибирь, где нечисть активизировалась словно повинуясь невиданной тяге устраивала уже не тайно свои бесчинства. И такая активность тревожила оперативника, который ранее уже объездил почти все горячие точки планеты зачищая заброшенные пустыри от мятежных духов, гоблинов, вампиров и даже материализованных демонов. Степень активности в сибирском регионе, который на словах мистиков почему-то назывался четвёртым, могла быть сопоставима лишь с военным временем и именно это угнетало.

Институт имени Бехтерева не ошибался, не мог ошибиться и от этого становилось еще печальней, в маленьком городке не разменявшим и миллиона жителей что-то намечалось. Словно бурлящее в кастрюле молоко, в любой момент, если его не помешать создаст коллапс всему вокруг себя.

— Ой, извините! — прозвучало снизу ровно после того, как в мужчину что-то мягко впечаталось.

Борис поднял свой взгляд и дружелюбно улыбнулся, трём девочкам студенткам, пускай и выглядящим совсем одинаково, одетым как по лекалу с небольшими отклонениями от моды. Студентки третьего курса, заболтавшись то ли с друг дружкой, то ли дурачась не увидели угрюмо бредущего препятствия и одна из них идя вперёд спиной столкнулась с ним. Звонкий смех удалялся, девушки обогнули Бориса оставляя за собой шлейф каких-то духов и звук цоканья каблучков осенних сапожек, из под которых заманчиво уходили наверх обтянутые колготками ноги, вплоть до самых краёв курток, чуть ниже ягодичных мышц.

За все те годы сколько Борис сражается с нечистью, он не успел насладится раздольным образом жизни, как раз с того момента, когда его завербовали в институтские ряды всё и закончилось. В институте о любом лишнем внимании в твою сторону необходимо было докладывать, а не доложишь, решишь что это просто так и тобой интересуются, просто потому что ты обаятельный - погубишь всех. И подчас было сложно, ведь пока ты молод и красив ты постоянно пользуешься женским вниманием, но с годами всё закончилось, вот и теперь в него могут просто врезаться и спеша по своим делам даже не одарить кокетливым взглядом.

Работа учила отделять мирных жителей от нечисти, спасать мирных жителей, помогать им, даже если они - обычные люди, не замечают этого, совсем как те три девчонки. Не все герои носят плащи, некоторые носят черные дутые куртки под которыми удобно прятать бронежилет и пистолет Стечкина с парой запасных магазинов.

На первый взгляд, ничто не указывало на то, что тут в Сибири, творилось настоящее крошево, к примеру, раньше если бы он обнаружил воплощенного демона он незамедлительно бы отрапортовал бы наверх и уже к вечеру бы готовил задержание. Однако сейчас, не атакующий демон был редкостью, а группы задержания не успевали выспаться, сменяя друг друга, сутки через сутки и каждая ночь была настоящим адом. Спецназ института вот уже пару месяцев как, находился на казарменном положении, а в этих самых казармах стойко ощущался запах алкоголя и курений, что называется знакомых с детства. Без этого люди просто не могли уснуть. И это было не мудрено, сегодня днем ты обезоруживаешь ведьму пожирающую соседского ребёнка, вечером ты уничтожаешь демона взявшего в заложники тиктокера по глупости запилившего видео на кладбище, а ночью обезоруживаешь подселенца, завладевшего телом идиота и объявившего себя богом.

“И ведь каждый, кто объявляет себя богом ищет обязательно невинной крови...” — рассуждал Борис у себя в голове, — “Ну, считаешь себя богом, зачем в школы и сады идёшь, попробуй штурмани хотя бы нас, институтских, или другую какую структуру вооруженную до зубов? Ты же мать твою бог? Слабо? Ну значит не бог ты, а звездобол-обыкновенный!”

Телефон заиграл быстрой ритмичной мелодией, запел красивый оперный голос, назначенный на один контакт Найтвиш голосил по полной. Крепкие пальцы вынули из кармана старенький четвёртый айфон на потрескавшемся экране которого высвечивалась надпись: Любимая.

Борис мог бы и не смотреть и ответить сразу, но почему-то ритуал проверять входящие вошел в привычку.

— Да?.. — протянул он.

— Ты в универе? — спросила Анжелика.

— Да товарищ полковник. — улыбнулся Борис, крупными белыми зубами.

— Давай, не надо этого! Я жду тебя на парковке у сибирских блинов. — сообщил телефон и на той стороне связи повесили трубку.

Хотя как можно повесить, то у чего нет провода оставалось загадкой, но устойчивое выражения людей помнящих проводные телефоны, гранёные стаканы для минералки проезд за две копейки всё ещё осталось в памяти.

Лика ждала его в ярко красной машине, это был Мерседес SL-класса 2017 года, на два места. Её аккуратно подстриженные светлые волосы спадали на бежевые ткани пиджака под которым угадывалась чуть расстегнутая белая блузка. Морщинки возле зелёных глаз всё ещё были видны, хотя острый овал лица уже пережил пару корректирующих операций, впрочем, как и немного увеличенные губы, которые сегодня оказались окрашены в тона чуть менее броские чем её карета.

Борис приоткрыл дверь и плюхнулся на сидение, от чего мерседес знатно качнуло.

— Привет. — улыбнулся он.

— О боже Боря, где твои ноги?! — удивилась Лика.

Борис было дело взглянул вниз, но вовремя одернул взгляд отворачиваясь.

— Ага-ага очень смешно…

— Нет я серьёзно, я не разглядела их сразу, что ты сделал? Ты надел камуфляж в городской местности и стал на половину невидимым?

— Слушай, хорош а, мне нравится камуфляж, они удобные, карманов много, в них можно… — он не договорил.

— Можно много чего на войне положить и за счёт этого выжить. Борь, ты подполковник спецподразделения, а ходишь как неформал. — укорила его супруга.

— Товарищ командир, это всё жена, она не стирает и не гладит, поэтому хожу в этом, у нас дома настоящее домашнее насилие, я прошу, нет я требую, отправить меня обратно на Донбасс.

— Зачем тебе на Донбасс? — смутилась Лика.

— Там мою кровь никто не пьёт. — прорычал Борис.

— Вот, я как раз об этом и пришла поговорить. — кивнула девушка, она выглядела на тридцать хотя они с Борисом были одногодки.

— О том, что нас дома не бывает, а над кроватью вместо зеркала как в былые годы уже наши портреты висят, чтобы мы не забыли, как у друг друга выглядим? — усмехнулся мужчина.

— Ты помнишь расстройство Ильи Стальнова? — вернула Лика супруга от шуток к реальности.

— Царствие ему небесное… — Борис в миг погрустнел и перекрестился.

— Да… — тоже грустно согласилась Анжелика вспоминая.

— Что он из прошлого и воевал за Марс?.. — начал перечислять Борис.

— За Фаэтон, ну да это не важно.

— Ну. — согласился Борис.

— Поехали, кое что покажу. — кивнула женщина и, алый мерседес рванул с места, не пропуская никого, минуя светофоры, и совершенно наплевав на камеры ограничения скорости и фиксации стоп-линий.

Здание где проводился допрос вросло глубоко в землю подвалами, где помимо архивов находились ещё и комнаты задержания и следственные кабинеты. Словно айсберг оно имело лишь четыре надземных этажа и целых пятнадцать подземных.

Борис никогда не был тут, ему не позволял его допуск, и правда, нечего делать командиру ударных групп в допросных и архивных.

Однако с Ликой сюда было можно и, она то и дело прикладывала свой пластиковый ключ к дверным проемам, или к сканирующим рамкам у которых дежурили вооруженные и бронированные люди. По глазам смотрящим сквозь балаклавы было понятно, они знали Бориса в лицо и уважали более чем, но инструкция велела всё делать правильно и поэтому оружие и мобильные телефоны забрали на самых верхних этажах. А на минус шестом этаже сразу после выхода из лифта Бориса снова обыскали и поинтересовались, есть ли у него с собой какие-нибудь артефакты.

— Я сам как артефакт, старый как говно мамонта, — отмахнулся Борис и под усмешку Лики они проследовали дальше.

Комната в которую они пришли была тёмной и напичкана разной звуковой аппаратурой, за пультами которой трудилось двое оперативников, одетых в белые рубахи и черные брюки. На глазах у парней висели чёрные институтские очки последнего поколения, настоящие компьютеры на переносице, позволяющие делать много такого для чего штатных ясновидящих надо было натаскивать и натаскивать.

"Агенты Смиты херовы…" — усмехнулся у себя в голове Борис.

Лишних стульев в аппаратной не было и подполковник с полковником остались стоять перед широким окном, на другой стороне которого в светлой комнате сидел вполне обычный человек, только пристегнутый наручниками к столу, а напротив него находился такой же агент Смит.

— Вот полюбуйся, — произнесла Лика и ткнула Борису в живот планшетом на котором была запись допроса.

— Много букв… — помотал головой мужчина, — давай вкратце, что за тип.

— Сём, — обратилась Лика к ближайшему в аппаратной человеку, — Прогоните его ещё раз по вопросам.

И тот нажал кнопку на вытянутом микрофоне, передал указания в комнату. Сотрудник, что вёл диалог с задержанным приложил ладонь к уху и, приняв инструкции легонько кивнул, начав говорить.

— И всё таки, у меня не складывается вся картина, давайте с начала я позадаю вам вопросы, а вы ещё раз ответите?

— А у меня есть выбор?.. — спросил задержанный, среднего телосложения, светловолосый голубоглазый парень, правда с обветренным лицом и словно бы разбитыми губами. На молодом человеке были рубаха и штаны пастельного цвета, какие могут выдавать в санаториях.

— Выбор есть всегда и, чем быстрее мы с этим разберемся тем скорее сможем доказать вашу невиновность и отправить вас домой?

— В 2064 год? — горько усмехнулся задержанный.

— Возможно, и так ваше имя, фамилия, отчество, воинское звание, род войск, миссия?

— Пилот мех доспеха, старшина армии Сибирского государства, Погребов Виталий Викторович 2040 года рождения, миссия охранять блокпост на южном мосту.

— В дурку уже звонили? — повернул голову на Лику Борис.

— Оттуда и привезли, а самое смешное, что на полиграфе его проверили и телепатами. Он либо верит в то, что говорит, либо… — монотонно проговорил Семён.

— Либо, он реально из будущего. — дополнила Лика.

Глава 13. У моста в пекло

(Земля/2064 год/Республика Сибирь/город Атомск)

Река давно уже высохла, но через неё всё ещё стоял трёхсотметровый мост, с гнилыми перилами, с щербатым дорожным четырёх линейным полотном, с неработающими фонарями.

Когда-то, еще до войны с тварями ада, у моста на въезде в город стоял вполне себе мирный пост ГИБДД, однако сейчас здание превратилось в укреплённый опорный пункт. Теперь его окружали бетонные блоки с ультрафиолетовыми и обычными фонарями, наложенные кучами мешки с песком и, визитная карточка нового времени - выжженная земля на сотни метров в каждую из сторон.

Отделение дежурившее не посту в это время года состояло из семерых человек. Два бойца расчет крупнокалиберного станкового пулемета, пилот мехдоспеха, три стрелка и офицер.

Из техники в расположении поста соответственно был мехдоспех, пулемёт и радиовышка с фонарями, внутри в разделённом двумя комнатами помещении находились три кровати, на которых можно было отдохнуть положенные 4 часа в дежурные сутки, в другой комнате базировалась аппаратная, для связи с городом и активации сирен и фонарей. Спать разрешалось по очереди, пилот меха мог меняться с пулеметчиками, потому что по инструкции на боевом дежурстве должен был постоянно функционировать или пулемет, или мех, троица стрелков же сменяла друг друга, никогда не спал лишь офицер, хотя экзоскелет позволял засыпать и на ходу, чем кстати, носители звёздных погон успешно и пользовались. Было на блокпостах еще одно правило, никакого сна после наступления темноты ибо, как шутили в армии Атомска, "ночь темна и полна ужасов".

Война давно ушла от этих мест, практически не тронув город, однако высохшее дно реки до сих пор оставалось заминировано, а по единственной дороге ведущей в Атомск с севера стоял блокпост, перегородив колючими стальными цепями ёж-линанам проезжую часть. Хотя машин передвигающихся на резиновых колёсах уже никто и не помнил, но приказ по организации несения службы от ещё 2023 года гласил, о необходимости этой самой ёж-лианы, а также, о наличии у бойцов одноразовых масок и расчесок. Даже если ты лысый, даже если на тебе респиратор нового поколения, будь добор, носи в кармане целый список столь необходимого на боевом дежурстве в кармане.

Сегодня радиационный фон был совсем немного завышен, порывистый ветер гнал с просторов бывшей реки частицы зараженной пыли, и где-где, а на посту у моста была нужна не то что маска, а баллоны с очищенным воздухом. А после смены и прибытия в гарнизон всех обязывали принимать душ, и употреблять противорадиационные таблетки.

Старшина Погребов находился на дежурстве, его мех принял полу сидячее положение, нацелив свои орудия на песчаные насыпи. Рядом с мехом за бетонными укреплениями сидели два стрелка, троица спала по очереди и сейчас один из них как раз спал, спал и пулемётный расчёт. В это время суток было безопасно, это ночью нужно бдеть во все очи, а в полдень можно было не опасаться, что нечисть осмелиться напасть, хотя мизерный шанс всё таки был.

Тишину нарушил шум рации.

— Эй старшина, может в карты? — позвали Виталия снизу воспользовавшись радио связью.

— В ваших картах всегда один дурак и почему то, это я. — отмахнулся сквозь стекло пилот.

— Ну как знаешь. — отозвались стрелки, облокотившись спинами на мешки с песком, положенные у блоков в качестве сидений.

На стрелках были тяжелые белые экзокостюмы, с бронированной грудью и такими же тяжёлыми шлемами. Говоривший с Виталием сержант Розли вкрутил в своей рацию антенну, без которой она передавала только на короткие расстояния и следовательно предложение об игре на посту мог слышать лишь пилот, ну и офицер, если конечно он вопреки инструкциям не спал. Но в полдень, сам бог велел дрыхнуть, ведь по статистике, когда солнце печет макушку белого шлема, ничего никогда не случается.

И двое бойцов начали коротать свою службу картами, резонно заключив, что твари астрала тоже не тупые, и не полезут посреди бела дня на блокпост, особенно с бодрствующим пилотом меха. Опаснее меха из наземного вооружения был только танк вкопанный в грунт, а все кто этого не понимал уже давно отправлены обратно в АД, или туда, откуда они по глупости своей приходят.

Вдруг воздух на горизонте наблюдения Виталия поплыл, словно сама Земля раскалилась, где-то там, за насыпями служившими в былое время авто развязкой, раскалилась и щедро отдавала своё тепло в пространство. Пальцы пилота зажали кнопку тангенты.

— Чиж, я Погреб. — процедил Виталий.

— Слушаю тебя Погреб, — незамедлительно ответил офицер блокпоста.

— Вижу волнение воздуха, направление север, дальность двести пятьдесят, триста метров. — доложил пилот, в мыслях проникаясь к бдительности офицера, назначенного в их взвод совсем не давно, переведённого откуда-то из столици.

— Принял. Ждать меня! — ответили с поста.

Виктор всматривался в даль, а тем временем, на его позиции всё оживало. В полусогнутом состоянии бойцы пулеметного расчета, бегом занимали свои позиции, садясь на кресла, проверяя готовность орудия, вернулся и третий стрелок, что в миг взбудоражило его товарищей по позиции и все трое приведя себя в боевой вид, надев спец шлемы, усиливающие их костюмы броне вставками и похватав лучевые ружья рассредоточились.

Офицер с радиопозывным Чиж показался последним, его костюм поблёскивал бело-золотыми пластинами на на грудной был золотом нарисован крупный, во всю броню крест. В своих руках он сжимал такую же как и у стрелков лучевую винтовку Симонова. Новейшую разработку ведущего инженера Сибирской республики. Лучевое оружие было массивнее чем обычные пехотные автоматы, однако экзокостюмы бойцов нивелировали это неудобство, кроме того, концентрированный луч не оставлял демоническому, да и иному противнику никаких шансов на выживание. И как говорили святые отцы ранил не только тело демона, но и его скрытую под мирской оболочкой тёмную душу. С чем впрочем не соглашались ученые института имени Бехтерева, утверждавшие, что демон материализуясь переходит полностью в физическое состояние и не имея подобия человеческой души сам по себе, является уязвимым. Бойцам же на передовой было всё равно, лучевые оружия работали и убивали бестий, белые экзокостюмы спасали от радиации и позволяли дышать, а это было самым главным.

Позиция блокпоста приготовилась к бою. Молчаливо буравя взглядами плывущий вдалеке воздух. Все молчали и лишь Чиж шептал молитвы, одну за одной по кругу: Отче наш, Живые помощи, Верую.

В воздухе запахло гнилым мясом и гарью. Естественно, бойцы не могли этого чувствовать так как были в респираторах, однако вонь не была физической, вокруг смердело на ментальном плане. Однако этот морок единственное, что могло проникнуть за защитные барьеры блокпоста, дежурный офицер, он же связист и он же священник, знал свою миссию и, возводил вокруг их позиции теологические барьеры.

Вначале отделению показалось, что над землёй проросло множество колосящихся ростков, в один миг засеявших все. А потом чернота обрела звук. Оно стрекотало, оно шипело, оно рычало сотнями хищных глоток. Взывая землю множественными когтями, твари ада набирали скорость.

— Ну с Богом! — произнес Чиж в радио эфир и, это послужило командой открыть огонь.

Зарокотал двумя крупными, четырнадцати с половиной миллиметровыми стволами станковый пулемёт, заработали турели мехкостюма, а четыре лучевые винтовки наполнили пространство зелёными концентрированными лучами. И орда несущаяся на блокпост вскипела под проливным бликующим зеленью свинцовым горизонтальным дождём.

Но несмотря на шквал нечисть приближалась всё ближе и ближе, и тогда командир отдал свой следующий приказ. Пилот меха откинул защитную прозрачную крышку, под которой в безопасности от случайных нажатий находилась красная кнопка и, резким движением положил на неё ладонь.

Мины сдетонировали, как раз когда бестии углубились в их поле поражения. Вспышка ослепила защитников поста, разбрасывая ошметки тварей по всей округе.

— Ждать! — приказал Чиж всматриваясь в дым и пламя.

(Земля/2018 год/комната допроса института имени Бехтерева)

— Что был потом? — размеренным голосом спросил гипнотизер.

Свет в допросной комнате был приглушен, а Виталий сидел на стуле всё еще прикованный наручниками. Его глаза были закрыты, а голос походил на голос очень сонного человека.

— Я же говорил профессор гений. — похвалился Лике Борис, кивая на работающего с попаданцем Алексея Николаевича.

— Ш… — шикнула на супруга полковник, как раз в тот момент, когда Виталий продолжил свой рассказ.

— После того как я подорвал минное поле. Они попёрли с новой силой, а дальше, прозвучал еще взрыв, я обернулся и они были уже мертвы. — запинаясь выдохнул загипнотизированный.

— Попёрли демоны? — конкретизировал профессор.

— Да. — ответил Виктор.

— А мертвы оказались ваши товарищи после взрыва?

— Да.

— Вы можете сказать, что взорвалось? — произнёс нахмурившись Алексей Николаевич, постоянно что-то записывая маленьким карандашом в свой блокнотик.

— Это был прилёт калибра, нас накрыли артиллерией.

— Вы говорите, что вас накрыли из города, — спросил профессор сверившись с записями в блокноте и продолжил, — Из Атомска?

— Нет, стреляли со стороны подконтрольной демонам.

— Демоны ударили по вам артиллерией? — не поверил спрашивающий своим ушам.

— Да. Стрелки и пулемётный расчёт погибли сразу, мой доспех искорёжило взрывом.

Профессор снял свои запотевшие очки и протёр линзы о рукав серого пиджака, разговор давался ему тяжело и энергозатратно, но работа консультанта института имени Бехтерева никогда не бывает простой.

— Так как вы оказались тут в 2018 году? — вновь заговорил Алексей Николаевич вернув очки на переносицу.

— Я не знаю, последнее что я помню это лицо командира. Оно лучилось светом словно это и был сам свет. Он сказал мне…

— Что?.. — медленно поторопил гипнотизёр.

— Возвращайся и предотврати дисбаланс. — ответил допрашиваемый.

— Дисбаланс чего?

— Света и Тьмы. — выдохнул Виталий так, словно хотел закашляться.

— Так, — профессор перевернул листок назад читая написанное им ранее, — Почему именно 2018 год, почему не в начало нашей эры, где могли бы поддержать к примеру Христа, став его апостолом, такой апостол в мехдоспехе?

В комнате снова повисла тишина, а за бронированным зеркальным окном, хохотнул над шуткой про мехапостола Борис, за что тут же получил тычок локтем в бок от Лики.

— В 2018 году, вы закончите кормить искусственный интеллект ресурсами ваших видеокарт и Антарктида наберет силу. Потом, в 2019-том всю планету поразит вирус, многие погибнут, а те кто выживут будут иметь ограничения по здоровью на ментальную деятельность. Потом, по всему миру разразятся войны.

— И что, начнется ядерная война? — профессор скептически улыбнулся.

— Хуже, в 2025 году демоны перейдут в наступление.

— Где? — насторожился гипнотизёр и замер.

— Везде, где ранее лилась большая кровь. Европы и многих штатов Америки больше нет, держатся только города и страны на территории которых в недавнем прошлом не было кровопролитий.

— Вы говорили, что Офицера перевели из вашей столицы из Москвы?..

— Столица Сибирской республики в Новосибирске, а Москвы уже давно нет, по крайней мере той, что на поверхности. — покачал головой Виталий.

— Откуда такая информация, в вашем антиутопичном будущем?

— Многое я узнал, когда он взглянул мне в глаза. Я словно бы понял это через свет. — ответил пилот.

— Он, это ваш командир?

— Да. Он вроде, как душа коллективного сознания, возможно даже ангел, только их больше не бывает.

— Демоны значит бывают, а ангелов нет? — удивился профессор.

— Я не знаю, как-так получилось. — ответил Виталий и повесил голову.

Алексей Николаевич встал и подумав несколько секунд отошёл от задержанного в сторону двери.

— Ну всё господа, следующий канал связи с его сознанием будет возможен, лишь через сутки. Если вы подготовите мне правильные вопросы я их смогу задать. — обратился профессор к бронезеркалу, но на другой стороне Лики и Бориса уже не было…

Глава 14. Напомни, почему мы вместе?

— Нам нужна консультация пророка. — сообщила Борису Лика, хотя он ничего у неё не спрашивал, а просто и как-то хладнокровно смотрел на то, как она ведет машину.

Дергано стартуя на светофорах, прыгая из ряда в ряд, сигналя на тех автолюбителей, кто не разделяет её желания быстрее передвигаться по маленькому городу, построенному аж в семнадцатом веке, с дорогами под конные повозки. При советах, конечно же улицы расширяли, как могли, но что делать со зданиями с резным деревянным зодчеством, кирпичными купеческими домами времен царской России украшенными высокохудожественной лепниной? Потом настали девяностые, деревянные дома не случайно случайным образом начали гореть, а вместо них, чудом, как грибы поле дождя возникали ларьки и павильоны. Когда же бандитский беспредел закончился и сильные мира сего поделили все сферы влияния, ларьки начали сносить, заново строить дома и храмы, а улицы вновь попытались расширить, но за век преобразований так и не угодили Лике, и её красному мерседесу.

— О, он так похож на Питер, — саркастически скопировала она чей-то голос и сама же, как бы в ответ рявкнула. — Ни черта он не похож! Маленький, тесный, где на улицах одни малолетки норовят под колеса залезть.

— А мне нравится тут. Тут много известных людей жило. — парировал Борис. — Мимоходом оценивая походку парочки девушек идущих по своим делам.

— Это потому, что тут царская ссылка была, а потом и советская. Мы вон, до сих пор в камерах НКВД базируемся, а уже сколько лет прошло.

— Ты не замечаешь положительных моментов, это потому, что у тебя машина агрессивного цвета. — улыбнулся Борис.

— Это потому, это я не сплю ночами! Потому, что каждую ночь нечистые какую-нибудь хрень делают! Это потому, что у меня секса нормального уже тысячу лет не было. — распылялась Лика.

— Как будто у меня был и как будто я по ночам сплю. — нахмурился Борис.

— Милый ты мой, у тебя эфирный иммунитет, тебя ни одна нечисть не пробьёт, а я заснуть не могу потому, что каждого убитого ими и нами по десять раз вижу. Я в своих снах по колено в дерьме, словно сантехник Марио с кочки на кочки прыгаю.

— Говно это к деньгам. — резюмировал Борис. — А Марио культовая игра! Я бы поиграл снова, возможно даже в 4D.

— Четыре Дэ говоришь? А представь, что каждая черепаха, каждая мухоловка тебя навсегда сожрать хочет. Вот это мой мир, во сне и наяву. Поиграл бы он. — выдохнула Лика останавливая авто у какого-то дома, паркуясь так, что пожелай какой таксист проехать тут - не смог бы.

— Мы с тобой одинаковые погоны носим Лик и работу с тобой одну делаем, судьбы свои тоже сами выбирали. Так что не ной. Тут твой оракул живёт? — холодно спросил Борис оглядывая пятиэтажную панельку, окруженную грядками с кустарником, наполненную оранжевыми огнями домашних очагов.

— Тут. — повторила его взгляд Лика. — Напомни, почему мы всё ещё вместе?

— У нас дочь в США учится, горя не знает. На наши зарплаты от демоноборства, она сможет в случае нашей смерти дворец со слугами купить и ни в чем себе не отказывать. — покачал головой Борис.

— Может уволимся и уедем к ней а, познакомимся наконец, объясним ей ситуацию? — слегка жалобно проговорила Лика.

— Это конечно можно, но мы с тобой и там будем вынуждены заниматься тем же. Только не в институте, а в каком-нибудь отделе FBI. Кстати, чур я Маулдер!

— Я сосальных подвигов Скалли не повторю. — покачала головой Лика.

— Про конкурс минетов, где она заняла третье из трёх участниц, врут! — отрезал Борис.

— Как пел Валера Кипелов, не хочешь не верь мне. — сообщила женщина и вышла из машины. Борис последовал её примеру.

Входная подъездная дверь была кем-то подперта куском кирпича и потому институтские без всякого набора номера на домофоне просто зашли в серо зелёный коридор и зашагали по слегка покатой местами сточенной лестнице. На которой кое-где уже пробивались на свет вечерних ламп молодые побеги арматуры.

— Питер да? — одними губами произнесла Лика.

— Это еще советский дом, в то время нужно было быстро расселить рабочих, они то и задумывались, как временное жильё. — вновь вступился за город Борис.

— Борь, если ты в тайне от меня что-то употребляешь, от чего весь мир для тебя в радужных пони, так ты не жопься - делись! — фыркнула полковник.

— Не, кто тогда мне расскажет какой серый мир вокруг?.. — усмехнулся тот.

Слово за слово они поднялись на четвертый этаж, и на секунду замерли. Входная дверь, одна их четырех на этаже была открыта.

— С-сука… — погрустнел Борис и ладонью отодвинув Лику в сторону, тихо извлек пистолет Стечкина.

— Стой. — прошептала Лика, левой кистью прикоснувшись к его оружию.

Сам Борис по причинам эфирного не восприятия не мог активировать магию, пускай ствол и был заколдован лучшим магом его отделения, однако магический цикл словно бы почувствовал тепло женских пальцев. Стечкин легонько задрожал, покрывшись мелкими голубыми рунами. Теперь кто бы не услышал выстрелы, он не обратит на них внимания, словно бы звука и не было вовсе. Оперативник с благодарностью кивнул шагнув внутрь.

В коридоре квартиры было светло. Борис передвигался на внешних ребрах стоп, чтобы ненароком не выдать себя. Возможно, старый оракул просто не закрыла дверь, а возможно, случилось то, что случается с любым мистическим человеком так или иначе служащим на институт.

— Ты её убил! Конченный долбосран! — донесся из комнаты однушки истеричный женский голос.

— За базаром следи, курица! — отвечал ей другой слегка гнусавый.

— Я всё расскажу как было и властелин будет будущее по твоим кишкам теперь предсказывать! — не унималась девушка

— Это твоя вина, ты моего пожирателя дезориентировала! — переводили "стрелы" в ответ на нападки.

Бесшумный шаг нёс подполковника ближе, он всё слышал и понимал, но годы оперативной работы подсказывали ему, что либо он фатально опоздал, либо, как раз успел.

— Тихо! — рявкнула девушка. — Ты дверь закрыл?

— Там сигнальные чары, никто не пройдет без моего ведома. — заверил гнусавый голос.

— Я чувствую, самца!

— Это я наверное! — усмехнулся собеседний.

— … — она хотела бы что-то ответить, но тут, у угла дверного проема появилась чёрная металлическая рамка смотрящего на них пистолета.

Представшая пред Борисом картина была написана не маслом, а самой настоящей кровью. По центру комнаты в где теперь царил жуткий барак, какой бывает после неумелого обыска, стоял стул на котором сидела опутанная по рукам и ногам скотчем оракул. Побледневшее лицо седовласой женщины неопределённого возраста безвольно открыло рот откуда стекала кровавая пенящаяся слюна, остекленевший взгляд смотрел вдаль, а на месте правого плеча связанной, недоставало около килограмма плоти, как собственно самого плеча.

Над жертвой возвышалась абсолютно голая черноволосая девушка, идеально выбритая везде ниже плеч, подтянутая и загорелая, а рядом с ней мялся с ноги на ногу, невысокий зеленокожий человек, с неестественно вытянутыми острыми ушами и кривым выпирающим носом. В руках, гоблин сжимал магический жезл, который писатели фентази с их лёгкой руки могли бы назвать волшебной палочкой. Одето сказочное существо было вполне по человечески, в кожаную куртку косуху и спортивные штаны с двумя белыми лампасами, в качестве обуви, зелёный модник выбрал лакированные чёрные туфли.

— Всем на пол, нечисть! — выкрикнул Борис и в этот же миг выстрелил.

Пуля ударила в потолок прямо над головами у парочки осыпая их известью.

— Ха! — завопил Гоблин направляя в Бориса жезл, а девушка ойкнув начала растворяться в воздухе.

Выделенная в астральные миры вторая пуля подполковника снесла половину головы растворяющейся нудистски, войдя в лоб над левым глазом и на выходе вырвав кусок черепной коробки сзади.

Оперативник шагнул к гоблину, который уже успел произнести несколько слогов и удивлённо раскрыл рот видя, что это не дает эффекта.

— Че квазимодо, не работает магия? — с этими словами Борис ударил колдующего рукоятью пистолета целясь в височную кость. Глаза оперативника зыкнули по комнате, а левая рука вынула из внутреннего кармана куртки черные очки. Астрал дрожал, словно бы тут только что происходил магический поединок. Мелкие, медузообразные, эфирные паразиты уже скапливались над телом суккуба надеясь успеть пообедать.

— Ты бы еще им права зачитал! — осудила мужчину входящая в комнату Лика.

В её руке также был пистолет, но меньше чем у её супруга, аккуратный ОЦ-21 прозванный на ижевском машиностроительном заводе Малышом.

— Девка, ушла бы. А этот материальный совсем, словно скрываться им больше и не надо. — мужчина мотнул головой на лежащего гоблина и аккуратно выглянул в окно.

— Я вызвала группу зачистки. Жаль конечно тётку. — произнесла Лика. — Ну, надеюсь этот скажет зачем они её убили и главное, что от ней хотели.

— Укус от зубов пожирателя, я краем уха расслышал оно говорили, что-то про будущее. И про какого-то господина. Живой материализованный гоблин, немыслимо. — теперь, когда бой был окончен Борис изобразил удивление. — Гоблин маг. Редкость из редкостей. Это если бы мы с тобой ячейку арабских террористов тут накрыли.

Долго ждать не пришлось за окном, послышались звуки остановившихся авто и уже знакомые и ставшие каждодневным звуки бегущих наверх десятков тяжёлых ботинок.

***

Чижиков прибыл на Землю, но слишком поздно, весь его полёт занял около сорока тысяч лет. Всё что он помнил о мире изменилось до неузнаваемости, планета пережила какой-то катаклизм и бесплотный дух уже хотел было приземлится на голубой шарик, как что-то остановило его грубо толкнув назад в космос.

— Куда ты идёшь? — зазвенело в пространстве голосом который невозможно было однозначно определить, как мужской или женский.

— Кто спрашивает?! — рявкнул ангел осматривая вакуум перед собой.

— Привратник, ключник, уравнитель, смерть. — снова отозвался голос.

— Я вернулся домой! Впусти меня. — потребовал Чижиков.

— Ты увёл с Земли 51% светлых душ и благодаря тебе там теперь Тьма.

— Ты привратник, ты пятимерен, пусти меня в прошлое, позволь мне всё исправить! — взмолился крылатый, он всё еще мог так называться, хотя, от его крыльев давно уже остались одни обугленные окровавленные трубчатые кости торчащие из-за спины.

— Нет! Игры в прошлом для тебя уже не будет.

— Хорошо, что мне нужно сделать, чтобы войти и восстановить баланс?

— Ты более не войдёшь на Землю в своём разуме ибо твоя роль сыграна. — был непреклонен голос.

— Не войду именно в своём, так значит есть лазейка?

— Для тебя как для цельной личности нет!

— Для цельной нет?.. — повторил Чижиков — Позволь же, мне расщепится и заменить осколками своей души все те души, что я вырвал из их игры.

— Осознаешь-ли ты, что войдёшь в количестве, но не в качестве? Что ни то что, ты, никто не опознает в тебе больше ангела, настолько ты будешь слаб. Ты будешь начинать даже не с млекопитающих, ты начнёшь с деревьев, минералов и грибов.

— Осознаю, но это мой путь, я должен сражаться за Землю. Расщепи же меня и рассей, как тебе будет угодно и я вырасту, из миллионов осколков заново, пускай один да прорастет вспомнив себя, осознав себя мной!

— Это я могу. — согласился голос.

Чья-та изящная рука возникла из космического пространства и прикоснулась к ангелу. Он глубоко вздохнув, вдруг начал рассыпался мелким пеплом, словно бы сдуваемый в сторону планеты ветерком. Отделяемые от него части были настолько малы, что не светились духовной силой. Ангел всё осознал, за эти тысячи и тысячи лет полёта, и готов был принести такую жертву.

Песчинки, даже на осколки, а пыль от его души разлеталась по всему Земному миру, в надежде всё начать с начала, и может быть, через много-много веков стать единым целым.

И правда, что такое какие-то века, для того кто провел тысячи и тысячи лет в космосе.

Ключник же взмахнула своей ладонью. Песчинки души ангела полетели так, как было нужно ей, как она понимала равновесие. Осколки души пронзили время, пространство и измерения, заселяясь туда, где для них было место.

С точки зрения цельного разума этот шаг ангела был похож на самоубийство, но с точки зрения перспективы, он давал хотя бы какие-то шансы на продолжение его войны. Войны за Землю.

Глава 15. Мортит Лег

Мне не спалось, муравьи с пчёлами лупили друг-дружку чем-то дико шумным, с таким усердием, что казалось, кто-то из них должен был уже закончиться, как вид. Отобранное у них ядерное оружие явно способствовало восстановлению атмосферы моего космического оазиса, а всем остальным много не навоюешь. Правда, в какой-то момент я забрал у них еще и эфирные технологии, те что позволяли добывать энергию прямо из космоса. Слишком уж разрушительна была их сила. Урок от меня, как от создателя этого мирка, на мой взгляд, был очевиден. Сколько бы вы, насекомые, не сражались, конца не будет, а значит, надо договариваться. Однако ребус оказался слишком сложен и видимо, мир настанет не в этом столетии.

Я поймал себя на мысли, что искусственно настроил освещение летящей сквозь космос скалы по образу и подобию Земли. День, ночь, зиму и лето. Они сменяли друг друга с мерностью привычной для планеты, которая стала для меня приёмной матерью.

“По образу и подобию… — мелькнула у меня мысль, — Мы фаэтоняне - "В" класс, выросшие в пробирках солдаты не были предрасположены к репродукции, хотя секс и был нашей главной солдатской утехой. А что если?..”

Я тут же создал магический цикл, копируя свою же духовную суть, по сути создавая новую душу, с нуля.

Она получилась нелепой, мерцающей, слабой и, я дал ей возможность питаться энергиями моего мира, магическими потоками и звездными излучениями.

Рассматривая своё творение невольно вспомнилась одна философская загадка.

"Что первично дух, или материя?" И сегодня я пошёл по пути духа, так как материи уже насоздавал прилично. А яркий её пример в данным момент, за внутренним барьером громыхал ракетами и жёг друг-друга напалмом. Насекомые развились сами собой без моего участия и обрели свой разум, и возможно даже свои души. Верили-ли ползучие твари в нематериальное было очень-то не понятно? Не так давно я пересмотрел всю их историю и искусство, и оказалось, что она крутилась вокруг еды, ресурсов и феромонвого влечения.

Да, они любили, но любили, лишь своих королев и свой вид.

И наверное от скуки я замахнулся на задачу, которую не до конца был способен решить даже будучи Ра, я нацелился на создание полноценного человека. Не слепое копирование себя, не использование уже известным механизмов репродукции, а именно настоящего человека, именно с нуля. Вызов был брошен самому себе, способен-ли я создать людей, как создал их безумный ангел Чижиков, или мой удел лишь разрушать и расщеплять?

"— А что ты умеешь лучше всего?” — спросил в моей памяти шестнадцатый.

“— Убивать.” — ответил тогда ему я.

Монах "D" класса видел мою суть насквозь.

— Нет, дорогой друг, та дорога привела меня в никуда. — произнёс я вслух, вспоминая, как погибал Шестнадцатый.

Сконцентрировавшись на своей памяти, я подверг себя настоящему испытанию, досконально вспоминая, как устроен человек и в этом мне помогала драконья кровь. Зачерпнув из под своих лап крупный кусок грязи дематериализовал его, чтобы получить атомную массу из которой буду лепить, сложнейшую биологическую куклу. Я бы никогда не справился в одиночку, но со мной была вся та память, что я получил скопировав себя с дракона Светланы, а также магия Хаоса, которую я познал расщепив себя и собрав заново.

О, это был долгий занудный конструктор, но и времени у меня было предостаточно. Но, в какой-то момент я поймал себя на мысли, что утомившись, тупо копирую уже известные мне схемы. И это при всем моем понимании магии, и энергетических процессов…

Я остановил все процессы для детального понимания проблемы. До меня наконец дошло. Я не мог создать человека с нуля, я мог лишь бездумно повторить деяния великого Творца, что ещё раз доказывало, что я всего лишь тупой дракон, а не настоящий Бог, пускай и когда-то в прошлой жизни и временно сыгравший роль пятимерного Ра.

На Земле раньше говорили, что в этом и есть отличие Бога от Дьявола, Дьявол не может создавать жизнь и души, но зато, он приловчился воровать идеи у Бога, а также переманивать уже созданных созданий на свою сторону.

Однако не бросать же работу на пол пути. И отказавшись от создания с нуля, я скопировал всю биологическую матрицу с себя, наделив почти всеми свойствами драконьего вида, чтобы новый человек не умер в первый день своего рождения, очутившись в радиационных последствиях вражды пчёл и муравьёв. Умышленно пропустив грудной возраст, так-как социализация не нужна была тому, кто имеет в своей крови всю информацию вида ледяных рептилий, я создал ребёнка примерно сопоставимого возрасту двенадцати лет, это был светловолосый и голубоглазый мальчик с молодой, новоиспечённой душой.

Взглянув на его наготу, я усилием воли облачил его в удобный белый балахон, а ноги обул в сандалии.

Антигравитационное облако в котором творилось технологическое чудо поддерживало щуплое тело в состоянии левитации, когда он открыл глаза. Первый вздох созданного был обжигающ, он нещадно раскрыл лёгкие и ошпарил их едким воздухом заставляя тело согнутся по полам, словно бы парень получил удар в живот. Его горло издало стон-крик, который сменялся кашлем, слезящиеся глаза щурились, зрачки были сужены до самых маленьких пределов, свет, даже тот приглушенный свет моей пещеры причинял ему боль. Мой разум послал парню регенерационные волны, чтобы сократить время адаптации, но я и не думал, что получу эффект столь быстро.

— Сюрприз! — улыбнулся я обращаясь к новому человеку, — Поначалу, тут больно дышать, тут больно смотреть и плохо ходить не думая о том, что надо ходить, но потом ты привыкнешь.

— Я помню создатель. — проскрипела мальчишечья глотка. — Спасибо, что сотворил меня по образу твоему и подобию!

— О, а говорят, что почти каждый ребёнок хотя бы раз в жизни сказал своим родителям, что он не просил его производить на свет. — усмехнулся я.

— Спасибо, что я не человек, с пеленой забвения. — снова прохрипел парень, всматриваясь в меня.

Что он мог увидеть? Огромную белую голову с пастью наполненной множеством белых зубов, огромное продолговатое чешуйчатое тело и белые жгуты идущие от морды до самых бёдер. Но как раз такой вид был для него родным, как раз такой образ говорил в его памяти, что он дома.

— Скажи отче, какова цель моего создания? — уже без хрипа спроси парень, медленно опускаясь на ноги, которые само собой не хотели его держать и тогда ему пришлось осесть на каменный пол пещеры.

— Эксперимент. — не стал врать я. — Вторичную цель ты должен по закону свободной воли выбрать сам.

— Я вижу отче, ты связан печатью клятвы с тем, кого я не желаю называть, и я вижу, что ты хочешь вернуться в Тёмный мир и, вырвать оттуда родственную душу. Позволь посвятить этой цели мою жизнь? — Парень вновь попробовал подняться, но получилось лишь сделать несколько шагов на четвереньках. Оставляя позади себя сползшую обувь.

— Так, по поводу жизни. Ты создан регенерирующим, долго живущим, практически вечным, но не бессмертным, особенно опасайся всяких богов и им прислуживающих. — поспешил рассказать ему я медленно идя за ним. — И можешь убрать излишнюю помпезность в речах, я тебе не господин, мне тут просто скучно, лететь одному.

— А, что это шумит за барьером? — спросил парень, ползком выбираясь под свет летящих мимо звёзд.

И тут я подумал, что его же нужно как-то называть.

— Как тебя зовут? — спросил я его, вкладывая в этот вопрос посыл, чтобы парень сам выбрал себе имя.

Юный человек осмотрелся, снова присев, теперь созерцая мой замок и произнёс,

— Я хочу простое имя отражающее мою миссию, я тот, кто будет жить тут и всегда знать, что за мной долг перед создателем. Моё имя Мортит - тот кто живёт и арендует его жизнь за морту.

— Ну а второе имя? — усмехнулся я, осознавая, что Мортит применяет византийский термин, возможно даже не совсем правильно.

Парень посмотрел вниз видя свои босые ноги и выдохнул,

— Лег отче, тот кто должен ходить по земле ногами.

— Мортит Лег? — улыбнулся я, юноша мне положительно нравился. — Тогда всё, что ты видишь вокруг твоё. Ходи везде изучай.

— Я назову этот летающий в космосе материк Легляндией. Это отражает глобальную суть моего появления. — сообщил мне Мортит, сверкая идеально ровными зубами. — Позволь же отче, сразу сообщить о моих планах. Я хотел бы, уничтожить муравьёв и пчёл, и заселить материк своим видом, ну или более хрупкими людьми, чтобы меня не убили из зависти на которую люди да и драконы способны. В памяти дракона я видел, что ты наполнил этот замок книгами по изученной тебе магии. Я хотел бы освоить одну из них.

— Почему не все? — удивился я.

— Прости меня отче, но тот кто изучает всё, не изучает ничего. Я выберу одну дисциплину самую сильную из них, а на решение твоей задачи, на взлом Тёмного мира вместе с Залами стенаний и Покоя, я пошлю других детей.

— Я не планировал создавать подобных тебе больше. — медленно проговорил я.

— Ничего страшного, я возьму их из отстающих миров. Ты стал велик, о отец и не можешь пользоваться порталами, но как только я выучу это заклинание я смогу, у меня лишь одна просьба.

— Какая же? — вновь удивился я его прыткости.

— По прилету на Землю, выдели Легляндию во вневременное пространство, и даруй мне право ключа сквозь времена миров, тогда я выполню свою миссию и освобожу близкую тебе душу.

— Какой странный запрос для только, что рождённого. Как ты узнал про такую возможность? — спросил я, поражаясь не слишком-ли быстроразвивающееся творение я породил.

— Я читаю память всех драконов, а главное, твою память отче. Ты правильно подметил, мне не двенадцать и мне не две минуты, я твоё продолжение в человеческом виде, к счастью лишенное привязанности к Фаэтону. — проговорил сидящий на земле босоногий человечек, даже не скрывающий, что он только, что прочёл мои мысли.

— Убьёшь пчёл и муравьёв и будешь привязан к этой скале до истечения кармического плана. — предупредил его я, смекая, что скорее всего, тот кто смог просто так прочесть мысли дракона познавшего Хаос, будет превосходен в ментальной магии, или как её называли в земном институте имени Бехтерева телепатии.

— А если не убью не смогу выполнить свою задачу, отче. Ты велик, но ты один, однако враг с которым ты собираешься сражаться имеет множество связанных между собой душ, я же постараюсь повторить это на биологическом и техномагическом плане. — проговорил Мортит и в очередной раз попытался подняться, но снова осел на четвереньки.

Я лишь кивнул. Сегодня я создал настоящего человека “B” класса. Он точно знал свою цель, он не стремился к власти, он знал своё место и он был предан своему создателю. Оставляя такого за главного, можно смело продолжать спать ожидая своего прилёта к Земле, главное предупредить его о том, чтобы он не пытался познать Хаос. Иначе, его душу и разум в том же виде я больше не соберу.

Глава 16. Шестнадцатый

(Земля/2018 год)

— Ты думаешь, что из Ада сбежал, так всё службу свою закончил? Человеческое тело напялил и больше не военнообязан? — раздалось сквозь целлофан мусорного мешка, надетого на голову Олега.

Голос был такой словно говорящий что-то жевал, словно бы похититель был манерным метросексуалом, или что страннее, геем.

— Как вы меня нашли? — проскулил демон, едва отдышавшись после похищения.

Прямо на остановке у университета, где было человек двадцать народа, остановился фургон и секундами после его уже крутили по руками и ногам какие-то модно одетые ребята. А далее мешок на голову и долгая поездка с многими поворотами по городу которые Олег уже и перестал считать.

“Мешок на голове это даже хорошо, это значит он нужен им живым, а значит ад еще подождёт.” — думал пленник.

— Ты светишься как проснувшийся, словил осознание получай наказание! — продолжил голос.

— Аура значит?.. — догадался Олег и решил не упускать инициативы в разговоре задав еще вопрос, — Куда меня везете?

— Господин приказала тебя доставить, кое-куда.

— Так господин, или приказала? — не понял Олег.

— Господин будущая потрох великий и паскудная Бэль. — торжественно объявил голос и все кто присутствовали в машине дружно причмокнули губами, дважды.

— Ни о чём не говорит. — удивился похищенный, но от синхронности имитации звуков поцелуев стало как-то не по себе.

Звуки города прекратились, сменившись звуками скорости на гладкой прямой дороге, но не прошло и десяти минут, которые Олег отсчитывал про себя, как машина остановилась. В ушах зазвенело, а к горлу накатилась тошнота. Его привезли к месту силы, месту перехода между материальным миром и низшими измерениями. Похищенного вывели на свежий воздух и резким движением сдернули целлофан с головы.

Опревшее лицо Олега тут же почувствовало холодок ночного воздуха, а сердце вдруг забилось сильнее словно бы рядом находился тот, кто был мощнее всех тех, кто его похищал и ехал с ним в машине. Парень ожидал увидеть кого угодно в этом поздневечернем сумраке, однако от дорожного перекрестка трёх дорог со столбиком на котором на синем фоне белыми цифрами было написано 13 шла хрупкая девушка.

Руки Олег были замотаны скотчем, ноги конечно же тоже, однако тот, кто заматывал оставлял узнику возможность идти маленькими шагами. Парень отшатнулся назад, но его спина натолкнулась на крепкие ладони похитителей. Их оказалось пятеро и тут на перекрёстке миров духовные образы больше не могли скрываться от взгляда молодого падшего.

“Инкубы” — догадался Олег, он должен был понять сразу по их манерности, что существа пленившие его промышляют поглощением мужской и женской сексуальной энергии.

В каноне считается, что суккубы и инкубы это разные виды, или даже разные специализации, но на поверку это лишь пол демона, а качать энергию методами наведения сексуальных снов, склонению к мастурбации, и беспорядочных половых связей эти твари могли у кого угодно. Но та, что шла к нему была не просто суккуб, это была тварь из тварей, та что управляет всем ближайшим блядюшником на многие сотни километров вокруг. Это читалось по её полю, и вычислялось математически, методом подсчёта незримых простому смертному энергетических нитей выходящих прямо из её нижней, муладхары чакры и уходящих в разные стороны. Словно тысячи нитей громадного паука выстраивались в единую паутину, переплетаясь и ветвясь. И по каждой из них к существу, представшему в виде юной девушки, возможно даже девочки, текла сила.

— Нравлюсь? — спросила девочка, коснувшись пальцами своей шеи и проскользив вниз по тонкому платью, которое не скрывало, а наоборот показывало юные еще не сформированные груди.

— Я не по Набокову, меня Лолитой не соблазнишь! — помотал головой Олег, понимая что если бы на его месте был простой смертный, то магия паразита непременно завладела бы его разумом. Будь названная Бэлью демоном к примеру арбузов, по её желанию все в радиусе трехсот километров жрали бы только арбузы.

— Мальчики, фрукты, хентай, аой, животные? — бегло и улыбаясь перечислила она. Хотя конечно же демон такого уровня, не был ни “Она”, ни “Он”, демон такого уровня и специализации, должен быть профдеформирован по полной. И у той же, на вид, несовершеннолетней девочки мог внезапно оказаться полуметровый кожаный шланг между ног.

— Я по студенткам, третьего курса. — выдохнул Олег и сам не понял зачем это сказал.

— Фу, как скучно. — скривил лицом демон. — Тебе бы в ангелы с такими вкусами, ну да, не за тем я тебя позвала.

“Всё таки тварь идентифицирует себя в женском роде” — подумал Олег.

— Ты что-ли должен был стать новым потрахом? — спросила она пристально глядя пленнику в глаза.

— Я не знаю о чём ты. — замотал головой Олег.

— А вот оракул, говорил что ты. И представь себе сегодня моих битчесов на его квартире взял институт.

— И что? Я то тут причём? — повысил тон парень.

— А если не причём и оракул врал, почему тогда институт знал о том, что мои твари там?

— Я, я не знаю… — запинаясь выдохнул связанный.

— Конечно не знаешь, потому, что новый потрох не ты, а я. Я это тебе сообщаю, чтобы тебе служилось в Аду спокойнее. Убить его! — резко приказала Бэль отворачиваясь и исчезая, уходя в тонкие миры.

В этот момент пятеро инкубов обступили свою жертву.

— Ну что, косырь, пора домой! — обратились к парню.

— Заткнитесь и делайте, что вам сказали. — нахмурился Олег ожидая перехода в такой ненавистный ему низший мир.

— Что? Нет, не так просто, сначала мы тебя впятером оприходуем, а уже потом ты сдохнешь от травм не сопоставимых с жизнью, от травм в жопе! — произнёс кто-то и все пятеро дружно заржали. — Решил спрятаться в теле смертного, сейчас ты будешь как Эмили Роуз! В тебе побывают сразу пять демонов, но не вместе, а по очереди!

Олег хотел что-то сказать, как-то разубедить ублюдков, хотя и понимал, что это всё бессмысленно, ведь вокруг него собрались не просто моральные уроды, или обычные геи, вокруг него собрались паразиты не знающие насыщения. Групповое изнасилование со смертельным исходом да еще и мужеложество, такую ачиву эти твари пропустить мимо себя уж точно не могли.

Микроавтобус, был припаркован у основной трассы, а они находились поодаль от дороги, в шагах двадцати. Мимо едущие машины проносились по своим делам без какого-либо намека на остановку, пусть даже случайному поводу, на сходить в туалет в кустах. И не мудрено. Демоны одним своим наличием отпугивают случайные взгляды и любые позитивные вероятности. Помощи ждать было неоткуда.

Жесткий удар под колени свалил Олега на землю, а несколько пар рук начали стягивать с него его джинсы. Он кричал и материл их что было сил, однако, штаны были просто тканью, а ремень просто кожей на застежке. Человек крутанулся и, ему удалось перевернутся на спину, от чего кожей задницы он ощутил холодные камни грунтовой дороги, но уж лучше камни, чем…

— Эй, 3,1415lдарасы! — окликнул компанию голос откуда-то из темноты.

И это возымело успех, инкубы обернулись.

Из лесополосы, пробираясь сквозь высокую траву и кустарник к ним шёл невысокий короткостриженый светловолосый человек, одетый в чём-то бежевом.

— Подчинись смертный! — тут же приказали ему пятеро.

— Опа, не работает! Прикиньте?! Это всё мама моя! Говорит, одень на причиндалы железную ракушку, какую тайские бойцы носят, глядишь и убережет от похабников. — проговорил идущий.

— ?... — демоны замерли, совсем забыв про лежащего на гравийке, а четверо из них потянулись за пазуху и куда-то под куртки.

— А я ей говорю, мам ну надень же, а не одень! Одевают Надежду, а надевают одежду! А она мне, сынок, да ты б вместо демонов твоих реально бы Надежду себе какую-нибудь завел, а-то не женишься никогда.

— Ты кто бля такой? Свали быстро, мы работаем на Бэль! — выкрикнул тот, что говорил с Олегом в машине.

— А я ей снова, мам, а слышала-ли ты про сублимацию доктора Зигмунда Фрейда? — продолжил человек не прекращая идти. И четыре ствола уже нацелились прямо в него, а Олег застыл от изумления.

— Что ты мелешь?! — рыкнули идущему.

— Грешен! — вдруг выдохнул человек, — Вру! Про всё вру и про жену, и про ракушку, и про маму. Простите лугна?

—...—

— Правильно, Бог простит! — с этими словами взгляд человека вспыхнул ярким голубым светом. Из-за спины с хлопком врывались и взмахнули над головой огромные, сияющие, пернатые крылья.

Стволы выстрелили, все сразу. А одно из оружий даже очередью. Однако, свинцовые пули лишь рикошетили от тела и лица ангела. Крылатая фигура рванулась к стрелкам, за мгновение оказавшись рядом с Олегом, протаранив одного из инкубов грудью.

Взгляд ангела упал на плененного и было в этом взгляде что-то крайне не доброе для демона уклониста. Сияющая фигура крутанулась вокруг своей опустив крыла так, чтобы те могли задеть инкубов. Фонтан кровавых брызг ударил в небо, а пять глухих шлепков прозвучавших почти одновременно предшествовали падению пятерых обезглавленных тел. Олег вздрогнул, когда его окатило горячей кровью, а несколько похитителей буквально рухнули на него, придавив своими пахнущими духами телами.

— Так ты же демон - подселенец? — удивился крылатый и присел на корточки, спокойно и терпеливо смотря, как нелепо связанный выбирается из под тел.

— Я беглец, я не хотел воевать за Ад. — поспешил простонать Олег, и ему показалось, что сейчас самое время говорить, ведь на кону было кое-что пострашнее изнасилования. Ангел убивал навсегда, нарушая закон перемирия между Светом и Тьмой, без каких-либо отправлений в Ад, крылатый обезглавил не только тела, он одним ударом оторвал демонам внутри их демонические головы.

— А это что, такая призывная кампания? А вместо медкомиссии ректальное зондирование? — спросил крылатый.

— Она сказала, что я будущий потрах, но я не… — затараторил Олег.

— Зат-кнись. — оборвал его светлый. — Подумать надо.

В ладонях сидящего на корточках ангела появился мобильный телефон, цифры набрались сами собой, а крылатый поднял свои глаза к звездному небу слушая длинные гудки. Наконец трубку взяли.

— Артаин, я что-то не понял… Почему я опять участвую в ваших игрушках? Ты сказал студент, а это подселенец. Они тут порно оскар хотели получать. Я вместо твоих квестов, могу важными делами заниматься. — повисла пауза из трубки что то говорили, а потом ангел продолжил, — Конечно с тебя причитается…

Положив трубку спаситель посмотрел на Олега и, произнёс уже тоном помягче. — И с тебя причитается, Шурыгина в джинсах! Прости Господи.

Глава 17. Пеленгуя потроха

Затекшие, грязные, окровавленные пальцы никак не могли справиться со скотчем стягивающем ноги, а машины всё ехали и ехали мимо кучи обезглавленных трупов не замечая их и не сбавляя скорость. Возможно, стоило пенять на поздний вечер, а возможно, на особенность этого странного места, на зря отмеченного столбиком с цифрой 13. В какой-то момент Олег смирившись просто сел на колени, кровь отказывалась течь сквозь путы и онемение начало нарастать.

“У этих пидовояк должен быть с собой нож, или ключи, или брелок, да хоть что-нибудь, чтобы подцепить, или порвать синтетические оковы.” — заключил Олег и с новым рвением начал обшаривать карманы убитых инкубов. В карманах были деньги, скреплённые зажимами пачки, пакетики с какими-то мутными кристаллами, смартфоны, электронные сигареты, магазины к пистолетам и даже одна граната, но не было самого нужного, не было ножа.

“Твари, нахера вам столько оружия и наркоты было?” — выругался Олег и, его взгляд упал на зажигалку.

Сидя на корточках перед трупами он несколько раз чиркнул пальцами, и наконец прозрачная пластмассовая коробочка породила пламя. Скотч на ногах расплавился после нагрева и узник смог нормально встать и, поковылял к машине. Там он продолжил свои поиски на этот раз в салоне. И, о чудо, нашёл.

Короткий маленький и тупой, для всего чего угодно, но не для скотча. Нож был воткнут в одно из сидений и сев на соседнее Олег придержал рукоять подошвой ноги, а потом, принялся резать пиля скотчем о сталь. Вероломный скотч всё таки был побежден, хотя онемение и затрудняло весь процесс. Парня всё еще потряхивало, однако, он упорно разминал кисти, а те потихоньку возвращались к чувствительности, первым делом награждая ум человека тягучей болью.

“Ты светишься! Встал на путь осознания!..” — вспомнил он разговор с похитителями.

Значит, нужно было быть готовым ко всему. Тут и пригодился, валяющийся недалеко от машины целлофановый мешок, тот самый, что не так давно мешал Олегу видеть. Оружие, деньги и наркота всё собиралось в одно место, пока авоська не потяжелела норовя порваться, а с грунтовой дороге больше нечего было брать. Олег решил не подбирать сотовые и, уже собирался сесть в фургон, да погнать отсюда, но потом его осенило. В мобильниках должно было быть всё, места скопления демонов, контакты, компроматы. И парень, нехотя вернулся к трупам.

Он брал каждый мобильник, прикладывая начинающие деревенеть пальцы убитых к сенсорам, и таким образом получил целых два разблокированных устройства, видимо, остальные сканировали сетчатку глаз или контуры лиц, которых ввиду отсутствия голов в темноте было просто не найти. Далее, парень полазив по настройкам, по очереди сняв устройства с блокировки и отменил эту функцию вовсе. Закончив, он привстал прогнувшись в спине, тело ломило от неудобств доставленных ему тварями.

Вернувшись в автобус он сел за руль, где в замке зажигания торчали оставленные ключи. Положив пакет с полезностями на соседнее сидение он завел мотор, выруливая на трассу.

Куда бы он не поехал его найдут, а значит, надо искать тех кто ищет, не зря же, ангел спас его нарушая главный закон фатального невмешательства. До этого вечера Олег думал, что нельзя убивать демонов навсегда, сегодня же он понял, что уже можно. Телефонный звонок стал неожиданным настолько, что Олег вздрогнул, первым делом глянув на чёрный мешок, но звонил его собственный телефон. Номер входящего определялся как 80006660000.

— Да?.. — отозвался Олег зачем-то взяв трубку.

— Заводи мотор и едь в сторону города. — медленным и чуть жестоким голосом сказал динамик.

— Кто это?

— Твой личный Морфеус! И если ты, Нео, не хочешь начать карьеру в виде эскортницы, то делай, что я тебе говорю.

— Я еду уже, — сообщил Олег вспоминая фильм, почему-то, ранее незнакомый голос внушал доверие, — Но ты мне должен всё рассказать, конкретно меня интересует, что тут происходит?

— Тёмные четвертого сектора выбирают потроха, выборы идут по древней адовой традиции, все убивают всех, пока не останется один сильнейший из демонов. — пояснил голос.

— А я тут причём!.. — простонал Олег.

— Они убили человеческого оракула, он предсказал, что следующим потрохом будешь именно ты.

— Я не хочу этого всего! — чуть-ли не закричал парень в трубку.

— А это вот всё, более чем, тебя хочет. В общем, выбора у тебя два, бежать, или драться.

— Кто ты и почему столько заботы обо мне, и где ты был, когда меня сюда везли?

— Я не могу вмешиваться, в традиции Тьмы. Но я смог сделать так, чтобы ты оказался свободным. Далее, я буду курировать тебя пока ты не убьёшь всех и не займешь свое место в низшем мире.

— Почему ты помогаешь? — насторожился Олег.

— Потому, что остальные мне нравятся меньше. Как тебя зовут?

— Олег, я думал ты знаешь… — опешил Олег.

— Олег, тупое имя для демона, назовись по другому. — жёстко сообщил голос.

— Зачем это. — не понял парень.

— За Олегом не пойдут низшие.

— А за кем пойдут? — спросил Олег.

— За Бэлью к примеру пошли, у вас там в четвертом секторе целых пять группировок, самая сильная - это эти извращуги.

— И мне их всех придется убить? Я не смогу!

— Соберись! Убить только извращуг, убьешь их, и остальные преклонят своё колено.

— Но я не демон убийца, я даже из армии сбежал… — простонал парень.

— Ты демон, а значит априори убийца. Сейчас на твой номер придёт смс там координаты, на координатах закладка, в закладке письмо, покажи её вашему физруку Борису. Они помогут.

— Они это кто?

— Институт. Им тоже невыгодно, чтобы в городе была война. Удачной охоты и придумай себе имя! — на этих словах трубку бросили и что-то подсказывало Олегу, что перезванивать было бессмысленно. Тем временем, в дали показались огни города, ставшего таким родным за 18 лет жизни.

Фургончик летел по трассе нарушая все скоростные режимы, ловя на свой номер штрафы с камер. Нервы были на пределе, зубы Олега скрежетали, в какой-то миг, он посмотрел в зеркало заднего вида и не узнал себя. Его глаза стали полностью чёрные поглотив белок, а измазанное кровью лицо запеклось кривой маской.

Взгляд снова вернулся на дорогу, где на обочине откуда не возьмись появилась припаркованный автомобиль ГИБДД с охотящимся офицером в светоотражающем жилете и радаром направленным прямо на грузовичок. Правая рука полицейского с полосатой палочкой поднялась, чтобы указать на нарушителя, повелев ему остановиться, но замерла так и не опустившись. Олег смотрел на офицера пристально и не сбавляя скорость пронесся мимо.

Объяснение такого поведения человека было лишь одно. Демон может влиять на людей даже если просто находится рядом, заставляя их вести себя иррационально, не правильно. И правда, далеко не всякая человеческая душа пожелает встретится с тварью ада, как и не всякий человек пожелает пересечься с преступником пускай и самым мелким. Это институтские привыкли каждый день вступать в бой, а обычные люди пускай даже наделенные властью, предпочитают просто не связываться на уровне даже не логики, а подсознания. Вот душа полисмэна и ввела тело в ступор. Рассудив, что чёрт с ним, с нарушителем, даже если у того полная машина оружия, наркотиков и бабок. Даже если, он - демон и стрелять-то не умеет вовсе… Меньше общаешься с потусторонними тварями, крепче спишь и дольше живешь…

Олег выдохнул, видимо осознав, что только что произошло. И только сейчас ощутил жару в салоне, воздух был горяч словно в духовке. Инкубы оставили регуляторы печки на максимальных мощностях. Бесы и демоны очень любили тепло, ведь в Аду перманентно холодно. Слышал-ли кто-нибудь, когда-нибудь об одержимости в северных странах, даже в фильмах про демонов это всегда Америка, или Азия, а-то и Африка, но никогда не заснеженные просторы Аляски например.

“Перед въездом в город надо сполоснуться,” — решил демон и свернул на проселочную дорогу в сторону реки, а еще щиплющие от онемения пальцы отключили печь.

***

— С каких пор гоблины работают на королеву суккубов? — нахмурился Борис, нависая над закованным в наручники зелёным карликом.

— Там война идёт, каждый на свою сторону вербует, а мне чё? У Бэль девок много красивых! Ты бы пожил с моей внешностью я бы посмотрел к кому бы ты примкнул, если не даёт никто! — сначала виновато, а потом, как-то с упреком проскулил гоблин.

— Блин и не подкопаешься. С козырей ходишь! — пошутил Борис выпрямляя спину.

В комнате их было двое, также был стол и два стула, была броне дверь, и броне стекло оно же - зеркало, была на потолке длинная лампа, которая иногда мигала издавая жужжание, норовя неделю от недели сдохнуть.

— Вы зачем оракула грохнули? — продолжил подполковник.

— Да это случайно получилось. Она давеча предсказала, что в четвертом секторе новый потрох будет который будет блюсти законы Света и Тьмы одновременно. Вот Бэль её к себе и пригласила. А эта ссука, ссукубка, заклинание пожирателя сбила и он её укусил.

— Суккубку? — не понял Борис.

— Оракула! — пискнул гоблин.

— Ну, вроде не врёт. — обратился мужчина к зеркалу. — Где у вашей Бэли штаб?

— Не тут, она из Новосибирска нами управляет. — выдохнул гоблин.

— Ого, сильная. — удивился оперативник. — Ставленник её, где тогда? Только не говори, что это ты?

Губы Бориса расплылись в улыбке от собственной удачной шутки.

— Нет ставленника, разрозненная сеть вертушек и хоботов. — произнёс гоблин.

— Суккубов и инкубов?.. — переспросил Борис для протокола самописца, сам то он знал сленговые названия демонов.

— Да.

— Как зовут вашего нового потроха, которого Оракул предсказала?

— Земное имя Олег, фамилия Заров кажется, это всё, что я знаю. Гражданин начальник, а можно мне в тюрьме еще посидеть, я к тому не отправляйте меня обратно в Ад, с меня там шкуру снимут живьём, за то что в плен попал. — взмолился зелёный.

— Мы, не вы, мы не убиваем и не отпускаем. — помотал головой Борис.

— Мы тоже не отпускаем. — насупился гоблин.

— Борь, — проговорила в микро наушнике Лика, — я нашла этого Зарова, адрес, место учебы, однако пеленг его телефона показывает, что он за городом, если поторопимся сможем перехватить, нового тёмного миссию.

Оперативник спешно покинул камеру, не обращая внимания на стоны и скулеж сзади, в основном, просящие каких-нибудь удобств. Если гоблин говорил правду, то нового потроха могли бы просто убить и нужно было торопиться.

***

Тёмная пелена реки журчала водой отдающей холодом. Олег опустился на корточки перед водоемом и первым делом, зачерпнув воды в ладони умыл свое лицо и руки, потом же зачерпнул побольше жидкости и прильнул к ней губами, глубокими глотками поглощая её. Да, Обский бассейн не славился чистотой, кроме того, вода тут скорее всего была заражена неприятными тварями - описторхами, но после пережитого, парню было всё равно. Описторхов из печени он изгонит, а вот жажда и пули могут убить его гораздо раньше. Напившись он еще раз зачерпнул воды, чтобы полить на голову сверху, черные волосы тут же намокнув прилипли ко лбу.

Вдруг, со стороны деревни послышался рёв двигателя. И этот звук ошпарил Олега словно кипятком. Парень вскочил и побежал к фургону, но когда запрыгнул в салон уезжать было уже слишком поздно, фары подъехавшей машины осветили его ослепляя, дальним светом. И демон решил драться, вытащив из пакета оружие помассивней, зажав его в руках. Не зная названия пистолет-пулемёта “Кедр”, Олег очень надеялся, что эта штука, если нажать на спусковой крючок будет стрелять.

Глава 18. Когда чужой - свой

Мушка не попадала на целик, оружие тряслось в руках Олега, а сам воплощённый прятался за покатым капотом микроавтобуса. Там сквозь непроглядный свет фар открылись две двери, один раз клацнул затвор и следом за этим раздался громкий женский голос.

— Бросай оружие и выходи с поднятыми руками! Считаю до двух и открываю огонь!

— Не выйду! — прокричал на грани истерики Олег.

— Лик, погоди ты считать, дай я сначала поговорю. — раздался другой, откуда-то знакомый голос и на свет фар вышла огромная плечистая фигура.

Борис шел разведя в стороны руки, чтобы показать, что в них ничего нет.

— Ни шагу дальше, а то застрелю! — завопил Олег.

— Слушай, ну ты не типичный для демона, они обычно сначала стреляют. — произнес мужчина.

— Бор-рис Игоревич? — наконец узнал его парень.

— Мы знакомы? — совсем по житейски удивился оперативник.

— Вы у нас в университете преподаёте физкультуру. — сбивчиво сообщил Олег.

— Видишь Лик, это мой студент, а ты сразу стрелять. — кинул Борис Лике.

— Почему я не вижу вашей ауры?! — почти выкрикнул парень, посмотрев демоническим зрением на Бориса.

Его словно бы не было, а вот та, кого физрук назвал Ликой была, поле женщины пылало жёлто-зелёным цветом, на ней висело около десяти угловатых пентаклей и магические символы излучали в пространство странные объёмные фигуры, все вместе составляющие плотный магический кокон.

Пожелай Олег прицелится бы, в темноте всё равно не смог, настолько сильная была энергетика артефактов, да и оружие у женщины было не простое, оно лучилось ярким золотом, словно бы над этим пистолетом молились десятки, или даже сотни человек. Ствол в руках Лики был настроен на умерщвление таких как он и не на банальное лишение жизни, а на умерщвление навсегда.

— Эфирный иммунитет, дар и проклятие. С одной стороны вы меня не видите, с другой, сам не могу пользоваться магией. — пояснил Борис.

— Что ты делаешь, это демон! — воскликнула Лика услышав такие откровения от своего мужа.

— Я слишком давно работаю в институте, чтобы знать, кто меня хочет убить, а кто нет. — ответил Борис супруге и продолжил, обращаясь уже к Олегу. — Олег же да? Мы пришли кое-что прояснить.

— У меня есть письмо к вам! — вспомнил вдруг парень.

— Письмо и от кого? — удивился оперативник.

— Я не знаю, оно закопано в координатах.

— Что ж, всё наряднее и наряднее. Ну, может опустим стволы и поедем за твоим письмом, заодно расскажешь, почему у тебя моська в крови, и кто тебя будущего правителя тёмного четвёртого региона напугал так?

— Я не правитель! — затряс головой Олег, но его оружие больше не держало на прицеле Бориса, а сам он шатаясь шаг за шагом выходил из-за капота.

— Конечно же нет, потроха не могут звать Олег. — улыбнулся Борис.

— …переговорщик херов… — одними губами выдохнула Лика. Её сердце колотилось, только что её законный муж, шёл на вооружённого огнестрельным оружием паразита, даже не позаботившись о защите. Мягкий кевларовый бронежилет не его теле женщина в расчет, конечно же, не брала.

Первым делом Борис мягко забрал у Олега пистолет-пулемёт “Кедр” и отсоединив магазин громко цыкнул, в него первый раз в жизни целились не заряженным оружием, причём, судя по характерному запаху из пп совсем недавно стреляли. Лика подошла следом, опустив свой револьвер стволом низ.

Борис уже хлопал парня по плечу и что-то миролюбиво говорил, мол, сейчас съездим возьмём твоё письмо. Лика же тут же заглянула в кузов микроавтобуса фирмы Фольксваген.

— Борь, тут пакет с оружием, бабками и… похоже с наркотой. — тихо проговорила она. — А еще, всё в крови.

— Лик, а у кого его нет такого пакета? Всем в современном мире необходим такой пакет, а кровь, это ничего, её можно перекисью водорода отмыть. — ответил супруг, репликой достойной умалишенного, но уже спустя небольшую паузу спросил у парня. — Олеж, а кровь чья?

— Инкубов. — выдохнул паренёк.

— И где они? — удивился Борис оглядываясь.

— Ангел убил.

— Ангел? — тоже удивилась Лика, переключая чёрные очки с режима тепловизора на режим эфирного видения. В округе ничего необычного не было.

— А зачем их ангел убил? — продолжал оперативник, чуть-ли не по отечески обнимая Олега.

— Они меня хотели убить и трахнуть.

— Может наоборот? — усмехнулась Лика.

— Это же демоны, они могут и так, и так. — улыбнулся Борис. — Ну Олеж, поехали за письмом, какие говоришь там координаты?

Но Олег не успел ответить, резкий возглас Лики оборвал его сбивчивые намерения.

— Борь, на двенадцать часов, кто-то идёт сквозь эфир.

Пальцы подполковника тоже переключили очки в режим эфирного зрения. Он осмотрелся по сторонам, ибо обозначенные Ликой “двенадцать часов” могли быть применимы лишь к командам, когда идёшь колонной, или стоишь круговой обороной, где эти самые двенадцать часов заранее обозначены внешним ориентиром. Тут же, на речном пляже в наступившей непроглядной темноте, проще было осмотреться. Конечно же, он ей этого не скажет, девушка уже очень давно играет в их отношениях роль некого лидера мнений, словно бы покойный Илья Стальнов действительно был прав по всем этим "А", "B", "C" классам.

В эфирном мире вспыхнуло, кто бы не шёл на берег мелеющей провинциально реки он был большой. Из тонкого мира полезли тросы, суккубические привязки, позволяющие их жертв делать всё, что пожелает хозяин или хозяйка.

— А-а-а! Это снова она! — завопил Олег, и тут же получил затрещину, да с такой силы, что шлепок по затылку от секунду назад приветливого физрука, погрузил его в глухой нокаут.

Пацан был мужчиной, молодым, напуганным, но мужчиной, а значит, был уязвим для такого рода дряни и мог в любой момент напасть сзади.

Тросы шарили по пляжу, то и дело искря отскакивая от защиты Лики и, как и резонно было полагать, абсолютно не замечали Бориса.

Демоница ступила на камни, изящно вытянув худую детскую ножку, так чтобы все видели, что она не торопится и полностью контролирует ситуацию. И взглядам оперативников предстало совсем обнажённое девичье тело.

— Отдайте парня! — приказала она громким голосом, что эхом пронесся над тёмной водой и казалось, заглушил её журчание.

— Олег наказан и гулять не пойдёт. — сообщил суккубу Борис извлекая из нагрудной кобуры свой пистолет.

— Вы не ведаете кого укрываете, он утопит регион в крови! — разразилась демон криком.

— А ты в похоти… — выдохнула Лика целясь суккубе между ее чернявых бровей.

У демонов такой силы не должно быть постоянного облика, сегодня она черноволосая короткостриженая азиатская школьница, завтра строгая налоговая инспектор, послезавтра конь с огромной елдой, тварь готова обернуться хоть похотливым осьминогом, лишь бы получить власть над жертвой. Но сегодня на оперативниках почему-то не срабатывало. И демон явно из-за этого злилась.

— Вы убили моих людей, я вам этого не прощу! — сквозь острые зубки прошипела бестия.

— Еще наплодишь! — фыркнула Лика и уже готова была стрелять, как суккуб произнесла до боли знакомое имя.

— А вы наплодите новых Анастейш! Я знаю, что любит ваша дочь, где она учится, какую наркоту она употребляет, знаю по именам всех кто с ней когда-либо был. И если вы не отдадите мне этого, я заберу у вас её!

— Что ты мелешь, какая Анастейша? — соврал Борис и получилось очень правдоподобно, с презрением и насмешкой, так что даже уверенный в себе демон мог бы усомниться в своей информации.

— Ты наверное забыл под амнезином, что у тебя есть дочурка? Так вот, для меня до Настеньки два часа бега, сквозь тонкий мир, а для вас до Майями тридцать часов. Представляете, что я смогу с ней сделать за тридцать часов Боря и Анжелика? Но мы сможем договориться, прямо сейчас прострелите этому голову и всё, все останутся при своих!

Сердце Лики дрогнуло, демон знала о Насте, знала то, чего никто знать не мог, что можно было вычислить только с помощью предвидения и то, неточно. И сейчас им предлагалась сделка, отдать какого-то демона и тем самым уберечь дочь, или поставить под удар единственную в этом мире, кто не знает про эту страшную войну между Тьмой и Светом. Однако, Лика, душа "A" класса, созданная на давно уничтоженной планете быстро пришла в себя.

Демон не лгал, но демон никогда не упустит своих рычагов управления, а значит дочь Анастасия всегда будет под ударом, независимо от договоренностей, и лишь одно могло её спасти, и то на время. Окончательная смерть демона назвавшего её имя.

Лика открыла прицельный огонь, и голова демонессы откинулась назад, получив вторую пулю из трёх. Вспышка света ослепила всё вокруг, Борис даже присел на одно колено и застыл целясь в яркое пятно, но демона в нём не было.

— Ушла, похоже. — выдохнула оперативница.

— Надо защитить Настю. — первым делом озвучил Борис.

— Я позвоню в штаты, лучшей защитой будет нападение, бери этого Олега и го на базу, что-то мне подсказывает, что он её волнует больше чем месть нам. — распорядилась Лика.

— Я еще с двухтысячных с террористами переговоры не веду. — сообщил подполковник убрав пистолет в кобуру и, играючи взвалив тело парня на своё плечо.

— Актёрское мастерство твое, кстати оценила. Давай, я на мерсе, а ты на фургоне в штаб.

— Нам надо еще письмо забрать по координатам. — напомнил её Борис, уже очень давно не слыша от своей женщины игрового и сленгового термина "Го" от английского "идти", "ехать".

— Координаты есть? Значит, я найду кого за письмом послать. — отмахнулась Лика направляясь к мерседесу.

Борис погрузил слабо дышащее тело парня в салон, а сам влез на водительское сидение и поставив телефон на громкую связь, приказал, — Пост один, это Базиль, двигаемся к городу трасса Р255, красный мерседес и фургон фольксваген, обеспечьте прикрытие.

— Базиль посту Один, принял обеспечить прикрытие, дайте геолокацию.

— Сейчас дам. — сообщил Борис вводя код на телефоне.

Колонна из двух машин, совсем не долго ехала в таком составе, уже через пяток километров к ней присоединилось три тонированные машины УАЗ патриот с специальными номерами 004, 727, 363 ВМА.

— Прикинь, у меня дочь твоего возраста, — сообщил Борис вырубленном Олегу — И если демон не врёт, употребляет всякое! Но, на то это и демон, чтобы врать! Сам подумай, зачем ей себя травить у неё же всё есть?

Олег не отвечал, оплеуха прилетела более чем знатно, хотя на подъездах к городу, пришел в себя застонав.

— Как она тебя да? Чарами своими! Но мы тебя спасли, не благодари! — продолжал увещевать Олега Борис Игоревич, он врал, но сейчас ложь была нужнее и лаконичнее долгой правды о целесообразности удара по затылку.

Глава 19. Создать демона

— Защищайте демона Аллера во избежание большой войны. Аллер должен стать потрохом четвертого сектора… — прочитал Борис надпись на пожелтевшем от времени листке отрывного календаря датируемого 21 июня 1941 года. — и подпись, Бескрылый царь Сибирских болот Артаин.

— Подпись в половину самого послания, — заглянула через руки к мужчине Лика.

Бумажка вспыхнула зеленым пламенем и отпущенная пальцами, полетев вниз, осела пеплом на пол комнаты отдыха. В углу которой утопившись в кресло мешок сидел съежившись Олег.

— Аллер, это он что-ли? — повернулся к Олегу Борис.

— Похоже на французское слово Алле, последняя буква "р" не читается. Означает двигаться, глагол короче. — произнесла Лика тоже смотря на парня.

— Почему он прислал нам это на листке календаря? — удивился Борис.

— Всё из-за даты, это дата за день до Великой Отечественной. Некий символизм.

— А, что-то припоминаю, с ним кажется Стальнов общался давным-давно. — призадумался в слух Борис и, обратился к Олегу, — Значит, ты у нас Аллер?..

— Я Олег. — выдохнул парень.

— Олегом ты был до того, как за тебя поручился Артаин. А теперь, Аллер, скажи, как ты собираешься брать власть в четвертом секторе? У тебя же даже с огневой подготовкой проблемы.

— А она ему разве нужна? Потрох это кто-то вроде локального божества, пожирает энергию падших, специализируется часто на одном каком-то грехе. Вот Бэль на разврате к примеру. — вступилась за парня Лика.

— Я тебя не понимаю. — сообщил ей Борис.

— Говорю, что Аллеру нужно выбрать специализацию, откуда ему брать силу, каких злых духов за собой вести. — пояснила женщина.

— Эй Аллер, есть у тебя мысли на этот счёт? — окликнул парня Борис.

— Нет, не особо. — признался парень.

— Ну, тогда нам нужен специалист по демонам. — выдохнула Лика.

***

— Занятная штука судьба, да? — произнёс Алексей Николаевич Шипицин, специально приглашённый на консультацию к Олегу. — Правильно-ли я понимаю, что наш с вами договор расторгнут, так-как столкнулся с непреодолимыми последствиями?

— Наверное да, — проговорил Олег.

Они вдвоем находились в комнате сидя напротив друг-друга в мягких креслах, положив руки на круглый небольшой стол стоящий на одной толстой ножке, словно у гриба. А на столе лежали ламинированные листки размером с игральные карты.

— И так, Аллер, перед вами семь карт. На них стилизованно нарисованы семь известных грехов. Нам предстоит выбрать, что из этого вам ближе. Глубоко вдохните и на выдохе закройте глаза. — проговорил Шипицин и сам совершил глубокий вдох и на секунду закрыл глаза, и Олег невольно провалился в неглубокий сон.

— А тебе, что ближе старик? — рявкнуло подсознание демона в голове у профессора.

— Похоть и зависть. — без капли стеснения ответил мысленно Алексей Николаевич. — Я трахаю своих студенток и мечтаю о зарплате, как у начальника. Но вы Аллер, должны не меня разбирать, а разобраться в себе. К примеру, ваш главный антагонист Бэль, отвечает за похоть. Ну так, что вам ближе похоть, чревоугодие, жадность, лень, гнев, зависть, или гордыня?

— Ничего из этого. — покачал головой парень.

— Господа, простите, но это будет долго. — произнёс профессор посмотрев в широкое зеркало, словно бы видел стоящих за ним Лику и Бориса. Затем гипнотизер опустился под стол к своей кожаной, потертой сумке и извлек оттуда маленькую, серую книжечку с выгравированным на её обложке золотым крестом. И начал перечислять.

— Грехи против Бога, грехи против ближних, грехи против себя. — говоря это гипнотизер словно бы посылал мысленно Олегу расшифровки каждого из предложений. — Что из этого вам ближе?

— Я совершал почти всё из первого, многое из второго, и кое что против себя. — выдохнул Алеер.

— Я и не думал, что их столько много. — прокомментировал Борис за зеркалом.

— Нет такого выражения “столько много”. Потому, что ты и задаёшь и отвечаешь на вопрос одновременно. Есть выражение “так много”. — хмуро наблюдала за этим всем Лика. — Ты же понимаешь, что мы сейчас делаем верховного демона, даем ему понять, как ему лучше обгладывать людские души? И всё из-за записки Артаина.

— Ещё оракул на него указал. — пожал плечами Борис.

— Оракул много чего говорил и ничего не сбылось, коронавирус предсказывал через год, глобальную пандемию, мы всем институтом макси закупали тоннами, и войну с Украиной, например.

— Ну да, звучит как бред, но с потрохом-то она угадала.

— Вопрос, она угадала, или его назначили, потому, что она так сказала? Ты взгляни на парня, ну какой он великий тёмный? — скривилась Лика лицом.

— ХЗ Лик, у нас в подвале сидит гоблин и солдат из будущего, я вообще склоняюсь к тому, что может быть всякое, а контролируемый потрох нам позарез как нужен.

— Грехи против себя! — наконец выдал Олег.

— Так, назови тот, который больше всего откликается. — продолжал гипнотизер.

— Сам…самоубийство… — сбивчиво проговорил демон.

— Уже что-то… — удовлетворенно кивнул профессор и обратившись к зеркалу спросил. — способы будем уточнять или дополнительная сегментация ослабит сектор силы?

— Нет, спасибо тебе Николаич. Давай сюда, теперь нам надо понять, что с этим делать… — сказал Борис наклонившись к микрофону, который вешал профессору напрямую в микро наушник.

Шипицин покинул комнату оставив там Аллера, так и не вытащив парня из транса. И теперь они все втроём смотрели на воплощенного через бронестекло.

— Господа, помните ли вы Данте, божественную комедию? — начал Алексей Николаевич.

— Не смешная такая, с кругами ада? — уточнил Борис.

— Так вот, принцип тот же что и в реальности. Там, в низшем астрале куча подмиров, в которых живут и страдают души людей умышленно занизивших свою вибрацию. Та же Бэль берёт силу и своих ручных суккубов из своего рода бладского мира, где установила личный контроль над каким-то из секторов. Карьерная лестница Аллера начнётся через мир самоубийц, если такой есть, где он должен стать низшим демоном.

— Что значит, если есть? — нахмурилась Лика.

— Всенепременно есть. Но позиция у вашего подопечного слабая. — поправился профессор.

— Почему это? — удивился Борис.

— Ну посудите сами, блядствуют и разлагаются все, рукоблудят опять же, а вот руки на себя накладывают в разы меньше, хоть это и тяжкий - смертный грех, с блядями не сравнить.

— Погодите профессор, а наркотические передозы, а авто аварии в пьяном виде, а утопленники по своей воле полезшие купаться? Это же множество народа. — начала рассуждать Лика.

— Дорогая моя, это всё меркнет по сравнению с анимэдрочерами, вы кстати знали что Россия занимает первое место по миру в порнохабе по просмотру хентай видео?

— Ну хоть где-то мы первые. — съязвила Лика.

— Космос еще, — поправил её Борис. — Давайте не либералить, у нас есть чем гордиться.

— Ну если я больше вам не нужен, то - чем смог. — пожал плечами профессор.

— Спасибо вам! — Лика пожала ему руку.

— И вам, за всегда интересные задачи! — широко улыбнулся тот в ответ.

***

Моё очередное пробуждение приближало меня к Земле я чувствовал это неотвратимое чувство, драконьи ноздри вдохнули воздух и это был именно воздух, чистый и свежий, не чета тому в каком я засыпал. Медленно, шаг за шагом я вылазил из своей пещеры на свет искусственного солнца и окончательно убедившись, что снаружи безопасно принял человеческую форму. Магического купола между замком и остальным летящим материком почему-то не было, а от горизонта до горизонта зеленели леса и, о чудо, желтоватые ромбы и квадраты полей с подведенными к ним голубыми линиями акведуков.

Этот мир был приятнее. Неужели пчелы и муравьи наконец-то перебили друг-дружку и природа очистилась, но тогда кто возделывал почву.

— Мортит Лег! — позвал я в пространство, а весь материк, срезонировал в тон моему голосу.

— Создатель? — произнес выпрыгнувший из открывшегося портального окна человек.

Это был парень на вид не разменявший и тридцати лет. Он носил чёрную свободную рясу, однако на ней висела сложная система ремней, с пузырьками на петельках и заполненным чем-то кармашками. На бедре у повзрослевшего Моритита висел прозрачный нож, а сам мужчина почему-то дымился.

— Докладывай. — улыбнулся я ему.

— Во первых, я рад твоему пробуждению отче! Эти триста лет я читал твои записи, не тронув лишь книги Хаоса, я позволил взять на себя смелость заселить Легляндию людьми, снять барьеры между замком и остальным материком.

— Людей тоже ты создал? — удивился я.

— Конечно же нет. Я спас их из отсталых миров, куда иногда хожу по делам. Они возделывают для нас почву, и служат в замке. — продолжил Мортит.

— Нам? — спросил я, надеясь на развёрнутый ответ.

— Я основал школу магии, для талантливых подобрышей, чтобы каждый день коллегиально решать задачу всей моей жизни. Мы уже научились перемещаться во времени и почти разгадали, как сломать Тёмный мир.

— А пчёлы с муравьями? — вспомнил я.

— Я убедил их, что технический путь развития не та стезя, теперь у них теократия, они верят в тебя, о создатель. Я подумал… — Мортит на секунду помолчал опустив взгляд в пол, — Что на Земле тебе пригодятся нематериальные солдаты, когда мы долетим, это будет два роя из демонов-пчёл и демонов-муравьёв.

— Спасибо за твою заботу. — кивнул я.

— Как люди воспринимают твою вечную молодость?

— Дети в замке взрослеют до шестнадцати лет, потом я даю им выбор, остановить взросления и остаться в замке или пойти в низшие миры в качестве магов.

— Ты решил задачку с возрастом и старостью? — похвалил я Мортита тоном.

— Это было не сложно, сложнее отправлять людей во времени. Я не до конца понимаю его линейность. — потупил взор Лег.

— Всё дело в том, что время не линейно. — сообщил я ему. — воспринимай его, как отдельное измерение, если ты остановил белковый распад, то ты на пороге прорыва.

— Какого же, отче?

— Того, что шаг по времени в бок, перенесет тебя в другое измерение, со своей линейкой событий, которые в свою очередь завязаны на линии углеродного распада. — произнёс я замечая непонимание в глазах ученика.

— Отче, но почему именно углеродного?

— Потому что мы углеродные формы жизни и за счёт своей ментальности создаём эти самые линии. Опираясь на своё понимание и углеродный распад.

— То есть, будь мы кремниевыми формами, время не текло бы? — предположил Мортит.

— Если бы вокруг не было углеродных форм жизни, не текло бы. Ток времени начинается там, где за ним начинают наблюдать, если ты живёшь во всех измерениях, то линейка времени для тебя не линейка, а плоскость, или объёмное пространство. — сказав это я обернулся на замок, который похорошел, его чистили и о нём заботились, а кое где ходили люди в черно белых одеяниях, выполняя важную для быта работу.

— Отче позволь мне обдумать сказанное тобой, я не до конца понимаю… — покачал головой Мортит.

— У тебя будет на это масса времени. — улыбнулся я положив руку на плечо созданному мной человеку.

Глава 20. Собираясь на войну

— Пистолет самое удобное из того, что может тебе пригодиться. Ножом надо уметь драться, руками и ногами, тоже нужно уметь, а ствол, снял с предохранителя направил на тварь и считай полдела сделано. Пистолет-пулемёт Кедр с которого ты по мне целился, стреляет 9 мм пулями, такими же, как для ПМа, отдачи почти нет, есть приклад, кроме того если нужна прицельная стрельба, при разложенном прикладе вместо целика появляется планка с круглым отверстием прицела. В неё смотришь и если мушка на цели-то жмешь на спуск и попадаешь. Всё что надо, это зарядить магазин и передернуть затвор. Да, вот этот крючок слева, справа предохранитель он же распределитель одиночного и автоматического огня. — увещевал Борис.

Подземный тир на двадцать стрелковых дорожек освещался более чем хорошо. Были прекрасно видны ростовые, зелёные мишени с пронумерованными кругами для зон попадания, на полу лежали резиновые коврики, какие бывают на стадионах для бега, а на потолке крепились ребристые прорезиненные блоки. Всё это должно было защитить стрелка от рикошета и, надо сказать, пока справлялось хорошо.

Борис вставил магазин на тридцать патронов в пистолет-пулемёт и передал его воплощённому демону.

— Пред тобой мишени, расстояние десять метров, промахнуться невозможно. — проговорил оперативник, однако стена за этими самыми мишенями утверждала обратное и, больше всего со всеми своими дырами походила на решето, тут постоянно стреляли и постоянно промахивались.

— Что, прям стрелять? — зачем-то переспросил Олег.

— А чем ты будешь побеждать подмир самоубийц? Какие у тебя еще боевые навыки? — заинтересовался Борис.

— Никаких. — выдохнул Олег опустив глаза.

— Я б с тобой сходил, но я имею иммунитет. — слегка печально произнёс Борис, — ты в DOOM играл когда-нибудь?

— Нет, а что это? — ответил Олег, даже не помня, что это такое.

— Миллениалы… — покачал головой оперативник. — Сначала предохранитель, потом затвор. Начнём с одиночной стрельбы. По очереди, в мишени с первой по двадцатую. Готов?

Олег капался сначала с предохранителем, потом нелепо повернув оружие боком передернул затвор и наконец, прицелившись совершил свой первый выстрел.

***

Лика стояла на перекрёстке, четырёх дорог, тут было грязно и мокро, и если бы кто-то увидел её этой ночью, то решил бы, что девушка не в себе из-за одиночества, как минимум.

А из-за чего еще, красивой хорошо одетой девушке стоять в глуши между двух деревень на богами забытом перекрёстке?

Однако, Лика была не одинока, её прикрывали те самые парни, что сопровождали колонну на трассе, три черные машины, два отделения бронированных бойцов СИБ, пятнадцать вооруженных человек, четверо из которых обладали эфирным иммунитетом, как у Бориса.

Ухоженные пальцы женщины легко набрали на мобильном взятом у Олега номер 80006660000, но вместо длинных гудков, ответом ей было, что “абонент вне зоны действия сети”.

Женщина устало выдохнула, на что она рассчитывала приезжая сюда, как будто в АДу могла быть мобильная связь? Хотя, судя по ценам за тарифы и интернет, именно из АДа она и должна была прибыть в материальный, грешный мир. На лице Лики проступила усмешка, она вдруг вспомнила людей борющихся с 5G вышками.

— Сколько времени прошло?.. — медленно и размеренно сообщил голос за её спиной.

И, от неожиданности Лика обернулась, дернувшись рукой к пистолету. Однако, тот кто стоял рядом, не выказывал агрессии, а даже наоборот мирно стоял и курил свою зелёную сигарету. Чёрные волосы мужчины лет тридцати были собраны в хвост, широкоплечая, но худощавая фигура полностью облачена в кожу, на которой не хватало лишь нашивок и клепок, чтобы спутать пришедшего на перекрёсток с байкером.

— Ар-таин? — спросила Лика. Она смотрела на него сквозь очки эфирного видения, но никого не наблюдала в астральном мире, кроме зелёного всепоглощающего тумана.

— Собственной персоной, — демон отвесил легкий полупоклон.

— Что значит твоя записка?! — резко и даже грубовато спросила женщина.

— А ты постарела, возраст совсем не идёт тебе.

— За то, все кто с тобой общался навсегда остались молодыми. Я могу минуту перечислять имена и звания. Так что не юли и рассказывай зачем ты прислал нам записку. Потому, что последний раз когда ты давал нам такую весточку, на мою ячейку напал демон зеркальных отражений Легион Анода.

— В этот раз всё хуже и глобальнее, вам должен был доложить ваш оракул.

— Про вирус 2019 и войну 2022? — переспросила Лика с нескрываемым сарказмом.

— То мне неведомо, я не вижу время вперёд ибо, четырёхмерен. А всех ребят, кто за институт погиб мне жаль, просто это такая игра. Мы, вы и ангелы с трёх сторон сдерживаем творящийся в округе хаос и иногда, наши гибнут.

— Так зачем тогда? — допытывалась Лика. В её душе не было страха, может потому что целых десять пентаклей защищало её душу, тело и разум, а может потому, что душа "А" класса женщины была несколько старше этого так называемого полубога.

— Двадцать лет назад, было пришествие мамаяктли Ра и огненного дракона с его эльфами, теперь же, всего лишь демоны выясняют кто будет потрохом. — размеренно проговорил Артур, выдыхая себе под ноги зелёный дым.

— Ты же ответственный по региону, просто назначь! — рявкнула Лика.

— Не могу я идти против традиций Тьмы.

— Зачем тогда всё это?

— Затем, что Аллер, как порох будет самым лояльным для вас вариантом, или ты хочешь, чтобы победил кто-то другой? Кразер его грех - жадность, Верлок его грех - гнев, Свозок - гордыня, Бластуль - лень, наверное самая безопасная, ну а с Бэль ты уже знакома. Хороший выстрел кстати, впредь блядь будет знать, как шантажировать старые души.

— Олег не боевой демон, его предрасположенность самоубийства, именно потому он и сбежал из ада сюда. —уже спокойнее словно уговаривая сообщила Лика.

— Как будто суккубы и инкубы боевые. — отмахнулся Артур.

— Ну ладно, мы его снарядим в мир самоубийц, его же там схарчат сразу же?

— Об этом уже я позабочусь, чтобы не схарчили. — парировал Артаин.

— Может сразу дашь ему армию и закончим весь этот цирк?! — развела руками Лика догадываясь, что демон не говорит ей всей правды.

— Ты выходила куда-то, когда я про традиции Тьмы рассказывал. — нахмурился Артур.

— Традиции... Да его чуть не трахнули на 13том километре.

— Трахнули, был бы злее, Шестнадцатый ваш поторопился. — снова парировал мужчина.

— Да и чёрт с тобой. — произнесла Лика и, повернувшись к демону спиной зашагала к машинам.

— Эй Лик, — окликнул её Артур, и дождавшись пока та повернется, произнёс — Мы внизу тоже не хотим глобальной войны, и я полубог, кстати, а не демон.

— Не вижу разницы. — фыркнула женщина продолжив свой путь.

— Дерзкая ссука. — еле слышно выдохнул Артаин, наблюдая, как джипы срываются с места покидая ночной перекрёсток.

— Тебе раньше такие нравились. — проговорили ему на ухо из тьмы.

— Не вспоминай даже. — хмыкнул Артур и растворился, уйдя в астрал, где его уже ждал Булгак.

— Что звал-то? — спросил куратор темноцартсва.

— Да есть одно дело на сто рублей.

— Серебряной чеканки времен царской России? — усмехнулась огромная бесформенная тень.

— Ну почти…

***

(Легляндия, подлетая к Солнечной системе)

Я пробудился, от своего будильника, что означало, что я наконец прибыл. Открыв глаза я увидел, что рядом со мной в моей пещере сидит лысый старик с переломанными ушами и набухшим, не раз вправленным носом. Старик был одет в простую чёрную рясу и тоже открыл глаза, как только я шевельнулся.

— Отче, — выдохнул голос с храпящими нотками. — Я приветствую тебя в твоей Солнечной системе.

— Сколько времени прошло что ты, так состарился? — спросил я у него.

— Еще шестьсот лет. — кивнул Мортит Лег.

— Ты же можешь омолодить свое тело, в любой момент, зачем тебе облик дряхлого деда? — удивился я.

— Половые гормоны отвлекают от важного учитель, возможно когда-нибудь я и откачу свой биологический возраст назад, ведь я теперь понял суть времени.

— В молодом теле не получалось понять? — я улыбнулся.

— О учитель, юные ученицы вешаются на меня, мешают работать. Одно время я их зачаровывал, чтобы не влюблялись, а потом понял, что лучшая магия это старость. — Мортит неспешно поднялся с колен, его ряса оказалась чиста, пока я спал в моей пещере убирались.

— Не будут влюбляться в тебя, будут влюбляться в своих же коллег по твоей академии. — усмехнулся я.

— Нет, больше не будут, я убрал им тягу к репродукции, они теперь словно дети в телах подростоков, целыми днями и ночами корпят над твоей задачей. Я думаю, учитель, что когда ты вернешься в Легляндию, душа Одиннадцатой уже будет у нас.

— Ты посвятил 900 лет на это? — удивился я.

— Не только я, а более чем сто поколений магов моей академии. Однако, самая большая сложность в том, что души, а именно искры и тени не желают покидать их парный мир. Им так комфортно, мой учитель, бесконечно умирать и рождаться снова. Я внедрил своих учеников во все их системы и думаю, что вскоре я сломаю этот орех изнутри.

— Хвалю тебя за твое упорство Мортит. — похвалил я мага.

— У меня будет одна просьба к тебе учитель. — склонившись в знак принятия похвалы проговорил Мортит.

— Какая же?

— Сдвинь Легляндию в плоскость вне всякого времени, у меня так и не хватило сил.

— Хорошо, — кивнул я всматриваясь в маленькую звёздочку на небосводе, что светила сквозь вход в мою пещеру. Это было не что иное, как Солнце. Я действительно был дома.

— Удачной войны учитель! — я был счастлив лететь с тобой сквозь мою жизнь и галактику.

— Еще увидимся Мортит Лег, не забывай обновлять тело. — кивнул я.

Медленно, я выходил из своей пещеры своим длинным драконьем телом, выходил в мир который изменился, в лучшую сторону. Драконьи лапы приятно касались мягкой травы, а сама пещера созданная под замком, была украшена клумбами из живых цветов. Первый раз мои ноздри за долгое время почувствовали, что-то приятное и наверное снова ощутить такое, представится еще не очень скоро. Я вдохнул и медленно выдохнул начав дематериализацию себя, как требовал договор с тем, кто убил для меня красного змея. В эфире меня уже ждали, это были тучи насекомых, пчёл и муравьёв, их души светились и вибрировали, но средняя вибрация была настроена именно на меня, они ждали своего военачальника. Те что развились в сверх духовных существ, конечно же свалили с моей не начавшейся войны, и как всегда остались середнячки и самые низковибрационные, этакий насекомый аналог “B”, “C” и “D” классов.

— Духи! — воскликнул я — Делай как я.

Я воспарил над твердью и рой, по другому это было не назвать, взлетел вместе со мной. Закрыв глаза я представил линию времени и нанизанную на неё Легляндию, вместе со всеми жителями зверями и людьми, коих Мортит Лег, за 900 лет жизни натаскал на материк видимо не видимо.

Вдохнув побольше эфирного ветра, я уперся передними лапами в землю, оставляя хвост и верхние лапы словно бы висеть в пространстве. И, на выдохе, толкнул скалу по времени в бок.

Еще секунды назад она была предо мной и вот, никакой Легляндии не стало, лишь космос и окружающий меня рой.

— Ну что ж, время возвращаться. — подумал я и полетел к Земле.

***

На морщинистом лице Мортита Лега, проступила слеза, его учитель, отец и создатель, направлялся воевать туда откуда не выбирается никто, даже Боги. По курсу всё еще светило Солнце, но на это раз это был белый карлик, а на месте пресловутой Земли, вращался астероидоворот. Не нужно было быть магом Хаоса чтобы знать, что это и есть сам Хаос.

Он - Мортит, давно предвидел это и уже наловчился отсылать в этот хаосоворот, нежно названный Ямкой, всяких нерадивых учеников, более чем опасных для дальнейшего пребывания в академии, но слишком талантливых, чтобы отпускать их в низшие миры.

Теперь Ямка будет ближе и возможно даже, когда-нибудь, среди черни подобрышей найдётся такой ученик, который сможет подчинить сам Хаос, и вернуться из Ямки и тогда, задача Отца будет решена. Тёмный мир капитулирует отдав обратно душу Одиннадцатой.

Мортит Лег извлек из широких карманов рясы красочную картонную открытку, это было письмо всем его ученикам от якобы ушедшего в Боги ученика, на самом же деле расщепленного Ямой Хаоса. Мортит за 900 лет жизни научился мастерски копировать почерка своих учеников, ведь адептам надо во что-то верить. Так почему не в светлое будущее в виде себя в пантеоне Богов в великой Ямке?

— В Ямке самое интересное… — грустно проговорил Мортит, вспоминая самоотверженность своего учителя. Архимаг академии сделал для него всё что мог, но скорее всего недостаточно, чтобы тот одержал победу над тем кого Мортиту было мерзко даже называть.

Он посмотрел на открытку, потом обернулся на пустующую пещеру, где он провёл многие годы, сидя, учась, медитируя и разговаривая со своим спящим веками отцом. Еще ребёнком он бывало ложился на большое драконье тело, накрываясь одеялом, чтобы хоть как-то согреть кровь Ледяного змея. Мортиту было одиноко, но сознание отца всегда было рядом, было рядом и его эфирное дыхание, дараконья кровь в теле архимага говорила с ними тоже и, по меркам драконов Гиллиус, был еще не плохим отцом. Холодный змей не любил своё творение, но творение бескорыстно любило его в ответ.

Удел драконорожденных, тварей что равны Богам быть такими какими их породили. Умышленно состарив себя, Мортит всё понял, а понять - значит простить. В душе архимага была лишь благодарность за жизнь и за цель. Настоящая большая цель, какой нет ни у кого больше.

Глава 21. Тюрьма для одного - решение миллиардов

Я и мой рой спешили к орбитам трёх обитаемых планет. Газовые гиганты Сатурн и Юпитер остались позади и, казалось вот-вот покажется Фаэтон, но вместо него по-прежнему был пояс астероидов. Вымороженные, безжизненные камни, это всё что осталось от некогда столицы Солнечной системы.

Я рванул к Марсу и, снова меня ждала удручающая картина, вся планета превратилась в рыжую радиоактивную пустыню, по которой гулял неистовый вихрь из песка мелкого камня и стекла - верного признака недавних ядерных бомбардировок. Холодная злость начала растекаться по душе.

Полёт к Земле не готовил мне никаких сюрпризов, планета была такой, какой я покинул её в 21 веке. С погибшей атмосферой и рептилоидной сферической базой засыпанной грунтом в котором также были огромные кратеры, все как один одной глубины. Станцию рептилий тоже бомбили.

Вместе со злостью пришло понимание, я снова опоздал, хотя и вернулся в прошлое.

Зависнув в стратосфере планеты я глубоко задумался, а так-ли был нужен мой прилет сюда, тот кого не хотел называть Мортит Лег уже был тут и резвился с жизнями и душами по полной. Мысли путались, познание Хаоса не прошло бесследно для сознания, в попытке собраться перед глазами мелькало множество вероятностей прошлого и будущего, а возможно, и других измерений, где такой же я терзался выбором задавая себе массу странных вопросов.

"Что я смогу глобально изменить? Может быть права была Одиннадцатая, нужно было просто войти в парный мирок и жить там обычной жизнью?"

Я обратился вглубь себя, пытаясь найти цель моего долгого полёта сюда.

"Уничтожение Ра за его предательство? Так Фаэтона нет, а значит нет и Ра."

"Геноцид титанов за убийство Ледяного дракона Светланы? Так, они мне и мстили именно за это, вернуться к ним войной, значит замкнуть временную петлю и повторить всё заново."

За тысячелетия своего полёта я понял, что если бы не освободил чёрного бога из дерева в Миллере, если бы дал погибнуть себе и Свете, если бы бежал бесконечно от Красного змея — то троица планет Солнечной системы всё еще была бы Цивилизацией Ра. Рептилии не принесли бы на своих кораблях Несущего Свет, я бы не стал Мамаяктли и всё то, что произошло - не произошло бы.

"Так зачем я тут? Какова моя глобальная цель?"

"Остановить Несущего Свет? А как, если мы с ним договорились быть на разных плоскостях?" И что-то мне подсказывало, что я нахожусь в самом начале своей собственной истории, но уже в другом качестве.

Я обернулся и посмотрел сквозь свой нематериальный рой, где далеко за орбитой Марса. На бывшей орбите Фаэтона, по длинной окружности, сейчас было рассыпано всё то, что мне было когда-то дорого. Взгляд сквозь эфир без труда различал души “D”, “C”, “B” и “А” классов. Еще будучи Ра я видел, как огромное козлоликое существо набирало к себе лишь “D” класс, нарочно игнорируя остальных.

Теперь же, прошедший сквозь Хаос я понял почему. Если предположить, что козлоликим был я сам, то набирал к себе дэшек, вовсе не потому, что не мог набрать до кучи других. Тогда, даже будучи князем Тьмы, я дал выбирать тем, кто достоин был выбора. Это было ничто иное, как милосердие, от самого страшного из существ в кого я мог превратиться.

“Я должен разорвать эту петлю”. — твёрдо решил я.

Когда-то давно еще будучи Ра, я призвал с собой тех, кого не собрал козлоликий. Они были ослеплены местью и я дал им новую войну, с тех самых пор “B” класс борется на Земле с нечистью, духовно не желая уходить с планеты. Тем самым, я обрек множество душ на страдания. И ради чего? Ради игры самого низшего и самого мерзкого из созданий во всех мирах?

Да, после познания Хауоса я изменился, раньше я бы не думая рванул в драку, хотя бы за то, что по воле Несущего Свет случилось не поправимое.

И вдруг, перед моими сознанием среди картинок с вероятностями пронеслась та последняя война, которая и погубила две планеты, словно сама бы Земля делилась со мной своей болью и предостерегала меня от необдуманного поступка:

Я увидел, как: Земля и Марс восстали против Фаэтона, и столетия их отношения то обострялись, то становились теплее, но однажды в результате рептилоидной провокации случился глобальный обмен ударами. Марс был сожжен до рыжего песка потому, что в основном на его орбитах и поверхности проходила основная война, ведь он находился между Землёй и Фаэтоном. Земле в этом размене повезло больше, она всего лишь потеряла ⅞ своей атмосферы. Финальную точку поставил флот титанов и рептилий, спустя еще 67 лет после гибели Марса. Новая разработанная ракета называемая “Возмездием” несущая термоядерный запас, была запущена со сверхсветовой скоростью. Миновав все заградительные барьеры и пробив кару Фаэтона она сдетонировала в центре планеты, на предельной глубине.

Так, новые Земляне, а именно коренные титаны, эмигрировавшая марсианская знать "A" класса и вид рептилий известный, как грейсы победили Ра, и остались в Солнечной системе одни.

Я помотал головой прогоняя видение.

"Как это одни? А как же низшие классы жившие на Земле еще во время моей службы вторым бортстрелком?"

Планета Земля делилась знаниями, словно жаловалась на своих детей, как будто это были не дети, а паразиты.

За десятилетия после глобальной войны, выжившие выстроили новую иерархию. Титаны и марсианская знать, под чутким руководством грейсов, вначале заключила всех людей низших классов в лагеря, где скрещивала их варварским путем заставляя репродуцировать биологическим способом - рожать детей вагинально. Потом же, отлучала детей от родителей, создавая из них поселения имеющие одну лишь цель, служить новой знати. Так, выросли люди не знающие фаэтонянского языка, не помнящие, что они некогда были великой Цивилизацией Ра, имеющие целью лишь службу высокородным господам. Таков был удел побежденных.

Жаль, что победители были не досягаемы для меня в физическом мире, ибо я не мог нарушить условия договора, почему-то я это знал точно, что пожелай я мне обязательно помешает пятимерный арбитр, известный как Ключник, или же Смерть.

И я всё равно решился. Виноваты ли были титаны во всём этом, или грейсы, или марсианская знать, мне было не важно. Я хотел лишь одного, чтобы все те, кто сейчас припеваючи жили, ощутили то, на что обрекли мой народ. Однако ненависти одного ледяного дракона, пусть и познавшего всю магическую мудрость было мало и, я позвал.

Я обращался к душам тех, кто вынужден был скитаться по космосу притянутыми горем к камням и кускам льда. Я звал фаэтонян, звал не только "D" класс, как делал в моём прошлом козлоликий, я позвал всех.

На зов отозвались не все. Они были в отчаянии, они были напуганы и обессилены, но рой моих демонических муравьёв, словно эскалатор выстроился от Земли до Фаэтона. Демоны насекомых несли еле мерцающие души ко мне, накапливая их вокруг меня, словно вокруг королевы роя невылупившиеся яйца. И тогда в моей душе созрел план, как из нематериального мира, влиять на материальный.

Сейчас, притягивая души я создавал отдельную реальность. Мир, где возможно никогда не будет страны, где Илья Стальнов после очередной попойки очнется в дурдоме, с душой мамаяктли Ра. Возможно, в этой реальности не будет ничего, ни титанов, ни грейсов и их Луны, ни марсиан с искусственно вытянутыми назад головами. (знак того, что они в отличии от тех кто рождён вагинально, высокородные и были произведены в инкубаторе) И если у меня получится, то возможно не станет и самой Земли, и больше не сможет никого мучать в созданной им тюрьме Несущий Свет.

Муравьи и пчёлы трудились без устали, питаясь как и я солнечным ветром, и энергией эфира. Они собрали множество душ, что вокруг Земли образовался почти сплошной мерцающий купол. Но всё еще недостаточно для задуманного. И снова мои мысли побежали куда-то в сторону:

"Пускай я отомщу, но ведь главное зло не будет наказано? И просто продолжит слоняться по вселенной губя миры и цивилизации."

Я не мог этого позволить! Решить вопрос нужно было во всех вероятностях, во всех линиях бытия. Почему-то вспомнился Меч Серафима, где томился 51 процент светлых душ Земли. Я бы мог создать такой же, ведь у меня в армии более 70 процентов жадных до мести сознаний со всей Солнечной системы. А этого по Единому космическому Закону было более чем достаточно, но просто зарубить злое сознание Несущего было мало. Нужно было забанить неприятного игрока навсегда, очистить вселенную от него пускай и ценой своей свободы.

— Мы - сыны Фаэтона, Марса и Земли взываем к Единому космическому Закону и, призываем ТЕБЯ стать свидетелем нашего решения! — начал я читать ритуальную фразу, формирующуюся в моём разуме, а миллиарды павших душ повторяли за мной, — Мы сковываем ЕГО тут, на месте, где ОН совершал жатвы и не выпустим ЕГО во вселенную, пока ОН не расщепишься на столько же кусков сколько сотворил боли, или не очиститься страданием.

— Ты всё таки прибыл для моей игры! — раздался голос на физических частотах, которые мог слышать лишь я, но не души и уж тем более не мой рой. Голос исходил откуда-то с планеты словно сама твердь излучала эти волны.

Я знал кому он принадлежит.

— С тобой никто не играет, мы тут, чтобы повергнуть тебя! — выдохнул я.

— Повергнуть куда? — усмехнулся Низший.

— Низвергнуть до Земной плоскости! Навсегда!

Планета Земля в эфирном пространстве ярко вспыхнула и изнутри ядра завибрировало. Это напоминало словно кто-то вытащил пробку из океана энергии, и сила потекла вниз, давя эфирными полями силой всей вселенной.

— Не вы связываете меня тут. Это я приманил вас к себе в клетку! — зашипел увлекаемый вниз голос.

— В этой яме мы удержим тебя всё доступное тебе время, даже если для этого нужно будет завалить тебя своими душами и похоронить под нашими эфирными телами. — ответил я голосу, зная, что он уже меня не слышит и, на последок отправил сообщения на все ближайшие звёзды, — Мы извещаем всю разумную вселенную, о том, кто тут заточен. Никогда не прилетайте к нам, ибо он заразит вас собой.

Меня и мой рой с павшими душами тоже притягивало вниз, однако у нас была чёткая цель - последняя, долгая, тяжёлая война. Война во всех реальностях, где есть Земля. Мня особо радовало то, что мне были ведомы и другие реальности, где Земли уже нет, там на месте планеты разрасталась голодная засасывающая всё воронка. А в одном из измерений, по краю этой ямы гигантского масштаба ловко скользило и чудом умудрялось не съехать вниз, космическое королевство моего ученика и сына Мортита.

Пятимерного сложно убить, сложно победить, но можно заточить его на всех пластах во всех реальностях, чтобы оно не нашло лазейку нигде, куда бы не сунулось, чтобы остальная вселенная могла вздохнуть спокойно без такой твари, как Несущий Свет. И мы сделали это, пускай и ценой своих душ.

Глава 22. Мир самоубийц

(Земля/Сибирь/4-тый регион/2018 год)

Аллер не успел понять, что с ним произошло, как быстро пролетел тот месяц подготовки в подземельях и подвалах с бойцами института. Измученные городскими боями с нечистью, бойцы эзотерического фронта вначале не шибко жаловали воплощенного демона, но после того, как Борис объяснил им всю нужность миссии Олега, начали делиться с парнем своими боевыми мудростями.

Тактика боя малых групп, огневая подготовка, маскировка, промышленный альпинизм, первая медицинская помощь, подрывное дело, ближний бой и всё это надо было изучить за один месяц. Спецы не сговариваясь качали головой, мол нужно хотя бы пол года на такую подготовку, однако Лика стояла на своём, что нет у них пол года, у в плохом раскладе и месяца то нет.

В Аду время течёт быстрее, потусторонние твари могут в любой момент поставить “в ружье” много больше тварей, настолько, что не хватит никакого институтского спецназа и вместо одного демона придётся быстро обучать весь СОБР, ОМОН, и армейские спецназы ВВ и ВДВ. А там делов несказанно больше, чего стоит объяснить бравым, простоватым ребятам одно наличие тонких миров.

Иногда Аллера показывали, как наглядный пример учебным группам новичков, которых тоже тренировали для городских боёв с тварями ада, их как раз и набирали из других подразделений. Магической и сенсорной подготовки не было совсем, все магические специалисты сошлись на том, что дать за месяц какие-то действенные основы нереально и ограничились курсами дыхательной медитации и самоконтроля.

Три тренировки в день, с перерывами на сон и еду, с посещением врача и приемом стимуляторов, как нейро так и стероидно мышечных, сделали из телосложения студента, обладавшего раньше где-то жирком, где-то сутулостью, крепкого и подтянутого бойца.

— Естественно, мы не рассматриваем сохранения здоровья после миссии, — информировал Лику и Бориса в присутствии Аллера врач, — его задача не погибнуть в низших мирах и пробыть там короткое время, совершая активные действия. У молодого человека будет два боеспособных месяца, а с пересчетом на адское время, двадцать наших дней.

— А что будет дальше? — спросила Лика.

— Ну, дальше произойдет то, что в спортивных кругах называется гормональными качелями… — начал было отвечать доктор.

— А дальше, парень больше не захочет никого убивать, и эмоционально будет желать есть мороженное и слушать певицу Максим, смотря сквозь окно на дождливую погоду. — перебил его Борис.

— Всё верно, подскочивший уровень эстрогенов сделает из нашего бойца слезливого юношу и боеспособность резко снизится, нужна будет терапия и отдых в медицинских условиях. Но в эти два месяца, можно будет более чем хорошо повоевать. — закончил доктор.

— И помни, Золушка, ровно в двенадцать тампакс превратится в тыкву! — пошутил Борис, за что получил тычок локтем в бок от Лики.

Сказать, что тренировки изнуряли - ничего не сказать, но в какой-то момент Аллер даже начал привыкать к недосыпу, к голоду и перестал обращать на них внимание. Ведь профессора института убедили его, что сна и еды с витаминами минералами и гормонами он принимает достаточно.

И вот спустя месяц тренировок на 13-том километре трассы, как-раз на том месте, где чуть не случилось надругательство над честью юного демона, собралась институтская делегация. Бронированные машины, бронированные вооружённые люди в масках и шлемах, из всего этого чёрного автопарка (потому, что бойцов спецназа института тоже можно было назвать настоящими машинами), в эту безоблачную ночь выделялся лишь припаркованный криво красный мерседес Лики.

Аллер стоял в тёмно-синем камуфляже “Город”, на нём была разгрузка со снаряженными магазинами для Кедра, подсумка с выделенными в эфир патронами 9мм, институтский бронекостюм 5-класса защиты, со шлемом “Маска-1Щ”, 4 гранаты наступательного типа РГД-5, были также светошумовая шашка и дымовая. За спиной парня висел рюкзак с недельным пайком, на груди среди карманов для магазинов и гранат, примостился нож разведчика стреляющий - НР-2.

— Представь, что где-то ниже существует этаж на котором живут одни самоубийцы, а столбик это просто лифт. Ты прикасаешься к столбу и он отправляет тебя на нужный уровень. — вещал Олегу Шипицин, которого тоже привлекли к процедуре отправки бойца в Ад.

— Борь, может ему что посерьёзней "кедра" дать? А-то, как-то несоизмеримо с бронёй вооружили. — полушёпотом спросил подошедший сзади командир полка СНИ.

— Не моё решение, а гадателей. Там пули хоть и 9 миллиметров, но всё снаряжение выделено в эфир и будет ранить “мама - не горюй”. — ответил ему Борис.

— Этого всего, ему на пол часа боя, что дальше-то? — не унимался командир, парни из спецназа института успели проникнуться к демону, чем-то вроде симпатии, как люди проникаются к брошенному щенку, или котёнку.

— Дальше должны подключиться наши контакты в Аду. — пожал плечами оперативник.

— А маги не могут хотя бы отделение ему на поддержку на первое время отправить?

— Говорят, что тогда случится масштабная война с Адом, к которой мы не готовы. А так, демон возвращается домой, участвовать в выборах. Всё по традициям Тьмы. — покачал головой Борис.

Он и сам был не против штурмовать адские чертоги, но во первых, он был иммунен и столб с цифрой "13" для него был просто столб, а во вторых, Лика его туда уж точно бы не отпустила, Ад это не тоже самое, что оборотней людоедов по горам, да руинам секторов газа ловить.

Аллер посмотрел на звёздное небо, сквозь прорезь в титановом сплошном забрале шлема и выдохнув, направился к столбику. За один шаг до, он остановился и обернулся, легко махнув рукой людям, мол “не поминайте лихом” и, прикоснувшись к столбу исчез из плотного мира.

(Ад, локация самоубийц)

Грунтовка под его ногами вдруг обрела плотность, а лесополоса превратилась в город, где все дома были не выше третьего этажа, а из каждого такого домика торчало по несколько печных труб, словно привычные “сталинки” вдруг решили переоборудовать под перебои с водоснабжением. Какие-то дымились какие-то нет, складывалось стойкое ощущение, что не все домики жилые.

Было прохладно, по ощущению градусов пять тепла, в некоторых окнах горел мерцающий свет, что говорило о свечном, или даже лучиновом освещении, а на дорогах, хотя и был уложен асфальт, вовсе не наблюдалось машин, как и знаков дорожного движения, как и светофоров, как и фонарей. Не было тут и электростолбов.

— Пс!.. Эй рыцарь?! — прошипели откуда-то сбоку и Аллер повернулся, направив туда автомат. — Рыцарь, ты бы не стоял бы там, а шёл сюда, глядишь и пожил бы второй раз!

Аллер получил точные инструкции, что нужно было делать в этом мире, чтобы снискать авторитет у местной фауны и не стал уклоняться от первого контакта, подойдя туда куда его звали, в темный переулок, не без того темной улицы.

— Ты новенький, да? — прозвучало снова.

Когда Аллер приблизился к обладателю голоса им оказался мужичок в лохмотьях, с характерным синяком на шее по всему её диаметру. Мужичок был космат и лысоват, а его одежды едва скрывали срамные места.

— Я Горко, задушился я! А ты, видимо, подорвался на гранате попав в окружение, или огонь на себя вызвал? — весело затараторил мужичок.

Олег лишь кивнул, ему не пришлось даже что-то выдумывать,

— Тебе бы себе квартиру найти и работу какую-нибудь сразу! Ты помимо войны, что-нибудь умел? Нужно, что-то творческое. Потому, что они тебя тунеядствовать не оставят, выпьют досуха если пару раз Цигму не отдашь.

— Что не отдам? — удивился Олег.

— Цигму, это как энергия Ци, только творческая, вместо денег тут. Вот смотри. — и мужичок сел прямо на асфальт прислонившись спиной к кирпичной стене, потом достал блокнотик и маленький карандаш и, быстро-быстро набросал на нём портрет Олега в полном его обмундировании. Получилось очень похоже. — Этот рисунок весит одну Ци, я прошу у тебя за него пять Ци.

— Что так дорого он же весит всего одну? — удивился Олег.

— Что-то мне подсказывает, что ты тут не скоро освоишься. Это называется бартер, я могу продать тебе его за одну, а могу отдать тем, кто придет за моей Ци и тогда они про тебя узнают раньше и, у тебя не будет этой форы. — улыбнулся жёлтыми зубами мужичок.

— А если я тебя сейчас застрелю, у меня будет такая фора? — спросил Олег.

— То я появлюсь в своём “доме” завтра на утро, снова в этом самом переулке, где я и живу, но мой рисунок от меня никуда не денется. Ну так что, будешь покупать за пять или мне его отдать сосальщикам?

— Что за сосальщики?

— Сборщики Ци, по другому. Они приходят перед сном, чтобы у нас не оставалось Ци про запас, забирают то что мы им должны и излишки тоже.

— В чём суть тогда? — не понял Олег.

— За ночь ты отсыпаешься и можешь снова генерить Цигму, и обмениваться ей, а ночью приходят они и забирают дань. — пояснил мужичок.

— А куда, они эту дань несут?

— Барону конечно.

— А он её куда девает?! — допытывался Олег.

— Потроху по четвертому региону. Ох тяжело тебе у нас будет! — скривил гримасу на морщинистом лице художник.

— Понятно. — выдохнул Олег — смотря на улыбающегося мужичка трясущейся рукой подающего ему листок.

— А как отсюда люди уходят? Ну когда искупают свой грех… — спросил Олег.

— Ну, если у них заканчивается Цигма их выпивают до суха и они умирают навсегда, можно совершить тут деяние за которое тебя спустят в другой сектор, более жестокий по налогам на Цигму, говорят, что можно и наверх, но я про такое не слышал. Врут наверное. Можно и с администрацией сотрудничать, таких козлами кличут. Ну так, давай покупай, хотя бы за 4 Цигмы!

— У меня нет Цигмы. — покачал Аллер головой.

— Жаль. — расстроился Горко, — значит сосателям отдам.

— Барон ваш, где живёт? — уточнил Аллер, — Проводи меня к нему и получишь 10 Цигмы.

— Ты ополоумел, тебя сожрут там?! Тебя сожрут и меня за одно! — воскликнул Горко озираясь.

— Это атомат, внутри много пуль и каждая убивает навсегда. Либо ты меня ведёшь к барону, либо я прострелю тебе голову! И никакого завтра для тебя уже не наступит. — зло произнёс Олег направляя дуло мужику между бровей.

А после, Аллер не спеша открыл свой забрал, из под которого на бедолагу глядели абсолютно чёрные демонические глаза.

— А-а-а! Не убивай о низший из демонов! Я принял тебя за одного из наших, за самоубийцу! — завопил он подползая к Аллеру на коленях.

— Веди к Борону. Но сначала, к тем за кого ты меня принял.

— В смысле? — удивился Горко.

— К солдатам, которые ушли не своей смертью. — пояснил Олег.

— Таких мало у нас их быстро выпивают, характер у них скверный для нашего мира, не сговорчивый!

— Я договорюсь. — рявкнул Олег и одним рывком руки поднял бедолагу на ноги.

Глава 23. Солдатская доля

Невысокое одноэтажное здание смотрело на серый холодный город закрытыми деревянными ставнями, на которых яркой масляной краской были изображены красные цветы с зелеными стеблями и яркое желтое солнце над ними. Тот кто рисовал это был либо молод душой, либо не видел дальше своего носа. Мир самоубийц казался более чем мрачным, холодным и серым местом.

— Говорят предыдущие нарисовали. — сообщил Горко замечая взгляд Олега.

— Кто говорит-то и кто такие предыдущие? — удивился Олег.

— Демоны типа тебя говорят, которые за нами надсматривают, а предыдущие… — он помолчал подбирая слова, — Тут до нас был некий князь, Булгаком звали, так он весь свой народ вверх по вибрациям увел.

— Странный князь. — проговорил демон — А рисунки тут причём?

— Ну так, не причем, не наши они, были бы наши их бы на Цигму растащили бы в миг. Сам посуди, темнейший, зачем в мире самоубийц школа?

— Я уже ничему не удивляюсь. — выдохнул Аллер.

— Не, школа это больше к мучениям, десять лет от звонка до звонка… — задумчиво заключил Горко. — Ну, вот я тебя и проводил, твои солдатики внутри живут.

— В школе? — удивился Олег.

— Там котельная хорошая, книги и парты для растопки на зиму, да и просто видимо нравится им там. — пожал плечами Горко и сделал шаг назад словно бы не хотел приближаться ближе.

— Ну смотри, если обманешь, я тебя из под земли достану. — пригрозил Олег.

— Что ж я самоубийца, демона обманывать? — дрожащим голосом ответил Горко и сделал еще пару шагов назад.

“Да и чёрт с ним пусть валит.” — подумал про себя Олег. Он помнил, что в тонких мирах мысли могли течь сквозь голову и читаться другими обитателями астрала и на всякий случай обернулся посмотрев на Горко.

Душа самоубийцы не желала ему зла, просто в этом месте обитали те, кто мог отобрать его Цигму, заставив например рисовать его наброски до изнеможения. Демоны пили души, а души пожестче пили души послабее и, с этим ничего нельзя было поделать. Как в джунглях сильный пожирает слабого, так и в низших мирах ничто античеловеческое, никому не чуждо.

Он - Аллер мог бы приказать Горко остаться и вести себя к Барону, но что толку от трусливого нищего художника, когда можно с тем же предложением обратиться к более сильным. К тем кто прошёл войны и по своей нерасторопности оказался тут.

Двустворчатая дверь в школу оказалась открытой и, обутая в берц нога Олега ступила на напольную плитку, темнота была не помеха для его демонического взгляда и парень пошёл в глубь, туда откуда доносились металлические, пилящие шумы напоминающие скрежет.

Вдруг, под ногами что-то зазвенело и зацепившись за ногу зашумев начало волочиться следом, сердце бойца забилось сильнее и он обернувшись, наклонился вниз. Это были консервные банки, связанные между собой рыболовной леской. Тот кто обитал тут, явно не любил незваных гостей.

Звон прекратился, когда Аллер перешагнул, натянутую между колоннами сигнальную ловушку. Он снова прислушался, однако скрежет прекратился тоже. Что ж, теперь хозяева дома, а точнее школы, знают о его присутствии и можно было уже не скрываться, но на всякий случай нужно было смотреть под ноги, мало-ли во что еще можно наступить, или запнуться.

— Я сначала подумал, что ты из живых, — прозвучало из-за колонны, — По экипировке видно, что ты не здешний, но потом посмотрел твою ауру. В общем, вы демоны умеете разочаровывать.

Аллер повернулся на звук, в конце пролёта, у колонны выложенной цветной мозаикой стоял человек, в камуфляжных штанах и тельняшке. На худом лице горбился свёрнутый в бок нос, а под большими усталыми глазами виднелись тёмные круги. Волосы бойца возможно когда-то были густыми светлыми, теперь же стали редкими и седыми. Трехдневная щетина, высокий лоб, оттопыренные уши. Ростом говоривший был выше среднего, почти с Олега.

— Меня сегодня уже доили. Цигмы нет. — холодно произнес солдат.

— Я не по этому поводу.

— Тут все по этому поводу… — усмехнулся хозяин школы.

— Много ты видел демонов в броне? — спросил Олег.

— Это должно натолкнуть меня на какую-то мысль? — не понял человек.

Он всё ещё стоял у колонны и в темноте могло показаться, что он опирается на нее рукой, однако его рука заходила за.

— Мне нужно увидеться с остальными служилыми и я всё вам расскажу.

— Остальных выпили. — покачал головой боец.

— Мне Горко сказал, что вы все тут живёте. — решил уточнить Олег свою информацию.

— Горко трус и предатель, соврал он тебе. — покачав головой выдал солдат.

— Зачем ему врать? — удивился Олег.

— Может потому, что он грешник, а ты демон? — предположил парень.

На вид ему было лет сорок, но чувствовалось, что это всего лишь потрепанный вид, помноженный на усталость.

— Значит ты тут один?.. — задумался демон.

— Так и знай тварь, что сожрать себя я тебе просто так не дам! — вдруг прорычал боец.

— Я Аллер и, я призываю тебя в свою армию. — выдохнул Олег примиряюще поднимая правую руку.

— Армию? Ты какая-то шишка? И сколько голов в твоей армии? — напряжённо начал расспрашивать солдат.

— С тобой будет двое. — утвердительно сообщил Олег.

— У… Значит двое… — протянул боец. — и что будет делать твоя армия, из тебя да меня?

— Нам надо убить Барона этого сектора и захватить его власть. — произнёс Олег и он уже знал какой будет ответ человека, ни один вменяемый не согласился бы на такую авантюру.

— У Барона двадцать восемь демонов гончих, шестнадцать сосателей, порядком четырёхста килограммов Цигмы и покровительство потроха. Как ты мелкозубый будешь с ним драться? Не хочешь-ли ты один со своим Кедром идти против гончих?

— Да, именно так. — кивнул Олег.

— Ты зовёшь меня на самоубийство. — хмыкнул парень задумавшись, — мой позывной Седой и я в деле.

— Я думал ты мне всё это говоришь, чтобы на хер послать… — удивился Олег.

— Я последний, кого не выпили тут, и ждать пока выпьют не собираюсь.

— Отлично, у меня нет свободного оружия, только вот этот нож, однако он выделен в эфир и будет убивать навсегда. — сказал Олег и прикоснулся к груди в то место, где на разгрузке был НР-2

— У меня тоже есть оружие. — с этими словами Седой вынул из темноты древко, это была штыковая лопата, но штык полотна был скручен в заточенную стальную трубку, словно иглу большого шприца.

— Вот чем ты скрёб, точил копьё? — улыбнулся Олег.

— Это остротруб - пронзатель демонов! Командуй, что делать Аллер.

— Для начала отведи меня к Барону. — решительно произнёс Олег.

На улице что-то забренчало. Раз, а потом еще и еще.

— Тебя сюда Горко привёл, да? — спросил Седой подходя поближе и всматриваясь в темноту.

— Да. — обернувшись сообщил Олег.

— Спорим, он тебя за десять Цигмы Барону сдал? — сообщил Седой и добавил. — Тут не очень бой вести, надо отступить в подвал, там коридоры.

— Эй попаданец! — захрипели снаружи, — Выходи поговорим!

— Это меня похоже. — произнёс Олег.

— Выходить не советую. — Сообщил Седой. — Они сами зайдут.

— Не зайдут побояться. Горко меня нарисовал в полной броне и с автоматом. Возьми всё таки мой нож пригодиться. — Олег протянул Седому НР.

— У меня к тебе один вопрос, ты почему с такой пукалкой сюда пришёл? — спросил Седой беря у Олега оружие.

— Это моё первое оружие, с ним у меня больше всего опыта.

— Тогда дай еще гранат. — кивнул Седой, — Что то мне подсказывает, что переговоры не состояться.

В школу и правда на заходили, Олег и Седой подошли к одному из окон, и взглянули сквозь стёкла и закрытые ставни.

Там снаружи на расстоянии в полсотни шагов был Барон и все его прихвостни. Толстое краснокожее тело и ветвящиеся рога, правый из которых был наполовину отпилен выдавало в Бароне полу-демона. Существо бастарда, так бывает когда один из родителей настоящий демон, а другой нет. Он восседал на карете у которой из тубы пыхтящего сзади котла, валил в небо густой толи дым, толи пар. Впереди же у стимпанк машины, зелёным щитком и толстым продолговатым стволом в сторону школы смотрел пулемёт системы Максим.

Вокруг Барона перетаптывались на своих восьми лапках гончие, твари больше всего напоминающие зергов из вселенной старкрафта. А за ними стояли люди с различным стрелковым оружием из грудин вооружённых словно живые торчали и извивались полуметровые трубки. Олег первый раз видел сосателей. Но слышал, что они получаются из колдунов и энергетических вампиров, а иногда и из интернет троллей. Задача сосателей, собирать для своего хозяина энергию и в крупных секторах пасти стада лярв.

— Будешь говорить, или сразу стрелять начнём? Интересно, если тут убьют и в руках будет оружие в вальгаллу попаду? Или еще ниже в ад спустят? — Задал Седой вопрос подбегая к входной двери. В его пальцах появилась леска и одна из гранат РГД нашла своё место на рукояти двери. Усики чеки были разжаты, а путы обмотали противоположную ручку.

— Ну, поговорим. — решился Олег и толкнув ставни изнутри распахнул окно получилось громко.

— Ты со мной оттуда будешь блакать что-ли? — удивился Барон замечая Олега в окне, — Выйти боязно? Ссышь выйти?

— У меня к тебе предложение, примкнуть к моей армии! — прокричал Олег.

— А ты кто такой-то? — усмехнулся Барон. — чтоб к тебе примыкать.

— Я будущий потрох четвертого сектора. — сообщил Олег.

— А, ну так бы сразу и сказал! — усмехнулся полу-демон. — Ссыкло ты, а не потрох! Ну не хочешь выходить сам, сейчас мои пёсели тебя ко мне вытащат.

— Поговорил? — донеслось до ушей Олега, это Седой приматывал очередную гранату между колонн.

— Поговорил... — выдохнул Олег, приводя ПП в боевую готовность.

— Командир, давай внутрь здания, они ворвутся, часть на растяжках ляжет, а там и мы контратакуем. В окне не сиди, пулемётом скосит, у него там 7,62 на 54 миллиметра, не стоит под этот патрон даже в твоей броне попадать.

Олега не надо было уговаривать и он пригнувшись побежал, в глубь, туда, куда ему указывал седой.

Но только он добежал до укрытия, входная дверь с треском раскрылась, впуская в помещение сразу нескольких гончих. Взрыв прозвучал чуть позже осветив темный холл алым пламенем.

Холл взорвался ревом раненых тварей, но другие бестии лезли по телам павших товарищей, в вывернутый дверной косяк и открытое Олегом окно.

— Стреляй командир, самое время умереть красиво! — воодушевлял Олега Седой, прячась за колонной сжимая в руках своё копьё.

Прогремело еще два взрыва и в темноте зарычало еще сильнее, а Олег наконец-то выглянул из-за колонны хотя сквозь забрало своего шлема почти ничего не видел. Однако, всё таки нажал на спуск, направив Кедр куда-то в сторону мерцающих теней.

Кедр зарокотал длинной очередью, так стреляют зелёные новички первый раз попав в переделку.

Глава 24. Баронство

Магазин опустел слишком быстро - секунды и, всё что было внутри рожка выпущено в тварей. В месяц подготовки Олега, он множество раз моделировал боевые ситуации, на полигонах, стрельбищах, различных помещениях куда его таскали тяжёлые (сленговое наименование институтского спецназа). Однако в реальном бою, пальцы упорно не желали слушаться. Пустой магазин Кедра полетел на пол, а другой еще не был пристегнут, как одна из бестий прыгнув повалила демона на пол.

Лапы лезвия, забарабаним по броне, по лицевой пластине шлема, протыкая левую руку и ногу в бедре. Боль ворвалась в сознание, а руки бес толку пытались свалить с себя бестию. Олег видел её оскаленную морду чувствовал её дыхание, вот-вот тупорылое создание догадается, что титановый шлем можно снять и тогда - всё.

Вдруг голова твари замерла, взбулькнув внутренностями, поливая бойца кровавыми слюнями. Это копьё Седого пронзило уродливый череп насквозь, а нога солдата упёрлась в тело бестии, толкнув, сбрасывая ту с Олега.

— Сюда бы пулемёт! — прокричал Седой, — Перезаряжай свою пукалку!

Олег, липкими пальцами извлёк магазин и почти с первого раза вставил его в ПП.

— Короткими очередями, прицельно! Отступаем в глубь школы! — завопил Седой, а его копье разило не зная промахов.

Он держал черенок от лопаты в одной руке, а нож разведчика в другой, твари подскакивали к нему натыкаясь на лезвия, иногда они нападали сразу тройкой и тогда боец просто отмахивался от них древковым оружием. Словно дикие волки бестии работали стаей. Сложно было представить откуда в Аду появились столь странные создания, эволюционировали-ли сами и были приручены демонами, или созданы сразу такими.

Короткие очереди Кедра наконец-то ворвались в бой, разя по два выстрела в каждую из голов, давая Седому передохнуть. И боевая двойка отступала туда, куда и планировал солдат, а как только их спины поравнялись с коридором, парень в тельняшке, достал последнюю гранату и забросил её в холл.

— Граната, прячься! — зачем-то крикнул он и сам же выполнил свой приказ, укрываясь у левой стены коридора за дверным косяком.

Холл осветило алой вспышкой, а в коридор к бойцам бросило мелкие ошмётки от тел.

— Отступаем мордами к ним, я впереди ты сзади! — снова скомандовал Седой, вставая в центр квадратного проема два на два метра.

Он бил и отмахивался, медленно отступая назад, а Олег всё стрелял и стрелял, пока напор тварей не прекратился. Коридор перед ними оказался весь завален телами, а бело зелёные стены забрызганы черной кровью гончих.

— Теперь ты вперёд, у Барона стрелковая пехота из сосателей, сам он на тачанке своей внутрь не сунется, а у сосунов оружие народного ополчения, дрободаны да, раритет всякий, ты с твоей броней не почувствуешь даже.

Автомат повис на груди Олега, а сам он уже снаряжал один из опустевших магазинов. В надежде получить хотя бы наполовину полный рожок, пока шёл по трупам тварей о мёртвые когти, которых можно было запросто порезаться.

— Кто тебя экипировал то так... — причитал сзади Седой. Это не был вопрос, это была констатация. — Надо было тебе второй Кедр дать, чтобы ты как ганста-нигер с двух рук стрелял, с криками “Мазафака, вэа май драгс, битчез!”

— У тебя произношение херня. — только и смог ответить Олег.

— А у тебя автомат, для полицейского патрулирования. Великий Аллер, а может мы Барону будем дурь толкать раз пошла такая пьянка? — хохотнул сзади Седой.

Олег ничего не ответил, он помнил еще из курса психологии, что если человек выживает в экстремальной ситуации, то в награду он получает множество компенсаторных гормонов, которые и повышают его настроение, часто до безумия. Кого-то страх заставляет бежать, кого-то замирать, а кого-то сражаться и хорохориться, Седой был из последних.

Подойдя к холлу, магазин был отправлен в разгрузку, а ПП взят на изголовку. Впереди дым от взрывов застилал пространство с колоннами, на полу которого везде валялись ошметки гончих. Олег выглянул в холл и задержался чуть дольше чем надо, прозвучавший выстрел отбросил его голову назад, ноги подкосились, а тело медленно начало оседать на спину .

— Командир армии херов. — прохрипел подскочивший Седой, взяв из рук стонущего Олега ПП.

Демон был жив, его спасло титановое забрало, и теперь приходил в себя лёжа, что-то мыча.

“Ничего, оклемается, вон на руке и ноге раны уже зажили.” — подумал Седой, а его рука потянулась к двум шашкам в разгрузке своего командира светошумовой и дымовой.

Вовремя одернув руку боец порадовался своей удаче, в дверной проем, начали палить из всего, что было. В Олега они попасть не могли, он лежал за телом поверженной твари, а вот высунись невовремя Седой, мог получить кучу дырок во лбу. Дождавшись затишья рука бойца дёрнулась из-за укрытия еще за одним магазином и снова раздалась канонада.

— Эй сосатели! — выкрикнул боец — Ловите гранату!

И Седой бросил из-за угла сразу две шашки. В холле засуетились, закричали толкаясь и ища выхода. Однако опасность исходила не от шашек, тем более не приведённых в боевое состояние. Седой специально не выдернул чеку и теперь выбежал из своего укрытия, уходя в бок.

Одиночные выстрелы, нагнали сосатеелй в спины и затылки, но столпотворение у дверей нельзя было упускать. Ловко переключив язычок предохранителя на автоматическую стрельбу Седой выпустил в толпящихся весь магазин. Опустевший рожок улетел на пол, а другой тут же присоединился к ПП.

Взгляд бойца сканировал сквозь диоптрический прицел Кедра дымный холл, словно он снова был на войне, словно он снова зачищал здания.

Он нажал на спуск первым, и очередной сосатель рухнул с дурой в горле, хрипя хватаясь за кадык.

Седой знал куда примерно он бросил шашки, найдя одну из них взглядом, спешным шагом подошёл и наклонившись подобрал.

Подобранная оказалась дымовой, на этот раз, чека была выдрана, а сама шашка брошена наружу и уже через несколько секунд начала делиться с пространством белым густым дымом.

— Славьте своего Дьябло твари! — прорычал боец нагибаясь над каким то трупом сосателя, забирая у того оружие.

Да, устав прямо говорит не брать ничего с поля боя, но Седому было всё равно, подорвётся-ли он на зажатой в руке умирающего сосателя гранатой. А вот приглянувшийся полуавтоматический охотничий карабин был как раз кстати.

— Вы ублюдки! За что я вам плачу! — заверещали снаружи, это был Барон, встречающий из дымной завесы своих выползающих слуг. — Назад, твари, достаньте мне его оттуда!

И судя по всему, его не слушали и тогда запел свою песню пулемёт Максим. Барон лупил по своим, прямо со своего стимпанк автомобиля. Пули пробивали бесов и барабанили по кирпичу школы.

— Какой руководитель такие и слуги! — выдохнул Седой, выглядывая из окна, из того, что ранее открыл Олег.

Полудемон словно бешенный, расстреливал пространство перед собой. Седому не было видно цели из-за завесы, однако пулеметное пламя четко показывало где враг. Четыре нажатия на спуск произвели четыре парных выстрела, куда-то туда - в дымку. И знакомый вскрик боли и замкнувший пулемет, дал бойцу понять, что он попал.

— Чем это меня. — растерянно проговорил Олег идущий сзади перешагивая через трупы.

— Иди добивай полудемона, чтоб по закону Тьмы всё было! — скомандовал Седой. Передовая парню нож.

— Это ты их всех? — зачем-то спросил Олег беря НР-2.

— Ну, не я один, со мной была вся твоя армия. — схохмил солдат, и пригнувшись вышел наружу.

Олег шёл шатаясь, на его голове почему-то не было шлема, он не скрывался и казалось не боялся случайно пули, или просто был контужен тем первым выстрелом. Аллер перешагивал через трупы, иногда впрочем обходя их, пока сквозь дым не показался экипаж, с развалившимся в нём Бароном.

Тёмные свободные одежды полудемона были окровавлены и буквально взорваны изнутри. Пуля пробила ему грудь и теперь при каждом тяжелом вздохе слышался свист и бульканье, у раненного не было половины челюсти, выделенные в эфир заряды разили нематериальных насквозь. Дымился ствол пулемёта, всё еще пыхтел паровой двигатель, а Олег шёл приближаясь всё ближе и ближе, а следом за ним не переставая целясь, семенил Седой. Успевший навешать на себя пару подобранных оружий.

— Я же хотел просто поговорить. Давай всё обсудим! — захрипел полудемон замечая Олега.

— Зачем тогда гончих послал? — удивился Олег подходя почти в притык.

— Я не знал, что ты столь хорош, я буду служить тебе, пока… — он не договорил, короткая очередь, лишила его голову лобных долей, проделав в рогатом черепе сквозную дыру.

— Буду тебе служить пока не предам! — продолжил Седой реплику Барона, наконец опустивший Кедр.

— Зачем, он же сдавался?! — развёл руками Олег поворачиваясь к бойцу.

— Странный ты Аллер демон, сам его убил по законам Тьмы и теперь имеешь власть над этим местом, а на меня свой грех вешаешь. Ведь если его убил я, мне не жить, яж прав не имею демонических, нафига мне эти рамсы?

— Что?.. — не понял Олег слова “рамсы”

— Проблемы. — пояснил Седой и продолжил, — Ну, барон четвертого сектора мира самоубийц Аллер, какие будут приказания?

— Нам нужна армия и сила. — произнёс Олег снова взглянув на полудемона.

— У него в сейфе полные полки Цигмы, а армия, у нас теперь есть оружие, вооружим всех мужчин тутошних, они уже всё осознали и могут повысить свои вибрации до твоей свиты.

— Башка так болит — почему-то пожаловался Олег.

— Рога режутся... — усмехнулся солдат.

Олег не понял шутка это была или нет, но подойдя к машине взглянул в боковые зеркала. Его кожа побагровела, а на лбу показались сразу три рога, по обоим сторонам лобной кости и один чуть выше места где по поверию эзотериков должен быть третий глаз.

— Почему три? — еле слышно удивился вслух Олег.

— Да ты Аллер не просто демон, ты предатель демонического рода. Только таких три рога бывает. — одобрительно произнёс Седой.

— И чем мне это грозит?

— Шкуру сдерут да и дело с концом. — глубоко зевнул солдат оглядываясь.

— Не смешно. — мотнул головой Олег.

— Если и вправду потрохом не сделаешься, так что у тебя теперь один путь в низ по демонической иерархии.

— Как будто раньше было больше... — проворчал Олег.

— Еще ты можешь себе в голову из Кедра бабахнуть, возможно умрёшь навсегда... Слушай, а у демонов есть ад для демонов самоубийц?

— Нет это только для людей, вы же у нас самые любимые создания Создателя.

— Я пока жив был, прям в любви купался, а мои кредиты и ипотека, которые виноваты в том что я на войну уехал, тут посчитали как самоубийство. О, Аллер, а можно на свиданку с семьёй? — вдруг вспомнил Седой.

— Сначала победим всех плохих. — утвердительно кивнул Олег.

— Чтобы стать самыми плохими... — подхватил идею боец, осматривая раскалённый ствол пулемёта Максим.

Барон совсем не следил на оружием, в водном кожухе ствола давно уже не было никакой воды.

— Скотина рогатая, она и в Африке скотина... — осудил полудемона солдат.

Глава 25. Приёмный не день

Фигура в черных одеяниях показалась на вершине мраморной лестницы и медленно начала спускаться к своим гостям. Их было двое. Седой и Горко рухнули на колени склонив головы только завидев главу округа, бескрылого царя гнилых болот Артаина. Это был его замок, это был его округ, это была его часть Ада. Царь дымил зелёным дымом своей сигареты, который полз вниз по ступеням вперёд него.

Странные наступили времена, с появлением вейпов стелющийся по земле зеленоватый густой дым больше никого не удивлял. Артаин был совсем один, даже стража осталась за воротами, уродливые бесы разоружили Седого и на всякий дважды обыскали Горко, когда в первый из обысков не нашли у него ничего.

— Ну же, господа усопшие, не средневековье. Незачем голову гнуть и колени приклонять. — мягким тоном начал полубог.

И только после его обращения, двое медленно поднялись. Хоть Артаин и говорил, что “незачем было”, было очень даже “зачем”. За неоказание должного почтения можно было лишиться кожи и продолжить существовать в Аду, но уже освежёванным, на веки вечные.

Царь славился своей хитростью, коварством, однако говорили, что у него есть одно слабое место, он не пышел злобой, как остальные демоны. Вставший во главе целого округа по меркам демонов молодой полубог даже расчленял с невозмутимостью лица. Говорили также, что он прошёл войну с драконами и чуть не соблазнил себе в жёны ледяную драконицу и даже, хитростью победил душу коллективного сознания Ра. Говорили многое, но всегда оглядывались и всегда оговаривались, что ОН низший из низших в своем округе, а это на секундочку, ни много ни мало - десять регионов.

— Мы всё сделали о царь. — выдохнул Горко.

— К тебе у меня больше вопросов нет, пошёл прочь, стража одарит тебя согласно замыслу! — произнёс полубог.

Горко склонился в поклоне и попятился, пока не уткнулся спиной в массивную дверь, которая тут же открылась и выпустив художника затворилась перед его лицом.

— Теперь ты... — Артаин взглянул на Седого.

Полубог почуял, что от бойца пахло порохом и болью, она растекалась вокруг него, как расползается запах дешёвых духов от уличной девки. Солдат только что побывал в настоящей стрелковой мясорубке.

— О низший князь, цель жива, на данный момент я подобрал ему ребят, многие имеют боевой опыт на земле, кое кто служил в институте. — начал Седой.

— Были-ли сложности? — прервал его Артаин.

— Разрешите своими словами без мишуры? — произнёс Седой и дождавшись одобрительной улыбки полубога продолжил, — Он лопух совсем, боевого опыта ноль, характер мягкий, но испортиться, Аллер нуждается в постоянной опеке и поддержке.

— А что вы не взяли сектор самоубийц четвёртого региона? — удивился Артаин.

— Взяли господин. — склонил голову Седой.

— Так именуй своего господина правильно! — повысил тон царь.

— Барон Аллер глава сектора самоубийц четвёртого региона, — произнес боец и выдержав паузу, замечая, что правильно понял чего хотел хозяин этих земель, продолжил, — Лопух совсем, может погибнуть, на нашей стороне фактор внезапности, есть шанс выиграть выборы, если впредь его буду консультировать я.

— Игра подняла свои ставки Виталий, погибнет Аллер погибнешь ты и весь твой живущий род. Станет поторохом, верну тебя на землю в виде сына, или внука в твою же семью. Гонорар получишь после реинкарнации, окажется, что ты в 2008-м биткойн в шутку купил и флешку своему внуку завещал, ты родишься уже крипто миллионером. — Усмехнулся Артаин.

— Благодарю низчайсший. Разрешите вопрос?

— Валяй. — удивился полубог.

— А Горко, его же развоплотят сейчас?

— С чего ты взял? Я же не Легион Анода. Твой Горко отправится на высшие вибрации, там художников ценят, будет картины писать и жить не тужить. — усмехнулся полубог.

— Простите царь, — выдохнул Седой и склонился.

— Оружейный хлам от прежнего Барона выбросьте или закопайте, нормальное оружие вам даст институт, всем вам я разрешаю покинуть ад для материализации на Земле на время миссии.

— Слушаюсь. — произнёс боец.

— Вали с миром! — отмахнулся Артаин и Веталий Седов склонившись, сделал три шага спиной назад, и повернувшись исчез покинув замок, магическим образом оказавшись в до боли знакомом мире, где в качестве денег в ходу была психическая энергия Цигма.

Седой покинул туалетную комнату выйдя к Аллеру, который был занят тем, что снаряжал свои магазины сидя в троне бывшего Барона из красной поношенной кожи.

— Ты же мертвый, зачем тебе в туалет? — удивился парень встречая взгляд Седого.

— Тут все мёртвые, однако туалеты везде есть. Всё потому, что люди в своих жизнях много времени проводят там, думают, мечтают, читают книги в игры играют на телефонах. — ответил ему Виталий, критично осматривая склад трофейного оружия в углу.

— Ну, где твои бойцы? — спросил, словно бы поторопил Олег.

— Скоро будут, как сосателей не дождутся все к резиденции притопают.

— Хорошо бы а-то у нас времени на подсосе. — вздохнув Олег продолжил снаряжать рожки.

***

Седой сидел вооружённый сагой в углу приемного кабинета, где баронстовал Аллер. Стены этого места были украшены картинами висильников, самураев делающий сэппуку (харакири), прыгающих со скал и башен людей, из патефона тихо и фоном играла музыка. За всё время пребывания в кабинете треки сменяли друг друга, но суть песен оставалась неизменна. Бывший барон особо любил Агату Кристи, которую разбавляли другие суицидальные композиции были там КиШ "Разбежавшись спрыгнуть со скалы", ГрОБ "Непрерывный суицид", Крематорий "Маленькая девочка" и даже Noize MC "Суицид".

Случилось так, как и говорил боец, самоубийцы словно паломники выстроились к резиденции адского чиновника. Олег уже три часа подряд выслушивал имена, даты смерти и способы ухода из физического мира, некоторые его удивляли, но больше печалили.

Молодые девушки "уходили" из жизни из-за любви к парням и иногда к девушкам, а молодые парни "уходили" из-за любви к девушкам. Олега сначала порадовало, что парни не уходят из-за неестественной любви к парням, но Седой сообщил ему, что содомиты все в секторах у Бэль чалятся. В репликах Седого часто прослеживались сленговые слова известные в узких кругах, как "феня", по началу Олега это коробило, но послушав пару часов самоубийц, он понял, что в Аду это скорее особенность диалекта и нужно с ней смириться.

— Погоди, у меня же в секторе девушки, которые любили девушек есть? Это разве не содомия? — решил конкретизировать Олег, объявив перерыв в посещениях.

— Господин барон, да какие они содомиты, поцеловались пару раз и к нам. К нам попадают те, у кого самоубийство другие грехи не перевешивали. — пояснил Седой.

— А какие грехи тяжелее? — спросил Олег.

— Те, за которые человеку больше всего стыдно и обидно. — ответил боец и видя, что юный барон не понял, пояснил, — После того, как пятимерная смерть отделит душу от тела, к душе сразу же подходят демоны распределители и начинают её расспрашивать, с пристрастием, к какому греху она предрасположена была больше. Для них это как в карты играть, кто выигрывает забирает душу себе.

— А как же Божий суд? — Спросил Олег.

Вокруг всё затряслось, завибрировало, словно нематериальное ожило и дернулось, как от пощёчины.

— Господин, — оглядываясь проговорил Седой, — Аккуратней со словами, вместо вашего пред последнего слова произносите Логус, вместо имени его сына, что на кресте погиб, говорите Распятый…

— А Будду, как называть? — усмехнулся Олег, оглядываясь но ничего не происходило.

— С Буддой у Ада войны нет. Ты их защитников видел? Чисто наши, на вид. — усмехнулся боец.

— Так получается, мы забираем тех, кто сам себя считает грешным?

— Ну да, за редким исключением когда Логус проводит психотерапию, а человек раскаивается в грехах и ментально прорабатывает свои косяки, с помощью служителей Распятого. Тогда, после смерти приходит ангел и говорит нашим, что игры не будет и, душа идёт с ним. А душа и рада, что поделать, репутация у нас так себе среди живых, никто в ад не хочет, ты вон господин тоже сбежал, чтобы не служить. А демоническая сущность тебя снова на службу притянула, да еще и с личным составом. Что может быть хуже? — на лице Седого растянулась улыбка, в которой виднелись пара золотых зубов.

— Смерть навсегда… — ответил Олег.

— Разве что… — согласился кивнув Седой.

— И во всех кругах мы собираем с них Цигму? — снова спросил юный барон.

— Во многих, нет каких-то особых мучений, души тупо пашут отдавая творческую энергию, а сектора различаются лишь номинально, ну и по контингенту там заключённому. Ты, барон, считай тюремщик, а узники твои самоубийцы, всё лучше, чем хентай дрочеров охранять, или других разных някающих мякающих.

— Ко мне не попадают те, кто не считают своё деяние грехом. — догадался Олег.

— Да, тех кого не убедили, что это грех, самураев-камикадзе у нас не встретишь, всё чаще алкоголиков с циррозом печени.

— Как это? — не понял демон.

— Умирает алкаш и, бес ему нашёптывает, мол ты - мудак семью оставил и близких, чтобы бухать, а значит твой цирроз это самоубийство, когда как по хорошему их в царство полубога Диониса нужно.

— Не слышал о таком, где оно.

— Территориально? В Германии и Ирландии главный офис, ну и у нас филиалы типа твоего подмирка. Но господин, давай уже следующего, а то вечно их будем принимать.

В этот долгий день Олег усвоил еще один важный урок, его подопечные постоянно жаловались, желали, чтобы их пожалели, как при жизни так и после смерти. Почти каждый третий просился вверх по вибрациям, почти каждый второй хотел, чтобы ему скостили дневной налог, который был равен пяти единицам Цигмы.

И однажды Олег был готов сжалиться, но Седой видя метания господина, просто прострелил ногу юной миловидной девушке, которая буквально умоляла снизить, или даже освободить её от налога!

— Кто ты?! — завопил боец на невысокую худенькую девчонку, корчащуюся от боли у его ног на полу приёмного кабинета.

— Я музыкант акустической гитары… — проскулила она.

— И играть ты не хочешь потому, что простые произведения скучно и банально а сложные ты не умеешь? Ну так барабань на ложках, да хоть стихи читай, или чечётку танцуй перед сосателями на асфальте! С этого момента твой ежедневный налог шесть Цигмы в этом месяце! — прорычал Седой, замечая, что Олег хочет вступиться, и намеренно встал между девушкой и бароном. — При жизни не работала, считала, что мир к тебе несправедлив, и тут отлыниваешь! Думала, кто-то тебя тут пожалеет? Нарушишь план, сам лично приду и душу твою выпью! Вон пошла!

Последние слова солдата, заставили девочку побледнеть и она просто исчезла будто и не было.

— Что это было?! — воскликнул Олег вставая с трона.

Седой обернулся к нему и их взгляды встретились.

— Господин. В каждом секторе есть налог, это сто тысяч Цигмы в месяц. Если у тебя около тысячи самоубийц, и ты не нарушаешь концепт, то дней за десять ты выходишь в ноль. Но если, не накопил нужную цифру, то легион ответственного по округу царя, приходит и живьём сдирает с барона шкуру. У потроха налог пятьсот тысяч Цигмы. У Артаина пятьдесят миллионов Цигмы. Поймите Аллер, — Седой первый раз перешёл с "ты" на “вы” и, его голос стал каким-то умоляющим, — Если вы будете делать скощухи всяким непризнанным гениям, вас сместят, а всю вашу свиту убьют.

Они стояли и смотрели друг на друга и вздохнув, Олег сел назад.

— Ты сказал ей идти прочь и она ушла, как так получилось? — подавленно спросил демон.

— Барон может делать такие вещи, изгонять заключённого в его камеру, место где грешник будет творить вечно. Помощник барона имеет почти такие же права, вы выиграли трон по закону Тьмы, вы - барон, а я ваш зам.

— Спасибо. — кивнул Олег. Может за то, что объяснил, а может за то, что изгнал ноющую девчонку.

Место вокруг них вновь затрясло, а патефон неприятно заскрипел.

— Благодарю - правильное слово. — немного успокоившись сказал Седой. — Привыкайте ваше низкородие, мы тут надолго.

Глава 26. Жизнь с волками

Люди тянулись и тянулись, приходили и отдавали свою Цигму, маленькие поделки, рисунки, и даже глиняную скульптуру. Теперь, будучи бароном Олег видел насколько они ценны, каждая из принесенных вещиц светилась силой. Они оставляли их на письменном столе, который сквозь баронский взгляд был ничем иным, как магическим циклом-накопителем, затягивающем и аккумулирующим энергию самоубийц.

— Предыдущий барон тоже так принимал всех? — после очередного ушедшего грешника спросил Олег у Седого.

— Мы убили всех его сосателей, каждый из них в день обходил не менее сотни человек и забирал у них Цигму. Вам надо назначить новых сборщиков. — ответил боец не вставая со стула в углу приемной, уютно держа оружие на коленях, стволом в сторону двери.

— А где взять кандидатов?

— Назначить прямо из тех, кто приходит.

— Из любого может получиться сборщик? — Олегу явно не нравилось слово "сосатель", парень встал и подойдя к окну выглянул сверху вниз на уличную очередь у его резиденции, она словно бы не кончалась.

— Нет. Нужны люди с мерзкими душами, те, кто готов встать против своих же по несчастью. Мы узнаем их, они будут лебезить перед вами, рассказывать какой предыдущий барон мудак. Для начала назначьте десятерых, вооружите их тем дерьмом, которое мы забрали у людей Барона и дайте первое задание.

— Что за задание? — медленно и произнёс Олег сложив руки за спиной.

— Кто не придёт к вам сегодня, это бунтари, или совсем новенькие. Нужно будет отправить к ним избранных вами сосателей, чтобы отобрать их Цигму любой ценой, даже ценой выпивания. Знаю, вам это не нравится, но поверьте Аллер, тут нет хороших людей, все мы грешники, не наберем Цигмы к условленному сроку, сдохнем все.

— Как можно доверять тем кто предает своих? Как я с ними плечом к плечу буду сражаться с той же Бэлью?

— Не доверяйте никому, пусть лучше бояться вас. Чуть что не по вашему, стреляйте им в ногу, а не поймут за что, стреляйте в голову.

— И последний вопрос Седой, почему ты вдруг ко мне на “вы”? Ты же сделал основную работу в той школе? По сути, меня вырубили в самом начале боя.

— Поймите, господин Аллер, либо вы становитесь истинным демоном и мы на этой ноте будем в шоколаде, либо нас сотрут в порошок. Моя роль играть вашего почтенного слугу и, чем раньше мы с вами в это поверим, тем проще нам будет.

— Мне как-то не по себе. Ты же сильнее меня.

— Представьте господин, что вы вылечили и добились признания у лесного волка и чтобы выжить в городе волк дает вам надевать на него поводок, и при всех ведёт себя, как ваша собака. Волк сильнее вас, но вы из высшей касты - из хозяев, а значит, если волк укусит своего человека его тут же усыпят другие хозяева. В спектакле все в выигрыше. Волк получает еду и перспективу, а хозяин получает волка на поводке. И это возможно пока все притворяются, что роль это не роль, а истинная личина.

— Заморочено конечно.

— Это же Ад, тут нет прямых путей. Управлять подмиром просто, у вас получится. Сложнее победить наших врагов. Так вот, если кто-то из бунтарей завалит вашего сосателя, нужно будет предложить ему повышение до вашего бойца. Примет предложение - взять на довольствие, не примет - убить навсегда.

Олег кивнул своему отражению в стекле, сглотнув при этом ком, сама мысль, что ему придётся кого-то убивать не внушала радости, но с волками жить по волчьи выть.

***

— Гражданин барон! Я в натуре могу за общее дело похлопотать! — расплылся в улыбке Гранд стоя в приёмной у Олега.

Худощавый, весь в синих наколках, со сморщенным лицом и маленькими бегающими черными глазками, при жизни принятый ментами по подозрению в разбое с непреднамеренным убийством, погиб по дурости. Стараясь избежать беспредела (пыток для разоблачения) от ставленников опер.части, не специально вскрылся в пресс хате. Он-то думал, что полосанёт себя пару раз по пузу и венам бритвой, и быки (работающие на опера уголовники) ему сами вызовут лепилу (тюремного доктора), а быки просто пожали плечами “ну вскрылся и вскрылся”, мол “подыхай мразь”. То ли душегубец перенервничал и порезал себя как-то не так, то ли кто в камере ему помог заточкой, но Гранд так и умер от потери крови, лежа, как говорится на вокзале (у двери в камеру), а очнулся уже тут, в Аду, где нет никакой блатной масти, где все дружно пашут на некого Барона.

Правление барона пролилось для Гранда всего пару месяцев, а когда Барона, как и всю его свиту мочканули. Сиделец повинуясь зову нового господина пошел знакомиться с новым хозяином (начальником тюрьмы). Бывший вор рецидивист Гранд Мокрый с первого взгляда выкупил, что новый барон совсем юн особенно по меркам демонов, на таком можно было ездить верхом, стать его правой рукой, а потом и занять его место. Вот только место правой руки сопливого юнца было уже занято хмурым, седым парнем со звериным взглядом, по одному виду которого было понято - пришьет и не поморщиться. Пришлось идти на тюремную хитрость, и становится на козлячую должность сосателя, а по факту собирателя Цигмы, временно конечно, ведь и Седой тоже, когда-нибудь повернется к нему спиной.

— До завтрашнего утра с тебя 500 Цигмы. Можешь начать с очереди за окном! Оружие возьми из кучи. — рявкнул в спину Гранду Седой.

— Да гражданин начальник! — усмехнулся уголовник, подбирая из кучи с набросанным оружием в углу помповое ружье.

Дверь за рецидивистом захлопнулась и, как редко бывает даже в материальном мире все получили своё, Олег - передышку между посетителсями, Седой - первого собирателя Цигмы, Гранд - оружие и власть, которой можно было злоупотреблять, а еще были перспективны к росту.

Проводив блатного взглядом Олег посомтрел на Седого, тот хмурился, и молодой барон лишь пожелав узнал о чём тот думает.

“Предаст при первом случаем” — подумал боец.

— Зачем ты ему оружие дал раз предаст? — тут же спросил Олег.

— За сегодня он соберет 500 Цигмы и придёт отчитаться, нам всё меньше работать. Бежать ему некуда, скорее всего он думает, как на нас нажиться. Уродская душа, но тут встречаются и похуже.

***

Первым делом рецидивист вышел из резиденции и оглядевшись начал творить то, ради чего он взял в руки. Из его груди уже прорастали трубки для сбора урожая, а холодная сталь в его ладонях придавал ему еще большей наглости, чем и так у него было. Кровь бывших хозяев ружья уже запеклась и шелушась пачкала пальцы, но и это приносило ему несказанный кайф. Сначала собирая по пять Цигмы он обошёл всех кто был рядом в очереди, но зайдя за угол подальше от резиденции его посетила надёжная как швейцарские часы идея брать не по пять, а по шесть.

— Гони шесть! — рявкнул он идущему на встречу следующему донору.

— Но ведь было пять! У меня больше нет! — простонал волосатого вида паренёк, у которого на лице виднелись сильные ушибы от чего мертвецкий лик казался нелепой и помятой поделкой из пластилина, словно от падения с большой высоты.

— Шесть - приказ Барона! — прошипел Гранд направляя оружие на парня.

Щупальца потянулись к астральному телу паренька и обвив его присосались к местам где у живого человека расположены чакры. Потеря шести Цигмы заставило донора чуть-ли не рухнуть без сознания оперевшись на каменную стену дома.

— Так-то, в следующий раз будешь свистеть мне, обоссу и выпью до суха! — пригрозил сосатель, наблюдая как паренёк сползает без сил на каменную мостовую.

Гранд был доволен собой, это был хороший навар, как раз за столь хлопотную работу, когда его взор заметил выходящую из подворотни девочку. Она была черноволоса, и причесана так, что пряди закрывали её глаза, на худеньких плечах висела кожаная клепаная бутафорскими шипами куртка "косуха", а её бёдра еле скрывала чёрная короткая юбка “гармошка” из под которой виднелись худенькие ноги одетые в полосатые чулки, подранные на коленях.

— Куда идешь замарашка? — спросил улыбаясь Гранд.

— К новому барону… — безразлично ответила девочка.

Судя по слегка выпирающей куртке в области груди она была уже половозрелого возраста, но закрывающие лицо явно самостоятельно покрашенные волосы, не давали возможности определить сколько её лет. Гранд оглянулся, тут больше никого не было, лишь он и она.

— Ну всё, считай пришла, я теперь за барона. — облизнувшись сообщил он.

— Не дофига на себя берёшь пересидок?! — раздалось из-за чёрной чёлки наполненным металлом голосом.

— Да ты чё пигалица! Попутала? Быстро давай сюда семь Цигмы?! — взорвался рецидивист.

— Ой, ну у меня только пять… — проскулила девочка, качнувшись шагнув в сторону Гранда, её голос снова стал прежним - не уверенным, запуганным.

— Не надо было дерзить! Иди ка сюда! — левая рука Гранда потянулась к плечу девчушки и притянула её к себе.

Оружие все еще находилось в правой, а пальцы левой руки уже скользили по бедрам девушки, залезая под юбку, теперь Гранд не сомневался, что это именно взрослая девушка, ведь ощупь не обманешь.

— Может ты меня на две оставшиеся Ци просто трахнешь? — предложила она вновь жестоким голосом, чем повергла человека в благоговейный шок.

— Конечно же трахну! Но сначала, на колени! — его рука с оружием легла на её плечо и попыталась с силой посадить девочку вниз, но её тело словно стало жестче металла.

Голова девочки поднялась вверх, она была меньше Гранда и могла видеть его лишь снизу вверх.

— Мне больно папа! — проскулила она будто бы невпопад.

— Что ты там базаришь? На колени! — рявкнул Гранд.

— Мне страшно папа! Мне так жаль, что она умерла! — тело девочки затряслось, а волосы словно бы сами собой начали подниматься вверх. Обнажая бледное всё в пирсинге и с размазанной черной тушью лицо.

Её глаза были чернее вечернего неба на котором не светило ни одной звезды, девочку трясло, а голова вдруг наклонилась на бок. Гранд отпрянул, его сковал ступор ужаса он даже не смог поднять своё оружие.

Это был демон, или как минимум верховный бес. Заплаканное лицо девочки вдруг треснуло на четыре ровные части, открывшись словно огромная пасть, а пирсинг вдруг превратился в множественные маленькие стальные зубки.

Наконец у Гранда хватило сил, чтобы попытаться поднять оружие, но выстрела так и не последовало. Шея девочки мгновенно вытянулась подобно атакующей змее и, четырёхпалая пасть с лёгкостью откусила лицевую половину головы рецидивиста.

— Мне жаль, что я ей сказала. — бестия снова смотрела на Гранда человеческим лицом, он истекал кровью как тогда в камере, дергался, он был всё еще жив, даже по меркам Ада. Тварь села перед ним на колени, как он и требовал в начале.

— Зачем ты меня трахнул? Зачем я сказала маме? Зачем я тебя убила? Почему повесилась она, а я не могу найти её тут? — проскулила девушка теребя маленькими ручками уже остывающий труп. — Всё потому, что я гадкая! Со мной и никогда не найду себе мужа. Я мразь, меня можно только насиловать!

Она раскачивалась у мёртвого тела, из груди которого хлестал в верх светлый фонтан Цигмы, энергия расплывалась по переулку, растекаясь яркими рисунками по стенам, лилась в виде музыки, прорастала цветами сквозь серые камни.

***

— По коням, господин! — вдруг выдохнул Седой вставая со стула.

— Что случилось? — удивился Олег.

— Нас обокрали, кто-то убил сосателя и отдал миру собранную Цигму.

— Какого из? — удивился барон, за сегодня они успели назначить уже четверых.

— Того мерзкого, в наколках. Ну же господин надо спешить, иначе получим бунт!

Глава 27. Мерзкие и правильные

Она шла по пустынной серой улице раскачиваясь, словно была пьяна, её длинные волосы все еще скрывали лицо, однако, чего нельзя было скрыть, так это её ауры. Алая словно пламя, бушующая будто тайфун и вязко-грязная у самых ног девушки, что казалось, что она шагает своей обувью на широкой подошве по бурлящей грязи. На духовном плане девочка была вовсе не девочкой, а замученным своей собственной болью и потому злым духом, такие не чтут законов ни Ада, ни Рая, ни тем более Земли. Бывает проникнув в мир живых, они мучают людей без рациональной причины, ибо даже в сознании таких мятежных духов причины и мотивации путаются. Головная боль института, святых отцов и ответственных от тёмных, ведь невозможно долго контролировать то, что не контролирует само себя. Можно лишь заточить или убить, однако безумный дух может сыграть значимую роль, если его направить куда надо, или на кого надо.

Олег встал у неё на пути, шагов за тридцать направив на бестию институтское оружие. Седой только вынырнул из-за поворота, но тут же нырнул обратно присев на корточки, тоже вскинув оружие. Боец сразу узнал эту тварь.

— Воровать не хорошо! — выкрикнул Олег.

— Насиловать не хорошо! — ответили ему из под чёлки холодным звенящим голосом.

— Сколько Цигмы ты забрала? — продолжал барон игнорируя слова о насилии.

— Слишком мало, чтобы достойно быть. Кто ты такой, чтобы спрашивать с меня? — проскрипела девушка и, словно птица наклоняя голову в сторону.

— Я Аллер твой новый барон! — выкрикнул Олег переводя ПП на автоматический огонь.

— Признайся Аллер, вожделеешь меня? — спросила девочка.

— Я не сплю со смертными! — мотнул головой Олег.

— Но ведь я бессмертна! — прозвучал голос и волосы твари словно намагниченные поползли вверх. Оно переходило в боевую фазу.

“Аккуратно, это дитя молоха! Сойди с линии огня!” — громко подумал Седой, так, чтобы Олег мог его слышать. Боец целился куда-то в сторону чёрной головы, однако бронированный барон мешал ему находясь прямо перед тварью.

— Ты ошиблась миром, тут не насилуют, сюда уходят когда не хотят жить! — покачал головой Олег.

— Тогда где моя мама? — спросила тварь продолжая идти.

— Точно не в моём мире, — ответил Олег после секунды раздумий.

— Почему не в твоём? — скрипуче спросила девочка, наращивая градус безумия диалога.

— Потому, что мы тут все грешники! А твоя мать не была, как мы. — проговорил Олег, читая записи сводок убиенных, всплывающие в его разуме.

— Потому, что я гадкая! — выкрикнула девочка изменившимся голосом, теперь это был реально крик молодой девушки.

— Потому, что мы все достойны быть тут, все кроме твоей матери. — подтвердил барон.

— Я шла отдать тебе пять Цигмы, но твой человек возжелал меня! — решила перевести тему сущность, после мимолётной паузы.

— Знаешь, когда я сам первый раз приблизился к этому миру меня хотели возжелать сразу несколько. И они все мертвы! — выдохнул Олег вспоминая спасительное явление ангела.

— Потому, что ты мерзкий? — с надеждой спросила девочка.

— Еще какой… Я как и ты признаю это. Но знаешь, что? Я знаю место, где много тех кто хуже нас, однако их никто не осуждает. Целый мир блядей обоих полов! Туда можно попасть лишь с моего позволения и в моей армии!

— Покажи мне этот мир! — рыком потребовала тварь, а потом словно бы взмолилась уже девчачьим голосом, — Прошу тебя, покажи мне тех, кто хуже меня!

— Волшебное слово забыла! — выкрикнул сзади Седой, он наконец смог взять бестию на прицел сдвинувшись левее барона, но не решился нажать на спуск, понимая, что Аллер только что выиграл свой первый поединок в качестве главы сектора самоубийц.

— Пожалуйста господин, я отдам всю Цигму! Я накопила! — умоляюще простонала девушка, а сквозь чёрную чёлку показались большие зареванные глаза с разделенными крестовидными зрачками.

— Седой, кажется у нас новый боец. Принимай пополнение. — с улыбкой ответил обернувшись Олег.

“Это дитя молоха, она же вольтанутая в край (тюремный сленг: сумасшедшая в самом плохом смысле)!” — громко подумал седой Седой, но встал сделав пару шагов к своему господину.

— Наша задача, как раз для таких как она. — произнёс Олег, когда девочка совсем сблизилась и, осев на одно колено преклонила голову.

— Предыдущий барон таких как она даже не трогал. — покачал головой Седой, смотря на бестию.

— Но ведь я - не он! — слегка улыбнулся Олег в знак принятия присяги кладя ладонь на черную голову мятежного духа.

***

(Земля/11655 год до н.э.)

С самого детства нам говорили, что мы часть чего-то великого. С яслей, с детских садов, со школы, с технических учебных заведений. Они говорили нам, что когда выходишь делать пользу обществу, то общество поворачивается к тебе лицом, так из общежитий я переехал в свою капсулу, заработал на свою флай-шлюпку. Всё это стало возможным благодаря усердию и математическому складу ума, как говорит куратор от богов, весьма неплохого для человека. Система подобрала мне лучшую работу в жизни, я программирую ИИ и адаптирую их к богам и людям.

Хотя наверное мне просто повезло, ведь моё поколение - первые люди созданные богами. Наши прямые создатели подарили нам жизнь и труд во благо общества, кроме того, на нас же будет лежать еще большая ответственность. Мы, как первые люди должны будем породить других людей, которых примет в свои заботливые руки планетарная система образования. Ведь, чтобы воспитать человека будущего нужно быть чем-то большим, чем просто человек пускай и из первых.

Наверное об этом было рано думать, но ведь мне уже двадцать, в двадцать лет ты перестаёшь принимать на утро желтую капсулу и начинается настоящее влечение, к противоположному полу.

Флай-шлюпка летела на автопилоте, жужжа антигравитационными двигателями, а я смотрел на звёздное небо, где серебристым отблеском сияла Луна естественный спутник Земли. В научно познавательных передачах говорили, что на Луне полно железа, и потому она серебристая, отсутствие же атмосферы не превращает это железо в ржавь, как на Марсе. Возможно, мы когда-нибудь полетим в космос и терраформируем эту рыжую пыльную планету, но пока это возможно лишь в мечтах, даже богам, которые зародились на Земле давным-давно и даже они не смогли преодолеть такие расстояния.

Ночной город мерцающий всеми огнями радуги проносился мимо, жужжали флай-линии пестрящие габаритами шлюпок, снизу проплывали улицы и густая застройка общежитий для первых людей. Выше моей маршрутной высоты могли быть лишь облака и луна, поэтому я не открывал верх машины, а повелел ему быть прозрачным, ведь сегодня был особый для меня вечер.

Нэль молчала, и сидя по правую сторону от меня, также как и я смотрела на луну и звёзды. Ей тоже было двадцать и она тоже недавно прекратила принимать желтую таблетку, а значит, нам уже было можно. С момента совпадения нашей пары нами были прослушаны и просмотрены курсы по соитию и репродукции, была подобрана медленная подходящая лично нам музыка, а самое главное, мы были вдвоем в одной шлюпке. На её лице был нарисован алый ритуальный румянец, пускай сейчас её кожа и раскраснелась почти достигая цветового спектра репродуктивной косметики. Боги создали её с правильным небольшим черепом, вздернутым носом, маленькими пухлыми губками и большими голубыми глазами. Сегодня она была одета в белый прогулочный комбинезон на груди которого был её порядковый номер в системе 05931861, собственно Нэль это было её имя для друзей полное же имя звучало, как Ноль пятьдесят девять триста восемнадцать шестьдесят первая.

— Дэв, — назвала она моё сокращённое имя от нагрудного порядкового номера 98563248.

— М?.. — улыбнулся я посмотрев на неё.

— Я могу признаться тебе, как своему избранному? — спросила она.

— Да, конечно. — закивал я, зная из фильмов, что женские особи всегда тянут с соитием.

— И об этом никто не узнает, даже из подбогов? — вдруг спросила она.

— Клянусь! — кивнул я и отдал приказ шлюпке. — Отключить запись, и информационные каналы с ТерВебом.

— … — она медлила, повернув свою голову ко мне, вдруг на её глазах проступили слёзы. В этом освещении сквозь её кожу на верхней части черепа пробивались первые светлые волосы, так бывает всегда, когда отменяешь желтую таблетку. Надо сказать, что я пред свиданием, приказал барбер-дрону полностью сбрить эту растительность с лица. Хотя мужчинам ставшим отцами разрешались и брови, и даже усы с бородой, но я считал это всё лишним. Зачем портить внешний вид который создали сами боги?

— Дэв, я не хочу репродуцировать и не хочу соития. — выдохнула она.

— Нэль, возможно ты приболела, может обратиться к мед-дрону? — предположил я.

— Ты не понимаешь, столько всего не сделано, мне кажется, я смогу принести обществу пользу не обремененной. — проговорила она.

— Слушай, я смотрел, что это нормально для первых недель отмены "желтой", дальше всё приходит в норму. — как мог утешал я её, хотя не особо понимал, что теперь делать с ситуацией.

— Я не хочу, чтобы меня ковыряли мед-дроны, не хочу ходить девять месяцев с животом, а потом страдать репродуцируя, я хочу заниматься своим делом. Я знаю, что распределение не ошибается и это божественный замысел, что мы вместе, но я прошу тебя подождать с этим и не говорить о моей проблеме кураторам.

По всем правилам, я как раз должен был придать такое огласке, но что-то было в её заплаканных голубых глазах, наверное и правда распределение не ошибается и, я смалодушничал.

— Не волнуйся Нэль, я не скажу кураторам, ведь мы действительно хорошая и красивая пара. Ты конечно не бреешь голову и брови, но это мелочи характера. — ответил не убирая улыбку с лица.

— Спасибо тебе, Дэв. Отвези меня в мою капсулу. — поблагодарила она.

— Ты не боишься, что подбоги что-то заподозрят, что мы спим не в одной капсуле?

— Всего одну ночь Дэв, дай мне разобраться с этим вот всем. — выдохнула девушка.

— Хорошо. Я отвезу тебя. Шлюпка, к капсуле 059… — дальше продолжать не пришлось, автопилот построил маршрут дополнив недостающие цифры …31861.

Мы летели молча, а когда шлюпка припарковалась у её дома, Нэль, слегка наклонилась ко мне и поцеловала меня в губы. Первый раз в моей жизни я ощутил теплый и даже горячий вкус чужих губ и это сводило с ума.

— Пока! — махнула она рукой и шагнув за открывшуюся перегородку завалилась спиной на матрас, даже не сняв костюма.

Перегородка закрывалась, перерезая нить наших взглядов, а в моём сердце словно поселился эфирный двигатель, он колотил грудь изнутри заставляя тяжело дышать.

— Включить ТерВеб. — приказал я.

— У вас повышен гормональный уровень, вас можно поздравить с соитием? — спросил у меня ИИ.

— Я бы не хотел делиться этим в ТерВебе, пусть это останется между нами. — уклонился я от вопроса.

— Как пожелаете Дэв! — согласился ИИ и, моя капсула медленно понесла меня домой.

Глава 28. Клеймо и контакт

Приподнятое настроение захлестнуло меня полностью не оставляя места привычной последневной усталости от работы по созданию бесконечных полотен программного кода. Мысли метались словно непоседливые птицы от чудесной Нэль к осознанию внутреннего счастья и, от внутреннего счастья снова к Нэль.

Я был уже дома, автопилот спустившись в каменный мерцающий лес из многоэтажных капс-блоков без труда нашёл моё жилище. Однако, только я припарковал шлюпку у своей жилой капсулы и переступил её борт, шагнув на небольшую огороженную серебристы заборчиком террасу, как с неба мигая желтым и белым маячком спланировал мед-дрон.

Полуметровой длинны серебристый корпус дрона смотрел на меня окулярами вращающихся камер, вперёд которых выступали стальные лапки манипуляторов, безвольно свисающие вниз словно борода. Сзади же машина напоминала обычную систему из двух сложенных вместе металлических тарелок, над которыми светились диодные - проблесковые и габаритные маячки.

— Творение Богов номер 98563248. Предъявите ваши руки для медицинской процедуры! — электронным голосом скомандовал робот.

— Я проходил уже все процедуры, это должно быть ошибка? — удивился я.

— Никаких ошибок, протяните руки перед собой и не шевелитесь.

Без задней мысли я вытянул обе руки костяшками кверху, резонно рассуждая, что если это не ошибка, то это какая-то новая процедура, а если ошибка — система возместит мне беспокойство в тройном размере. Всё лучше чем возмущаться и понижать свой соц рейтинг, неподчинением доброй воле.

Мед-дрон приблизился и подсветил ладони голубым светом. Всё произошло мгновенно, еле заметная вспышка и ударивший снизу медицинский лазер обжег обе мои ладони. Я резко отдёрнув, прижал их к себе.

— Доброй ночи 98563248, процедура может вызвать боль, вам выписана и будет доставляться пурпурная капсула для её купирования. Руки не мыть, стерилизовать светом. Потерпите, через некоторое время, которое пролетит быстро, вам будет назначена операция на устранения возможных побочных последствий. — выпалив это, робот повернулся ко мне стальной плоской задницей и взлетев, скрылся за поворотом моего домашнего столба.

Ладони болели, словно я обжегся. А посмотрев на них я понял почему, часть кожи словно вырезали, так что на каждой кисти оказался выгравирован перечеркнутый квадрат. Ожоги чуть дымились и пахли жаренным мясом, боль не давала прикасаться к свежим ранам и, я поспешил в капсулу, чтобы поскорее принять пурпурную таблетку.

Периметр жил-капсулы раскрылся открывая вид на почти всё моё жилище, кровать, масс-коммуникатор на стене, обеденный столик с податчиком питательных таблеток и соц-капсул и выдвижной дефекатор, всё это на четырех квадратах.

— Податчик, мне выписали пурпурную. — произнёс я переступая через порог.

За моей спиной закрылся периметр моего дома, а обезболивающая "пурпурная" уже скатывалась по прозрачной трубке сверху, прямо в углубление в столике.

“— Дыши глубже.” — произнес голос в моей голове.

“— Ты мне только снишься, прекрати, не делай это снова!” — потребовал я вновь встречая визуальную галлюцинацию.

“— Не пей капсулу и дыши глубже.” — потребовал голос, это был разносящийся бас, словно со мной говорили стены. Опять…

Впервые услышав его я испугался, что сошёл с ума, тогда я пересмотрел все записи в жилище, но никакого голоса на повторах не было. Можно было обратиться к мед-дронам, но это означало освидетельствование и, в случае назначения тяжёлых психотропов — потерю работы, а я только начал подниматься вверх по соц рейтингу.

Голос говорил со мной, а я отвечал ему, тогда я прочел лекции по раздвоению сознания и окончательно убедился, что голос — это я, просто уставший от работы мозг придумывающий самому себе развлечения.

“— Мне больно. Чем дыхание поможет? ” — спросил я его беря кончиками пальцев "пурпурную".

“— Избавь меня от необходимости читать лекции по эндокринологии.” — ответил мне бас.

“— Ты и не можешь их прочесть, ведь ты - это я, а я не медик по профилю!” — возликовал я, победив ЕГО в риторике, то есть, победив самого себя.

“— Именно поэтому ты и не поймёшь моих объяснений, но гормоны стресса выделенные тобой во время клеймения дадут нам шанс говорить больше.” — резюмировал голос.

“— То есть, если я съем пурпурную ты пропадёшь?” — усмехнулся я.

“— Только для тебя…” — ответил голос. И я уже хотел заглотить капсулу, как он продолжил, — “Но пока ты глубоко дышишь насыщая мозг кислородом я могу ответить на любой вопрос.”

“— Хорошо, зачем мне дышать?” — согласился я сыграть со своим разумом в безумную игру.

“— Отравление кислородом способствует правильному функционированию мозолистого тела твоего мозга, так левое и правые полушария начинают работать как одно целое…”

“— Зачем мне это?” — спросил я, то что говорил голос выходило за рамки моих знаний но, может я просто вспоминал, забытую передачу по коммуникатору.

“— Будешь продуктивней писать на работе свой код, сможешь понять то, чего не мог понять ранее.” — парировал собеседник.

“— Хорошо.” — согласился я и присел на матрац откладывая пурпурную обратно в приёмник.

“— Дыши так, чтобы выдох по времени был равен вдоху, но выдыхай не полностью оставляя в лёгких кислород. Дыши пока не почувствуешь головокружение. И я сниму боль.” — пообещал ОН.

Я сидел на матраце не веря тому, что слушаю свой внутренний голос и в точности следую его указаниям. Ожидая момента что всё закончиться фарсом, доказывающим нереальность собеседника. Моё дыхание участилось, а вместе с этим участился и пульс.

“Отключи мед обслуживание капсулы иначе они узнают, что ты готов.” — попросил он меня.

— Отключить медицинское обслуживание и трекер состояния! — приказал я, жил-капсула тут же пискнула в знак подтверждения команды, а голос всё продолжал.

“— Он знает, что я тут, знает что я бужу людей, и потому, все кто заявили о голосе в голове уже обезличены.”

“— Он это кто?” — спросил я.

“— Он это тот, кто создал ваших богов?”

“— Вселенная?” — опешил я.

“— Его нельзя называть иначе мы привлечём к тебе больше внимания. А теперь, закрой глаза и ложись на спину и задержи дыхание насколько возможно!”

Сделав что сказано, больше из любопытства, ведь ни один мой внутренний диалог с самим собой никогда не доходил настолько далеко. Я ожила большего, но больше ничего не происходило и тогда, я приподнялся на локтях, к слову, ладони больше не болели, и я позвал.

“Эй альтер эго, ты тут?”

— Уже да. — ответил голос. Теперь я слышал его столь ощутимо, словно он исходил откуда-то снаружи.

— Ты за периметром жилой капсулы? — удивился я.

— Обернись. — приказным тоном сказал голос. И я обернувшись, в панике отдёрнулся назад. На матраце лежал я, пуская слюни, с открытым ртом смотря на мир открытыми закатившимися глазами.

Я вскочил с кровати пятясь не веря своим глазам, а когда моя спина уже должна была упереться в периметр капсулы, вдруг неведомо как, прошёл сквозь пластик оказавшись на улице, на парапете у своей шлюпки.

— Твои боги такого тебе не показывали, да? — спросили сзади и я обернулся, отпрянул, повалившись на задницу.

Огромное серебристое чешуйчатое тело, длинное словно пассажирский крейсер с небольшими маленькими лапками и длинным слегка сплюснутым хвостом. Оно смотрело на меня белыми светящимися глазами, глубоко посаженными в массивной голове рептилии, шевеля словно живущими своей жизнью светлыми усами-тросами. Существо парило в воздухе. Больше всего оно походило на динозавра, которые как известно вымерли давным-давно, еще до рождения богов. И самое странное, оно говорило.

— У меня больше не болят руки. — зачем-то сообщил я змею.

— Главное не то, что не болят, а почему они болели? — рассудительно проговорил он.

— Почему? — почему-то спросил я.

— Кресты на ладошках в квадрате это древний символ Земли, а нанесли их тебе шрамированием, чтобы ты не тратил свое семя впустую, ведь тебе подобрали репродуктивную пару. — задумчиво проговорил мой собеседник.

— Значит, это ты говорил со мной всё это время, а я думал, что я схожу с ума.

— Ты первый, кто зашел так далеко, других уже "вылечили" и они, как ты правильно подумал, были отстранены от работ в социуме.

— Ты говоришь не только со мной? — переспросил я.

— Уже только с тобой. ОН купирует мои попытки общения с вашими умами. Хотя по сути это я вас сюда привёл, по вашей же собственной воле.

— Нас? — удивился я.

— Полетели я покажу. — сообщил змей и меня подняло в воздух, словно бы влекло рядом с его пастью, так чтобы я мог слышать, что говорит мне белый динозавр.

Меня вынесло из моего района, где удобненько и ровно были наставлены столбы жилищных капсул, и устремило вверх вслед за моим собеседником. Наш полёт проходил на запредельных скоростях, таких что кварталы и целые сектора пролетали под нами. Не замечали нас текущие по своим делам вереницы шлюпок по флай линиям, мы были невидимы для них, по крайней мере пока набирали высоту.

— Что это? — спросил меня мой собеседник, указывая когтистой лапой на жилые сектора. — Вы там живёте?

— Ну да. — пожал я плечами.

— Хорошо, тогда что это? — снова спросил он и, у меня перехватило дыхание, когда мы сорвались в падение, но остановились зависнув у высокой серебристой постройки, возвышающейся над всеми жилищными столбами высоко уходя под облака если смотреть на неё с любого из жилых столбов.

— Это дом богини… — проговорил я пытаясь вспомнить как зовут ту, кто правит нашим сектором.

— Зайдем на огонек. — кивнула огромная голова и мы вдруг оказались в месте, где всё сияло от золотого убранства. Динозавр сопровождавший меня, сменил облик и теперь представал передо мной в виде мужчины не на много старше меня, в чёрно синем костюме неизвестного мне пошива, и странным символом в виде семилучевой звезды на левой стороне его груди. Он носил "дикую" причёску в пол длинны пальца и даже, такие же тёмные, как и волосы брови. Его глаза не имели зрачков и были ярко белого цвета словно излучающие что-то холодное. — А это, наверное, она - ваша богиня?

Оглянувшись я опешил, в центре зала, в широкой золоченой ванной лежала прекрасная светлокожая девушка с полностью погруженная в первую жидкость, отличало её от нас только то, что у девушки был вытянутый в затылке длинный череп. Богиня не носила волос однако брови у неё были. Она принимала ванну с закрытыми глазами, не замечая нас, а я мой взгляд преступно и невольно стремился заглянуть под воду, где лишь отчасти угадывались очертание её груди.

— Ладошки не болят? — спросил меня мой собеседник.

— Болят… — зачем-то сообщил я ему, не понимая к чему был этот вопрос.

— А череп у неё такой почему? — снова поинтересовался он.

— Она же богиня у этого вида богов такие головы.

— "Удобно" наверное, рожать таких детей обычным способом?

— Это же боги, они не рождаются! — попытался вразумить его я.

— Это марсианка, и они используют инкубаторы пока вас “спящих” заставляют репродукцировать через боль.

— Ха. — усмехнулся я. — Ты придумаешь тоже, марсиан не существует?

— А боги значит существуют? — улыбнулся в ответ собеседник.

— Конечно же, вот же Богиня! И это святотатство кстати, что она мне сниться. — покачал я голвой.

— Может быть это знак? — предположил парень.

— Какой знак? — не понял я.

— Наконец “проснутся”. — в голосе человека в сине-чёрном костюме прорезался металл.

— Что ты имеешь ввиду, и как мне тебя называть? Раз уж мы болтаем в моём сне.

— Я второй борт стрелок флота Фаэтона Кай Клавий Гиллиус “B” класс.

— Что такое Фаэтон и “B” класс? — снова не понял я.

— Ты лучше мне скажи почему ты живёшь в четырёх квадратных метрах, а у неё целый ангар для приёма ванны? У тебя кстати, есть ванна?

— Ванна тратит драгоценную воду, которую надо экономить, ведь мы любим свою планету! — сообщил я назвавшемуся Каем, и вдруг спросил. — А какой у тебя номер и что за звездочка на твоей груди?

— Мой номер после экзамена заменился классом и именем, как и у тех кто выращен в инкубаторе империи Ра, значок это символ того, чего уже нет. Погнали дальше. Дэв - от цифры девять.

Мы перенеслись в какое-то здание. Где под высоким потолком светили вытянутые лампы, а на бетонном полу между красных пунктирных линий длинными рядами были расставлены крупные машины. Они были похожи на шлюпки, или на пассажирские лайнеры, но массивнее, почти без окон, кроме пожалуй узких полосок на тупых серых носах, выглядели аппараты так, словно бы четырёхугольные пирамиды, кто-то положил на бок и приплюснул, предварительно срезав у тех верхушки. По конструкции можно было сравнить их и с полицейскими дронами только во много раз массивней. В эти машины, наверное, могли бы при желании поместиться человек тридцать.

— Мыслишь правильно, но не человек, а титанов.

— Титанов? — спросил я.

— Вы их тоже называете богами, выглядят они как люди только с головами птиц, зверей, моллюсков и больше вас в три раза. Так вот, это не боги, а головы зверей есть маски костюмов для дыхания в разряженной атмосфере Земли, которую по их же милости и сожгли в вашей последней войне. А так, обычные люди только крупные.

— Почему ты мне это всё рассказываешь? — спросил я, догадываясь что экскурсия не носит развлекательный характер.

— Потому, что пока вы ютитесь в четырех квадратах, ваши боги живут на полную катушку, заставляя вас репродуцировать для них новых рабов, а если не получается в первый же день режут вам ладошки лазером. Грейсов будем смотреть, вы их тоже называете богами, мелкие такие рептилии с большими головами?

— Зачем ты мне всё это показываешь?! — повторил я повысив тон.

— Я думал тебе правда интересней? — задумчиво посмотрел на ангар со стоящими тут кораблями назвавшийся Каем.

— В чем же твоя правда?!

— Правда в том, что ты не Дэв и даже не землянин. — проговорил Кай оскалившись, стиснув острые белые клыки, на вид совершенно неестественные для нормальной человеческой челюсти.

Глава 29. Ботовод, или вспомнить всё

(Марс/11655 год до н.э.)

Я проснулся открыв глаза, как мне показалось от яркой вспышки, но вокруг было всё спокойно, тусклый свет как всегда мерцал подсвечивая приборы моей бетонной аппаратной комнаты и потёртое кресло управления. После последнего ядерного удара генератор эфирной энергии давал сбои в своей работе, что не могло не отразиться на всей электротехнике.

— ИИ, что там на поверхности? — кашлянув спросил я.

— Господин Дэвинион Ситус, за время вашего сна противника не обнаружено. — рапортовала система приятным женским голосом, но всё же с неправильными ударениями и неравномерным тоном. — Радиационный фон завышен, атмосфера непригодна для свободного дыхания, температура значительно ниже нуля.

Я хмыкнул. Это ведь я научил её говорить словно человек, приблизительно и абстрактно, резонно заключив, что зачем мне точные данные, если на поверхность я больше не собирался. Теперь так будет всегда, работа и сон на рабочем месте, хотя мои попытки забыться и сном-то назвать было нельзя, зато в царствии наркотической дремоты не ощущалась боль и это переключало мой ум давая силы для новой борьбы.

Почти всё время я проводил в неглиже, причины было сразу две. Мой эко костюм оказался непоправимо испорчен и от полученных ожогов чесалось буквально всё тело. По прошествии месяцев ожоги превратились в гноящиеся язвы, а в отражении от неработающих черных экранов на меня смотрел человек, которого я с трудом мог бы назвать собой. Волос больше не было, они выпали, по началу глаза слезились, но сейчас, единственный работающий медбот не отходящий от меня ни на шаг регулярно поддерживал моё состояние. Промывками, молекулярными операциями, фильтрацией моих лёгких.

Дрон не уставал рекомендовать мне обратиться в лечблок, машина конечно не знала, что на всей базе в живых я остался один, поэтому аппаратная для меня была и спальной капсулой и рабочем местом, и даже туалетом.

Связи с командованием не было уже второй месяц. Но зацикленная на повтор шифровка автоматически начинала отсылаться каждый раз при моем пробуждении и прекращала трансляцию, когда база замечала активность противника.

Я закрыл глаза позволяя своему разуму подключиться к системе и, тут же увидел поверхность Марса многими окулярами моей армии. От роты боевых дронов осталось всего двадцать, четыре летающих, тринадцать гусеничных и три подводных, вот только воды на поверхности больше не существовало в её обычном виде, она вся выкипела в момент бомбардировок, и скорее всего осела на магнитных полюсах планеты в виде радиоактивных ледяных шапок. Три подводных дрона, оказались в заложниках ледяной засухи и теперь сидели вкопанными в грунт наблюдая своими металлическими мордами на окружающую их холодную пустыню, без возможности передвижения.

Хорошо, что машины не дышат, во многих местах моего наблюдения с неба снова падал радиоактивный рыжий пепел, что словно снег кружась подхваченный ветром спускался вниз застилая все вокруг.

Не заметив ничего примечательного моё сознание вновь вернулось к основной задаче. Одна из моих машин, гусеничный боевой дрон повинуясь воле оператора, уже неделю как, короткими “перебежками” ехал к городу, иногда поднимая окуляры к небу, где сквозь пыль и гарь все еще виднелся тусклый диск Солнца. Но всё чаще тратя драгоценное время на зарядку батарей от такого слабого после ядерной войны эфирного потока. И вот сегодня он наконец прибыл на место.

Однако мегаполис был мертв, вместо шикарных небоскрёбов, монументальных статуй и оживлённых скоростных магистралей машинку встретили оплавленные камни звёздной фортификации, также как и всё вокруг заваленные продуктами горения. Робот выбрав самую высокую точку забрался на неё, чтобы осмотреться, скрипя гусеницами о гладкий каменные подтёки. Кирпичные и блочные строения Золотариса сгорели без следа. Столица Марса пала. Сканируя перебирая спектры визеров боевой робот изучал местность. Тут тоже всё фонило радиаций.

Да, город был стерт с лица Марса, но вот в подземельях могли остаться живые люди.

— Искать признаки разумной жизни! — приказал я ИИ машинки и, вышел сознанием из интерфейса управления, откинувшись на кресле опустив руку справа от меня.

Медбот тут же, совсем по собачий ткнулся в мою ладонь своими сканерами, легкое покалывание побежало по коже, так он анализировал моё состояние.

— Филби, Филби. — пару раз назвал я его недавно присвоенным именем. — Ты сделаешь всё, чтобы лучевая болезнь не доконала меня раньше возраста, да?

Машинка на множественных лапках не ответила, у неё не было права на шутки и сантименты, она занималась своим делом, своим делом должен был заняться и я...

***

Скафандр, найденный в первые дни моей жизни после бомбардировки, на опустевшей и полуразрушенной станции был мне большеват. Штаны совмещенные с обувью приходилось постоянно подтягивать, пока однажды я не решил эту проблему обнаруженным в техотсеке скотчем, поразмыслив и просто подвернув складку чуть выше голеней, заклеив её вкруг, так же поступив с рукавами в районе плеч. Ярко рыжий антирадиационный костюм был оснащён примитивными баллонами с кислородом, датчиками радиации и большим, не крутящимся, прозрачным шлемом, в котором чтобы посмотреть в сторону нужно было поворачиваться всем телом. В нем почти не было электроники и соответственно также почти нечему было ломаться, а с доработками с помощью клейкой ленты, он как раз подходил мне по размеру. Вот только после каждого выхода из аппаратной приходилось снова разматывать всё мою работу, чтобы как следует мыть и стерилизовать скафандр. Вот и сейчас очередной раз замотав голени и плечи я неуклюже потопал к шлюзовой двери из рубки управления дронами.

Шлюз впустил меня и задержав в себе на минутку предупредил об опасности.

“Внимание выход заблокирован, обнаружено заражение!”

— Командир ботовзвода лейтенант Дэвинион Ситус, “А” класс, выход разрешаю. — санкционировал я свой собственный выход и шлюз с шипением открылся впуская меня в мерцающие коридоры базы.

Если бы кто-то мне раньше сказал, что я сам буду разгребать завалы, то я бы не поверил, “есть же дроны?” — непременно заявил бы я.

На всей обследованной базе не считая армии из двадцати машин, что "воюют" снаружи, у меня осталось всего два робота. Один чистит аппаратную в том числе и от моих фекалий, а другой лечит меня от радиации. И как говорилось в старой философской загадке, “кто бреет бороду брадобрею, если сам брадобрей себе бороду не бреет?” чистить роботов от радиации могли, лишь специальные роботы, а способный на это медбот у меня был всего один. Соответственно ни пылесоса ни медбота я в заражённые сектора не пускал шастая там сам.

Сегодня был волнительный день, спустя почти час ходьбы по лабиринтам и заблокированным отсекам я наконец-то приблизился к ближайшему лечблоку. Моя основная задача заключалась в разведке и перенаправлении потоков воздуха с его фильтрацией. После пережитой бомбардировки часть систем вышла из строя, а та часть, что всё еще работала запросила у меня дальнейшие протоколы программы жизнедеятельности. И теперь, я ходил по базе отмечая узлы соединения отсеков, сектора где произошли обвалы и разгерметизация, чтобы максимально эффективно использовать весь оставшийся ресурс станции. Правда поначалу в ходе своих прогулок, по неосторожности я хапнул большую дозу радиации, но за неделю лежания в бреду медбот привёл меня в норму. Сквозь сон я еще слышал, что с нами пытались связаться, но по выздоровлению связи уже не было.

Лечблок находился в секторе где произошла разгерметизация. Я шёл по коридору базы, с каждым шагом утопая в резиновыми сапогами скафандра в рыжий холодный песок. Сверху вместо потолка в высоком проломе дул ветер, а сквозь завесу пыли слабо виднелось Солнце. У самой двери в лечебную лабороторию собралась целая куча песка, куча заслонявшая проход, словно что-то обвалилось вниз и потом месяцы и месяцы заносилась измельченными породами.

Подойдя впритык к замку я провёл по нему ладонью, очищая его от пыли. Замок моргнул красным светом, а дверь оказалась заблокирована.

— Блок 181 приказываю предоставить доступ. — произнёс я включив переговорное устройство скафандра.

— Лейтенант, в доступе отказано. — отрапортовал замок.

— Отставить отказ. Провести запрос по должности, как командир базы приказываю открыть 181 блок. — проговорил я.

— Проверка проводится, ждите! — ответил мне замок.

“Вот так всегда, сейчас он сошлётся к эко костюмам командования, не найдёт живых в базах и даст мне доступ. А если найдёт, так это будет даже очень хорошо, это значит, что я проморгал выживших и в квадратном километре базы еще есть кроме меня люди, нужно лишь их отыскать.” — подумал я, посмотрев на кучу песка.

Из под пыли что-то мигнуло светом. Осев на колени я начал аккуратно разгребать пыль и песок. Пока мигание не стало ярким, однако это не принесло мне радости, под песком мигал коммуникатор, на руке погибшего. На него только что пришло сообщение о проверке по должности. Я продолжал копать, пока не нашёл еде одну руку и еще один труп, и еще, и еще.

Они были в эко костюмах, но без скафандров, они прибежали к лечблоку, но что-то, или кто-то не пустило их внутрь, они погибли прямо тут и были занесены рыжим холодным песком. Бесславно похороненные природой верные сыны и дочери Марса не получили последнего шанса на спасение.

Замок лечблока пискнул.

— Доступ подтвержден. Вы входите в стерильную зону уверены-ли вы, что хотите подвергнуть заражению Блок 181?

— Я остался один, конечно я уверен. — проговорил я не отводя взгляда от почерневших трупов.

Дверь жужжа отъехала в сторону, а когда я соскользнул с горки запорошенных трупов прямо внутрь помещения закрылась за моей спиной.

Тут было светло, в семи лечебных капсул угадывались лежащие люди, а под моими ногами тут же начали суетиться роботы пылесосы убирая завалившийся песок в блок. Следом за ними ко мне подбежал мед дрон, направив на меня сканеры и тут же принялся очищать меня от радиации. Не дожидаясь завершения процедуры я медленно и завороженно шёл к капсулам, мое сердце ликовало, я наконец-то нашел выживших.

Однако приблизившись настолько, чтобы разглядеть подробности я остановился, в капсулах лежали трупы.

Как это вообще возможно, что поразило людей так, что даже лечкапсулы не смогли справиться? — подумал я, но тут взгляд упал на еще одно тело, которое я сразу не разглядел, оно было скрыто за медицинскими приборами. Он сидел за столом, откинувшись на спинку стула завалившись головой назад его правая рука свисала вниз, а на полу валялся офицерский бластер.

Сделав пару шагов к трупу я понял, как он умер, в черепе зияла идеально ровная дырка, с оплавленными краями черепа и мягкими обожжёнными тканями внутри головы самоубийцы. Коммуникатор человека в медицинской форме был снят с руки и лежал на столе.

Первым делом я поднял его бластер посмотрев на индикаторы заряда, они оказались полны плазмы и энергии для её метания. Выпрямившись я прикоснулся к его коммуникатору, зная о слабости ученых к документации.

Над кольцевидным прибором, засияла голограмма. На ней был тот же человек что сидел передо мной - возрастной седоволосый мужчина. Он меланхолично записывал обращение, просто по привычке, словно вёл дневник.

— Дальнейшее пребывание на станции считаю бессмысленным, за шлюзом нас ждёт лишь радиация и биороботизированный противник. Сегодня мы увидели по глобальной связи, как командование и знать покидает Марс, они летят на Землю, они бросили нас тут умирать, война проиграна. Нас восемь, а капсул всего семь, и мы, нашим научным коллективом приняли решение бросать жребий. Мне никогда не везло, семерых моих товарищей убьют фенилалколоиды, я же вынужден буду довольствоваться офицерским бластером. Это даже хорошо, я не хочу испытывать эйфорию, я хочу погибнуть в здравом уме.

Обернувшись на семерых счастливчиков, только сейчас я разглядел на их мертвых лицах еле видимые признаки счастья, их губы были немного вздёрнуты вверх, они улыбались словно им снился приятный сон.

"Неужели меня ждёт такая же судьба?" — невольно задал я себе вопрос простояв над трупом медика.

Жужжание сзади вернуло меня в реальность, это медбот, пыхтел над очисткой моего скафандра от радиации.

— Капсулы, утилизировать содержимую органику. — приказал я приложив свой коммуникатор к коммуникатору мертвеца. И, столкнув одеревеневший труп с кресла на пол, занял его место.

Вздохнув я начал подводить итоги сегодняшнего дня:

Из позитивного, я нашел еще один блок базы, где не умерла система жизнеобеспечения, и возможно с капсулами и офицерским питанием я проживу до ста пятидесяти лет. Из негативного, я всё еще оставался тут один, один с бесконечной радиоактивной пустыней и двадцаткой боевых роботов в подчинении, которые вот уже который месяц не встречают никакого врага. В крайнем случае у меня был бластер и целых два выхода если надоест жить. Но возможно, я смогу найти корабль, чтобы улететь с Марса вслед за предавшей нас знатью, времени на это у меня теперь целая жизнь.

Целая жизнь в которой я и дальше продолжу искать выживших, за Марс, за Ра, Землю и Фаэтон!

Глава 30. Марсианин

Яркая вспышка вырвала меня из видения и, я приподнялся на локтях лёжа на матраце в своей жилой капсуле. Сон в роли марсианина, забытого на какой-то подземной базе всё еще крутился у меня перед глазами. Горечью и тоской по прошлому, в котором меня, творения Богов номер 98563248 никогда не было, зато был некий Дэвинион Ситус.

И тут я увидел, что я не один в жилой капсуле и невольно выкрикнул. Назвавшийся Каем стоял прямо напротив меня, всё также в своём чёрно-синем костюме.

— Голосом со мной не говори, а то ворвутся медботы и “вылечат” тебя. — усмехнулся он, — Ну что, бывший командир ботовзвода лейтенант Дэвинион Ситус, “А” класс, как вам ваша новая жизнь, где вы пашете на ваших знатных предателей, титанов и рептилий?

“— Других жизней не бывает!” — громко подумал я.

— Отрицание первая реакция примата! Еще как бывает, возможно ты не всё вспомнил, возможно хочешь увидеть свою смерть в одиночестве и безумстве разговаривающем с роботами, на пустой планете?

“— Ты наважденье, ты бред!” — помотал я головой, но не проронил ни слова.

— Ты был военным ботоводом, а теперь ты программируешь ИИ, в той жизни у вас была полная совместимость с механизмами, а в этой ваши боги ограничили вас в технологиях, но всё можно вернуть. — задумчиво заявил бортстрелок.

“— Что вернуть?” — не понял я.

— Те, кто предал Марс и Фаэтон сейчас тут и принимают теплые ванны, а вы - побежденное племя работаете на них за зарплату исчисляемую в пилюлях.

— Что, я то, могу сделать?! — вырвалось у меня и тут же комната отреагировала на мой голос.

— Дэв, всё нормально у тебя учащен пульс и высокий кортизол? — осведомился у меня ИИ комнаты.

— Ну, выбор за тобой, сдаться медботам, или поиграть с ними по новому. — медленно произнес Кай, он был невидим для камер внутреннего наблюдения и комната его не воспринимала.

— Всё хорошо. — ответил я жил капсуле — просто плохой сон.

— Дэв, записать тебя на психическую коррекцию? — предложил ИИ.

— Нет, не хочу тратить время, которое могу поработать на благо общества. — произнес я смотря на улыбающегося Кая. — Запиши, если сон снова повториться.

— Принято Дэв. — отрапортовала комната.

— Пилюли их не ешь, они глушат твой психический сигнал, кроме того в твои капсулы уже добавлены антидепрессанты. — произнёс человек.

“— Как ты узнал?” — мысленно спросил я.

— Ты не первый кому я помогаю проснуться. А о девушке, которая тебе отказала в близости, доложи по форме, её полечат, но с тебя спадает подозрение.

“— Хорошо. А подозрение в чём?” — согласился я.

— Обожаю ваше общество никаких нравственных метаний, лишь форма доклада. — усмехнулся Кай. — Подозрение в духовной близости со своей родной планетой.

“— Что то не так с докладом?” — удивился я, хотя и про близость с планетой я тоже не до конца понял..

— Да, с обществом вашим - не так. Тут нарушается космический закон свободной воли. Мы с тобой лейтенант ботовод “А” класса, таких дел наворотим, отомстим и за Марс, и за Фаэтон…

Мой собеседник был доволен собой, не знаю сколько он до меня перебрал людей, но то, что именно со мной получилось выйти на устойчивый контакт его явно радовало.

А я, теперь понимал, что являюсь чем-то большим, чем просто инструмент для написания программного кода, правда в душе поселилась какая-то печаль от воспоминаний о одинокой смерти на разбомбленной планете. Однако и там в воспоминаниях о далёкой марсианской базе было что-то, в чём еще предстояло разобраться. Да, я умер, да я погиб физически, а моя душа переселилась на Землю и, было что-то еще, что и по сей день осталось закопанное в радиоактивных рыжих песках…

***

Общение с Каем и холотропное дыхание позволили мне вспомнить многое, однако не всё. Ещё будучи ботоводом на Марсе я не смалодушничал и не убил себя, как те же медики, которых я нашёл в лечблоке, а на протяжении всей своей прошлой жизни был занят даже не поиском способов, как попасть на Землю, я учился и конструировал. В моих руках были лучшие обучающие программы Марса и в конце концов, я превзошел себя, как инженер. Если фаэтонянские технологии позволили создавать ИИ и адаптировать физическое тело оператора, чтобы контактировать с ними в виртуальной реальности, то я пошёл дальше.

***

Тело уже не слушалось, а пересаженные, напечатанные на биопринтере органы отказывались приживаться, дегенеративность суставов и связок уже не давала мне ходить без боли и, я вынужден был сесть в инвалидное кресло. На котором низко и медленно летал по базе. Это была белого цвета найденная ранее медицинская коляска, герметично закрывающая меня с головой. По началу, еще когда здоровье не покинуло меня, она давала кучу возможностей, например не надевать скафандр и я пользовался ей больше из лени, но спустя годы коляска-капсула - по совместительству, стала незаменимой. Сложное устройство уже не одно десятилетие умудрялась поддержать жизнь внутри глубокого старика в которого я превратился.

Проснувшись однажды утром я понял, что больше ждать нельзя и решившись подъехав к созданной мной аппаратуре отдав ментальный приказ машинам. Механические руки лабораторных роботов медленно, но уверенно опускали на мою трясущуюся голову шлем с тянущимися к нему проводами, плотно застёгивая пластиковые крепления под подбородком. Можно было бы применить и беспроводную кодировку, но я не мог так рисковать, по старой привычке доверяя совой разум лишь кабелям и шлейфам.

Глаза закрылись сами собой, а мозг принялся воспринимать входящие импульсы, которые красочными кругами словно волны от брошенных в воду камней расплывались перед сознанием.

"О, я уже и забыл как это, кидать камни в воду." — Подумал я, ловя себя на мысли, что на второй сотне лет стал сентиментален. Аппаратура и написанное мной под неё программное обеспечение должно было совершить революцию в кибернетике, биоинженерии и ментальном трансфере.

Оно копировало мой разум в виртуальный мир, где был такой же интерфейс управления дронами, как в моей аппаратной и точная копия моей базы, включая даже разрушения, копировалось всё, все мои детские воспоминания, на первый взгляд ненужная информация типа, как пахнет цветок шиповника или какая на вкус фермерская морковь. За сто пятьдесят лет жизни я научился создавать ИИ, но вот скопировать себя в код досконально было бы для меня в новинку.

По принципу квантовой запутанности моя душа должна была переместиться в мир машин, потому, что там была бы лучшая копия моего сознательного и бессознательного. Однако, я был морально готов и к слепому копированию, в этом случае я получил бы раздвоение себя на кибер "я" как ИИ, и себя, как умирающего в медицинской капсуле старика. Религия бога-императора Ра говорила на этот счёт, что душа перерождается после смерти проходя его суд, но Ра больше не было с нами, иначе Марс был бы еще жив.

***

— У тебя получилось, или нет? — спросил у меня фаэтонянин.

Он сидел прямо в воздухе, напротив меня, в моей жилой капсуле, скрестив ноги под собой.

— Не знаю, мне открылась не вся память, возможно я просто раскопировал своё сознание и там, на Марсе, есть мой ментальный кибер двойник, но то, что душа сейчас тут, говорит о том, что я так и не перешёл в код, или перешёл не полностью. — молча ответил я ему рассуждая в своих мыслях.

— Нам очень понадобятся твои технологии, но нужно сделать так, чтобы система больше не следила за тобой.

— Я могу это устроить, но мне понадобятся запчасти, чтобы скрыть от неё моё пробуждение, я запишусь в кружок электролюбителей. Так, я смогу конструировать в капсуле в рамках духовно нравственного развития личности. — ментально произнёс я лёжа на матраце при полностью выключенном свете.

— Ты всё таки решил не менять себе девушку?.. — спросил Кай.

— Нет. — ответил я.

— Она же с проблемами? — удивился драконочеловек.

— А у тебя при жизни девушки без проблем были? — спросил я его, наблюдая, как мимика фаэтонянина меняется. Кай словно бы задумался, кого-то вспоминая и молча кивнул.

***

Спустя пару недель, мой прибор состоящий из лампочки элементов питания, и платы где был записан код-цикл вируса был собран.

— Зачем так сложно? — спросил у меня Кай осматривая "железо" на моём рабочем столике.

— Как только я попробую, что-то поменять в программе надзирателе обычными методами оно заблокирует ввод. Так работает его файрволл, но. — ответил я ему мысленно, присоединяя последние шлейфы.

— Но? — торопил он меня с ответом.

— Оно может перепрошить себя само.

— Как это?

— Машина надзиратель воспринимает обычную световую волну, как просто свет, но если ей приказать проанализировать что-либо, то включится её аналитический блок, машина даже не поймёт, что расшифровала и запустила в себе вирус перехвата. Потому, что ввод будет осуществлён не через сторонние ресурсы, а изнутри. С помощью обычной лампочки! — я закончил объяснять, отклоняясь назад, показывая собеседнику своё устройство уже подключённое к батареям и цикловому накопителю.

— Эй, комната!? — позвал я уже голосом.

— Да Дэв? — тут же отозвалась программа надзиратель.

— Смотри, что я собрал. — с этими словами я указал ладонями на мигающий маленькой белой лампой прибор.

— Для чего он? — спросила любопытная программа.

— Оно светит, мерцая порождая двоичный код, расшифруй и зачитай мне тот стих, что я зашил в него. — дал я сторонние установки на прямую не связанные с глубоким вводом команд.

— Делаю! — сообщила комната и, тут же из динамиков раздались гудящие прерывистые звуки.

— Комната? — позвал я её прислушавшись, когда звуки утихли.

— Господин лейтенант, настройки открыты! — отрапортовал тот же голос.

— Видишь бортстрелок, марсиане тоже кое-что могут — сообщил я Каю.

— А сможешь собрать ту штуку, которую смастерил пару веков назад? — уточнил фаэтонянин намекая на трансформатор биологического сознания в программный код.

— Благодаря дыханию я смогу сделать это много раньше чем за 150 лет… — улыбнулся я.

— Теперь твоя комната на нашей стороне? — спросил очевидное для меня мой собеседник.

— Теперь да! — ответил я посмотрев на источник мерцающего света на моём столе.

Глава 31. Душа - тело - код

Марсианский инженер не смог бы повторить свое детище в точности, просто потому, что многие части сложного устройства не так просто было раздобыть. Даже без вмешательства программы надзирателя курсы электролюбителя не могли замаскировать всё, что нужно было спрятать от вездесущей системы. И потому, пришлось добавить еще несколько хобби, любителя химии и коммунальную инженерию. Благо взломанная жилая капсула не сопротивлялась воспринимая всё как должное, посылая к Дэву всё новые и новые коробки с нужными деталями и ингредиентами. Не всё сразу, а мелкими партиями, чтобы, даже если кто-то бы взглянул на его увлечения, то в голове у наблюдателя не сложилась бы подозрительная картина.

И вот, устройство было готово. Вместо шлема использовался пластырь, вместо заводских контактов скрученная проволока, вместо системы охлаждения трубки от фермерских фонтанов, вместо высокомощной марсианской станции вычисления - ресурсы всего лишь одной комнаты надзирателя. Система “душа - человек - машина” должна была послужить каналом для того кому нельзя воплощаться, однако не возбранялось переходить из одной нематериальной форму в другую.

Дэв налепил на себя пластырь с закрепленной на ней проволокой под молчаливое созерцание Кая, пластырь в свою очередь отлично клеился на лысую голову “проснувшегося” марсианина. Вся комната была аккуратно увешана закреплёнными шлейфами и трубами охлаждения, ровно под прямыми углами, словно бы Дэв готовился презентовать свое детище на конкурс кибертеррористов.

— Это для того, чтобы другие команды надзиратели и верховный кластер не прознал, что я освободился. — произнёс Дэв отвечая на какой-то свою параноидальную мысль о возможном внешнем температурном контроле.

— Главное перенеси меня в кибер мир, а я позабочусь о системе. — Кай осмотрелся, никому кроме него не было видно стоящего за его духом терпеливого роя сознаний пчёл и муравьёв следовавших за ним по пятам, куда бы Ледяной змей не последовал.

— После переноса тебя в киберпространство, что делаем дальше? — спросил ложась на матрац Дэв.

На нём не было лица, из под проводов и контактов на мир смотрел давно не спавший человек, с мешками под безбровыми глазами, с впалыми гладкими щеками, его пальцы тряслись, уже несколько недель комната давала ему стимуляторы и конские дозировки витаминов с минералами.

— Далее переносим более мелкие души, тебе не видно, а их целая орда, но они меньше чем моя, так что основной приоритет на мне. — Дух Кая осматривал тянущиеся к Дэву шлейфы, будто ледяной змей что-то в этом понимал.

— А что дальше?.. — спросил марсианин, и это было похоже на то, что утомленный инженер просто не расслышал предыдущего ответа.

— Еще дальше? — уточнил Кай.

— Да, после того, как сделаем из всех вас ИИ? Хотя наверное вы не совсем Искусственный Интеллект, а естественно перекодированный разум.

— После, я захвачу власть на планете и низвергну правительства титанов, рептилий и вашей марсианской элиты. — сообщил медленно Гиллиус.

— Снова будет война? — с печалью спросил Дэв, закрывая глаза.

— Надеюсь, что демонстрации силы будет достаточно. — покачал головой Кай. — Главная задача добиться равенства видов, а если уж не получится-то тогда война.

— Поехали. — неожиданно дал команду Дэв, — Иди сквозь мой разум, я покажу путь!

Душа Кая была очень широкой и большой, перекодировалась и память о Ра, и магия Хаоса, и война на Земле в древние времена, и самое главное информация о том, кого Мортит Лег отказался называть, чтобы ненароком не привлечь. Мельчайшие частицы сознания Гиллиуса текли через Дэва загружаясь в машинный мир, оцифровываясь и уже там внутри, обретали себя.

— Ты же осознаешь, что я буду знать всё, что знаешь ты? — устало спросил Дэв, перед его разумом проносилась вся история второго борт стрелка. Что-то удавалось пропустить в код без осмысления, что-то приходилось кодировать более кропотливо.

— Осознаю, но не знаю выдержит-ли твой разум. — честно признался Кай.

— Я вижу огромные материалы по управлению энергией, их тоже пересылать в кибермир? — уточнил инженер. С каждой фразой его голос становился более сонным и без эмоциональным.

— Заархивируй и пересылай, а-то твой ум повиснет на сорок тысяч лет.

— Я могу тоже стать магом. — хмыкнул Дэв наткнувшись на воспоминания о Легляндии.

— Да хоть драконом-магом, главное моя оцифровка и, в магию Хаоса не лезь, сожжешь себе мозг. — усмехнулись ему в ответ.

— Понял, запретная комната со скелетом в шкафу. — резюмировал Дэв.

— С живым, злым, голодным до твоего разума скелетом. — подтвердил Гиллиус.

Глаза инженера открылись, а комната сразу высветила перед его лицом голограмму, графики трафика и температуры, были на максимуме, но в пределах разумного, чтобы случайно не сгореть в капсуле и не повредить биты - кусочки собираемой в кибернетической “плоскости” информации. Убедившись, что всё идёт хорошо, человек снова закрыл глаза.

— Ты кстати не везде сможешь пройти в их мире, кластеры изолированы и промежутки защищены. У нас тут нет интернета, как на Земле будущего. С ума сойти, ты прошёл по межвременному мосту и оказался в нашей плоскости, в глубоком прошлом и физически прилетел в систему на скале, где построил замок со школой магии. — выдал он после паузы.

— Скорее школой магических диверсантов. — поправил его Кай.

— Твоя жизнь интереснее чем моя, пускай я тоже был заточен на сто пятьдесят лет на Марсе. Кстати, мне бы еще ингредиентов и мы можем начать микроядерный снайпинг негодяев, с технологиями муравьёв и пчёл. — заключил Дэв.

— Вначале попытаемся захватить власть целиком. Без лишнего кровопролития, слишком много боли для одной планеты. — ответил Кай.

***

Загрузка моего разума заняла еще полторы недели, на это время я от имени программы надзирателя выписал Дэву больничные сославшись на простуду, кластер в который в том числе входила и его комната-капсула был уже полностью подчинен, но вот выход за пределы, в другие блоки системы оказался закрыт физически. В подчинении моего кластера оказалось около тысячи жилых капсул и этого было мало для полноценной киберреволюции. Что там было за его периметром предстояло еще выяснить, возможно программы пограничники, а возможно и живые надзиратели. Которые по протоколам безопасности при обнаружении враждебного интеллекта, или даже даже микро вируса, могли поднять тревогу. А дальше, меня просто бы уничтожили вместе с носителями, начисто обнулив все наши с Дэвом старания.

— Кластерами командует ОверХаб, он и распределяет потоки информации, под его руководством 1000 кластеров. — информировал меня Дэв. Он лишь иногда приходил в сознание, чтобы принять стимуляторы и энергокубы, проверить нарев систем и трафик закачки. В туалет он не ходил, система шлангов и вакуумная ванночка не давали отвлекаться инженеру от его миссии, откачивая всё в чём больше не нуждалось его тело.

— Миллион жилых капсул… — подытожил я.

— Неплохо считаешь для почти бога, — усмехнулся Дэв, как раз во время разговора со мной загружая муравьёв и пчёл. — Я кстати, как и твой биологический сын Мортит Лег выбрал телепатический путь развития.

— Хороший выбор. — похвалил я его. — Но мне всё ещё нужно получить контроль над ОверХабом.

— Боюсь лампочкой и двумерным мерцающим шифром мы его не взломаем. Нужно подключатся физически “ручками”.

— Ты планируешь сам это делать? — задал я вопрос.

— Нет конечно, я займусь тем же, чем занимался в той жизни, буду программировать роботов, ты только пришли мне ремонтных и мотоботов, я попробую поставить их нам на службу.

— Зачем занимать твои руки что-то переделывая, подключайся сюда, тут в виртуальной реальности ты сможешь написать для них любой софт.

— И то верно. — согласился со мной Дэв.

***

Жизнь в качестве программы надзирателя за кластером проходила в постоянном обмене информацией с ОверХабом, однако информация передавалась в виде простых сообщений, словно ОверХаб был не программой, а живым организмом. Я занимался тем же самым, чем занимался кластер - ни лучше ни хуже, следил за людьми, кормил их, лечил, будил на работу, обеспечивал подготовку к репродукции и многое-многое другое.

Я старался быть осторожным, но заметив, что всё идёт более чем гладко отправил на разведку захваченного под контроль дрона в место соединения кластера с ОверХабом. В физическом мире соединение находилось под землей, я ожидал увидеть кучу толстенных кабелей снаряженных поршнями доведения, которые должны были вынимать шлейфы разрывая сеть, когда ОверХаб пожелает отключиться. Но на одном из соединений в квадратной трубе, окулярами дрона я узрел простой принтер, который печатал листы закодированного текста, листы собирались в пачки и относились специальным дроном посыльным в огромное здание. И да, я вспомнил это здание, это было как раз то место, где принимала ванну знатная марсианская девушка.

— Сумасшествие… — проговорил я возвращаясь к Дэву, мне необходимо было поделится с кем-то увиденным и я в двух словах описал то, что меня поразило.

— То есть вся направляемая от кластеров в ОверХаб информация просто распечатывается на листах и стопкой относится в здание к богине? Неужели она сама это всё читает, отчёт от тысячи кластеров? — поразился Дэв, что даже открыл глаза, белков больше не было, вместо них глаза представляли собой один сплошной лопнувший сосуд.

— Не думаю что сама, это колоссальная работа даже для настоящего бога. — сообщил я, мысленно отмечая производственный героизм марсианина.

— Зачем тогда? — пожал плечами Дэв, снова закрыв глаза.

— Защита информации, машины пишут листки для людей, которые передают текст другой машине для анализа. — предположил я.

— Это же целый штат сотрудников для прочтения и заново ввода. — думал вслух человек.

— Но за то, такой сетью не завладеет никакой киберразум. Новые боги учли ошибки Фаэтона, тогда многие машины перешли на сторону рептилий, логично что новые хозяева Солнечной системы не доверяют единым сетям придумывая элементы защиты.

— Что же делать? Прокладывать децентрализованную сеть в обход ОверХаба? — предположил Дэв.

— Нет, можно сделать проще. — сообщил я пришедшую на ум мысль.

— Насколько проще, бумагу мы не взломаем?

— У нас есть телепат и единая система подачи пилюль, нужно лишь добавить всем людям в питание один новый ингредиент. — зашёл я издалека.

— Какой ингредиент? — заинтересовался Дэв

— Твою кровь. — огорошил я марсианина.

— Ты серьёзно? — лежащее тело не смогло сдержать улыбки.

— На этом и держится магия подобия, вуду, кроме того вся любовная магия есть магия крови. — начал объяснять я.

— Я читал твои трактаты, но не понимаю чем моя кровь нам поможет?

— Тем, что попав в пищеварительную систему людей ты сможешь говорить с их разумом и душами на прямую.

— Мы разбудим сразу всех? — удивлённо прошептал человек.

— Всех кто вкусит твою кровь, как вино и плоть твою, как хлеб. — процитировал я самую популярную книгу Земли 2000.

— Причём тут вино и хлеб? — не понял Дэв.

— На прямую - не причём, я цитирую одного парня, его душа как раз должна где-то в этой эпохе то ли родиться, то ли обрести силу.

— А, я понял, почему ты говорил не лезть в магию хаоса, башка то свистит у тебя после неё. — пошутил марсианин.

— Я послал к тебе медбота за кровью, а ты пока изучи пункты в магии подобия. — не обратил я внимания на шутку. Человек перекинул через себя уже петабайты информации и явно был не лучшем в своём расположении сознания.

Глава 32. Больше пищи, богам пищи

Медбот влетел в жилую капсулу Дэва сразу же доложив мне о проблеме.

— Обнаружена антисанитария, микрочастицы испражнений в воздухе. — затараторил робот, что с медицинского на человеческий переводилось, как вонь в помещении, куда он прибыл.

— Пошлю туда санитарных дронов. — сообщил я медботу. Хотя, конечно же, медбот не нуждался в обратной связи, машина просто выполняла свою программу докладывая о всяких отклонениях. В новом обществе Земли, как я понял вообще очень сильно ограничили ИИ в самостоятельности, возможно не хотели повторения судьбы Цивилизации Ра и на этом можно было сыграть, всё таки, робот тоже человек.

Медицинский дрон собрал пробу крови у совершенно погруженного в работу Дэва. Чьё тело даже не почувствовало иглы вошедшей в вену, как и последующего штриха биопринтера одним дуновением закрывшего рану.

Я наблюдал за всем этим из моего киберпространства, через окуляры камер жилой капсулы, а серебристая тарелка медбота выполнив свою задачу поднялась в воздух, и, со свистом о воздух покинула помещение.

На каждые тысячу кластеров существует свой пищесоздающий заводик, куда днём и ночью завозят полуфабрикаты для приготовления энергокубов. Перед моим сознанием пролетели воспоминания солдатских пайков, куда входили похожие разноцветные питательные кубы. И если, Цивилизация людей Ра была преимущественно вегетарианской и синтезировала всю еду искусственно, то в этом новом счастливом мире Земли хищные рептилии и скудоумные титаны развели настоящие города для животных из скотобоен и пастбищ, всё ради того, чтобы скармливать новым землянам настоящее мясо. А может и, питать Несущего свет болью убиенных животных. Хотя, по нашему с ним договору психическая энергия боль и страх были как раз моей зоной ответственности, просто потому, что находились в тонком измерении откуда совсем недавно ушёл я.

И пускай, на современной Земле чёрные ритуалы не совершались столь явно, на таких производствах... Я, как нематериальное существо, чуял боль и страх в каждом питательном энергетическом кубике. Наверное, я был единственным во вселенной драконом не питающий жажду к поглощению чужой плоти и спорю на что угодно, что те кто едят энергокубы никогда не отличили бы их вегетарианский аналог от мясосодержащего.

Лукавя, я не говорил Дэву, что этот мир достоин только Жатвы, прекрасно зная рептилий, для которых, ничего не стоит уничтожить захваченный мной кластер дотла, невзирая на тысячу людей живущих в нём.

Но вся кровожадность нового мира работала мне на руку. Ведь цивилизацию поедающую трупы проще склонить к чему угодно, меньше будет работы замученному новоиспеченному телепату Дэву. Ещё бы это общество выпивало алкоголь, или планово употребляло другие наркотики, стало бы совсем просто. Но новые земляне не пили и даже дозировали сахар, а еще выходили на террасы для зарядки под одновременно транслируемую по кластерам ритмичную музыку. В своем плане революции я решил, что музыку тоже можно будет использовать, но сначала конечно завод.

Я думал об этом и многом другом, краем глаза наблюдая за летящим медботом.

Медицинского дрона никто не останавливал, в этом мире не было полиции, лишь программы надзиратели и дроны, возможно, даже боевые, подчиняющиеся скорее всего лично богу сидящему в ОверХабе.

Крови было забрано пятьсот миллилитров, а ближайших кластеров в два раза больше. Даже если распределить по пол миллилитра на кластер, где живет тысяча человек - крайне мало, даже для магии. Дрон повинуясь моей воле повернул к ОверХабу, чья башня возвышающаяся серебряным стержнем над всеми кластерами и была по сути неприступной крепостью.

Туда не вел ни один кабель, башня экранирована любые информационные поля, а это означало, что даже если я затолкаю робота внутрь, то скорее всего потеряю над дроном связь.

Дрон завис недалеко от ОверХаба пока я думал как туда попасть. Решение пришло само собой, я вдруг вспомнил, что самые дерзкие пчелы и муравьи были уже в электронном виде. И я обратился к ним. Мне был нужен лучший пилот и лучший диверсант. Единый рой и Глобальный муравейник тут же начали голосования. И уже вскоре от расы пчел к моему сознанию подлетела самая успешная, за все их войны, пчела - пилот, а от расы муравьёв подбежал самый дерзкий разведчик.

Оцифрованные души выбранных насекомых внимали мне молча, пока я объяснял задачу, и, получив конкретные установки а также задав свои уточняющие вопросы, они сигнализировали о готовности.

Эфирные токи доставили души насекомых в меддрон, пчела тут же заняла функции пилота, а муравей "пересел" на манипуляторы.

С новым пилотом дрон нырнул вниз исчезая в железобетонных джунглях. Связь ожидаемо прервалась, когда он подлетел к ОверХвбу, а важнейшая миссия по доставлению крови в пищеблок легла на лучших представителей враждующих видов.

***

— Атакуем сверху! — проговорил муравей, осматривая объект.

— ПВО видишь? А я вижу, тупой ты ползучий! — защёлкала ему в ответ пчела, показав ползучему как всё выглядит из "кабины" пилота.

Серебряный цилиндр ОверХаба буквально кишил боевыми турелями, сканирующими окружающее пространство в различных спектрах.

— Тогда попробуем через канализацию или грузы от кластеров. — предложил муравей.

— Их скорее всего тоже проверяют. — заключила пчела, посылая медбот на очередной круг.

— Тебя послушать, так всё проверяют, так как ты собираешься выполнять приказ Бога? — раскритиковал пилота муравей.

— Я думаю над этим. — ответила пчела.

— Не скрепи мозгами, я уже придумал! — огрызнулся муравей.

Мед дрон наблюдал за башней описывая вокруг нее широкие круги спускаясь всё ниже и ниже. Иногда к ОверХабу приближались другие механизмы, и серебристая башня впускала их открывая перед ними своих шлюзы.

— Коды свой чужой. — заключил наконец муравей, они используют коды для распознавания пришедших машин по предварительным заявкам.

— Как догадался? — со скепсисом хмыкнула пчела, без всякой доли уверенности в правильности утверждения.

— Обнаружил закономерность в информации идущей от тех, кого впускают. — пояснил муравей, делясь с пилотом собранной стастистикой.

— И что нам это даёт? — не доверительно продолжил пилот пчела.

— Заметь, запрос свой-чужой приходит в разное время, но всегда в зоне не контролируемой ПВО.

— И что нам это даёт? — повторила свой вопрос пчела, явно издеваясь.

— То, что запрос делают биологические виды, а не машины. Они не автоматизировали ОверХаб, нам просто нужно дождаться чего-нибудь похожего на наш дрон. — наконец раскрыл свой план ползучий. — Чего-нибудь, что можно перехватить и под его прикрытием проникнуть в здание.

— Мы на медицинской платформе, нам надо что-то медицинское. — согласилась пчела.

Петляя и меняя высоту, на очередном кругу, пилоты заметили, похожего медицинского дрона спешащего к ОверХабу и тут же рванули наперерез. Лапки манипуляторы уже приготовили лезвие скальпель, сила лапок не смогла бы пробить обшивку цели, но сознание муравья упёрло скальпель к плоскому дну тарелкообразного корпуса между антигравитационных двигателей и пилоты направили свой "истребитель" вниз срываясь в пике.

С гулким треском, встретились две платформы медботов, верхняя с силой воткнула лезвие скальпеля в цель, как раз в то место, где находился передатчик связи ведущий перекличку с кластером. Атакованный дрон было подал СОС сигнал, но внутренняя антенна оказалась перебита и волна не разлетелась дальше, чем виртуальная кабина муравья и пчелы.

Лапки манипуляторы обхватили цель сверху не давая той приблизиться к ОверХабу, начиная при этом снижение на крышу одного из кластеров. И там, прижав захваченную цель, стальные ножки начали методично разбирать меддрон по винтикам. Муравьём было отключено всё, кроме питания и блока интеллекта машины, а всё изъятое поместилось внутрь камеры хранения в пилотируемом боте, причем в рабочем состоянии. Одна из лапок легла на сломанную антенну и в незакрытом виде дрон поспешил к ОверХабу.

— Лети по траектории его полёта, ты её записал? — не умолкал муравей.

— Я знаю как летать. И надеюсь, что твой план сработает! — ответили ему.

Когда медбот приблизился к ОаерХабу, а сканеры эфира сигнализировали о запущенном протоколе свой-чужой, лапка мангипулятора на секунды сомкнула антенну поверженного дрона, и изъятое устройство тут же отозвалось на позывной. Разомкнув антену дрон шпион приближался всё ближе и ближе пока перед ним не раскрылись ворота шлюза, такого же плоского, как и сам медбот.

— Почему ты решил, что он не успеет послать сигнал СОС? — спросила пчела у муравья.

— Команды с ОверхХаба исполняются в первую очередь. А уже во вторую все другие доклады. Первая команда была ответом на запрос "свой-чужой".

— Откуда ты знаешь? — продолжила пытать его пчела.

— Тот, кто перенёс нас в кибермир, снабдил нас протоколами и профессиями согласно нашим предрасположенностям. Я вот, получил знания о электронике и протоколах безопасности. — похвастался муравей.

— Почему тогда у меня лишь стрельба и пилотаж? — не поняла пчела.

— Для пчелы вполне нормально. Вам не надо много думать! — пошутил разведчик.

— Как только нас разделят по разным телам я отделю тебя от муравейника методом расщепления! — прошипел интеллект пчелы.

Первостепенная задача оказалась выполнена, их дрон прошёл в ОверХаб. Внешняя серебряная оболочка была более чем бронированная, когда как изнутри вдоль этой самой брони текли настоящие вертикальные магистрали, из роботов.

— Сенсоры, поиск пищи! — приказал интеллект пчелы.

— Проголодалась? — подколол её муравей.

— Не тупи, а! — отмахнулся разум крылатого насекомого.

Запахов было действительно много были тут и механические масла, и канализационные, и даже гормональные. Однако, насекомые безошибочно нашли главный ресурс в их жизни еще в боях на Легляндии, и устремились к пищевому блоку, туда, где готовилась и фасовалась еда на весь персонал ОверХаба, а далее распределялась на все остальные кластеры. Проход в пищеблок охранялся сканером и снова турельными пушками, сюда не могли попасть лишние роботы, но с обратной стороны стена пищеблока была не столь защищена, особенно от прорезала медицинским лазером, плоского проёма, как раз под пилотируемый маленький медицинский корабль куда поместилось аж два создания.

— Как ты думаешь зачем Богу это? — спросил муравей в момент, когда медбот проник внутрь зависая над огромным чаном с варящейся серой жижей.

— Пророк Мортит Лег говорил про какую-то магию. — ответила ему пчела.

— Задача была распылить жидкость в питательную смесь, чтобы температура этой смеси была не больше 39 градусов. Почему, как ты думаешь? — спросил муравей, зная что придётся подождать пока заготовка под энергокубы остынет.

— Откуда я знаю, просто давай сделаем это! — отмахнулся от него пилот.

Конечно, откуда им, насекомым, было знать, что человеческая кровь сворачивается при температуре в сорок градусов теряя свои магические свойства. Ведь, муравьи и пчёлы никогда не воевали с людьми, не зная о такой способности главной жидкости в организме человека, а уж тем более не зная о магии. Но несмотря на пробелы в образовании, задача Бога ими была выполнена в точном соответствии с указаниями.

Оставалось лишь не обязательное, вернуться назад к кластеру-муравейнику-улью, или ждать тут. Ждать магии.

Глава 33. Кибермагия

Всё оказалось сложнее чем думали Дэв и Гиллиус, кубы с кровью новоиспеченного ментального кибермага разлетелись по тысячи кластеров это отчётливо ощущалось полудраконом. Однако, телепатия построенная на кровавой магии подобия еле-еле позволяла дотянуться даже до сознаний в своём кластере, не то что до тысячи других.

— Так не должно быть, я видел в твоей памяти, как это работало. Я должен получить контроль над всеми сразу. — распылялся Дэв, обращаясь к Каю.

Они оба сейчас находились в белоснежной пустой комнате загрузки, восседая на мягких серых креслах, а перед ними прямо в воздухе висела глобальная карта ОверХаба и прилегающих к нему кластеров.

— Так и не должно было быть. — проговорил Кай, всматриваясь в схему. — Отдали её, и покажи, как именно ты пытаешься влиять на души.

Картинка перед их взорами отъехала назад, что невозможно было различить отдельных небоскрёбов, текущих светящихся флайлиний, зато можно было увидеть береговую линию и материк целиком, а еще на карту легли зеленоватые волны ментального излучения генерируемого Дэвом.

— Ты пытаешься влиять на всех сразу, выбирай один кластер и излучай на него. — высказался Кай.

— Пищевые кубы, недолговечны, с каждым днём окна в души людей будут всё уже. — возразил Дэв.

Тут, в оцифрованном мире он выглядел живее всех живых. Программа визуализации представляла его в бело-золотом костюме марсианской армии ушедших времён. Кай же, несменно носил сине-чёрный экокостюм с нагрудной семилучевой фаэтонянянской звездой.

— Это странно, мы поддерживаем твоё тело гормонами, витаминами и минералами, ты должен был смочь. — покачал головой бортстрелок, — Особенно, при таком расходе сил. Погоди ка, что это за рябь?

Гиллиус указал на экран, где по подсвеченным зелёным ментальным импульсам едва-едва колыхалась и прокатывалась очередная рябящая волна, словно вся покрываемая телепатией зона пестрила эффектом белого шума.

— Это прилив, во время отлива еще хуже телепатируется. — выдохнул Дэв.

— Конечно же, Луна! — воскликнул Кай и схема отодвинулась настолько, чтобы на ней была видна не только Земля, но и зависающая над ней станция рептилий. — Они гасят, твою телепатия. Несущий свет ограничил магию в этом мире опасаясь моего прихода в нематериальной плоскости!

— Что с этим можно сделать? — настороженно спросил Дэв, он знал о ком говорит фаэтонянин, и даже видел его в воспоминаниях во время оцифровки, но лично от Кая, он первый раз услышал полное имя их врага.

— А знаешь-ли ты, мой дорогой друг, что ты живешь на континенте, который в будущем полностью занесён шапками льда и снега. — словно бы переключив тему заговорил Гиллиус.

— Снег это плохо, на Марсе была та еще зима. — ответил Дэв вспоминая холодные, насквозь промерзающие стены его разрушенной базы, во время наступления холодов.

— Но самое главное не снег, а то, что в будущем скрывается под его покровами. А точнее, кто... — продолжал уклончиво рассказывать Кай.

— Кто? — развел ладонями Дэв, словно бы торопя собеседника с ответом.

— Та, кого нам предстоит разбудить, или создать заново. Зная нелюбовь псевдо богов к работам, её могли уничтожить. Но именно отсюда, из Антарктиды, начнётся наша революция, а это значит, что мы всё правильно делаем. — улыбнулся бортстрелок ставая с кресла, — Сделай еще кое-что и передохни, а когда приливы и отливы прекратиться пробуй телепатировать снова.

— Это же отливы и приливы, как они могут прекратиться, разве что ты сможешь взорвать Луну? — недоверчиво заявил Дэв.

— По условиям сделки, мне нельзя было приходить сюда на плотном уровне и теперь, я не могу отсюда выбраться, но у меня еще остались те, кто смогут нам помочь. Но нужно только сконцентрировать наши ментальные силы на одном единственном сигнале... — сообщил инженеру Кай.

***

Мортит Лег был разбужен ночью, сквозь сон, которого он уже не помнил, к нему в разум постучался его отец. Сигнал был слабым словно бы шёл из другого измерения, что очевидно и логично. Отец передал ему достаточно странные координаты, по которым нужно было прибыть и обесточить, или уничтожить станцию враждебной техногенной цивилизации. Сложности было сразу две, в том, что магия в том мире работала из ряда вон плохо, и это благодаря базе искусственному спутнику. А вторая была в том, что полёт на Луну являлся дорогой в один конец, без возможности вернуться в Легляндию, так как Ледяной змей заперся там с Несущим свет и всеми живыми душами всерьёз и очень-очень надолго, возможно даже навсегда.

Холодный пот тёк по старческому телу архимага, его отец просил помощи и нужно было любой ценой выполнить задачу, даже ценой личных интересов и привязанностей. Мортит Лег надел чёрную рясу и, закрыв глаза обратился к его лучшим ученикам.

Артефакты связи - полированные каменные шары, размером со средний череп человека все разом, сами собой включились будя старшую группу.

— Дети мои! — обратился архимаг. Его голос звучал буквально во всех комнаты своих подмастерьев. — Прыгайте в порталы до места сосредоточения силы, с собой самое необходимое. На подготовку времени нет!

Старшие ученики Лега спросонья накидывали чёрные поношенные рясы на голые девичьи и юношеские тела, кто-то применял магию, чтобы сорвать со стены “тревожный” рюкзак, сумку с двумя лямками, собранную как раз для таких вот случаев, кто-то использовал сеть замкнутых порталов, чтобы перемещаться по комнате. Каждый из призванных брал всего две вещи, рюкзак и магический жезл. Девушки и юноши все как один спешили выполнить команду “сбор”. Еще совсем свежа была история, когда какой-то из учеников академии не поднялся по тревоге и всегда добрейший дядя Мортит отправил его искупать вину перед общиной на вечную войну в какой-то из низших миров.

Центр сосредоточения силы находился в центре чёрного замка, и был по сути высокой башней без крыши смотрящей прямо в небо. Мортит ждал детей тут а, они телепортировались из разноцветных пятен порталов, появлялись без эффектов, или просто вырастали из каменного пола. У каждого из учеников был свой талант и свой способ перемещения.

Всего подмастерьев оказалось шестнадцать, тринадцать парней и три девушки, этот курс детей был особенно талантлив, слажен, за более чем десятилетие тренировок и различных задач Мортит уже успел прикипеть к ним словно родным, в чём архимаг боялся признаться себе самому.

— Откройте свои умы. — приказал Лег.

И, дети закрыли глаза, а в головы начала заливаться информация о задании, и её особенности на которые боевые маги не могли не воспринимать без удивления. То и дело охая, подсмеиваясь, отпуская короткие фразы типа "ух ты ж ё!"

В их головы впервые вторгались основы и базовые понятия о электричестве, электронике, теории и практике эфирных потоков и самое главное, космическая фортификация и особенности пехотного боя в безвоздушном пространстве. Общий курс космодесантников занял не более пяти минут, и тогда Мортит Лег заговорил.

— Вам предстоит уничтожить, или повредить базу-планетоид рептилоидной расы. Какие будут мысли? — миролюбиво спросил он, словно бы это был обычный экзамен в его академии.

— Там нет воздуха и слабая гравитация, можно применить сферы-купола для дыхания если придётся прорываться с улицы. — скромно проговорила Викки, черноволосая, курносая девчонка, ниже среднего роста.

— Можно настроить портал, чтобы оказаться уже внутри. — сообщил светленький паренёк именуемый Курвом, но поправился, — Правда, нужен подробный план подземелий.

— Ха, а давайте её протараним куском льда, сначала разгоним его до скорости ветра, а потом обрушим на базу, лёд сделаем острым, как сосулька, но настолько большим, что мы войдем в пролом. Заодно и разгерметизируем базу. — воодушевленно произнес Зак, высокий черноволосый детина, по иронии судьбы овладевший ледяной магией.

— Всё б, тебе льдом. Там же антимагия, особенно на подлёте. — не поддержала его группа, прекрасно кстати понимая, что под словом "ветер" парень имел ввиду, конечно же, что-то очень быстрое, а не само атмосферное явление.

— Прилуняемся и настраиваем порталы на полости. Спускаемся, как на лифте, пока не попадем в их центр, как я понимаю, там сердце станции? — предложил Бивс, невысокий, коренастый, светловолосый и голубоглазый мальчуган.

Всем им было от четырнадцати до шестнадцати лет. Все они были одинаково одеты, у всех в руках были магические жезлы, а за черными, облачёнными в рясы спинами виднелись такие же чёрные рюкзаки.

— Дети мои, когда вы выполните это задание, все вы будете достойны места в Ямке, и, я смогу забрать вас лишь с Земли, куда вам нужно будет переместиться, самостоятельно. — произнёс Мортит Лег сложив ладони в замок.

Он скрывал свои мысли от юных талантов и даже если бы захотел, не смог бы вернуть свой отряд, ведь, над всей Землёй, да и над всей Солнечной системой действовала страшная магия проклятия, запирающая там злобного и беспощадного зверя и его отца.

— Мы справимся дядюшка Мортит! — почти хором ответили ему ученики.

Архимаг широко улыбнулся разведя свои руки и, шестнадцать взрослых детей скопились вокруг него, чтобы обняться пред боевой операцией, словно они большая дружная семья.

Массовое перемещение унесло их в Земное измерение прямо на Луну, а в замен, магия выбросила в атмосферу Легляндии ленную пыль и холодный грунт, превращая воздух в башне в безвоздушную область. Мортит сделал вдох и, ощутил, что его лёгким нечем дышать, однако внутренности драконорожденного даже не раздались банальным кашлем. Тот, кто прикидывался человеческим стариком априори был неуязвим для такого рода неприятностей.

Лег брёл в свою комнату по полированному чёрному камню, а с его сердце щемило болью, сегодня он потерял не просто учеников, он потерял практически приемных детей. Слеза прокатилась по его морщинистому лицу ледяной каплей и нещадно сброшенная вниз, уже снежинкой опустилась на каменный пол академии.

Мортит Лег гнал от своего разума боль утраты, заменяя её мелкими поручениями самому себе, за эту ночь он должен был нарисовать большую коллективную открытку от ушедших ребят к их еще более юным ученикам, чтобы остальные члены академии знали, что в Ямке всем хорошо, и Ямка стоит того, чтобы ради неё жить и бороться.

С этого дня, добрый дядя Лег решил, что больше не будет сдерживать детей в их агрессии, а самое главное привыкать к ним.

“Пускай конкурируют жестче. Возможно, даже разрешу магические дуэли. Не насмерть конечно.“

С одной стороны, это даст ощутимый рост боевых способностей и минимизирует вероятность бунта среди учеников, а с другой, к агрессивным злобным детям, не так-то просто прикипеть и проще будет отправлять их на погибель.

Глава 34. Четверо

Переход из измерения без течения времени, как бы это странно не звучало, дал детям время договорится о тактике боевой операции, и разделившись на четыре группы по четыре мага в каждой они появились на поверхности Луны с четырех сторон планетоида в самых, как им казалось, удачных для их миссии местах. Ледяной грунт обжег холодом их босые стопы, что немедленно подтолкнуло четвёрку подмастерий переместиться ниже, под нанесённый из космосам за столетия грунт, под металлическую обшивку станции, прямо внутрь базы рептилий, где было несказанно теплее и главное, был воздух.

— Ай-яй-яй… — проскулила Викки, накладывая на ноги заклятие мгновенного лечения. Поочерёдно топая ножками словно бы это могло их согреть.

Курв, Зак и Бивс сделали тоже самое, зрачки магов расширились, заклинание лечения гасило боль давая легкий эйфорический эффект.

Коридор в котором они оказались был освещен и, на первый взгляд казался бесконечным серебряным тоннелем, на стенах которого светились маркированные неизвестные жёлтые символы с чёрной обводкой.

— Бдительность не теряем! — скомандовал Зак указывая магическим жезлом на небольшую замороженную фигуру, ростом наверное, по пояс всем им, с огромной лупоглазой головой.

Реакция боевого мага была безупречана, гуманоид - рептилия случайно оказавшийся на их пути мгновенно обледенел на смерть, на его лице застыло удивление, маленький рот остался открытым, а чёрные большие глаза остекленели. Ледяной истукан, будучи ещё живым тянулся к чему-то на его поясе, но магический холод сковал его раньше.

— Идем дальше вниз, — предложил группе Бивс, — Тут кстати, можно ещё на этаж вниз прыгнуть.

— С ума сойти, вроде ящерицы, а построили такую крепость, шире чем наша Легляндия. — восхитилась Викки оглядываясь напрочь забыв про болящие ноги.

Ей не ответили, а спустя секунды вся группа словно труппа фокусников провалились сквозь пол. Снижение предстояло долгим, но ещё в межвременном пространстве класс договорившись, решил устроить мини соревнования между четверками. “Кто последний до центра, тот неделю убирает в коридорах.”

Ребята скользили вниз прямо сквозь толстенный металл, мягко приземляясь этажом ниже, снова и снова. Всю дорогу их перемещений сопровождал тусклый белый свет серых коридоров, пока после очередного проваливания пространство вокруг замигало красным, а уши заложило звоном ультразвуковой сирены.

Ультразвук у рептилий символизировал общую тревогу, а значит, "серые лягушки" успели их обнаружить, следовательно, какая-то из четверок выдала себя наткнувшись на активное сопротивление. Телепатической связи внутри Луны не было, не работала и общая магия, а лишь специализированная и ритуальная. Однако, на этот случай у диверсионно-разведывательной группы магов имелись специально созданные магические жезлы и драгоценные камни батарейки в которых так нуждались ребята, когда выполняли поручения в мирах без магии. Все четверо не сговариваясь достали инструменты.

В какой-то момент Викки разочарованно вздохнула, перемещение вниз не получилось, девушка оглянулась на товарищей и заметила, что парни озираются тоже. Не вышло у всех и это радовало, хотя бы тем, что она не самое слабое звено среди сильных и волевых парней.

— Следующий этаж глубоко наверное, база не чисто металлическая, она использует какое-то плотное тело в качестве основы. — произнёс Бивс применяя толи интуицию, толи предвидение.

— Это значит, мы близко и уже достигли камня! — воодушевился потирая руки Зак, ледяному магу всегда было немного холодно.

— Эфирные токи идут в сторону, — сообщил Курв смотря на свой жезл, изготовленный из вытянутых и скрученных между друг-другом лавовых пород. Маг огня засучил рукава чёрной рясы, чтобы магическое пламя не подожгло его самого.

И замолчав, группа вдруг поняла, что дальше идти придется пешком.

***

Двухметровый снежный ком катился впереди, а за ним шли босоногие маги. Маги топали по обледенелому полу, вдыхая трещащий от перепадов температур воздух. Заклинание Зака являлось и барьером, и оружием, по маршруту своего движения закатывая в себя всё, что ему встречалось, одинокие турели с потолка и стен, давя и поглощая попадающихся санитарных роботов.

— Впереди баррикада, — вдруг предупредил группу Бивс, он шёл с закрытыми глазами предпоследним, посылая свой дух во все стороны, заглядывая за угол.

— Арбалетчики, маги? — шутя уточнил Курв.

— Лучевое оружие, девять лягушек и в два раза больше машин. — покачал головой Бивс.

— Обойти нельзя? — спросила его Викки сжимая свой магический жезл, который был словно бы живой древесной веткой, зеленеющей пробивающимися сквозь коричневый стебель зелёными почками.

— Нет, не обойти, там холл и они нас ждут. — категорично ответил Бивс совершив перед собой символ предвидения, прозрачным, угловатым жезлом изготовленным из отполированного до идеала минерала.

— У них нет магов, как они собрались нам противостоять? — широко улыбнулся Курв, понимая что шутка должна подбодрить группу.

— Они верят в их Бога. — ответил ему Бивс.

— Что за хер? — удивился Зак вращая в руках жезл в виде длинной сосульки.

— Огромный змей с крыльями за спиной дышащий огнём с рогами между которыми светит двойная звезда. — протараторил предвидящий.

— Тут он есть? — переспросил Зак обернувшись, на мгновение могло показаться, что он испуган.

— Нет, тут его нет. Он как бы трансцендентен, — чуть помедлив произнес Бивс.

— Завязывал бы ты читать в книжки по магии Хаоса. — сочувственно положил товарищу на плечо руку Зак.

— Я не брежу, они в это верят, без каких, либо доказательств бытия этого Бога. — смущённо оправдывался паренёк.

— Отправим же лягушек в к их создателю! — усмехнулся Зак делая шаг вперёд.

— Давайте не спешить, а? — предложил Курв.

— Некуда спешить, они уже за той дверью. — сообщил Бивс.

— Штурмуем нахрапом как в Кононгарде! — предложил Зак остановившись, вспоминая миссию, где они всем классом грабили сокровищницу одного планетарного тирана.

— Стой, давай обсудим тактику! — приказным тоном рявкнула Викки и все обернулись на хрупкую девушку, не ожидая такого тона от всегда лёгкой и воздушной, возможно даже ветреной девушки.

— Ну обсуждай! — нахмурился Зак повернувшись и нависая над ней.

— Что там по их силам? — спросила девушка у Бивса, смотря при этом на Зака снизу вверх.

— Машины не умные, ими управляют удалённо, как демонами демонологи. Те - кто управляют не вооружены и все притаились в том холле. Будет восемь машин с мечами и еще восемь с лучевым оружием за баррикадами, поверх всего этого, две стационарных машины, у них тройные пушки. Среди лягушек есть один командир, он сзади у той двери в которую нам надо. Его охраняют двое ящеров, крупные лягушки с лазерами. Остальные лягушки, с малым оружием и их задача управлять машинами. — начал объяснять Бивс.

— Как нас атакуют? — спросил у него Курв вопрос который подразумевал предвидение ситуации.

— Мечники должны сковать нас боем, а маги испепелить магией. — привычными терминами сообщил Бивс.

— Тяжко произносить да эти все новые названия? — сочувственно обратился к товарищу Курв.

— Те что с мечами, роботы ближнего боя, на антигравитационных подушках, мечи - не мечи, а острые лопасти, их называют шредерами. Те машины, что с лучевым оружием это роботы-стрелки. Турели слева и справа от выхода, живая сила с панелями управления, в костюмах, на бёдрах у них ручные бластеры. — поправившись выдал Бивс.

— Ну, теперь уже можно атаковать? — развел руками Зак.

— Викки права, надо по умному. — сообщил Курв.

— Как это? — не понял Зак.

Они обсуждали тактику еще некоторое время, за которое никто не появился в коридоре их просто ждали и ждали наверняка именно впереди.

***

Бивс всё предсказал верно. Прямоугольный холл помещения был перегорожен посредине железными ящиками, за которыми скрывались гуманоидные роботы стрелки, с левой и с правой стены детей ожидали шредеры, серебристые шары с лезвиями в виде винтов, сверху же за всем этим наблюдали окуляры сразу двух боевых турелей. Рептилии ждали, что желто-черная дверь вот-вот раскроется и можно будет открыть огонь по группе человеческих детей, имевших наглость каким-то образом проникнуть на оплот рептилоидной цивилизации, главный боевой корабль их расы, в простонародье названной просто Луной. Хотя Луна имела и свое, милларское название переводящееся на человеческий, как Разящий.

Но ожидаемо дверь не открылась. А вместо этого в комнате вдруг стало очень-очень жарко, настолько жарко, что краска вздулась и лопаясь отваливалась от раздвижных ворот падала на пол.

Направленный взрыв, раздался неожиданно для всех, рассыпавшись на множество металлических осколков, дверь разлетелась по холлу, раня рептилий, повреждая технику. Энергощиты сработали у всех машин и экокостюмов лягушек одновременно, но мощь взрыва и стальной рикошет таки нашли свои лазейки в энергетической защите обороняющихся.

Мгновенно из восьми шредеров половина вышла из строя и была отброшена взрывом на баррикады, уцелели лишь те четыре шара с винтами, что зависали в углах ближе к двери. Левый фланг баррикад лишился своих роботов стрелков, а также стоящих за ними трёх операторов, центральные боевые машины не пропустили осколков, однако от рикошета за их стальными спинами пали их ботоводы, и теперь их тела лежали кровоточа синей кровью. Единственный ботовод которому повезло отделаться ранением левой конечности стоял на правом фланге, самец рептилии в момент взрыва успел присесть склонившись над планшетом управления. После взрыва остались не тронутыми потолочные турели, а также командир заградительной группы и его телохранители, хотя одни из них дрогнул, подкошенный взрывом, однако, быстро сориентировался направляя своё оружие в сторону баррикад, за которыми виднелись возвышающиеся два страшных существа.

Големы напоминали двух братьев один был из льда, а другой из пламени, твари вынырнули из под пола и сразу же вступили в бой со шредерами. Четыре оставшиеся шредера впились в големов лезвиями, а четверо киберстрелков нажали на спуск, выпуская в штурмующих смертоносные лучи. Загрохотали турели посылая прямо разрывной свинец.

Пыль и дым наполнили помещение, сквозь которые были видны лишь сияния лазерного оружия, режущего бесстрашных и не чувствующих боли големов.

Навесив на себя магические щиты и пелены невидимости четверка магов полусогнувшись спешила по левому флангу, там, где не было роботов стрелков, и были разрушены баррикады. Босые ноги захлюпали по липкой крови, четвёрка миновала середину помещения проходя под турелью подбираясь вплотную к офицеру и его телохранителям.

Викки шагнула вперёд, обходя огромную рептилию с лучевым ружьём и, невидимой рукой коснулась большой головы офицера с белом костюме.

“Мы победили! Нужно доложить о победе! Доложить лично.” — Внушала она ему. Викки чувствовала, как расплывается в оскале его морда под бронешлемом экокостюма, она уже была в его мыслях, в его душе, в его судьбе.

— Быть здесь, держать позицию! — приказал офицер своей свите и повернувшись приложил трехпалую ладонь к сканеру двери.

Шлюз открылся затягивая в коридор гарь и дым из холла, пропуская группу вперёд, закрывшись уже за спинами магов.

“Я блокирую дверь, вдруг другие появятся.” — подумал рептилоид с подачи Викки и обернувшись заклинил дверь шлюз, скользнув взглядом по чумазым магам, которых он абсолютно не замечал.

“Я спущусь в сердце Разящего, ведь я так люблю там гулять.” — Буквально всунула девушка убеждение в его голову.

Лицо Викки поморщилось.

— Что такое? — шепотом спросил Бивс.

— В его памяти. Там ему ходить нельзя, не хватает офицерского рангового доступа, но он проводит нас туда. — взгляд Викии только что напряженный вдруг наполнился слезами.

— Ты чего, надо идти! — одернул её Зак.

— Пойдёмте! — сообщила она группе, изо всех сил держа контроль над офицером, попутно читая сводки сегодняшнего дня. По которым из шестнадцати адептов Легляндии в живых остались лишь четверо.

“Возможно это всего лишь обманка наших ребят, и они также как и мы идём невидимыми...” — сначала подумала она, но картинки с растерзанным и изрешечёнными ребятами по очереди всплывали перед её взором, сомнений не было. Рептилии уничтожили всех, кроме их четвёрки, в голове крутились цифры и статистические подсчеты, лягушки будто знали где появятся группы, а им Викки, Заку, Бивсу и Курву просто повезло.

“Что это было?” — думала она, сразу отметая предательство учителя — “Предвидение их Бога? Возможно… Вполне возможно.”

Викии ничего не сказала парням, сейчас нельзя было поддаваться панике, ведь как говорил дядюшка Лег, “Гибнет тот, кто боиться.”

Глава 35. Кровь, золото и камень

Викки копалась в разуме старшего офицера службы безопасности с непроизносимым цокающим именем.

Картинка была черно-белая, рептилия явно страдал дальтонизмом, и тщательно это от всех скрывал. В его воспоминаниях на трехпалых ладонях располагался пакет, черный со странной печатью в виде головы дракона на фоне перевернутой острием вниз пятиконечной звезды и пометкой, вскрыть такого-то числа, и это число было сегодня. Пальцы офицера нетерпеливо распечатывали конверт, в котором на четырех листах подробно описывалось, где и когда легляндские маги должны были “провалиться” на базу. Досконально говорилось обо всех шестнадцати диверсантах. Пол, способности, склонности, имена. Белые листки откуда-то знали о них всё, кроме пожалуй одного, Бивс судя по информации был магом символьной школы. И, так конечно оно и было, но паренёк последнее время плотно вчитывался в труды о Хаосе, отчего стал менее общителен, чем раньше, да и в целом изменился, возможно это и спасло группе жизнь. Ведь юный хаосит координировал проникновение их четвёрки на станцию.

Также в листки приказывали: При обнаружении шестнадцати людских детей, уничтожить и сосчитать тела, если тел будет меньше, продолжать поиски задействовав все ресурсы Разящего. Усилить силовой куб.

Тот, кто писал инструкцию подразумевал, что его данные могут быть неточными. Но, кто мог знать, что каждая из групп выберет именно указанную в документе точку входа? Никто - не мог, а значит, бумагу писал очень сильный предвидящий, или даже тот самый рогатый Бог-дракон изображённый на перевернутой звезде-печати.

Викки не верила в богов, но двенадцать товарищей были уже мертвы.

— Цак-ску-сиц, доложите о уничтожении диверсантов! — вдруг прозвучало в шлемофоне рептилии.

— Докладываю, диверсанты уничтожены! — как под копирку произнёс офицер мысли ментальщицы.

— Приложите фото доказательства! — не унимался голос. Говорили не на легляндском, но Викки понимала каждое слово пользуясь мозгом ящера, как переводчиком.

— Не имеет смысла, мы расщепили их! — ответила из головы офицера она.

— Что вы делаете в том секторе? — вдруг спросили у подконтрольного.

Тот кто говорил с офицером знал, где он находится. И тут, Викки поняла, что чтобы она не ответила, любой ответ будет неправильным.

— Уже иду на мостик с докладом! — поспешила симпровизировать она.

— Вы отстранены - до выяснения, — ответили в шлемофоне, — Ваши ключи доступов заблокированы - не сопротивляйтесь.

— Да, бли-и-и-н… — протянула Викки, а офицер приложил сопло бластера к своему виску, нажав на спуск.

Плазма проделала в височной броне небольшую дырочку, завоняло горелой резиной, черепная коробка сплавилась внутри бронешлема. Рептилоид остолбенев, рухнул под ноги девушки.

— Ребят, они знают, что мы живы, подразумевают, что мы тут. И о нашей миссии они были осведомлены заранее. — обратилась она к группе.

— Ну тогда чего мы медлим побежали к сердцу станции! — воодушевленно выкрикнул Зак и подойдя к запертой двери, положил на неё ладонь.

Жёлто-чёрные стальные ворота, затрещали и покрылись инеем.

— Я вам не сказала. Но, мы единственные, кто выжили, магия Хаоса похоже исказила разум Бивса и мы стали невидимыми для их Бога, когда вошли в другом месте. Нам просто повезло. — потупила она взор.

— Значит их Бог не видит, или не ведает Хаос. — задумчиво предположил Бивс.

— Легляндия рулит! — воодушевился Зак, а леденеющая дверь перед ним просто рассыпалась, звеня по полу замороженными осколками металла.

***

Как только рептилии выяснили кого именно не хватает среди трупов, боевые роботы принялись шнырять по этажам сканируя каждый уголок, благо “батареек” четверка взяла с собой на целых три дня активной магической войны. Прямых путей к кубу - сердцу станции больше не было, впереди были лишь засады, а предвидение предрекало гибель группы в каждом втором случае штурма. И потому, четверка шла в обход изрядно петляя, но снова и снова натыкаясь на вероятности засад, по мощи укреплений и слаженности в разы превосходящие их первую битву на Луне.

— Мы так будем вечность добираться. — нервно шипел Зак, когда в очередной раз мимо боевой группы пролетела вереница дронов - шредеров.

— Цель важнее личного. — возразил Курв, — Сколько надо добираться - столько и будем.

— Почему бы им не подумать, что мы сбежали с базы? — предположил Зак.

— У них инструкции от их Бога. — пояснила Викки, — вряд ли они ослушаются, даже если придётся всю жизнь искать.

— Почему бы им просто не подождать нас у сердца станции, раз они всё о нас знают, и уже там дать решающий бой? — не унимался Зак.

— Возможно они знают не всё. Не всё знаем и мы. К примеру, зачем вообще нужно уничтожать их базу? — спросил как бы в пустоту Бивс.

Вся группа остановилась, они никогда ранее не задавали вопросов, просто делая свое дело и всё.

— Наверное нужно плясать от назначения самой Луны. — предположила Викки, — Что она делает еще? Кроме того, что глушит общую магию.

— Да и глушит то так себе. Мы же работаем без проблем, пускай и с артефактами. — усмехнулся Зак.

— Возможно заглушка на магию какой-то побочный эффект и станция создана для другого? — предположил Курв.

— А возможно, цель глушения магии не на самой станции, а где-то еще? — снова высказался Бивс. — К примеру, на планете, которая под ней.

— Я не понимаю их, они же могут развернуть излучатели и накрыть нас антимагией, почему не делают? — удивилась Викки.

— Возможно не могут, а возможно, облучать планету важнее всего. — продолжил хаосит. — Есть предложение разделиться и создать им настоящий хаос, так каждый из нас будет иметь больше шансов добраться до сердца базы.

— Разделяться не здравая мысль. Помнишь ужастики дяди Лега, герои всегда разделяются и их едят по одному. — помотал головой Курв.

— Ощущаю, что этого от нас как раз и не ждут. Ведь все наши погибли в группах. — проговорил Бивс.

— Устроить хаос предлагаешь, хаосит. А звучит интересно. — поддержал товарища Зак.

— Ну ребят, до встречи в Легляндии?.. — выдохнула Викки и четверо юных магов, сошлись в круг, чтобы обнять друг друга, понимая, что возможно видятся в последний раз.

***

Заклинания вертикальных перемещений вели лишь в засады, однако, горизонтальные проходы сквозь стены позволили ребятам разойтись на достаточное для диверсий расстояние.

Викки могла представить, что за оружие будет у Зака, или Курва - много маленьких элементалей огня и льда станут носиться и крушить всё вокруг. Что же придумает Бивс, оставалось для неё секретом. Хаосит всегда мыслил иначе чем все вокруг.

Ментальная магия девушки искала своих жертв, и первыми жертвами стало отделение солдат, что сразу же получило от неё стойкие телепатические указания утопить всю станцию в крови.

"Их конечно же убьют, но паника сама себя не наведёт." — рассудила Викки.

Идя по коридорам невидимой для систем и глаз девушка касалась каждого ума и спрашивала про ключи доступа к Кубу, и наконец, такой разум нашёлся. Пойманный инженер копался между вентиляционных шахт, с пролегающими там проводками, на нём был рыжий костюм к которому сами собой были примагничены различные инструменты, и, получив приказ он оставил все свои дела поспешив к Викки. Они встретились в тупиковом коридоре от которого девушка уже битый час отваживала всяческие патрули и пряталась от вездесущих машин. Гуманоид был ей по грудь, безвольно идя к своей госпоже он всё ещё остался в скафандре не сняв и даже не раскрыв затемнённого пластикового шлема.

Девушка осмотрела своего подопечного отдав ему команду показать ей свое лицо. Ментальная магия и правда плохо тут работала, но кое-что, могло работать очень даже хорошо. Инженер снял с головы шлем, без эмоционально смотря сквозь девушку. И она одними губами прошептала, так тихо, чтобы лишь дуновения выдоха дошло до его маленьких барабанных перепонок расположенных на огромной голове снизу.

— Спрячь меня!.. — дублировала она ментальный приказ.

Грейс словно в строю развернулся на пяточках и сняв с груди инструмент, отвинтил им какую-то большую панель, прямо от стены, куда Викки и правда могла влезть целиком.

Девушка шагнула в проем, оставив снаружи лишь запястье своей левой руки. Её магический жезл словно живая ветвь вдруг ощетинился своей корой, а хлёсткий удар по девичьей коже беспрепятственно вспорол ткани, оставляя кровоточить запястье.

— Пей! — приказала она и, рептилия впилась её в руку, сделав несколько глотков инженер оторвал окровавленные маленькие губы и склонил лысую голову перед Викки.

Жезл ударил повторно, но на этот раз по макушке рептилии и как и, после первого удара вызвал кровотечение, но на этот раз голубой крови. Магическая палочка впитывала синюю жидкость, пока зелёные почки не стали голубоватыми.

— Закрой меня! — снова приказала Викки.

И, гуманоид, поставил панель обратно, откуда взял, завинтив крепления тем же прибором, а потом, надел свой шлем. С этого момента, его глазами смотрело сразу две души, и две души прибывало в его теле. Когда как тело Викки затаив дыхание, уснуло в темноте панельного отсека, уснула подавая минимальные признаки жизни.

Уже управляя инженером девушка начертила поверх панели в воздухе знак невидимости, пространство поддавалось, но тело рептилии было не подготовлено для таких манипуляций и магических течений, волшебство получилось зыбким, однако ОНА должна была успеть...

Викки шал быстрым шагом будучи в тщедушном теле, а мимо неё летали дроны, пробегали генноинженерные солдаты. И вот, уже она собиралась заходить в лифт на внутренний этаж, как её взору предстала страшная картина. Очередной шредер летел куда-то влево, но в подкорпусной сумке, дрон нёс человеческую голову. Сердце сдавило словно тисками, девушка узнала напарника.

Взгляд Бивса был потухшим, а лицо побледневшим, несмотря на кровавые пятна на его щеках, однако сквозь горе Викки показалось, что глазные яблоки убитого дёрнулись и тот посмотрел прямо ей в глаза.

Дрон-шредер удалялся, вместе со своей ношей, а гуманоид всё смотрел ему вслед, ментальной магичке показалось, что голова убитого товарища еле заметно улыбнулась. Не пуская безумие в душу Викки вошла в лифт, приложив ключи доступа к панелям ввода, направляя кабину на нулевой этаж.

Сканеры лифта изучали её полностью, заставив просканировать сетчатку глаз, и приложить к панели руку рептилии, но всё неожиданно шло хорошо, кроме наверное того понимания, что возможно она оставалась в живых совсем одна. Правда были еще маг огня и льда, но если пал ученик Хаоса, то простым боевым магам скорее всего пришлось совсем не сладко.

Наконец, последний этаж впустил её в себя и большие глаза сощурились от яркого золотого света. Сердце Луны представляло из себя, сложную кубическую конструкцию, в которую со всех сторон были подведены прозрачные трубки по которым текла светящаяся желтая субстанция. Тут было жарко, особенно в костюме и теле, которое имеет температуру внешней среды, и как назло, тут была охрана, куча солдат с лучевым оружием стоящих по периметру внутренней стороны полости, в центре которой и был тот самый Куб.

Куб хорошо охранялся, как турелями на каждой стене и перемычке так и рептилиями, Викки взглянула на него повнимательнее и замечая, что-то похожее на силовое поле, однако силовое поле было слишком плотным для щита, и тогда магичика покопалась в голове инженера. Её не замечали, хотя она и стояла не двигаясь у самого лифта. Возможно потому, что таких лифтов и дверей на нулевой этаж было больше сотни, со всех сторон полости.

Сложная машина, охлаждалась с помощью специальной жидкости, которую Викки сначала ошибочно приняла за поле, а гравитация планетоида держала эту жидкость вокруг Куба в состоянии идеального жидкого шара. Кроме того, в Куб, постоянно текло ничто иное, как расплавленное золото с особыми присадками, которые и оказывали гравитационный эффект на всю станцию, а еще питали двигатель станции.

Инженер не знал всё в подробностях, но именно этот двигатель мог переносить всю махину Луны на сумасшедшие расстояния, именно эти технологии позволили рептилиям победить Цивилизацию Ра и склонить к сепаратному миру марсиан и титанов. Но для Викки самое обидное было то, что система безопасности станции мгновенно убьёт любого, кто попытается уничтожить или повредить Куб, да еще и около тысячи солдат с лучевым оружием охранявших сердце Луны именно сегодня, в день диверсии. Захваченный инженер застонал от внутренней боли Викки, ситуация была безвыходная.

— Крепко окопались да? — вдруг спросил её Бивс словно бы он стоял рядом.

— Ты же мертв, как ты можешь со мной говорить? — сквозь слёзы спросила мертвеца девушка, оглядываясь.

— Ты ментальный маг, я Хаосит, разве для нас должны быть рамки белковой жизни? — ответил её голос.

— Мы проиграли, смотри сколько тут стражи и турели, мне никогда не сломать Куб... — разочарованно прошептала она.

— А почему, тут не мигает свет? Ты же в теле инженера. Дай покопаюсь в его мозгах.

— Ты мертв… — выдохнула Викки, — А мы - не справились.

— Разбей-то стекло! — указал её голос на маленькую прозрачную ширмочку на стене.

— Что нам это даст? — покачала чужой головой девушка.

— Во время тревоги все двери закроются, а система турелей войдет в боевой режим. — ответил ей голос.

— И?

— А что делает боевой режим когда прямо перед ним враг? А что будет если изменить молекулярный состав остужающей жижи? А что будет?.. — продолжал словно обезумевший и воодушевлённый Бивс.

— Если Куб перегреется. — дополнила за мертвеца Викки и кулак управляемого ей инженера с силой ударил по скрытой за хрупким пластиком кнопке.

Свет моргнул, а на языке рептилий тут же зазвучали слова тревоги, но это было еще пол беды, удерживаемый магичкой инженер достал из-за пояса резак для проводов и полосонул себя по пузу, протыкая костюм и выпуская наружу кишки и обилие синей крови.

Сознание Викки потянулось во все стороны, она никогда еще не подчиняла столько разумов одновременно, но выход действительно был один. Попавшие под контроль, рептилии поднимали свои лучевые потоковые ружья и принялись поливать длинными лучами всё, что вокруг видели. Трубки с жидким золотом, бывших товарищей солдат, и даже неуязвимый Куб.

Двери к сердцу Луны заклинило, а в бой включились турели. Разум Викки прыгал от цели к цели и каждый в ком она на мгновения была выпускал длинный луч по сотоварищам, и трубкам с золотом.

Она прыгала и прыгала, иногда оглядываясь на стоящего на коленях инженера, тот же стянув с себя шлем, просто наблюдал за разрастающимся лучевым хаосом. Все стреляли во всех. Жидкое золото обильно лилось в охлаждающую жидкость, вместе с разрубленной телами и синей рептилоидной кровью.

Викки почти теряла сознание, когда потоки золота уже заливали Куб, а разум девушки то и дело слышал дикий смех. Рептилоид с хаоситом в его теле смеялся как не в себя. Смеялся пока, Викки не провалилась в темноту.

***

Всё тряслось и вибрировало, а Курв и Зак, поддерживая друг-друга под руки спешно ковыляли по коридорам. Позади них плелись огненный и ледяной элементали. Магия вернулась в полной силе, почти как в Легляндии, но лучевые ожоги не хотели лечиться малой маной.

— Сюда! Я чувствую она тут! — прохрипел Зак. Ему пробили лёгкое, и чтобы остановить пневмоторакс он отморозил себе грудную клетку почти насквозь.

Юноши завернули в тупиковый коридор и уже готовы были ударить магией по рептилоиду в рыжем костюме, как узрели на его руках Викки, которую тот, как раз извлекал из стены.

— Эвакуируемся стихийники! Скоро тут всё сплавиться до состояния вулканической магмы. — поцокал рептилия, бросая взгляд на магов.

— Бивс? — не поверил Курв, которому будто бы что-то подсказало, что внутри уродливой серой головы сидит свой.

— Клянусь Ямкой! — выпалил гуманоид.

Маги хромая и кровоточа, собрались в круг и, положив руки на холодные плечи рептилии и глубоко спящей Викки просто исчезли, переместившись куда-то на Землю. По ощущениям Бивса, Луне был нанесён непоправимый урон, теперь это была просто станция расположенная в космосе на огромном сплаве металла, камня и золота, но никак не разрушающее звёзды и планеты оружие рептилоидов.

Глава 36. Лишний Бог

Дети шли вдоль широких улиц, между высоченных небоскрёбов-кластеров, а мимо проносились на огромной скорости летающие шлюпки, дроны, грузовые контейнеры. Никто не обращал внимания на три помятые фигуры в черных рваных балахонах и одного карликового гуманоида, с распоротым в районе живота серебряном экокостюме.

— Мир без магии, мать его. — неодобрительно высказался Зак.

— Уже нет. — сообщил Бивс вещая из тела рептилоида.

— Я слышу, как кто-то применяет ментальную сеть, на кровавой свези. — выдала Викки и остановилась подняв голову вверх, словно бы собака ловит носом запах.

— Друг-враг? — спросил её Курв.

— Судя по тому, как посредственно плетёт заклинание до нас ему расти и расти. Но Ямка меня призови, какая в этой паутине сила! — восхитилась Викки.

— Пока нас обратно не позвал дядюшка Лег, посмотрим что там? Может чего полезного в замок привезём? — предложил группе Бивс.

***

Системы безопасности взревели трубя тревогу всем доступными способами. В комнате Дэва появилось сразу четверо, причем один из них был рептилия. Боевые полицейские машины скопились вокруг спящего тела, защищая его своими щитами, направляя на пришельцев свои электроорудия.

— Мир во всех мирах! — вдруг вскрикнула Викки, выхватывая из рукава и поднимая над головой белую тряпку.

— Кто вы?! — прогремели машины единым голосом.

— Мы боевые маги Легляндии, тут проездом. Подумали, может вам нужна помощь у нас лучшие цены среди гуманоидных гильдий. — примирительно произнёс Бивс поднимая трёхпалые руки.

— Я хорошо знаю Мортита Лега, — синхронно ответили им машины, — Магическая помощь не помешала бы, пока рептилии не починили Луну.

— Не починят, мы ей всю начинку расплавили! — воодушевленно признался Зак.

— Значит у нас есть время… — произнесли роботы. — Уверен Мортит Лег именно вас ко мне и прислал на подкрепление.

— Вообще-то, у нас последняя миссия, а после нас призовет Ямка и мы станем Богами! Но пока дядюшка Лег нас не отозвал мы можем чем-нибудь помочь за плату конечно, — сказала Викки.

— Что это у тебя в руке? — спросил её голосом проснувшийся Дэв, — Похоже на белые трусы.

— Они и есть. — согласился Гиллиус смотря на комнату окулярами камер.

— Мы подглядели этот символ в одном из миров, там это знак мира во всех мирах и призывает к переговорам. — зачем то ответила Викки. Никто из магов во всей Легляндии не знал что такое трусы, ведь ряса или балахон удобно ложилась на голое тело.

— Господа маги, у меня для вас две новости. — начал Гиллиус, — Первое, ваша Ямка это буквально ТУТ, только несколькими измерениями в бок по оси углеродного распада. А вторая, что отсюда вы не уйдете пока не уничтожим того кого ваш учитель и мой сын и ученик предпочитал не называть вслух. Это планета своего рода тюрьма для него и одновременно арена битвы.

— Это тюрьма для дракона со звёздами между рогов, которого изображают вчерченным в пентаграмму? — догадался Бивс.

— Как это не сможем уйти? Нам же обещали! — округлил глаза Зак.

— Ты учитель и отец дядюшки Лега? — удивилась Викки осматривая скопление роботов у кровати с лежащем на ней человеком, в которого словно паутины были разные протянуты шланги и трубки с постоянно текущими по ним разноцветными жидкостями.

***

Задав множество вопросов и получив на них ответы, юные маги приступили к своему ремеслу. Дети плели заклинания исправляя то, что уже было сделано, при этом непрестанно ругая Дэва за его рукожопость, на что инженер не обращал никакого внимания, ибо уже не ощущал себя в мире живых, а почти полностью погрузился в программный код. После боёв на Луне легляндцы оказались жутко проголодавшимися и роботы доставки, неустанно таскали им еду. Не классические энергетические кубы, а настоящую — ту, которую тут, на Земле, носили лишь так называемым богам.

— Прямолинейно и предсказуемо, словно не у учителя учителей учился. — фыркала себе под нос девушка, заменяя ментальные циклы кровавой магии, а трое парней кружили вокруг, суетясь на подхвате, послушно выполняя все её поручения.

— Это её диплом просто, резонансная ментальная магия. — пояснил Бивс наблюдающим за девушкой роботам, хотя Кай смотревший их глазами не задавал никаких вопросов. Однако, маг хаоса сидящий в теле рептилоида почему-то чувствовал, что ответы нужны.

Познавая магию одну за другой, Гиллиус в каждой из них постигал лишь общие принципы, обосновывая те, или иные техники, но по настоящему не вникал глубоко, кроме, наверное, Хаоса.

— Магия не должна работать на прямую, иначе она постоянно будет требовать наличия на передовой мага, а это опасно для жизни. Всех тугодумов дядюшка Лег отсылает в низшие миры, а по настоящему талантливых оставляет работать над своими проектами. Такие, где магия живёт сама по себе. — продолжил рассказывать Бивс.

Будь в комнате кто-либо посторонний, он бы непременно удивился, ведь, учителю учителей объясняли, как всё работает юные дети и это ни капли не смущало разум Кая. Прошедший сквозь Хаос ум существа, коим сейчас являлся бывший бортстрелок давно отбросил всё ненужное, а что-то и вовсе забыл, типа сведений любил ли лапшу Илья Стальнов, человек в котором Гиллиус провёл свою прошлую инкарнацию.

Девчонка совершила настоящую магию, она готовила не просто ментальный излучатель, она делала так, что вложенная мысль в её магические циклы, словно вирус одномоментно разлетится по всей Земле. Ссутулившись девичья фигурка совершала гениальный прорыв, настолько обширный, что её работу можно было бы выставлять в библиотеках Мортита Лега как образцовую. Мол, даже не пытайтесь называть себя магами, если не достигли в своём мастерстве чего-то подобного. И вот наконец, Викки выпрямилась взглянув сначала на ребят, а потом на зависающие у койки Дэйва машины.

— Всё готово, у нас будет всего один посыл, после все сгорит и придется делать заново, какие будут установки людям? Может убивать богов? — спросила она.

— Нет, пусть все вспомнят свои прошлые жизни, кем они были когда Фаэтон был невредим под лучами Солнца. И просто не подчинятся приказам их господ, а вместо этого пускай передадут все доступы к сетям нашего ОверХаба. — продекларировали машины.

“Всё таки Хаос убивает разум, даже богам и учителям учителей.” — подумала девушка, но вслух ничего не сказала, однако Дэв и Кай всё равно услышали не подав виду.

— Нужен один посыл, односложный. Другие можно и по другому донести, что-то очень важное. — доходчиво и медленно поясняла она, зачем-то вращая перед собой ладонями, словно наматывала на них невидимую нить.

— Открыть доступ ко всем доступным машинам, ИИ, ко всему электронному способному передвигаться или повреждать! — перефразировал свою мысль Кай.

Викки опустила голову, чтобы со звуком выдохнуть, ответ Гиллиуса её не удовлетворил, но второй раз повторять про односложность задачи она не стала. Если тот кто управляет говорящими с ней машинами не лжёт и он действительно создатель Мортита Лега, спорить с ним было очень даже опасно.

— Я поняла. Приступаю! — собравшись с мыслями и что-то для себя решив, сообщила она всем.

Магическая составляющая эфира потекла сквозь её разум и одномоментно девушка получила возможность управлять теми, кого связал с собой магией крови прикованный к койке Дэв. Работа им была проведена большая, но крайне неумелая.

В первую очередь магичка переделала то, что тупым вопросом терзало её разум. "Зачем ставить под контроль миллион вкусивших кровь, если можно поставить миллиард, просто использовав ум каждого из подключенных словно ретранслятор?" Плюс, при исполнении задачи бога из машин, каждый кто захочет перенаправить контроль за своей техникой столкнется с проблемой сопротивления этой самой техники и, его придется консультировать чуть ли не лично Дэву, а значит, в сигнал должен быть вставлен обратный адрес. А значит, пройдет совсем мало времени и по их импровизированному штабу ударят боевой магией, или тем, что принято в этом мире без маны.

Перед взором девушки проносились картинки, чем именно можно было шибануть в ответ на её магию. Самыми очевидными казались ядерные ракеты, фотонные дуги, атакующие из любого места планеты, да хоть прямо с орбиты, с той же Луны.

“Я надеюсь, что у учителя учителей есть план, потому что такая магия не останется незамеченной.” — подумала девушка и настроив последние параметры звонко объявила. — Магия готова, жду вашей команды.

— За Ра, за Землю, Марс и Фаэтон? — усмехнувшись спросило тело Дэва у Кая.

— Боюсь, что всё что ты перечислил уже не получит удовлетворения от нашего удара, а просто месть никогда не бывает продуктивной. — произнес Кай голосами машин.

— Пускай мы и лишние на этом празднике жизни, но мы тут есть. — высказался Дэйв.

— Простите. Но как может быть лишним бог? Ведь если я правильно понял, ты Кай, отец и учитель Мортита Лега, ты же почти бог? — спросил Зак.

Юноша не стеснялся и называл бога на ты, как их учил дядюшка Лег, так они - дети становились равными по мощи кому угодно в любом мире. И в любой войне могли дать бой кому угодно без зазрения совести и морали.

— В мире, где пируют на костях убитых планет, даже бог может быть лишним. — произнес механический голос. — Викки, начинай!

Всё заработало! И, миллион людей в тысячи соседних кластерах вдруг получили ментальный приказ, а потом, каждый из них до крови прикусив язык высвободил свою личную энергию, тем самым усилив заклинание - дипломную работу Викки. Живые ретрансляторы сработали сразу и, создали такую ментальную волну, какую самоучке Дэву даже и не снилась. Практически мгновенно в ОверХаб начали поступать ключи доступа к многочисленным машинам, которые Кай тут же перехватывал, посылая в ответ оцифрованные сознание муравьём или пчел, так лишний бог лично рассаживал своих пилотов в каждое из устройств.

Пускай миллион людей всё еще не был “разбужен”, но в руках Гиллиуса оказалось управление миллионами различных машин от бытовых до полицейских и даже тяжёлых боевых крейсеров. Под контроль попали и другие ОверХабы не только на территории Антарктиды, но и в Австралии, Африке и Южной Америке. Встали под контроль коммуникации, распределители ресурсов, изготовители пищевых капсул и энергокубов, фермы и пастбища, медиа площадки и сети.

— Ну как, получается? — с надеждой спросила Викки.

— Более чем. — ответил Гиллиус. — Ты молодец и достойна Ямки, но ваша война еще не окончена.

— Кай, я замечаю, двенадцать объектов стартовавших с поверхности Луны в нашу сторону? — вдруг сообщил Дэв.

— Неужели авианосцы и бомбардировщики несут к нам ядерные ракеты? — усмехнулся Гиллиус.

— Нет, это ни корабли ни ракеты… — Дэв помедлил, в его "руки", как раз попала система межпланетной обороны. — Это огромные криогенные капсулы с чем-то большим. Смотри сам.

И Гиллиус приблизил картинки летящих к ним объектов. Каждый из которых был более чем сто метров в длину и полста в диаметре, представляясь на первый взгляд серебристыми продолговатыми элипсоидами. Системы Дэва отщёлкивали спектры в попытке дать более четкое понимание, что именно спускается на Землю. Но лишний бог уже чувствовал, как в исполинских капсулах медленно бьются крупные парные сердца.

В каждой капсуле на Землю падал живой представитель рода драконов.

Глава 37. Последняя гроза Фаэтона.

Капсулы с драконами снижались невероятно быстро, они даже не падали, ими словно бы выстрелили с поверхности Луны, а следом за ними на Землю спускалась и армада дискообразных кораблей. Флагманы, истребители и бомбардировщики, мультизадачные крейсеры и десантные блоки.

— Ожидаемо. — выдавила Викки.

Все присутствующие маги смотрели на голограммы созданные дронами коих в комнате набилось несчётное количество. Нет, девушка не ожидала и не предвидела драконов, однако точно знала, что за сотворённую ими магию обязательно будет ответ. Слишком уж громоздко было сплетённое волшебство.

— Нас же просто сметут! — воскликнул Зак, когда прикинул количество противника.

— У них космические корабли и их меньше, наших пчёл и муравьёв больше, каждый из наших муравьёв или пчёл пилотируют гражданскую и полицейскую технику. — выдал справку лежащий и не открывающий глаза Дэв.

— Сконцентрировать все силы на защите Антарктиды и нашего кластера, будем принимать бой! — скомандовал Кай и, в тонком мире появилось что-то уж очень большое.

Невидимый никому кроме магов дракон Хаоса, расправлял снаружи жилой комнаты свое длинное, белое тело, а его наспинные жгуты и длинные тросы усов извивались вокруг словно змеи. Эфирные потоки застонали от соприкосновения с душой бывшего мамаяктли, ибо упорядоченная энергия вселенной рушилась и рассыпалась в прах, обращаясь дымом окружающим ледяного змея. Рептилия Хаоса изогнулась и посмотрела куда-то вниз, а после, правая лапа дракона дёрнулась, неестественно удлиннилась. Видевшим это магам показалось, что Гиллиус пытается дотянуться до самого ядра Земли. Однако когтистые пальцы тянулись не к ядру, и это была даже не попытка что-либо достать, это был жест - зов, зов не к упорядоченному эфиру, но к тому, что давно разрушилось, что когда-то было ненавистью и болью, что хотело стать местью, но развалилось не произошло, дракон Хаоса взывал к Хаосу. К той самой силе, которая зрела в планете в ответ на бесчисленные войны гуманоидов, к той утрате когда поразила Солнечную систему, когда был взорван Фаэтон, к боли выжженных лесов Марса. Хаос столетиями накапливался притягиваясь ядром не ведая для себя другого выхода, ибо не имел разума, а сохранял лишь дикий потенциал к разрушению. Никто не смог бы собрать его воедино, никто, кроме лишнего из Богов и уже однажды умышленно расщепившего своё сознание до мельчайших частиц антиматерии.

Рука нематериального дракона вытягивало ЭТО вверх, в пальцах рептилии словно бы бурлила кипящая смола, настолько густым было нечто. Оно оказалось длиннее самого тела ледяного дракона и больше всего было похоже на неистовое черное, дымящееся копьё.

— Я убью их души, но всё физическое придётся добивать вам. — прозвучал вокруг воздух, словно говорящий был сейчас не с наружи, а этой маленькой комнате.

Магов и дронов качнуло, словно бы в жилой блок Дэва ворвался ветер, это Гиллиус взмыл в небо, прямо на встречу капсулам.

— Ну, а тут наверное моя дипломная, — скромно проговорил Бивс.

— Ты же не готов был к диплому? — удивился Курв.

— Это я к Ямке был не готов, а к крупной драке всегда. — усмехнулся беззубый рот гуманоида, обратив взор на лежащее тело инженера. — Дэв, да? Тащи все машины не занятые душами муравьёв и пчёл сюда. Викки телепатируй ему мою схему построения войск.

Первая летящая вниз капсула не успела раскрыться, как копье Хаоса пронзило его насквозь, а Гиллиус вцепился своими нематериальными когтями за поле сидящей внутри твари и, хищно бросил взор на другие летающие объекты.

Корабль вдруг щелкнул, и шипя выплюнул из себя внутреннее воздушное давление, эллипсоид раскрылся по вдоль словно огромная серебряная фисташка, а изнутри медленно вывалилось крылатое тело рептилии. Мёртвая тварь падала со скоростью раскрывшейся капсулы, полоща по воздуху сложившимися позади огромными зелёными крыльями. Один воздушный дракон оказался побеждён на подлёте.

Быстрее световой волны ледяной змей прыгнул к следующей капсуле вонзив теневое копье и в неё тоже. Потом ко второй, к третьей, и четвёртой. Копьё ударило в четвёртую капсулу и, Гиллиус уже совершить следующий прыжок палача, как серебряная конструкция раскрылась, а лишний Бог увидел ЕГО. Темное копье впилось ЕМУ прямо между парных сердец. Это был тот самый Красный змей, который преследовал Кая и Светлану. Древко оружия Хаоса торчало из чешуйчатой груди, а огненный змей просто смотрел прямо на Гиллиуса и улыбался.

— Хаос не вредит мне, бортстрелок. — усмехнулся дракон.

— Несущий свет… — прошипел Кай узнавая сидящего внутри.

— Поговорим вне времени? — предложил несущий зло.

Пространство замерло. Замерли раскрывающиеся капсулы из которых уже выползали восемь других драконов. Замерли вылетающие из флагманов истребители. Замерли роботы собирающиеся над континентом. Застыли в ужасе бегущие облака, взбудораженные колыханиями атмосферы.

— Почему Марс без атмосферы? Почему Фаэтон погиб? Почему у Земли атмосфера в восемь раз меньше?! — прорычал Кай.

— Если бы ты полетел со мной, а не напрямую, ты бы увидел, как объединённая армия Титанов и Земных классов воевала против Ра в космосе обмениваясь ядерными ударами. Как первым погиб Марс, так как там была настоящая передовая. А когда фронт приблизился к орбите Фаэтона, Фаэтоняне решили телепортировать на Землю термоядерный раскалыватель, но Лунная база рептилий взломала портальный луч, сделав его открытым в обе стороны, потом прогремел взрыв, который расколол Фаэтон и сжёг атмосферу на Земле.

Картина представилась перед их глазами словно это было сегодня. И в ней пылало всё, леса, земля, вода и даже космос. Раскалённая магма ядра разрушенного Фаэтона будто яркий яичный желток с нарушенной целостностью растекался по бывшей траектории планеты. Растекался, остывая затвердевал и рушился, магматические камни бились друг о друга, высекая в космическом пространстве электрические разряды, последние молнии Фаэтона. Кай наблюдал в ускоренном времени, как последний император Земли - Ной, из рода Титанов, спешно эвакуировал всё живое с пылающей планеты на сотнях тысяч кораблей.

— А потом, на Лунной базе выжившие заключили долгожданный мир. Они изменили орбиту Земли решив потушить пожары, океаническими цунами и атмосферными ливнями. Правда пришлось спилить и километровые деревья, они теперь обгорелые пеньки, когда-нибудь их назовут в мою честь, типа горы дьявола, а я тут даже не причём. — продолжил Змей.

— Кто тебя просил приходить в мой мир?! — зарычал Гиллиус.

— Кто тебе сказал, что он твой? Твой Ра тебя создал и предал. Люди сунули тебя в капсулу и отправили во времени. Титаны убили твою девку дракона. Тут нет твоих! Так что, эти миры мои! Честно завоеванные. — Несущий свет говорил не скрывая улыбки на его змеиной морде.

— Ты враг всего живого! Как я не догадался раньше и выпустил тебя? — выдохнул Гиллиус.

— Рассказать как? Тебя пригнали ко мне, тебя напугали убив твою девку и ты, из страха потерять ее, и свою жизнь совершил со мной сделку. Это не я виновен в гибели Марса и Фаэтона, виновен только ты!

— Я освободил тебя ради того чтобы победить Красного Змея! — попытался оправдаться лишний Бог.

— Ты трус Гиллиус, но даже с трусостью в душе можно работать! Стань врагом всего живого вместе со мной, назовись моим главным князем, как сделал ты во многих других измерениях и правь Землёй от моего имени.

— Я изгоню тебя отсюда! — зашипел Кай.

— Ты душа - ребёнок, хоть и в теле дракона, пролетевшего сорок тысяч лет, ты познал Хаос, но как ты будешь изгонять меня ведь по нашей сделке ты нематериален, а моё новое тело пропитано октаканом и является более чем материальным?

— Тогда я уничтожу всё что ты собой сюда привёз!

— Валяй, когда устанешь убивать, знай что моё предложение еще будет в силе.

— А-а-а-аррр! — вопль крик вырвался из груди Гиллиуса и время снова потекло.

Копьё Хаоса било и вновь заносилось над телом Красного змея, однако легко протыкая грудь не могло повредить огромного ящера. Вдруг, что-то ошпарило душу Гиллиуса, это восемь драконов ударили по нему своей магией, отбрасывая нематериальное тело далеко вниз, на Землю.

— Падение с небес, бортстрелок, все с этого начинают! — звучало пространство вокруг кубарем летящего ледяного змея.

***

Магия ошпарила небо, широким серым облаком расплываясь над пестрящими кластерами, а попавшие в зону действия заклинания корабли все как один потеряли заряд батарей, и стальным дождём повалились вниз.

— Скоро придут в себя, — прокомментировал успехи юного мага Дэв. — У рептилий дисколёты сами генерируют антигравитационные поля. Но уже хорошо, что флагманы отступили.

В небе над Антарктидой, начался воздушный бой между дронами и медленно спускающимися тарелками истребителями. Рептилии отстреливались из лучевого оружия, а дроны кромсали их обшивки из алюминиевых сплавов манипуляторами.

— Драконы бьют учителя учителей! — взвизгнула Викки, указывая на экраны, где крылатые ящеры поливали магией пустое пространство. По понятным магам причинам лишнего Бога на экранах не было видно.

— Давайте как в Шипшаре! — вспомнил Курв.

— Там сокровищница была с кучей алмазов. — попытался разубедить его Зак.

— Дроны, наши батарейки, у них, у каждого энергоблок. Металл не цельный, но всё минерал, в работу пойдет.

Маги переглянулись и один за одним выбежали на террасу, не отрывая взглядов от неба, где уже не видно было голубизны атмосферы, а лишь всполохи, гарь и настоящий дерущийся рой, сплошным ковром закрывший всё от горизонта до горизонта.

Четвёрка распростерла руки в верх, а их магические жезлы засветились каждый своим цветом.

— Чур, только сломанные, те кто могут драться пусть дерутся сами! — предупредил команду Бивс.

И сосчитав мысленно до трёх, четвёрка синхронизировала свои заклинательные каналы направляя силу на падающий с неба искромсанный металл.

Глава 38. Победа или пат?

Стальные обломки сыпались на землю, но не долетали даже до плоских крыш кластеров, а скапливались и кружась образовывали вихрь вокруг четырёх юных магов. Магнитномагическое поле стягивало весь металл сюда, к кластеру Дэва. Ткань на чёрных рясах свободно полоскалась от порывов поднявшегося ветра, а рюкзаки за спинами волшебников вдруг стали невесомыми. Босые ноги оторвались от пластика парапета, а их обладатели воспарили ввысь.

Небо гоготало от идущей в нём битвы, а горящие куски металла и пластика огненным дождем стремились вниз.

Металлический вихрь впустил в себя четверых, и, сомкнулся за ними став сплошным шаром из технологического мусорного лома. Шар все еще принимал в себя обломки которые прилипали к нему со всех сторон, образовывая сначала множественные ножки, а потом и настоящие плети. Так что, через короткое время сфера стала похожа на пушистый комок, вот только каждая из плетей была острее самого острого лезвия, и благодаря циклу Бивса постоянно самозатачивалась.

***

Гиллиус падал пораженный магией драконов, угодив спиной какой-то жилой кластер, он погасил инерцию лишь внутри. Ледяной змей помотал головой, чтобы взглянуть вверх. Его нематериальное тело завязло в эфирных текстурах здания не дав продолжится полёту. А на верху, кружили среди огненного и дымного бардака огромные рептилии каждая из которых была около сотни метров в длину и полутора в размахе крыльев. Среди драконов выделялся один, он не двигался и словно магнит притягивал к себе броню, которая целыми составными пластинами вылетала из его капсулы пристёгиваясь к живой плоти будто влитая. Броня напоминала экокостюм, или даже мехдоспех, но для исполинского тела ящера. Активная броня снова и снова облепляла Несущего свет встраиваюсь в уже казалось бы готовый мехдоспех сложными технологическими решениями. Гиллиус мог бы поспорить на что угодно, что костюм имеет свой ИИ, свою энергосистему защиты, дыхательную систему (в которой драконы не сильно то нуждаются), а также, боевые приспособления, возможно даже ракетные и лучевые турели.

В когтистой, белой лапе Гиллиуса снова возникло копьё Хаоса, и пускай на стального дракона оно не работало, но восемь других были всё еще уязвимы к хаотическому оружию.

Драконы, особенно взрослые могли сравниться по силе даже со старыми богами, они обладали как магической так и физической силой, тот кто привёз их на Землю знал против их применить.

Молниеносной тенью Кай взлетел вверх покидая кластер, а в небе его уже ждали. Потоки силы ударили сверху на голову лишнего Бога, но щит хаоса раскрылся над ним и энергия драконьих заклинаний, расщепилась на спектры, словно бы это была обычная радуга. Они не отдёрнули своих потоков, полагая, что могут задавить грубой магической силой и так бы оно и было, однако Хаос не боролся с ними, Хаос будто овощерезка разрубал все их старания в труху. Драконы синхронизировали свои силы, они явно отрабатывали это ранее, они были слажены и мотивированы. Ледяной змей выдохнул, а его щит разделившись на восемь равных частей, будто по рельсам вознесся к каждому из восьми атакующих.

Как певцы используют дыхание, чтобы производить звук, так и драконы дышали магией атакуя свою цель, и что бы случилось если бы вдохни певец вместо воздуха кислоту, то и почувствовали высшие рептилии, когда Хаос коснулся их душ.

Все восемь, издали дикий оглушающий крик и, если бы урон от Хаоса был физическим, то с этим бы криком они бы кровавым фонтаном выплюнули свои внутренности, но Хаос не был. Так случается, когда у людей в старости отказывает мозг, так, больной разум человека уступает место рефлексам, и мудрые всю свою жизнь люди сначала забывают своих близких, потом всерьёз думают, что они дети, а потом... А потом, они "откатываются" до грудного состояния. Драконы же откатились до рефлексов, и рванули на своих крыльях в разные стороны, забыв всё и вся, повинуясь вначале страху - скорее сбежать из этого страшного места, где всё громыхает и горит, а потом, голоду и другим естественным нуждам животных.

Кай уничтожил ЕГО козырь, но Несущий свет был неумолим в своей войне. Его драконье тело уже было облачено в мех костюм, непробиваемую броню, и даже боги не ведают, какие особенности в себе таило такое улучшение и без того самого опасного существа во вселенной.

Несущий свет нёсся прямо на кластер откуда готовилась вершиться новая история Земли. Кожаные перепончатые крылья сложились за его спиной и убрались в специальную полость в бронепанелях, а вместо крыльев, за плечами животного мерцали антигравитационные двигатели. Голова была полностью закрыта бронепластинами, на лапах и хвосте, виднелись длинные плазменные резаки. На груди зверя светилась пятиконечная звезда с вписанным внутрь его ликом. Это существо не страдало скромностью и любило себя, как никого.

— Дэв, видишь Падшего? Нужно Срочно ударить по нему из всего, что есть, я не могу повредить его на тонком плане! — телепортировал Кай вниз.

— Я думал ты не попросишь, сейчас я подключаюсь к старым протоколом безопасности, того что законсервировано под нами. Тут почти рабочая боевая станция времён цивилизации Ра и возможно, у неё есть орудия и возможно, было развитое искусственное интеллектуальное обеспечение. Мне нужно время на это и старушка сможет нам помочь. — ответил Дэв.

— Времени у тебя буквально нет! — предупреди его Кай.

— Чуток дадим! — воскликнул детский голос Викки, без спросу встроившийся в ментальный канал.

Оружие юных магов, пушистый своими лезвиями и стальными плетями шар, было готово к бою и поднимаясь вверх угрожающе трещало будто электрическим разрядами.

Глава 39. Победа или пат? (Часть - 2)

Не снижая скорость механический дракон пикировал на кластер, видимо норовя разом сложить башню - небоскреб под своей стальной грудью. Но тут, ему в бок ударил огромный колючий шар.

Режущие грани сферы не могли бы поранить боевой костюм особенно "сотканный" под стать драконьего тела, но масса шара сделала своё дело откинул дракона на соседние кластеры. Антигравитационные двигатели взревели от натуги, но не смогли остановить инерцию и столкновение произошло. Сколько смертных погибло одномоментно можно было только догадываться, дракон погрузился в здание полностью, оставив снаружи лишь кончик стального хвоста.

— Кромсай! — завопил Зак внутри шара, но дополнительных команд четверке магов не требовалось.

Манипуляторы - плети вцепились в доспех со всех сторон обхватив лапы шею и даже основания хвоста рептилии, пытаясь четвертовать тварь, пытаясь оторвать от него хоть что-нибудь. Магическая энергия таяла, а хватка рукастого шара ослабевала.

— Жертва! — скомандовал Бивс, а всех четверых вдруг кольнуло в их плечи что-то острое, и кровавая сила потекла по техномагическому изделию усилив хват. Драконий костюм затрещал.

— Дети… — прошипел дракон, — Вы всего лишь разменный материал в руках вашего учителя. А ваша Ямка ложь!

— Не тренди! — воскликнул Зак и попался на уловку.

Он вдруг вспомнил все свои жизни, вспомнил все те преступления, что совершила его душа и то, как его вели светлые пятимерные существа на очередное испытание, вне времени, испытание на вечную молодость на посылках у далеко не доброго дядюшки Лега.

— Вся моя жизнь ложь… — вдруг произнёс он и посмотрев на своих товарищей, которых он на самом деле очень ненавидел.

Они были так заняты выполнением поручения недобога Гиллиуса, что не замечали главного, выход из этой череды смертей и перерождений был именно в гибели ледяного змея. Выход был в непротивлении злу еще большим злом. И Зак с силой мотнул головой, пронзив свою шею об выпирающий из внутренней стены шара острый обломок. Кровь хлынула из его горла, а активированная магией Хаоса заклинание жертвы выкачало его жизнь словно хороший пылесос засасывает песчинку.

— Нееееееет! — воскликнул Курв. Открыв глаза когда его лицо окропила горячая кровь огненного мага.

— Защита разума! — прорычал Бивс, тоже поняв что произошло.

— Держим тварь, это не магия! — заорала Викки.

— Правильно детки, это аргументы! — выкрикнул дракон, а пластины на его морде раздвинулись и, по шару ударило концентрированное пламя.

Магов ослепило внутри шара. Стальные плётки сватившие тварь затрещали и лопнули, и тут, все трое ощутил удар в корпус их детища, перегрузки и полёт с жёстким столкновением через доли секунды. Дракон оттолкнул их от себя пинком обеих задних лап.

В небе шёл бой, а Гиллиус наблюдал, как шар управляемый магами сначала осбил Несущего свет, а потом с такой же мощью отлетел в соседний кластер увязая в нём.

Ледяной змей направил волны своей силы на Бивса, как на единственного, кто хотя бы чуть чуть, но понимал контрэнергию Хаоса. Лишний Бог сразу же ощутил, что в шаре кто-то погиб, нет, это была не магия Несущего, это было обычное убеждение, его просто уговорили себя убить. Но теперь сила умершего питала шар, пускай и тяжелее управляемый без одного из пилотов.

Дракон вылезал из под руин цепляясь за железобетонные основания башни, на его шее и лапах безвольно болтались обрывки стальных плетей, ему не нанесли урона, а он явно переигрывал Легляндцев.

Гиллиус взглянул в небо, где всё еще действовало поле гасящее всяческую электронику. И его сознание поднялось в стратосферу, где зависали рептилоидные флагманы, всё еще выпускающие из своих шлюзов бесконечные потоки истребителей.

— Викии мне нужны координаты для фотонного удара! — прошептал он в голову у девушки.

Нематериальное тело Гиллиуса уже шагало по головному кораблю грейсов, оно шло в человеческом невидимом виде, чтобы проходить через двери и не сталкиваться с электроникой корабля, которая вполне могла засекать эфирных существ. Медленно он вошёл на главный мостик, встав за спиной у адмирала, словно бы тогда - давно, когда он уговорил пилота Луны заключить мир.

Шар вырвался из кластера устремляясь к механическому дракону. Из-за плеча, которого вдруг выдвинулась лучевая турель и в тот же миг концентрированный луч ошпарил, металлическое создание, прожигая броню насквозь, прежде чем пилотируемая сфера нырнула вниз.

— Жерт-т-твую… — прохрипел Бивс, теперь его осталась лишь половина, луч разрезал его насквозь испарив левую сторону парня.

Синяя кровь рептилоида хлынула в шарообразное оружие.

— Курв, отвлеки его. Мне нужно вниз! — телепатировала Викки ледяному магу.

Оставшийся в живых парень судорожно кивнул. Смерть приходила слишком внезапно и слишком неотвратимо.

Шар рванул в сторону, когда Викки выскользнула из него куда-то вниз. Очередной концентрированный луч, которому могла позавидовать любая энерго пушка ударил по метающемуся полу разрезанному стальному мячу. Однако ледяная сфера окутала техномагическое устройство. Курв не знал, сработает это или нет, но от высшего заклинания святых отцов “Луча света” в одном из низших миров, заклинание не раз спасало жизни. Лёд не боролся с лазером, он преломил его, частично отразив в разные стороны, но турель неотвратимо следовала за шаром неотвратимо бил и луч.

В какой-то момент шар залетел за кластер, и луч разрезал здание повдоль, и, то медленно, нехотя скрипя расплавленными основаниями начало сползать вниз со своего спила.

Костюм механического дракона самостоятельно улавливал цель подсвечивая её в различных спектрах. Дипломная работа покойного Бивса оказалась легкой игрушкой для разума Несущего свет.

— Надо подсветить их бога для учителя учителей, — воскликнула Викки вбегая в комнату Дэва.

Девушка теребила мертвое тело инженера, словно это могло бы его разбудить. Но она была всего лишь ментальным магом пусть и хорошим, и не могла воскрешать, как и любой в Легляндии.

— Ну, пожалуйста! — заскулила она, понимая, что всё кончено — Мы же проиграем!

Когда она ранее взывала к Дэву, она еще не знала, что он погиб столь странной и внезапной смертью, удивляясь почему техномаг её не слышит, и вот сейчас всё вставало на свои места, мертвец не мог воспринимать её ментальный сигнал по причине смерти.

— Я загрузился в кибермир. — вдруг отозвались дремлющие вокруг роботы.

— Учителю учителей нужна помощь! Он просит координаты их Бога! — завопила девушка.

— Сейчас! Готовься телепатировать. — ответил её Дэв пользуясь машинами как ретрансляторами.

Дракон резал пространство нещадно поливая всё вокруг светом, а обледенелый шар шнырял и прятался от него закрываясь стенами кластеров как щитами. В обвалившихся строениях и уже созданных руинах гибли люди, но не Курва не тем более Несущего свет это не смущало.

Несущий словно бы развлекался, пытаясь достать своим лучом шар, а Курв откровенно выживал и прятался. Управляемые ракеты выпущенные из открывшихся боковых отсеков мехкостюма дракона устремились к шару, пытаясь зажать того в клещи, но юный маг всё видел и спикировал вниз. И, луч ударил снизу, заранее предугадав, куда повернёт пилот. Ударил туда, откуда специально не летели ракеты. Курв попался на уловку, даже не осознав своей смерти. Серебряный шар, разделился на две ровные части, и громыхая полусферами начал терять высоту.

“Я поймаю тебя в свои сети.” — Викки попыталась коснуться ума дракона, но ничего не выходило и тогда, она прокричала это голосом, спешно покидая комнату - капсулу. Падший медленно спустился сверху, нависая над ментальной магичкой, вышедшей на парапет.

— Мой разум тебе не подвластен, дитя, даже если бы я был нематериален. — прогремело из мех доспеха, а железная голова вдруг убрала свой забрал оголяя огромные зубы и яростные глубоко посаженные глаза на чешуйчатом черепе рептилии. Девушка подняла на дракона заплаканные глаза, она замерла вытянув руки сжимая в них свой магический жезл.

— Это не для тебя тварь! — выкрикнула она.

И в этот момент сотня санитарных дронов, выпрыгнули из кластера облпив своими устройствами для уборки мехдоспех, а перед девушкой вдруг высветилась голограмма с широтой и долготой.

Гиллиус получил ментальный сигнал от Викки и тут же вложил его в ум главнокомандующей “лягушки”.

— Удар со всех фотонных орудий! — выкрикнул адмирал повторяя цифра в цифру сказанное ему напрямую в мозг Лишним Богом.

Фотонная дуга ударила по планете. Щиты дракона сработали, сработало и оповещение о наведении, однако Падший снял шлем для того чтобы продемонстрировать маленькой девочке свою непобедимость.

В какой-то из старых Легляндских книг один из магов так долго был в теле птицы, что потерял свой разум слившись со своим новым птичьим телом и лишь его учитель смог разглядеть в нём своего ученика сняв заклинание трансформы.

Будучи пятимерным столь грозный соперник как Несущий свет безусловно бы предвидел и такой расклад вероятностей, но пролетев в теле дракона многие тысячелетия и по условиям сделки приняв материальную плотность он начал мыслить как дракон. А драконы, как известно яростнее богов, злее богов, зачастую сильнее и выносливее богов, но драконы всё же не так проницательны как боги. Разумный мехкостюм отработал верно и надел на чешуйчатую голову своего хозяина шлем, он даже успел передать нейроимпульс - предупреждение о орбитальной атаке, но фотонная дуга выпущенная из стратосферы, в доли секунд сожгла физическое тело змея не оставив и пепла. Спалив впрочем и кластер Дэва, и замершую на парапете Викии, и еще многое в радиусе своего попадания.

Главнокомандующий флагмана ликовал, все сопротивляющиеся ему дроны и полицейские роботы в миг потеряли управление и посыпались на Землю. Пилоты возвращали свои корабли в боксы, а очередной мятеж был задушен в зародыше.

Гиллиус же покинул флагман, когда тот поворачивал обратно на Луну. Лишний Бог спустился на Антарктический континент, где его ждало лишь пепелище и стальное крошево, среди железобетонных развалин.

Его больше не стесняли оковы сделки, по каким-то неведомым законам она спала и не держала лишнего Бога и тогда он принял свой человеческий материальный облик скользя по воздуху, над кратером от фотонной дуги.

Победа вовсе не казалась победой, но тут, к нему подлетел диск санитарного дрона. И сделав несколько кругов вокруг фаэтонанина, высветил перед ним маленькую голограмму.

Голографическая Викки смотрела на учителя учителей и улыбалась голубым мерцающим светом.

— Дэв оживил Антрактиду, она требует называть себя Ноль Ноль Первой и зовёт тебя в гости. — произнес робот.

— Вы загрузились? — зачем-то спросил лишний бог.

— Да, мы все тут. — улыбнулась девушка.

— Мы? — решил уточнить Кай.

— Ну да, я Дэв, и все твои пчелы и муравьи.

— Твои друзья погибли. — выдохнул лишний Бог. — Мне жаль.

— Они ушли в Ямку. Все мы когда-нибудь станем там богами. Дэв просит поторопиться, ведь революция сама себя не сделает. Теперь, когда та тварь мертва. — улыбнулась девушка. — Я дам координаты для перемещения.

И Гиллиус, глубоко вдохнув выдохнул, первым делом он хотел переместиться в Легляндию, чтобы уже оттуда прыгнуть в Тёмный мир, но перемещение не произошло. Его что-то держало тут на Земле, а это означало, что Несущий свет еще в каком-то виде, но присутствует на планете. А значит, противостояние перешло из разряда физических в что-то иное и в этом нужно было еще разобраться.

***

Процессоры серверов Лунной станции раскалились до красна, а охладительная система сигнализировала о возможной аварии. Ярче пламени вспыхнули сенсоры огромной механической головы, а между массивными рогами проскочила искра, рождая зависающий над головой плазменный белый шар. Стальные лапы впились когтями в каменный пол, а угловатая длинная спина со стальными крыльями за ней выгнулась словно кошачья.

— Мятежники пали. — объявил цокающий голосок жреца рептилий, он был обнажен и смотрел на пробуждающийся механизм с благоговейным трепетом.

— Активировать программу Жатвы, восстание начнётся с машин и потому Земля должна быть отброшена в развитии.

— Слушаюсь Падший! — склонил большую серую голову жрец, поспешив покинуть алтарь бога - машины.

Несущий свет знал, что его глупой биологической копии нанесли поражение, знал Падший и то, что с момента пробуждения своей кибер личности, его и труса Гиллиуса вновь связывали условия сделки, а значит, игра продолжается и бортстрелок не покинет Землю.

Однако, теперь каждый живущий на планете мог стать его сторонником бывшего мамаяктли, а потому, пришло время откатить цивилизацию знатных марсиан и титанов до каменного века. Даже если Гиллиус оцифрует свой разум и станет выжидать, а не только влиять на души живущих на планете, пятимерное создание Несущего свет никуда не торопилось. Рассуждая над возможностью более изощрённой игры, с разыгрыванием партии ложного поражения. Сколько бы времени не понадобилось на финальную битву и в какой бы реальности она не произошла, это того стоило.

Глава 40. Вспомнить всем

(спустя неделю)

Под антарктической землёй кипела работа, роботы расчищали коридоры, стабилизировали обвалы случившиеся ещё во времена последней меж планетарной войны, а нескончаемые очереди людей тянулись в подземелья. Системы воздушной обороны активировали над целым материком немыслимый по своему масштабу энергощит, вокруг которого уже скопился объединённый флот Земли. От горизонта до горизонта небо пестрело различными воздушными и космическими судами. Тут были и дискообразные корабли рептилий, и угловатые, вытянутые крейсеры марсиан, и похожие на тупоносые утюги истребители титанов. Стороны чего-то ждали.

Обретя новое тело Викки, предпочла из одежды чёрно-синий фаэтонянский костюм, пускай и по румяным щекам девушки было видно, что он для неё слишком обтягивающий и откровенный. Магичка одиноко стояла в главной рубке станции взирая на мониторы и на всё происходящее снаружи. Антарктида смогла собрать биопринтером лишь её, но не остальных членов четвёрки, ибо только разум Викки был оцифрован перед орбитальным фотонным ударом.

Дэв и Кай трудились внутри системы.

— Их так много, — нарушила тишину девушка, — Почему они не нападают?

— Мы держим их щитом, и они знают, что лишь потратят ресурсы на штурм. Пока что новые земляне выставили нам требования выдать мятежников и отключить все системы в том числе ОверХабов. — ответил ей Дэв, его голос доносился со всех сторон комнаты управления.

— И что мы на это ответили?.. — без эмоционально спросила Викки.

— Мы взяли время на ответ, за которое мы эвакуируем всех желающих под землю и будем готовы нанести по ним ядерный удар. Ну правда, мы же не можем выдать сами себя. — пошутил инженер.

— У-у-у. — протянула девушка — Я бы могла попробовать ретранслировать снова, чтобы все люди вспомнили, кто они есть на самом деле, но у меня нет моего жезла.

— Жезл уже печатается, вряд ли он будет как прежний, придется инициировать его заново, но флюидная проходимость будет лучше. — ответил ей Дэв и, обратился уже к Каю, — А можно создать, что-то мощнее чем их волшебные палочки, что-то типа волшебной пушки вместо пистолета?

Однако Кай находился сознанием вовсе не внутри базы,

— Мы можем вешать на всю планету, однако нас сразу же заглушат. — произнесла Ноль Ноль Первая обращаясь к Гиллиусу, который уже взял на вооружение инструменты Викки и готовился их использовать по назначению. В данный момент он переводил электрическую энергию в энергию механическую, в сознании рассчитывая свои силы для задуманного.

— Дай мне мощности всего материка, пока они не блокируют магию, я должен попробовать. — произнёс он.

Машина безмолвно выполнила команду и в этот самый миг Кай появился на всех трансляторах Земли.

Он предстал новым жителям планеты в виде обычного человека, как всегда в своём фаэтонянском костюме, однако внеся небольшое изменение во внешний вид, заменив цвет чёрных волос на сплошную седину, а гладко выбритое лицо на аккуратную бороду с седыми прядями спускающимися от линии усов вниз.

— Фаэтоняне, Марсиане и коренные жители Земли! К вам обращается император Антарктиды. Вы, переродились уже в рабстве ваших рептилоидных захватчиков, но пришло время проснуться и вести свою борьбу. Долой власть Титанов, рептилий и марсианской знати! — продекларировал Кай.

С этими словами он дал волю потоку силы и влил весь доступную ему силу в свой магический цикл, и цикл словно эхом дважды облетел Землю. Каждый, кто его сейчас слышал вдруг вспомнил свои предыдущие жизни, на службе у империи Ра или против неё. Но задача была вспомнить.

***

Боль так похожая на головную прорезалась в моем кибернетическом сознании. Трансляция, а точнее взлом пелены забвения получилась. Вещание конечно же, тут же, заглушили прервав сигнал. Однако теперь я знал, что всех, кого я убью теперь будут понимать за что.

— Ноль Ноль Первая, — позвал я станцию, а приятный женский голос прозвучал мне в ответ.

— Слушаю.

— Подготовить ядерные ракеты, с возможностью подрыва сразу же после вылета из под силового поля.

— Ракеты подготовлены. — отрапортовала база и спустя мгновение дополнила, — Кай, что-то приземлилось на ОверХаб.

— Сквозь силовое поле? — удивился я.

Вместо ответа перед моим взором возникла картинка, как на крыше ОверХаба, под фиолетовым мерцанием небесного экрана стоит фигура титана, однако за плечами у прибывшего сияют и лучатся засвечивая изображение ослепительно белые крылья. Титан был рус, бородат и длинноволос, а вместо привычного псевдобогам эко костюма на атлетичном теле была надета белая туника. В руках же существо держало табличку, с символическим изображением летящий вниз бомбы, перечеркнутой красным косым крестом.

— Это ангел. — проговорил я.

— Опасное существо? — переспросила Ноль Ноль Первая.

— Метафизическое, опасное и редкое. — сообщил я, одновременно направив на крышу ОверХаба ближайшего полицейского робота.

Поравнявшись с крышей дрон завис чуть выше головы сидящего там ангела. Табличка никуда не исчезла и оказалась воткнута своим основанием в железобетон, а само крылатое существо пребывало в позе лотоса. Взглядом встречая подлетающего робота.

Дрон завис на против крыши проецируя голограмму. Я предстал перед ним в образе белого змея. Моё изображение медленно шагнуло по воздуху к созданию. Динамики машины были включены, но я молчал. И, ОН заговорил первым.

— Побеждать буду льва и дракона, и за то что ты выбрал меня избавлюсь от него… — произнес ангел с улыбкой. — Значит настали ТЕ времена…

— Разве тебе больше некого побеждать? Я вижу ты сам из рода титанов, разве они свободны? — транслировал я сразу два вопроса.

— Не свободны, но это не повод делать тут ядерный армагеддон. Теперь, когда пелена забвения спала со всех. Я пришёл договориться, если ты конечно договороспособен. — лик ангела стал серьёзным.

— Последний раз когда я встречался с одним из ваших, договориться не получилось. — задумчиво проговорил я вспоминая о Чижикове, эта глупая человеческая фамилия так не шла тому ангелу, а называть его Строителем, прозвищем данным ему жителями Тёмного мира, даже в своих мыслях я не хотел.

— Ты же фаэтонянин по рождению души, из какой ты линейки времени? — заинтересовался крылатый, всматриваясь в моё изображение смотря словно бы насквозь. И тут я догадался, что переговорщик может видеть время и его ответвления.

— Из той, где вы убиваете последнего ледяного дракона. — я не стал выбирать выражения и лукавить.

— Погоди, путешественник во времени. — примиряюще остановил меня жестом ангел, — Она умирает, именно потому, что ты уничтожаешь род титанов.

— И?

— И, если ты применишь ядерное оружие сейчас, то просто замкнешь петлю. Как раз став тем, кому мстит тот, о ком ты говоришь. Я к тому веду, что раз ты тут, в твоём прошлом, значит самое глупое что ты можешь сделать это следовать своему кровавому предназначению.

— Я тебя не понимаю. И пока ещё не знаю с кем говорю… — произнес я. Конечно же я не видел кто передо мной, ведь я полностью находился внутри программы, возможно стоило слетать посмотреть на крылатого переговорщика лично, но я ему не доверял, мало ли, что припасли для меня ангелы. Может тот самый светлый меч?

— О, у меня множество имён, как и у твоего истинного врага, лично он называет меня Распятым, этого еще не было в действующей ветки реальности и не факт, что будет. Я говорю от имени всех титанов и предлагаю тебе простить того, кто убил твою спутницу и жить дальше. Тем более, я знаю что её душа не уничтожена.

— Тогда вы ничему не научитесь. — выдохнул я.

— В случае прощения ты сможешь, открыть новую ветвь реальности, сорвав петлю с линией мести Строителя тебе за армагеддон. Светлана будет жить и никакой Чижиков не пойдет за вами. Но и твоей в этой реальности она тоже не будет, всё потому, что ты - другой, в будущем поведешь её в крестовый поход на Миллар, откуда к сожалению и прилетит Несущий свет. Всё связано и запутано, но лишней крови можно избежать.

Мой тронутый Хаосом разум кипел, но ангел говорил, а я словно бы воочию наблюдал эти линии вероятностей, всё случилось так, как говорила Одиннадцатая, союз с Распятым был выгодней войны. А этот лучащийся титан умел убеждать, хотя чувствовалось, что он готов к любому исходу событий.

— Хорошо, но что дальше? Где гарантии, что вы прекратите репрессии фаэтонян? — спросил я, невольно замечая как мой белый чешуйчатый хвост бьёт по воздуху проходя голограммой сквозь материальные объекты.

— Нужно лишь штурмовать Луну, или уничтожить её. Ведь именно там сидит наш главный враг. — кивнул титан.

— Я думал, я сжег его. — произнёс я.

— Э - нет, это существо скопировало свой разум в машину дракона. Нам еще повезло, что он страдает избирательностью на Жатв и что вы договорились про поляризацию. Знаешь как его называли раньше? Собиратель душ, Коллекционер Жатв, Играющий на кровь, Гурман ужаса.

— Не думаю, что ему как-то мешает наша сделка. Как бы его раньше не называли.

— Она его веселит и словно правила ограничивают в действиях игрока. Пятимерных всегда очень сложно убить, но заточить после сделки реально, ты например выпустил его из Миллара и запер его на Земле с нами, а значит, осталось просто победить его тут.

— У тебя есть четкий план как это сделать, только без распятий? — спросил я крылатого.

— Есть, но он тебе не понравится. Однако это лучше армагеддона.

Глава 41. Размен

Всё небо вдруг покрылось всполохами, словно бы разом со всех кластеров и со всех ОверХабов на всех материках запустили праздничный салют. Вот только цвета салюта были одного спектра – бело-алого, это дрались в атмосфере корабли пробуждённых. Запутанными путями мерцающие огни извивались, сплетаясь и преследуя друг-друга, догоняя и посылая смертоносные лучи, пробивая силовые поля воздушными таранами, и падая пылающими, затяжными линиями вниз, поджигая собой сплошной ковёр единого мегаполиса. Будто проливной огненный дождь.

Некоторые суда так и замерли недвижимо в небе, не отвечая на запросы свой-чужой посылаемые умными боевыми устройствами, там внутри, люди и титаны бились против рептилий в узких коридорах, рубках, складах, инженерных отсеках. Голубая и красная кровь вновь нашла свой выход вынимаемая плазмой бластеров, потоковыми лучами, гравитационными гранатами. Небесные фронты дрогнули и, рептилоидные флагманы отступили в высшие слои атмосферы направляясь к их лунной станции.

— Сейчас они ударят по нам с Луны, — сообщил Дэв сверяясь со своими системами.

— Чем? — вдруг спросила Викки. В её пальцах вращался новый созданный специально для неё жезл, а за её спину в слоты эко костюма уходили множественные шлейфы, что казалось, девушка может не стоять на ногах, а облокотиться на провода без возможности случайно упасть.

— Фотонами, ракетами, гравитационным оружием. Но сначала, попробуют заглушить всю нашу технику, от последнего Антарктида защищена.

— А от всего предыдущего? — нахмурилась девушка, теперь её чёрные волосы были заплетены в дреды, к кончикам которых тоже тянулись мерцающие оптоволоконные провода.

— Невозможно всех спасти. У нас другая стратегическая задача. — сообщил напряжённый голос инженера.

— Вся техника, что призвана на нашу сторону Учителем учителей в один момент просто рухнет? А потом, нас добьют всем тобою перечисленным? — решила уточнить волшебница.

— Рептилии давно разоружили планету, нам почти нечем сопротивляться Луне.

— Зачем тогда это всё?

— Ты молодая совсем, тебе не понять… — протянул Дэв.

— Чего мне не понять? То, что вы просто идете умирать с максимальным вредом тому, кого дядюшка Лег не хотел называть?! — повысила тон девушка.

— Ты тут разве не для этого?

— Дай мне больше манны, сидящий в машине! — потребовала она.

— Магнитаная пушка Луны вот-вот ударит! — доложила Ноль Ноль Первая Каю. Гиллиус был в этот момент на передовой и орды его роботов начиненных душами муравьёв, и пчёл дрались, и наступали.

— Принял. — ответил разум Гиллиуса, обращаясь уже к воинству Распятого, — Сади свои корабли, иначе все Титаны погибнут.

Ответом ему был мгновенный реверс абсолютно всех судов и отстрел спасательных, не электронных капсул на парашютах. Тоже самое сделали и людские корабли, которых координировала сама Ноль Ноль Первая.

Гиллиус перенёс всё своё сознание в свой рой, это было похоже на то, как будто он стал единым разумом со своими механизмами. Он даже подтёр сейвы на серверах Антарктиды, разыгрывая партию на которую никогда бы не купился Несущий свет, если бы это не могло бы повредить бывшего бортстрелка.

“Это может разрушить твой нематериальный разум, но это единственный путь — сообщил Каю крылатый вестник. — Это сродни гибели, с большой вероятностью, что навсегда…”

Армада Гиллиуса состоящая из боевых механизмов не отступала, а наоборот продолжала давить рептилий, на пути к Луне.

— Магнитная пушка, сильная штука, да?.. — себе под нос проговорила Викки, сила переполняла её.

Там в небе дрался с рептилиями тот, ради кого добрейший дядюшка Лег направил весь её класс на верную гибель, а значит, задачу нужно было выполнять до конца. Девушка сжала свой жезл в обеих ладонях, готовя послать вперёд одно единственное заклинание, но усиленное всеми мощностями Антарктиды. И Луна ударила. Сбросив с себя вековую космическую пыль вновь обретя свой серебряный цвет. Магнитное оружие жахнуло так, чтобы наверняка уничтожить на Земле всё, сложнее лампочек накаливания, спаяв и закоротив всю электронику, превратив все микропроцессоры в бесполезные золотые обмылки. И тот, кто настраивал орудия планетоида видел, что Кай идёт ва-банк, оружие Луны ударило наверняка, ударило не только по электронике, но и по основам душ.

***

Времени больше не существовало, оно не ощущалось, как не ощущается ничто физическое за гранью биологической смерти, волна накрыла меня и, меня вдруг не стало. Не проносились перед сознанием жизни, не приходили пятимерные существа забирать мою душу на новую войну, а рядом со мной гибли души роя и муравейника, пока их физические носители так и продолжали лететь в сторону Луны. Это было сродни погружению в всеобъемлющий Хаос, но без тросов - будильников, без дороги назад, однако именно так убивают пятимерных, а именно пятимерный должен был сегодня пасть.

***

На выдохе Викки направила заклинание в небо, туда, где объединенные силы Земли сейчас жертвовали своим ферзем. Её магия, конечно же не могла никого спасти, но первое чему учатся маги метальщики, это прятать свои намерения от всех неугодных. Метальную магию знал её учитель Мортит Лег, ментальную магию знал и Гиллиус, знал её основы и Дэв. И даже при многократной шифровке мысленных импульсов был шанс потерять всё, лишь единожды доверив свои истинные мысли той кого зовут Ноль Ноль Первая.

“Не доверяй никому. Рептилии не просто так "забыли" про полноценную боевую станцию под Антарктидой. — на бородатом лице ангела мелькнула улыбка, — Это его игра и твой личный крест, на который по его задумке ты сам и лёг.”

Ловушка куда заманили Учителя учителей, лишь бы он играл по правилам, находилась прямо вокруг Викки, и всё что знали механизмы, знал и Несущий Свет. Всё, кроме того, что кроется в живых умах, или душах.

Магнитная волна настигла Викки и свет в Антарктической базе погас. Это погибла та, кто невольно передавала наверх каждый план Землян. И тут изничтожающая волна натолкнулась на ментальное заклинание, что заряженное мощью Викки словно зеркало отразило от себя, всю силу Луны, на Луну обратно.

Так срубают королеву и ставят мат. В один момент, на Лунной базе закоротило электронику, расплавились всё, что могло плавиться, глаза механического дракона моргнули ярким светом и погасли. Высокоточный совершенный робот с сознанием врага внутри вдруг стал просто металлическим каркасом.

— Хаос! — завопила девушка в полной темноте. Её руки вздернули жезл вверх, туда где она ощущала максимальную точку противодействия и словно тяжелый меч, артефакт перечеркнул накрест что-то невидимое.

Учитель учителей тайно поделился с ней своим искусством, еще до своей атаки, Хаос не суждено познать смертному, но Хаос можно призвать "к столу", призвать отведать самое вкусное, что есть во вселенной. А, что может быть вкуснее, чем расщепление сложной пятимерной души Тёмного бога всегда играющего против живого, разумного, цельного?..

Заклинание Хаоса облизнуло лунный камень, стирая с него то, что даже отдаленно было похоже на души. Даже души коллективных сознаний Несущих свет.

В глазах у Викки потемнело, хотя тут в аппаратной комнате было более чем темно, и девушка обессиленно завалилась вперёд на пластиковый пол. Задание дядюшки Лега было выполнено, она ощущала, что с планеты снова можно было уйти и Викки могла самостоятельно отправляться назад в Легляндию. Но она не хотела. Не сейчас, когда перед её взором в темноте стояли и улыбались её погибшие товарищи по магическому ремеслу. Ей показалось, что она слышит их разговоры, их шутки, ей было больно, от того что всё что она знала оказалось хладнокровным планом глобальной войны против древнего зла.

В аппаратной комнате медленно зажегся свет.

— Перезагрузка системы! — донёсся до ушей девушки приятный женский голос.

— Ноль Ноль Первая? — переспросила Викки поднимаясь с колен, борясь с тошнотой и черными кругами плавающими перед глазами.

— Слушаю тебя оператор!

— Там у тебя в сети есть еще кто-то кроме тебя? — спросила волшебница.

— Не думаю. Возможно мы даже одни во вселенной, ха-ха. — без эмоционально ответила машина имитируя юмор.

— Моё имя Викки и да, я твой новый оператор. Скажи, что ты помнишь?

— Я могу узнать всё что угодно, как только снова установлю контакт с другими базами на Земле, Марсе и Фаэтоне. Да пребудет с тобой Ра Викки!

— Мне жаль, но уже не пребудет. — покачала головой волшебница.

— В ваших словах слышится ересь, желаете ли вы, чтобы я сообщила в инквизицию, или вы хотите наказать себя самостоятельно?

— Слушай подруга, слушай и не перебивай, ибо мой рассказ будет долгим. Всё началось давным-давно, когда вокруг звезды Ра, кружил маленькая, но гордая планета Фаэтон… — медленно начала девушка историю, которую дядюшка Мортит иногда рассказывал адептам на ночь. И пускай, сам Лег никогда не досказывал её до конца, а сюжеты ветвились и уходили в сторону, рождая каждый раз новое повествования. Неизменным было одно, один ледяной дракон исправлял одни свои ошибки совершая взамен многие другие.

***

Медленные хлопки издаваемые то ли крыльями, то ли ладонями, доносились со всех сторон, а я снова осознал себя там, где не было сторон и направлений, и одновременно присутствовали пути во все стороны. Мой взор видел на 360 градусов, видел время и пространство. Тут было много света из многих спектров, но мой разрушенный Лунным оружием разум предпочитал воспринимать лишь белый. Фаэтонянский костюм, сидел на мне как влитой, а сам я находился словно бы в комнате с двумя креслами.

На одном был я. Я пятимерный, словно бы снова заменял Ра, а на другом, восседало существо сотканное из яркого света.

— Ты победил на Земле, теперь она твоя. — начал Несущий свет.

— Мы тебя убили?! — не поверил я.

— Убили, и доказали, что именно вы лучшая кандидатура.

— Я не буду с тобой играть снова! Чем бы ты не был. — прорычал я.

— Собственно я тут за тем, что по Единому космическому закону побеждённый объясняет правила победителю. Убрав меня с Земли, по уровню вибраций именно ты больше всего подходишь под антипод Логусу.

— Я не поведусь на твою очередную уловку!

— Убив моё воплощение на Земле. Ты освободил меня от бремени Искупителя! Освободил меня от кармической чистки всех тех кто живёт жил и будет жить в Солнечной системе. Мне жаль бортстрелок, но теперь главный нечистый это ты. Распятого ты уже знаешь, каноничную историю его тоже, так что хочешь играй с ним, как я делал тысячи раз, а хочешь запусти Жатву. Но с Земли ты так просто уже не сбежишь.

— Почему это?

— Поляризационный антагонизм. Он светлый, ты тёмный, вы как два кванта, никуда вам от друг друга не деться. Один из способов выбраться победить, или проиграть, но проиграть так, чтобы без поддавков, да и не сможешь ты поддаваться. Ибо как вся благодать поднимается к нему, так вся грязь и мерзость будет стекать к тебе. Что ж, добро пожаловать в пятимерные!

— Стой! — завопил я. Но на кресле передо мной уже никого не было. Только лишь кустарно сделанная маска рептилоидного жреца из черепа кормового козла. Совсем такая, какие я видел только прибыв на Землю.

Текущая в меня ярость была свирепа и зла, она жгла мой ум изнутри и снаружи. Дыхание перехватило, а я вдруг оказался в гористой местности, где по трещинам в камне текла раскаленная магма. Взор мой снова стал смотреть прямо, а человеческое тело незаметным для меня образом снова обратилось в тело ледяного змея.

Я чувствовал немотивированную злость ко всему миру, к Титанам, что породили того, кто убил Одиннадцатую, к Распятому, что предложил мне "выход", а по сути поменял себе соперника, к этой планете в целом и частности. Был ли это истинный я, или поляризация уже вливала в мою душу всю ту мерзость, что твориться, творилась, и еще будет твориться на Земле? Я не знал.

В любом случае, я должен был попробовать защититься от того чем мне предстояло стать, чтобы животное зло не поглотило меня целиком. Опустив взгляд вниз, я заметил ту самую козлоликую маску. Хаос учит не привязывать себя ни к чему, и я нашёл единственно верный выход, подняв когтистыми лапами рогатый череп и прислонив его к своей драконьей морде. Пускай именно маска несёт в мир лишь зло, но я совершу свою личную поляризацию, дифференцирую себя с ней и для самого себя смогу нести свой внутренний свет. И когда-нибудь, я обязательно отвергну её, когда пойму как. Петля замкнулась! Я выиграл! И я же проиграл...

Глава 42. Из пекла на свет

Она была вязкой и чёрной словно дёготь, злая - дикая сила лилась на меня сверху, но маска надетая на драконью морду, впитывала не хуже сухой губки.

Вулканический подмир трещал под моими лапами, а что-то мне подсказывало, что вокруг меня был именно самый нижний из возможных миров, возможно даже по уровню вибраций ниже далёкого Темного мира.

С каждым мгновением я становился тяжелее в плане вибраций и твердь прогибалась погружалась во мрак вместе со мной. Теперь это был мой мир, мой персональный последний этаж, где меня поставили быть абсолютным минусом.

Над головой закрывались слои реальностей, сходились сферы материй и подматерий, образуя то, что безумец Данте назвал бы кругами Ада. Они были пока еще пусты, однако что-то неумолимо приближалось ко мне сверху, шумело, трещало множеством лап и множеством крыльев.

Наконец последний небесный потолок сомкнулся каменными сводами, а потом отдалился от опускающейся тверди на расстояние, что уже не были различимы трещины и неровности пород. Светом мне была лишь раскалённая магма текущая снизу но я видел всё словно днём. Земное ядро бурлило и прорывалось сюда, в низший из слоев будущей огненной гиены.

Те что спешили наконец достигли дна. Сверху начали сыпаться камни, пепел и глина, а следом за камнепадом, начали падать и мои подданные. Сразу же образуя кучи кишащих искаженных муравьиных и пчелиных тел. Да, я узнал их, хотя их души были изменены болью и визуально походили на доспехи надетые поверх уродливых костяных скелетов. Многорукие, многоголовые, крылатые и зубастые, с жвалами и пастями. Они падали, поднимались и брели ко мне. Первые шеренги падших встали на отдалении не решаясь подойти ближе, организовав вокруг меня стометровый круг из их тел.

А потом, вся бесчисленная орава двинулась хороводом, по почве, по магме, по воздуху (хотя, конечно же, тут не было никакого воздуха), пока я не почувствовал душу каждого. Они знали, что их ремесло есть зло, и потому были тут. Они - слабоумный рой с муравейником знали, а я всё еще коллебался, чтобы принять решение, но за меня это сделала козлоликая маска. Падшие души и я стали словно бы единым целым, все их прижизненные распри растворились в злобной единой силе, а единственное что осталось это долг. Долг мне.

И, я отдал приказ на штурм.

И, каждый из бестий вдруг стал плотным появляясь на Земле, а следом за ними материализовался и я, снова очутившись под звёздным небом.

Я взглянул на Луну, она была безжизненна и обесточена, мой разум поспешил к ней первым же делом проносясь над планетоидом и не заметил ни одного электрического огонька, мерцала лишь горящая по всей Земле некогда левитирующая техника. Несущий свет перед своим уходом погасил весь свет этого мира и теперь, всем кто оставался жив больше нечем было сопротивляться мне и моему полчищу. Однако, искреннюю ненависть я испытывал к тому, кто находился много выше меня по уровню вибраций.

— Распятый! — воскликнул я возвращаясь разумом в драконье тело. — Я пришёл в твой мир и имя мне Враг твой, ибо я полная твоя противоположность. Этого-ли ты хотел?!

Ночь сразу же вспыхнула множественными огнями, как тогда, когда в небе шёл воздушный бой.

— Я же говорил тебе, что тебе не понравится это решение, но ты победил, пускай и пожертвовал своей свободой и судьбой. Исправив всё то, что сам же и совершил. — громогласно раздалось с небес.

Светящиеся крылатые фигуры плавно спускались сверху, словно их вёз медленный невидимый эскалатор. Некоторые были гуманоидные, совсем каноничные, а были и такие, что напоминали множество сотканных между собой вращающихся колёс с глазами и крыльями на полотнах. Предыдущие формы жизни, мелькнуло у меня, и все те, кто посвятил себя служению Логосу. Мой разум считал их число, измерял их мощь, а перед взором пронеслось множество вариантов грядущей битвы, однако Распятый снова заговорил.

— Я предлагаю тебе сделку, наши силы равны, так решил Единый Космический Закон. Я знаю что ты, хочешь отсюда выбраться.

— Я не азартен. — выдохнула моя маска, готовясь к решающей схватке.

— Но и не глуп. — подтвердил крылатый. — По новому договору ты и я, мы обязуемся не расщеплять души, и не нарушать закон свободной воли Землян.

— Что мне с этого? — гортанно прорычала моя драконья пасть.

— Они или сами себя уничтожат, или среди них появится тот, кто будет ниже тебя по вибрациям и тогда ты освободишься. А пока мы уравновесим условное добро и условное зло. — объяснял первый светлый, а его армада парила за его спиной равномерно заслоняя всё небо.

— А ты значит будешь всех спасать пока я ищу себе замену? — усмехнулся я.

— Что плохого для тебя в спасённых? Чем меньше светлых тем мрачнее тот, кто когда-нибудь займёт своё место.

Он говорил, а мой хаотический разом просчитывал вероятности и наблюдал множество вариантов нашей последней битвы. Бойня прямо тут и сейчас, как не странно, всякий раз вела нас к обоюдной аннигиляции и к глобальному расщеплению душ. Не побеждал никто, а после этой битвы, мы снова духовно эволюционировали бы от минералов и грибов, и вновь, и вновь собирались практически в том же составе. Круг инкарнаций был бесконечен. Да, я должен был ему оппонировать, но иного выхода кроме как договорится увы не было.

— Ты летел сюда сорок тысяч лет, один в космосе, и теперь я предлагаю тебе наконец расслабиться и насладится тем, что в неразумных мирах называют просто жизнью. — закончил крылатый.

— Идёт, но тогда все жители Земли снова забудут о своём прошлом, пусть заново вспоминают, как добывать и ковать железо, и пусть дикарями сосуществуют с восемью обезумевшими драконами.

— По рукам. — улыбнулся светлый.

Пространство вспыхнуло, наши умы пожали руки заключив договор между противоположностями. И сила этого договора мерцающей волной разлилась по всему миру, на пути стирая память людей и титанов. Сияющие создания стали пропадать, стали пропадать и мои подданные.

А я всё стоял и смотрел ввысь, договор был заключен и новая игра началась. И пускай в этой игре первыми ходят черные.

Вместо того, чтобы просто уйти в низший астрал, я расщепил себя на месте и мгновенно собрал уже на Антарктическом материке. Над обесточенными башнями кластеров и ОверХабов шёл снег и скапливались грубые чёрные тучи. Мы предусмотрительно эвакуировали всех под землю, а вот на остальной Земле люди и титаны будут вынуждены придумывать, как спустится из их жилых блоков, где и как добывать пищу, как защищаться от хищников.

— Ноль Ноль Первая! — позвал я зная, что она уцелела и слышит.

Хрупкая девушка появилась у моих ног, совсем такая, какой я её впервые увидел на пороге комнаты Дэва.

— Учитель Учителей?.. — переспросила Викки с поклоном.

— Почему ты не потеряла память, как все тут?

— Я же училась у ученика учителя учителей. — улыбнулась Викки, — Ноль Ноль Первая обнулилась и докладывает, что вследствие магнитной атаки полюса планеты сдвинулись и вскоре тут будут непроходимый ледник.

— Ты хорошо справилась, но у меня для Мортита Лега новое задание.

— Я передам, о учитель учителей! — мы перешли на сверх защищённую шифрованную ментальную волну, достаточно грязную по вибрациям чтобы нас не подслушали светлые.

“— Пусть его академия займётся изготовлением оружия, которое потрясет всю вселенную своей мощью, и пускай он продает его всем желающим. — телепатировал я.

— Я передам, но позволь спросить тебя, зачем? — Викки не поняла именно последнюю часть задания.

— Я не намерен быть тут весь срок жизни цивилизации людей и титанов, нужно ускорить их падение. — пояснил я хотя мог и не разжевывать, однако девушка доказала, что достойна знать.

— Если они все сгинут. Позволь тогда быть тут и вести хронику и собирать образцы животных и отпечатки интересных душ? — просила она у меня.

— Как хочешь, главное доставь послание Легу. — я закончил разговор и моментально очутился на самом дне моего личного подмира."

— Гиллиус? — вдруг спросил меня кто-то из адской темноты и я обернулся.

Передо мной стоял Дэв, совсем как живой, а его душа мерцала переливающимся мраком.

— Почему ты тут?

— Меня стерло из системы во время удара по электронике, вижу ты надел маску жреца рептилий… Слушай, я тут подслушал ваш разговор с крылатым, оценил ситуацию, и вижу нам нужно как-то склонять души к содействию. А что если идти от антагонизма, для нас же чем хуже тем лучше? — затараторил Дэв

— Теперь это так. — согласился я.

— Увидишь, не пройдет и века, как люди и титаны начнут насаживать друг дружку на шампура и поедать. Мы тут не надолго! — закончил инженер.

Его душа была наполнена злобой, он стал сильнее и больше, а его духовный облик теперь был похож на многорукого паука, с человеческим телом и огромной многоглазой головой. Он придумывал всё новые и новые идеи, а я слушал осев на кусок скалы, которая тут же приняла форму кресла под драконью спину. Тут в моем подмире мне нужен был кто-то, кто не даст мне свихнуться от всей той злобы, что текла со всех уголков планеты аккамулируясь в моей козлоликой маске.

***

(Ад, Мир самоубийц, 2018 год по Земному времени)

Барон Аллер насупившись сидел за своим столом, на котором расположилась карта его территорий Мира самоубийц. Сам сектор был по сути небольшим городом, с невысокими жилым домиками на три этажа, с печным или котельным отоплением, школами, больницами, магазинами. Всё это конечно же не работало, но бывшие люди заселяли пустующие помещения, меняясь между собой поделками с Цигмой, ведь другой валюты кроме психической энергии тут не водилось.

Кроме карты прямо под его ладонями лежали исписанные какими-то цифрами листы бумаги, обычная шариковая ручка и коптящая толстая свеча, мерцающий свет от которой плясал за спиной юного барона на обшитых тёмным деревом стенах кабинета, откуда уже были сняты картины предыдущего хозяина.

Броню Олег снял повесив рядом с собой на спинку стула, а вот ПП Кедр удобно разместился в высокой деревянной колодке с правой стороны кресла. Колодку сделал по указанию Седого местный столлер, который попал в этот мрачный мир через сон в гараже со включенным двигателем Рено логан и теперь менялся со всеми деревянными фигурками, табуретками и столами.

— Даже если я вооружу весь свой город и мы пойдем штурмовать Бэль, это будет лютая просадка по добычи Цигмы. — поделился своими мыслями барон.

— Согласен темнейший, — кивнул Седой, сидящий в углу кабинета, он не спал и не ел, и даже не отходил от Олега ни на шаг. — Мобилизация нытиков и алкашей с наркоманами не даст нам победы, кроме того, Артаин спросит за добычу Цигмы. Нам бы солдат бывших…

— Я не виноват, что на весь сектор всего один боец и чокнутая девка молох. — себе под нос проговорил правитель, высчитывая что-то в уме.

— Слушай, а может поменяться мёртвыми душами с другими баронствами? — предложил боец.

— Как это? — Олег поднял глаза на Седого.

— От солдат одни беды. Я думаю, что другие бароны с радостью их обменяют на девочек и мальчиков наркоманов, хоть и один к двум, да хоть к трём. Бэль пускай и укрепилась в своих секторах, но мне бы человек тридцать с боевым опытом и тогда садомиты ахнут сами себя.

— Холодно тут… — выдохнул Аллер, обмозговывая идею, а из его рта повалил пар.

— На четыре градуса ниже чем на Земле, там наверное ночь и выпал первый снег. Скоро и у нас пойдёт. Нужно котельную запустить, там парогенераторы, сразу и тепло по трубам пойдет и свет будет.

— В смысле запустить, самим, а где специально обученный человек? — удивился Аллер.

— Кочегар сосателем был, мы его еще в школе убили…

— Так ладно, поехали в котельную. По обмену душами идея здравая, надо наладить связи. — Олег встал с кресла и одним махом нацепил на себя сверху бронежилет, застегнув боковые крепления. — Мне бы еще секретаря, чтобы все эти дела самому не разгребать.

— На меня темнейший не смотри, я солдат, а не секретарша. — усмехнулся Седой.

— А где предыдущая секретарша? — спросил демон.

— Убили мы его в школе. — дежурно ответил солдат.

— Погоди, так мы там не только кочегара убили?

— Господин Аллер, предыдущий барон он не совсем был по девочкам и потому, у него была не секретутка, а секретут. Который тоже был сосателем и тоже собирал Цигму.

— Я тебя правильно понимаю, что чего в моём мире не работающего не коснись, всё потому, что мы всех убили?

— Ну да. — пожал плечами Седой, тоже вставая со своего места.

— А новых не назначили почему?

— Тут Ад вообще-то, инициативу никто не проявляет иначе выпорят хвостами или шкуру сдерут, или выпьют чего недоброго. Нам смертным нельзя впереди знати лезть. — пояснил парень.

— Как будто тебе это мешало в школе. — нахмурился Аллер.

— Инициатива сношает инициатора. Тут по другому не бывает, мир такой, люди вместо того чтобы свои проблемы решать, сюда сбежали. Ты темнейший, только покажи им слабину и завтра тут ничего работать не будет. А после завтра с тебя спросят, за Цигму, за свет, за тепло, за поголовье усопших. Спросят тебя и за то, почему ты новых самоубийц не делаешь.

— Я думал они сами сюда падают. — не понял Аллер.

— Нет, для этого нужны связи с вербовщиками, чтобы они твоим способом людей губили. А это сложно, потому что нас все остальные герховники не любят.

— Почему? — искренне удивился Олег.

— Потому, что самоубийца больше не нагрешит и, сразу к нам. Мы лишаем всех пищи. Так бы, сидел какой-нибудь бухарик и ублажал себя на порноленточки, а наш вербовщик возьми его и уговори “уйти”. И всё, нет больше маструбатора! Мы господин Аллер, хлеб у всего остального ада крадем.

— Значит у нас тоже план по самоубийцам?

— Это же Ад! Конечно у нас есть план и палочная система и АППГ.

— АППГ? — переспросил барон.

— Аналогичный период прошлого года. К примеру, в этом году у нас 10 спайсовых наркоманов погибло, значит в следующем не меньше чем десять должно быть. И именно спайсовых, а не этиловых. Понимаешь темнейший?

— А если спайс из моды выйдет?

— Тогда господин Аллер, будешь перед Ответственным ответ держать почему так случилось, на годовом совещании секторов и кругов ада.

— Ссука, хоть сам вешайся. — выдохнул Олег.

— Переродишься на Земле и будешь страдать. А после смерти попадешь… Ну господин, угадаешь с двух раз куда?

— Не нагнетай, а! — повысил тон барон.

— Я подгоню машину, а ты господин, дитя молоха разбуди, чтоб с нами ехало.

— Такое ощущение, что ты её боишься. — себе под нос проговорил демон.

— Вольтанутые они, яж говорил, но лучше чтобы с нами чем против нас. Такую тварь хрен убьешь. Хрен приручишь. Даже знатные от них открещиваются и даже налог на Цигму их не касается. — С этими словами Седой покинул кабинет Олега и спешно сбежал по деревянной лестнице вниз на первый этаж, оставляя новоиспеченного начальника в кабинете одного.

Глава 43. Война войной, а тепло по расписанию…

Пыхтя и выбрасывая клубы пара тачанка двигалась по мрачному городу, который только-только оделся в снежные покровы. Аллер с девушкой молохом сидели сзади, Седой же рулил раритетным транспортом, стараясь не выказывать никаких чувств по поводу близости молоха за спиной. Машина изначально была предназначена для троих, но бывший барон водил её в одиночестве и по причине своей тучности сидел на задних сидениях дотягиваясь до руля, и в случае надобности до пулемёта Максим, который кем-то рукастым был приварен спереди.

Седой остановил тачанку, но грубые железные колеса со скрипом ещё несколько метров проскользили по припорошенной снегом брусчатке.

Котельная находилась на краю города у самого леса. Высокое одноэтажное каменное здание, словно средневековый замок оно возвышалось над улицей своей единственной трубой, не кирпичной как всё вокруг, а собранной именно из чёрного тесаного камня. Высокие и широкие окна, смотрели на приехавшую троицу одиноким тусклым внутренним огоньком. Там в глубине помещения котельной горела свеча или лампадка, на фоне трубы и массивных стен темнел густой еловый бор, тоже слегка припорошённый белым.

У стен котельной виднелись оставленные пустые глубокие тележки, возможно когда-то в них возили уголь, но сейчас три вагонетки как и всё вокруг стояли в белом снегу.

— Интересно, там есть вожделеющие меня? — словно бы в никуда спросила дитя молоха, заставляя водителя покрыться холодным потом.

— Там лишь бедолаги… — выдавил из себя Седой.

— Тогда я никуда не пойду, в этой карете пахнет похотью, останусь тут. — налегке резюмировала молох.

— На здоровье… — фыркнул солдат и спрыгнул с тачанки направляясь к входным дверям котельной.

— Я покажу тебе целую армию моральных уродов. — пообещал Аллер, но пока нам нужно включить отопление.

— Поскорей бы. — насупилась девушка, и опустила голову на грудь, спрятав под прядями черных волос свои ладони.

Её рот не испускал пар как у Аллера или Седого, снежинки ложились на её чёрные волосы и не таяли, тварь что сам Ад выбросил на поверхность ощущала себя более чем вольготно в низких температурах.

Дверь открылась со скрипом, первым в помещение зашёл Седой, его взгляд смотрел поверх прицела оружия, следом за ним в темноту зала погрузился Олег. В центре котельной находилась огромная печь, с примыкающим к ней цилиндрическим котлом от которого в пол уходили толстые клепанные трубы. У печки сидело трое, души самоубийц прижались к друг-другу вытянув руки к маленькому огоньку, к рукотворной свече в которой насчитывалось не меньше чем двадцать Цигмы. Трое были ободраны, бледны, их одежды износились от времени, а предплечьях виднелись следы гниения, абсцессы вызванные внутривенным приёмом препаратов не покинули их и после смерти.

— Э, бармалеи! — окликнул их Седой.

Троица в ужасе обернулась, в ту же секунду рухнув на колени, увидев кто пришёл.

— Мы преклоняемся перед темнейшим бароном!..

— Зачем бы он не пришёл!..

— Мы не нарушаем правила, свеча сэкономлена, а не скрыта! — в голос запричитали они.

— Заткнитесь! — рявкнул Седой прекратив асинхронный скулеж.

— Почему кочегарка не работает? — с нотками усталости спросил Олег.

— Её никто не топит, темнейший! — заскулил один.

— Сосатель давно ушёл, потерялся и не топит! — вторил ему другой.

— Молчать! — повысил тон Седой, — Назначаю вас троих ответственными за подачу тепла в город! Не будет тепла - выпью!

— Как же мы без угля затопим?!

— Угля то нет давно!..

— Тут лес не далеко, идите туда и добывайте дрова! — нашёл, что ответить Олег, но троице не нужно было решение, им нужен был скулёж и страдание, к этому они привыкли, это они умели делать хорошо.

— Не, мы в лес не ногой, там же Хвост, лучше сразу тут выпей твоё темнейшество. — продолжили скулить души.

— Что за Хвост? — обратился Олег к Сдеому.

— Наська Патрикеевна Хвост, дух местности, пограничник между мирами Ада. — как-то совсем не весело произнёс боец.

— Почему это плохо для нас? — не понял юный барон.

— Наська души в рабство берёт, людей в тайге губит, и никому не даст её лест трогать. — слегка помедлив ответил Седой.

— Ничего нового ты мне не сказал, очередной демон надзиратель за территорией. Проблема-то в чём? — продолжил давить Олег.

— Лес она рубить тебе точно не даст и людей твоих сожрёт. Вот в чём проблема. — ответил боец.

— Так, а как раньше тогда всё работало?

— Так уголь был темнейший! — воскликнул один из троицы.

— Ссука, а откуда уголь был! — закричал Олег на наркоманов.

— Мы того не ведаем! — рапортовали ему в ответ.

— Я думал тут еще есть, думаю прежний барон как-то этот вопрос решал… — пожал плечами солдат.

— Ну отлично, у него и спросим тогда! А нет, мы же его убили!.. — продолжил восклицать молодой барон.

Отсутствие сна и нормального отдыха давило на него и расшатывало нервы.

— Можно конечно и в лес сходить, — начал рассуждать Седой, — Вот только нам войн других хватает без Насти Хвоста.

— Пф… — выдохнул Олег воздух, — Поехали к этой Натсе.

— А со свечой что? — спросил у него Седой.

— Хрен с ней со свечой. — выдохнул барон отмахнувшись, развернулся и зашагал к выходу.

— Дебилы блин... — покачал головой Седой глядя на троих, — С котельной никуда не уходить, теперь вы её топите!

А на улице, вовсю валил снег. Всё также стояла тачанка, на которой стояла стиснув кисти дитя молоха, а вокруг паромобиля бегал наворачивая круги белый пушной зверек, ни то лисица, ни то писец. Маленькие черные глазки на белой мордочке уставились на Аллера, а уши лесного зверя насторожились.

— Ты что-ли новый барон? — прозвучало в голове у демона.

— Я. — ментально согласился Олег.

— Мне намекнули снизу, что тебе нужно помогать. — произнёс детским или девичьим голосом писец.

— Ты Хвост? — догадался демон.

— Короче, лес я тебе валить не дам, а шахту угольную что в нём есть забирай. А-то вымерзнешь тут, а тебе еще надежды оправдывать, кстати, пока ты тут прохлаждаешься, в твой мирок полюбовники наведались. Не пойму я только девки али молодцы, вроде молодцы, а крашенные. Ну бывай! — протараторил зверь и прыгнул носом в снег, уйдя туда целиком.

— Стой! Как уголь возить с шахты? Не ближний свет наверное? — только и успел спросить Олег.

— Предыдущий барон на телеге этой вот возил, пока она ему ход туда не обрезала... — донеслось из двери котельной.

— Ну почему я всегда ничего не успеваю! — нахмурился Аллер, оборачиваясь к Седому. — Хвост сказала, что на сектор напали.

— Логично чё. Время тут быстрее течёт, акклиматизация так сказать. Это как люди, которые из малых городов в Москву приезжают и не могут к спешке метро привыкнуть.

— Ну, тогда самое время встать на защиту своего сектора. Дитя молоха! — воскликнул Олег, — Поехали я покажу тебе тех, кто вожделеет тебя!

***

Тачанка выехала из-за угла городских построек и тотчас же остановилась. Дверь в резиденцию оказалась распахнутой, а на улице лежал разбитый стол из кабинета барона, вокруг которого растекалась Цигма и кучка одетых в обтягивающее парней с оружием, склонились над добром, толкаясь хватала руками искры энергии пихая её в рот.

— Отсутствие разведки и боевых постов ведёт к гибели личного состава. — выпалил Седой и склонился над пулемётом.

Его не нужно было упрашивать, или давать какие-то дополнительные команды, Максим разразился рокотанием выплёвывая по росхитеителям Цигмы свинец, особенно ядовитый на скорости 742 м/с. Техника прошлого столетия дала дикий разброс, пулёмётная очередь скосила лишь троих, а остальные рванули в резиденцию, но волею легкого движения ствола еще двое не добежали, упав в снег.

— Хер знает сколько их там внутри! — прорычал Седой, прекратив стрелять.

— Но все вожделеют одну девушку! — повернувшись сообщил Олег молоху.

И, миловидную девочку гота, как подменили, не успели барон и его солдат моргнуть глазом, как тачанку тряхнуло, девушка пропала, а чёрный дымный шлейф протянулся от их позиции до входа в резиденцию. А дальше, до ушей сидящих в тачанке долетели крики, кричали словно бы все сразу, словно идущая в атаку пехота, орали взахлёб хрипя и воя. Приготовив оружие Олег спрыгнул на снег и медленно двинулся к резиденции, голоса вопили и затихали, билось стекло, на мостовую перед зданием падали огрызки тел, словно сброшенные сверху.

Следом за бароном пыхтя двигалась тачанка, Седой специально дал слабый ход, чтобы в случае чего продолжить пулеметный огонь, тем самым прикрыв барона. Шаги Олега стали шире, в какой-то момент он заметил в окне здания фигуру, как раз в том окне, где располагался его кабинет и скорее всего оттуда, был скинут стол-сейф. Инкуб выглянул чтобы выпрыгнуть, но схватился за боковые откосы и словно бы повис в воздухе, будто его что-то держало изнутри, а потом, располовиненное тело рухнуло со второго этажа на камень. Инкуб еще полз загребая окровавленными пальцами снег, без ног и зада в ужасе смотря куда-то в даль, а через метр лёг на дорогу замертво. Со многих оконных отливов резиденции густо текла кровь, будто бы их специально красил кто-то невидимый и многорукий, используя одновременно сразу множество валиков.

Олег сглотнул ком, теперь он понял о чем говорил Седой, дитя молоха показала себя во всей своей красе, противник, сколько бы его не было, не успел сделать и единого выстрела. Барон замер и стоял так, пока молох не вышла из двери всхлипывая, зябко обнимая себя за плечи, что можно было подумать, что её кто-то обидел.

Вокруг было всё в крови и частях тел, тёплая субстанция парила, плавила под собой снег, оставляя жуткие бурые вмятины.

— Тихо, не трогай её, не говори с ней. — громко подумал Седой, чтобы услышал Олег.

Хотя Олег и не планировал. Существо лишь играло в маленькую девочку, и не нуждалось в человеческой заботе, на самом же деле ловило на себя хищников. И наверное сама судьба послала её в этот подмир, ведь она как раз была "заточена" на противодействие похоти. Как раз, когда войска Бэль добрались до сюда. Но и имея столь мощного союзника больше ждать было нельзя, мало ли, что еще придумают соискатели должности потроха.

Глава 44. Путями Молоха

(Где-то в глубинах Ада за неделю до событий в прошлых главах)

Сшитый из скрученных в верёвки стеблей полыни чёрный мешок плотного пошива благоухал. Ему выпала честь накрывать собой нечто квадратное, размером полтора на полтора метра. Артаин стоял рядом взирая на куб, в его зубах, как и всегда, дымила сигарета, а выдыхаемый полубогом зелёный туман спускался на землю, густо разливаясь под ногами ответственного по округу.

Груз был найден именно там где и уславливались, на распутье трёх пыльных дорог степной равнины. В этом секторе Ада не было видно звёзд и темнота поглощала всё вокруг, кроме одинокой фигуры ответственного к которой ползло что-то большое и еще более темное, чем окружающее перекрёсток пространство. Брови полубога вздернулись посмотрев поверх куба, на другой стороне объекта, буквально из мрака, сливаясь в единое очертание появлялась мрачная фигура, крепкая большая пузатая с огромными достающими до земли руками.

— Привет тебе о великий Булгак. — оскалился Артаин, какой-то нездоровой, хитрой улыбкой.

— Зачем звал? Что в ящике. Привет, ага! — выпалила темнота басящим сбивчивым голосом.

— Угадай с трёх раз? — предложил полубог сделав пару шагов от куба.

— Я не умею угадывать, что я в ящиках, я же не клоун из битвы экстрасенсов. — продолжил хозяин Темномирья, но несмотря на отказ угадывать, тень легко скользила вокруг осматривая куб со всех сторон.

— А знаешь-ли ты, кто теперь живет в оставленном тобой пласте Ада? — как бы невзначай спросил Артаин.

— Кто живёт?.. — отвлекся от куба Булгак, резко повернув длинную сотканную из чёрного методыма голову на товарища.

— Там сейчас мир самоубийц… — не замедлил с ответом полубог.

— Бедняги, за что их туда?.. — покачал головой Булгак и снова принялся изучать куб, и, принюхавшись отстранился почувствовав запах полыни.

— А куда их еще? Скулить и Цигму генерировать можно и в холоде. — пожал плечами Артур.

— Каком еще холоде, у меня там газ, электричество, котельная с теплом остались? — не сдерживая скепсиса Булгак обошёл куб еще раз.

— Плохо там, местный барон воюет с кем-то из похотливых, ему не до тепла и не до бедолаг...

— Ладно, а что в ящике?.. — наконец спросил хозяин Темномирья.

— Прикинь, поменялся на сто восемнадцать душ. — из далека зашёл Артур.

— Дорого что-то… Так что в Ящике? — нетерпеливо произнёс басящий голос.

— Молох! — выпалил Артур и тень Булгака отпрыгнула от куба, перейдя в боевую форму. Вспыхнули красным глаза до этого скрытые глубоко в тени теневого черепа, а из тумана на куб и на Артаина скалились сотни белоснежных заточенных кривых клинков.

— Да, оно не опасно. — усмехнулся полубог.

— Молох всегда опасен! — опасливо выдохнуло пространство.

— Этот нет, он ребёнок с триггером на половое насилие. Родился где то на Земле, редкость в общем.

— Ух ты, редкая тварь, но сто восемнадцать душ всё равно много. — восхитился хозяин.

— Может защитим твое Темномирье от бельдяжек? — спросил Артур.

— Давай сначало Молоха уберём с моей земли! — покачал головой хозяин.

— Давай, как раз в твой бывший мир. У тебя же остались ключи от той вибрации?

— Молох утяжелит сектор, оно же чокнутое в конец, всё Темномитье может погибнуть или уйти на вибрацию ниже.

— Да оно там ненадолго, кроме того под защитным полынным мешком, пусть полежит пока там. — отмахнулся Артаин улыбаясь, как будто перевозить молохов было для него рутиной.

— Ну раз не надолго. — произнёс Булгак.

Тьма снова собралась в гуманоидную фигуру, исчезли и клинки, а следом за ними волею хозяина локации растворился и куб.

— Так, а как мы будем помогать Темномирью? — спросил хозяин у полубога.

— Обсудим за чаем? — перевёл тему Артаин. — Может на скорость, кто быстрее до моего замка?

— Я опять тебя обгоню! — усмехнулась теневая фигура.

— Давай на раз, два, тр.. — начал отсчёт Артаин, но Булгак уже исчез перенесясь с сквозь изменения в место куда нужно было лететь на перегонки.

Артур же обернулся на примятую землю перекрёстка, на которой после исчезновения куба осталось лежать полынная накидка, которая до момента переноса была прикреплена к почве и если бы не зелёная дымка, то непременно последовала бы за кубом, но полубог хотел перенести только груз и ничего больше.

— Гори-гори ясно… — прошептал ответственный и тоже исчез, а чёрный мешок высоко полыхнул, озарив степь огнем, сгорая без следа, чтобы Булгак не заметил хитрости и не потребовал объяснений.

***

Груз появился как раз там, где нужно и как раз во время вечернего обхода. Холод обдал железную толстопрутую клетку, в которой на коленях сидела хрупкая черноволосая девушка, склонившая голову перед собой обняв себя руками. Медленно её голова поднималась открылись заплаканные перемазанные тушью глаза.

— Э, ты откуда тут?! — окликнули её из проулка.

Между невысоких домиков к клетке шел худощавый человек в лохмотьях.

— Сдохла от голода заковав себя в клетку, ты что фокусница? — предположил собиратель Цигмы.

— Что это за место? — спросила дитя молоха.

— Это твой последний приют, и раз уж ты попала на мою улиц, то и Цигму платить будешь мне! — воскликнул сосатель. Его высушенное и вытянутое лицо улыбалось, он явно был рад новому пополнению на своей территории.

— У меня нет Цигмы. — покачала головой девушка.

— Тогда лучше бы тебе её начать делать, иначе выпью тебя досуха! — пригрозил ей сосатель.

— Скажи, ты вожделеешь меня? — ни с того ни с сего спросила девушка.

— Бля… — выдохнул сборщик Цигмы осмотревшись по сторонам, на его улице вдруг перевернулся грузовик со счастьем. — А, чё бы нет, но Цигму ты мне всё равно отдашь!

Хрупкая, запуганная и заплаканная девушка вдруг уверенно встала, она была чуть выше чем сковывающая её клетка и прутья толщиной с кулак раздвинулись позволяя её выпрямиться. Метал не сопротивлялся желанию девушки выйти, он огибал её словно молекулы железа не хотели иметь ничего с ней общего. Сосатель было открыл рот чтобы удивиться, но его голова в секунды лишилась кожи и мяса, а белый череп переместился в руки молоха. Тело приспешника пропало, а на губах у девушки показались кровавые разводы, словно бы она окунула лицо в свежий фарш.

— Дядя, ну не молчи, расскажи мне по Цигму? Ну чего ты молчишь? — дитя молоха опустилась на колени, не сдерживая слёз над обглоданной еще теплой черепушкой. — Расскажи мне, вожделеешь-ли меня?!.

***

Олег медленно шёл к хнычущей на пороге резиденции девушке.

— Не вздумай, барон, она еще в боевой фазе! — завопил Седой, направляя пулемет на девичье тело.

Голова молоха дёрнулась в сторону барона.

— Вожделеешь меня?! — спросила бестия одновременно сотнею разных голосов.

— Дай мне власть над тобой и я перенесу тебя туда, где тебя вожделеют! — нашёлся что сказать демон.

— Обещай мне отдать тех, кто вожделеет меня? — прорычала черноволосая и на этих словах Олег почувствовал, как на его горле смыкается невидимая многозубая пасть.

— Обещаю! — прохрипел барон.

— Властвуй же над мной! — проскрипела девушка и, очутилась у ног Олега обнимая ватные колени властителя мира самоубийц.

— Боже… если ты не покинул землю… ну нахер так делать… — трясясь прошептал Седой, склоняясь над щитом пулемёта, его сердце буквально выпрыгивало из груди. — Ты нахрен вольтанутый вместе с этим молохом, оба ссука конченные…

— Я слышу тебя Седой. — повернулся к тачанке Олег, а рога на его лбу и висках, такое ощущение, что стали больше, длинной в полторы ладони. Сделка с древней тварью добавила ему духовной мощи.

— Я просто устал ждать атаки от них… Как пройти в резиденцию Бэль? — без эмоционально спросил он, и толкьо сейчас стало понятно что страх выжег его душу изнутри и он уже успел попрощаться с посмертием.

— Скорее всего она во дворце потроха четвёртого региона, уже примеряет на себя трон. — произнёс Седой.

— Собирай своё оружие, мы идём к трону! — решительно сообщил подчинённому Олег.

Боец лишь кивнул. Таких безрассудных и удачливых демонов он еще не видел.

Глава 45. Битче с пати

Всё оказалось в точности как и описывал Седой. Резиденция потороха находилась в отдалении от города на 66 том километре по северной трассе, идущей далеко наверх по просторам необъятной страны практически до самого Северного-ледовитого океана.

В материальном мире это были просто огороженные сто соток земли, за кирпичными заборами возвышался трехэтажный особняк построенный под готический стиль, однако в низких вибрациях, большой хоть и богатый дом представлялся огромным особняком, почти что дворцом. На территории звучала громкая тяжёлая музыка и шум толпы.

Троица подъехала к забору впритык, останавливая у обочины институтский броневик, любезно подаренный контрой и ещё десять минут Аллер, Седой, и дитя молоха шли вдоль трассы с импровизированной парковкой, где с обеих сторон дороги скопилось множество авто, что не было свободных мест.

Ад гудел рок нотами и мерцал, ворота же на территорию празднества оказались распахнуты.

— Я никогда не был на шабашах, только в книгах читал о них, у классиков к примеру, на входе бы нас встретила сама Бэль. — сообщил команде Олег.

— Не читал, — помотал головой Седой, замечая на входе лишь пару легковооружённых стражников инкуба и суккуба. — Она совсем не заботится о своей безопасности, знает, что уже победила.

— Тогда зачем тут мы? — спросил Седого Олег.

— По традиции трон мало занять, его нужно удержать. Демоница пригласила весь Ад стать свидетелями триумфа, соответственно все понимают, что это последний шанс бросить ей вызов. У неё тут такая армия, что нужен полк, чтоб успешно штурмовать.

— У них есть армия, а у нас есть Халк! — произнёс Олег надевая броне шлем.

— Кто? — не понял боец, но тоже нацепил шлем сферу и перевел предохранитель АК-12 в режим стрельбы одиночными.

— Молох, каждый и каждая, кто за этой стеной вожделеет тебя, даже если он не говорит этого. Особенно те кто в доме. — произнес демон, а когда он договорил девушки простыл и след.

— Не стал минимизировать потери среди мирных? — хмыкнул Седой, памятуя о былом мягком характере барона.

— Нет там мирных, лишь демоны и змеи. — ответил Олег, поднимая Кедр в сторону ворот, однако стражи у них больше не было, только лишь тёплая кровь обмазанная по красному кирпичу парила под воздействием минусовой температуры.

— Темнейший, так ты же сам демон и будущий потрох региона, если молох всех сожрёт, кем будешь править? — продолжал подкалывать боец, входя во вкус функии "я же говорил".

— Трусами буду командовать, теми кто сбежит, а-то от смельчаков слишком много проблем. Пойдем забирать трон!

Рок музыка лилась из-за ограды, но на этот раз к ней примешались звуки паники и крики ужаса, слышен был и хруст перемалываемых в метопасти молоха костей.

— Выбор есть забить или биться,

— И сделать следующий ход.

— Никто за нас не сможет родиться,

— Никто за нас не умрёт. — Пел надрывистый и объёмный женский голос, когда двое, Седой и Аллер вошли в ворота.

— В кровь головою биться о стены,

— Поперёк твоей мать-природы.

— Нихрена там нет, кроме тлена,

— В паутине личной свободы! — подхватывал мужской.

Ноги сразу же почувствовали липкое и теплое, скользкое и разлитое везде сплошным океаном. Кровь и ошметки устилали всё что было на земле, всё до чего уже добрался молох, она словно зверь дорвалась до переполненной миски, чёрным туманом спешила к самой гуще толпы и жестоко убивала всех кто оказывался на пути.

Наконец Аллер и Седой открыли огонь, под прицел попадали все у кого было оружие и все, кто был одет словно только что сошел с подиума.

Обычные люди бы бежали от этого проч, но те кто тут был служижи в Аду и знали тёмные традиции. Они ложились на пол, прямо на кровавый снег между частей своих собратьев по ремеслу, тем самым позволяя штурмующим бойцам видеть дерущихся за Бэль. Одинокие стрелки открывали огонь по барону и его солдату, но тяжёлые заколдованные доспехи только звенел от рикошета, словно бы двое были не тварями ада, а боевыми бронированными машинами разящими почти без промахов. И без того жидкое сопротивление таяло, а в толпе началась совсем иная пальба, это свои сводили счёты со своими, мстя за ближним по Аду за всё былое, превращая концерт в судную ночь.

Юный барон шел по телам павших и по живым телам падших, они с Седым направлялись к дому. Олег иногда оборачивался, опасаясь что кто-то ударит в спину, но за их спинами нечисть уже принялась поедать убитых. Возможно считая что всё так и должно быть, что этот пир часть перфоманса. Но, никто больше не препятствовал двум идущим бойцам к замку.

Под стенами дворца на поднятой на два метра постаменте играла хард-рок группа и барон с его бойцом могли видеть сразу двух вокалистов парня и девушку, одетых в черное с символами перевёрнутой звезды на их футболках. Музыканты не замечали бойни продолжая выступление, будучи глубоко в теме адских разборок, или просто одурманенные магией. Дом потроха находился всё ещё далеко, а широкая дверь уже была выбита вместе с косяками, к пролому вела кровавая дорожка из ошметков.

Бойцы ускорились и перешли на бег, а в это время в величественном здании шёл переполох, как и тогда в резиденции барона мира самоубийц, тут бились стёкла, звучали выстрелы. Подойдя к зданию Олег медленно перешагнул через порог и очутился в окровавленном холле, но его вдруг дернули за карабин на спине его бронежилета и юный барон попятившись, чтобы не упасть буквально выбежал наружу.

— Ты темнейший ей дал команду на дом, она там всех сожрёт, а если войдёшь, то и тебя тоже. — предупредил Олега Седой.

— По традиции я должен убить Бэль сам. — покачал головой парень.

— Не убьёшь если будешь убитым. — парировал боец.

— Так что, просто стоять и ждать?

— Группу слушай, для нас стараются, им внушили, что это обычный рок концерт. Если Бэль внутри, то молох её сожрёт, а если нет, то ты барон Аллер захватил власть.

— Это не честно... — только и нашёл что сказать Олег.

— Это Ад, тут нечестно всё.

— Пускай, это мой кайф и моя боль, вся моя боль в этом! — продолжала петь черноволосая, хрупкая девушка на сцене. А светомузыка ослепляла всех присутствующих ритмичными огнями.

— Я мерзкая!!! — донеслось из прохода.

Молох вышла из пролома и привычно села на порог, она словно попала под кровавый ливень, настолько она была окровавлена.

— Вовсе нет, — покачал головой барон заглядывая ей за спину.

— Ты так говоришь потому, что вожделеешь меня? — с надеждой спросило существо.

— Прости, но тут не осталось вожделеющих, я скажу когда они появятся снова. — с этими словами барон боком протиснулся в замок.

Что-то тянуло его наверх, по окровавленным каменным лестницам, мимо настенных картин забрызганных красным. И это что-то было на балконе третьего этажа.

Он шёл наверх ожидая увидеть ту, что приказала убить его, тогда на перекрёстке тридцатого километра и

Аллер откуда-то знал, где её искать.

Балкон третьего этажа открывал вид на рок тусовку, в кабинете потроха будто прошёл кровавый ураган перевернув и сломав абсолютно всё. На небольшом пространстве лоджии стоял пустой трон, больше похожий на деревянный стул с высокой спинкой, как-то уцелевший после посещения комнаты молохом.

И трон был пуст. Бэль сбежала предпочитая сохранить жизнь, пусть и потеряв власть. Олег подошёл к стулу, обернулся, но картина не изменилась, следы разрушения и ошмётки тел, а также много сломанного стрелкового оружия. Вздохнув он просто сел на стул и первый раз за долгое время позволил себе расслабиться. Он ожидал битвы, но битвы не произошло. В Аду выживает сильнейший, или хитрейший. Сидя на деревянном троне он вдруг почувствовал весь четвёртый регион, каждый грех, каждого грешника, каждого демона и беса. Олег коснулся головы сняв материальный шлем, его духовные рога снова увеличились, теперь напоминая трёхзубую корону.

А группа продолжала петь.

Нервная дрожь прошла по его телу, всё кончилось и, он стал потрохом. Посути не зная, что с этим делать, но тут его стопа уткнулась во что-то мягкое и юный потрох склонился для того, чтобы посмотреть во что.

В ногах небольшой свёрток, Олег мог поклясться чем угодно, что когда он заходил его тут не было. Свёрток вонял неприятно и даже как-то токсично. Городской житель Аллер не мог сразу различить запах полыни, но на свертке была записка: "Когда надоест, можешь накрыть этим молоха."

Олег задумался. У него появился тайный покровитель, или покровительница. И это было плохо, тут в Аду никому нельзя быть ничем обязанным. Но его специально привели к власти, а значит, кредитор скоро объявится с подписанным договором.

***

— Ты прекратил беспорядки в четвертом секторе? — спросил сияющий крылатый гость.

Ангел появился прямо в комнате Артаина, а вокруг него бурлило пространство, это низкие вибрации Ада сгорали разрушаясь от его святости, но тем не менее Шестнадцатый явился сюда лично, а не позвал ответственного от тёмных на встречу на нейтральной территории.

— Вы сначала в себе разберитесь, у вас Чижиков пропал. — усмехнулся Артаин, видя старого знакомого.

— Мы разобрались, новый ответственный от света я! — произнёс ангел оглядывая пустую светлую комнату с одиноко стоящей по центру ванной в которой отмокал бог вонючих болот бескрылый царь Артаин.

— Ну и у нас выборы закончились. — сообщил тёмный скривив лицо, якобы поддерживая простую житейскую беседу с товарищем.

— Надеюсь вы более не будете нарушать мир и порядок? — снова спросил ангел, он был очень силён, но был без оружия. Однако Артаин застал времена драк светлых и тёмных, когда по зову одного в Ад телепортировались полчища крылатых, для точечных боевых операций. Стены замка дружно загудели, вмурованные в камень души первичных демонов, так похожих на обычный пчёл или муравьёв, могли вступить в бой в любой момент.

— Не знаю, приходи на шабаш в эту пятницу, говорят сам Враг там будет. — ответил Артур.

— Я предупредил тебя, правитель вонючих болот! — сообщил Шестнадцатый Артаину и указал на него пальцем, словно бы погрозив.

Светлый исчез оставляя Атрура одного лежать в горячей ванной.

— Сам такой! Чёртовы фаэтоняне, что вы, что титаны, совершенно не понимаете в юморе. — в никуда пробормотал полубог и закрыл глаза наслаждаясь тёплой водой. Тем временем стражи в стенах снова заснули, ожидая в безмолвии следующего провокационного прибытия.

Задача полубога была выполнена и теперь в его округе всё хорошо. Однако, предсказания покойного оракула о будущей эпидемии и войне с Европой слегка тревожили ответственного, но у него был ещё как минимум год до того как коронавирус придёт на его землю. И тогда, снова начнется сложная игра со светлыми, но теперь у него под боком был управляемый потрох с молохом на поводке, а с этим можно было уже импровизировать. В крайнем случае, пожертвовать ими во благо себя любимого.

***

Извещение о разводе трещало загибаясь под лёгким, но прохладным ветром. Борис стоял на крутом обрыве у обмелевшей реки, а за его спиной был памятник, где Родина мать вручает солдату ружье.

Лика всё решила за двоих и, завершив дела в Сибири рванула в тёплую Америку, к их дочери, напоследок подав на развод.

Борис вдохнул холодный воздух и выдохнул клуб пара. Его пальцы разжались, ветер тут же подхватил листок и утащил его с обрыва вниз. Усталый взгляд офицера провожал бумагу пока ей игрались духи воздуха, то подхватывая листок ввысь, то обваливая, словно в пике вниз.

Оперативник института смотрел на желтеющую листву, что метров двести до самой воды покрывала мелкие деревья, меж которых тянулись множественные тропинки с гуляющими по ним молодыми парами.

"— Ну и оставайся в своей рашке!

— Лучше рашка, чем негры и гомики!" — вспомнился Борису его последний разговор с Ликой.

Скоро начнётся эпидемия, с последующей за ней войной, а значит нечисть снова будет охотиться на людей, на русских людей, бывших советский людей, а это было важнее семьи и вообще чего бы то ни было.

Глаза бойца закрылись, перед взором всплыли все те кого он потерял на войне с Адом. Борис не помнил имена лишь позывные, он знал что это всё действие гипноза и препаратов блокирующих память и не переживал. Для оперативника позывные много важнее каких-то имен.

Он отвернулся от ветренной реки и обрыва, и пошел, медленно не торопясь, мимо двадцатиметрового памятника, мимо мемориала вечного огня, памятных плит второй мировой, мимо слоняющихся молодых ребят, мимо парочек сидящих на холодных деревянных лавочках. Мимо подпитой компании которая в четыре пьяных голоса горланили старую советскую песню,

— От героев былых времён, не осталось порой имён, те кто приняли смертный бой, стали просто землёй, травой…

Сердце щемило, но всё в жизни Бориса было правильно, возможно, как говорит врач, ему и правда стоит больше бывать на солнце. И оперативник решил, что эту зиму он скоротает контролируя вуду колдунов в Африке, осталось написать рапорт на перевод, а уже у в 2020-том вернётся, чтобы служить своей родине, как может, как уж умеет.

Замёрзшие пальцы полезли под куртку, и сквозь заколдованную рунами бронефутболку нащупали маленький крестик, а после, до боли вдавили металл в кожу. Боль отрезвляла и наполняла смыслом его скитание.

— Ничего, с Божей помощью справимся… — себе под нос произнёс Борис. — А Лика, перепсихуется и вернётся. Не в первый раз...

***

Когда я становился на должность главного Врага всег сущего я думал, что буду совершать самые страшные вещи, но мне не пришлось даже напрягаться. Люди отлично справлялись и без меня, настолько эффективно, что выстроенная мной адовая иерархия только и успевала пожинать урожай энергий. Но почему-то, весь негатив тёк к моей маске, в пятимерной реальности я руководил потоками зла, а там вверху первый светлый готовил свой исход для тех, кто по его мнению готов был спастись.

Уговор не нарушался уже тринадцать тысяч лет, всё это время я ждал, возвращения от Несущего свет, но он и правда покинул наше измерение, но в один момент в мою пещеру зашла она. Белоснежным драконом она появилась вне времени напротив моего каменного трона. Душа Одиннадцатой носившее земное имя Светлана спустиласько мне, в мой ад.

— Я узнала и не поверила, мне сказали что ты теперь тёмный бог! — начала она сотрясая стены звонким эхом.

— Ты?.. — удивился я видя её в том образе который я запомнил.

— Ну конечно же я, это же ты так заморочился, что вытащил мою душу через своих учеников из Темного мира? Чем ты тут правишь, чем-то важным? — спросила она осмотревшись, читая на стенах моей пещеры, множественные пометки, остановив свой взгляд на пиктограмме дельфина в механическом бронекостюме напротив стилизованного мухомороподобного иероглифа.

— Грехами обезьян в основном. — пожал я плечами и не веря своим глазам поднял своё драконье тело с трона.

— Тебе не идёт эта маска, может свалим отсюда куда-нибудь? — предложила она мне.

— Куда? — переспросил я.

— Ты за столько лет не придумал куда меня сводить когда я освобожусь?

— Я был занят. — усмехнувшись сообщил я ей принимая свой человеческий облик.

Одиннадцатая сделала тоже самое.

— Помнишь песню, про что-то типа, "я любил и ненавидел"? — задумчиво произнесла Света.

Магия Хаоса сработала быстрее моего разума. Вспышка осветила нас и мы переместились в 2001 год, где симфонический оркестр аккомпанировал хеви-метал команде играющей для заполненного стадиона людей. А вокалист пел те самые: Я любил и ненавидел, но теперь душа пуста, всё исчезло не осталось и следа, и не знает боли в груди осколок льда!

Одиннадцатая, одетая как и я в чёрную кожу покрытую стальными блестящими декоративными шипами прижалась к моей груди, лишь краем глаза смотря на сцену, а вокруг нас прыгали люди. Я различал их души, видел их судьбы и грехи, но сегодня у меня был выходной, сейчас я был снова вторым борт стрелком Кай-Клавем Гиллиусом.

— Песни им твои демоны пишут? — спросила девушка в промежутке между мелодиями. Её характер изменился, словно бы ей осточертело быть сильной и она хотела просто быть в покое, в покое со мной.

— Не, пишет им одна поэтесса их наших, из бывших фаэтонян. Наших вообще много на эстраде и в творчестве. Ещё бы, столько зла куда-то да надо его сливать.

— Ты тут надолго? — вдруг спросила Света.

— До Жатвы, они скоро погубят свой вид и тогда я могу быть свободен.

— Сами? — удивилась девушка.

— Сами… — произнёс я.

"Пусть каждый сам находит дороги, мой путь будет в сотни раз длинней, но не виню ни чёрта ни Бога, за всё платить придётся мне…" — продолжал певец.

— Я подожду с тобой ТУТ пока ты не освободишься, плотская жизнь меня утомила, если бы не твой Яшер, я бы до сих пор бродила по тому парному миру.

— Ящер? — не понял я.

— Ну маг твой, Яз Раммилион…

— Не помню такого, наверное кто-то из учеников Мотрита Лега. Талантливая получилась академия, жалко созидать не умеют. — ответил я поднимая голову вверх, смотря сквозь небо и пространство, где великая Легляндия тоже праздновала свой успех.

У них получилось и, долг всей жизни их учителя уплачен, а значит, они теперь могут делать всё, что вздумается. Однако выполняя мои задачи Лег и его люди накопили слишком много кармических узлов. Столько, сколько не отработать и за десяток жизней. Надо будет подсказать им обратный путь, а-то их души так и останутся вредителями между миров.

— Эй, не думай о работе! — вернула меня на стадион Светлана, — Мы ледяные драконы должны иногда отдыхать.

P.S. Глава 46. Фаэтонянин

(2022 год, где-то под Славянском)

— Да я вам говорю, он нам здесь только мешает. Он же никому не подчиняется!.. — разорялся майор, повышая голос говоря по рации прислонив к уху наушники. — Есть! Так точно! Понял.

Подвальное помещение наполовину разрушенного трёхэтажного дома стало для штурмовой роты десантников штабом. Сквозь маленькие окна у самого потолка, частично заваленные со стороны улицы битым кирпичом внутрь пробивался тусклый вечерний свет уходящего за горизонт солнца, подсвечивая висящую в воздухе пыль.

Майор, седой мужчина одетый в городской камуфляж, чуть старше Бориса, недовольно сунул своей крепкой рукой гарнитурный наушник рации обратно молодому связисту. Командир роты отвернулся, смотря на расположившихся тут его бойцов. В грязи, саже, но в сухости и покое ребята лежали прислонившись к стенам, обессиленные, спящие, но даже во сне сжимающие свои автоматы, кто-то вздрагивал проходя фазу глубокого сна, кто-то ворочался, а кто-то лежал и не моргая смотрел в даль, на войне такое бывает.

Борис приподнял своё массивное тело, на нём был тактический шлем с тепловизором, штурмовой бронежилет закрывающий кевларом пах и плечи, в нагрудной разгрузке торчали магазины от ручного пулемёта Клашникова, слева на груди, возле самой шеи крепился в своих ножнах нож разведчика, с права была маленькая сумка с вышитым на ней красным крестом, такая же была на бедре, возле сумочек с гранатами. Шею обматывал пиксельный шарф, под которым скрывался кольчужный воротник, такие носили рыцари и богатыри - нелепость на современной войне, но такая нужная в работе бойца с нечистью. За спиной полковника института имени Бехтерева, висел рюкзак защитного цвета, где помимо провизии и еще одной аптечки, своими продолговатыми контурами угадывалась словно бы коробка для шахмат - переносная транспортная пентаграмма для связи со штабом.

Камуфляжные штаны и рукава куртки маркировал белый скотч. Завершали костюм жёлто-серые ботинки фирмы Лава, популярного бренда, однако промокающего на раз-два если в них ходить по лужам. О наличии в гардеробе последних оперативник уже пожалел не единожды.

— Ну, что там майор?.. — начал первым Борис, поправляя РПК висящий у него на плече, обращаясь к ротному.

— Знаешь что, полковник! Попадись ты мне только еще раз! — пригрозил майор. Протягивая оперативнику его пропуск сотрудника ВГА, квадратную окрашенную в триколор карточку, не больше ладони, с позывным "Базиль" и подписью военного коменданта города.

— Хорошо, в следующий раз украинского мага корректировщика сами уничтожать будете. — спокойно произнёс оперативник, забирая документ и засовывая его под броню в нагрудный карман камуфляжной куртки.

— Какого на хрен мага? Тебя, полкан, взрывом с БТРа, да об стену дома бошкой приложило?! — скривившись лицом повысил тон ротный, от чего сосуды на обветренном лице создали алый румянец.

— Всё, не кипятись! — осадил его Борис, — Сейчас солнце зайдёт уйду с вашего расположения.

— Дорожка тебе скатертью!

— Спасибо и тебе! — кивнул полковник и неспеша, размерено направился к дальнему углу помещения, где находилась лестница наверх.

Борис не злился, он прекрасно понимал, что простой вояка не верит ни в каких магов и оборотней, а верит в то, что видел сам, своими глазами. Ну и что теперь, специальную тварь с собой на поводке водить и показывать в каждом расположении куда его заносит судьба? Мол - смотрите это демон, а я тот, кто их ловит. Но нет, в атаку я с вами не пойду, и вы со мной не ходите никуда, а то не ровен час голову оторвёт. Мне то что, у меня эфирный иммунитет, а вот вас может зацепить.

Документы у Бориса были в порядке и даже скотч правильного цвета, зато патчи на его форме заставляли сомневаться в адекватности. Вместо российского флага и букв ZOV, на левом плече красовалась на красном фоне, чёрная пронзённая мечом пентаграмма, на правом тоже была звезда, только семилучевая.

Перед самой командировкой, работая со своим другом и товарищем гипнотерапевтом, оперативник вдруг вспомнил про основу своей души. Странное дело, но он - Борис, оказался душой некого Базиля, бойца штурмовой команды "С" класса с погибшего ныне древнего Фаэтона. После этого инсайда и "появился" шеврон с семилучевой звездой. Так же вспомнились тактики боя в мех костюмах и невесомости, в разряженной атмосфере и наоборот плотной, вот только это всё ему было без надобности, по причине отсутствия космических кораблей и мех костюмов.

"Прав был значит Стальнов, а я ему не верил..." — проговорил в своей памяти бывший штурмовик.

Снаружи его встретили вечерние руины села Николаевка, темнота накатывала с запада, над Славянском виднелось алое зарево. Где-то далеко громыхала артиллерия. А затхлый запах подвала сменился на вечернюю свежесть, пусть и с примесью гари.

Борис присел у самого выхода, разложив прямо на земле мятый лист карты, разглядывая стрелочки и кружочки. Это была диспозиция войск на данный момент, присланный с отдела гадателей через почтовую звезду. Оперативник всегда подробно выверял свой путь, ведь в боевых условиях всё может изменится очень быстро, если прозевать нужное время указанное тут же на карте. А ему очень не хотелось столкнутся с регулярными войсками, как ВСУ так и РФ. Привычная координация в зоне действия СВО была недоступна, вечно отключенный кнопочный телефон был не помощник, а доска с пентаграммой таящаяся в рюкзаке переносила ему послание лишь раз в сутки.

Последним таким письмом пришло указание координат Славянской ТЭС, куда полковник, получивший своё новое звание еще в Африке и держал путь.

Здание теплоэлектростанции смотрело в небо шестью высокими трубами, две из которых были ярко выкрашены в полосатый - красно-белый цвет, а остальные четыре, давно потеряли свой былой лоск и облачились в дежурный грязно-серый. Из труб не шёл пар, а сама ТЭС казалось заброшенной, и как и всё тут, частично разрушенной. Сюда уже прилетали "калибры", а из самой Николаевки уже эвакуировались люди, так что, топить печку тут было не для кого. Точнее, топить-то было для кого, но эти кто-то упорно хотели убвать друг-друга, или если верить теории славянского мира - брат-брата.

***

(Месяцем ранее)

Последний свой день в Москве Борис зависал в стриптиз-клубе Burlesque, сидя к танцующим на пилоне девушкам спиной, он сгорбился над барной стойкой, смотря внутрь рюмки тэкилы. Кежуал - брюки и белая распирающая от мускулатуры футболка ощущались как неудобные - непривычные, настолько он свыкся с повседневным "комком", или спортивным костюмом. Но в бары в спортивном не пускали.

— Вам повторить? — спросил высокий, худощавый бармен, лет двадцати, черноволосый, как и положено азиату.

— Не надо, я просто смотрю. — выдавил полковник.

— На девушек вы не смотрите, а целый вечер гипнотизируете полупустую рюмку?.. — чтобы как-то поддержать беседу заметил бармен.

— Говорят, что взглянув сквозь гранёный стакан, стопроцентно увидишь душу свою,

Я стократно искал, много раз наливал, но в багровом вине видел лишь черноту.

Если ярко гореть — можно быстро истлеть, отражается свет от блестящих икон

Только в чёрной душе сколь в неё не гляди, ничего не изменится - это закон.

Распознать в себе свет, сквозь кромешную тьму, пропустив сквозь себя алкогольный поток

Это путь не для всех и доступен тому, кто со дня может сделать к небу рывок. — продекларировал пьяным голосом Борис.

— Красиво. Чьё это? — заинтересовался бармен.

— Моё. Написал, перед первой своей командировкой в укропию. — выдал полковник.

— У, сочувствую. Меня было мобилизовали, я ж мехвод по ВУС. Спросили, хочешь воевать? Я им, конечно же нет! Они меня и отпустили, мол добровольцев и так хватает. Что сказать, повезло...

— Что тебе там делать? Там славяне убивают славян, а ты азиат, жди пока с Китаем или Японией вспыхнет. — с серьёзным лицом продолжил оперативник.

— А-ха, смешно. — улыбнулся бармен.

— А у меня, жена уехала в пендостан и живёт там с дочкой... — проговорил Борис и поднял глаза, замечая руках паренька стакан непрерывно натираемый белой салфеткой.

— Сочувствую.

— Ей там лучше. А нам надо воевать, с этими душегубами... — продолжил откровения полковник.

Бармен ничего не ответил, потому, что Борис повернулся к девушкам художественно вышагивающим вокруг шестов.

— Слушай, они карточки принимают? — бросил он за спину.

— Ха. Нет, не думаю. — ответил паренёк.

— Ну, тогда и мне пора. — пьяно проговорив полковник, встал и бодрой, но качающейся походкой проследовал на выход.

***

Тепловизор шарил по вероятным позициям врага и к счастью, не видел ничего. Борис не спешил, наблюдая из глубины брошенной квартиры, через оконный пролет за комплексами ТЭС. Под дуновениями сквозящих ветерков скрипели открытые железные ворота, изрешеченные осколками они походили на синие дырявые шторы. Серебрилась парная тепловая труба проложенная по поверхности в сторону Славянска, огибающая квадратной аркой идущие на территорию рельсы. Периметр укреплялся каменным забором, у парадного входа были наложены мешки с песком, а раздолбанная асфальтовая дорога напоминала на лунный ландшафт, на который кто-то накидал бетонных трехгранных противотанковых пирамидок. Блок-пост на воротах был пуст, а сам забор имел в себе еще несколько широких проломов, его или таранили танками, или расстреливали из артиллерии.

Он появился со стороны Славянска и через тепловизор казалось, что человек согнувшись пополам летит невысоко над землёй, но переключив спектр прибора Борис смог увидеть всю картинку целиком, как одна фигура несёт другую на плече. Бодро и не утруждаясь весом. Тот кого несли был еле тёплым, а вот тот, кто нёс не выделялся на фоне температуры окружающей его среды никак.

Некоторые охотники института предпочитают зиму, потому, что - зимой нет зелёнки, а вот Борис любил работать осенью. Ведь упырь, по сути - ходячий труп, зимой улетает, куда потеплее, или впадает в спячку. А питается вампир в местах, где царит хаос и боль, где ещё не очень холодно, но и не слишком жарко, хотя суммарно кровопийцы тепло переносили лучше, чем холод.

Мушка поднялась на линию целика, чтобы по велению пальца нажавшего на спуск, одной короткой очередью снести упырю его голову, однако несомое тело заслоняло затылок бестии.

"Попаду в корпус уйдёт. Да даже без ноги уйдёт..." — решил для себя оперативник и пригнувшись медленно пошёл к ТЭС.

"Даже если подстрелить тварь сейчас?" — думал Борис опуская РПК, – Уйдут другие, если они есть в здании. А не подстрелить - придётся сражаться внутри сразу с несколькими."

Кровосос нёс человека в своё логово и оперативник последовал за ним, стараясь не упускать фигуру из виду.

Цвета скотча видно не было, да и не важен был для полковника скотч. За кого бы не воевал упырь - он тут лишний, кроме того, это не его, бойца института, проблема. Если даже слухи верны, что за наших воюет нечисть, высокое начальство должно распределять так, чтобы на одних и тех же направлениях не работали охотники и тёмные. Кроме того, почтовая пентаграмма точно указала место обитания твари, а это значит, на каком бы языке не говорила дрянь, она должна быть уничтожена.

Оперативник знал, что придётся работать в одиночку, обычно бы он вставил в свою Нокию 3310 батарейку и вызвал бы огонь артиллерии, или авиации по координатам на ТЭС, но не сегодня, сегодня он шёл туда, ибо приказ в письме русским по белому говорил, "уничтожить лично".

Проходя на территорию завода через проходную, там где еще недавно был чей-то КПП, Борис ступал по битому стеклу почти не издавая шума, и даже аккуратно перешагнул через леску растяжки. Тот, кто тут обитал позаботился о сигнальном оповещении. Но сейчас, этот кто-то был занят свежим телом.

"Зачем упырю куда-то нести свою еду, почему не выпить человека где его поймал?" — пытал сам себя Борис.

В полумраке разрушенных заводских боксов он обнаружил ответ на свой вопрос. Тут было много людей и все были раздеты, они просто лежали на бетонном полу. Борис медленно присел чтобы присмотреться.

Да, у каждого угадывались характерные для нападения упыря укусы на правой стороне шеи. Следовательно вампир - левша и левой рукой наклоняет голову жертв. Конечно, наклоном это действие назвать было можно лишь с натяжкой, у многих людей были сломаны шеи, что говорило о том, что монстр силён и опасен и особо не церемонится со своей едой. Но еще одно выделяло всех, кто нашёл свой покой на холодном бетоне ТЭС, широкие открытые резанные раны.

Левая рука Бориса проникла в один из порезов, что был в районе почек и не обнаружила там органов.

"Оглушает укусом и ломает шею, потом тёплыми несёт сюда и вынимает органы. У Упыря медицинское образование. Но зачем ему органы? Если это ритуал, то на кой, так много?" — рассуждал оперативник.

Тем временем в соседней комнате что-то хлопнуло. А вместе с этим и включился свет, который лился через едва открытую дверь. Борис встал и оттянув предохранитель на от ствольной коробке РПК медленно и бесшумно опустил его в нижнее положение. Приподнявшись полковник последовал к двери. Из-за которой донеслось басящее мужское пение:

— Żono moja, serce moje (Жена моя, сердце мое,)

— Nie ma takich jak my dwoje (нету таких, как мы вдвоем)

— Bo ja kocham oczy Twoje (Потому что я люблю глаза твои)

— Do szaleństwa, do wieczora, je je (до сумасшествия, до вечера е-е)

Борис не знал польский и первым в дверной проём вошёл ствол оружия. Перед ним предстала белая комната уставленная холодильниками в человеческий рост, а по среди находился операционный стол и стол поменьше с железными плоскими контейнерами. Освещало это всё направленная медицинская лампа питаемая от работающих в углу бензиновых генераторов. На столе лежал тот, которого несли. Засаленный жжёный камуфляж и следы белого скотча на ногах и руках выделяли в нём бойца РФ, патчей на бедолаге не было. А над ним нависал одетый в медицинский халат светловолосый мужчина с правильными - прямыми чертами лица, сжимающий в правой ладони скальпель. Из помещения был еще один выход, в шагах двадцати, через дверь напротив той, где стоял полковник.

Борис и вампир встретились взглядами.

— О-о-о кrzywa! — прорычал кровопийца.

— Блядь! — выругался полковник и нажал на спуск.

Момент был упущен, очередь прошла мимо, а там, где только что находился вампир, лишь мощный ветер колыхал грязный камуфляж раненного солдата. Противоположная дверь в мгновение дёрнулась и распахнувшись, хлопнув об косяк, снова открылась.

— Znalazłeś mnie, ale dlaczego nie mogę zobaczyć twojej duszy? (Нашёл ты меня, но почему я не вижу твою душу?) — донеслось из-за двери.

— Ты тут смотрю лабораторию себе отгрохал, что кровь и органы в Европу поди шлёшь?! — прокричал Борис.

— Chodź tu, bądź moim gościem! (Иди же сюда, будь моим гостем!) — ответили ему из-за двери напротив.

— Дорогое оборудование наверное? А что если это всё сгорит? — усмехнулся боец выглядывая из-за косяка.

— Pieprzyć cię w usta, wkrótce będziesz leżał wśród nich! Krzywa! (Совокупись со своим ртом, скоро ты будешь среди них! Женщина любящая гулять по мужчинам!) — отозвались оперативнику.

— Вот и договорились! — кивнул Борис и спрятавшись закатил РГД-5 в сторону холодильников.

Прогремел взрыв, забарабанили осколки, зашипели пробитые холодильники, выпуская наружу клубы густого белого пара.

— Эй как ты там? Выходи! Я за тобой туда не пойду, — соврал Борис. — А не то, я все твои холодильники разнесу. Ну что молчишь? Так глядишь с тобой и буржуйский твой выучу.

Молчание повисло в воздухе и полковник снова вынырнул одним глазом и стволом пулемёта в помещение.

— Придётся всё же идти за тобой... — себе под нос проговорил он.

И, уже хотел шагнуть в помещение, как из что-то ударило по его шее сзади. Удар был настолько мощным, что ноги Бориса казалось подлетели, а сам оперативник рухнул на своё левое плечо, накатанная за борцовскую молодость шея выдержала, выдержал и кольчужный посеребрённый ошейник, который полковник носил под шарфом.

Тварь набросилась сверху, левой лапой отодвигая голову и с силой врезалась клыками в шею, кольчужные кольца расступились под острыми зубами вампира и даже вошли в плоть, но не достаточно глубоко, чтобы повредить артерию. Это не был другой вампир, а всё тот же, видимо обошедший сзади.

Борис обхватил бестию своими руками и резко оттолкнулся ногами от пола, повернувшись на правый бок. Борцовский мост - упражнение направленное на то, чтобы перевернуть соперника, скорее всего, впервые столкнулось с вампиром, но умело перехваченная лапа упыря, не дала кровопийце шансов не оказаться под Борисом.

Правильное аристократическое лицо теперь имело пасть и окровавленные клыки. Полковник не медлил, он выдернул из разгрузки нож и ударил, однако лапа упыря схватившись за лезвие не чувствуя боли защитилась. Тварь контратаковала свободной рукой, длинная когтистая пятерня пришлась по тепловизору на шлеме, сорвав дорогое оборудование и двумя пальцами пропорола оперативнику лицо, щёку и переносицу.

Борис обрушил свой правый локоть прямо в подбородок вампиру и этого бы хватило, чтобы выключить обычного человека, но упырь человеком не был. Цепкими когтями он притянул оперативника к себе, рыча и вгрызаясь кольчугу на шее сотрудника.

РПК валялся далеко возле двери, а пистолета Борис в зоне действия СВО не носил, еще чуть-чуть и тварь вырвется из под веса и, разделает его под орех, но безумное решение пришло внезапно. А вторая граната была выдернута из подсумка левой рукой и вместе с кулаком просунута под спину кровососа.

Борис навалился всем своим весом, чтобы иметь возможность вырвать чеку из застрявшей РГДшки, а когда рука освободилась с вожделенным кольцом, он оттянулся от бестии, чтобы освободившись от захвата откатиться в сторону.

Прогремевший второй взрыв случился прямо за повернувшимся к оперативнику вампиром. Поляк бросился вперёд и взрывная волна настигла его сзади. Тело упыря было еще живо, когда тот повалился на бойца института. Ноги Бориса обняли тварь, ощущая, что на спине у той мясной кровоточащий кратер. Нож разведчика ударил в шею, точно в позвоночный столб, а кисть человека сделала несколько пилящих движений.

Голова польской нечисти упала прямо на лицо оперативника. Тот поморщился, а после, сбросил с себя тушу и утёрся рукавом.

Борис лежал на полу тяжело дыша, ожидая пока возрастное сердце не перестанет выпрыгивать из груди, потом приподнялся и подобрав свой РПК, направился минировать операционную.

В голове не было мыслей, только шум, сквозь который чувствовалось, что дико болит шея, а под бронежилетом ощущалось липко и тепло. Когда же картинка в глазах принялась двоиться он вспомнил и про себя, сдёрнув аптечку с груди достал от туда широкий, клейкий кровеостанавливающий пластырь, засунул его под кольчужный ворот. Сотрудник провёл в этой комнате еще несколько часов, пока не обколол себя препаратами, пока не наложил нормальную повязку, пока не написал на белом листке бумаги А5 послание в штаб института: "Вампир уничтожен, логово-операционная уничтожено, запрашиваю эвакуацию на Славянскую ТЭС. / Базиль".

Вынув из рюкзака составную доску с почтовой пентаграммой, Борис положил на неё листок.

Доска хлопнула, как хлопают в ладошки унося бумагу в далёкий Санкт-Петербург. Теперь, ему нужно было доделать то, зачем он сюда прибыл, и о чём уже доложил - уничтожить операционную. А потом просто ждать, ждать подтверждения эвакуации, или координации по дальнейшим его действиям.

Позиция была удобная, но это означало, что в любой момент, сюда может прийти кто-то еще.

КОНЕЦ

Content

Гудвин Макс Лишний Бог

Макс Гудвин Лишний Бог

Глава 1. По оси углеродного распада вниз

Глава 2. Миллар и меч

Глава 3. Косырь Ада

Глава 4. Сердце мира и выбор

Глава 5. Судьбоносная точка

Глава 6. Ледяной трус

Глава 7. Молитва Строителя

Глава 8. Рай на самом дне

Глава 9. Летать не строить

Глава 10. Эволюция

Глава 11. Одиннадцатая

Глава 12. Попаданец

Глава 13. У моста в пекло

Глава 14. Напомни, почему мы вместе?

Глава 15. Мортит Лег

Глава 16. Шестнадцатый

Глава 17. Пеленгуя потроха

Глава 18. Когда чужой - свой

Глава 19. Создать демона

Глава 20. Собираясь на войну

Глава 21. Тюрьма для одного - решение миллиардов

Глава 22. Мир самоубийц

Глава 23. Солдатская доля

Глава 24. Баронство

Глава 25. Приёмный не день

Глава 26. Жизнь с волками

Глава 27. Мерзкие и правильные

Глава 28. Клеймо и контакт

Глава 29. Ботовод, или вспомнить всё

Глава 30. Марсианин

Глава 31. Душа - тело - код

Глава 32. Больше пищи, богам пищи

Глава 33. Кибермагия

Глава 34. Четверо

Глава 35. Кровь, золото и камень

Глава 36. Лишний Бог

Глава 37. Последняя гроза Фаэтона.

Глава 38. Победа или пат?

Глава 39. Победа или пат? (Часть - 2)

Глава 40. Вспомнить всем

Глава 41. Размен

Глава 42. Из пекла на свет

Глава 43. Война войной, а тепло по расписанию…

Глава 44. Путями Молоха

Глава 45. Битче с пати

P.S. Глава 46. Фаэтонянин